Становление и развитие понятия «Культура»: опыт включенного штудирования теоретического наследия А. И. Шендрика

ТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ПОНЯТИЯ «КУЛЬТУРА»: ОПЫТ ВКЛЮЧЕННОГО ШТУДИРОВАНИЯ ТЕОРЕТИЧЕСКОГО НАСЛЕДИЯ А.И. ШЕНДРИКА

В. А. Ремизов

Московский государственный университет культуры и искусств

В статье рассмотрена проблема становления и развития базового понятия культурологии — «культура». Материал основан на анализе теоретического наследия известного культуролога, философа-профессора А.И. Шендрика и на авторской точке зрения. В статье основываются этапы развития понятия «культура» и раскрывается существо его содержания от античности по настоящее время.

Ключевые слова: культурология, культура, человек, цивилизация, гуманизм, знание, созидательная деятельность, ценность, факт культуры, культурная норма, культурный смысл, код, сущность, структура, история, понятие культуры.

In this article the problem of formation and development of the basic concepts of cultural science — «culture». The material is based on the analysis of the theoretical heritage of the famous culturologist, philosopher, professor's A.I. Shendrik and on the of the author's point of view. The author classifies the stages of development of the concepts of «culture» and reveals a creature of its content from antiquity to the present time.

Key words: cultural science, culture, human, civilization, humanity, knowledge, creative activity, a value, a fact of culture, cultural norm, the cultural meaning of the code, the essence, structure, history, concept of culture.

О фамилии Шендрик я узнал в восьмидесятые годы минувшего столетия, когда, получив назначение на должность начальника кафедры философии в Львовском высшем военно-политическом училище, которое готовило специалистов для более 14 стран мира, открыл исторический формуляр и прочитал, что первым начальником кафедры был полковник Шендрик, которого в последующем перевели по службе в Москву. Окунувшись после увольнения из Вооруженных сил в жизнь московских вузов, я нередко думал, что, может быть, встречусь и со своим предшественником по руководству кафедрой, тем бо-

лее что фамилию Шендрик я встречал во многих научных публикациях. И вот, спустя значительное время, на одной из научных конференций я воочию встретился с Анатолием Ивановичем. Увы, мой первый энтузиазм сразу был остужен. Анатолий Иванович никогда не служил в чине офицера, и не было его, разумеется, во Львове.

Мы разговорились на другие темы. Нашей общей темой стала культурология. И так, не спеша, шаг за шагом мы проговорили не менее часа, забыв о ходе конференции, на которой присутствовали. Анатолий Иванович, безусловно, был чрезвычайно эрудированной личностью, и я с

20 1997-0803 ВЕСТНИК МГУКИ 3 (47) май-июнь 2012 20-25

И

г

большим интересом слушал его. Затем мы уже, встречаясь, здоровались как хорошо знакомые люди. Потом я получил от Анатолия Ивановича его книгу «Теория культуры», о которой он сказал, что некоторые темы, нами затронутые при первой встрече, в книге нашли свое развитие.

И вот я снова беру фундаментальную работу А.И. Шендрика «Теория культуры» (8) и как бы продолжаю наше обсуждение одной интересной культурологической проблемы, касающейся истории возникновения понятия «культура».

Следует отметить, что проблема теории культуры осмыслена Анатолием Ивановичем начиная с античности. «Именно тогда, — пишет автор, — софистами была сформулирована идея о существовании рядом с миром природы коренным образом отличающегося от него мира, созданного человеком... хотя софисты и не пользовались термином "культура"» (8, с. 9). Но, по справедливой мысли автора, именно они, софисты, при этом «... определили вектор развития культурологической мысли, сформулировав тот круг вопросов, которые и сегодня находятся в центре внимания как отечественных, так и зарубежных культурологов» (8, с. 9). Далее автор пишет о введении в оборот термина «культура» в эпоху Древнего Рима и о том, что в последующем «.первым, кто поставил вопрос о культуре (в теоретической плоскости (Р.В.А.), был Иоганн Готфрид Гердер» (8, с. 11). Затем автор обосновывает и характеризует четыре этапа становления теории культуры. Все это не вызывает никаких сомнений и, как всегда у А.И. Шендрика, сделано поучительно, убедительно, аргументированно, досконально. Мне бы хотелось здесь отметить, что автор, проводя анализ истории «. самого слова "культура", вводит понятие "идея культуры", говоря о том, что она существовала еще до самого слова "культура"».

Однако эту «идею» Анатолий Иванович сводит опять фактически к софистской мысли о «второй природе». Между тем и в данном случае, думается, можно отдельно говорить об определенных этапах становления (развития) собственно понятия

«культура». Представляется, что возможна следующая логика движения разработки понятия «культура».

Этап «предпонятия культуры» («идея культуры» у А.И. Шендрика). Одним из первообразов «культуры» вполне можно считать древнеегипетское слово-знак, связанное с иероглификой — «вандза», означающее: «тот, кто питает священный огонь», или «разум человека» (2, с. 140—141).

Далее, в Древнем Китае существовало понятие «вэнь» — «просветленность, образованность». Наконец, «идея-первообраз» понятия «культура» наиболее очевидно связана с древнегреческой категорией «пайдейя» (от pais — ребенок), «которое использовали для обозначения результата образования и целенаправленного воспитательного воздействия — итога формирования зрелого мужа, гражданина, полноправного члена полиса из несмышленого ребенка» (8, с. 23).

Этап «предпонятия культуры» можно завершить латинским (Римский период) словом «colere» — населять, культивировать, покровительствовать, поклоняться, почитать. Известно, что его обычно употребляли в значении качественной характеристики какого-либо объекта, например почвы. Отсюда знакомое всем слово «агрикультура», введенное римским общественным деятелем (трактат «О земледелии») Катоном и дошедшее до нашего времени.

Второй этап связан с перенесением слова «культура» уже на человека, на его деятельность. Его можно связать с Марком Тулием Цицероном, с его знаменитым изречением «Philosophia cultura animi est» — философия есть культура души.

Здесь как бы завершается круг перехода от космоцентрической к антропоцентрической картине мира, начатой еще софистами. Знаменито в связи с этим положение Протагора: «Человек есть мера всех вещей существующих, если они существуют, несуществующих, если они не существуют» (8, с. 23).

Интересным для понимания сути категории «культура» является и то, что

Протагор под «мерой» понимал эталон, в соответствии с которым должно оцениваться любое суждение, а под «вещами» — факты и опыт в целом. Отсюда — человек должен рассматриваться как ядро культуры, ее причина и цель, средство и результат, «альфа» и «омега».

Итак, отныне человек, его творческая созидательная деятельность, ее результаты («факты» и «опыт») становятся содержанием понятия «культура». При этом удерживается и идея «совершенного» как результата «взращивания». В свою очередь «совершенное», согласно Сенеке, связывается в человеке с моральным, с добродетельным. На этом же этапе впервые, как идея, возникает контрированное культуре понятие «цивилизация», которое сразу же понимается как не совпадающее с культурностью (Тацит) (8, с. 43).

Третий этап связан с пространством средних веков, которое содержит периоды ортодоксальной религиозности, предвоз-рождения и Возрождения (Ренессанса).

Первый и отчасти второй периоды рассматривали культуру как «Бога в себе и божьего для нас» (Аврелий Августин), то есть «божий промысел», с одной стороны. С другой — это то, что сосредотачивалось в монастырях, в рыцарских замках, в городах, где были образованные люди, где хранились и создавались рукописи, читались философские и политические трактаты (то есть нечто отстоящее от обыденного, от повседневного для массы людей; нечто, составляющее дело избранных) (8, с. 46—47).

Третий период — эпоха Возрождения — активно наполнял понятие «культура» новыми структурами значений.

Первое, что следует отметить — это введение в культуру ее аксиологического параметра — «гуманизм».

Таким образом, подлинная культура (идея подлинной и мнимой, а затем — прогрессивной и реакционной культуры) отныне сочетается с гуманизмом, с тем, что возвышает человека, что исходит из любви и уважения к человеческому в нем, как «венца живущего, красы вселенной» (Шекспир), а не зла, деструктивности, не

занижающего человека до уровня «неодушевленной животной природы».

Характерным для Возрождения являлось и то, что «природа» здесь не рассматривалась как нечто пассивное, безликое по отношению к культуре. Она мыслилась как нечто живое и изначальное. Отсюда «культура» — это производное от жизни «природы». Культура здесь в значительной мере понималась как продукт ее познания. Таким образом, культура для людей эпохи Ренессанса это «... нечто творимое и творящее», результат творчества «гармонической и всесторонне развитой личности» — высшего эталона человека в социальном бытии (8, с. 63).

«Гармония», принцип гармонии в обществе, в душе человека — это еще одна линия в трактовке культуры в данный период. Гармония мыслилась в качестве главного условия человеческой свободы. Ну, а в содержание культуры, начиная с Ренессанса, вносятся не только человек с его индивидуальностью, не только его творческая деятельность, но и формы его духовной практики — этическая, эстетическая, религиозная (культуры).

Четвертый этап — эпоха Нового времени с особым периодом — Просвещением.

Первое, что следует отметить в качестве «новации» — это внесение в содержание понятия культуры — разума (человека) (8, с. 87), фиксированного в его знании («знание — сила»). Таким образом, ее содержание было отражено понятие «научно-технический прогресс» (Ф. Бэкон). Разум и научно-технический прогресс понимались как критерий культуры, как ее искусство и язык («коммуникатор» — Т. Гоббс, Д. Локк), как структурная часть понятия «культура». Это же производится и по отношению к знанию, науке.

В смысл культуры впервые так же содержательно вводится «социально-созидательная практика» (Т. Гоббс).

Таким образом, объем понятия культуры значительно расширяется.

В научный оборот в различных ракурсах активно вводится, наряду с «культурой», слово «цивилизация» (В.Р. Мирабо),

которое быстро проникает во все европейские языки (8, с. 133).

По мысли В.Р. Мирабо, цивилизация возникает тогда, когда формируется социальная система, базирующаяся на гуманных основаниях, исключающая проявления жестокости и диких нравов. Переход в процессе культурного развития на стадию цивилизации Мирабо также связывает с высоким уровнем наук и искусств, развитием промышленности, сельского хозяйства, расцветом торговли и денежного обращения.

Важнейшим вкладом в понимание феномена культуры является в это время формирование основ деятельностного подхода в ее понимании (Гердер). Культура здесь начинает рассматриваться как результат деятельностной человеческой практики преобразования природного и социального мира. Сразу отметим то, что в дальнейшем идеи о связи культуры с человеческой деятельностью будут развиты отечественными культурологами: Э.С. Маркаряном, А. Баллером, Л.Н. Коганом, М.С. Качаном, С.М. Качаном, Н.С. Злобиным, В.М. Межуевым и другими.

В настоящее время данную методологию успешно развивают О.Н. Астафьева, А.В. Костина, А.Я. Флиер, Э.А. Орлова, С.Н. Иконникова и другие ученые московской, санкт-петербургской, уральской и северокавказской культурологических школ.

Итак, за время Просвещения понятие «культура» из семантической единицы, обладающей весьма расплывчатым содержанием «... превратило в научную категорию, наполненную достаточно определенным смыслом, которую начали рассматривать как результат мутационных изменений культуры. Наконец, именно в эпоху Просвещения культура была навсегда связана с проблемой "человека и его свободы", а история стала рассматриваться как процесс человекотворчества» (8, с. 146).

Данная позиция в последующем в рамках данной эпохи была развита И. Кантом, затем Г.В.Ф. Гегелем. В частности, главное, что волновало, как известно, Канта — это место человека в мире. Если, рассуждал

он, человек — последняя цель творения («Критика телеологической способности суждений»), то «... только культура может быть последней целью. » в отношении человеческого рода.

Слово «культура» используется И. Кантом в качестве центральной категории философии истории, понимаемой как история духовного развития человечества. «Культура», таким образом, становится синонимом совершенствования разума человека в ходе исторической эволюции. Вместе с тем, по степени приближения истории к этой идее, судили о последовательности исторического процесса и даже об уровне исторической прогрессивности народов. Согласно последующей в наши дни оценки данного периода, по мысли В.М. Межуева, «. все, что соответствовало этой модели (то есть образу жизни и мышления европейского человека), представители Просвещения называют культурой, что не соответствовало — варварством» (4). И далее, В.М. Межуев замечает, что классическая философия в своем понимании культуры стояла на позициях культурного европоцентризма, исходившего из признания безусловного превосходства европейской культуры над всеми остальными (4). Позитивная составляющая данной позиции была еще раньше подхвачена Н.А. Бердяевым, а сегодня она отлилась в положении ЮНЕСКО о том, что XXI век должен быть веком культуры, о том, что ни политика, ни экономика, ни оружие и ни власть не определяют мощь государства, а только лишь культура. Гегель, опираясь на свое представление об «абсолютной идее», уделил значительное внимание анализу форм духовной культуры, исходя из ее понимания в качестве «имманентного момента абсолютного», но пришел к важнейшему выводу о том, что культура не существует без свободы, как и свобода не существует без культуры.

Отсюда вытекает, что только в культуре человек обретает себя и осознает свою суть. И культура оказывается поэтому феноменом, обладающим абсолютной ценностью, несущим через это момент всеобщ-

ности. Гегелю принадлежит так же идея об уровнях культуры: высокая культура и низкая культура. Данная идея затем обретет свое бытие и в политологическом суждении о «двух культурах» в обществе. Им выдвинуто положение о теоретической и практической культурах. В дальнейшем это дополнится положением И.Ф. Шиллера о возможном «кризисном состоянии культуры» (9, с. 291). Ему же принадлежит первая формулировка идеи «игровой» трактовки культуры (8, с. 191).

Пятый этап формирование понятия культуры связан прежде всего с марксистским подходом. Это, по сути своей, деятельност-ная модель, но созидательная практика в марксизме понимается как феномен, направленный прежде всего на преобразование материальных условий существования людей, а шире — на всю область общественной деятельности человека, не только на сферу духовной деятельности (в сравнении с предшествующими подходами). Отсюда артефактами культуры являются не только творения искусства, философии, но и результаты политической, нравственной, религиозной практики, опредмеченные в политических теориях, моральных доктринах, в религиозных учениях, а также орудия, используемые людьми, носимые ими вещи, предметы обихода, технологии, система связей и отношений конкретного общества, в том числе и алгоритмы поведения, стиль общения, повседневные практики.

Итак, культура здесь — это своего рода объективная реальность, возникшая в процессе человеческой практики и имеющая субъективно-деятельностный источник происхождения. Мир культуры, следовательно, это мир самого человека, созданный им по «мерке своего вида», то есть по образу и подобию своих потребностей и представлений. Вслед за Гегелем в марксистской концепции рассматриваются материальная и духовная составляющие культуры, в которых культура обретает свою функционально-бытийную реальность.

По сути дела, данная концепция культуры, можно сказать, оказалась прямо или опосредовано методологически базовой

для последующих «авторских» концепций культуры: будь то ценностная концепция Г. Риккерта; «символическая» концепция Э. Кассирера; фрейдистская концепция как система «защиты человека от природы и регулирования взаимоотношений между людьми»; юнговская концепция «архетипов родового бессознательного»; тейлоровская концепция культуры как слагаемого из знаний, верований, искусства, законов, обычаев — способностей и привычек, усвоенных общественным человеком.

В ХХ веке и уже сегодня возникли и конституировались как отдельные направления философии, так и концепты культуры. Наше время идею культуры выдвинуло на ведущее место.

В ХХ веке проблемы культуры разрабатывали А.И. Арнольдов, Э.В. Ильенков, Ю.М. Лотман, Б.С. Ерасов, В.М. Межуев, Н.С. Злобин, М.Б. Туровский, В.Ж. Келле; венгр Д. Лукач; румын А. Гэнасе; поляк Т. Ярошевский; француз Л. Сэв; итальянец А. Грамши; голландец Й. Хейзинга; англичанин А. Тойнби; немец А. Швейцер.

В отечественной культурологии при рассмотрении существа культуры активно вводится теоретическое наследие русских философов Серебряного века. Здесь обязательно следует отметить вклад американской культурной антропологии и западноевропейской социальной антропологии: Л. Уайт, А. Кребер, Р. Бенедикт, К. Клакхон и др. Если ранее в массиве теоретического знания о смысле культуры безоговорочно преобладало знание, полученное в процессе философской рефлексии, то в третьей четверти ХХ века стало очевидно, что оно «. по объему явно уступает место теоретическому знанию, продуцированному представителями частных наук» (8, с. 12—13).

Правда, данное явление породило представление о «двух науках о культуре»: западной, стремившейся скорее к социологическим методам исследования, развивавшейся в рамках социологии культуры, и отечественной, воплощавшей преимущественно философский и гуманитарный подходы. Их соприкосновение сформировало своеобразный «поворот», изменение ракур-

са «... рассмотрения объекта, определения предметной области, самопонимания и познающего субъекта» (1, с. 11). В наши дни уже конституировалось общее направление

— социально-культурная антропология, в основе которой положены три принципа: 1) «инаковости» («изучение иного»); 2) «целостности» («целостного подхода в анализе»); 3) «включенного наблюдения». В результате от понятия «культура» отделилось понятие «субкультура»; возникло понятие «культура повседневности». Исследования отмечают внедрение в понятие «культура» точки зрения «культурного релятивизма». На первый план выходит не то общее, что характеризует любую культуру, а уникальность, неповторимость ее индивидуальных проявлений, своеобразий, особенностей.

Философия постмодернизма активно внесла в содержание понятия «культура» категорию «другой», обладающую, по их мысли, эвристикой при анализе культурного многообразия: «свой — чужой», «Запад

— Восток», «традиции — современность», «мужское — женское» и т.д. (7, с. 286).

Наиболее общее, резюмирующее на сегодня понятие культуры можно бы было сформулировать так: культура — это внеби-ологический способ созидательной деятельности людей, обогащенный их гуманистическим опытом взаимодействия с природой, обществом, человеком, обеспечивающий их наличное бытие и развитие. При этом гносеологическим признаком культуры выступают знания; онтологическим — совокупность ценностей (артефактов, мемов, мыс-

леобразов, смыслов, знаков, кодов); функциональным — созидательное творчество; аксиологическим — гуманизм; регулятивным — эталоны и нормы взаимоотношений и поведения людей (5, с. 14).

Ядром культуры, ее средством и целью выступает человек. Основными сферами бытия культуры являются экономика, политика, социальная и духовно-деятельная практики общества. Содержательно к культуре относятся язык; знания (наука); мифы, традиции, ритуалы, обычаи; религия, мораль, право, искусство (как формы отражения и познания мира); умения; бытовой уклад; орудия умственного и физического труда; созданные средства потребления (одежда, препараты, продукты и т.д.).

Среди тех, кто в наши дни активно разрабатывает проблему понимания феномена культуры, можно назвать многих. Это О.Н. Астафьева, А.В. Костина, П.С. Гуревич, И.В. Кондаков, А.Я. Флиер, С.Н. Иконникова. Активно работают В.М. Межуев, В.М. Розин (3, с. 3—4). Продолжают обретать жизнь труды совсем недавно ушедшего от нас А.И. Арнольдова. Общественные смыслы культуры активно осмысливает Р.Г. Абдулатипов.

Вместе с тем имя Анатолия Ивановича Шендрика обязательно находится среди них, ибо его глубокие научные размышления своей основательностью, системностью, доскональностью служат тем фундаментом, который является опорой движения теории культуры вперед.

Примечания

1. Зверева, Г. И. Роль познавательных «поворотов» второй половины ХХ века в современных российских исследованиях культуры / Г.И. Зверева // Выбор метода: изучение культуры в России 1990-х годов : [сборник научных статей]. — М.: РГГУ, 2001.

2. Керлот, Х. Э. Словарь символов / Х.Э. Керлот. — М., 1994.

3. Культурология в исходных научных понятиях, структурно-логических схемах, исторических феноменах культуры. — М., 2011.

4. Межуев, В. М. Культурология и философия культуры [Электронный ресурс] / В.М. Межуев. — Режим доступа: www.countries.ru/library/Sophia/mesuev.htm

5. Ремизов, В. А. Культура личности (Ценностно-мировоззренческий анализ) / В.А. Ремизов. — М., 2000.

6. Фрейд, З. Неудовлетворенность культурой / З. Фрейд. — М., 1990.

7. Шапинская, Е. Н. «Другой» как культурологическая проблема информационного общества / Е.Н. Шапинская // Культура глобального информационного общества: противоречия развития. — М., 2010.

8. Шендрик, А. И. Теория культуры: [учебное пособие для вузов] / А.И. Шендрик. — М., 2002.

9. Шиллер, Ф. Собрание сочинений : в 7 т. / Ф. Шиллер. — Т. 6. — М., 1955.