Витамины

Витамины

Фармакология

Евгения Ших

д.м.н., профессор, заведующий кафедрой клинической фармакологии и пропедевтики внутренних болезней Первый МГМУ им. И.М. Сеченова, директор Института профессионального образования Первого МГМУ им. И.М. Сеченова

Е. Греков:

Сегодня в программе «Вопрос андрологу» мы будем говорить о витаминах. В моей студии мой учитель, коллега, соратник и человек, чьи книжки мы читаем, когда готовимся в институте к сессиям - Евгения Валерьевна Ших, доктор медицинских наук, профессор кафедры Клинической фармакологии Первого медицинского института имени И.М.Сеченова.

Я знаю, что вы и профессор, и профессор кафедры. Как вообще так получилось? Это уже профессор в квадрате, потому что бывают не ВАКовские профессора.

Е. Ших:

У меня и должность профессора, и звание профессора по ВАК. Профессор по специальности. Настоящий профессор.

Е. Греков:

Мы сегодня здесь пришли поговорить про витамины. С вашей лёгкой руки под редакцией академика В.Кукеса вышла книга, настоящий клинический Талмуд про витамины в клинической практике. Поэтому, мы сегодня будем говорить про витамины в клинической практике, и мы будем говорить всё про витамины. Я читал про витамины в справочниках Л.Страчунского и М.Машковского, но отдельно про витамины я не читал никогда. Чтобы в одной книге были все 12 витаминов - и водорастворимых, и жирорастворимых, и эндогенных витаминов, которые в организме синтезируются, которые вне организма – я ещё не читал никогда.

Евгения Валерьевна, скажите, пожалуйста, как так получается, что самая достойная книжка, которая должна быть не только в библиотеке каждого доктора, но и в библиотеке, наверное, каждого обычного человека, обывателя, вышла только в 2014 году? Как так получилось, что до этого у нас ничего подобного не было?

Е. Ших:

Это очень интересная история, на самом деле. Мой учитель, которого вы упомянули – основоположник клинической фармакологии в нашей стране, академик В.Кукес. Когда-то, когда я задумалась над темой моей докторской диссертации, сказал мне: «Ты будешь заниматься витаминами». Я, честно говоря, на него очень обиделась и даже расстроилась. Мне казалось эта тема не очень серьезной. На что мне Владимир Григорьевич сказал: «У нас это абсолютно не исследованная и не изученная тема. Мы откроем новый раздел клинической фармакологии - клиническая фармакология витаминов и витаминно-минеральных комплексов». До этого момента никто серьезно этим не занимался. На самом деле, когда мы взялись за тему, мы поняли, что нет достойной, серьезной, фундаментальной литературы по витаминам.

Все назначают витаминно-минеральные комплексы, многие сами их покупают. Все говорят о многокомпонентных витаминно-минеральных комплексах, куда входит 20-25-30 компонентов.

Е. Греков:

Клиническая фармакология не известна, куда что идет, усваивается или нет.

Е. Ших:

Абсолютно. Никто не задумывается, что именно витаминов у нас всего 13 и что из себя представляют остальные компоненты; как они взаимодействуют между собой, какие комплексы нам нужны, нужны ли нам импортные комплексы, которые содержат совершенно другие дозы витаминов. На самом деле, когда мы стали серьезно погружаться, у нас ушло очень много лет на то, чтобы провести исследования: и исследования фармакокинетики, и измерения концентрации витаминов, и изучение взаимодействия витаминов. Только после этого мы позволили себе написать сначала раздел в учебник по клинической фармакологии, а потом уже большую книжку. В этой книжке, кстати, мы приводим и международный опыт применения витаминов и витаминно-минеральных комплексов. Потому что до сих пор мнения в отношении применения витаминов очень неоднозначное.

Е. Греков:

Я знаю, что витаминно-минеральные комплексы очень часто, ещё находясь внутри таблетки, друг друга инактивируют. Не буду говорить известные марки и вообще наши российские иногда бренды, но внутри, например, аскорбиновая кислота и глюкоза. Как они реагируют? Не очень хорошим образом. Нам, на нашей клинической фармакологии про это рассказывали. Кроме того, не все витамины одинаково полезны. Например, изомеры витаминов. Мы знаем, что есть витамин C, полученный из глюкозы, и есть витамин C, который получен биологическим путем. Почему наш обычный витамин C и, не буду говорить «не наш», а другой витамин C, который продается на полке в магазине, почему-то не оказывает заявленного иммуномодулирующего, продлевающего жизнь действия?

Кроме того, я бы хотел поговорить с вами о следующем. Почему люди, принимающие комплексные витамины, когда сдают анализ крови на витамины, очень часто находят у себя дефицит этих витаминов, которые якобы содержатся в этих витаминно-минеральных комплексах? Кроме того, я бы с вами поговорил про витамин D немножко, потому что про него много сказано. Я поговорил бы с вами про витамин К, который синтезируется нашей кишечной микрофлорой, витамины группы B. Поговорим ещё про витамин E - стоит ли его пить по 400 мг, как заявлено некоторыми производителями, без селена?

Начнем с самого элементарного: про водорастворимую группу витаминов, такой, как витамин C.

Е. Ших:

Я вначале хочу сказать: вы сказали, что некоторые принимают витаминно-минеральные комплексы, сдают анализы, а у них недостаток. Первое, я хотела бы, чтобы все люди понимали, что все витаминно-минеральные комплексы можно разделить на две большие группы. Одни имеют регистрационный статус БАД, биологически активные добавки. Это значит, что они содержат витамины, макро- и микроэлементы на уровне пищевой суточной потребности. Это физиологическая норма. Эти комплексы могут применяться только для профилактики. Если у человека все нормально, у него нормальный витаминно-минеральный статус, он абсолютно здоров - он принимает БАДы и ни о чём не задумывается. Если у человека есть патология, или у человека установлен дефицит витаминов, или, например, он может принимать лекарственные препараты, которые могут вызывать дефицит витаминов гетерогенных, очень частая ситуация.

Е. Греков:

Например, препараты щитовидной железы, препараты против туберкулеза истощают запасы витаминов группы B.

Е. Ших:

Препараты сульфаниламидов действуют на фолиевую кислоту - являются антиметаболитами фолиевой кислоты. Метотрексат. Полно гетерогенных причин, которые вызывают дефицит витаминов. В этом случае нужно выбрать комплекс, который имеет регистрационный статус лекарственного средства. Потому что, во-первых, он прошел все доклинические и клинические исследования и он содержит несколько другие дозы, которые могут ликвидировать дефицит витаминов. То есть, лечебные витаминно-минеральные комплексы и профилактические - это две принципиально разные группы. Смешивать их не надо. Некоторые люди не понимают этого, и некоторые доктора не понимают. Ведь, есть очень серьезные заболевания, которые обусловлены дефицитом витаминов. Классический пример – это тиамин-зависимая тугоухость у детей. Если назначать большие дозы инъекционных витаминов - это можно вылечить. Но это никак не вылечить применением мультикомпонентного витаминно-минерального комплекса. Поэтому нужно очень четко разделять задачи. С какой задачей применяется комплекс. Это первое, что я хотела сказать.

Второе: я хочу сказать, что многие наши соотечественники увлекаются иностранными комплексами. Многие увлекаются спортивными комплексами, где дозы завышены в десятки раз. Это нужно понимать. Сам человек, является, наверное, продуктом той среды, в которой он живёт - то, что он ест, то, что он пьет. Мы абсолютно отличаемся от американцев по условиям проживания. У нас разные климатические условия, у нас разное питание, у нас разные нормы потребления витаминов. Поэтому, когда покупается зарубежный комплекс, нужно проанализировать состав и задуматься: нужно это, или нет? После этого мы можем говорить о пользе, о водорастворимых витаминах, о жирорастворимых витаминах. Каждому своё. И каждому витамину своё.

Большие дозы водорастворимых витаминов не так опасны. Почему? Они выводятся с мочой. Каждый, кто принимал витамины знает, что у него моча начинает пахнуть рибофлавином. Витаминами, да? Если мы говорим о жирорастворимых витаминах, то здесь очень высокие дозы могут представлять определенную опасность. Поэтому, всё должно быть взвешенно.

Лечебные витаминно-минеральные комплексы и профилактические - две принципиально разные группы. Смешивать их не надо.

Е. Греков:

Я знаю, что печень белого медведя кушать нельзя - там много витамина A. Это нам на фармакологии говорили на 3 курсе. Но где взять белого медведя, чтобы съесть его печень?

Е. Ших:

Правильно говорили. У витамина A есть и плюсы, и минусы. Я, всё-таки, ещё раз скажу: позиция должна быть абсолютно взвешенной. Нужно разделять - здоровый человек, или больной человек, но принимающий витамины для усиления фармакологического эффекта лекарственных препаратов. Мы с вами знаем известный пример, когда у человека боли, скажем, радикулит, ему назначают нестероидное противовоспалительное, плюс комплексы витаминов. Почему?

Е. Греков:

Улучшается нейрональный транспорт.

Е. Ших:

Улучшается – во-первых, во-вторых, витамины группы B снижают порог болевой чувствительности в головном мозге. Они обладают анальгетическим эффектом. Есть еще очень важный компонент, который, как раз, касается клинической фармакологии: большие дозы витаминов могут изменять метаболизм лекарственных препаратов. Лекарственные препараты становятся более эффективными в назначении в комплексе с витаминами.

Е. Греков:

Я вам могу рассказать одну вещь очень нехорошую, произошедшую из-за витаминов. Я увлекаюсь антиоксидантами и витаминами. Папа мой стоматолог, положил мне мышьяк на нерв. Из-за того, что я потребляю большое количество антиоксидантов и витаминов, мышьяк не сработал со второго раза. Мышьяк лежит на нерве и нерв не умирает. Вот что такое правильная терапия и витамины. Значит, это всё работает. Мы теперь решили с зубом поступить кардинально, его убрать, потому что ничем не обезболивается и ничем не убивается.

Е. Ших:

Больной зуб, конечно, не объект для витаминотерапии, согласитесь. Но у вас получился хороший эксперимент.

Е. Греков:

Причем, все получилось случайно - я узнал, оказывается, группа B реально может быть хорошим методом лечения. Что вызывает мышьяк? Нейропатию. Хорошие, лечебные дозы витаминов группы B, особенно, тиамина, перидоксина и рибофлавина (только в разные дни нужно колоть) - являются хорошими нейропротекторами. Поэтому мышьяк толком не действует.

Е. Ших:

Да, это известный, хороший эффект этих витаминов, они широко применяются по этим показаниям.

Е. Греков:

Теперь мы поговорим про витамин C. Что же такое у нас с витамином C? Почему он не оказывает достойного антиоксидантного действия? Может быть, необходимо совместное применение с другими витаминами? Просто монотерапия витамином C, мы знаем, хорошо влияет на надпочечники, это замечательный витамин. Мы знаем, что допустимая суточная доза - до 2 грамм витамина C. Но мы один принимаем, думаем про два. Мы знаем, что этот витамин может вызывать повреждение почек при передозе, про это тоже не надо забывать. Что же в нашей стране тогда происходит? Почему по 60 мг, по 70 мг его добавляют в известные витаминные комплексы? До 100.

Е. Ших:

Это как раз та доза, о которых я вам говорю: на уровне пищевой суточной потребности. Она не оказывает фармакологического эффекта. В чем смысл: такая маленькая доза на уровне пищевой суточной потребности не оказывает фармакологического эффекта.

Е. Греков:

Производитель может ставить любую цену, заявив, что это самый лучший витамин C.

Сегодня известно, что больше 300 мг аскорбиновой кислоты в метаболизм не встраивается.

Е. Ших:

История витамина C очень интересная. Наверное, нет такого человека, который бы не слышал про Лайнуса Полинга. Он даже получил Нобелевскую премию за то, что рекомендовал лечить грипп и простудные заболевания применением аскорбиновой кислоты. Рекомендовал он дозу в 1000. Нужно сказать, что потом, сколько исследователи не бились, никто этого эффекта не зарегистрировал. Единственное исследование, которое было подтверждено, это то, что применение такой дозы аскорбиновой кислоты помогло, по-моему, лыжницам. То есть, спортсменкам силового вида спорта несколько легче перенести простудные заболевания.

На сегодняшний день известно, что больше 300 мг аскорбиновой кислоты в метаболизм не встраивается. Человек выводит их наружу с мочой. Большие дозы аскорбиновой кислоты вызывают кристаллурию. Они не только действуют на почки, в медицине описано достаточно большое количество случаев гастралгии, боли в желудке - это серьезные, вообще, вещи. Нужно сказать, что некоторые врачи об этом тоже забывают. Ведь, применение витаминно-минеральных комплексов и большой дозы, например, аскорбиновой кислоты может привести к ложноположительным анализам. Например, может показать глюкозу в моче, которой нет. Поэтому, если у человека впервые выявляется глюкоза в моче, его обязательно нужно спросить, а не принимаете ли он аскорбиновую кислоту? То есть, не так это все просто.

Е. Греков:

Я этого не знаю, поэтому говорю: класс! Я потому вас и пригласил, что экспертов нет. У Радзинского на конгрессе «Репродуктивный потенциал», который проходит всегда в Сочи осенью, в «бархатный сезон», Вы читали лекцию про витамины, витаминно-минеральные комплексы железа, вообще, как это необходимо получать все вместе. Я сказал: «Я хочу видеть вас на своем эфире, потому что у нас лучшего эксперта нет!»

Е. Ших:

Давайте, перейдем к антиоксидантному действию.

Е. Греков:

Давайте. Я знаю, что витамин C и A имеют отношение к глутатионпероксидазу и восстановлению глутатиона. Синергизм витаминов. Я знаю, что витамин C и группа B несовместимы. Их нельзя вместе совмещать? Или это миф?

Е. Ших:

Я сначала скажу об антиоксидантном действии. Не зря ведь у нас сейчас продается много именно антиоксидантных комплексов.

Антиоксидантная защита, антиоксидантная система человека имеет несколько уровней. Это тканевой уровень, клеточный уровень, уровень крови, и на каждом из этих уровней действует свой антиоксидант. Мы с вами, например, знаем глутатионпероксидаза. Она может быть медь-зависимая, цинк-зависимая, селен-зависимая. Вот вам уже три необходимых компонента, которые обязательно должны входить в антиоксидантный витаминно-минеральный комплекс.

Е. Греков:

Евгения Валерьевна, мы с вами говорили об аскорбиновой кислоте. Очень интересно, вообще, услышать дальше про аскорбиновую кислоту и все антиоксидантные взаимодействия. Ведь мы, получается, недооцениваем этот витамин, или переоцениваем? Или в монорежиме его вообще принимать не надо?

Е. Ших:

Вообще, конечно, организму нужны все витамины. Все тринадцать эссенциальных элементов. Потому что на путях метаболизма они все неразрывно связаны между собой.

Е. Греков:

А на упаковке пишут 12.

Е. Ших:

Может, попробовать перечислить? Аскорбиновая кислота, витамин A (ретинол), E, D, K, B1, B2, В3, В5 (пантотеновая кислота), B6, B12 (цианокобаламин), фолиевая кислота. Что мы еще забыли? Сколько мы назвали?

Е. Греков:

Двенадцать. А еще тринадцатый? Гамма, Омега-3. Это витаминный комплекс?

Е. Ших:

Нет. Это нет. Это эссенциальный микронутриент, он к витаминам не относится.

Е. Греков:

Мы забыли про никотинамид. Вот он, тринадцатый.

Е. Ших:

Согласна.

Е. Греков:

Я только о вашей книжке и мечтал, но я все прочитал, вообще все, что есть. Оказалось, что вы и ваш учитель, в принципе - единственные эксперты, которые занимались синергичным действием самих витаминов, кроме, я думаю, В.Скулачева. Владимир Скулачев - академик, профессор. Он тоже занимался и сейчас занимается антиоксидантной защитой. Здесь вы не просто так. Вы знаете больше, чем знает любой клинический фармаколог, и терапевт, и даже, извините меня, эндокринолог.

По поводу глутотионпероксидаза, супероксиддисмутаза и каталаза - я говорю на русском языке. Это известные названия, которые должны звучать в голове каждого врача, каждого лаборанта и каждого анти-эйдж терапевта. Но, к сожалению, про них мало кто что знает, потому что у нас нет учения о витаминах, нет учения о глутотионпероксидазе. Нет учения о меди, о цинке, о селене. Только заговорили в 2014 году, когда умер Демпент Хартман - известный профессор, известный доктор всех невозможных наук, большое светило, который был оппонентом Лайнуса Полинга. Лайнус Полинг его очень долгое время демпинговал. Сам Лайнус Полинг умер в 55 лет, а Демпент Хартман прожил ровно на 30% дольше, благодаря своей теории старения, умер в возрасте 98 лет. Он питался низкоуглеводной диетой и принимал антиоксиданты вместе с витаминами. Он один, да, но он доказал! Он противостоял. Все его оппоненты умерли в возрасте от 55 до 65 лет.

Что мы можем сказать про его антиоксидантную теорию?

Е. Ших:

Вообще, конечно, антиоксиданты очень важны, именно комплексы, потому что нужно действовать с разных сторон. Нужно действовать синергично. Наверное, мы должны пояснить, что синергичный эффект - это когда один компонент усиливает действие другого. Есть еще суммация, когда они дают сумму, а здесь мы говорим именно о синергичности, то есть один компонент усиливает действие другого компонента.

Е. Греков:

Витамины A, E, C. У нас был комплекс советский. Ведь хороший был комплекс.

Е. Ших:

Очень хороший комплекс.

Е. Греков:

Почему его не рекламируют? Почему его в аптеках на задние полки закинули? А непонятный заграничный супер-пупер препарат - все рекламируют и все пытаются впихнуть. У нас был русский тиамин, и я колю тиамин, а не пью. У нас есть B6, B12 - у нас все это есть. Но почему-то нам легче выпить ненужную таблетку, которая наполовину не усвоится, нежели вколоть правильный витамин?

Е. Ших:

Вы знаете, у нас ведь исторически был в стране налажен собственный синтез витаминов. Один из первых. Наши витамины очень хорошие. У нас был Институт витаминов, который синтезировал субстанции. Если мы будем говорить о лекарственных препаратах, то тут в основном мы используем импортные субстанции. Мы просто их фасуем, пакуем, делаем упаковку и называем лекарственные препараты. Если говорить о витаминах, то исторически витаминное производство в России всегда было очень сильным. Это и синтез аскорбиновой кислоты из черноплодной рябины…

Е. Греков:

Это была биоидентичная аскорбиновая кислота.

Е. Ших:

Да, у нас такой существовал синтез. У нас был Уфимский витаминный завод.

Е. Греков:

Который, к сожалению, сейчас уже не на тех мощностях.

Е. Ших:

Да, очень неплохое собственное производство. Но, может быть, потребителям иногда кажется, что, чем ярче реклама, чем выше цена - тем комплекс лучше. Но на самом деле наши отечественные витамины ничем не хуже импортных комплексов. Они абсолютно биоидентичны. Они абсолютно продуманы и рационально составлены.

Наши отечественные витамины ничем не хуже импортных комплексов. Они абсолютно биоидентичны.

Е. Греков:

Дело все в том, что китайские витамины, субстрации, например, витамина C, делаются из глюкозы. Это небиоидентичный витамин C. Это витаминоподобное действие аскорбатов. Вы правильно говорите про черноплодную рябину, черноплодку, из которой получался витамин С. А сейчас ацерола. Вишня ацерола, из которой делают витамин C. Сейчас дорогой витамин C – ацерольный, десять таблеточек стоит 1000 рублей. Мы забросили свое и теперь покупаем заграничные втридорога. Хотя наш витамин C нисколько не был хуже.

Кроме этого, я хочу проговорить про негативное взаимодействие витаминов. Например, они друг друга инактивируют. Витамин C и витамин группы B. Что там несовместимо? Что же с ними происходит такое? Почему у нас появились витамины с раздельным этапом применения? Например, известное там: утром, днем и вечером.

Е. Ших:

Аскорбиновая кислота - антиоксидант, мы с вами знаем. За счет антиоксидантного действия даже еще во время хранения таблетки может происходить переход некоторых форм витаминов в неактивные формы. Например, аскорбиновая кислота взаимодействует с цианокобаламином, с B12. Она переводит цианокобаламин в неактивную для человека форму.

Цианокобаламин - особый витамин. У него вообще из всех, наверное, известных на сегодняшний день веществ самая низкая биодоступность. Добиться повышения в крови уровня цианокобаламина очень сложно. Именно поэтому B12-зависимые анемии лечатся инъекционно.

Е. Греков:

Наш, русский. Правда, глаза на лоб, слёзы на стену…

Е. Ших:

Но здесь ничего не поделать. Это все связано именно с биодоступностью. По-другому концентрацию цианокобаламина в плазме крови повысить очень сложно. Это очень чувствительный витамин. Он и так имеет малую всасываемость, а за счет межвитаминных взаимодействий, практически, это сводится к нулю. Это один пример межвитаминного взаимодействия. Можно привести взаимодействие, например, кальция с железом. Они образуют нерастворимые комплексы, что нехорошо. Лучше их в разных таблетках принимать, чтобы они во время всасывания не встречались друг с другом. Тогда будет более полное всасывание.

Е. Греков:

Хорошо. Давайте, поговорим о том, что у нас некоторые заболевания приводят к нарушению всасывания. Например, хронический гастрит. Его если не лечить, то повреждается зона желудка, как раз-таки. От этого хеликобактера несчастного, в которой находится как раз зона для всасывания B12 и фолиевой кислоты. Если хронический гастрит не лечить, то, естественно, там не всасываются эти витамины из пищи. А если нарушена секреторная функция желудка, то есть, например, гиперацидный гастрит, то еще и синтез микрофлоры, которая зависима от состояния кишечника, синтез микрофлоры B12 и витамина K тоже ведь снижается? Как вы считаете?

Е. Ших:

Конечно. Вообще, все воспалительные заболевания желудочно-кишечного тракта очень влияют на витаминно-минеральный статус. Во-первых, как вы правильно сказали, нарушается всасывание и, во-вторых, нарушается - мы все знаем, слышали про пробиотики, бактерии, да? Витамины группы B являются пребиотиками. Пребиотики просто необходимы для того, чтобы жили пробиотики. В организме всегда существует взаимосвязь.

Е. Греков:

Так, подождите, мы пьем пробиотики.

Е. Ших:

Пробиотики. А чтобы пробиотики заселялись, нужны пребиотики. Это витамины группы B.

Е. Греков:

Так что же получается: мы пьем-пьем, я не буду говорить что, а надо витаминку группы B и потом…

Е. Ших:

Конечно. Это будет способствовать заселению лактобактерий, их колонизации.

Е. Греков:

Почему только в 2017 году об этом узнают? У нас реклама ненужных, извините, йогуртов идет по стране. Почему не дать сверху, например, таблеточку группы витамина B, сказать: будет самая эффективная терапия вместе с витамином B. Почему мы просто пьем-пьем, а потом думаем, почему не помогает, а?

Е. Ших:

Может быть, здесь какой-то коммерческий секрет?

Е. Греков:

Да, я думаю, да! Скорее всего: пейте, не поможет, но вы пейте, больше покупайте! Я не знаю, меня точно пристрелят за эту сенсацию.

Но почему такой дефицит группы витаминов B у нас, вообще, в стране, и дисбактериозы так шагают по стране? Это с чем связано? Я думал, что это виновата курица, в которую добавляют антибиотики. Я все знаю про курицу, я знаю, чем ее кормят, я ездил на завод. Нашел там парочку веществ - рактопамин у некоторых, те заводы позакрывали уже. Я все читал, все узнавал. Оказывается, не только курица может содержать антибиотики и нарушать кишечный метаболизм.

Какие еще витамины не синтезируются в нашем организме, но должны, в принципе, синтезироваться? Это B12 и витамин K2. Что вы можете сказать про витамин K2?

Е. Ших:

Я даже хочу про него сказать. К сожалению, это незаслуженно забытый витамин. Если посмотреть состав витаминно-минеральных комплексов, то единичные комплексы содержат витамин K.

Е. Греков:

А K2, K7 - в чем разница?

Е. Ших:

Есть формы витамина K, которые больше действуют на кровь, а есть формы витамина K, которые очень важны при постменопаузе. Мы очень много говорим об остеопорозе и мы хотим, чтобы кости наши были крепкие. Мы даем кальций, мы даем витамин D, но именно витамин K способствует тому, что остеокласты в кости располагаются таким образом, чтобы сохранять и усиливать архитектонику кости, именно прочность кости. В ряде зарубежных комплексов витамин K для профилактики остеопороза присутствует. На территории нашей страны таких комплексов единицы, к сожалению. Пить можно для профилактики.

Именно витамин K способствует сохранению и усилению архитектоники кости, именно прочности кости.

Е. Греков:

K2 пойдет? Наш, российский.

Е. Ших:

Пойдет. Конечно, пойдет. Еще раз говорю: наши витамины – отличные витамины.

Е. Греков:

Хорошо, прошлись по витамину K. Вернемся к витамину D. Он же участвует в стероидогенезе. Он вместе с цинком, вместе с медью участвует в окислении холестерина - плохого дитестостерона через прегненалон, через прогестерон, синтезируя тестостерон. Почему у нас в стране витамин D до 2013 года принимался только по 600 мЕ? Когда началась эпопея с витамином D, он начал приниматься по 10000 мЕ в лечебных дозах и по 5000 мЕ в профилактических. Извините, 600 и 5000 - это большая разница. Почему у нас в стране об этом не говорили? В Советском Союзе всем давали рыбий жир до катастрофы Минамата, когда японцы скинули метилртуть в воды мирового океана. Пока рыбий жир не стал заражен метилртутью и не пошли нейропатии. Почему у нас на 30 лет забыли? Почему бы не давать наш D2, D3?

Е. Ших:

Мы же развиваемся поступательно. В какой-то момент у нас появились методики, которые позволяют определять уровень витамина D в плазме крови. Когда его стали определять, вдруг поняли, что у нас практически у всех недостаток витамина D. После этого стали задумываться: а что происходит? Во-первых, географическое расположение нашей страны таково, что мы должны географически испытывать дефицит витамина D. Еще интересный анализ: если взять Финляндию - там тоже мало солнца. Там по данным статистики на двух человек покупается одна упаковка витамина D. По статистике в нашей стране у нас одна упаковка витамина D в год покупается на 50 человек. Понимаете? Вот она, разница. Я еще хочу сказать, что исторически так в нашей стране сложилось - мы не всегда следили за собой, не всегда мы были приверженцами здорового образа жизни, согласитесь? У нас эта культура только начала развиваться и зарождаться, и мы только начали задумываться над всем этим.

Е. Греков:

Еще такой вопрос. Появились мнение, я считаю, не врачей, что, якобы для ликвидации дефицита витамина D необходимо на 5 минут выставить ладошки на солнце, в любое время года - и заряд витамина D получен на месяц. Пожалуйста, скажите это с позиции клинического фармаколога, профессора, что этого быть не может. Это же невозможно: на 5 минут, в любое время года!

Е. Ших:

Это исключено. Есть очень интересное зарубежное исследование, в котором показано, что человек, который провел на пляже целый день и его кожа стала эритематозной, он, практически, обгорел, стал красным, как рак – в такой ситуации он получает суточную дозу витамина D. На следующий день его нет. Мы же не можем каждый день обгорать, чтобы получать суточную дозу витамина D. Сейчас фармацевтическая промышленность имеет такое развитие, что можно все делать существенно более интеллигентно.

Е. Греков:

Отличается ли витамин D искусственный от того витамина, который у нас синтезируется из холестерина в кожных покровах под солнцем? Загорать - это полезно? Отличается как-нибудь? Биоидентичный, небиоидентичный – нет такого?

Е. Ших:

Для метаболизма человека, для того, чтобы он включался в метаболизм, никакой разницы нет абсолютно. Он играет одинаковую роль. Здесь мы с вами можем говорить только о разнице между D2 и D3. Они имеют принципиальную разницу. Синтез, по большому счету, одинаковый.

Е. Греков:

Замечательно. Мы знаем, что есть витамин D и есть Адевит - витаминно-минеральный комплекс, содержащий и A, и D, и E. Вместе с D необходимо получать A, или, все-таки, лучше A заменять на бета-каротин? С витамином A, с ретинола ацетат, ведь тоже много сейчас непонятных вопросиков?

Е. Ших:

Давайте, начнем с вопроса о комбинациях. Витамин D на сегодняшний день мы приравниваем к гормоноподобным веществам.

Е. Греков:

Он такой же стероидный, как и тестостерон!

Е. Ших:

Да. Почему? Потому что к нему есть рецепторы, практически, во всех органах и тканях. Если раньше мы считали, что он действует только на скелетно-мышечную систему, то сейчас мы знаем, что у женщины в эндометрии - есть, в яичниках рецепторы есть. В головном мозге есть, в груди - есть, во всех репродуктивных органах.

Е. Греков:

Поэтому дефицит витамина D вызывает бесплодие, шизофрению, депрессию, сахарный диабет, саркопению, остеопороз, аутоимунные заболевания, рак груди, рак предстательной железы и колоректальный рак. Так сказал национальный институт питания. Я хочу, чтобы все это знали.

Е. Ших:

Есть очень интересное исследование, которое было инициировано Всемирной организацией здравоохранения. Данные были опубликованы в 2009 году: влияет ли уровень витамина D на распространенность онкологических заболеваний. На самом деле, для целого ряда заболеваний была выявлена зависимость между уровнем витамина D в плазме крови и частотой возникновения онкологических заболеваний. Так, чтобы 100% сказать, что витамин D лежит в основе канцерогенеза – конечно, нет. Но большое количество исследований позволило выявить тот уровень витамина D в плазме крови, который профилактирует онкологические заболевания. Это опубликовано Всемирной организацией здравоохранения. Это уровень от 40 до 60, мы должны стремиться его поддерживать.

Е. Греков:

Почему у нас активно продвигается масс-спектрометрический уровень, не ИФА-методом определенный. Разница большая. ИФА-метод завышает показатели в два раза. Масс-спектрометр – более чувствительная методика, да. Тогда как же нам жить, если у многих известных лабораторий нет масс-спектрометра? Они делают ИФА-методом, который, к сожалению, врет. Он завышает в два раза уровень витамина D. У нас распространенные лаборатории не сертифицированы и у них нет таких методик. Идут китайские реактивы. Когда я стал разбираться, у меня-то есть масс-спектрометр, я могу на нем спокойно определить, правильно лаборатория определила или нет. К сожалению, когда они пишут, что уровень витамина D 60, пересматриваешь на масс-спектрометре, а, извините, там 20, а может даже 7 нг/мл. Такими ложными данными они подвергают человека угрозе возникновения рака. Поэтому так прут сахарные диабеты.

Е. Ших:

И онкологические заболевания, и инсулинорезистентность - у витамина D ключевая роль в углеводном обмене. Здесь все взаимосвязано. Конечно, витамину D нужно уделять внимание, пить надо обязательно. Если мы говорим о передозировке, то это должен быть очень длительный прием доз, превышающих лечебные, я не знаю, больше 14000. Очень долго. Но это совершенно лечебные дозы, это совершенно другая история. Пить витамин D нужно обязательно. Обязательно.

Е. Греков:

Что бы вы могли сказать слушателям о наших российских витаминно-минеральных комплексах, которые есть на территории Российской Федерации? Чтобы они вас услышали, чтобы они меня услышали. Бороться в одиночку с этими халдеями, которые говорят «выстави ладошку» и их просмотры бьют рекорды. Думаешь: люди, вы же делаете больными людей такими заявлениями, «ладошки на солнце 5 минут». Это же бред, который подвергает нашу нацию в дальнейший дефицит!

Говорим с вами про витаминно-минеральные комплексы, стоит ли избегать монотерапии витаминов?

Е. Ших:

Я хочу сказать, что, конечно, человек должен принимать именно комплекс. Именно комплекс. Потому что, еще раз скажу: они все между собой взаимосвязаны.

Е. Греков:

Надо замерять в крови витамины?

Е. Ших:

Нет. Абсолютно не обязательно. Скрининг нужно делать только тяжелым больным, с патологией. Я считаю, что каждый человек, который хочет следить за своим здоровьем и хочет анти-эйдж, обязательно должен принимать витаминно-минеральные комплексы. Ведь многие думают, что если они хорошо питаются, то не нужны комплексы.

Я хочу привести пример. Первобытный человек добывал себе пищу как? Он носился с палкой, сбивал там все. Но он сколько еды в день съедал? Он съедал около 5 килограмм еды в день. Необработанной. Соответственно, он получал много эссенциальных микронутриентов. Мы сейчас сидим, правильно? Мы едим пищу, которая подвергается термической обработке. Мы едим овощи-фрукты, которые выращены в парниках. Поэтому, мы обязательно должны восполнять дефицит приемом витаминно-минеральных комплексов.

Е. Греков:

Нужно ли делать перерыв между приемом витаминно-минеральных комплексов? Там написано: 30 дней пьешь, а дальше 2 месяца перерыв.

Е. Ших:

Я считаю рациональным прием 3-4 месяца, месяц перерыв. Витаминно-минеральные комплексы, все-таки, нужно менять. Не нужно брать комплексы, в которых безумное количество компонентов. Лучше меньше, да лучше. Лучше брать разные комплексы. Содержащие, скажем, 10-12-13 компонентов.

Е. Греков:

«Ревит», «Декамевит», отдельные, «Береш плюс» - капсулы, минералы чистые. По очереди. Будет лучше, чем одна таблетка большая, еле проглотишь.

Е. Ших:

Конечно. Безусловно.

Е. Греков:

С вами был Евгений Александрович Греков - врач-андролог, уролог, врач-эксперт в спортивной медицине, в андрологии, в урологии. Эксперт в клинической фармакологии, профессор, профессор кафедры Евгения Валерьевна Ших. Спасибо вам большое!