Архитектура церквей Южного Урала второй половины XIX-начала XX вв.

Архитектура

УДК 72.03

КолобаеваТ. В.

Архитектура церквей Южного Урала второй пололовины XIX - начала XX вв.

Статья посвящена архитектурным особенностям культовой архитектуры Южного Урала второй половины XIX - начала XX вв. Автором выявлены характерные черты архитектуры культовых зданий этого периода, рассмотрены композиционные решения церквей, а также приведены описания храмов.

Ключевые слова: собенности архитектуры каменных православных храмов Южного Урала второй половины

XIX - начала XX вв., стилизаторство, эклектика, классицизм, стилеобразование.

KOLOBAEVA Т. V.

ARCHITECTURE OF TEMPLES IN SOUTH URAL OF THE XIX - EARLYXX CENTURIES

The article is devoted to the architectural features of religious architecture in South Ural second half of the XIX -early XX centuries. The author reveals the characteristic features of architecture of religious buildings of this period. The article deals with composite solutions ofchurches, as well as the descriptions of the temples.

Keywords: building of the first wooden churches in South Ural, erection of stone churches, features of architecture of wooden and stone orthodox temples in South Ural of the XIX - early XX centuries.

Колобаева Татьяна Валерьевна

старший преподаватель кафедры графики ЮУрГУ

E-mail: kafedragrafiki@ mail.ru

До недавнего времени архитектура второй половины XIX - начала

XX вв. России рассматривалась относительно односторонне. В отечественной науке конца 1950-1960-х гг. при рассмотрении архитектуры этого периода придерживались в основном функционально-конструктивного подхода и меньше всего внимания уделяли содержательным основам стилистики. Это объяснялось конкретными историческими условиями, в которых работали ученые. Специфика советской идеологии не позволяла в полной мере раскрывать содержание художественных приемов и форм эклектики как интересного художественного явления. Сочетание различных стилей в эклектике связывали с исчезновением архитектурных закономерностей, подчинявших второстепенные элементы главному, и трактовали как утрату композиции как таковой, декомпозицию архитектуры.

Определение архитектурного стиля XIX в. как эклектического впервые дано в 1837 г. Н.

В. Кукольниковым на страницах «Художественной газеты». Термин тогда не имел оттенков неодобрения или пренебрежения, больше того, он произносился с гордостью. Автор с удовлетворением констатировал: «стиль нашего времени - эклектический», а через несколько лет подтвердил свое мнение высказыванием: «Один из высочайших периодов развития русского зодчества - наше время», т. е. 30-40-е гг. XIX в. [1, с. 38].

На современном этапе развития российской науки большинство исследователей придержи-

ваются точки зрения, согласно которой в период преобладания классицизма с конца 1820-х по 1890-е гг. появлялись архитектурные направления, включавшие в себя элементы эклектики.

По мнению теоретика архитектуры Е. И. Кириченко, в эклектике можно различить два этапа - романтизм и историзм. В культурных центрах России зарождение эклектики совпадает с ее первым этапом - романтизмом, приходящимся на 1800-1810-е гг. Стремление к зримому выражению в облике православных храмов национальной идеи, национальной принадлежности восходит к самому началу XIX века. В 1820-1840-е гг. одновременно сосуществовали такие направления как классицизм и романтизм. На период с конца 1820-х по 1840-е гг. в Центральной России приходится время зрелости романтизма. В 1850-1860-е гг. происходит угасание романтизма и начальный этап развития историзма. Эта фаза эклектики достигает полноты своего развития в 1870-1890-е гг. [2, с. 132].

Содержательные основы эклектики и классицизма были различны. Государственная этика классицизма представляла долг гражданина как служение государству. Характерные для архитектуры классицизма каноны - соподчиненность, иерархичность структурно-образной системы определяли и представляли в широком и профессиональном сознании типологические признаки высокой культуры, олицетворяли совершенство, гармонию, спокойствие. Направленность классицизма на «вечные», вневременные эстетические ценности, на идеал и порядок, «стремление к строгости и величавости противостояли дис-

Ил. 1. Булэи, церковь Покрова (1886-1894), фото Ю. К. Барского

гармонии окружения, суете, тревоге за будущее» [3, с. 55].

Бытующей этике была противопоставлена этика служения народной гражданственности. Духовный подъем и патриотическое движение в российском обществе были связаны с важными для страны событиями: войной 1812 г., восстанием декабристов, кризисом государственной системы - просвещенного абсолютизма, зарождением капиталистических отношений. Новые этические ценности изменили традиционную художественную ориентацию архитектурных кругов. Демократические и национально-патриотические воззрения российских философов определили пути развития искусства, ориентируя его на русское Средневековье. Зодчие, воодушевленные патриотическими идеями, видели новые типы архитектурного творчества в переосмыслении и прямом заимствовании архитектурных форм прошлых веков. Наследие прошлого и его обновление стало мыслиться источником современного архитектурного стиля. Культовые здания национальных культур Средневековья со времен романтизма были символом и олицетворением высших социально-этических ценностей времени - народности и национальности.

Историзм характеризуют два основных явления: стилизаторство и эклектизм, соединившие в себе разнородные и разновременные элементы конструкций и декора русской и европейской архитектур.

С начала XIX в. российские зодчие были увлечены поисками национальной самобытности архитектуры. Обращение к определенным стилевым традициям русского Средневековья привело к появлению стилизаторства и «русского стиля». Суть стилизаторства заключалась в применении составных частей одного стиля, определенного конкретными временными и территориальными границами. Точное воспроизведение единства стиля, единообразие стилеобразующих форм не являлись главной целью для зодчих, были лишь средством воплощения их представлений о современной им архитектуре середины XIX в.

Другому направлению историзма характерен стилевой синтез, в котором представлялось возможным равнозначно соединять элементы любых стилей. Примечательно, что зодчие могли применять любые формы прошлого и в любых сочетаниях. Важность значения единства стиля здесь утрачивается. Свободное заимствование форм архитектуры прошлого

отождествлялось со свободой самовыражения личности, разрушением сословных перегородок.

Стилевые направления историзма зиждились на структурных тектонических и пропорциональных приемах архитектуры классицизма. Классические принципы композиционных построений и некоторые элементы декора имели место в проектах зодчих, не использовавших ордер, и применялись ими довольно часто. В церквях периода историзма ясно прослеживается симметрия композиций планов и фасадов, восходящая к ордеру. Тектоника и пропорции ордерных композиций обнаруживаются в построении фасадов многих южноуральских церквей.

1830-е гг. отмечены появлением «русско-византийского* направления историзма, связанного с именем зодчего К. А. Тона. В 1838 г. вышел первый альбом образцовых церквей работы К. А. Тона. «В 1841 г. пользовавшееся особенным покровительством императора Николая I стро-

ительство храмов в русском стиле приобрело обязательность закона» [5, с. 225]. Альбом состоял из 15 проектов, представлявших планы и фасады одиннадцати церквей, одной колокольни, двух иконостасов и часовни. В качестве образцов предлагались чертежи построенных и принятых к постройке зданий. В их число входили храм Христа Спасителя в Москве, церковь Екатерины у Калинкина моста в Санкт-Петербурге, церковь Введения лейб-гвардии Семеновского полка в Санкт-Петербурге, Петра и Павла в Петергофе и др. Шесть проектов из одиннадцати образцов имели пятиглавое завершение.

На разных этапах развития культового зодчества в Оренбургской губернии сосуществовали предшествующие стилистические традиции и новые веяния эклектики. Новые стилевые предпочтения не влекли за собой «одновременного и полного вытеснения прежних» [2, с. 134].

Ил. 2. Кыштым, церковь Рождества Христова (1867), фото! В. Колобаевой

Широко использовались образцовые проекты «русского» стиля для строительства южноуральских сельских церквей. Можно отметить, что пропорции объемов и частей храмов, их декоративное оформление, несмотря на взятый за основу один и тот же образец, весьма различались (Дмитриевская церковь с. Алабуга (1850), церковь в с. Селезян (II половина XIX в.), церковь Рождества Христова д. Дема-рино (проект 1882 г.), Богородицкая церковь с. Беликуль (1848), церковь Петра и Павла пос. Великопетровского (1857-1861), Свято - Симеоновский собор г. Челябинска (1873-1881) и др.).

Поисками нового стиля активно занимались ведущие зодчие Санкт-Петербурга и Москвы. Ведущие столичные мастера создали храмы, ставшие лучшими образцами нового стиля. Эти проекты в качестве образцов доставлялись в Оренбургскую іубернию. Наряду с ними на Южном

Урале возводили храмы, сочетавшие в себе элементы нескольких архитектурных стилей, что объясняется неоднородностью, многосоставнос-тью южноуральского общества и его сознания. При строительстве церкви артель строителей могла привнести некоторые изменения в пропорции и декор культового здания.

Рост национального самосознания возродил ведущую роль храмового зодчества. Церкви, построенные в духе национального Средневековья, оставаясь культовыми постройками, представлялись «храмами нации» и уподоблялись сакральным ценностям Средневековья. Церкви в «русском стиле» становятся символом нации и национальной культуры.

Одной из составляющих южноуральского культового зодчества периода историзма было строительство храмов в «кирпичном» стиле. Церкви в «русском» и кирпичном стилях декорировались деталями, характерными для русского средневековья XVII в.: кокошниками, арочками, колоннами с «дыньками», разного рода лепным декором, повторявшим мотивы каменного узорочья. Превратившись в чистое украшательство, декор церквей эклектики утратил характерные для классицизма простоту и видимую симметричность. Новаторство эклектики ограничивалось лишь внешней составляющей архитектурной формы.

Парадокс состоит в том, что от обилия декора сооружения эклектики не становятся наряднее, напротив, утрачивают ее (например, церковь Святой Троицы (конец XIX в.) в с. Кособродка).

В облике некоторых южноуральских храмов периода историзма соединены декоративные элементы русского средневековья и формы византийской архитектуры (с. Бул-зи, церковь Покрова Богородицы (1886-1894).

Содержательно - идеологическая функция церквей полнее всего выражалась в храмах-памятниках, мемориальных сооружениях нового типа, совмещающих в себе памятник, музей и храм.

Если сравнивать с центральными районами, в Оренбургской губернии, новые стилистические веяния несколько запаздывали. Однако некоторые культовые сооружения в стиле историзма появились здесь одновременно со столичными. Церковные здания стилей классицизма и эклектики сооружались в разных частях губернии в разные периоды. Новые веяния воспринимались как мода, т. е. с внешней стороны.

Южноуральские храмы середины XIX в. имели планировки следующих типов: «корабль», ротонда, крестообразный, квадратный (кубовидный), прямоугольный план. Кубовидные церкви часто завершались пятигла-

Ил. 3. Грачевка, церковь Александра Невского (1885), фото Т. В. Колобаевой

вием. На архитектуру южноуральских церквей этого периода оказывали влияние типовые проекты, что подтверждается самими памятниками и их старыми фотографиями. Пятиглавая церковь во имя Святого Благотворителя Александра Невского (1855) с. Грачевка Оренбургской области кубовидного типа, имеет явное сходство с церковью Благовещения (1843-1844) лейб-гвардейского конного полка в Петербурге, выполненную К. А. Тоном. Оно прослеживается в формах и пропорциях кубовидных объемов храмов, венчающих их центральных восьмигранных барабанов, их шатровых покрытиях, и в элементах декора. Церковь Благовещения имеет более сложный план и форму профилей четырех опорных столбов, на которые поставлен центральный восьмигранный барабан.

Церковь Александра Невского имеет размеры основного объема 20,94 х 21,45 м.

Четыре главы меньшего размера квадратного плана опираются на наружные стены храма и упомянутые столпы интерьера. Все пять глав покрыты средней стрелы подъема восьмигранными шатрами. План церкви имеет центрическую композицию с двумя осями, по которым размещаются три входных проема, а с востока полуцилиндр апсиды. Порталы входов представлены перспективными полуциркульными арками. Архивольты, повторяя их формы, плавно по вогнутой дуге заглубляются в плоскости стен. На уровнях пят арок и середине вертикальных стоек порталов проходят сдвоенные тяги-пояски, повторяя выпукло-вогнутый профиль архивольтов. Плоскости фасадных стен разделены на три прясла прямоугольными лопатками, среднее из которых в два раза шире боковых. Верхняя часть каждого прясла завершена щипцом. Полуцилиндр алтаря выполнен в ширину среднего прясла и покрыт необычной трехщипцовой кровлей. В оформлении западного фасада применяются элементы готики, две декоративных стрельчатых арки помешены в портале входа с круглым окном над ними. Общая для арок пята, не имея опоры, заканчивается гирькой. В северном и южном порталах имеется по разделяющей их тонкой плоской колонне.

Для южноуральских культовых зданий в «русском стиле» из-за наслоений элементов других стилей особенно характерен эклектичный образ. Здесь появились своеобразные разновидности культовых зданий, соче-

тавшие в себе декоративные элементы барокко и классицизма, классицизма с русским Средневековьем, русского стиля с барокко и «византийским» стилями. Эти наслоения, нередко имея под собой классическую основу, делали культовые постройки особенно интересными и необычными (барокко и классицизм в «проекте существующей в Симском заводе церкви Дмитрия Солунского» (1826), церковь Иоанна Предтечи г. Катав-Ивановска (1824), церковь Введения г. Миньяра (1819)).

Представления о культовой архитектуре Южного Урала периодов до и после классицизма, как времени господства всеобъемлющей стилевой общности, вероятно, являются заблуждением. Распространение стилей классицизма и эклектики в разных частях региона проходило неравномерно, было далеким от единообразия, отличалось разнохарактерностью. В этом наблюдалось отличие распространения стилевых направлений историзма на Южном Урале с начальным этапом становления и распространения здесь барокко. Первые проекты деревянных и каменных церквей для постройки в южноуральских крепостях были разработаны зодчими Санкт-Петербурга в стиле барокко. Позднее зодчие Петербургского направления проектировали проекты церквей классицизма1 (церковь Алексеевская с. Репьевка Оренбургской обл. (1839); церковь Покрова (1835) с. Кардаилово Оренбургской области).

Появление в Оренбургской губернии культовых зданий эклектики относится к середине XIX в. Облик южноуральских церквей периода историзма определяли художественный вкус зодчего и предпочтения, материальное благосостояние государственных чинов и жителей поселений. Эти социальные причины объясняют неравномерность распространения направлений эклектики и ее этапов в пределах губернии. Культовая архитектура этого времени представлена сложными сочетаниями разных по стилистике элементов декора и объемных форм. «Русский стиль» и барокко образуют оригинальный сплав, представляя своеобразный архитектурный феномен, запечатленный в некоторых южноуральских церквях середины XIX в.

1 Альбом «Собрание планов, фасадов, и профилей для строения каменных церквей...», выполненный ректором Академии художеств по архитектуре А. А. Михайловым и архитектором И. И. Шарлеманем, был выпущен в Санкг-Пе-тер бурге в 1824 г. Здесь помещалось 30 проектов церквей в стиле классицизма и один проект колокольни.

Этапы формирования стилевых направлений историзма столичного культового зодчества и центральных городов России во второй половине XIX - начале XX вв. по времени редко совпадали с аналогичными этапами в южноуральском культовом строительстве. Например, классицизм господствовал в период становления большинства градостроительных композиций поселений Южного Урала, и их генеральные планы, в отличие от городов центральных районов России, создавались по принципам именно этого стиля.

Заключение

Культовая архитектура эклектики на Южном Урале интересна многообразием сочетаний ее стилевых направлений. Сохранившиеся храмы направления эклектизма, несмотря на значительность разрушений и потери декора, количественно преобладают над церквями других стилей. Многие из них до сего времени остаются главными градоформирующими доминантами поселений.

Список использованной литературы

1 Кириченко Е. И. Русская архитектура 1830-1840-х годов. М., 1982.

2 Архитектурное наследство. Вып.36. Русская архитектура / ВНИИ теории архитектуры и градостроительства ; под ред. Н. Ф. Гуляницкого. М., 1988.

3 Хайт В. Л. Классика навсегда!? // Проблемы Российской архитектурной науки: сб. науч. тр. членов отделения архитектуры РААСН.

С. 54-57.

4 Оренбургские епархиальные ведомости. Оренбург, 1902.

5 Русское градостроительное искусство. Градостроительство России середины XIX - начала XX века / ВНИИ теории архитектуры и градостроительства ; под общей ред. Е. И. Кириченко. М., 2001.

Ил. 4. Великопетровка, церковь Петра и Павла (1857-1861), фото Т, В. Колобаевой