Проблемы реализации защитником принципа состязательности при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (на примере анализа норм УПК РФ, регламентирующих порядок изготовления протокола судебного заседания и принесения на него замечаний)

9.3. ПРОБЛЕМЫ РЕАЛИЗАЦИИ ЗАЩИТНИКОМ ПРИНЦИПА СОСТЯЗАТЕЛЬНОСТИ ПРИ РАССМОТРЕНИИ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ В СУДЕ ПЕРВОЙ ИНСТАНЦИИ

Перейти на Главное МЕНЮ

Вернуться к СОДЕРЖАНИЮ

Шахназаров Н.Г., соискатель, адвокат МОКА Адвокатской палаты Московской области

Российская Академия Адвокатуры

Важность соблюдения принципа состязательности в российском уголовном процессе признается большинством ученых-процессуалистов и практических работников. Так, подчеркивая значение состязательности, Ю.И. Сте-цовский пишет, что принцип состязательности проникнут гуманизмом, заботой о человеке, его правах и интересах. В своей основе состязательный уголовный процесс - это процесс, в котором обвиняемый занимает положение субъекта процесса, стороны. Отрицание состязательности, возможности спора между обвинением и защитой фактически означает отрицание права на защиту, ибо оно немыслимо без права опровергать обвинение, подвергать его критике'.

В этой связи М.С. Строгович отмечал, что три основные процессуальные функции - обвинение, защита, разрешение дела, слитые в лице следователя на предварительном следствии, в судебном разбирательстве отчетливо разделяются между различными процессуальными субъектами. Именно в состязательном уголовном судопроизводстве наиболее полно и эффективно обеспечивается право обвиняемого на защиту. Подсудимый занимает процессуальное положение стороны, равноправной со стороной обвинения2.

Безусловно, законодательное закрепление состязательности уголовного судопроизводства на конституционном уровне имеет неоценимое значение для практической реализации такой формы судопроизводства. Однако, по мнению автора настоящей статьи, целый ряд норм действующего уголовно-процессуального законодательства не соответствуют принципу состязательности, а поэтому закрепление этого принципа в ст.123 Конституции РФ, к сожалению, остается в значительной степени декларативным.

В настоящей статье сделана попытка показать, как именно нормы УПК РФ, регламентирующие порядок изго-

1 См.: Стецовский Ю.И. Судебная власть. - М.: Дело, 1999. - С.137-138.

2 См.: Строгович М.С. Право обвиняемого на защиту и презумпция

невиновности. - М.: Наука, 1984. - С.44.

товления протокола судебного заседания и принесения на него замечаний (ст.ст.259, 260 УПК РФ) не обеспечивают в полной мере соблюдение таких элементов состязательной формы судопроизводства, как равноправие сторон и разрешение спора беспристрастным и объективным судом. Автором предлагаются также возможные изменения в указанные нормы уголовно-процессуального закона с целью приведения их в соответствие с состязательной формой судопроизводства.

1. В силу положений ч.3 ст.259 УПК РФ в протоколе судебного заседания указываются, в частности, сведения об оглашении приговора, о разъяснении осужденным порядка и сроков его обжалования и о разъяснении порядка ознакомления с протоколом судебного заседания и принесения замечаний на него.

Отсюда следует вывод, что к моменту вынесения и оглашения приговора протокол судебного заседания еще не готов, поскольку он ведется в момент оглашения приговора, и в нем самом должен быть отражен факт оглашения приговора суда. В соответствии же с положениями ч.6 ст.259 УПК РФ протокол должен быть изготовлен и подписан председательствующим и секретарем судебного заседания в течение 3 суток со дня окончания судебного заседания. То есть, даже по истечении трех суток после оглашения приговора протокол судебного заседания может еще не быть изготовлен.

Далее, из норм ч.7 ст.259 УПК РФ следует, что протокол судебного заседания в силу неких (не названных в законе) объективных обстоятельств может быть изготовлен даже по истечении трех суток со дня окончания судебного заседания. При чем в этом случае (при наличии, так называемых, объективных обстоятельств) срок изготовления протокола не ограничен верхним пределом, и фактически может быть продлен сколь угодно долго.

Кроме того, участникам судебного разбирательства предоставлено еще не менее чем 5 суток для ознакомления с протоколом и, по крайней мере, трое суток (в силу требований ст.260 УПК РФ) для подачи своих замечаний на протокол. Что же касается сроков рассмотрения поданных замечаний председательствующим, то эти сроки в ст.260 УПК РФ вообще не определены.

Таким образом, законодательство допускает ситуацию, при которой протокол судебного заседания, фиксирующий рассмотренные в суде доказательства, в том числе и показания свидетелей, изготавливается значительно позже, чем сам приговор суда, в котором должны быть отражены и оценены доказательства, исследованные в судебном заседании, в том числе и показания допрошенных по делу лиц.

Возникает парадоксальная ситуация: приговор суда -заключительный судебный акт, которым заканчивается рассмотрение дела, и в котором оцениваются все исследованные в судебном заседании доказательства, появляется раньше, чем документ (протокол судебного заседания), в котором отражаются доказательства, положенные судом в основу приговора. Иными словами, суд уже провозглашает свои выводы (приговор) в тот момент, когда еще не существует в окончательной форме самой основы для таких выводов (зафиксированных в протоколе показаний свидетелей и т.п.).

2. Теперь представим ситуацию (маловероятную на практике, но все же теоретически возможную), что председательствующий удостоверил правильность поданных на протокол судебного заседания замечаний, которые существенным образом меняют содержание протокола, в частности, показания допрошенных лиц, результаты исследования других доказательств и т.п. В результате удостоверения таких замечаний содержание доказательств может измениться настолько, что теперь доказательства

опровергают выводы суда, изложенные в вынесенном приговоре. Как в таком случае удостоверенные замечания будут соотноситься с уже оглашенным приговором и сделанными в нем выводами, например, о виновности подсудимого?

Ситуация, когда председательствующий удостоверил правильность таких замечаний на протокол судебного заседания, что они полностью изменили содержание уже изготовленного протокола, крайне редко, но все-таки встречалась в судебной практике.

В частности, отменяя приговор и кассационное определение по делу в отношении Жигульского и Кобец, президиум Оренбургского областного суда указал, что небрежное составление протокола, лишающее возможности вышестоящие суды проверить законность и обоснованность приговора, влечет отмену последнего как необоснованного. Осужденные по делу подали замечания на протокол судебного заседания, в которых указали, что показания участников судебного разбирательства зафиксированы в сокращении, многие показания записаны в искаженной форме, ответы на вопросы, которые задавались в судебном заседании, отсутствуют. В результате обстоятельства преступления предстают в не соответствующем действительности виде. Председательствующий по делу удостоверил правильность замечаний, признав тем самым, что приговор по делу вынесен на основе доказательств, изложенных в протоколе судебного заседания в искаженном виде. Поскольку протокол судебного заседания рассматривается как один из основных источников доказательств, сам факт удостоверения председательствующим замечаний лишает возможности вышестоящий суд проверить обоснованность приговора, ибо протокол судебного заседания, как признал сам председательствующий, не отражает действительного содержания показаний подсудимых и свидетелей и поэтому не может служить доказательством по делу3.

При анализе подобной ситуации возникает, по крайней мере, два вопроса. Каким образом председательствующий мог подписать протокол судебного заседания и предоставить его для ознакомления осужденным, если в этом протоколе был искаженно отражен ход судебного разбирательства? И на основании каких же доказательств, суд постановил обвинительный приговор, если показания свидетелей и другие доказательства были изложены искаженно, и содержание такого важнейшего источника доказательств, как протокол судебного заседания, не соответствовало действительности? Все это, безусловно, позволяет оценивать описанную ситуацию как исключение из правил или как курьезный случай. При этом приведенный пример из судебной практики свидетельствует о важности протокола судебного заседания как источника доказательств, поскольку его несоответствии действительности явилось основанием для отмены приговора суда.

Очевидно, что в большинстве случаев любому, даже самому принципиальному человеку, психологически трудно опровергнуть уже высказанную точку зрения, признать ошибочность своих собственных выводов. Тем более это трудно сделать судье, поскольку речь в данном случае идет не просто о высказанном личном мнении, а о судебном приговоре, в котором решается судьба людей на долгие годы, а иногда и на всю жизнь.

Именно поэтому такая ситуация, при которой председательствующий удостоверяет замечания на протокол судебного заседания, опровергающие его же выводы в при-

3 См.: Судебная практика к УПК РФ. / Сост. В.П. Божьев, Р.Д.Лисицын; Под общ. ред. В.М.Лебедева; Науч. ред. В.П. Божьев. -М.: Спарк, 2005. - С. 699-700.; БВС РСФСР. - 1988. - № 8. - С. 8.

говоре, практически невозможна. Ведь удостоверение таких замечаний было бы равносильно признанию самим судьей того факта, что им постановлен необоснованный и незаконный приговор по делу, а это является безусловным основанием для его отмены.

Адвокатам хорошо известна ситуация, когда замечания, даже верно отражающие ход судебного заседания, необоснованно отклоняются председательствующим. Тем более, отклоняются поданные на протокол замечания, если они отражают действия председательствующего (например, его реплики), свидетельствующие о его явной предвзятости и необъективности при рассмотрении дела.

В этой связи Кореневский Ю.В. и Падва Г.П. отмечают, что неадекватное отражение полученных доказательств в протоколе судебного заседания, к сожалению, явление распространенное. Это объясняется двумя причинами. Прежде всего, низкой квалификацией секретаря судебного заседания, ведущего протокол. Другая (и более опасная причина) искажения содержания доказательств в протоколе судебного заседания - это «подгонка» протокола под уже постановленный приговор суда. Так же как и по УПК РСФСР по действующему УПК РФ замечания на протокол судебного заседания рассматриваются единолично председательствующим, который лишь вправе вызвать лиц, подавших замечания, для уточнения их содержания. Этого, наверное, было бы достаточно, если рассчитывать на законопослушного и порядочно председательствующего. К сожалению, жизнь показывает, что так бывает далеко не всегда4.

По мнению большинства практикующих адвокатов ныне действующий порядок составления протокола судебного заседания и рассмотрения замечаний на него не позволяет стороне защиты отстаивать свою позицию, в том числе, при рассмотрении дела в кассационной и надзорной инстанциях.

Так, из опрошенных членов Московской областной коллегии адвокатов около 80% заявили, что секретарь судебного заседания просто физически не в состоянии записывать все, что происходит в судебном заседании, и что стенографирование всего судебного процесса будет полностью отражать весь ход процесса, что, безусловно, соответствует интересам защиты. Большинство из опрошенных адвокатов также заявили, что поданные замечания на протокол часто необоснованно отклоняются председательствующим и, что подача замечаний на протокол практически потеряла всякий смысл.

В результате того, что изготовление протокола судебного заседания и рассмотрение замечаний на него происходит после оглашения приговора, вольно или невольно происходит корректировка содержания протокола таким образом, чтобы он соответствовал приговору, своего рода «подгонка протокола под приговор». Хотя в силу элементарной логики должно быть как раз наоборот, приговор должен основываться и соответствовать рассмотренным судом доказательствам, то есть содержанию протокола судебного заседания.

3. Особенно остро проблема соответствия содержания протокола судебного заседания рассмотренным в суде доказательствам касается показаний лиц, допрошенных в судебном заседании, в частности свидетелей. В случае несоответствия содержания протокола показаниям свидетелей в суде, допросить их повторно, например, в кассационной инстанции, несмотря на наличие норм части 4 ст.377 УПК РФ, практически невозможно.

4 См.: Кореневский Ю.В., Падва Г.П. Участие защитника в доказывании по новому уголовно-процессуальному законодательству: Практическое пособие. - М.: Юристъ, 2004. - С.139-141.

Существенен и еще один момент. Точное отражение в протоколе судебного заседания показаний свидетелей представляет большую трудность для секретаря судебного заседания, поскольку требует значительного физического напряжения и концентрации внимания по сравнению с отражением результатов исследования других доказательств. Такая проблема обычно не возникает в отношении результатов экспертиз, осмотров, выемок и т.д., поскольку в случае каких-либо сомнений в правильности отражения содержания этих доказательств в протоколе судебного заседания, всегда существует возможность вновь непосредственно исследовать эти доказательства (в том числе и в вышестоящей инстанции), так как они имеются в материалах дела. С другой стороны, именно точное изложение показаний свидетелей в протоколе судебного заседания крайне важно для сторон процесса, поскольку в этих показаниях решающее значение может иметь любой нюанс, любое слово или реплика, даже интонация свидетеля.

В частности, при рассмотрении Басманным районным судом г. Москвы уголовного дела в отношении Е. защитой были поданы замечания на протокол судебного заседания. Замечания касались показаний допрошенных свидетелей, которые находились на месте преступления в момент его совершения. Двое свидетелей заявили о том, что автомашина, похожая на автомашину подсудимого Е., была на месте преступления, но утверждать это с абсолютной уверенностью они не могут. В протоколе судебного заседания были записаны показания свидетелей о том, что автомашина подсудимого очень похожа на ту автомашину, которую они видели на месте преступления. Однако, фраза свидетелей о том, что полной уверенности у них в этом нет, не была отражена в протоколе. И, кроме того, в протоколе было указано «автомашина очень похожа» вместо просто «похожа», как это заявили свидетели (Архив Басманного районного судом г.Москвы).

Рассмотрев замечания защиты на протокол судебного заседания уже после вынесения обвинительного приговора, председательствующий полностью их отклонил. Отраженные в замечаниях показания свидетелей в совокупности с другими обстоятельствами дела опровергали вывод суда о виновности подсудимых или, во всяком случае, порождали сомнения в обоснованности такого вывода. Однако, председательствующий, рассматривая замечания на протокол после вынесенного приговора, не смог допустить даже тени сомнения относительно обоснованности своих собственных выводов о виновности подсудимых, и отклонил поданные защитой замечания.

Приведенные примеры из судебной практики позволяют говорить о том, что точное изложение показаний свидетелей в протоколе судебного заседания имеет решающее значение для постановления законного и обоснованного приговора. Однако, нормы УПК РФ, регламентирующие порядок изготовления протокола судебного заседания, лишают суд возможности вынести приговор на основании точно зафиксированных в протоколе показаний допрошенных по делу лиц (свидетелей, потерпевших и т.п.), то есть на основании фактических обстоятельств дела. Такое положение не позволяет суду выполнить свою роль беспристрастного и объективного арбитра в споре стороны обвинения и стороны защиты.

4. Теперь проанализируем, что происходит, когда председательствующий после вынесения приговора рассматривает поданные на протокол замечания.

Отклоняя или удостоверяя замечания на протокол судебного заседания, например касающиеся не отраженных или не полностью отраженных в протоколе показаний свидетелей, председательствующий самостоятельно и

фактически безапелляционно принимает решение о том, говорили свидетели те или иные фразы или нет.

Тем самым рассмотренные в суде доказательства, на которых должен быть основан приговор, принимают свой окончательный вид только после отклонения или удостоверения председательствующим поданных замечаний. Примечательно, что такое придание доказательствам окончательной формы осуществляется, во-первых, после того, как оценка этих доказательств уже сделана в приговоре, и, во-вторых, тем же самым лицом, которое уже высказало в приговоре свое мнение по поводу всех рассмотренных доказательств.

Если слова свидетелей, изложенные в замечаниях на протокол, даже соответствуют действительности, но не соответствуют выводам суда в приговоре и отклоняются председательствующим, то председательствующий фактически занимается поиском и отбором доказательств, подтверждающих его собственные выводы, формируя тем самым доказательную базу уже оглашенного им приговора.

Когда оглашенный приговор является обвинительным, дополнительное формирование доказательственной базы этого приговора и отклонение тех доказательств, которые этот приговор хотя бы частично опровергают, фактически превращает председательствующего в помощника обвинения или даже самого обвинителя. Тем самым существенно ущемляются права стороны защиты, и нарушается равноправие сторон уголовного процесса.

Судья в данном случае соединяет в себе функцию разрешения дела, предписанную ему законом, и функцию представления доказательств, самостоятельно и безапелляционно определяя содержание протокола судебного заседания - этого важнейшего источника доказательств.

Подобное положение никак не согласуется с такими элементами состязательности как равноправие сторон и разрешение спора беспристрастным арбитром, независимым от спорящих сторон.

5. Законодатель допускает ситуацию, когда возможно вынесение приговора и без протокола судебного заседания, без показаний свидетелей в окончательном виде, то есть приговор может быть вынесен не на основании доказательств, поскольку самого источника доказательств -протокола судебного заседания еще не существует. При этом суд может и не заботиться о том, что сторонами могут быть поданы замечания, и, что может быть содержание доказательств (в случае удостоверения этих замечаний) вступит в противоречие с выводами суда в приговоре. Как уже отмечалось выше, вероятность удостоверения таких замечаний ничтожно мала.

Совершенно очевидно, что при такой ситуации подача замечаний на протокол судебного заседания теряет для защиты всякий смысл.

При чем причина этого не столько в необъективности суда, к сожалению, иногда имеющей место при рассмотрении конкретных уголовных дел. Причина в несовершенстве законодательного регулирования порядка изготовления протокола судебного заседания и рассмотрения замечаний на него.

Каждая сторона процесса и, в частности защита, заинтересована в точной фиксации всего хода судебного заседания, в точном отражении показаний свидетелей, потерпевших, подсудимых, результатов исследования других доказательств.

В этой связи П.Е. Кондратов справедливо отмечает, что протокол судебного заседания является процессуальным документом, составляемым в стадии судебного разбирательства и служащим важнейшим источником информации относительно содержания исследованных судом до-

казательств и соблюдения судом и участниками судебного заседания установленных законом правил и порядка судебного разбирательства5.

Подчеркивая важность протокола судебного заседания, Кореневский Ю.В. и Падва Г.П. отмечают, что соответствие содержания прокола тому, что в действительности происходило в судебном заседании, - одно из важнейших условия правильного разрешения дела. При обжаловании приговора вышестоящий суд может судить о доказательствах, рассмотренных в судебном разбирательстве, об их содержании только по протоколу судебного заседания. Если содержание протокола не соответствует тому, что происходило в судебном заседании, защитнику, обжалующему приговор, трудно рассчитывать на успех6.

Принципу состязательности соответствует точное отражение всего хода судебного процесса, поскольку только в этом случае суд может остаться беспристрастным и объективным арбитром в споре и постановить по делу обоснованный приговор. Если же, по мнению любой из сторон, выводы суда являются необоснованными, то точное отражение в протоколе показаний допрошенных лиц, результатов исследования доказательств дает возможность сторонам при обжаловании приговора в вышестоящей инстанции ссылаться на содержание протокола судебного заседания и на этом основании доказывать необоснованность и незаконность вынесенного приговора.

Поэтому соответствие содержания протокола тому, что действительно происходило в процессе рассмотрения дела, с одной стороны, позволит суду выполнить свою роль беспристрастного и объективного арбитра в споре и положить в основу своих выводов фактические обстоятельства дела, а с другой стороны, предоставит обвинению и защите возможность оспаривать выводы суда при несогласии с ними, то есть усилит состязательные возможности сторон, в том числе и в вышестоящей инстанции при обжаловании приговора.

Если же ход судебного разбирательства отражен не точно, содержание показаний допрошенных лиц и рассмотренных доказательств искажено с уклоном в пользу одной из сторон, то такая ситуация не позволит суду сделать объективный вывод, нарушит равноправие сторон в пользу одной из них и фактически сведет на нет состязательность сторон уголовного процесса.

Кроме того, как уже отмечалось выше, не соответствует принципу состязательности процесса рассмотрение замечаний на протокол судебного заседания самим председательствующим по делу, а не другим лицом. Председательствующий по делу, как и всякий человек, не может не быть заинтересованным в отстаивании своего мнения, высказанного в приговоре, и, скорее всего, отклонит замечания, идущие вразрез с его мнением, либо свидетельствующие о его предвзятости при рассмотрении дела.

В результате сторона защиты будет лишена возможности отстаивать свою позицию, на равных состязаться с обвинением при обжаловании приговора и окажется противостоящей не обвинению, а самому суду, а суд перестанет быть объективным арбитром спора.

Таким образом, нынешнее регулирование порядка изготовления протокола судебного заседания и рассмотрения замечаний на него не соответствует состязательной форме уголовного судопроизводства.

6. Каким же может быть выход из сложившейся ситуации?

Автор статьи считает вполне логичным, чтобы протокол судебного заседания был изготовлен, подписан предсе-

5 См.: Кондратов П.Е. Научно-практический комментарий к УПК РФ / Под общ. ред. В.М.Лебедева; Науч. ред. В.П.Божьев. - М.: Спарк, 2004. - С. 500.

6 См.: Кореневский Ю.В., Падва Г.П. Указ. соч. - С.139.

дательствующим и секретарем судебного заседания, и копии его были бы переданы сторонам для ознакомления после окончания судебного заседания, но до вынесения приговора. После этого сторонам должно быть предоставлено время ознакомиться с протоколом и подать на него свои замечания. Поданные замечания должны быть рассмотрены судьей в присутствии сторон и в случае возникновения неустранимых разногласий по содержанию протокола допрошенные лица должны быть вызваны в суд вновь, а также исследованы те доказательства, относительно которых были поданы замечания. Только после этого протокол судебного заседания в окончательной форме выдается сторонам, и суд удаляется в совещательную комнату для постановления приговора.

Можно согласиться с М.Фоминым, который отмечает, что в УПК РФ целесообразно закрепить требование к ведению и изготовлению протокола судебного заседания так, как это предусмотрено в нормах о ведении протокола следственного действия. В этом случае протокол судебного заседания после окончания судебного следствия, но до прений сторон должен быть выдан сторонам для ознакомления. Если стороны подают замечания на протокол, то данные замечания должны рассматриваться только в судебном заседании, при необходимости в суд могут быть вызваны допрошенные лица для уточнения их показаний. И только после того, как все разногласия по замечаниям на протокол будут урегулированы, суд выносит решение об удостоверении их правильности, либо об их отклонении. В таком случае суд удалится в совещательную комнату для постановления приговора с уже готовым протоколом судебного заседания7.

Вместе с тем автор статьи полагает, что более предпочтительным было бы стенографирование всего хода судебного процесса и составление протокола лицом, несвязанным трудовыми отношениями с судебными органами. В этом случае председательствующий вообще будет избавлен от обязанности подписания протокола судебного заседания и рассмотрения на него замечаний, то есть, тем самым, будет лишен несвойственной ему функции формирования доказательственной базы по уголовному делу путем отбора тех или иных доказательств при рассмотрении замечаний сторон. Никаких замечаний на протокол судебного заседания просто не должно быть, поскольку при современных технических средствах возможно достоверно зафиксировать все происходящее в зале судебного заседания.

Аналогичного мнения придерживается П.Е.Кондратов, который считает, что в целях обеспечения полноты и точности протокола целесообразно использование технических средств (в частности, аудиозаписи) и стенографиро-вания8.

Противники высказанных предложений по реформированию законодательства могут возразить, что такое изменение порядка составления протокола судебного заседания или стенографирование всего судебного процесса значительно усложнит процедуру и потребует дополнительных затрат времени и средств. Подобные аргументы должны быть решительно отвергнуты, поскольку никакие материальные затраты не могут иметь приоритет перед необходимостью строгого соблюдения прав личности и принципов состязательности уголовного процесса

7 См.: Фомин М. Протокол судебного заседания: «прошу данный вопрос и ответ на него отразить дословно» // Российская юстиция. -2003. - № 11. - С. 23.

8 См.: Кондратов П.Е.Указ. соч. - С. 500.