Социальный капитал как феномен субъективной реальности. Часть 1: теоретико-методологический анализ

УДК 159.9

СОЦИАЛЬНЫЙ КАПИТАЛ КАК ФЕНОМЕН СУБЪЕКТИВНОЙ РЕАЛЬНОСТИ.

ЧАСТЬ 1: ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ

© 2018 А. А. Криулина, Н. А. Шаталова

докт. психол. наук, профессор кафедры профессионального обучения и методики преподавания технологии e-mail: anitimajist.ru

Курский государственный университет

канд. психол. наук, старший преподаватель кафедры коммуникологии и психологии e-mail: nadeshda-shatalova@yandex.ru

Юго-Западный государственный университет

На основе полидисциплинарного подхода предложено целостное видение наук, занимающихся исследованием феномена социального капитала и его аспектов. Значительное место уделено анализу представлений психологов о категории «отношение», являющейся базовой для психологии и для понимания социального капитала как феномена субъективной реальности. Как самостоятельная выделена проблема механизмов формирования социальных отношений и определены их виды: краткосрочный и долгосрочный конструкторы отношений. Обозначено их место в системе условий превращения «неосязаемого» социального капитала в материальную форму капитала. Намечена перспектива изучения социального капитала в психологии труда.

Ключевые слова: социальный капитал, человеческий капитал, связи, отношения, разнотипные профессии, полидисциплинарный подход, междисциплинарный синтез, внутридисциплинарный синтез

Методологической основой данной статьи послужила продуктивная концептуальная идея о полидисциплинарном подходе к изучению научных проблем, включающем две его разновидности: междисциплинарный подход и внутридисциплинарный подход. Применительно к социальному капиталу первый подход означает, что данный феномен является объектом научного изучения в экономике, социологии и психологии, то есть в разных областях науки. Анализ работ в области экономики и социологии остается за рамками данной статьи, так как ему посвящены научные обзоры, выполненные специалистами названных научных областей [Градосельская 2004; Радаев 2003; Стрельникова 2003].

Второй подход связан с изучением социального капитала в рамках одной монодисциплины, в нашем случае - в контексте психологии, но в разных ее областях. Известны научные публикации, посвященные проблемам изучения социального капитала в социальной психологии [Нестик 2009; Татарко 2011; Шихирев 2003] и в педагогической психологии [Шаталова 2015]. Общетеоретические предпосылки изучения социального капитала как феномена субъективной реальности были заложены в общей психологии в виде концепции отношений [Мясищев 1960]. Именно поэтому общая психология является перспективной для изучения социального капитала.

Предположительно перспективными для изучения социального капитала наряду с общей психологией могут стать и другие ее области: психология труда и возрастная

психология. Основанием такого предположения служат содержательные характеристики категории «отношение», выполненные представителями названных областей. Подробный анализ категории, являющейся базовой для понимания социального капитала как феномена субъективной реальности, представлен далее. Целостное графическое изображение обоих подходов дано на рисунке 1. Перспективные для изучения социального капитала области психологии на этом рисунке заключены в пунктирные прямоугольники.

Для постнеклассического этапа развития психологической науки, который она переживает в настоящее время, характерны интеграционные процессы, в том числе и интеграция научной информации по конкретной проблеме. Возникает вопрос о механизмах, обеспечивающих достижение поставленной цели. В 1996 г. такие механизмы были предложены для интеграции учебной информации: внутридисциплинарный синтез, осуществляемый в рамках одной монодисциплины, и междисциплинарный синтез, означающий синтез психологической информации с информацией других учебных дисциплин [Криулина 1996]. В данной статье покажем возможность реализации обоих видов синтеза в интеграции психологической информации, накопленной разными учеными в процессе изучения социального капитала.

Рис. 1/ Общеметодологические направления изучения социального капитала

Определения и характеристики социального капитала. Рассматривая социальный капитал как одну из форм капитала, П.Н. Шихирев сделал акцент на сущностной его характеристике, выделяя «качество социальных отношений» [Шихирев 2003: 18]. Сам социальный капитал автор понимает как «совокупность психологических отношений, конвертируемых в другие формы капитала» [Там же: 19]. В той же работе автор, анализируя социальный капитал как ресурс организации, выделил его основные характеристики: доверие и репутацию организации, стратегию и тактику деловых переговоров, а также корпоративное управление. При этом доверие и репутация понимаются как состояния внешних и внутренних связей [Там же: 27].

А.Н. Татарко отмечает, что в социальной психологии социальный капитал не изучается как целостное явление. Вместе с тем он обращает внимание на то, что

изучаются «все социально-психологические явления, покрываемые данным понятием, -доверие, групповая идентичность, толерантность к представителяминых групп, сплоченность. Однако не изучается интегральное действие данных феноменов, потому что не используется объединяющее их «зонтичное» понятие» [Татарко 2011: 32-33].

В качестве такого понятия А.Н. Татарко предлагает социальный капитал, анализируя его как системное социально-психологическое явление. Он определяет его как «совокупность психологических отношений, способствующих повышению материального и психологического благополучия индивидов и групп, ненанося ущерба иным субъектам социальной системы» [Там же: 36]. В качестве наиболее релевантных для психологии измерений социального капитала общества, он выделяет: доверие (межличностное, институциональное), толерантность к представителям иных групп, гражданскую идентичность (точнее - ее характеристики, такие как выраженность, степень позитивности). Это те характеристики, которые, по мнению автора, достаточно активно исследовались психологами и включены социологами и экономистами в структуру социального капитала [Там же].

Н.А. Шаталова в контексте педагогической психологии дает следующее определение социального капитала: «Социальный капитал - основа, средство и результат установления и обогащения отношений человека с другими, проявляющиеся в когнитивном, эмоциональном и поведенческом компоненте, которые имеют свое наполнение» [Шаталова 2015]. Основой структуры сталатриада понятий «когниции -эмоции - поведение». А.В. Юревич считает данную триаду «фундаментальной» для психологических исследований [Юревич 2007].

Анализ категории «отношение». Разделяя точку зрения А.Н. Татарко о том, что категория «отношения» является базовой для понимания социального капитала, отметим, что в социальной психологии существуют другие содержательные характеристики этой категории. Они важны для понимания природы социального капитала как феномена субъективной реальности.

Согласно Г.М. Андреевой, межличностные отношения возникают внутри каждого вида общественных отношений (экономических, социальных, политических и иных). С одной стороны, они обусловлены объективными общественными отношениями. С другой стороны, межличностные отношения оказывают влияние на общественные отношения. Межличностные и общественные отношения даны вместе, и недооценка одних не позволяет подлинно, глубоко анализировать вторые. Существование межличностных отношений внутри различных форм общественных отношений - это, по сути, реализация безличных отношений в деятельности конкретных людей, в их общении и взаимодействии [Андреева 2001].

Социометрическая методика, разработанная Дж. Морено, получила широкое распространение в разных сферах жизнедеятельности, поскольку она позволяет измерять уровень позитивных и негативных оценок, которые индивиды дают другим членам группы. За оценками стоят реальные отношения людей (так называемый эмоциональный слой межличностных отношений). В силу этого подход Дж. Морено также следует принимать во внимание при анализе содержания понятия «социальный капитал».

А.В. Петровский разработал теорию деятельностного опосредования межличностных отношений личности в группе, в которой представлена целостная трехслойная их структура. В этой структуре эмоциональная форма непосредственных межличностных отношений отнесена автором к «поверхностному» (по терминологии А.В. Петровского) слою. Во второй слой автор поместил множество опосредствованных совместной групповой деятельностью отношений. Глубинный, «ядерный» слой включает многообразие субъект-объектных отношений, проявление

которых определяется типами субъектов: «данный», «ближний», «дальний» [Большой психологический словарь 2009]. Таким образом, концепция Дж. Морено нашла отражение в более сложной теории межличностных отношений. А.В. Петровского.

Обобщим значимость категории «отношение», содержащуюся в неявном виде в работах по психологии труда. Обратимся к концепции Е.А. Климова о системе психических регуляторов труда. В ней представлены три подсистемы. В двух из них отношения работающего человека занимают достойное место. Так, во второй подсистеме «Образы субъекта» Е.А. Климов в Актуальном Я-образе в качестве составляющих выделил: знание о своем самочувствии, о своих возможностях и ограничениях, знание о своем месте в системе межлюдских отношений. Значимость этого знания заложена Е.А. Климовым в четвертый психологический признак труда, позволяющий отличить истинный труд человека от иной его активности на рабочем месте. Ценность выделенного компонента можно усилить, используя второй вариант названия подсистемы - «профессиональное самосознание».

В третьей подсистеме «Образ субъектно-объектных и субъектно-субъектных отношений» понятие «отношение» является ключевым, так как входит практически во все ее компоненты. Особым образом следует выделить комментарий Е.А. Климова в отношении характера. Понимая характер как совокупность эмоциональных отношений к существенным сторонам действительности, автор считает его интегральным регулятором деятельности. Согласно Е.А. Климову, данный регулятор позволяет человеку быть выше обстоятельств, а также планировать далекие во временной перспективе цели [Климов 2004: 21].

Данный комментарий Е.А. Климова позволяет, на наш взгляд, использовать второе название для третьей подсистемы - «Надситуативные регуляторы». Такое название оправдано и в отношении потребностей работника, которые обладают свойством трудной насыщаемости. Именно это свойство делает потребности надситуативным регулятором. Чувства становятся надситуативными регуляторами благодаря своей долговечности и глубине испытываемых человеком переживаний.

Следует обратить внимание на содержательную характеристику категории отношения в научных исследованиях по возрастной психологии. Так, Г.С. Абрамова рассматривает принадлежность к группе как жизненную задачу.Она считает, что решение этой задачи в юношеском возрасте учит молодого человека переживать общность со своими людьми («Мы») и отчужденность от чужих («Они»). Приобретенная таким образом концепция другого человека в дальнейшей жизни обеспечивает юноше установление отношений и возможность организовывать свое жизненное пространство. Согласно автору, два противоположных устремления юности проявляются в борьбе между подражанием другим людям (коллективному), с одной стороны, и проявлением индивидуальности (на основе личного опыта), с другой стороны [Абрамова 2001].

В исследовании Т.Н. Березиной предложены четыре тактики возможных отношений двух партнеров: 1) оба берут на себя роль исполнителя; 2) оба берут на себя роль лидера; 3) классическое распределение и закрепление ролей исполнителя и лидера; 4) гибкое партнерство. Из предложенных четырех последний тип партнерства выделяется автором как оптимальный. Это означает, что партнеры могут попеременно принимать то роль лидера, то роль исполнителя. В зависимости от конкретной решаемой задачи роль лидера принимает тот партнер, который обладает наибольшей компетентностью [Березина 2001]. Можно предположить, что именно гибкое партнерство стимулирует более успешную выработку общих правил поведения, а следовательно, возникновение новых взаимоотношений между партнерами.

Существенный вклад в изучение категории «отношение» внесен работами В.П. Познякова, выполненными им самостоятельно, а также в соавторстве с коллегами. Из самостоятельно выполненных работ автора в первую очередь следует назвать следующие две теоретические работы: представленную авторскую концепцию психологических отношений [Позняков 2015] и обширный анализ исследований, выполненных в данной предметной области [Позняков 2017].

В первой статье рассматриваются пространственные и временные аспекты психологических отношений, к описанию и значению которых мы еще обратимся. Во второй статье путем сравнительного анализа обобщены результаты исследований, представленных в 34 отечественных публикациях. В.П. Позняков отмечает, что о стройной и завершенной теории психологических отношений говорить преждевременно. Вместе с тем он акцентирует внимание на «психосоциальной проблеме», сформулированной А.Л. Журавлевым еще в 2007 г. По мнению В.П. Познякова, проблема поставлена, но до сих пор остается нерешенной. Автор считает, что в проблеме заключен «фундаментальный научный вопрос о соотношении собственно социальных и собственно психологических (или психических) явлений...» [Позняков 2017: 25].

В этой же статье представлено авторское понимание структуры, функций и видов психологических отношений. К традиционным компонентам структуры (поведенческий в виде готовности к реальному поведению, когнитивный и эмоциональный) В.П. Позняков предлагает добавить ценностный компонент, аргументируя свою точку зрения.

Автор полагает, что основной функцией психологических отношений является регуляторная. Объектом ее регуляции является социальное поведение человека как субъекта жизнедеятельности. Далее он выделяет и описывает еще одну функцию -социально-интегративную, которая, по его мнению, определяет психологическую общность социальных групп.

Критикуя дихотомию «деловые - межличностные отношения», В.П. Позняков предлагает разделять психологические отношения на четыре вида: психологические отношения личности и социально-психологические, включающие в себя межличностные, внутригрупповые и межгрупповые отношения. К понятию «деловые отношения» автор возвращается при описании другой своей классификации психологических отношений с позиции ресурсно-ценностного подхода. С позиций этого подхода автор предлагает выделять следующие виды: эмоционально-потребностные (по принципу «нравится / не нравится»); рационально-целевые (деловые) отношения (по принципу «выгодно / не выгодно»); ценностно-смысловые» (по принципу «значимо для меня / не значимо для меня). По сути дела, в принципах, характеризующих содержание каждого вида в данной классификации, заключено отношение субъекта отношения к объекту отношения [Позняков 2017: 20].

Теоретические аспекты изучения социального капитала. Анализируя социальный капитал организации, Т.А. Нестик выделяет в его структуре две группы компонентов: содержательные и структурные. В первую группу автор включает: уровень организационного доверия, ряд характеристик корпоративной культуры, организационную идентичность, склонность сотрудников к внутриорганизационному просоциальному поведению (организационное гражданское поведение), социокогнитивные характеристики организации (опора в совместной деятельности на групповые представления, наличие командных ментальных моделей); правила обмена и санкции за их нарушение. Ко второй группе автор относит: конфигурацию, устойчивость и тесноту социальных сетей в организации, интенсивность участия сотрудников организации в неформальных сообществах [Нестик 2009].

А.Н. Татарко предполагает, что все психологические концепции социального капитала можно разделить на три основных типа:

первый тип концепций связан с анализом социального капитала на макроуровне (общество): соотнести макроуровневый социальный капитал с предметом психологии довольно сложно. В качестве примера можно привести работу Л.Г. Почебут. Она социальный капитал рассматривает как катализатор или фасилитатор продуктивных общественных отношений;

второй - на мезоуровне (организационный социальный капитал): стоит отметить работы Т.А. Нестика и А.Л. Журавлева. В частности, Т.А. Нестик в одной из своих работ систематизировал и проанализировал психологические явления, которые могут служить показателями социального капитала организации [Там же];

третий - исследования так называемого «социального капитала на индивидуальном уровне» (individuallevelsocialcapital): в социальной психологии, по мнению А.Н.Татарко, работ на эту тематику буквально единицы [Татарко 2011].

Таким образом, на трех уровнях анализа, социальный капитал представлен логически сходными по своей сути социально-психологическими явлениями:

микроуровень (уровень группы) - внутригрупповое доверие, характеристики сетевой структуры группы, сила групповой идентичности;

мезоуровень (межгрупповой уровень) - доверие представителям аутгрупп, сетевая структура межгрупповых взаимоотношений, толерантность к представителям аутгрупп;

макроуровень (социетальный уровень) - доверие окружающим, доверие институциональной сфере общества, гражданская идентичность (чувство принадлежности к обществу), толерантность к представителям иных социальных категорий.

Результаты теоретического анализа, выполненного с опорой на полидисциплинарный синтез научной информации о социальном капитале, представлены на рисунке 2. Следует выделить аспекты, которые анализировались преимущественно в психологической литературе: структура, уровни, характер влияния. Целесообразно перечислить и те аспекты, которые ждут своего решения: соотношение человеческого и социального капиталов, соотношение понятий «социальный капитал» и «социальный потенциал».

Для целей последующего эмпирического исследования социального капитала как феномена субъективной реальности целесообразно обозначить семантическое поле понятий, с помощью которых можно описывать этот феномен. Каждый ученый в силу своих субъективных пристрастий использует для описания изучаемого феномена понятия, отличающиеся от понятий других авторов. Иногда складывается впечатление, что это уже совсем другие понятия. Применительно к описанию результатов исследования социального капитала такое впечатление кажущееся, если обратиться к общему основанию множества понятий. На наш взгляд, таким общим основанием является «образ».

В первую очередь - это образы восприятия. Например, «воспринимаемый социальный капитал» - понятие, используемое в монографии А.Н. Татарко. Допустимо и понятие «субъективные представления», используемое в работе Н.А. Шаталовой. Очевидно, это понятие является близким, но не тождественным понятию «социальные представления», которое используют представители одноименной концепции (Т.П. Емельянова). Только в первом понятии акцент сделан на принадлежности образа представления субъекту, у которого оно возникает, а во втором случае - на групповом субъекте как носителе этого представления. Влияние социального окружения на выработку обоих понятий очевидно, хотя степень влияния заведомо не может быть одинаковой. Вторым основанием для

включения разных понятий в одно семантическое поле служит то обстоятельство, что все они являются элементами более широких по объему понятий - «образ мира», «субъективное пространство», «субъективная реальность», «внутренняя картина». Не случайно в эмпирических исследованиях социального капитала нашла широкое применение такая методика, как семантический дифференциал.

Механизмы формирования социальных отношений. Продуктивной для анализа данного аспекта является идея П.Н. Шихирева об условиях превращении «неосязаемых» компонентов социального капитала в материальный его компонент в виде инвестиций в организацию. В логической последовательности условий применительно к организации указаны следующие феномены: доверие - репутация - соблюдение признанных этических принципов и норм как во внутренних, так и во внешних общественных связях [Шихирев 2011]. Учитывая, что организация состоит из работников, последовательность необходимо дополнить в ее начале еще двумя звеньями: отношение и взаимоотношения. Приведем аргументы в пользу такого достраивания.

В словаре Р.С. Немова в статьях, посвященных отношениям, дана ссылка на статьи о взаимоотношениях [Немов 2003]. Полагаем, что обоснование таких ссылок содержит словарь другого автора В.Г. Крысько. Приводим его рассуждения дословно. «Только при наличии взаимности отношений возможно образование "совокупного фонда" общего и нового межсубъектного образования (мыслей, чувств, действий). Когда трудно сказать, где мое, а где чужое, и то и другое становится нашим» [Крысько 2001: 313-314].

Рис. 2. Общетеоретические аспекты изучения социального капитала

Следует сформулировать проблемумеханизмов, участвующих в превращении «неосязаемого» компонента социального капитала в материальный его компонент в виде инвестиций в организацию. Не следует забывать, что инвестиции могут быть и в человеческий капитал работников организации: в их образование, в поддержание психического и физического здоровья и др.

Один из этих механизмов безотносительно к социальному капиталу упоминается лингвистами как конструктор отношений. Сам конструктор входит в число трех важнейших функций речевого этикета наряду с двумя другими. Это маркер готовности делового партнера к сотрудничеству и маркер дифференциации статуса партнера по принципу «свой» / «чужой» (Кронгауз, 2018, выступление на телевидении). Данный конструктор отношений можно условно назвать ситуационным или краткосрочным механизмом.

Долгосрочным конструктором отношений предлагаем считать социальную рекламу. Есть несколько аргументов в пользу такого утверждения. Во-первых, это две из основных задач социальной рекламы: формирование позитивного отношения к государственным структурам и формирование новых типов общественных отношений. Во-вторых, это одно из качеств, которым, по мнению специалистов, должна обладать эффективная социальная реклама. Сообщения в такой рекламе «...объединяют, влияют на большинство, укрепляют связи между различными социальными группами [Николайшвили 2009: 108]. В - третьих, одна из функций социальной рекламы - дать « идеальную картину «стратегического» отношения к жизни [Там же: 102]. Стратегический, то есть рассчитывающий на долгосрочную перспективу формирования названных отношений, характер влияния социальной рекламы обозначен и в эпиграфе цитируемой статьи.

Завершая теоретический анализ, можно предположить, что проблемы социального капитала представляют интерес не только для социальных психологов. Они могут быть интересны и для ученых, работающих в области психологии труда. Практически не исследованной на сегодняшний день является проблема субъективных представлений о социальном капитале у представителей разнотипных профессий. На наш взгляд, прикладная значимость обращения к этой проблеме состоит в том, что субъективные представления профессионалов о социальном капитале на всех этапах их деятельности выполняют роль психических регуляторов, от которых зависит успех превращения тех или иных отношений как потенциального социального капитала в реальный социальный капитал.

Основой для выполнения исследований в области психологии труда могут стать упоминавшаяся ранее концепция психических регуляторов труда Е.А. Климова, его анализ образа мира в разнотипных профессиях; обширный анализ множества видов отношения человека к его работе, выполненный Е.П. Ильиным. Автор проанализировал позитивные и негативные проявления таких сложных видов отношения к труду, как трудоголизм; перфекционизм, включая ургентную зависимость; лень, в том числе явление прокрастинации [Ильин 2011]. Отметим, что ургентная зависимость и явление прокрастинации как антиподы отношения человека ко времени заслуживают детального анализа в качестве временных факторов, определяющих качество человеческого и социального капиталов.

Библиографический список

Абрамова Г.С. Психология только для студентов. М.: ПЕР СЭ, 2001. 272 с.

Андреева Г.М. Социальная психология. М.: Аспект Пресс, 2001. 376 с.

Большой психологический словарь / сост. и общ. ред. Б.Г. Мещеряков, В.П. Зинченко. М.: АСТ: АСТ МОСКВА; СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК, 2009. 811 с.

Градосельская Г.В. Сетевые измерения в социологии/ М.: Новый учебник, 2004.

248 с.

Ильин Е.П. Работа и личность. Трудоголизм, перфекционизм, лень. СПб.: Питер. 2011. 224 с.

Климов Е.А. Введение в психологию труда. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1988. 200 с.

Криулина А.А. Профессиональная культура и система психологической подготовки учителя: Макроэргономический подход: автореф. дис. ... докт. психол. наук. М., 1996. 60 с.

Крысько В.Г. Социальная психология: словарь-справочник. Мн.; Харвест; М.: АСТ, 2001. 688 с.

Мясищев В.Н. Основные проблемы и современное состояние психологии отношений человека // Психологическая наука в СССР. 1960. Т. 2. С. 110-125.

Немов Р.С. Психология: словарь-справочник: в 2 ч. М.: ВЛАДОС-ПРЕСС, 2003. Ч.1. 304 с.; Ч.2. 352 с.

Нестик Т.А. Социальный капитал организации: социально-психологический анализ. Ч. 1 // Психологический журнал. 2009. Т. 30. № 1. С. 52-63.

Николайшвили Г.Г. Социальная реклама: некоторые вопросы теории и практики // Общественные науки и современность. 2009. № 1. С. 109.

Петровский В.А. Петровский Артур Владимирович // Большой психологический словарь / сост. и общ.ред. Б.Г. Мещерякова, В.П. Зинченко. М.: АСТ; СПб: Прайм-Еврознак, 2009. С. 465-469.

Позняков В.П. Концепция психологических отношений человека: пространственный и временной аспекты // Проблемы педагогики и психологии. 2015. № 3. С. 228-238.

Позняков В.П. Психологические отношения человека: современное состояние исследований и перспективы развития концепции // Психологический журнал. 2017. Т. 2. № 2. С. 6-30.

Позняков В.П. Состояние и перспективы развития экономической психологии с позиций теории психологических отношений человека // Материалы V съезда Общероссийской общественной организации «Российское психологическое общество», Москва 14-18 февраля 2012 / под ред. Ю.П. Зинченко, А.Л. Журавлева. М.: Российское психологическое общество, 2012. С. 195-197.

Позняков В.П., Вавакина Т.С. К вопросу о построении типологии психологического отношения человека к другим людям // Там же. С. 297-299.

Позняков В.П., Груздева Е.А. Структура ответственного отношения предпринимателей к другим участникам делового взаимодействия // Человек, субъект, личность в современной психологии: материалы Междунар. конф., посвящ. 80-летию А.В. Брушлинского. Т. 2 / отв. ред. А.Л. Журавлев, Е.А. Сергиенко. М.: Институт психологии РАН, 2013

Радаев, В.В. Понятие капитала, формы капиталов и их конвертация // Общественные науки и современность. 2003. № 2. С. 5-16.

Стрельникова Л.В. Социальный капитал: типология зарубежных походов // Общественные науки и современность. 2003. № 2. С. 33-41.

Татарко А.Н. Социальный капитал как объект психологического исследования. М., 2011. 174 с. URL: www.civisbook.ru/files/File/Tatarko_monogr.pdf

Шаталова Н.А. Психологические особенности становления субъективных представлений будущих менеджеров о социальном капитале: дис. ... канд. психол. наук. Курск, 2014. 206 с.

Шихирев, П.Н. Природа социального капитала: социально-психологический подход // Общественные науки и современность. 2003. № 2. С. 17-32.

Юревич В.А. Интеграция психологии: утопия или реальность // Теория и методология психологии: постнеклассическая перспектива / отв. ред. А.Л. Журавлев, А.В. Юревич. М.: Институт психологии РАН, 2007. С. 503-523.