Благотворительная деятельность Русской Православной церкви в конце XIX – середине XX вв. (на примере Забайкалья)

УДК 2-463 ББК Э372

Валентина Юрьевна Золотарева

аспирант

Забайкальский государственный университет (Чита, Россия), e-mail: zvqws@yandex.ru

Благотворительная деятельность Русской Православной Церкви в конце XIX - середине XX вв.

В статье на основе анализа документов Государственного архива Забайкальского края даётся характеристика благотворительной деятельности Русской Православной Церкви в Забайкалье в конце XIX - середине XX вв. Анализ проводится в контексте общей характеристики социальной политики Русской Православной Церкви и Российского государства в целом. Особое внимание обращается на роль благотворительности во время военных действий, когда обостряются такие социальные проблемы, как сиротство, вдовство и рост инвалидности. Обозначенный период времени характеризуется стремлением государства поставить под контроль церковь и её деятельность, в том числе и благотворительную. На основе анализа конкретных мер выделяются общие тенденции для Забайкалья. Определяются направления благотворительной деятельности церкви. Автором отмечается, что в Забайкалье благотворительность стала традицией, находившей отражение в различных социальных аспектах.

Ключевые слова: Русская Православная Церковь, инвалиды, благотворительность, богадельня, социальное обеспечение, Российское общество Красного Креста, пожертвование.

Valentina Yur’evna Zolotareva

Postgraduate Student Transbaikal State University (Chita, Russia), e-mail: zvqws@yandex.ru

The Charitable Activities of the Russian Orthodox Church in the Late 19th to the Middle of the 20th Century

The article describes the charitable activities of the Russian Orthodox Church in Transbaikalia in the late 19th to the middle of the 20th century based on document analysis of the State archives of Zabaikalsky krai. The analysis is performed in the context of the general characteristics of social policy of the Russian Orthodox Church and the Russian state as a whole. Special attention is paid to the role of charity during the war, when social problems such as orphanhood, widowhood and increased disability exacerbate. The specified period of time is characterized by the desire of the state to control the church and its activities, including charity. Some common trends for Transbaikalia are distinguished based on the analysis of specific measures. Some areas of the Church’s charitable activities are determined. Charity policy of the Russian Orthodox Church was built in the region in the context of the general policy and was seen most clearly during the war time.

The author notes that in Transbaikalia charity has become a tradition which is reflected in various social aspects.

Keywords: the Russian Orthodox Church, the disabled, charity, almshouse, social security, the Russian Red Cross society, donation.

На Руси благотворительность как организованная система призрения начала складываться с принятием христианства, утверждавшего основные общечеловеческие ценности. Милосердие, милостыня становились одной из основ русской жизни. Благотворительность всегда занимала важное место в официальной доктрине Русской Православной Церкви. Ещё в XVII в. духовенство проявляло заботу

о мирянах, нуждавшихся в уходе и милосердии. В петровскую эпоху неимущих отставных солдат и душевнобольных преступников определяли в обители. В 1724 г. Синод определил, что в монастырях на каждых трёх монахов полагается помещать одного инвалида. Уставы большинства обителей (особенно женских) имели пункты «О призрении инвалидов и больных, подкидышей и сирот».

© Золоторёва В. И., 2013

83

Забайкальское духовенство принимало участие в работе местных отделений общероссийских благотворительных организаций. Например, Читинское попечительство участвовало в работе дома трудолюбия, а Читинская Богородицкая женская община занималась воспитанием девочек-сирот и призрением больных, находящихся на попечении Забайкальской духовной миссии. Женский посольский монастырь содержал на свои средства больных, престарелых и сирот [17, с. 59].

Различное проявление находили и традиции помогать защитникам Отечества. Проявлялось это в совершенно различных аспектах, начиная от участия в военных действиях в качестве волонтёров и сестёр милосердия и заканчивая благотворительной деятельностью. Ещё в годы Смуты гражданское население во главе с К. Мининым собирало деньги на организацию ополчения. Большое развитие традиции благотворительности получили в годы Отечественной войны 1812 г. и Первой мировой войны.

Общественное призрение XIX в. включало в себя и меры по обеспечению вдов. Были открыты вдовьи дома, среди которых можно выделить Московский вдовий дом, открытый в 1803 г. Для призрения больных и престарелых женщин в 1823 г. был открыт Исидидо-ровский дом убогих в Санкт-Петербурге. Следует отметить, что в XIX в. создаются дома призрения и для малолетних бедных детей, дома призрения душевнобольных; наряду с сословными домами призрения организовывались и всесословные. Многие приюты для детей существовали за счёт банков, издания газет и т. д. Например, дети убитых и умерших от полученных на службе ран и увечий военнослужащих имели пенсию и вспомоществование от созданного в Александровском комитете попечения раненых инвалидного капитала, а также за счёт издания газеты «Русский инвалид», за счёт бенефисов, маскарадов, концертов и представлений [14].

В XIX в. появляются женские общины, которые представляют собо переходную форму от жизни мирской к монашеской. В течение XIX в. было основано около 100 таких общин. Образовывались они преимущественно при приходских церквах в виде богаделен и обеспечивались за счёт подаяния прихожан. Большинство из этих общин было возведено в ранг монастырей, в обязанность которых входило обязательное занятие милосердноблаготворительной деятельностью.

Церковная благотворительность в XIX в. регламентировалась законодательством о церковных братствах, согласно которому после 1866 г. стало обязательным открытие при каждой новой обители благотворительных и воспитательных заведений. В период с 6 апреля 1866. по 1869 гг. было учреждено 10 монастырей со школами, богадельнями и приютами. Позднее (1870-1886) полявилось было учреждено 37 монастырей, занимающихся благотворительностью. В 1889 г. при приходских храмах было 660 богаделен и 480 больниц.

В 1882 г. протоиереем Иоанном Кронштадтским был построен «Дом Трудолюбия», более известный как просветительно-благотворительное учреждение. Оно давало нуждающимся возможность получать помощь не как подаяние, а как награду за труд. Целью дома призрения было стимулирование трудовой деятельности, что не достигалось, как правило, частной милостыней. В подобных учреждениях размещались благотворительные учреждения, в которых неимущие не только работали, но и учились, лечились, могли отдыхать, получать пособия, ночлежный приют и т. д. Здесь была предпринята попытка заменить милостыню коллективным трудом самих нуждающихся, а чувство жалости - состраданием [14].

В XIX в. в России появляется новая форма благотворительности - сестринское милосердие. Ещё в 1844 г. в Санкт-Петербурге была создана первая в Европе Свято-Троицкая женская община, готовившая сестёр милосердия для попечения о раненых. Проявлением высокой нравственности и духовности общества явилось движение сестёр милосердия, возникшее в середине XIX в. Основной целью общин была подготовка сестёр для работы в действующей армии.

После Крымской войны, когда подвиг сестёр милосердия вызвал настоящую волну появления подобных объединений по многим губерниям России, было создано Российское общество попечения о раненых и больных воинах. Позднее оно было преобразовано в Российское общество Красного Креста (РОКК). К началу Первой мировой войны было зарегистрировано более ста подобных общин, а к середине 1917 г. насчитывалось примерно 30 тыс. сестёр милосердия, 20 тыс. из которых вышли из епархиальных общин.

Общины сестер милосердия напоминали женские монастыри, без требования пострига в монахини. Они представляли собой объединение физически здоровых женщин христиа-

нок, стремящихся к бескорыстному служению и оказанию помощи нуждающимся.

Существование женской общины милосердия позволяет говорить о наличии определённого института милосердия в Русской Православной Церкви, обладавшего специально подготовленными кадрами - сёстрами милосердия, работающими «в миру» - с ранеными на поле боя, больными и инвалидами, сиротами, престарелыми и т. п.

В военное время сёстры милосердия откомандировывались советом общины в распоряжение главноуполномоченного РОКК и распределялись по госпиталям. Любая война многократно увеличивает количество нуждающихся. Инвалидами возвращаются с полей сражений воины, семьи остаются без кормильцев, множество беженцев устремляется из районов, попавших в зону военных действий, в глубь страны.

XIX в. - это время развития социалистических идей и гуманизации общества. В России в основе понятия справедливости рассматривали моральный долг, альтруизм, признание социальных прав естественными правами человека. Опираясь на гуманистические идеи Ф. М. Достоевского, Л. Н. Толстого и Н. Г. Чернышевского, в русской философии возникают теории, провозглашавшие необходимость политико-правовой защиты обездоленных, их идеологами становятся Б. Чичерин и С. Котляровский.

В сознании русского человека издревле укрепились идеи патернализма. Догматы христианского милосердия, благотворительности превращаются в идеи социальной справедливости. Социальная политика светских учреждений рассматривается как продолжение христианских традиций, практики христианской благотворительности. В XIX в. происходит формирование положений, объединяющих гражданский и церковный подходы. В качестве основополагающих положений выдвигались отношения личности и общества, ответственности общества и государства перед индивидами. Фундаментом большей части социальных теорий стали идеи человеколюбия, божественной справедливости, спасения души, равенства перед Богом, при этом нищие и убогие являются заступниками перед Богом [13, с. 41].

Опираясь на догматы милосердия, нище-любия и благотворительности прихожан, попечительство Русской Православной Церкви осуществляло раздачу милостыни, организовывало бесплатные обеды, оказывало материальную и медицинскую помощь. Посред-

ством открытия церковно-приходских школ занимались просвещением. Через устройство богаделен реабилитировали инвалидов.

При большинстве приходских церквей и обителей открывались богадельни для обездоленных, больных и престарелых. Попасть в них было возможно либо по решению общины, либо за сделанный заранее денежный взнос. Часть богаделен существовала на средства монастырей, другая - за счёт общин или богатых жертвователей. Так, известный золотопромышленник Базанов пожертвовал 10 тыс. р. на открытие богадельни при Селенгинском монастыре. В 1894 г. на средства Забайкальской духовной миссии была открыта богадельня для бедных, больных и престарелых при Иннокентьевской церкви в селе Онинском. В 1890-е гг. были открыты богадельни при Посольском и Чикойском монастырях [1, л. 3]. В Усть-Кяхте на иждивении частных лиц проживало три человека в богадельне при Тихвинской церкви. В богадельне при Успенской церкви Троицкославска в 1894 г. проживало четырнадцать человек на церковные средства [1, л. 13].

В 1901 г. была открыта богадельня православного ведомства в с. Кука на средства прихода и пожертвования прихожан [2, л. 18]. В 1903 г. богадельни имелись также при Верх-неудинском соборе и Верхнеудинской тюремной церкви [4, л.18]. По данным Е. В. Дробо-тушенко, при православных обителях России к началу XX в. находилось 152 богадельни, в том числе несколько при обителях Забайкальской епархии [15, с. 70].

Среди форм благотворительной деятельности Русской Православной Церкви стоит особо выделить помощь военноувечным, т. е. инвалидам и участникам войн и их семьям. Без внимания со стороны Русской Православной Церкви не оставались и социально не защищённые слои общества, к которым относятся сироты, безработные, нищие, погорельцы и другие жертвы бедствий.

Милосердно-благотворительная деятельность церкви требовала хорошей организации, финансового и хозяйственного обеспечения. Осуществлялась она многочисленными благотворительными обществами, комитетами помощи, попечительствами, существующими при церковно-приходских общинах. Если же они находились при муниципальных органах управления или других светских организациях, то церковь принимала активное участие в их работе.

В рамках благотворительных обществ при Русской Православной Церкви открыва-

лись больницы и лечебницы для тяжелобольных, психически больных, инвалидов, где за ними ухаживали сёстры и братья милосердия из числа мирян или послушников монастырей. В бесплатных столовых и чайных все нуждающиеся могли получить питание. Помимо этого существовали церковно-приходские школы и производственные мастерские, в которых дети из бедных семей бесплатно обучались грамоте и какому-нибудь ремеслу.

С началом русско-японской войны одним из главных направлений благотворительной деятельности стала организация лазаретов и оказание помощи инвалидам. В ответ на призыв военного губернатора Забайкальской области Забайкальская епархия отдала под лазареты свои самые удобные здания. Председатель областного отделения РОКК епископ Мефодий уступил для размещения больных и раненых солдат просторный корпус Богородицкого монастыря, где за ними вместе с сёстрами милосердия ухаживали и монахини. Лазареты располагались также в зданиях Читинской центральной миссионерской школы города Верхнеудинска [3, л. 2].

Масштабы войн начала XX в. потребовали нового уровня решения проблемы оказания помощи раненым, семьям погибших. Самоотверженная работа медиков на Дальнем Востоке не только спасла жизни участников того тяжёлого и кровопролитного противоборства, она дала колоссальный опыт организации медицинской помощи в полевых условиях и в тылу, транспортировки раненых и их эвакуации в глубь страны. В период русско-японской войны РОКК пришлось работать в исключительных условиях ввиду отступательного характера военных действий в стране, на содействие населения которой рассчитывать не приходилось. На Дальнем Востоке «... до 1 января 1905 года уже работало 720 сестёр милосердия, действовало 153 лазарета на 25 935 кроватей; оказана первая медицинская помощь 40 тысячам раненых; накормлено на питательных пунктах и в санитарных поездах, оборудованных Красным Крестом, около 390 тысяч человек, перевезены в санитарных поездах около 26 тысяч солдат и офицеров» [20].

Очень важное значение играло духовное утешение раненых и больных в госпиталях и лазаретах. Например, духовенство постоянно посещало госпиталь в городе Нерчинске. Находившиеся в нём на излечении раненые через местную прессу благодарили протоиерея местного собора Н. Попова за то, что в любое время «был готов идти навстречу

удовлетворения религиозных нужд» обитателей госпиталя [17, с. 65]. Помимо выделения зданий под лазареты, Забайкальские церкви собирали денежные средства на нужды РОКК и материальную помощь для раненых, в том числе вещи.

Разразившаяся в августе 1914 г. военная катастрофа вовлекла в свой водоворот огромные массы населения, явившись для страны новым испытанием. Медиков это касалось в первую очередь. В зоны боевых действий в срочном порядке отправлялись кадровые военные врачи и фельдшеры, офицеры запаса, отряды сестёр милосердия, санитары. На волне патриотического подъёма в разных городах России стали возникать общества и комитеты содействия фронту, заботы о больных и раненых, помощи семьям воюющих и павших воинов, а также мирному населению, пострадавшему от военных бедствий. Устраивались благотворительные концерты и базары; повсеместно организовывались сборы средств, одежды и обуви, продуктов питания на нужды армии. Создавались новые лазареты - при различных ведомствах и учреждениях, в частных домах и, конечно же, при церквях и монастырях.

Русская Православная Церковь со дня провозглашения манифеста о начале войны с Германией приняла активное участие в событиях войны. Во всех церквях читались вседневные молитвы о победе над врагом. Собирались пожертвования на лечение раненых и больных воинов, на осуществление помощи семьям призванных на фронт и инвалидам. Многие послушники и монашествующие привлекались в качестве братьев милосердия при перевозке раненых в госпитали и лазареты. При многих монастырях устраивались приюты для детей и сирот воинов.

Одной из важных форм сбора пожертвований от частных лиц были выпуск и продажа при непосредственном участии Русской Православной Церкви специальных благотворительных марок, представляющих собой своего рода квитанции, подтверждающие факт благотворения. Формой отчётности за расходование средств были благотворительные боны - талоны, чеки, квитанции, кредитные марки. По договорённости с владельцами магазинов, лавок, столовых и чайных эти заменители денежных знаков принимались в платежи за товары, продукты и услуги. Весьма примечательно, что на благотворительные боны, распространяемые через общество борьбы за трезвость, было запрещено приобретать винно-водочные изделия.

Однако после революции 1917 г. все средства частных и общественных благотворительных организаций были национализированы. Сами организации упразднялись. Решение всех социальных проблем провозглашалось сугубо государственным делом. Любая благотворительная деятельность пресекалась долгие годы, как чуждое для советского общества явление. В 1928 г. церковная благотворительность была запрещена. Государственные меры борьбы с нищетой переросли в борьбу с нищими. Бродяжничество объявили преступлением, бездомных отправляли подальше от больших городов, часто - в места заключения.

Возрождение традиций добровольного пожертвования на воинские нужды произошло в годы Великой Отечественной войны. Проявление благотворительности можно найти в создании Фонда обороны, куда граждане перечисляли часть заработка, пенсии и т. д. Люди отдавали, кто что мог, не только деньги, но и одежду, обувь, продукты питания.

К 27-й годовщине Красной Армии по центральному району Читы было собрано и роздано инвалидам Великой Отечественной войны 102 подарка, в том числе 16 костюмов и отрезов на костюмы, 73 метра мануфактуры, 7000 р. деньгами. Вывезено 68 кубометров дров и 10 - угля. Кроме того, для 45 человек орденоносцев и медаленосцев 1-й и 2-й группы рабочими коллективами предприятий было собрано 235 вещей (валенки, брюки, жилеты, нательное бельё, шерстяные носки, меховые рукавицы и т. д.) [5, с. 26]. Так, например, инвалиду 1-й группы Толькину ко дню Красной Армии было выдано 1000 р. деньгами, а также рубашка нательная, кальсоны, гимнастёрка, ватный жилет, носки и варежки, кепка [7, л. 62].

В первом квартале 1945 г. в Агинском районе насчитывалось 153 инвалида войны. Им было собрано и роздано большое количество вещей, включая: чулки и носки - 768 пар, рукавицы и варежки - 734 пары. Кроме того, оказана помощь продуктами питания: выдано мяса - 53 кг, молока - 73 л., картофеля -98 кг., масла - 6,5 кг. Помимо этого заготовлено 14 кубометров дров [6, л. 2]. В Дульдур-гинском районе 88 инвалидам войны в это же время было роздано 613 вещей. Кроме того, оказана помощь продуктами питания: выдано рыбы - 197 кг., масла - 131 кг., крупы - 101 кг., соли - 128 кг. Инвалидам было также собрано 107 кг. [6, л. 15].

В годы войны возникло движение сбора средств на строительство танков, самолётов и другой боевой техники. За годы войны взно-

сы населения Читинской области в фонд обороны составили более 245 млн. р. На средства жителей области были построены танковые колонны «Комсомолец Забайкалья» и «Колхозник Забайкалья», авиаэскадрильи «Медработник Забайкалья» и др. [8, л. 9]. Жители Нерчинского района внесли на постройку танковой колонны «Народный учитель» 1369 р. Комсомольцы и молодёжь Нерчин-ской МТМ тоже собирали средства на строительство танковой колонны «Комсомолец Забайкалья». Приходские общины показывали пример прихожанам в сборе средств для Красной Армии. Так, на собранные церковью средства в 1942 г. была построена танковая колонна имени Дмитрия Донского [18, с. 140].

5 января 1943 г. И. В. Сталин передал благодарность русскому духовенству и верующим за заботу о бронетанковых силах Красной Армии. После этого в Государственном банке СССР был открыт специальный счёт. Всё это означало некоторое ослабление государственного гонения на церковь и церковную благотворительность.

С наступлением зимы возникло новое благотворительное веяние - сбор тёплых вещей для фронтовиков. С первых дней войны был организован сбор денежных средств в фонд обороны, а также тёплых вещей для бойцов Красной Армии. Выражением заботы о Красной Армии стало патриотическое движение по сбору тёплых вещей и подарков для бойцов и командиров, сражающихся на фронтах. Это всенародное движение возникло в Забайкалье уже в первые военные месяцы. На предприятиях и в учреждениях, в колхозах и совхозах области действовали специальные комиссии по сбору и изготовлению тёплых вещей.

Инициаторами движения по сбору тёплых вещей для фронта в городе Чите были Читинский ПВРЗ и шубзавод. Это движение было подхвачено всеми предприятиями и учреждениями области. На 20 октября 1941 г. по городу поступило: полушубков - 739, валенок - 1102 пары, рукавиц меховых - 989, шапок-ушанок - 2273, курток ватных - 1486, брюк ватных - 1839 и много других вещей. Всего 25294 предмета. Люди отдавали последнее [9, л. 19].

За 1942 г. в Читинской области развернулось широкое движение сбора тёплых вещей для воинов Красной Армии, охватившее все районы области. Всего было собрано на 5 сентября 1942 г.:

1 Шерсть 2898

2 Овчина 2011

3 Полушубки 633

4 Валенки 2417

5 Меховые рукавицы 1638

6 Варежки 1747

7 Шерстяные носки, чулки и портянки 1871

8 Белье теплое 1148

9 Ватные куртки и брюки 1858

10 Шапки-ушанки 1508

11 Нательное белье 1497

12 Полотенца 2514

13 Наволочки 1734

14 Простыни 910

Итого забайкальцы собрали и отправили на фронт в 1942 г. 24384 тёплые вещи [11, л. 18].

Кроме того, в Забайкалье в связи с открытием эвакогоспиталей появилось благотворительное движение сбора вещей для госпиталей. Так, Постникова из Петровск-За-байкальска отдала госпиталю 20 предметов, в число которых входили 2 простыни, подушка перьевая, наволочка. Слесарь прокатного цеха Петровского металлургического завода Желторотов пожертвовал госпиталю 23 предмета, из них 6 подушек, 1 пара белья, матрасовка, простыни [11, л. 5]. Русская Православная Церковь также стремилась внести свой вклад. Монахи и монахини работали в госпиталях, несмотря на все запреты.

Вообще за 1942 г. для обустройства госпиталей было собрано много необходимых вещей.

1 Кровати 6861

2 Матрацы и матрасовки 5587

3 Простыни 21669

4 Одеяла 6577

5 Подушки 8980

6 Полотенца 17735

7 Нательные рубашки 12313

8 Кальсоны 10112

9 Носовые платки 11823

10 Носки 5260

11 Тапочки 1834

12 Халаты 801

13 Тарелки 25332

14 Стаканы 16154

15 Столовые ложки 7038

16 Вилки 6671

17 Столовые ножи 2558

Помимо всех этих предметов для удовлетворения духовных потребностей раненых воинов и инвалидов, находившихся на лечении в эвакогоспиталях, люди приносили и предметы культурного отдыха, такие как домино, шахматы, шашки, патефоны, гитары, балалайки, книги. Всего в 1942 г. было пожертвовано госпиталям Читинской области

204 струнных инструмента и 20660 книг [11, л. 5; 11, л. 43].

Христианство всегда несло заряд большой нравственной силы, что в годы войны становилось особенно важным и необходимым. Русская Православная Церковь в военные годы собирала значительные пожертвования прихожан. Которые шли на оказание помощи раненым и инвалидам, семьям военнослужащих, детским учреждениям и др.

Раненые и инвалиды находили повседневную заботу. Предприятия, учреждения, школьники брали шефство над госпиталями и больницами. Горком партии для руководства шефской работы создал специальный комитет, состоящий из представителей партийных, военных и общественных организаций.

Высокую активность в годы Великой Отечественной войны проявил Союз обществ Красного Креста и Красного Полумесяца СССР. К началу войны этот союз насчитывал 7900 членов, а к концу её - до 12900 чел. Организации Красного Креста делали всё возможное, чтобы помочь раненым и больным воинам скорее вернуться в строй. Кроме того, они участвовали в подготовке среднего и младшего медперсонала. За годы войны ими было подготовлено около 300 тыс. медицинских сестер, более 500 тыс. сандружинниц и до 30 тыс. санитаров. Общество Красного Креста многое сделало и для организации донорства. Трудно переоценить значение донорства в условиях войны. Оно стало делом огромной государственной важности. По всей стране были созданы донорские пункты. Ряды людей, желавших отдать свою кровь для раненых воинов, постоянно росли. Донорство в годы войны явилось замечательным выражением советского патриотизма.

В годы войны Русская Православная Церковь получила ряд послаблений: стало возможным служить литургию, учить священников и т. д. Особое место в деятельности Русской Православной Церкви заняла благотворительность. Во время войны люди в тылу совершали трудовой подвиг, чтобы помочь всем тем немногим, что имели, чтобы укрепить армию. В этом воедино слились гражданский долг, патриотизм и благотворительность. Основой благотворительности стало желание бескорыстно помочь, поддержать воинов-защитников. Благотворительные пожертвования, способствовавшие укреплению боевой мощи армии, в послевоенные годы стали ненужными, и отношение к благотворительности со стороны государства вновь стало отрицательным.

Список литературы

1. Государственный архив Забайкальского края (ГАЗК). Ф. 8. Оп. 1. Д. 10.

2. ГАЗК. Ф. 8. Оп. 1. Д. 169.

3. ГАЗК. Ф. 8. Оп. 1. Д. 422.

4. ГАЗК. Ф. 8. Оп. 1. Д. 500.

5. ГАЗК. Ф. П-3. Оп. 1. Д. 2182.

6. ГАЗК. Ф. П-3. Оп. 1. Д. 2183.

7. ГАЗК. Ф. П-2. Оп. 7. Д. 1.

8. ГАЗК. Ф. П-3. Оп. 1. Д. 1995.

9. ГАЗК. Ф. П-1. Оп. 1. Д. 1192.

10. ГАЗК. Ф. П-2. Оп. 8. Д. 22.

11. ГАЗК. Ф. П-3. Оп. 1. Д. 1227.

12. Ахинов Г. А., Калашников С. В. Социальная политика. М.: Инфра-М., 2009. 380 с.

13. Власова А. В. Благотворительность Русской Православной церкви в исследовательской практике дореволюционного периода // Вест. Челябинского гос. ун-та. 2009. № 4 (142). История. Вып. 29.

С. 134-139.

14. Доклад митрополита Солнечногорского Сергия, Председателя Отдела по церковной благотворительности и социальному служению Московского Патриархата на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви URL: http://www.ateismy.net/content/spravochnik/aktual/miloserdie. html (дата обращения: 10.10.2012).

15. Дроботушенко Е. В. Благотворительность православных монастырей Забайкалья во второй половине XIX - начале XX вв. // Гуманитарный вектор. 2009. № 4. С. 67-71.

16. Ключарёва А. В. Благотворительная деятельность православных монастырей в годы Первой мировой войны // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота. 2011. № 8(14): в 4 ч. Ч. 2. С. 98-102.

17. Косых В. И. Забайкальская епархия накануне и в годы Первой русской революции. Чита: Изд-во ЗабГГПУ, 1999. 196 с.

18. Ковалёва С. И. Советское общество и благотворительность в годы Великой Отечественной войны // Известия ТулГУ: гуманитарные науки. Вып. 1. Тула: изд-во ТулГУ 2011. С. 137-144.

19. Ковалёва С. И. Семейственность как отличительная особенность благотворительности в России. // Известия ТулГУ: гуманитарные науки. Вып. 1. Тула: изд-во ТулГУ 2011. С. 144-150.

20. Колоскова Е. Е. Деятельность общественных и благотворительных организаций в период русско-

японской и Первой мировой войн. Источниковедческий анализ кинофотодокументов РГАКФД // Вест, архивиста. URL: http://www.vestarchive.ru/ubilei/627—kan-------.html (дата обращения: 10.11.2012).

References

1. Gosudarstvenny arkhiv Zabaykalskogo kraya (GAZK). F. 8. Op. 1. D. 10.

2. GAZK. F. 8. Op. 1. D. 169.

3. GAZK. F. 8. Op. 1. D. 422.

4. GAZK. F. 8. Op. 1. D. 500.

5. GAZK. F. P-3. Op. 1. D. 2182.

6. GAZK. F. P-3. Op. 1. D. 2183.

7. GAZK. F. P-2. Op. 7. D. 1.

8. GAZK. F. P-3. Op. 1. D. 1995.

9. GAZK. F. P-1. Op. 1. D. 1192.

10. GAZK. F. P-2. Op. 8. D. 22.

11. GAZK. F. P-3. Op. 1. D. 1227.

12. Akhinov G. A., Kalashnikov S. V. Sotsialnaya politika. M.: Infra-M., 2009. 380 s.

13. Vlasova A. V. Blagotvoritelnost Russkoy Pravoslavnoy tserkvi v issledovatelskoy praktike dorevolyutsionnogo perioda // Vest. Chelyabinskogo gos. un-ta. 2009. № 4 (142). Istoriya. Vyp. 29. S. 134-139.

14. Doklad mitropolita Solnechnogorskogo Sergiya, Predsedatelya Otdela po tserkovnoy blagotvoritelnosti i

sotsialnomu sluzheniyu Moskovskogo Patriarkhata na Yubileynom Arkhiyereyskom Sobore Russkoy Pravoslavnoy Tserkvi URL: http://www.ateismy.net/content/spravochnik/aktual/miloserdie. html (data obrashcheniya:

10.10.2012).

15. Drobotushenko E. V. Blagotvoritelnost pravoslavnykh monastyrey Zabaykalya vo vtoroy polovine XIX -nachale XX vv. // Gumanitarny vektor. 2009. № 4. S. 67-71.

16. Klyucharyova A. V. Blagotvoritelnaya deyatelnost pravoslavnykh monastyrey v gody Pervoy mirovoy voyny // Istoricheskiye, filosofskiye, politicheskiye i yuridicheskiye nauki, kulturologiya i iskusstvovedeniye.

Voprosy teorii i praktiki. Tambov: Gramota. 2011. № 8(14): v 4 ch. Ch. 2. S. 98-102.

17. Kosykh V. I. Zabaykalskaya eparkhiya nakanune i v gody Pervoy russkoy revolyutsii. Chita: Izd-vo

ZabGGPU, 1999. 196 s.

18. Kovalyova S. I. Sovetskoye obshchestvo i blagotvoritelnost v gody Velikoy Otechestvennoy voyny // Izvestiya TulGU: gumanitarnye nauki. Vyp. 1. Tula: izd-vo TulGU. 2011. S. 137-144.

19. Kovalyova S. I. Semeystvennost kak otlichitelnaya osobennost blagotvoritelnosti v Rossii. // Izvestiya

TulGU: gumanitarnye nauki. Vyp. 1. Tula: izd-vo TulGU. 2011. S. 144-150.

20. Koloskova E. E. Deyatelnost obshchestvennykh i blagotvoritelnykh organizatsy v period russko-yaponskoy i Pervoy mirovoy voyn. Istochnikovedchesky analiz kinofotodokumentov RGAKFD // Vest. arkhivista.

URL: http://www.vestarchive.ru/ubilei/627—kan-------.html (data obrashcheniya: 10.11.2012).

Статья поступила в редакцию 19 марта 2013 г.