Инновация и синергетическая реконструкция эволюционной эпистемологии в концепции С. Тулмина

науки является заметный рост ее саморефлексивности. Понятие рефлексии в широком смысле, как известно, применяется для обозначения актов самосознания, самопознания, самоанализа, самооценки, т.е. того, что можно было бы назвать "мышлением о мышлении". Под рефлексивностью научного знания А.П. Огурцов понимает его самообращенность, наличие в нем механизмов и норм сознательного контроля над процессом его роста и функционирования [10].

Активизация действия этих механизмов в современной науке не случайна. Вовлечение в ее орбиту сложных и сверхсложных объектов, резкое увеличение комплексных и системных исследований, интенсивная математизация научного знания способствовали рождению новых научных направлений и программ, связывающих обобщающими идеями, понятиями и подходами целый ряд дисциплин и междисциплинарных проектов. Если междисциплинарные исследования и проекты - это вполне окрепшая форма взаимодействия ученых, то процесс формирования общенаучного знания находится в состоянии становления. Мы считаем необходимым активизировать этот процесс, в том числе с помощью новых методов исследования сложных систем [11, 12]. Реализация одной из генеральных программ современной науки - синтеза научного знания - возможна лишь при становлении общей методологии исследований и познания окружающего нас мира.

ЛИТЕРАТУРА

I. Марков В.С. Философия как наука // Вестник Российского философского общества. 2006. № 1. С. 45-48.

2 Степин В.С. Теоретическое знание. М.: Прогресс-Традиция, 2003. 744 с.

3. Кохановский В.П., Тилинина Т.В. Методология современного естествознания // Научная мысль Кавказа. 1997. № 4. С. 19-24.

4. Лешкевич Т.Г. Постнеклассическая методология: эволюция парадигмы фундаментальной философии // Вестник Московского университета. Серия 7. Философия. 1998. № 6. С. 52-70.

5. Попов В.П., Крайнюченко И.В. Глобальный эволюционизм и синергетика ноосферы. Ростов н/Д: Изд-во АПСН СКНЦ ВШ, 2003. 334 с.

6. Баранцев Р.Г. Синергетика в современном естествознании. М.: URSS, 2003. 144 с.

7. Аршинов В.И. Синергетика как феномен пост-неклассической науки: Дис. ... д-ра филос. наук. М., 1999. 320 с.

8. Князева Е.Н., Курдюмов С.П. Законы эволюции и самоорганизации сложных систем. М.: Наука, 1994. 238 с.

9. Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса: Новый диалог человека с природой: Пер. с англ. М.: Ин. лит-ра, 1986. 431 с.

10. Огурцов А.П. Рефлексия // Новая философская энциклопедия: В 4 т. Т. 3. 2001. 692 с. С. 675-676.

II. Богданова Э.Н. Синергетический подход как метод исследования сложных систем // Научная мысль Кавказа, 2008. № 4. С. 28-31.

12. Богданова Э.Н. Процессы взаимодействия самоорганизации и управления в сложных эволюционирующих системах (монография). Пятигорск: Изд-во ИнЭУ, 2009. 198 с.

15 января 2010 г.

ББК Ю22

ИННОВАЦИЯ И СИНЕРГЕТИЧЕСКАЯ РЕКОНСТРУКЦИЯ ЭВОЛЮЦИОННОЙ ЭПИСТЕМОЛОГИИ В КОНЦЕПЦИИ С. ТУЛМИНА

М.В. Максимова

Инновацию можно назвать одним из основных элементов понятийного аппарата постнеклассиче-ской научной парадигмы информационного общества. В настоящее время понятие инновации успешно интегрируется практически во все сферы общественной жизни, включая социальную: термин "инновация" используется

сегодня в тандеме с большинством дефиниций в культуре и областях интеллектуального, социогуманитарного знания. Доминирующая часть новых научных исследований в мире претендует именно на инновационный статус: инновация понимается как принципиальное революционное изменение, концептуальное новшество. В данном контексте имеет особое

Максимова Марина Валерьевна - аспирант кафедры философии и методологии науки Южного федерального университета, 344010, г. Ростов-на-Дону, пр. Нагибина 13, e-mail: aspera-86@mail.ru, т. 8(863)2303278.

Maximova Marina - the post-graduate student of the Philosophy and Methodology ofScience Department in the Southern Federal University, 13 M. Nagibin Avenue, Rostov-on-Don, 344010, e-mail: aspera-86@mail.ru, ph. +7(863)2303278.

значение философский анализ понятия "инновация" как онтологической категории в применении к современным социокультурным процессам, наделяемым характеристикой сложности и нестабильности и находящимся в постоянной динамике.

Актуальная для философии науки проблема генезиса инновации в настоящее время находится на стадии своего становления. Философские аспекты инновации как фундаментальной категории при описании нового этапа научной рациональности XXI в. разрабатываются в исследованиях таких известных российских ученых, как Е.Н. Князева [1], А.М. Старостин [2], а также таких зарубежных ученых, как Р. Коллинз [3], Л. Туоми [4] и др. Тем не менее ряд вопросов, связанных с осмыслением этой проблемы, пока не имеют однозначного ответа. Как развивается научное знание сквозь призму инновационной составляющей? Можно ли выявить определенные закономерности такого развития? Какова природа этих закономерностей?

В качестве объяснительной модели генезиса инновации предлагается принять за основу научную теорию, детально изложенную в творчестве британского философа науки Стивена Тулмина. Предметное поле научных интересов приверженцев эволюционной эпистемологии, к представителям которой относится С. Тулмин, необычайно широко, поэтому в контексте данной работы правомерно сфокусировать внимание на конкретном аспекте исследований этого ученого, касающегося проблемы, связанной с инновацией.

С научной точки зрения интересен тот факт, что в работе С. Тулмина "Человеческое понимание" [5], посвященной объяснению законов роста нового научного знания, используются понятия, имеющие логическое сходство с концептуальными терминами синергетики, такими как открытость системы, нелинейность, неустойчивость, самоорганизация, эволюционный характер развития. В частности, принятие С. Тулминым в качестве исходного пункта исследования "живых, исторически развивающихся интеллектуальных инициатив" [5, с. 97], рассмотрение рациональности как "открытости разуму" [5, с. 59], анализ знания через "историческую динамику концептуальных изменений" [5, с. 98], принятие "интеллектуального потока, а не интеллектуальной неизменности" [5, с. 98] в противовес

детерминизму, и ряд других моментов позволяют допускать возможность проведения определенной аналогии между принципами синергетики и концепцией С. Тулмина.

Возможность проекции синергетики как универсального гносеологического метода познания систем любой природы (в контексте данной работы социальных) на модель роста новационного знания в эволюционной эпистемологии отмечается также Е.Н. Князевой: "Если иметь в виду когнитивные приложения синергетики, то смежные проблемные поля разрабатываются сторонниками эволюционной эпистемологии К. Поппером, С. Тулминым и др." [1, с. 176].

Безусловно, такая проекция не будет абсолютно полной. Термин "синергетика" не мог быть использован С. Тулминым хотя бы потому, что синергетическая методология как междисциплинарное направление была сформирована значительно позже написания работы "Человеческое понимание", представляющей концентрированное воплощение его научных поисков. Тем не менее, с точки зрения автора, применение синергетики как эвристического метода, отвечающего потребностям современной науки в описании нестабильных социальных процессов и направленного на целостное системное осмысление проблемы, позволяет существенно расширить области данного исследовательского поля.

В работе "Человеческое понимание" С. Тулмин стремится обрисовать общие основания науки через поиск относительных (по отношению к постоянно изменяющейся, эволюционирующей действительности) инвариантов, благодаря которым становится возможным дать объективную характеристику науки, зафиксировать научные категории, находящиеся в постоянном развитии. Следует отметить, что с позиции синергетики подобная (т.е. эволюционирующая, изменчивая) научная система является примером самоорганизующейся, "живой" структуры, чувствительной к малейшим изменениям условий среды. "Мы используем интеллектуальный поток в противовес интеллектуальной неизменности" [5, с. 108]. Именно такой тип открытых систем, находящихся в постоянном развитии (эволюционирующих систем), изучается синергетикой и представляет интерес с точки зрения раскрытия механизма возникновения инновационного знания.

Ключевым звеном в процессе развития знания выступает "концептуальное изменение"

("концептуальная новация") [5, с. 237], интерпретируемое С. Тулминым как понятие, коренным образом преобразовывающее, модифицирующее принятую до этого определенную закономерность в развитии. На наш взгляд, с позиции синергетики, концептуальное изменение может быть понято как инновация, как принципиальное изменение системы, способное вывести ее на качественно новый уровень развития. Концептуальное изменение, или "единица эффективной модификации" [5, с. 133], отражает в себе весь набор характеристик системы, вместе с тем являясь эмерджентным, т.е. несводимым к наличным составляющим, образованием. "В каждой области мудрость начинается с понимания того, как в характере концептуальных изменений отражается структура концептуальных систем" [5, с. 84].

По С. Тулмину, действующий институт науки представляет собой исторические популяции теорий, каждая из которых имеет свою собственную структуру. Популяции отличаются абсолютной логической независимостью друг от друга и рассматриваются как "интеллектуальные инициативы". Развитие такой научной системы - "интеллектуальной инициативы" - может быть понято как процесс самоорганизации. Под социальной самоорганизацией, в данном случае, предлагается понимать самостоятельное, осуществляемое без внешнего принуждения целенаправленное кооперативное формирование конкретной цели системы, побуждающей ее к развитию. Такой целью может являться инновация.

В соответствии с концепцией С. Тулми-на процесс развития знания (в нашем случае понимаемого как процесс самоорганизации, самообновления системы) схематически можно представить как эволюционную смену инноваций, происходящую через отбор наиболее подходящих вариантов. "Непрерывное возникновение интеллектуальных нововведений уравновешивается непрерывным процессом критического отбора. Этот процесс помогает объяснить либо устойчивость определенной дисциплины, либо ее быструю трансформацию в нечто новое и иное" [5, с. 147]. По сути, инновация здесь представляет собой синергетическую фиксацию момента устойчивости системы, развитие которой есть непрерывный выбор наиболее подходящих решений из ряда возможных. Когда инновация, с помощью процедуры критического отбора,

получает признание, научная среда относительно стабилизируется.

Процесс принятия инновации вытекает из принятой С. Тулмином за основу его интеллектуальных построений эволюционной модели отбора наиболее подходящих вариантов. Приоритет методологии эволюционного подхода С. Тулмин мотивирует наличием в нем устойчивого механизма, способного объяснить не только постепенные изменения, которые могут быть прямым выражением генетического наследования, новой ступенью развития используемых ранее понятий, но и резкие, не выводимые из имеющегося напрямую (в соответствии с терминологией синергетики эмерджентные) факторы. По существу, эволюционный подход способен продемонстрировать постепенную трансформацию системы через концептуальные изменения, т.е. показать не только дискретный переломный момент, но и весь целостный динамический процесс развития, с момента возникновения потребности в инновации до естественной смены на более подходящий вариант. Эволюционный подход объясняет как постепенные, так и резкие изменения науки как "альтернативные результаты одних и тех же факторов, действующих совокупно, но по-разному" [5, с. 132] - и в этом его несомненное методологическое преимущество.

Приняв постулат эволюционности понятий за основу дальнейших научных поисков, С. Тулмин провел аналогии с понятийным аппаратом, используемым Ч. Дарвином, оговорив предварительно то, что его теория естественного отбора в данном случае является универсальным методом для предельного обобщения исторического анализа науки (не привнося прямой естественнонаучной подоплеки), т.е. для единого объяснения сложного процесса следования традициям (преемственности), с одной стороны, и коренных изменений - с другой. Этот метод, в рамках философии науки, описывает развитие системы посредством отбора наиболее подходящих концептуальных новшеств (инноваций), вызванных потребностью к дальнейшим продуктивным изменениям. Как пишет С. Тулмин, "мы должны обсуждать развитие коллективных понятий в терминах а) нововведения - если мы задаемся вопросом, какие факторы приводят носителей интеллектуальной традиции к тому, чтобы предложить какие-то способы продвижения вперед по сравнению с занимаемыми

в настоящее время... б) отбор - если мы задаемся вопросом, какие факторы приводят их к тому, чтобы принять некоторые из этих нововведений, доказавших, что они предпочтительнее других..." [5, с. 133].

С позиции синергетики уместно предположить, что сущность такого отбора наиболее подходящего варианта из альтернативно возможных есть момент коллективного принятия инновации. Среди множества возможных альтернативных вариантов подлинно инновацией, благодаря которой система способна к реформации своей внутренней сущности, к самообновлению в соответствии с желаемыми целями, становится индивидуальное открытие, реализованное на коллективном уровне. По мнению Е.Н. Князевой, "открытие осуществляется на индивидуально-личностном уровне, и становится научной инновацией лишь после получения признания в научном сообществе ... чтобы открытие квалифицировать как инновацию, оно должно быть транслировано, стало быть, способно к трансляции" [1, с. 257]. Такое открытие может получить признание только тогда, когда в нем возникает потребность, иначе - процесс поиска нового, инновационного, вызван внутренним состоянием среды. С. Тулмин упоминает о моменте "зрелости" системы, о ее внутренней готовности принять инновацию, т.е. о необходимой составляющей появления нового - потребности в этом новом, коллективной неудовлетворенности. Таким образом, без создания внутренних соответствующих условий любая инновация представляет собой личностное открытие, потенцию, одну из возможностей дальнейшего развития системы. Лишь в момент совпадения проблемы и ее наиболее подходящего решения образуется область устойчивости, притягивающей множество - собственно инновация.

Итак, на наш взгляд, развитие любой системы социальной природы (открытой и способной к самоорганизации) может происходить по схеме эволюционирования к определенной цели, вызванной потребностями системы, - т.е. к концептуальному нововведению, к инновации, что имеет аналогии с синергетическими моделями структурного развития.

Предметные поля синергетики и эволюционной эпистемологии С. Тулмина практически схожи: синергетика также основывается на естественнонаучных моделях и направлена на

раскрытие механизмов эволюции систем, их самоорганизации. Постулат синергетической неустойчивости может быть эксплицирован как необходимое условие для развития системы, что абсолютно соответствует схеме генезиса знания через отбор инноваций. Система, находясь постоянно в состоянии динамики, производит отбор нововведений, способных привести к решению текущих проблем. Как только нововведение (инновация) найдено, наступает момент относительной устойчивости. Затем, по мере возникновения новых задач, процесс повторяется. Таким образом, развитие системы происходит через неустойчивость. Это характерный пример для нового типа детерминизма, содержащего более сложные уровни закономерности. "Устойчивость и равновесность - тупики эволюции. Стало быть, без неустойчивости нет развития, точнее неустойчивость и означает развитие" [1, с. 40]. Синергетический метод, основанный на постулатах нелинейности, холистического видения мира направлен на изучение роли когерентных эффектов в науке, - т.е. углубляет методологию эволюционной эпистемологии, придает ей более целостный философский контекст.

Универсальный механизм эволюции проявляется в момент бифуркации через отбор структур, потенциально выводящих систему на качественно новый уровень. Наиболее подходящий под это определение вариант и есть, в соответствии с теорией рациональных изменений С. Тулмина, концептуальное изменение, или инновация. Инновация представляет собой относительно устойчивое состояние системы, баланс между неустойчивостью и равновесием. Эволюционное движение к этой цели есть главное естественное стремление системы. Безусловно, у социальной системы не может быть одной, координально заслоняющей все остальные, цели. Поэтому можно говорить о принципиальной плюралистич-ности природы инноваций применительно к социальному процессу.

Таким образом, инновацию можно понимать как определенную цель системы, призванную обеспечить ее дальнейшее развитие и являющуюся следствием механизма самоорганизации.

Итак, целью системы, к которой она стремится и благодаря которой обретает относительную устойчивость, предстает точка стабильности, инновация, инвариант.

В синергетике социальных процессов цель системы может пониматься как аттрактор. В самом общем смысле аттрактор может быть определен как притягивающее множество. В социогуманитарной сфере притягивающие свойства аттрактора выступают в виде принципиальной телеологичности системы и ее эволюционирования к некоторому инварианту. Инвариант-аттрактор является, по сути, результатом действия механизмов самоорганизации системы, заключающем в себе ее наиболее фундаментальные основания, и, тем не менее, в силу своей эмерджентности, это нечто принципиально новое, инновационное, генерирующее дальнейшее развитие.

Говоря о телеологичности системы, следует сделать оговорку касательно того, что с учетом специфики человекомерных систем под аттрактором понимается не точка, а так называемый странный аттрактор - некая ограниченная область, поле возможных решений, что служит причиной возможного множества целей системы. Поэтому при анализе процесса эволюции системы абсолютно правомерно может иметь место специфический вероятностный детерминизм, способный дать ответы по поводу дальнейшего развития, исходя из потенциальных возможностей самой среды - области странного аттрактора.

На наш взгляд, инновация как фундаментальное понятие синергетики обладает всеми свойствами аттрактора - притягивающего множества в пространстве системы. Аттрактор представляет собой следствие процесса самоорганизации, именно он наиболее чувствителен к малейшим изменениям условий системы, и он же относительно инвариантен. В философском контексте мы можем говорить об эволюционном моменте в процессе самоорганизации, выражающемся в следах традиций, в определенной, иногда неявной преемственности. Именно в момент наиболее неустойчивого состояния, означающий высокую чувствительность к малейшим изменениям, система стремится к относительной стабильности. По мнению Е.Н. Князевой, именно через неустойчивость проявляется связь индивидуального творчества с коллективным опредмечиванием. Неустойчивость системы и есть потребность в поиске решения,

стремление к инварианту-аттрактору, к относительной стабильности. Таким образом, можно утверждать, что концептуальное изменение, понимаемое как инновация, которая, в соответствии со С. Тулминым, возникает как результат поиска немедленного решения проблемы, является аттрактором, возникшим в процессе самоорганизации и выводящим научную систему на качественно новый уровень развития.

На наш взгляд, система, находясь в состоянии неустойчивости, с помощью естественного механизма самоорганизации формирует некоторое число теоретически приемлемых решений, множество альтернативных вариантов, обусловленных потребностью данной системы и способных привести ее к относительной устойчивости. В точке бифуркации происходит момент выбора наиболее подходящего варианта, который оказывается действительно инновационным. Инновация обеспечивает относительную стабильность системы, благодаря которой осуществляется дальнейший процесс эволюционирования. Когда инновация (или несколько инноваций в социальных системах) утрачивает свою актуальность, перестает обеспечивать дальнейший потенциал системы, относительная устойчивость опять сменяется состоянием неравновестности.

Подводя итог вышеизложенной модели развития социальных систем через категорию инновации, построенной на синергетическом осмыслении материала эволюционной эпистемологии, следует еще раз отметить обширный исследовательский потенциал подобной корреляции, способной существенно детализировать предметное поле онтологии в контексте генезиса знания.

ЛИТЕРАТУРА

1. Князева Е.Н., Курдюмов С.П. Основания синергетики. СПб.: Алетейя, 2002. 414 с.

2. Старостин А.М. Философские инновации: концепция и основные сферы проявления. Ростов н/Д.: Изд-во СКАГС, 2009. 564 с.

3. Коллинз Р. Социология философий. Новосибирск: Сибирский Хронограф, 2009. 712 с.

4. Tuomi L. Networks of innovations. Oxford: Oxford University Press, 2002. 254 р.

5. Тулмин С. Человеческое понимание. М.: Прогресс, 1984. 327 с.

10 октября 2009 г.