Роль процессуальной формы в установлении судебной истины в гражданском судопроизводстве

УДК 347

РОЛЬ ПРОЦЕССУАЛЬНОЙ ФОРМЫ В УСТАНОВЛЕНИИ СУДЕБНОЙ ИСТИНЫ В ГРАЖДАНСКОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

© Людмила Анатольевна ВОЛЧИХИНА

Тамбовский государственный университет им. Г.Р. Державина, г. Тамбов, Российская Федерация, старший преподаватель кафедры гражданского и арбитражного процесса, e-mail: ludatambov@yandex.ru

Раскрываются отдельные положения, характеризующие роль процессуальной формы в установлении судебной истины в гражданском судопроизводстве. На основании исследований различных точек зрений ученых-процессуалистов делается вывод о том, что судебная истина - это опосредованное знание суда об обстоятельствах, имеющих значение для дела (юридических фактах), составляющих фактическую основу возникшего конфликта. Эволюция гражданской процессуальной формы, применительно к установлению судебной истины, раскрывается путем исследования деятельности законодателя по совершенствованию процессуальной формы получения доказательств.

По мнению автора, несоблюдение процессуальных правил, определенных законодателем для оформления доказательств, должно влечь недопустимость судом доказательств для их исследования и оценки.

Сложность процессуальной формы получения заключения эксперта состоит в подробном процессуальном регламентировании законодателем этой деятельности. Существует ряд проблем, относящихся к получению специальных знаний в гражданском судопроизводстве. Одна из них состоит в том, что на практике исследование с целью получения специальных знаний проводится не только по определению суда. Указанная проблема порождает другую - проблему приоритета достоверности заключения эксперта, полученного на основании определения суда о назначении экспертизы с актами экспертного исследования, полученными на основании обращений заинтересованных лиц в государственные и негосударственные судебно-экспертные учреждения. Имеет место проблема процессуальной формы исследования заключений эксперта, полученных не на основании определений суда о назначении экспертизы. Проблемой является также определение законодателем правового положения специалиста.

Ключевые слова: судебная истина; гражданская процессуальная форма; доказательства; судебная экспертиза.

В учебной и научной литературе гражданская процессуальная форма представляется для изучения и исследуется, в основном, с точки зрения ее признаков, свойств, принципов [1; 2; 3, с. 26]. Конечно, эволюцию представлений о гражданской процессуальной форме можно проследить, исследуя временные периоды развития гражданского процессуального права как отрасли права и как науки, а именно исследовав основные научные течения и идеи о процессуальной форме в гражданском судопроизводстве. Однако, по нашему мнению, наиболее эффективным представляется исследование эволюции представлений о гражданской процессуальной форме через определение ее роли и значения в современном гражданском судопроизводстве, а также при определении ее роли и значения в различных процессуальных категориях, а именно в установлении судебной истины, обеспечении принципов гражданского процессуального права. Это

позволит проследить не только эволюцию представлений о ней, но и обогатить знания об исследуемой правовой категории, что в какой-то мере расширит возможность познания ее правовой природы.

Определенный интерес вызывает исследование эволюции представлений о гражданской процессуальной форме через определение ее роли в установлении судебной истины. Существует точка зрения, согласно которой «установление судебной истины по делу гарантируется как гражданской процессуальной формой, так и принципом состязательности» [4, с. 99]. Хотя, по мнению Э.М. Мура-дян, «истина не меняется в зависимости от той или иной судебной процедуры. Тем не менее, судебные процедуры, их выбор влияют на итог процесса по делу» [5, с. 279].

В процессуальной науке дискуссии по поводу того, что такое истина в судопроизводстве, в т. ч. и в гражданском, сохраняются и в настоящее время [6]. При этом авторы,

исследуя категорию истины как раньше, так и в настоящее время, так и не пришли к единому мнению объяснения природы определения истины в судопроизводстве, в т. ч. и в гражданском. Автор считает, что отправным, основным моментом исследования категории истины в судопроизводстве вообще, а в гражданском судопроизводстве в частности является суждение о том, что судебная истина -это опосредованное знание суда об обстоятельствах, имеющих значение для дела (юридических фактах), составляющих фактическую сторону возникшего конфликта. Истину в конечном итоге устанавливает суд, отражая и закрепляя ее в своем решении, которое является письменной процессуальной формой. Судебная истина является опосредованной, т. к. суд не был участником материально-правового отношения сторон, ставшего предметом конфликта между ними. Истина устанавливается путем состязательности сторон по собиранию доказательств и представлению их суду для исследования и оценки. Исходя из изложенного следует говорить только о судебной истине. Истину возникшего конфликта в большей степени знают стороны, которые находятся в материально-правовых отношениях, ставших конфликтными. Однако исходя из того, что стороны имеют различный юридический интерес к результату рассмотрения дела судом, каждая из сторон заинтересована в том, чтобы суд определил истинными те обстоятельства, на которые она ссылается. Истина устанавливается судом в результате исследования и оценки доказательств, которые собирают и представляют стороны. По нашему мнению, если бы стороны - и истец, и ответчик - были заинтересованы в установлении истины, то им бы судебная защита и не потребовалась, т. к. они бы сами установили истину и разрешили конфликт. Желание сторон изложить суду истину в своем интересе, а также условия реализации принципа состязательности, который определяется, прежде всего, обязанностью собирания именно сторонами доказательств и представления их суду в процессе доказывания, в подтверждение обстоятельств, имеющих значение для дела, на которые стороны ссылаются как на основания своих требований или возражений, и определяет сложность установления истины судом в судебном заседании при ис-

следовании и оценке доказательств. До сих пор также существует и проблема роли суда и сторон в установлении истины. Однако в любом случае правосудие «должно быть справедливым, а решения суда должны соответствовать действительности... В противном случае правосудие перестает быть правосудием» [7, с. 22].

Для того чтобы определить роль и значение гражданской процессуальной формы в установлении судебной истины, необходимо определить свое отношение к категории «доказательства», т. к. судебная истина устанавливается с помощью доказательств, а доказательства имеют свою установленную законодателем процессуальную форму, в т. ч. и письменную. Точка зрения автора по этому вопросу совпадает с позицией законодателя, который под доказательствами понимает «полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела» (ч. 1 ст. 55 Государственного процессуального кодекса Российской Федерации (далее -ГПК РФ)). Законодателем определены и процессуальные формы доказательств: «эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов» (ч. 1 п. 2 ст. 55 ГПК РФ).

Процессуальное оформление доказательств непосредственно связано с такой категорией, определяющей свойства доказательств, как допустимость доказательств. «Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами» (ст. 60 ГПК РФ). По мнению профессора М.К. Треушникова, «допустимость доказательств как явление связано с их процессуальной формой, т. е. с источником доказательства и способом сохранения в нем информации независимо от того, какие сведения содержатся в доказательстве» [8, с. 133]. Несоблюдение процессуальных правил, определенных законодателем для оформления доказательств, по мнению авто-

ра, является одним из требований допустимости доказательств и должно влечь недопустимость судом доказательств для их исследования и оценки. Процессуальная форма в данном случае определяет допустимость доказательств к исследованию. Конституция РФ закрепляет, что при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона (ч. 2 ст. 50 ГПК РФ). Доказательства при нарушении процессуальной формы их получения не должны допускаться судом к исследованию. Если все же эти доказательства стали предметом исследования их судом, то нарушение правил процессуального оформления доказательств должно повлечь отмену решения суда, т. к. в этом случае нарушение процессуальной формы может привести к неправильному разрешению дела, т. е. судебная истина установлена не будет. Доказательства, полученные с нарушением процессуальной формы, в этом случае являются не только недопустимыми, но при их оценке должны быть признаны судом недостоверными.

По нашему мнению, эволюцию гражданской процессуальной формы применительно к установлению судебной истины в гражданском судопроизводстве в настоящее время наиболее наглядно возможно показать, во-первых, путем исследования деятельности законодателя по совершенствованию процессуальной формы получения доказательств в процессе развития гражданского процессуального законодательства; во-вторых, путем изучения правил исследования доказательств в суде второй инстанции, которые уже были предметом исследования в суде первой инстанции, и правил представления для исследования новых (дополнительных) доказательств в суде второй инстанции при применении апелляционного производства как необходимого условия установления истины.

Выводы, сделанные на основании исследования гражданской процессуальной формы по указанным направлениям, по нашему мнению, будут отражать современные представления об эволюции гражданской процессуальной формы применительно к установлению судом истины в гражданском судопроизводстве.

Из всех определенных законодателем средств доказывания совершенствование

процесса оформления доказательств наиболее наглядно можно проследить на примере сравнения изменений процессуальной формы (эволюции), относящихся к судебной экспертизе в гражданском судопроизводстве, т. е. правил получения специальных знаний для суда по его определению в различные периоды развития гражданского процессуального законодательства. Это определяется тем, что результатом проведения судебной экспертизы является одно из сложных с точки зрения применения гражданской процессуальной формы средств доказывания - заключение эксперта, которое представляется в суд в письменной форме. Сложность процессуальной формы получения заключения эксперта состоит в подробном процессуальном регламентировании законодателем этой деятельности. Это подробное процессуальное регламентирование является необходимым и определяется тем, что экспертизу по определению суда проводит субъект, обладающий специальными знаниями, «постороннее» лицо, не входящее в состав суда. Эта подробная процессуальная регламентация в какой-то мере обеспечивает объективность и достоверность заключения эксперта. Тем более что в настоящее время в обществе сложилось неправильное представление о том, что заключение эксперта, полученное в результате проведения экспертизы как средство доказывания, якобы обладает заранее установленной доказательственной силой по сравнению с другими средствами доказывания.

Существует ряд проблем, относящихся к получению специальных знаний в гражданском судопроизводстве. Одна из них состоит в том, что на практике исследование с целью получения специальных знаний проводится не только по определению суда. В настоящее время широко распространено получение специальных знаний и без участия суда. Эти исследования также именуются экспертизами. Они проводятся как в государственных судебно-экспертных учреждениях, так и в негосударственных экспертных учреждениях (организациях), которые на практике также проводят экспертизы и по определению суда. Необходимо иметь в виду, что «судебная экспертиза - это отличная от других специфическая разновидность экспертиз, обладающих особым статусом. Сходство ее с экспертизами в других сферах человеческой

деятельности заключается в том, что она является исследованием, основанным на использовании специальных знаний. Однако далеко не любое исследование может именоваться судебной экспертизой, поскольку эти экспертизы выполняются в ходе судебного исследования по гражданским и уголовным делам, делам по административным правонарушениям» [9, с. 5]. Экспертиза, назначенная определением суда, отличается от других видов специальных знаний основным признаком, а именно, наличием процессуальной формы, определенной законодателем как правила ее назначения, проведения и оформления в судопроизводстве, в т. ч. и в гражданском. Судебная экспертиза - это экспертиза, которая проводится на основании определения суда, и процессуальная форма назначения, проведения, оформления экспертизы в этом случае в какой-то мере определяет ее достоверность. Конечно, исследования, проводимые с целью получения специальных знаний в государственных судебно-экспертных учреждениях не по определению суда, регламентируются правилами, определенными положениями о регулировании деятельности этих учреждений, а в экспертных негосударственных учреждениях при проведении исследования с целью получения специальных знаний ориентируются на эти правила. Однако данные правила нельзя считать процессуальной формой судопроизводства, т. к. они таковыми не являются.

Указанная проблема порождает другую -проблему приоритета достоверности заключения эксперта, полученного на основании определения суда о назначении экспертизы с актами экспертного исследования, полученными на основании обращений заинтересованных лиц в государственные и негосударственные судебно-экспертные учреждения.

Имеет место также проблема процессуальной формы исследования заключений эксперта, полученных не на основании определений суда о назначении экспертизы. Так, по мнению М.К. Треушникова, «заключения экспертов несудебной экспертизы рассматриваются в гражданском и арбитражном процессах как письменные доказательства и подвергаются режиму истребования, исследования и оценки характерному для письменных доказательств» [10, с. 205]. В этой связи, по мнению автора, возникает противо-

речие. С одной стороны, исследования, проводимые не по определению суда, называются экспертными, а с другой стороны, эти заключения судом таковыми не признаются. К ним не применяется процессуальная форма исследования, установленная законодателем для такого средства доказывания, как заключение эксперта. Проблема состоит в том, что исследования с целью получения специальных знаний, проводимые не на основании определения суда, в настоящее время также называются экспертными, хотя ранее эти исследования, в т. ч. проводимые в государственных судебно-экспертных учреждениях, именовались как заключение специалиста. Обозначение результатов исследований, проводимых с целью получения специальных знаний не на основании определения суда, «актами экспертного исследования» в соответствии со ст. 37 федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-Ф3 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» [11], по мнению автора, является неудачным решением законодателя. В этом случае принижается значение гражданской процессуальной формы, установленной самим же законодателем для назначения, проведения, оформления судебной экспертизы в гражданском судопроизводстве. Необходимо восстановить прежнее положение, в соответствии с которым исследования с целью получения специальных знаний, проводимые на основании определения суда, должны обозначаться как «экспертные», а субъекты данных исследований должны именоваться «экспертами». Исследования, проводимые с целью получения специальных знаний не по определению суда, должны обозначаться как «заключения», а субъекты -«специалистами». Такая конструкция будет являться простой и понятной в разграничении процессуальной формы, отличающей судебную экспертизу от заключения специалиста. Недопустимо одинаково обозначать исследования, которые регулируются различными правилами их проведения.

Проблемой является также определение законодателем правового положения специалиста. В настоящее время в гражданском судопроизводстве законодатель возложил на специалиста только обязанности по оказанию технической помощи суду (ст. 188 ГПК РФ). Законодатель не определяет заключение спе-

циалиста в качестве средства доказывания. В этой связи автор придерживается точки зрения А.Т. Боннер о том, что «включение консультаций, заключений и пояснений специалиста в число предусмотренных ст. 55 ГПК РФ средств доказывания сняло бы ненужные противоречия» [12, с. 470].

Вышеизложенные проблемы определяют необходимость дальнейшего совершенствования процессуальной формы получения специальных знаний в гражданском судопроизводстве.

Совершенствование правил процессуального оформления назначения судебной экспертизы в гражданском судопроизводстве можно также проследить, исследуя развитие гражданского процессуального законодательства в этом направлении.

В ГПК РСФСР 1923 г. [13] процессуальная форма назначения экспертизы элементарно проста. Она ограничивается обязательным вынесением судом определения о назначении экспертов с указанием в нем, по каким обстоятельствам требуется их заключение. Кроме того, существовало правило, согласно которому наличие в составе суда лиц, обладающих достаточными познаниями для разрешения специального вопроса, давало суду возможность вынести решение и без назначения экспертов. Роль сторон при назначении эксперта сводилась только к возможности заявлениями предъявления ими отвода лицам, намеченным в качестве экспертов.

В ГПК РСФСР 1964 г. [14, с. 175] законодатель значительно усовершенствовал процессуальную форму назначения судом эксперта. За каждым лицом, участвующим в деле, законодатель закрепил право предоставить суду вопросы, которые должны быть разъяснены экспертом, а также их право высказывать свое мнение при назначении эксперта судом, которое суд обязан учитывать. Законодатель исключил правило возможного разъяснения специального вопроса лицами, входящими в состав суда. Были закреплены обязанности и права эксперта, форма и содержание заключения эксперта. Обязательность предупреждения эксперта об уголовной ответственности за отказ от дачи заключения или дачи заведомо ложного заключения.

В ГПК РФ 2003 г. [15] правила назначения судом экспертизы еще более совершен-

ствуются. Так, правила назначения экспертизы, правила, относящиеся к форме и содержанию определения суда о назначении экспертизы, правила получения образцов почерка для сравнительного исследования документа и подписи на документе, правила проведения комплексной и комиссионной, дополнительной и повторной экспертиз, порядок проведения экспертизы, обязанности и права эксперта законодатель закрепляет в отдельных статьях.

На примере исследования эволюции процессуальной формы назначения судебной экспертизы в гражданском судопроизводстве, где, по мнению автора, имеют место вышеуказанные определенные проблемы, можно сделать вывод о том, что совершенствование законодателем правил процессуального оформления доказательств направлено на обеспечение достижения судебной истины.

Право на собирание и представление доказательств является диспозитивным правом каждой из сторон. Однако если сторона желает для себя достигнуть положительного правового результата, то она должна приложить максимум активности для собирания и представления доказательств суду для того, чтобы убедить суд в наличии тех обстоятельств, на которые она ссылается как на основание своих требований или возражений и тем самым помочь суду установить истину. Более того, «доказанность фактической и юридической обоснованности иска является не только необходимым, но и достаточным для реализации права на удовлетворение иска условием» [16, с. 536].

Проблема состоит в том, что если при рассмотрении дел в суде первой инстанции право сторон на собирание и представление доказательств как необходимое условие установления судебной истины ничем не ограничено, то в суде второй инстанции, когда еще решение суда не вступило в законную силу и есть возможность повлиять на него при рассмотрении дела в суде второй инстанции, в настоящее время эти ограничения существуют, что затрудняет возможность установления истины в суде второй инстанции или фактически сводит ее «на нет». Такой вывод можно сделать, исследуя существующую процессуальную форму рассмотрения дел в суде второй инстанции в настоящее время в порядке апелляционного производ-

ства, которое предусмотрено законодателем на основании федерального закона от 9 декабря 2010 г. № З53-Ф3 «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации» [17].

Изменив процессуальную форму апелляционного производства, законодатель фактически ограничил возможность участия суда второй инстанции в определении истины по конкретному делу. Это относится, прежде всего, к правилам исследования доказательств в апелляционной инстанции, которые уже были предметом исследования в суде первой инстанции и к правилам представления новых (дополнительных) доказательств для исследования их в апелляционной инстанции.

Апелляционное производство - это производство, где законность и обоснованность решения, принятого судом первой инстанции, проверяется путем нового рассмотрения дела. Решение суда первой инстанции существует как бы условно, и есть возможность принятия нового решения путем нового рассмотрения дела по существу на основании представленных суду для исследования доказательств. Ранее в порядке апелляционного производства могли быть рассмотрены жалобы только на постановления, принимаемые мировыми судьями. В соответствии с ранее существовавшими правилами вышестоящий районный федеральный суд пересматривал дело вновь по правилам суда первой инстанции. При этом суд апелляционной инстанции был вправе устанавливать новые факты и исследовать новые доказательства, т. е. фактически суд апелляционной инстанции рассматривал дело вновь по существу. Такая процессуальная форма апелляционного производства в науке гражданского процессуального права получила название полной апелляции [18; 19].

Эта, имевшая место в гражданском судопроизводстве в отношении постановлений мировых судей, полная апелляция как процессуальная форма рассмотрения дел в суде второй инстанции гарантировала возможность установления судебной истины по конкретному делу. Законодатель закрепил возможность установления судебной истины как бы дважды. Сначала судом первой инстанции при рассмотрении дела по существу, и вновь в суде второй инстанции в апелляци-

онном производстве по отношению к постановлениям мировых судей путем нового рассмотрения дела, но вышестоящим судом.

В настоящее время законодатель отказался от процессуальной формы применения полной апелляции. Он сохранил апелляционное производство, расширив его возможности, распространив его применение на не вступившие в законную силу решения, определения судов общей юрисдикции всех уровней, принятых ими по первой инстанции. Однако процессуальная форма апелляционного производства по существу изменилась. Так, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции имеющиеся в деле доказательства (доказательства, которые были предметом исследования при рассмотрении дела в суде первой инстанции) не исследуются вновь, а оглашаются, однако только при наличии соответствующих ходатайств об этом (абз. 2 п. 3 ст. 327 ГПК РФ). Представление к исследованию новых (дополнительных) доказательств при рассмотрении дела в апелляционном производстве возможно. Однако реализация этого права ограничена довольно сложной процессуальной формой «дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, независящим от него, и суд признает эти причины уважительными. О принятии новых доказательств суд апелляционной инстанции выносит определение» (абз. 2 п. 1 ст. 327-1 ГПК РФ). В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 322 ГПК РФ в апелляционной жалобе, представлении «ссылка лица, подающего апелляционную жалобу, или прокурора, приносящего апелляционное представление на новые доказательства, которые не были представлены в суд первой инстанции, допускается только в случае обоснования в указанных жалобе, представлении, что эти доказательства невозможно было представить в суд первой инстанции». Отказавшись от проверки законности и обоснованности решения суда первой инстанции, путем рассмотрения дела вновь по правилам суда первой инстанции законодатель определил новую процессуальную форму апелляционного производства, согласно которой суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения

суда первой инстанции путем повторного рассмотрения дела в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных законодателем для существующего апелляционного производства, которыми как раз и установлены вышеуказанные ограничения в отношении доказательств (абз. 2 п. 1 ст. 327 ГПК РФ). Однако суд апелляционной инстанции может отступить от указанных правил и проверить законность и обоснованность решения суда первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных законодателем для апелляционного производства путем нового рассмотрения дела по существу в исключительных случаях по правилам суда первой инстанции. А именно при определении судом апелляционной инстанции оснований для отмены решения суда первой инстанции в любом случае (безусловная отмена) (п. 5 ст. 330 ГПК РФ). Эти основания определены в ч. 4 ст. 330 ГПК РФ. Указанные в данной статье нарушения процессуальной формы, безусловно, полностью исключают законность решения суда первой инстанции независимо от возможно правильного применения норм материального права, и поэтому дело должно быть рассмотрено вновь по существу.

Трудно указать к какому виду апелляции, принятой в мировой практике, относится апелляционное производство, закрепленное законодателем в гл. 39 ГПК РФ «Производство в суде апелляционной инстанции». Возможно, существующее апелляционное производство относится к «смешанной» форме апелляции, «предусматривающей механизм перехода неполной в полную апелляцию» [20, с. 518]. Хотя этот вывод является дискуссионным. По нашему мнению, производство в суде апелляционной инстанции в настоящее время - это повторение правил производства в суде кассационной инстанции, которые существовали до принятия указанных изменений в правилах апелляционного производства.

Сложно определить причины отказа законодателя от применения в апелляционном производстве правил полной апелляции. Возможно, это решение законодателя определено дополнительными материальными затратами, которые возникают при применении полной апелляции, т. к. дело фактически

рассматривается вновь по существу. Или, возможно, для того, чтобы «подчеркнуть устойчивость приговоров местного суда» [21, с. 32], как это было определено законодателем при отказе от апелляционного производства, существовавшего до 1917 г. Или, возможно, вследствие того, что «дублирование во второй инстанции уже проведенного в первой инстанции рассмотрения дела по существу приводит к затягиванию процесса» [22, с. 2-5], т. е. исходя из процессуальной целесообразности.

Исходя из того, что законодатель значительно усложнил процессуальную форму апелляционного производства, мы считаем, что стороны для достижения правового результата должны проявить максимальную активность по собиранию и представлению доказательств при рассмотрении дела в суде первой инстанции, т. к. судебная истина, как правило, устанавливается путем рассмотрения дела в суде первой инстанции. Изменить ее в суде второй инстанции или при пересмотре постановлений суда, вступивших в законную силу, является довольно затруднительным в силу сложной процессуальной формы, установленной законодателем для этих стадий гражданского судопроизводства. Сложность процессуальной формы апелляционного производства определила необходимость принятия Пленумом Верховного суда Российской Федерации постановления от 19 июня 2012 г. № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»

[23].

1. Зайцев И.М. Принципы гражданской процессуальной формы // Российский юридический журнал. 1993. № 3. С. 66-71.

2. Рассахатская Н.А. Гражданская процессуальная форма. Саратов, 1998.

3. Гражданский процесс / под общ. ред. Н.М. Коршунова. М., 2005.

4. Афанасьев С.Ф., Зайцев А.И. Гражданский процесс. М., 2004.

5. Мурадян Э.М. Истина как проблема судебного права. М., 2004.

6. Дьякова О.Г. К вопросу об истине в гражданском процессе // Цивилистический процесс: основные проблемы и тенденции развития: материалы международной научно -практической конференции, посвященной 90-летию

со дня рождения доктора юридических наук, профессора, заслуженного деятеля науки РФ Маргариты Андреевны Викут (1 октября 2012 г.) / под ред. А.И. Зайцева. Саратов, 2012. С. 140-144.

7. Афанасьев С.Ф. Проблема истины в гражданском судопроизводстве: автореф. дис. ... канд. юр. наук. Саратов, 1998.

8. Треушников М.К. Судебные доказательства. М., 2005.

9. Россинская Е.Р., Галяшина Е.И. Настольная книга судьи: судебная экспертиза. М., 2013.

10. Треушников М.К. Судебные доказательства. М., 2005.

11. О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации: федеральный закон от 31.05.2001 г. № 73-ФЗ // Российская газета. 2001. 5 июня.

12. БоннерА.Т. Традиционные и нетрадиционные средства доказывания в гражданском и арбитражном процессе: монография. М., 2013.

13. Гражданский процессуальный кодекс РСФСР от 10.07.1923 г. // СУ РСФСР. 1923. № 46-47. Ст. 478.

14. Гражданский процессуальный кодекс РСФСР. Утв. ВС РСФСР. Т. 8.

15. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 г. № 138-ФЗ,

действующий с 1.02.2003 г. // Собрание законодательства РФ. 2003. № 46. Ст. 4532.

16. Осокина Г.Л. Гражданский процесс. Общая часть. М., 2003.

17. Российская газета. 2010. 13 дек.

18. Афанасьев С.Ф., Зайцев А.И. Гражданский процесс. М., 2004.

19. Борисова Е.А. Апелляция в гражданском (арбитражном) процессе. М., 2000.

20. Афанасьев С.Ф., Зайцев А.И. Гражданское процессуальное право. М., 2013.

21. Кожевников М.В. История советского суда 1917-1949 гг. / под ред. И.Т. Голякова. М., 1948.

22. Трофимова М.С. История развития апелляции в гражданском процессе России: прошлое, настоящее, будущее // История государства и права. 2010. № 5.

23. О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции: постановления Верховного суда Российской Федерации от 19.06.2012 г. № 13 // Российская газета. 2012. 29 июня.

Поступила в редакцию 18.06.2013 г.

UDC 347

ROLE OF PROCEDURAL FORM IN ESTABLISHMENT OF JUDICIAL TRUTH IN CIVIL PROCEEDINGS Lyudmila Anatolyevna VOLCHIKHINA, Tambov State University named after G.R. Derzhavin, Tambov, Russian Federation, Senior Lecturer of Civil and Arbitration Proceedings Department, e-mail: ludatambov@yandex.ru

Certain provisions characterizing the role of the procedural form in the establishment of judicial truth in civil proceedings are disclosed. On the basis of studies of different points of views of scientists, it is concluded that the judicial truth is mediated knowledge of the court about the circumstances relevant for business (legal facts) composing the factual basis of the conflict. The evolution of the civil procedural form, in relation to the establishment of a judicial truth, is revealed by examination of the activities of the legislator on the improvement of the procedural form of obtaining evidence.

According to the author the failure to comply with the procedural rules set out by the legislator to process evidence must entail the inadmissibility in court of evidence for their investigation and evaluation.

Complexity of procedural form receipt of expert opinion is in a detailed procedural regulation of this activity by the legislator. There are a number of problems relating to the production expertise in civil proceedings. One of them consists in the fact that, in practice, a study in order to obtain special knowledge is carried out not only to identify the court. This problem creates another - a priority problem of reliability of expert opinion obtained on the basis of the court to appoint an expert examination of the acts of the study, obtained on the basis of complaints of stakeholders in government and non-forensic institution. Is a problem of the form of action research expert opinions obtained not on the basis of court rulings ordering the examination, Another problem is the definition of the legal position of the legislator specialist.

Key words: forensic truth; civil procedural form; evidence; forensic examination.