Зодчий Родион Казаков (1754-1803): новые сведения о жизни и постройках

Вестник ПСТГУ

Серия V. Вопросы истории

и теории христианского искусства

Клюкина Александра Вячеславовна, младший научный сотрудник отдела Свода памятников архитектуры и монументального искусства, аспирант сектора нового и новейшего искусства Государственного института искусствознания.

E-mail: a.klukina@gmail.com

2014. Вып. 1 (13). С. 92-103

Зодчий Родион Казаков (1754—1803): НОВЫЕ СВЕДЕНИЯ О ЖИЗНИ И ПОСТРОЙКАХ

А. В. Клюкина

Статья посвящена личности и творчеству московского архитектора Родиона Казакова, имя которого долгое время было незаслуженно забыто. Автором изложена биография зодчего, дополненная новыми сведениями, основанными на архивных данных. В статье раскрываются проблемы атрибуции и датировки построек, приписываемых Р. Казакову. На основании анализа атрибуционных версий и изучения архивных материалов автор характеризует постройки по степени вероятности их связи с именем Р. Казакова.

К проблеме изучения московской архитектуры XVIII столетия

Классицистическая Москва, судьбы ее архитекторов и история отдельных памятников представляют живой интерес в современном искусствоведении. Однако этот период нельзя назвать полностью изученным. Некоторым личностям, как Матвею Казакову, Василию Баженову, посвящена не одна монография. Другие же мастера, их судьба и постройки остаются неизвестными. Деятельность московского архитектора Родиона Казакова (ил. 1) — ученика В. Баженова и М. Казакова, а впоследствии одного из главных архитекторов Москвы кон. XVIII в. — до сих пор слабо изучена, хотя уже давно привлекала внимание исследователей. И по сей день в биографии зодчего остаются пустоты, многие постройки приписываются ему на основании традиции, без документального подтверждения.

Большая сложность в изучении архитектуры XVIII в. связана с тем, что официальные документы о строительстве (прошения разрешить постройку, маклерские записи и т. д.) содержат минимальное количество информации о сооружении и его авторе. В связи с этим для исследователей возникает атрибуционная проблема: на каком основании можно приписывать ту или иную постройку тому или иному мастеру? Большим подспорьем в исследовании дворянских и государевых заказов являются личные документы заказчиков. Именно благодаря переписке из личных фондов удалось установить, что Р. Казаков работал на Голицыных в Кузьминках и перестраивал московский дом Куракина. Строительство же приходских церквей, как правило, недостаточно отражено в документации.

Помимо общих исследовательских сложностей, в нашем случае работа усложняется еще и тем, что имя Родиона Казакова часто путают с именем его старшего учителя, коллеги и, что самое важное, однофамильца — Матвея Федоровича Казакова. Упоминание некоего собирательного образа архитектора Казакова — типичная ситуация в исторической литературе и документах XVIII-ХХ вв. Отметим также, что помимо Матвея и Родиона Казаковых, зодчих с фамилией Казаков было в этот период еще четверо. Это младший сводный брат Р. Казакова Федор и трое сыновей М. Казакова: младшие Павел и Матвей, начавшие свою деятельность в 90-х гг. XVIII в., и старший Василий. Фигура В. Казакова слабо изучена, известно, что он обогнал Р. Казакова в чине, несмотря на то что был несколько моложе: в 1801 г., когда Р. Казакову только пожаловали надворного советника, В. Казаков имел этот чин уже с 1800 г. Этот факт дает возможность предполагать, что он имел успехи в архитектурной среде. Следовательно, нельзя полностью исключать его участие в строительстве тех сооружений, в связи с которыми фигурирует фамилия «Казаков».

Из-за перечисленных трудностей деятельность Р. Казакова до сих пор остается изученной фрагментарно, многие атрибуции (даже ставшие традиционными) являются гипотетическими и не имеют документальных оснований. Имя Р. Казакова периодически возникает в искусствоведческой литературе в связи с теми или иными постройками, но чаще всего без достаточных аргументов. Уже осталась в прошлом привычка делить все важнейшие классицистические постройки Москвы между М. Казаковым и В. Баженовым. Перед нами возникла новая задача — расширить список действующих архитекторов, усложнить архитектурную картину порубежного периода.

Все это побудило нас обратиться к архивным источникам и историческим изданиям, составить полноценную биографию Р. Казакова и проанализировать основания атрибуционных версий. Среди просмотренных нами дел по церковному строительству только в документах о строительстве Кузьминок указывается имя Р. Казакова. Источники об остальных церковных постройках с упоминанием архитектора отстоят от времени создания самих построек как минимум на сорок лет. Несколько лучше обстоит дело с атрибуцией гражданских сооружений: усадеб и дворцов. В связи с этим следует говорить не столько о произведениях Р. Казакова, сколько об устойчивой традиции приписывать ему те или иные постройки. В настоящей статье нет цели подробного описания всего жизненного пути Р. Казакова. Мы остановимся на самых важных моментах, которые нам удалось уточнить, и рассмотрим сложности атрибуции и датировки построек.

Ил. 1. Предполагаемый портрет Р. Казакова

К биографии Родиона Казакова.

Период ученичества и первые самостоятельные работы

До сих пор не установлены точные дата и место рождения архитектора, поскольку метрические данные Москвы за XVIII в. почти не сохранились. Между записью о смерти и исповедными ведомостями, где также указывался возраст, существуют разногласия. Пока возможно говорить, что Р. Казаков родился не раньше 1754 и не позже 1758 года и прожил не более 49 лет. Время его ученичества выпало на возраст между 16 и 25 годами, а основной период его самостоятельного творчества наступает к 30-ти годам.

До настоящего момента считалось, что зодчий имел собственный дом в Старом Ваганькове, однако никем не было выяснено его расположение. Нам удалось найти документ (ил. 2), в котором говорится, что Р. Казаков с семьей проживал в VI части, IV квартале, в доме 3311. Что же это был за дом, в котором, скорее всего, он пребывал существенный отрезок времени? В этом здании располагалось подворье Успенского монастыря Александровой слободы, оно сохранилось и поныне и находится за бывшим аптекарским приказом. Его нынешний адрес — Староваганьковский переулок, 23. Как же Р. Казаков мог жить с семьей и дворовыми в монастырских помещениях? В то время для подворий было обычной практикой сдавать помещения частным лицам, даже на длительный срок.

Согласно материалам Актовых книг2, семья Казаковых продала в 1781 г. два своих собственных дома. Вероятно, денежные обстоятельства вынудили родителей зодчего продать свои владения, переехать в съемные комнаты и жить там до конца жизни. Кроме того, в найденном нами документе говорится, что Р. Казаков не имеет «за собою нигде деревень». Суммируя найденные нами сведения, можно сделать вывод, что, несмотря на дворянское происхождение, его семья жила небогато, они не имели подмосковных имений и были вынуждены продать свои владения. Отметим, что за приписку дворовых Р. Казакова в залог свой московский дом дал И. Еготов. Известно, что двух архитекторов связывали близкие отношения. И. Еготов был женат на сестре Р. Казакова, они были знакомы с юношеских лет — учениками при модели Кремлевского дворца, работали вместе на князей Голицыных и Куракиных. Факт в найденном документе только подтверждает доверительные отношения между архитекторами.

Неизвестно, как именно прошло первое десятилетие жизни юного Р. Казакова. Обучался ли он архитектурным наукам до поступления в подмастерья в Экспедицию Кремлевского Строения? Известно, что он был зачислен при модели Кремлевского дворца 8 июня 1770 г.3 подмастерьем под начало В. И. Баженова и до 1773 г. работал сначала учеником при Модели, затем — с 1773 г. после закладки дворца — учеником при строении. После прекращения строительства Кремлевского дворца, его переводят к М. Ф. Казакову, под чьим руководством он остается до 1780 г.

1 ЦИАМ. Ф. 105. Оп. 7. Д. 2333. Дело Московской управы благочиния о приписке дворовых капитана Родиона Казакова (1791 г.).

2 Москва: Актовые книги XVIII столетия. М., 1893. Т. 12. С. 345, 392.

3 РГАДА. Ф. 1239. Оп. 3. Д. 33745. Л. 6, 12. Дело о зачислении Р. Казакова в ученики при Модели (1770 г.).

Ил. 2. Фрагмент из дела «О наведении справок у капитана Казакова» (ЦИАМ), в котором указано место его жительства: VI часть, IVквартал, дом 331

Начало 80-х гг. является в его жизни переходным периодом от положения исполнителя и помощника к самостоятельной деятельности. Он вступает в команду К. Бланка по строительству Лефортовского дворца и уже спустя неделю командируется в Санкт-Петербург «с планами сего строения и зделанной моделью (...)»4. Таким образом, можно видеть, как растет опытность и статус архитектора, которому начинают доверять серьезные задачи. В 1780-е гг. Р. Казаков имел второй опыт работы с В. Баженовым, на сей раз при строительстве Царицынского ансамбля. В своем письме5 князю Тюфякину по поводу Царицына В. Баженов просит того указать, «что он отобрать изволит», и передать через архитекторского помощника господина Казакова. Однако не вполне понятно, какую именно функцию он исполнял при строительстве Царицына, вероятно, эта работа не была слишком продолжительной.

В эти же годы зодчий начинает работать на Голицыных в их подмосковном имении Влахернское-Кузьминки. В настоящий момент не установлено, кто именно рекомендовал его князьям, однако эта работа стала первым серьезным заказом в его судьбе. Р. Казаков, не меняя планировки усадьбы, развил, расширил и выстроил ее заново. В том числе церковь с колокольней (1783-1788) в Кузьминках — одно из немногих его творений, дошедших до наших дней. Как

известно, в документах по строительству усадьбы встречается имя Р. Казакова, что само по себе уникально. Первым поколением исследователей-реставраторов6 были найдены письма Голицыных о строительстве церкви с указанием имени архитектора, таким образом, этот ансамбль несомненно является произведением Р. Казакова (ил. 3).

Мало изученным остается период жизни архитектора с 1783 г. по 1792 г. В 1783 г. Екатериной II был издан указ об открытии Екатеринославского наместничества, целью которого было создать новый центр Российской империи. Р. Казаков был отправлен на юг Империи одним из первых — в нач. 1783 г.

4 РГАДА. Ф. 1239. Оп. 3. Д. 29265. Л. 29. Дело об отправлении в Петербург с моделью Екатерининского дворца (1781 г.).

5 Там же. Ф. 14. Д. 51. Ч. 5. Л. 405 об. Письмо В. Баженова кн. И. Тюфякину по поводу строительства в Царицыне (1782 г.).

6 См.: Сотникова О. М., Сахарова Л. С. Новые данные об усадьбе Кузьминки // Реставрация и исследования памятников культуры. М., 1975. С. 86—100.

Ил. 3. Церковь Влахернской иконы в Кузьминках

В 1785 г. М. Измайлов выдал ему аттестат о работе. Согласно тексту аттестата, Р. Казаков «вел себя добропорядочно, что честному обер-офицеру надлежит». На основании указа об отправке и аттестата, ранее считалось, что Р. Казаков работал в наместничестве с 1783 г. по 1785 г. Однако, согласно другим сведениям исповедных ведомостей7, Р. Казаков служил в наместничестве 9 лет — до 1792 г. Деятельность московских архитекторов при Г. Потемкине в Екатеринославском наместничестве является отдельной интересной и недостаточно изученной темой. В настоящий момент известно только, что Р. Казаков участвовал при строительстве ворот Херсонской крепости. Остальные его работы на юге Империи, как и других архитекторов, еще предстоит обнаружить.

Руке зодчего приписывается несколько построек 80-х гг., однако ни одна из атрибуций не имеет документального основания. Так, считается8, что в период с 1786 по 1790 гг. им было переделано завершение Спасского собора Андроникова монастыря. Такие частные заказы, как дом Долгорукова на Пречистенке (1785— 1790), доходный дом Хрящева на Ильинке (1786-1799), приписываются Р. Казакову только на основании стилистического анализа чертежей этих построек и не имеют документальных данных9.

Существует недатированный документ, составленный самим Р. Казаковым, что само по себе уникально. Это описание господского усадебного дома в селе Васильевском. Предполагаем, что подобные осмотры были для зодчего типичной работой. В данном случае, неизвестно, при каком владельце был произведен осмотр. Вероятно, документ можно датировать нач. 1780-х гг., когда имение переходило Юсуповым.

Зрелый период творчества

С 1790 г. начинается новый московский период в жизни Р. Казакова. С 1790 по 1793 г. он работает на князя Урусова и перестраивает его московский дом на Большой Дмитровке10. Это одна из немногих работ, сведения о которой есть в документе, современном самому строительству11. В 1792 г. Р. Казаков возобновляет работу в Экспедиции Кремлевского Строения. Его деятельность на должности ЭКС была связана с текущими вопросами осмотра Кремлевских зданий, их ремонта и починки. Характерно, что все церковные постройки, приписываемые ему, относятся именно к 90-м гг.

С 1792 по 1800 г. возводится новый большой пятиглавый храм св. Мартина Исповедника в Новой Алексеевой слободе (ил. 4), который с уверенностью

7 ЦИАМ. Ф. 203. Оп. 747. Д. 534, 559а, 607а, 1998. Исповедные ведомости Пречистенского сорока за разные года (см. ц. Благовещения на Ст. Ваганькове).

8 См.: Зодчие Москвы времени барокко и классицизма. М., 2004. С. 110.

9 См.: Панухин П. В. Творчество Родиона Казакова и его место в архитектуре московского классицизма: автореф. дис. ... канд. арх. М., 1986. С. 33.

10 См.: Киприн В. А. Усадьба Урусова на Большой Дмитровке 9-11 // Кадашевские чтения XIII. 2014.

11 Как известно, дом искажен поздними перестройками. Утверждать, что Р. Казаков работал на Урусова можно благодаря цитированному документу, составленному самим князем (ЦИАМ. Ф. 105. Оп. 7. Д. 2649. Л. 19. Письмо кн. Урусова о крестьянине Федорове (1793 г.)).

Ил. 4. Храм св. Мартина Исповедника в Новой Алексеевой слободе

можно назвать произведением Р. Казакова. Наиболее ранним источником, где называется не только фамилия, но имя архитектора — Родиона Казакова, — является статья в журнале «Москвитянин» за 1844 г.12 Вызывает доверие тот факт, что между написанием статьи и временем создания храма — 40 лет — обозримый срок. Возможно, автор взял информацию о зодчем если не из документа, то от очевидца строительства. В архивных же документах имя зодчего не встречается вовсе или называется только фамилия: «Козаков».

В том же 1792 г. начинают перестраивать церковь Симеона Столпника за Яузой, которую пытаются связать с именем зодчего. История постройки церкви Симеона достаточно подробно отражена в архивах. Однако ее атрибуция Р. Казакову основана на неправильном прочтении документа о ее строительстве13. В нем говорится о тяжбе между архитектором Ефимом Федоровым и нанятым подмастерьем и указывается, что Федоров — работник князя Урусова. Как утверждает сам князь, Ефим Федоров — его крепостной, но никак не архитектор, и говорит, что если бы Федоров был таковым, не пришлось бы ему в московский дом привлекать Р. Казакова — «действительного и аттестованного архитектора». На основании этого текста некоторые исследователи ошибочно делали вывод, что Р. Казаков имел отношение к строительству Симеоновской церкви, что получило большое распространение.

12 См.: Горчаков Н. Московская летопись // Москвитянин. М., 1844. № 9. С. 168.

13 ЦИАМ. Ф. 105. Оп. 7. Д. 2649. Л. 19. Письмо кн. Урусова о крестьянине Федорове (1793 г.).

В 1794 г. в селе Шкинь начинается возведение храма Сошествия Святого Духа, который в последнюю четверть века стал также иногда приписываться зодчему. Однако ни в одном исследовании не говорится, на основании какого источника делается подобная атрибуция. Полагаем, что храм в селе Шкинь, как и церковь Симеона за Яузой, приписываются Р. Казакову исключительно из сходств с собором св. Мартина (близкие годы строительства, схожий масштаб постройки, большая купольная ротонда, строгий внешний декор и др.).

В 1795 г. возводится новая надвратная колокольня Андроникова монастыря (ил. 5), не дошедшая до наших дней. Приписывание этого незаурядного памятника Р. Казакову впервые появляется в той же статье о храме Мартина Исповедника. В дальнейшем возникают две параллельные версии, основанные на более популярном и доступном «Историческом описании Спасо-Андроникова монастыря» 1865 г., где называлась лишь фамилия «Казаков»: ряд исследователей считали, что имеется в виду Матвей Казаков, другие — что Родион. В настоящий момент можно говорить, что Андроникова колокольня и Мартиновский собор — наиболее достоверные произведения Р. Казакова, поскольку упоминание его имени встречается в исторической литературе того периода.

В 1796 г. перестраивается церковь св. Варвары на Варварке, которая уже традиционно называется произведением Р. Казакова, что также связано с не совсем верным пониманием текста документа. Еще в сер. ХХ в. было найдено дело Управы Благочиния, в котором говорилось, что строительство Варваринской

Ил. 5. Надвратная колокольня Спасо-Андроникова монастыря

церкви велось надворным советником Р. Казаковым14. Однако эта формулировка вовсе не означает, что и сам проект принадлежал мастеру. Общеизвестно, что в то время автором проекта и архитектором, наблюдающим за строительством, могли быть разные люди. Таким образом, можно утверждать, что Р. Казаков имел отношение к Варваринской церкви только на этапе ее строительства. В 1798 г. начинается строительство московской усадьбы Баташева, которая неразрывно связывается с именем Р. Казакова, однако и по сей день эта атрибуция является безосновательной. Как известно, архив Баташевых погиб во время Отечественной войны 1812 г. Приписывание усадьбы Р. Казакову до сих пор основывается только на косвенных данных.

Также все это время Р. Казаков продолжает свою деятельность в Кузьминской усадьбе15. Как известно, до наших дней все постройки дошли в измененном виде или не сохранились, главная из них — деревянный господский дом, сгоревший в нач. ХХ в. С 1799 по 1802 гг. зодчий работает на князя Куракина. Он перестраивает московский дом на Старой Басманной улице (ил. 6), надстраивает дополнительный этаж, создает новые интерьеры. В фонде Куракиных, хранящемся в Историческом музее Москвы, находится переписка братьев Куракиных, касающаяся строительства этого дома16. Эти письма имеют большую ценность, поскольку в них многократно упоминается имя Р. Казакова как автора перестроенной усадьбы, а также даются краткие сведения о самой личности архитектора. А. Куракин характеризует Р. Казакова как трудолюбивого и прилежного мастера, доверяя его вкусу и решению. Также в письмах подробно описывается ход строительных и отделочных работ, что важно, поскольку до нашего времени усадьба дошла в измененном виде: над центральным фронтоном и на боковых фасадах были установлены алебастровые скульптуры, в самом доме Р. Казаков создает домовую церковь и иконостас.

Судьба иконостаса, созданного для этой церкви, непроста. После смерти А. Куракина в 1819 г., Консистория решила закрыть домовую церковь, отправив все имущество в близлежащий храм Никиты мученика на Старой Басманной. Однако наследники А. Куракина решили перевести всю утварь и иконостас к себе в строящийся храм в Орловскую губернию, на что получили разрешение17. Иконостас авторства Р. Казакова был перевезен в вотчину Куракиных, скорее всего в село Преображенское-Куракино, где, вероятно, сгорел. Отметим, что Р. Казаков вновь бок о бок работает со своим другом, коллегой и родственником — И. Еготовым. В то же самое время, когда строится дом Куракиных на Старой Басманной, И. Еготов возводит для них деревянный дом на Лубянке.

14 См.: Панухин П. В. Приватная деятельность архитекторов Кремлевской экспедиции по заказам московского купечества в 1782-1803 годах (на примере подряда Р. Р. Казакова на строительство церкви св. Варвары великомученицы в Зарядье) // Исследования по истории архитектуры и градостроительства. М., 2012. Вып. 3. С. 227.

15 См.: Коробко М. Ю. Кузьминки. М., 2002. С. 15-16.

16 ГИМ ОПИ. Ф. 3. Оп. 1. Л. 38, 113, 154 и другие письма братьев Куракиных, хранящиеся в этом фонде.

17 См.: Восемнадцатый век. М., 1905. Т. 2. С. 111-117.

Ил. 6. Московская усадьба А. Б. Куракина на Старой Басманной улице

После смерти С. Куракина — брата А. Куракина и начальника Р. Казакова — зодчий получает новый чин и высокую руководящую должность в ЭКС18. Новый глава ЭКС И. Валуев составляет «Список чиновников, непосредственно преимуществующих своими неутомимыми трудами пред всеми другими»19 и направляет ходатайство20 с просьбой повысить некоторых служащих в честь коронации Александра I. В этот список он включает и Р. Казакова. И. Валуев просит повысить архитектора до коллежского советника, отмечая, что тот служил «в чине капитана по неблагоприятству начальства 14 лет», и подчеркивает, что он остается здесь теперь первым архитектором. Вскоре, «в воздаяние усердия и трудов», Р. Казакова повысили в чине, однако присвоили на ранг ниже, чем просил И. Валуев — надворного советника.

В том же 1801 г. он принимает должность от уходящего на пенсию М. Ф. Казакова в ЭКС. Р. Казаков ушел из жизни спустя два года после получения новой должности — 27 февраля 1803 г. Как говорится в метрической записи о смерти: «Умре по христианской должности Кремлевской Экспедиции надворный советник Родион Родионов Казаков коему от роду было 45 лет, погребен в Новодевичьем монастыре марта 2 числа»21.

Мы надеемся, что в будущем биография Р. Казакова может быть дополнена новыми фактами. Созданные Р. Казаковым сооружения, в частности, церковные постройки, стали одними из самых значительных в архитектуре допожарной классицистической Москвы. Отметим, что зодчий никогда не был за границей.

18 См.: Дьяконов М. В. К биографическому словарю московских зодчих ХУШ-Х1Х вв. (извлечения из архивов) // Русский город. М., 1980. Вып. 3. С. 235-263.

19 РГАДА. Ф. 1239. Оп. 30. Д. 102. Л. 8-9. Список чиновников, непосредственно преимуществующих своими неутомимыми трудами пред всеми другими (1801 г.).

20 РГАДА. Ф. 1239. Оп. 30. Д. 102. Дело о коронации Александра I (1801 г.).

21 ЦИАМ. Ф. 203. Оп. 745. Д. 140. Ч. 12. Л. 551 об., 1803 г. Метрические записи Пречистенского сорока за 1803 г.

Поэтому его впечатление о классицистическом стиле складывалось, главным образом, благодаря работе с учителями и старшими коллегами, а также под влиянием архитектурных увражей и проектных моделей, популярных в то время. Безусловно, стилистический анализ тех построек, которые с уверенностью можно назвать произведениями Р. Казакова, заслуживает отдельного внимания и сопоставления с сооружениями предшествующей эпохи и его современников.

Подводя итоги, необходимо подчеркнуть, что имя Р. Казакова давно привлекало исследователей, и только в силу ряда обстоятельств (отсутствие достаточной документальной базы и четкого круга произведений) ему не было посвящено отдельного монографического издания, какие в свое время были выпущены о младших коллегах и учениках В. Баженова и М. Казакова — И. Еготове и Е. Назарове.

Ключевые слова: русский классицизм, строгий классицизм, московская архитектурная школа, Экспедиция Кремлевского Строения, церковное строительство, московские усадьбы, круг Баженова, круг Казакова.

Список сокращений

ГИМ ОПИ — Государственный исторический музей, Отдел письменных источников РГАДА — Российский Государственный архив древних актов ЦИАМ — Центральный исторический архив г. Москвы ЭКС — Экспедиция Кремлевского Строения

The architect Rodion Kazakov (1754—1803):

THE NEW FACTS ABOUT HIS LIFE AND BUILDINGS

A. Klukina

This article is dedicated to the problem of researching of the personality and the art of the Moscow architect Rodion Kazakov. His name was undeservedly forgotten for a long time. The author tells the new facts biography of Kazakov and reveals the problems of attribution and dating. The author analyses the attribution versions and archival documents and defines the buildings according to their probable connection with the name R. Kazakov.

Keywords: the Russian classicism, the mature classicism, the Moscow school of architecture, the Expedition of building of the Kremlin, the church building, the Moscow private residences, the circle of Bazhenov, the circle of Kazakov.

Список литературы

1. Александровский М. И. Указатель московских церквей. М., 1915.

2. Бондаренко И. Е. Архитектурные памятники Москвы. М., 1905. Вып. 2—3.

3. Восемнадцатый век. М., 1905. Т. 2.

4. ГорчаковН. Московская летопись // Москвитянин. М., 1844. № 9. С. 166—170.

5. Дьяконов М. В. К биографическому словарю московских зодчих ХУІІІ—ХІХ вв. (извлечения из архивов) // Русский город. М., 1980. Вып. 3. С. 235—263.

6. Зодчие Москвы времени барокко и классицизма. М., 2004.

7. Историческое описание Московского Спасо-Андроникова монастыря. М., 1865.

8. Коробко М. Ю. Кузьминки. М., 2002.

9. Москва: Актовые книги XVIII столетия. М., 1893. Т. 12.

10. Панухин П. В. Приватная деятельность архитекторов Кремлевской экспедиции по заказам московского купечества в 1782—1803 годах // Исследования по истории архитектуры и градостроительства. М., 2012. Вып. 3. С. 219—229.

11. Панухин П. В. Творчество Родиона Казакова и его место в архитектуре московского классицизма: автореф. дис. ... канд. арх. М., 1986.

12. Подъяпольская Е. Н. Памятники архитектуры Московской области. М., 1999. Вып. 3.

13. Сахарова Л. С., Сотникова О. М. Новые данные об усадьбе Кузьминки // Реставрация и исследования памятников культуры. М., 1975. С. 86—100.

14. Чижков А. Б. Подмосковные усадьбы сегодня. М., 2002.

Список архивных источников

ГИМ ОПИ:

Ф. 3. Оп. 1. Л. 38, 113, 154. Письма братьев Куракиных, хранящиеся в фонде.

Ф. 3. Оп. 1. Д. 394. Л. 38, 113, 154. Переписка братьев Куракиных о строительстве домовой церкви и иконостасе (1801 г.).

РГАДА:

Ф. 14. Д. 51. Ч. 5. Л. 405 об. Письмо В. Баженова кн. И. Тюфякину по поводу строительства в Царицыне (1782 г.).

Ф. 1239. Оп. 3. Д. 29265. Л. 29. Дело об отправлении в Петербург с моделью Екатерининского дворца (1781 г.).

Ф. 1239. Оп. 3. Д. 33745. Л. 6, 12. 1770 г. Дело о зачислении Р. Казакова в ученики при Модели (1770 г.).

Ф. 1239. Оп. 30. Д. 102. Дело о коронации Александра I (1801 г.).

ЦИАМ:

Ф. 105. Оп. 7. Д. 2333. Дело Московской управы благочиния о приписке дворовых капитана Родиона Казакова (1791 г.).

Ф. 105. Оп. 7. Д. 2649. Л. 19. Письмо кн. Урусова о крестьянине Федорове (1793 г.).

Ф. 203. Оп. 745. Д. 140. Ч. 12. Л. 551 об. Метрические записи Пречистенского сорока за 1803 г.

Ф. 203. Оп. 747. Д. 534, 559а, 607а, 1998. Исповедные ведомости Пречистенского сорока за разные года (см. ц. Благовещения на Ст. Ваганькове).