Возможность повышения иммуногенной активности и стабильности цельноклеточного коклюшного компонента комбинированных вакцин

Возможность повышения иммуногенной активности и стабильности цельноклеточного коклюшного компонента комбинированных вакцин

Р.П. Чупринина, И.А. Алексеева

ФГБУ «Научный центр экспертизы средств медицинского применения» Минздрава России, Москва

Резюме

Представлены данные, демонстрирующие прямую корреляционную взаимосвязь между количественным содержанием поверхностных антигенов-агглютиногенов бактериальной клетки Вordetella pertussis и иммуногенной активностью коклюшной суспензии (вакцины), приготовленной из этой культуры.

Для повышения количественного содержания агглютиногенов в коклюшной культуре предложено проведение селективного отбора отдельных колоний, популяция клеток в которых экспрессирует агглютиногены на высоком уровне. Лиофилизированная бактериальная масса, полученная из отобранных колоний, позволяет в дальнейшем использовать ее для производства коклюшного компонента комбинированных вакцин.

Содержание агглютиногенов 1, 2 и 3, выявляемое типоспецифическими сыворотками в разведении 1:1280 и выше, гарантирует, при соблюдении технологического процесса, выпуск коклюшного компонента (коклюшной вакцины) с иммуногенной активностью не менее регламентируемой (8 МЕ/мл).

Установлено, что содержание агглютиногенов 1, 2 и 3 в коклюшной суспензии (до сведения с дифтерийным и столбнячным анатоксинами), выявляемое при разведении типоспецифических сывороток 1:3200 и выше, позволяет прогнозировать высокую иммуногенную активность (10 МЕ/мл и более) и стабильность коклюшного компонента комбинированных вакцин. Ключевые слова: цельноклеточная коклюшная вакцина (ЦКВ), иммуногенная активность ЦКВ, агглютиногены В. pertussis, селекция колоний культуры В. pertussis

The Possibility of Increasing the Potency and Stability of Whole-Cell Pertussis Component of Combined Vaccines

R.P. Chuprinina, I.A. Alexeeva

The Federal Government Budget Institution «Scientific Center of Examination of Medical Means Applications» of Ministry of Healthcare

of the Russian Federation, Moscow

Abstract

Presented data showing a direct correlation relationship between the quantitative content of surface antigens, agglutinogens, of the bacterial cells Вordetella pertussis and potency of whole-cell pertussis vaccine, prepared from this culture.

To increase the quantitative content agglutinogens in pertussis culture proposed a selection of individual colonies, the population of cells which expresses agglutinogens at a high level. Freeze-drying bacterial mass obtained from selected colonies, allows further use its for the production of whole-cell pertussis vaccine.

Contents of agglutinogens 1, 2 and 3, visible with using serotype serum in a dilution of 1:1280 and above, guarantees production of whole-cell pertussis vaccine with potency not less regulated (8 IU/ml). Contents of agglutinogens 1, 2 and 3, visible with using serotype serum in a dilution of 1:3200, allows to predict high potency (10 IU/ml or more) and the stability of whole-cell pertussis vaccine.

Key words: whole-cell pertussis vaccine (WCPV), potency of WCPV, agglutinogens of В. pertussis, selection of individual colonies of В. pertussis

Введение

Профилактическая эффективность цельноклеточного коклюшного компонента (цельноклеточной коклюшной вакцины - ЦКВ) доказана многолетним опытом применения вакцины АКДС [1 - 4]. Ее использование в ряде развитых стран позволило снизить заболеваемость коклюшем до спорадической. Вместе с тем, по данным полевых исследований, профилактическая эффективность ЦКВ может

колебаться в широких пределах - от 46 до 96% [5 - 12].

Отечественную вакцину АКДС неоднократно оценивали службы независимой экспертизы США, Финляндии и других стран. В сравнительных испытаниях было показано, что отечественная вакцина соответствует оптимальным показателям всех тестов [13]. В течение времени, прошедшего после испытаний, в технологическом процессе произ-

водства вакцины никаких изменений произведено не было и она по-прежнему удовлетворяет требованиям ВОЗ [14, 15].

Существенную роль в эффективности используемых цельноклеточных коклюшных вакцин играют производственные штаммы.

Основные критерии оценки пригодности штаммов коклюшных бактерий для изготовления коклюшной вакцины были впервые сформулированы на международном уровне в 1953 году [16]. В дальнейшем, по мере накопления знаний об иммунобиологических свойствах и структуре Bordetella pertussis, эксперты ВОЗ пересматривали требования [17, 18].

В 60-х годах ХХ века была выдвинута гипотеза о типоспецифичности противококлюшного иммунитета [19]. Позднее, в ряде исследований, эта гипотеза нашла подтверждение и было показано, что в формировании противококлюшного иммунитета наряду с ведущим протективным антигеном коклюшной микробной клетки - коклюшным токсином (КТ) - принимают участие и поверхностно расположенные белки - агглютиногены (АГГ) 1, 2 и 3, филаментозный гемагглютинин (ФГА) и пер-тактин (ПРН) [2, 5, 17, 18]. Роль других антигенов клетки В. pertussis в формировании противококлюшного иммунитета в настоящее время обсуждается [3, 20].

Эксперты ВОЗ сформулировали положение о необходимости содержания агглютиногенов 1, 2 и 3 в готовой коклюшной вакцине [17, 18]. Положение носит общий характер - без указания количественного критерия содержания АГГ в коклюшной микробной клетке. В связи с этим в настоящее время являются актуальными все исследования, направленные на выявление и установление количественного критерия, определяющего содержание анти-генов-агглютиногенов, которое обеспечит высокую иммуногенную активность коклюшного штамма.

В связи с вышеизложенным остро встал вопрос о необходимости подбора штаммов коклюшных бактерий для обеспечения содержания в коклюшных вакцинах серотиповых АГГ 1, 2 и 3.

В рамках надзора за иммунобиологическими свойствами производственных штаммов В. pertussis и качеством коклюшного компонента отечественных вакцин нами было проведено исследование по определению количественного состава агглютиногенов в культуре производственных штаммов и коклюшной суспензии (коклюшной вакцины), полученной из соответствующего штамма, а также по оценке иммуно-генной активности цельноклеточного коклюшного компонента.

Цель данной работы - исследование по определению количественного содержания агглютино-генов в культуре В. pertussis, которое позволяло бы прогнозировать высокую иммуногенную активность и стабильность цельноклеточной коклюшной вакцины, получаемой из этой культуры.

Материалы и методы

Исследованы коклюшные суспензии (вакцины), приготовленные из производственных штаммов, и коклюшный компонент коммерческих серий отечественных комбинированных вакцин АКДС и Бубо-Кок.

В Методических указаниях МУК 4.2.2317-08 «Отбор, проверка и хранение производственных штаммов коклюшных, паракоклюшных и бронхи-септикозных бактерий», разработанных в ГИСК им. Л.А. Тарасевича, приведено требование к количественному содержанию агглютиногенов в коклюшных производственных штаммах: культуры должны агглютинироваться соответствующими адсорбированными типоспецифическими сыворотками к аг-глютиногенам 1, 2 и 3 в титре не ниже 1:1280.

Количественное содержание агглютиногенов в культуре штаммов и коклюшной суспении определяли в реакции агглютинации на стекле или в развернутой реакции агглютинации с использованием коммерческих серий сывороток диагностических коклюшных к агглютино-генам 1, 2, 3 и паракоклюшных к агглютиногену 14, адсорбированных, для реакции агглютинации (РА) производства филиала «Медгамал» НИИЭМ им. Н.Ф. Гамалеи. Постановку реакции агглютинации проводили по методу, описанному в МУК 4.2.2317-08.

Иммуногенную (специфическую) активность коклюшных суспензий и коклюшного компонента вакцин АКДС и Бубо-Кок оценивали с помощью общепринятого теста экспериментального ме-нингоэнцефалита при интрацеребральном заражении иммунизированных мышей тест-штаммом В. pertussis 18323. В исследовании были использованы инбредные мыши F1 CBA C57Bl/6j и аут-бредные мыши.

Взаимосвязь между количественным содержанием агглютиногенов 1,2 и 3 в коклюшной вакцине и ее иммуногенной активностью определяли по коэффициенту ранговой корреляции Спирмена [21].

Результаты и обсуждение

Так как настоящее исследование было направлено на уточнение количественного содержания агглютиногенов в культуре В. pertussis, которое гарантировало бы, при соблюдении технологического процесса, высокую иммуногенную активность и стабильность цельноклеточной коклюшной вакцины, приготовленной из этой культуры, был проведен ретроспективный статистический анализ результатов контроля производственных коклюшных штаммов, коклюшной суспензии, полученной из соответствующего штамма, и коклюшного компонента вакцины АКДС. Было установлено, что коэффициент парной ранговой корреляции по Спирмену между показателями иммуногенной активности и содержанием АГГ1, АГГ2, АГГ3 составляет 0,88, 0,71 и 0,63 соответственно, что свидетельствует о наличии достаточно тесной свя-

зи между количественным содержанием агглютиногенов 1, 2 и 3 и иммуногенной активностью штаммов B. pertussis.

На основании проанализированных данных был построен график, отражающий зависимость иммуногенной активности вакцины, приготовленной из культуры штамма B. pertussis, от содержания в ней АГГ (рис. 1). Нижняя горизонтальная линия на графике указывает лимит регламентированной иммуногенной активности (8 МЕ/мл), верхняягоризонтальнаялиния(и вышенее)споказа-телем иммуногенной активности, равным 10 МЕ/мл (и выше), отражает высокую иммуногенную активность. Вертикальные линии, опущенные на ось абсцисс из точек пересечения этих горизонтальных линий и построенных кривых, указывают титр адсорбированных сывороток, выявляющих количественное содержание агглютиногенов (в lg), при котором активность соответствует 8 или 10 МЕ/мл.

Как видно на рисунке 1, при уровне агглюти-ногенов 2 и 3, выявляемом соответствующими типоспецифическими сыворотками в разведении 1:1280 (lg 3,2), иммуногенная активность коклюшной вакцины соответствует минимальному регламентированному требованию ВОЗ (8 МЕ/мл). Более высокий уровень агглютиногенов 2 и 3, выявляемый соответствующими типоспецифиче-скими сыворотками в разведении 1:3200 и более (lg 3,5), отражает высокую иммуногенную активность коклюшной вакцины (10 МЕ/мл и выше).

Как следует из литературных данных [22], высокий уровень поверхностных антигенов, в частности агглютиногенов, говорит о физиологической полноценности культуры В. pertussis. В экспериментальных исследованиях по выявлению изме-нениий морфологии коклюшных бактерий в результате их культивирования было показано, что формирование структуры и стабильности наружной мембраны, количественного и качественного соотношения компонентов, в том числе агглютино-генов, во многом определяется физиологическим состоянием клеток коклюшного микроба. Сбалансированный рост коклюшных бактерий наблюдался только после внутренней стабилизации клеток, при температуре роста (36 ± 0,5 0С) на оптимальных питательных средах. Выросшие в этих условиях клетки имели высокое содержание агглютиноге-нов, гладкую поверхность слоев при просмотре в электронном микроскопе тонких срезов и стабильную защитную активность в процессе изготовления вакцины и при ее хранении. Вакцины из таких микроорганизмов обладали более низкой токсичностью в тесте изменения массы тела мышей. Таким образом, количественное содержание агглютиногенов 1, 2 и 3 может рассматриваться как признак качества коклюшной вакцины.

При анализе количественного содержания агглютиногенов в культуре штаммов, использованных в разных вакцинах и из различных лиофили-зированных культур, нами было обнаружено, что

Рисунок 1.

Зависимость иммуногенной активности цельноклеточной коклюшной вакцины от содержания в ней агглютиногенов 1, 2 и 3

штаммы могли различаться как по содержанию в них агглютиногенов, так и по иммуногенной активности. С целью выяснения причины разного содержания агглютиногенов в коклюшных вакцинах была изучена однородность популяции в лиофи-лизированной культуре (табл. 1). Для этого лиофи-лизированную культуру после регидратирования в 1%-ном растворе гидролизата казеина засевали на чашки Петри со средой Борде-Жангу, содержащей 30% крови, так, чтобы получить изолированные колонии. Оценка однородности выросшей микробной популяции по содержанию типоспеци-фических агглютиногенов в каждой колонии делалась на основе результатов исследования не менее десяти колоний.

Было выявлено, что лиофилизированные культуры в большей или меньшей степени представляли собой гетерогенные популяции, различающиеся по характеру морфологии выросших колоний и по

содержанию в них агглютиногенов 1, 2 и 3. Разные колонии одного штамма различались по способности экспрессировать поверхностные антиге-ны-агглютиногены. Наряду с типичными мелкими полупрозрачными колониями, клетки которых содержали более высокий уровень АГГ, встречались колонии среднего и крупного размера матового цвета, в которых АГГ обнаруживали в меньшем количестве или вообще не выявляли. Возможно, это было обусловлено мутацией штаммов при культивировании на лабораторных питательных средах и/или следствием лиофильного высушивания культур, часть клеток которых оказалась дефектной из-за несбалансированного роста микроорганизмов. Наши результаты согласуются с данными других исследований [23, 24].

Для получения производственного штамма, обладающего высокой иммунобиологической активностью, проводили селекцию колоний как

Таблица 1.

Гетерогенность культуры коклюшных бактерий разных штаммов в отобранных единичных колониях, характерных для I фазы

№ штамма Количество исследованных колоний Агглютинация культур из разных колоний сыворотками к агглютиногенам:

1 2 3

181 12 10+++* 2++* 5120** 5+++* 4++* 2+*; 1-* 160** 12-* 0**

187 10 7+++ 3+ 160 4+++ 3++ 3-40 100

222 12 10+++ 2++ 5120 1+++ 3++ 4+; 440 120

38 11 5+++ 5++ 1 + 3200 3+++ 3++ 4+; 1400 110

305 12 4+++ 3++ 4+; 11600 5+++ 2++ 4+; 1400 4+++ 4++ 1+; 3400

345 10 6+++ 3++ 1 + 6400 5+++ 2++ 2+; 11600 3+++ 4+ 340

475 12 12+++ 10 240 7+++ 3++ 2+ 640 6+++ 2++ 2+; 2640

58 001 12 12+++ 10 240 120 10+++ 2++ 2560

18 323 Тест-штамм 10 10+++ 10 240 10+++ 20 480 9+++ 1++ 2560

Примечание: *оценка реакции агглютинации на стекле; **оценка развернутой реакции агглютинации.

по морфологическим признакам, так и по способности экспрессировать высокий уровень аг-глютиногенов. Дальнейшее наращивание бактериальной массы и ее лиофильное высушивание позволяли получить для производства коклюшной вакцины штамм, обладающий способностью вырабатывать высокий уровень агглютиногенов. Если однократной селекции было недостаточно для повышения способности микробных клеток экспрессировать высокий уровень АГГ, то процедуру повторяли.

Штаммы, прошедшие селекционный отбор и обладающие способностью экспрессировать высокий уровень агглютиногенов (выявляемый при разведении типоспецифических сывороток 1:3200 и выше), были использованы на отечественных предприятиях для производства коклюшного компонента вакцин АКДС и Бубо-Кок.

Влияние селективной работы на иммунобиологические свойства штаммов оценивали по иммуногенной активности вакцин, приготовленных из этих штаммов, и стабильности коклюшного компонента препарата на протяжении срока годности (1,5 года). Количественное содержание агглютиногенов определяли в РА с разными разведениями соответствующих типоспецифических сывороток. Титром считали величину, которая соответствовала последнему разведению сыворотки, определяющему степень агглютинации в 3+.

Для изготовления коклюшного компонента вакцины Бубо-Кок были использованы производственные штаммы: 267 (серотип 1.0.3.), 305 (серотип 1.2.0.) и 475 (серотип 1.2.3.). Штамм 267 содержал: АГГ1 - 1:5120, АГГ2 - 0, АГГ3 -1:15120; штамм 305 - АГГ1 - 1:10240, АГГ2 -15120, АГГ3 - 0; штамм 475 - АГГ1 - 1:10240, АГГ2 - 15120, АГГ3 - 1:15120.

В таблице 2 представлены результаты исследования иммуногенной активности и стабильности вакцины Бубо-Кок, из которых следует, что при

выпуске иммуногенная активность коклюшного компонента у восьми из десяти испытуемых серий вакцины Бубо-Кок составляла более 10 МЕ/мл и у двух испытуемых - соответственно 9,3 и 9,4 МЕ/мл. Значения показателей практически не снижались в условиях хранения при нормируемой температуре от 2 до 8 0С на протяжении 2,5 года и более, то есть на год больше регламентированного срока годности цельноклеточной коклюшной вакцины.

Анализ иммуногенной активности вакцины АКДС другого производителя, использующего те же производственные штаммы, которые прошли селекционный отбор по количественному содержанию агглютиногенов, также демонстрирует высокую иммуногенную активность коклюшного компонента на протяжении 3,5 года и более.

Таким образом, целенаправленная селекция изолированных колоний по уровню агглютиноге-нов в выросшей популяции микробной массы позволяет регулировать и повышать иммуногенную активность коклюшного компонента вакцин АКДС и Бубо-Кок.

Полученные данные демонстрируют, что использование для изготовления коклюшной вакцины штаммов с высоким уровнем экспрессии агглютиногенов значительно повышает стабильность препарата.

Значимость агглютиногенов (фимбрий) 2 и 3 в формировании противококлюшного иммунитета подтверждена в последние годы рядом исследований. При интраназальном заражении экспериментальных животных выявлено, что присутствие фим-брий является необходимым для формирования иммунного ответа, который обеспечивает защиту против инфекции. Фимбрии также важны для осуществления легочными макрофагами мышей противовоспалительной функции и для ингибирования разрушения бактериальной клетки [2, 25, 26].

При инфекционном процессе фимбрии стимулируют продукцию антител, способных агглютини-

Таблица 2.

Оценка иммуногенной активности коклюшного компонента в комбинированной вакцине Бубо-Кок

№ серии вакцины Специфическая активность (мЕ/мл) на дату выпуска Специфическая активность (мЕ/мл)/срок, прошедший с даты изготовления

010/2 21,5 24,0/2 года 6 месяцев

015/2 10,7 11,8/2 года 6 месяцев

016/2 9,3 11,9/2 года 6 месяцев

019/1 12,2 13,4/2 года 7 месяцев

020/1 9,4 10,9/2 года 7 месяцев

021/1 11,4 10,0/2 года 7 месяцев

022/2 12,7 14,0/2 года 7 месяцев

023/1 12,7 11,8/2 года 7 месяцев

025/1 14,3 12,1/2 года 6 месяцев

027/2 14,3 14,0/2 года 6 месяцев

ровать микроорганизмы в опытах in vitro [27 - 29]. Они, являясь Т-независимыми антигенами, индуцируют Т1л2-зависимый иммунный ответ хозяина на инфекцию, вызванную Bordetella, и стимулируют ранний иммунный ответ (IgM) [30].

Было показано [31], что фимбрии способствуют колонизации трахеи, а также являются абсолютно необходимыми для персистирования микробных клеток в трахее in vitro. По мнению S. Mattoo и J.D. Cherry [2], фимбрии (ФИМ 2, или ФИМ 3, или вместе), являются адгезинами и антитела к этим антигенам могут блокировать прикрепление фимбрий Bordetella к эпителиальным клеткам хозяина. Результаты исследований свидетельствуют, что взаимодействие бактерий с эпителиальными клетками или с моноцитами/макрофагами, активизированными фимбриями, играют важную роль не только в прикреплении Bordetella к эпителиальным клеткам хозяина, но и в силе иммунного ответа хозяина на инфекцию B. pertussis, то есть имеют большое значение в формировании проти-вококлюшного иммунитета [31].

Необходимо отметить, что при сравнении бесклеточных коклюшных вакцин, содержащих КТ, ФГА и ПРН, с вакцинами, содержащими помимо названных антигенов и ФИМ 2, 3, последние показали значительно большую эффективность [32].

Приведенные данные, демонстрирующие роль АГГ в формировании противококлюшного иммунитета, делают очевидным, что для изготовления коклюшной вакцины должна использоваться полноценная культура B. pertussis, обладающая способностью экспрессировать АГГ в количестве, обеспечивающем высокую иммуногенность и стабильность вакцины.

Полученные нами данные подтверждают корреляционную взаимосвязь между показателями количественного содержания агглютиногенов в коклюшных микробных клетках и иммуногенной активностью вакцин, изготовленных из них. При выявлении в культуре штамма агглютиногенов

1, 2 и 3 соответствующими типоспецифическими сыворотками при разведении 1:3200 (lg 3,5) и более иммуногенная активность коклюшной вакцины, как правило, составляет 10 МЕ/мл и выше (см. рис. 1). Кроме того, установленное количественное содержание АГГ на поверхности клетки B. pertussis повышает стабильность коклюшной вакцины, превышающей регламентированную, на один год.

Таким образом, в результате исследования, проведенного в рамках надзора за коклюшным компонентом вакцины АКДС, была установлена прямая зависимость между содержанием на поверхности микробной коклюшной клетки агглюти-ногенов и иммуногенной активностью; предложен метод селекции колоний B. pertussis, позволяющий увеличить иммуногенную активность штаммов за счет отбора микробных колоний, экс-прессирующих высокий уровень агглютиногенов, обозначено количественное содержание агглютиногенов, которое гарантирует высокую имму-ногенную активность и стабильность микробной клетки B. pertussis.

Выводы

1. Установлена прямая зависимость между количественным содержанием агглютиногенов и иммуногенной активностью штаммов B. pertussis.

2. Количественное содержание агглютиногенов, выявляемое типоспецифической сывороткой в разведении 1:3200 и выше гарантирует, при соблюдении технологического процесса, высокую иммуногенную активность коклюшного компонента комбинированных вакцин.

3. Использование штаммов B. pertussis с количественным содержанием агглютиногенов, выявляемым типоспецифической сывороткой в разведении 1:3200 и выше, позволило повысить срок годности комбинированного препарата, содержащего коклюшный компонент, до 2,5 года. ш

Литература

1. Cherry J.D. The epidemiology of pertussis and pertussis immunization in the United States: a comporative study. Curr. Probl. Pediatr. 1984; 14: 1 - 78.

2. Mattoo S., Cherry J.D. Molecular pathogenesis, epidemiology, and clinical manifestations of respiratory infections due to Bordetella pertussis and other Bordetella subspecies. Clin. Microbiol. Rev. 2005; 18 (2): 326 - 382.

3. International Bordetella pertussis assay standardization and harmonization meeting report. Centers for Disease Control and Prevention. Atlanta, Georgia. United States, 19 - 20 July 2007. Vaccine. 2009; 27: 803 - 814.

4. Tan T., Trindade E., Skowronski D. Epidemiology of Pertussis. The Pediatric Infectious Disease Journal. 2005; 24 (Suppl. 5): S10 - S18.

5. Weekly epidemiological record. 2010; 85 (40): 385 - 400.

6. Greco D., Salmaso S., Mastrantonio P, Giuliano M., Tozzi A.E., Anemona A. et al. A controlled trial of two acellular vaccines and one whole-cell vaccine against pertussis. N. Engl. J. Med. 1996; 334: 341 - 348.

7. Gustafsson L., Hallander H.O., Olin P., Reizenstein E., Storsaeter J. A controlled trial of a two-component acellular, a five-component acellular, and a whole-cell pertussis vaccine. N. Engl. J. Med. 1996; 334: 349 - 355.

8. Heininger U., Cherry J.D., Stehr K., Schmitt-Grohe S., Uberall M., Laussucq S. et al. Comparative efficacy of the Lederle/Takeda acellular pertussis component DT (DTaP) vaccine and Lederle whole-cell component DTP vaccine in German children after household exposure. Pediatrics. 1998; 102: 546 - 553.

9. Liese J.G., Meschievitz C.K., Harzer E., Froeschle J., Hosbach P., Hoppe J.E. et al. Efficacy of a two-component acellular pertussis vaccine in infants. Pediatr. Infect. Dis. J. 1997; 16: 1038 - 1044.

10. Schmitt H.J., Wirsing von Koenig C.H., Neiss A., Bogaerts H., Bock H.L., Schulte-Wissermann H. et al. Efficacy of acellular pertussis vaccine in early childhood after household exposure. JAMA. 1996; 275: 37 - 41.

11. Simondon F., Preziosi M.P., Yam A., Kane C.T., Chabirand L., Iteman I. et al. A randomized double-blind trial comparing a twocomponent acellular to a whole-cell pertussis vaccine in Senegal. Vaccine. 1997; 15: 1606 - 1612.

12. Stehr K., Cherry J.D., Heininger U., Schmitt-Grohe S., Uberall M., Laussucq S. et al. A comparative efficacy trial in Germany in infants who received either the Lederle/Takeda acellular pertussis component DTP (DTaP) vaccine, the Lederle whole-cell component DTP vaccine, or DT vaccine. Pediatrics. 1998; 101: 1 - 11.

13. Покровский В.И., Онищенко Г.Г., Черкасский Б.Л. Эволюция инфекционных болезней в России в XX веке. Москва: Медицина; 2003: 237 - 259.

14. Алексеева И.А., Чупринина Р.П., Борисова В.Н. Сравнительный анализ безопасности и эффективности отечественных и зарубежных комплексных вакцин, содержащих цельноклеточную коклюшную вакцину. Эпидемиология и Вакцинопрофилактика. 2012; 3 (64): 48 - 54.

15. Чупринина Р.П., Алексеева И.А. К вопросу о преимуществах и недостатках цельноклеточных и бесклеточных коклюшных вакцин. Эпидемиология и Вакцинопрофилактика. 2012; 2 (63): 62 - 69.

16. WHO. Technical Report Series. 1953; 61.

17. WHO. Technical Report Series. 1990; 800. Fortieth Report.

18. Recommendations for whole-cell pertussis vaccine. WHO. Technical Report Series. 2007; 941: 301 - 332. Annex 6.

19. Preston N.W. Type-specific immunity against whooping-cough. Brit. Med. J. 1963; 2: 724 - 726.

20. Geurtsen J., Banus H.A., Gremmer E.R., Ferguson H., de la Fonteyne-Blankestijn L.J.J., Vermeulen J.P. et al. Lipopolysaccharide analogs improve efficacy of acellular pertussis vaccine and reduce type I hypersensitivity in mice. Clinical and Vaccine Immunology. 2007; 14 (7): 821 - 829.

21. Коэффициент ранговой корреляции Спирмена. Available at: http://www.infamed.com/stat/s05.html

22. Novotny P., Cownley K. Effect of growth, conditions on the composition and stability of the outer membrane of Bordetella pertussis. In: C.R. Manclark. J.C. Hill, Intern. Symp. on Pertussis. Washington, D.C. 1979: 99 - 123.

23. Cameron J. Variation in Bordetella pertussis. J. Path. Bact. 1967; 94: 367.

24. Standbridge T.N., Preston N.W. Variation of serotype in strains of Bordetella pertussis. J. Hyg. Camb. 1974; 73: 305.

25. Cherry J.D., Gornbein J., Heininger U., Stehr K. A search for serologic correlates of immunity to Bordetella pertussis cough illnesses. Vaccine. 1998; 16: 1901 - 1906.

26. Storsaeter J., Hallander H.O., Gustafsson L., Olin P Levels of anti-pertussis antibodies related to protection after household exposure to Bordetella pertussis. Vaccine. 1998; 16: 1907 - 1916.

27. Andersen E.K. Serological studies on H. pertussis, H. parapertussis, and H. bronchisepticus. Acta Pathol. Microbiol. Scand. 1953; 33: 202 - 224.

28. Manclark C.R., Cowell J.L. Pertussis. In: Germanier R., ed. Bacterial vaccines. New York: Academic Press. Inc.; 1984: 69 - 106.

29. Robinson A., Ashworth A., Irons I. Serotyping Bordetella pertussis strains. Vaccine. 1989; 7: 491 - 494.

30. Mattoo S., Cotter P.A., Miller J.F. Differential roles of Bordetella virulence factors as inducers and modulators of the host immune response.In: Proc. 100th Gen. Meet. Am. Soc. Microbiol. 2000. American Society for Microbiology. Washington D.C. 2000: 254.

31. Mattoo, S., Miller J.F., Cotter P.A. Role of Bordetella bronchiseptica fimbriae in tracheal colonization and development of a humoral immune response. Infect. Immun. 2000; 68: 2024 - 2033.

32. Olin P, Rasmussen F., Gustafsson L., Hallander H.O., Heijbel H., and the Ad Hoc Group for the Study of Pertussis Vaccines. Randomised controlled trial of two-component, three-component, and five-component acellular pertussis vaccines compared with whole-cell pertussis vaccine. Lancet. 1997; 350: 1569 - 1577.

References

1. Cherry J.D. The epidemiology of pertussis and pertussis immunization in the United States: a comporative study. Curr. Probl. Pediatr. 1984; 14: 1 - 78.

2. Mattoo S., Cherry J.D. Molecular pathogenesis, epidemiology, and clinical manifestations of respiratory infections due to Bordetella pertussis and other Bordetella subspecies. Clin. Microbiol. Rev. 2005; 18 (2): 326 - 382.

3. International Bordetella pertussis assay standardization and harmonization meeting report. Centers for Disease Control and Prevention. Atlanta, Georgia. United States, 19 - 20 July 2007. Vaccine. 2009; 27: 803 - 814.

4. Tan T., Trindade E., Skowronski D. Epidemiology of Pertussis. The Pediatric Infectious Disease Journal. 2005; 24 (Suppl. 5): S10-S18.

5. Weekly epidemiological record. 2010; 85 (40): 385 - 400.

6. Greco D., Salmaso S., Mastrantonio P, Giuliano M., Tozzi A.E., Anemona A. et al. A controlled trial of two acellular vaccines and one whole-cell vaccine against pertussis. N. Engl. J. Med. 1996;334:341 - 348.

7. Gustafsson L., Hallander H.O., Olin P., Reizenstein E., Storsaeter J. A controlled trial of a two-component acellular, a five-component acellular, and a whole-cell pertussis vaccine. N. Engl. J. Med. 1996; 334: 349 - 355.

8. Heininger U., Cherry J.D., Stehr K., Schmitt-Grohe S., Uberall M., Laussucq S. et al. Comparative efficacy of the Lederle/Takeda acellular pertussis component DT (DTaP) vaccine and Lederle whole-cell component DTP vaccine in German children after household exposure. Pediatrics. 1998; 102: 546 - 553.

9. Liese J.G., Meschievitz C.K., Harzer E., Froeschle J., Hosbach P., Hoppe J.E. et al. Efficacy of a two-component acellular pertussis vaccine in infants. Pediatr. Infect. Dis. J. 1997; 16: 1038 - 1044.

10. Schmitt H.J., Wirsing von Koеnig C.H., Neiss A., Bogaerts H., Bock H.L., Schulte-Wissermann H. et al. Efficacy of acellular pertussis vaccine in early childhood after household exposure. JAMA. 1996; 275: 37 - 41.

11. Simondon F., Preziosi M.P., Yam A., Kane C.T., Chabirand L., Iteman I. et al. A randomized double-blind trial comparing a twocomponent acellular to a whole-cell pertussis vaccine in Senegal. Vaccine. 1997; 15: 1606 - 1612.

12. Stehr K., Cherry J.D., Heininger U., Schmitt-Grohe S., Uberall M., Laussucq S. et al. A comparative efficacy trial in Germany in infants who received either the Lederle/Takeda acellular pertussis component DTP (DTaP) vaccine, the Lederle whole-cell component DTP vaccine, or DT vaccine. Pediatrics. 1998; 101: 1 - 11.

13. Pokrovsky V.I., Onishchenko G.G., Cherkassky B.L. Evolution of infectious diseases in Russia in the XX century. Moscow: Medicine; 2003: 237 - 259 (in Russian).

14. Alekseeva I.A., Chuprinina R.P, Borisova V.N. Comparative analysis of safety and effectiveness of domestic and foreign complex vaccines containing wholecell pertussis vaccine. Epidemiology and Vaccinal Prevention. 2012; 3 (64): 48 - 54 (in Russian).

15. Chuprinina R.P, Alekseeva I.A. On the advantages and disadvantages of whole-cell and acellular pertussis vaccine. Epidemiology and Vaccinal Prevention. 2012; 2 (63): 62 - 69 (in Russian).

16. WHO. Technical Report Series. 1953; 61.

17. WHO. Technical Report Series. 1990; 800. Fortieth Report.

18. Recommendations for whole-cell pertussis vaccine. WHO. Technical Report Series. 2007; 941:301 - 332. Annex 6.

19. Preston N.W. Type-specific immunity against whooping-cough. Brit. Med. J. 1963; 2: 724 - 726.

20. Geurtsen J., Banus H.A., Gremmer E.R., Ferguson H., de la Fonteyne-Blankestijn L.J.J., Vermeulen J.P. et al. Lipopolysaccharide analogs improve efficacy of acellular pertussis vaccine and reduce type I hypersensitivity in mice. Clinical and Vaccine Immunology. 2007; 14 (7): 821 - 829.

21. Spearman's rank correlation. Available at: http://www.infamed.com/stat/s05.html (in Russian).

22. Novotny P., Cownley K. Effect of growth, conditions on the composition and stability of the outer membrane of Bordetella pertussis. In: C.R. Manclark, J.C. Hill, eds. Intern. Symp. on Pertussis. Washington, D.C. 1979: 99 - 123.

23. Cameron J. Variation in Bordetella pertussis. J. Path. Bact. 1967; 94: 367.

24. Standbridge T.N., Preston N.W. Variation of serotype in strains of Bordetella pertussis. J. Hyg. Camb. 1974; 73: 305.

25. Cherry J.D., Gornbein J., Heininger U., Stehr K.. A search for serologic correlates of immunity to Bordetella pertussis cough illnesses. Vaccine. 1998; 16: 1901 - 1906.

26. Storsaeter J., Hallander H.O., Gustafsson L., Olin P. Levels of anti-pertussis antibodies related to protection after household exposure to Bordetella pertussis. Vaccine. 1998; 16: 1907 - 1916.

27. Andersen E.K. Serological studies on H. pertussis, H. parapertussis, and H. bronchisepticus. Acta Pathol. Microbiol. Scand. 1953; 33: 202 - 224.

28. Manclark C.R., Cowell J.L. Pertussis. In: Germanier R., ed. Bacterial vaccines. New York: Academic Press. Inc.; 1984: 69 - 106.

29. Robinson A., Ashworth A., Irons I. Serotyping Bordetella pertussis strains. Vaccine. 1989; 7: 491 - 494.

30. Mattoo S., Cotter P.A., Miller J.F. Differential roles of Bordetella virulence factors as inducers and modulators of the host immune response. In: Proc. 100th Gen. Meet. Am. Soc. Microbiol. 2000. American Society for Microbiology. Washington D.C. 2000: 254.

31. Mattoo, S., Miller J.F., Cotter PA. Role of Bordetella bronchiseptica fimbriae in tracheal colonization and development of a humoral immune response. Infect. Immun. 2000; 68: 2024 - 2033.

32. Olin P., Rasmussen F., Gustafsson L., Hallander H.O., Heijbel H., and the Ad Hoc Group for the Study of Pertussis Vaccines. Randomised controlled trial of two-component, three-component, and five-component acellular pertussis vaccines compared with whole-cell pertussis vaccine. Lancet. 1997; 350: 1559 - 1577.