Синтез культур в историческом развитии Юго-Запада США (на материале мексикано-американской литературы)

УДК 821/112/2

ББК Ч 111

Т. В. Воронченко

г. Чита

Синтез культур в историческом развитии Юго-Запада США

В статье рассматриваются проблемы синтеза культур в историческом развитии Юго-запада США. Автор статьи отмечает, что основная тенденция литературы чикано, связанная с ретроспекцией, обусловлена попыткой выявить исторические корни и проследить новую историю чиканос в США.

Ключевые слова: Мексикано-Американец (Чикано/а), культурный синтез, архетип, этническая идентичность, мультикультурализм, билингвизм.

T. V. Voronchenko

Chita

The synthesis of cultures in the historical development of the Southwest of the USA

This article deals with the problems ofthe synthesis of cultures in the historical development of the Southwest of the USA. The author considers, the main tendency of the Chicano/a literature is to give the retrospective view, to reveal the historical roots and to trace a new history of Chicanos in the USA.

Key words: Mexican-American (Chicano/a), cultural synthesis, archetype, ethnic identity, multiculturalism, bilingualism.

Мексикано-американец (современный чикано1) впервые появился в 1848 году, когда США по аннексии отошла огромная часть территории Мексики вдоль границы от Браунсвилла (Техас) далее по Мексиканскому заливу до Тихуаны на Тихом океане, включая в целом пять штатов: Техас, Нью-Мексико, Колорадо, Аризону и Калифорнию. С этого момента начинается собственно история мексикано-американцев США. Что касается их предыстории, то она возвращает назад к испанским конкистадорам и далее в глубь веков - к ацтекам и майя. Для чиканос Юго-Запад США, по образному выражению французской исследовательницы Марсиен Рокард, «навсегда остается Чиканоландией (СЫсапо-landia), где когда-то их предки жили в мире друг с другом и природой» [1, с. 217].

В середине XIX века мексиканоамериканская общность в основном располагается на Юго-Западе США. Затем под

1 Чикано (Chicano) — автохтонное латиноаме-

риканское население Юго-Запада США, заселившее эти земли в XVI—XIX вв. в период испанской колонизации Америки, создания испанский миссий в Северной Америке, а также в условиях независимой Мексики 1810—1848 гг.

напором растущей иммиграции из Мексики мексикано-американцы начинают рассеиваться по территории Америки и появляться во всех частях страны. Однако преобладающая их часть (до 90 %) остается на исконных землях в Нью-Мексико, Техасе и Калифорнии, во многом влияя на специфику развития этих штатов, в том числе и литературную.

Луис Вальдес, первый драматург чиканос, основатель «Эль Театро Кампесино» («El Teatro campesino» - «Крестьянский театр») в семидесятые годы XX в. заостряет внимание на необходимости глубокого изучения проблемы испано-язычного населения США.

«Предстоят годы и годы открытий, которые мы совершим... По истории чиканос не существует ни единого учебника, однако самой истории мексиканцев в нашей стране уже четыре столетия. Мы знаем, что она предшествовала высадке пилигримов в американской революции. Но кроме того, что же произошло?» [2, с. 218].

Предок современного чикано - американец (само слово «chicano» является производным от «mexicano») - метис, рожденный от

испанского отца ацтекской (на землях Юго-Запада) матерью. Часто чиканос именуют себя «ацтекас дель норте» (Aztecas del Norte) -ацтеками с севера, ссылаясь на древнюю легенду, согласно которой их предки по материнской линии - ацтеки вышли в этих местах, именуемых Ацтланом, на поверхность земли и уже отсюда, с севера, мигрировали на юг в Мексику.

Что касается испанских конкистадоров, то они первыми из европейцев побывали в Новом Свете и прошли из конца в конец континента. История сохранила имена первопроходцев: Понсе де Леон, де Сото, Коронадо, Бальбоа. Первая столица Нью-Мексико -Сан Хуан де Кабальерос - была основана в 1598 г., девятью годами раньше Джеймстауна, старейшего английского поселения в Новом свете. Факт присутствия испанцев на континенте до прибытия англичан на восточное побережье Северной Америки не может не рождать у американцев чувства, что мексиканцы более близки к истокам древних цивилизаций доколумбовой Америки, теснее связаны с историческим прошлым.

Почти систематическое смешение кровей, сопутствующее Конкисте, придает предприятию испанцев уникальный характер, располагающий к взаимопроникновению культур. В испанский язык начинают органично входить индейские слова, испанская символика дополняется традиционными ацтекскими фигурами, европейские легенды обогащаются элементами древних континентальных мифов, к ликам святых католической церкви прибавляются изображения языческих божеств и т.д.

Американцы в свою очередь привносят с середины XIX в. на завоеванные территории новую культуру англо-саксонского образца, придавая ей статус доминирующей. Однако подспудно испано-индейское наследие сообщает Юго-Западу неповторимый стойкий колорит. С наибольшей яркостью «индо-испанский синтез» проявляется в Нью-Мексико, который в настоящее время является цитаделью культурного возрождения чиканос. В целом этнокультурные границы Ацтлана - области испаноговорящего населения США - простираются от Флориды через Техас и Нью-Мексико до Калифорнии. Чиканос считают эту территорию своей прародиной.

Первые американские колонисты обнаруживают в этих местах не дикую пустыню, а ухоженные поселения с гостеприимными и щедрыми ранчерос, небольшие деревни, где имеется своя plaza - площадь-сквер, центр общения. Белокаменными оазисами выделяются миссии. Частые красочные фиесты позволяют судить о глубине и богатстве музыкальных и художественных источников мексиканского наследия. Испанские «корридос» соседствуют с индейскими ритуальными песнопениями, литературные хроники испанцев включают образы и метафоры, заимствованные из литературы науа (ацтеков, майя и др., говорящих на этом языке).

Восхищение первых американцев образом жизни и синтезированной культурой местного населения хорошо документировано в различных источниках [3].

Испанский гасиенда (hasienda) становится моделью ранчо в американской жизни и литературе, равно как беспримерный, живописный тип пастуха - вакеро (vaguero) - прообразом знаменитого американского ковбоя.

Возрастающая конфиденциальность в отношениях новых поселенцев (особенно из числа охотников) и старожилов этих мест ведет к образованию волны смешанных испано-американских браков. Отзвуки этих давних романтических сюжетов обнаруживаются в ряде рассказов англо- и мексиканоамериканских авторов (Ф. Брет-Гарт «Влюбленный Энрикес», А. С. Чавес «Свадьба Рамона и Линды» и др.).

Вместе с тем большой встречи культур, ведущей к их слиянию, как это было в Латинской Америке, на Юго-Западе США не происходит в силу объективных причин. Значительная часть колонистов-янки высказывает открытое презрение к «метисной» мексиканской культуре и ее носителям. Усилению этих настроений способствует приток с северо-востока поселенцев нового типа, открыто декларирующих идеи «американизма». Своей целью они ставят «возрождение континента» в англо-американском духе. Едва начавшийся процесс культурного синтеза приостанавливается, точнее уходит в глубину, его сменяет внешняя конфронтация мексиканской и (доминирующей) американской культурных традиций.

Симптоматично, что в эти годы становится особенно заметным общее тяготение мексикано-американских авторов к фольклору, который «цементирует» фундамент молодой литературы. В пласте устного творчества, оставшегося от Конкисты и более позднего времени американского завоевания, отыскиваются образы героев, которые предвосхищают тип современного чикано. Однако в целом для авторов ренессанса характерно углубленное внимание к древним мексиканским мифам и легендам, побуждающим в сознании всеобъемлющие архетипы. Многие исследователи справедливо видят эстетическое новаторство писателей-чикано главным образом в том, что те обращаются к мифологическому мышлению, донесенному коллективной памятью до наших дней. Не случайно одним из самых ярких проявлений литературного возрождения чикано становится индеанизм, который, возникая как самостоятельное явление в литературе чикано США, имеет как сходные, так и отличительные черты в сравнении с латиноамериканским. Общим в обоих случаях является то, что он появляется как результат напряженного творческого поиска этических и эстетических ценностей, которые должны составить прочную, незыблемую основу национальной самобытности.

Вместе с тем для писателей Латинской Америки и мексиканских в частности индеа-низм - это, прежде всего, особый способ построения художественной модели, при которой центром универсума становится индеец, его жизнь, мироощущение, искусство. В свою очередь, у авторов-чикано индеанизм выражается преимущественно в воскрешении ацтекских и иных мифов, а также в возврате к пониманию всего индейского. Образнотематический строй произведений литературы ренессанса чикано в силу этого причудлив и сложен; налицо преобладание лейтмотивов Ла Йороны - плачущей женщины, Ла Малин-че - мексиканской Евы, индейского Пятого Солнца, Ацтлана - прародины чиканос.

Необходимо отметить, что мифологическое восприятие является для писателей чи-канос важной, но не единственной формообразующей силой - оно взаимодействует с современным социально-критическим сознанием, и характер этого взаимодействия усложняется в процессе творческой эволюции того

или иного автора. В результате в литературе семидесятых годов и следующего «постре-нессансного» периода восьмидесятых преобладают произведения, в которых традиционный реализм сочетается с фантастическими элементами, поэтому значительно усложняется структура повествования (наглядный пример тому - творчество Рудольфо Анайи).

Более высокие в философском смысле цели, которые ставят перед собой писатели-чиканос семидесятых-восьмидесятых годов XX в., вынуждают их отрешиться от задач сугубо повседневных и обратиться к образам-символам. Сложившаяся в результате настойчивых авторских исканий система сквозных тем и образов, в которых представлена традиционная символика, является не только показателем своеобразия и зрелости литературы, но и тем структурирующим началом, которое объединяет литературное творчество чикано в особый целостный мир.

Основная тенденция литературы чикано, проявляющаяся в стремлении дать ретроспективный взгляд на жизнь, связана с попыткой, во-первых, выявить исторические корни и, во-вторых, проследить новую историю чиканос в США. Этому помогает освоение авторами-чикано трехуровневой пространственно-временной структуры при создании художественных произведений.

Уровень первый: историческое время-пространство, которое является коллективным, помогает описать реальность людского консенсуса.

Уровень второй: персональное, т. е. индивидуальное психологическое и принадлежащее личности время.

Уровень третий: мифологическое время-пространство, которое объединяет личное и историческое. У писателей-чикано чаще представлены два уровня, но иногда, что особенно ценно, отмечается наличие всех трех уровней. Ярким образцом «трехуровневых» произведений могут служить романы Р. Анайи «Сердце Ацтлана» («The Heart of Aztlan», 1976) и М. Мендеса «Странники Ацтлана» («Peregrinos de Aztlan», 1974), а также поэтический сборник самого Алури-сты «Песни цветов в ацтлане» («Floricanto en Aztlan», 1971). Многомерность дает возможность художнику конструировать как новую человеческую реальность более гуманную.

Если обращение к «корням» связывает литературу чикано с мексиканским опытом, то история жизни «к северу от Рио-Грандэ»

- с американским. Необычность «промежуточного» положения литературы проявляется в ряде специфических черт, усиливающих ее уникальность. Главная из них связана с «бинарным феноменом» (определение Ф. Орте-го).

Чиканос билингвичны и бикультурны. Причем, если бикультурный опыт ложится в основу творчества мексикано-американских авторов, то билингвизм являет собой устойчивую характеристику литературы в целом.

Мигуэль Мендес справедливо отмечает: «Передавая наш опыт чиканос, такой особый, наша литература экспериментально появилась в разных языках». Можно сказать, что каждый писатель-чикано пишет лучше на том языке, которым владеет, а это преимущественно английский - государственный язык США, язык, на котором идет обучение чика-нос в школах и университетах, наконец, язык «доминирующего общества», той среды, которая окружает.

Испанский, как верно подмечают сами писатели, - это «генетический язык». С ним приходит больше знаний из глубины веков. На английском наиболее удачно дается описание «американского опыта».

Большинство писателей-чиканос полагает, что следующие поколения по логике жизни придут к английскому языку и быстрее «интегрируются» в общелитературный поток. Для подобных утверждений есть все основания: с переходом на английский язык становится вполне преодолимым некоторое «одиночество» литературы чикано, обусловленное воздействием языковых барьеров, «лимитирующих» читательскую аудиторию.

Существуют и другие точки зрения. Т. Ривера смотрит более оптимистично на

сохранение в литературных произведениях испанского языка в первооснове. Он утверждает, что хорошие и точные переводы (тем более, если их делает сам автор) сохраняют свежесть оригинала. Нельзя не заметить в этом случае: уже феномен В. Набокова доказывает, что авторский перевод - это скорее вновь созданное «художественное полотно» («Другие берега», 1954; «Лолита», 1965).

Тенденция к использованию английского языка в качестве языка художественных произведений является преобладающей. Это связано с тем, что творческий рост писателей находится под воздействием англоамериканской литературной традиции и, в особенности, стилевым влиянием. «Мы не только преимущественно выражаем себя в английском языке (или пишем по-испански с преобладанием английского синтаксиса),

- отмечает Рон Ариас, - .. .многие из нас используют приемы, характерные для Хэмин-гуэя, Сэлинджера, Фолкнера или других. Живой язык вокруг нас становится все более английским» [4, с. 247].

С культурным синтезом, определяющим неповторимость черт литературы чикано, связана и ее особая роль в текущей реальности современного мира. Как пламенно пишет поэт Алуриста «мы - связующее звено между англоязычной Америкой и Америкой индоиспанской. У нас дуалистический взгляд на мир. Наша позиция в историческом времени-пространстве миссионерская. само развитие истории ставит нас в подобное положение».

Академически литература чикано (мексикано-американская) принадлежит к корпусу текущей американской словесности и в то же время она имеет свою независимую траекторию движения, обусловленную особым мироощущением, рожденным исторической встречей культур.

Список литературы

1. Marcienne Rokard. The Children of the Sun: Mexican-Americans of the United States. Tucson: University of Arizona Press. 1989. 205 p.

2. In: Stan Steiner. La Raza! The Mexican-Americans. N.Y.: Harper, 1970. 251 p.

3. Tom Lea. The King Ranch. 2 vols. Boston: Little, 1957. 328 p.

4. Chicano Authors: Inquiry by Interview by Bruce-Novoa (Hardcover - Oct. 1980). Р. 28-41.

5. Matt S. Meier and Feliciano Rivera. The Chicanos: A History of Mexican-Americans. New York: Hill, 1972. 196 p.

6. Hubert Howe Bancroft, The History of California, 7 Vols. San Francisco: The History Company, 1886-90