Приоритеты экономического развития регионов Северо-Запада в контексте Стратегии пространственного развития России

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ

В. В. Окрепилов, С.В. Кузнецов, С. С. Лачининский

ПРИОРИТЕТЫ ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ РЕГИОНОВ СЕВЕРО-ЗАПАДА В КОНТЕКСТЕ СТРАТЕГИИ ПРОСТРАНСТВЕННОГО РАЗВИТИЯ РОССИИ 1

В статье обсуждается Стратегия пространственного развития РФ на период до 2025 года, утвержденная Правительством РФ. Проведена критическая оценка приоритетов развития регионов Северо-Запада РФ. На основании расчета индексов локализации по видам экономической деятельности предложены рекомендации по уточнению специализаций регионов СевероЗападного макрорегиона.

Определение приоритетов экономического развития регионов России остается ключевой стратегической задачей и крупной научно-исследовательской проблемой современности. «Структура современной российской экономики отличается очень серьезными перекосами - технологическими, ценовыми, отраслевыми, региональными. Эти перекосы препятствуют созданию полноценных производственных цепочек внутри страны ...» [1]. Проблемой экономического развития России стала чрезмерная локализация точек экономического роста, т. е. интенсивный рост отдельных мегаполисов, тогда как другие центры возможного экономического развития, напротив, «опустыниваются» [2].

Еще в 2005 г. группой ученых была предпринята попытка обобщить программы развития, принятые на федеральном и региональном уровнях, в которых сформулированы приоритеты социально-экономического развития Российской Федерации, в исследовании «Приоритеты экономического развития субъектов Российской Федерации» [3]. Отправной точкой исследования стала идея академика А.Г. Гран-берга о том, что «экономика России - не монообъект, а полифункциональный (много) региональный организм, функционирующий на основе вертикальных (центр -регионы) и горизонтальных (межрегиональных) взаимодействий и входящий в систему мирохозяйственных связей» [4]. Действительно, унаследованные от советской плановой системы и исторически сложившиеся пространственные каркасы экономических связей существенно устарели и нуждаются в новом научном обосновании. Отмечается, что при установлении долгосрочных приоритетов территориального развития необходимо исходить из того, что они должны быть адаптированы к разнообразию субъектов Федерации и опираться на интегральные оценки уровня социально-экономического развития регионов.

В Стратегии пространственного развития Российской Федерации на период до 2025 года [5] (далее - Стратегии), утвержденной Правительством РФ, а ранее в Указе Президента Российской Федерации от 07.05.2018 г. № 204 «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года» были определены приоритеты экономического развития применительно к регионам Северо-Западного макрорегиона РФ. Однако в этих документах недостаточно учтены разнообразие типов и специфика отдельных регионов России.

1 Исследование выполнено при поддержке гранта Российского научного фонда (проект № 18-17-00112 «Обеспечение экономической безопасности регионов Западного порубежья России в условиях геополитической турбулентности»), в рамках темы НИР «Развитие теоретико-методологических основ управления устойчивым социально-экономическим развитием регионов» (№ 0170-2019-0001).

Необходимость четкой формулировки целей и задач пространственного развития страны и определения региональных приоритетов, в том числе для регионов Северо-Запада, обусловлена рядом причин, среди которых: 1) концентрация населения и экономики в крупнейших городских агломерациях; 2) переход к формированию постиндустриального общества на основе «информационно-коммуникационных технологий»; 3) переход от системы организации поточно-массового производства, основанной на использовании конвейера, к системе мелкосерийного автоматизированного производства, ориентированного на конечного потребителя и распределенного в рамках глобальных цепочек добавленной стоимости; 4) обострение геополитических и геоэкономических рисков для приграничных регионов Северо-Западного макрорегиона, вызванных: взаимными ограничительными мерами, сокращением приграничной торговли, замораживанием проектов трансграничного сотрудничества, обострением военно-политической ситуации в Балтийском регионе; 5) нарастание международного соперничества в циркумполярном регионе.

В других известных документах - указах Президента РФ «Об утверждении Основ государственной политики регионального развития Российской Федерации на период до 2025 года» от 16 января 2017 г. № 13; «О Стратегии экономической безопасности Российской Федерации до 2030 года» от 13 мая 2017 г. № 208, «О Стратегии научно-технологического развития РФ» от 1 декабря 2016 г. № 642 -приоритеты экономического развития были лишь продекларированы.

Исследования стратегий пространственного развития в России и за рубежом. В обсуждении Стратегии пространственного развития РФ Н.В. Зубаревич [6] справедливо обратила внимание на наиболее четко прописанный пространственный приоритет - развитие агломераций. Однако, по ее мнению, проигнорирован институциональный фактор развития агломераций. Кроме этого, города или городские округа, которые признаны в Стратегии перспективными экономическими центрами имеют чрезвычайно малую налоговую базу и почти лишены полномочий. Также не следует забывать и про такой институциональный барьер как доминирование крупного бизнеса в столицах и неравномерное формирование налоговой базы за счет федеральных столиц, крупных городов - региональных центров и «корпоративных городов».

Академик П.А. Минакир [7] отмечает, что в Стратегии нет реального объекта стратегического планирования, а известный урбанист А. С. Пузанов указывает на малый срок реализации Стратегии и игнорирование «муниципалитетов» и «муниципального управления» [8]. Особую критику вызвали предложенные в документе «перспективные экономические специализации регионов». Действительно, если рассмотреть предложенные специализации, то это не перспективные, а существующие специализации. При этом некоторые из них сложились еще в советский период в принципиально иных общественно-политических и социально-экономических условиях.

Группа экономистов из Новосибирска [9] обратила внимание, что в Стратегии проигнорированы вызовы и угрозы, возникающие в российском пространстве. При акценте на развитие городских агломераций не приняты во внимание задачи обеспечения социальной справедливости и поддержки человеческого потенциала российского общества, обеспечения экологической безопасности ведения бизнеса и проживания населения на конкретных территориях и др. На этих аспектах в подобных документах стран ЕС обычно акцентируется внимание.

В частности, если взять зарубежные аналоги, то в Стратегии пространственного развития Германии - 2016 [10] определены четыре стратегических приоритета: «повышение конкурентоспособности регионов», «обеспечение предоставления общественных услуг», «контроль и устойчивое развитие земельных ресурсов» и «трансформация энергосистемы при изменении климата».

Стратегия пространственного развития Словении [11] основана на учете социальных, экономических и экологических факторов. Развитие пространственных систем включает детальные рекомендации на региональном и местном уровнях пространственного развития. В частности, предложено детальное картографическое обоснование по сельскохозяйственным районам, всем видам инфраструктуры и транспортным сетям, городским и прибрежным районам, рекреационным районам и т. д.

Пространственная стратегия Японии [12] предельно конкретна и построена на следующих географических кейсах: регион Тохуко («От восстановления после землетрясения до устойчивого развития»); развитие столичной области; регион Хокурику («Освоение Японского моря и тихоокеанских островов»); регион Чубу; регион Кинки («Взаимодействие с Азией через историю и инновации»); регион Чу-гоку; Регион Куйшу («Основная область японского роста»).

В Докладе «Тенденции в урбанизации и городская политика в странах ОЭСР: уроки для Китая» [13] была провозглашена новая цель региональной и пространственной стратегии стран ОЭСР, которая направлена на помощь каждому региону, вне зависимости от уровня развития и богатства, в максимизации своих собственных сравнительных преимуществ в целях достижения общенациональных целей.

Одним из показательных примеров для РФ является опыт регионального экономического развития Канады [14], предлагающий оригинальные идеи и инструменты для решения пространственных проблем сходных с проблемами РФ, например, пространственные диспропорции; развитие субнациональных территорий; сглаживание различий между городом и селом и др.

В постсоветский период развернулась работа по формулировке принципов развития и созданию стратегий пространственного развития в странах Восточной Европы. Так, Мартин Дабровский [15] указывает, что перед развитием стратегического пространственного планирования в Центральной и Восточной Европе имеется несколько серьезных вызовов: 1) зависимость от предшествующего пути развития; 2) европейская наднациональная региональная политика; 3) внутренняя политика восточно-европейских стран.

Стратегия регионального развития в странах ЕС существенно изменилась за последние годы. Даниелла Антонеску [16] указывает, что современная стратегия «Ев-ропа-2020» имеет три взаимосвязанных приоритета: умный рост - укрепление знаний и инноваций; устойчивый рост - эффективное, устойчивое и конкурентное использование существующих ресурсов; рост, основанный на устойчивой социальной интеграции - развитие знаний жителей регионов, полную занятость, развитие компетенций, борьбу с бедностью и др.

Далее рассмотрим перспективные экономические специализации в рамках экономических приоритетов субъектов Северо-Западного макрорегиона России.

Перспективные экономические специализации Северо-Западного макрорегиона России. Приоритетные экономические специализации, выделенные в Стратегии [5], следует сопоставить с данными о валовой добавленной стоимости по 15-ти видам экономической деятельности за 2005, 2010 и 2016 гг. Особо отметим, что рассматриваемый период характеризуется двумя экономическими кризисами: 2008-2009 гг. и 2013-2016 гг., а также политикой государства по переходу к импортозамещению.

В табл. 1 приведена отраслевая структура валовой добавленной стоимости по регионам Северо-Западного макрорегиона в 2005-2016 гг. в сравнении с показателями РФ.

На основании данных табл. 1 произведена оценка устойчивости специализации регионов балльным методом. Регион получает три балла, если доля отрасли в валовой добавленной стоимости региона превышает российский уровень все три рассматриваемых года, а ноль баллов при условии, что доля отрасли в валовой добавленной стоимости региона не превышает российский уровень ни в один из рассматриваемых годов

Отраслевая структура валовой добавленной стоимости по регионам Северо-Западного макрорегиона в 2005-2016 гг., %

Регион* Вид экономической деятельности**

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

2005 г.

РФ 5,2 0,3 12,8 18,5 3,8 5,7 21,8 0,9 10,6 1,1 9,0 2,9 2,8 3,1 1,5

СПб 0,0 0,0 0,1 20,8 3,5 5,7 24,8 1,5 14,5 0,9 12,2 3,2 4,3 5,2 3,2

Ло 9,2 0,1 0,8 29,1 5,9 9,7 11,8 0,6 17,0 0,1 6,3 3,1 2,4 3,2 0,7

По 10,7 0,1 0,1 18,0 5,2 3,9 21,8 1,2 16,5 0,0 4,1 6,6 4,4 4,9 2,5

Ко 5,9 2,2 14,7 17,3 2,6 5,6 17.1 1,4 11,6 0,3 6,5 6,4 3,4 4,0 1,0

Но 9,4 0,0 0,0 34,6 5,4 6,0 14,5 0,8 13,7 ОД 4,0 3,7 2,9 4,0 0,9

РК 6,1 0,7 19,3 17,6 4,2 4,8 12,4 0,6 15,4 0,0 4,9 4,9 3.6 4,4 1,1

Мо 0,6 8,2 10,8 25,5 6,5 2,5 11,3 0,7 13,6 0,0 6,6 4,5 3,2 4,5 1,5

Во 7,5 0,0 0,0 46,6 3,5 10,3 6,6 0,5 11,9 0,5 3,9 2,4 2,2 3,3 0,8

2010 г.

РФ 4,3 0,2 10,4 17,7 4,5 6,9 19,4 1,0 10,5 0,6 11,4 5,0 3,0 3,7 1,4

СПб 0,0 0,0 0,0 23,8 3,7 7,8 19,0 1,3 10,0 0,8 18,5 3,9 4,0 5,0 2,2

Ло 6,6 0,1 0,9 24,6 7,0 20,2 10,5 0,7 12,8 0,3 6,8 3,7 1,9 3,1 0,8

По 6,7 0,1 0,2 18,7 4,8 5,3 20,6 1,3 15,0 0.4 4,6 10,9 4,5 5,5 1,4

Ко 5,1 2,1 5,9 17,0 2,6 7,0 8,8 21,4 1,1 10,7 0,1 10,7 7,5 3,1 4,2 1,5

Но 9,2 0,0 0,2 30,2 4,8 13,0 1,5 10,5 0,4 5,9 6,9 2,8 4,6 1,2

РК 4,9 1,1 12,8 17,5 5,7 5,2 11,3 0,7 8,5 0,3 6,9 12,0 4,7 7,1 1,3

Мо 0,7 6,8 15,2 17,5 6,4 3,3 9,7 1,3 10.1 0,1 7,8 9,7 3,8 6,3 1,3

Во 5,8 0,1 0,0 38,1 4,7 7,9 8,5 0,7 14,3 0,4 5,1 6,1 2,9 4,2 1,2

2016 г.

РФ 5,1 0,3 10,9 17,3 3,9 6,3 16,9 1,1 9,5 0,5 14,6 4,9 3,0 4,0 1,7

СПб 0,1 0.1 0,3 16,7 3,2 5,1 20,0 1Д 13,0 0,5 24,9 3,2 3,6 5,5 2,7

Ло 6,0 0.1 0,6 30,8 5,8 10,3 11,7 0,8 14,3 0,2 9,7 3,2 2,0 3,3 1,2

По 10,8 0,1 0,4 17,5 4,3 6,9 15,6 1,7 12,0 0,4 7,6 10,4 3,8 6,4 2,1

Ко 4,8 1.8 3,1 23,5 3,5 6,0 12,7 0,9 10,6 0,4 17,1 6,5 3,1 4,4 1,6

Но 8,5 0,0 1,1 34,8 4,1 12,8 8,9 1,1 7,3 0,2 7,0 5,4 3,1 4,4 1,3

РК 4,2 2,1 12,4 17,9 5,2 3.1 10,2 1,0 14,2 0,3 8,1 9,4 3,8 6,7 1,4

Мо 0,3 11,3 16,4 9,2 6,0 6,6 9,8 1,8 11,2 0,2 7,8 8,1 3,2 6,2 1,9

Во 5,0 0.1 0,0 37,6 3,5 6,5 12,1 0,6 15,0 0,2 7,2 5,2 2,1 3,6 1,3

* РФ - Российская Федерация; СПб - Санкт-Петербург; Ло - Ленинградская область; По - Псковская область; Ко - Калининградская область; Но - Новгородская область;

РК - Республика Карелия; Мо - Мурманская область; Во - Вологодская область.

** Перечень видов экономической деятельности см. Примечание табл. 2

Я

тз §

43

СК

Е

Щ

Я О

я о

си о Я о

о

43 ГО 1 8 О Я о

(Я

о

го а го 43

0

1

00 05

Я

£ 05

Оценка «устойчивости специализации» регионов Северо-Западного макрорегиона в 2005-2016 гг.

Регион* Вид экономической деятельности**

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

СПб 0 0 0 2 0 1 2 2 2 1 3 1 3 3 3

Ло 3 0 0 3 3 3 0 0 3 0 0 1 0 1 0

По 3 0 0 2 3 1 1 2 3 0 0 3 3 3 2

Ко 2 3 2 1 0 1 1 2 3 0 1 3 3 3 2

Но 3 0 0 3 3 3 0 1 1 0 0 3 2 3 0

РК 2 3 3 1 3 0 0 0 2 0 0 3 3 3 0

Мо 0 3 2 1 3 1 0 2 2 0 0 3 3 3 1

Во 2 0 0 3 1 3 0 0 3 0 0 2 0 2 0

* РФ - Российская Федерация; СПб - Санкт-Петербург; Ло - Ленинградская область; По -пасть; РК- Республика Карелия; Мо - Мурманская область; Во - Вологодская область.

** См. примечание._

Псковская область; Ко - Калининградская область; Но - Новгородская об-

£ о

С1

а г.

£ о

-I

К

о --

к ^

о м

»

о

Примечание.

Виды экономической деятельности

1. Сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство; 2. Рыболовство, рыбоводство; 3. Добыча полезных ископаемых; 4. Обрабатывающие производства; 5. Производство и распределение электроэнергии, газа и воды; 6. Строительство; 7. Оптовая и розничная торговля; ремонт автотранспортных средств, мотоциклов, бытовых изделий и предметов личного пользования; 8. Гостиницы и рестораны; 9. Транспорт и связь; 10. Финансовая деятельность; II. Операции с недвижимым имуществом, аренда и предоставление услуг; 12. Государственное управление и обеспечение военной безопасности; обязательное социальное обеспечение; 13. Образование; 14. Здравоохранение и предоставление социальных услуг; 15. Предоставление прочих коммунальных, социальных и персональных услуг.

Источник: [17].

'Ж-

Видно, что в С.-Петербурге и Вологодской области лишь три отрасли демонстрируют «устойчивость» специализации, а в Ленинградской, Калининградской, Мурманской областях таких отраслей по пять. В Псковской, Новгородской областях и Республике Карелия - по шесть таких отраслей.

Интересно, что в С.-Петербурге устойчивость демонстрируют (см. графы табл. 3): образование (13), здравоохранение и предоставление социальных услуг (14) и предоставление прочих коммунальных, социальных и персональных услуг (15), что подтверждает переход к постиндустриальной парадигме развития; тогда как в Ленинградской области преобладает «индустриальный профиль»: обрабатывающая промышленность (4), производство и распределение электроэнергии, газа и воды (5), транспорт и связь (9), строительство (6), а также поддерживающее пригородное сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство (1).

Традиционный индустриальный профиль характерен для Вологодской области, где лидируют обрабатывающая промышленность (4), строительство (6), транспорт и связь (9). Присутствие в качестве отрасли специализации Псковской, Мурманской, Калининградской областей и Республики Карелия государственного управления и обеспечения военной безопасности; обязательного социального обеспечения (12) подчеркивает их геостратегическое положение и приграничный статус. Обособленно стоит Новгородская область.

Для проведения межрегиональных сопоставлений уровня диверсификации экономики и сравнения показателей отдельного региона с некоторым эталоном в качестве последнего рассматривается, как правило, национальная экономика. Коэффициент локализации [7], который рассчитывается как отношение регионального показателя, характеризующего вид экономической деятельности, к соответствующему показателю для национальной экономики, широко используется в региональных исследованиях как характеристика уровня специализации региона; сектора, в которых индекс локализации превышает единицу, относятся к секторам специализации.

В табл. 3 приведены индексы локализации видов экономической деятельности в регионах Северо-Запада РФ, рассчитанные на основе данных о валовой добавленной стоимости.

На основе подходов Стратегии [5], нами выделены среди рассматриваемых регионов Северо-Запада пять территориальных приоритетов России: крупнейшая городская агломерация с населением более 1 млн. чел. (С.-Петербург); приграничные геостратегические территории РФ (Ленинградская, Калининградская, Псковская области); регионы, входящие в Арктическую зону Российской Федерации (Мурманская область и три района Республики Карелия); перспективные центры экономического роста субъектов Российской Федерации с населением более 500 тыс. чел. (г. Калининград) и менее 500 тыс. чел. (Мурманск, Вологда, Псков, Петрозаводск, Череповец, Великий Новгород); портовые города Ленинградской области (Выборг, Усть-Луга, Высоцк).

Эти приоритеты определены разработчиками Стратегии. Для каждого региона нами были установлены соответствующие приоритеты: территориальные и экономические. Например, для С.-Петербурга - субъекта РФ были определены следующие территориальные приоритеты: городская агломерация, включающая сопредельные районы Ленинградской области2 (около 6,1 млн. чел.), и перспективные центры экономического роста, в которых сложились условия для формирования научно-образовательных центров мирового уровня: С.-Петербург - Гатчина.

2 100 крупнейших городов России по населению 2018 список РФ URL://www.statdata.ru/largest_cities_russia (дата обращения: 10.03.2019).

Индексы локализации отраслей в регионах Северо-Западного макрорегиона РФ в 2005-2016 гг.

£

о

СТ1 й

а

о —

и

о

ш

к -а

о са в Я

к Л

к> о ы

о £

ы>

Вид экономической деятельности**

гсГИОН 13 15

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 14

2005 г.

РФ 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0

СПб . . 0,0 1,1 0,9 1,0 1,1 1,7 1,4 0,8 1,3 1,1 1,5 1,7 2,1

Ло 1,8 0,3 0,1 1,6 1,5 1,7 0,5 0,7 1,6 0,1 0,7 1,1 0,8 1,0 0,5

По 2,0 0,3 0,0 1,0 1,4 0,6 1,0 1,3 1,6 - 0,5 2,3 1,6 1,6 1,7

Ко 2.1 7,3 1,1 0,9 0,7 1,0 0,8 1,6 1,1 0,3 0,7 2,2 1,2 1,3 0,7

Но 1,8 0,0 0,0 1.9 1,4 1,1 1,0 0,7 0,9 1,3 0,1 0,4 1,3 1,0 1,3 0.6

РК 1,2 2,3 1,5 0,9 0,8 0,6 0,7 1,4 0,0 0,5 1,7 1,3 1,4 0,7

Мо 0,1 27,3 0,8 1,4 1,7 0,4 0,5 0,8 1,3 0,0 0,7 1,5 1,1 1,4 1,0

Во 1,4 0,0 0,0 2,5 0,9 1,8 0,3 0,6 0,6 0,4 0,4 0,4 0,8 1,1 0,5

2010 г.

РФ 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0

СПб 0 0 0 1,3 0,8 1,1 1,0 1,3 0,9 1,3 1,6 0,8 1,3 1,3 1,6

Ло 1,5 0,5 0.1 1,4 1,6 2,9 0,5 0,7 1,2 0,5 0,6 0,7 0,6 0,8 0,6

По 1,6 0,5 0,0 1,1 1,1 0,8 1,1 1,3 1,4 0,7 0,4 2,2 1,5 1,5 1,0

Ко 1,2 10,5 0,6 1,0 0,6 1,2 1Д 1,1 1,0 0,2 0,9 1,5 1,0 1,1 1,1

Но 2,1 0,0 0,0 1,7 1,1 1,3 0,7 1,5 1,0 0,7 0,5 1,4 0,9 1,5 0,9

РК 1,1 5,5 1,2 1,0 1,3 0,7 0,6 0,7 0,8 0,5 0,6 2,4 1,6 1,9 0,9

Мо 0,2 34,0 1,5 1,0 1,4 0,5 0,5 1,3 1,0 0,2 0,7 1,9 1,3 1,7 0,9

Во 1,3 0,5 0,0 2,1 1,0 1,1 0,4 0,7 1,4 0,7 0,4 1,2 1,0 1,1 0,8

2016 г.

РФ 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0

СПб 0 0 0 1,0 0,8 0,8 1,2 1,0 1,4 1,7 1,7 0,6 1,2 1,4 1,6

Ло 1,2 0,3 0,1 1,8 1,5 1,6 0,7 0,7 1,5 0,4 0,7 0,6 0,7 0,8 0,7

По 2,1 0,3 0,0 1,0 1,1 1Д 1,5 1,3 0,8 0,5 2,1 2,1 1,3 1,6 1,2

Ко 0,9 6,0 0,3 1,4 0,9 0,9 0,7 0,8 1,1 0,8 1,2 1,3 1,0 1,1 0,9

Но 1,7 0,0 0,1 2,0 1,0 2,0 0,5 1,0 о;8 0,4 0,5 1,1 1,0 1,1 0,8

РК 0,8 7,0 1,1 1,0 1,3 0,5 0,6 0,9 1,5 0,6 0,5 1,9 1,3 1,7 0,8

Мо 0,1 37,7 1,5 0,5 1,5 1,0 0,6 1,6 1,2 0,4 0,5 1,6 1,1 1,5 1,1

Во 1,0 0,3 0,0 2,2 0,9 1,0 0,7 0,5 1,6 0,4 0,5 1,1 0,7 0,9 0,8

* РФ- Российская Федерация; СПб - Санкт-Петербург; Ло - Ленинградская область; По - Псковская область; Ко - Калининградская область; Но - Новгородская область;

РК - Республика Карелия; Мо - Мурманская область; Во - Вологодская область.

** Перечень видов экономической деятельности см. Примечание табл. 2

го

О

ё а Я Я

!э О И

П

я о и

0

Г) ^

я я

1

О

я Яс

Экономические приоритеты также установлены на основе данной Стратегии. В частности, для С.-Петербурга среди прочего выделены: поддержка высокотехнологичных и наукоемких отраслей производства товаров, услуг; творческих (креативных) индустрий и создание транспортно-пересадочных узлов. Из расчетов (см. табл. 2 и 3) следует, что отдельные виды деятельности не подтвердили свою приоритетность в соответствии со Стратегией [5] (в пяти регионах), а во всех регионах обнаружены виды деятельности, которые необходимо добавить в число приоритетных (табл. 4). При этом в нашем исследовании обрабатывающая промышленность рассматривалась целиком (по валовой добавленной стоимости), а в Стратегии [5], были рассмотрены конкретные отрасли обрабатывающей промышленности в отдельности.

Таблица 4

Рекомендации по внесению изменений и дополнений в Стратегию по регионам Северо-Западного макрорегиона

Регион I. Виды деятельности, которые не подтвердили свою приоритетность II. Виды деятельности, которые подтвердили свою приоритетность III. Виды деятельности, которые стоило бы добавить в перечень приоритетных специализаций

Санкт-Петербург Обрабатывающая промышленность ++ Транспортировка и связь ++ Финансовая деятельность +++ Операции с недвижимым имуществом, аренда и предоставление услуг +++ Образование + Здравоохранение и предоставление социальных услуг ++ Предоставление прочих коммунальных, социальных и персональных услуг +

Ленинградская обл. Добыча полезных ископаемых ++ Рыболовство и рыбоводство ++ Обрабатывающая промышленность ++ Сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство ++ Транспорт и связь ++ Производство и распределение электроэнергии, газа и воды ++ Строительство ++

Псковская обл. Обрабатывающая промышленность ++ Сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство ++ Предоставление прочих коммунальных, социальных и персональных услуг ++ Здравоохранение и предоставление социальных услуг ++ Образование +

Калининградская обл. Обрабатывающая промышленность +++ Сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство + Здравоохранение и предоставление социальных услуг + Транспорт и связь ++ Рыболовство, рыбоводство ++

Новгородская обл. Транспорт и связь + Сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство ++ Обрабатывающая промышленность ++ Производство и распределение электроэнергии, газа и воды + Образование ++ Здравоохранение и предоставление социальных услуг ++

Республика Карелия Обрабатывающая промышленность+ Добыча полезных ископаемых + Сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство ++ Производство и распределение электроэнергии, газа и воды ++

Мурманская обл. Обрабатывающая промышленность+ Добыча полезных ископаемых +++ Рыболовство, рыбоводство +++ Транспорт и связь ++ Предоставление прочих коммунальных, социальных и персональных услуг ++ Образование ++ Здравоохранение и предоставление социальных услуг ++ Производство и распределение электроэнергии, газа и воды ++

Вологодская обл. Рыболовство и рыбоводство ++ Сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство + Транспорт и связь +++ Обрабатывающая промышленность ++ Здравоохранение и предоставление социальных услуг + Строительство +

Обозначения: (+++) — индекс локализации возрастает; (++) — индекс локализации колеблется; (+) — индекс локализации снижается.

Результаты сопоставления данных табл. 2 и 3 с перечнем, представленным в Стратегии [5], были обобщены и дополнены в табл. 4.

Таким образом, на основании проведенных выше расчетов авторы приходят к выводу, что для определения приоритетности тех или иных отраслей для развития региона могут применяться разные методики, и результаты будут значительно отличаться. В нашем случае, виды деятельности (I) на основании нашей методики не подтвердили свою приоритетность, а виды деятельности (III) вообще выпали из внимания разработчиков Стратегии и не попали в число приоритетных. При этом из табл. 3 видно, что индексы локализации конкретных видов деятельности в регионах весьма динамичны как в случае (I), так и в случае (III).

Данные табл. 4 свидетельствуют, что применительно к каждому из рассматриваемых регионов в Стратегии не были отнесены к числу приоритетных отдельные виды экономической деятельности, по которым наблюдается ярко выраженная специализация. В частности, для Санкт-Петербурга - это, среди прочего, финансовая деятельность, здравоохранение и предоставление социальных услуг и др. Это тем более странно, если учесть что именно данные виды деятельности определяют конкурентные преимущества современных европейских столиц с сопоставимой населенностью и обеспечивают устойчивый экономический рост.

Также отметим некоторые неточности. Так, в качестве территориального приоритета в Стратегии упомянуты портовые города Ленинградской области (Выборг, Усть-Луга, Высоцк), однако не назван г. Приморск, с грузооборотом около 60 млн. т, на базе которого в 2019-2022 гг. будет создан многопрофильный глубоководный портовый комплекс «Приморский универсально-перегрузочный комплекс». В перечень геостратегических территорий Российской Федерации, граничащих со странами Европейского Союза, не вошла Республика Карелия.

* * *

В статье предложены уточненные экономические специализации для регионов Северо-Западного макрорегиона России, с учетом современных тенденций развития экономики и проектов, реализованных в регионах.

Литература

1. Ивантер В.В. Перспективы экономического развития России //Проблемы прогнозирования. 2018. № 3 (168). С. 3-6.

2. Русановский В.А., Марков В.А. Занятость и производительность труда в макрорегионах России: пространственные взаимозависимости //Проблемы прогнозирования. 2018. № 2 (167). С. 36-48.

3. Приоритеты экономического развития субъектов Российской Федерации / В.А. Гуртов, Л.Я. Березин, В.А. Матвеев, С.В. Сигова. М.: Изд-во «Кучково поле», 2005. 496 с.

4. Гранберг А.Г. Основы региональной экономики: Учебник для вузов. 2-е изд. М.: ГУ ВШЭ, 2001. 495 с.

5. Стратегия пространственного развития Российской Федерации на период до 2025 года. Утверждена Распоряжением Правительства Российской Федерации от 13 февраля 2019 г. № 207-р.

6. Зубаревич Н.В. Стратегия пространственного развития: приоритеты и инструменты // Вопросы экономики. 2019. № 1. C. 135-145.

7. Минакир П.А. «Стратегия пространственного развития» в интерьере концепций пространственной организации экономики //Пространственная экономика. 2018. № 4. С. 8-20.

8. Эксперт Урал. №6-7 (788) от 11.02.2019 г. [Электронный ресурс]. Режим доступа: URL: //expert.ru/ural/2019/07/hitrost-razuma-upravlencheskogo/

9. Крюков В.А., Мельникова Л.В., Селиверстов В.Е., Суслов В.И., Суслов Н.И. Стратегия пространственного развития России: ожидания и реалии //Регион: Экономика и Социология. 2018. № 2. С. 264-287.

10. Concepts and Strategies for Spatial Development in Germany. Decision of the 41st Standing Conference of Ministers responsible for Spatial Planning in Berlin on 09 March 2016. [Электронный ресурс]. Режим доступа: URL: //www.bmi.bund.de/SharedDocs/downloads/DE

11. The Spatial Development Strategy of Slovenia / [editors Blanka Bartol... et al.]. — Ljubljana : Ministry of the Environment, Spatial Planning and Energy, Office for Spatial Development, 2004. [Электронный ресурс]. Режим доступа: URL: //www.mop.gov.si/fileadmin/mop.gov.si/pageuploads/podrocja/prostorski_razvoj/SPRS_angleska_verzija.pdf

12. New National Spatial Strategy of Japan. [Электронный ресурс]. Режим доступа: URL: //www.mlit.go.jp/kokudokeikaku/international/spw/images/keiseikeikaku_e.pd

13. Trends in Urbanization and Urban Policies in OECD Countries: What Lessons for China? [Электронный ресурс]. Режим доступа: URL: // www.oecd.org/regionaldevelopment)

14. Doberstein C. Metagovernance of Urban Governance Networks in Canada: In Pursuit of Legitimacy and Accountability // Canadian Public Administration. 2013. Vol. 56/4. Pp. 584-609. [Электронный ресурс]. Режим доступа: URL: //dx.doi.org/10.1111/capa.12041

15. Dqbrowski Marcin Shallow or Deep Europeanisation? The Uneven Impact of EU Cohesion Policy on the Regional and Local Authorities in Poland // Environment and Planning C: Government and Policy. 2012. Vol. 30. № 4. Pp. 730-745.

16. Antonescu Daniela. Regional Development Policy in Context of Europe 2020 Strategy // Procedia Economics and Finance. 2014. № 15. Pp. 1091-1097.

17. Регионы России. Социально-экономические показатели. Стат. сб. М.: Росстат, 2018. 1162 с.