О некоторых институциональных предпосылках социально-экономического развития Арктической зоны РФ

о некоторых институциональных предпосылках социально-экономического развития АРКТИЧЕСКОЙ ЗОНЫ РФ*

П.В. Гуляев,

заместитель директора Научно-исследовательского института региональной экономики Севера Северо-Восточного федерального университета им. М.К. Аммосова (г. Якутск),

кандидат экономических наук petr_gulyaev@mail.ru

А.А. Кугаевский,

директор Финансово-экономического института Северо-Восточного федерального университета им. М.К. Аммосова (г. Якутск),

кандидат экономических наук ircentre@mail.ru

М.В. Николаев,

директор Научно-исследовательского института региональной экономики Севера Северо-Восточного федерального университета им. М.К. Аммосова (г. Якутск),

доктор экономических наук, nikolaevmv_aic@mail.ru

В статье представлены результаты исследования некоторых институциональных факторов, влияющих на социально-экономическое развитие «ресурсных» регионов на территории Арктической зоны РФ. В ходе исследования проведен анализ совокупности «ресурсных» регионов на предмет наличия сходных условий, характеризующих особую организацию ресурсной экономики в Арктической зоне и районах Крайнего Севера, с учетом институциональных предпосылок, влияющих на производственные отношения, на качество жизни населения, обустройство инфраструктуры, организацию нормативно-правовой базы и механизмов государственного регулирования экономики. Авторами сформулированы предложения по совершенствованию системы государственного регулирования экономики на территории этих ресурсных регионов.

Ключевые слова: Арктическая зона РФ, «ресурсный» регион, институциональные предпосылки, ВРП, финансы населения, инфраструктура, государственное регулирование экономики

ББК 65.9

В современной стратегии развития экономики России особая роль в «восточном» движении национальной экономики отводится так называемым «ресурсным» регионам. Авторами статьи выдвигается гипотеза о наличии в экономике ресурсного типа отношений, не соответствующих современной динамике экономических процессов на региональном уровне, устаревших «морально», тормозящих развитие регионов и требующих государственного регулирования. В связи с этим, целесообразно провести анализ некоторой совокупности ресурсных регионов на предмет наличия сходных условий, характеризующих особую организацию ресурсной экономики в Арктической зоне и районах Крайнего Севера, с учётом институциональных предпосылок, влияющих на производственные отношения, на качество жизни населения, обустройство инфраструктуры, организацию нормативно-правовой базы и механизмов государственного регулирования экономики.

В современных исследованиях понятие «ресурсный» регион, как правило, базируется на оценке доли добывающей промышленности в структуре ВРП, по абсолютному объему добываемых полезных ископаемых в количественном и стоимостном выражении [1, 2]. При этом существенное значение для регионов ресурсного типа имеет то обстоятельство, что добычу осуществляют крупные вертикально интегрированные корпорации, аккумулирующие финансовые результаты хозяйственной деятельности в структурах управления, расположенных, как правило, не в регионах добычи [5]. Поэтому для оптимизации государственного регулирования экономики особую актуальность имеют исследования, посвященные отношениям, возникающим в региональной экономике в результате деятельности добывающих компаний, созданных как региональные структуры для организации процесса кластеризации на избранной территории. В этой предметной области выделя-

ются исследования, определяющие содержание бюджетного процесса, его качество и эффективность систем управления бюджетным процессом, определение иных источников и принципов финансирования в регионах с учетом финансовых интересов корпораций [5, 6].

Немаловажным является так же то обстоятельство, что современная российская экономика фактически нацелена на использование ресурсного потенциала арктической зоны, в особенности минерально-сырьевой базы, для обеспечения устойчивого движения по траектории «восточного» вектора. В связи с этим, исследования особенностей современной организации социально-экономических отношений на территории ресурсных регионов Арктической зоны, формулирование приоритетов развития социально-экономических программ, выделение конкретных механизмов и инструментов их реализации, являются весьма актуальными и необходимыми.

Исследователи выделяют устойчивую совокупность «ресурсных» регионов, имеющих не менее 30% доли добывающей промышленности в структуре ВРП (таблица 1).

Такой подход к классификации «ресурсного» региона понятен и вполне достаточен. Но в некоторых частных случаях государственного регулирования региональной экономики целесообразно учитывать дополнительные факторы, зависящие, в том числе, от вида добываемых ресурсов, наличия моноспециализации региона, особенностей налогообложения, особенностей отношений «регион-корпорации», «регион-федеральный центр», с учетом сложившихся межбюджетных отношений, что требует формирования федеральных институтов, ответственных за разработку государственных программ, за проведение их обсуждения в обществе и за организацию их реализации. Доминирование добычи полезных ископаемых в структуре ВРП определенным образом влияет на состав, качество и движение

* Статья подготовлена при финансовой поддержке: Министерства образования и науки РФ в рамках базовой части государственного задания на выполнение НИР «Оптимизация систем управления финансами Республики Саха (Якутия) в соответствии с потребностями устойчивого социально-экономического развития Северо-Востока России» (проект №01201460079); ФГБУ «Российский гуманитарный научный фонд» (проект № 16-02-00426 «Оценка степени влияния результатов хозяйственной деятельности добывающей корпорации на бюджетный процесс в ресурсном регионе (на примере Республики Саха (Якутия)»).

1 4 1

основных производственных и непроизводственных фондов в региональной экономике. Характер движения основных фондов влияет на трудоемкость производственных процессов, инфраструктуру, доходы и расходы в производстве и потреблении, что в конечном итоге сказывается на финансах предприятий, населения, общественных финансах, на бюджетном устройстве и бюджетном процессе. В связи с этим, классификация ресурсных регионов на основе доли добычи полезных ископаемых вполне может быть дополнена некоторыми характеристиками региональной финансовой системы, с учетом особенностей в обустройстве экономики данных регионов.

Таблица 1

Сырьевые регионы РФ

Субъект РФ Доля добычи полезных ископаемых в ВРП, 2013 год, %

Ненецкий автономный округ 78,5

Ханты-Мансийский автономный округ 67,2

Сахалинская область 60,9

Тюменская область 52,2

Ямало-Ненецкий автономный округ 48,3

Республика Саха (Якутия) 43,7

Чукотский автономный округ 41,8

Оренбургская область 36,9

Республика Коми 35,1

Кемеровская область 35,1

Архангельская область 30,2

Таблица 3

Среднедушевые денежные доходы населения

2013 год Место, занимаемое в Российской Федерации

Российская Федерация 25928

Ненецкий автономный округ 66276 1

Ямало-Ненецкий автономный округ 58040 2

Чукотский автономный округ 52695 4

Сахалинская область 39971 6

Ханты-Мансийский автономный округ 39292 7

Республика Саха (Якутия) 31528 12

Республика Коми 29335 16

Архангельская область 24775 23

Тюменская область 24731 24

Кемеровская область 19697 56

Оренбургская область 18628 61

По величине ВРП на душу населения регионы, традиционно относящиеся к категории «ресурсных», лидируют в составе субъектов РФ (табл. 2). В данных регионах так же высоки среднедушевые доходы населения (табл. 3) и среднемесячная заработная плата (табл. 4).

Таблица 2

Валовой региональный продукт на душу населения

2012 Место, занимаемое в Российской Федерации

Ненецкий автономный округ 3841049,3 1

Ямало-Ненецкий автономный округ 2211580,0 2

Ханты-Мансийский автономный округ 1707991,7 3

Тюменская область 1325288,4 4

Сахалинская область 1297866,6 5

Чукотский автономный округ 960056,9 6

Республика Саха (Якутия) 565450,4 8

Республика Коми 543089,8 9

Архангельская область 387959,0 15

Оренбургская область 311588,5 25

Кемеровская область 261301,2 37

Однако при этом доля НДФЛ в консолидированном бюджете «ресурсного» региона невысокая в сравнении с другими регионами (табл. 5). В среднем по РФ доля НДФЛ в налоговых доходах консолидированных бюджетов субъектов РФ составляет 41,52% по итогам 2014 года. Для справки: в Чеченской республике доля НДФЛ в налоговых доходах консолидированного бюджета 84,6%. В ресурсных регионах данный показатель ниже среднего, а в регионах, являющихся лидерами по сборам налога на прибыль организаций (ХМАО, ЯНАО, Ненецкий АО), данный показатель является минимальным.

Сочетание высоких среднедушевых доходов, высокой заработной платы и низкой доли НДФЛ в доходах бюджета может быть следствием особенностей производственного процесса в добыче полезных ископаемых, в том числе особых методов организации труда на предприятиях добывающей отрасли:

— относительно низкая трудоемкость, вследствие высокой степени механизации и автоматизации труда в горнодобывающей отрасли и как следствие низкая трудоемкость производства;

— применение ускоренной амортизации основных производственных фондов и как следствие уменьшение доли трудового ресурса, используемого в сервисе горнодобывающих предприятий;

— ничтожный сервисный сектор, ориентированный на малый и средний бизнес, в экономике добывающей отрасли [3];

— доминирование в производстве вахтового метода организации труда.

Таблица 4

Среднемесячная номинальная начисленная заработная плата работников организаций

2013 год Место, занимаемое в Российской Федерации

Российская Федерация 29792

Ямало-Ненецкий автономный округ 69192 1

Чукотский автономный округ 68261 2

Ненецкий автономный округ 61765 3

Ханты-Мансийский автономный округ 54508 6

Сахалинская область 49007 8

Республика Саха (Якутия) 46542 10

Республика Коми 37717 12

Тюменская область 31620 18

Архангельская область 30205 20

Кемеровская область 25326 35

Оренбургская область 21593 54

Экономический эффект от применения вахтового метода в организации труда на добывающих предприятиях не обсуждается. Однако при этом следует отметить, что большая часть «ресурсных» регионов относятся к районам Крайнего Севера, в отношении которых действует законодательство, регулирующее труд на территории этих районов и предоставляющее следующие гарантии трудящимся:

— оплата труда в повышенном размере с применением т.н. районных коэффициентов и процентных надбавок;

— повышенные гарантии при увольнении в связи с ликвидацией либо сокращением численности или штата работников организации-работодателя;

— предоставление ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска;

— компенсация расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно;

1 42

Доля НДФЛ в консолидированном ресурсного региона

Таблица 5 бюджете

Субъект РФ Доля НДФЛ в консолидированном бюджете субъекта, % Место, занимаемое в Российской Федерации

Российская Федерация 41,52

Архангельская область 54,70 12

Кемеровская область 48,33 28

Чукотский АО 38,59 64

Республика Коми 38,51 65

Оренбургская область 33,51 73

Республика Саха (Якутия) 31,01 77

Тюменская область 30,30 79

Ямало-Ненецкий АО 29,51 80

Ханты-Мансийский АО 26,41 83

Ненецкий АО 19,55 86

Сахалинская область 17,01 87

— компенсации расходов, связанных с переездом;

— предоставление (отдельным категориям работников Крайнего Севера) дополнительного времени еженедельного отдыха;

— установление (отдельным категориям работников Крайнего Севера) сокращенной продолжительности еженедельного рабочего времени;

— гарантии медицинского обеспечения.

В настоящее время, данные гарантии обеспечиваются в основном за счет собственных средств предприятий, зарегистрированных на территориях, относящихся к районам Крайнего Севера, в результате чего увеличивается себестоимость производства и совокупные издержки в экономике ресурсного региона. Таким образом, в системе государственного регулирования труда в районах Крайнего Севера возникает эффект бумеранга: реализация социальных гарантий, обеспеченных федеральным законодательством, значительно увеличивает совокупные издержки региональной экономики, что приводит к удорожанию производства и потребления, сферы услуг. При этом крупные корпорации, извлекающие недровые ресурсы, используя вахтовый метод организации труда, существенно минимизируют издержки, связанные с обеспечением гарантий трудящимся в районах Крайнего Севера.

Использование вахтового метода весьма объективный процесс, обусловленный повышением мобильности трудового ресурса, снижением доли транспортных издержек в совокупных расходах крупных компаний, стремлением минимизировать налогообложение, фонды оплаты труда, постоянные расходы. Но следует также отметить, что на социально-экономическое развитие ресурсных регионов в перспективе будет так же значительно влиять мобильность технологий, используемых в добывающей отрасли. Растущая мобильность технологий, основных производственных фондов, используемых в добыче полезных ископаемых, может означать уменьшение доли дорогостоящих основных фондов добывающей отрасли в структуре всех основных фондов экономики ресурсного региона. Повышение мобильности основных производственных факторов, снижение трудоемкости и энергоёмкости производства в дальнейшем определит снижение заинтересованности корпораций в обустройстве инфраструктуры на территориях, прилегающих к месторождениям. Что в свою очередь может привести к уменьшению регионального производственного потенциала, сокращению инфраструктуры, стагнации «несырьевого» сектора региональной экономики, ухудшению положения дел в социальной сфере, некомпенсируемому износу и уменьшению стоимости основных фондов непроизводственного назначения, в том числе жилищного фонда на территории «ресурсных регионов».

Таким образом, анализ некоторых подушевых показателей, характеризующих финансы населения, показывает, что боль-

шие объемы ВРП на душу населения позволяют обеспечивать высокие среднедушевые доходы в ресурсных регионах по сравнению с другими субъектами РФ. При этом доля НДФЛ в структуре доходов бюджета ресурсных регионов в сравнении с другими субъектами РФ небольшая. Данное обстоятельство может объясняться спецификой ресурсной экономики, в которой используются технологии с низкой трудоемкостью производства и вахтовыми методами организации труда. Преобладание вахтового метода организации труда обуславливается, в том числе, действием нормативно-правовой базы регулирующей трудовые отношения в районах Крайнего Севера.

Наряду с высокими среднедушевыми доходами, вахтовым методом освоения месторождений, высокой себестоимостью производства, складывающейся, в том числе за счет нормативно-правовой базой регулирующей трудовые отношения в районах Крайнего Севера, на территории ресурсных регионов действует множество других не менее значимых факторов, влияющих на удорожание производства и потребления. В числе факторов, влияющих на высокие потребительские расходы населения, можно выделить низкие темпы развития инфраструктуры: крайне сложные транспортные схемы доставки грузов, значительный износ и аварийное состояние коммунальных систем, неразвитая инфраструктура товарных рынков. Растущая мобильность основных производственных факторов в добыче полезных ископаемых может усугублять действие факторов удорожания производства и потребления в долгосрочной перспективе.

Целесообразно обратить внимание на необходимость совершенствования системы государственного регулирования экономики на территории ресурсных регионов в Арктической зоне РФ и районах Крайнего Севера, по следующим направлениям:

— адаптация налоговой системы к современным условиям хозяйствования (в том числе, и особенно в Арктической зоне), с учетом интересов крупных корпораций и ресурсных регионов («прибыль — инфраструктура»), в том числе совершенствование амортизационной политики;

— учёт степени освоенности ресурсной базы региона при определении перспектив развития региональной экономики по ресурсному сценарию;

— оценка степени влияния крупных добывающих корпораций на бюджетный процесс региона;

— совершенствование законодательства, регламентирующего отношения «корпорации — регион» исходя из оценки степени присутствия на территории региона крупных сырьевых компаний;

— создание условий для эффективного функционирования малых и средних сервисных компаний в сфере добычи полезных ископаемых, включая производство оборудования и технологий.

Особое значение для эффективного использования механизмов государственного регулирования региональной экономики в Арктической зоне РФ имеют специализированные фонды денежных средств. С точки зрения теории государственного регулирования экономики — стимулирование социально-экономического развития может осуществляться прямыми и косвенными методами. Прямые методы регулирования экономики, как правило, обеспечиваются денежными средствами, аккумулированными в бюджетной системе (являющей основным элементом финансовой системы), или в централизованных денежных фондах, которые формируются и используются с участием государства.

Современная бюджетная система на региональном уровне в части расходов представляет собой совокупность «целевых» программ, обеспечивающих только лишь содержание существующей бюджетной сети и контингента без их существенного развития. Таким образом, денежные средства, аккумулируемые в составе бюджетов, в большинстве случаев используются для покрытия «текущих» расходов, обеспечивающих реализацию государственных функций. При этом бюджетный процесс характеризуется существенной инерцией, возникающей как следствие жестких ограничений бюджетного законодательства.

В связи с этим, целесообразно, для обеспечения поступательного движения экономики Арктической зоны РФ использовать целевые «внебюджетные» фонды различного происхождения:

— внебюджетные фонды РФ;

— фонды корпораций и крупных предприятий;

— фонды кредитных организаций;

— фонды страховых компаний;

— эмиссия ценных бумаг (в том числе инфраструктурных облигаций);

— и т.д. и т.п.

Одной из основных задач, требующих решения для обеспечения сбалансированного социально-экономического развития Арктической зоны РФ является формирование и развитие современной инфраструктуры. В рамках теорий размещения промышленного производства, теорий пространственной организации экономики и общества выделяются несколько основных факторов, влияющих на размещение промышленного производства:

— наличие трудовых ресурсов на территории;

— величина транспортных издержек при транспортировке сырья и готовой продукции;

— наличие агломерационных эффектов на территории.

В настоящее время первые два фактора несущественны: трудовые ресурсы мобильны, минимизация транспортных издержек определяется научно-техническим прогрессом и технологическим развитием транспортных систем. Наиболее существенным фактором остается агломерационный эффект. Агломерационные эффекты в современной экономике возни-

кают, прежде всего, на территориях с развитой инфраструктурой (производственная инфраструктура).

Таким образом, основные усилия государственного регулирования экономики на территориях Арктической зоны РФ, обеспеченные целевыми фондами Арктической зоны РФ, должны быть направлены на формирование высокоразвитой инфраструктуры с учетом институциональных предпосылок.

Целевые фонды Арктической зоны РФ могут быть сформированы на принципах государственно-частного партнерства при преобладающем участии Правительства РФ. Порядок формирования и использования ассигнований целевых фондов Арктической зоны РФ устанавливается Правительством Российской Федерации. Субъекты РФ и муниципальные образования участвуют в целевых фондах с учетом сложившейся системы межбюджетных отношений. Распределение денежных средств между участниками фондов для стимулирования социально-экономического развития арктических территорий производиться по формализованным методикам.

Участие в фондах корпораций и крупных предприятий осуществляется на добровольной основе с предоставлением преференций в отношении недропользования, природопользования, налогообложения, таможенного регулирования.

Собственники объектов инфраструктуры, создаваемой в ходе реализации инфраструктурных проектов, определяются исходя из объемов их участия. Государственная собственность на объекты инфраструктуры может быть передана в аренду, концессию, приватизирована в соответствии с действующим законодательством.

Литература

1. Белоусова С.В. Ресурсные регионы: экономические возможности и финансовая справедливость // ЭКО — 2015. — № 6. — С. 40-48.

2. Ильина И.Н. Перспективы развития сырьевых регионов РФ в документах стратегического планирования //Вопросы государственного и муниципального управления. — 2013. — № 2 — С. 83-102.

3. Крюков В.А. Институциональные барьеры развития нефтегазового сектора России (на примере Восточной Сибири) // Журнал Новой экономической ассоциации. — 2012. — № 4. — С. 151-157.

4. Крюков В.А., Селезнева О.А. Нефтегазовые ресурсы в меняющейся институциональной среде // Экономический журнал ВШЭ. — 2013. — № 3. — С. 407-428.

5. Нефёдкин В.И. «Бюджетное проклятие» ресурсных регионов // ЭКО. — 2015. — № 6. — С. 5-24.

6. Токарев А. Н. Как учесть интересы нефтяных регионов // ЭКО. — 2015. — № 6. — С. 25-39.

ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ ОБМЕН КАК ФАКТОР ИНТЕГРАЦИИ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА РОССИИ С ЮГО-ВОСТОЧНОЙ АЗИЕЙ

Е.В.Гудкова,

зав. сектором экономической и научно-технической политики Института экономических исследований Дальневосточного отделения РАН (г. Хабаровск),

кандидат экономических наук, доцент gudkova@ecrin.ru

В статье технологический обмен как фактор интеграции Дальнего Востока России обосновывает концепция вложенных пространств методологии системного представления общества как комплекса взаимодействующих пространственных структур. Региональная специфика технологического обмена обозначена автономностью, приоритетной ролью отраслевого комплекса оборонной промышленности (авиастроение, судостроение, судоремонт) Хабаровского края в соответствии с классификацией концептуальной модели политико-экономической системы Дальнего Востока России. Технологическое «проклятие» ресурсов фрагментирует автономный отраслевой комплекс Дальнего Востока России в Восточной Азии.

Ключевые слова: пространственная экономика, интеграция, научно-технологическое развитие, пространственное развитие, стратегическое партнерство, Дальний Восток России, Хабаровский край

УДК 338.245.8 ББК 65.9(2Рос 55) Введение

Международный технологический обмен в теории мировой экономики можно определить, как совокупность экономических, юридических, финансовых и других отношений, связанных с перемещением между странами знания, а также товаров, воплощающих в материальной форме достижения науки и 1 44

техники. Данный термин обозначен как «передача технологий» в нормативных документах международных организаций. В документах World Intellectual Property Organization (WIPO) [1], термин «передача технологий» используется в следующем контексте. В широком смысле под передачей технологии понимается ряд процессов, которые делают возможным и упро-