Компании оздоровят по-банковски

Законопроект о санации предприятий, который должен быть внесен в Госдуму до 1 декабря, появился в новой версии. Она вынуждает должников согласовывать процедуру санации с кредиторами, которые могут предложить свой собственный план или получить 49% акций должника в обмен на согласие с планом должника. Заниматься санацией стратегических предприятий уже практически официально предлагается банку "Российский капитал". Впрочем, новая версия вызывает горячие споры, а вступление закона в силу перенесено на 2017 год.

В распоряжении "Ъ" оказалась новая версия поправок к банкротному законодательству, меняющих процедуру финансового оздоровления компаний. Переработать законопроект, разрабатываемый Минэкономики еще с лета 2015 года, рабочей группе под руководством замглавы Минэкономики Николая Подгузова поручил первый вице-премьер Игорь Шувалов (см. "Ъ" от 9 ноября). Впрочем, в правительство новая версия пока не направлена. Представитель секретариата Игоря Шувалова сообщил "Ъ", что "документ находится в Минэкономики на проработке". В самом Минэкономики заявили, что в настоящее время предусмотренные законопроектом возможные мероприятия, направленные на восстановление платежеспособности должников, обсуждаются с представителями банковского и экспертного сообществ. "До окончания соответствующих обсуждений говорить о конкретных мерах преждевременно",— добавляют там.

Между тем новый текст от предыдущей версии отличается кардинально, начиная с названия закона, в который он вносится,— закон "О несостоятельности (банкротстве)" станет законом "О реструктуризации и банкротстве". Проект отменяет процедуру наблюдения, в ходе которого, как опасались сами предприятия, кредиторы могли фактически перехватить управление компанией. Процедуры финансового оздоровления и внешнего управления сольются в одну — процедуру реструктуризации. Если компанию еще можно спасти, суд одобряет процедуру и в следующие четыре месяца должник и кредиторы согласовывают план реструктуризации. При этом с каждой группой кредиторов (налоговики, банки и пр.) должник сможет рассчитываться не пропорционально, а по индивидуальной схеме. Этот же план будет предусматривать, нужна ли смена руководства и кто будет арбитражным управляющим. Сами по себе варианты реструктуризации могут быть разными: уменьшение уставного капитала, конвертация долгов в акции с заменой руководства или без нее и даже с сочетанием сразу двух органов управления и т. д.

Новая версия проекта существенно расширяет полномочия кредиторов в процессе реструктуризации. Например, они смогут блокировать не устраивающий их план санации и взамен представить свой. Кредиторы смогут потребовать досрочного прекращения санации и начать банкротство компании, если должник просрочит платежи более чем на 15 дней, фальсифицирует отчетность и др. Но и у компаний появляется инструмент противодействия. Например, должник сможет добиться утверждения своего плана санации даже без согласия кредиторов. Правда, для этого ему придется доказать, что от его ликвидации кредиторы получат меньше, чем от санации. Кроме того, перед должником ставится ряд жесткий условий. В частности, срок санации в этом случае будет составлять не восемь, а всего три года, компании придется фактически сменить собственников, передав 49% своих акций кредиторам, и т. д.

Санация стратегических компаний будет мягче — в ней не предусматривается передача акций кредиторам, принудительная конвертация долгов и т. д. При этом заниматься ей, судя по законопроекту, будет специальная "организация, соответствующая требованиям правительства". По сведениям "Ъ", речь идет о банке "Российский капитал" — "дочке" АСВ, которая сейчас санирует банки, не интересные рыночным игрокам. Это "Ъ" подтвердили четыре источника, знакомых с ходом разработки документа. Однако такую идею не поддерживают сами банки. "Вместо того чтобы разгрузить капитал банков--кредиторов пошатнувшихся компаний, просто передав их долги в банк плохих долгов напрямую, фактически предлагается втянуть кредиторов в многолетнюю и сомнительную интригу, а руководить процессом будет не самый крупный и нерыночный игрок",— жалуется один из собеседников "Ъ".

Впрочем, с учетом того что "Российский капитал" создан как мегасанатор, логично, что его пытаются наделить функциями, более значимыми, чем работа с активами нескольких пошатнувшихся банков, добавляет другой собеседник "Ъ", однако, устоит ли такая конструкция в финальном варианте, вопрос. В "Российском капитале" от комментариев отказались.

Несмотря на существенную переработку законопроекта, им все еще пока не удовлетворены ни банкиры, ни компании. По словам вице-президента ассоциации "Россия" Олега Иванова, хотя баланс интересов кредиторов и должников в значительной степени восстановлен, сомнения по части пунктов остаются. Например, по праву налоговой службы подавать заявление о реструктуризации. А вот, по мнению компаний, законопроект теперь создает очень сильный перекос в пользу кредиторов. "К разработке не привлекались специалисты реального сектора экономики — его писали чиновники и банкиры",— сетует менеджер, участвовавший в финансовом оздоровлении ряда промышленных холдингов. Так, законопроект предусматривает "возможность списания, увеличения капитала и конвертации долгов в капитал, в том числе и без согласия собственника, а это уже перехват управления", поясняет он. Кроме того, исключение процедуры наблюдения, а также деление кредиторов на классы приведет к тому, что из-за недостатка времени и отсутствия единогласного решения всех классов кредиторов суд вынужден будет вводить процедуру банкротства, отмечает собеседник "Ъ".

В ситуации, когда достижение консенсуса и принятие законопроекта в трех чтениях до конца года становится все более призрачным, вступление закона в силу перенесено на год — с 2017 года он будет работать для стратегических компаний, с 2018-го — для всех остальных. Сейчас из крупных промышленных предприятий активные переговоры с банками по реструктуризации долгов ведут, например, "Мечел", НПК "Уралвагонзавод", "Стройгазконсалтинг", но там отказались комментировать законопроект.