Новые продукты функционального питания для детей первого полугодия жизни

© Коллектив авторов, 2011

К.С. Казначеев, А.В. Молокова, Л.Ф. Казначеева, Н.С. Ишкова, Н.В. Пименова

НОВЫЕ ПРОДУКТЫ ФУНКЦИОНАЛЬНОГО ПИТАНИЯ ДЛЯ ДЕТЕЙ

ПЕРВОГО ПОЛУГОДИЯ ЖИЗНИ

ГОУ ВПО Новосибирский государственный медицинский университет Росздрава, г. Новосибирск, РФ

Под наблюдением находились 25 детей в возрасте от одного до 4 месяцев жизни, получающих в качестве основного продукта питания сухую адаптированную смесь на основе козьего молока «Нэнни 1 с пребиотиками». Учитывали динамику веса, роста, показатели психомоторного развития, данные объективного обследования, копроскопии, бактериологического исследования кала до и через 1 месяц применения смеси. За период наблюдения массо-ростовые показатели соответствовали норме, снизилось число детей со срыгиваниями в 2,5 раза, с кишечными коликами — в 5 раз. Показатели копрограммы полностью нормализовались у 13 (52%) пациентов; восстановление числа бифидобактерий до нормальных значений отмечено у 66,7% детей, лактобактерий — у всех пациентов, полная нормализация кишечной микрофлоры — у 12 (48%) пациентов.

Ключевые слова: грудные дети, искусственное вскармливание, функциональное питание, кишечная микрофлора, смесь «Нэнни 1 с пребиотиками».

Authors examined 25 children aged 1—4 months fed substantially by dry adapted milk formula «Nanny 1 with prebiotics» based on goat's milk. Such parameters as dynamic of body weight and height, parameters of mental and motor development, data of physical examination, feces analysis were estimated before and 1 month after formula usage. Body weight and height of patients remain normal during all the period of follow up, rate of patients with regurgitation reduced in 2,5 times, rate of patients with colic reduced in 5 times. Parameters of coprogram came to normal in 13 patients (52%), normalization of Bifidobacteria amount in stool occurred in 66,7% of patients, Lactobacteria amount — in all the cases, complete normalization of intestinal microflora occurred in 12 patients (48% of cases). Key words: infants, bottle feeding, functional feeding, intestinal microflora, milk formula «Nanny 1 with prebiotics».

Микрофлора желудочно-кишечного тракта (ЖКТ) связана и оказывает влияние практически на все физиологические процессы, происходящие в организме человека и, таким образом, является одним из основополагающих факторов адаптации во внешней среде [1].

Основная масса кишечных симбионтов представлена анаэробами, которые в качестве источника питания используют полисахариды, не гид-ролизуемые пищеварительными ферментами. Их расщепление происходит в толстой кишке с участием микробных гликозидаз. При окислении конечных продуктов гидролиза - моносахаров, в окружающую среду в виде тепла выделяется около 60% свободной энергии. Таким образом, функционирование нормофлоры кишечника может рас-

сматриваться как один из механизмов, способствующий поддержанию гомойотермии [2].

При ферментации полисахаридов в толстой кишке образуются газы (водород, углекислый газ, метан) и короткоцепочечные жирные кислоты (КЦЖК) (уксусная, пропионовая, масляная). КЦЖК обеспечивают до 20% суточной энергетической потребности организма, регулируют пролиферацию и дифференцировку эпителия толстой кишки, повышают митотическую активность эпителия, участвуют в регуляции водно-электролитного баланса (реабсорбции натрия, секреции калия и бикарбонатов).

Защитная функция нормофлоры определяется следующими механизмами: ингибирование адгезии патогенной флоры к кишечной слизи

Контактная информация:

Казначеев Константин Сергеевич - к.м.н., доц. каф. госпитальной педиатрии Новосибирского

государственного медицинского университета

Адрес: 630091 г. Новосибирск, Красный пр-т, 52

Тел.: (3832) 54-54-22, E-mail: kaznatcheev@mail.ru

Статья поступила 21.02.11, принята к печати 25.03.11.

(посредством локальных антигенов) [3]; бактериальный антагонизм - образование бактерио-цинов (антибиотикоподобные вещества), синтез КЦЖК, сдерживающих пролиферацию патогенных и гнилостных микроорганизмов [4]; взаимная молекулярная мимикрия - бактерии приобретают рецепторы и другие антигенные свойства, присущие эпителиальным клеткам кишки, а эпителий кишечника приобретает бактериальные антигены [4]. Кишечные симбионты осуществляют трансформацию пищевых волокон с образованием сахаров и аминокислот, расщепление остатков белков, жиров, высокомолекулярных углеводов [5].

Регуляторная роль аутохтонной флоры кишечника выходит далеко за пределы ЖКТ, поскольку бактерии нормофлоры участвуют в синтезе гормонов, биологически активных и антитоксических веществ. Индигенная микрофлора синтезирует тиамин, рибофлавин, никотиновую и пантотено-вую кислоту, пиридоксин, биотин, фолиевую кислоту, цианокобаламин, витамин К, аскорбиновую кислоту [6, 7].

Кишечная микрофлора способна нейтрализо-вывать нитраты, ксенобиотики экзогенного происхождения, инактивировать гистамин, индол, скатол и фенол. Существует мнение, что роль индигенной флоры по обезвреживанию токсических веществ сопоставима с детоксицирующей способностью печени [5, 6].

Особого внимания заслуживает иммуномо-дулирующая функция микрофлоры кишечника. Активность лимфоидных органов ЖКТ стимулируют мурамилдипептиды клеточных стенок бифидобактерий (ББ). Нормальная микрофлора кишечника стимулирует образование неспецифических факторов защиты (лизоцима, пропердина, комплемента), иммуноглобулинов, в т.ч. sIgA, продукцию цитокинов и интерферонов колоноци-тами [8, 9].

В последние годы пристальное внимание аллергологов и нутрициологов привлекает проблема формирования пищевой толерантности. Доказано, что одним из ключевых факторов развития пищевой толерантности является состояние микрофлоры кишечника [10]. Антигены нор-мофлоры (ДНК, пептидогликаны, липополиса-хариды) активируют toll-like рецепторы (TLRs) антигенпредставляющих клеток, что приводит к продукции интерлейкина 12 (IL12). IL12 изменяет экспрессию генов в антигенпредставляю-щих клетках и, таким образом, направляет ответ Т-клеток на антигенную стимуляцию по TM-пути. В основе развития иммунологической толерантности к пищевым антигенам лежит аналогичный механизм [9, 11].

Продукты жизнедеятельности ББ и лактобак-терий (ЛБ) способствуют всасыванию кальция, железа, витамина D, воды. Конечные продукты белкового обмена (индол, фенол, скатол), образу-

ющиеся в результате деятельности микрофлоры, кислоты и газы поддерживают нормальную перистальтику кишечника и способствуют формированию кала.

«Золотым стандартом» питания ребенка в возрасте до одного года считается грудное молоко (ГМ). Ведущими бифидогенными факторами женского молока являются естественные углеводы-пре-биотики: лактоза и галактоолигосахариды (ГОС).

Лактоза - дисахарид, практически полностью расщепляемый ферментом лактазой в тонкой кишке до мономеров: галактозы и глюкозы. Только очень незначительное ее количество поступает в толстую кишку, где она метаболизируется микрофлорой.

ГОС содержатся в женском и в ничтожно малом количестве - в коровьем молоке. Они представляют собой полимеры, состоящие из нескольких (от 1 до 6) остатков галактозы и присоединенному к ним остатку глюкозы. Содержание нейтральных олигосахаридов в женском молоке составляет около 1 г на 100 мл, кислых олигосахаридов - 0,1 г на 100 мл. В отличие от лактозы ГОС не расщепляются в верхних отделах пищеварительного тракта и в неизмененном виде поступают в толстый кишечник, где выполняют роль «пищи» для индигенной флоры. Доказано, что олигосахариды ГМ стимулируют рост ББ и ЛБ у детей на грудном вскармливании, у детей на искусственном вскармливании наблюдается более низкое содержание ББ и ЛБ в кале [12]. Благодаря этому, углево-ды-пребиотики ГМ обусловливают ряд важных физиологических эффектов: увеличение биомассы анаэробной нормофлоры, поддержание оптимальных значений рН кала, улучшение моторики кишечника, снижение газообразования, стимуляция синтеза витаминов группы В и витамина К, антибактериальный эффект, репаративное действие, подавление роста вредных бактерий [13].

Фруктоолигосахариды (ФОС) состоят из р-1,2-гликозилированных остатков фруктозы, к цепочке которых присоединена молекула глюкозы. Ими наиболее богаты овсяная крупа, кукуруза, цикорий полевой, чеснок, фасоль, горох, лук-порей.

Во многих продуктах питания (репчатом луке, спарже, бананах, пшенице, рисе) содержится пребиотик инулин - полимер фруктозы. Инулин метаболизируется ББ и ЛБ, способствует всасыванию кальция и благоприятно влияет на обмен липидов [14].

Лактулоза представляет собой дисахарид, состоящий из галактозы и фруктозы. В организме человека отсутствует фермент, способный гидро-лизовать лактулозу до моносахаров. Поэтому она практически полностью (98-99%) достигает толстой кишки. Помимо позитивного воздействия на состав кишечной микрофлоры, лактулоза вызывает мягкий послабляющий эффект, не раздражая при этом слизистую оболочку толстой кишки и не

вызывая нарушений реабсорбции воды из кишечника [15]. Проведены исследования, демонстрирующие антиканцерогенное, антиэндотоксическое, гипохолестеринемическое действие лактулозы [16]. Существует мнение, что лактулоза, как фактор, способствующий поддержанию физиологического состава микробной популяции кишечника, может рассматриваться в качестве средства профилактики пищевой аллергии у детей [15].

При искусственном вскармливании с целью достижения эффекта, аналогичного пребиоти-ческому действию компонентов ГМ, в настоящее время используется введение пребиотиков в смеси-заменители и блюда прикорма. Олигосахариды входят в состав адаптированных смесей на основе коровьего молока для искусственного вскармливания здоровых детей первого года жизни и для питания детей старше года. ГОС и ФОС используются в составе смесей для вскармливания детей из группы риска по развитию аллергических заболеваний. В 2010 г. появились новые смеси на основе козьего молока с включением пребиотиков (инулина и олигофруктозы): «Нэнни 1 с пребиоти-ками» и «Нэнни 2 с пребиотиками».

Кроме того, пребиотики введены в состав каш, как молочных, так и для питания детей с аллергией к белкам коровьего молока: «Помогайка овес, пшеница с черносливом», «Помогайка 5 злаков с липовым цветом», «Кукуруза низкоаллергенная с инулином», «Низкоаллергенная рисовая каша с пребиотиками», «Диетическая овсяная каша с пребиотиками», «Каша рисово-кукурузная» и др.

Показано, что продукты с пребиотиками у детей в возрасте до одного года стимулируют рост ББ и ЛБ, способствуют размягчению стула, уменьшают частоту запоров, метеоризм и значительно снижают рН кала, что приводит к снижению заболеваемости кишечными инфекциями [15, 17].

Целью исследования явилась оценка переносимости, профилактической эффективности сухой адаптированной молочной смеси на основе козьего молока «Нэнни 1 с пребиотиками» («Dairy Goat Cooperativ Ltd., Новая Зеландия) (свидетельство о государственной регистрации № 77.99.5. У. 10435.11.09 от 12.11.2009 г.) у детей первого полугодия жизни (до введения прикормов) из группы риска по развитию аллергических заболеваний.

«Нэнни 1 с пребиотиками» - адаптированная сухая молочная смесь для детей с рождения до 6 месяцев. Содержит комплекс пищевых волокон - пребиотиков и длинноцепочечные полиненасыщенные жирные кислоты (ДПНЖК). В состав продукта входят сухое козье молоко (42%), лактоза, растительные масла (каноловое, подсолнечное, кокосовое, высокоолеиновое подсолнечное), мальтодекстрин, пребиотический комплекс OrafiSynergy 1 (инулин, олигофрукто-за), инкапсулированный жир морских рыб (доко-загексаеновая кислота, эйкозапентаеновая кис-

лота), инкапсулированная арахидоновая кислота, хлорид холина, лецитин, триптофан, таурин, карнитин; минералы: натрия цитрат, кальция гидрохлорид, лимонная кислота, железа сульфат, цинка сульфат, меди сульфат, марганца сульфат, натрия селенит; витамины: аскорбиновая кислота, Ш-а-токоферол ацетат, ниацинамид, холекаль-циферол, ретинол ацетат, кальция ^пантотенат, тиамина гидрохлорид, цианокобаламин, витамин К1, пиридоксина гидрохлорид, рибофлавин, биотин, фолиевая кислота, концентрат смеси токоферолов. Смесь не содержит модифицированных белков и деминерализированной молочной сыворотки, сахарозы и глюкозы, вкусовых добавок и красителей. Все добавочные компоненты произведены из натуральных продуктов растительного происхождения с неизменной генной структурой.

Дизайн исследования - открытое неконтролируемое исследование. Под наблюдением находились 25 детей в возрасте от 1 до 4 месяцев, среди них 12 мальчиков и 13 девочек.

Критерии включения в исследование: 1) добровольное информированное согласие родителей; 2) возраст ребенка от 1 до 4 месяцев (до начала введения прикорма); 3) дети, находящиеся на искусственном вскармливании; 4) дети группы риска по развитию аллергических заболеваний (мать и/или отец ребенка, страдающие аллергическим заболеванием, и/или ближайшие родственники по линии матери или отца с аллергической патологией).

Критерии не включения в исследование: 1) наличие прикорма в рационе ребенка; 2) аллергические заболевания у ребенка; 3) антибиотико-терапия в период менее 1 месяца до начала исследования.

Критерии исключения из исследования: желание родителей прекратить свое участие в исследованиях; несоблюдение пациентами правил участия в исследованиях.

Дети получали смесь «Нэнни 1 с пребиотиками» в количестве, соответствующем возрасту ребенка.

В протокол обследования ребенка включены результаты клинического обследования. Оценивали следующие клинические симптомы: динамика массы тела, роста, питания (соматоскопически и по центильным таблицам), нервно-психическое развитие, состояния кожи и ее придатков (волосы, ногти), соматический статус ребенка. Кроме того, регистрировали проявления диспепсического синдрома: срыгивания и их частота, частота дефекации. Макроскопическую характеристику кала оценивали по Бристольской шкале.

В качестве методов лабораторного контроля использовали результаты копроскопии с выделением синдромов: нарушения переваривания и всасывания в кишечнике, бродильной диспепсии, гнилостной диспепсии, синдрома внешнесекреторной недостаточнос-

ти поджелудочной железы, колитического (по методу Л.В. Козловской, М.А. Мартынова, 1975) и бактериологического исследования кала по методу В.М. Добрынина, Н.М. Каргальцева (1996) [18].

Оценку клинических и лабораторных данных проводили дважды в динамике наблюдения: исходно и через 1 месяц после использования смеси.

Все наблюдаемые дети родились в результате срочных родов, у 19 (76%) из 25 женщин роды были вагинальными, у 6 (24%) - оперативными. Осложненное течение родов отмечено у 3 матерей (12%) в виде быстрых родов, преждевременного излития околоплодных вод, вторичной слабости родовой деятельности.

Первое прикладывание к груди 23 (92%) детям из 25 проведено в родильном зале, 2 (8%) - в первые сутки от рождения. В периоде новорож-денности наблюдались признаки внутриутробной гипоксии у 7 детей из 25 (28%), неонатальная желтуха - у 6 (24%), неонатальная токсическая эритема - у одного (4%), задержка внутриутробного развития - у одного ребенка (4%).

По данным оценки физического развития до начала исследования, нормотрофия отмечена у 20 (80%) детей, гипотрофия - у 5 (20%), динамика роста соответствовала возрасту - у 21 (84%), отставание в росте - у 4 (16%). Физическое и психомоторное развитие соответствовало возрасту у 18

(72%) детей, задержка - у 7 (28%). Клинические проявления рахита зарегистрированы у 12 (48%) детей. Диспепсический синдром был представлен синдромом срыгиваний у 12 (48%), из них частые срыгивания - у 7 (28%), редкие - у 5 (20%) пациентов. Кишечные колики (согласно Римским критериям III), метеоризм беспокоили 15 (60%) детей. При пальпации живота урчание в кишечнике отмечалось у 10 (40%), спазм различных отделов толстого кишечника- у 5 (20%) детей, гепатоме-галия - у 5 (20%). При макроскопической оценке фекалий (согласно Бристольской шкале) у 23 (92%) детей не зарегистрировано патологических форм: преобладал 6-й тип (кашицеобразный стул) - у 14 (56%) детей, реже встречались 5-й (мягкие маленькие шарики с ровными краями) и 4-й (в форме колбаски или змеи, гладкий и мягкий) типы - у 6 (24%) и у 3 (12%) детей соответственно. Стойкие изменения отмечены у 2 (8%) детей: у одного ребенка выявлен 7-й тип (водянистый жидкий стул), еще у одного - 2-й тип (комковатый).

По результатам копрологического исследования выявлены синдром бродильной диспепсии (кислая рН кала, наличие амилореи, йодофиль-ной флоры, слизи) - у 9 (36% ), недостаточности переваривания и всасывания в тонком кишечнике (жирные кислоты, мыла, амилорея) - у 4 (16%), гнилостной диспепсии (нейтральная рН, жирные кислоты, мыла) - у 4 (16%), недостаточности

внешнесекреторной функции поджелудочной железы (стеаторея преимущественно за счет нейтрального жира) - у 17 (68%), колитический синдром (слизь, лейкоциты, цилиндрический эпителий, эритроциты) - у 7 (28%).

Оценивая результаты бактериологических исследований, исходили из современных представлений о должных соотношениях различных видов микроорганизмов в кишечнике. Бактериологическое исследование кала позволило установить характер дисбиотических изменений у наблюдаемых пациентов. Преимущественно отмечалось появление условно-патогенной флоры - у 23 (92%), сопровождавшееся снижением общего количества кишечной палочки - у 6 (24%) детей, увеличением количества кишечной палочки со слабовыраженными ферментными свойствами - у 3 (12%), увеличением доли кокковых форм - у 3 (12%). У 8 пациентов дополнительно выявлено снижение содержания ББ или ЛБ: у 6 (24%) и 2 (8%) детей соответственно.

Среди выявленных условно-патогенных микроорганизмов (УПМ) наиболее часто встречались Klebsiella pneumonia (17 пациентов - 73,9%), дрожжеподобные грибы рода Candida - у 7 детей, в т.ч. Candida albicans (71%), Candida crusei и Candida tropicalis - по 14,5%. Несколько реже отмечено присутствие St. aureus (26,1%), Klebsiella oxytoccae (17,4%), Citrobacter diversus (17,4%), гемолизирующая E. coli (13%), Proteus vulgaris (13%), Str. epidermitidis (8,7%), Pseudomonas aeruginosa (8,7%). Одновременное присутствие нескольких видов УПМ отмечалось у 10 (40%) детей. Была отмечена прямая положительная связь между числом колониеобразующих единиц (КОЕ) УПМ и клиническими проявлениями дис-бактериоза.

Повторное обследование проведено через 1 месяц. За истекший период не было отмечено ни одного эпизода отказа детей от приема смеси, ни в одном случае не отмечалось признаков аллергических реакций и усиления диспепсических расстройств. Прибавка массы тела, роста и показатели психомоторного развития у детей соответствовали возрасту, кишечных инфекций и респираторных заболеваний за период наблюдения не зарегистрировано. Значительно уменьшилась выраженность проявлений диспепсического синдрома: в 2,5 раза снизилась доля детей со срыгива-ниями; в 5 раз уменьшилось число детей с кишечными коликами (p<0,05). При пальпации живота урчание в области проекции толстого кишечника выявлено только в 3 (12%) случаях. В динамике

наблюдения у детей преобладали 6-й и 5-й типы стула (по Бристольской шкале) - у 14 (56%) и 10 (40%) детей соответственно; патологических типов стула не отмечалось.

При макро- и микроскопическом исследовании кала отмечена полная нормализация показателей копрограммы более чем в половине случаев (13 детей - 52%). Зарегистрировано снижение частоты встречаемости гнилостной диспепсии в 4 раза, бродильной диспепсии - в 2 раза, недостаточности внешнесекреторной функции поджелудочной железы - в 2,5 раза, синдрома дистального колита - в 3,5 раза (р<0,05).

По результатам бактериологического исследования кала выявлена значительная положительная динамика: полная нормализация микрофлоры кишечника отмечалась у 12 (48%) пациентов (р<0,05). Восстановление числа ББ до нормальных значений отмечалось у 66,7% пациентов, нормализация исходно сниженного количества ЛБ достигнута у всех детей.

Наблюдалось уменьшение доли кишечной палочки со слабовыраженными ферментными свойствами, лактозонегативных энтеробактерий. УПМ сохранялись только у 12 детей и были представлены преимущественно Klebsiella pneumonia (8), прочие микроорганизмы (St. aureus, Candida albicans, Candida crusei, Proteus vulgaris, Citrobacter diversus) встречались в единичных случаях. Значительно снизилось число детей с одновременным выявлением нескольких видов УПМ.

Последующее наблюдение за пациентами проводилось в течение 4-6 месяцев, и за этот срок у всех детей, получавших смесь, не отмечалось пищевой непереносимости и/или аллергических реакций.

Таким образом, вскармливание детей адаптированными молочными смесями с пребиотиками на основе козьего молока (при отсутствии ГМ) оказывает положительное влияние на целый ряд функций организма ребенка, способствует повышению уровня здоровья детского организма в целом и состояния кишечника ребенка в частности, что полностью соответствует критериям концепции функционального питания.

Смесь с «Нэнни 1 с пребиотиками» характеризуется хорошей переносимостью, способствует улучшению всасывания нутриентов в тонком кишечнике, увеличению количества облигатной микрофлоры (ББ и ЛБ) с сопутствующим уменьшением содержания УПМ вплоть до их элиминации, предотвращая тем самым развитие хронических расстройств питания.

ЛИТЕРАТУРА

1. Salminen S, Buly C, Boutron-Ruault MC, et al. Functional food science and gastrointestinal physiology and function. Brit. J. Nutr. 1998; 80: 147-171.

2. Хавкин АИ. Биохимические аспекты метаболизма кишечной микрофлоры. Детская гастроэнтерология. 2006; 5: 3-14.

3. Fons M, Gomez A. Mechanisms of colonization and

colonization resistance of the digestive tract. Microbial. Ecol. Health. Dis. 2000; (Suppl. 2): 240-246.

4. Ардатская М.Д., Дубинин А.В., Минушкин О.Н. Дис-бактериоз кишечника: современные аспекты изучения проблемы, принципы диагностики и лечения. Тер. архив. 2001; 2: 67-72.

5. Yaeshima T. Benefits of bifidobacteria to human health. Bulletin of the IDF. 1996; 313: 36-42.

6. Урсова Н.И. Основные физиологические функции ин-тестинальной микрофлоры и формирование микробиоценоза у детей. Вопр. практ. пед. 2006; 1: 51-56.

7. Salminen S, Isolauri E, Onela T. Gut flora in normal and disordered states. Chemotherapy. 1995; 41 (Suppl. 1): 5-15.

8. Булатова Е.М., Богданова Н.М. Становление кишечной микрофлоры в постнатальном периоде и ее значение в формировании адаптивного иммунного ответа и иммунологической толерантности. Вопр. совр. пед. 2006; 3: 53-61.

9. Урсова Н.И. Дисбактериозы кишечника у детей: Руководство для практикующих врачей. Под ред. проф. Г.В. Ри-марчук. М.: МОНИКИ, 2006.

10. Нетребенко О.К. Развитие пищевой толерантности и профилактика аллергии у детей. Педиатрия. 2006; 5: 56-60.

11. Rakoff-Nahoum S, Pagino J, Eslami-Varzaneh F, et al. Recognition of commensal microflora by toll-lice recеptors is required for intestinal homeostasis. Cell. 2004; 118: 229-241.

12. Rustall RA, Maitin V. Prebiotics and synbiotics: towards the next generation. Curr. Opin. Biotechnol. 2002; 13 (5): 490496.

13. Руководство по детскому питанию. Под ред. В.А. Ту-тельяна, И.Я. Коня. М.: МИА, 2004.

14. Бельмер С.В., МалкочАВ. Микроэкология кишечника и основные направления коррекции ее нарушений. Consilium medicum. Педиатрия. 2009; 2: 4-7.

15. Грибакин С.Г. Лактулоза в детском питании: пребио-тик «со стажем». Вопр. дет. диетологии. 2003; 4: 46-52.

16. Ballongue J, Schumann C, Quignon P. Effect of lactulose and lactitol on colonic microbiota and enzymatic activity. Scand. J. Gastroenterol. 1997; 32 (22): 41-44.

17. Boehm G, Moro G, et al. Prebiotics in iniant formulas -immune modulators during infancy. Nutrafoods. 2005; 4: 51-57.

18. Добрынин В.М., Каргальцев Н.М. Лабораторная диагностика дисбактериоза кишечника: Методические рекомендации. Л.: ВМА, 1996.

© Коллектив авторов, 2010

С.И. Трухина, В.И. Циркин, С.В. Хлыбова, Е.В. Четверикова