Добросовестные вкладчики обанкротившихся банков получили защиту

Стали известны мотивы Верховного суда РФ (ВС), вынесшего решение в пользу вкладчика банка «Унифин» в его споре с Агентством по страхованию вкладов (АСВ). Позиция ВС сводится к тому, что обычные граждане-вкладчики являются слабой стороной и нельзя оспаривать снятие ими своих средств только на том основании, что в банке к этому моменту была картотека неисполненных поручений иных клиентов. Доказывать же «необычность» операции и недобросовестность клиента должно именно АСВ. По мнению юристов, это позволит добросовестным вкладчикам лучше защищать свои интересы, а агентству придется тщательнее обосновывать свою позицию.

В картотеке арбитражных дел опубликовано определение экономколлегии ВС по спору АСВ как конкурсного управляющего банка «Унифин» с вкладчиком этого банка Рашитом Сайфутдиновым. Господин Сайфутдинов 11 февраля 2016 года снял со своего вклада $39,85 тыс., €25,35 тыс. и 2,55 млн руб., а через четыре дня у банка была отозвана лицензия и введена временная администрация. АСВ предъявило иск о признании этой операции недействительной и потребовало возврата денег в банк для включения их в конкурсную массу. По закону о несостоятельности сделки, совершенные банком в преддверии банкротства, могут быть оспорены, если они выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности. К таким случаям ст. 189.40 закона относит ситуации, когда оспариваемый платеж был осуществлен при наличии в банке картотеки (неисполненных поручений других клиентов из-за недостаточности средств на корсчете). В данном случае АСВ как раз сослалось на наличие у банка «Унифин» картотеки на момент выдачи средств вкладчику. Арбитражные суды трех инстанций удовлетворили иск агентства, отметив, что операция совершена в течение месяца перед возбуждением дела о банкротстве банка, поэтому «отсутствует необходимость доказывания» того, что вкладчик был осведомлен о финансовых проблемах кредитной организации.

Но ВС обратил внимание, что закон говорит не о любых, а о платежных операциях, к которым снятие средств со вклада не относится. По мнению ВС, факт наличия в банке картотеки должен приниматься судом во внимание, но не может образовывать презумпцию о том, что операция выходит за пределы «обычной», если оспаривается сделка по выдаче наличных денежных средств добросовестным вкладчикам банка. «Иное означало бы применение по подобного рода обособленным спорам пониженного стандарта доказывания к конкурсному управляющему, что не соответствует статусу обычных граждан-вкладчиков, являющихся, как правило, слабой стороной правоотношений»,— подчеркнула экономколлегия ВС.

Кроме того ВС отметил, что бремя доказывания «необычности» операции лежит на АСВ. Это обусловлено тем, что «появление у банка в предбанкротный период финансовых затруднений не исключает возможности осуществления до определенного момента обычной хозяйственной деятельности», а клиенту банка в отличие от агентства объективно сложнее представить доказательства, подтверждающие момент, когда у банка закончилась ликвидность.

В деле Рашита Сайфутдинова суды не устанавливали иные обстоятельства, свидетельствующие о том, что операция не была «обычной», сославшись лишь на наличие у банка картотеки, указал ВС. При этом не были учтены доводы вкладчика, что деньги снимались им для приобретения квартиры, наличные средства в день снятия были внесены в банковский сейф с целью расчетов по договору купли-продажи жилья, а остаток был возвращен на расчетный счет в «Унифин», что «свидетельствует о добросовестности вкладчика, который не предполагал, что банк испытывает финансовые трудности». Также вкладчик указывал в судах, что средства для выдачи с вклада были заказаны им 26 и 27 января 2016 года с учетом правил банка о предварительной заявке, а выдача средств произведена банком лишь 11 февраля 2016 года. По мнению гражданина, это подтверждает, что его требование находилось первым в очереди на исполнение. При этом АСВ не представило доказательств того, что у банка были поручения других клиентов, которые должны быть исполнены ранее, чем требование господина Сайфутдинова.

«Однако суд первой инстанции какой-либо правовой оценки доводам сторон, связанным с добросовестностью ответчика при снятии вклада не дал, что свидетельствует о неполном выяснений обстоятельств, имеющих существенное значение для дела»,— подытожил ВС. В результате экономколлегия ВС отменила решения нижестоящих инстанций и направила дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Москвы.

По мнению Алексея Костоварова из адвокатского бюро «Линия права», в данном определении «суд очень удачно попытался создать механизм защиты добросовестных вкладчиков», отметив, что как раз «добросовестность является важным фактором и переложение бремени доказывания с конкурсного управляющего на вкладчика как слабой стороны недопустимо». «Этот прецедент, конечно, не панацея, но все же он позволит добросовестным вкладчикам защищать свои интересы, в то время как АСВ должно будет подходить к такого рода спорам более осмотрительно»,— уверен господин Костоваров. Юрист приветствует то, что ВС не стал дожидаться законодательного решения этого вопроса и отрегулировал его на своем уровне. «Тем не менее законодательное регулирование этого вопроса будет все же не лишним и даже желательным»,— добавляет Алексей Костоваров.

Агентство по страхованию вкладов (АСВ) начало массово оспаривать снятие денег вкладчиками обанкротившихся банков и взыскивать с них средства. Добросовестность граждан роли не играет — для суда бывает достаточно факта наличия в банке картотеки неисполненных платежей на момент снятия вклада. По словам экспертов, она бывает в большинстве банков перед отзывом лицензии. Средства, взысканные через суд с граждан, АСВ затем частично возвращает им же в виде страховки по вкладам (до 1,4 млн руб.). Такая практика вызывает социальную напряженность и ведет к неоправданному росту судебных издержек АСВ, считают эксперты.