Понятие и значение боевой обстановки в уголовном праве

Мусаев Халид Абдурашимович

аспирант кафедры уголовного права и процесса Северо-Кавказского федерального университета

Понятие и значение боевой обстановки

в уголовном праве

На основании анализа действующего международного и российского законодательства формулируется авторское понятие боевой обстановки как уголовно-правовой категории, а также ее значение при квалификации преступлений.

Ключевые слова: объективная сторона преступления, факультативные признаки объективной стороны преступления, обстановка совершения преступления.

H.A. Musaev, Post-graduate of a Chair of Criminal Law and Procedure of the North-Caucasian Federal University; tel.: +78652354446.

Definition and meaning of fighting situation in criminal law

On the basis of the analysis of the existing international and russian legislation the author's concept of fighting situation as criminal legal category, and also its value is formulated at qualification of crimes.

Key words: objective side of the crime, optional characteristics of the objective side of the crime, situation of the crime.

В Уголовном кодексе РФ законодателем введены такие признаки: «боевая обстановка» (ст. 331 УК РФ), «вооруженный конфликт», «военные действия» (ст. 356 и 359 УК РФ), содержащиеся, соответственно, в главах о преступлениях против военной службы, мира и безопасности человечества.

Использование законодателем таких признаков, как «вооруженный конфликт», «военные действия» и «боевая обстановка», не свидетельствует об их совпадении или тождественности. При соотнесении терминов «вооруженный конфликт» и «боевая обстановка» стоит отметить, что «вооруженный конфликт» - более широкое понятие, а «боевая обстановка» является его содержательной частью.

В доктрине под вооруженным конфликтом принято понимать любое столкновение, противоборство, форму разрешения противоречий между конфликтующими сторонами с применением военной силы для достижения определенных политических целей.

Римский Статут Международного уголовного суда, подписанный Россией 1 июля 2002 г., определяет два вида вооруженного конфликта: международный и немеждународный (внутригосударственный). Данные положения Статута полностью соответствуют Женевским конвенциям 1949 г., в которых имеется аналогичная классификация вооруженных конфликтов: вооруженные конфликты, носящие международный

характер и вооруженные конфликты, не носящие международного характера и возникающие на территории одного из договаривающихся государств.

По мнению В.П. Панова, признак «вооруженный конфликт» стал употребляться в международных документах по ряду причин. Во-первых, только после Второй мировой войны произошло более ста пятидесяти вооруженных столкновений международного и немеждународного характера. Во-вторых, абсолютное большинство вооруженных столкновений происходило внутри государств в виде революционных переворотов, вооруженных мятежей, восстаний, религиозных столкновений и других форм гражданских войн, которые также не укладывались в традиционные рамки войн. В-третьих, в особую группу выделилась национально-освободительная борьба народов против колониализма, сопровождавшаяся вооруженными столкновениями с представителями метрополий [1, с. 158-159].

В теории уголовного права в определение боевой обстановки вкладывают различный смысл. Так, В.А. Владимиров под этим термином понимает обстановку, когда воинская часть находится в непосредственном соприкосновении с противником или готовится к выполнению боевого задания как во время войны, так и в мирное время [2, с. 533]. По мнению Х.М. Ахмет-шина и A.A. Тер-Акопова, боевая обстановка предполагает нахождение воинской части в

107

непосредственном соприкосновении и близости с неприятельскими войсками и может иметь место не только в военное, но и в мирное время [2, с. 51].

Согласно мнению А.Г. Горного, боевая обстановка - совокупность факторов и условий, в которых осуществляются подготовка и ведение боя (операции). Боевая обстановка возможна и в условиях мирного времени, например, в связи с локальными вооруженными конфликтами, вторжением на территорию государства воинских подразделений или вооруженных банд сопредельного государства, при нарушении неприкосновенности воздушного, морского пространства государства, а также при выполнении воинскими частями интернационального долга [2, с. 28].

Как видно из проводимых учеными исследований, в настоящее время боевую обстановку принято рассматривать в широком смысле. Боевая обстановка имеет место как в военное, так и в мирное время в связи с боевыми действиями, которые могут вестись Вооруженными силами России и другими войсками и воинскими формированиями в ситуациях, когда Россия не находится в состоянии войны. Такими ситуациями могут выступать, например, противодействие угрозе регионального и локального характера, проведение миротворческих и антитеррористических операций, участие во внутренних вооруженных конфликтах. Сегодня примером этому служит регулярно вводимый режим контртеррористических операций на территории отдельных регионов Северо-Кавказского округа.

Правда, еще в период проведения «первой» чеченской кампании средства массовой информации ввели в обиход термин «Чеченская война», но мы не склонны относить события, произошедшие в 1994-96 гг. в Чеченской республике, к понятию «война», т.к. по международному праву война - вооруженный конфликт между двумя или несколькими государствами.

Это же подтверждается и решением Конституционного Суда РФ по делу о проверке конституционности Указов Президента РФ и постановлений Правительства РФ, касающихся мероприятий по восстановлению конституционной законности и правопорядка на территории Чеченской Республики от 31 июля 1995 г. № 10-П. В пп. 7 и 8 указанного документа события в Чечне рассматривались как вооруженный конфликт немеждународного характера, а действия силовых структур РФ - не выходящими за пределы их обычных функций в области борьбы с преступностью.

В период «второй» чеченской кампании действия федеральных сил были названы контр-

террористической операцией, под которой согласно ст. 3 Федерального закона № 35-Ф3 от 6 марта 2006 г. «О противодействии терроризму» понимается комплекс специальных, оперативно-боевых, войсковых и иных мероприятий с применением боевой техники, оружия и специальных средств по пресечению террористического акта, обезвреживанию террористов, обеспечению безопасности физических лиц, организаций и учреждений, а также по минимизации последствий террористического акта.

Но в доктрине применительно к контртеррористической операции, проводимой на территории отдельных регионов Северо-Кавказского округа, используется такое понятие, как «обстановка совершения актов терроризма». Речь в данном случае идет о террористических акциях во время локальных вооруженных конфликтов, которые могут совершаться как в самой зоне конфликта, так и за его пределами, т.е. на остальной территории России. Например, И.И. Артамонов под такой обстановкой понимает часть окружающей среды, на фоне которой возникают, протекают преступление и процесс его отражения [4, с. 82].

Думается, что более правильно считать, что боевые операции (действия) на территории отдельных регионов Северо-Кавказского федерального округа по борьбе с участниками незаконных вооруженных формирований проводятся именно в условиях боевой обстановки. Действительно, борьба с незаконными вооруженными формированиями, бандитскими и террористическими группировками нередко осуществляется в реальной боевой обстановке с применением Вооруженных сил Российской Федерации, на что указывается в ст. 6 Федерального закона Российской Федерации от 6 марта 2006 г. № 35-Ф3 «О противодействии терроризму».

Именно боевые действия, затрагивая жизнедеятельность населения определенного региона, порождают боевую обстановку, которая является причиной введения особого правового режима. Так, по данным Национального антитеррористического комитета Российской Федерации, только в 2011 г. на территории Северо-Кавказского региона было проведено 85 контртеррористических операций, более 12 тыс. оперативно-боевых операций, в ходе которых при оказании вооруженного сопротивления нейтрализовано 343 бандита, 618 задержано. В 2012 г. 1225 человек стали жертвами продолжающегося вооруженного конфликта на Северном Кавказе, из них 700 человек были убиты, 525 получили ранения. Лидирует по числу жертв в 2012 г. Дагестан: за год там пострадали не менее 695 человек, из них 405 погибших и 290 получивших ранения различной степени тяжести. За 2012 г. в

108

регионах СКФО произошло не менее 96 взрывов и терактов, из которых 53 - в Дагестане.

Обобщив вышеизложенное и имея представление о боевой обстановке, постараемся определить ее признаки и сформулировать понятие боевой обстановки как уголовно-правовой категории.

Во-первых, боевая обстановка есть совокупность различных факторов и условий. Во-вторых, указанная совокупность определяется такими обстоятельствами, как вооруженное противостояние, вооруженное столкновение, применение оружия и средств ведения войны. В-третьих, она имеет место и в мирное время при осуществлении силовыми ведомствами антитеррористических операций по уничтожению незаконных вооруженных формирований (вооруженных банд). В-четвертых, боевая обстановка как совокупность объективно-субъективных признаков оказывает влияние на общественную опасность совершаемого преступления и тяжесть наступающих общественно опасных последствий.

Таким образом, боевая обстановка - это совокупность факторов и условий, складывающихся как в зоне вооруженного конфликта, так и в мирное время при отражении нападения (уничтожении) незаконных вооруженных формирований (вооруженных банд), в условиях которых совершается общественно опасное посягательство, оказывающее влияние на характер и степень общественной опасности преступления.

Учитывая тот факт, что преступления в условиях боевой обстановки могут совершаться не только когда Россия находится в состоянии войны, но и в мирное время, например, при проведении контртеррористических операций на территории отдельных регионов, возникает другая проблема.

Согласно ч. 3 ст. 331 УК РФ уголовная ответственность за преступления против военной службы, совершенные в военное время либо в боевой обстановке, определяется законодательством РФ военного времени. Но в настоящее время таких законов нет, а преступления, совершаемые военнослужащими в мирное время, но в условиях боевой обстановки, имеют место быть. Например, в период проведения контртеррористических операций в СевероКавказском регионе с 1999 по 2005 гг. военнослужащими было совершено свыше трех тысяч преступлений.

Существуют и другие примеры. Так, приговором Грозненского гарнизонного военного суда было установлено, что лейтенант Колосов С.Ю. совершил преступление, выразившееся в на-

рушении ст. 19-20 Боевого устава Сухопутных войск РФ. Суд квалифицировал подобное деяние по ст. 293 УК РФ, несмотря на то что Боевой устав действует в военное время, в боевой обстановке.

По материалам отчетности Главной военной прокуратуры РФ, именно в боевой обстановке совершались преступления, в том числе и преступления против военной службы. Так, 14 января 1995 г. рядовой Л., тяготясь возложенными на него обязанностями, самовольно оставил самоходно-артиллерийский дивизион, находящийся на боевой позиции в районе аэропорта г. Грозного, и пытался выехать домой, но 2 февраля 1995 г. был задержан. Давая в описательной части приговора политическую оценку предъявленному рядовому л. обвинению, военный суд Северо-Кавказского военного округа учел состоявшиеся государственные решения (Указ Президента РФ от 8 декабря 1994 г. № 2166 «О мерах по пресечению деятельности незаконных вооруженных формирований на территории Чеченской республики и в зоне осетино-ингушского конфликта» и Постановление Правительства РФ от 8 декабря 1994 г. № 1360 «Об обеспечении государственной безопасности и территориальной целостности Российской Федерации, законности прав и свобод граждан, разоружения незаконных вооруженных формирований на территории Чеченской Республики и прилегающих к ней регионов Северного Кавказа»). На основании исследованных судом документов органов военного управления суд посчитал установленным, что артдивизион, в котором проходил службу рядовой Л., находился на огневых позициях в районе вооруженного конфликта, однако пришел к выводу, что данное обстоятельство само по себе не дает оснований для квалификации содеянного рядовым Л. как совершения преступного деяния в боевой обстановке.

Приведенный пример свидетельствует об ошибочности квалификации действий военнослужащих в условиях, приравненных к боевой обстановке, по составам, предусмотренным гл. 33 УК РФ, т.к. в этом случае не учитываются требования ч. 3 ст. 331 УК РФ.

Согласно статистике Главной Военной прокуратуры РФ в период с 1995 по 2002 г., т.е. в период активной фазы «первой» и «второй» чеченских кампаний, в органах военной прокуратуры было возбуждено 2290 дел по преступлениям, совершенным в боевой обстановке. Представленные статистические данные свидетельствуют о коллизии норм права и правоприменительной практики, когда деяния,

109

признанные преступными только в мирное время, но фактически декриминализированные в военное время и в боевой обстановке, признаются преступлениями при наличии боевых действий. Похожая ситуация может сложиться и в настоящее время.

Полагаем, что исследуемый уголовно-правовой признак может учитываться при квалификации преступлений, совершенных в условиях боевой обстановки, если осуществляется отражение вооруженных нападений участников бандформирований или перед вооруженными силами и другими силовыми ведомствами ставятся оперативные и тактические задачи с использованием средств вооруженной борьбы или регулярные вооруженные силы и другие лица участвуют в борьбе с терроризмом, решают задачи по противодействию терроризму с использованием имеющихся в их распоряжении боевых сил и средств, что наглядно в настоящее время происходит в отдельных республиках Северо-Кавказского региона.

Отнесение выполнения задач в ходе контртеррористической операции на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации к боевым действиям подтверждает и судебная практика. Так, решением Ботлихского районного суда Республики Дагестан от 4 июля 2009 г. (уголовное дело 2-136-09) факт непо-

1. Панов В.П. Международное уголовное право. М., 1997.

2. Владимиров В.А. Советское уголовное право. Часть Особенная. М., 1979.

3. Ахметшин Х.М., Тер-Акопов A.A. Советское уголовное право. М., 1978.

4. Артамонов И.И. Терроризм: способы предотвращения, методика расследования. 2-е изд. М, 2002.

средственного участия в такой операции гр. А.А.А., ополченца отряда самообороны селения Годобери Ботлихского района Республики Дагестан, был признан основанием приобретения А.А.А. юридического статуса ветерана боевых действий, получения удостоверения ветерана боевых действий и реализации мер социальной поддержки.

Преступления, совершаемые в боевой обстановке, отличаются повышенной степенью общественной опасности, и это связано не только с особым субъектным составом, т.к. ответственности могут подлежать не только военнослужащие или участники незаконных вооруженных формирований, но и гражданские лица, воспользовавшиеся такой обстановкой для облегчения совершения противоправных действий. Общественная опасность преступлений, совершаемых в условиях боевой обстановки, вызвана и наступлением тяжких последствий, что должно влечь более строгое наказание за преступления в рассматриваемой обстановке.

Такое положение может потребовать внесения изменений в УК РФ и включения боевой обстановки в качестве конструктивного признака отдельных составов преступлений против общественной безопасности, порядка управления, а также в качестве обстоятельства, отягчающего

1. Panov V.P. International criminal law. M., 1997.

2. Vladimirov V^. Soviet Criminal law. Particular Part. M, 1979.

3. Ahmetshin H.M., Ter-Akopov A.A. Soviet criminal Law. M., 1978.

4. Artamonov I.I. Terrorism: ways of prevention, methodic of investigation. 2nd ed. M., 2002.

110