Половой и возрастной состав гоголей Bucephala clangula на зимовке в черте Иркутска в 2013 году

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2013, Том 22, Экспресс-выпуск 883: 1441-1445

Половой и возрастной состав гоголей Bucephala clangula на зимовке в черте Иркутска в 2013 году

И.В.Фефелов, А.И.Поваринцев

Игорь Владимирович Фефелов, Александр Игоревич Поваринцев. НИИ биологии ФГБОУ ВПО «Иркутский государственный университет», а/я 24, 664003, Иркутск. E-mail: u000438@ic.isu.ru

Поступила в редакцию 9 мая 2013

Исток и верхнее течение реки Ангары — ключевая орнитологическая территория международного значения, где происходит интенсивная миграция водоплавающих и околоводных птиц и остаётся на зиму несколько десятков тысяч уток (Мельников 2000; Important areas... 2004). В настоящее время здесь сформировались две «холодные» зимовки уток: природная в истоке Ангары с нижележащей акваторией и зимовка антропогенного происхождения — участок Ангары от Иркутской ГЭС примерно до Ангарска. Эти два места зимовки находятся на расстоянии более 40 км одно от другого и разделены замерзающим на зиму Иркутским водохранилищем. На втором участке во второй половине зимы основная часть уток (порядка 70%) концентрируется в его верхней части, в черте города Иркутска, на участке реки длиной 1115 км, особенно в морозные зимы с продолжительными ледовыми зажорами ниже города (Фефелов и др. 2008).

Более 90% зимующих уток составляют гоголи Bucephala clangula. Среди птиц, зимующих в истоке Ангары, в 1984-1992 годах зарегистрирована значительная доля молодых особей - 42-49%, а среди взрослых особей 57% составляли самцы. В суровые зимы за счёт повышенной смертности самок доля самцов к концу зимовки увеличивалась, и общее соотношение самцы/самки могло достигать 4.3:1 (Мельников 2012) На остальных участках зимовок в верхнем течении Ангары доля молодых птиц в тот период была выше, составляя 3/4 всех гоголей, а среди взрослых птиц самцы составляли всего 25-32 %; к концу зимовки общее соотношение самцы/самки за счёт более благоприятных условий даже в суровые зимы увеличивалось лишь до 1.32:1 (Там же).

Результаты наших наблюдений зимой 2008/09 года ниже Иркутской ГЭС значительно отличались: они показали низкую численность молодых особей (порядка 4% всех птиц) и преобладание взрослых самцов (около 85% всех птиц) (Поваринцев, Фефелов 2011). Однако не вполне ясно, насколько эти результаты репрезентативны, на что справедливо указывает Ю.И.Мельников (2012). Поэтому зимой 2012/13 года были проведены специальные учёты полового и возрастного состава гоголей, результаты которых приводятся ниже.

Материал, методы и методические замечания

Кроме ежегодных учётов зимующих уток в черте Иркутска, для определения половозрастного соотношения гоголей между 14 января и 13 марта 2013 было проведено 9 учётов на различных участках Ангары в черте Иркутска в пределах 9 км от ГЭС (район нижнего бьефа ГЭС — самое многочисленное скопление уток, район Студгородка, бульвар Гагарина и устья реки Иркут). Использовалась зрительная труба 20-60х, а также фото- и видеосъёмка фотокамерой Canon EOS 60D с телеобъективом с фокусным расстоянием 100-400 мм. Всего осмотрено 5263 особи, в том числе 1798 - единовременно у нижнего бьефа ГЭС 2 февраля 2013. Из них у 2387 гоголей удалось точно определить и половую, и возрастную принадлежность. Поскольку не все учёты проводились одновременно на разных участках зимовки, то некоторая часть птиц неизбежно была учтена повторно ввиду их перемещений в пределах зимовочной акватории, но это компенсировано большой выборкой.

Наиболее лёгким оказывается определение доли взрослых самцов: они наиболее заметны в сравнении с тёмными самками или молодыми, которые при наличии волнения на реке недоучитываются (Мельников, Щербаков 1990), а признаки самцов распознаваемы с большой дистанции. Более сложно выявить молодых самцов, поскольку зимой они линяют из ювенильного оперения в комбинированный весенний наряд. В течение зимовки среди молодых самцов доля особей с уже обозначившимся светлым пятном в основании клюва постепенно возрастает. Тем не менее, наблюдения 2013 года показывают, что даже в апреле до 30% молодых самцов ещё имеет целиком тёмную голову, и отличить их от самок в данных условиях можно лишь по линьке оперения туловища (возможно, даже не всегда), а половые различия в размерах недостаточно информативны. Это требует хороших условий наблюдения. Ещё сложнее различить молодых и взрослых самок, т.к., чтобы рассмотреть окраску вершины клюва, необходимо ещё большее приближение птиц; окраска верхних кроющих крыла заметна лишь в полёте, но в середине дня после полудня, когда проводились учёты, если уток не вспугивают, они перелетают редко.

В целом численность гоголей на зимовке в 2012/13 году на основном незамерзающем участке Ангары (Иркутская ГЭС — пос. Боково, 12-15 км) составила не менее 8520 особей (на 22 февраля 2013, во время замерзания акватории от Боково вниз до окрестностей станции Суховская), а в основном районе концентрации у нижнего бьефа ГЭС число птиц достигало 4360 (на 15 января 2013).

Условия зимовки в 2012/13 года не относились к экстремальным, но зима была холодной. В конце октября произошло раннее наступление морозов, ниже средней была температура в феврале и марте, а особенно — в декабре. Иркутское водохранилище и верхняя часть Братского водохранилища замёрзли в обычные для холодных зим (не экстремальные) сроки. В результате формирования ледовых зажоров ниже Иркутска основная зимовочная акватория ниже Иркутской ГЭС, хотя и не достигала минимальных значений (10-12 км в длину), но на период с января по март сократилась до 15-18 км вместо более обычных 22-25 км. В то же время нижний фрагмент открытой воды от станции Суховская до устья реки Китой всю зиму имел достаточно большую длину (около 20 км). Однако на нём зимует не более 510% гоголей иркутско-ангарского участка.

Результаты и выводы

Заметных различий в активности кормодобывательного ныряния между самцами и самками гоголя в феврале не выявлено. По видео-

материалам исследовано две группы кормящихся гоголей (одна — из 10 взрослых самцов и 11 самок, проведено 22 подсчёта птиц, находящихся на поверхности; вторая — по 8 взрослых самцов и самок, 28 подсчётов). В первой группе под водой в момент подсчёта находилось в среднем 31% самцов и 38% самок, во второй, кормящейся более активно,— 55% самцов и 47% самок. Различия показателей между полами статистически незначимы. Поэтому можно считать, что данный фактор в условиях наших наблюдений не приводит к значительному смещению полового соотношения при учётах.

Доля взрослых самцов от общего количества гоголей составляла в разных учетах от 48 до 69%. Взрослых самок было 12-34%, молодых самцов, как правило, 9-11%, молодых самок — 10-12%. По суммированным результатам учётов взрослые самцы составили 52.9%, взрослые самки 27.6%, молодые самцы — не менее 9.5%, молодые самки — не более 11%. В последнюю группу могли попасть и медленно линяющие молодые самцы, слабо отличающиеся от молодых самок (см. выше); их доля могла составлять около 1% от всех гоголей. Общее соотношение самцы/самки оказалось равным 1.7:1. При учёте максимального числа птиц за один раз фотографическим методом 2 февраля 2013 самцы составили 904 из 1798 (50.2%) при соотношении взрослые/молодые 609/28. Остальные особи были самками и молодыми самцами (у 79% тёмных особей не удалось точно определить и возраст, и пол); среди самок с распознанным возрастом соотношение взрослые/молодые составило 55/137). Скопления с подавляющим преобладанием молодых особей, тёмных особей или взрослых самцов наблюдались лишь изредка и были невелики, не превышая 80 особей (в целом в таких скоплениях насчитано 180 особей от общего числа учтённых). Поэтому значительного выборочного смещения половозрастного соотношения за счёт таких скоплений не предполагается.

Хотя в прошлые годы специальных учётов половозрастного состава не проводилось, в грубом приближении зимовка 2012/13 года не выглядела сильно отличающейся от предыдущих зим. Данные о меньшей численности молодых птиц зимой 2008/09 года (Поваринцев, Фефелов 2011) могут быть связаны с меньшей выборкой на фоне неравномерного распределения мест учёта (430 особей, не был охвачен нижний бьеф ГЭС), хотя не исключено существование и межгодовых флуктуации численности разных половых и возрастных групп.

Таким образом, специальные учёты 2013 года показали, что численность взрослых самцов гоголя во второй половине зимовки ниже Иркутской ГЭС была вдвое выше численности взрослых самок. Это, вероятно, связано с межполовыми различиями в пространственных перемещениях взрослых особей в послегнездовой период и, в отличие от истока Ангары (Мельников 2012), не является следствием повы-

шенной смертности самок на данном участке в зимний период. Последнее подтверждается отсутствием различий в активности ныряния между самцами и самками (если бы у самок были энергетические проблемы, то самки, вероятно, кормились бы интенсивнее самцов). Селективная смертность самок или молодых птиц в первой половине зимовки, т.е. до начала учётов, маловероятна, так как в этот период и площадь открытой воды, и запасы кормов больше, чем в феврале-марте. В целом, по данным Ю.И.Мельникова (2012), зимняя смертность уток в данном кластере зимовки невелика (до 26%), а гибель по естественным причинам ещё меньше, т.е. значительно ниже, чем в истоке Ангары.

Ниже Иркутской ГЭС доля молодых особей гоголя в 2013 году оказалась значительно меньше, чем их доля, зарегистрированная ранее (Мельников 2012). Маловероятно, что соотношение «0.7 молодых на взрослую самку» соответствует результатам размножения. Так как водохранилища Ангары замерзают в ноябре, а Байкал - в январе, часть птиц к началу зимовки попадает вверх по Ангаре на Байкал и может в результате остаться в истоке Ангары, повышая тем самым долю молодых в этом кластере зимовки. Но можно полагать, что значительная доля молодых гоголей проявляла поведение дальних мигрантов и зимовала в более удалённых регионах. Если это так, то наши данные по Ангаре согласуются с тем, что известно для других регионов: самцы гоголя зимуют значительно севернее самок, молодые птицы, напротив, южнее самок (Nilsson 1969; Glutz von Blotzheim, Bauer 1992; Boreal Songbird Initiative 2012), а самки и молодые особи осенью мигрируют в более ранние сроки, чем самцы (Nilsson 1970).

На ангарских зимовках присутствует и несколько сотен больших крохалей Mergus merganser (так, на 22 февраля 2013 на участке от Иркутской ГЭС до Боково учтено 264 особи). В крупных скоплениях этого вида у нижнего бьефа ГЭС и в устье Иркута 15 марта 2013 учтено 56 взрослых самцов и 87 тёмных особей, среди которых, судя по различиям в размерах, были и взрослые самки, и молодые птицы. У большого крохаля, очевидно, половозрастные диспропорции на зимовке менее выражены, чем у гоголя.

Если обнаруженная нами ситуация типична для последних лет, а в истоке Ангары в настоящее время половозрастное соотношение зимующих гоголей не отличается от наблюдавшегося 20-25-лет назад, то можно уверенно полагать, что формирование зимовочных скоплений на Байкале и в бассейне Ангары проходит по-разному. В этом случае Байкал представляет собой более привлекательную или более эффективную «тепловую ловушку» для гоголей, которые по тем или иным причинам не улетели в более тёплые регионы. Это и должно быть причиной более выровненных половых и возрастных пропорций. В то же время условия формирования зимовки по Ангаре весьма вариа-

бельны, причём в не меньшей степени, чем условия самой зимовки ниже Иркутской ГЭС. Именно с периодом формирования зимовки может быть связана разность половозрастного соотношения между настоящим временем и периодом 20-летней давности. В частности, имели место очевидные различия в гидрологической обстановке (значительно более высокие уровни воды в Байкале и расходы Ангары в середине-конце 1980-х и начале 1990-х годов, чем сейчас) и климатические изменения. Доля взрослых самцов, в частности, может определяться сроками и локализацией линных миграций и размещением линных скоплений в Предбайкалье.

Исследования 2013 года частично поддержаны грантом РФФИ 12-04-31229 мол_а и программой стратегического развития Иркутского государственного университета на 2012-2016 годы.

Литер атур а

Мельников Ю.И. 2000. Холодные зимовки водоплавающих и околоводных птиц в верхнем течении Ангары: современный статус, состояние и охрана // Рус. орнитол. журн. 9 (109): 16-20.

Мельников Ю.И. 2012. Избирательная элиминация самок гоголя Bucephala clangula на «холодных» зимовках в верхнем течении р. Ангары (Восточная Сибирь) // Изв. Иркут. ун-та. Сер. Биол. Экол. 2: 32-43. Мельников Ю.И., Щербаков И.И. 1990. Особенности зимнего учёта водоплавающих птиц в истоке р. Ангары // Ресурсы животного мира Сибири: Охотничье-промысловые звери и птицы. Новосибирск: 38-40. Поваринцев А.И., Фефелов И.В. 2011. Влияние погодной и ледовой обстановки на формирование зимовки водоплавающих птиц в верхнем течении Ангары // Разнообразие почв и биоты Северной и Центральной Азии. Улан-Удэ, 2: 90-91. Фефелов И.В., Рябцев В.В., Тупицын И.И. 2008. Численность зимующих уток в верховьях Ангары в 2000-х гг. // Казарка 11 (1): 92-106. Glutz von Blotzheim U., Bauer K. 1992. Handbuch der Vögel Mitteleuropas. Bd. 3, Entenvögel (Teil 2). Wiesbaden: 1-505. Nilsson L. 1969. The migration of the Goldeneye in northwest Europe // Wildfowl 20: 112-118. Nilsson L. 1970. Local and seasonal variation in sex-ratios of diving ducks in South Sweden

during the non-breeding season // Ornis scand. 1, 2: 115-128. Important areas in Asia: key sites for conservation / S. Chan et al.