2015. 02. 028-030. Инструментальный и перцептивно-слуховой анализ: литературная и диалектная речь. (Сводный реферат)

зикоммуникации и способ снятия наступившей коммуникативной неудачи. Интонационные характеристики квазиреплик в целом не отличаются от полноценных высказываний. В этом случае речевой продукции имеют место другие смысловые соотнесения денотата и номинации. Намеренно неверные номинации, по данным автора, могут выражаться модифицированными интонационными параметрами восходящей динамики. Контрастные мелодические показатели свидетельствуют об определенном эмоциональном состоянии ребенка, ведущему к смене модальности коммуникации. Отрицательные эмоциональные состояния дошкольника характеризуются терминальными изменениями частоты основного тона ЧОТ.

Проведенный анализ показал, что вследствие отличия аппер-цепирующей массы взрослого индивида и ребенка наблюдаются плеонастичный характер оформления речи взрослого и синкретич-ность единиц в речи ребенка. Определению наличия квазиэлементов в дискурсе служит интонация. Возрастающий характер просодических показателей, мелодический «разброс» значений свидетельствуют об эмоциональной окрашенности в актах квазикоммуникации.

Э.Б. Яковлева

2015.02.028-030. ИНСТРУМЕНТАЛЬНЫЙ И ПЕРЦЕПТИВНО-СЛУХОВОЙ АНАЛИЗ: Литературная и диалектная речь. (Сводный реферат).

2015.02.028. ЕВДОКИМОВА В.В. Анализ спектра гласных на основе неравномерной психоакустической шкалы эрбов для определения словесного ударения // Тр. СПИИРАН (Санкт-Петерб. ин-т информатики и автоматизации). - СПб., 2014. - Вып. 1 (32). -С. 58-67.

2015.02.029. КАРПОВА Л.Л. О словесной акцентуации в северных диалектах удмуртского языка // Филол. науки: Вопр. теории и практики. - М., 2014. - № 4 (34). - С. 103-105.

2015.02.030. СЕЛЮТИНА И.Я., УРТЕГЕШЕВ Н.С., ДОБРИНИ-НА А.А. Типологическая специфика эвенкийского консонантизма: (По данным рентгенографирования и МР-томографирования) // Сибир. филол. журн. - Новосибирск, 2014. - Вып. 1. - С. 186-191.

Ключевые слова: формантная картина; словесное ударение; акцентуационная система; магнитно-резонансное томографиро-вание; консонантизм.

В статье (028) рассматривается возможность определения в слове ударного слога путем изучения особенностей формантной картины. Предмет исследовании - записанный одним диктором в условиях лаборатории экспериментальной фонетики Санкт-Петербургского государственного университета массив из 5 тыс. трехсложных логатомов. В данной работе анализировались характеристики ударных и безударных гласных в изолированно произнесенных словах - логатомах. Каждый логатом представлял собой повторение трех слогов типа CVCVCV, где при одном и том же наборе в каждом слоге гласных и согласных ударение ставилось попеременно на одну из трех гласных в слове.

Логатомы составлялись таким образом, чтобы можно было анализировать гласные во всех акустически значимых фонетических контекстах. Для этого массивы логатомов были записаны для гласных /а/, /i/, /и/, /е/, /о/, /1/. Для каждой согласной записаны логатомы с различным местом ударного слога в логатоме. Общее количество аллофонов гласных фонем в материале составляет 5263 единицы.

Общее количество слов в материале составило 1748 единиц. В дальнейшем они были сгруппированы как по гласным, так и по месту ударного слога в логатоме.

Далее автором производилась сегментация полученных файлов и их обработка с помощью стандартного программного обеспечения Wave Assistant. Спектральные характеристики гласных вычислялись при помощи программы «Фонетическая лаборатория v. 3». Результатом обработки явились спектрограммы гласных, отражающие основные особенности их формантных картин. Площади пиков на спектрограмме соответствовали энергии формант. Спектрограммы были построены в шкале эрбов, учитывающей психофизиологические особенности речи диктора.

Использованный в работе метод кодирования формантных картин гласных в исследуемых логатомах дал возможность перевода набранного речевого материала в форму, удобную для проведения его анализа.

Поставленный эксперимент подтверждает, что ударному слогу в слове присуща общая для всех гласных характерная трансформация формантной картины. Приблизительно в 30-50% опытов в ударном слоге формируется комбинация кодов, которая позволяет выделить ударный слог в слове. В остальных случаях формируются коды, соответствующие привычным для диктора режимам работы речевого тракта, которые присутствуют как в ударных, так и в безударных слогах.

Анализ результатов подтвердил, что характерная трансформация формантной картины присутствует в ударном слоге, но этот признак недостаточно устойчив и может быть использован при определении ударения только как дополнительный.

Таким образом, на основе анализа массива логатомов выявляются особенности формантной картины, при этом сравниваются энергетические характеристики отдельных формант. Спектр гласных разбивается по психоакустической шкале эрбов. Полученный массив частичных дисперсий кодифицируется; полученный массив кодов разбивается по признаку гласной и по признаку ударности. Сравнение автором частичных массивов дает возможность подтвердить существование исследуемого признака ударности и выявить фонетические особенности этого явления, существующие в формантной картине. Сделан вывод о возможности применения признака ударности по особенностям формантной картины гласной как эффективно дополняющего определение ударности слога в слове по иным общепринятым признакам.

В статье (029) освещаются вопросы своеобразия словесного ударения в северных диалектах удмуртского языка. Анализируются специфические явления в области акцентуации, которые прослеживаются в некоторых морфологических категориях и разрядах слов. Проводится сравнение отдельных фактов словесного ударения северных диалектов с аналогичными явлениями других удмуртских говоров. Ряд выявленных характеристик в постановке ударения совпадает с акцентуационными особенностями бесермянского наречия и кукморского говора.

Удмуртский язык характеризуется подвижным фиксированным типом словесного ударения на конечном слоге. Считается, что этот тип ударения развился под влиянием тюркских языков, в частности языка давних соседей удмуртов - татар.

В работе особое внимание уделяется специфическим явлениям, которые свойственны в основном северноудмуртским диалектам, с одной стороны, и / или имеют ограниченное распространение в группе исследуемых диалектов - с другой. Фактический материал анализируется и интерпретируется в контексте удмуртского языкового ареала. В пределах северного наречия выделяются три группы говоров (или три диалекта): верхнечепецкие, среднече-пецкие, нижнечепецкие (вч., сч. и нч.). Источником по среднече-пецкому и верхнечепецкому диалектам послужили полевые материалы автора, собранные во время многочисленных экспедиций к северным удмуртам. Материал по нижнечепецким говорам почерпнут автором из статьи Т. И. Тепляшиной1.

Удмуртская словесная акцентуация, характеризуясь как ко-нечнослоговая, допускает тем не менее ряд исключений, когда связанность ударения с последним слогом нарушается и закрепляется не на финальном слоге.

Некоторые особенности акцентуации могут быть обусловлены диалектной принадлежностью носителей языка.

Акцентуационная система северноудмуртских диалектов обнаруживает ряд специфических черт, отличающих ее от большинства удмуртских диалектов. Далее автор подробно останавливается на данных явлениях.

1. В порядковых числительных ударение во всех северноудмуртских диалектах обычно наблюдается на первом слоге. Подобное ударение в данном грамматическом разряде слов встречается также в отдельных срединных говорах и соседнем бесермянском наречии.

2. В глагольных формах с лично-притяжательными суффиксами -мы, -ды, -зы в северноудмуртской диалектной зоне ударение преимущественно наблюдается на предпоследнем слоге слова. Аналогичное ударение в подобных глагольных формах отмечается в соседнем бесермянском наречии и территориально отдаленном кукморском говоре. В фольклорно-диалектологических материалах Ю. Вихманна по глазовскому диалекту, записанных в конце XIX в., подобные глаголы, как правило, зафиксированы с ударением на

1 Тепляшина Т.И. Нижнечепецкие говоры северноудмуртского наречия // Записки. - Ижевск, 1970. - Вып. 21. - С. 156-196.

предпоследнем слоге. Что же касается деепричастий, оформленных суффиксами -мъ, -дъ, -зъ, в среднечепецких говорах они могут реа-лизовываться с ударением как на предпоследнем, так и на последнем слоге.

В верхнечепецком и нижнечепецком диалектах, как свидетельствует имеющийся материал, данная категория слов характеризуется реализацией ударения на последнем слоге.

3. В отрицательной форме повелительного наклонения сред-нечепецкие и нижнечепецкие говоры, как и большинство южноудмуртских говоров и бесермянское наречие, чаще всего имеют ударение на отрицательном вспомогательном глаголе эн.

4. В собирательных числительных с суффиксом -на- и некоторых местоименных в послеложных формах на -мы, -ды, -зы ударение в речи представителей старшего поколения северных удмуртов чаще отмечается на предшествующем этим притяжательным суффиксам слоге. Подобный тип ударения встречается также в бе-сермянском наречии и отдельных срединных говорах.

5. В северноудмуртских диалектах в прилагательных с суффиксом -мыт ударение чаще всего наблюдается на предшествующем этому суффиксу слоге: лы-змыт 'голубоватый' (вч.), чы-рсмыт 'кисловатый' (вч.); го-рдмът 'красноватый' (сч.), во-жмът 'зеленоватый' (сч.); лы-змыт 'синеватый' (нч.), су-нэ-дмыт 'коричневатый' (нч.).

Автор отмечает, что в большинстве удмуртских диалектов ударение локализируется на суффиксе -мыт.

6. Суффикс -уьык, участвующий в образовании сравнительной степени имен прилагательных и наличествующий из рассматриваемых диалектов только в нижнечепецких говорах, является безударным. В указанной группе слов всегда акцентируется предшествующий этому суффиксу слог: лы-зл>ык 'более синий', чу-жл>ык 'более желтый', л>о-гл>ык 'быстрее'.

7. В верхнечепецких и нижнечепецких говорах наречия, образованные при помощи суффикса -ак, характеризуются постановкой ударения преимущественно на первом слоге: л>о-гак 'быстро' (вч.), ла-чак 'много' (вч.); л>и-как 'аккуратно' (нч.), да-нак 'много' (нч.). В среднечепецких говорах данная категория слов может иметь два варианта ударения - на первом или на последнем слоге: ви-чак ~ вича-к 'полностью, целиком', ла-чак ~ лача-к 'много, пол-

ным-полно, очень много'. В подобных словах в реализации ударения определенную роль играет эмоциональный фактор, способный трансформировать акцентный характер слова при включении его во фразу. Эмоциональный центр высказывания выделяется эмфатическим ударением, которое может усиливать эмоциональную сторону слова и изменить в нем место ударения. По наблюдениям автора данного исследования, в среднечепецком диалекте указанные слова выступают с ударением на первом слоге в случае эмфатического акцентирования их во фразе.

8. В среднечепецком диалекте с колеблющимся ударением то на первом, то на конечном слоге произносятся местоимения и наречия, содержащие в себе препозитивные элементы кот'-, но-, н'эно-: ко-т'кин ~ кот'ки-н 'всякий, любой', ко-т'кътъс' ~ кот'кътъ-с' и т.д.

В отличие от этого в верхнечепецких и нижнечепецких говорах местоимения и наречия с элементами кот'-, но— н'э (нч. н'э-) характеризуются постановкой ударения на первом слоге: ко-т'кин 'каждый, всякий, кто угодно' (вч.) и т.д.

В словах с элементом н'эно- ударение в верхнечепецких говорах обычно падает на второй слог приставки, в нижнечепецких говорах ударным может быть и первый слог.

Автор отмечает, что в среднечепецком диалекте приведенная категория слов всегда произносится с ударением на последнем слоге, когда за ними непосредственно следует усилительная частица но 'и'.

9. В северноудмуртских говорах своеобразна постановка ударения в местоимениях и наречиях, оформленных препозитивным элементом оло-. Как показывает имеющийся диалектный материал, в верхнечепецких и нижнечепецких говорах в указанной группе лексем обычно реализуется как ударный второй слог приставки: оло-кыцэ 'какой-то' (вч.), оло-ма 'что-то' (вч.), оло-кин 'кто-то' (вч.); оло-кудис 'неизвестно который' (нч.), оло-кэн'а 'неизвестно сколько' (нч.). Подобная постановка ударения наблюдается также в соседнем бесермянском наречии. В среднечепецких говорах данная категория слов может выступать с тремя вариантами ударения, а именно: на втором, третьем или конечном слоге слова.

В современной речи носителей среднечепецкого диалекта подобный тип ударения в словах с элементом оло- обнаружить не удалось.

В заключение автор подчеркивает, что причина колебания ударения в некоторых морфологических категориях и разрядах слов остается пока невыясненной. По мнению автора, эти немногочисленные «отступления» по месту ударения, могут представлять собой рефлекс прежней системы акцентуации удмуртского языка. Например, северноудмуртские диалекты в реализации ударения нередко проявляют общие черты с территориально отдаленным кукморским южноудмуртским говором и соседним бесермянским наречием. Общность явлений в указанных говорах может представлять в них сохранение древних черт удмуртского языка или может быть вызвана взаимовлиянием диалектов в результате миграции их носителей. В реализации ударения определенную роль играет также эмоциональный фактор, который способен изменить акцентный характер слова в контексте фразы.

В статье (030) представлены результаты обработки материалов, полученных методами магнитно-резонансного томографиро-вания (МРТ) и дигитального рентгенографирования по одному из тунгусо-маньчжурских языков северной группы - эвенкийскому. Объектом исследования является система согласных фонем се-лемджинского говора восточного наречия эвенкийского языка и артикуляционно-акустическая база селемджинской этнической группы в области консонантизма.

Анализ лингвистического материала свидетельствует о функционировании в селемджинском говоре эвенкийского языка 18 согласных фонем: [р], [Ь], [И, [т], [1], [а], [8], [г], [1], [п], [ВД, №3], И, И, [к], [д], [Ь]. Класс шумных включает 10 единиц: [р], [Ь], [1], [ё], [8], [ВД, ДОЗ! [к], Ы, [Ь], класс малошумных -восемь фонем: [ДО, [т], [г], [1], [п], Ц], [р], [д].

Все согласные распределяются по пяти артикуляторным рядам: губные [р], [Ь], [|3], [т]; переднеязычные [1], [ё], [8], [г], [1], [п]; переднесреднеязычные [Ь^Л, Ц^ЗЪ Ш, М; заднеязычномягконеб-ные [к], [д]; фарингальные [Ь].

По способу образования шумообразующей преграды выделяются четыре класса: смычные (11 единиц) [р], [Ь], [т], [1], [ё], [1],

[п], [р], [к], [ё], [д], щелевые (четыре единицы) [р], И, [Л, [Ь], смычно-щелевые (две фонемы) [Ь^ХТ, ДОЗ! и вибрант [г].

По сложности артикуляции все согласные, простые по способу образования шумообразующей преграды, вступают в оппозицию с двумя смычно-щелевыми (аффрикатами) [ЬЪХ] и Щ'ЬЗ'].

Анализ акустических характеристик реализаций фонем свидетельствует о релевантности оппозиции по глухости: [р], [1], [з], [Ь^Х"], [к], [Ь] / звонкости [Ь], [ё], [^ЗЪ [ё] / сонорности [Р], [т], [г], [1], [п], []], [р], [д]. Противопоставление по работе голосовых связок является системообразующим для консонантизма тунгусо-маньчжурских языков, а из тюркских языков Сибири - для якутского и долганского. По мнению авторов, релевантность признаков глухость / звонкость в языках якутов и долган - результат длительного контактирования предков современных якутов и долган с тунгусо-маньчжурскими этносами, усиленного позднее влиянием русского языка.

Аналогичные процессы перестройки происходят и в тюркских языках Южной Сибири: в сагайском диалекте хакасского, в калмакском языке. Но во всех языках трансформации консонантных систем имеют свою специфику, обусловленную различием путей формирования этносов и их языков.

Инструментальные данные по консонантизму селемджинско-го говора эвенкийского языка свидетельствуют о том, что фонические признаки степени напряженности речевого аппарата, палата-лизованности и длительности не выполняют дифференциальной лингвистической функции в системе, но являются оттенковыми, обусловленными фонетическим контекстом.

Для артикуляционно-акустической базы эвенков-селемджин-цев несвойственна сильная напряженность: манифестации фонем -как шумных, так и малошумных - определяются как умереннонап-ряженные (за исключением губных). По данному признаку эвенкийский язык обнаруживает типологическое сходство с угро-самодийскими языками, тюркскими языками алтае-байкальского региона, сформировавшимися в результате тюркизации угро-самодийского населения с неприемлемой для его ААБ сильной артикуляцией, а также с одним из языков монгольской семьи - бурятским. В этом и заключается его типологическое отличие от консонантных систем таких языков урало-алтайской общности, как

халха-монгольский, калмыцкий, южносибирские тюркские языки саяно-байкальского региона (тувинский, тофский, шорский, бара-бинско-татарский).

Специфической чертой эвенкийского консонантизма в его селемджинском варианте, сближающей его с одним из контактных тюркских языков - якутским, является превалирование в системе смычных по способу образования согласных (11 единиц) над щелевыми (четыре единицы).

Переднеязычные согласные по типу настройки основного произносительного органа определяются как дорсальные; кончико-вых - апикальных и какуминальных, констатируемых в большинстве языков Сибири и сопредельных регионов, в эвенкийском-селемджинском не зафиксировано.

Наличие в системе 5-го фонематического артикуляторного ряда - фарингального - сближает эвенкийский консонантизм с бурятским, включающим аналогичный компонент в фонологическом статусе. Ряд монголоведов трактуют фарингальный к как один из элементов эвенкийского фонетического субстрата в бурятском языке, сформировавшемся на циркумбайкальской территории в результате длительного взаимодействия эвенкийского и монгольского этносов. Монгольский (бурятский) язык сохранил свою лексику, грамматический строй, но приобрел ряд фонетических особенностей, обусловленных спецификой артикуляционно-акустичес-кой базы контактирующего эвенкийского языка.

Консонантизм селемджинского говора характеризуется фактически абсолютной палатализацией настроек - слабой или умеренной. В умереннопалатализованных вариантах фонемы реализуются в препозиции к гласным переднего ряда, в слабопалатализованных -в пре- или постпозиции к непереднерядным вокальным компонентам; исключение составляют среднеязычные согласные - мягкие по своей природе, и гуттуральные консонанты.

В языке эвенков-селемджинцев не зафиксированы дополнительные к основной веляризованные, увуларизованные и фаринга-лизованные артикуляции, продуктивные в большинстве обследованных методами рентгено- и томографирования языков Сибири. Эпизодически в эвенкийском, как и в других сибирских языках, встречается необусловленная фонетическим контекстом или исторически лабиализация.

Крайне слабо выражена назальность как основная настройка согласных: при артикулировании носовых звуков небная занавеска, включая увулу, либо отстоит от задней стенки фаринкса на минимальное расстояние, либо на снимке фиксируется смычка, заставляя предположить наличие боковых щелей для выхода воздушной струи через носовую полость. Назализованные же консонантные артикуляции, встречающиеся в других языках Сибири, как правило, на фоническом уровне, в эвенкийском-селемджинском авторами не отмечены.

Специфика артикуляционно-акустической базы эвенкийского языка определяется общей более передней по сравнению с большинством обследованных языков Сибири локализацией произносительных настроек согласных. Губные, переднеязычные и передне-среднеязычные артикуляции (14 единиц) преобладают, класс гуттуральных фонем представляют лишь четыре фонемы; при этом классические увулярные реализации в системе авторами не зафиксированы. Манифестации заднеязычно-мягконебных фонем [к] и реализуются при взаимной активности межуточно-заднего участка спинки языка и средней части мягкого неба, без включения в настройку увулы (аналогичные артикуляции зафиксированы во всех южносибирских тюркских языках, но наряду с чисто увулярными вариантами). Абсолютная палатализованность настроек, при которых тело языка продвигается вперед-вверх, увеличивая объем заднертово-глоточного отдела резонаторной трубы и обусловливая акустический эффект мягкости, при отсутствии продуктивных в языках Сибири веляризованных, увуларизованных и назализованных артикуляций, также свидетельствуют о выдвинутости механизмов звукообразования вперед как артикуляционно-базовом признаке селемджинских эвенков в области консонантизма.

В заключение следует подчеркнуть, что анализ комплексных инструментальных данных по фонетике эвенкийского языка позволил авторам данной статьи выявить место его консонантизма в типологической классификации и определить доминантные характеристики артикуляционно-акустической базы (ААБ) этноса. Специфика ААБ эвенкийского языка определяется общей более передней локализацией произносительных настроек согласных по сравнению с большинством обследованных языков Сибири. Губные, переднеязычные и переднесреднеязычные артикуляции (14

единиц) преобладают, класс гуттуральных фонем представляют лишь четыре фонемы; при этом классические увулярные реализации в системе авторами не зафиксированы. Абсолютная палатали-зованность консонантных настроек, при которых тело языка продвигается вперед-вверх, увеличивая объем заднертово-глоточного отдела резонатора и обусловливая акустический эффект мягкости, равно как и отсутствие продуктивных в языках Сибири веляризованных, увуларизованных и назализованных артикуляций также свидетельствуют о том, что выдвижение механизмов звукообразования вперед является доминантным признаком артикуляционной базы эвенков.

В.В. Потапов

2015.02.031-034. ФОНЕТИКА: ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ. (Сводный реферат).

Ключевые слова: произносительная норма; просодия; гендер; интонация.

2015.02.031. БЕЗБОРОДОВА М.В. Гендерный аспект «молодежной нормы RP»: (Вокалическая составляющая) // Фонетика: Проблемы и перспективы. - М.: ФГБОУ ВПО МГЛУ, 2014. - (Вестн. Моск. гос. лингв. ун-та; Вып. 1 (687). Сер. Языкознание). - С. 9-20.

2015.02.032. КАЗАКОВА О.В. Просодические характеристики английского языка в Гонконге // Фонетика: Проблемы и перспективы. -М.: ФГБОУ ВПО МГЛУ, 2014. - (Вестн. Моск. гос. лингв. ун-та; Вып. 1 (687). Сер. Языкознание). - С. 88-100.

2015.02.033. МЕДВЕДЕВА ТВ., БЕЗБОРОДОВА М.В. Гендерные особенности вокалических инноваций в речи молодых британцев // Фонетика: Проблемы и перспективы. - М.: ФГБОУ ВПО МГЛУ, 2014. - (Вестн. Моск. гос. лингв. ун-та; Вып. 1 (687). Сер. Языкознание). - C.158-170.

2015.02.034. ШЕВЧЕНКО Т.И., ФЕДОТОВА М.В. Параметры национальной идентичности в интонации: социальный и акустический аспекты // Фонетика: Проблемы и перспективы. - М.: ФГБОУ ВПО МГЛУ, 2014. - (Вестн. Моск. гос. лингв. ун-та; Вып. 1 (687). Сер. Языкознание). - С. 268-286.

Статья (031) посвящена определению вокалической составляющей «Молодежной нормы received pronunciation (RP)»: ее гра-