Ручьепожатие крепкое

19 августа президент России Владимир Путин в своей сочинской резиденции Бочаров Ручей встретился с президентом Казахстана Касым-Жомартом Токаевым, чтобы устранить недоговоренности, которые, без сомнения, существуют между двумя лидерами. И специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников считает, что это будет непростой путь для обоих.

Владимир Путин и Касым-Жомарт Токаев провели вместе 2,5 часа, что по меркам Бочарова Ручья совсем не много

Фото: пресс-служба президента РФ

Владимир Путин не встречал Касым-Жомарта Токаева в аэропорту города Сочи. Плохой знак? Очень похоже, если не знать, что Владимир Путин никого не встречает в аэропорту.

Встречали президента Казахстана между тем вице-губернатор Краснодарского края Александр Руппель (как тот признался позже, по поручению губернатора Краснодарского края Вениамина Кондратьева, у которого в этот день были, очевидно, более важные дела, чем мотаться в аэропорт) и мэр Сочи Алексей Копайгородский. И это все-таки, возможно, был перебор: президента суверенного государства, пусть и не признавшего независимость ЛНР и ДНР, могли встретить более многозначительно.

В Сочи президент Казахстана прилетел по приглашению российского президента. Он тут до этого ни разу не был, что выглядело даже странно: лидер страны СНГ, не побывавший в Бочаровом Ручье, не может считаться полноценно акцептованным среди соратников, коими являются Владимир Путин, президент Белоруссии Александр Лукашенко, президент Туркмении Сердар Бердымухамедов (тоже еще не доехал до Сочи, но его извиняет, что президентом он стал гораздо позже остальных) и другие невероятно официальные лица.

Владимиру Путину и Касым-Жомарту Токаеву нужно было встретиться. Хотя бы для того, чтобы все прояснить между собой после ПМЭФ-2022 (Петербургского международного экономического форума.— “Ъ”).

Недосказанность осталась, особенно со стороны Владимира Путина, который никак не отозвался на яркое высказывание президента Казахстана по поводу «квазигосударственных образований».

Слово-то какое обидное: «квази»… Сказал бы просто: «недо…». А еще лучше: «прото…», но об этом, видимо, только мечтать… А то: «квази…». Нет, может, и правильно, что вице-губернатор в аэропорту встречал…

А Владимир Путин, очевидно, хотел договорить. Он-то в свое время бросился ночью спасать квазигосударственность Казахстана (а она в тот момент была, а даже не казалась, именно такой), и благодарности, конечно, не нужно было, но, скорее всего, хотелось. Порыв был, что редкость в политике такого уровня, искренний, хоть и с учетом сложных вводных: ведь до сих пор публично не раскрывается, кто стоял за перевозбужденными протестующими в стране.

И приглашая Касым-Жомарта Токаева на форум в Петербург, Владимир Путин, возможно, рассчитывал если не на укоренившуюся в голове казахстанского президента признательность, то хотя бы на то, что вызывающего поведения на людях ждать от него не придется.

Но и Касым-Жомарт Токаев, возможно, хотел объясниться. Он ведь, может, считал, что слегка да, погорячился, но слишком уж в лоб был задан вопрос, и нельзя было отвертеться, хоть, не исключено, и хотелось бы…

Недоговоренность таким образом была, и сразу следует сказать, что, по данным “Ъ”, после переговоров в Сочи снять ее не удалось.

Касым-Жомарт Токаев вообще демонстрирует последовательную неуступчивость (еще только заняв должность президента, он на форуме межрегионального сотрудничества России и Казахстана в сентябре 2021 года ввязался в, можно сказать, ожесточенный спор с российским президентом по поводу степного тигра, которого один из глав казахстанских регионов обещал вывести из небытия на новый уровень в современных условиях, а Владимир Путин, предварительно подняв руку для вопроса, уточнял, как же его можно вывести, если он давно весь вымер? И Касым-Жомарт Токаев упрямо доказывал, что можно и нужно. И даже было уже не смешно. Может, уже тогда все и началось).

Но все-таки у России и Казахстана были намечены общие учения, и вообще Казахстан взял на себя немалую часть российской боли, связанной с санкциями, а главное, радости, связанной с параллельным обходом их, и не хотелось бы теперь махнуть рукой друг на друга, словно ничего никогда и не было.

— У нас и крупные хорошие проекты развиваются, работа в высокотехнологичных сферах, в том числе в космосе,— говорил господин Путин.

Да, и Байконур есть Байконур.

А главное-то, главное: российский президент с первого раза верно произнес имя коллеги из Казахстана (на ПМЭФ-2022, как известно, не вышло), и одно только это должно было раз и навсегда (особенно если и дальше так пойдет) примирить Касым-Жомарта Токаева с основной российской реалией в виде Владимира Путина.

— Рад вас видеть в бодром здравии,— сообщил казахстанский президент, словно до этого Владимир Путин был чем-то болен и вот наконец выздоровел.

Но нет, он не болел и не выздоровел.

Касым-Жомарт Токаев перечислял точки сближения («Промышленная кооперация сейчас, к нашему удовлетворению, достигает серьезных результатов… Как вы правильно отметили, динамика торговли положительная… В прошлом году объем торговли составил $24,5 млрд. По этому показателю Россия занимает первое место в нашем товарообороте… Мы активно взаимодействуем на основных площадках в Организации Объединенных Наций...»).

Но все-таки разговаривали, такое впечатление, два далеких и, главное, не приближающихся друг к другу человека.

— В этом году Казахстан председательствует в СНГ, в октябре будет саммит Содружества Независимых Государств. Очень сильно рассчитываем на ваше личное участие (да, так, по информации “Ъ”, и будет.— А. К.), тем более что Россия играет важную роль в Содружестве Независимых Государств (Важную? До сих пор это была решающая.— А. К.). А вообще, в целом есть все основания быть удовлетворенными тем, как развивается наше сотрудничество, я в этом плане с вами согласен.

Президент Казахстана добавил:

— Нас объединяет общая граница — самая протяженная в мире сухопутная граница (обычно граница все же разъединяет.— А. К.), кстати, полностью делимитированная граница (если что, северный Казахстан отделен от России не просто границей, а делимитированной границей.— А. К.),— добавил Касым-Жомарт Токаев.— Поэтому каких-либо оснований для того, чтобы высказывать пессимистические прогнозы в отношении будущего нашего сотрудничества, конечно же, нет.

Тут он проговорился. Вообще не было никаких оснований, если на то пошло, говорить о каких-то пессимистических прогнозах. С чего бы о них говорить? Только если думать о них.

И он, конечно, думает.

По крайней мере учитывает их.