Субинститут родительства в современных семейных системах

Социология и социальная работа Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского, 2014, № 2 (34), с. 118-123

УДК 316.1

СУБИНСТИТУТ РОДИТЕЛЬСТВА В СОВРЕМЕННЫХ СЕМЕЙНЫХ СИСТЕМАХ

© 2014 г. З.Х. Саралиева

Нижегородский госуниверситет им. Н.И. Лобачевского zara@fsn.unn.ru

Поступила в редакцию 11.04.2014

Анализируются роль родительства в семейном взаимодействии, типология родительства и тенденции его трансформации.

Ключевые слова: семейное взаимодействие, родительское ядро, типология родительства, проблемы детско-родительских отношений.

Критерии оценки детско-родительского взаимодействия можно выстраивать по разным основаниям. На наш взгляд, интегрирующим показателем является уровень социальной адап-тированности как составляющей процесса социализации ребенка. Известный рубеж для первичного замера - адаптационный багаж, с которым приходят в школу первоклассники. Социологические и социально-психологические исследования последних лет (см., например, [1-3]) показывают, что почти 2/3 первоклассников имеют различные проблемы адаптированности. Проявляется это в отсутствии сформированных навыков самоконтроля и самодисциплины, в отношениях со сверстниками, с учителями, в отношении к школьному режиму, в поведении и общении.

Речь идёт о дефиците практического освоения социальной среды и определения своего места. Первый серьёзный сбой выявляет неустойчивость, резкие маятниковые колебания родителей от позиции «nanomonde -maxюontrol» до попустительства, потакания, всепрощения, что объективно затрудняет процесс социализации. Это выводит детско-родительские отношения на социетальный уровень и заставляет социологов, психологов и педагогов сосредоточить исследования на изучение родительского ядра современной семьи [4].

Главные изменения, фиксируемые социологической литературой в этом важнейшем социальном институте, можно охарактеризовать следующим образом: изменение позиции семьи в современной системе ценностей, кризис моногамной семьи с естественными неоднозначными, порой негативными, девиантными последствиями для родительства как семейного субинститута. Признаки кризисных проявлений - отделение семейных форм отношений от брака / «бегство от брака», синдром холостячества; от-

деление родительства от семьи, постоянный в последнее время рост внебрачного рождения детей; добровольная бездетность; сжимание и деформация социальных функций семьи; подтачивание семейной интеграции.

Само собой разумеется, что проблемность родительства определяется проблемностью современной семьи, которую можно классифицировать по двум основаниям:

- «сквозные» проблемы, присущие семье как социальному институту и малой социальной группе во все времена и в разных странах;

- специфические, определяемые националь-но-социетальными условиями, социокультурным кодом сегодняшней России и идущей из веков российской ментальностью, окрашенной поколенческими особенностями.

Эффект наложения этих двух проблемностей делает многие семьи клиентами социальной работы, социально-психологического вспомоществования. Вследствие этого необходимо дифференцировать семьи с обострившимися проблемами и семьи с проблемами в попытках их разрешения.

Существуют различные подходы к типологии родительства, но в конечном счете все выделяемые варианты можно свести к трем типам: биологическое родительство, социальное роди-тельство, тот и другой тип в сочетании.

Углубить такой подход можно через характеристики семей: полные — неполные, моногамные - альтернативные и др.

Родительство можно анализировать и под таким ракурсом:

- рудиментарный инстинкт размножения;

- вынужденное родительство;

- нежеланное родительство (под давлением обстоятельств, религиозных и/или этнических традиций);

- дети - самоцель, самоутверждение, продолжение рода, передача статуса, собственности;

- «побочный эффект» безответственного или незрелого секса (в том числе «маленькие мамы»), девиантного поведения;

- новый ребёнок с новым партнёром;

- однодетное, двухдетное, многодетное ро-дительство.

В этой связи возникает вопрос: всегда ли желание иметь ещё одного ребенка сочетается с ответственным родительством, понимаемом нами как родительско-детское взаимодействие прежде всего в интересах ребенка, а его воспитание в интересах социума. И не следует ли отделять семейную политику от демографической, если в её приоритетах только количественные характеристики динамики народонаселения?

Можно предложить и такую трактовку роди-тельства.

1. Формальное родительство - на основе предписанных представлений о родительских функциях (нормы, традиции, законодательные международные акты, Семейный кодекс страны).

2. Безответственное родительство (среди прочих проявлений безответственного роди-тельства укажем и рождение больных детей вследствие халатного отношения, прежде всего матери, к своему здоровью и вынашиваемому плоду).

3. Нарушенное родительство (отказ от ребёнка; препятствие к общению с другим родителем после развода, «отлучение» его от роди-тельства; насилие в отношении ребёнка; игнорирование потребностей и прав ребёнка).

4. Ответственное родительство - подкрепленное совпадением взглядов супругов на брак, семейные роли, ожидания, формы социального контроля, основы и границы взаимодействия (чем больше векторов, тем прочнее семья), ориентацией семьи на самостоятельное жизнеобеспечение.

Ответственное родительство как потребность, которое многообразно в проявлениях: уровень, время проявления (возраст, очередность ребёнка), условия реализации, преодоление неблагоприятных условий и барьеров.

Ответственное родительство, на наш взгляд, не биологический, а социальный феномен. Оба супруга должны осознать потребность в детях, созреть до родительства.

5. Формы замещающего родительства (опекуны, приёмные родители, усыновители). Развёрнутых социологических исследований мало,

нет ответа, способно ли оно вернуть детям право на обоих родителей.

6. Нерезидентное родительство (раздельное проживание, неучастие одного из родителей в воспитании ребёнка после развода).

7. Родительское ядро при суррогатном материнстве (пока не стало предметом социологического осмысления, а вопросы есть: что собой представляет эта форма родительства, может ли вызвать искреннее чувство любви к ребёнку, какую задачу решает?).

8. Разделённое родительство: а) чёткое деление функций между родителями, например, отец - только источник материального обеспечения семьи; б) один из родителей отсутствует в семье длительное время при формальном сохранении брака между родителями.

Разделенные семьи и разделенное родитель-ство официально статистически не улавливаются, выявляются социологически.

Причины и мотивы возникновения разделенных семей и разделенного родительства:

- обучение детей в других городах и странах;

- долговременные командировки одного из супругов;

- интересы бизнеса;

- вынужденное трудоустройство/вахтенный способ;

- социально-психологическая усталость супругов.

Вариативны сроки раздельного существования семьи: 1) эпизодическое; 2) краткосрочное; 3) долгосрочное; 4) постоянное.

Последствия неоднозначны: некоторые семьи и в этой ситуации могут сохранять функциональность и внутрисемейные благожелательные отношения. Но чаще всего географическая разделённость/удалённость нарушает функциональность и внутрисемейные связи, нередко создавая угрозу распада семьи и развода («С глаз долой - из сердца вон»).

Разделённое родительство может наблюдаться и в неразделённых семьях: резкое разграничение ролей и обязанностей между отцом и матерью; «номинальное родительство», «параллельное родительство»; «бесконтактное ро-дительство»; контрастное отношение к детям; различные установки на цели и формы воспитания; ориентация только на внутрисемейное взаимодействие или на взаимодействие с внешней средой.

Родительское ядро в зависимости от типов семей может быть полным, неполным/монородительским, разделенным, иметь ряд общих и специфических качеств.

Общее: ответственность, функциональность, предупреждение девиантных форм взаимодействия, социальный контроль. Специфическое: дополнительные усилия для устранения дефицита общения и социализации, ресурсности родительского ядра; большее участие социума в несемейных формах обеспечения, воспитания, реабилитации.

Исходя из этих посылов, допустимо введение категории успешного родительства. На наш взгляд, ответственное и успешное родительство - не одно и то же, хотя позитивный (по мнению семьи) результат его осуществления зависит от усилий и умения родительского ядра. Правомерен вопрос, в чем отличие успешного родительства от ответственного. Отметим, что ответственное родительство в значительной степени характеризует субъективные усилия родителей, направленные на реализацию семейных функций так, как они их понимают. А это понимание не всегда совпадает с функциями, которым должны соответствовать усилия родителей в оценке социумом назначения родительства. Нередко такие семьи ориентируются на внешнюю поддержку, не приобретая при этом необходимого опыта преодоления трудностей.

Сегодня всё чаще семьи, особенно материально благополучные, перекладывают некоторые функции частично, а порой и полностью, на плечи наёмных помощников или учреждений (детский сад, няни, гувернантки, развивающие группы, школа). К сожалению, чаще всего им доверяется когнитивная функция, функция интеллектуального и общекультурного развития. Так родители выпускают из-под своего контроля воздействие на своих детей, обесценивая функцию трансляции родительского культурного (и в этно-конфессиональных вариациях) и личностного ресурса.

К этому следует добавить, что главная проблема дошкольного образования, групп и кружков развития в том, что содержание занятий часто не учитывает возрастные психологические особенности детей, а то и идёт вразрез с ними. Например, таков цикл занятий по астрономии для трёхлеток с определениями, что такое звезда, планета, солнечная система. Может быть, что-то и «застрянет» в памяти этих детей, но лучше бы давать знания не по большому кругу Umwelt, а хотя бы ввести в курс отношений на уровне Mitwelt: словарному запасу, речевому развитию сообразно с возрастом, умению социально-эмоционального общения (учить эмпатии, доброте, взаимопомощи), игре и как форме развития, и как форме взаимодействия в команде, навыкам дисциплинарного

подчинения, самоконтроля. Неплохо бы уделить внимание и «обучению премудростям семейной жизни». Это особенно важно для микширования «родительского отсутствия» в неформальном общении с детьми. Именно неформального - не обуть, одеть, обстирать, собрать в детский сад или школу. В одном из проводившихся кафедрой общей социологии и социальной работы опросов двадцатилетней давности обнаружилось примечательное несовпадение ответов родителей и детей на вопрос о совместных играх. 60% родителей сочли себя их участниками. Ответы детей удержались на скромной отметке в 20%. Немудрено, что родители (матери) часто жалуются на отсутствие взаимопонимания с детьми до 7 лет. В исследовании «Московская семья - 2006» 605 матерей отметили эту проблему детско-родительских отношений

[5, с. 54].

Далеко не все родители, считающие себя ответственными, задумываются над тем, что такое согласованное внутрисемейное взаимодействие, знают его цели, функции, средства достижения, возможные нарушения/отклонения.

И снова зададимся рядом вопросов.

1. Может ли быть ответственным моноро-дительство? Субъективно, с точки зрения представлений и усилий родителя (сегодня растет число отцов, воспитывающих детей), - да. Но по эффективности и результатам - не так очевидно, потому что со временем у ребенка могут проявиться элементы депривации, дефициты в самооценке, коммуникативных навыках и др.

2. Почему значительная часть родителей современной России, считающих себя ответственными, страдает синдромом «выталкивания детей» (подчас не научив элементарным навыкам ведения собственной жизни: правилам подростковой гигиены, хозяйственно-бытовым умениям, распоряжению деньгами и др.) в благих целях: «Что делать в этом городе?» «В этой стране?», «Нам не удалось, пусть повезет вам!». Ставка на успех, форсирование естественного процесса взросления приводят к эффекту «двойного отчуждения» подростков от родителей - и в связи с обычной переориентаций на значимых других, и в связи с территориальной распределенностью, что ослабляет эмоциональные семейные связи.

3. Совместимо ли ответственное родитель-ство с наказанием детей? Как отличить и отделить наказание от насилия? Как исключить «повышенный тон» внутрисемейного взаимодействия?

Категория «успешное родительство» концентрирует внимание на способности успешной

семьи1 внести свой вклад в позитивное функционирование общества: его стабильной демографической ситуации с ориентацией на детный образ жизни и ответственное родительство, обеспечение здорового генофонда, трудовых ресурсов; успешную социализацию подрастающего поколения; обеспечение экономического потенциала социума, в том числе и через реализацию семьёй самостоятельной социально преобразующей деятельности [6]. Всё это укрепляет социальную компетентность, субъектность успешной семьи, открывая для успешного ро-дительства возможность стать точкой роста гражданского общества и социальных изменений [7, с. 236].

Следовательно, успешное родительство - это главным образом предписанный социумом статус социального субинститута родительства, тогда как ответственное родительство интегрирует усилия семьи и как социального института, и как малой социальной группы.

Мерой успешного развития родительского ядра является его ролевой репертуар. Общество все дальше отходит от старых представлений о роли отца и матери и от позиции пожизненного закрепления этих ролей. Это не отменяет постулатов И. Гофмана о принятии роли, ее закрепления, идентификации с ролью [8], но оставляет пространство для неизбежной модификации ролей по мере развития родительского ядра. Изначально могут быть противоречия в присвоении, освоении и согласовании ролей, может проявляться разная степень зрелости ролей у каждого из родителей. Жизнь нередко требует перераспределения ролей. В результате происходит обогащение ролей и, как следствие, возрастание эффективности успешного роди-тельства.

В этой связи вряд ли можно согласиться с утверждением, что единственный выход из ситуации кризиса семьи и родительства видится «в возвращении к сложившимся веками идеалам родительского поведения, которые являются наиболее продуктивными для сохранения человеческого потенциала России. Это традиционная и созидательная модели родительства» («в традициях ценностей национальной культуры») [9, с. 199].

Прежде всего, динамизм ХХ века (с очень нередкими девиантными проявлениями, подорвавшими и наш генофонд, и ценности национальной культуры) не оставил нашим поколениям нетронутыми идеалы прародительского поведения, да и не следует их идеализировать. Даже если они и сохранились в каком-то виде и объеме, многие из них морально устарели, осо-

бенно для молодого поколения. Каждое время рождает свои идеалы. Следовательно, не отвергая ценности прошлого, думать надо о главном в настоящем, привлекая опыт других стран и этносов в нашем глобализирующемся мире. Никакие христианские конфессии сегодня не справляются с задачами расширенного воспроизводства народонаселения, сохранения пожизненного брака; сокращения распада браков (в том числе венчаных), внебрачного родитель-ства, адюльтеров.

Если рассматривать позитивные внутрисемейные отношения, их содержание можно характеризовать следующим образом:

- строительство своего семейного дома с участием всех членов семьи, семейная сплоченность;

- встраивание своего дома в большй дом расширенной семьи и существование в этом доме.

Критериями формирования позитивных внутрисемейных отношений выступают:

- взаимная адаптация, «притирка» членов семьи во всех аспектах семейной жизни;

- достижение семейного консенсуса по главным вопросам и проблемам внутрисемейного взаимодействия и отношений с внешним миром;

- раскрытие потенциала, учёт желаний, особенностей характера, ценностей всех членов семьи;

- партнерское распределение семейных ролей (включая и младшее поколение);

- накопление семейного капитала (физического, человеческого, воспитательного, социального, психологического равновесия).

В основе достижения целей - любовь, уважение, доверие, толерантность, гибкость, креативность, опора на семейные традиции.

Остановимся на категории «сплоченность семьи» и её показателях. Здесь уместно привести данные лонгитюдного «Государственного исследования развития детей» в Великобритании. Опрашивалось 17000 человек, родившихся в Соединенном Королевстве в марте 1958 г.; опросы проводились 5 раз, последняя «волна» -в 1991 г., когда респондентам было по 33 года. Исследование дает представление о характеристиках семей с двумя детьми (3956 семей: 83% - в первом браке, 30% - пары жили вместе до свадьбы), их социальных установках, функционировании в повседневной жизни, распределении семейных ролей и обязанностей. Оценки качества семейных систем складывались из ощущения счастья в целом, в отношениях с родственниками, удовлетворённостью жизнью

и ощущения контролируемости событий в их жизни.

Показателем семейной сплочённости была степень вовлеченности каждого члена семьи в совместную деятельность. Члены большинства семей проводят вместе значительную часть времени: вместе обедают каждый день и совместно проводят не менее одного вечера в неделю. 80% всех семей каждый год проводят отпуск вместе. 2/3 семей не реже раза в месяц бывают вместе вне дома: ходят в магазины, кафе, рестораны. Многие поддерживают тесные контакты с роднёй - не реже раза в месяц. Авторы исследования называют такие семьи «открытыми», где супруги многое делают вместе друг с другом и другими людьми [10, р. 79]2.

Продуктивно рассмотрение современного родительства и сквозь призму «концепции развития» :

- достижимость целей в соответствии с личным потенциалом родителей и детей;

- восхождение от простого к сложному с постоянными замерами на входе-выходе;

- адаптация воспитательных приемов к процессу развития;

- учет личностной ресурсности и капиталов родителей;

- обучаемость и педагогическое саморазвитие родителей;

- социальная синхронность и синхронизация: расти вместе с ребенком, учитывая не только общие процессы физической, социальной и когнитивной акселерации, но и индивидуальный рисунок взросления ребенка (здесь семью могут подстерегать две опасности: «родительская мономания» или раннее сбрасывание родительских функций на плечи самого ребенка под благовидным предлогом формирования его самостоятельности и ответственного поведения);

- адекватная оценка ресурсности своих детей в соотношении с социальными нормами и требованиями современного социума к подрастающему поколению.

Но семейные отношения нередко могут быть конфликтными, с признаками диктата, агрессии, насилия, принимать форму соперничества, отчужденности, «параллельного существования», разрушающими целостность (препятствующими её достижению) единого семейного организма.

«Параллельное существование» (между родителями; между родителями и детьми; между детьми; в сочетании) как малоприемлемую разновидность внутрисемейных отношений трудно назвать истинным взаимодействием, но оно, к

сожалению, не привлекает к себе должного внимания социума, хотя, на наш взгляд, имеет характер ущербного, ненормативного и, как правило, становится причиной сложных, трудных жизненных ситуаций в семье, её дисфунк-циональности.

Пример дисфункциональности родительско-детских отношений может вдруг проявиться при анализе результатов социологического исследования, казалось бы, совсем другой проблемы. Такая функция семьи, как передача социального статуса, считается само собой разумеющейся. Но реализуется ли она, знают ли дети о социальном статусе родителей, могут ли они определить тип их занятости? В исследовании «Школа: обыденность насилия (Анализ социокультурных корней насилия в современной российской школе)», проводившемся в рамках реализации гранта Министерства образования и науки РФ по проекту ФЦП «Научные и научно -педагогические кадры инновационной России» на 2009-2013 гг., осуществленном под нашим научным руководством, школьникам средних и старших классов в анкете предлагалось ответить на вопрос, кем работают их родители (рабочий, служащий, чиновник, предприниматель, безработный и др.). Почти 9% учащихся и общих, и «продвинутых» школ отметили вариант «не знаю». Можем ли мы успокоенно считать, что в России много ответственных и успешных семей?

Дисфункциональное родительство плодит ущербные, а то и девиантные формы в отношениях с супругами/партнёрами и детьми. Наследуемая дисфункциональность, обвальные разводы, проявляющееся уже в детском возрасте одиночество как психологическое самоощущение членов семьи, незаинтересованность, демо-тивированность в налаживании межпоколенных отношений, эгоизм, отчужденность, фактическая легитимация агрессии и насилия - всё это следствия неумения, нежелания, неспособности, социальной дистрофии родительства значительной части современных российских семей.

И тем не менее, в цепочке составляющих структурных элементов семьи «брак - роди-тельство - родство», на наш взгляд, в современном мире при изменившихся ценностных ори-ентациях, утрате самоценности регистрируемых отношений (даже для женщин), определяющим, системообразующим, цементирующим систему семьи становится родительство. Именно оно делает семью полноценно функционирующим моногамным социальным институтом и малой социальной группой, фиксируя брак до или после рождения детей, полноценно реализуя ро-

дительские права и обязанности, строя семейный дом. В этом случае родительство последовательно проходит стадии осознанности, ответственности, успешности, укрепляя основы семейного взаимодействия.

Примечания

1. Категория успешная семья легла в основу Концепции семейной политики в Нижегородской области (Постановление Правительства Нижегородской области № 371 от 23 декабря 2003 г.), в подготовке которой и защите на заседании правительства области принимала непосредственное участие кафедра общей социологии и социальной работы факультета социальных наук ННГУ им. Н.И. Лобачевского.

2. Перевод А.В. Сочнева

Список литературы

1. Позднякова О.В., Смолярчук И.В. Соотношение стиля семейного воспитания и уровня социальной адаптации дошкольников 5-7 лет // Социально-экономические явления и процессы. 2011. № 7(029). С. 297-302.

2. Лютова Д.В. Адаптация первоклассников к школьной жизни // Надежды: Сб. научных ст. студентов. Н. Новгород: НИСОЦ, 2013. Вып. 7. С. 4550.

3. Кузьмишина Т.Л. Анализ исследований и опыта работы дошкольной образовательной программы Head Start (США) // Современная зарубежная психология. 2013. № 1. С. 60-68.

4. Саралиева З.Х. Родительское ядро в семейном взаимодействии // Гуманитарии в XXI веке / Под общ. ред. З.Х. Саралиевой: В 2 т. Т. 1. Н. Новгород: НИСОЦ, 2013. С. 31-36.

5. Кучмаева О.В., Марыганова Е.А., Петряко-ва О.Л., Синельникова А.Б. О современной семье и её воспитательном потенциале // Социологические исследования. 2010. № 7(315). С. 49-55.

6. Концепция семейной политики в Нижегородской области. Департамент социальной защиты населения, труда и занятости Нижегородской области. Н. Новгород, 2005. 57 с.

7. Чернова Ж. Семья как политический вопрос: государственный проект и практики приватности. СПб.: Изд-во Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2013. 288 с.

8. Гофман И. Представление себя другим в повседневной жизни / Пер. с англ. М.: КАНОН-пресс-Ц, Кучково поле, 2000. 304 с.

9. Грицай Л.А. Социальное измерение современного российского родительтва // Вестник Института социологии. 2011. № 2. С. 188-201.

10. Schoon I., Hentschel U. British Families with Two Children. Evidence in the National Child Development Study // Focus Eastern Europe: Psychological and Social Determinants in the Transition Countries. Inns-brueck; Wien; Munchen; Bozen: Studien - Verl., 2001. P. 173-187.

SUBINSTITUTE OF THE PARENTHOOD IN MODERN FAMILY SISTEMS

Z.Kh. Saralieva

Analyzed the role of parenthood in family interaction, the parenthood typology and tendencies of its transformation. Keywords: family interaction, parent kernel, parenthood typology, problems of the child parent relationship.

References

1. Pozdnyakova O.V., Smolyarchuk I.V. Sootnoshenie stilya semeynogo vospitaniya i urovnya sotsialnoy adaptatsii doshkolnikov 5-7 let // Sotsialno-ekonomicheskie yavleniya i protsessyi. 2011. № 7(029). S. 297-302.

2. Lyutova D.V. Adaptatsiya pervoklassnikov k shkolnoy zhizni // Nadezhdyi: Sb. nauchnyih st. stu-dentov. N. Novgorod: NISOTS, 2013. Vyip. 7. S. 45-50.

3. Kuzmishina T.L. Analiz issledovaniy i opyita rabotyi doshkolnoy obrazovatelnoy programmyi Head Start (SShA) // Sovremennaya zarubezhnaya psihologiya. 2013. № 1. S. 60-68.

4. Saralieva Z.H. Roditelskoe yadro v semeynom vzaimodeystvii // Gumanitarii v XXI veke / Pod obsch. red. Z.H. Saralievoy: V 2 t. T. 1. N. Novgorod: NISOTS, 2013. S. 31-36.

5. Kuchmaeva O.V., Maryiganova E.A., Petryakova O.L., Sinelnikova A.B. O sovremennoy seme i eyo vospitatelnom potentsiale // Sotsiologicheskie issledo-vaniya. 2010. № 7(315). S. 49-55.

6. Kontseptsiya semeynoy politiki v Nizhegorodskoy oblasti. Departament sotsialnoy zaschityi naseleniya, truda i zanyatosti Nizhegorodskoy oblasti. N. Novgorod, 2005. 57 s.

7. Chernova Zh. Semya kak politicheskiy vopros: gosudarstvennyiy proekt i praktiki privatnosti. SPb.: Izd-vo Evropeyskogo universiteta v Sankt-Peterburge, 2013. 288 s.

8. Gofman I. Predstavlenie sebya drugim v po-vsednevnoy zhizni / Per. s angl. M.: KANON-press-TS, Kuchkovo pole, 2000. 304 s.

9. Gritsay L.A. Sotsialnoe izmerenie sovremennogo rossiyskogo roditeltva // Vestnik Instituta sotsiologii. 2011. № 2. S. 188-201.

10. Schoon I., Hentschel U. British Families with Two Children. Evidence in the National Child Development Study // Focus Eastern Europe: Psychological and Social Determinants in the Transition Countries. Innsbrueck; Wien; Munchen; Bozen: Studien - Verl., 2001. P. 173-187.