К вопросу о критериях выделения профессионального дискурса

к вопросу о критериях выделения профессионального дискурса

з. с. ХАСАНОВА

some remarks on the issue of professional discourse separation criteria

Z. S. KHASANOVA

Статья посвящена рассмотрению ин-ституциональности дискурса и критериям выделения профессионального дискурса. Анализируется связь различных профессиональных дискурсов.

Ключевые слова: дискурс, тематика, цели, типы дискурса.

The article is devoted to examination of discourse's institutionalism and professional discourse's separation criteria. Analizes the connection of different professional discourses.

Keywords: discourse, themes, aims, types of discourse.

В современности, в ситуации непрерывно развивающейся и усложняющейся профессиональной коммуникации, лингвистически целесообразной представляется необходимость вникать в специфику профессионального дискурса, рассматривая его форму и содержание, для того, чтобы овладеть смысловым полем определенной области знания, в рамках которого профессионал употребляет характерные для данного дискурса выражения, и взаимодействовать в различных ситуациях профессионального общения. Следовательно, изучение профессионального дискурса и различных ситуаций профессиональной коммуникации с разными участниками общения является немаловажной проблемой современного общества, что обусловливает актуальность нашей статьи. Как известно, некоторые дискурсы более разработаны в отношении коммуникативной ситуации и лексической оснащенности, чем другие, но все дискурсы детерминированы социально-историческими условиями, специфика которых отражается в совокупности текстов (в широком семиотическом понимании этого термина), характеризуемых концептуальным, речежанровым и прагмастилистическим своеобразием [20].

М. Стаббс, по нашему мнению, вполне справедливо выделяет три основные характеристики дискурса:

1) в формальном отношении дискурс - это единица языка, превосходящая по объему предложение;

2) в содержательном плане дискурс связан с использованием языка в социальном контексте;

3) по своей организации дискурс интерактивен, т. е. диалогичен. Нужно обратить внимание на то, что автор логически связывает первый и второй пункты, где изучение языковых образований, превосходящих предложение, подразумевает анализ условий социального контекста [43: 1].

В свою очередь, П. Серио выделяет восемь значений термина «дискурс»:

1) эквивалент понятия «речь» (по Ф. Соссюру), т. е. любое конкретное высказывание;

2) единица, по размерам превосходящая фразу;

3) воздействие высказывания на его получателя с учетом ситуации высказывания;

4) беседа как основной тип коммуникативного взаимодействия;

5) речь с позиций говорящего в противоположность повествованию, которое не учитывает такую позицию (по Э. Бенвенисту);

6) употребление единиц языка, их речевая актуализация;

7) социально или идеологически детерминированный тип высказываний, например, феминистский дискурс;

8) теоретический конструкт, предназначенный для исследования условий производства текста [32: 26-27].

Таким образом, в каждой определенной сфере профессионального общения осуществляется выбор языковых средств, отражающих интенциональные установки коммуникантов [1: 12].

Рассмотрев работы различных авторов, выделим параметры, по которым происходит выделение тематических типов дискурса, которые, как нам представляется, приемлемы для нашего исследования. К ним относятся:

1) участники дискурса;

2) тематика дискурса;

3) специфические рекуррентные ситуации общения между соответствующими участниками дискурса;

4) зачастую уникальное лексическое наполнение (отдельные подъязыки и LSP);

5) степень институциональности дискурса;

6) связь дискурса одной специальной сферы общения с другими видами дискурса.

Говоря об участниках дискурса, согласимся с мнением К. Ф. Седова о том, что личностные характеристики участников дискурса неизбежно отражаются в типовых моделях его реализации, и в этом смысле ценным является выделение типов участников дискурса, например, инвективный, куртуазный и рационально-эвристический типы языковых личностей. В основу выделения этих типов положены речевые стратегии конфликтного поведения, в первом случае - прямая вербальная агрессия, во втором - эмоции, обида и тяготение к этикетности, в третьем - здравомыслие и ирония [31: 57].

С позиций участников общения (социолингвистический подход) все виды дискурса распадаются на личностно- и статусноориентированный дискурс. В первом случае участники общения стремятся раскрыть свой внутренний мир адресату и понять адресата как личность во всем многообразии личностных характеристик; во втором случае коммуниканты выступают в качестве представителей той или иной общественной группы, выполняют роль, предписываемую коммуникативной ситуацией. Личностноориентированный дискурс проявляется в двух основных сферах общения - бытовой и бытийной, при этом бытовое (обиходное) общение представляет собой генетически исходный тип дискурса, а бытийное общение выражается в виде художественного, философского, мифологического диалога. Статусноориентированный дискурс может носить институциональный (о котором мы еще будем говорить более подробно) и неинституциональный характер, в зависимости от того, какие общественные институты функционируют в социуме в конкретный исторический промежуток времени [12]. К статусноориентированному дискурсу также можно отнести ситуацию, в которой участвуют малознакомые или незнакомые люди, а знакомство происходит в ситуации вынужденного общения или между людьми в ситуации соблюдения субординации, например, преподаватель и студент, художник и покупатель-любитель, доктор и пациент, начальник и подчиненный, а

также в случае, когда один коммуникант спрашивает другого о местонахождении чего-либо и т. д. Также нужно учитывать и то, что профессиональный дискурс не предусматривает наличия высшего образования у участников коммуникации, ведь существуют профессии, для которых наличие диплома о высшем профессиональном образовании необязательно. Это могут быть водители такси, повара, монтажники, сапожники, т. е. люди, род деятельности которых также предусматривает профессиональную речь, определенную терминосистему, зачастую понятную лишь людям данных профессий [1]. Здесь справедливо высказывание М. Н. Лату о том, что под когнитивной моделью терминосистемы подразумевается сложная фреймовая структура. Данная система представляет собой не просто набор лексики, отобранной по определенному признаку, а сложную структуру внутрисистемных ментально-понятийных связей. Более того, каждая единица данной системы помимо единственного точного определения несет в себе и более обширную дополнительную информацию о взаимодействии с другими единицами системы. Так, к примеру, военная терминология вербализует целую программу типизированных последовательных действий определенных субъектов, а значит - фреймовую структуру [15: 20-21]. В искусствоведческом дискурсе также происходит вербализация присущих данной сфере деятельности последовательных действий субъектов искусствоведения, образующих фреймовую структуру искусствоведческого дискурса.

При рассмотрении тематики дискурса мы придерживаемся мнения А. А. Смирновой о том, что изучение тематики дискурса какой-либо области знания позволяет выявить когнитивные составляющие отдельного термина. Так, в случае с неописанными терминологиями, за неимением специальных словарей, единственное, что есть перед глазами исследователя, - это дискурс. В подобной ситуации для того, чтобы определить компонентный состав каждого термина, необходимо проанализировать темы данного дискурса [34].

Под темой дискурса понимается его макроструктура [19: 139]. По Т. ван Дейку, макроструктура - это глобальное содержание дискурса, обеспечивающее ему глобальную связанность. Макроструктура, являясь семантической единицей, состоит из макропропозиций, которые «выводятся из последовательности пропозиций, относящихся к знаниям о мире пользователей языка» [3]. В. И. Карасик, говоря о тематике дискурса, вполне справедливо обозначает основное разделение его тематики на дискурс гуманитарных и естественных наук [12].

Примечательно высказывание М. Л. Макарова о том, что тема принадлежит не дискурсу как таковому, а человеку и лишь потом, по мере утверждения интерсубъективного статуса данной темы, - дискурсу как социальной практике коммуникативной общности людей, социальному отношению, построенному в данный момент на этой теме. Само это отношение, если воспользоваться математической метафорой, выглядит как социальная функция от индивидуальной темы [19: 144]. Приведем в качестве примера диалог из романа Оскара Уайльда «The picture of Dorian Gray», в котором лорд Генри Уотсон предлагает тему художнику, Бэзилу Холлворду, всецело погруженному в свой почти законченный шедевр - портрет с изображением прекрасного юноши и не планирующему отвлекать свое внимание от полюбившегося ему собственного творения, своего «дитя» (мы возьмем из диалога лишь ту часть, которая показывает нам развитие самой темы, в дальнейшем перерастающую в долгую дискуссию и упустим комментарии автора, типа «said Lord Henry...», «he answered» и т. д.):

Lord Henry: 'It is your best work, Basil, the best thing you have ever done... You must certainly send it next year to the Grosvenor... The Grosvenor is really the only place.'

Basil Hallward: 'I don't think I shall send it anywhere... No: I won't send it anywhere.'

L.: 'Not send it anywhere? My dear fellow, why! Have you any reason? What odd chaps you painters are! You do anything in the world to gain a reputation. As soon as you have one, you seem to want to throw it away... A portrait like this would set you far above all young men in England, and make the old men quite jealous.'

B.: 'I know you will laugh at me but I really can't exhibit it. I have put too much of myself into it.'. [27: 6-7].

Лорд Генри, будучи далеким от внутреннего мира художника, без какой-либо тени сомнения о своей правоте, уверенно предлагает свою тему, свое видение сложившейся ситуации - художник написал портрет, который получился удачным или, как говорит лорд, лучшей работой из всех когда-либо выполненных данным автором, а, следовательно, шедевр нужно отправить на выставку. Ведь в этом и является суть художественного творения - сделать картину публично известной и получить хорошую репутацию художника в высших слоях общества, что являлось немаловажным как в былые времена, так и ныне. Но какова реакция на предложенную тему у самого мастера? По-видимому, у него совсем другие планы, он не собирается отправлять портрет на выставку, что видно из его ответа. Бэзил, размышляя, говорит, что не думает отправлять эту картину куда-либо, затем, закончив размышления, уверенно отвечает и себе и оппоненту, что никуда не отправит картину, и это абсолютно непонятно его собеседнику. В понимании каждого любителя искусства художник стремится к признанию, к тому, чтобы его ремесло стало известно как можно большему количеству публики, что придает ему уверенности в себе, вдохновляет на новые поиски, а также обеспечивает материальную сторону. Таким образом, традиционна и понятна любому следующая схема: удачная картина - придание ее публичности -признание картины и искусства самого художника - признание данного художника в высших слоях общества - спрос на его работы - материальная обеспеченность и слава. Поэтому абсолютно непонятен лорду отказ художника от заданной им темы -послать портрет на выставку. Дальнейший ответ Бэзила о том, что он вложил свою душу в этот портрет, также не удовлетворяет лорда и даже вызывает смех. Ведь «вкладывание души» художником в свои творения - это компонент, без которого картины не могут быть созданы. Отсюда понятно, что художник не совсем открыт для этого разговора, он не желает объяснить, что же происходит на самом деле, то есть он не был готов для заданной темы, но ему пришлось в ней участвовать. Безобидная тема о выставке развила дискурс не только словесный, но и ментальный.

В специфических рекуррентных ситуациях общения между соответствующими участниками дискурса коммуникация происходит с использованием лексического наполнения, при этом, в зависимости от сферы деятельности участников общения, используются определенные подъязыки, соответствующие данной сфере. Как точно подметил М. Л. Макаров, «индивид исполняет определенный диапазон ролей -более или менее стереотипных способов поведения и взаимодействия в рекуррентных ситуациях общения», то есть здесь раскрываются коммуникативные способности, навыки, привычки говорящего как языковой личности, его психологические и социальные качества [18; 19: 217; 24].

В исследованиях разных авторов также уделяется внимание институциональному дискурсу, рассматриваемому с точки зрения социолингвистики [4; 30; 38; и

т. д.]. В зависимости от ситуации общения и участников определяется тип институционального дискурса, например, преподаватель и студенты, прокурор и обвиняемый, ведущий телепередачи и ее гость и т. д. Следовательно, как точно указывает В. И. Карасик, институциональный дискурс есть специализированная клишированная разновидность общения между людьми, которые могут не знать друг друга, но должны общаться в соответствии с нормами данного социума [12], что опять предполагает использование специализированной профессиональной лексики и подъязыков. В настоящее время достаточно часто рассматриваются следующие типы дискурса:

1) политический дискурс [30; 35; 36; 42; и др.];

2) деловой дискурс [38; 39; и др.];

3) масс-медийный дискурс [13; 26; 29; 36 и др.];

4) научный дискурс [7; 8; и др.];

5) педагогический дискурс [16; 17; 21; 25; и др.];

6) медицинский дискурс [2; 3; 11; и др.].

Наиболее точно, на наш взгляд, суть политического дискурса раскрывает Е. И. Шейгал, отмечая, что политический дискурс имеет полевое строение, в центре которого находятся те жанры, которые в максимальной степени соответствуют основному назначению политической коммуникации - борьбе за власть. Автор относит изучение политического дискурса к трем основным типам - дескриптивному (риторический анализ языкового поведения политиков), критическому (выявление социального неравенства, выраженного в дискурсе) и когнитивному (анализ фреймов и концептов политического дискурса), а также говорит о дискурсе как о системе коммуникации, имеющей реальное и потенциальное (виртуальное) измерение [36: 11].

Как уточняет В. И. Карасик, в реальном измерении политический дискурс - это текущая речевая деятельность и возникающие в результате этой деятельности тексты, а в потенциальном измерении - семиотическое пространство, включающее вербальные и невербальные знаки, ориентированные на обслуживание этой коммуникативной сферы; тезаурус прецедентных текстов; типичные модели речевого поведения; систему речевых актов и жанров политического дискурса [12]. Таким образом, политический дискурс обладает вербальными (выступление) и невербальными (плакат) элементами, клише, специализированным лексическим наполнением, то есть подъязыком. Верно об этом говорит Е. И. Шейгал: «Политический дискурс - это институциональное общение, которое в отличие от личностноориенти-рованного использует определенную систему профессиональноориентированных знаков, т. е. обладает собственным подъязыком (лексикой, фразеологией и пареми-ологией). С учетом значимости ситуативно-культурного контекста политический дискурс представляет собой феномен, суть которого может быть выражена формулой "дискурс = подъязык + текст + контекст"» [36: 15].

Политический дискурс, по нашему мнению, имеет связь с такими дискурсами, как педагогический, рекламный, юридический и дискурс масс-медиа. Например, некоторые ситуации общения в политическом дискурсе направлены на воспитание и образование через государственные учреждения, что является непосредственной прерогативой педагогического дискурса. Политика и юридическая деятельность сосуществуют в законодательстве. Все средства массовой информации первоочередное внимание уделяют политике. Также политический дискурс соотносится с религиозным дискурсом, где основной целью является донести до общества важ-

з. с. хАсАновА

ность какой-либо информации через различные стилистические приемы и убедить в своей правоте.

Как убедительно доказывает М. А. Шлепкина, деловой дискурс - это сложный объект, имеющий ряд институциональных и когнитивно-лингвистических особенностей, отличающих его от всех других типов дискурса; это процесс творческого следования норме, которая диктуется и познается через сложную и многомерную «профессиональную» картину мира, актуализированную через базисные понятия деловой культуры, профессионально направленные идеи и концепты, нормы институционального и межличностного поведения, детерминирующие деловое общение, ценностные ориентации; схемы, фреймы стереотипных ситуаций, формулы; специальный тезаурус (например, слова-сигналы). Все это знания, которые вербализуются в текстах профессиональной направленности на лингвокогнитивном уровне, это система жанров, актуальных в общении специалистов в области менеджмента, маркетинга, экономики, торговли, бизнеса, то есть данный дискурс имеет связь с дискурсами указанных областей. Этот дискурс сводится к образцам вербального поведения, сложившимся в обществе применительно к закрепленным за экономистами и управленцами сферам профессионального общения. Таких сфер общения в конкретном обществе может быть выделено довольно много. При всем их многообразии не для каждой из них, вероятно, может быть создана частная риторика, так как любая частная риторика описывает систему речевых жанров, а такая система может существовать только в такой профессиональной деятельности, в которой «слово - это профессиональный инструмент» [23; 37; 38]. Характерно, что в лексический состав делового дискурса входят речевые клише и фразеосхемы [38; 41].

Дискурс масс-медиа является одним из ведущих типов институционального дискурса в современной цивилизации, характеризуется высокой динамичностью, а палитра масс-медийного дискурса динамично развивается, непрерывно адаптируясь к новым задачам, встающим перед средствами массовой информации [6]. Для данного дискурса, по справедливому мнению Н. Н. Панченко, ценными являются такие показатели, как оперативность, своевременность, релевантность, фактическая точность и достоверность. Центральным жанром дискурса масс-медиа считается новостной жанр. В данном жанре степень информационной насыщенности и объективной репрезентации фрагмента действительности наиболее высока, а воздействие минимально [29]. Здесь происходит конвертация информации в смыслы (конструирование знания), перевод знания с одного уровня (например, институционального) на другой (например, обыденный), сращение информации различных типов (например, политической и развлекательной, событийной и рекламной) [13]. Участниками здесь являются заинтересованные лица в распространении той или иной информации и слушатели (если это радиовещание), телезрители или читатели-любители газетных статей. Целью данного дискурса является донесение объективной реальности до людей [26; 29; и др.]. Если это катаклизмы, несчастья, аварии, болезни, то здесь целью является найти желающих помочь пострадавшим, предостеречь от бед, призвать к бдительности и т. д. В данной ситуации четко определен хронотоп: время, когда произошло то или иное событие, и место - где это случилось. Таким образом, данный дискурс связан с медицинским дискурсом через использование профессиональных лексических единиц при назывании ведущими медицинских терминов, болезней, а также с политическим, журналистским, юридическим, рекламным дискурсами через лексическое наполнение.

Участниками научного дискурса являются исследователи как представители научной общественности. Цель дискурса в научном пространстве - это поиск истины в процессе научного познания действительности и полемической деятельности. Способом реализации научного дискурса является творческий диалог, диалогич-ность в котором обусловлена такими факторами, как присутствие в научном изложении предмета рассуждения, прямые и косвенные ссылки на научный контекст, вовлечение в научное рассуждение адресата. Одним и основных способов осуществления научного дискурса считается полемика ученых, отстаивающих свою точку зрения на научную проблему [22; 29].

Научный дискурс характеризуется выраженной высокой степенью интертекстуальности, и поэтому опора на прецедентные тексты и их концепты для рассматриваемого дискурса является одним из системообразующих признаков [33]. Интертекстуальные связи применительно к тексту научной статьи представлены в виде цитат и ссылок и выполняют референциальную, оценочную, этикетную и декоративную функции [22: 3]. Хронотопом научного дискурса является обстановка, типичная для научного диалога. Диалог может быть устным и письменным, поэтому для устного дискурса подходят зал заседаний, лаборатория, кафедра, кабинет ученого, а для письменного прототипным местом является библиотека [7; 8; 26; и др.]. Научный дискурс может распространяться через средства массовой коммуникации в виде передачи об ученых деятелях, статьи в газете, журнале, следовательно, данные дискурсы имеют непосредственную связь. Также очевидна связь научного дискурса с педагогическим (чтение лекции коллегам с целью объяснить свои концепции).

В педагогическом дискурсе, как известно, участниками являются обучающий и обучаемый, т. е. учитель и ученик, студент и преподаватель. В схеме «учитель и ученик» очевидной целью является обучение и воспитание. Учитель не только имеет право, но и ответственен в передаче качества знаний с целью обучения и в дальнейшем полезного использования полученных знаний детьми на практике. Большую роль играет воспитание. То есть учитель должен не только обучать, но и объяснять ученикам, насколько полезно или опасно полученное знание, например, в химии и физике. Ведь проведение экспериментов без присутствия взрослых чревато нежелательными последствиями. Образовательный процесс протекает в условиях дидактической коммуникации, которую можно трактовать как символическую социально мотивированную деятельность, при которой в соответствии с целями передачи информации взаимодействуют и вступают в коммуникативные взаимоотношения субъекты образовательного процесса. Развертывание текста в процессе дидактической коммуникации происходит на основе чередования известной и неизвестной информации. Такой «процессуальный» характер педагогического общения репрезентируется упорядоченной последовательностью дискурсивно-речевых ситуаций определенной направленности, которые могут быть названы «дидактическими фреймами» (процедурными сценариями, структура которых достаточно устойчива и стабильна) [16; 17; 21; 25].

Хронотопом педагогического дискурса является урок, лекция и класс, аудитория, лекционный зал. Данный дискурс пересекается с политическим (государственные учреждения), научным (физика, химия) и религиозным (обучение и воспитание) дискурсами [13; 16; 17; 21; 25; и др.].

Конститутивными признаками, позволяющими объективно выделить медицинский дискурс в современной системе профессионального дискурса, являются: спе-

цифическая цель общения, заключающаяся в оказании медицинской помощи; специфические обстоятельства общения, происходящего в ситуации врачебного приема, обхода, консультации; наличие институциональных символов (специальная одежда, инструменты); статусно-ролевая функция участников общения. К медицинскому дискурсу исследователи относят лекции перед студентами, официальное и неофициальное общение с коллегами и младшим персоналом, общение с пациентами и их родственниками, записи в карточке пациентов, истории болезни, больничные листы, справки. Такое общение представляет собой один из видов институционального (медицинского) дискурса, при котором происходит односторонний или двусторонний коммуникативный обмен в рамках института здравоохранения [2; 11].

Медицинский дискурс детально рассматривается в исследовании Л. С. Бейлин-сон. С позиций социолингвистики выделение этого типа дискурса представляется вполне обоснованным, поскольку здоровье является одной из высших ценностей человека, болезни неизбежны, а их лечение требует специальной подготовки, соответственно, врачи как социально-профессиональная группа символически выделяются в обществе на основании ряда признаков:

1) сакральный характер профессии (не случайно студенты-медики приносят клятву Гиппократа), профессия врача приобретает характер особого служения;

2) наличие особой медицинской этики, специфических норм поведения, связанных, например, с неразглашением врачебной тайны;

3) наличие разработанной и обширной медицинской терминологии, специфика которой заключается в том, что наряду с научной системой терминов в языке существует система бытовых (народно-медицинских) терминов или терминоидов, приближающихся к статусу терминов; знание этого подъязыка выделяет врачей в отдельную социальную группу;

4) специальное обозначение определенных видов общения врачей: консилиумы, медицинские комиссии [4].

Близость медицинского и религиозного типов дискурса ведет к значительной степени суггестивности медицинского общения врача с пациентом. Лечение может быть успешным только в том случае, если пациент доверяет врачу. Соответственно, на протяжении веков врачи выработали особые формульные модели поведения, органически составляющие специфику медицинского дискурса [2; 4; 11].

Таким образом, в различных коммуникативных сферах коммуниканты проявляют себя по-разному. Конкретная сфера общения влияет на применение конкретных специальных лексических форм, подъязыков, ЯСЦ. Проведенный выше анализ позволяет, на наш взгляд, выработать следующий перечень критериев для вычленения разных типов профессионального дискурса:

1) клише присущи политическому, деловому, научному и медицинскому дискурсам;

2) фразеосхемы и реккурентные конструкции типичны деловому, политическому, научному и медицинскому дискурсам;

3) хронотоп свойственен политическому, деловому, научному, медицинскому, педагогическому, журналистскому дискурсам, а также дискурсу масс-медиа;

4) дидактический фрейм и фреймы стереотипных ситуаций типичны педагогическому, научному, деловому и политическому дискурсам;

5) слова-сигналы, термины, терминоиды и институциональные символы присущи медицинскому, масс-медиа и педагогическому дискурсам;

6) подъязыки же, как видно из вышеизложенного характерны всем типам дискурса;

7) в системе специальных видов дискурса прослеживается интердискурсив-ность - связь дискурсов различных областей друг с другом. Так, например, связь политического дискурса с педагогическим (образование), юридическим (законодательство), масс-медиа (трансляция), рекламным (плакаты) и религиозным (убеждение) дискурсами. Деловой дискурс связан с такими коммуникативными сферами, как менеджмент, маркетинг, экономика, торговля, бизнес, что прослеживается на уровне специфического лексического наполнения. Дискурс масс-медиа может вплетаться в медицинский, политический, журналистский, юридический и рекламный дискурсы. В научном же дискурсе происходит переплетение с дискурсом масс-медиа (публикации в газетах, журналах, телепередачах) и педагогическим (лекция) и т. д.

Литература

1. Арутюнова Н. Д. Дискурс // Лингвистический энциклопедический словарь. М.: Сов. энцикл., 1990.

2. Барсукова М. И. Медицинский дискурс: рекомендующая стратегия и тактики ее реализации // Вестник СГАУ им. Вавилова, 2006. Вып. 3.

3. Бейлинсон Л. С. Характеристики медико-педагогического дискурса (на материале логопедических рекомендаций): автореф. дис. ... канд. филол. наук. Волгоград, 2001.

4. Бейлинсон Л. С. Функции институционального дискурса // Вестник Иркутского государственного лингвистического университета. Серия: Филология. 2009. № 3 (7).

5. Бекишева Е. В. Категориальные основы номинации болезней и проблем, связанных со здоровьем. Самара: Самарский гос. мед. ун-т, 2007.

6. БичароваМ. М. Книжное обозрение как жанр массово-информационного дискурса (на материале американской прессы): 10.02.19 - теория языка: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Волгоград, 2011.

7. Бобырева Е. В. Диалогичность научного текста: внутренняя природа и языковые механизмы реализации // Языковая личность: институциональный и персональный дискурс: сб. науч. тр. Волгоград: Перемена, 2000.

8. Богданова В. А. Письменная и устная формы научного стиля (на материале лексики) // Вопросы стилистики. Вып. 23. Устная и письменная формы речи. Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1989.

9. Дейк Т. А. ван. Язык. Познание. Коммуникация: пер. с англ. Благовещенск: Благовещ. гуманит. колледж, 2000.

10. Дементьев В. В. Непрямая коммуникация и ее жанры. Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 2000.

11. Иванчук И. А. Культура речи в деятельности врача (к проблеме формирования элитарного типа языковой личности в профессиональной медицине) // Вопросы стилистики: Межвуз. сб. науч. тр. Саратов, 1998. С. 187-196.

12. Карасик В. И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс. Волгоград: Перемена, 2002.

13. Кожемякин Е. А. Дискурсный подход к изучению институциональной культуры. Белгород: Изд-во БелГУ 2008.

14. Костомаров В. Г. Языковой вкус эпохи. Из наблюдений над речевой практикой масс-медиа. М.: Педагогика-Пресс, 1994.

15. ЛатуМ. Н. Англоязычная терминология в ее историческом развитии: структурно-семантический и когнитивно-фреймовый аспекты. Специальность 10.02.04 -германские языки: автореф. дис. ...канд. филол. наук. Ростов-на-Дону, 2009.

16. Лемяскина Н. А. Коммуникативное поведение младшего школьника (психолингвистическое исследование): автореф. дис. .канд. филол. наук. Воронеж, 1999.

17. Ленец А. В. Прагмалингвистическая диагностика особенностей речевого поведения немецкого учителя: автореф. дис. .канд. филол. наук. Пятигорск, 1999.

18. Макаров М. Л. Интерпретативный анализ дискурса в малой группе. Тверь: Изд-во Твер. ун-та, 1998.

19. МакаровМ. Л. Основы теории дискурса. М.: ИТДГК «Гнозис», 2003.

20. Малышева Е. Г. Русский спортивный дискурс: Теория и методология лингво-когнитивного исследования. Специальность 10.02.01 - русский язык: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Омск, 2011.

21. Милованова Ж. В. Жанрово-речевые особенности педагогического дискурса // Языковая личность: жанровая речевая деятельность: Тез. докл. науч. конф. Волгоград: Перемена, 1998.

22. Михайлова Е. В. Интертекстуальность в научном дискурсе (на материале статей): автореф. дис. .канд. филол. наук. Волгоград, 1999.

23. Михальская А. К. Основы риторики [Текст]. М.: Просвещение, 1996.

24. Мыркин В. Я. Язык - речь - контекст - смысл: учеб. пособие. Архангельск: Изд-во Поморск. ун-та, 1994.

25. Олешков М. Ю. Ментальность дискурсивно-речевого пространства (на примере фреймов дидактической ситуации) // Дискурс, культура, ментальность: коллективная монография / отв. ред. М. Ю. Олешков. Серия «Язык и дискурс». Вып. 3. Нижний Тагил: Нижнетагильская государственная социально-педагогическая академия, 2011.

26. Олянич А. В., Копылова В. В. Иноязычный лингводидактический дискурс: наука или практика? (пролегомены к определению статуса и к научному описанию). Орел, 2013. Жанры и типы текста в научном и медийном дискурсе. Межвузовский сборник научных трудов. Выпуск 11.

27. Оскар Уайльд. Портрет Дориана Грея (на англ. яз.) / Комментарий М. В. Дьяч-кова. М.: Менеджер, 2003. С. 6-7.

28. Панченко Н. Н. Средства объективизации концепта «обман» (на материале английского и русского языков): автореф. дис. ... канд. филол. наук. Волгоград, 1999.

29. Панченко Н. Н. Лингвистическая реализация комического в английском новостном дискурсе: дис. ... канд. филол. наук: 10.02.04. Иркутск, 2005: 61 05-10/1569.

30. Попова Е. А. Культурно-языковые характеристики политического дискурса (на материале газетных интервью): автореф. дис. ... канд. филол. наук. Волгоград, 1995.

31. Седов К. Ф. Становление дискурсивного мышления языковой личности: психо- и социолингвистический аспекты. Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1999.

32. Серио П. Как читают тексты во Франции // Квадратура смысла: Французская школа анализа дискурса: пер. с фр. и португ. М.: Прогресс, 1999. С. 26-27.

33. Слышкин Г. Г. От текста к символу: лингвокультурные концепты прецедентных текстов в сознании и дискурсе. М.: Academia, 2000.

34. Смирнова А. А. Тематика научного дискурса как средство актуализации когнитивной модели научной терминологии // Вестник Иркутского государственного лингвистического университета. 2009. Вып. 3

35. Терехова Е. В. Статус и функционирование рекуррентных конструкций в политическом дискурсе современного английского языка. Специальность: 10.02.04 -Германские языки: автореф. дис. ... докт. филол. наук. М., 2012.

36. Шейгал Е. И. Структура и границы политического дискурса // Филология. Philologica. № 14. Краснодар, 1998. С. 11-15.

37. Ширяева Т. А. К вопросу о статусе дискурса // Вестник ПГЛУ, 2006.

38. ШлёпкинаМ. А. Деловой дискурс как институциональное явление. Роль клише в деловом дискурсе [Текст] // Современная филология: материалы междунар. науч. конф. (г. Уфа, апрель 2011 г.). Уфа, 2011.

39. Яровицына А. Я. Организация речевого воздействия в тексте делового письма (на материале французского и английского языков) // Образ другого: этнолингвистическая интерпретация национально-специфических различий: Сб. науч. тр. Ярославль: Изд-во Яросл. пед. ун-та, 1999.

40. Яцко В. А. Рассуждение как тип научной речи. Абакан: Изд-во Хакас. гос. ун-та, 1998.

41. Business Class. Hong Kong: Longman, 1997.

42. Goffman E. Relations in Public: Microstudies of the Public Order. Harmond-sworth: Penguin, 1972.

43. StubbsM. Discourse Analysis: The Sociolinguistic Analysis of Natural Language. Oxford: Blackwell, 1983.