«Датский акцент» фарфоровой коллекции Екатерины II

«МОЩНО, ВЕЛИКО ТЫ БЫЛО, СТОЛЕТЬЕ!». СПб., 2014

А. С. Ярмош «ДАТСКИЙ АКЦЕНТ»

ФАРФОРОВОЙ КОЛЛЕКЦИИ ЕКАТЕРИНЫ II

XVIII столетие в истории европейского искусства керамики — время интенсивного появления и развития ключевых фаянсовых и фарфоровых производств Европы. Традиционные лидеры в этой области — Германия, Франция, Англия — часто становятся объектом научного интереса: исследователи регулярно обращаются к изучению секретов мейсенского фарфора, особенностей фаянсовых изделий Веджвуда. В то же время мастера Северной Европы, в частности — Скандинавии, остаются незаслуженно забытыми. Исследования, им посвященные, немногочисленны.

Сложившаяся тенденция в целом характерна для рассмотрения общеевропейского культурного пространства XVIII века, отмеченного повышенным интересом к эстетике и художественному творчеству, где скандинавским странам отводится обычно очень скромное место. Однако особая динамика социокультурного развития этого региона конца XVII-XVIII столетия, формирование в нем значимых геополитических субъектов создали совершенно уникальные, не всегда типичные условия для развития всех видов искусства. Интенсивность художественных трансформаций, показательная для Швеции и Дании конца XVII-XVIII вв., позволяет связать этот феномен с уже устоявшейся в современном гуманитарном знании концепцией «ускоренного развития». Эта концепция в ее применении к самым различным видам искусства актуальна и для современной науки. Прежде всего потому, что позволяет понять самодостаточность и ценность «культурного наследия» любой, даже самой «малой» или «периферийной» этнической традиции, интерпретировать художественные процессы как внутренние закономерности культур, особенно тех, которые долгое время принято было считать «слабыми», «отстающими» или «подражательными».

268

«Датский акцент» фарфоровой коллекции Екатерины II

Обращение к исследованию декоративно-прикладного искусства Дании и Швеции, и в частности — искусства фарфора, в рамках современной научной традиции позволяет переосмыслить значимость и характер этого явления в целом для европейской истории искусства.

Зачастую исследователи склонны полагать, что в XVIII столетии фарфоровые производства Дании и Швеции находятся в тени своих старших коллег — Мейсена, с его уже сложившейся репутацией, и Севра, ставшего законодателем моды в эти годы. Однако при рассмотрении изделий Рерстранда и Королевской Копенгагенской фарфоровой мануфактуры (далее — ККФМ) 1760-1780 гг. следует учитывать исторические особенности развития этих мануфактур. Королевские дома обеих стран в этот период представляют собой отнюдь не последние монархии XVIII столетия, в том числе и в финансовом отношении. Королевские дворы Дании и Швеции были довольно многочисленными, да и круг заказчиков предметов роскоши в богатых государствах был широким. В связи с этим указанные мануфактуры были ориентированны в основном на потребности внутреннего рынка и в меньшей степени развивали экспортные линии. Тем не менее, ошибочно полагать, что интерес иностранцев к изделиям этих производств отсутствовал. Свидетельством тому могут быть хранящиеся в архиве Института истории РАН (СПбГИИ РАН, Санкт-Петербург) письма и повседневные журналы европейского путешествия братьев Демидовых (1750-1761). Дневниковые записи и письма о традиционном для XVIII в. путешествии по северным регионам Европы оказываются ценным материалом, достоверно подтверждающим интерес, в том числе и русской публики, к изделиям скандинавского фарфора. В своей поездке Демидовы посетили Копенгаген, Стокгольм, где имели возможность познакомиться с мануфактурными производствами.

Как следует из писем, определенный интерес у путешественников вызывали изделия мануфактуры Мариеберга (Швеция), которую они посетили 9 мая 1761 г., о чем свидетельствуют записи «Ежедневного журнала месяца майя 1761 года» и строки писем Петра Демидова: «В Стокгольме был я с господином Делфином в наилучшей и новопостроенной фаянсовой фабрике, называемой Мариебергской, <.. .> я нигде такой хорошей и доброй сорты не видал, она не токмо весма крепка и от жаркой воды ничем не портится, но и хорошего вкуса и нехудо малевана»1.

1 Письмо из Упсала от 20-го мая 1761 г. (Л. 334-335 об.) // Путешествия братьев Демидовых по Европе. Письма и подневные журналы. 1750-1761. М., 2006.

269

А. С. Ярмош

В более поздних письмах к матери наравне с Мариебергом встречается упоминание производства Рерстранда: «Мы не смогли вами требованный столовой сервис от той фаянсы достать <...> то есть от мариебергской <.. .> то мы от ространдской фаянсы <.> выбрали, коя весьма хороша и многим первой дешевле, но не так крепка и пригожа»2.

Действительно, мануфактура Мариеберга стала довольно интересным явлением в фарфоровой промышленности Швеции. Появившись на рубеже 1750-1760 гг., производство просуществовало относительно недолго, однако оставило довольно заметный след в истории искусства фарфора Швеции. Предметы, произведенные на этой мануфактуре, отличались сравнительно хорошим качеством и аккуратным исполнением. Формы предметов столового фарфора восходят к характерным для этого времени образцам мейсенских изделий, выполнявшихся для покупателей средней руки и не имеющих характера униката.

В целом, фарфоровая промышленность Швеции на протяжении XVIII столетия, несмотря на сравнительно раннее возникновение, значительно уступала в качественном росте крупным европейским производствам, в том числе и младшему брату — ККФМ, которая уже к концу столетия производила предметы высокого класса в оригинальных формах и получала международные заказы. Этот факт отмечали и современники. В частности, во всеобщем обозрении Швеции Г. Като, изданном в 1797 г., говорится о том, что «фарфор и фаянс Мариебергской и Рорстрандской, что в окружениях столицы, уступает тому, который из Китая и других Европейских государств привозится»3. Однако следует отметить, что шведские мастера в этот период изначально были ориентированы на внутренний утилитарный рынок и не стремились искать принципиально новые художественные решения.

Фарфоровое производство Дании развивалось на протяжении второй половины XVIII столетия достаточно интенсивно и, пользуясь исключительной королевской монополией, быстро вошло в круг европейских лидеров. Важно отметить, что немалую роль в этом сыграла комплекс-

2 Письмо от 3-го июля 1761 г. (Л. 338-339 об.) // Путешествия братьев Демидовых по Европе. Письма и подневные журналы. 1750-1761. М., 2006.

3 Катто-Кальвиль Ж. П. Г. Всеобщее Швеции изображение или Краткое историческое и географическое начертание сего государства. С приобщением законоположения и всех важнейших в оном перемен. Состояние хлебопашества, торговли, промыслов, художеств, мануфактур и словесных наук. Также описание обычаев и нравов сего народа. СПб., 1797. C. 241.

270

«Датский акцент» фарфоровой коллекции Екатерины II

ная художественная политика королевского дома и деятельность Франца Мюллера (середина 1770-х - 1790-е гг.).

Расцвет художественных возможностей мастеров королевской мануфактуры приходится на 1780-1790-е гг. В это время производство выходит на международную арену, а изделия мануфактуры начинают конкурировать с работами крупнейших фабрик Западной Европы. Многочисленные фарфоровые изделия этого времени говорят как о совершенстве приемов формообразования, так и высоком качестве декоративных решений, которые в целом дополнены выверенной рецептурой фарфоровой массы и широкой палитрой надглазурных красок. В это время датская мануфактура начинает получать иностранные заказы. Среди прочих можно упомянуть сервиз голландца И. И. де Витда (1781). Программа росписи сервиза была разработана на основе оригинальных графических листов художников Г. Риделя, И. Ридигера и И. Селигманна, созданных для орнитологического натуралистического альбома.

Период 1780-1790-х гг. в целом для Дании является временем расцвета художественной культуры и отдельных видов искусства. В это время больших успехов добиваются датские живописцы, активно развивается деятельность Королевской академии художеств в Копенгагене, давшей мировой истории искусства такие имена, как Каспар Давид Фридрих и Бертель Торвальдсен. Бесспорно, сложившаяся ситуация способствовала интенсивному развитию и ККФМ как в технико-технологическом плане, так и в художественном. В последнее десятилетие XVIII в. мануфактура не уступала по своим возможностям крупнейшим фарфоровым производствам Европы (Мейсен, Севр, Берлинская Королевская фарфоровая мануфактура и т. д.), что позволяло исполнять весьма серьезные внешние заказы.

Самым характерным примером является сервиз «Флора Даника», история которого ярко характеризует степень развития и возможности ККФМ в сравнении с признанными европейскими лидерами в области искусства фарфора и заслуживает отдельного внимания.

Традиция приписывает заказ сервиза русской императрице Екатерине II и восходит к документу 1794 г. В ежедневнике датского доктора Ф. В. П. Фабрикиуса исследователи нашли запись о том, что от сыновей Франца Мюллера (директора Королевской фарфоровой мануфактуры в Копенгагене), которые гостили у доктора, он узнал, что «она (мануфактура. — А. Я.) в настоящий момент делает сервиз на 100 кувертов для

271

А. С. Ярмош

царицы, который стоит 40 000 талеров»4. Тем не менее, анализ историкокультурных предпосылок для возникновения датского сервиза, а также следствие компаративного анализа принципов заказа произведений фарфора, позволяют полагать, что персона русской императрицы сыграла ключевую роль в истории «Флоры Даники».

Несмотря на сложные и противоречивые отношения, Дания всегда была неотъемлемой частью русской внешней политики, а в заказе сервиза, по всей видимости, не последнюю роль сыграли предшествующие события 1760-1770-х гг. В конце 1766 г. между Петербургом и Копенгагеном велись длительные переговоры, результатом которых стало подписание в апреле 1767 г. временного соглашения об обмене территориями. Согласно данному документу, помимо прочего, часть Голштейна, принадлежавшая цесаревичу Павлу, обменивалась на графства Ольденбург и Дельменхорст. Окончательно этот договор был ратифицирован лишь в 1773 г., когда глава голштейн-готторпской династии, великий князь Павел Петрович, достиг совершеннолетия5. С 1796 г. в титулатуре Павла мы встречаем наименование «наследник Ольденбургский»6. В предисловии к атласу «Флора Дании, земель Ольденбург и Дельменхорс», легшего в основу программы росписи одноименного сервиза, авторы особое внимание обращают на то, что были изучены территории не только Дании как таковой, но все земли дома Ольденбург. Некоторая перекличка этих фактов весьма очевидна. Вполне вероятно, что Екатерина II была склонна заказать сервиз, который стал бы в дальнейшем очередным напоминанием об ее территориальном приобретении и подчеркивал бы оригинальность и успешность политики русской царицы в датском регионе. Сервиз «Флора Даника» должен был стать еще одной жемчужиной собрания Зимнего дворца.

Фарфоровая коллекция Екатерины II часто становится предметом искусствоведческого интереса. В отечественной историографии существуют многочисленные публикации, посвященные как отдельным изделиям, так и крупным программным сервизам, оказавшимся в кладовых

4 Das Flora Danica Service. 1790-1802. Hohepunkt der Botanischen Porzellanmalerei. Berlin, 1999. Р. 71.

5 Цит. по: Багер Х. Датско-русские отношения в XVIII веке // Дания и Россия — 500 лет: Сборник статей. М., 1996. С. 79.

6 Полное Собрание законов Российской Империи. Т. XXIV С. 230. N° 17.635. 1796, Декабря 12. СПб., 1830-1851.

272

«Датский акцент» фарфоровой коллекции Екатерины II

Зимнего дворца. Традиционно внимание исследователей обращено на безусловную художественную ценность экспонатов екатерининской коллекции.

Предметы фарфора в XVIII в. обладали особой ценностью, поскольку фарфор считался невероятно дорогим материалом, и имперские по своему размаху заказы Екатерины II имели, скорее, политическую подоплеку. Показать возможности своей державы даже на этом уровне для русской императрицы было крайне важно. Как правило, все фарфоровые сервизы Екатерины II заказывались не только с целью показать финансовую мощь русской монархии, но и имели определенный смысловой, а зачастую — откровенно политический подтекст. Безусловно, здесь сказалась личность самой Екатерины II, которая «желала иметь все, что носило на себе печать таланта, культуры и роскоши, будь то произведение архитектуры, хорошая книга или хороший сервиз»7, но в то же время была опытным дипломатом и известным «игроком» на европейской политической арене.

Фарфоровая коллекция Екатерины II многочисленна. Она заказывала сервизы везде: на Императорском заводе в Петербурге, на заводе Гарднера, в Берлине, в Мейсене, на Севре, в Этрурии у Веджвуда. Многие фабрики совершали выгодные сделки, выполняя по заказу Екатерины или небольшие, но прекрасные предметы, или объемные столовые сервизы. Отдельные предметы и фарфоровые «ансамбли» поступали в русскую императорскую коллекцию в качестве дипломатических подарков. Все крупные заказы, в том числе и сервиз «Флора Даника», соприкасаются непосредственно с дипломатическими интересами Екатерины II и страны-исполнителя. Работа датских мастеров стоит на одном уровне и зачастую сравнивается с другими известными заказами и подарками русской царице. Сервиз «Флора Даника» был столь же оригинален по своим формам, как французский «Сервиз с камеями», и настолько же неординарен по программе своей росписи, как работа Джозаи Веджвуда «Сервиз с зеленой лягушкой».

Создание сервиза «Флора Даника» охватывает чуть более десятилетия и приходится на 1790-е гг., однако истоки мотивов его росписи можно искать еще в середине XVIII в. История «Флоры Даника» как сервиза начиналась с «Флоры Даники» как крупного издания энциклопедического характера, посвященного растительному миру Дании и земель дома Ольденбург.

7 Ротштейн Н. Сервиз с зеленой лягушкой // Старые годы. 1910, февраль. С. 37.

273

А. С. Ярмош

Атлас «Флора Даника» не только имел огромный успех, но и стал популярным объектом для подражания. К числу последователей могут быть отнесены прежде всего две знаменитые работы: «Флора Австрии» Николая Йозефа Жаквина (Вена, 1773-1778), а также следует упомянуть «Флору Греции» — труд, начатый Джеймсом Эдвардом Смитом в 1806 г. и заслуживающий особого упоминания, поскольку от этого проекта остались материалы, которые были потеряны у «Флоры Даники». Наибольшее сходство с датским проектом имеет «Флора Австрии». Австрийцы не только заимствовали название датского издания, но и так же уделили основное внимание иллюстрациям, оставляя тексту место примечаний, которые носили характер научного описания отобранного экземпляра растения. В обеих работах под гравюрами в альбоме не указывали научного наименования образца, был проставлен только текущий номер латиницей. Также австрийцы отказались от какой-либо внутренней систематизации, разместив иллюстрации в вольном порядке. Акварели для «Флоры Австрии» рисовал Франц Шайдл, они находятся в Вене в музейном хранении и отличаются высоким уровнем сохранности8.

Отдельно необходимо упомянуть проект «Флора Россика». Труд этот был посвящен Екатерине II, и именно она являлась патроном большой экспедиции П. С. Палласа в Сибирь в 1766-1774 гг. Родившийся в Берлине автор «Флоры Россики» П. Паллас в предисловии к своему труду — «Описание и иллюстрации растений встречающихся в русском царстве, Европе и Азии» — прямо ссылается на «Флору Данику». Однако в отличие от датского издания, русские иллюстрации имеют научные подписи и названия не только на латыни, но и на русском языке, а также, как и в «Флоре Австрии», подробное научное описание экземпляров растений9. Эти факты совершенно очевидно свидетельствуют о существовании контактов между Копенгагеном, Веной и Санкт-Петербургом. В частности, существенная часть гравюр для «Флоры Россики» изготавливалась в Вене.

Атлас «Флора Даника» — издание уникального характера, которое имеет не только первостепенную важность как научный источник, но сыграло ключевую роль в разработке программы росписи одноименного датского сервиза, составившего славу Королевской фарфоровой мануфактуре в Копенгагене в конце XVIII столетия. Несмотря на то, что

8 Das Flora Danica Service... Р. 41.

9 Ibid. Р. 44.

274

«Датский акцент» фарфоровой коллекции Екатерины II

современным исследователям доподлинно известен источник декоративного оформления сервиза, сам процесс его создания не так хорошо документирован.

Сегодня «Флора Даника» — самый крупный из сохранившихся оригинальных сервизов XVIII столетия, последняя опись которого насчитывает более 1500 оригинальных предметов. Подобные масштабные проекты, как правило, сопровождаются большим числом документации (счета, переписка, заказ материалов и т. п.) Однако при достаточно хорошей материальной сохранности самого сервиза обнаруживается практически полное отсутствие какой-либо документации, связанной с его производством, несмотря на то, что почти весь архив Королевской фарфоровой мануфактуры, начиная с 1775 г., хорошо сохранился. По всей видимости, многочисленные материалы проекта «Флора Даника» собирались на мануфактуре отдельно и, возможно, в дальнейшем были утеряны10. Самое раннее упоминание об этом сервизе, найденное исследователями, относится к 28 августа 1790 г. Это запись о том, что посыльный королевского библиотекаря Георга Нильсена получил 4 талера за доставку королю Христиану VII экземпляра книги «Флора Даника» в замок Кри-стианборг11. Вслед за этим в документах возникает большая лакуна, и судить о ранних этапах производства «Флоры Даники» приходится по обрывочным материалам.

По-прежнему точно неизвестно, кому именно принадлежит авторство программы росписи сервиза и идея перенесения на фарфор изображения растений скандинавского региона со страниц одноименной книги. Английские исследователи — П. В. Майстер и Х. Ребер — полагают, что это было непосредственным пожеланием Екатерины II (заказчицы сервизы), что может быть оправдано ее неподдельным интересом ко всему новому и высоконаучному12. Если учесть, что в это время в России создается подобный датскому научный труд, то эта версия может быть вполне вероятной. В работах немецких искусствоведов высказана мысль о том, что важную роль в выборе программы росписи сыграл Теодор Холь-мскьёльд — коммерческий директор мануфактуры в 1778-1793 гг., бывший секретарь королевского кабинета и директор ботанического сада, который был хорошо знаком как с состоянием дел на мануфактуре, так и с

10 Ibid. Р. 65.

11 Grandjean B. L. Flora Danica stellet. K0benhavn, 1950. P. 10.

12MeisterP. W., ReberH. European porcelain of the 18th century. Oxford, 1983. P. 109.

275

А. С. Ярмош

популярным тогда изданием «Флора Даника». Возможно, некоторое влияние оказал и исполнитель росписи сервиза — художник Иоганн Байер, так как прежде он участвовал в издании ботанической энциклопедии и был знаком с ее иллюстрациями.

В создании сервиза «Флора Даника» участвовало небольшое количество мастеров, и в настоящий момент их имена хорошо известны исследователям. Моделировку форм выполнял Х. Люплау, талантливый формовщик, дополнивший сервиз целым рядом предметов, специально разработанных для этого заказа: им было смоделировано более 60 новых образцов. Также ему приписывают создание оригинальных компотьеров, по форме напоминающих крупные листья. Тем не менее, основной выбор в части формы большинства изделий пал на белье с большими гладкими поверхностями, которые давали возможность хорошего размещения масштабных росписей. Подобное решение во многом было определено традициями классицизма, для которого в искусстве фарфора характерны сдержанные, тектоничные по своему характеру формы.

Роспись большей части сервиза была доверена одному художнику. Эту гигантскую работу проделал Иоганн Христиан Байер (1738-1812). В 1776 г. он был приглашен на фарфоровую мануфактуру в качестве штатного художника13. Считается, что именно в работе по созданию росписей «Флоры Даники» раскрылись мастерство и талант мастера. Несмотря на масштабность проделанных им работ, имя Байера не упоминается даже в самой старой из сохранившихся бухгалтерских книг завода. Предположительно, ему выплачивалась некая фиксированная годовая сумма вместо привычной для остальных мастеров оплаты по факту проделанной работы (за каждое изделие)14.

Производство сервиза, как уже упоминалось, охватывает почти двенадцатилетний период и отличается крайней неравномерностью. В сентябре 1792 г. на складе насчитывалось 988 предметов, к 1794 г. добавилось еще 363 предмета. Интенсивность работы первых лет сменилась затишьем.

7 июля 1802 г. дирекция мануфактуры решила прекратить работу по созданию сервиза, что было поддержано королем, несмотря на то, что на тот момент недоставало 93 предмета, чтобы окончательно завершить сервиз. Решение о завершении проекта «Флора Даника» во многом было свя-

13 Boger L. A. The dictionary of world pottery and porcelain. New York, 1971. Р 27.

14 Hayden A. Chats of Royal Copenhagen Porcelain. London, 1928. Р 155.

276

«Датский акцент» фарфоровой коллекции Екатерины II

зано с тем, что дирекция мануфактуры была заинтересована в скорейшей реализации такого крупного заказа. Наибольшие опасения у руководства копенгагенской мануфактуры вызывала сумма оплаты в 223 224 талеров и 48 шиллингов, так как после смерти Екатерины II было непонятно, кому теперь будет принадлежать сервиз и кто будет расплачиваться с мануфактурой за столь дорогой заказ15. В 1803 г. сервиз поступил в кладовые Амалиенборга в качестве компенсации долгов фарфоровой мануфактуры перед королевской короной Дании.

Так собственно история опередила судьбу одного из грандиознейших фарфоровых ансамблей XVIII столетия. Сервиз так и не обрел своего законного места в числе лучших образцов екатерининской коллекции, а отечественная историография долгое время упускала его из вида, оценивая художественные достоинства и историческое значение фарфоровой коллекции, забывая о небольшом скандинавском нюансе.

Информация о статье

ББК 85.12; УДК 745.03

Автор: Ярмош Анастасия Сергеевна — кандидат искусствоведения, старший преподаватель, Институт истории, Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург, Россия, a.yarmosh@spbu.ru

Название: «Датский акцент» фарфоровой коллекции Екатерины II

Аннотация: Статья обращена к исследованию одного из несостоявшихся экспонатов фарфоровой коллекции императрицы Екатерины II. Как отмечено в работе, историко-культурные и художественные связи России и стран Скандинавии в XVIII столетии носят интенсивный характер. Приобретение дорогостоящего сервиза «Флора Даника», как показывает исследование, становится закономерным продолжением собирательной политики русской императрицы, подчеркивает принципы екатерининских заказов и их особенную связь с внешней политикой Российской империи в этот период.

Ключевые слова: Екатерина II, фарфор, Дания, Флора Даника Литература, использованная в статье

Дания и Россия — 500 лет: Сборник статей. Москва: Международные отношения, 1996. 366 с.

Катто-Кальвиль, Жан Пьер Гийом. Всеобщее Швеции изображение или Краткое историческое и географическое начертание сего государства. С приобщением законоположения и всех важнейших в оном перемен. Состояние хлебопашества, торговли, промыслов, художеств, мануфактур и словесных наук. Также описание обычаев и нравов сего народа. Санкт-Петербург: Императорская типография, 1797. 390 с.

Ротштейн, Николай. Сервиз с зеленой лягушкой // Старые годы. 1910, февраль. С. 37. Полное Собрание законов Российской Империи. Т. XXIV. С. 230. № 17.635. 1796, Декабря 12. Санкт-Петербург: Типография II Отделения Собств. Е. И. В. канцелярии, 1830-1851. Путешествия братьев Демидовых по Европе. Письма и подневные журналы. 1750-1761. Москва: Индрик, 2006. 512 с.

Boger, LouiseAde. The dictionary of world pottery and porcelain. New York: A. & C. Black, 1971. 533 p.

15 Das Flora Danica Service... Р. 74.

277

А. С. Ярмош

Das Flora Danica Service. 1790-1802. Hohepunkt der Botanischen Porzellanmalerei. Berlin: Det Kongelige Udstillingsfond, 1999. 277 p.

Grandjean, Bredo Ludvig. Flora Danica stellet. K0benhavn: A. G. Hassing, 1950. 80 s.

Meister, Peter Wilhelm; Reber, Horst. European porcelain of the 18th century. Oxford: Cornell University Press, 1983. 320 p.

Hayden, Arthur. Chats of Royal Copenhagen Porcelain. London, 1928. 424 p.

Iinformation about the article

Author: Yarmosh Anastasiya Sergeevna — Ph. D., head lecturer, St. Petersburg State University,

St. Petersburg, Russia, a.yarmosh@spbu.ru

Title: «Danish focus» of the porcelain collection of Catherine II

Summary: The article is devoted to the study of one of the failed exhibits for the porcelain collection of Empress Catherine II. Since the cultural and artistic relations between Russia and the Nordic countries in the 18th century were intense, the purchase of the expensive service «Flora Danica», as the author shows, was a logical continuation of the Russian empress’s policy of art collecting. It emphasizes the Catherine’s principles of art commissioning and their special correlation with the foreign policy of the Russian Empire during this period.

Keywords: Catherine II, porcelain, Denmark, Flora Danica

References

Daniya i Rossiya — 500 let [Russia and Denmark — 500 years]. Moscow: Mezhdunarodnye otnosheniya Publ., 1996. 366 p.

Catteau-Calleville, Jean Pierre Guillaume. Vseobshchee Shvetsii izobrazhenie ili Kratkoe istoricheskoe i geograficheskoe nachertanie sego gosudarstva. S priobshcheniem zakonopolozheniya i vsekh vazhneyshikh v onom peremen. Sostoyanie khlebopashestva, torgovli, promyslov, khudozhestv, manufaktur i slovesnykh nauk. Takzhe opisanie obychaev i nravov sego naroda [Universal depiction of Sweden or A brief historical and geographical description of the state. With communion statutes and all major changes in the hold. State of tillage, trade, crafts, arts, manufactures, and philology. As a description of the customs and manners of this people]. St. Petersburg: Imperial Print., 1797. 390 p.

Rotshteyn, Nikolay. Serviz s zelenoy lyagushkoy [The Green Frog Service], in Starye gody. 1910. February. P. 37.

Polnoe Sobranie zakonov Rossiyskoy Imperii [Complete Collection of Laws of the Russian Empire]. Vol. XXIV. P. 230. .№ 17.635. 1796. December 12. St. Petersburg: Tipografiya II Otdeleniya Sobstv. e. i. v. kantselyarii, 1830-1851.

Puteshestviya bratyev Demidovykh po Evrope. Pisma i podnevnye zhurnaly. 1750—1761 [Demidov brothers travelling to Europe. Letters and dairies]. Moscow: Indrik Publ., 2006. 512 p.

Boger, Louise Ade. The dictionary of world pottery and porcelain. New York: A. & C. Black, 1971. 533 p.

Das Flora Danica Service. 1790-1802. Hohepunkt der Botanischen Porzellanmalerei. Berlin: Det Kongelige Udstillingsfond, 1999. 277 p.

Grandjean, Bredo Ludvig. Flora Danica stellet. K0benhavn: A. G. Hassing, 1950. 80 p.

Meister, Peter Wilhelm; Reber, Horst. European porcelain of the 18th century. Oxford: Cornell University Press, 1983. 320 p.

Hayden, Arthur. Chats of Royal Copenhagen Porcelain. London, 1928. 424 p.

278