Теоретические подходы к трактовке социальной креативности в отечественной и зарубежной науке

96

Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Серия: Социальные науки, 2015, № 4 (40), с. 96-103

УДК 316.6

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ К ТРАКТОВКЕ СОЦИАЛЬНОЙ КРЕАТИВНОСТИ В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ И ЗАРУБЕЖНОЙ НАУКЕ

© 2015 г. А.А. Попель

Нижегородский госуниверситет им. Н.И. Лобачевского

a_popel@mail.ru

Поступила в редакцию 14.04.2015

Рассматривается несколько основных подходов к проблеме социальной креативности в отечественной и зарубежной науке. Выявляются отличительные характеристики каждого подхода с последующим сравнительным анализом. Показано, что в отечественной науке проблеме социальной креативности уделено незначительное внимание. Приводится авторское определение этого вида креативности, анализируются его структура и функции.

Ключевые слова: социальная креативность, структура социальной креативности, интеллект, самоактуализация, социальная компетентность, взаимодействие, эмпатия.

Диверсификация и ускорение ритма современной жизни, усложнение социальных взаимоотношений человека как в профессиональной, так и в личной сферах как никогда ранее потребовали наиболее полной активизации творческого потенциала в решении нестандартных задач. Однако проведенный анализ литературы показал, что сосредоточение усилий на изучении интеллектуальной креативности привело к практически полному выпадению иных ее форм (прежде всего, социальной) из фокуса научного интереса.

Большая значимость данной проблемы и дефицит ее исследований позволили нам определить данную тему как остроактуальную и требующую дальнейшей проработки. В контексте данной работы мы предлагаем рассмотреть понятие и уточнить структуру социальной креативности через ее отношение к социальному интеллекту.

Термин «социальный интеллект» обязан своим появлением Э. Торндайку, который впервые употребил его в 1920 г. в отношении общей способности понимать других людей и действовать мудро по отношению к ним [1]. Некоторые ученые рассматривали социальный интеллект как один из уровней проявления общего интеллекта. Наиболее популярными стали модели, предложенные Дж. Гилфордом и Г. Айзенком. В модели интеллекта Г. Айзенка выделены три относительно самостоятельных вида интеллекта, одним из которых является социальный. Ай-зенк определил его как интеллект индивида, формирующийся в ходе его социализации под

воздействием условий определенной социальной среды [2].

Принципиально отличный подход мы находим в модели Дж. Гилфорда, где социальный интеллект рассматривается как система интеллектуальных способностей, независимых от фактора общего интеллекта и связанных прежде всего с познанием поведенческой информации

[3].

Дальнейшее развитие категории социального интеллекта нашло свое отражение в достаточно оригинальной модели, предложенной Р. Стерн-бергом. В интерпретации этого автора социальный интеллект предстает перед нами как часть практического. Оригинальность подхода Стерн-берга состоит в том, что для определения структуры и выработки соответствующей дефиниции социального интеллекта исследователь предложил спросить обычных людей, как они понимают данное явление. Анализ полученных ответов позволил Стернбергу выделить в нем:

1) способность к решению практических задач;

2) вербальную способность; 3) социальную компетентность.

Р. Стернберг также обнаружил, что черты, приписываемые умному человеку при описании «академического интеллекта», отличаются от характеристик, составивших описание «повседневного интеллекта». Также была установлена сильная ассоциативная взаимосвязь социального интеллекта с мудростью [4].

В отечественной науке социальный интеллект на протяжении довольно длительного времени не вызывал интереса у исследователей.

М.И. Бобнева в 70-е годы ХХ в. [5; 6] одной из первых обратила свое внимание на эту проблему, указав, что социально-психологическое развитие личности предполагает развитие определенных способностей и свойств, обеспечивающих ее социальную адекватность. Такими способностями, по мнению автора, выступают социальное воображение и социальный интеллект. Социальное воображение определяется автором как способность человека помещать себя в реальный социальный контекст и намечать свою линию поведения в соответствии с ним. Социальный интеллект же представляет собой особую способность усматривать и улавливать сложные отношения и зависимости в социальном взаимодействии.

Автор особо подчеркивает отсутствие связи между уровнем общего и социального интеллекта. Высокий интеллектуальный уровень является лишь необходимым, но не достаточным условием собственно социального развития личности, он может лишь благоприятствовать социальному развитию, но никак не замещать и не обусловливать его.

В работе Ю.Н. Емельянова (1991) социальный интеллект рассматривается как сфера возможностей субъект-субъектного познания индивида, которую автор определяет как устойчивую способность понимать самого себя и других людей, их взаимоотношения и на основе данных знаний прогнозировать межличностные события [7]. Для обозначения такой способности автор предлагает использовать термин «коммуникативная компетенция», схожий с термином «социальный интеллект» по своей функциональной нагруженности.

А.Л. Южанинова (1984) [8] склонна рассматривать социальный интеллект не как автономную единицу, а как компонент более широкой интеллектуальной структуры наряду с практическим и логическим типами интеллекта. Принципиальное различие между ними автор усматривает в том, что социальный интеллект отражает сферу не субъект-объектных, а субъект-субъектных отношений. Социальный интеллект здесь интерпретируется как особая социальная способность, которую можно образно представить в трех измерениях, выраженных через социально-перцептивные способности, социальное воображение и социальную технику общения.

Исследования А.Л. Южаниновой показали слабую связь социального и общего (академического) видов интеллекта, что дает некоторые основания выделить социальный интеллект в качестве самостоятельного компонента общей

системы познавательных способностей личности. Живым доказательством этого могут служить многочисленные примеры из обыденной жизни, когда люди с достаточно высоким уровнем академического интеллекта оказываются в той или иной мере беспомощными в части социального взаимодействия.

Наиболее полной, на наш взгляд, является концепция социального интеллекта, предложенная В.Н. Куницыной [9—11]. Автор описывает данный феномен как многомерную, сложную структуру, имеющую следующие аспекты:

1) коммуникативно-личностный потенциал;

2) характеристики самосознания;

3) социальная перцепция;

4) энергетические характеристики.

На основе обозначенных критериев В.Н. Ку-ницына (2002) предлагает определять социальный интеллект как глобальную способность, возникающую на базе комплекса интеллектуальных, личностных, коммуникативных и поведенческих черт, включая уровень энергетической обеспеченности процессов саморегуляции. Они (черты) обусловливают прогнозирование развития межличностных ситуаций, интерпретацию информации и поведения, готовность к социальному взаимодействию и принятию решений. Социальный интеллект помогает человеку прогнозировать развитие межличностных событий, обостряет интуицию, предусмотрительность и обеспечивает психологическую выносливость [10, с. 470].

Определенный интерес представляет работа Н.А. Аминова и М.В. Молоканова (1992), в которой анализируется связь социального интеллекта и профессиональной направленности личности [12].

Рассмотрим близкий по семантике термин -«социальная компетентность». В отечественной научной литературе проблема социальной компетентности наиболее полно раскрыта в работах Л.А. Петровской [13; 14], А.А. Бодалева [15-19], О.К. Тихомирова [20], В.Н. Куницыной [9-11].

Л.А. Петровская строит свою модель социальной компетентности, исходя из принципа суъект-субъектности. Как отмечает автор, общение, построенное по субъект-субъектной схеме, характеризуется обоюдной активностью сторон, при которой каждая не только испытывает воздействие, но и сама в равной степени воздействует на другую; взаимным проникновением партнеров в мир чувств и переживаний друг друга; готовностью встать на точку зрения другой стороны, соучаствовать и сопереживать, принимать друг друга; иметь активную взаимную гуманистическую установку [13, с. 14].

В качестве иных важных составляющих компетентности выделяются социальная перцепция и обратная связь. Как отмечает автор, перцепция выполняет регуляторную функцию в процессе общения, поскольку она диагностирует ситуацию через оценивание состояния ее основных элементов. А механизм обратной связи позволяет корректировать последующее поведение, оттачивая успешные и заменяя малоэффективные способы общения.

Рассматривая развитие компетентности общения у взрослых людей, Л.А. Петровская подчеркивает, что такое развитие имеет двойственную природу: с одной стороны, это приобретение новых знаний, умений и опыта; а с другой стороны, это коррекция, изменение уже сложившихся их форм [13, с. 28].

В указанных выше работах А.А. Бодалева и О.К. Тихомирова представлены следующие источники социальной компетентности:

1) жизненный опыт, которому принадлежит ведущая роль в развитии коммуникативной компетенции, а также опыт межличностного общения;

2) искусство, которое двусторонне обогащает человека: как в роли творца, так и в роли воспринимающего произведения искусства; оно также способствует развитию коммуникативных умений;

3) общая эрудиция, под которой понимают запас достоверных и систематизированных гуманитарных знаний, относящихся к истории и культуре человеческого общения, которыми располагает данный индивид.

Научные методы предполагают интеграцию всех источников коммуникативной компетенции, открывают возможность описания, концептуализации, объяснения и прогнозирования межличностного взаимодействия с последующей разработкой практических средств повышения коммуникативной компетенции на уровне индивида, групп и коллективов, а также всего общества;

Коммуникативная компетенция по форме и содержанию непосредственно соотносится с особенностями выполняемых социальных ролей индивида.

Основное отличие социальной компетентности от социального интеллекта, по мнению В.Н. Куницыной, состоит в различных функциях: социальный интеллект выступает как средство познания социальных взаимоотношений, а социальная компетентность - как продукт данного познания. Опираясь на немногочисленные работы отечественных и зарубежных ученых, а также на данные собственных исследований,

В.Н. Куницына с соавторами предлагает следующую структуру социальной компетентности:

1) оперативная социальная компетентность - знание о социальных институтах и структурах, об их представителях в обществе; представления о функционировании социальных групп, о современной конъюнктуре, широте и требованиях современного репертуара ролевого поведения, общая социальная ориентация и осведомленность;

2) вербальная компетентность - уместность высказываний, отсутствие трудностей в письменной речи, вариативность интерпретации информации, хорошая ориентация в сфере оценочных стереотипов и шаблонов, множественность смыслов употребляемых понятий, метафоричность речи (примером вербальной компетентности может служить деятельность переводчика, синхронно переводящего устную речь);

3) коммуникативная компетентность - владение сложными коммуникативными навыками и умениями, развитие адекватных умений в новых социальных структурах, знание культурных норм и ограничений в общении, знание обычаев, традиций, этикета в сфере общения, соблюдение приличий, воспитанность; ориентация в коммуникативных средствах, присущих национальному, сословному менталитету и выражающих его, освоение ролевого репертуара в рамках данной профессии;

4) социально-психологическая компетентность - межличностная ориентация, представление о разнообразии социальных ролей и способов взаимодействия; умение решать межличностные проблемы; выработанные сценарии поведения в сложных, конфликтных ситуациях;

5) эгокомпетентность - важная составляющая социальной компетентности: осознание своей национальной, половой, сословной, групповой принадлежности, знание своих сильных и слабых сторон, своих возможностей и ресурсов, понимание причин своих промахов, ошибок, знание о механизмах саморегуляции и умение ими пользоваться, практические психологические знания о себе, приобретенные в течение жизни [10, с. 480-481].

В локальной перспективе социальное взаимодействие может быть представлено в виде совокупности некоторого количества частных задач субъект-субъектного взаимодействия в каждый отдельный момент времени (принцип «здесь и сейчас»). Согласно В.Н. Куницыной, гарантом их успешного решения выступают социальный интеллект (как средство) и социальная компетентность (как продукт). Рассмот-

рение социального взаимодействия в данном ракурсе, на наш взгляд, акцентирует прежде всего продуктивную сторону понятия.

Однако в более широкой перспективе социальное взаимодействие целесообразнее представлять не в терминах дискретной диады «задача -решение» (то есть акцентирующей продуктивную сторону творчества), а скорее как динамичный процесс, в ходе которого происходит минимизация различий между субъектом и объектом творчества, их интеграция.

Мы считаем, что основной причиной данного явления выступает тот факт, что в процессе взаимодействия с другими людьми человек активно преобразует не только свое социальное окружение, но, прежде всего, самого себя. Именно в совместной деятельности с другими людьми на основе рефлексии он постоянно совершенствует собственные социальные техники, отдавая предпочтение наиболее продуктивным методам и отказываясь от неэффективных.

Проведенный анализ исследований социальной креативности и часто отождествляемых с нею понятий свидетельствует о недостаточной теоретической и практической разработке данной проблемы в отечественной и зарубежной психологии, социологии и социальной психологии. Концентрация большинства научных исследований на изучении академической креативности и незначительный срок, прошедший с начала выхода первых работ по изучению ее социальной разновидности, привели к тому, что в современной науке социальная креативность является одной из наименее изученных способностей человека. В работах отечественных и зарубежных авторов представлены самые разнообразные концепции, описывающие данную способность к творчеству, однако нам не удалось найти общепринятого определения понятия социальной креативности.

Причина такой ситуации в изучении общей и социальной креативности заключается, по мнению М.А. Холодной, в переживаемом современной психологией кризисе тестологических теорий исследования интеллекта, который, в свою очередь, привел к его деонтологизации, исчезновению его как предмета научного исследования [21]. В результате сложившегося кризиса современная психология, несмотря на масштаб исследований и мощную методическую базу в виде большого числа тестов интеллекта, оказалась неспособной выработать общепринятую дефиницию интеллекта.

Так, согласно операциональной точке зрения, интеллект - это то, что измеряют тесты интеллекта. Интеллект отождествляется прежде

всего с конвергентным мышлением (по Дж. Гилфорду [3]), подразумевающим нахождение единственно верного решения задачи. В некоторых работах по данной проблеме интеллект рассматривается как способность человека к самообучению в ходе выполнения тестовых заданий определенного типа, например, «свободных от культуры» тестов интеллекта.

Наибольшую популярность в отечественной и зарубежной литературе получило мнение, что интеллект связан со способностью адаптации человека к окружающей его среде, а креативность - со способностью к ее преобразованию.

Такое понимание интеллекта и креативности позволяет сделать вывод, что в рамках наиболее распространенного в настоящее время тестоло-гического подхода интеллект, отождествляемый с конвергентным мышлением, и креативность, выступающая синонимом дивергентного мышления (по Гилфорду), представляют собой две взаимосвязанные, но тем не менее различные категории.

Прежде чем дать определение социальной креативности, мы бы хотели затронуть еще один существенный аспект данной проблемы. Анализ весьма многочисленных научных публикаций показал, что их авторы все чаще и чаще склонны использовать термины «творчество» и «креативность» (и производные от них прилагательные «креативный» и «творческий» соответственно) как частичные или, в ряде случаев, даже как полные синонимы. На наш взгляд, подобная тенденция ошибочна по следующим причинам.

Мы исходим из того положения, что язык научного исследования должен обладать максимально высокой аккуратностью и однозначностью в использовании научной терминологии. В частности, каждый научный термин должен обладать закрепленным за ним предельно конкретным смыслом и строго ограниченной сферой своего применения. Это является одним из фундаментальных условий научного знания.

Подобное же безосновательное «осиноними-чивание» таких, на первый взгляд, близких, но отнюдь не тождественных понятий, способно привести к нежелательным последствиям. Во-первых, происходит размывание семантики терминологического аппарата за счет введения в научный лексикон все большего и большего количества дублирующих друг друга терминов и понятий с весьма неоднозначным смыслом; во-вторых, подобное излишнее «утяжеление» терминологического аппарата способствует отнюдь не повышению качества научных исследований по данной проблеме (как на то, видимо,

надеются некоторые излишне «креативные» авторы), а, напротив, может окончательно завести исследователя в тупик, по причине более чем скромной научной разработанности проблемы творчества на фоне высокой неоднозначности используемой терминологии.

Попробуем разобраться, имеем ли мы право использовать данные термины в качестве синонимов? По мере роста интереса научного сообщества к проблеме креативности пропорционально числу опубликованных работ, посвященных данной тематике, стремительно множилось количество определений креативности.

В итоге уже к середине прошлого века их количество превысило 60 разновидностей и продолжает уверенно расти до сих пор [22; 23]. В частности, разные авторы предлагают следующие определения креативности:

- общая способность к творчеству;

- интеллектуальное творчество;

- нечто новое, оригинальное;

- отдаленные ассоциации;

- реструктурирование целостной системы;

- необычное кодирование информации;

- дивергентное мышление и др. [23, с. 159].

Как мы видим, большинство исследователей

склонно понимать под креативностью именно общую способность к творчеству. Более того, Е.П. Ильин прямо указывает на нетождественность данных понятий: «Поле значений понятия креативность шире понятия творческий потенциал, так как феномен креативности имеет потенциальную и актуальные формы» [23, с. 160].

Проанализировав основные подходы к изучению данной способности к творчеству, мы предлагаем следующее рабочее определение социальной креативности: социальная креативность - способность человека оперативно находить и эффективно применять нестандартные, оригинальные творческие решения ситуаций межличностного взаимодействия. Основой для целенаправленного развития данной способности является система свойств, составляющих творческий и коммуникативный потенциалы личности.

Творческий потенциал определяется нами как система мотивационных, интеллектуальных, эмоциональных, волевых свойств личности, создающих возможность находить новое, принимать решения и действовать нестандартно. Коммуникативный потенциал представляет собой систему свойств и способностей, обеспечивающих участие личности в общении и взаимодействии с другими людьми.

Раскрывая структуру социальной креативности, мы исходили, прежде всего, из того понимания творческого потенциала личности, которое представлено в рамках гуманистического подхода. Особо отметим два принципиально важных для нас момента. Во-первых, в рамках данного подхода понятие креативности тесно связано с понятием самоактуализации, саморазвития личности человека; во-вторых, способность к творчеству может быть реализована в любых сферах деятельности человека, в том числе и в сфере социального взаимодействия.

Учитывая данные положения и результаты проведенного анализа свойств и способностей личности, связанных с социальной креативностью, мы предлагаем включить в структуру социальной креативности следующие компоненты.

1. В качестве ведущего компонента мы выделяем общую способность к самоактуализации как основу любого вида творчества, в том числе и социального. На наш взгляд, эта характеристика личности выражает наиболее общую мо-тивационную составляющую социальной креативности, ориентацию личности на гармонию и баланс внутри себя, на поиск путей и возможностей реализации своих потенциалов.

2. Являясь своеобразным мотивационным, центральным стержнем социальной креативности, самоактуализация должна быть дополнена мотивами социального взаимодействия и общения и системой специальных способностей и умений (компетенций), необходимых человеку для реализации продуктивного и творческого социального взаимодействия. Поэтому в качестве второго компонента социальной креативности мы выделяем и анализируем социальную мотивацию, которая выражает потребность индивида в постоянных социальных контактах и мотивационные установки на общение с другими людьми.

3. Творческая реализация социального взаимодействия требует от личности не просто владения различными коммуникативными навыками, умениями и наличия у нее необходимых качеств, составляющих коммуникативную компетенцию. Здесь необходим более глубокий уровень владения коммуникативными средствами, обеспеченный более глубоким развитием личностных способностей. Как известно, достаточно продуктивное участие в социальном взаимодействии обеспечивается необходимым уровнем коммуникативной компетентности, которая складывается из целого ряда конкретных ее видов.

Коммуникативная компетентность объединяет лингвистическую, социолингвистическую,

стратегическую, дискурсивную, социокультурную, социальную и психологическую компетентности. Каждый из этих видов компетентности представлен знаниями, умениями и способностями, необходимыми для успешной коммуникации. Они достаточно детально описаны в теориях коммуникации, языковых способностей и обучения языку и речи. Так, лингвистическую компетентность составляют знания единиц языка и способность грамотно оперировать ими; социолингвистическую - способность использовать и преобразовывать языковые формы в соответствии с ситуацией общения и всего социального контекста; стратегическую - способность использовать коммуникативные средства для компенсации пробелов в знаниях или умениях, том числе в знаниях о партнерах или ситуации взаимодействия; социальную - способность устанавливать и поддерживать отношения с людьми, умение поставить себя на место другого и справляться с ситуациями, сложившимися в обществе. Психологическая компетентность в этой структуре определяется как способность личности владеть собственными психологическими ресурсами в общении, грамотно учитывать психологию партнеров общения, быть свободной от барьеров и трудностей коммуникации, уметь преодолевать их.

В качестве основы социального взаимодействия выступает речевое взаимодействие, в процессе которого человек, используя вербальные и невербальные средства, получает и передает информацию. «В социально ориентированном общении социальные роли говорящих и слушающих выступают в качестве важнейшего фактора речевого поведения. Вместе с тем существует следующая функциональная зависимость: не только речевая ситуация задает характер поведения ее участников, но и выбранные языковые средства конструируют, подтверждают социальную ситуацию. Язык является одним из инструментов утверждения социального статуса участников общения» [10, с. 56]. В процессе речевого общения особое значение приобретает лингвистическая компетентность как способность человека правильно строить свою речь, а также продуктивно анализировать речь собеседника. Для этого необходимо использовать адекватные языковые средства для передачи собственной информации, уметь раскрывать истинный смысл поступающей информации с сохранением всех стилистических оттенков, не допускать смысловых искажений передаваемой информации.

В структуре социальной креативности коммуникативная компетентность в различных ее проявлениях должна быть представлена в виде

более глубинной характеристики личности, которую мы называем коммуникативной сензи-тивностью. Коммуникативная сензитивность составляет третий структурный компонент социальной креативности и, в свою очередь, включает в себя:

а) вербальную сензитивность как способность индивида использовать языковые средства адекватно ситуации общения (вербальная экспрессия) и воспринимать передаваемую собеседником информацию без смысловых искажений (вербальная перцепция), а также как особую чувствительность к неадекватности и искажениям в вербальной системе общения (эта способность включает в себя как интеллектуальные, так и эмоциональные компоненты речевой деятельности);

б) невербальную сензитивность как способность индивида адекватно использовать в общении различные виды невербальной коммуникации: акустическую, оптическую - кинесику, тактильно-кинестезическую - такесику, ольфак-торную - запахи (невербальная экспрессия) - и осуществлять неискаженную интерпретацию паралингвистического компонента речи собеседника (невербальная перцепция), а также особую чувствительность к неадекватности и искажениям в невербальной системе общения; данная способность также выражается в системе интеллектуальных и эмоциональных характеристик невербальной коммуникации.

4. Помимо речевого общения, составляющего наиболее важную сторону социального взаимодействия, большое место в нем занимают деятельностные, поведенческие, интерактивные компоненты, в которых непосредственно реализуется процесс социального взаимодействия.

В структуре социальной креативности поведенческие характеристики личности также представлены на уровне поведенческой сензи-тивности. Поведенческая сензитивность, на наш взгляд, проявляется в следующих характеристиках: 1) в способности индивида адекватно интерпретировать поведение других людей с целью нахождения наиболее вероятных линий его дальнейшего развертывания и в особой чувствительности к нюансам поведения людей (поведенческая перцепция); 2) в способности индивида использовать различные поведенческие стили во взаимодействии с другими людьми в соответствии с особенностями партнеров и социальной ситуацией взаимодействия (поведенческая экспрессия). Поведенческая сензитивность представлена системой интеллектуальных, эмоциональных и волевых качеств личности в их взаимодействии.

5. В качестве пятой составляющей структуры социальной креативности мы выделяем способность индивида прогнозировать развитие социальной ситуации взаимодействия, что позволяет осуществлять постоянное моделирование дальнейшего развития социальной ситуации на основе обратной связи. В основе этой способности лежат рефлексивные характеристики личности и способность к воображению. Мы обозначаем данный компонент структуры социальной креативности как социальное воображение. Его основной функцией является поиск сценариев поведения человека, наиболее адекватных конкретной ситуации социального взаимодействия; последующий отбор среди них наиболее работоспособных и отбрасывание малоэффективных, что постепенно приводит к сужению диапазона возможных альтернатив и, как следствие, к выбору оптимальной и продуктивной стратегии поведения в заданной ситуации.

Основными функциями социальной креативности являются:

1) активная адаптация человека к изменяющимся условиям его социальной среды;

2) эффективное взаимодействие с людьми в тактическом и стратегическом направлениях;

3) стратегическое планирование межличностных событий и прогнозирование динамики их развития;

4) мотивационная функция;

5) расширение и углубление социальной компетентности;

6) саморазвитие в контексте активного интерсубъектного взаимодействия личности.

Список литературы

1. Thomdike E.L. Intelligence and its use // Harper's magazine. 1920. Januaru. 140. P. 227-235.

2. Айзенк Г.Ю. Понятие и определение интеллекта // Вопросы психологии. 1995. № 1. С. 111-131.

3. Гилфорд Дж. Три стороны интеллекта / Пер. с англ. В. Кузнецова // Психология мышления. М.: Прогресс, 1965. С. 268-395.

4. Практический интеллект / Р.Дж. Стернберг, Дж.Б. Форсайт, Дж. Хедланд и др. СПб.: Питер, 2002. 272 с.

5. Бобнева М.И. Социальные нормы и регуляции поведения. М.: Наука, 1978. 311 с.

6. Социальная психология личности / Под ред. М.И. Бобневой, Е.В. Шороховой. М.: Наука, 1979. 344 с.

7. Емельянов Ю.Н. Теория формирования и практика совершенствования коммуникативной компетентности: Автореферат дис. ... докт. психол. наук. Л.: ЛГУ, 1991. 38 с.

8. Южанинова А.Л. К проблеме диагностики социального интеллекта личности // Проблемы оценивания в психологии: Сборник трудов. Саратов: Изд-во Саратовского ун-та, 1984. С. 95-111.

9. Куницына В.Н. Стиль общения и его формирование. Л.: Знание, 1985. 288 с.

10. Куницына В.Н., Казаринова Н.В., Погольша

B.М. Межличностное общение: Учебник для вузов. СПб.: Питер, 2002. 544 с.

11. Куницына В.Н. Социальная компетентность и социальный интеллект: структура, функции, взаимоотношение // Сб. «Теоретические и прикладные вопросы психологии». 1995. № 1. С. 195-200.

12. Аминов Н.А., Молоканов М.В. О компонентах специальных способностей будущих школьных психологов // Психологический журнал. 1992. № 5.

C. 104-111.

13. Петровская Л.А. Компетентность в общении. Социально-психологический тренинг. М.: Изд-во МГУ, 1989. 216 с.

14. Петровская Л.А. Теоретические и методические проблемы социально-психологического тренинга. М.: МГУ, 1982. 168 с.

15. Бодалев А.А. Восприятие и понимание человека человеком. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1982. 199 с.

16. Бодалев А.А. Личность и общение: Избранные труды. М.: Педагогика, 1983. 271 с.

17. Бодалев А.А. Психология о личности. М.: Изд-во МГУ, 1988. 87 с.

18. Бодалев А.А. Формирование понятия о другом человеке как личности. Л.: Изд-во ЛГУ, 1970. 135 с.

19. Бодалев А.А., Ковалев Г.А. Психологические трудности общения и их преодоление // Педагогика. 1992. № 5-6. С. 65-70.

20. Тихомиров О.К. Психология мышления. М.: Изд-во МГУ, 1984. 270 с.

21. Холодная М.А. Психология интеллекта. Парадоксы исследования. СПб.: Питер, 2002. 272 с.

22. Taylor C.W. Various approaches to and defin-ions of creativity // The nature of creativity / R. Sternberg, T. Tardif (eds.). Cambridge: Cambridge University Press, 1988. P. 99-126.

23. Ильин Е.П. Психология творчества, креативности, одаренности. СПб.: Питер, 2009. 434 с.

THEORETICAL APPROACHES TO SOCIAL CREATIVITY IN DOMESTIC AND FOREIGN SCIENCE

A.A. Popel

Lobachevsky State University of Nizhni Novgorod

The paper considers some basic approaches to social creativity in domestic and foreign science. The work aims at identifying the distinctive characteristics of each approach, which is followed by a comparative analysis. The paper argues that social creativity in domestic science is undervalued. The author's definition of this kind of creativity is proposed along with the analysis of its structure and functions.

Keywords: social creativity, its structure, intelligence, self-actualization, social competence, interaction, empathy.