Лингвокультурологический аспект немецких аксиологических фразеологизмов

Вестник Челябинского государственного университета. 2010. № 32 (213). Филология. Искусствоведение. Вып. 48. С. 11-16.

Е. А. Андреева

ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ НЕМЕЦКИХ АКСИОЛОГИЧЕСКИХ ФРАЗЕОЛОГИЗМОВ

В статье представлен лингвокультурологический анализ немецких аксиологических фразеологизмов; выделены параметры описания аксиологических фразеологизмов; выявлены компоненты немецких аксиологических фразеологизмов с ценностным и антиценностным значением; дано определение аксиологического вектора фразеологизма.

Ключевые слова: лингвокультурологический анализ, ценность, антиценность, аксиологический фразеологизм, аксиологический вектор фразеологизма.

Лингвокультурологический аспект фразеологии отражает ценностное содержание культуры в языке, который является универсальным средством номинации. М. Л. Ковшова отмечает, что основная цель лингвокультурологического направления во фразеологии состоит в определении способов и средств воплощения «языка» культуры в содержание фразеологизмов [7].

При определении аксиологического значения немецких фразеологизмов лингвокультурологический анализ позволяет выявить конвенциональные ценности и антиценности в немецком языке. При этом проводится соотнесение фразеологизмов с обычаями, поверьями и другими знаками национальной культуры.

Лингвокультурологический аспект фразеологии уже привлекал внимание исследователей. Анализ фразеологизмов с точки зрения культурологии проводился в работах В. Н. Телия [13], М. Я. Крымской [8], Л. А. Ковалевской [6] и других исследователей. М. Л. Ковшовой была разработана лингвокультурологическая экспериментальная методика во фразеологии [7]. Об отражении ценностей и антиценностей культуры в идиоматике пишет Р. Б. Каирова [5]. В работах Л. К. Байрамовой на материале русского языка исследуются ценности и антиценности, заключенные во фразеологизмах диад: Жизнь -Смерть, Здоровье- Болезнь, Родина-Чужбина, Счастье - Несчастье, Труд - Безработица / Лень / Отдых, Богатство - Бедность, Ум -Глупость, Правда - Ложь, Смех - Плач, Рай

- Ад [2]. Лингвокультурологическим характеристикам русской и немецкой аксиологических картин мира посвящено диссертационное исследование Е. В. Бабаевой [1].

Немецкие аксиологические фразеологизмы в лингвокультурологическом аспекте не

являлись предметом исследования ученых. Актуальность исследования обусловлена детерминирующей ролью ценностей как явления культуры, «ценностные смыслы» которой воплощены во фразеологии [7. С. 26].

Как известно, культура формирует у человека определенные ценностные потребности и ориентации. В формировании ценностных представлений важную роль играет воображение. С его помощью люди создают мысленные образцы объектов, которые становятся идеалами и служат эталонами ценности. Ценности - реально существующие материальные и духовные блага. Чем больше ценность приближается к идеалу или эталону, тем она выше [5].

Ценности и антиценности культуры отражаются в языке, в частности, во фразеологии. Фразеологизмы выполняют коннотативно-культурологическую функцию, содержанием которой является отношение, существующее между образно-мотивированной формой языковых единиц и включенной в нее культурно значимой ассоциацией [13. С. 156]. Эта функция связана с пониманием фразеологизмов как «народных стереотипов»: фразеологизмы соотносятся с культурными традициями языкового коллектива, «ибо субъект номинации и речевой деятельности - это всегда субъект национальной культуры» [13. С. 167].

Культурная коннотация фразеологизмов определяется ценностями и антиценностями определенной культуры и представляет собой интерпретацию денотативного или образного мотивированного аспектов значения фразеологизмов в категориях культуры. Культурная коннотация возникает как результат раскрытия ассоциативно-образного основания фразеологизмов через соотнесение их с культурно-национальными стереотипами.

Аксиологические фразеологизмы обладают аксиологическим зарядом (положительным или отрицательным), что усиливает их культурную коннотацию и делает их коннотативно-культурологическую функцию ярко выраженной.

Основным способом раскрытия культурной коннотации является комментарий образного основания (внутренней формы) фразеологизмов в национально-культурном пространстве языкового социума [6], то есть экспликация культурно-национальной значимости фразеологизма достигается на основе рефлексивного - бессознательного или осознанного - соотнесения живого образа (внутренней формы) фразеологизма с кодами культуры [8].

Фразеологизмы интерпретируются через культурные смыслы, представляющие собой стереотипы, поверья, обычаи и др. На роль культурных смыслов и восприятие образного основания фразеологизмов в культурологическом комментарии указывает В. Н. Телия, отмечая, что через них носителями языка осознаются «линии смысловых связей между языковым значением фразеологизма и живодействующей в нем археологией культуры, а также современные установки культуры» [14. С. 4], в том числе ценностные и антицен-ностные.

Аксиологические фразеологизмы с ценностным значением обладают положительным аксиологическим вектором, с антиценност-ным значением - отрицательным. Об аксиологическом векторе пишет Л. К. Байрамова, отмечая, что аксиологемы репрезентируют «ценности и антиценности, противопоставленные друг другу и объединенные по наличию у них аксиологического вектора (положительного или отрицательного), который может меняться» [3. С. 108-109]. Поскольку ценности находят прямое или опосредованное выражение в семантике языковых единиц [1], аксиологический вектор фразеологизма

- это аксиологическое (ценностное или анти-ценностное) значение фразеологизма, которое определяется семантикой фразеологизма и которое может меняться под влиянием лингвистических и экстралингвистических факторов.

При лингвокультурологическом анализе немецких аксиологических фразеологизмов целесообразно выделить следующие параметры:

1) внутреннюю форму аксиологического фразеологизма как источник семантической мотивации и культурной коннотации:

- образ, через который трактуется аксиологическое значение фразеологизма;

- компоненты, соотносящиеся с определенной областью реальной действительности;

2) области культуры как источники происхождения аксиологических фразеологизмов (народные традиции, обычаи, обряды, верования, праздники, быт);

3) аксиологический вектор фразеологизма.

Учитывая вышеназванные параметры, рассмотрим группы немецких аксиологических фразеологизмов, выделенные на основе анализа их компонентов, представляющих собой: 1) обозначения цвета; 2) зоонимы; 3) фитонимы; 4) соматизмы; 5) названия религиозных праздников.

1. Народные обычаи и поверья представлены в аксиологических фразеологизмах, имеющих в своем составе символику цвета. Как отмечает Д. Г. Мальцева, цветовая символика у разных народов может не совпадать, потому что каждый народ соотносит определенный цвет с той или иной ситуацией по-своему. У немцев на протяжении столетий символика цвета сохранялась почти без изменений [9. С. 116].

Так, например, голубой / синий цвет вызывает у немцев неприятные ассоциации. Жители и моряки на северном побережье Германии считали, что черти, ведьмы, волшебники и привидения появляются в голубом одеянии. Немцы верили в то, что если кто-либо повстречает женщину в голубом фартуке, то с ним случится несчастье, а в доме с покрашенными в голубой цвет оконными рамами живет ведьма. Люди старались не красить дома в голубой цвет. Считалось, что супруги не будут иметь детей, если положить голубой предмет одежды на супружескую кровать. Голубой цвет воспринимался как цвет смерти, поэтому умершего одевали в голубой мундир и в гроб клали кусок голубой ткани [9. С. 117].

Во фразеологизме ‘sein blaues Wunder erleben’, разг. (букв. ‘пережить свое голубое чудо’) со значением ‘большой (и крайне неприятный) сюрприз’ зафиксирована антиценность ‘несчастье’. Компонент ‘blaues’ (голубое) имеет культурологически

обусловленные отрицательные коннотации, поэтому даже в сочетании с компонентом ‘Wundef (чудо), обозначающим удивительное, приятное событие, фразеологизм ‘sein blaues Wunder erleben’ получает отрицательный аксиологический вектор.

Некоторые фразеологизмы с компонентом ‘blau’ (голубой) репрезентируют антиценность ‘ложь’ и имеют отрицательный аксиологический вектор. Так, например, фразеологизм ‘das Blaue vom Himmel herunterlügen’, разг. (букв. ‘наврать про голубое небо’) означает ‘рассказывать небылицы’. В основе образа фразеологизма лежит ассоциация голубизны с неопределенной удаленностью. Л. Рерих объясняет значение оборота тем, что горизонт представляется голубым, когда мы смотрим вдаль. Поэтому голубой цвет часто употребляется для обозначения чего-л. удаленного или неопределенного. Голубой цвет, кроме того (прежде всего в немецком языке старшего периода), был цветом обмана, притворства и лжи [4. С. 38-39]. Таким образом, в двух компонентах фразеологизма (‘das Blaue’ - голубизна, ‘herunterlügen’ - наврать) присутствует сема ‘обман’.

Образ фразеологизма ‘j-m blauen Dunst vormachen’, разг. (букв. ‘пускать голубой дым кому-л. ’) со значением ‘обманывать кого-л.; пускать кому-л. пыль в глаза’ связан с тем фактом, что раньше фокусники перед своими трюками пускали голубой дым, чтобы зрители не могли четко все разглядеть [17. С. 160]. Компоненты фразеологизма ‘blau’’ (голубой) и ‘ Dunst’ (дым (как средство маскировки чего-л.)) содержат сему ‘обман’, что обусловливает отрицательный аксиологический вектор фразеологизма.

Черный и красный цвета в немецкой лингвокультуре имеют как позитивное, так и негативное значения, что свидетельствует об амбивалентности цветовой символики. Д. Добровольский и Э. Пиирайнен указывают, что из всех цветов черный цвет - самый негативный. Он символизирует смерть, траур, безнадежность. Этот цвет одинаково отрицательно воспринимается в европейской и азиатской культурах. Из всех цветов черный цвет наиболее ярко демонстрирует общность языковой и культурной символики [16. С. 250-252].

Фразеологизмы ‘ein schwarzer Tag’ (букв. ‘черный день’) со значением ‘неудачный, несчастливый день’ и ‘ein schwarzer Freitag’

(букв. ‘черная пятница’) со значением ‘несчастливый, крайне неудачный в деловом отношении день’ отражают антиценность ‘несчастье’. В основе последнего фразеологизма лежит реальное событие, которое произошло в пятницу, 24 сентября 1869 года. В этот день одновременно разорились немецкие вкладчики многих банков в результате спекулятивных махинаций американских финансовых воротил [10. С. 179]. Фразеологизмы имеют отрицательный аксиологический вектор.

Хотя красный цвет ассоциируется с жизнью [9. С. 116], фразеологизм ‘Heute rot, morgen tot (букв. ‘Сегодня - красный, завтра

- мертвый’) со значением ‘Сегодня - жив, завтра - мертв’, репрезентируя ценность ‘жизнь’, маркируется отрицательным аксиологическим вектором. Фразеологизм указывает на бренность жизни и неминуемость, внезапность смерти, демонстрируя свойство амбивалентности, которым обладает ценность ‘жизнь’.

Черный и красный цвета могут выступать во фразеологизмах и в других, нестандартных значениях. Так, например, ценность ‘труд’ представлена фразеологизмами с положительным аксиологическим вектором: ‘in den schwarzen Zahlen sein’ (букв. ‘быть в черных цифрах’) - работать, получая прибыль; ‘schwarze Zahlen schreiben’ (букв. ‘писать черные цифры’) - получать прибыль; ‘in die schwarzen Zahlen kommen’ (букв. ‘прийти в черные цифры’) - (снова) становиться прибыльным. Компонент фразеологизмов ‘schwarze Zahlen' (черные цифры) имеет значение ‘данные, показывающие доход, прибыль предприятия’.

В вышеназванных фразеологизмах черный цвет утрачивает отрицательные коннотации, которые приобретает красный цвет в выражениях: ‘in den roten Zahlen sein’ (букв. ‘быть в красных цифрах’) - терпеть, нести убытки; ‘rote Zahlen schreiben' (букв. ‘писать красные цифры’) - работать в убыток. Компонент ‘rote Zahlen" (красные цифры) во фразеологизмах с отрицательным аксиологическим вектором обозначает данные, показывающие убытки, долги, дефицит, недочет, недостающую сумму [11. С. 976].

Вероятно, семантика компонента ‘rot’ в указанных фразеологизмах соотносится со значением ‘требующий обратить внимание’, что подтверждается выражением ‘sich etw. rot im Kalender anstreichen’ (букв. ‘подчеркивать

что-л. красным в календаре’) со значением ‘постараться запомнить какой-л. важный для кого-л. день’. Фразеологизм отражает ценность ‘ум’ и имеет положительный аксиологический вектор. Происхождение фразеологизма связано с обычаем отмечать в календаре праздники и знаменательные дни красным цветом, ибо красный цвет может символизировать необычность чего-л., особое значение события, дня [9. С. 117].

2. Зоонимы в составе немецких аксиологических фразеологизмов отражают закрепившиеся в языке и культуре народные представления о животных. Как отмечает

О. Г. Хабарова, фразеологизмы с названиями животных отличаются высокой степенью распространенности и универсальности. Они активно используются в речевой деятельности для образной характеристики человека, ситуации, события и имеют высокий оценочный потенциал [15].

Фразеологизм ‘lachen wie ein

Honigkuchenpferd\разг. шутл. (букв. ‘смеяться как медовый пряник в форме коня’), имеющий значение ‘смеяться’, репрезентирует ценность ‘смех’ и маркируется положительным аксиологическим вектором. Выражение восходит к старому обычаю немцев печь булочные изделия к Рождеству и другим праздникам. По свидетельству Д. Г. Мальцевой, в разных областях выпекали изделия различной формы: так, в Оснабрюке - в форме зайца (символ плодородия) и коня, в Тюрингии

- женщины с колесом (видимо, олицетворяющей фортуну), в других местах - в форме кольца, звезды, оленя, плетенки и т. д. [10.С. 192-193].

Возможно, изображение коня связано с тем, что в западноевропейской классической геральдике конь считается животным, которое совмещает в себе лучшие свойства нескольких животных: храбрость льва, зоркость орла, силу вола, быстроту оленя, ловкость лисицы [12]. Во фразеологизме используется сравнение ‘lachen wie ein Honigkuchenpferd’ (‘смеяться как медовый пряник в форме коня’), создающее оттенок ироничности. Сложное слово ‘Honigkuchenpferd\ где ‘Honig’ - мед, ‘Kuchen’ - пирог, ‘Pferd’ - конь является источником дополнительных коннотаций.

Во фразеологизме ‘wie ein Bär gesund sein’ (букв. ‘быть здоровым как медведь’) со значением ‘быть здоровым’ заключена ценность ‘здоровье’. Компонент фразеологизма

‘Bär’ (медведь) связан с представлением о силе [16. С. 165]. Как отмечает В. Похлебкин, медведь, как и все хищники, в германской геральдике изображается с открытой пастью, где четко видны зубы и язык. Эти детали, равно как и когти на лапах, принадлежат к вооружению медведя и свидетельствуют о его силе. Медведь является эмблемой не только Берлина, но и всего прилегающего края, причем, помимо Берлина, к востоку от линии Эльба - Заале до сих пор существует не менее 12 городков, имеющих своей эмблемой медведя, его голову или лапы [12]. Фразеологизм имеет положительный аксиологический вектор.

3. Фитонимы как компонент аксиологических фразеологизмов несут информацию о зафиксированных в немецкой лингвокуль-туре представлениях о деревьях, растениях, цветах, огородных культурах. О. Г. Хабарова обращает внимание на внутреннюю форму фитонимов как компонентов фразеологизма, которая способствует созданию образности, выполняющей оценочную функцию фразеологического оборота [15].

Фразеологизм ‘leb wohl, iss Kohl’ разг. шутл. (букв. ‘живи хорошо, ешь капусту’) употребляется для пожелания счастья кому-л. и обладает положительным аксиологическим вектором. Квашеная капуста считалась у немцев целебным средством. По народному поверью, тот, кто ест на Новый год кислую капусту, будет весь год здоров [10. С. 125]. Рифмованность фразеологизма создает шутливый оттенок.

В основе образа фразеологизма ‘stark wie eine Eiche’ - ‘крепкий как дуб’ (о сильном и выносливом человеке) лежит сравнение сильного человека с могучим дубом. Выражение восходит к религии древних германцев, в которой почитание священных рощ имело большое значение. Дуб для них был главным священным деревом. Гербы некоторых немецких городов имеют в своем орнаменте дубовые ветви с желудями как символ силы, могущества и гордости [10. С. 9, 11]. Положительный аксиологический вектор фразеологизма, отражающего ценность ‘здоровье’, определяется символикой его компонента.

4. Некоторые фразеологизмы, связанные с народными поверьями или реальными фактами, имеют в своем составе соматизмы. Широкое употребление соматизмов в составе фразеологических единиц связано с тем, что

соматизмы представляют собой один из древнейших слоев в лексике различных языков.

Фразеологизм ‘Hals- und Beinbruch!’ эвф. разг. (букв. ‘сломать тебе шею и ноги’) со значением ‘ни пуха, ни пера! желаю удачи! ’ репрезентирует ценность ‘счастье’ и имеет положительный аксиологический вектор. Выражение восходит к старинному народному поверью: чтобы отвратить беду от кого-л., нужно ему ее пожелать [9. С. 108]. Это так называемые «пожелания наоборот». Происхождение оборота ‘Hals- und Beinbruch!’ чаще всего связывается с шутливым дружеским приветствием артистов перед выступлением на сцене, якобы потому что деревянные подмостки сцены могут «провалиться», и артист при этом может сломать себе шею и кости [4. С. 98].

Во фразеологизме ‘sich etw. hinter die Ohren schreiben’, разг. (букв. ‘записать себе что-л. за ушами’) со значением ‘хорошо запомнить что-л.’ представлена ценность ‘ум’. Происхождение выражения связано с тем обстоятельством, что раньше при прокладывании границы привлекались мальчики, которые должны были запомнить расположение пограничных камней; для лучшего запоминания у каждого камня они получали оплеуху, таким образом, местоположение камней они «записывали себе за ушами» [17. С. 570].

Для восприятия языкового значения и интерпретации образа вышеназванного фразеологизма необходимо знание культурных смыслов, которые лежат в основе происхождения выражения, а именно особенностей процесса прокладывания границы. Фразеологизм имеет положительный аксиологический вектор.

5. Отдельные фразеологизмы, имеющие в своем составе названия религиозных праздников, репрезентируют ценность ‘счастье’.

Немецкие фразеологизмы ‘ein Gefühl wie Weihnachten (und Ostern)’, разг. шутл. (букв. ‘ощущение наступившего Рождества (и Пасхи)’) - ‘прекрасное радостное чувство, чудесное ощущение’ и ‘sich freuen wie ein Kind auf Weihnachten ’, разг. (букв. ‘радоваться чему-л., как ребенок Рождеству’) со значением ‘очень радоваться чему-л.’ маркированы положительным аксиологическим вектором. В основе образов фразеологизмов лежит народное представление о Рождестве и Пасхе как о больших и светлых праздниках, связанных с рождением и воскресением Иисуса Христа. При рождении Иисуса Христа небо было наполнено гармонией и ангелы играли

на скрипке [17. С. 261]. Об этом свидетельствует фразеологизм ‘j-m hängt der Himmel voller Geigen’ (букв. ‘для кого-л. небо заполнено скрипками’), имеющий значение ‘блаженствовать, быть в упоении’. Выражение содержит метафору, построенную на ассоциации чувства блаженства с небесной гармонией.

Таким образом, на основе лингвокультурологического анализа немецких аксиологических фразеологизмов сделаны следующие выводы:

1. лингвокультурологический анализ немецких аксиологических фразеологизмов позволяет определить заключенные в них ценности и антиценности, а также аксиологический вектор фразеологизмов;

2. при лингвокультурологическом анализе немецких аксиологических фразеологизмов целесообразно выделить внутреннюю форму фразеологизма, содержащую образ фразеологизма, и компоненты, соотносящиеся с определенной областью реальной действительности; области культуры как источники происхождения фразеологизмов и аксиологический вектор фразеологизма;

3. компонентами немецких аксиологических фразеологизмов с ценностным или анти-ценностным значением могут быть обозначения цвета; зоонимы; фитонимы; соматизмы; названия религиозных праздников;

4. ценности и антиценности репрезентируются немецкими аксиологическими фразеологизмами, культурный фон которых проявляется через специфику культуры и традиций народа, через культурную память, заключенную в семантике компонентов фразеологизмов, посредством которых создается целостный образ.

Список литературы

1. Бабаева, Е. В. Лингвокультурологические характеристики русской и немецкой аксиологических картин мира : дис. ... д-ра филол. наук. Волгоград, 2004. 438 с.

2. Байрамова, Л. К. Интерпретация фразеологизмов в словарях в свете когнитивистики и аксиологии // Фразеология и когнитиви-стика : в 2 т. Т. 1. Идиоматика и познание / под ред. Н. Ф. Алефиренко. Белгород, 2008. С.298-302.

3. Байрамова, Л. К. Родина и смерть в аксиологической парадигме // Филол. науки. 2009. № 3. С. 103-110.

4. Вальтер, Х. От «A» до «Zwickmühle».

Историко-этимологические коммента-

рии к немецкой фразеологии / Х. Вальтер, В. М. Мокиенко. Greifswald : Ernst-Moritz-Amdt-Universität Greifswald, Institut für Fremdsprachenphilologien, 2008. 175 s.

5. Каирова, Р. Б. Отражение категорий культуры в семантике идиом : на материале русского и английского языков : автореф. дис. ... канд. филол. наук. Нальчик, 2009. 24 с.

6. Ковалевская, Л. А. Внутренняя форма как источник семантической мотивации и культурной коннотации фразеологизмов русского языка : автореф. дис. . канд. филол. наук. Великий Новгород, 2010. 21 с.

7. Ковшова, М. Л. Семантика и прагматика фразеологизмов : лингвокультурологический аспект : автореф. дис. ... д-ра филол. наук. М., 2009. 48 с.

8. Крымская, М. Я. Семантический и лингвокультурологический анализ фразеологизмов со значением процесса речи в русском и французском языках : дис. ... канд. филол. наук. М., 2005. 334 с.

9. Мальцева, Д. Г. Германия : страна и язык. Landeskunde durch die Sprache : лингво-страновед. слов. / 2-е изд., испр. и доп. М. : Рус. слов. : Астрель : АСТ, 2001. 416 с.

10. Мальцева, Д. Г. Немецко-русский фразеологический словарь с лингвострановедче-

ским комментарием. Die deutschen Redensarten und Sprichwörter im Spiegel der Geschichte und Kultur : ок. 1300 фразеологических единиц. М. : Азбуковник, 2002. 350 с.

11. Немецко-русский (основной) словарь : ок. 95000 слов. М. : Рус. яз., 1992. 1040 с.

12. Похлебкин, В. Словарь международной символики и эмблематики. URL : http://www. gumer.info/bibliotek_Buks/Culture/pohl/12.php.

13. Телия, В. Н. Русская фразеология. Семантический, прагматический и лингвокультурологический аспекты. М., 1996. 288 с.

14. Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий / отв. ред. В. Н. Телия. М. : АСТ-ПРЕСС КНИГА, 2006. 784 с.

15. Хабарова, О. Г. Оценочные фразеологизмы, восходящие к образам животного и растительного мира : автореф. дис. ... канд. филол. наук. М., 2004. 24 c.

16. Dobrovolskij, D. Symbole in Sprache und Kultur. Studien zur Phraseologie aus kul-tursemiotischer Perspektive / D. Dobrovolskij, E. Piirainen. Bochum, 1996. 485 s.

17. DUDEN. Herkunftswörterbuch. Etymologie der deutschen Sprache / Herausgegeben von der Dudenredaktion. Band

7. Mannheim, 2001. 960 s.