Мифология и реальность олимпийского агона в римский период истории античной Греции

УДК 796.032 DOI: 10.36028/2308-8826-2020-8-2-44-51

МИФОЛОГИЯ И РЕАЛЬНОСТЬ ОЛИМПИЙСКОГО АГОНА В РИМСКИЙ ПЕРИОД ИСТОРИИ АНТИЧНОЙ ГРЕЦИИ

Н.В. Рекутина

Сибирский государственный университет физической культуры и спорта, Омск, Россия

Аннотация

Цель исследования: выявить изменение характера взаимосвязи между мифологическим, религиозным и социальным аспектами в сфере агонистики в римский период истории Античной Греции. Методы исследования: анализ литературы и письменных источников по истории античной агонистики. Результаты исследования заключаются в определении специфических черт агональных традиций Древней Греции и Древнего Рима. В статье исследованы сакральный и профанный аспекты традиций и правил античного агона. Автором показано изменение их соотношения в римский период истории Древней Греции. В работе изучен процесс трансформации сакрального и профанного содержания агонистики и разновидностей агона римского периода истории Древней Греции, для которого характерно столкновение эллинских и римских агональных традиций. В качестве одного из самых значительных явлений в идеологической жизни этого периода рассмотрен культ императора, представлявший собой официальную политическую религию Римской империи. Культ императора, включавший агон в качестве одного из ритуалов, получил широкое распространение в западных и восточных провинциях, к числу которых в рассматриваемый период принадлежала Греция в статусе « провинции Ахайя». В работе описаны события, происходившие в рассматриваемый период в Олимпии и других религиозных центрах Древней Греции. Заключение. Особенности агонистики рассматриваемого периода определялись изменением соотношения религиозного и социального компонентов агонистики и превращением агона как религиозного ритуала в зрелище, которое широко использовалось в политических целях. Ключевые слова: агон, агональность, античность, олимпийский агон, сакральное, профанное, культ, зрелищность.

MYTHOLOGY AND REALITY OF OLYMPIC AGON OF ANCIENT GREECE IN THE ROMAN ERA N.V. Rekutina

Siberian State University of Physical Education and Sports, Omsk, Russia Abstract

The aim of the research: to identify changes in the nature of relationship between mythological, religious and social aspects in the sphere of agonistics in Ancient Greece in the Roman Era. Methods and research: Analysis of literature and written sources on the history of ancient agonistics. The result of the study is the determination of the specific traits of agonal traditions of Ancient Greece and Ancient Rome. The article explores the sacral and secular aspects of the traditions and rules of antique agon. The Author shows a change in their ratio in Ancient Greece in the Roman Era. The paper focuses on the process of transformation of the sacral and secular content of agonistics and a variety of agon in Ancient Greece in the Roman Era, which is characterized by the clash of Hellenic and Roman agonal traditions. One of the most significant phenomena in the ideological life of that period was the cult of the Emperor, which was the official political religion of the Roman Empire. The Emperor's cult with agon as one of the rituals became widespread in the western and eastern provinces including Greece. Greece had the status of "Achaea Roman Province" at that time. The Author describes the events that took place in Olympia and other religious centers of Ancient Greece at that time. Conclusion: Agonist features of the period were determined by changing the ratio of religious and social components of agonistics and transforming agony as a religious ritual into a spectacle that was widely used for political purposes. Keywords: agon, agonality, antiquity, Olympic agon, sacral, secular, cult, spectacle.

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность предложенной темы заключается в том, что изучение взаимосвязей между мифологическим, религиозным, социальным и культурным аспектами в сфере античной

агонистики и их изменение в различные периоды античности может способствовать обнаружению и объяснению этих взаимосвязей применительно к современной ситуации в спорте и олимпийском движении.

МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Основным методом предпринятого исследования является анализ литературы и аутентичных письменных источников.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ

Понятия «олимпизм», «Олимпийские игры», «античный спорт» имеют небезусловный характер. Античность рассматривается как условная совокупность культурных феноменов Древней Греции и Древнего Рима, которые в силу специфики каждой из культур имели существенные различия. В современной науке для обозначения сферы соревновательной спортивной практики широкое распространение получило использование понятий «агон» — состязание; «агонистика» — деятельность, направленная на достижение первенства; «агональность» — стремление к первенству. При этом исследователи отмечают, что агон и агонистика имели особый статус в античной культуре. Что касается смыслового регистра этих феноменов, то он принадлежал к области как сакрального, так и профанного, а их соотношение в Древней Греции и Древнем Риме было различным и претерпевало существенное изменение в различные периоды античности. В центре нашего внимания находятся различные виды агона Древней Греции и Древнего Рима, рассматриваемые в их специфическом взаимодействии с мифологическим, религиозным, социологическим и культурным контекстами. В период античности агон приобрел особый смысл и форму ритуала — состязания по правилам, выявляющего первого и лучшего, связанного с областью сакрального и священного.

Высочайший статус агонистики в культуре Древней Греции, заключенный прежде всего в престижности общеэллинских агонов: Олимпийского, Пифийского, Истмийского и Немейского — отмечен в эначительном числе исследований [1, 2, 3, 4 и др.]. Мы исследовали трансформацию сакрального и профанного содержания агонистики и разновидностей агона римского периода истории Древней Греции, для которого ха-

рактерно столкновение эллинских и римских агональных традиций.

Одним из самых значительных явлений в идеологической жизни этого периода являлся культ императора, представлявший собой официальную политическую религию Римской империи и получивший широкое распространение в западных и восточных провинциях, к числу которых в рассматриваемый период принадлежала Греция в статусе «провинция Ахайя».

Провинциальный и муниципальный императорские культы служили инструментом романизации включенных в состав Римской империи территорий. Они являлись наиболее ярким проявлением лояльности по отношению к императорской власти. Вместе с тем, являясь политеистичными, римляне терпимо относились к местным культам. На основе греко-римских взаимодействий в сфере религиозной жизни сложился особый вид агональной практики — агон императорского культа, который распространился в греческих религиозных центрах.

Традиции Великих Священных игр Античной Греции, где состязания атлетов были древнейшей принадлежностью культа олимпийских богов, были определенной основой для внедрения императорского культа. Так, на острове Делос, помимо традиционных празднеств в честь Аполлона и в честь Диониса, устраивались новые празднества в честь "благодетелей" — Антигонидов, Птоломеев, это-лийцев. В эллинистическом мире приобрели широкую известность торжества в Феспиях (Беотия), в Дельфах, на острове Кос, в Миле-те и Магнессии. Грандиозным празднеством стали Птоломейи в Александрии, которые по своему размаху приближались к Олимпийским играм.

Демонстрируя свое могущество и почтение к эллинским традициям, правители эпохи эллинизма нередко обращались в Элладу за разрешением дать играм, проводимым в их столицах, название "Олимпийских" и получали такое разрешение. Таким образом, состязания, проходившие в крупных эллинистических центрах, имеющих значительное географическое удаление от Эллады, носили

название "Олимпийских"; ученые называют 27 таких мест в различных эллинистических государствах.

В наиболее богатых столицах эллинистических государств были построены прекрасные спортивные сооружения: стадионы, ипподромы, палестры. Особенно широко развернулось градостроительство в II в. до н.э., на это время приходится строительство наибольшего числа городов, основанных эллинистическими монархами, а также осуществляется переименование и перестроение некоторых старых городов материковой Греции. В IV в. до н.э. Олимпия сохраняла значение крупного религиозного центра, в это время здесь были достроены ипподром, святилище Деметры и храм Матери богов — Метроон, были возведены сокровищница македонских царей, Филиппейон и портик Эхо. На первый взгляд, эти события можно считать свидетельством того, что Олимпия и ее агон занимают прежнее место в жизни эллинов. Однако обращает на себя внимание характер новых культовых сооружений, который свидетельствует об упадке древних религиозных традиций, связанных с Олимпией и Олимпийскими играми. В классические времена Олимпия и Олимпийские игры были связаны с культом Зевса Олимпийского и по своему характеру значительно отличались от культа хтонических богов, к числу которых относилась Деметра. Мать богов можно считать пришелицей с Востока, а сокровищница македонских царей не могла быть построена во времена классики, так как македонцы тогда считались у эллинов иностранцами и только Александр I в V в. до н.э. добился для представителей царского дома права участвовать в Олимпийских играх.

Однако авторитет традиций древнего эллинского агона был так высок, его уходящая в мифологическое прошлое история так привлекательна, что в новых условиях агон остается важной частью политической и культурной жизни эллинистического мира. Каждая из новых его столиц стремилась устроить периодическое празднество, которое поразило бы весь эллинистический мир своим блеском и роскошью. Крупнейшим центром эллини-

стическои агонистики становится столица царства Селивкидов — Антиохия, блистательные агоны проходят в Александрии, Пергаме, Приене, Никее и Дура-Эвропосе. Источники сохранили описание грандиозного празднества, устроенного в 165 г. до н.э. Антиохом IV в Дафне (возле Антиохии), где находилась священная роща Аполлона и Артемиды: в торжественном шествии, открывавшем праздник, участвовали пешие и конные воины (около 50 тысяч), колесницы и слоны, 800 юношей в золотых венках и 580 женщин, сидевших в отделанных золотом и серебром носилках; везли бесчисленное количество богато украшенных статуй богов и героев, многие сотни рабов несли золотые и серебряные предметы, слоновою кость. Торжества длились 30 дней, в течение которых шли гимнастические игры, единоборства, театральные представления, устраивались охоты и пиры на тысячу и полторы тысячи человек (Поли-бий, III, 5, 2). На такие празднества стекались участники со всех концов эллинистического мира.

Среди найденных в Египте папирусов особую группу текстов составляют пригласительные билеты на различные торжества и трапезы культового назначения, главным образом в честь Сараписа, в которых содержатся ценные сведения о почестях, которые воздавались победителям агонов, среди них: венки, дипломы, памятные призы, освобождение от налогов и литургии, пожизненное содержание со стороны городского совета. Право на такое содержание могло даже продаваться или передаваться по наследству. Среди наград и почестей было и почетное гражданство. Среди этих почестей обращает на себя внимание предоставление почетного гражданства. В эллинистический период человек мог быть гражданином одновременно нескольких государств, знаменитые атлеты были среди тех, кто чаще других пользовался этим правом. Таким образом, празднества и развлечения, игравшие большую роль в общественной жизни крупнейших городов эллинистического мира, воспроизводили многие черты Великих Священных игр Греции, они включали как обязательный элемент торжествен-

ное шествие, жертвоприношения, состязания атлетов и конные агоны. Однако это сходство в большей части ограничивалось воспроизведением внешних черт эллинского агона. Эти пышные празднества, утратив сакральный характер, в эллинистическом мире служили важнейшим средством утверждения императорского культа, удовлетворения честолюбия и местного патриотизма, в определенных случаях являлись поводом для выражения верноподданнических чувств.

Если центр эллинистической агонистики сместился во II в. до н.э. на эллинизированный Восток, то вслед за этими географическими изменениями изменилось и смысловое значение агонистики, в этом отношении центр тяжести сместился с религиозных на политические аспекты.

Одним из символов формирования эллинистической культуры стало распространение эллинистического образа жизни и эллинской системы образования. В восточных городах, получивших статус полиса, сохранились специфические полисные институты, важное место среди которых занимали гимнасий и эфебия.

Следует обратить внимание и на то, что под влиянием эллинских традиций в Риме учреждались периодические состязания по примеру Олимпийских, Пифийских, Истмийских и Немейских игр. При этом сакральный смысл и значение эллинского и римского состязаний в период римского владычества в Элладе имеют существенное различие. В Греции Великие Священные агоны по-прежнему являлись принадлежностью культа олимпийских богов, в Риме же они были принадлежностью императорского культа. Весьма существенным различием оставалось и то, что в Риме участниками состязаний были преимущественно рабы, в Элладе же в период расцвета агонистики рабы не допускались к участию в состязаниях. Однако в рассматриваемый период и в Элладе это положение соблюдалось далеко не всегда в силу десакрализации агона и усиления его зрелищной функции. Кроме того, как известно, в Риме были весьма популярны конные ристалища, восходящие к сакральным традициям погребального агона,

борьба и кулачный бой, соответствующие воинским традициям древних римлян. Что же касается простой агонистики (бега, прыжков, метания), то эти виды агона, популярные в Греции, не вызывали какого-либо интереса в Риме.

О том, что традиция эллинского агона не была принята в Риме безоговорочно, свидетельствует Тацит: "В консульство Нерона (четвертое) и Корнелия Косса (60 г. н.э.) в Риме по образцу греческих состязаний (т.е. Олимпийских игр) были учреждены игры, которые надлежало проводить раз в пятилетие, Светоний сообщает, что эти игры состояли из состязаний в музыке, поэзии и конских ристаний и получили название Нероней, что, как всякое новшество, вызвало разноречивые толки. Нашлись и такие, кто говорил, что на их памяти старики порицали даже Гнея Помпея за возведение им постоянного театра. Ведь ранее наспех сколачивали ступенчатые трибуны для зрителей и временную сцену, а если глубже заглянуть в старину, то народ смотрел представления стоя, ибо опасались, что если в театре будут сидения, он станет в нем проводить целые дни в полном безделии. Пусть будут сохранены завещанные древностью зрелища, даваемые преторами, но без необходимости для кого бы то ни было из граждан вступать в состязания. А теперь вследствие заимствованной извне разнузданности уже расшатанные отчие нравы окончательно искореняются, дабы Рим увидел все самое развращенное и несущее с собой развращение, что только не существует под небом, дабы римская молодежь, усвоив чужие обычаи, проводя время в гимнасиях, праздности и грязных любовных утехах, изнежилась и утратила нравственные устои, и все это — по научению принцепса и сената, которые не только представили свободу порокам, но и применяют насилие, заставляя римскую знать под предлогом соревнований в красноречии и искусстве поэзии обесчестить себя на подмостках. Что же ей остается, как не обнажиться и, вооружившись цестами, заняться кулачными боями, вместо того чтобы служить в войске и совершенствоваться в военном деле?" (Тацит, Анналы, кн. 14, 2). Представля-

ющие в суперэтническом смысле своего рода единство греки и римляне имели достаточно прочные традиции сакрального агона, которые сыграли исключительную роль в становлении и развитии культуры Эллады и нашли отражение в феномене зрелищ в Риме. При этом в рассматриваемый период и в Элладе, и в Риме имеющие изначально сакральный смысл состязания были подвержены процессу десакрализации, который сопровождается усилением зрелищной функции агона. При этом наблюдается стремление официальной власти использовать эти традиции в политических целях, что выражается в устройстве в Риме периодических игр по типу общегреческих и в благоустройстве мест проведения общеэллинских агонов в Элладе, о чем свидетельствует грандиозное строительство в Олимпии, развернувшееся в римский период. Представители Рима принимали участие в Олимпийских играх с 224 г. н.э. Однако утратившая свой сакральный смысл агонистика в Греции испытывала глубокий кризис и вызывала критику не только со стороны римлян, но и со стороны греческой интеллигенции. Что касается Рима, то в этот период не только сакральный, но и агональный характер утрачивала гладиатура, превращаясь в театрализованную форму убийства. Этот вид зрелища вызывал полное неприятие в Греции. Мы располагаем сведениями о существовании гладиаторских боев лишь в одном городе на территории Греции — в Коринфе. Но это связано с трагической историей этого города. Как сообщает Георг Финлей, место, где стоял цветущий Коринф, после разрушения его в 146 г. до н.э. Луцием Муммием и истребления его жителей было посвящено богам и долгое время оставалось заброшенным. Такое положение было до тех пор, пока Юлий Цезарь не населил город римскими колонистами. Цезарь снова укрепил акрополь, восстановил храмы, порт и населил город ветеранами своих легионов и промышленниками из вольноотпущенных. Таким образом, Коринф уже не был греческим городом — он стал римской колонией среди эллинского племени, имеющей римские учреждения, латинский язык и римские

обычаи, к числу которых и относились гладиаторские бои. Однако при всем несовпадении греческого и римского отношения к агону стремление римских завоевателей сблизиться с эллинским населением и населением других захваченных стран, а также уважение к греческой культуре вызвали к жизни весьма своеобразную форму агона — освободительный агон.

Этот вид состязаний, по свидетельству Плиния, был установлен Траяном. К этому виду агона относились игры и зрелища, дающие победителю право сделаться свободным, обозначаемым трудно переводимым термином 18е1а811си8, образованным от греческой глагольной формы £1<3"Г|Я,СХСУСХ,\' (въехали). Буквально следовало бы переводить этот термин как "въездной". Момент торжественного "въезда" победившего на игрищах атлета в свой родной город совпадал с моментом его принятия в число свободных граждан данного города. Отсюда обозначение самих игрищ — освободительные (Плиний Младший, Переписка с Траяном).

Об этом виде гладиаторских боев мы узнаем из весьма интересного документа — переписки Плиния Младшего с Траяном. В письме к императору Плиний, занимавший должность консула, пишет: "Атлеты настаивают на том, чтобы права, установленные тобой для победителей на "освободительных" состязаниях, присваивались им с того дня, как они удостоены были венка победителя. По их мнению, важен не момент их торжественного въезда в родной город, а момент их победы в состязании, на основании которой только и может осуществляться их въезд. Я, со своей стороны, склонен подчеркивать самое значение названия "освободительных" боев как дающих право на въезд в город и потому сильно сомневаюсь, не правильней ли считаться с тем сроком, когда они совершили свой въезд в родной город! Те же атлеты просят, чтобы им дали паек за победу в тех состязаниях, которые тобою потом были объявлены "освободительными", хотя они победили, когда состязания таковыми еще не были. Они говорят, что им ничего не дают за победы в соревнованиях, переставших быть "освободи-

тельными" после того, как они победили..." (Плиний Младший, Переписка с Траяном). Из дальнейшего содержания письма и ответа Траяна узнаем, сколько произвола было в применениях этого права или в отказе в нем. Правительство Траяна понимало, что рабы-гладиаторы представляют значительную силу, и шло на определенные уступки, но считало весьма опасным давать гладиаторам слишком много воли.

Таким образом, при организации гладиаторских боев римское правительство порой использовало некоторые атрибуты эллинского священного агона. В нашем случае был использован обычай награждения победителей состязаний венком и традиция торжественного въезда победителей всеэллинских агонов в родной город, которая восходит ко времени греческой архаики, когда самые знатные эллины считали высочайшей честью состязаться на Великих Священных играх Греции, а победители в понимании эллинов были избранниками богов.

После того как Греция стала римской провинцией, святилища в Олимпии и Дельфах начали испытывать значительное влияние римлян. Римские императоры, как отмечалось у Павсания, приносили в Олимпию дары и посвящали богам свои статуи (V, 10, 5). В этот период в Олимпии появились изваяния чиновников администрации, управляющей провинцией Ахайя, в частности статуи Муммия и его легатов, которые правили в Ахайе. Но часто совершались ограбления сокровищниц Олимпии, как это случалось при Сулле в 85 г. до н.э. (Плутарх, Сулла, 12). Как известно, Сулла намеревался даже перенести Олимпийские игры из Олимпии в Рим и приказал 175-е Олимпийские игры 80 г. до н.э. проводить в Риме, но через четыре года игры в Олимпии возобновились. В эпоху римского владычества Олимпия и другие эллинские святилища приходили в упадок, а общеэллинские, некогда блестящие агоны постепенно утрачивали свое сакральное значение и становились празднествами местного значения. Однако в отдельные периоды римского владычества Олимпийские игры проводились с большим великолепием, а в Олимпии осу-

ществлялось весьма оживленное строительство. После длительного запустения святилища и упадка Игр в годы позднего эллинизма большое строительство в Олимпии осуществлено при Августе. Некоторые римские императоры проявляли большой интерес к Олимпийским играм, осуществляли их щедрое финансирование. Как сообщают историки, Тиберий стал победителем в беге колесниц в

4 году до н.э. При Августе был реставрирован и превращен в храм Августа Метроон с постановкой там вначале статуи Октавиана, а затем и других правителей империи (Павса-ний V, 12, 6-7; V, У1, 19, 10). Во времена Калигулы Олимпия подвергалась ограблению. Светоний рассказывает о том, что Калигула хотел увезти из Олимпии в Рим статую Зевса, но отправленный для этой перевозки из Рима в Грецию корабль поразила молния (Свето-ний, Калигула, 57, 1; 22,2).

Среди римских императоров повышенным вниманием к Олимпии и ее агону отличался Нерон, в годы его правления в Олимпии был реконструирован стадион и судейские трибуны, увеличена высота южной стены, в Аль-тисе был построен дворец в римском стиле с атриумом, перистилем и вестибюлем, с ванной и баней поблизости от стадиона и ипподрома. Чтобы въехать в Альтис на колеснице, Нерон приказал разобрать в юго-восточной части ограды стену и построить триумфальную арку. В увлечении Нерона разного рода зрелищами и играми, в его интересе к Олимпийским играм и Олимпии не было какой-либо конструктивной цели, просто игры и состязания были в глазах Нерона средством утверждения власти.

В 60 г. н.э. были учреждены новые игры в Риме - Неронеи, которые должны были по образцу Олимпийских игр проходить каждые

5 лет. В программу этих игр входили состязания в музыке, гонках колесниц, гимнастике, ораторском искусстве и поэзии. Показательно, что в программе Нероней не было традиционных для Рима гладиаторских боев, они устраивались на эллинский манер. На играх председательствовали консуляры, присутствовали весталки, а сам принцепс выступал в ораторских состязаниях. В 61 г. в Риме был

построен гимнасий, который через два года сгорел (Тацит. Анн. V 21, 22, 47; Свет. Нерон, 21).

В сентябре 66 г. Нерон выехал в Грецию, где он нашел отдых от кровавых событий в Риме и выступал на сцене, рассчитывая найти в эллинах понимающих зрителей. Нерон во время своего пребывания в Греции, в нарушение вековых традиций эллинов, объявил на два года ранее положенного срока Олимпийские игры и приказал ввести певческие состязания, считая, как замечает Светоний, свой голос особенно приятным и сильным (Светоний, Нерон, 24), он получил много первых призов и венков. В 67 г. н.э. Нерон объявил свободу провинции Ахайя, что означало лишь снятие с Греции налогов. Нерон вернулся из Греции в Рим в начале 68 г. н.э., его возвращение было объявлено как приезд олимпионика; в процессиях, устроенных по этому случаю, несли 1808 победных венков. После смерти Нерона внеочередные игры, устроенные по приказу Нерона, были объявлены недействительными. Приказ Нерона сбросить с постаментов статуи прежних победителей, очевидно, не был исполнен. Однако из Альтиса уже был увезено 500 бронзовых статуй (Павсаний Х, 7, 1). Последний свой подъем агонистика эллинского образца, Олимпия и другие святилища пережили во II веке н.э. в связи с покровительством Адриана. Этот последний расцвет эллинских традиций не случаен, во II в. н. э. правители Рима использовали возрождение языческих культов для борьбы с распространением христианских идей. Древняя Олимпия с ее сакральным агоном подходила для этой борьбы лучше, чем любой другой культовый центр. В Олимпии был возрожден древнейший оракул, велось строительство терм, гостиниц и других жилых помещений. Олимпийские игры носили в этот период международный характер, в этих состязаниях принимали участие атлеты из Александрии, Эфеса, Сирии, Финикии, в играх участвовали африканцы, вавилоняне, армяне. Без сомнения, можно заметить, что эти состязания были лишь бледной копией сакрального эллинского празднества. Состязания атлетов, начиная с

IV в. до н.э., к периоду своеобразного языческого ренессанса полностью утратили связь с древними эллинскими поклонениями. Кризисным и драматическим был для Олимпии и ее Игр III в. н.э., древнее святилище постепенно приходило в упадок, этот процесс был ускорен землетрясением, в результате которого было разрушено много зданий в Альтисе. Последняя зафиксированная археологическими раскопками статуя победителя на Олимпийских играх отмечена 261 г. н. э. Таким образом, в период римского владычества в Элладе произошло определенное столкновение агональных традиций Греции и Рима, восходящих своими корнями к древнейшим ритуалам сакрального значения. В период Римской империи сакральное значение агонистики было в значительной степени утрачено. Однако стойкость агональных традиций в греко-римской античности и социально-политические условия привели к зарождению и широкому распространению новых форм агональной практики, которые представляли собой смешение праздничного развлечения и публичности. Такие формы агона широко использовались в политических целях, с помощью их устройства власть могла укрепить свой престиж среди сограждан и завоевать популярность у народов покоренных земель. Утратившие связь с сакральными ритуалами и культами агоны продолжали существовать, с архаическим единством состязания и священнодействия они в этот период имели мало общего.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Отличительной чертой агонистики рассматриваемого периода является снижение сакральной составляющей и превращение агона в зрелище. Одним из главных отличий агона-ритуала и агона-зрелища, как отметил Н. Н. Бахтин, является то, что в агоне как зрелище первенствует не участник, а зритель, для которого существует участник. В этом случае нет единства между участником и зрителем, в нем есть профессионал, который скорее ремесленник, нежели свободный творец [ 2 ]. Утрата религиозного значения агона связана с нарастанием противоречия между сакраль-

ным содержанием древнегреческой агонистики и формой организации агона, которая начинает преобладать над его содержанием. В результате таких изменений агон превраща-

ется в форму, которая может быть включена в новые культовые практики или развиваться по своим собственным законам независимо от мифологии и религии.

ЛИТЕРАТУРА

1. Андреев, Ю.В. Цена свободы и гармонии. Несколько штрихов к портрету греческой цивилизации / Ю. В. Андреев. - СПб. : Алетейя. - 1998. - 400 с.

2. Бахтин, Н.Н. Спорт и зрелище / Н.Н. Бахтин // Философия как живой опыт, Избранные статьи и М., Лабиринт. - 2008. - С. 203-207.

3. Визитей, Н.Н. Олимпизм как смысловое ядро атонального процесса / Н. Н. Визитей // Теория и практика физической культуры. - 2014. - №1. - С. 61-64.

4. Хейзинга, Й. Хомо луденс. В тени завтрашнего дня / Й. Хейзинга. - М. : Прогресс, 1992. - 464 с.

5. Шайд, Дж. Религия римлян / Дж. Шайд. - М. : Новое издательство. - 2006. - 280 с.

6. Ясперс, К. Смысл и назначение истории / К. Ясперс.

- М. : Издательство политической литературы, 1991.

- 530 с.

7. Яровой, А.В. Теоретическая модель феномена агонистики / А. В. Яровой // Научный вестник ВФ РАН и ГС. - 2016. - №3. - С. 99-105.

8. Delavaud-Roux M.H. Le danses armees en Greece antique / M.H. Delavaud-Roux. - Dess. d'Agnes Irigoyen. - Aix-en -Provence: Publ. De l'Univ. De Provence, 1993. - 210 c.

9. Finley M.I. Politics in the ancient world /M.I. Finley. -Cambridge univ. Press, 1983. - 152 p.

10. Finley M.I. and Pleket H.W. The Olympic Games: the first Thousand years / M.I. Finley. - London: Chatto & Windus, 1976. - XV, 138 p.

11. Kelly T. A history of Argos to 500 B.C. / T. Kelly -Minneapolis: univ. of Minnesota press, 1976. - 214 p.

12. Nilsson M.P. Geschichte der griechischen Bd. I. Die Religion Griechenlands bis au die griechische Weltherrschaft / M.P. Nilsson. - München: Beck, 1941. - 823 s.

REFERENCES

1. Andreev, Iu.V. Price of freedom and harmony. Several strokes for the portrait of the Greek civilization / lu.V. Andreev. - SPb. : Aleteiia. - 1998. - 400 p.

2. Bakhtin, N.N. Sport and spectacle / N.N. Bakhtin // Phio-losophy as a real experience, Selected papers [Filosofiia kak zhivoi opyt, Izbrannye stati i M.], Labirint. - 2008. - P. 203-207.

3. Vizitei, N.N. Olympism as a nucleus of the agonal process / N. N. Vizitei // Teoriia i praktika fizicheskoi kultury [Theory and practice of physical culture]. - 2014. - №1. - P. 61-64.

4. Kheizinga, I. Homo ludens. In the shadow of tomorrow / I. Hejzinga. - M. : Progress, 1992. - 464 s.

5. Shaid, Dzh. Religion of Roman people / Dzh. Shaid. - M. : Novoe izdatelstvo [New publishing house]. - 2006. - 280 p.

6. Iaspers, K. Sense and designation of history / K. Iaspers. - M. : Izdatelstvo politicheskoi literatury [Pub-

lishing house of political literature], 1991. - 530 p.

7. Iarovoi, A.V. Theoretical model of agonistics phenomenon / A. V. Iarovoi // Nauchnyi vestnik VF RAN i GS [Scientific bulletin of RANiGS]. - 2016. - №3. - P. 99-105.

8. Delavaud-Roux M.H. Le danses armees en Greece antique /M.H. Delavaud-Roux. - Dess. d'Agnes Irigoyen. -Aix-en - Provence: Publ. De l'Univ. De Provence, 1993. - 210 c.

9. Finley M.I. Politics in the ancient world / M.I. Finley. -Cambridge univ. Press, 1983. - 152 p.

10. Finley M.I. and Pleket H.W. The Olympic Games: the first Thousand years / M.I. Finley. - London: Chatto & Windus, 1976. - XV, 138 p.

11. Kelly T.A history of Argos to 500 B.C. / T. Kelly - Minneapolis: univ. of Minnesota press, 1976. - 214 p.

12. Nilsson M.P. Geschichte der griechischen Bd. I. Die Religion Griechenlands bis au die griechische Weltherrschaft/ M.P. Nilsson. - München: Beck, 1941. - 823 p.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ:

Рекутина Наталья Викторовна - кандидат педагогических наук, доцент кафедры теории и методики физической культуры и спорта Сибирского государственного университета физической культуры и спорта, 644009 г.Омск, ул. Масленникова, 144, e-mail rekutinanv@mail.ru

ОБРАЗЕЦ ЦИТИРОВАНИЯ

Рекутина Н.В. Мифология и реальность олимпийского агона в римский период истории Античной Греции / Н.В. Рекутина // Наука и спорт: современные тенденции.- 2020. - Т. 8, № 2. - С. 44-51. DOI: 10.36028/23088826-2020-8-2-44-51

FOR CITATION

Rekutina N.V. Mythology and reality of Olympic agon of Ancient Greece in the Roman Era. Science and sport: current trends, 2020, vol. 8, no. 2, pp. 44-51 (in Russ.) DOI: 10.36028/2308-8826-2020-8-244-51