Поствулканическая трансформация ландшафтов острова Матуа после извержения влк. Пик Сарычева в 2009 года (Курильские острова)

Поствулканическая трансформация ландшафтов острова Матуа после извержения влк. Пик Сарычева в 2009 года

Ганзей К.С

к.г.н., научный сотрудник Информационно-картографического центра ТИГ ДВО РАН, г Владивосток

Дегтерев А.В.

младший научный сотрудник лаборатории вулканологии и вулканоопасности ИМГиГ ДВО РАН, г. Южно-Сахалинск

Разжигаева Н.Г

д.г.н., заведующий лабораторией Палеогеографии ТИГ ДВО РАН, г. Владивосток

Рыбин А.В.

к.г-м.н., заведующий лабораторией Вулканологии и вулканоопасности ИМГиГ ДВО РАН, г. Южно-Сахалинск

Проявление активной вулканической деятельности на Курильских островах играет важнейшую роль в формировании ландшафтного облика этого региона. В связи с развитием горного рельефа в вулканических районах наблюдаются во многом идентичные особенности ландшафтной дифференциации: формирование высотных растительных поясов, изменение теплового баланса, условий увлажнения, различия природных условий в зависимости от экспозиции склона, орографических особенностей горных систем. Однако огромное значение на процесс пространственной дифференциации ландшафтов оказывает вулканизм. Изучение трансформации ландшафтов под воздействием вулканизма дает возможность раскрыть особенности формирования пионерных ландшафтов, их эволюции и временных интервалов становления природно-территориальных комплексов (ПТК) в условия изолированных островных территории.

После более чем 23 лет вулканического спокойствия, в июне 2009 г. на о. Матуа произошло крупное извержение, которое привело к существенному изменению ландшафтного облика территории. Непосредственно после окончания активной фазы извержения во второй половине июня 2009 г. были исследованы последствия извержения влк. Пик Сарычева и проанализировано изменение ландшафтного облика острова [1,2]. В 2010 г. исследования поствулканических преобразований природы о. Матуа продолжились. Был получен оригинальный материал, раскрывающий особенности восстановления ландшафтов острова, который и послужил основой для написания данной статьи.

Остров Матуа расположен в центральной части Курильской дуги. Его длина составляет около 12 км, ширина—6,4 км, общая площадь 53,67 км2 (данные после извержения 2009 г.). Сам остров сформирован влк. Пик Сарычева, который является одним из самых активных на Курильских островах [3]. Вулканическая постройка имеет верхнеплейстоценовый-голоценовый возраст. В юго-восточной части острова выделяются фрагменты соммы древней кальдеры. Современный влк. Пик Сарычева расположен в северо-западной части о. Матуа. Это типичный для Курил внутрикаль-

дерный стратовулкан образованный чередующимися потоками лав и пирокластики. Здесь преобладают андезито-базальты и андезиты. Фундаментом вулкана являются слабодислоцированные вулканогенные и вулканогенно-осадочные образования (предположительно неогенового возраста), слагающие хорошо выраженную поверхность абразионного уступа в южной части острова [4,5,6].

В период 11 по 16 июня 2009 г. на о. Матуа происходило крупное эксплозивно-эффузивное извержение влк. Пик Сарычева. Изначально извержение считалось чисто эксплозивным, однако, С.Ю. Гришиным с соавторами [7,8] на основе анализа данных дистанционного зондирования, а затем в ходе экспедиционных работ [2] было установлено, что извержение носило эксплозивно-эффузивный характер.

За период извержения влк. Пик Сарычева было выделено 2 пароксизмальных фазы активности, состоящие из серии взрывов, разделенных 13-часовым перерывом [9]. За время извержения, Сахалинской группой реагирования на вулканические извержения ИМГиГ ДВО РАН (БУБЯТ) было зафиксировано более 23 вулканических взрывов. Эруптивные тучи, по данным Токио УААС, поднимались на высоту 8—16 км, а в период пароксизмальной фазы активности—до 21 км. Объем выброшенного материала оценивается в 0,4 км3 (Левин и др., 2009; 2010). По другим оценкам количество извергнутого материала составило 0,1—0,2 км3 [8]. Впервые за историческое время наблюдалось выпадение пепла на территории о. Сахалин и Хабаровского края. По ряду своих параметров (высота эруптивных колон, дальность разноса тефры, объем извергнутых вулканитов) данное извержение относится к числу крупнейших эруптивных событий на Курильских островах за историческое время.

В 2009 г. последствия извержения были изучены спустя 10 дней после его активной фазы в ходе экспедиции «Вулкан Пик Сарычева—2009» [1]. В рамках экспедиционных работы была произведена оценка изменения ландшафтной структуры и факторов их вызвавших.

Преобразование ландшафтной структуры острова происходило под влиянием мощных динамических процессов. Наиболее сильное воздействие было оказано прохождением пирокластических потоков и ассоциирующихся с ними пирокластических волн, в меньшей степени—излиянием лавовых потоков и выпадением тефры. Количество пирокластических потоков оценить трудно, т.к. они часто перекрывали друг друга. Однако достоверно установлено, что по склонам вулкана сошло минимум 8 крупных пирокластических потоков [9]. Кроме того, интенсивное таяние снежников, которыми была покрыта постройка вулкана, спровоцировало образование лахаров. Выброс большого количества диоксида серы в атмосферу, вероятно, вызвало выпадение кислотных дождей, что могло оказать воздействие на геохимию ландшафтов острова.

Излияние лавовых потоков, по мнению С.Ю. Гришина и И.В. Мелекесцева [7], началось сразу после очистки кратера и канала в результате мощных взрывов. Северо-восточный поток прошел по глубокой ложбине и спустился по склону до высоты 220 м. Северный поток сначала двигался на север, а потом сменил свое направление на 400 к западу и остановился на высоте около 420 м. Авторы предполагают, что скорость движения лавовых потоков составляла не менее 67 м/ч.

Пирокластические потоки, образовавшиеся в ходе извержения влк. Пик Сарычева, представляли собой потоки раскаленного разноразмерного обломочного материала и газа, обладающие высокой подвижностью. Скорость их распространения могла достигать 200 м/с [10, 11]. В момент своего образования они могли иметь температуру до 700°С, что подтверждают замеры температур, сделанные Р.В. Жарковым: в приповерхностной толще одного из потоков на северо-западном склоне вулкана, даже спустя 10 дней после извержения пирокластика на глубине около 20 см имела температуру 476°С [1]. Образование пирокластических потоков при извержении влк. Пик Сарычева в 2009 г. происходило по «суфриерскому» типу—в результате обрушения эруптивной колонны [12]. Площадь покрытия пирокластическими потоками о. Матуа составила около 25 км2. Видимая мощность потоков, выходящих в прибрежной части острова варьирует от <1 до 4 м в зависимости от их удаления от эруптивного центра. Сложены они пористыми, слегка округлыми обломками андезибазальтов, размером 15—30 см, составляющими около 50—80% от общего объема видимой толщи. Встречаются единичные глыбы размером до 1 м. В многочисленных обнажениях, вскрывающихся в прибрежной части острова, наблюдается переслаивание нескольких порций пирокластических потоков. Отложения пирокластических потоков летом 2009 г. проявляли мощную сольфатарную деятельность. Как отмечает С.Ю. Гришин с соавторами [8], в августе 2009 г. отложения пирокластики на побережье интенсивно парили. К лету 2010 г. наблюдались лишь единичные проявления фумарольной активности. Г.С. Горшков [4] зафиксировал, что к 1954 г. отложения пирокласти-ческих потоков извержения 1946 г. все еще проявляли активную фумарольную деятельность. Процесс остывания данных отложений займет неопределенно долгое время, что в первую очередь зависит от их мощности.

Кроме пирокластических потоков, сильное воздействие на ландшафт о. Матуа оказывали пиро-кластические волны, которые представляют собой высокогазонасыщенные турбулентные потоки с низким содержанием обломочного материала. Скорость их распространения достигает 100—150 км/ч [11, 12]. Выделяют два типа пирокластических волн: приземная пирокластическая волна и волна пеплового облака. Образования первой, связывают с обрушением краевой части эруптивной колонны, и по времени она опережает пирокластический поток, формирующийся при коллапсе центральной части этой колонны [11]. Волна пеплового облака генерируется в результате конвективной гравитационной дифференциации пирокластики при ее движении вниз по склону [13]. На о. Матуа, как и при других извержения подобного типа, мощность отложений пирокластических волн на порядки меньше мощности генетически связанных с ними отложений пирокластических потоков. Сложены они преимущественно материалом песчаной и алевритовой размерности, доля обломков более 2 мм незначительна.

После извержения влк. Пик Сарычева были выделены две пачки пеплов—серого и коричневого, они покрывают юго-восточную половину острова, их суммарная мощность варьирует от 1 до 10 см (рис. 1).

Рис. 1 Вулканогенные отложения извержения влк. Пик Сарычева

Отложения грязекаменных потоков—лахаров, были идентифицированы нами при дешифрировании данных дистанционного зондирования, а затем исследованы в ходе экспедиционных работ. Наиболее мощный и протяженный поток проходил по южному склону вулкана, до старой взлетно-посадочной полосы на расстоянии 2,4 км. Ширина зоны воздействия лахаров колеблется в приделах 60—80 м.

Выброс огромного количества вулканогенного материала на поверхность вызвало существенную перестройку ландшафтов острова. Прохождение пирокластических потоков и ассоциирующихся с ними пирокластических волн оказало мощное механическое, температурное и геохимическое воздействие на компоненты ландшафтов о. Матуа. Поступление пирокласти-ческого материала (до 0,4 км3) привело к некоторым изменениям в топографии острова, отрицательные формы микро—и мезорельефа в пределах постройки влк. Пик Сарычева были в значительной мере снивелированы. Растительность и почвенный покров здесь были полностью уничтожены. После извержения вершинную часть вулкана стали занимать ландшафты стратовулканического конуса с мощным чехлом пиро-кластических отложений. Склоны влк. Пик Сарычева практически полностью формируют ландшафты крутых и средней крутизны склонов, покрытые рыхлыми и слаболитифицированными пирокластическими отложениями (32,76 % площади острова) (рис. 2). Здесь сохранились ландшафты крутых и средней крутизны склонов лавовых потоков и расчлененных обрывов, которые до извержения формировали склоны вулкана.

У юго-восточного подножья вулканического конуса, на границе интенсивного вулканического воздействия образовалась экотонная зона, где ландшафты подверглись значительному воздействию пирокластических волн. В переходной зоне в 2009 г. наблюдалось практически полное усыхание ольховника. Граница распространения густых зарослей ольховника опустилась с отметок 800—840 м до высоты 450 м (осредненные данные) [14, 15, 16].

Проникновение пирокластических потоков в береговую зону привело к полной перестройке прибрежных комплексов и как уже отмечалось, произошло увеличение площади острова. До извержения вдоль побережья были распространены ландшафты абразион-но-денудационных уступов с валунно-галечными пляжами и штормовыми валами с луговыми сообществами с высокотравьем на лугово-дерновых почвах.

Рис. 2 Ландшафтные карты острова Матуа на 2009-2010 гг.

Условные обозначения (индексы соответствуют общей классификации ландшафтов Курильских островов [14]):

Рельеф: I. Крутые и средней крутизны склоны стратовулканического конуса с мощным чехлом пирокластических отложений; II. Крутые и средней крутизны склоны лавовых потоков сложенные анде-зитобазальтами, с пирокластическими отложениями; III. Крутые и средней крутизны склоны слаболи-тифицированных пирокластических отложений и субвулканических тел; IV. Расчлененные обрывы с обнажениями андезитобазальтов; V. Субгоризонтальные поверхности террас и равнин (в прибрежной части со штормовыми валами), сложенных андезито-базальтами, туфопесчанниками, пирокластическими отложениями; VI. Абразионно-денудационные уступы с валунно-галечными пляжами и штормовыми валами; VII. Пляжная зона.

Растительный и почвенный покровы: 1—без растительного и почвенного покрова; 3—3—с за-рослаями ольховника с папоротниками и вейниками на бурозёмах темных глееватых, местами лугово-дерновых почвах; 3—4—с зарослями ольховника с мохово-лишайниковым покровом и разнотравными лугами на бурозёмах темных глееватых, местами лугово-дерновых почвах; 14—6—с луговыми сообществами с высокотравьем все на примитивных дерновых или маломощных лугово-дерновых почвах; 14—11—с сильно разреженной травянистой, местами с уничтоженной растительностью без почвенного покрова или на примитивно-дерновых почвах.

Наименьшему вулканическому преобразованию подверглись ландшафты террасовидных поверхностей в юго-восточной части острова. Здесь наблюдалось выпадение вулканического пепла, мощностью до 1 см. Ландшафтные выделы остались в прежних границах, выпадение пепла не оказало существенного воздействия на растительный и почвенный покровы.

За полтора года после вулканического события облик острова значительно изменился. Начали формироваться пионерные ландшафты, из-за рыхлого характера вулканического материала активно развиваются эрозионные процессы на различных гипсометрических уровнях, наблюдаются изменения очертаний береговой линии. На склонах вулкана происходит формирование системы оврагов. Их глубина может достигать 5—6 метров. Слабая литификация пирокластических отложений и большое количество атмосферных осадков приводит к формированию небольших селевых потоков, которые, устремляясь вниз по склонам, проникают в зоны с сохранившейся после извержения растительностью и почвенным покровом. Следы селевых потоков прослеживаются на склонах южной и юго-восточной экспозиций.

Излияние лавовых потоков не снесло существенных изменений в геоморфологический облик острова. На ландшафтных картах четко вырисовываются потоки лав. На их поверхности отсутствует растительность и почвенный покров. У подножья северо-восточного потока сохранились стволы ольховника со следами обугливания со стороны, обращенной к потоку. Как отмечает С.Ю. Гришин с соавторами (2010) восстановление почвенно-растительного покрова может занять сотни лет, но «это вряд ли реально в условиях крайне высокой активности вулкана» (С. 50).

Основные изменения геоморфологического строения острова выражаются в сглаживании линии берега. Это связано с тем, что фронтальные части пирокластических потоков, проникшие в прибрежную зону (за счет чего увеличилась площадь острова), из-за рыхлого характера слагающих пород и активного развития абразионных процессов стали разрушаться. Вдольбереговыми течениями материал начал переоткладываться в близлежащих бухтах (рис. 3). В результате чего, произошло резкое увеличение ширины пляжной зоны. В некоторых бухтах значения достигают более 150 метров. Не смотря на увеличении зоны пляжа, в целом наблюдается уменьшение площади острова Матуа с 53,67 км2 в 2009 г. до 53,48 км2 в 2010 г.

Растительный покров на склонах влк. Пик Сарычева начал восстанавливаться, но этот процесс носит локальный характер. Появление травянистой растительности происходит в зонах, где отложения пирокластического материала имеют небольшую мощность. К таким зонам относятся участки постройки вулкана с выступами рельефа, характеризующиеся наличием достаточно крутых склонов, неспособных удерживать большое количество рыхлого материала. А также уступы, обращенные в противоположную, от вулкана, сторону, к таковым относятся фронтальные части старых лавовых потоков.

Рис. 3 Изменение береговой линии в 2010 г

От сохранившейся корневой системы пошли новые ростки, пробившие отложения пирокластических потоков, волн и вулканического пепла. В прибрежной части в северной, северо-западной и северо-восточной частях острова, например на м. Лисий, растительность была опалена пирокластическими волнами, сохранились обугленные стволы ольховника. Здесь на ландшафтах крутых и средней крутизны склонов слаболитифици-рованных пирокластических отложений и субвулканических тел начала формироваться сильно разреженная

травянистая растительностью без почвенного покрова или на примитивно-дерновых почвах.

Аналогичную тенденцию восстановления растительности вдоль побережья отмечает Е.К. Мархинин (1964), побывавший на острове осенью 1960 г. После извержений 1930, 1946 и 1960 гг. нижние части склонов вулкана местами заросли густой травянистой растительностью. На некоторых участках сохранились ветви ольховника, который имеет следы сожжения и опалены вулканическим материалом. В районе м. Лисий и м. Сивуч была представлена травянистая растительность.

На юго-восточных склонах влк. Пик Сарычева, где в 2009 г. выделялась экотонная зона, растительность начала проникать на склоны вулкана. Восстановление растительности отмечается по периферии пирокла-стических потоков, где мощность отложений меньше и растительность была повреждена пирокластически-ми волнами. В настоящее время разреженные травянистые заросли с единичными, сильно угнетенными кустами ольховника встречаются на высоте до 650 м.

В зонах прохождения лахаров отмечены аналогичные процессы, как и на склонах вулкана. Размыв днища долин, по которым сходили лахары, имеет мелкомасштабное проявление, восстановление растительности имеет точечный характер. В растительности преобладают представители злаковых, единично встречаются кусты ольховника и рябины. Наиболее активно восстановление идет за счет папоротника (Drypteris expana) (рис. 4).

Рис. 4 Восстановление растительности в зоне прохождения лахара.

На отдельных участках активно произрастают различные виды грибов. На бортах долин формируются аналогичные растительные сообщества, но процессы протекают гораздо быстрее. Почвенный покров либо был сорван полностью как на днищах, так и на бортах долин, либо погребен под мощной толщей пиро-кластики. Именно в местах сохранения почвенного покрова формируется пионерная растительность. В долинах повсеместно встречается иссушенный ольховник, стволы которого отшлифованы. Облик повреждения деревьев указывает на то, что главным поражающим агентом были пирокластические волны: поверхность стволов гладко обточена, концы веток заострены, но при этом целостность их не нарушена. Подобный характер поражения обусловлен высокой скоростью волн и небольшим размером частиц твердой составляющей.

Интересные данные были получены в результате количественного анализа построенных ландшафтных карт. В таблице 1 показатели для 2009 г. получены через две недели после извержения влк. Пик Сарычева. Как уже отмечалось, через год после извержения произошло уменьшение площади о. Матуа на 0,19 км2, что связано с размывом фронтальных частей пирокластических потоков и переотложение материала вдоль береговой полосы.

Таблица 1 Количественные характеристики ландшафтной структуры о. Матуа

Показатель 2008 г. 2009 г. 2010 г.

Площадь острова (Б) 52,57 53,67 53,48

Кол-во ландшафтных контуров (п) 14 29 58

Кол-во видов ПТК на острове (т) 8 13 15

Среднее кол-во контуров на 1 тип ПТК (р) 1,75 2,23 3,87

Средняя площадь ландшафтных контуров (БО) 3,76 1,85 0,92

Индекс дробности (к) 0,27 0,54 1,08

Коэффициент сложности (к) 3,73 15,67 62,9

Коэффициент ландшафтной раздробленности (К) 7,14 3,45 1,72

Энтропийная мера сложности ландшафтного рисунка (Н) 2,49 2,85 3,14

Ландшафтное разнообразие (Индекс Маргалефа) 1,77 3,01 3,52

В два раза возросло количество ландшафтных контуров. За год после извержения сложность ландшафтного рисунка о. Матуа увеличилась более чем в четыре раза. Данный показатель отображает взаимосвязь количества и среднюю площадь ландшафтных контуров между собой. Аналогичная ситуация относится к коэффициенту раздробленности, который с момента извержения увеличился в два раза (показатель имеет образную зависимость).

Процесс повышения комплекса данных значений связан с тем, что после извержения восстановление растительного и почвенного покрова происходит на небольших участках, где мощность пирокластических отложений невелика. Однако увеличение видов ПТК нет так существенно, что связано с тем, что формирование пионерных ландшафтов идет по идентичному сценарию на всем острове. По-видимому, данный показатель и в будущем будет колебаться в аналогичных пределах.

Извержение влк. Пик Сарычева привело к увеличению показателя энтропийной меры сложности ландшафтного рисунка. Он отображает вероятность смены одного ландшафтного выдела другим, т.е. косвенно можно судить о сбалансированности и устойчивости ландшафтной структуры. Таким образом, тенденция увеличения энтропийной меры сложности показывает повышение неустойчивости сложившейся в настоящее время системы ПТК.

На заключительном этапе работ была осуществлена оценка ландшафтного разнообразия для о. Матуа. Как видно из таблицы 1, сохраняется тенденция его повышения, что обусловлено увеличением количества ландшафтных контуров, видов ПТК, точечным характером восстановления ландшафтов. По-видимому, в дальнейшем будет сохранена тенденция возрастания ландшафтного разнообразия до достижения климакса системы, когда ландшафтные комплексы достигнут устойчивого состояния, и будут находиться в равновесии с условиями окружающей среды. О временных интервалах данного процесса говорить очень сложно. Займет он десятилетия или столетия? Однако приход к такому состоянию возможен только при условии отсутствия крупных вулканических событий на острове, что мало вероятно,

о чем свидетельствуют данные по активности вулкана не только в историческое время, но и в голоцене.

Таким образом, по результатам выполненных исследований были выявлены основные направления поствулканического изменения ландшафтной структуры о. Матуа. Наиболее сильные преобразования связаны с изменением очертаний береговой полосы в результате разрушения фронтальных частей пирокластических потоков, проникших в прибрежную зону, и переотложением материала в небольших бухтах. Наблюдается развитие активных эрозионных процессов на склонах вулкана, что обусловлено слабой литификацией отложений. Восстановление растительного и почвенного компонентов ландшафтов на склонах влк. Пик Сарычева носит точечный характер и происходит в зонах, где мощность вулканических отложений не высока. Не возникает сомнений, что растительные группировки будут проникать на новые гипсометрические уровни. Однако данный сценарий возможен только при условии отсутствия вулканической активности в ближайшее время.

Количественный анализ ландшафтных карт отражает особенности формирования пионерных ПТК. Наибольший интерес представляет увеличение показателей ландшафтного разнообразия. Высказано предположение, что повышение разнообразия ландшафтного рисунка острова будет продолжаться до достижения равновесия системы ПТК с условиями природной среды. Выполнение ежегодного мониторинга ландшафтного строения о. Матуа позволит раскрыть характер эволюции геосистем островов-вулканов Курильской дуги.

Работа выполнена по проектам РФФИ 0905-00364, 10-05-10052, 10-05-00797 и ДВО РАН 09-Ш-А-08-440, 11-Ш-В-09-235.

Список использованных источников

1. Левин Б.В., Рыбин А.В., Разжигаева Н.Г. и др. Комплексная экспедиция «Вулкан Сарычева-2009» (Курильские острова) // Вестник ДВО РАН.—2009.—№ 6.—С. 98-104.

2. Левин Б.В., Мелекесцев И.В., Рыбин А.В. и др. Экспедиция «Вулкан Пик Сарычева—2010» (Курильские острова) // Вестник ДВО РАН.—2010.—№ 6.—С. 152-159.

3. Новейший и современный вулканизм на территории России. М, 2005.

4. Горшков Г.С. Вулканизм Курильской островной дуги. М, 1967.

5. Мархинин Е.К. Вулкан Сарычева // Бюлл. вулк. станций. —1964.—№ 35.—С. 44-58.

6. Андреев В.Н., Шанцер А.Е., Хренов А.П. и др. Извержение вулкана Пик Сарычева в 1976 г. // Бюлл. вулк. станций. —1978.—№ 55.—С. 35-40.

7. Гришин С.Ю., Мелекесцев И.В. Лавовые потоки (извержение 2009 г.) вулкана Пик Сарычева (Центральные Курилы) // Вестник КРАУНЦ. Науки о Земле.—2010.—№1.—Вып. 15.—С. 232—239.

8. Гришин С.Ю., Гирина О.А., Верещага Е.М., Витер И.В. Мощное извержение вулкана Пик Сарычева (Курильские остров, 2009 г.) и его воздействие на растительный покров // Вестник ДВО РАН.—2010.—№3.—С. 40-50.

9. Рыбин А.В., Разжигаева Н.Г., Ганзей К.С. и др. Извержение вулкана Пик Сарычева в 2009 году. М, 2010.

10. Богоявленская Г.Е., Брайцева О.А. О генетической классификации пирокластических отложений и типах пиро-кластических отложений вулкана Безымянный 1955-1956 гг. // Вулканология и сейсмология.—1988.—№ 3.—С. 39-55.

11. Гирина О.А. Пирокластические отложения андезитовых вулканов и диагностика их генетических типов // Геодинамика и вулканизм Курило-Камчатской островодужной системы. Петропавловск-Камчатский: ИВГиГ ДВО РАН, 2001.—428 с.

12. Fisher R.V. Models for pyroclastic surges and pyrodastic flows // J. Volcanol. Geotherm. Res., 1979.—V. 6.—P. 305-318.

13. Гирина О.А. Пирокластические отложения современных извержений андезитовых вулканов Камчатки и их инженерно-геологические особенности. Владивосток, 1998.

14. Ганзей К.С. Ландшафты и физико-географическое районирование Курильских островов. Владивосток, 2010.

15. Ганзей К.С., Разжигаева Н.Г., Рыбин А.В. Изменение ландшафтной структуры о. Матуа во второй половине ХХ— начале XXI вв. (Курильский архипелаг) // Геогр. и природ. ресурсы.—2010.—№ 3.—С. 87-93.

16. Левин Б.В., Разжигаева Н.Г., Ганзей К.С. и др. Изменение ландшафтной структуры о. Матуа после извержения влк. пик Сарычева 12-15 июня 2009 г. // Докл. АН.—2010.—Т. 431.—№ 5.—С. 692-695.