«Разногласия» как категория конституционного права

А.В. Никитина*

«Разногласия» как категория конституционного права

Аннотация. В статье анализируется категория «разногласия», имеющая в российском конституционном праве самостоятельное юридическое значение. Использование системного и сравнительно-правового методов позволило автору сделать вывод о том, что в конституционном праве, как и в иных российских отраслях, анализируемая категория зачастую рассматривается через призму конституционно-правового спора, что приводит к девальвации, обеднению термина «разногласия», лишая его самостоятельного конституционно-правового смысла. В статье также критикуется весьма распространенный в конституционно-правовой науке подход к анализу разногласий через призму юридических коллизий. Конституционно-правовые разногласия рассматриваются как внешняя форма противоречий между субъектами конституционного права; они проявляются в различной оценке содержания правовых актов, действий (бездействия) органов публичной власти и формулируются в виде взаимоисключающих выводов, суждений, имеющих конституционно-правовое значение. В таком виде разногласия предстают в качестве конституционно-правовых конфликтов, имеющих две значимые и отличающиеся друг от друга формы — конституционно-правовые споры и разногласия, не являющиеся спорами (разногласия «неспорного» характера). Отличия между ними проводятся по трем основным критериям 1) по основанию возникновения; 2) по предмету разногласия; 3) по конституционно-правовым процедурам, применяемым для их разрешения.

Ключевые слова: конституционно-правовой спор, разногласия, конституционно-правовой конфликт, спор о компетенции, юридическая коллизия, юридический конфликт, правовой спор, согласительные процедуры.

Термин «разногласия» известен многим отраслям российского права. ГК РФ оперирует понятиями «разногласия, возникшие при заключении договора» (ст. 466 ГК РФ1), «разногласия по отдельным условиям договора» (ст. 507 ГК РФ2), «разногласия по условиям государственного или муниципального контракта» (ст. 528 ГК РФ), объединяя эти ситуации термином «преддоговорные споры» (ст. 466 ГК РФ).В трудовом праве определение индивидуального и коллективного трудового спора осуществляется через словосочетание «неурегулированные разногласия» (ст. 381, 389 ТК РФ)3. Аналогичный подход использован и в Федеральном законе «О государственной гражданской службе Российской Федерации» при определении индивидуального служебного спора

1 Гражданский кодекс РФ (ч. 1) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (в ред. Федерального закона от 05.05.2014 ) // Собрание законодательства РФ. 1994. № 32. Ст. 3301.

2 Гражданский кодекс РФ (ч.2) от 26.01.1996 № 14-ФЗ (в ред. Федерального закона от 28.12.2013 г. № 416-ФЗ) // Собрание законодательства РФ. 1996. № 5. Ст. 410.

3 Трудовой кодекс РФ от 30.12.2001 № 197-ФЗ (в ред. Фе-

дерального закона от 28.06.2014 № 199-ФЗ) // Собрание за-

конодательства РФ. 2002. № 1 (ч. 1). Ст. 3.

(ст. 69)4. Нормами СК РФ устанавливается порядок разрешения органами опеки и попечительства разногласий между родителями относительно имени и (или) фамилии ребенка (ст. 58); разногласий, возникающих между опекуном ребенка и несовершеннолетними родителями (ст. 62), разногласий, касающихся воспитания и образования детей (ст. 65), а также участие этого органа при рассмотрении судом «споров, связанных с воспитанием детей» (ст. 78)5.

Термин «разногласия» характерен и для конституционного права РФ. В соответствии со ст. 85 Конституции РФ, Президент РФ может использовать согласительные процедуры для разрешения разногласий между органами государственной власти РФ и органами государственной власти субъектов РФ, а также между органами государственной власти субъектов РФ. В случае недостижения согласованного решения он может передать

4 Федеральный закон от 27.07.2004 № 79-ФЗ (в ред. Федерального закона от 02.04.2014 № 53-ФЗ) «О государственной гражданской службе Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2004. № 31. Ст. 3215.

5 Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 № 223-ФЗ (в ред. Федерального закона от 05.05.2014 № 126-ФЗ) // Собрание законодательства РФ. 1996. № 1. Ст. 16.

© Никитина А.В., 2014

* Никитина Анна Васильевна — кандидат юридических наук, доцент кафедры конституционного, административного и финансового права юридического факультета Хабаровской государственной академии экономики и права. [A_Nikitina@inbox.ru]

680003, Россия, г. Хабаровск, Амурский бул., д. 45.

разрешение спора на рассмотрение соответствующего суда6. Похожая норма содержится и в ч. 4 ст. 27 Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации»7.

Таким образом, в большинстве приведенных норм прослеживается связь терминов «разногласия» и «спор», поскольку они используются либо как парные категории, либо из контекста использования термина «разногласия» следует, что речь идет именно о некой спорной ситуации. Однако, как и в иных отраслях российского права, в конституционном праве понятия спора и разногласия, не являющегося спором, не вполне разработаны, не ясно, как они соотносятся между собой. При этом очевидно, что термин «разногласия» так же, как и термин «спор», имеет юридическое значение и представляет собой не просто «отсутствие согласия из-за несходства во мнениях», «противоречие, несогласованность»8 или словесное (устное или письменное) состязание, а является внешней формой выражения противоречия между субъектами права, которая представляет собой различную оценку ими прав и обязанностей, юридически значимых действий (бездействия), сформулированную в виде взаимоисключающих суждений и выводов, имеющих юридические последствия.

Обращение к разработкам отраслевых юридических наук, для которых категории спора и разногласия являются более традиционными, чем для конституционного права, позволило выделить два основных подхода в использовании категории «разногласия».

Во-первых, спор трактуется как разногласия-между субъектами права (или правоотношения), переданное на рассмотрение судебного или иного юрисдикционного органа9. Этот подход, в рамках которого разногласия предстают как некое «пред-спорное» состояние, является традиционным для многих отраслей российского права, однако критикуется за то, что не учитывает возможности урегулирования спора до и вне суда10.Такая позиция используется и в рамках конституционного

6 Конституция РФ от 12.12.1993 (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, № 7-ФКЗ, от 05.02.2014 № 2-ФКЗ) // Собрание законодательства РФ. 2014. № 9. Ст. 851.

7 Федеральный закон от 06.10.1999 № 184-ФЗ (в ред. Федерального закона от 28.06.2014 № 191-ФЗ)«Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 1999. № 42. Ст. 5005.

8 Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1992. С.650

9 См. напр. об этом: Зеленцов А.Б. Теоретические основы правового спора: дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2005. С. 30-43.

10 См., напр.: Рожкова М.А. Понятие спора о праве гражданском // Журнал российского права. 2005. № 4. С. 98; Зеленцов А.Б. Указ. соч. С. 32 и пр.

права при определении конституционно-правового спора, под которым чаще всего понимается разногласие, возникшее между субъектами конституционно-правовых отношений в процессе реализации норм конституционного права и подлежащее разрешению в особом порядке, установленном законом, в том числе путем использования государственными органами юрисдикцион-ных полномочий11.

В рамках второго подхода характерно отождествление этих терминов, рассмотрение их как синонимов. Например, А.Б. Зеленцов, отстаивая эту идею, утверждает, что «в правовом отношении понятия "разногласия" и "спор" по своему содержанию взаимозаменяемы: выражая сущность спора, разногласия характеризуют данное явление в полном объеме в аспекте взаимодействия его сторон»12; «разногласия составляют структурную архитектонику спора, позволяя утверждать, что спор — это и есть разногласия»13. Однако такая концепция сопровождается рядом оговорок о том, что понимается под разногласиями или какими они должны быть: они должны носить правовой характер, неправовые разногласия не имеют отношения к правовым спорам; разногласия должны носить неурегулированный характер. М.А. Рожкова, определяя спор о праве как формально признанное разногласие между субъектами гражданского права, возникшее по факту нарушения или оспаривания субъективных прав одной стороны гражданского правоотношения другой стороной, обусловливает возникновение спора такими юридическими фактами, как предъявление субъектом защиты требования к нарушителю об определенном поведении и неисполнение нарушителем требования субъекта защиты14.

Такой подход характерен и для конституционного права. Так, например, Кобзарь Д.А., характеризуя спор о компетенции как конституционно-правовой, определяет его как разногласие, противоречие между субъектами конституционных отношений по поводу компетенции, имеющее (или приобретающее в процессе разрешения) конституционно-правовой характер15. Частично такое понимание объясняется тем, что взаимозаменяемость терминов «спор» и «разногласия» демонстрирует ст. 85 Конституции РФ. В соответствии с ней Президент РФ применяет согласительные процедуры для разрешения разногласий, а на рассмотрение суда передает спор (в случае

11 См.: Брежнев О.В. Судебный конституционный контроль в России: проблемы методологии, теории и практики: дис. . д-ра юрид. наук. М., 2006. С. 36.

12 Зеленцов А.Б. Указ. соч. С. 59.

13 Там же. С. 54.

14 См.: Рожкова М.А. Указ соч. С. 98-102.

15 См.: Кобзарь Д.А. Судебное разрешение конституци-

онно-правовых споров о компетенции в Российской Федерации: дис. . канд. юрид. наук. М., 2005. С. 23.

неурегулирования разногласий). Очевидно, что в данном положении указанные термины используются как синонимы.

В целом признавая, что разногласия могут быть признаны спором, независимо от того, переданы ли они на рассмотрение юрисдикционного органа или нет, полагаем, что необходимо учитывать, что наличия разногласий между сторонами спора недостаточно для его возникновения. Следует согласиться с Е.К. Замотаевой: во-первых, должна сформироваться его фактическая причина — конфликт интересов, а, во-вторых, необходимо, чтобы, по крайней мере, одна из сторон открыто заявила о состоянии такого конфликта с целью его преодоления16. То есть разногласия, противоречия между субъектами права не всегда приобретают форму правового спора. Противоречивая ситуация трансформируется в конституционно-правовой спор только в том случае, если ее участники, осознав противоположность своих интересов, начнут предпринимать действия для ее разрешения. То есть для правового спора очень важно осознание спора его участниками, совершение разнонаправленных действий, свидетельствующих о расхожденииво мнениях, позициях сторон, предъявление взаимных «претензий», стремление сторон к разрешению спора юридическими средствами (это могут быть и юрисдик-ционные, и неюрисдикционные средства).

Несмотря на то, что оба эти подхода отличаются друг от друга, их роднит то, что в обоих случаях термин «разногласия» используется как несамостоятельная, подчиненная категория по отношению к термину «правовой спор» (или «спор о праве»), раскрывающая сущность этих явлений, что, безусловно, приводит к девальвации, обеднению термина «разногласия», лишая его несомненно имеющегося самостоятельного конституционно-правового значения. В связи с этим нам необходимо установить, могут ли разногласия существовать в иной форме, чем правовой спор, и, соответственно, является ли категория «разногласия» самостоятельной категорией конституционного права?

Конституционное законодательство зачастую оперирует термином «разногласия», не вкладывая в него смысловую характеристику спора, отделяя эти категории друг от друга. Таких примеров достаточно много в региональном законодательстве и муниципальных нормативно-правовых актах.

Так, в соответствии со ст.11 Устава Краснодарского края разногласия и споры между органами государственной власти РФ и Краснодарского края, а также между органами государственной власти края и других субъектов РФ разрешаются в соответствии с Конституцией РФ и федераль-

ными законами17. Разногласия и споры между органами публичной власти в Республике Башкортостан рассматриваются комиссиями, создаваемыми на паритетных началах, и разрешаются на основе согласительных процедур, консультаций, переговоров или в судебном порядке (ст. 103 Конституции Республики Башкортостан)18.

Похожие нормы встречаются и в уставах муниципальных образований. Например, в соответствии со ст. 204 Устава Петрозаводского городского округа, органы местного самоуправления Петрозаводского городского округа стремятся решать споры и разногласия путем переговоров, консультаций, с помощью создаваемых на паритетной основе согласительных и иных комиссий, других согласительных процедур либо в судебном порядке19.

В этих правовых нормах термины «спор» и «разногласия» употребляются не как взаимозаменяемые, а как самостоятельные категории. Для того чтобы выяснить, насколько правомерно в конституционном праве использование термина «разногласия» не в контексте правового спора, следует проанализировать виды разногласий по основаниям их возникновения, основываясь на том, что разногласия являются синонимом «недостижения согласия», невозможности принятия согласованного решения по какому-либо вопросу.

К первой группе разногласий относятся разногласия-споры. Их отличительной чертой является то, что они возникают из реального или предполагаемого нарушения конституционно-правовых норм, которое может выражаться, например, в нарушении конституционно охраняемых публичных интересов, конституционно установленных и (или) разграниченных предметов ведения и полномочий, конституционных (основных) прав и свобод.

Вторую группу разногласий образуют разногласия, вытекающие из правомерных актов (действий, бездействия) органов или должностных лиц публичной власти, являющихся частью какого-либо юридического процесса (или процедуры): правотворческого процесса, процедуры наделения полномочиями должностного лица, референдумного процесса и пр. В рамках этой группы разногласий можно выделить их виды, которые как раз и способны продемонстрировать

16 См.: Замотаева Е.К. Конституционно-правовые споры // Конституционное и муниципальное право. 2004. № 5. С. 4.

17 Устав Краснодарского края от 18.07.1997 (в ред. Закона Краснодарского края от 30.12.2013 № 2870-КЗ) // Кубанские новости. 1997. 11 сент.

18 Конституции Республики Башкортостан от 24.12.1993 № ВС-22/15 (в ред. Закона Республики Башкортостан от 04.03.2014 № 57-з) // Ведомости Государственного Собрания, Президента и Кабинета Министров Республики Башкортостан. 2003. № 1. Ст. 3.

19 Устав Петрозаводского городского округа от 19.10.1999

№ XXШ-XXVI/418 (в ред. Решения Петрозаводского го-

родского Совета от 25.02.2014 г. № 27/25-369) // Петроза-

водск (прил.). 1999. № 47.

самостоятельное юридическое значение указанной категории.

А) Разногласия в правотворческом процессе, например, в законодательном процессе, в процессе принятия международных договоров РФ, международных и внешнеэкономических соглашений субъектов РФ и пр., являющиеся следствием таких действий, как отклонение Федерального закона Советом Федерации, отклонение Федерального закона Президентом РФ (вето Президента РФ), отклонение закона субъекта РФ высшим должностным лицом субъекта РФ, отказ в согласовании проекта правового акта или соглашения и т.п.

Например, в соответствии со ст. 4 Федерального закона «О координации международных и внешнеэкономических связей субъектов Российской Федерации», проект соглашения об осуществлении международных и внешнеэкономических связей, заключаемого органами государственной власти субъекта РФ, не позднее чем за месяц до подписания представляется для согласования в Министерство иностранных дел РФ, а при необходимости и в другие федеральные органы исполнительной власти. В случае возникновения разногласий между федеральными органами исполнительной власти и органами государственной власти субъекта РФ в отношении проекта соглашения об осуществлении международных и внешнеэкономических связей применяются согласительные процедуры, в соответствии с законодательством РФ20.

Б) Разногласия, возникающие в результате неполучения согласия при формировании органа государственной власти или при наделении полномочиями должностного лица (разногласия по «кадровым» вопросам). Например, согласно ч. 1 ст. 111 Конституции РФ, Председатель Правительства РФ назначается Президентом РФ с согласия Государственной Думы21. Аналогичные нормы содержатся и в региональном законодательстве. Например, согласно ст. 47 Устава (Основного закона) Оренбургской области губернатор области на срок своих полномочий назначает на должность первого вице-губернатора — первого заместителя председателя правительства области с согласия Законодательного собрания в порядке, установленном законом Оренбургской об-ласти22. В соответствии со ст. 84 Конституции Республики Коми, глава Республики Коми с согла-

сия Государственного совета Республики Коми назначает на должность не только заместителей главы Республики Коми, министра финансов Республики Коми, но и представителей Республики Коми в Российской Федерации и ее субъектах, в международных организациях и на территориях иностранных государств23.

Очевидно, что недостижение согласия по представленной кандидатуре во всех приведенных примерах приводит к разногласиям между соответствующими органами государственной власти и (или) должностными лицами, разрешаемым с использованием согласительных процедур.

В) Иные виды разногласий, вытекающие из невозможности принять совместное согласованное решение, например, в следующих случаях. Верховный Хурал (парламент) Республики Тыва с согласия главы — председателя правительства Республики Тыва назначает республиканский референдум (ст. 103 Конституции Республики Тыва24). Законодательное собрание города Санкт-Петербурга уполномочено давать согласие на открытие в установленном порядке представительств Санкт-Петербурга за рубежом, а также на открытие в установленном порядке представительств зарубежных партнеров (городов, международных организаций, административно-территориальных образований иностранных государств, субъектов иностранных федеративных государств) в Санкт-Петербурге25.

Очевидно, что виды разногласий, выделяемых в рамках второй группы (разногласия, не являющиеся спорами), демонстрируют наличие конфликтных ситуаций. Разногласия в этих случаях суть недостижения согласованного реше-ния.Они объективированы вовне, предполагают разнонаправленность позиций, мнений участников такого разногласия и могут быть разрешены посредством конституционных процедур. То есть налицо признаки конституционно-правового конфликта, который, с точки зрения внешней формы своего выражения, спором не является; его разрешение возможно посредством не судебной процедуры, а в иной установленной конституционно-правовой нормой форме; их разрешение в суде невозможно даже гипотетически. А судебная процедура, как известно, является универсальным механизмом разрешения споров.

Таким образом, конституционное законодательство демонстрирует возможность существо-

20 Федеральный закон от 04.01.1999 № 4-ФЗ «О координации международных и внешнеэкономических связей субъектов Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 1999. № 2. Ст. 231.

21 Собрание законодательства РФ. 2014. № 9. Ст. 851.

22 Устав (Основной Закон) Оренбургской области: Закон Оренбургской области от 20.11.2000 № 724/213-ОЗ (в ред. Закона Оренбургской области от 06.03.2014№ 2169/619-У-ОЗ) // Бюллетень Законодательного Собрания Оренбургской области. 2000. 25 окт.

23 Конституция Республики Коми от 17.02.1994 (в ред. Закона Республики Коми от 24.04.2013 № 21-РЗ) // Ведомости Верховного Совета Республики Коми. 1994. № 2. Ст. 21.

24 Конституция Республики Тыва от 06.05.2001 (в ред. Конституционного закона Республики Тыва от 02.05. 2014 № 2449 ВХ-1) // Тувинская правда. 2001. 15 мая.

25 Закон Санкт-Петербурга от 08.07. 2008 № 418-70 «О международном сотрудничестве, международных и внешнеэкономических связях Санкт-Петербурга» // Вестник Законодательного Собрания Санкт-Петербурга. 2008. № 27.

вания двух видов разногласий в системе органов публичной власти: 1) конституционно-правовых споров (которые применительно к органам публичной власти проявляются как споры о компетенции); 2) разногласий, которые не являются спорами. Оба вида разногласий выступают в качестве разновидности конституционно-правовых конфликтов, которые отличаются друг от друга: 1) по основанию возникновения; 2) по предмету разногласия; 3) по конституционно-правовым процедурам, применяемым для их разрешения.

Основанием для возникновения конституционно-правового спора о компетенции является сложный юридический состав, в основе которого лежит, во-первых, реальное или предполагаемое нарушение конституционно-правовых норм, которое может выражаться, например, в нарушении конституционно охраняемых публичных интересов, конституционно установленных и (или) разграниченных предметов ведения и полномочий, во-вторых, требование одного органа публичной власти, обращенное к другому органу, о прекращении нарушения, и, в-третьих, неисполнение нарушителем этого требования. Таким образом, в основе спора лежит действие (бездействие) органа публичной власти, которое противоположной стороной спора воспринимается как нарушение своих полномочий.

В то же время основанием для возникновения разногласий, которые спорами не являются, выступает несогласие одного органа публичной власти с правомерным актом (действием или бездействием) другого органа публичной власти или должностного лица, законность и возможность совершения которого определена нормой права. Это может быть несогласие с вето Президента РФ, с отклонением регионального закона высшим должностным лицом субъекта РФ, с отказом в согласовании кандидатуры на должность, с отказом в согласовании проекта правового акта или соглашения и т.д. В результате таких действий не происходит нарушения компетенции или полномочий в виде их присвоения или отказа в осуществлении, вмешательство в предметы ведения иного уровня публичной власти.

Из этого вытекает и второе отличие. Предметом конституционно-правовых споров о компетенции являются противоречия в позициях органов публичной власти относительно принадлежности полномочия или компетенции. В то же время предметом «неспорных» разногласий являются противоречия в позициях органов публичной власти относительно конкретной кандидатуры того или иного должностного лица, предложенной для согласования, противоречия в позициях субъектов правотворческого процесса относительно содержания нормативного правового акта или соглашения и пр.

Третье отличие состоит в конституционно-правовых процедурах, применяемых для урегули-

рования соответствующих разногласий. Универсальным механизмом для разрешения любых споров, в том числе и споров конституционно-правового характера, является судебная процедура. В связи с этим конституционно-правовые споры от иных видов разногласий отличает гипотетическая возможность их рассмотрения и разрешения в суде. В то же время разногласия, не являющиеся спорами, в суде не могут быть разрешены, и для их разрешения могут быть использованы не только согласительные процедуры, но и иные конституционные процедуры, не являющиеся согласительными по своей природе.Так, например, после повторного отклонения Государственной Думой кандидатуры Председателя Правительства РФ (ст. 111 Конституции РФ) предполагается применение согласительных процедур, что следует из Постановления Конституционного Суда РФ от 11.12.1998 № 28-П «По делу о толковании положений ч. 4 ст. 111 Конституции Российской Федерации»26, а после троекратного отклонения — назначение Председателя Правительства РФ и роспуск Государственной Думы Президентом РФ. Такой конституционно-правовой способ разрешения возникшего между Президентом РФ и Государственной Думой разногласия с использованием механизма свободных выборов, как отмечает Конституционный Суд РФ, соответствует основам конституционного строя РФ как демократического правового государства27. Очевидно, что в этом случае разногласия относительно конкретной кандидатуры Председателя Правительства РФ не могут быть разрешены посредством судебной процедуры, однако, на определенном этапе развития разногласия не могут быть применены и согласительные процедуры. Процедурой разрешения такого разногласия является процедура роспуска Государственной Думы.

В связи с этим спорной представляется точка зрения Т.В. Цатурян, которая определяет согласительные процедуры как урегулированный нормами конституционного права порядок досудебного разрешения споров между органами государственной власти, направленный на достижение согласованного решения28. Представляется, что автор упускает из виду тот факт, что согласительные процедуры могут быть использованы и для урегулирования разногласий, которые не являются конституционно-правовыми спорами, поскольку существенным образом отличаются от них предметом, правовой природой и основанием возникновения.

26 Собрание законодательства РФ. 1998. № 52. Ст. 6447.

27 Там же.

28 См.: Цатурян Т.В. Конституционно-правовое регули-

рование согласительных процедур разрешения споров о

компетенции между органами государственной власти

Российской Федерации и субъектов Российской Федера-

ции: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2009. С. 11.

Примечательно, что отдельные ученые-конституционалисты, анализируя понятие, виды, механизмы разрешения разногласий29, в том числе согласительные процедуры, применяемые для их предотвращения и урегулирования30, обходят стороной вопрос о правовой природе разногласий разного вида, зачастую сводя все разногласия к спорам или к коллизиям. Авторы исходят из того, что к любым разногласиям между органами государственной власти возможно применение согласительных процедур. При этом упускается из вида тот факт, что правовая природа разногласий различна. Зачастую именно это приводит к формулированию отнюдь не бесспорных выводов.

Так, Е.Е. Бобракова, анализируя триаду «разногласие — спор — конфликт» и основываясь не на юридических, а на лингвистических сходствах и различиях этих терминов31, определяет разногласие как отсутствие согласия, спор как притязание, разрешаемое судом, что говорит о большей серьезности противоречия, а конфликт как серьезное разногласие, в то же время острый спор32. При этом понятийные отличия между данными терминами построены на основе возрастания степени противоречий между субъектами правоотношений («серьезности» противоречий). И если с возможностью преобразования разногласия в спор можно согласиться с определенной долей условности (не всякое разногласие становится спором), то формулировка «конфликт — это серьезное разногласие, острый спор» вызывает определенные возражения, поскольку, с точки зрения конфликтологии, конфликт представляет собой противоборство (столкновение) сторон с противоречащими (разнонаправленными) инте-ресами33, не обусловленное остротой разногласий. С этих позиций и разногласия, объективированные вовне, и спор — конфликты.

Не вносит ясности в понимание соотношения терминов «разногласия» и «спор» их рассмотрение через призму коллизий. Так, Е.Е. Бо-бракова отмечает, что проявление тех или иных

29 См.: Комбарова Е.В. Конституционно-правовой механизм разрешения разногласий в системе органов публичной власти Российской Федерации: дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2009.

30 См.: Бобракова Е.Е. Согласительные процедуры в конституционном праве: общие основы и особенности применения в федеральном законодательном процессе: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2001; Цатурян Т.В. Указ. соч.; Тарханова А.А. Согласительные процедуры в законодательных (представительных) органах государственной власти субъектов Российской Федерации: на примере Республики Татарстан: дис. ... канд. юрид. наук. Казань, 2007.

31 При анализе автор ссылается на Словарь иностранных слов, Большую советскую энциклопедию и Толковый словарь русского языка.

32 См.: Бобракова Е.Е. Указ. соч. С. 35.

33 См.: Юридическая конфликтология: монография / О.В. Бойков, Н.Н. Варламова, А.В. Дмитриев, В.Н. Кудрявцев, С.В. Кудрявцев и др. М.: Институт государства и права РАН, 1995. С. 5.

противоречий в интересах порождает коллизию, которая в своем развитии проходит следующие стадии: разногласие — спор — конфликт34. По мнению Е.В. Комбаровой, понятие юридической коллизии является ключевым для понимания всех системных противоречий — коллизий, разногласий, споров и конфликтов35. Рассатри-вая юридическую коллизию в широком смысле, Е.В. Комбарова включает в нее в том числе разногласия, возникающие в системе органов публичной власти по осуществлению своих полномочий и в процессе применения права, соотнося «разногласия» и «коллизию» как часть и целое36. В свою очередь, споры о компетенции между органами публичной власти рассматриваются как наиболее распространенные и наиболее сложные коллизии в конституционном праве37.

Выражая несогласие с такой позицией, отметим, что все же разногласия, спор и конфликт, представляя собой явления социальной действительности, проявляются в отношениях между людьми. Если рассматривать эти явления с правовой точки зрения — в отношениях между субъектами права. Противоречия, лежащие в основе разногласия, спора и конфликта, являются разновидностью социальных противоречий, и только такие противоречия в своем развитии могут проходить стадию конфликта. Тогда как коллизия в строго юридическом (специальном) смысле представляет собой противоречия между правовыми нормами (или нормативными правовыми актами), нормативными предписаниями и актами толкования и (или) правоприменения. Следует согласиться с А.Б. Зеленцовым: «между различными элементами правовой системы могут существовать противоречия, в том числе в форме юридических коллизий, которые превращаются в правовые конфликты лишь в том случае, если их сторонами становятся конкретные субъекты права, нацеленные на отстаивание своих интересов в процессе разрешения этих противоречий»38. Коллизия является скорее первопричиной, предпосылкой разногласий, правовых споров, юридических конфликтов, а не их проявлением.

Подход к определению разногласия, спора, правового конфликта через призму юридических коллизий ведет к смешению близких, но отлича-

34 См.: Бобракова Е.Е. Указ. соч. С. 37.

35 Автор последовательна в отстаивании своей позиции, о чем свидетельствует и структурирование ее диссертации, которая, будучи посвящена механизмам разрешения разногласий в системе органов публичной власти, начинается не с анализа категории «разногласия», а с исследования понятия и природы юридических коллизий. Гл. 1 диссертации называется «Коллизии в конституционном праве Российской Федерации». См.: Комбарова Е.В. Указ.соч. С. 13-69.

36 Там же. С. 20.

37 Там же. С. 38.

38 Зеленцов А.Б. Теоретические основы правового спора: дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2005. С. 46.

ющихся друг от друга правовых явлений, к размыванию этих понятий, установление границ которых и без того является сложной задачей. По мнению отдельных ученых, с которым следует согласиться, искусственное «укрупнение» понятия «юридическая коллизия» идет вразрез с уже сложившимися как в правовой науке, так и в законодательной практике традициями39 и вряд ли обусловлено объективными потребностями.

Подводя итог исследованию, необходимо отметить, что категория «разногласия» в конституционном праве имеет самостоятельное юридическое значение. Конституционно-правовые

разногласия, выступая внешней формой противоречий, проявляются в различной оценке субъектами конституционного права содержания правовых актов, действий (бездействия) органов публичной власти и формулируются в виде взаимоисключающих выводов, суждений, имеющих конституционно-правовое значение. В таком виде разногласия являются проявлением конституционно-правовых конфликтов, имеющих две значимые и отличающиеся друг от друга формы, — конституционно-правовые споры и разногласия, не являющиеся спорами (разногласия «неспорного» характера).

Библиография:

1. Аленина И.В. Коллизии в трудовом праве: дис. ... канд. юрид. наук. Омск, 2000. 206 с.

2. Бобракова Е.Е. Согласительные процедуры в конституционном праве: общие основы и особенности применения в федеральном законодательном процессе: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2001. 200 с.

3. Брежнев О.В. Судебный конституционный контроль в России: проблемы методологии, теории и практики: дис. ... д-раюрид. наук. М., 2006. 447 с.

4. Замотаева Е.К. Конституционно-правовые споры // Конституционное и муниципальное право. 2004. № 5. С. 2-7.

5. Зеленцов А.Б. Теоретические основы правового спора: дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2005. 435 с.

6. Кобзарь Д.А. Судебное разрешение конституционно-правовых споров о компетенции в Российской Федерации: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2005. 207 с.

7. Комбарова Е.В. Конституционно-правовой механизм разрешения разногласий в системе органов публичной власти Российской Федерации: дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2009. 240 с.

8. Ненашев М.М. Спор о праве и его место в гражданском процессе: дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2011. 197 с.

9. Рожкова М.А. Понятие спора о праве гражданском // Журнал российского права. 2005. № 4. С. 98-102.

10. Тарханова А.А. Согласительные процедуры в законодательных (представительных) органах государственной власти субъектов Российской Федерации: на примере Республики Татарстан: дис. ... канд. юрид. наук. Казань, 2007. 202 с.

11. Цатурян Т.В. Конституционно-правовое регулирование согласительных процедур разрешения споров о компетенции между органами государственной власти Российской Федерации и субъектов Российской Федерации: дис. . канд. юрид. наук. М., 2009. 201 с.

12. Юридическая конфликтология: монография / О.В. Бойков, Н.Н. Варламова, А.В. Дмитриев, В.Н. Кудрявцев, С.В. Кудрявцев и др. М.: Институт государства и права РАН, 1995. 316 с.

References (transliteration):

1. Alenina I.V. Kollizii v trudovomprave: dis. ... kand. yurid. nauk. Omsk, 2000. 206 s.

2. Bobrakova E.E. Soglasitel'nye procedury v konstitutsionnom prave: obshchieosnovy i osobennosti primeneniya v federal'nomzakonodatel'nomprotsesse: dis. ... kand. yurid. nauk. M., 2001.200 s.

3. Brezhnev O.V. Sudebnyjkonstitutsionnyj control' v Rossii: problemy metodologii, teorii i praktiki: dis. ... d-ra yurid. nauk. M., 2006. 447 s.

4. Zamotaeva E.K. Konstitutsionno-pravovyespory // Konstitutsionnoe i municipal'noepravo. 2004. № 5. S. 2—7.

5. Zelentsov A.B. Teoreticheskieosnovypravovogospora: dis. ... d-ra yurid. nauk. M., 2005. 435 s.

6. Kobzar' D.A. Sudebnoe razreshenie konstitutsionno-pravovyh sporov o kompetentsii v Rossijskoj Federatsii: dis. ... kand. yurid. nauk. M., 2005. 207 s.

7. Kombarova E.V. Konstitutsionno-pravovoj mehanizm razresheniya raznoglasij v sisteme organov publichnoj vlasti Rossijskoj Federatsii: dis. ... kand. yurid. nauk. Saratov, 2009. 240 s.

8. Nenashev M.M. Spor o prave i ego mesto v grazhdanskom protsesse: dis. ... kand. yurid. nauk. Saratov, 2011.197 s.

9. Rozhkova M.A. Ponyatiespora o prave grazhdanskom // Zhurnal rossijskogo prava. 2005. № 4. S. 98—102.

10. Tarhanova A.A. Soglasitel'nyeprocedury v zakonodatel'nyh (predstavitel'nyh) organah gosudarstvennoj vlasti sub'ekto Rossijskoj Federatsii: na primere Respubliki Tatarstan: dis. ... kand. yurid. nauk. Kazan', 2007. 202 s.

11. Saturyan TV. Konstitutsionno-pravovoe regulirovanie soglasitel'nyh protsedur razresheniya sporov o kompetentsii mezhdu organami gosudarstvennoj vlasti Rossijskoj Federatsii i sub'ektov Rossijskoj Federatsii: dis. ... kand. yurid. nauk. M., 2009. 201 s.

12. Yuridicheskaya konfliktologiya: monografiya / O.V. Bojkov, N.N. Varlamova, A.V. Dmitriev, V.N. Kudryavtsev i dr. M.: Institut gosudarstva i prava RAN, 1995. 316 s.

Материал поступил в редакцию 28 июля 2014 г.

39 См.: Аленина И.В. Коллизии в трудовом праве: дис. ... канд. юрид. наук. Омск, 2000. С. 15.