К вопросу о территориальном распределении стагнирующих городов РСФСР в 1960-1980-е годы

лой степени коренятся в не вполне адекватном выборе уровня дискуссии и в не вполне адекватном использовании понятийного аппарата, - и речь здесь может идти о проблеме корректного культурного перевода.

С другой стороны, сама эта неконкретность может быть объяснена недостаточной зрелостью русской мысли, которая не умела называть вещи своими именами и не смогла этому научиться отчасти просто потому, что не прошла школы свободного, не подцензурного, не эзоповского слова, гласного обсуждения. Время Александровских свобод и пре-рбразований позволило начать эту работу, но не позволило ее завершить. Нерасчлененность идей, надуманные споры вокруг спекулятивных конструкций, амбивалентность, возможность легких переходов от «левого» радикализма к «правой» реакции сохранились надолго в качестве основополагающей характеристики русской мысли.

Трудное вживание в современность

С. А. Баканов

Москва

К вопросу о территориальном распределении стагнирующих городов РСФСР в 1960-1980-е годы

Начавшаяся в конце XIX в. вместе с очередным витком модернизации урбанизация России не окончилась до сих пор. Она означала не только постепенную концентрацию населения и производства в городах, но фактическое превращение России из страны сельской в страну городскую. Начиная с 30-х гг., урбанизационный процесс принимал всё более необратимый характер, и к 1959 г. более половины населения РСФСР проживала в городах. Перепись населения 1989 г. показала, что уже две трети населения СССР являются горожанами, а по РСФСР этот показатель был ещё выше и составил три четверти населения. Таким образом, 1960-1980-е гг. являются весьма важным этапом в переходе России к городскому обществу1. Более всего в этот период выросли большие и крупные города, в среднем на 180%, в то время, как средние и малые - только на 68% и 26% соответственно. Значительный ряд малых городов перешёл в категории средних и больших городов, а многие рабочие посёлки получили статус города (с 1959 по 1989 г. появилось 167 новых городов).

Однако обнаруживается и другая тенденция: из 1024 поселений РСФСР, имевших в 1989 г. статус города, 122 (12%) практически не выросли с 1959 г., а в 49 из них произошло сокращение населения более чем на 10%. Были и города, население которых сократилось в два раза (Липки, Кизел, Заозёрный) и даже на две трети (Артёмовск). И это на фоне шагающей семимильными шагами урбанизации! Такое падение прироста населения явно говорит о стагнации или даже о депрессии в развитии этих городов.

Анализ данных Всесоюзной переписи населения 1959 г. позволил определить, какие категории городов, исходя из численности их населения, были наиболее подвержены стагнации2. Прежде всего, можно констатировать, что подавляющее большинство стагнирующих городов относятся к категории малых, с населением до 50 тыс. жителей (92,7%). Только 9 городов являются средними и большими. 17 (13,9%) - это мелкие городские поселения с населением менее 10 тыс. жителей, которые реально давно утратили городские черты, но сохранили статус города. Наиболее многочисленна группа городов, население которых в 1959 г. насчитывало от 10 до 20 тыс. жителей - 50 городов (40,9%). Городов с 20- 30 тыс. и 30-50 тыс. жителей насчитывалось соответственно 27 (22,1%) и 19 (15,5%). Таким образом, наиболее уязвимыми оказались города с населением от 10 до 20 тыс. жителей. 17% из них в РСФСР в 1960-1980-е гг. не развивались. Эта категория является самой многочисленной и среди городов, население которых за 30 лет сократилось более, чем на 10% (23 города). В следующих за ней категориях (20 - 30 тыс. и 30 - 50 тыс. жителей) таких городов соответственно 14 и 7. А вот мелких городов здесь только 2, так же, как и средних. Следовательно, в наибольшей степени депрессия затронула города, население которых в 1959 г. составляло от 10 до 30 тыс. жителей (см.табл.).

Распределение стагнирующих городов по экономическим районам РСФСР и числу жителей в 1960-1980-е гг.3

Экономические районы РСФСР Категории городов по числу жителей, тыс.

до 10 10-го 2030 3050 50100 от 100. Всего

Не развивалось городов

Европейская часть РСФСР 11 26 6 4 1 - 48

Уральский регион 1 10 11 9 3 1 35

Сибирь и Дальний Восток 5 14 10 6 2 2 39

Всего в РСФСР 17 50 27 19 6 3 122

из них потеряло более 10 % населения

Европейская часть РСФСР - 8 1 1 - - 10

Уральский регион - 7 7 4 2 1 21

Сибирь и Дальний Восток 2 8 6 2 - - 18

Всего в РСФСР 2 23 14 7 2 1 49

Вызывает интерес и специфика распределения неразвивающихся городов по территории страны. 60% из них расположено в восточной части РСФСР - на Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке, где находится лишь 34% всех городов РСФСР. В то же время городов, потерявших более 10% своего населения, здесь сосредоточено 39 из 49, т.е. более 80%. Особенно сильно на общероссийском фоне выделяется Уральский экономический район (13,5% от всех городов РСФСР), где находится почти треть (28%) всех стагнирующих городов России и свыше 40% городов, потерявших более 10% своего населения. Из 139 городов Урала, имевших этот статус в 1989 г., 35 городов (25%) стагнировали, а 21 из них (15%) потеряли более 10% населения. Такой серьёзной ситуации не было ни в одном другом регионе РСФСР. Так, все экономические районы Сибири и Дальнего Востока имели всего 39 стагнирующих и 18 теряющих население городов, т.е. от 212 сибирских городов это составляло 19,3% и 8,4% соответственно. А все экономические районы европейской части РСФСР, сосредоточившие 65,7% всех российских городов (673 города), имели только 48 неразвивающихся городов, лишь 10 из которых теряли население. Специфика Урала видна также, если посмотреть на то, города каких категорий здесь оказались в состоянии стагнации, В отличие от других регионов здесь нет значительного числа мелких городов. По числу проблемных городов с населением от 10 до 20 тыс. жителей Урал находится на одном уровне с европейскими и восточными экономическими районами РСФСР. При этом наблюдается явный перевес Урала по городам полусредним (от 30 до 60 тыс. жителей) и средним (от 50 до 100 тыс. жителей); незначительно он опережает и по городам с населением от 20 до 30 тыс. жителей.

Итак, специфической чертой Урала является то, что здесь в стагнации пребывали города большей людности, нежели в других экономических районах, и то, что депрессией было охвачено значительно большее число городов, чем в целом по стране. Причины стагнации российских городов и отдельно городов Урала требуют самостоятельного изучения, как и причины стагнации российских городов в целом. Однако уже сейчас ясно, что их изучение будет невозможным без учёта региональной специфики процесса развития городов. В этом отношении Урал является регионом, в котором эти тенденции проявились наиболее отчетливо.

Примечания

1 См.: Сенявский A.C. Российский путь к городскому обществу в контексте модернизационных процессов//Урал. ист. вестн. Екатеринбург: УрОРАН, 2000. № 5-6.

2 См.: Население СССР: по данным Всесоюзной переписи населения 1959 г. / Госкомстат СССР. М.: Финансы и статистика, 1960.

3 Таблица составлена на основе данных справочника «Численность населения российских городов 1897-1992 гг.» (Ярославль. ЯГПУ, 1995).

J.Grützmacher

Tübingen

Die ВАМ als Mythos und öffentliche Inszenierung

Zwischen 1974 und 1984 waren im ganzen Land die Zeitungen und Zeitschriften voll mit Berichten von der Bajkal-Amur-Magistrale (ВАМ), Fernsehen und Rundfunk hatten eigene Korrespondentenstäbe, es gab Briefmarken und Plakatwettbewerbe, Kunstausstellungen und Gesangsfestivals, Theaterstucke und Romane zur ВАМ. Der Bau der ВАМ war ein Projekt, das sich zu einem großen Teil in und für die Öffentlichkeit abgespielt hat, ein öffentlich inszeniertes Projekt.

Diese öffentliche Inszenierung der ВАМ hatte klar mythische Zuge. Im Gegensatz zu «normaler» Propaganda greift der Mythos über die (vorgeblich) empirische Wirklichkeit hinaus und verleiht seinem Gegenstand Transzendenz. Mythen schaffen durch die unmittelbare, uberzeitliche Seinsbegrundung der Gegenwart Legitimation, ihnen kommt «rechtfertigende Beglaubigung und Begründung der Realitatzu» (Karl Gabriel). Sie prägen die Orientierung in der Realität und können, weil sie sich bildhafter, symbolischer Kommunikation bedienen, auf Bewusstseinsschichten wirken, die rationaler Argumentation weniger zuganglich sind. Oer BAM-Mythos wurde in rituellen Praktiken (z.B. Feiern) eingeübt und verstärkt.

Ich will kurz einige Elemente dieses Mythos nennen:

a) Sibirien als Schatzkammer, die unermessliche Reichtümer beherbergt; die ВАМ als der Schlüssel dazu

b) Die symbolische Kraft des BAM-Mythos: Es war kein Zufall, dass gerade die ВАМ zum zentralen Inszenierungsprojekt der Breznev-Ära wurde und nicht etwa die Erschließung der westsibirischen Öl- und Gasfelder. Letztere war zwar wirtschaftlich bedeutender, aber symbolisch war sie der ВАМ unterlegen. Mit der Eisenbahn als Symbol ließ sich vieles verbinden: Eisen und Stahl, geballte Technik, Kraft und Energie, Durchdringung und Überwindung des Raums, Ferne, Fortschritt, Dynamik usw,

c) Die ВАМ als «стройка всенародная»: Jedes Arbeitskollektiv hatte seine Pflichten für die ВАМ zu leisten - sogar die Fischkutter im Atlantik. Man schuf das sogenannte Patenschaftssystem («шефство»): Jede Unionsrepublik sollte eigene Arbeitskollektive an die ВАМ schicken, die dann alle ihren Abschnitt ubernahmen und eigene Siedlungen bauen sollten. Die ВАМ wurde so zum Abbild einer multiethnischen Sowjetunion.

d) Die ВАМ als Bewährungsprobe, als Schule des Lebens: Die Widrigkeit der Verhältnisse, die Große und Schwierigkeit der Aufgabe sollte den jungen Menschen die Chance geben, an diesen Aufgaben zu wachsen und zu reifen.

e) Die ВАМ als Brücke von der Vergangenheit in die Zukunft: Die ВАМ wurde in alle «heiligen« heldischen sowjetischen Traditionen eingeordnet: Sie wurde in eine Reihe gestellt mit der Revolution den scheinbar großen Arbeitserfolgen der frühen Sowjetunion (Magnitka, DneproGES, Bratsk, KamAZ usw.). Sie wurde propagiert als neue große Front, als Surrogat des Krieges, die die UdSSR vor eine mit dem Zweiten Weltkrieg vergleichbare Herausforderung stellte.

Zugleich sollte die ВАМ in zukünftige, bessere Zeiten fuhren, Sie galt als Meilenstein auf dem Weg in den Sozialismus. Am deutlichsten wurde dies in den Zivilisationsfantasien der Planer, die propagierten, dass der Bau der ВАМ ein von menschlicher Kultur und Zivilisation weitgehend unberührtes, rückständiges Gebiet mit einem Schlag in die Moderne katapultieren würde.

Ernst Cassirer hat zwischen echten und gemachten Mythen unterschieden. Wie bei den meisten politischen Mythen der Neuzeit handelt es sich auch bei der ВАМ um einen Mythos, der nicht zuletzt von bestimmten Personengruppen mit bestimmten Interessen lanciert und gefordert wurde. Man könnte also genauer auch von einem Pseudomythos sprechen.