Шлем виртуальной экономической реальности

Утвержденный премьер-министром Михаилом Мишустиным план цифровой трансформации экономики РФ предполагает в числе прочего создание системы сбора данных для «составления динамических межотраслевых балансов». Предполагается, что на базе давнего увлечения советских плановиков-экономистов и при полной цифровизации бюджетного процесса может быть резко повышена эффективность отраслевого госуправления. Впрочем, ожидать реального «динамического управления ценами в экономике» через эту технологию не приходится: рыночное ценообразование сделает будущие балансы или игрушкой для правительственных экономистов, или сложным «научным» инструментом подстройки бюджета под рынок. В любом случае реальной целью документа видится консолидация всех систем госуправления в цифровой среде, а не возрождение Госплана.

Председатель правительства Михаил Мишустин

Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ

Михаил Мишустин утвердил план мероприятий цифровой трансформации госуправления. Семь его проектов предполагают реализацию до 2030 года и связаны с системой наццелей, определенных указом президента от 21 июля 2020 года, где цифровая трансформация отраслей экономики и соцсферы — один из приоритетов. Ответственным за координацию работы назначено Минцифры.

Среди проектов — создание автоматизированной системы сбора и анализа данных отраслей экономики и соцсферы, платформы исполнения контрольных функций, системы контроля реализации стратегических государственных задач и целей.

Также планируется создание систем автоматизированного бюджетного процесса, контроля и учета, предоставления государственных и муниципальных услуг, типового автоматизированного рабочего места госслужащего на базе «облачных» технологий (процесс уже идет, см. “Ъ” от 26 октября), а также единой платформы разработки государственных информационных систем (см. “Ъ” от 25 октября).

Для каждого из семи проектов определены процентные показатели исполнения на 2022–2024 годы, но данных о показателях на 2021 год нет — хотя цифровизацией в правительстве заняты не первый год. Представитель вице-премьера Дмитрия Чернышенко, курирующего цифровизацию, объяснил это “Ъ” принципиальной новизной ряда инициатив — они не реализовывались ранее), как, например, создание системы сбора и анализа данных на основе динамической модели межотраслевого баланса. Их показатели основаны на прогнозируемом объеме достижения за 2022, 2023 и 2024 годы. Ряд же планов (как цифровизация бюджетного процесса, во многом уже реализованная Минфином.— “Ъ”) претерпел изменения как в сути, так и в части показателей, «поэтому указывать значения по их прежней частичной реализации некорректно».

В пресс-службе Белого дома уточнили: сейчас цифровизация бюджета осуществляется с применением элементов ручного режима, а в стратегии «процесс будет полностью автоматизирован на всех его этапах» и «подготовка, согласование и формирование бюджета будут основываться на первичных данных из системы, создаваемой на основе динамической модели межотраслевого баланса, в которой каждая операция и каждая цифра будет подтверждена исходным первичным отраслевым документом».

Создание единой автоматизированной системы сбора и анализа данных облегчит сбор отчетности — и анализ ее в режиме реального времени, а также управление экономикой «на основе динамической оптимизационной модели межотраслевого (межсекторного) баланса».

«Предлагается… обеспечить соотнесение в реальном времени запросов и потребностей экономических агентов в стране для снижения стоимости и повышения эффективности производства продукции, что, в свою очередь, позволит прямо повлиять на стоимость конечных товаров и таким образом повысить покупательную способность граждан»,— пояснили “Ъ” в пресс-службе Белого дома.

«Динамическая модель межотраслевого баланса» — это мифологизированный фетиш экономистов советской школы. Идея «межотраслевых балансов», они же — «таблицы затраты-выпуск», высказывалась еще в конце XIX века экономистами в контексте еще не существовавшего в мире централизованного планирования. В 1925 году работавший в Берлинском университете будущий нобелевский лауреат Василий Леонтьев опубликовал ряд ключевых работ по теме. Идея балансов претендует на решение ключевой для плановой экономики проблемы искажения ценообразования при административном давлении на свободный обмен. В СССР увлечение балансами упиралось в дефицит вычислительных мощностей и технологий и постоянное присутствие политических решений в экономике, которые разрушали «научно-плановую» логику Госплана и министерств.

Легко было бы предположить, что документ правительства де-факто и предполагает воссоздание плановой мечты: появились и технологии, и возможности сбора данных. Однако исчезла главная экономическая причина для межотраслевой балансировки: цены в РФ не директивны, а основаны на балансе спроса и предложения, и даже логика работы крупнейших госмонополий и компаний — от Сбербанка до РЖД — остается рыночной. Сочетание же плановых идей и рыночной экономики с сильным госсектором уже было реализовано в СССР в 1924–1930 годах (НЭП) и отчасти в Восточной Европе времен СЭВ — но большого эффекта не дало. В итоге модель и выработанные на ее основе (с применением технологий ИИ) управленческие решения в лучшем случае будут подстраивать бюджетные расходы под структуру экономики вне «чистого» госсектора, а в худшем — окажутся бесполезны. К тому же, как и в СССР, в РФ все ветви власти уважают чисто политические решения в экономике.

Ряд собеседников “Ъ” в федеральных ведомствах считают документ сырым, «крайне странным» и написанным «на перспективу», а причиной его появления полагают необходимость «закрыть поручение президента».

По их словам, «это не стратегия, скорее уж концепция и то с натяжкой», и говорят о том, что, например, система сбора и анализа данных отраслей экономики по описанию дублирует функции Росстата и его ГИС «Цифровая аналитическая платформа», а также ГАС «Управление».

Впрочем, в свете будущей миграции всех ГАС под руководством Минцифры на платформе «ГосТех» важность отдельных ГАС становится меньше, а «межотраслевые балансы» не будут центральным элементом новой системы — в ее архитектуре вообще нет центра как такового. Скорее, Минцифры, исходя из документа, будет считать центральным звеном ГАС «Управление» или ее преемника. Целью документа правительства в явной форме является консолидация госинформсистем, и она уже запущена — автоматизированные рабочие места для госслужащих будут так или иначе работать в объединенной экосистеме с использованием продуктов «ГосТеха».

Владимир Сальников, руководитель направления анализа и прогнозирования развития отраслей реального сектора ЦМАКП:

«Цифровизацию госуправления можно только приветствовать, этот процесс у нас давно идет и сейчас — это некая следующая фаза. Но, на мой взгляд, здесь возможности цифровые переоцениваются, а риски и вообще сложности, которые стоят на этом пути, скорее, недооцениваются. Мне кажется, что здесь действует логика, отчасти унаследованная от ФНС, ведь у этого ведомства есть очень хороший опыт в цифровизации, повышении эффективности и т.д., но там достаточно простой объект — это денежный поток, и поэтому все понятно, автоматизация многих процессов происходит более или менее легко. Если мы видим какую-либо трансакцию, а она проходит через электронную систему, то мы автоматически ее регистрируем, и все нормально, это сделать легко. И то, что ФНС делала в последние годы, прежде всего система по корректному учету НДС и борьба со схемами ухода от НДС, это все здорово работало.

Если говорить уже об экономическом анализе, то здесь качественно другая ситуация. Так, например, мы можем увидеть, что одна фирма заплатила другой фирме 100 рублей, это все прошло через банковскую систему, все нормально. Но, при этом, если мы хотим понять, а что за этим стоит уже на качественном, содержательном уровне, то здесь сразу возникают огромное количество сложностей. Например, даже если мы хотим понять, является ли это платой за отгруженную продукцию. А что это за товар? И уже здесь возникает проблема — потому что товар надо классифицировать, а это процесс в каком-то смысле даже творческий, не всегда люди на предприятиях могут взять и классифицировать ту продукцию, которую они выпускают. Здесь возможны человеческие ошибки. Кстати говоря, Росстат в последние несколько лет, особенно когда происходил переход на новый классификатор в 2017 году, столкнулся с большими сложностями, качество статистики, например, в промышленности заметно снизилось, просто потому что в новом классификаторе не все предприятия могли себя найти и корректно указать тот вид продукции, который они выпускают. И с тех пор такое случается, что какое-то предприятие может сначала сказать, что оно выпускает такой-то вид продукции, а потом через год уточнить и сказать, что на самом деле мы ошиблись и это продукция с другим кодом. Отсюда отчасти происходят пересчеты статистики Росстатом.

Автоматизировать процесс внесения данных и перенести это на новую экономическую деятельность, скорее всего, не получится. То есть какие-то вещи могут быть автоматизированы легко, а какие-то нет. Принятие решений должно опираться не на статистику, а на аналитику, а выстраивание системы аналитики над новыми данными — отдельная огромная сложная работа, фактически надо заново создать науку статистику только на новых данных, потому что эти новые данные со своими свойствами, особенностями, нужны свои методы обработки, формирования сводных аналитических показателей».