Правовой нигилизм как одна из причин антиобщественного поведения

Территория науки, 2014, № 6

Лукьяненко Ю.В.

ПРАВОВОЙ НИГИЛИЗМ КАК ОДНА ИЗ ПРИЧИН АНТИОБЩЕСТВЕННОГО ПОВЕДЕНИЯ

Воронежский экономико-правовой институт, г. Воронеж

Ключевые слова: правовая культура, правовой нигилизм, правовой идеализм, рецепция права.

Keywords: legal culture, legal nihilism and legal idealism, reception law.

Аннотация: Основное внимание в статье уделено тому, как в литературе 1994-2014 гг. трактуется понятие «правовой нигилизм». Параллельно рассматриваются правовой идеализм, а также их корни и причины живучести в России.

Abstract: The main attention is paid to the way in literature 1994-2014 interpreted the concept of "legal nihilism". Parallel considered legal idealism, as well as their roots and causes of survivability in Russia.

То, что правовой нигилизм выступает в качестве одной из причин противоправного поведения, вряд ли требует особенных

доказательств. Наше обращение к заявленной в названии теме объясняется стремлением разобраться в том, как в публикациях 19942014 годов трактуется понятие правового нигилизма, его источники и причины.

Что касается понятия «правовой нигилизм», то большинство учёных-обществоведов за основу предлагаемых ими определений берут данное ещё в 1989 г. В.А. Тумановым [16; 20] и поддержанное Н.И. Матузовым [4; 5; 14; 689] понятие, в соответствии с которым правовой или юридический нигилизм представляет собой

скептическое и отрицательное отношение к праву, законам, нормативному порядку. Включённое в энциклопедии и словари, это определение приобретает таким образом нормативный характер [9; 614]. Подтверждением этому является определение правового нигилизма, данное Н.И. Матузовым в 2012 году: «В итоге правовой нигилизм можно определить как психологически отрицательное (негативное) отношение к праву со стороны граждан, должностных лиц, государственных и общественных структур, а также фактические правонарушающие действия указанных субъектов; феномен, выступающий как элемент общественного сознания, образа жизни, ментальности, способ, линия поведения индивида либо коллектива» [7; 2087].

100

Территория науки, 2014, № 6

В 2004 г. В.Г. Сафонов в статье «Понятие правового нигилизма» заявил, что было бы неверным говорить, что правовой нигилизм -только негативное явление, что более глубокое теоретическое представление о нём «должно включать позитивную составляющую» [12; 65]. При этом сам В.Г. Сафонов усматривает положительную сторону правового нигилизма в том, что «нигилизм вскрывает слабости права и тем самым стимулирует его развитие, приближает закон к общественным потребностям»[12; 67]. Но особенно не согласуется, а точнее противоречит задумке раскрыть «позитивную составляющую» заключение статьи, в котором В.Г. Сафонов перечисляет черты правового нигилизма: «Он, во-первых, имеет подчёркнуто демонстративный, вызывающий и неуправляемый характер; во-вторых, является глобальным, массовым, широко распространённым не только среди граждан, социальных и профессиональных групп, слоёв, но и в официальных государственных структурах, законодательных, исполнительных и правоохранительных эшелонах власти; в-третьих, имеет многообразие форм проявления -от криминальных до легальных (легитимных), от парламентскоконституционных до митингово-охлократических, от «верхушечных» до бытовых; в-четвёртых, обладает особой степенью разрушительности, оппозиционной или популистской направленностью...; в-пятых, сливается с политическим, нравственным, духовным и экономическим нигилизмом, образующим вместе единый деструктивный процесс; в-шестых, способствует формированию негативизма - более широкого явления,

захлестнувшего в последние годы сначала советское, а затем российское общество...»[12; 69]. Не вступая в полемику с В.Г. Сафоновым по вопросу о перечисленных им чертах нигилизма, отметим только, что после такого заключения «позитивная составляющая» правового нигилизма, о коей автор говорил в начале статьи, полностью исчезает.

В 2007 г. М.Е. Панкратова предложила своё определение правового нигилизма: «Правовой (юридический) нигилизм - это комплексное, опасное социально-деструктивное правовое явление, которое

масштабно поглощает и деформирует большинство сфер общественной, культурной, политической (правовой) жизни общества и государства; оказывает значительное влияние на формирование правосознания широких масс населения»[6; 6]. Однако это определение вряд ли окажется востребованным. Концептуально представляя собой лишь усложнённое определение В.А. Туманова и Н.И. Матузова, сформулированное М.Е. Панкратовой понятие

101

Территория науки, 2014, № 6

настолько оторвано от буквального смысла слова «нигилизм», что в нём, как нам представляется, оказалась утраченной суть самого явления.

Между тем ещё в 2000 г. в журнале «Правоведение» была опубликована одна из лучших статей по рассматриваемой проблеме[5]. Её автор И.Д. Невважай, опираясь на предложенное Ю.М. Лотманом и Б.А. Успенским понимание правовой культуры как семиотической структуры [2], а также на труды родоначальника философской теории нигилизма Ф. Ницше и одного из влиятельнейших философов ХХ века М. Хайдеггера, приходит к методологически важному выводу, что правовой нигилизм - это неотъемлемое явление правовой культуры, это «проявление определённого правосознания, признающего право, но понимающего его иначе - не так, как понимают его другие»[5; 27]. «Взаимная оценка культур, - развивает свою мысль И.Д. Невважай, -может привести к непризнанию ценностей друг друга. Поэтому расхожую формулу, согласно которой «правовой нигилизм означает недооценку права» мы бы уточнили, сказав о том, что речь здесь идёт, с одной стороны, о недооценке одного типа правопонимания другим типом правопонимания, а с другой - об осознании недействительности, нереализованности в действительность своего собственного понимания права. Здесь одно право не признаёт другое, оценивает его как неправо, а само себя не находит воплощённым в жизни.

Итак, правовой нигилизм есть результат оценки одной культуры другой» [5; 27-28].

Проанализировав с этих же позиций правовой идеализм, И.Д. Невважай заключает, что правовой нигилизм и правовой идеализм -это не «две стороны одной медали», что «правовой идеализм есть явление другого порядка и в отличие от правового нигилизма связан не с недооценкой значимости одного типа правовой культуры другим, а с непризнанием самого существования иных типов правовой культуры. ...В этом плане,- завершает свою мысль автор,- правовой идеализм представляет собой более радикальное и опасное явление по сравнению с правовым нигилизмом, ибо правовой идеализм может быть присущ любому типу правовой культуры, который сам себя понимает как единственно возможный, правильный и истинный»[5; 28].

Мы так подробно цитируем И.Д. Невважай ещё и потому, что его интереснейшая, по нашему убеждению, статья оказалась, к сожалению, незамеченной юридической наукой. По крайней мере, в анализируемых нами работах по проблемам правовой культуры и

102

Территория науки, 2014, № 6

правового сознания мы не нашли ни одного упоминания об этой статье, хотя с момента её публикации прошло уже 14 лет. Невольно складывается впечатление, будто журнал «Правоведение» - это не всероссийский научно-теоретический журнал, который на протяжении почти 60 лет является одним из самых известных и авторитетных изданий в области юриспруденции и государствоведения, а рукописный сборник студенческих работ захолустного учебного заведения.

Между тем точка зрения, концептуально близкая высказанной И.Д. Невважай, но уже применительно конкретно к российской действительности, представлена в статье П.П. Марченя «Парадоксы мифологии «правового нигилизма» в России» [3], коллективной монографии «Правовая система России в условиях глобализации и региональной интеграции» [8], а также в статье С.В. Ткаченко «Правовой нигилизм России как основной миф рецепции западного права» [15].

Главная идея статьи П.П. Марченя сводится к тому, что широко распространённое в исторической, общественно-политической и даже юридической литературе мнение о «правовом нигилизме» русского народа основано на нигилистичном отношении представителей и адептов западной цивилизации «к уникальности иных, локальных цивилизаций и самобытности их культурных ценностей»[3; 20]. Напомнив, что русское правосознание издревле, в лучших традициях естественно-правового понимания «Закона» и «Благодати», различало Право, которое есть «от Бога», и право, которое есть «могила Правды», П.П. Марченя пишет: «Если под правовым нигилизмом понимать отрицание права вообще и всех правовых ценностей совокупно, то, очевидно, такое качество вряд ли можно признать присущим отечественной мысли и нации в целом.

Но если этот термин использовать для обозначения признания непреложности онтологического факта существования норм, приоритетных по отношению к нормам позитивного права, то вместе с русскими в нигилисты нужно записать и Христа со всеми его апостолами, учившими, что Любовь выше любых человеческих предписаний, и вообще всех, кто согласится, что есть ценности более высокого порядка, чем принятые, например, нашей Государственной Думой законы.

Общеизвестно, что отрицание низшего во имя высшего есть необходимый элемент любого развития. Тем не менее некоторыми теоретиками, вопреки законам диалектики, отрицательное отношение к позитивным нормам во имя норм более высокого качества

103

Территория науки, 2014, № 6

расценивается не как показатель способности восходящего развития на следующий - более высокий - уровень правосознания, а, наоборот, как свидетельство его недостаточной развитости»[3; 21].

На схожей позиции находятся и авторы коллективной монографии «Правовая система России в условиях глобализации и региональной интеграции»: «Действительно,- говорится в этой монографии,- веками у русского народа не развивалось правосознание, столь свойственное западному человеку. К законам всегда было недоверчивое и даже ироническое отношение. Но вместе с тем у россиян всегда была сильной тяга к живой справедливости, выраженная, например, в пословице: «Хоть бы все законы пропали, лишь бы люди правдой жили». Правовой нигилизм поэтому касался формализованных правил поведения и практики их применения, а тяга закрытого общества к общественной справедливости и нравственной жизни имела правовой смысл»[8; 471-472].

С.В. Ткаченко, автор статьи «Правовой нигилизм россиян как основной миф рецепции западного права»[15], процитировав более двадцати авторефератов и диссертаций на соискание учёных степеней кандидатов и докторов юридических, философских, политических, социологических наук и десять статей и монографий, заключает: «Таким образом, можно сделать следующий вывод: в своём настоящем виде учение о правовом нигилизме это псевдонаучная теория, основанная на дискриминационном отношении к русской нации и российской истории» [15; 771]. Мы также не разделяем точку зрения, в соответствии с которой правовой нигилизм, в его традиционном понимании, имманентно присущ русскому народу. Однако с приведённым выше умозаключением С.В. Ткаченко трудно согласиться как с доказательной точки зрения, так и по форме его изложения. Во-первых, автор не приводит ни одного аргумента, опровергающего мнение обильно цитируемых в статье учёных [10]. Во-вторых, если бы автор ознакомился с оценкой правового нигилизма россиян, изложенной в работах И.Д. Невважай, П.П. Марченя и других, то он вряд ли был бы столь категоричен в своих выводах. Наконец, заявление о том, что точка зрения упоминаемых С.В. Ткаченко авторов «сродни фашистской идеологии», что это «псевдонаучная теория» неприемлемо в научной среде даже по отношению к своим оппонентам.

Авторы подавляющего большинства рассматриваемых нами работ обращаются к проблеме причин и источников правового нигилизма [13]. Во многом разные эти работы, тем не менее, имеют одну общую черту: их авторы рассматривают причины и источники правового

104

Территория науки, 2014, № 6

нигилизма с позиций понимания его как отрицательного отношения к праву, законам и нормативному порядку в целом. Но если исходить из того, что правовой нигилизм - это проявление определённого правосознания, неотъемлемое явление правовой культуры, то основное внимание при рассмотрении источников и причин правового нигилизма следует обратить на выяснение причин того, почему многие поколения наших соотечественников, признавая Право, понимают его не так, как другие народы. Для того чтобы разобраться в этом, необходимо тщательно исследовать особенности становления российской цивилизации, особенности российского исторического процесса в целом, во многом предопределившие и специфику российского правового сознания. Изучение трудов классиков российской исторической науки (Н.М. Карамзина, В.О. Ключевского, С.М. Соловьёва), а также исследований наших современников всё больше убеждает нас в том, что Россия - это альтернативная Западу цивилизация. Поэтому мы не считаем правильным вывод О.Р. Гулиной о том, что барьером на пути проникновения правового нигилизма в современное российское общество может стать институт частной собственности. Скорее наоборот. Знание обстоятельств, при которых большинство российских олигархов стало собственниками, может только укрепить недоверие к праву. Как говорится, «во многой мудрости много печали...».

Нам близка точка зрения Г. Балута, в соответствии с которой «опора на ценности справедливости, коллективизма, понимание огромного значения для россиян государства и нравственных начал в праве, с заметным превалированием ценности государства над ценностью формального равенства, постепенное, но неуклонное введение правовых начал -этот путь крайне сложный, требующий огромных усилий, но единственно правильный для нашей страны» [1].

Признание России страной с ярко выраженной культурной самоидентичностью отнюдь не свидетельствует о её принадлежности к «.неправовому типу цивилизации»[11; 152]. Мы разделяем точку зрения, в соответствии с которой «вопрос о том, что лучше: формально-юридическое, нормативистское и индивидуалистическое право. или наше., основанное на судейском (чисто соборном) усмотрении, на совести и на Боге, - это вопрос скорее не теоретический, а аксиологический, - вопрос цивилизационной идентичности»[3; 22].

Что же касается отрицания регулятивных возможностей права, то, только борясь с нарушениями его норм в реальной жизни, можно

105

Территория науки, 2014, № 6

привить уважение к действующему правопорядку и правовым ценностям.

Список литературы:

1. Балута Г. Возможно ли преодоление правового нигилизма? // Государственная служба.- 2009.- № 5.- С.13.

2. Лотман Ю.М. О семиотическом механизме культуры / Ю.М. Лотман, Б.А. Успенский // Труды по знаковым системам. Т. 5. (Учёные записки Тартуского университета. Вып. 284).- Тарту, 1971.

3. Марченя П.П. Парадоксы мифологии «правового нигилизма» в России / П.П. Марченя // Закон и право.- 2006.- № 2.- С. 20-22.

4. Матузов Н.И. Правовой нигилизм и правовой идеализм как две стороны «одной медали» / Н.И. Матузов // Правоведение.- 1994.- № 2.-С. 3-16.

5. Невважай И.Д. Типы правовой культуры и формы правосознания / И.Д. Невважай // Правоведение.- 2000.- № 2.- С. 23-31.

6. Панкратова М.Е. Современное толкование понятия «юридический нигилизм» / М.Е. Панкратова // История государства и права.-2007.- № 7. С. 5-6.

7. Право и политика.- 2012.- № 12.

8. Правовая система России в условиях глобализации и региональной интеграции: теория и практика / отв. ред. С.В. Поленина.- М.: «Формула права», 2006.- 558 с.

9. «Правовой нигилизм (от лат. nihil- ничего) - говорится в одном из многочисленных юридических словарей, - одна из форм правосознания и социального поведения (личности, группы), характеризующаяся отрицательным (скептическим) отношением к закону и ценностям права».- См.: Большой юридический словарь. 3-е изд., доп. и перераб. / Под ред. проф. А.Я. Сухарева.- М.: ИНФРА-М., 2007.- 858 с.

10. Приводимый С.В. Ткаченко факт, что «пресловутый «правовой нигилизм» русского народа никак не проявляется в инокультурной среде» вряд ли можно рассматривать в качестве обоснования своей точки зрения.

11. Пристенский В.Н. «Западная ментальность и проблема инокультурного восприятия права» / В.Н. Пристенский // Социально-гуманитарные знания.- 2009.- № 1.- С. 141-152.

12. Сафонов В.Г. Государство и право.- 2004.- № 12.- С. 65.

13. См., напр.: Гулина О.Р. Исторические корни и особенности правового нигилизма в современной России. - Автореф. дис. ...канд. юрид. наук.- Уфа, 2002; Ожегова Г.А. К понятию нигилизма как формы деформации правосознания // Вектор науки ТГУ. - 2011.- № 1(4);

106

Территория науки, 2014, № 6

Панкратова М.Е. Правовой нигилизм как фактор, влияющий на становление и развитие демократического государства в российской федерации (теоретико-исторический анализ). - Автореф. дис. ...канд. юрид. наук. - СПб., 2007; Радьков О.С. Правовой нигилизм в России (конец XX - начало XXI вв.) Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Ростов - на -Дону-2005; Бугаенко Ю.Ю. Правовой нигилизм в условиях современной российской политической системы // Гуманитарные, социальноэкономические и общественные науки. - 2014.- № 9.

14. Теория государства и права: Курс лекций / Под ред. Н.И. Мату-зова и А.В. Малько.- 2-е изд., перераб. и доп.- М.: Юристъ, 2001.- 776 с.

15. Ткаченко С.В. Правовой нигилизм России как основной миф рецепции западного права / С.В. Ткаченко // Право и политика.-2009.- № 4.- С. 768-773.

16. Туманов В.А. О правовом нигилизме / В.А. Туманов // Советское государство и право.- 1989.- № 10.

Павлова В.А.

ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВЫЕ СРЕДСТВА ЗАЩИТЫ ПРАВ И ИНТЕРЕСОВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ

Воронежский экономико-правовой институт, г. Старый Оскол

Ключевые слова: потребитель, договор, права, качество, защита.

Key words: consumer, agreement, rights, quality, defense.

Аннотация: в статье рассматриваются проблемы гражданскоправовых средств защиты прав и интересов потребителей в досудебном и судебном порядке. Российское правовое регулирование в этой сфере фрагментарно. Автор предпринимает попытку на основе анализа судебной практики и сравнительно-правового анализа разработать рекомендации по совершенствованию российского законодательства о защите прав потребителей.

Abstract: In this article, the problems of civil remedies are considered to protect consumers via pre-court dispute resolution and in a judicial procedure. As Russian legislation is currently fractionary in this sphere, the author has attempted to elaborate recommendations to enhance the Russian Consumer Right Protection Law, using the cases and comparative legal analysis.

107