Откуда берется представление о национальном характере?

УДК 81'23

А.П. Василевич

ОТКУДА БЕРЕТСЯ ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О НАЦИОНАЛЬНОМ ХАРАКТЕРЕ?

В статье обсуждаются источники информации о национальном характере - научная литература, язык, фольклор, художественная литература и т.д. Наиболее доступным и информативным признается ассоциативный эксперимент. Его возможности раскрываются на примере сопоставления национального характера русских и марийцев.

Ключевые слова: национальный характер, ассоциативный эксперимент, сопоставительный анализ, русские, марийцы.

Особенная и непохожая на других личность есть не что иное, как индивидуальность, выступающая как субъект познания и преобразования мира. Неотъемлемой составляющей структуры личности является темперамент и определенный набор черт характера.

От индивидуального характера естественно сделать шаг к изучению коллективных черт характера, т.е. обратиться к «национальному характеру». Отвлекаясь от различных подходов к теоретическому определению термина «национальный характер», существование самого национального характера на уровне бытового сознания не вызывает сомнений.

«Национальный характер народа <.. .> - очень «хитрая» и трудно уловимая материя. Ощущаешь, что он есть, но как только пытаешься его определить в словах, он часто улетучивается, и ловишь себя на том, что говоришь банальности, вещи необязательные, или усматриваешь в нем то, что присуще не только ему, а любому, всем народам. Избежать этой опасности нельзя, можно постоянно помнить о ней и пытаться с ней бороться - но не победить» [Гачев 1988: с.55].

Если говорить о конкретных параметрах, то в структуре национального характера выделяют такие составляющие: а) привычки и поведение, б) эмоционально-психологическая реакция на явления привычной и непривычной среды; в) ценно-

стные ориентации; г) потребности и вкусы. Во всех случаях речь идет о таком наборе качеств личности, привычек и традиций, которые устойчиво повторяются у лиц, принадлежащих к одному обществу или к одной культуре.

Словосочетание «русский характер», «русская душа» ассоциируется в нашем сознании с чем-то загадочным, неуловимым, таинственным и грандиозным [Касьянова 2003]. Русский - это, прежде всего, тот, кто идентифицирует себя с русской культурой и общей для данной нации системой ценностей. Определение национального характера можно довольно просто определить двумя компонентами -генотип плюс культура.

Насколько правомерно обобщение типичных черт в масштабе целого народа, когда хорошо известно, что все люди -разные? Можно ли утверждать, что народ составляют люди какого-то одного типа, который сформировался в ходе длительного историко-культурного развития общества? Или национальный характер -просто некий стереотипный набор качеств, приписываемых данному народу представителями других народов, зачастую не вполне дружественных?

Нельзя сказать, что эти вопросы остаются вне внимания исследователей. Однако число соответствующих публикаций не столь велико. Назовем в качестве примера работы С.М. Арутюняна [1966]; Г.Д. Га-

чева [1988]; И.С. Кона [1968]; С .Г. Тер-Минасовой [2007].

Как бы то ни было, приступая к анализу стереотипных представлений о национальном характере необходимо, прежде всего, располагать соответствующим материалом. Существует несколько принципиально разных источников данных об этностереотипах [Тер-Минасова 2007]. Выпишем наиболее существенные из них:

♦ научные публикации

♦ национальный язык

♦ фольклор

♦ международные анекдоты

♦ художественная литература

♦ записки путешественников

♦ эксперимент

Цель настоящей работы - сопоставить возможности перечисленных источников.

Научные публикации

Прямой интерес к национальному характеру проявляют некоторые науки -прежде всего, антропология, этнология и философия. В известной нам научной литературе упор делается на методологической стороне - например, определении понятий, так или иначе связанных с формированием национального характера. «Основная личностная структура» (basic personality structure) Р. Линтона и А. Кар-динера [Kardiner, Linton 1939], «этос» Рут Бенедикт [Benedict 1934], «модальная личность» (modal personality) Коры дю Буа [DuBois 1960], «психический склад нации» С.М. Арутюняна [1966] и т.д.1 -все эти понятия вводятся в процессе попыток тем или иным способом объяснить, как складывается антропологический национальный стереотип и существует ли он вообще; можно ли выделить некий один психологический доминирующий тип личности, который определяет все поведенческие особенности членов общества, или существует несколько таких типов и т.д.

Однако для нас больший интерес представляют работы, в которых на основе полевых наблюдений приводятся данные о конкретных чертах того или иного этноса [Bock 1980; Kottak 1982; Duijiker, Frijdo 1960]. Чаще всего авторы просто фиксируют свои впечатления об особенностях психологии того или иного народа. При этом характеристики одного и того же этноса, данные различными исследователями, оказываются порой взаимоисключающими. Приведем один пример. Более полувека назад вышла книга известного антрополога М. Мид «Как растут на Самоа» [Mead 1953], до сих пор считающаяся классическим описанием культуры народа этих островов. А в 1983 г. появилась работа, доказывающая, что Мид дала неверную оценку психологии самоанцев. В качестве причин ее ошибок были названы специфический подбор информантов, а также субъективный подход к изучаемой культуре [Freeman 1983].

Весьма информативными могут оказаться труды профессиональных этнографов, которые чаще всего публикую результаты наблюдений над чужим этносом. В качестве примера отметим работу американца Смита [Smith 1975] с характерным названием «The Russians» («Русские») и целый ряд публикаций русских дореволюционных ученых, изучавших быт и традиции народов и народностей Российской империи. Подобные работы пестрят оценками национальных черт характера, причем эти оценки, как правило, лишены чрезмерного субъективизма, которым грешат записки путешественников.

Национальный язык

Этнолингвистика утверждает, что черты национального характера тем или иным образом отражаются в лексике. У каждого народа есть своя, только ему присущая языковая картина мира. В языке выражаются определенные представления об окружающей действительности и устройстве жизни, которые различаются у

1 К числу сугубо теоретических работ можно добавить еще [Баграмов 1973] и [Лошманова 2005].

2 В русском переводе [Мид 1988] название книги несколько изменено.

представителей разных народов. Совокупность этих представлений об устройстве жизни включает и так называемые этностереотипы, которые выражаются, в частности, в сочетаемости обозначений того или иного качества, скажем, со словом русский. Словосочетание с чисто русской аккуратностью явно ироническое и звучит смешно, потому что в совокупность представлений о фундаментальных качествах русского человека аккуратность не входит. Другое дело немецкая аккуратность. Вполне адекватно отражают действительность такие словосочетания, как: русская бесшабашность, русское бездорожье, разгильдяйство и наряду с этим - русская удаль, щедрость, русское гостеприимство, хлебосольство. Существование подобных словосочетаний говорит о том, что русский язык расценивает соответствующие качества как своеобразные «фирменные бренды» русского этноса.

Трудно установить, в какой именно момент своего развития зафиксировал язык типично русские черты характера. Некоторые полагают, что представления о русском характере идут из глубины веков. А конкретизируют их, например, такие «посконные» русские слова, как удаль, воля, неприкаянность. На самом деле это совсем не так. Представление о нации как о едином организме и о существовании национального характера, возникли достаточно поздно - во второй половине XVIII в. Первое упоминание понятия «национальный характер» в русской литературе связано, пожалуй, с Екатериной II. Из ее ответа на вопрос: «В чем состоит русский национальный характер?» видно, что в тот момент стереотипы еще не сложились. Она отвечает что-то насчет высоких моральных качеств и добавляет, что национальный характер состоит в скором и быстром приятии всего, то есть как бы мы сказали сейчас - в восприимчивости.

Очевидно, что упомянутые выше «посконные» слова появились в языке значительно раньше, так что они никак не могли отражать русский национальный ха-

рактер. Стереотипное представление о русском человеке как удалом, бескорыстном, щедром, нерасчетливом, широком и так далее, сложилось где-то к 30-м годам XIX в. Именно к этому времени относится возникновение оживленной дискуссии о двух специфических русских словах -авось и простор.

Авось очень точно отражает суть русского национального характера - с его неизбывным фатализмом, нежеланием продумывать и рассчитывать. Простор тоже относится к числу трудно переводимых слов (в отличие, например, от пространство). Что же в нем такого специфического? Если пространство трехмерно, то простор - это скорее большие расстояния на плоскости, что характерно именно для русского пейзажа. При этом слово простор имеет важное коннотативное значение: 'отсутствие стеснений; представление о том, что человеку ничего не мешает'. Русскому человеку нужно для жизни большое расстояние, чтобы можно было «гулять - разгуляться» на воле. С одной стороны, это хорошо, а, с другой стороны, человеку от этого бывает грустно. Соответственно с простором связана идея тоски. Характерна строка из песни ямщика: «Тоска бесконечных равнин».

И все же, пожалуй, главный смысл простора - это идея наслаждения, порождаемого большими пространствами. Простор - это не просто большие расстояния; это расстояния, которыми человек любуется, наслаждается. Существенно, что в русском языке есть еще много других слов, выражающих одновременно семы «расстояние» и «любование»: ширь, даль, приволье, раздолье. Добавим к этому ряд прилагательных: бескрайний, безграничный, безбрежный. Язык - продукт коллективного творчества и приходится допустить, что сам факт наличия упомянутых фактов не может быть случайным: он отражает совокупные качества носителей языка.

Известно, что если в языке, скажем, нет названия какого-то чувства, это не

значит, что носители данного языка этого чувства не могут испытывать; просто они не придают ему особого значения. Но если в языке для некоторого чувства есть огромное количество слов, передающих малейшие оттенки этого чувства, тут нельзя не признать, что для данной культуры соответствующая эмоциональная область чрезвычайно важна.

Фольклор

Итак, язык в какой-то мере отражает некоторые глубинные свойства нации. Однако представления об этих свойствах фиксируются не только в языке. Национальный характер неразрывно связан с национально-культурными традициями, и потому одним из важнейших источников исследования национального характера является анализ фольклора, устного народного творчества. Фольклор - это сложная форма общественного сознания, область духовной культуры народа, выражающая его мировосприятие [Кон 1968]. Легенды, сказания, пословицы и поговорки позволяют понять историю народа и уяснить характер его идеалов, систему моральных и социальных ценностей: тип героев говорит очень многое об общем духе народа.

Иногда трудно различить, что является объективно существующим фактом, а что было придумано, и потом уже стало восприниматься, как что-то естественное, исконное. Ведь культура, литература оказывают очень большое влияние на создание у человека определенного мировоззрения. В частности, представление о том, «каков он есть» складывается у человека по мере чтения книг, слушания песен и т. д. Фольклор занимает в этом ряду особое место. Для нас важно то обстоятельство, что само появление соответствующих пословиц и поговорок не могло быть случайным. Как правило, они отражали наиболее показательные черты национального характера. В этом смысле анализ подборок национальных пословиц может дать материал для исследователя, описывающего национальный характер. Приве-

дем несколько примеров из фольклора разных народов [Даль 2000; Граф 1997; Круглов 1990; Хомутская 2005].

Русские

♦ патриотизм, любовь к Родине: Родина краше солнца, дороже золота; Родина - мать, умей за неё постоять; Кто за Родину дерётся, тому сила двойная даётся; Всякая птица своё гнездо любит; Дома и стены помогают; За морем веселье, да чужое, а у нас и горе, да своё; На чужой стороне Родина милей вдвойне;

♦ доброта: Свет не без добрых людей; Что есть в печи на стол мечи;

♦ терпеливость: Господь терпел и нам велел; Терпение и труд всё перетрут; В тесноте, да не в обиде; На всякое хотенье есть терпенье;

♦ равнодушие к богатству: Не с богатством жить, а с человеком; Не с деньгами жить, а с добрыми людьми; Чем богаты, тем и рады;

♦ правдолюбие, справедливость: Хлеб-соль ешь, а правду режь; Варвара мне тётка, а правда сестра; Всё минется, одна правда останется; Неправедно нажитое впрок не идёт; Правда в огне не горит и в воде не тонет;

♦ скромность, самокритичность (до самоучижения): В хвасти нет сласти; В чужом глазу сучок видим, а в своём и бревна не замечаем; Всяк сверчок знай свой шесток; Выше головы не прыгнешь; Выше лба уши не растут;

♦ религиозность, вера в провидение: Не живи так, как хочется, а так, как Бог велит; После дождика даст Бог солнышко; Человек предполагает, а Бог располагает; Господь не выдаст, свинья не съест;

♦ безалаберность, расхлябанность, небрежность: Авось да небось доведут до того, что хоть брось; На охоту ехать -собак кормить; Дитя не плачет, мать не разумеет; Гром не грянет, мужик не перекрестится;

♦ лень: Люди пахать, а мы руками махать; Кто ленив с сохой, тому всё год плохой; Мужика не шуба греет, а цеп;

Работа не волк - в лес не убежит; Лёжа пищи не добудешь; Баснями сыт не будешь; Ему лень лениться, а не только шевелиться.

Отдельную группу составляют поговорки, в которых фигурирует само слово русский: «Русский в словах горд, в делах твёрд»; «Русский ни с мечом, ни с калачом не шутит»», «Русский терпелив до зачина», «Русский человек добро помнит», «Если по-русски скроен, и один в поле воин»», «Русские медленно запрягают, но потом быстро скачут»».

Вообще же из анализа ряда пословиц и фольклорных текстов можно вывести, что для русского национального характера типичны: религиозность, доброта, стремление к поиску смысла жизни и абсолютной правды, свобода, незлопамятность, простота в поведении, несуетность, юмор, размах решений, мечтательное легкомыслие и т. д.

Англичане

♦ умеренность: Cut your coat according to your cloth ('подрезай пальто по одежде' - ср. По одежке протягивай ножки); Charity begins at home С букв. благотворительность начинай с дома', т.е. прежде, чем помогать другим, убедись, что у тебя самого всего хватает (сопоставим с рус. отдать последнюю рубашку);

♦ закрытость, замкнутость: An Englishman's house is his castle ('дом англичанина - его крепость'); Good fences make good neighbours ('у хороших соседей хороший забор'); Love your neighbour, yet pull not down your fence ('соседа люби, но забор не сноси');

♦ трудолюбие: Busiest men find the most time ('у занятого человека всегда времени больше'); The early bird catches the worm ('ранняя пташка ловит червячка' - ср. Кто рано встает, тому Бог подает).

Немцы

В языковом сознании немцев ведущее место занимают любовь к порядку, прилежание, дисциплина (Bausinger 2000). Эти черты - неотъемлемая часть стереотипа, создаваемого иностранцами о Гер-

мании. Соответственно в немецких пословицах огромное значение придается понятию почитанию Ordnung 'порядок': Ordnung hat Gott Lieb 'Бог любит порядок'; Ordnung ist das halbe Leben 'порядок - это полжизни'; Wer Ordnung Liebt in seinem Leben 'кто любит порядок, тот всегда попадает в цель' и т.п.

В заключение позволим себе два замечания. Во-первых, фольклор представляется дорогой с двусторонним движением. С одной стороны, пословицы, поговорки отражают действительно существующие национальные черты, а с другой - сами в определенной мере формируют этносте-реотипные представления (впрочем, их «просветительская значимость» из поколения в поколение заметно падает, если уже не сошла на нет).

Во-вторых, в толковании пословиц можно найти немало противоречий. Например, считается, что русским присущи легкость человеческих отношений, отзывчивость, способность все понять. Но этому явно противоречат пословицы типа Дружба дружбой, а служба службой. С расхожим представлением о русских как о людях с широкой душой, безразличных к богатству, щедрых и беспечных совершенно не вяжутся пословицы, ратующие за бережливость: Алтын серебра не ломит ребра; Копейка рубль бережёт; Бережливость дороже богатства; Береги денежку про чёрный день; Кто не бережёт копейки, тот сам не стоит рубля; Пушинка к пушинке - и выйдет перинка; Деньги счет любят. Мы уверены, что число примеров можно было бы увеличить, однако исследователи почему-то предпочитают не акцентировать на них внимание, ограничиваясь только теми примерами, которые соответствуют стереотипам.

Международные анекдоты

Существует целая серия анекдотов, построенных на шаблонном сюжете: представители разных национальностей, попав в одну и ту же ситуацию, реагируют на нее по-разному, в соответствии с теми

чертами их национального характера, которые приписывают им безымянные авторы анекдота. В международных анекдотах, имеющих хождение в России, англичане обычно подчеркнуто пунктуальны, немногословны, любят сигары, виски и т. п.; немцы практичны, дисциплинированны, помешаны на порядке и потому ограниченны; французы - легкомысленные гуляки, думающие только о женщинах, вине и гастрономических удовольствиях; американцы богатые, щедрые, самоуверенные, прагматичные; эстонцы болезненно медлительны. А сами русские -бесшабашные рубахи-парни, неприхотливые, открытые, неотесанные, любят водку и драки и т. п.

Трудно судить о возможностях данного источника получения информации -главным образом, потому, что, насколько нам известно, до сих пор не было попыток анализа достаточно большого корпуса анекдотов этого типа. Ограничимся несколькими примерами.

Как ведут себя люди разных национальностей, если они обнаружат муху в чашке чая, принесенной официантом?

• Англичанин (чопорный) отодвигает чашку, встает и молча уходит, полный презрения к данному заведению.

• Француз (горячий) подзывает официанта и выплескивает ему чай в лицо.

• Американец (уверенный в своих правах) зовет официанта, устраивает скандал, требует другую чашку и оплату морального ущерба.

• Немец (практичный и педантичный) вынимает муху, выбрасывает ее и спокойно пьет чай.

• Русский (неприхотливый) наливает чай в блюдечко и спокойно пьет его, отдувая муху.

• Китаец (любитель экзотических блюд) вынимает муху, пьет чай и закусывает мухой.

• Еврей (меркантильный) вынимает муху, пьет чай, продает муху китайцу.

А вот английский анекдот, раскрывающий европейские стереотипы:

Рай - это место, где повара - французы, механики - немцы, полицейские -англичане, любовники - итальянцы, а организуют все швейцарцы. Ад - где повара англичане, полицейские - немцы, любовники - швейцарцы, механики - французы, а организуют все итальянцы.

Художественная литература

Исследования национального характера иногда связываются с изучением продуктов культуры соответствующего народа (литературы, живописи, кино, СМИ).

Главным недостатком этого подхода является то, что исследователь имеет дело исключительно с психологией элиты народа, и именно в ней видит выразителя национального характера. Но даже если допустить, что элита воплощает в себе ценности, присущие народу в целом, более ясно и полно, чем другие его слои, это еще не дает нам права говорить о ней как о носителе национального характера. Р.Редфильд справедливо призывает различать традицию рефлексирующего меньшинства и традицию большинства, не склонного к рефлексии, то есть традицию школ и храмов с одной стороны, и традицию деревенской общины - с другой (КеёйеЫ 1956). Из характера Татьяны Лариной, несмотря на всю ее «русскость», невозможно вывести характер русской крестьянки из родовой деревни Лариных. Сколь ни соблазнительно принять тот факт, что немецкая философия естественно вытекает из национальной немецкой логики, остается большой вопрос: в каком отношении она стоит к логике немецких крестьян?

Не потому ли литературные герои национальных литератур, как правило, резко контрастируют со стереотипными персонажами международных анекдотов. Французы у Стендаля, Бальзака, Гюго, Мериме, Мопассана, Золя совсем не походят на легкомысленных героев-любовников, которыми те же французы предстают в анекдотах разных стран, а простоватые драчуны и пьяницы из анекдотов про русских весьма далеки от геро-

ев Пушкина, Толстого, Тургенева, Чехова, Достоевского, которых отличают философские искания и тонкие душевные переживания.

В некоторых случаях писатели (через слова героев) прямо высказываются по поводу типичных национальных черт. Ср. у А.И.Солженицына: «Практически всех, кто соприкасался с русскими, восхищают их духовные и душевные качества. Доверчивое смирение перед судьбой, сострадательность: готовность помогать другим, делясь своим насущным; готовность к самоосуждению, раскаянию, даже преувеличение своих слабостей и ошибок, равнодушие к богатству, довольство умеренным достатком».

Записки путешественников

Немало людей, посетивших чужие страны, по возвращении домой испытывают желание описать свои впечатления о стране, с которой они познакомились. Подобные «путевые заметки» практически всегда включают оценку встреченных автором людей. Причем эта оценка зачастую имеет весьма обобщенный характер. Ведь интересно порассуждать об «общенациональных» чертах, а не о характере отдельных личностей. Поскольку «Заметки» пишутся для своего родного (по языку) читателя, автор стремится волей-неволей выделять специфические черты чужого национального характера, которые не свойственны чертам его собственного этноса.

Прекрасной иллюстрацией сказанному может служить книга англичанина Флет-чера, посетившего Россию в 1588 г. Целью его дипломатической миссии было заключение дружественного союза и восстановление торговых отношений Англии с Россией. Миссия успехом не увенчалась, и свои впечатления от России Флетчер описывал, будучи озлобленным, недовольным приемом и результатами своего посольства. Описывая национальные черты русского народа, Флетчер выделил, главным образом, негативные качества: вялость, бездеятельность, лень, а также

неприятие, с которым русские относятся ко всему иноземному, хитрость, плутовство в торговле, жестокость, тщеславие, невежество и пр. При этом вялость и бездеятельность он объяснял сонливостью, «возбуждаемой зимним холодом и пищей, которая состоит преимущественно из кореньев, лука, чеснока, капусты и подобных овощей, производящих дурные соки». Изображение российских порядков он строил на их противопоставлении английским, например: «русский деспотизм -британская вольность». Так или иначе, стереотип восприятия России у Флетчера оказался тесно связан с его же собственным стереотипом восприятия Англии и англичан.1

Вообще негативные характеристики очень типичны для оценки этноса со стороны, причем особо «выпячиваются» те черты, которые как бы «оттеняют» положительные черты собственного этноса. Французский путешественник Адольф де Кюстин в 1839 г. с явной неприязнью описывал Россию как страну рабов, в которой все пронизано страхом, а апатичные и трусоватые русские даже дышат не иначе как по приказанию императора. Ср. это высказывание с мнением Пушкин, который примерно в это же время писал: «Взгляните на русского крестьянина: есть ли тень рабского унижения в его поступи и речи? О его смелости и смышлености и говорить нечего. Переимчивость его известна».2

Вот совсем свежие высказывания иностранцев о русских.3

Английские купцы переполошились, полагая, что подобная книга ухудшит их положение. Руководители английской торговой «Московской компании» обратились к правительству Елизаветы с просьбой запретить книгу Флетчера в Англии. Первый тираж сочинения Флетчера и в самом деле был изъят прямо в типографии.

2 Интересно, что у русских авторов негативные впечатления об иностранцах не отличаются особой резкостью - ср. характеристику европейцев в «Письмах русского путешественника» Н.М. Карамзина.

3 Опубликовано в газете «Известия», июнь 2009 г.

К малосимпатичным качествам россиян я бы отнес дух наживы. Набивают карманы и высшие эшелоны власти, и чиновники из РЭУ.

Русские люди держат барьер в общении с иностранцами.

Не могу сказать, что русские агрессивны. Но русский человек, видимо, не часто имеет повод для радости - как еще объяснить его несдержанность.

Русский народ экстравертен; он во всех проявлениях ориентирован на окружающих.

Меня поражает, насколько люди в России весьма продвинуты в плане культуры. Здесь ходят в театры, на концерты, читают книги - это регулярная часть жизни.

При первом знакомстве русские -люди отстраненные и холодноватые. Бесшабашная удаль, которую так любят приписывать русскому народу, - заблуждение.

Для русских характерно логическое мышление. Я понимаю, почему у них так много известных шахматистов.

Русские девушки лишены жеманства, они абсолютно искренни.

Эксперимент

Эксперимент считается самым объективным исследовательским методом. В нашем случае наиболее удобен ассоциативный эксперимент. Его типичная процедура выглядит следующим образом. Испытуемым предлагается вспомнить и написать слова, которые обладают теми или иными заданными свойствами. Задав в качестве стимула название какой-то категории (например, «названия цвета» или «часть тела»), мы вправе ожидать в качестве ответных реакций появление слов, которые в представлении испытуемого связываются у него с этой категорией. Поскольку в соответствии с процедурой ответы являются спонтанными и свободными, мы теоретически имеем шанс получить все слова, связанные так или иначе с заданным понятиям - остается лишь проблема количества опрошенных.

Оставаясь в парадигме ассоциативного исследования, можно просить испытуе-

мых перечислить наиболее характерные национальные черты (прямой метод)1 либо назвать любые черты характера (косвенный метод: предполагается, что наиболее частые ответы опрошенных есть не что иное как наиболее характерные черты данной этнической популяции). В обоих случаях мы имеем дело с самооценкой: испытуемые дают информацию о свойствах людей своего этноса.

Об эксперименте мы будем подробно говорить несколько ниже, а сейчас попробуем сопоставить перечисленные выше источники с точки зрения их ценности для исследователя, обращая внимание на три главные составляющие этой «ценности»: объективность, полнота и цена (степень усилий, которые надо приложить, работая с данным источником). В сущности, ни один из источников не обладает данными свойствами в полной мере.

Объективность менее всего свойственна оценкам туристов со стороны - мы уже говорили об этом выше.

Полнота материала лучше всего достижима в условиях направленного эксперимента, если число опрошенных достаточно велико (скажем, порядка 100 человек). С другой стороны, не приходится ждать полноты от анекдотов: там фигурируют обычно только те несколько качеств, которые способны вызывать насмешку, порицание и т. д. Так же отдельными примерами представлены соответствующие данные в языке.

Что касается цены, то наиболее простым способом извлечения информации следует признать эксперимент, который позволяет получить множество конкретных качеств характера, причем разные качества можно сопоставить по «степени значимости» (исходя из соответствующего числа ответов). Крайне трудоемко пытаться составить общую картину, опираясь на примеры из языка, фольклора и художественной литературы. Записки путешественников и труды ученых стоят где-

1 Примером такого подхода может служить массовый социологический опрос.

то посредине: здесь также предполагается нелегкий поиск в текстах, но количество самих текстов значительно меньше, чем, например, текстов художественной литературы.

Приведем сводные данные о характеристике источников. Обозначения [++], [+], [0] и [-] дают представление о том, в какой мере соответствующий параметр характерен для того или иного источника (табл. 1).

Основное предположение состояло в том, что, описывая черты характера гипотетического человека, испытуемый ориентируется, прежде всего, на стереотип людей, которые его окружают, а значит, русские будут описывать русских (эксперимент проводился в Москве), а марийцы - своих соотечественников (в опросе участвовали жители Йошкар-Олы).

В опросе приняли участие более 100 русских (преимущественно студенты языкового вуза) и более 40 марийцев (также по преимуществу студентов). 1

Испытуемым предлагался бланк, где были приведены примеры слов, описывающих характер человека, типа добрый, щедрость, улыбчивость, строгий и т.д.

1 Автор выражает признательность М.А. Семьян-ской за существенную помощь в проведении эксперимента и обработке результатов.

Из табл. 1 видно, что направленный эксперимент является наиболее рациональным способом получения информации о чертах национального характера. Однако, насколько нам известно, именно этот способ наименее востребован в соответствующей литературе. Покажем его возможности на материале сопоставления национальных черт характера русских и марийцев. В эксперименте был применен косвенный способ получения данных (см. выше).

Каждый испытуемый должен был дополнить этот перечень словами и выражениями родного языка, которые, по его мнению, так или иначе связаны с характеристикой человека. В процессе выполнения задания рекомендовалось долго не думать и фиксировать те слова и выражения, которые первыми приходят в голову.

Объединив данные индивидуальных анкет, мы обнаружили в них несколько сот разных слов в русской аудитории и порядка ста слов - в марийской. Полагаем, что полученные перечни слов достаточно полно репрезентируют исследуемую лексическую группу. Во всяком случае, наши попытки пополнить его сколько-нибудь значимыми терминами из других источников были тщетными.

По результатам эксперимента для каждого ответа (названия качества) был оп-

Таблица 1. Характеристика разных источников информации о типичных чертах на-

ционального характера

Самооценка Оценка со стороны Полнота Объективность Цена

1 Научные публикации и 0 + +

2 Национальный язык и — + —

3 Фольклор и 0 + —

4 Международные анекдоты и и — 0 —

5 Художественная литература и 0 + —

6 Записки путешественников и 0 — +

7 Эксперимент и ++ + ++

ределен «индекс психологической значимости». Он был основан на двух показателях: частота появления данного качества (= число людей, включивших его в свою анкету) и его место в индивидуальных списках ответов1. Опуская подробности расчетов, отметим, что теоретически разброс значений нашего показателя колеблется в пределах от 100 (слово появилось во всех анкетах и везде - на первом месте) до 1 (слово появилось всего в одной анкете, причем в конце списка).

Далее все слова были упорядочены по значению индекса - от наиболее важных (психологически значимых) до наименее

важных: добрый (75), умный (53), веселый (39), нежный (39) ... неуживчивый (1).

Разумеется, наибольший интерес представляют лишь те качества, которые, действительно, являются важными. Мы сочли таковыми те, которые имели хотя бы в одном из языков индекс, превышающий 11. В общей сложности таких слов оказалось порядка 50. Они составили ядро изучаемой группы, и именно их целесообразно было использовать при сопоставительном анализе национального характера русских и марийцев. Начнем с того, что ряд качеств в обоих популяциях имеют примерно равную значимость. Это, прежде всего, две антонимических пары:2

Русские Марийцы

добрый злой 75 43 87 55

Русские Марийцы

умный глупый 53 12 55 18

Отметим, что в обоих случаях положительное качество существенно более значимо (прямое следствие того, что мы имеем дело с самооценкой, а не оценкой этноса со стороны). А вот в паре смелый -трус ни одно из двух качеств нельзя считать преобладающим (16 : 14 у русских и 18 : 20 у марийцев). Можно считать, что признак «смелость-трусость» в обоих

К числу других качеств, которые в обеих аудиториях считаются важными примерно в равной степени, относятся: честный, надежный, спокойный, добродушный, жизнерадостный, ответственный, аккуратный, хитрый.

Говоря о национально-отмеченных качествах, опять-таки начнем с двух антонимических пар.

случаях оказался нерелевантным.

Русские Марийцы

хороший плохой 38 16 65 27

Русские Марийцы

щедрый 18 0

скупой 16 0

Как мы видим, оценка человека по признаку «хороший-плохой» в обоих этносах весьма важна, но для марийцев она значительно важнее, чем для русских. Напротив, признак «щедрый-скупой» приложим только к русским, причем распространенность положительного и отрицательного вариантов примерно одна и та

3

же.

Что касается других черт характера,

свойственных одному из этносов более, чем другому, то их список выглядит следующим образом:

Качества, оцененные существенно выше в русской аудитории

болтливый, вежливый, верный, веселый, внимательный, вспыльчивый, грубый, доброжелательный, искренний, лживый, настойчивый, общительный, отзывчи-

1 Самые значимые ответы, скорее всего, появляются первыми, чуть менее значимые - на втором месте и т.д. В конце анкеты оказываются заведомо не существенные слова; кстати, для них характерно резкое увеличение латентного периода реакции.

2 Наличие антонимической пары слов в списке важных качеств означает, что, по мнению респондентов, в соответствующем этносе можно встретить и тех, и других.

3 Напомним, что амбивалентность в этом случае наблюдается и при анализе пословиц.

вый, сильный, упрямый

Качества, оцененные выше в марийской аудитории

зануда, кокетливый, ласковый, ленивый, надежный, нежный, трудолюбивый, шустрый

Оставим приведенный список выделенных качеств без комментария. Его интерпретация потребовала бы привлечения специалистов совсем другого профиля. Однако обратим внимание читателя на характеристику «ленивый». Традиционно считается, что лень входит в число характерных черт русского человека (в доказательство можно сослаться на приведенные выше пословицы и на многочисленные примеры из художественной оитературы -ср. высказывание А.П.Чехова: «Природа вложила в русского человека необыкновенную способность веровать, испытующий ум и дар мыслительства, но всё это разбивается в прах о беспечность, лень и мечтательное легкомыслие»). В эксперименте это свойство, действительно, оказалось в русской аудитории относительно значимым, однако его индекс значимости (36) значительно уступил марийскому показателю (67). Возможно, на нынешнем этапе развития русского общества, лень перестала быть для русских столь характерной?

Здесь мы сталкиваемся с интересным обстоятельством, о котором обычно мало говорят: с изменением образа жизни народа меняется, вполне возможно и изменение его психологии, его установок и ценностей, иногда даже до неузнаваемости. Так, если в XIX и XX вв. немцы имели прочную репутацию трезвомыслящего и практичного народа, то в XVIII в. они обычно воспринимались как романтики и мечтатели. Причем, по мнению Ганса Кона, речь здесь идет не об изменении восприятия немцев, а об изменении данной черты в характере народа [КоЬп 1946].

В заключение отметим, что для выполнения задачи исчерпывающего описания национального характера ни один из источников информации не может считаться достаточным. Необходимо разумное соче-

тание нескольких источников. В противном случае можно получить явно недостоверную информацию. Приведем пример.

Своего рода всплеск практического интереса к описанию национального характера произошел в 40-е гг. ХХ в. Это было связано с началом Второй мировой войны. Обе стороны считали, что понимание психологии врагов (да и союзников) было бы полезно для стратегического планирования действий. Возможно, более других здесь преуспели американцы, которые занимались описанием американского национального характера, привлекая по возможности все доступные виды информации - литературные тексты, фильмы, газетные статьи, отчеты путешественников, выступления официальных лиц и т. п. В какой-то мере им вполне удалось использовать полученные результаты для мероприятий по поднятию моральный уровня и боевого духа собственной армии.

По иному сложилась ситуация в фашистской Германии. Перед нападением на Россию там также усиленно собирали данные о России и русских, но основным (если не единственным) источником информации оказалась русская художественная литература и русский фольклор. Именно по ней германские лидеры составили суждение о русском национальном характере. Россию посчитали «колоссом на глиняных ногах»: толкни и рассыпется страна, населенная метущимися, рефлексирующими, мягкотелыми интеллигентами - «лишними» и «бедными» людьми, безуховыми, мышкиными, обломовыми, маниловыми, а также этакими доверчивыми и ленивыми Иванушками-дурачками, лежащими на печи. Есть мнение, что это был один из просчетов, приведших к провалу: «из-под художественной бутафории обломовых и каратаевых откуда-то возникли совершенно не предусмотренные литературой люди железной воли» [Солоневич 1991].

В Брестской крепости, действительно, сидели не Маниловы и Безуховы. Однако справедливости ради заметим, что никто

не знает, как повели бы себя безуховы и обломовы, окажись они в Брестской крепости. Может быть, и у них выявилось бы

то самое «железо в русском народном характере», которое, по словам Солоневича, не отразила русская литература?

Список литературы

1 Арутюнян С.М. Нация и ее психический склад. - Краснодар, 1966. 323 с.

2 Баграмов Э.А. К вопросу о научном содержании понятия «национальный характер». - М., 1973. 157 с.

3 Гачев Г.Д. Национальные образы мира. - М.: Советский писатель, 1988. 98 с.

4 Граф А.Е. Словарь немецких и русских пословиц. - СПб.: Лань, 1997. 287 с.

5 Даль В.И. Пословицы русского народа. - М., 2000. 992 с.

6 Касьянова К. О русском национальном характере. - М.: Академический проект, 2003. 560 с.

7 Кобозева И.М. Немец, англичанин, француз и русский: выявление стереотипов национальных характеров через анализ коннотаций этнонимов // Вестник Московского Университета, сер. 9 «Филология», № 3, 1995, стр. 100-118.

8 Кон И.С. Национальный характер: миф или реальность? Новый мир, 1968, № 9.

9 Круглов Ю.Г. Русские народные загадки, пословицы, поговорки. - М., Просвещение, 1990. 335 с.

10 Лошманова О.В. Проблема определения понятия «национальный характер» и методы его исследования // Актуальные проблемы языкового образования в вузе. Вопросы теории языка и методики обучения. Научно-практическая конференция. - Коломна, 2005. С. 323-329.

11 Мид М. Культура и мир детства. М.: Главная редакция восточной литературы, 1988. 420 с.

12 Солоневич И.Л. Народная монархия. - М.: Феникс, 1991. 472 с.

13 Тер-Минасова С.Г. Язык и межкультурная коммуникация. - М., 2007. 378 с.

14 Хомутская Н.И. Отражение национального характера через призму пословиц // Актуальные проблемы языкового образования в вузе. Вопросы теории языка и методики обучения. - Коломна, 2005. С. 404-411.

15 Bausinger H. Typisch deutsch: Wie deutsch sind die Deutschen? - München: Beck, 2000. 178 с.

16 BenedictR. Patterns of Culture. - Boston and N.Y.: Houghton Mifflin Co., 1934. 214 с.

17 Bock Ph. K. Continuities in Psychological Anthropology. - San Francisco: W. H. Freeman and Co., 1980. 174 с.

18 DuBois С. The People of Alor. Cambridge Mass.: Harvard Univ. Press, 1944. 132 с.

19 Duijker H. C. J., Frijda N. H. National Character and National Stereotypes: Confluence. Amsterdam: North-Holl Publishing Co., 1960. 214 с.

20 Freeman D. Margaret Mead and Samoa: The Making and Unmaking of an Anthropological Myth. - Cambridge (Mass), London: Harvard University Press, 1983. 181 с.

21 Kardiner A., Linton R. The Individual and his Society. - N.Y.: Columbia Univ. Press, 1945. 283 с.

22 Kohn H. The Idea of Nationalisme. A Study in its Origins and Background. - N.Y.: The Macmillan Co., 1946. 145 с.

23 Kottak C. Ph. Cultural Anthropology. - N.Y.: Random House, 1982. 229 с.

24 MeadM. Coming of Age in Samoa. - N.Y.: New Amer. Libr., 1953. 175 с.

25 RedfieldR. Peasant Society and culture. An Anthropo-logical Approach to Civilization. Univ. of Chicago Press, 1956. 168 с.

26 Smith H. The Russians. - N.Y.: Ballantine, 1977. 706 с.