2011. 03. 006. Виноградов Ю. А. , Горончаровский В. А. Военная история и военное дело Боспора Киммерийского (VI В. До Н. Э. - середина III В. Н. Э. ) / РАН. Ин-т истории материальной культуры. - СПб. : Нестор-История, 2009. - 349 с. - библиогр. : С. 293-324

2011.03.006. ВИНОГРАДОВ Ю.А., ГОРОНЧАРОВСКИЙ В. А. ВОЕННАЯ ИСТОРИЯ И ВОЕННОЕ ДЕЛО БОСПОРА КИММЕРИЙСКОГО (VI в. до н.э. - СЕРЕДИНА III в. н.э.) / РАН. Ин-т истории материальной культуры. - СПб.: Нестор-История, 2009. - 349 с. - Библиогр.: с. 293-324.

Ключевые слова: Древняя Греция, VI в. до н.э. - III в. н.э., Северное Причерноморье, Боспор Киммерийский, военное дело, военная история.

Книга представляет собой всестороннее исследование военного дела и военной истории одного из важнейших центров греческой цивилизации на северном берегу Черного моря - Боспора Киммерийского. На основе всей совокупности имеющихся по этой проблеме сведений, содержащихся в сочинениях античных писателей и в эпиграфических источниках, а также археологических материалах (остатки фортификационных сооружений, надгробные рельефы, росписи склепов, находки оружия и доспехов) подробно рассматриваются организация, вооружение, стратегия и тактика боспорской армии. События военной истории Боспора анализируются в контексте общей военно-политической ситуации в Северном Причерноморье в изучаемые периоды. Книга состоит из двух основных частей.

Часть I («Военная история и военное дело Боспора от времени греческой колонизации до завершения Митридатовых войн») состоит из пяти глав, написанных Ю.А. Виноградовым. В ходе колонизации греками берегов Керченского пролива, начавшейся в первой четверти VI или, возможно, в конце VII в. до н.э., здесь возникает несколько полисов: Феодосия, Пантикапей, Нимфей (в Восточном Крыму), Фанагория, Кепы, Гермонасса и Синдская Гавань (на Таманском полуострове), а также ряд небольших поселений (Мирмекий, Тиритака, Киммерик и др.). Вряд ли можно сомневаться, пишет Ю.А. Виноградов, «что на Боспор, как и в другие районы греческой колонизации, была перенесена система военного дела, сложившаяся к тому времени в метрополии, то есть в Древней Греции» (с. 13). Однако, как подчеркивает он, специфика условий существования греческих колоний на северном берегу Черного моря, в отличие, например, от Западного Средиземноморья, состояла в том, что их соседями здесь оказались не только земледельческие,

но и воинственные кочевые племена. Контакты с ними, враждебные и мирные, во многом определяли развитие военного дела Бос-пора, история которого, по существу, является историей адаптации греков-колонистов к условиям своей новой родины, в том числе и в военной сфере (с. 13).

Кочевники, периодически (один раз приблизительно в 200300 лет) продвигавшиеся в степи Северного Причерноморья из глубин Азии, приносили с собой новые приемы ведения боевых действий и новые предметы вооружения. Каждое их вторжение, таким образом, вносило определенные перемены в сложившуюся практику военного дела как местных варварских племен, так и греческих государств. В условиях постоянной угрозы со стороны кочевников греческие колонисты могли рассчитывать на фортификационные сооружения своих поселений, как правило, являвшихся непреодолимой преградой для конницы степняков. Остатки таких сооружений фиксируются археологами уже на самых ранних стадиях существования ряда греческих колоний изучаемого региона. Основу их вооруженных сил, как и полисов метрополии, скорее всего, составляли тяжеловооруженные пехотинцы (гоплиты), выстраивавшиеся на поле боя фалангой, против которой действия легковооруженных конных лучников не были достаточно эффективны. Впрочем, и эффективность фаланги требовала определенного минимума бойцов, что делало необходимой кооперацию ряда городов-государств, каждый из которых в отдельности не обладал достаточной силой для действий за пределами укреплений. Это обстоятельство, как считает Ю.А. Виноградов, и предопределило достаточно раннее возникновение оборонительного союза боспор-ских городов, а затем и создание единого государства (с. 33).

Стимулом к образованию такого союза, во главе которого в 480/79 г. до н.э. встал знатный греческий род Археанактидов, послужило усиление скифской агрессии на рубеже У1-У вв. до н.э., о чем свидетельствуют следы пожаров и разрушений на многих бос-порских поселениях. Ответом на нее со стороны эллинов стало усиление оборонительных сооружений городов и создание так называемого Тиритакского вала, отсекавшего от Керченского полуострова его крайнюю восточную часть, а затем - Аккосова вала, перегородившего полуостров от Азовского моря до Черного.

К обороне Боспора были привлечены также союзные варварские племена синдов и меотов, о существовании тесных контактов с которыми свидетельствуют курганные погребения туземной аристократии в окрестностях всех главных боспорских городов. В этих захоронениях комплекс вооружения воинов-всадников демонстрирует сочетание греческих и местных черт. Набор защитного вооружения включал греческие шлемы коринфского и халкидского типов и поножи-кнемиды, тогда как пластинчатые или чешуйчатые панцири были обычных для скифов, синдов и меотов типов. Наступательное вооружение полностью соответствовало местным традициям (лук «скифского» типа и стрелы, короткие мечи-акинаки). В целом, полагает автор, общий облик боспорских всадников, как он реконструируется по материалам пригородных курганов, отражает процесс смешения греческой и варварской элит в единый слой (неоднородной по своему происхождению) аристократии (с. 56).

В результате государственного переворота 438/37 г. до н.э. Археанактиды были свергнуты и на Боспоре верховным правителем стал некий Спарток, положивший начало новой династии -Спартокидов, сохранявшей власть на протяжении следующих 330 лет. При третьем царе этой династии, Левконе I, окончательно формируется специфическая структура греко-варварского Боспорского государства. В армии ранних Спартокидов фаланга тяжеловооруженной пехоты, состоявшая из граждан боспорских городов, вытесняется наемными контингентами гоплитов и пельтастов. Одновременно вырастает значение аристократической конницы, возможно, обусловленное тесными контактами со скифами, с которыми Спартокиды заключают союз. Третьим основным компонентом их армии являются отряды союзных варварских племен (с. 82-83, 89).

В целом, отмечает Ю.А. Виноградов, расцвет Боспорского государства в IV в. до н.э. в значительной степени был следствием боспоро-скифского союза и стабильности в степях Северного Причерноморья, гарантированной военной мощью скифов. Однако крушение Великой Скифии на рубеже ^-Ш вв. до н.э. под натиском сарматов и междоусобная война на Боспоре между сыновьями Перисада I в 310-309 гг. до н.э., также ставшая эпизодом скифо-сарматского противостояния, привели к коренной перемене ситуации в регионе. Победа Эвмела в борьбе за боспорский престол означала переориентацию политики Боспора на союз с сарматами (с. 96).

В III в. до н.э., оттесненные сарматами в Крым, скифы начинают опустошать владения Боспора на Керченском полуострове. Археологические данные свидетельствуют о спешном возведении укреплений на сельских поселениях Восточного Крыма в конце первой трети III в. до н.э., но в 60-х годах этого столетия все они были уничтожены в результате военных действий. При отражении скифского натиска правители Боспора широко использовали союзных сарматов, а также наемные формирования из греков, фракийцев и кельтов (галатов) (с. 121).

Однако союзные отношения с сарматами вскоре закончились, и во второй половине II в. до н.э. они, по-видимому, представляли собой главную угрозу для Боспора, который к тому времени вступил в период экономического кризиса, не в последнюю очередь обусловленного необходимостью платить тяжелую дань варварским вождям.

Между тем во второй четверти - середине II в. до н.э. значительно усиливается Скифское царство в Крыму, с которым Спарто-киды заключают союз, направленный против общего врага - сарматов. Однако та степень безопасности, которую в свое время могла обеспечить Боспорскому государству Великая Скифия, Малой (Крымской) Скифии было явно не по силам. В результате нарастающей нестабильности в Северопричерноморском регионе скифо-боспорский союз продемонстрировал свою неэффективность, и правящая элита Боспора (либо какая-то ее часть) избрала иной вариант выхода из затруднительной ситуации. Последний Спартокид, Перисад V, передал свою власть понтийскому царю Митридату VI Эвпатору (с. 126-128).

В шести главах части II, написанных В.А. Горончаровским, рассматриваются военное дело и военно-политическая история Боспорского царства в период от правления Фарнака и до начала Готских войн (63 г. до н.э. - середина III в.н.э.). В целом, как отмечает автор, Боспорское царство первых веков нашей эры представляло собой военизированное государство, ориентированное главным образом на создание мощной системы обороны от нападений соседних варварских племен. Военное дело Боспора изучаемой эпохи подверглось весьма сильному сарматскому влиянию, сохранив в то же время очень многое из военной практики эллинистиче-

ских монархий, дополнив ее отдельными заимствованиями из военного опыта римлян (с. 151).

Судя по эпиграфическим материалам, командная структура боспорской армии включала ряд должностей, традиционных для эллинистических армий - стратег, хилиарх, спейрарх, лохаг, - что, по-видимому, предполагает существование по крайней мере таких подразделений, как спейра (или синтагма), соответствующая римской когорте, и лох.

Несомненно, определенную часть боспорского войска составляли, как и прежде, наемные воины-профессионалы разного этнического происхождения (в том числе кельты и фракийцы). Известно также о существовании царской гвардии - элитного конного подразделения типа «агемы» эллинистических правителей. Важным элементом военной организации римской эпохи на Боспоре были обитатели военных поселений, создававшихся в приграничных районах на направлениях возможных вражеских вторжений.

Однако наиболее многочисленными контингентами являлись конные и пешие ополчения жителей боспорских городов. Существование практики всеобщего набора в войско объясняет обилие изображений воинов на местных надгробиях и сравнительно большое количество мужских захоронений с оружием в городских некрополях. При этом из многих эпитафий следует, что военная служба отнюдь не была основной профессией погребенных. В условиях мирной жизни годные к военной службе боспорцы могли быть организованы в рамках тех фиасов, которые существовали под покровительством вельмож царского двора и, возможно, носили сакрально-военный характер (с. 159). По требованию боспорских царей выставлять воинские контингенты были обязаны вожди подчиненных Боспору племен - синдов, меотов, дандариев и др.

На рубеже нашей эры в условиях постоянных военных столкновений с кочевниками в боспорской армии возрастает роль конницы. При этом наряду с легковооруженными всадниками в ее составе появляются катафрактарии - тяжеловооруженная конница, начало распространению которой на Боспоре положили так называемые аспургиане - выходцы из сарматской среды, влившиеся в состав местной элиты. В дальнейшем, с середины I в.н.э., отряды катафрактариев формируются из числа состоятельных граждан боспорских городов. Основными элементами вооружения этой

броненосной кавалерии, заимствованными у сарматов, были длинные тяжелые пики (contus sarmaticus), длинные мечи, шлемы каркасной конструкции конической формы и длинные пластинчатые (ламеллярные) доспехи с воротом, прикрывающим шею. Комплекс вооружения включал также лук и стрелы. Причем наряду с луком «скифского» типа в I в.н.э. входит в употребление более длинный и мощный сложносоставной лук «гуннского» типа (с. 190).

Структура и вооружение боспорской армии, а также сохранившиеся изображения, предполагают решающую роль на поле боя тяжеловооруженной кавалерии, использовавшей таранный удар пиками в плотном боевом порядке для прорыва рядов противника. При этом атака катафрактариев происходила при поддержке и под прикрытием с флангов легкой конницы (с. 208).

О том, что стратегия боспорского командования носила преимущественно оборонительный характер, свидетельствует развитая система фортификационных сооружений, состоявшая из нескольких линий земляных валов, крепостей, укрепленных поселений и сторожевых постов в виде башен-фортов, выдвинутых в степные и горные районы. Наличие столь глубоко эшелонированной обороны позволяло обеспечивать достаточно эффективную защиту от нападений кочевников без необходимости содержать большую постоянную армию (с. 225).

В двух заключительных главах (5 и 6) реконструируется военная история Боспорского государства в I в. до н.э. - III в. н.э. В рамках данного периода автор выделяет два этапа. В ходе первого из них (середина I в. до н. э. - середина I в. н. э.) Боспорское царство прошло путь от фактической независимости до положения вассала Рима. Начиная со второй половины I в. н.э. и далее (второй этап) оно существовало в условиях прочного военно-политического союза с Империей до тех пор, пока сложившаяся система римско-боспорских отношений не была нарушена походами готов в середине III в. н.э. Во время этих событий хорошо налаженная оборона пограничных рубежей Боспорского царства была частично уничтожена и пришла в упадок, а в дальнейшем уже никогда не была восстановлена в прежнем объеме (с. 291).

А.Е. Медовичев