Власть и церковь

Власть и церковь

Каждый монах хочет стать частным собственником

       Предпринятое государством в начале 90-х годов возвращение Русской православной церкви земли и недвижимости, конфискованных советской властью, в последнее время замедлилось. Причины — и неопределенный статус церкви как юридического лица, и утерянная документация, и запутанная ситуация с налогами. Для решения конфликтов, связанных с перераспределением церковной недвижимости, петербургская администрация образовала специальную рабочую комиссию, а Свято-Успенский Псково-Печорский мужской монастырь попытался решить их самостоятельно.
       
Церковь как арендатор и владелец
       В советские времена проблемы церкви решались просто. Церковные здания просто отторгались у епархий и сносились или перестраивались. Монастырские комплексы разбивались на более мелкие участки. Сейчас происходит обратный процесс, однако ситуация с передачей земель и культовых зданий становится все запутаннее. В Петербурге до последнего времени действовало постановление Малого совета депутатов, согласно которому и происходила передача зданий и сооружений церкви. Однако теперь общины все чаще претендуют не просто на здание, а на восстановление всех своих владений в исторических границах. Напор энергичных служителей культа стал столь сильным, что петербургская администрация была вынуждена организовать специальную комиссию для решения спорных вопросов.
       В городе есть церкви — памятники культуры и истории федерального значения, передавать которые общинам можно только по согласованию с Министерством культуры. Есть и местные церкви, которыми распоряжается КУГИ. И те, и другие передаются общинам верующих в безвозмездное постоянное пользование. Однако статус хозяйственных построек при церквах до сих пор не определен. По идее они должны сдаваться в аренду общинам, однако в этом случае церковь может претендовать на их приватизацию. По федеральному законодательству такой процесс возможен. На деле — практически нет.
       Церковь пользуется льготами наравне с любым общественным объединением. Однако и их порядок крайне запутан. Например, льготы по уплате налогов. Если за землю под собором или любым другим культовым сооружением плату не требуют, то за землю под находящимися рядом хозяйственными постройками берут.
       Для решения таких проблем будут привлекаться специалисты из епархии и из ведущих комитетов администрации. Они должны определить, что из церковно-приходского имущества относится к федеральной собственности и что фактически используется приходами или епархией. Вторая их задача — найти формы передачи всего этого хозяйства приходским общинам. И наконец, они должны упорядочить сбор налогов.
       Такие проблемы существуют не только в Петербурге. Особенно они заметны в городах, исторически связанных с древними монастырями. В их числе Печоры — рядом с этим городом находится Свято-Успенский Псково-Печорский мужской монастырь, где побывал недавно корреспондент Ъ.
       
Монастырь на балансе министерства
       Монастырь был основан в 1484 году. Сейчас в нем живут 80 монахов и 50 послушников. У монастыря большое хозяйство: зооферма, подсобные мастерские (сапожная, столярная, иконописная), кузница, сад и 110 га обрабатываемой земли. Однако имущественная ситуация монастыря выглядит крайне запутанно. Так, все его постройки и сооружения принадлежат государству, находясь на балансе Министерства культуры. Монастырь платит за аренду. За церковные сооружения она,как и за музеи, разумеется, льготная. А вот за гостиницу для приезжающих приходится платить уже как за трехзвездочный отель, за трапезную — как за ресторан. Земля в стенах монастыря является федеральной собственностью, и за ее аренду также приходится платить.
       Иное дело монастырские пашни и пастбища. Прежде все решалось исключительно за счет личных контактов: бывшие монастырские земли принадлежали совхозам и колхозам, и что-то могло быть выделено при условии хороших отношений с председателем. С началом земельной реформы в 1991-1992 годах местные власти получили возможность самостоятельно распределять свои земли. Монастырь решили восстановить в некоторых правах, выделив ему 98 га земли в бессрочное пользование. Конечно, монастырь не может ни продать, ни сдать в аренду ни одной сотки, вся земля должна использоваться только под сельхозпроизводство. Смена целевого назначения грозит штрафами — как и для любой другой организации.
       Монастырь попробовал обойти ограничения — например, оформить право собственности хотя бы на частных лиц, проживающих в монастыре (по 12 соток "для ведения личного подсобного хозяйства" отцу Филарету, иноку Георгию и т. д.). Однако власти сразу поняли что к чему, и, вежливо признав за монастырем массу достоинств ("аккуратно платите налоги, бережно относитесь к имуществу"), умерили монастырские аппетиты.
       Любопытна позиция земельного комитета печорской администрации. Его руководство не видит проблемы в том, чтобы разрешить приходским церквам приватизацию земли. Однако федеральное законодательство пока не дает четкого ответа на вопрос, как это можно сделать. Ведь монастырь нельзя назвать приватизированным промышленным предприятием.
       Некоторые влиятельные друзья церкви постепенно продвигают весьма радикальную идею — вернуть церкви право собственности на все, что у нее было до революции. В этом случае, однако, она превратится в крупнейшего собственника недвижимости и одну из богатейших организаций.
       Однако пока в Петербурге идут несколько иным путем. Вопреки федеральному законодательству администрация города порой принимает решение о передаче того или иного федерального объекта церкви распоряжением губернатора. Вежливые отцы церкви намекают, что законодательные инициативы Петербурга могут стать основой и для российского законодательства. Однако в Москве предпочитают эти намеки не понимать.
       
       ЕКАТЕРИНА Ъ-ГОЛУБЕВА