Статус народа в иудейской государственно-правовой теории

Е. В. Калинина* Л. Р. Романовская**

Статус народа в иудейской государственно-правовой теории

В статье исследуются место и роль народа в иудейском государственно-правовом учении, основанном на Ветхом Завете и Талмуде; рассматриваются права и обязанности индивида и общества в целом, возникающие в связи с заключением договора о создании государства.

The article investigates the role and place of the people in the Judaic state and legal doctrine based on the Old Testament and the Talmud, considered the rights and responsibilities of the individual and society as a whole, arising in connection with the conclusion of the treaty on the establishment of the state.

Ключевые слова теория права, иудейское право, Тора, теократия, власть, политические обязанности, права человека.

Key words: theory of law, Judaic law, Torah, theocracy, power, political responsibilities, human rights.

Мыслители разных эпох, рассуждая о способах достижения стабильности государства, не раз отмечали, что она во многом зависит от народа, его лояльности к власти, повиновения подданных. Даже Н. Макиавелли, которого критики несправедливо обвиняли в уничижительном отношении к «народному» элементу государства, его материи (как называл народ Т. Гоббс), неоднократно призывал правителя обращать внимание на настроение подданных относительно власти и не нарушать определенных пределов их терпения, дабы не вызвать ответной реакции со стороны управляемых, их ненависти и презрения.

В свете признания теоретиками государственно-правовой мысли в качестве одного из признаков государства населения, разумно было бы задаться вопросом о том, какое место отводит иудейская теория народу, предусмотрены ли для него какие-либо естественные и гражданские права, или же, как дань древневосточной традиции деспотии, за индивидами закреплены лишь обязанности.

* Кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры теории и истории государства и права юридического факультета Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского.

** Кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры конституционного и административного права юридического факультета Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского.

Профессор израильского Университета Бар Илан З. Дашевский, напоминает, что согласно ветхозаветной теории иудеям уготована судьба стать «святым народом»1. Та же идея встречается в исследовании А.П. Лопухина, известного специалиста по библеистике: «Израильский народ был единственным в ветхозаветном мире народом, который Иегова избрал “своим царством”, чтобы в нем среди всеобще растленного человечества сохранить и возрастить семена спасения, предназначенные впоследствии распространиться на все человечество»2.

С данной позицией было бы сложно согласиться, учитывая, что в Пятикнижии неоднократно приводятся упоминания о слабостях человека и несовершенстве его природы. Ветхозаветная история насыщена примерами человеческой жестокости, подлости и коварства, причем иудеи в этих сказаниях играли далеко не последнюю роль. Даже почитаемые евреями патриархи и легендарные персоналии, служащие примером для подражания, замечены были в неблаговидных поступках: Авраам, ради спасения собственной жизни готовый отдать свою супругу египетскому фараону, которому та понравилась; Яков, обманувший своего отца ради получения привилегий первородства; Давид, пославший на смерть своего военачальника Урию, дабы получить жену последнего и многие другие библейские эпизоды. Кстати, еврейская традиция всегда находила оправдания действиям своих героев. Например, жизнь Авраама, как будущего «отца народа», была слишком ценна, чтобы жертвовать ею ради спасения чести одной женщины; Яков, как будущий патриарх был намного более достоин рукоположения и благословения родителя, чем его старший брат Исав; что же касается компрометирующей истории о приобретении Давидом очередной супруги, путем избавления ее от прежнего мужа, так Каббала вообще поясняет, что Бат-Шева (Вирсавия) вообще не предназначалась Урии в жены, поэтому Давид, забрав ее, не совершил греха. Не менее показателен эпизод с дарованием Торы, и предшествующим заключению Договора «рецидивом» язычества (поклонения тельцу). Один только этот эпизод свидетельствует о том, что люди не готовы были сразу создать общество «нового типа», свободное от привычек и пороков обычных человеческих объединений.

1 Дашевский З. Незекин // http://www/machanaim.org/ustatora/_da_nez/nez04-2с.^ш#у2#у2 (Электронная библиотека официального научно-образовательного сайта «Ма-ханайм».

2 Лопухин А. П. Законодательство Моисея. Исследование о семейных, социальноэкономических и государственных законах Моисея, с приложением трактата: Суд над Иисусом Христом, рассматриваемый с юридической точки зрения. СПб., 1882. С. 204.

27

Исследователи и толкователи Торы, обобщая всех людей, независимо от национальности и вероисповедания, и не ставя под сомнение несовершенство и порочность человеческой природы, полагали, что одним из способов достижения мира и безопасности является создание властных учреждений. «Известно, до чего доходит сила страстей людских, несмотря на то, что люди могли бы силою воли противостоять искушениям и избегать преступных деяний, они большею частью поддаются дурным внушениям страстей своих и предаются страшным преступлениям и грехам. Люди превосходят иногда в жестокости хищных зверей, тогда как им следовало бы стоять неизмеримо выше животных соответственно божественному происхождению души человеческой. В то время, как звери нападают только на зверей другого рода, а своих родичей не трогают, люди губят не только чужих, но, если бы не существовало внешних препятствий, губили бы друг друга. Вечный Промыслитель, предвидя все это, верховною премудростью поставил царей над народами, а людям внушил страх перед царским саном и тем обуздал злые наклонности и страсти человека. [...] это необходимо для мира не будь ее [государственной власти], мир не мог бы существовать от злодеяний, ибо не все люди богобоязненны, как ты; поэтому же ты должен возносить молитвы о благополучии столь необходимого для мира учреждения (Вессели Иейн-Либанон)»3.

Учитывая несовершенства человеческой природы, несложно понять, почему политико-правовая мысль как древности, так и последующих эпох уделяла серьезное внимание воспитательной функции государства. Воспитательное и исправительное воздействие должно было быть комплексным и осуществляться на разных уровнях: начиная с личного примера правящих и заканчивая дозволенными родами деятельности. Не следует оставлять без внимания и идею равенства всех перед законом и Всевышним.

Выбирая основной род занятий для населения, законодателю следовало, во-первых, исходить из интересов благосостояния общества, его экономического процветания; во-вторых, из интересов индивидов, их привычной деятельности и возможностей. И здесь иудейская политическая мысль снова проявила свою оригинальность. А.П. Лопухин пишет, что именно Моисею пришло в голову использовать земледелие как основу для экономического развития будущего государства. И это при том, что иудеи испокон веков совершенствовались в скотоводстве и почти не занимались

3 Мировоззрение талмудистов. Т. 3: Обязанности человека в общественной и гражданской жизни / сост. С.И. Фин, Х.Л. Каценеленбоген. СПб., 1876. С. 33-34.

28

земледелием4. «Побуждением к этому, - утверждает исследователь, - служили как географические условия страны, так и высшие государственные соображения. Палестина в древности отличалась необыкновенным плодо-родием5, и потому этим самым уже призывала своих обитателей к пользованию ее произведениями посредством возделывания земли. [...] Для государственных целей земледелие представляет несравненно больше выгод, чем скотоводство: оно развивает любовь к труду, - этому главному рычагу общественного развития, - привязывает человека к обитаемой земле, и тем, с одной стороны, делает возможным установление определенных начал гражданственности, а с другой - развивает любовь к стране или патриотизм, составляющий душу государства, - одним словом, представляет все условия для развития и крепости государства. Эти условия законодатель по-видимому и имел в виду при основании своего государства на зем-6

леделии» .

Безусловно, оригинальность задумки Моисея состоит не в выборе земледелия как способе привязать людей к территории проживания, а в том, чтобы сплотить их и выработать патриотизм, а заодно и «приземлить» их, так как тяжелый физический труд не позволит индивидам тратить время и силы на размышления о недостатках системы управления, сделает их более послушными, изживая инакомыслие - все это мы наблюдаем и в древнекитайской политико-правовой мысли (в этом вопросе были единодушны апологеты конфуцианства, даосизма и легизма). Нестандартность подхода проявилась в выборе рода деятельности, нетипичного для традиции еврейского народа, выработка стратегии построения государственных отношений, предусматривающая отказ от многих привычек индивидов, и на «развалинах» стереотипов построения совершенно нового общества, призванного стать примером для подражания.

С другой стороны, выбор земледелия в качестве основного способа обеспечения благоденствия населения должен стать залогом узаконенного равноправия. «Но само земледелие только тогда может служить к истинной пользе государства, когда оно основано на экономической справедливости, в силу которой каждому члену государства должно быть предоставлено равное владение землей и полное пользование всеми произведениями его рук. Древние государства не знали такой справедливости: землей владели

4 Лопухин А. П. Законодательство Моисея. С. 208.

5 Бытие 24:12

6 Лопухин А. П. Законодательство Моисея. С. 209-210.

29

обыкновенно только привилегированные касты, а остальные касты, не имея земли, по необходимости, поступали в рабскую экономическую зависимость от первых, обрабатывали их земли, и сами получали естественно не всю сумму произведений своего труда, а только то, что уделяли им владетельные касты, т. е. столько, сколько достаточно, чтобы не умереть с голода. Отсюда поражающие крайности богатства и бедности, роскоши и нищеты, с какими мы встречаемся в древневосточных государствах даже в периоды их наибольшего процветания. Моисеево государство не знает такой несправедливости. Основывая государство на земледелии, законодатель вместе с тем определил его такими постановлениями, благодаря которым оно могло стать источником равного для всех благосостояния»7. А.П. Лопухин поясняет, что благодаря участию в заключении договора со Всевышним каждого иудея, как части народа, и условия приобретения имущества, пользование им и защита вещных прав должна быть равной. При распределении земли учитывалась численность каждого колена. «А так как земля должна была служить главным источником благосостояния, то ввиду равномерности распределения земли между израильтянами необходимо предполагалось равенство по состоянию или экономическое равенство. Если же при вступлении в землю прежде накопленные богатства (в стадах) отдельных лиц могли давать им перевес пред другими, не имевшими стад, то такое нарушение экономического равенства было устранено [...], тем, что именно богатейшие скотом колена остались в землях по ту сторону Иордана и как бы отделились от главной части народа, где преимущественно должна была развиваться, основанная на теократическом принципе, государственность, и потому не могли оказывать влияния на его экономические отношения»8.

Увлекаясь восторженным описанием ветхозаветной утопии, исследователь прибегает к обобщениям, порой неоправданным. Так, рассказывая о землевладении в древневосточных государствах, А.П. Лопухин заявляет о его привилегированном характере даже в весьма развитых государствах, хотя известно, что землепользование, например в Древнем Вавилоне периода правления царя Хаммурапи, в эту схему не вписывается, поскольку обладание землей там возможно было для всех полноправных жителей, а не только привилегированных. Кроме того, сравнение теории, разработанной для одного народа, с действительностью другого не совсем корректно, так

7 Лопухин А. П. Законодательство Моисея. С. 210.

8 Там же. С. 211.

любая теория, воплощаясь практически, претерпевает массу искажений. В таком случае следовало бы взять за основу политико-правовые идеи древневосточных народов и только их и сопоставлять.

Далее А.П. Лопухин, очевидно желая показать продуманность иудейской стратегии по созданию общества без деления на сословия и предотвращения не только разрыва между богатством и бедностью, но и самого экономического неравенства, настаивает на равенстве не только прав имущественных, но и личных, что было изначально обусловлено договором, подкрепленным согласием каждого. В результате, государство, как продукт данного соглашения, призвано было гарантировать всем равные гражданские права и равенство всех перед законом. «Так как законодателем является Иегова, пред которым все равны, то конечно и законы Его для всех одинаковы, и это равенство пред законом проведено с такою последовательностью, что оно признавалось и для поселенцев, живших среди израильского народа»9. «3aкон один и одни права, говорит законодатель, да будут для вас и для пришельца, живущего у вас»10. «Но принцип равноправности здесь проведен еще дальше: здесь не только нет каст в восточном смысле, но нет даже и вообще деления на сословия в смысле привилегированных и непривилегированных классов. Ни наследственной аристократии и демократии, существовавшей в Древней Греции, ни деления народа на полноправных патрициев и политически неравноправных плебеев, допущенного римским законодательством, ни феодализма в средневековом смысле, - ничего подобного не знает Моисеево законодательство: им предоставляется социальное равенство всем гражданам11».

Размышляя о равенстве и отсутствии деления на слои населения в ветхозаветной теории государства, А.П. Лопухин, казалось бы, сам себе противоречит: а) во-первых, называя левитов (священнослужителей из колена Леви) «особым сословием в Моисеевом государстве», а во-вторых, настаивая на устанавливаемых для них Пятикнижием ограничениях в политических и имущественных правах12, к которым, в том случае, следовало бы добавить и жесткие предписания семейного права.

Действительно, во Второзаконии, 18:1, 2 мы встречаем заявление о том, что левиты не получают земли, в порядке, предусмотренном для остальных колен: «/1/ Священникам левитам, всему колену Левиину, не бу-

9 Лопухин А. П. Законодательство Моисея. С. 212-214.

10 Числ. 15:16, 29; Лев. 24:22; Исх. 12:49.

11 Рождественский Н. Конспект по Основному богословию. 1874/75 г. (литогр.). С. 105.

12 См.: Лопухин А. П. Законодательство Моисея. С. 214-216.

31

дет части и удела с Израилем: они должны питаться жертвами Господа и Его частью; /2/удела же не будет ему между братьями его: Сам Господь удел его, как говорил Он ему». Но верно ли, что священнослужители вообще не имеют права на землю? В Книге Левит (25:32-34) фигурируют строки, которые отвечают на поставленный вопрос (и в первую очередь стих 25:34): «/32/ А города левитов, домы в городах владения их, левитам всегда можно выкупать; /33/ а кто из левитов не выкупит, то проданный дом в городе владения их в юбилей отойдет, потому что домы в городах левитских составляют их владение среди сынов Израилевых; /34/ и полей вокруг городов их продавать нельзя, потому что это вечное владение их». На наш взгляд, строки из Пятикнижия свидетельствуют о том, что колено Леви, при разделе земли, не должно было претендовать на территорию, имеющую политическое значение и, тем самым, не должно было стать на общих началах членом федерации иудейских племен, так как левитам была уготована роль «аристократов духа», наставников и посредников в общении племен между собой, а также помощь в их взаимоотношении со Всевышним.

Помимо этого, не стоит забывать и о том, что Ветхий Завет не предполагает равенство полов, и уж тем более в политической сфере и имущественной, где женщины не обладали полной дееспособностью. Конечно, можно было бы возразить, приведя в пример Пророчицу и Судью Двору, возглавлявшую иудейский народ в Период Судей, однако, как говорилось выше, это происходило до создания государства. Впоследствии, при выборе главы государства следовало, по мнению знатоков иудейского права и, прежде всего, Рамбама, руководствоваться полом кандидата (а не только принадлежностью его к народу). Используя грамматический способ толкования норм Письменной Торы, ученые выводили правило о том, что царем может стать только мужчина, поскольку в соответствующем стихе13 слово «царь» имеет мужской род. Тем самым, норма, ограничиваясь по объему, исключала из числа возможных претендентов лиц женского пола. Ничего не говорится в Пятикнижии и о замещении женщинами других государственных должностей, включая должность первосвященника. В сфере частного права первородство, со всеми его привилегиями, предоставлялось именно мужчинам.

Как бы там ни было, вопрос о государственной жизни народа и его правах неразрывно связан с корреспондирующими обязанностями. Защита, предоставляемая государством индивидам, предполагает определенные

13 Второзаконие 17:15.

усилия со стороны последних, направленные на поддержание его жизнеспособности. В талмудических источниках упоминаются следующие обязанности, возлагаемые на всех членов сообщества: 1) воинская повинность; 2) податная повинность (складывавшаяся из выкупной подати и десятины от всех плодов); 3) повиновение воле государства. Отдельные ученые настаивают на несколько иной формулировке: а) любовь к царю (т. е. уважение к правителю и его чиновникам); б) соблюдение законов страны («каждый обыватель должен изучить узаконения своего отечества и соблюдать их как публично, так и втайне»); в) верность и любовь к отечеству («страна, где человек родился и водворился для достижения богатства и счастья, должна быть ему дороже других, за нее он должен постоянно молиться; по мере сил он должен стараться о возвеличении ее и умножении благосостояния ее жителей»)14.

Обосновывая необходимость повиновения подданных для стабильности государства, Талмуд предупреждает, что опасно размышлять о целесообразности «распоряжений верховной власти, потому что это влечет за собой сомнение, а сомнение, в свою очередь, в подобных случаях ведет к небрежности в исполнении данного приказания: таким образом, нарушится надлежащий порядок, произойдут междоусобия и общественные интересы пострадают. Наоборот, каждому благомыслящему члену государства следует быть уверенным в милости и правосудии государя и надеяться, что все исходящее от него по государственным делам соразмерно с силами и нуждами общества и направлено к достижению общественного блага. Мы же не в состоянии прямо определить значение и пользу той или другой меры, не будучи знакомы с мотивами: и государственными соображениями, вызвавшими ее»15.

Подобные рассуждения о необходимости повиновения народа, совместно с устоявшейся традицией объяснения представителями власти целесообразности мер, принимаемых с целью сохранения стабильности государства и безопасности подданных, невольно напоминают идеи, изложенные Т. Гоббсом в труде Левиафан (Ч. II: О государстве, Гл. XXX: Об обязанностях суверена), что, кстати неудивительно, так как ученый неоднократно обращался за примерами к иудейской традиции.

14 Основания вероучения Бен-Зева, гл. 3 // Мировоззрение талмудистов. Т. 3: Обязанности человека в общественной и гражданской жизни. С. 35-37.

15 Основания вероучения Бен-3ева, гл. 3 // Мировоззрение талмудистов. Т. 3: Обязанности человека в общественной и гражданской жизни. С. 34.

33

Бытует мнение, что уважительное отношение к царской власти для иудея актуально лишь в том случае, если это власть еврейская. Учитывая тот факт, что в эпоху составления талмудов (Иерусалимского и Вавилонского) о суверенитете иудейского государства не могло быть и речи, а проблема безопасности, личной и имущественной, продолжала сохраняться, Устный Закон предписывал иудеям соблюдать веления права, действующего на территории рассеяния, а также выражать лояльность к местной власти. По всей видимости, данное предписание мудрецов основывалось на отрывке из книги пророка Иеремии, где повествуется об указаниях представителям еврейского народа, уводимым Навуходоносором в вавилонский плен после разгрома Иудеи: «/4/ так говорит Господь Саваоф, Бог Израилев, всем пленникам, которых Я переселил из Иерусалима в Вавилон: /5/ стройте домы и живите в них, и разводите сады и ешьте плоды их; /6/ берите жен и рождайте сыновей и дочерей; и сыновьям своим берите жен и дочерей своих отдавайте в замужество, чтобы они рождали сыновей и дочерей, и размножайтесь там, а не умаляйтесь; /7/ и заботьтесь о благосостоянии города, в который Я переселил вас, и молитесь за него Господу; ибо при благосостоянии его и вам будет мир» 16.

Примечателен тот факт, что талмудисты, задумываясь о соотношении норм религиозного права с внутри государственным и естественным, отдавали себе отчет в том, что в период военных действий соблюдение многих заповедей, равно как и внутренних законов государства, затруднено и отходит на второй план. «При такой продолжительности изгнания законы еврейской религии тем менее должны удерживать еврея от исполнения его гражданских обязанностей. К тому же в мирное время ничто не нарушает этих законов; в военное же время они должны быть принесены в жертву отечеству. Мы находим, что во все время покорения Ханаана израильтяне не исполнили некоторых заповедей Торы; Маккавеи не прекращали военных действий с греками в субботние дни; точно так же и современные евреи, находясь на поле битвы, не должны воздерживаться от исполнения воинских обязанностей в силу некоторых законов, ибо, как доказывают приведенные примеры, в это время религиозные установления теряют свою силу17».

На основании всего вышеизложенного можно заключить, что иудейская теория договора предполагала постановку перед народом определенных целей, как ближайших, так и отдаленных. «Программой-максимум»

16 Книга пророка Иеремии, 29:4-7.

17 Мировоззрение талмудистов. Т. 3. С. 37-38.

34

являлось приобретение иудеями статуса «святого народа», способного стать ориентиром в соблюдении Божественного Закона. Для достижения данной отдаленной цели необходимо было осуществить программу-минимум, а именно: 1) сформировать единую общность - народ (вместо разобщенности на колена); 2) определиться с приоритетами и сформировать представление об общем благе; 3) объединить свои усилия ради достижения этого общего блага, 4) создать государство как некий переходный этап к Царству Всевышнего и в то же время гарант защиты основных естественных прав, соблюдения Божественных предписаний и созданных людьми правил поведения. Причем, даже изгнание, которое претерпели иудеи, утратив независимость, вписывается в эту схему как неблагоприятные последствия несоблюдения договора со Всевышним.