Концепция взаимосвязи личности зодчего и его произведений на примере ведущих архитекторов Саратова рубежа хiх-хх веков

СТРОИТЕЛЬСТВО И АРХИТЕКТУРА

УДК 72.03

А.Б. Корчагина

КОНЦЕПЦИЯ ВЗАИМОСВЯЗИ ЛИЧНОСТИ ЗОДЧЕГО И ЕГО ПРОИЗВЕДЕНИЙ НА ПРИМЕРЕ ВЕДУЩИХ АРХИТЕКТОРОВ САРАТОВА РУБЕЖА ХК-ХХ ВЕКОВ

Рассматривает формирование творческой личности, которое проходит в несколько этапов: адаптация, индивидуализация и интеграция. Автор выстраивает феноменологическую модель, и подтверждает ее конкретными примерами из биографий ведущих архитекторов Саратова рубежа ХХ-ХХ веков, а также их произведениями разных лет. В статье наглядно демонстрируются принципиальные моменты творческого процесса с учетом роли личности творца и влияния на него среды: семьи, окружающей обстановки, образования, экономических, социальных и политических условий, творчества других мастеров.

Личность архитектора, Мюфке, Салько, Каллистратов, Люкшин, Зыбин

A.B. Korchagina

THE CONCEPT OF INTERDEPENDENCE BETWEEN THE PERSONALITY OF AN ARCHITECT AND HIS WORKS ON THE EXAMPLE OF LEADING SARATOV ARCHITECTS AT THE TURN OF THE XIX-XX CENTURIES

The article considers formation of a creative personality which goes through a number of stages: adaptation, individualization and integration. The author developed the phenomenological model and confirmed it by the concrete examples taken from biographies of the leading Saratov architects who lived at the turn of XIX-XX centuries, and their works of architecture dating back to different years. The article presents the basic moments in the creative process taking into account the role of an artist impacted by the environment, i.e. his family, surroundings, educations, economic, social and political conditions, and works of other artists.

Personality of an architect, Mufke, Salko, Kallistratov, Lukshin, Zybin

Внешний облик любого города можно сравнить с неким пространственным знаком, издали ориентирующим зрителя, а наличие закрепляющих узлы зданий и ансамблей внутри него придает ему характерные отличительные черты в ряду других городских образов. Саратов, несомненно, ассоциируется с университетом, зданиями консерватории и Крытого рынка. В ряду значимых сооружений также стоят: здания Управления Рязано-Уральской железной дороги и гостиниц «Астория» и «Московская», гимназии Куфельд и церкви-часовни «Утоли моя печали». Все это творения плеяды пяти ведущих архитекторов Саратова рубежа Х1Х-ХХ веков: А. М. Салько, К. Л. Мюфке, В. А. Люкшина, С. А. Каллистратова и П. М. Зыбина.

Застройка рубежа Х1Х-ХХ веков сформировала целостный и уникальный облик культурной столицы Поволжья. Город приобрел свои индивидуальные черты на основе синтеза провинциальной русской архитектуры и ассимилированных многонациональных традиций региона.

Купеческое зодчество столицы Поволжья рубежа Х1Х-ХХ веков ярко выражает особенности жизнедеятельности исторической городской среды. Торговые здания, особняки и доходные дома составляют основу исторического центра. На формирование культурной среды влиял деловой мир города. Купцы, промышленники, крупные домовладельцы и банкиры отдавали предпочтение современному направлению архитектуры. Она отражала стилистические предпочтения и финансовые возможности общества того времени.

Новый массовый заказчик, щедро субсидировавший строительство, - промышленная и торговая буржуазия - своими взглядами, вкусами, требованиями существенно влиял на характер архитектуры, ее стилевую направленность. Зодчий переставал быть центральной, непререкаемо авторитетной

203

фигурой в этом процессе. И закрепить за собой право на значимые проекты могли лишь действительно творческие личности.

Итак, свобода творчества выдающихся авторов в синтезе с благоприятной социальноэкономической средой купеческого Саратова на рубеже Х1Х-ХХ веков дала возможность архитекторам оставить яркий след в истории и культуре. Архитектура отражает способность архитектора к пространственному видению и сочетанию различных стилей, проявляет его организаторские способности, темперамент и интуицию. В сооружениях отражено движение мысли архитектора, подчеркивая его личное присутствие в создании произведения. На наш взгляд, интересным будет обратить внимание как на личность архитектора и его творения, так и на их взаимодействия. Отдельные здания и их ансамбли выделяют авторский почерк творца и дают представление об архитекторе и его личности.

Используя термин «личность архитектора», мы говорим лишь о профессиональном развитии личности человека. Тем не менее личность архитектора хоть и является уникальной сама по себе, все же подчинена общим психологическим закономерностям. Проблемы деятельности, самосознания и творчества человека, формирования собственного «Я», воспитание индивидуального характера и способностей, - все это рассматривает персоногенетический подход в психологии. Согласно данному подходу социокультурная среда является источником, питающим развитие личности. Реальной базой и движущей силой совершенствования личности является приобщение ее к культуре и творчеству [1].

Формирование творческой личности проходит в несколько этапов: адаптации, индивидуализации и интеграции [2]. Ниже рассмотрим их подробнее и на конкретных примерах пяти выдающихся архитекторов Саратова рубежа Х1Х-ХХ веков.

Первый этап - адаптация. В этот период происходит усвоение действующих ценностей и норм, освоение средствами и формами деятельности и подражание начинающего архитектора колле-гам-профессионалам.

Анализируя начальные периоды биографии известных архитекторов, можем сделать вывод, что все они отражали в своей последующей профессиональной деятельности печать воспитания и обстановки, полученных в детском возрасте. Так, Карл Людвигович Мюфке, отец которого был апте-карем-провизором, впоследствии создал основу архитектурного ансамбля Саратовского университета, состоявшего изначально только из медицинского факультета, а также ансамбль Клинического городка [3]. Значимыми проектами Зыбина Петра Митрофановича, воспитывавшегося в церковноприходской школе и учившегося живописи у иконописца, стали церковь-школа, построенная для детей железнодорожных служащих, церковь-часовня при архиерейском доме «Утоли моя печали», колокольня при Спасопреображенском мужском монастыре (совместно с В.К. Карпенко), а также принятый проект расширения Александро-Невского кафедрального собора.

Семен Акимович Каллистратов родился в семье сельского священника и преподавателя. На его счету в Саратове два осуществленных и один оставшийся только на бумаге проекты школ-дворцов, гимназии Куфельд. И, конечно, венец творчества - проект расширения и оформления фасада здания музыкального училища для нужд открываемой консерватории.

Сыну государственного служащего, Алексею Марковичу Салько, особенно удавались общественно значимые проекты: здания окружного суда, управления Рязано-Уральской железной дороги, Духовного православного училища и музея имени А. Н. Радищева. Василий Алексеевич Люкшин родился в мещанской семье, с двух лет воспитывался дедом. Работая в Саратове, архитектор реализовал проекты гинекологической лечебницы имени Медведевых, частной больницы врачей Л. Бухгольц и В. Грасмик, дома профессора-ботаника Н. Я. Ивановского. На основе вышеприведенной феноменологической модели нам представляется возможным сделать вывод, что дед В. А. Люкшина по роду деятельности имел отношение к медицине, возможно, был сельским врачом.

Таким образом, каждый архитектор совмещал свой социокультурный опыт и приобретенные знания в своих произведениях, определяя их конечную направленность - общественную, культурнопросветительскую, религиозную.

Следующим этапом развития творческой личности является индивидуализация архитектора. Все изменения в этот период обусловлены обострением противоречий между необходимостью «быть таким, как все» и стремлением личности творца к персонализации. Из вышеизложенного следует, что архитектурное сооружение часто находится в прямой зависимости от эстетических и культурных предпочтений зодчего.

Ярким примером данного предположения является использование классицистических мотивов в проектах К. Л. Мюфке, воспитывавшего свой художественный вкус на лучших образцах столичного классицизма (рис. 1). Для П. М. Зыбина, получившего столичное образование, прообразами значимого проекта церкви-часовни «Утоли моя печали» (рис. 2), несомненно, стали собор Воскресения Христова на Крови и собор Василия Блаженного. С. А. Каллистратов, учившийся в Швейцарии, увековечил свое имя в образах зданий саратовской консерватории (рис. 3) и гостиницы «Астория». Оба архитектурных сооружения в стиле романтического модерна отсылают нас к европейской готической архитектуре. А. М. Салько был человеком, придерживавшимся патриархальных русских традиций. Это отразилось как на его семье (Алексей Маркович был отцом девятерых детей), так и на его архитектуре. Здания, автором которых является

А.М. Салько, выделяются из общей застройки города своим «кирпичным стилем» (рис. 4). В их обликах чувствуется традиционно русский мотив, влияние отечественной архитектурной школы: затейливые орнаменты из кирпича, декоративные карнизы, веселые кокошники, башенки - что-то от старинных боярских палат, от знаменитой кремлевской зубчатки. В здании Крытого рынка (рис. 5) архитектора В. А. Люкшина можно увидеть черты европейской архитектуры рубежа Х1Х-ХХ веков с присущим ей использованием бетона, большепролетных конструкций и витражного остекления больших окон.

1 т 14,.; V

' тл 1.7Г1 а/ГЖ: гя 1" '1 1; 1 ! | 1"

* * -

Рис. 1. Учебный корпус Саратовского государственного университета. Архитектор К. Л. Мюфке

Рис. 2. Церковь-часовня «Утоли моя печали» Архитектор П. М. Зыбин

Рис. 3. Здание саратовской консерватории. Архитектор С. А. Каллистратов

Рис. 4. Особняк П.А. Никитина. Архитектор А. М. Салько

Рис. 5. Здание Крытого Рынка. Архитектор В. А. Люкшин

Завершающим этапом формирования творческой личности является интеграция. Она определяется противоречием между стремлением архитектора быть индивидуально представленным своими особенностями в профессиональном сообществе и потребностью этого сообщества принять и культивировать лишь некоторые из них. Если данное противоречие не устранено, чаще всего, это приводит к дезинтеграции с последующей изоляцией или вытеснением из профессиональной среды. Появляются неосуществленные проекты, оставшиеся лишь на бумаге, работа «в стол», тогда как сам проект не представляет собой конечной цели творчества архитектора, его замысел должен быть воплощен в жизнь.

Что касается саратовских архитекторов, каждый из них - А.М. Салько, В.А. Люкшин, С.А. Каллистратов, К.Л. Мюфке и П.М. Зыбин, - был плодотворным творцом до конца жизни. Некоторые занимались на склоне лет административной работой и преподаванием.

Таким образом, нам удалось на примере ведущих архитекторов Саратова рубежа Х1Х-ХХ веков наглядно продемонстрировать принципиальные моменты творческого процесса с учетом роли личности творца и влияния на него среды: семьи, столичной или провинциальной атмосферы, образования, экономических, социальных и политических условий, идеологий, творчества других мастеров.

Во всех произведениях саратовских архитекторов вложены пыл души, разносторонняя образованность, все их профессиональные знания и навыки.

1. Современный психологический словарь / под ред. Б.Г. Мещерякова, В.П. Зинченко. СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК, 2006.

2. Петровский А.В. Личность. Деятельность. Коллектив / А.В. Петровский. М.: Политиздат,

3. Осятинский А.П. Архитектурный ансамбль К.Л. Мюфке в Саратове / А.П. Осятинский. Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1984.

ЛИТЕРАТУРА

1982.

Корчагина Александра Борисовна -

аспирант, ассистент кафедры «Архитектура» Саратовского государственного технического университета имени Гагарина Ю. А.

Alexandra B. Korchagina -

Postgraduate, Assistant Lecturer Department of Architecture,

Yuri Gagarin State Technical University of Saratov

Статья поступила в редакцию 10.10.13, принята к опубликованию 15.12.13