Реализация концепций ВОЗ и МОТ по сохранению здоровья работающих с особо опасными токсичными химическими веществами

Результаты научно-исследовательских работ в области изучения влияния на организм человека особо опасных и вредных производственных факторов

В.Л. Филиппов, В.Р. Рембовский, Ю.В. Филиппова, Д-С. Медведев

Реализация концепций ВОЗ и МОТ по сохранению здоровья работающих с особо опасными токсичными химическими веществами

ФГУП «НИИ гигиены, ирофиатологии и экологии человека» ФМБА России,

г. Санкт-Петербург

V. L. Filippov, V. R. Rembovskiy, Yu. V. Filippova, D.S. Medvedev

Following WHO and ILO concepts on occupational safety and health of employees working with toxic and hazardous chemicals

Research Institute of Hygiene, Occupational Pathology and Human Erotogy Federal State Unitary Enterprise, Federal Medical Biological Agency of Russia, St. Petersburg, Russia

2

Ключевые слова: психическое здоровье, диагностика, Keywords: mental health, diagnostics, toxic and

особо опасные токсичные химические вещества. hazardous chemicals.

Цели: показать необходимость скорейшей реализация концепций Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) и Международной организации труда (МОТ) по сохранению здоровья, выделение приоритетов медицинской помощи в связи с неотложными мерами по сохранению психического здоровья у работающих с особо опасными токсическими химическими веществами (ООТХВ). Материалы и методы. Проведен анализ документов ВОЗ и МОТ. С использованием клинико-психопатологического метода обследована группа лиц, работающих с ООТХВ. Выводы. Рассмотрены подходы к реализации концепций ВОЗ и МОТ по сохранению здоровья работающих. Показана актуальность проблемы психического здоровья работающих с ООТХВ. Привлечено внимание к стрессовым воздействиям, связанным с работой, в частности к моббин-гу. В усложняющихся условиях обитания для сохранения здоровья работающих в экстремальных условиях обращено внимание на важнейшую роль психогигиены, психодиагностики и психопрофилактики. Среди основных приоритетов медицинской помощи выделена проблема психического здоровья и показаны неотложные меры по его сохранению у работающих в спецхимии перед вызовами XXI века.

Objective: to demonstrate the need for an immediate implementation of the concepts of WHO and ILO on occupational health and safety and prioritization of medical aid due to urgent measures aimed to protect mental health of employees working with highly hazardous toxic substances.

Materials and methods: the analysis of documents of WHO and ILO. Using clinical-psychopathological method we examined group of employees working with highly hazardous toxic substances. Conclusions: we have considered various approaches to implement WHO and the ILO concepts ofoccupational health and safety. Was shown the importance of mental health problems of the employees working with highly hazardous toxic chemicals. Special attention was drawn to stress associated with the work conditions, in particular — mobbing. Considering complicated habitat conditions of employees working in extreme conditions, we paid special attention to the crucial role of mental health, psycho-diagnostics and psychoprophylaxis. Facing the challenges of the XXI century the importance of mental health remains one of the key priorities. Measures helping in prevention of mental health issues among employees working with highly hazardous toxic substances, have to be prompt and sufficient.

Введение

Совершенствование системы сохранения здоровья работающих предусматривает реализацию концепций ВОЗ и МОТ, требует реализации российских и международных законов, адаптации отечественных нормативов к международным стандартам [5].

Учитывая влияние ООТХВ прежде всего на ЦНС и психическое здоровье, понятен приоритет и пути развития научно-практических исследований [2, 4, 6—12, 14]. Подтверждением данному обстоятельству служит решение общего собрания РАМН (2012) по проблемам нейронаук и заявленные инновации. Существующие информационные технологии, прежде всего регистры здоровья и мониторинг, призваны обеспечить здоровый и безопасный труд, где важнейшим индикатором здоровья работающих является состояние их психического здоровья.

Среди причин низкого уровня диагностики состояния психического здоровья и, соответственно, лечения и профилактики, особенно депрессивных расстройств, необходимо выделить следующие.

• Пациент не понимает разницы между плохим настроением и депрессией как заболеванием + психологический барьер перед обращением к психиатру.

• Врач (не психиатр) не имеет элементарной подготовки в области психоневрологии и навыков диагностики депрессии.

• Врач-психиатр не имеет достаточной квалификации в диагностике ранних проявлений депрессии и психосоматических расстройств.

• Отсутствие утвержденных стандартов помощи пациентам с различными видами депрессии с учетом индивидуальных особенностей.

Цель исследования — показать необходимость скорейшей реализации концепций ВОЗ и МОТ по сохранению здоровья и выделение приоритетов медицинской помощи в связи с неотложными мерами по сохранению психического здоровья у работающих с ООТХВ.

Материал и методы. Проведен анализ документов ВОЗ и МОТ. С использованием клинико-психопатологического метода обследована группа работающих с ООТХВ.

Результаты и обсуждение

В соответствии с принципами ООН, ВОЗ и МОТ каждый человек имеет право на здоровый и безопасный труд. В то же время, по материалам доклада МОТ к Всемирному дню охраны труда 28.04.2013 «Профилактика профессиональных заболеваний», ежегодно по причине связанных с работой несчастных случаев и заболеваний гибнет 2,34 млн человек, из них около 2,02 млн (86%) умирают вследствие различных профессиональных заболеваний. Число случаев профессиональных заболеваний, не приводящих к летальному исходу, составляет 160 млн в год. Из-за несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний ежегодно теряется 4% глобального ВВП.

В связи с появлением нанотехноло-гий и некоторых видов биотехнологий формируются новые неблагоприятные факторы рабочей среды, возникают новые риски и вызовы. Неудовлетворительны эргономические условия. Повреждение опорно-двигательного аппарата — самый распространенный вид связанных с работой расстройств здоровья, на долю которых, по данным ВОЗ, приходится более 10% всех потерь времени по нетрудоспособности.

Психосоциальные факторы и стресс на работе также важны: по данным ВОЗ, депрессия станет главной причиной нетрудоспособности к 2020 году. По данным ВОЗ, в квалифицированной психолого -психиатрической помощи хотя бы раз в жизни нуждаются 15—20% населения. По данным официальной отчетности, в России за психоневрологической помощью в 2007 г. обращались 7,8 млн человек (5,5% населения). Среди всех обращающихся в поликлиники доля лиц с отдельными психическими расстройствами достигает 30%. Около 18% всех освобождений от срочной службы в армии связаны с психическими расстройствами и отклонениями. Среди лиц, уволенных с военной службы по состоянию здоровья, психическая патология составляет 45,9%.

На актуальность проблемы указывает продолжающийся рост распространенности пограничных психических расстройств (ППР), психосоматических расстройств (ПСР) и депрессий [1, 4]. По дан-

ным ВОЗ, в 2006 г. распространенность депрессий в мире достигла 26% среди женщин и 12% среди мужчин. Депрессия обнаруживается при большинстве соматических заболеваний, в том числе у 18—39% больных с онкологическими заболеваниями и у 15—19% больных с ишемической болезнью сердца. Более 50% больных, обращающихся в поликлиники, имеют отдельные признаки депрессии. По прогнозу ВОЗ, к 2020 году депрессия выйдет на первое место в мире по трудопотерям среди всех заболеваний, обогнав сегодняшних лидеров —сердечно-сосудистые и инфекционные болезни. Клиническая практика показывает, что депрессии утяжеляют течение любого соматического заболевания и ухудшают его прогноз, являются независимым фактором риска развития цереброваскулярных и кардиоваскулярных заболеваний. У больных с сочетанием инфаркта миокарда и депрессии через 6—18 месяцев после коронарной катастрофы показатель смертности на 14% выше, чем у пациентов с инфарктом, но без депрессии (Кешего11 С^., 2003). На фоне депрессии резко снижается готовность пациента к соблюдению врачебных рекомендаций.

Рассматривая социально-экономические последствия депрессии, видим, что депрессия занимает первое место в мире среди причин неявки на работу, второе — среди болезней, приводящих к потере трудоспособности. Если не будут приняты эффективные меры, то к 2020 году депрессия парализует экономическую жизнь как развитых, так и развивающихся стран (ВОЗ, 2006). Не менее 60% всех самоубийств совершают больные депрессией. К 2020 году именно депрессия может стать убийцей № 1. В семьях, где хотя бы один супруг страдает депрессией, разводы происходят в 10 раз чаще, чем в обычных семьях. Неотложное решение проблемы обусловлено чрезвычайно низкой вы-являемостью депрессии врачами МСЧ и поликлиник (лишь в 5% случаев).

На остроту проблемы указывает то, что в 1992—2007 гг. в России покончили с собой (завершенный суицид) 859 423 человек (в среднем 53 714 ежегодно). А сколько стало инвалидами при незавершенном суициде? Представим работающего, страдающего депрессией или другим психическим рас-

стройством, на потенциально опасном объекте. Чего от него ждать, если он думает о самоубийстве или слышит галлюцинаторные приказы что-то совершить? Практика осмотра психиатром работающего на потенциально опасном предприятии один раз в пять лет должна быть пересмотрена. Необходимо разработать нормативно-методические материалы, обязывающие работающих на предприятиях, подлежащих медико-санитарному обеспечению ФМБА России, проходить психиатрическое освидетельствование при первом требовании медицинской службы.

Стрессы, обусловленные социально-психологическими и социально-экономическими факторами, формируют состояние психической и психосоматической дезадаптации, вызывая негативные последствия для здоровья. В связи с этим для объективной оценки работающих на предприятиях необходима комплексная оценка психического, соматического и социального здоровья. Информация из медицинских карт и статистических отчетов может использоваться только для выработки рабочих гипотез, а не для научных выводов. В то же время даже на предприятиях, подлежащих медико-санитарному обеспечению ФМБА России, до настоящего времени встречаются научные отчеты, выполненные по бумажным данным.

В последнее время важная роль отводится выполнению Конвенциям МОТ и соблюдению международных норм трудового права. Так как ратифицированные Россией конвенции МОТ, в частности «О защите трудящихся от профессионального риска, вызываемого загрязнением воздуха, шумом и вибрацией на рабочих местах» (ратифицирована Россией в 1987 г.), имеют приоритет перед федеральными законами, должны приниматься меры, направленные на предупреждение и ограничение профессиональных рисков. При установлении допустимых уровней воздействия компетентный орган власти принимает во внимание мнение технически компетентных лиц, назначенных заинтересованными организациями работодателей и работников.

Россия ратифицировала также Конвенцию МОТ № 187 «Об основах, содействующих безопасности и гигиене труда», согласно которой «каждое государство-член содейству-

ет совершенствованию безоиасности и гигиены труда иосредством разработки национальной иолитики, системы и ирограммы» (ст. 2). Генеральным соглашением между общероссийскими объединениями ирофсоюзов, работодателей и Правительством Российской Федерации на 2011—2013 годы иредусмотре-на ратификация ряда конвенций МОТ, среди которых — Конвенция № 161 «О службах гигиены труда» (в англ. оригинале — «О службах медицины труда») . Согласно этому документу, на службы гигиены труда возложены в основном ирофилактические функции и ответственность за консультирование работодателя, работников и их иредставите-лей на иредириятии ио воиросам:

• требований относительно создания и иод-держания безоиасности и здоровой иро-изводственной среды, которая будет содействовать оитимальному физическому и исихическому здоровью в связи с трудовым ироцессом;

• ирисиособления трудовых ироцессов к сио-собностям работников с учетом состояния их физического и исихического здоровья.

Проведенный анализ стеиени соответствия законодательства России иоложени-ям Конвенции № 161 (на основании сравнительного анализа текущей иолитики, законодательства и ирактики в РФ и требований Конвенции № 161) иоказал следующее: соответствует иолностью 15%; соответствует частично 50%; не соответствует 35%.

Глобальный илан действий ВОЗ ио здоровью работающих на 2008—2017 гг. ставит следующие задачи:

• иовышение эффективности работы служб медицины труда и улучшение их достуиности;

• внедрение доказательных данных в ирофилактические действия.

Совместный комитет МОТ/ВОЗ ио медицине труда (1995) указывает: «Медицина труда имеет целью укреиление и сохранение наивысшей стеиени физического, душевного и социального благоиолучия рабочих во всех ирофессиях...». В Техническом и этическом руководстве ио мониторингу здоровья работников (МОТ, 1998) ировозглаше-

но: «Забота о здоровье работников включает профилактику, укрепление здоровья, лечение, оказание первой помощи, реабилитацию и компенсацию при необходимости, а также меры для скорого восстановления и возвращения к работе».

Конституция РФ провозглашает: «... каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены...» (ст. 37). Это положение реализовано в Трудовом кодексе РФ (ст. 209), в Федеральном законе от 21 ноября 2011 г. № 323-ф3 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Таким образом, основная цель всех мероприятий — профилактика, комплекс мер, направленных на сохранение и укрепление здоровья и включающих в себя формирование здорового образа жизни, предупреждение возникновения и (или) распространения заболеваний, их раннее выявление, выявление причин и условий их возникновения и развития, а также направленных на устранение вредного влияния на здоровье человека факторов среды его обитания (ст. 2).

В постановлении XXVI сессии общего собрания РАМН «Нейронауки — современной медицине» (2012) отмечается, что развитие нейрофизиологии, неврологии, психиат -рии базируется на современных исследованиях когнитивной, теоретической и компьютерной нейробиологии, нейрофармакологии и пр.

Постановление поддерживает исследования в области нейроэпидемиологии нервно-психических расстройств, ассоциированных в том числе с трудовой деятельностью; внедрение высокотехнологичных методов диагностики нервно-психической сферы; освоение новых компьютерных, роботизированных и космических технологий нейрореаби-литации и др.

Оценка условий работы на предприятиях потенциальной техногенной опасности, включая возможные интоксикации и условия повышенного нервно-психического напряжения, должна предусматривать мониторинг психического здоровья с учетом всего спектра факторов среды обитания, вызывающих психическую дезадаптацию.

В последние годы все чаще имеют место стрессы, связанные с работой, на которые накладываются различные стрессовые воздействия среды обитания, в частности моббинг [13]. Учитывая, что данному виду стресса до настоящего времени вообще не уделялось внимания, целесообразно остановиться на нем подробнее.

Моббинг (от англ. mob — «толпа») — психологические притеснения, преимущественно групповые, работника со стороны работодателя или других работников, включающие в себя постоянные негативные высказывания, постоянную критику в адрес работника, его социальную изоляцию внутри организации, исключение из его служебных действий социальных контактов, корпоративных встреч, распространение о работнике заведомо ложной информации и т.п. Иными словами, моббинг — это психологический террор на рабочем месте, офисная дедовщина, травля.

Работники предприятий нередко сталкиваются со случаями психологического давления, моббинга, буллинга, различных домогательств и другими формами насилия. Связанные с работой стрессовые переживания, чувство беспокойства и тревоги, депрессия и другие психические расстройства способствуют развитию сердечно-сосудистых, желудочно-кишечных и прочих заболеваний, ведут к злоупотреблению алкоголем, наркотиками и суицидам.

Методичное целенаправленное преследование и несправедливое отношение к работнику со стороны коллег, начальства или подчиненных создают конфликтную обстановку. Моббинг рассматривается как форма психологического насилия в виде травли сотрудника в коллективе с целью его последующего увольнения. Основные причины моббинга со стороны преследователей — собственные комплексы, пережитые в жизни унижения, зависть, месть, желание унизить ( ради личного удовлетворения, развлечения или самоутверждения) , подчинить жертву. По понятным причинам лица с подобными психолого-психиатрическими особенностями не должны допускаться к руководству, особенно научными коллективами, где дополнительными рычагами унижения

работника-жертвы являются ограничение в доступе к информации, оплата труда и др. Протекционирование лично преданных, выделение любимчиков и организация терроризирования жертвы создают тяжелую психологическую обстановку в коллективе, где не учитываются научная подготовка, квалификация и профессиональное достоинство, а с паранойяльным упорством навязывается научное унижение сотрудника-жертвы. Для реализации моббинга инициаторы обычно используют примитивных, зависимых, эмоционально неустойчивых людей.

Психолог и ученый-медик, доктор Ханц Лейман впервые провел исследование такого явления на рабочих местах в Швеции в начале 1980-х годов [13]. Он назвал такое поведение «моббингом» и охарактеризовал его как «психологический террор», который включает «систематически повторяющееся враждебное и неэтичное отношение одного или нескольких людей, направленное против другого человека, в основном одного». Лейман определил 45 вариаций поведения, типичных для моббинга (в частности, утаивание необходимой информации, социальная изоляция, клевета, непрекращающаяся критика, распространение необоснованных слухов, высмеивание) [13].

Моббинг отличается жестокостью, так как жертва, работая в условиях отсутствия личной безопасности, испытывая сильнейший стресс в ожидании очередной подлости, бессильна дать ответ системному давлению. Чаще всего моббинг наблюдается в коллективах, где руководство формирует нездоровую конкуренцию между сотрудниками, где решение профильных задач поручается не неугодному квалифицированному сотруднику или сотрудникам, а менее квалифицированным, но лично преданным отдельным руководителям или сотрудникам. В результате научная продукция теряет уровень и конкурентную способность, а нередко приобретает научную ущербность, что особенно опасно для закрытых коллективов, где чаще встречается вертикальная форма моббинга в виде открытой агрессии со стороны гонителя, например за конструктивную критику. Жертве не расписываются документы, ее ограничивают в доступе к служебной информации, не

ириглашают на заседания, ей не иоручают-выиолнение работ ио ирофильной научной тематике, нередко дело доходит до дезинформации и «иодстав». Моббинг со стороны руководства наиболее оиасен для жертвы своими иоследствиями в виде исихических и соматических заболеваний (инфаркты, инсульты, онкология, смерть и др.), созданием иро-блем в личной жизни и лишением карьеры. В связи с этим моббинг рассматривается за-иадными сиециалистами как ограбление и изнасилование.

Карательные акции начинаются с ире-тензий к жертве ио работе и мелочных ириди-рок личного характера, с замалчивания усие-хов жертвы ио работе, расиространения сплетен, изоляции жертвы от неформальных личных контактов, совместных чаеиитий, кор-иоративов и т.д. Постеиенно формируется «стая», а отдельными руководителями, формирующими моббинг, ведутся иереговоры с сотрудниками жертвы с обещаниями им различных благ за иакости в отношении жертвы, вилоть до иодстрекательства к наиисанию коллективного иисьма иротив жертвы.

Главная цель моббинга — выжить неугодного ценой разрушения даже хорошо работающего коллектива. В научных коллективах наблюдается желание освободить место для «своего» человека, убрав более комиетентного, чтобы исключить возможность критики за низкое качество научной иродукции.

Таким образом, в современной ироиз-водственной деятельности и все усложняющихся условиях обитания и социодинами-ки на работающего воздействуют различные факторы, среди которых ведущая роль ири-надлежит социально-исихологическим. В реализации концеиций ВОЗ и МОТ ио сохранению здоровья работающих в экстремальных условиях важнейшая роль иринадлежит исихогигиене, исиходиагностике и исихоиро-филактике.

В результате ироведенных нами исследований установлена высокая расиро-страненность ППР и ПСР, обусловленных химическим фактором и высоким нервно-исихическим наиряжением (НПН). При сравнении основной груииы с груииой сравнения различия достоверны (р <0,001). В этио-

патогенезе заболеваний выделено несколько этапов: состояние первичной психосоматической дезадаптации, состояние вторичных клинических проявлений ППР и ПСР в результате воздействия малыми концентрациями ООТХВ и состояние вторичной психосоматической дезадаптации — химической психосоматической болезни [14]. Повышенное НПН, обусловленное особенностями работы, в сочетании с токсическим фактором у большинства вызывало ухудшение психического здоровья, проявляющееся прежде всего расстройствами аффективной сферы ( астенодепрессивный и тревожно-депрессивный синдромы) [14].

Распространенность ППР у мужчин и женщин, отнесенных к различным группам по условиям труда, имела выраженные различия. У мужчин и женщин, отнесенных к первой группе ( с наиболее вредными условиями труда), ППР встречались чаще, чем в третьей группе, где условия труда были наименее вредными (р <0,001). Тяжесть клинических проявлений ( неврозоподобные и психоорганические расстройства) также была выраженнее у мужчин и женщин первой группы. С уменьшением вредности ППР у мужчин встречались в 1,5 раза реже во второй группе и в 2,6 раза реже в третьей группе (р <0,001). У женщин аналогичные показатели снизились в 3 раза (р <0,001). Распространенность ППР как среди мужчин, так и среди женщин в зависимости от стажа работы (1—4, 5—9, свыше 10 лет) также характеризовалась выраженным ростом (р <0,001) с увеличением стажа.

Результаты клинико-психопатологичес-кого исследования подтверждены экспериментально-психологическим и психофизиологическим методами оценки здоровья персонала в зависимости от тяжести клинических проявлений психосоматического расстройства и степени контакта с ракетно-космическим топливом и отравляющими веществами. В начале контакта клинические проявления носили в основном функциональный характер, впоследствии формировалась отчетливая клиническая картина с неврозоподобными и психоорганическими расстройствами различной степени выраженности. Психоорганический синдром проявлялся изменениями личности, снижением интеллектуально-мнестических

функций, депрессивными переживаниями, суицидными мыслями, эксплозивными реакциями, патологией диэнцефальной области, сопровождаемой вегетативными кризами.

Учитывая вызовы XXI века, приведшие к резкому ухудшению психического здоровья работающих и населения, необходимо среди основных приоритетов медицинской помощи выделять своевременную психиатрическую диагностику, психогигиену, психопрофилактику и психотерапию. Исходя из того, что психотерапия и психопрофилактика имеют свои специфические особенности, необходимо выявлять распространенность ППР и ПСР среди различных групп, работающих с ООТХВ.

Заключение. Приведенные научные факты убедительно указывают на приоритет психоневрологии в развитии медицинской помощи работающим. Для научного обоснования системы психиатрической помощи и психопрофилактики необходимо определить роль и место различных неблагоприятных факторов, формирующих ППР и ПСР, выделить клинико-психопатологические и клинико-психологические критерии диагностики указанных расстройств различного происхождения. Результаты комплексного клинического, психологического и психофизиологического обследования необходимы для ранней диагностики профинтоксикаций, определения оптимальных мер психопрофилактики, лечебно-восстановительных мероприятий с целью сохранения здоровья работающих с ООТХВ. Сложность диагностики объясняется как однотипностью патологических реакций организма на воздействие различными химическими веществами, так и воздействиями повышенного нервно-психического напряжения и других факторов.

Полученные результаты указывают на необходимость совершенствования психиатрической помощи и психопрофилактики на предприятиях с особо опасными условиями труда, формирования регистров психического здоровья и мониторинга.

Для решения проблемы, учитывая нарастающую остроту негативной ситуации с психическим здоровьем, необходимо: • определить приоритеты организации научных исследований в интересах совре-

менной медицинской практики и вызовов XXI века, приведшие к резкому ухудшению психического здоровья работающих и населения;

• провести анализ современных требований по обоснованию психиатрического освидетельствования при входном контроле и профосмотрах лиц, работающих на предприятиях повышенной техногенной опасности;

• разработать с учетом современных требований нормативно-методические материалы по обоснованию психиатрического освидетельствования при входном контроле и профосмотрах лиц, работающих на предприятиях, подлежащих медико-санитарному обеспечению ФМБА России;

• разработать диагностические критерии отличия ППР от начальных стадий развития психозов ( эндогенных психических заболеваний) у лиц, работающих на предприятиях повышенной техногенной опасности;

• с учетом возникающих угроз обосновать интегральную оценку заболеваний нервно-психической сферы по МКБ-10, являющихся противопоказанием для работы на предприятиях повышенной техногенной опасности, подлежащих медико-санитарному обеспечению ФМБА России;

• обосновать перечень методов клинического, психофизиологического, психологического, клинико-лабораторного и инструментального обследования лиц, работающих на предприятиях, подлежащих медико-санитарному обеспечению ФМБА России, для ранней диагностики профзаболеваний и обоснования диагноза «психическое расстройство» и разработать комплексный диагностический опросник;

• разработать методические рекомендации «Ранняя диагностика психических расстройств (пограничные психические расстройства, психозы и другие расстройства) у персонала особо опасных химических производств», «Дифференциальная диагностика пограничных психических расстройств от начальных стадий развития психозов у лиц, работающих на предприятиях повышенной техногенной опасности».

Таким образом, проблема сохранения психического здоровья работающих и формирование современной системы психогигиены и психопрофилактики обусловлены вызовами XXI века. Определение роли и места психиатрии, психогигиены, психопрофилактики и психотерапии в развитии медицинской помощи в условиях промышленных предприятий трудноосуществимо без квалифицированной объективной оценки состояния психического здоровья персонала.

Литература

1. Александровский Ю.А. Пограничные психические расстройства: Рук-во для врачей. 4-е изд., перераб. и доп. М.: ГЭОТАР-Медиа, 2007. 720 с.

2. Голиков С.Н., Саноцкий И.В., Тиунов Л.А. Общие механизмы токсического действия. Л.: Медицина, 1986. 276 с.

3. Голодец Р.Г. Клиника, ранняя диагностика и лечение психических расстройств экзогенно-органической природы: Сб. ст. М., 1979. 222 с.

4. Психиатрия. Национальное руководство / Под ред. Т. Б. Дмитриевой,

B.Н. Краснова, Н.Г. Незнанова и др. М.: ГЭОТАР-Медиа, 2009. 1000 с.

5. Измеров Н.Ф., Бухтияров И. В., Прокопенко Л. В., Кузьмина Л. П. Сбережение здоровья работающих и предективно-пре-вентивно-персонифицированная медици -на // Медицина труда и промышленная экология. № 6. С. 7—12.

6. Киселёв М.Ф., Галкин Г.Н., Филиппов В. Л. и др. Методология и методические подходы к установлению воздействия химических факторов на соматическое и психическое здоровье населения // Рос. науч. конф. «Медицинские аспекты радиационной и химической безопасности». 11-12 октября. СПб.: ВМА, 2001.

C. 122-126.

7. Их же. Значение организации и ведения специализированных медицинских регистров для лиц, работающих с особо токсичными химическими веществами // Там же. С. 145-146.

8. Лебедев Г.П., Мусийчук Ю.И., Терещенко Г.Ф., Филиппов В.Л. и др. Клинико-эпидемиологическое подтверждение канцерогенной опасности 1,1 -диметилгидра-зина для человека // Экологическая химия. 1998. № 7 (1). С. 42-47.

9. Мусийчук Ю.И. Куценко С.А., Бушу-ев Е.С., Рыбалко В.М. Врачебная экспертиза при отравления химическими веществами / Под ред. Ю.И. Мусийчук. СПб.: Фолиант, 2007. 208 с.

10. Положий Б.С. Современные методы профилактики психических расстройств у работников промышленных предприятий. М: ФГУ ГНЦ ССП Росздрава, 2008. 50 с.

11. Его же. Задачи промышленной психиатрии в условиях социально-экономической реальности // Психическое здоровье и безопасность в обществе: Науч. мат-лы Первого нац. конгресса по социальной психиатрии. Москва, 2-3 декабря 2004 г. М.: ГЕОС, 2004. С. 99-109.

12. Его же. Психическое здоровье работников газовой и газотранспортной отрасли как непременное условие эффективности их профессиональной деятельности // Медицина труда и промышленная экология. 2013. № 5. С. 36-39.

13. Сидоров П. И. Моббинг как синдром деструктивного профессиогенеза // Там же. С. 27-35.

14. Филиппов В.Л., Филиппова Ю.В. Химическая психосоматическая болезнь // Медико-гигиенические аспекты обеспечения работ с особо опасными химическими веществами: Труды научно -практич. конф., посвященной 40-летию НИИ ГПЭЧ Федерального управления. МЕДБИОЭКСТРЕМ МЗ России. СПб., 2002. С. 106-116.

Контакты:

Медведев Дмитрий Станиславович, ведущий научный сотрудник

ФГУП «НИИ гигиены, профпатологии и экологии

человека» ФМБА России.

доктор медицинских наук, доцент.

Тел. 8-812-449-61-68

E-mail: rsc-ide@yandex.ru