Ч. Силсфилд / К. Постль: возможна ли рецепция его творчества в России?

УДК 82.091

Ч.СИЛСФИЛД / К.ПОСТЛЬ: ВОЗМОЖНА ЛИ РЕЦЕПЦИЯ ЕГО ТВОРЧЕСТВА В РОССИИ?

© Г.А.Лошакова

В статье рассматриваются этапы рецепции творчества австрийского прозаика Чарльза Силсфилда/ Карла Постля в немецкоязычных странах Х1Х-ХХ1 веков. При этом возникает вопрос о возможности рецепции его произведений в современной России. Аналогичный пример можно найти в истории русской литературы середины - второй половины Х1Х века, когда читательская аудитория и критика с большим интересом и симпатией воспринимала приключенческие и исторические романы американского прозаика Д.Ф.Купера. В творчестве Ч. Силсфилда также изображены обыденная жизнь и природа Нового Света. Его произведения по-своему могли бы быть интересны российскому читателю.

Ключевые слова: рецепция, интегративная форма, австрийская идентичность, эпоха бидермейе-ра, исторический и приключенческий роман.

В рамках изучения австрийской литературы личность и творчество прозаика первой половины Х1Х века Ч. Силсфилда / К.Постля (Karl Postl, 1793 -1864) может вызвать непосредственный интерес исследователя-литературоведа. Впервые значение его творчества в российском литературоведении отметил Е.И.Нечепорук. Он подчеркнул поразительность судьбы австрийского писателя, назвал и проанализировал его лучшие произведения. Роман «Беседы в каюте, или Национальные характеры» был охарактеризован исследователем как вершина художественного мастерства Силсфилда, в произведении «Юг и север» им отмечена романтическая тональность стиля [1: 154]. Е.И.Нечепоруком были намечены основные пункты исследования творчества Сил-сфилда в российском литературоведении. Во-первых, встает вопрос об австрийской идентичности автора. Он связан, во-вторых, с тем обстоятельством, что это не просто немецкоязычный прозаик, но писатель, создавший преимущественно романы о жизни в далеких странах (Америке и Мексике), героями которых являются американцы. В-третьих, следует, согласно Е.И. Нечепоруку, принять во внимание выдающееся мастерство Силсфилда-рассказчика.

Чтобы ответить на эти вопросы, необходимо подчеркнуть некоторые этапы необычной жизни Силсфилда [2: 40-41]. Несостоявшийся католический священник Карл Постль, как известно, эмигрировал в США в 1823 году. Вернувшись в 1830 году в Европу, он еще не раз бывал в Америке (1837, 1853 - 1858 гг.). С 1827 по 1843 год он пишет в Швейцарии все свои основные произведения, впоследствии до самой смерти прекратив писательскую деятельность. В 30-е годы один за другим появляются романы Ч. Силсфил-да, заставляющие обратить на него внимание

критики. Это - «Роялист и республиканцы» («Der Legitime und die Republikaner», 1833), «Вице-король и аристократы» («Der Virey und die Aristokraten oder Mexiko im Jahre 1812.VomVerfasserder Legitimen, der Transatlantischen Reiseskizzenusw». 3 Bde., 1834), «Трансатлантические путевые очерки. В 6 частях» («Transatlantische Reiseskizzen. 6 Theile», 1834 -1837), «Картины жизни обоих полушарий. Большое путешествие» («Lebens bilderaus bei den Hemisphären. Die grosse Tour», 1834), «Немецко-американское избирательное сродство» («Die deutsch-amerikanischen Wahlverwandschaften», 1839-1840), «Беседы в каюте, или национальные характеры» («Das Cajütenbuch oder nationale Charakteristiken», 1841), «Юг и Север» («Süden und Norden», 1843). С 1846 года, с момента опубликования собрания сочинений в издательстве Метцлера, писатель погружается в молчание. Среди его бумаг, большая часть которых была уничтожена им самим еще при жизни, случайно была найдена повесть «Долг на том свете», опубликованная посмертно в 1872 году. Следует подчеркнуть, что испытывая воздействие таких авторов, как О.Бальзак, В.Скотт, Ф.Купер, В.Ирвинг, И.В.Гете и творчески перерабатывая их опыт, Силсфилд сумел создать произведения, на которых лежал отпечаток его неординарной личности и которые во многом определяли новые пути немецкоязычной литературы первой половины Х1 Х века.

Обоснование принадлежности Ч. Силсфилда (псевдоним писателя) к австрийской литературе следует начать с парадоксального факта, что на могиле писателя, исходя из его завещания, указано: «Чарльз Силсфилд. Гражданин Северной Америки» [2: 187]. Писатель до конца жизни, следовательно, ассоциировал свою гражданскую

принадлежность с другой страной и даже другим континентом. Однако как человек и как писатель, утверждает Й.Штрелка [2: 188], Силсфилд ощущал себя «австрийцем». Во-первых, детские и юношеские годы Силсфилда прошли в Австрии и здесь были сформированы как позитивное, так и негативное отношение его к ней. Во-вторых, несмотря на острую критику австрийской государственной системы, нигде в его произведениях не выражено неприятия ни Австрии как страны в целом, ни народов, населявших ее. В-третьих, о многом говорит выбор немецкого языка для создания произведений. Уже эти факты можно привести как несомненное доказательство принадлежности автора к немецкоязычной в целом и австрийской, в частности, литературе. К этому необходимо добавить то обстоятельство, что Силсфилд с юности воспринял дух просвещенного йозефинизма, что позволило ему в дальнейшем осознать и показать надконфессио-нальные, наднациональные демократические особенности формирующегося американского народа. Э.Алькер в свое время также подчеркивал именно «австрийскость» Силсфилда: «... выброшенный в Новый Свет человек барокко австрийской закалки, который нашел там благо -приятную почву для своего творчества и мироощущения, подобно тому, как испанская архитектура барокко - в Латинской Америке» [3: 207].

Что касается творчества Силсфилда в целом, то прежде всего необходимо отметить, что он отобразил становление и жизнь нового государства и общества США, противопоставив их старым европейским монархическим державам. Ему важно было подчеркнуть дух свободы, проявляющийся во всех сферах американской действительности, в прессе, в воспитании и образовании, во взаимоотношениях людей. Силсфилд пытался показать также типично американского героя, смелого, неукротимого, отличающегося прямолинейностью и простотой (полковник Морз в «Беседах в каюте», Ралф Дагби в «Поездке за невестой Ралфа Дагби, эсквайра» и др.). Однако здесь следует подчеркнуть, что его молодые «американские» герои имели много сходства с аналогичными характерами народной венской комедии, ярко представленной в творчестве Ф.Раймунда и Й.Нестроя. Постромантическая эпоха, культура бидермейера вносили свои коррективы в структуру протагонистов в романах Ч.Силсфилда.

Далее необходимо отметить действительно великолепные пейзажные картины Америки и Мексики в произведениях Силсфилда, данные им в романах «Беседы в каюте» и «Юг и Север».

Имагологические функции пейзажных зарисовок заключались в том, что они были увидены глазами «чужого», незнакомца, оказавшегося по воле рока среди пугающе прекрасной природы. Повествователь в названных выше произведениях фиксировал необыкновенную игру красок и света в прерии и лесах, на море и реках. Природа в изображении Силсфилда была подобно театральному зрелищу с развертыванием действия, его кульминацией и световыми эффектами.

Наконец стоит подчеркнуть также, что Силсфилд одним из первых в немецкоязычной литературе создал роман, по своему духу близкий современной ему эпохе. Разоблачительное и критическое начало можно увидеть в романе «Мор-тон, или большое путешествие» (1835). С точки зрения молодого героя, проходящего свои «годы учения» (И.В.Гете), показана жизнь олигархических и властных сословий в Лондоне и США. Показана изнанка общественной морали и ее ханжеская суть. Покинув страну традиционной демократии, герой романа Мортон испытывает в Европе только разочарование. Силсфилд во многом приближается в своих произведениях к О.Бальзаку в его разоблачительном пафосе, направленном на пороки общества.

Рецепция творчества Силсфилда в Германии была связана с его позитивным восприятием со стороны младогерманцев. В конце 30-х - начале 40-х годов Х1Х века его роман «Беседы в каюте, или национальные характеры» был восторженно воспринят как критикой, так и читательской аудиторией. Демократически ориентированный публицист и писатель А.Руге констатирует в 1841 году, что «немецкий гений» не мог иначе спастись от удушающей обстановки и «исторической летаргии католицизма», как эмигрировав из страны. То, что его произведения в области эпики ... отстают в чем-то от таковых у англичан и французов, зависит не от него, а от застойной атмосферы в отечестве», утверждал критик [4: 464]. Однако, по его словам, Силсфилд непрерывно работал над созданием настоящей литературы. А.Руге высоко оценивает характеры, созданные прозаиком, отмечает композиционное сходство его романов с историческими произведениями В. Скотта. Он заканчивает свою рецензию пожеланием немцам: «Если бы славный, смелый дух, составляющий честь и гордость этих великолепных республиканских народов смог перейти на нас, немцев, мы бы снова стали тогда победителями истории, которая достойна того, чтобы быть поэтически осмысленной и сохраниться не в одном, а во многих преданиях...»[4: 470]. Восторженным тоном отличается рецензия на роман, написанная А.Юнгом и опубликован-

ная им в 1842 году в «Königsberger LiteraturBlatt». Он отмечает «поэзию повествования» в романах Силсфилда [5: 473]. В целом представители «Молодой Германии» и стоящие близко к ним на демократических позициях критики восторженно приняли творчество Силсфилда.

В рецепции творчества Силсфилда в Х1Х веке существует своя особенность. Выйдя из поля внимания современников в немецкоязычных странах в конце 40-х годов, он был воспринят в англо-французском читательском пространстве как выдающийся немецкий прозаик-романист. И дело заключалось не только в тематике его произведений (противопоставление старого и нового мира, экзотика колониальных стран), но и в эстетических вопросах, рождающихся в рамках дебатов о реализме. Интерес представляли такие проблемы, как способность романа выразить национальную и социальную жизнь народа, открытая форма повествования, в которой выражаются множество взглядов в противоречивой диалектической форме. Силсфилду посвятил свое критическое исследование знаменитый французский критик С.Р.Тайландье. В 1861 году он причислял его к писателям, казавшимся наиболее «значительными для своего времени, создателям жанра, новаторским, и при этом способным создать традицию» («epochen prägend, genrebildend, innovati-vundkanonenfähig») [цит. по: 6: 156] После 1848 года вокруг имени и творчества Ч.Силсфилда наступает молчание.

Немецкоязычное литературоведение серьезно обратилось к имени и творчеству этого автора лишь в ХХ веке. В первой половине и середине века исследования творчества Силсфилда были вызваны тайной вокруг его имени и обстоятельств жизни, не раскрытой за многие годы. Кульминацией этого интереса явилась книга Э.Кастле «Великий незнакомец» (1952), в которой он обращается ко многим знаменательным событиям в жизни К. Постля, в частности, к его возможной причастности к ордену масонов. Тот или иной факт биографии Кастле комментирует отрывками из романов прозаика [7]. Начиная с 60-х годов ХХ века появляются исследования, в которых произведения Силсфилда анализируются в рамках поэтики. Здесь можно назвать прежде всего работу А.Риттера [8], внесшую значительный вклад в изучение творчества писателя. Становилось ясно, что романы Силсфилда представляли важную веху в развитии австрийской и шире всей немецкоязычной литературы. В работе Риттера впервые полно и детально были проанализированы функции пейзажа в романах Силсфилда, его мастерство в создании образа природы. Совершенно справедливо исследова-

тель отмечает, что прозаика отличает от его предшественников (Гете, Эйхендорф) именно чувственное восприятие природы. Детальное филологическое исследование романов Силсфилда, начавшееся в 60-годы ХХ века, было продолжено в последующие десятилетия. Здесь можно назвать работы, внесшие существенный вклад как в изучение историко-литературного аспекта творчества Силсфилда, так и поэтики его романов. Среди них и книга В.Грюнцвейга [9]. Политические взгляды австрийского прозаика исследованы в работах А.Риттера [10-11], В.Кригледера [12: 182 - 195]. В целом в этих исследованиях ученые приходят к однозначному выводу, что Силсфилд создает консервативно-демократический образ Соединенных Штатов Америки в духе воззрений Т.Джефферсона и Э. Джексона.

Большую главу в своей работе об эпохе би-дермейера посвящает Силсфилду известный исследователь эпохи бидермейера Ф.Зенгле. Он пишет, что на первый взгляд «поэт обоих полушарий», певец Америки имеет немного общего с этой эпохой [13: 752]. Однако одним из исходных пунктов творчества Силсфилда, по мнению Зенгле, становится теолого-религиозное представление о мире, воспитанное еще с детства, несмотря на то что писатель, как известно, порывает с католическим орденом. Это способствует выработке его патриархального мышления, свойственного эпохе бидермейера. Опубликованное в 1981 году исследование Ф.Шюппена предоставляло возможность также говорить о Силсфилде именно как об австрийском авторе периода би-дермейера. Не случайно, утверждает Шюппен, все «репортажи, новеллы, приключенческие истории, жанровые картины, любовные истории» Силсфилда заканчивались или женитьбой героя, примирением противоречий и различных миров, или неразрешенным драматическим противоречием, что также было свойственно литературе этого времени [14: 71]. «Австрийскость» Силс-филда, по мнению ученого, естественно проявляется во всех его романах. Творчество Силсфилда близко по духу народному австрийскому театру. В начале ХХ1 века, как указывает В.Кригледер, перед исследователями творчества Силсфилда могут быть поставлены по меньшей мере две задачи: первая заключается в том, чтобы проанализировать историю жанров на основе произведений Силсфилда [15: 32]. Вопрос «что изображает автор» должен быть заменен, согласно Кригле-деру, вопросом «как изображает автор». Вторая задача - это изучение специальных вопросов, как-то: гендерные исследования творчества ав-

тора и исследования, связанные с колониальной тематикой.

Чтобы перейти к вопросу о возможности рецепции творчества Ч.Силсфилда в России, мы обращаемся к аналогичному примеру в истории литературы. Это восприятие российским читателем творчества американского прозаика Д.Ф.Купера (1789-1851). Следует подчеркнуть, что рецепция произведений Купера в России длится уже достаточно долго. С начала 30-х годов Х1Х века можно говорить об интегративном типе рецепции. Первой переводчицей произведений американского писателя была А.Ишимова, которая перевела в 1832 году роман «Красный корсар» («The Red Rover»). В 1865 году Д.Коковцевым были переведены романы «Следопыт» и «Пионеры». Во второй половине Х1Х века романы Ф.Купера «Шпион», «Следопыт», «Последний из могикан» становятся популярны у детей и юношества. Они приобретают славу книг с захватывающим сюжетом, в которых рассказано о храбрых индейцах, противостоящих белым завоевателям. Идея справедливости, которая должна восторжествовать, была близка многим поколениям российских, а впоследствии советских читателей. Собрания сочинений Д.Ф.Купера переиздавались неоднократно. Отдельные приключенческие романы можно найти также в большом объеме на страницах русского интернета.

Что касается критической литературы, то в 30-е годы Х1Х века было отмечено, что многие русские исторические романы имеют больше сходства с произведениями Ф.Купера, чем В.Скотта (М.Загоскин «Юрий Милославский») [16: 73]. Критик Н.Полевой писал, что в русских исторических романах существуют характеры, сопоставимые с аналогичными в произведениях Д.Ф.Купера. В свою очередь, критик Д.Благой находил, что роман И.Лажечникова «Последний Новик» имеет черты сходства с произведениями Купера «Шпион» и «Последний из могикан». В русском романе речь также идет о «любви к родине» [цит. по: 16: 74]. И, кроме того, В.Белинский отметил, что у М.Лермонтова было намерение создать исторический роман по примеру Д.Ф.Купера [цит. по: 16: 75].Таким образом, по отношению к творчеству Д.Ф.Купера в России можно говорить об интегративной форме рецепции. Читательская аудитория была настроена воспринимать «эпоху мировой литературы», и, по словам Гете, «каждый должен был способствовать тому, чтобы ускорить ее приход» [17: 18].

Совсем по-другому обстоит дело в России с рецепцией произведений Ч.Силсфилда. Открытый вновь лишь в 60-80-е годы ХХ века, автор

появился в поле читательского восприятия лишь в начале 90-х. Был переведен на русский язык роман «Токеа и Белая роза». В книгу был включен также отрывок из романа «Беседы в каюте, или национальные характеры» («Die Prarieam Jacinto») [18]. Первым исследователем, который обратился к имени и творчеству Силсфилда, был, как уже указывалось, Е.И.Нечепорук. Позднее Силсфилд вошел, как и многие австрийские авторы первой половины Х1Х века, в учебное пособие, изданное в Санкт-Петербурге в 2005 году [19: 140-141]. Л.Н.Полубояринова обозначает место Силсфилда в предмартовской литературе Австрии, подчеркивая его мастерство художника слова, выразившееся прежде всего в пейзаже. В нашей монографии Силсфилдд представлен как один из больших авторов эпохи бидермейера (также согласно Ф.Зенгле), который, несмотря на свое критическое восприятие официальной Австрии, выразил этические представления бюргерства об общественном устройстве и создал жанровые картины жизни и природы Нового Света [20].

Следует также отметить, что Силсфилд и его творчество нашли отражение и в российском интернете. Рецепция его вышеназванного романа там дает представление о нем как об авторе приключенческих и исторических произведений, имеющих черты сходства с романами Д.Ф.Купера. Вопрос о рецепции всего творчества Силсфилда в России зависит, вероятно, от того обстоятельства, насколько хорошо он будет изучен в курсах западноевропейской или немецкоязычной литературы в вузе. А это, в свою очередь, зависит от того, какое место занимают австрийские авторы в вузовских программах. Хорошо известно, что представитель пражской немецкоязычной литературы Ф.Кафка является сейчас достаточно востребованным у российской молодежи. Произойдет ли такое с произведениями Ч.Силсфилда, зависит от возможности их перевода на русский язык.

Если подвести предварительный итог изучения критической литературы, связанной с творчеством Ч.Силсфилда, то можно сделать следующие выводы. К.Постль / Ч.Силсфилд начиная с 30-х годов Х1Х века вызывал пристальный интерес немецкоязычной литературной критики. Этот интерес был не всегда постоянным, он прерывался неоднократно, во второй половине Х1Х века в связи с приходом в немецкоязычную литературу реализма и натурализма, являвшихся для нее новаторскими направлениями. Аналогично в первой трети ХХ столетия произведения Силсфилда в целом не вызывали интереса у читательской аудитории, так как на фоне экспрес-

сионизма и модернизма могли показаться достаточно традиционными и устаревшими. Полное и цельное рассмотрение творчества писателя приходится на вторую половину ХХ века, причем 60- 70-е годы были ознаменованы переходом от биографического метода исследования творчества Силсфилда к культурно-историческому, а позднее и к семиотическому. Вопрос о возможной рецепции творчества писателя в России остается открытым, хотя с начала 90-х годов ХХ века был проявлен определенный интерес к личности писателя и его роману «Токеа и Белая роза». В российском интернете он сопоставлен в определенной степени с Д.Ф.Купером, однако значение Силсфилда для читателя в силу известных причин (длительность рецепции) менее велико, чем у известного американского автора.

1. Нечепорук Е.И. История австрийской литературы 19 века: Курс лекций. - Симферополь: Таврический экологический институт, 1997.- 262 с.

2. Strelka J.P. Österreichische Perspektiven Amerikas. Charles Sealsfields "Prärie am Jacinto" // Zwischen Lousiana und Solothurn: zum Werk des ÖsterreichAmerikaners Charles Sealsfield / Hrsg. von Joseph P. Strelka. - Bern [u. a.]: Lang, 1997. - S. 185 - 948.

3. Alker E. Die deutsche Literatur im Х1Х Jahrhundert (1832 - 1914). - Stuttgart: A. Kröner Verl., 1962. -207 s.

4. Ruge A. Das Cajütenbuch oder nationale Charakteristiken. Vom Verfasser des Legitimen, des Virey, der Lebensbilder aus beiden Hemisphären etc. // Seals-field Ch. Das Kajütenbuch oder NationaleCharakteristiken / Hrsg. von A. Ritter. - Stuttgart: Ph. Reclam jun., 1982. - S. 462 - 470.

5. Jung A. Das Cajütenbuch oder nationaleCharakteristiken. VomVerfasser der Legitimen, des Virey, der Lebensbilderausbeiden Hemisphärenu.s.w. // Seals-field Ch. Das Kajütenbuch oder Nationale Charakteristiken / Hrsg. von A. Ritter. - Stuttgart: Ph. Reclam junior, 1982. - S. 471 - 478.

6. Kucher P-H. Die Sealsfield-Rezeption in den Lesebüchern der k. u. k. Monarchie und bei den österreichischen Emigranten seit 1933/38 // Charles Sealsfield. Perspektiven neuerer Forschung / Hrsg. von A. Ritter / Sealsfield Bibliothek. - 2004.- Bd. 1. -S. 155 - 170.

7. Castle E. Der grosse Unbekannte. Das Leben von Charles Sealsfield (Karl Postl). - Hildesheim, Zür., New York: Olms, 1993. - 727 S.

8. Ritter A. Darstellung und Funktion der Landschaft in den Amerika-Romanen von Charles Sealsfield (Karl Postl). Inaugural-Dissertation. - Kiel, 1969. - 347s.

9. Grünzweig W. Das demokratische Kanaan. Charles Sealsfields Amerika im Kontext amerikanischer Literatur und Ideologie. - Münch.: Fink Verl., 1987. -281 s.

10. Ritter A. Wechselwirkung von inszenierter Autoridentität und inszeniertem Amerikabid. Momente einer ,grossen Lebenstour' des österreichischen Ordensbruders Karl Postl und des ,amerikanischen' Literaten Sealsfield am Beispiel der Romane „Die deutsch-amerikanischen Wahlverwandtschaften" und „Das Kajütenbuch" // Charles Sealsfield. Perspektiven neuerer Forschung / Hrsg. von A. Ritter / Seals-fieldBibliothek. 2004. - Bd. 1. -S. 68 - 84.

11. Ritter A. Fluchtpunkt Kittanning, Pennsylvania (USA) oder: Die inszenierte „Geburt" des Amerikaners Carl Moritz Zeilfels alias Charles Sealsfield. Eine Dokumentation // Charles Sealsfield. Lehrjahre eines Romanciers 1808-1829 / Hrsg. von A. Ritter / SealsfieldBibliothek. -2007. - Bd. 5 - S. 207 - 286.

12. Kriegleder W. Amerikathematik und Erzählsystem in Sealsfields Lebensbildern // Charles Sealsfield. Politischer Erzähler zwischen Europa und Amerika / Hrsg. G.-A. Pogatschnig. - Bergamo, 1994. - S. 182195

13. Sengle F. Karl Postl / Charles Sealsfield // Sengle F. Biedermeierzeit. Deutsche Literatur im Spannungsfeld zwischen Restauration und Revolution 1815 -1848.Bd. 3. Die Dichter. - Stuttgart: Metzler Verl., 1980. - S. 752 - 814.

14. Schüppen F. Charles Sealsfield. Karl Postl. Ein österreichischer Erzähler der Bitdermeierzeit im Spannungsfeld von Alter und Neuer Welt.- Frankfurt a. Main, Bern: P. Lang, 1981. - 533 s.

15. Kriegleder W. Die Charles-Sealsfield-Forschung Rückblick und Ausblick// Charles Sealsfield. Perspektiven neuerer Forschung / Hrsgb. von. A. Ritter / Sealsfield Bibliothek. - 2004. - Bd. 1 - S. 21 - 34.

16. Николюкин А. Н. Взаимосвязи литератур России и США. - M: Наука, 1987. - 408 с.

17. Zit. nach: Lamping D. Die Idee der Weltliteratur. Ein Konzept Goethes und seine Karriere. - Stuttgart: Kröner, 2010. - 151s..

18. Силсфилд Ч. Токеа и Белая Роза / пер. A.Славин-ской, В.Фадеева. - СПб: Лира, 1992. - 266 с.

19. Полубояринова Л. Н. Литература эпохи Реставрации (1815 - 1848 годы) // История западноевропейской литературы. XIX век: Германия, Австрия, Швейцария / Под ред. А.Г.Березиной.- СПб: Филологический факультет СПбГУ; М.: «Академия», 2005. - С. 64 - 154.

20. Лошакова Г.А. Немецкая классика и художественная проза бидермейера в Австрии. - Ульяновск: УлГУ, 2013. - 239 с.

CH.SEALSFIELD / K.POSTL: IS RECEPTION OF HIS WORK POSSIBLE IN RUSSIA?

G.A.Loshakova

The author of the article considers the stages of reception of the Austrian writer Charles Sealsfield / Karl Postl's work in German-speaking countries of the 19th-21st centuries. This raises the question: is reception of his works possible in modern Russia? The similar example can be found in the history of Russian literature of the middle - the second half of the 19th century, when the audience and critics received adventure and historical novels of the American writer D.F.Cooper with great interest and sympathy. In the works of Sealsfield everyday life and nature of the New World is also depicted. His works could be of interest to Russian readers in their own way.

Key words: reception, integrative form, Austrian identity, the era of Biedermeier, historical and adventure novel.

1. Netsheporuk E.I. Istoriaavstriiskoyliteraturi 19 veka: Kurslekciy. - Simferopol: Tavritsheskiy eko-logitsheskiy institut, 1997.-262 s. [In Russian].

2. Strelka J.P. Österreichische Perspektiven Amerikas. Charles Sealsfields "Prärie am Jacinto" // Zwischen Lousiana und Solothurn: zum Werk des ÖsterreichAmerikaners Charles Sealsfield / Hrsg. von Joseph P. Strelka. - Bern [u. a.]: Lang, 1997. - S. 185 - 948.

3. Alker E. Die deutsche Literatur im X1X Jahrhundert

4. Ruge A. Das Cajütenbuch oder nationale Charakteristiken. Vom Verfasser des Legitimen, des Virey, der Lebensbilder aus beiden Hemisphären etc. // Sealsfield Ch. Das Kajütenbuchoder Nationale Charakteristiken / Hrsg. von A. Ritter. - Stuttgart: Ph. Reclam jun., 1982. - S. 462 - 470.

5. Jung A. Das CajütenbuchodernationaleCharakteristi-ken. VomVerfasser der Legitimen, des Virey, der Lebensbilderausbeiden Hemisphärenu.s.w. // Sealsfield Ch. Das Kajütenbuchoder Nationale Charakteristiken / Hrsg. von A. Ritter. - Stuttgart: Ph. Reclam junior, 1982. - S. 471 - 478.

6. Kucher P-H. Die Sealsfield-Rezeption in den Lesebüchern der k. u. k. Monarchie und bei den österreichischen Emigranten seit 1933/38 // Charles Sealsfield. Perspektiven neuerer Forschung / Hrsg. von A.Ritter / SealsfieldBibliothek. - 2004. - Bd. 1. - S. 155 - 170.

7. Castle E. Der grosse Unbekannte. Das Leben von Charles Sealsfield

8. Ritter A.Darstellung und Funktion der Landschaft in den Amerika-Romanen von Charles Sealsfield

9. Grünzweig W. Das demokratische Kanaan. Charles Sealsfields Amerika im Kontext amerikanischer Literatur und Ideologie. - Münch.: Fink Verl., 1987. -281 s.

10. Ritter A. Wechselwirkung von inszenierter Autoridentität und inszeniertem Amerikabid. Momente einer ,grossen Lebenstour' des österreichischen Or-

densbruders Karl Postl und des ,amerikanischen' Literaten Sealsfield am Beispiel der Romane „Die deutsch-amerikanischen Wahlverwandtschaften" und „Das Kajütenbuch" // Charles Sealsfield. Perspektiven neuerer Forschung / Hrsg. von A. Ritter / SealsfieldBibliothek. 2004. - Bd. 1 -. S. 68-84.

11. Ritter A. Fluchtpunkt Kittanning, Pennsylvania

12. Kriegleder W. Amerikathematik und Erzählsystem in Sealsfields Lebensbildern // Charles Sealsfield. Politischer Erzähler zwischen Europa und Amerika / Hrsg. G.-A. Pogatschnig. -Bergamo, 1994. - S. 182-195.

13. Sengle F. Karl Postl / Charles Sealsfield // Sengle F. Biedermeierzeit. Deutsche Literatur im Spannungsfeld zwischen Restauration und Revolution 1815 -1848.Bd. 3. Die Dichter. - Stuttgart: Metzler Verl., 1980. - S. 752 - 814.

14. Schüppen F. Charles Sealsfield. Karl Postl. Ein österreichischer Erzähler der Biedermeierzeit im Spannungsfeld von Alter und Neuer Welt.- Frankfurt am Main, Bern: P. Lang, 1981. - 533s.

15. Kriegleder W. Die Charles-Sealsfield-Forschung Rückblick und Ausblick// Charles Sealsfield. Perspektiven neuerer Forschung / Hrsgb. von. A. Ritter / Sealsfield Bibliothek. - 2004. - Bd. 1 - S. 21 - 34.

16. NicolukinA. N. Vsaimosvyasi literature Rossii I SShA. - M: Nauka, 1987. - 408 с.

17. Zit. nach: Lamping D. Die Idee der Weltliteratur. EinKonzeptGoethes und seine Karriere. - Stuttgart: Kröner, 2010. - 151s.

18. СилсфилдЧ.Токеа и Белая Роза / пер. A. Славин-ской, В. Фадеева. - СПб: Лира, 1992. - 266 с.

19. PoluboyarinovaL. N. Literatura epochi Restavratzii (1815 - 1848 godi) // Istoria sapadno-evropeiskoi lit-eraturi. XIX vek: Germania, Avstria, Shveizaria / Pod

red. A.G.Beresinoi. - SPb: Philologitsheskii fakultet 20. LoshakovaG. A. Nemeckaya klassica I literature SPbGU; М.: Academias», 2005. - S. 64 - 154. (In bidermeyera v Avstrii. - Ulyanovsk: UlGU, 2013. -Russian). 239 s. (In Russian).

Лошакова Галина Александровна - кандидат филологических наук, доцент кафедры немецкого и французского языков Ульяновского государственного университета.

432017, Россия, г. Ульяновск, ул. Л.Толстого, 42. E-mail: lgalin7@mail.ru

Loshakova Galina Alexandrovna - PhD in Philology, Associate Professor, Department of the German and French Languages, Ulyanovsk State University.

42 L.Tolstoy Str., Ulyanovsk, 432017, Russia E-mail: lgalin7@mail.ru

Поступила в редакцию 15.05.2014