Профессиональное правосознание и квалификация преступлений

ВЕСТНИК ПЕРМСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

2007 Юридические науки Выпуск 8

V. УГОЛОВНОЕ ПРАВО, ПРОЦЕСС, КРИМИНАЛИСТИКА

ПРОФЕССИОНАЛЬНОЕ ПРАВОСОЗНАНИЕ И КВАЛИФИКАЦИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

В.Г.Шумихин

Пермский государственный университет, 614990, Пермь, ул.Букирева, 15

Рассматривается влияние профессионального правосознания правоприменителей на их деятельность по квалификации преступлений. Определяются критерии оценки профессионального правосознания в целях повышения его уровня и соответственно уровня правоприменения.

Правосознание как форма общественного сознания является важным фактором развития общества и государства. В структуре правосознания выделяют правовую идеологию и правовую психологию, научное и обыденное, коллективное и индивидуальное правосознание, а также профессиональное правосознание юристов [6. С. 31, 56]. Изучению профессионального правосознания посвящены лишь отдельные работы, между тем важность данной темы очевидна, так как неразвитость правового сознания работников правоохранительных органов не только затрудняет борьбу с правонарушениями, но Ь может быть причиной последних.

Профессиональное правосознание юристов, по мнению некоторых авторов, образует сложная система информационно-познавательных, эмоционально-оценочных и поведенческо-регулятивных компонентов, формируемых как в процессе образования, так и в ходе профессиональной деятельности [1. С. 68]. Действительно, профессиональное правосознание занимает свою нишу между научным и обыденным правосознанием, поскольку формируется под воздействием юридической науки и профессиональной деятельности, приобретая, в известном смысле, некоторые черты научного правосознания.

Профессиональное правосознание непосредственно влияет на качество правоприменительной деятельности, в частности на квалификацию преступлений по уголов-

© Шумихин В.Г., 2007

ным делам. При изучении правосознания субъектов официальной квалификации преступлений (дознавателей, следователей, прокуроров и судей) необходима совокупность определенных критериев, которым оно должно соответствовать. Л.С.Баширова выделяет в качестве таковых: 1) высокий уровень правовых знаний; 2) восприятие основных правовых принципов как руководства к действию; 3) высокий профессионализм (владение методами своей работы); 4) позитивное отношение к праву и отрицательная реакция на совершение правонарушений; 5) приверженность к общечеловеческим и демократическим ценностям [Там же].

Безусловно, первые четыре критерия из перечисленных являются показателями профессионального правосознания. Однако рассматривать приверженность к общечеловеческим и демократическим ценностям как критерий уровня профессионального правосознания нет оснований. На наш взгляд, приверженность той или иной идеологической доктрине (в нашем случае - западной доктрине прав человека) не может быть характеристикой правосознания высокого или низкого уровня. Например, если представители правосудия в США одобряют применение смертной казни к преступникам, то это совсем не свидетельствует о неразвитости профессионального правосознания американских правоприменителей.

Важное значение для уголовно-правовой квалификации имеет высокий уровень правовых знаний, в частности, глубокое знание уголовного законодательства

России, положений Общей части и нормативных признаков составов преступлений, включенных в Особенную часть Уголовного кодекса РФ. Это предполагает знание судебного толкования уголовного закона, которое формулируется в постановлениях Пленума Верховного суда РФ, и знание доктринального толкования уголовного закона, а также целого блока законодательных и подзаконных нормативных актов, к которым отсылают бланкетные диспозиции статей Особенной частит УК РФ.

Анализ ошибок в квалификационной практике следствия и суда дает основание предполагать о невысоком уровне правовых знаний должностных лиц, занимающихся квалификацией преступлений. При известном различии в профессиональной подготовленности и опыте работы дознавателей, следователей, прокуроров и судей последние также имеют невысокий уровень знания уголовного закона. В обзорах Верховного суда РФ отмечалось, что 1/3 всех нарушений законодательства - это неправильная квалификация преступлений [2. С. 22-31; 3. С. 23-30].

В статье 382 УПК РФ уточнено, что неправильной квалификацией содеянного является: 1) нарушение требований Общей части Уголовного кодекса РФ; 2) применения не той статьи или не того пункта, или части статьи Особенной части Уголовного кодекса РФ, которые подлежали применению [6. С. 209].

Неправильная квалификация по уголовному делу может быть дана дознавателем, следователем, прокурором, судьей как преднамеренно, так и вследствие незнания или неправильного толкования уголовного закона. Безусловно, наибольший вред правам и интересам граждан причиняет преднамеренная неправильная оценка содеянного преступником. В ряде случаев это образует составы должностных преступлений.

Так, квалификация по уголовному делу, связанная с очевидным для субъекта квалификации нарушением уголовного закона и повлекшая существенное нарушение прав граждан, образует состав превышения должностных полномочий [5].

Если же дознаватель, следователь и прокурор привлекают к уголовной ответст-

венности лицо, заведомо невиновное, то такая преднамеренная уголовно-правовая оценка деяния невиновного лица будет образовывать состав преступления, предусмотренного ст. 299 Уголовного кодекса РФ.

Умышленная неправильная квалификация действий лица, отраженная в обвинительном приговоре и связанная с его заведомой невиновностью, влечет уголовную ответственность судей по ст. 305 УК РФ за вынесение заведомо неправосудного приговора.

Права обвиняемых (подсудимых) существенно нарушает и такой вид неправильной квалификации, как квалификация «с запасом», т.е. когда субъекту преступления вменяется заведомо больший объем криминала, чем он фактически совершил. К примеру, субъект ударом ножа в живот потерпевшего причинил ему тяжкий вред здоровью, действуя с косвенным умыслом. Следователь, преднамеренно завышая объем обвинения, квалифицирует это как покушение на убийство.

Преднамеренность этой неправильной квалификации со стороны следователя обусловливается желанием подстраховки, которая заключается в возможности суда переквалифицировать содеянное по статье Уголовного кодекса, предусматривающего менее суровое наказание.

Сложившуюся тенденцию квалификации «с запасом» можно устранить, лишь изменив положения уголовно-

процессуального закона и отменив правило «запрета поворота к худшему», что и предлагалось некоторыми авторами [4. С. 113].

Однако с таким предложением нельзя полностью согласиться, т.е. это правило должно оставаться незыблемым для суда. Остроту этой проблемы можно снять путем внесения изменений в ст. 246 Уголовно-процессуального кодекса РФ. В частности, предоставить возможность государственному обвинителю до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора изменить обвинение в сторону применения уголовного закона о более тяжком преступлении.

В действующем законодательстве России отсутствует единая система гарантий от

В.Г.Шумихин

преднамеренно неправильной квалификации содеянного по уголовным делам. В Уголовном кодексе РФ предусмотрены лишь отдельные гарантии от преступных действий должностных лиц правоохранительных органов в этой сфере правоприменения. Однако в УПК РФ не содержится гарантий от такого вида неправильной квалификации, как квалификация «с запасом», которая существенно нарушает права человека.

Другим важным критерием оценки уровня профессионального правосознания является осознание и восприятие правовых принципов как руководящего ориентира при квалификации преступлений. В Уголовном кодексе РФ закреплено пять принципов: законности, равенства всех перед законом, вины, справедливости и гуманизма. Для квалификации преступлений важнейшее значение имеет принцип вины, или принцип субъективного вменения. Он означает, что уголовно-правовая оценка производится исходя не только из наличия вины субъекта, но и ее содержания и направленности. При этом исключается объективное вменение. Опрос дознавателей и следователей показал, что 43% опрошенных не воспринимают принцип вины как руководящее начало в квалификации преступлений. Более того, в квалификационной практике существует оценочный подход к установлению вины субъекта преступления. Психологическая концепция вины, получившая закрепление в нормах Общей части УК РФ, мягко говоря, игнорируется. Вывод о наличии отношения к содеянному в форме умысла или неосторожности иногда просто не соответствует установленным обстоятельствам содеянного.

Принцип законности, означающий к тому же запрет на применение уголовного закона по аналогии, воспринимается дознавателями и следователями достаточно абстрактно. Нередки случаи в квалификационной практике следствия и дознания вменения субъекту составов преступлений, содержащих признаки деяний, лишь отдаленно напоминающих то или иное преступление.

Показателем уровня правосознания является и профессионализм как владение

методами своей работы. Деятельность по квалификации по уголовным делам требует знания методики квалификации преступлений и правил квалификации преступлений, которые закреплены в уголовном и уголовно-процессуальном законодательствах, в судебной практике и доктрине уголовного права. Проведенные опросы дознавателей и следователей свидетельствуют, что до 85% опрошенных пользуются при квалификации содеянного преступниками только эвристическим приемом квалификации и не используют аналитический прием, в основе которого лежит методика квалификации преступлений и правила квалификации преступлений. Как показал опрос, некоторые субъекты официальной квалификации вообще не осведомлены о существовании правил квалификации преступлений.

Позитивное отношение к праву, уважение к действующему уголовному законодательству России, негативное восприятие преступлений - необходимый критерий оценки уровня профессионального правосознания правоприменителя. Позитивное отношение к праву формируется под воздействием ряда факторов. Такое отношение во многом формирует законодатель. Если в течение непродолжительного времени несколько раз изменяется редакция нормы закона, в частности, изменяются нормативные признаки конкретного преступления, то очевиден негатив в восприятии уголовного закона как чего-то зыбкого, нестабильного и не содержащего четких границ преступного и непреступного. Так, законодатель с момента вступления в силу Уголовного кодекса РФ несколько раз изменял редакцию ст. 158, предусматривающей ответственность за кражу, а также редакцию ст. 7.27 КоАП РФ, изменяя границу преступного и непреступного. Такая нестабильность уголовного закона не содействует укреплению позитивного отношения к закону.

Важная роль в формировании позитивного отношения к закону принадлежит сфере образования и воспитания, особенно преподавателям образовательных учреждений и коллегам по работе. Очевидно, позитивного отношения к закону не сформируется, если преподаватель подвергает беспощадной и не всегда обоснованной критике

положения уголовного законодательства. Уважение к закону прививается и в процессе профессиональной деятельности под воздействием примера старших товарищей, руководителей и коллег.

На формирование уважения к праву оказывает влияние и национальный российский менталитет. Его особенности в концентрированной форме выражены в известной пословице: «Закон что дышло, куда повернул, туда и вышло». Конечно же, практика квалификации подвержена этому влиянию. Это проявляется в комплексе признаков легковесного и произвольного подхода к квалификации содеянного по уголовным делам.

Отмеченные особенности современного профессионального правосознания позволяют сделать вывод о том, что обнаруживается определенная деформация профессионального правосознания. Она проявляется в пробельности правовых знаний и представлений, а также в правовом нигилизме, т.е. в осознанном нарушении положений уголовного законодательства.

Профессиональное правосознание правоприменителя оказывает большое

влияние на правильную и точную уголовно-правовую квалификацию. Поэтому формирование его высокого уровня остается важной государственной задачей.

Библиографический список

1. Чефранов В.А. Правовое сознание как разновидность социального отражения / В.А.Чефранов. Киев, 1976.

2. Щегорцов В.А. Социология правознания / В.А.Щегорцов. М., 1981.

3. Баширова Л. С. Правосознание юристов / Л.С.Баширова // Правовая культура и правовой нигилизм: сб. материалов науч. конф. Омск: Омск. акад. МВД России, 2006.

4. Бюллетень Верховного Суда РФ. 2005. №7.

5. Там же. 2006. № 10.

6. Уголовно-процессуальный кодекс РФ. М., 2005.

7. Статья 286 УК РФ. Ч. 1.

8. Назаров А.Д. Влияние следственных ошибок на ошибки суда / А.Д.Назаров. СПб., 2003.

PROFESSIONAL LEGAL CONSCIENCE AND QUALIFICATION OF CRIMES V.G.Shumikhin

Perm State University, 614990, Perm, Bukireva st., 15

The author examines the influence of professional legal conscience of law enforcement officers on their activity in the sphere of qualification of crimes.

The author also defines the criteria which help to estimate professional legal conscience to rise its level and accordingly to improve law enforcement practice.