Ленинградское отделение Союза писателей в годы хрущевских реформ и его борьба за «Моральный облик» своих членов

УДК 94(47).084.9

А.В. Тюрин

Ленинградское отделение Союза писателей в годы хрущевских реформ и его борьба за «моральный облик» своих членов

В статье рассматриваются разнообразные направления деятельности Ленинградской писательской организации и её членов в годы хрущевских реформ в 19531964 гг.

На основании документов, хранящихся в Центральном государственном архиве литературы и искусства Санкт-Петербурга и Центральном государственном архиве историко-политических документов Санкт-Петербурга, периодической печати, мемуарной литературы, публицистики дана характеристика структуры организации, ее численности и руководства.

Прослеживаются контакты с печатными органами, издательствами и литературными журналами, проанализирована деятельность существовавшего при писательской организации отделения Литературного фонда. Выявлено, что деятельность Союза писателей не ограничивалась оказанием материальной помощи литераторам и решению их бытовых проблем, творческие организации отвечали в том числе за поведение своих членов и должны были его контролировать. Это касалось не только идеологии, но и бытовой сферы. В статье проведен анализ различных форм повседневной жизни, в том числе связанных с проявлениями девиантного поведения, прежде всего пьянства, рассмотрены формы борьбы за «моральный облик» писателей и меры взыскания Ленинградского отделения Союза писателей, применявшиеся к его членам.

The article is devoted to the various activities of the Leningrad writers organization and its members in the years of Khrushchev's reforms, 1953-1964 biennium.

On the basis of documents stored in the Central state archive of literature and arts of St. Petersburg and the Central state archive of historical-political documents of St. Petersburg, periodicals, memoirs, journalism, the characteristic structure of the organization, its membership and leadership. Traced contacts with the press, publishing houses and literary magazines, analyzed the activity in existing writers ' organization branch of the Literary Fund. Revealed that the activities of the Union of writers was not limited to the provision of financial assistance to writers and to solve their everyday problems, creative organization answered including for the behavior of their members and had to control it. It concerned not only ideology, but also domestic sphere. In the article the analysis of various forms of everyday life, including those associated with deviant behavior, especially drunkenness, consider the form of struggle for "moral character" writers, and penalties of the Leningrad branch of the writers' Union applied to its members.

Ключевые слова: повседневная жизнь писателей, аномия, девиантное поведение, Дом писателей, журнал «Звезда», журнал «Нева», Ленинградская писательская организация, Литературный фонд, материальная помощь, «оттепель», Союз Писателей СССР.

Key words: the daily lives of writers, anomie, deviant behavior, the House of writers, the magazine "Zvezda", the magazine "Neva" in Leningrad writers' organization, Literary Fund, "the thaw", the Union of Soviet Writers.

© Тюрин А.В., 2016

Традиционно биография и творчество писателей являются предметом изучения истории литературы. Однако в данной работе мы рассматриваем писательскую организацию с точки зрения исторической науки как один из институтов советского общества, а его членов - официально признаваемых профессиональных писателей - как одну из социальных групп, с присущими им особенностями материального положения и повседневной жизни.

В этой связи период «оттепели» представляет особый интерес. Он отмечен либерализацией литературной политики, вступлением поколения молодых писателей, начавшейся реабилитацией и переизданием писателей начала века, а отчасти и зарубежья, ростом открытости для контактов с зарубежными странами и возможностей издания иностранных авторов. Вместе с тем эти изменения оказались не столь значительными, чтобы изменить место, занимаемое писательской организацией в советском обществе. Все эти особенности проявились и в истории Ленинградской писательской организации - второй по значению в стране.

Ленинградское отделение Союза писателей СССР было создано в августе 1934 г. на Первом Всесоюзном съезде писателей. По данным документов, хранящихся в Центральном государственном архиве литературы и искусства Санкт-Петербурга, в 1958 г. в Ленинграде, жили и работали 314 членов Союза писателей (СП) [1. Л. 43]. Для сравнения можно привести следующие сведения: в 1959 г. общая численность Союза писателей СССР составляла 4801 чел. [2, ст. 112], а например, в Новгороде и в Новгородской области в 1961 г. не было ни одного члена СП [3. Л. 162].

Высшим руководящим органом отделения формально было общее собрание, проводившееся один раз в два-три года. На нем избирались правление, которое выступало руководящим органом в период между общими собраниями, и ревизионная комиссия, которая занималась наблюдением за выполнением устава и решений, принимаемых общими

^ и I и и и

собраниями; проверкой финансовой и материально-хозяйственной деятельности правления и подведомственных ему учреждений и предприятий.

В 1957 г. в правление входило 27 чел., среди которых были председатели творческих секций (Н.Л. Браун, П.Л. Далецкий), главные редакторы журналов (С.А. Воронин, В.П. Друзин), члены художественного совета студии «Ленфильм» (Л.Н. Рахманов, Б.Ф. Чирсков) и др. [4. Л. 118-119]. На заседаниях правления проходил прием в члены и кандидаты Союза писателей, слушались творческие отчёты, организовывались и утверждались командировки писателей.

С 1955 по 1965 гг. ответственным секретарем ЛОСП был Александр Андреевич Прокофьев - поэт, лауреат Сталинской и Ленинской премий

(Ленинскую премию получил в 1961 г. за сборник стихотворений «Приглашение к путешествию»).

Председатели президиумов Московского и Ленинградского отделений СП СССР, а также главные редакторы журналов «Звезда» и «Нева», утверждались и освобождались от должностей решениями президиума правления СП СССР [5. Л. 45]. Председатель Ленинградского отделения СП наряду с руководителями города присутствовал на трибуне в качестве почетного гостя во время первомайского парада на Дворцовой площади. В документах фонда Союза писателей ЦГАЛИ СПб содержится просьба о выдаче пропуска на легковую машину, принадлежащую Ленинградскому отделению СП - для проезда ответственного секретаря А.А. Прокофьева на Дворцовую площадь во время первомайского парада [6. Л. 37].

При отделении работали секции - группы деятелей искусств, объединенных профессиональными интересами или жанровой спецификой создаваемых ими произведений. На заседаниях секции проходили дискуссии по творческим вопросам, обсуждались произведения членов секции, изучался опыт коллег из других регионов; наконец, что особенно важно - распределялась материальная помощь. Руководящим органом творческой секции было избираемое её членами бюро во главе с председателем.

Существовали секции прозы, поэзии, драматургии, детской литературы, критики и литературоведения, а также комиссии - по военно-художественной литературе, по очерку, научной фантастике, по научно-художественной литературе и др.

Некоторые секции имели тесные творческие связи с другими группами художественной интеллигенции: например, драматурги - с работниками театров и киностудий. На бюро секции драматургов совместно с представителями театров обсуждались шедшие в них спектакли, с представителями «Ленфильма» - готовившиеся к выходу кинокартины.

Печатными органами Союза писателей в Ленинграде были ежемесячные литературно-художественные журналы «Звезда» и «Нева». Оба издания были ежемесячными, их совокупный тираж превышал 200 тыс. экз. «Звезда» издавалась с 1924 г., а «Нева» была создана в 1955 г. в связи с либерализацией литературной политики. Главным редактором был А.И. Черненко, с 1957 г. - С.А. Воронин. О всесоюзном значении журнала «Нева» свидетельствует, в частности, тот факт, что в нём впервые были опубликованы вторая часть романа М.А. Шолохова «Поднятая целина», романы «Братья Ершовы» В. Кочетова, «Семья Ульяновых» М. Шагинян, фантастические романы И. Ефремова «Туманность Андромеды» и «Лезвие бритвы», стихи С. Маршака, О. Берггольц. В том же, 1955 г., в Москве начали выпускаться журналы «Иностранная литература» и «Юность», в 1956 г. альманах «Дружба народов» был преобразован в журнал [7, ст. 292].

Центром литературной жизни Ленинграда был Дом писателя им. В. В. Маяковского, находившийся в бывшем особняке А. Д. Шереметева на ул. Воинова (ныне Шпалерная), 18. В нём размещались руководящие структуры и творческие секции Ленинградского отделения, проходили циклы лекций и семинары для писателей.

Помимо творческих союзов в СССР с 1930-х гг. существовала система фондов материальной поддержки лиц творческих профессий. В 1934 г. были созданы Литературный и Архитектурный фонды, в 1939 г. -Музыкальный. Отделение литературного фонда работало и в Ленинграде.

Фонд имел статус юридического лица и обладал хозяйственной самостоятельностью. Его средства формировались «из 10%-ных отчислений от доходов с издания книг, 3% от валового сбора с театральных постановок, а также прибылей от деятельности собственных хозяйственных предприятий - домов отдыха, пошивочных ателье, книжных лавок писателей» [8, с. 162]. Писатели материально находились в более выигрышном положении, чем другие деятели искусств. Исследователь Г.А. Янковская объясняет это тем, что «литературоцентризм советской культуры находил выражение в неравенстве условий финансирования творческих союзов. Если Худфонд имел право на 2-3% отчисления с вознаграждения, выплачиваемого художникам, то Литературный, Музыкальный и Архитектурный фонды получали 10%-отчисления. В Литфонд также поступало 2% от вознаграждения за каждое поставленное драматическое произведение. В результате эти организации, уступавшие Худфонду в численности в 2-3 раза, располагали средствами в несколько раз большими. Неоднократные попытки Оргкомитета СХ СССР исправить сложившуюся ситуацию заканчивались безрезультатно» [9, с. 59-60].

К основным направлениям деятельности Литфонда можно отнести:

• предоставление денежных ссуд и пособий;

• помощь в приобретении квартир;

•предоставление услуг собственного пошивочного ателье (создано в 1938 г.);

•строительство персональных дач;

•налаживание медицинского обслуживания;

• распределение путевок в санатории и дома отдыха.

Отделение Литфонда включало правление и несколько секторов.

Директором Ленинградского отделения Литфонда был Б. В. Федоренко. В архиве Ленинградского отделения Сп сохранилось письмо

A.А. Прокофьева, адресованное Директору Литфонда СССР

B.А. Тевекеляну от 22.03.1960 г. В нем дается характеристика работы Федоренко: «Б. В. Федоренко работает в должности директора с сентября 1959 г. За это время он показал себя как выдающийся организатор. С 15 января был сокращен весь аппарат Литфонда (зам. директора, зав. соц. быт. сектором и др.) и всю работу приходится вести одному. Не-

57

смотря на это в настоящее время порядка стало больше и работа сотрудников отделения проходит организованно и четко» [10. Л. 112]. В письме содержится просьба установить персональный оклад директору Ленинградского отделения Литфонда до 2 тыс. р. (должностной оклад -1 тыс. р.).

Фонд мог оказывать значительную материальную помощь. 22 ноября 1957 г. секретариат Союза писателей СССР постановил обратиться в Совет Министров СССР с просьбой о предоставлении М.М. Зощенко персональной пенсии союзного значения и выдал ему пособие в размере 5 тыс. р. за счет средств отделения Литфонда РСФСР [5. Л. 10].

В декабре 1957 г. бюро оргкомитета Союза писателей РСФСР приняло решение оказать материальную помощь вдове писателя М.А. Фромана - И.М. Наппельбаум в размере 1.500 р. [5. Л. 1].

25 июня 1958 г. оргкомитет Союза писателей РСФСР постановил оказать помощь в размере 5.000 руб. члену Союза писателей Ю.С. Рытхэу в связи с переездом из Ленинграда на постоянное место жительства в Магаданскую область, потратив ее на погашение задолженности перед Ленинградским отделением Литфонда [11. Л. 25].

Как отмечается в исследовании советского литературного быта В. Антипиной: «Оказывая серьезную материальную поддержку писателям, руководящие органы, по сути, мирились с проблемами крупных задолженностей литераторов» [12, с. 350]. Например, 9 декабря 1957 г. Ленинградское отделение Литфонда списало ссуду в размере 3 тыс. р., числившуюся за писателем И.Б. Березарком [5. Л. 2].

Таким образом, творческая организация писателей представляла собой бюрократическое учреждение с регламентированной разветвленной структурой. Она вела собственную хозяйственную деятельность и имела определенные материальные ресурсы для поддержки своих членов. Статус руководителя ленинградской организации был достаточно высок и позволял, например, присутствовать наряду с руководителями города на трибуне во время первомайской демонстрации.

Деятельность Союза писателей, безусловно, не сводилась исключительно к оказанию материальной помощи литераторам и решению их бытовых проблем. Творческие организации отвечали за поведение своих членов и должны были его контролировать. Это касалось не только идеологии, но и бытовой сферы. Устав СП предполагал возможность исключения из его рядов в случае «совершения поступков антиобщественного характера» [13, с. 10]. В этой связи остро стоял вопрос морального облика писателя и проблема пьянства.

Алкоголизм в период «оттепели» был проблемой не только для писательской среды, но и для общества в целом. Исследователи отмечают: «Люди эпохи хрущевских реформ не были трезвенниками. Выпивали в меру и не в меру все слои населения. Такой вывод можно сделать даже на основании одного документа - заметки о работе ленинградских

вытрезвителей, помещенной в "Ленинградской правде" в августе 1958 г. Газета опубликовала имена попавших в вытрезвитель с указанием имен и должностей. В списке были студенты, рабочие, преподаватели и артисты. Поэт А.М. Городницкий вспоминал, что выпивки входили в кодекс молодежного бытия 50-х гг. и являлись частью субкультуры молодых геологов и начинающих поэтов. "Все смеялись над Сашей Кушнером, когда он на мои проводы в экспедицию, - писал Городницкий, - вместо общепринятой поллитры принес торт, перевязанный голубой ленточкой"» [14, с. 259].

Традиционно массовый алкоголизм в обществе объясняется с точки зрения теории девиантного поведения. «В классической теории девиа-нтности алкоголизм связан с состоянием аномии, при котором особенно ощутимы подмеченные Мертоном жесткие ограничения доступа большей части населения к специфическим символам успеха. Реакцией на подобную общественную ситуацию в большинстве случаев является отклонение от обычных норм поведения, и виды этого отклонения различны - от откровенного бунта до ретритизма (ухода от действительности). Ретритизм выражается, прежде всего, в пьянстве и наркомании» [15, с. 25].

Однако в советском обществе пьянство не было исключительно следствием социального неравенства и невозможности самореализации для представителей низших социальных слоев, которая приводила их к злоупотреблению алкоголем. Оно входило в быт различных слоев общества, включая социально успешных представителей партийной номенклатуры и творческой интеллигенции.

С этим была связана и двойственная политика властей по отношению к этой проблеме на протяжении всего советского периода. Известный исследователь этого периода Н.Б. Лебина приходит к следующему выводу: «К концу 30-х гг. в советском обществе сформировались взгляды на норму и аномалию в сфере потребления спиртных напитков. Власти считали отклонением как абсолютную трезвость, так и алкоголизм. Эти диаметрально противоположные девиации были окрашены с точки зрения идеологических структур в политические тона и требовали насильственного искоренения. <...> в качестве нормы предлагалось утверждение и поощрение питейной традиции высших слоев советского общества, знаковым выражением которых являлась абсурдная по своему содержанию рекламная строка "пейте советское шампанское"» [15, с. 47].

При этом советское правительство было вынуждено периодически предпринимать определенные меры, направленные на борьбу с ростом потребления алкоголя. Одна из таких кампаний проводилась в хрущевское время. «Президиумом Верховного Совета РСФСР в декабре 1956 года был издан указ "Об ответственности за мелкое хулиганство", согласно которому вызывающее поведение граждан общественных ме-

стах (оскорбление, сквернословие, в том числе - пьяный кураж) наказывалось ныне прочно забытыми пятнадцатью сутками административного ареста, налагавшегося милицией, и не считалось уголовным преступлением. Тогда же были сделаны попытки ограничить широкую торговлю спиртным и поставить ее под контроль местных Советов» [16, с. 438]. Борьба продолжалась и в дальнейшем: «В декабре 1958 года было принято постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР "Об усилении борьбы с пьянством и наведении порядка в торговле спиртными напитками". Правительствам союзных республик предписывалось прекратить продажу водки в неспециализированных магазинах и в розлив - в столовых, на вокзалах, вблизи предприятий и "культурных учреждений"» [16, с. 439].

Определенные меры предпринимались и в писательской организации. Представители партийных органов регулярно обращались к руководству отделения Союза писателей в связи с распространенностью среди его членов пьянства и вызванных им антиобщественных поступков. В качестве мер воздействия прибегали к беседам, публичному осуждению на собраниях, партийным взысканиям и в качестве крайней меры - к публикациям в периодической печати.

16 февраля 1959 г. алкоголизму был посвящен доклад

A.А. Прокофьева на открытом партийном собрании по итогам XXI съезда КПСС. В нем он заявил: «Утверждение коммунистических взглядов и норм поведения происходит в борьбе с пережитками капитализма. Одним из них является пьянство. И у нас в писательской среде "зеленый змий" не убит. Несколько месяцев назад исключили из Союза на один год молодого писателя Принцева, а он не одумался - пьет напропалую... Мы кое-кому делаем выговоры, запрещаем ходить в наш писательский дом, но число нарушителей покоя стабильно» [17. Л. 35, 36].

27 марта 1957 г. на заседании партийного бюро писательской организации обсуждалось поведение члена КПСС Кичурина, который «бросает тень на партию пьянством и запоями» [18. Л. 15], и в то же время отвечает за пожарную безопасность Дома писателей и сохранность имущества. Было указано на недопустимость появления на работе в пьяном виде.

На заседании партийного бюро 24 апреля 1957 г. обсуждалось поведение руководителя литературного кружка Сазонова, который устроил дебош в столовой Дворца культуры Ижорского завода, был осужден на трое суток и заключен в Колпинском отделении милиции. Было принято решение объявить выговор без занесения в карточку [18. Л. 18].

В протоколе заседания партийной организации от 16 января 1959 г. зафиксировано обсуждение письма секретаря Курортного районного комитета КПСС «о недостойном поведении т. Мирошниченко Г.И., встретившегося в станционном буфете с сотрудником Пушкинского дома

B.И. Малышевым, который был в нетрезвом виде». Они стали читать

вслух тексты протопопа Аввакума, в которых содержались нецензурные слова. Во время обсуждения Мирошниченко дал слово не появляться на людях в нетрезвом виде [19. Л. 4].

Как замечает современный литературный критик В. Шубинский, «поражает та важная роль, которую в советской литературной жизни играл алкоголь. Конечно, русские писатели со времен Ломоносова и Сумарокова не были трезвенниками, но никогда прежде пьянство не способствовало литературной (как и любой другой, кстати) карьере. ... Причина, в общем-то, понятна: решение оргвопросов в застольной обстановке гарантировало "прозрачность" собеседника - отсутствие камня за пазухой, с одной стороны, и социальную близость, с другой. Жизнь в писательском сообществе почти обязательно предусматривала участие в застольях» [20, с. 412]. Несмотря на все прилагавшиеся усилия, пьянство занимало большое место в литературном быте эпохи, и борьба с ним со стороны писательской организации оставалась безрезультатной. Употребление алкоголя, часто неконтролируемое, было систематическим в писательской среде.

Список литературы

1. Центральный государственный архив литературы и искусства Санкт-Петербурга (ЦГАЛИ СПб). Ф. 371. Оп. 1. Д. 335.

2. Евгенов С. В. Союз писателей СССР // Краткая лит. энцикл. Т. 7. - М.: Сов. энцикл., 1967. - Ст. 110-114.

3. ЦГАЛИ СПб. Ф. 371. Оп. 1. Д. 444.

4. ЦГАЛИ СПб. Ф. 371. Оп. 1. Д. 304.

5. ЦГАЛИ СПб. Ф. 371. Оп. 1. Д. 325.

6. ЦГАЛИ СПб. Ф. 371. Оп. 1. Д. 336.

7. Дикушина Н.И. Литературные журналы и газеты // Краткая лит. энцикл. Т. 4. -М.: Сов. энцикл., 1967. - Ст. 287-292.

8. Штейндерман Э.М. «Элитфонд». О деятельности ЛО ЛФ СССР в 1930-1950-е годы // Звезда. - 2004. - № 1. - С. 53-77.

9. Янковская Г.А. Искусство, деньги и политика: Художник в годы позднего сталинизма. - Пермь: Изд-во Пермского гос. ун-та, 2007. - 312 с.

10. ЦГАЛИ СПб. Ф. 371. Оп. 1. Д. 398.

11. ЦГАЛИ СПб. Ф. 371. Оп. 1. Д. 337.

12. Антипина В. А. Повседневная жизнь советских писателей. 1930-1950-е годы. -М.: Молодая гвардия, 2005. - 408 с.

13. Устав союза писателей СССР. - М.: [Б. и.], 1956. - 21 с.

14. Лебина Н.Б., Чистиков А.Н. Обыватель и реформы. Картины повседневной жизни горожан в годы нэпа и хрущевского десятилетия. - СПб.: Дмитрий Буланин, 2003. - 344 с.

15. Лебина Н.Б. Повседневная жизнь советского города: нормы и аномалии. 1920-1930 годы. - СПб.: Журн."Нева"; ИТД "Летний сад", 1999. - 316 с.

16. Курукин И. В. Повседневная жизнь русского кабака от Ивана Грозного до Бориса Ельцина. - М.: Молодая гвардия, 2007. - 519 с.

17. Центральный государственный архив историко-политических документов Санкт-Петербурга (ЦГАИПД). Ф. 2960. Оп. 6. Д. 14.

18. ЦГАИПД. Ф. 2960. Оп. 6. Д. 8.

19. ЦГАИПД. Ф. 2960. Оп. 6. Д. 15.

20. Шубинский В. Перековка // Новое лит. обозр. - 2006. - № 79. - С. 411-415.

61

References

1. Central State Archive of Literature and Arts of St. Petersburg (TsGALI SPb). F. 371. Op. 1. D. 335.

2. Evgenov S.V. Soyuz pisatelei SSSR [Union of Soviet Writers] // Kratkaya literaturnaya entsiklopediya [Brief Literary Encyclopedia]. Vol. 7. - M.: Sovetskaya entsiklope-diya, 1967. - Columns 110-114.

3. TsGALI SPb. F. 371. Op. 1. D. 444.

4. TsGALI SPb. F. 371. Op. 1. D. 304.

5. TsGALI SPb. F. 371. Op. 1. D. 325.

6. TsGALI SPb. F. 371. Op. 1. D. 336.

7. Dikushina N.I. Literaturnye zhurnaly i gazety [Literary magazines & journals] // Kratkaya literaturnaya entsiklopediya [Brief Literary Encyclopedia]. Vol. 4. - M.: Sovetskaya entsiklopediya, 1967. - Columns 287-292.

8. Shteinderman E.M. «Elitfond». O deyatel'nosti LO LF SSSR v 1930-1950-e gody ['Fund for Elite'. The activities of the Leningrad branch of Literary Fund of the USSR in 1930-1950s] // Zvezda. - 2004. - No. 1. - P. 53-77.

9. Yankovskaya G.A. Iskusstvo, den'gi i politika: Khudozhnik v gody pozdnego stalin-izma [Art, Money and Politics: An artist during the late Stalinism]. - Perm': Izd-vo Permskogo gos. un-ta, 2007. - 312 p.

10. TsGALI SPb. F. 371. Op. 1. D. 398.

11. TsGALI SPb. F. 371. Op. 1. D. 337.

12. Antipina V.A. Povsednevnaya zhizn' sovetskikh pisatelei. 1930-1950-e gody [Everyday life of Soviet Writers. 1930-1950s]. - M.: Molodaya gvardiya, 2005. - 408 p.

13. Ustav soyuza pisatelei SSSR [Statute of the Union of Soviet Writers]. - M.: [without publisher], 1956. - 21 p.

14. Lebina N.B., Chistikov A.N. Obyvatel' i reformy. Kartiny povsednevnoi zhizni gorozhan v gody nepa i khrushchevskogo desyatiletiya [Everyman and reforms. Pictures of everyday life of the townspeople in the years of the NEP and the Khrushchev decade]. -SPb.: Dmitrii Bulanin, 2003. - 344 p.

15. Lebina N.B. Povsednevnaya zhizn' sovetskogo goroda: normy i anomalii. 19201930 gody [Everyday life of Soviet city: norms and anomalies. 1920-1930s]. - SPb.: Mag. "Neva"; ITD "Letnii sad", 1999. - 316 p.

16. Kurukin I.V. Povsednevnaya zhizn' russkogo kabaka ot Ivana Groznogo do Borisa El'tsina [Everyday life of Russian tavern from Ivan the Terrible to Boris Yeltsin]. - M.: Molodaya gvardiya, 2007. - 519 p.

17. Central Archive of Historico-Political Documents of Saint Petersburg (TsGAIPD) SPb. F. 2960. Op. 6. D. 14.

18. TsGAIPD SPb. F. 2960. Op. 6. D. 8.

19. TsGAIPD SPb. F. 2960. Op. 6. D. 15.

20. Shubinskii V. Perekovka ['Reforging'] // Novoe literaturnoe obozrenie [New Literary Review]. - 2006. - No. 79. - P. 411-415.

ПОВСЕДНЕВНОСТЬ ОТДЕЛЬНЫХ СОЦИАЛЬНЫХ ГРУПП

УДК 316.346.32-053.6; 94

И.В. Синова

Маргиналы в петербургском социуме во второй половине XIX - начале XX в.

В статье на основе социологических концепций Р. Парка, Э. Дюркгейма и Р. Мертона рассматриваются маргинальные категории населения и проявления де-виантного поведения в петербургском социуме во второй половине XIX - начале XX в.

С использованием документов, хранящихся в архиве, периодической печати, публицистики проанализированы условия, толкавшие людей к маргинальному положению в обществе, а также основные черты, присущие данной категории населения. Делается вывод, что часть общества, мигрировавшая из деревни в город в поисках работы или лучшей жизни, выступала носителем групповых идеалов, а попав в чуждую ей городскую среду и не в силах адаптироваться, находилась в пограничном состоянии из-за разнонаправленных процессов социализации человека в городе и сельской местности. Выявлены объективные и субъективные причины нищенства, показано, что среди них были не только сиротство и отсутствие возможности заработать средства на жизнь, но и нежелание трудиться. Проводится анализ правового положения проституток и отношения к ним общества, в результате которых они оказывались в категории маргиналов.

In the article based on sociological concepts of R. Park, E. Durkheim and R. Merton considered outcast categories of the population and manifestation of deviant behavior in St. Petersburg society in the second half of XIX - early XX cc.

On the base of using documents stored in archives, periodical press, magazines was analyzed conditions which pushed people to marginal status in society as well as the basic features inherent to this population category.The article considers the vision that community, who emigrated from the rural areas to the city in search of work or a better life, a bearer of group ideals, and once in a completely alien to them urban environment and not being able to adapt, to be in the border state of divergent processes of socialization in the city and rural areas.Were revealed objective and subjective causes of begging, showed that among them were not only orphancy, lack of work and opportunities to earn a living, but also unwillingness to work. The article analyzes the legal situation of prostitutes and the attitude of the society to them which was transformed prostitutes into the category of outcast.

Ключевые слова: маргиналы, аномия, нищенство, проституция, трудовая миграция, отходничество, девиантное поведение, Врачебно-полицейский комитет.

Key words: misfits, anomie, begging, prostitution, labour migration, deviant behavior, Medical-police Committee.

© Синова И.В., 2016