О необходимости разработки теоретических основ формирования смешанной хозяйственной системы в условиях России и ее идеологического обоснования

3. Граница Ю.В. Отложенные налоги и их роль в прогнозировании показателей результатов деятельности предприятий на основе индивидуальной финансовой отчетности / Ю.В. Граница // Экономика, предпринимательство и право. - 2018. - Том 8. - № 4.

4. Засько В.Н., Сулейманов Д.Н. Разумные налоги - главное условие возрождения реального сектора экономики России / В.Н. Засько и др. // Российское предпринимательство. - 2014. - Том 15. - № 24. - С. 115-119.

5. Каширина М.В., Колосова А.А. Особенности использования инструментов обеспечения обязанности по уплате налогов и сборов / М.В. Каширина и др.// Российское предпринимательство. - 2017. - Том 18. -№ 6. - С. 1015-1027.

Крылова А.Д.

студент

Финансовый университет при Правительстве РФ

Липецкий филиал Мазикина А.А.

Студентка

Финансовый университет при Правительстве РФ

Липецкий филиал Макаров И.Н. к. э. н., доцент

Финансовый университет при Правительстве РФ

Липецкий филиал

О НЕОБХОДИМОСТИ РАЗРАБОТКИ ТЕОРЕТИЧЕСКИХ ОСНОВ ФОРМИРОВАНИЯ СМЕШАННОЙ ХОЗЯЙСТВЕННОЙ СИСТЕМЫ В УСЛОВИЯХ РОССИИ И ЕЕ ИДЕОЛОГИЧЕСКОГО ОБОСНОВАНИЯ

Аннотация. Первые исследования, посвященные тематике государственного управления экономическим развитием, появились еще в XIX веке в трудах классиков экономической мысли. Однако в трудах И.Х. Ансоффа, Э.Б. Ат-кинсона, Ф. Бастиа, С.Н. Булгакова, Дж.М. Кейнса, К. Маркса, А. Маршалла, К. Менгера, Дж.Ст. Милля, Ж.Б. Сэя, Дж.Ю. Стиглица, Й.А. Шумпетера, а также отечественных экономистов и государственных деятелей С.Ю. Витте, П.А. Столыпина, Г.В. Плеханова, отношения государства и бизнеса рассматривались почти исключительно в контексте различий частного и государст-

венного секторов экономики, анализа необходимых границ присутствия государства в экономике и его влияния на экономические процессы [1-25].

Однако, на наш взгляд, отечественными и зарубежными авторами недостаточно проанализирована проблематика, связанная с общественно-значимым характером значимости стратегических отраслей промышленности как производственного базиса устойчивого функционирования социально-экономической системы, в том числе в контексте обеспечения безопасности ее функционирования, что придает процессам развития данных отраслей характер общественного блага, а также с экономическими основами, обуславливающими необходимость разработки идеологического базиса формирования подобной системы.

Ключевые слова: патернализм, смешанная система, индикативное планирование, реиндустриализация.

Krylova A.D.

student

Financial University under the Government of the Russian Federation

Lipetsk branch Mazikina A.A. student

Financial University under the Government of the Russian Federation

Lipetsk branch Makarov I.N.

Ph.D. in Economics, associate professor Financial University under the Government of the Russian Federation, Lipetsk branch

ON THE NEED TO DEVELOP THE THEORETICAL FOUNDATIONS OF THE FORMATION OF A MIXED ECONOMIC SYSTEM IN RUSSIA AND ITS IDEOLOGICAL JUSTIFICATION

Abstract. The first studies on the subject of state management of economic development appeared in the 19th century in the works of the classics of economic thought. However, in the writings of I.Kh. Ansoffa, E.B. Atkinson, F. Bastia, S.N. Bulgakov, J.M. Keynes, K. Marx, A. Marshall, C. Menger, J.St. Millja, J.-B. Say, J.Yu. Stiglitz, J.A. Schumpeter, as well as domestic economists and statesmen S.Yu. Witte, P.A. Stolypin, G.V. Plekhanov, the relations of state and business were considered almost exclusively in the context of the differences between the private and public sectors of the economy, the analysis of the necessary limits of the state's presence in the economy and its influence on economic processes[1-25].

However, in our opinion, domestic and foreign authors have insufficiently analyzed issues related to the socially significant nature of the importance of strategic industries as the production basis for the sustainable functioning of the socio-

economic system, including in the context of ensuring the safety of its operation, which gives the development processes of these industries the nature of the public good, as well as the economic fundamentals that necessitate the development of an ideological b the formation of a similar system.

Key words: paternalism, mixed system, indicative planning, re-industrialization.

Введение.

В последние десятилетия в мировой экономической науке практически полностью утрачен интерес к анализу хозяйственных систем, построенных на основе директивного планирования. Проблематика возникновения и конструирования смешанных хозяйственных систем, сочетающих директивные и индикативное планирование и рыночные методы хозяйствования совокупно с развитием проектного управления в мировой экономической науке практически не исследуется, что, в значительной степени, определяется идеологическим доминированием «мейнстрима» и структурой неформальных институтов западного общества [1-25]. Однако преобладающий патерналистический характер отечественного общества и практики хозяйствования в сочетании с кризисным состоянием и существенной структурной деформацией отечественной экономики формирует запрос на развитие эффективных систем государственного управления, что и определяет актуальность данного исследования.

Анализируя частные и общественные продукты - блага - с позиции обеспечения экономического развития, Д.Ю. Миропольский приходит к выводу, что производство общественных продуктов эффективнее осуществляется в плановой системе, а соответственно, для постиндустриального общества в связи с увеличением роли человеческого фактора в экономическом развитии и сдвиге основного вектора потребления из сферы материальных продуктов в сферу услуг характерна существенно большая доля общественных продуктов в общей структуре производства и совокупного спроса общества, что связывается, в первую очередь, с повышением спроса на услуги системы образования, науки, включая результаты фундаментальных исследований, здравоохранения, и служб общественной безопасности, как следствие существенного повышения уровня угроз общественной безопасности [16].

Таким образом, по мере усложнения структуры общества для обеспечения воспроизводства человеческого капитала страны с требуемыми параметрами (ресурс «труд», «информация», «креативная способность») обществу необходимо наращивать потребление частных и смешанных благ.

А, в свою очередь, особенностью рыночной экономики, как отмечает Дж.К. Гэлбрейт, как раз является недопроизводство подобных благ [9].

При этом, наличие индивидуальной полезности у смешанного блага предполагает, что возможно установление цены для индивидуального пользователя за потребление блага. Вместе с тем, наличие социальной полезности может привести к тому, что в случае переложения на плечи индивидуального потребителя всех издержек по производству смешанного и смешанного коммунального блага (то есть -фактического делегирования функции производства этих благ частному сектору экономики) вследствие недооценки блага индивидуальным потребителем, равновесный объем его потребления может оказаться ниже порога социального оптимума. Соответственно, если объем производства смешанного и смешанного коммунального блага оказывается ниже социального оптимума, для удовлетворения потребности общества с целью обеспечения его социально-экономического развития требуется вмешательство государства, создающее основу для государственного управления экономикой.

Тем не менее, в процессе формирования доминирующей парадигмы экономической теории и экономической политики, как можно заключить по логике мышления, прослеживающейся в трудах основоположников и/или приверженцев соответствующей школы и направления (от А. Смита и К. Маркса, до Ф.А. фон Хайека, М. Фридмана, Я. Корнаи и Д. Норта), большинство исследователей a priori исходит из этико-философских концепций и представлений о социальной справедливости, господствующих в среде и времени, к которым принадлежит исследователь [1-25]. Но проблема заключается в том, что времена изменились, а вместе с ними, еще раз отметим, изменилась и структура благ, необходимых обществу для его полноценного развития.

Да, в качестве основных достижений представителей и последователей классической школы политической экономии, которые до сих пор актуальны при исследовании современных социально-экономических процессов и явлений мы выделяем концепцию факторов производства (Д. Рикардо), теория спроса и предложения (Дж. Ст. Милль), теория производительного труда и «теория наслаждения» (С. де Сис-монди). Концепция ограниченных ресурсов, которая легла в основу формирования понятия «экономикс», и необходимость выявления и учета субъективных ценностей и потребностей экономических агентов (А. Маршалл) также, несомненно, должны быть учтены при проведении социально-экономических исследований, тем более, когда

предметом данных исследований выступают явления, в процессе формирования и развития которых ресурсная обеспеченность и субъективные предпочтения экономических агентов играют определяющую роль.

Именно наличие неидеального - в том числе - ограниченно рационального, поведения хозяйствующих субъектов, ненулевых транзакци-онных издержек и, в ряде случаев, существенных внешних эффектов, определяет, по мнению сторонников новой институциональной теории, протекание большинства реальных хозяйственных процессов.

При этом тезис о наличии ненулевых экстерналий и транзакцион-ных издержек имеет существенное теоретико-методологическое значение, поскольку он определяет необходимость наличия внешних с позиции рынка институтов, способных преодолеть неэффективность рыночного саморегулирования.

Но при этом, в процессе экономического анализа, результаты которого должны послужить основой формирования экономической политики, просто необходимо учесть выводы, которые были получены представителями немецкой исторической школы, в частности, концепцию хозяйственных порядков Вальтера Ойкена и разработанные им подходы к построению системы управления экономикой [20].

А построение новой системы управления экономикой в современной России просто необходимо.

В настоящее время отечественная экономика находится в весьма проблемном состоянии, обусловленным, прежде всего, значительным структурным дисбалансом, фактической деградацией промышленного базиса и искажением институциональной структуры, выражающимся, главным образом, в отсутствии институтов и механизмов «автоматического» регулирования отраслевой структуры хозяйствования.

Однако, еще более важным является отсутствие адекватного теоретического обоснования разработки программ реиндустриализации экономики.

Опыт экономического развития Советской России убедительно доказал несостоятельность плановой системы директивного управления экономикой. Причем данная несостоятельность проявилась по-разному в различных секторах экономики.

Во времена «ударной» (по выражению О.С. Сухарева) модернизации экономики СССР, развитие затронуло, главным образом, стратегически значимые отрасли экономики, так или иначе связанные с обеспечением обороноспособности и военного потенциала страны, то есть, обеспечивающие производство общественного блага.

Данный тип экономической модернизации можно назвать исторически присущим российскому государству. Как отмечает Р.М. Нуреев, «движимое главным образом военными интересами, государство в России становится главным агентом модернизации экономики, органом, отвечающим за экономический прогресс в стране» [19, с. 73].

Соответственно, «поскольку экономическое развитие, таким образом, вызывалось острой военной необходимостью, - писал А. Гершен-крон, - оно двигалось резкими толчками: убыстрялось, когда военная необходимость усиливалась, и замедлялось, когда необходимость ослабевала» [19, с. 75].

Вместе с тем, особенностью подобного характера модернизации экономики является то, что существенного прогресса в отраслях, производящих смешанные и частные блага, за исключением системы образования и здравоохранения (и то, главным образом в период СССР), как правило, не наблюдалось.

Соответственно, по уровню качества, комфортности и продолжительности жизни, уровню гражданской и политической свободы, экономической свободы, жизни СССР существенно уступал другим цивилизованным странам.

Вместе с тем, как можно заключить по многочисленным интервью (по телевидению и в других средствах массовой информации) с эмигрировавшими учеными, предпринимателями, представителями творческой элиты, большинство из них уехало из СССР в поиске более комфортной жизни, включающей больший уровень экономической и политической свободы, большую возможность самореализации. Это позволяет сделать вывод, что СССР проиграл гонку не только вооружений, но и, что более существенно, гонку «качества жизни» и возможностей личного роста (самореализации). Отсюда следует неизбежный вывод, что модернизация социально-экономической системы России должна вестись в направлении повышения возможностей для самореализации наиболее творческой, активной и креативной части отечественного общества, включая формирование эффективных социальных лифтов, укрепления прав собственности и расширения экономической свободы индивидуумов, повышения общего качества жизни.

По мнению Ф.А. фон Хайека, «частичное планирование приводит к определенным проблемам, и центральный орган попытается решить эти проблемы с помощью все большего расширения своей власти (что, собственно, и происходило на протяжении нескольких периодов советской истории). Следовательно, чтобы влиять на распределение доходов или ограничить производство некоторых товаров, необходимо

все больше подавлять экономическую свободу, без которой, по мнению Хайека, невозможно ни политическая свобода, ни существование справедливости» [21, с. 68].

К аналогичным же выводам приходит и Д. Миропольский: в случае инновационной модернизации экономики, основанной на жестком экономическом планировании, Россия заявит себя на мировом рынке «не как рыночный конкурент, а опять как страшный тоталитарный монстр. Левиафан, пожирающий права и свободы своих граждан» [16, с. 500].

В данном случае, помимо отмеченного Ф.А. фон Хайеком и Д. Миропольским противоречия, между ростом экономики в целом за счет внедрения плановой системы и угнетения индивида (личности), за счет ограничения его прав (первоначально, права на экономическую свободу, на собственность, а, в конечном итоге, как свидетельствует опыт России, Германии, Италии прошлого века, - и на политическую свободу и вообще права на жизнь) - то есть формирования неэтичной и социально несправедливой политико-социально-экономической системы, возникает еще ряд вопросов:

1. Какие именно сферы экономики может модернизировать подобный подход.

2. Насколько отдельный индивидуум (личность) в бытовом и личностном плане (в аспекте увеличения возможностей личного и социального роста, самореализации) будет заинтересован в подобной модернизации.

3. Насколько подобная политика этически совместима с крайним индивидуализмом, которым отличается большинство отечественных представителей современного креативного класса.

4. Какие меры стимулирования способны заставить современного представителя творческой в первую очередь - научной и технической -элиты работать продуктивно в условиях возрождения плановой системы.

В капиталистической экономике основными (наиболее существенными) стимулами творческой и трудовой активности человека могут выступать следующие факторы:

1. Возможность личного обогащения - финансовые стимулы.

2. Возможность проведения исследования по субъективно интересующей исследователя тематике - сей фактор, как свидетельствует история науки (в частности биографии Сократа, Диогена, Коперника, Спинозы и многих других) очень важен для творческой элиты.

3. Возможность получения известности в профессиональном сообществе и обществе в целом.

В связи с этим возникает вопрос о том, какие из перечисленных стимулов может обеспечить плановая система, функционирующая в рамках институциональной матрицы «власть - собственность», основанная на этико-философской концепции коллективизма.

Как известно из истории, в СССР, как и во многих иных обществах, функционирующих в рамках системы «власть - собственность» (древние восточные тирании, дореволюционный Китай), существенным фактором обеспечения ускоренной модернизации и стимулом к интенсивной трудовой деятельности значительной части населения служила система карательных органов (НКВД, система лагерей). Однако в современной России попытка внедрить подобную систему «мотивации», с весьма высокой вероятностью, приведет к резкому оттоку наиболее квалифицированных кадров. Волна эмиграции из Советского Союза, в ходе которой после падения «железного занавеса» из страны эмигрировали сотни тысяч кандидатов и докторов наук (главным образом, востребованных естественно-научных специальностей) явственно об этом свидетельствует.

Таким образом, наряду с вопросом неэтичности и социальной справедливости, фундаментальным является вопрос кадрового обеспечения инновационной модернизации, основанной на внедрении «системы жесткого планирования».

И здесь необходимо учитывать, что если в конце 19 и на протяжении значительной части 20 века на процесс модернизации существенное влияние (положительное и отрицательное) оказывали аспекты российской народной ментальности, исторически предопределенные многолетним доминированием системы «власть - собственность» (менталитет крестьянской общины, включавший круговую поруку и поддержку членам данной общины (по свидетельству историком и социологов, оказывал существенное влияние на развитие капиталистических отношений в Царской России, но практически полностью уничтожен в эпоху военного коммунизма и последующего доминирования административно-командной системы в СССР); патриотические настроения, роль которых была особенно существенна в 20-50е годы прошлого века; высокий уровень идеологизированности общества в постреволюционный, предвоенный и военный период отечественной истории прошлого века), то в настоящее время отечественная действительность дает основание заключить, что в ментальности российского общества происходят значительные изменения.

Возможно, и, вместе с тем наиболее вероятно, что пройдет не одно десятилетие, необходимое для разрушения ментальных установок,

сформированных среди большинства российского общества в эпоху СССР и в эпоху криминальной трансформации экономики последних полутора десятилетий двадцатого века и формирования этической системы, характерной для рыночной экономики и развитого гражданского общества.

Мы полагаем, что в рамках становления нового типа общества -информационного общества - отмеченное противоречие между данными ценностными позициями (ценностная модель коллективизма (соборности), все еще характерная для значительной части российского общества и система «власть - собственность», специфика особенно все еще явно проявляется в периферийных регионах и малых городах России, и противостоящая ей ценностная модель индивидуализма и система «частная собственность») будет возрастать с ростом количества людей, исповедующих новые ценности (капитализма и индивидуализма), и может снизиться лишь с уходом из активной жизни представителей ряда поколения отечественного общества (носителей «советских» ценностей и людей, чьи взгляды на жизнь сформировались в эпоху криминального передела собственности). При этом, для представителей креативного класса, как наиболее ценной составляющей современного общества, как можно судить по интервью представителей данного класса в средствах массовой информации и личному общению автора с представителями оного класса, характерен ярко выраженный примат индивидуальных ценностей.

Данные трансформации ментально-этических установок отечественного общества необходимы для формирования рыночного менталитета населения и развития гражданского общества, в котором доминируют ценности социальной справедливости, здорового индивидуализма, гражданской и экономической свободы, частной собственности, неприкосновенности личной жизни и иных прав человека.

Парадигма соборности и народности, доминировавшая среди представителей отечественной «интеллигенции», прежде всего гуманитарных направлений деятельности, в 19 веке, как можно заключить не только по результатам социологических исследований, но и по результатам общения автора с представителями творческой интеллигенции (прежде всего, в возрасте до 40 лет - то есть самом креативном, творческом и трудоспособном возрасте), среди собственников и управляющих средним и малым бизнесом, морально и ментально неприемлема для большинства представителей современного креативного класса [17].

Более того, согласно результатам ряда экономических и социологических исследований, проведенных в последние десять лет, значи-

тельная часть «среднего класса» и «креативного класса» в долгосрочной перспективе не воспринимают Россию в качестве страны постоянного проживания [17]. Соответственно, возрождение плановой системы вместе с сопутствующей ей системой идеологического и уголовного принуждения, наиболее вероятно, способно лишь усилить стремление данных индивидуумов покинуть данную страну.

Данные выводы полностью согласуются с наблюдаемой автором работы действительностью.

Вместе с тем, отечественный опыт рыночных реформ также показал крайне высокие риски свободного рынка, развивающегося в отечественной институциональной среде.

Рыночная экономика высокоэффективна при наличии соответствующей институциональной среды, включающей систему формальных и неформальных институтов, включая неформальные институты, связанные с культурой конкуренции, заключения и выполнения контрактов, наличие и особенности формирования которых обуславливаются длительной историей развития рыночной экономики в западном мире и которые фактически отсутствуют в отечественной хозяйственной реальности.

Именно важность наличия подобных институтов и механизмов убедительно показал опыт экономических реформ последнего десятилетия прошедшего века, что было признано Милтоном Фридманом, отметившем, что при отсутствии характерных для развитых экономик институциональных структур механизмы рынка не будут достаточно эффективными.

Как следствие, в современных условиях функционирования отечественной экономики, характеризующихся искажением институциональных структур, обеспечивающих равновесие в странах развитой рыночной экономике, для осуществления реиндустриализации необходимо активное вмешательство государства на основе разработанной политики стратегического развития отраслей промышленности.

Мы выдвигаем гипотезу, предполагающую возможность формирования системы планово-рыночной экономики, в которой на макроуровне план выступает системной доминантой, предприятия стратегических отраслей, функционируют на основе прямого государственного управления, новые производства создаются с использованием инструментария государственно-частного партнерства, формируется национальная система проектного управления, а рынок выступает системной доминантой на микроуровне, и примесной составляющей на макроуровне, позволяя реализовывать предпринимательские инициативы, повышая интеграль-

ную эффективность экономики, при идеологической доминанте иерархического капиталистического (либо, как варианта - формирующего в настоящее время в нашей стране наследно-бюрократического) типа устройства общества (в чем принципиальное отличие от хозяйственной системы СССР). При этом необходимо также исключить идеологическое неприятие различных типов собственности.

Если мы вспомним отечественную историю НЭП и присутствия иностранных концессий, то увидим, что фактическим основанием возникновения большинства конфликтов, существенно влиявших на конечную эффективность большинства концессий были идеологические разногласия между политизированной массой рабочих и инженерно-управленческой интеллигенцией, происходившей, как правило, из приличного общества или приехавших из-за рубежа. При этом, как правило, инициатива конфликта происходила именно из рабочей массы подобных совместных предприятий, что, несомненно, являлось следствием постреволюционных представлений, приводивших к укоренившейся в умах представителей рабочей массы переоцененности собственной значимости.

Научная гипотеза авторов состоит в том, что в условиях существенного структурного дисбаланса отечественной экономики в целях ускоренной реиндустриализации необходимо развитие национальной централизованной системы управления развитием отечественной промышленности, функционирующей на принципах проектного управления, проектного финансирования и государственно-частного партнерства, позволяющей обеспечить строительство и последующую эксплуатацию новых предприятий стратегических отраслей промышленности, что, в свою очередь, должно послужить базисом роста остальных сфер хозяйствования. Однако, система государственно планирования должна разделять методы планирования и управления на:

- Директивные элементы: главным образом, касающиеся отраслей (предприятий отраслей), составляющих производственно-технологический базис отечественной промышленности в рамках доминирующего и наступающего технологических укладов;

- Индикативные элементы, касающиеся остальных отраслей, производящих продукцию группы «А»;

- Институционального и конкурентного управления, касающиеся производств группы «Б» и сферы услуг (что необходимо для создания условий, способствующих развитию отечественного бизнеса).

Соответственно, авторская концепция предусматривает развитие трехуровневой (макроуровня, мезоуровня, микроуровня) системы го-

сударственного директивного и индикативного планирования, способной эффективно функционировать в условиях значительного частного сектора экономики при наличии различных форм индивидуализированной частной собственной без национализации основной части имеющихся производств (как это было в советский период истории).

Заключение.

Развитие систем индикативного планирования и проектного управления на данный момент представляет ценность для общества и экономики, прежде всего, потому, что оно позволяет консолидировать ресурсы, относящиеся к различным отраслям экономики, территориям и сферам деятельности, для решения общественно-значимых проблем и осуществлять, таким образом, производство необходимого объема опекаемых благ с оптимальным уровнем издержек - то есть его ценность связана с достижением необходимой эффективности функционирования территориальной, региональной и отраслевой - мезо-уровневых - подсистем национальной экономики посредством использования ГЧП.

Поэтому в данный момент крайне необходима разработка теоретических основ концепции социально-экономического развития на основе регулируемой планово-рыночной экономики, которая будет осуществляться на базе необходимости соблюдения прав человека, включая его право экономической свободы, индивидуализированного права собственности для обеспечения социальной справедливости и этичности экономического роста, где будет сформулировано понимание социального развития в смешанной хозяйственной системе, исходя из концепции социальной справедливости и соблюдения концепции прав человека (личности), а также личности как высшей ценности и ее развития как высшей цели социально-экономического развития.

Список литературы

1. Ackoff R.L. Concept of Corporate Planning. // New York: Wiley-Interscience 1970. - 158 р.

2. Kornai J. Ten Years After The Road to a Free Economy: The Author's Self-Evaluation // Annual World Bank Conference on Development Economics / Washington: World Bank, 2001. - P. 49-66.

3. Scherer F.M. Industrial Market Structure and Economic Performance // Chicago: Rand-McNally. 1980. Р. 482.

4. Shepherd W.C. The economics of industrial organization // Prentice Hall. 1988. Р. 498.

5. Shiller R.J. Capitalism and Financial Innovation. Financial Analysis Journal, 2013, vol. 69, issue 1, pp. 21-25.

6. Акофф Р.Л. Планирование в больших экономических системах / Р.Л. Акофф. - М.: Советское радио, 1972. - 224 с.

7. Ансофф И. Новая корпоративная стратегия / И. Ансофф. - СПб: Питер Ком, 1999. - 416 с.

8. Аткинсон Э.Б. Лекции по экономической теории государственного сектора: Учебник / Э.Б. Аткинсон, Дж. Ю. Стиглиц. - М.: Аспект Пресс, 1995. -832 с.

9. Гэлбрейт Дж.К. Экономика невинного обмана: правда нашего времени / Дж.К. Гэлбрейт. - М.: Издательство «Европа», 2009. - 88 с.

10. Корнаи Я. Размышления о капитализме / пер. с венг. О. Якименко; научн. ред. Д. Расков. - М.: Издательство Института Гайдара, 2012. - 352 с.

11. Корнаи Я. Честность и доверие в переходной экономике / Я. Корнаи // Вопросы экономики. - 2003. - № 9. - С. 4-17.

12. Маркс К. Сочинения / К. Маркс, Ф. Энгельс. - М., 1962.

13. Маркс К. Сочинения / К. Маркс, Ф. Энгельс. - М., 1962.

14. Маркс К. Теории прибавочной стоимости / К. Маркс, Ф. Энгельс // Сочинения. М., 1962. - Т. 26. Ч. 1. - 477 с.

15. Мизес Л. Фон. Человеческая деятельность: трактат по экономической теории / Людвиг фон Мизес. - Челябинск: Социум, 2012. - 878 с.

16. Миропольский Д.Ю. Основы теоретической экономики: Учебник для вузов. Стандарт третьего поколения. / Д.Ю. Миропольский, И.А. Максимцев, Л.С. Тарасевич. - СПб.: Питер, 2014. - 512 с.

17. Нечушкин А.Ю. Групповой эгоизм в российском обществе: социологический анализ: Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора социологических наук / А.Ю. Нечушкин. - Ростов-на-Дону, 2007. - 60 с.

18. Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики / Д. Норт. - М.: Фонд экономической книги «Начала», 1997. -180 с.

19. Нуреев Р.М. Россия: особенности институционального развития / Р.М. Нуреев. - М.: Норма, 2009. - 448 с.

20. Ойкен В. Основы национальной экономики: Пер с нем. / Общ. ред. В.С. Автономова, В.П. Гутника, К. Херрманн-Пиллата. - М.: Экономика, 1996. -351 с.

21. Углов Д.В. Дискурс социальной справедливости как фактор формирования общества делиберативной демократии: монография / Д.В. Углов; под ред. Л.П. Станкевича. - Тамбов-Липецк: Изд-во Першина Р.В., 2011. - 179 с.

22. Хайек Ф.А. Пагубная самонадеянность / Ф.А. Хайек. - М.: Новости, 1992. - 302 с.

23. Хайек Ф.А. Познание, конкуренция и свобода: Антология сочинений / Ф.А. Хайек. - СПб.: Пневма, 1999. - 287 с.

24. Ходжсон Дж. Привычки, правила и экономическое поведение / Дж. Ходжсон // Вопросы экономики. - 2000. - № 1. - С. 39-55.

25. Ходжсон Дж. Экономическая теория и институты: Манифест современной институциональной экономической теории / Дж. Ходжсон. - М.: Дело, 2003. - 403 с.

Кудряшов В.С.

к. э. н., директор проектов научно-исследовательской лаборатории россиеведения,

евразийства и устойчивого развития Северо-Западного института управления РАНХиГС при Президенте РФ г. Санкт-Петербург

МЕЖДУНАРОДНАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ИНТЕГРАЦИЯ:

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ И МИРОВАЯ ПРАКТИКА

Аннотация. В статье раскрыты этапы экономической интеграции в Содружестве Независимых Государств (СНГ), которые привели к формированию Евразийского экономического союза (ЕАЭС). В результате сформулирован вывод о том, что формирование ЕАЭС, как и Союзного государства России и Беларуси, является логическим продолжением усилий по многоуровневому и разноскоростному углублению интеграции в рамках СНГ. Вследствие этого успех ЕАЭС способен оказать необходимый демонстрационный эффект и создать реальную экономическую основу для возрождения забытой идеи углубления интеграции в СНГ, подтолкнуть осторожный, последовательный и эволюционный переход от зоны свободной торговли к экономическому союзу стран СНГ.

Ключевые слова: международная экономическая интеграция, ВТО, СНГ, ЕАЭС, торговые соглашения, экономическое сотрудничество.

Kudryashov V.S.

PhD in Economics, director of projects research laboratory of Russian studies, eurasianism and sustainable development of Northwest institute of management of a RANEPA under the

President of the Russian Federation St. Petersburg

INTERNATIONAL ECONOMIC INTEGRATION: THEORETICAL ASPECTS AND WORLD PRACTICE

Abstract. The article reveals the stages of economic integration in the Commonwealth of Independent States (CIS), which led to the formation of the Eurasian economic Union (EAEU). As a result, it is concluded that the formation of the