ОБЩЕСТВЕННЫЕ ПРОСТРАНСТВА ВБЛИЗИ СТАНЦИЙ МЕТРО В ПЕРИФЕРИЙНЫХ РАЙОНАХ МОСКВЫ

ОБЩЕСТВЕННЫЕ ПРОСТРАНСТВА ВБЛИЗИ СТАНЦИЙ МЕТРО В ПЕРИФЕРИЙНЫХ РАЙОНАХ МОСКВЫ

УДК 711.61-168(470-25) Р01: 10.24412/1998-4839-2021-2-219-228

А.А. Цыбайкин

Московский архитектурный институт (государственная академия), Москва, Россия Аннотация

Статья посвящена рассмотрению площадей вблизи станций метро как потенциальных ресурсов для создания системы активных общественных пространств - локальных городских центров. Кратко обозначаются основные недостатки городской среды периферии Москвы, препятствия для сбалансированного развития периферийных территорий. Прослеживаются основные проблемы развития периферийных площадей вблизи станций метро с позиций градостроительного планирования и социальных качеств, обосновывается необходимость их реконструкции. Проявляется взаимосвязь между существующими проблемами периферийных районов и исходных концепций их формирования. Формулируются основные градоформирующие задачи для площадей у выхода из метро в периферийных районах Москвы.1

Ключевые слова: общественные пространства, периферия, городские площади, станции метро, реконструкция

PUBLIC SPACES NEAR METRO STATIONS IN THE PERIPHERAL AREAS OF MOSCOW

A. Tsybaykin

Moscow Institute of Architecture (State Academy), Moscow, Russia Abstract

The article is devoted to the consideration of areas near metro stations. The main disadvantages of the urban environment of Moscow's periphery, obstacles to the balanced development of peripheral territories are briefly outlined. The main problems of the development of peripheral areas near metro stations are traced from the standpoint of urban planning and social qualities. The relationship between the existing problems of peripheral areas and the initial concepts of their formation is manifested. The main city-forming tasks for the squares near the metro exit in the peripheral districts of Moscow are formulated.2

Keywords: public spaces, periphery, city squares, metro stations, reconstruction

Ограничение инерционного разрастания границ города и переход к модели активного развития требует поиска новых потенциальных ресурсов для создания привлекательных пространств социальных и культурных коммуникаций. Одной из актуальных проблем современной Москвы является дефицит и несформированность общественных пространств периферии, что ухудшает состояние городской среды в целом, способствуя

1 Для цитирования: Цыбайкин А.А. Общественные Пространства вблизи станций метро в периферийных районах Москвы // Architecture and Modern Information Technologies. - 2021. -№2(55). - С. 219-228. - URL: https://marhi.ru/AMIT/2021/2kvart21/PDF/16 tsvbavkin.pdf DOI: 10.24412/1998-4839-2021 -2-219-228

For citation: Tsybaykin A. Public Spaces near Metro Stations in the Peripheral Areas of Moscow. Architecture and Modern Information Technologies, 2021, no. 2(55), pp. 219-228. Available at: https://marhi.ru/AMIT/2021/2kvart21/PDF/16 tsvbavkin.pdf DOI: 10.24412/1998-4839-2021-2-219-228

перегрузке центральной части города. Мировой опыт показал, что полицентричная модель городского развития позволяет сбалансировать городские ресурсы, так как наличие локальных центров обеспечивает насыщенную событиями городскую среду не только в центральной части города, но и на периферии. Пространственная структура полицентричного мегаполиса или агломерации определяется взаиморасположением центров притяжения различных уровней. Локальные центры в городской структуре обогащают конфигурацию транспортных, финансовых и иных потоков, обеспечивают функциональное разнообразие и вариативность использования жителями городского пространства.

Одним из наиболее последовательных примеров полицентричного города является Берлин, в котором подавляющее большинство районов имеет некую уникальность, выраженную в большей или меньшей степени. Очевидная необходимость дальнейшего развития Москвы в рамках полицентричной модели подразумевает создание на территории периферийных районов системы локальных центров притяжения, способных структурировать прилегающую застройку и задать необходимые визуальные и пространственные ориентиры, способствующие идентификации района в городе.

Одна из центральных проблем периферии Москвы, блокирующая на настоящий момент возможность качественных преобразований городской среды в соответствии с требованиями современного города, - скудная типология открытых общественных городских пространств. В периферийной части города типология открытых общественных пространств очень ограниченная - здесь практически нет переулков, скверов, сформированных площадей, сомасштабных пешеходу.

Исторически роль организационных элементов застройки и структурных узлов городской ткани выполняли городские площади различного градостроительного значения и различной зоны влияния. Их отсутствие в периферийных районах является одной из первопричин хаоса и монотонности жилой среды. Сейчас становится очевидно, что внедрение системы площадей, позволяющих структурировать прилегающую застройку и закрепить направления пешеходных маршрутов, - жизненно необходимая мера для адаптации морально устаревшей жилой среды спальных районов к реалиям современности. Встройка в дисперсную среду свободностоящей застройки системы городских площадей, обладающих необходимыми площади градостроительными и композиционными свойствами - границами и системой пешеходных путей, приводящих на площадь из жилой застройки, - позволит структурировать прилегающую застройку и внести в периферию элементы, характерные для центральной части города.

Для понимания путей реконструкции площадей периферии Москвы как основы для формирования локальных центров, следует обозначить истоки существующих на сегодняшний день градостроительных проблем периферийных районов.

Современные проблемы периферийной застройки являются вполне закономерным следствием принципов ее формирования. Архитектура и градостроительство периода активного строительства периферийных районов - с конца 1960-х до начала 1980-х годов - характеризуется расширением границ Москвы, чрезвычайным ускорением темпов строительства, введением повсеместной индустриализации, экономии и стандартизации. К 1968 г. была завершена разработка нового генерального плана Москвы на основе научных представлений того времени о прогрессе в сферах труда, быта и отдыха населения была создана целостная концепция, содержащая в себе решение социальных, экономических, технических и художественных проблем развития крупнейшего города и прилегающих к нему территорий. Следует отметить, что в новых жилых массивах количество и расположение городских площадей заранее закладывалось в проектах. Их параметры и набор инфраструктуры вычислялись исходя из социологических расчетов [2].

Периферия - это прежде всего территория упрощенного функционирования, где сложная и многогранная функциональная организация полноценной городской жизни была упрощена и оптимизирована. За счет периферии решались проблемы расселения, с которыми не справлялся центр города. Так называемые «спальные районы» сформировали вокруг центральной и срединной частей Москвы обширное кольцо преимущественно монофункциональной жилой среды (рис. 1). Потеря системы улиц и дворовых пространств берет свое начало в середине 1960-х годов, когда новые дома стали выстраиваться по принципу свободностоящей дискретной застройки. НЭР -программное футуристическое направление в советском градостроительстве начала 1960-х годов - декларирует ценности, которые в целом были характерны для концептуальной основы советской жилой архитектуры того времени: «... пластины высотных жилых домов равномерно расставлены в зелени. Повсюду, в любом участке ощущается их строгий геометрический ритм.»3. В качестве иллюстрации этой концепции организации обширной территории в русле строгих геометрических построений можно привести части района Химки-Ховрино (арх. К. Алабян, Н. Селиванов), реализованные в начале 1960-х годов [2].

Рис. 1. Типичная застройка спального района периферии Москвы

Периферийные районы, четко детерминированные в соответствии с социальными и политическими идеологиями, и, в сопоставлении с застройкой центральной части города, не обладающие эстетической ценностью, имеют конечный срок эффективного функционирования и востребованности. Поэтому при смене политического строя и экономических условий среда жилых районов периферии, построенная на достаточно утопических расчетах советских градостроителей, стала источником градостроительного хаоса. В результате городская среда периферийных районов приобрела качества, которые впоследствии стали оказывать негативное влияние как на общественные пространства, так и на жилую среду в целом:

- интервалы между домами и уличные пространства увеличились, что снизило плотность среды, сделало ее рыхлой;

- архитектурные решения жилых массивов стали однообразными и бедными по визуальным характеристикам;

- масштабы зданий укрупнились, что сделало среду несоразмерной человеку;

- скудная типология открытых общественных городских пространств;

- отсутствие узловых точек социальной активности с культурно-досуговой функцией.

Смена политического строя не только не решила проблемы периферии, а наоборот, обострила их. Если в советское время архитектурно-градостроительным процессом руководило идеологически ориентированное руководство, то теперь главенствующую

3 Бабуров А. Новый элемент расселения / А. Бабуров, А. Гутнов, Г. Дюментон, И. Лежава, С. Садовский и З. Харитонова. - Москва: Стройиздат, 1966. - 117 с.

роль играет частный заказчик, рассматривающий любые новаторские изменения как риск потери своего капитала и заинтересованный, прежде всего, в реализации проектных решений, обеспечивающих получение максимального количества квадратных метров на минимальном участке застраиваемой территории. Увеличение числа магазинов и крупных торгово-развлекательных центров и офисов в спальных районах создает лишь видимость решения проблем, которые все более обостряются по мере удаления от центра.

Рассмотрим подробнее проблему локализации культурно-досуговых объектов на периферии в период ее развития. Главным при распределении объектов культуры в жилой застройке спальных районов был принцип равнодоступности и «равнонапряженности» культурной сети. Город предлагал жителям сценарий их повседневной жизни, а организация архитектурной среды предопределяла возможные стратегии поведения в соответствии с этим сценарием. В результате освоения периферийных территорий была создана достаточно развитая сеть объектов культурно-досуговой инфраструктуры, которая частично (например, Дома Культуры) в 1990-е годы была перепрофилирована под торговые функции.

Сейчас инфраструктурные объекты модернистского периода не востребованы жителями, что доказывают программы их обновления, предпринимаемые московским правительством, например - программа перепрофилирования кинотеатров, программа реконструкции библиотек. Это говорит о том, что модернистское наследие инфраструктуры существует практически автономно от жителей. Если в период активного освоения периферийных территорий инфраструктура и пространственная организация жилых районов воспринималась жителями как новый уровень жизни, то сейчас очевиден разрыв между потребностями современного города и морально устаревшими объектами культуры. Индустриальный город сменился постиндустриальным, и теперь в основе успешности культурной инфраструктуры лежит разнообразие, разноформатность городских культурных пространств, их выраженное взаимодействие с городом. Современный город, прежде всего, представляет своим жителям возможности, а не строго детерминированную сценарий жизни.

Кратко обозначив наиболее острые градостроительные проблемы периферии, перейдем непосредственно к вопросу создания системы локальных культурно-досуговых центров в составе спальных районов Москвы. Понятие «система» подразумевает наличие центров различного значения, от крупных узловых элементов, концентрирующих на себе разнонаправленные пешеходные потоки, до камерных, рассчитанных на жителей близлежащих кварталов. В первом случае речь идет о полноценных городских площадях, во втором - о точечных культурно-досуговых объектах, включенных в сетку пешеходных маршрутов. Некоторые типы общественных пространств должны ненавязчиво внедряться в повседневные маршруты горожан, насыщая маятниковое движение (например, на работу и обратно домой) новыми впечатлениями и сопричастностью к общественной жизни города.

На наш взгляд, формирование системы локальных центров следует вести поступательно, начиная с узловых элементов городской ткани, которыми и являются городские площади. Как отмечалось ранее, сейчас площади, как завершенные элементы градостроительного каркаса, на периферии практически отсутствуют. Многие площади периферии являются таковыми только в названии, а на уровне пространственной организации представляют собой либо незастроенные пустыри, либо пересечение автомобильных магистралей. Можно кратко обозначить характерные черты периферийных пространств, именуемых «площадями», но не являющихся таковыми с градостроительной точки зрения:

- отсутствие плотного визуально-определимого контура, для фокусировки общественного пространства и предотвращения его «растекания» на смежные участки;

- отсутствие зонирования, которое помогло бы избежать характерного для таких пространств хаоса в размещении инфраструктуры;

- господство транспорта на территории площадей, приводящее к вытеснению пешеходов и созданию аварийных ситуаций;

- стихийный процесс коммерциализации, происходящий за счет разрастания «паразитарной» архитектуры, включающей в себя весь диапазон объектов от ларьков до торговых центров;

- однообразный и минимизированный набор инфраструктуры;

- бедность эстетических характеристик.

Учитывая весь спектр градостроительных и социальных проблем периферии, реконструкцию городских площадей следует проводить комплексно, учитывая не только градостроительные, но и социально-экономические факторы формирования. Успешность социокультурного пространства в современных реалиях неразрывно связана с его экономической эффективностью. Пересечение экономических и социальных интересов заставляет обратить внимание на взаимодействие общественного пространства и повседневных транзитных движений горожан, что даст возможность сочетать культурную и коммерческую составляющие. По мнению Дж. Джекобс, привлекательное пространство должно обладать набором разнообразных функций, которые будут обеспечивать постоянное присутствие людей с разными целями в разное время суток, что будет способствовать постоянному поддержанию жизнедеятельности площади и окружающих территорий [3].

В данной связи следует обратить внимание на территории вблизи вестибюлей станций метрополитена. Станции метро, а, следовательно, площади, образующиеся возле наземных павильонов, практически равномерно заполняют ткань города и всегда насыщены социальной активностью, катализатором которой является наземный вестибюль. Люди, использующие метрополитен как основное транспортное средство, чаще всего выстраивают маршрут передвижения по городу в зависимости от местоположения станций метро. Таким образом площади вблизи станций метро, оказывающие непосредственное влияние на прилегающую застройку и систему транспортно-пешеходных связей, могут взять на себя роль узловых элементов каркаса периферийной застройки.

Существующие территории вблизи станций метро могут быть реконструированы в полноценные городские пространства, насыщающие монотонную жилую застройку культурно-досуговыми функциями, характерными для центральной части города. Это будет способствовать устранению однообразия периферийных районов и облегчению процесса навигации, так как узловые элементы системы локальных центров-идентификаторов будут непосредственно связаны с наземным вестибюлем станции метро. В свою очередь, выходы со станций служат катализатором социальной активности благодаря аккумуляции и распределению пешеходных потоков.

В настоящий момент территории вблизи станций метро мало напоминают общественные пространства вследствие доминирования паразитарной архитектуры торговых павильонов. Существующая неорганизованность территорий у выходов из станций метро имеет свои исторические причины. В период освоения периферийных территорий произошло переосмысление значения метрополитена как одной из основных составляющих градостроительного каркаса города. Если ранее метрополитен позиционировался как архитектурно-монументальная пропаганда величия советского государства, то с начала 1960-х годов, следуя принципам общей стандартизации, унификации и ускорения темпов строительства, метрополитен Москвы стал использоваться в основном в качестве метода освоения новых территорий.

В периферийных районах павильон метро устанавливался в несформированной городской среде, и таким образом становился организующим элементом площади, не имея для этого, как правило, никакого потенциала. Вследствие случайности расположения, недостаточной массы и отсутствия эстетических характеристик павильоны периферийных станций не могут организовать насыщенное общественное пространство

без поддержки иных факторов, например - плотного периметра, существующего зонирования, развитого набора инфраструктуры (рис. 2). Периферийные станции метро зачастую открывались на незастроенных территориях и только затем обстраивались жилыми массивами. Внимание к эстетике архитектуры павильонов также было минимизировано в пользу стандартизации решений. Метро в этот период воспринималось, прежде всего, с утилитарной точки зрения, поэтому территории вблизи входных вестибюлей не формировались на стадии проектирования и не рассматривались как потенциальные общественные пространства.

в)

г)

Рис. 2. Площади вблизи периферийных станций метро: а) станция метро Алтуфьево; б) станция метро Бульвар Дмитрия Донского; в) станция метро Тушинская; г) станция метро Коньково

Станции метрополитена в центральной части Москвы встраивались в сложившуюся ткань города, становясь знаковыми элементами площадей, улиц и проспектов. Встраивание павильона в сложившуюся среду практически исключает возможность образования хаотичного движения или пересечения пешеходных и транспортных потоков (рис. 3).

В период освоения периферийных районов из акцентных составляющих городской среды павильоны превратились в утилитарные объекты, с минимизированным объемом наземных сооружений, включающих в себя лестницу, ведущую на поверхность, оформленную массивными ограждениями или легкими навесами. Теперь павильоны выполнялись в виде простых компактных объемов, построенных на контрасте больших плоскостей остекления, бетонных стен или металлических каркасов. Вместо декоративных украшений стала использоваться перфорация с геометрическим рисунком (Октябрьская, Ленинский проспект). Большинство павильонов выполнялись по стандартным схемам, похожими друг на друга. Именно в этот произошло исчезновение традиции метростроения как архитектурной составляющей ткани города. Все это привело к тому, что с начала 1990-х годов транзитные пешеходные потоки, формируемые наземным вестибюлем метро, подверглись коммерциализации, а площади у выходов из станций метро были фактически поглощены паразитарной архитектурой.

а) б) в) г)

Рис. 3. Площади вблизи станций метро центральной части Москвы: а) станция метро Добрынинская; б) станция метро Парк культуры; в) станция метро Площадь революции; г) станция метро Смоленская

Исследование комплекса градостроительных, социальных и экономических факторов в радиусе влияния наземного вестибюля позволит определить наиболее подходящую схему зонирования площади, расположение транспортных и пешеходных потоков, рациональный набор инфраструктуры и выработать наиболее подходящий сценарий развития общественного пространства. Нельзя не отметить, что в последнее время в связи с изменившимися тенденциями городского планирования, наземные вестибюли метро все чаще вновь становятся знаковыми объектами, обладающими потенциалом для создания привлекательного общественные пространства (рис. 4). При проведении реконструкции площадей вблизи станций метро важно учитывать особенности влияния вестибюлей метро на окружающее пространство. Определяющим при зонировании площади и развитии ее инфраструктуры становится карта пешеходной активности, иллюстрирующая маршруты движение пешеходов и плотность пешеходных потоков.

а)

б)

в) г)

Рис. 4. Павильоны современных станций метро: а), б) станция метро Славянский бульвар; в) станция метро Строгино; г) станция метро Спартак

При грамотной пространственно-функциональной организации локальных периферийных центров у выходов из станций метро в составе системы городских площадей, обладающих необходимыми площади градостроительными и композиционными свойствами, возможно решить следующие задачи:

- идентификация и ориентация в структуре жилых районов. Запоминающийся образ позволяет создать столь необходимые градостроительные акценты и сместить вектор развития с нейтральности застройки к индивидуальности каждого из районов [4]. Акцентный образ городской площади позволит идентифицировать расположение станций метро и пространственно зафиксировать точки основных транспортных коммуникаций, что значительно улучшит ориентацию в нейтральной застройке районов;

- создание уникального образа района. В последние годы в мировой практике репутация городского пространства становится одним из главных нематериальных активов его развития. Маркетинг и брендинг мест, возникнув совсем недавно, еще не успели сформироваться как комплексы научных знаний, и границы их компетенции пока четко не определены. Одним из главных критериев построения брендинга места является его идентичность, в особенности на фоне повсеместных глобальных стандартов. Городское общественное пространство в брендинге города - лучшая творческая площадка для «визуализации» идентичности места, в частности городского района;

- формирование периметра общественного пространства. Периметр или границы играют важнейшую роль в формировании пространства площади, так как именно они формируют ее образ как законченного градостроительного ядра района, фиксируют пространство как цель движения пешеходных маршрутов. Вне зависимости от композиционного и художественного решения площади, границы пространства должны способствовать поддержанию целостности его визуального восприятия вне зависимости от композиционного и художественного решения площади, что позволит в среде свободной и текучей застройки жилых массивов периферии создать визуально завершенные акценты с выраженным периметральным движением;

- уплотнение транспортно-пешеходных связей в прилегающих жилых районах. Городская площадь как объект притяжения оказывает непосредственное и первостепенное влияние на становление системы пешеходного каркаса. Создание системы площадей различной зоны влияния позволит интенсифицировать пешеходные перемещения и, следовательно, потребует уплотнения пешеходных связей. Таким образом жилая среда периферии обогатится мелкой улично-дорожной сетью (переулки,

проезды, скверы) за счет аккумулирования движения пешеходных потоков различной интенсивности и плотности;

- обогащение городской среды периферии мелкой улично-дорожной сетью (переулки, проезды, скверы). Площади оказывают непосредственное влияние на формирование пешеходных маршрутов из жилой застройки к павильону метро. Насыщение основного маршрута второстепенными, «капиллярными» улицами и небольшими общественными зонами (например - скверами) позволит уплотнить пешеходную сеть и визуально оживить городскую среду. Некоторые типы общественных пространств должны ненавязчиво внедряться в повседневные маршруты горожан, насыщая маятниковое движение новыми впечатлениями и сопричастностью к общественной жизни города [5]. Из этого следует, что пешеходные связи между открытыми городскими пространствами, в особенности в контексте несформированной городской среды периферии, не менее важны, чем сами общественные зоны;

- создание сомасштабной человеку среды. Внимание к человеческому масштабу - один из основных критериев успешного городского пространства. Городская площадь - это пересечение масштаба города и масштаба человека. Многослойность пространственно-композиционной структуры площади позволяет, с одной стороны, масштабом и высотностью отвечать ландшафтно-визуальному городскому силуэту, а с другой стороны,

- внутри своих границ формировать контрастную масштабу города камерную структуру, комфортную для посетителей;

- организация периметрального движения пешеходов по пространству площади. Периметр или границы играют важнейшую роль в формировании пространства площади, так как именно они формируют ее образ как законченного градостроительного ядра района, фиксируют пространство как цель движения пешеходных маршрутов. Вне зависимости от композиционного и художественного решения площади, границы пространства должны способствовать поддержанию целостности его визуального восприятия вне зависимости от композиционного и художественного решения площади, что позволит в среде свободной и текучей застройки жилых массивов периферии создать визуально завершенные акценты с выраженным периметральным движением.

Нынешнее состоянии периферии Москвы характеризуется острейшими проблемами, но в тоже время открывает новые горизонты, требующие вдумчивого переосмысления функций и возможностей различных стратегий и форм городского устройства. Поэтому проблема формирования общественных пространств вблизи станций метро в структуре периферийных районов Москвы требует ответственного отношения и продуманной организации, основанной на всестороннем анализе прилегающей территории и пешеходно-транспортных связей.

Литература

1. Бабуров А. Новый элемент расселения / А. Бабуров, А. Гутнов, Г. Дюментон, И. Лежава, С. Садовский и З. Харитонова. - Москва: Стройиздат, 1966. -127 с.

2. Иконников А.В. Всеобщая история архитектуры. Том 12. Книга первая. Архитектура СССР / под редакцией Н.В. Баранова / А.В. Иконников, В.И. Павличенков [Электронный ресурс]. - URL:

http://ussr.totalarch.com/general history architecture/1941 1954/town (дата обращения 25.03.2021).

3. Джекобс Д. Смерть и жизнь больших американских городов / пер. с англ. Л. Мотылев. - Москва: Новое издательство, 2011. - 460 с.

4. Линч К. Образ города / пер. с англ.: Глазычев В.Л. - Москва: Стройиздат, 1982. -328 с.

5. Гейл Я. Новые городские пространства / Ян Гейл, Ларс Гемзо / перевод с английского - Москва: Крост Концерн, 2012. - 260 с.

References

1. Baburov A. Novyj element rasseleniya [New settlement element]. Moscow, 1966, 127 p.

2. Ikonnikov A.V., Pavlichenkov V.I. Vseobshchaya istoriya arhitektury. Tom 12. Kniga pervaya. Arhitektura SSSR [General history of architecture. Volume 12. Book one. USSR architecture]. Available at:

http://ussr.totalarch.com/general history architecture/1941 1954/town

3. Jacobs J. Smert'i zhizn' bol'shih amerikanskih gorodov [The Death and Life of Great American Cities]. Moscow, 2011, 460 p.

4. Lynch K. Obraz goroda [Image of the city]. Moscow, 1982, 328 р.

5. Gehl J. & Lars Gemzoe. Novye gorodskie prostranstva [New city spaces]. Moscow, 2012, 260 p.

ОБ АВТОРЕ

Цыбайкин Александр Александрович

Профессор кафедры «Архитектура жилых зданий», Московский архитектурный институт (государственная академия), Москва, Россия e-mail: tsa-69@mail.ru

ABOUT THE AUTHOR Tsybaykin Alexander

Professor of the Department «Architecture of Residential Buildings», Moscow Institute of Architecture (State Academy), Moscow, Russia e-mail: tsa-69@mail.ru