Стратегия сближения и ее нарушения в речевом взаимодействии врача и пациента

нимике современного русского литературного языка. - М.,

1966. - С.170.

13. Шапошникова И.В. Системные диахронические изменения лексико-семантического кода английского языка в лингво-этническом аспекте.- Иркутск: ИГЛУ, 1999. - 243 с.

14. Шведова Н.Ю. Три заметки о смысловых пересечениях // Сокровенные смыслы: Слово. Текст. Культура: сб. статей в честь Н.Д. Арутюновой. - М.: Языки славянской культуры, 2004. - 880 с.

15. Щербатых Ю.В. Психология страха: популярная энциклопедия. - М.: Эксмо, 2005. - 512 с.

16. Апресян Р.Г., Гусейнов А.А. Этика: энциклопедический словарь. - М.: Гардарики, 2001. - 671 с.

17. Мещеряков Б.Г., Зинченко В.П. Большой психологический словарь. - 3-е изд., доп. и перераб. - СПб.:

Прайм-еврознак, 2006. - 672 с.

18. Erich und Hildegard Bulitta. Das grope Lexikon der Synonyme. Uber 28 000 Stichworter. Uber 300 000 sinn-und sachverwandte Begriffe. - Fischer Taschenbuch Verlag, 2005.-S.1049.

19. Duden. Das groBe Worterbuch der deutschen Sprache: in 6 Bd. - Mannheim; Wien; Zurich: Bibliographisches Institut,

1981- S.2992.

20. Duden. Deutsches Universalworterbuch. 3 neu bearbeitete und erweiterte Auflage. - Mannheim: Dudenverlag,

1996. - S. 1816.

21. Duden. Etymologie Herkunftsworterbuch der deutschen Sprache. 2 vollig neu bearb.u. erw. Aufl. - Mannheim/ Wien/

Zurich: Bibliographisches Institut, 1989. - S.839.

Зудаева Вероника Вячеславовна - аспирант кафедры немецкой филологии Иркутского государственного лингвистического университета. 664025, г. Иркутск, ул. Ленина, 8, тел: 89500654913, e-mail: veronikaz2007@mail.ru

Zudaeva Veronika Vjacheslavovna - postgraduate student of chair of German philology, Irkutsk State Linguistic University. 664025, Irkutsk, Lenin str. 8, tel: 89500654913, e-mail: veronikaz2007@mail.ru

УДК 81’27 © Т.Г. Карымшакова

СТРАТЕГИЯ СБЛИЖЕНИЯ И ЕЕ НАРУШЕНИЯ В РЕЧЕВОМ ВЗАИМОДЕЙСТВИИ ВРАЧА И ПАЦИЕНТА

В статье рассматривается стратегия сближения врача с пациентом как важнейшее условие завоевания доверия в медицинском дискурсе. Для достижения этой цели представитель дискурса экспертного сообщества входит в дискурс различий пациента и формирует дискурс согласования -наиболее оптимальный режим реализации лечебной деятельности.

Ключевые слова: стратегия сближения, дискурс экспертного сообщества, дискурс различий, дискурс согласования.

T.G. Karymshakova

STRATEGY OF APPROACHING AND ITS VIOLATION IN A DOCTOR-PATIENT INTERCOURSE

The main condition of patient’s trust to a doctor in medical discourse is a strategy of approaching to a patient. For this purpose a representative of medical community discourse (a physician) penetrates into patient’s diversity discourse forming concord discourse, the latter being the most favourable mode for treating a patient.

Keywords: strategy of approaching, community discourse, diversity discourse concord discourse.

22. Duden. Das Synonymworterbuch Ein Worterbuch sinnverwandter Worter. Bd.8., 4. Aufl. - Mannheim/ Leipzig/ Wien/ Zurich: Dudenverlag, 2007. - S. 1104

23. Kluge F. Etymologisches Worterbuch der deutschen Sprache. - Berlin, 1989. - S. 822.

24. Langenscheidts GroBworterbuch Deutsch als Fremdsprache. - Berlin und Munchen: Langenscheidt KG, 2008. - S. 1307.

25. Wahrig. Deutsches Worterbuch mit einem Lexikon der deutschen Sprache: Mosaik Verlag GHBH, 1980. - S. 4358

26. Wikipedia. Die freie Enzyklopadie [Electronic resource] - URL: http://de.wikipedia.org/wiki/Tapferkeit

Список источников примеров

1. Remarque E.M. Drei Kameraden: Roman. - M.: Verlag fur fremdspachige Literatur, 1960. - 454 S.

2. Remarque E.M. Im Westen nichts Neues. - M.: Verlag fur fremdspachlige Literatur, 1956. - 223 S.

3. URL: http://www.bild.de/news/standards/kommentar/

kommentar-3950358.bild.html

4. URL: http://www.manager-magazin.de/lifestyle/reise/

0,2828,734530,00.html

5. URL: http://www.welt.de/regionales/hamburg/

article13835301/ Krippenspiel-T ragoedie-V erletztes-

Maedchen-darf-heim.html

6. URL: http://www.zeit.de/2000/43/200043_headline_

kim_s.. xml

7. URL: http://www.zeit.de/2009/17/M-Zusammen-

Netzwerke

Одной из центральных проблем современной лингвистики является изучение процесса коммуникации в связи с деятельностью в различных социальных сферах. В условиях институционального дискурса, в нашем случае медицинского, речевая коммуникация не просто сопровождает деятельность, а является одним из средств ее осуществления.

Функционально (и в широком социокультурном аспекте) на уровне речевой деятельности различают три вида дискурса.

Дискурс различий (ДР) - это множество дискурсов, в которых выражаются расхождения в суждениях и оценках в определенных областях социальной практики. Целью участников ДР является «установление признаков всеобщего, вылавливание их в бесконечности феноменологических рассуждений, интерпретаций. Общего языка в дискурсе различий не бывает» [Каплу-ненко, 2007].

Дискурс экспертного сообщества (ДЭС). Дискурс сообщества объединяет людей по роду занятий или интересов. Понятие дискурсивного сообщества, контролирующего дискурсивную деятельность субъекта, получило развитие в работах ряда зарубежных исследователей [Swales, 1990; Bizzell, 1992; Wenger, 1998 и др.]. А.М. Каплуненко ввел новый термин - дискурс экспертного сообщества - для обозначения объединения носителей специального знания, порождающих дискурс, в котором образуется, развивается и модифицируется термин [Каплуненко, 2007]. Представители экспертного медицинского сообщества владеют терминологией в результате специального образования и клинической практики. Экспертное сообщество определяется нами как иерархически организованная группа экспертов в той или иной области, подчиняющихся определенным конвенциям.

Цель медицинского дискурса - не только диагностировать заболевание, осуществлять лечебный процесс, но также дать знания о здоровье и болезни, о физическом и духовном потенциале пациента. Цель врача-носителя ДЭС состоит в том, чтобы согласовать свои профессиональные знания с наивным знанием Другого (пациента). Участники коммуникации должны прийти к дискурсу согласования (ДС).

ДС в медицине создается врачом-носителем ДЭС и приближает его к ДР пациента. Врач наделен социальной и эскулаповой властью (принадлежит к общественному институту медицины, имеет социальный, профессиональный статус) и добивается коммуникативной цели посредством набора коммуникативных стратегий.

Коммуникативная стратегия - это тип поведения одного из партнеров в ситуации диалогического общения, комплекс речевых действий, направленных на достижение определенной цели [Ис-серс, 2008]. Стратегия в медицинском взаимодействии направлена на изменение модели мира пациента, на убеждение в необходимости определенного метода лечения и создание терапевтической атмосферы комфорта, доверия к врачу.

Авторитетный носитель ДЭС в медицине занимает позицию власти по отношению к носителю ДР и реализует лечебный процесс, направленный на выздоровление пациента; известно, что советы и назначения врача следует строго выполнять. Фактически, такое взаимодействие строится по модели командного дискурса, до сих пор существующего в военном социуме.

Однако в реальной клинической практике, содержанием которой является взаимодействие врача и пациента, эти властные отношения приобретают диалектический характер. Наши результаты наблюдения за общением врача и пациента показали, что реальная модель - более сложная и гибкая. Она включает ряд манипуля-тивных характеристик, первой из которых является завоевание доверия пациента. Она реализуется в стратегии сближения. Здесь и далее под стратегией сближения, с лингвистической точки зрения, понимается использование версии языка (жанров, устойчивых речевых формул, равно как и прочих референций к личным ценностям адресата), характерной для коммуникации с людьми «близкого круга»: членами семьи, знакомыми, друзьями. Иными словами, стратегия сближения предполагает вхождение носителя ДЭС в ДР собеседника.

Особый исследовательский интерес при рассмотрении медицинского дискурса представляет раскрытие механизма сближения коммуникантов. Сближение способствует формированию коммуникативной общности, обратной связи между врачом и пациентом, обозначает позиции участников общения. Например:

Пациент:

- Здравствуйте.

Врач:

- Здравствуйте, Ольга Николаевна, как жизнь?

Пациент:

- Ах, ну как жизнь? Я все с рукой, второй уже начала делать это, как сказать...

«Здравствуйте, Ольга Николаевна, как жизнь?» - этот вопрос является прототипическим в среде знакомых, друзей, соседей. Таким

образом, врач вместо того, чтобы сразу переходить к реализации лечебного процесса, устанавливает отношения, аналогичные отношениям с друзьями, коллегами. Врач создает ДС, приближается к ДР пациента, применив элементы стратегии сближения, а именно, типовые высказывания социальной среды людей «близкого круга».

Врач:

- Здравствуйте, проходите!

Пациент:

- Здравствуйте.

Врач:

- О, красавица! Похорошела!

Пациент:

- Спасибо, Лариса Константиновна, я же поступила на закройщика-портного с прикладным искусством по пошиву национальных костюмов!

Врач:

- Поздравляю!

Актуализация стратегии сближения способствует более высокому уровню доверия. «Красавица, похорошела» определяется как комплимент, как знак сближения, прототипический для данной стратегии. О значительном совместном контексте интерпретации свидетельствует информация о событии, не связанном с профессиональным взаимодействием врача и пациентки: «поступила на закройщика». Комплимент -весьма эффективный инструмент стратегии сближения, он вызывает ответную реакцию пациентки: «если врач начинает разговор с приятной характеристики моей внешности, то я поделюсь с ней информацией «близкого круга».

Как утверждает В.В. Жура [Жура, 2008], «... во время контактоустанавливающего этапа (представленного в 89,5% проанализированных первичных консультаций) происходит обработка невербальной информации - внешнего вида больного, жестикуляции и т.п., выступающих отправным пунктом диагностики болезни». В связи с этим интересен следующий пример, который иллюстрирует, как в рамках стратегии сближения реализуется переход на языковую версию, близкую к идиолекту пациента.

Врач:

- Здравствуйте.

Пациент:

- Здравствуйте.

Врач:

- Сама прибыла, но как жизнь?

Пациент:

- Да ничего, так-то вроде бы все нормально, я пролечилась там, на Верхней Березовке.

По вербальным и невербальным признакам пациентки для врача очевидно, что она имеет низкий социальный статус. Несмотря на инсти-туциональность коммуникации, ею используется разговорный язык (да ничего, вроде бы). Врач принимает идиолект пациента, входит в ее ДР, добившись необходимого эффекта сближения.

Следующей тактикой, в которой врач активно использует предварительную обработку невербальной информации, является тактика апробации профессиональных знаний пациента. Технически эта тактика сходна с режимом тестирования. Ориентируясь на полученную информацию и на более широкий контекст ситуации, врач строит предположение о потенциальных профессиональных знаниях пациента. Это позволяет строить взаимодействие более точно и эффективно.

Nurse:

- His name is Monty; he says he is HIV-positive.

Dr. Lewis:

- Are you on any medications, Monty? AZT,

DDI, Bactrim?

Monty:

- AZT, and some white and red ones...

Dr. Lewis:

- Dilantin? Have you been taking them?

Monty:

- Sometimes Iforget.

При осмотре ВИЧ-позитивного пациента врач делает предположение о давности заболевания, о нерегулярности или полном отсутствии лечения (Are you on any medications, Monty?) Ответы пациента подтверждают недостаточный контекст интерпретации, минимальное владение медицинской терминологией (and some white and red ones.), нерегулярность терапии (Sometimes I forget). Пациент, несмотря на серьезное заболевание, практически не имеет профессиональных медицинских знаний и опыта лечебного процесса, и этот вывод делается на основании тестирующих вопросов врача. Как показывает анализ нашего материала, методика тестового общения значительно повышает эффективность коммуникации «врач-пациент». Это позволяет быстрее выявить уровень профессиональных знаний пациента и приступить непосредственно к лечению.

Также весьма популярной разновидностью стратегии сближения является наращение совместного контекста интерпретации. Участники медицинской коммуникации, являясь носителями ДР и ДЭС, имеют различные по объему и качеству дискурсы. Врач-эксперт в силу его ин-

ституционального статуса. Однако и пациент, находясь в ситуации болезни, также имеет свой уникальный ДР в медицинской области. В основе его восприятия лежит концепт «боль», бедный по содержанию, и весьма неопределенный по объему. Соответственно, вступая в коммуникацию, врач (носитель ДЭС) и пациент (носитель ДР) уже имеют совместный, в каждом случае разный, контекст интерпретации.

Врач:

- А вы лекарства-то, какие пьете, нет?

Пациент:

- Я пью прилан. Ну, так, он слабый.

Врач:

- А какую дозировку пьете?

Пациент:

- Десятку пил, сейчас двадцатку пью. А так, когда 190 - 180, я энап пью.

В данном примере врач беседует с пациен-том-гипертоником, имеющим длительную историю болезни. Больной уверенно владеет необходимой медицинской терминологией. Опыт соответствующей интерпретации подтверждается использованием жаргонных слов, относящихся к дозировке лекарственных средств (десятка, двадцатка), умением варьировать препараты в зависимости от показателей артериального давления (прилан, энап). Это позволяет врачу строить профессиональное взаимодействие по приближению к ДР больного без дополнительных усилий и не подыскивать упрощенных формулировок для сокращения коммуникативной дистанции. Таким образом, врач и пациент могут устанавливать совместный контекст с целью более эффективного взаимодействия.

Отсутствие совместного контекста интерпретации создает коммуникативные помехи и неудачи во взаимодействии врача и пациента. Показателен следующий пример:

Врач:

- Как болит? Сжимает, давит, горит...

Пациент:

- Нет, не горит...

Врач:

- Колет?

Пациент:

- Колет? ммм... нет, не колет.

Врач:

- А как?

Пациент:

- Просто боль. Вот стоит, и все.

Врач:

- Ну, какого характера? Вы мне объясните.

Пациент:

- А вы так, перечисляйте, я попробую сказать.

Характерно, что пациент пытается побудить врача к тактике тестирования, рассмотренной выше. Носитель ДР вправе предполагать, что представитель ДЭС обладает более богатым репертуаром наименований концепта «боль». Однако врач отказывается использовать тактику тестирования, считая, что все варианты уже были исчерпаны.

Врач:

- Я вам всё сказала: сжимает, давит, горит, режет, колет...

Пациент:

- Сжимает, может,... наверное,... но не совсем сжимает. Ну, трудно сказать...

Этот пример демонстрирует, как отсутствие совместного контекста интерпретации приводит к неудаче в коммуникации (Ну, трудно сказать...). Несмотря на попытки врача войти в ДР пациента и применение тестовой методики коммуникации, ДС не достигнут. Пациенту не удалось сформулировать характер болей в области сердца. Врачу сложно диагностировать патофизиологические изменения и процессы, происходящие в организме больного. Стратегия сближения не реализована.

Таким образом, в силу способности разума диалектически преодолевать различия, врач выверяет различный в каждом случае совместный контекст интерпретации. Он достигает эффекта сближения, устанавливает ДС, соединив разрозненные признаки явлений и симптомов, оперирует или терминами (при значительном совместном контексте интерпретации), или понятиями (при малом совместном контексте интерпретации).

Властная функция врача, его высокий коммуникативный статус позволяют ему доминировать во взаимодействии, актуализируя как стратегию сближения, так и стратегию дистанцирования. Прототипическими для последней стратегии является использование весьма сложных медицинских терминов, вызывающих у пациентов затруднения; стратегия дистанцирования почти всегда влечет за собой нарушение принципов кооперации.

Врач:

- А вы на хеликобактер пилори-то сдавали, нет?

Пациент:

- Я даже...ну... ну, это вы.на маркеры, вы мне говорите?

Врач:

- Нет.

Л.В. Кульчицкая. ПОНЯТИЯ «КОГНИТИВНАЯ» И «КОНЦЕПТУАЛЬНАЯ» МЕТАФОРА В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ЛИНГВИСТИКЕ РАННЕКОГНИТИВНОГО ПЕРИОДА

Пациент:

- Это на что? Вы мне объясните, пожалуйста. Я же...

Врач:

- Ну, на такие, эти самые...

Пациент:

- А, на бактерии?

Пациентка подтверждая, что не знакома с термином «хеликобактер пилори», запрашивает у врача дополнительную экспертную информацию. Врач уходит от ответа, дистанцируясь от пациента. Очевидно, что врач либо не владеет языковыми средствами обеспечения ДС, либо по каким-то причинам не желает формировать совместный контекст интерпретации.

Таким образом, проведенный анализ примеров коммуникативного взаимодействия врача и пациента позволяет сделать следующие выводы:

1. Дискурсивная деятельность врача носит диалектический характер и направлена на создание дискурса согласования. Актуализация стратегии сближения врача и пациента формирует коммуникативную общность и эффективную обратную связь между врачом и пациентом.

2. Актуализация стратегии дистанцирования врача от пациента нарушает правила коммуникативного институционального поведения (принципы кооперации) и означает отказ врача от создания ДЭС.

Перспективу дальнейшего изучения вербального взаимодействия врача и пациента мы усматриваем в областях аргументации и манипуляции. Равно как и в соответствующих стратегиях и тактиках, обуславливающих характер этого взаимодействия.

Литература

1. Дейк Т.Д. ван Дейк. Язык. Познание. Коммуникация. - М.: Прогресс, 19S9. - 312 с.

2. Жура В.В. Дискурсивная компетенция врача в устном медицинском общении: автореф. дис. ... канд. фи-лол. наук. - Волгоград, 200S. - 23 с.

3. Иссерс О.С. Коммуникативные стратегии и тактики русской речи. - М.: ЛКИ, 200S.

4. Каплуненко А.М. Концепт - понятие - термин: эволюция семиотических функций в контексте дискурсивной практики // Азиатско-Тихоокеанский регион: диалог языков и культур. - Иркутск: ИГЛУ, 2007. - С.115-120.

5. ER [Видеозапись] / реж. Р. Хэлкоб; Бразерз Теле-вижн. - Констант-Си Продакшн, 1995.

6. Swales J. Genre. - New Albany, 1990.

Карымшакова Татьяна Геннадьевна, аспирант, старший преподаватель кафедры перевода и межкультурной коммуникации Бурятского государственного университета. 670000 г. Улан-Удэ, ул. Сухэ-Батора, 16, тел. 8(9021)68-98-62; раб. 2207-57. Е-mail: ktanya123@inbox.ru

Karymshakova Tatyana Gennadievna - post graduate student of Translation and Crosscultural Communication of Buryat State University. 670000, Ulan-Ude, Sukhe-Bator St., 16, Foreign Languages Faculty, Buryat State University, tel: 89021 -68-98-62; раб. 22-07-57. Е-mail: ktanya123@inbox.ru

УДК^і^З.бП^; S11.11-112 © Л.В. Кульчицкая

ПОНЯТИЯ «КОГНИТИВНАЯ» И «КОНЦЕПТУАЛЬНАЯ» МЕТАФОРА В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ЛИНГВИСТИКЕ РАННЕКОГНИТИВНОГО ПЕРИОДА

В статье рассматривается трактовка терминов «когнитивный» и «концептуальный» применительно к метафоре в ранний период утверждения когнитивной парадигмы в России (начиная с 80-х гг. ХХ в.) и в американской когнитивной лингвистике. Показано, что в тот период термины имели разное содержание.

Ключевые слова: когнитивная метафора, концептуальная метафора, ментальная проекция, нейронные связи.

L.V. Koulchitskaya

COGNITIVE AND CONCEPTUAL METAPHOR IN RUSSIAN LINGUISTICS IN EARLY PERIOD OF COGNITIVE LISNGUISTICS

The article discusses the use of the terms «cognitive metaphor» and «conceptual metaphor» in the last decades of the 20th century in Russian and American linguistics. It argues that the terms had quite different meanings in Russia and abroad.

Keywords: cognitive metaphor, conceptual metaphor, mental projection, neural nets.

S5