Творчество М. С. Годенко как явление сценического искусства второй половины XX века: по страницам публикаций

SCIENCE TIME

ТВОРЧЕСТВО М.С. ГОДЕНКО КАК ЯВЛЕНИЕ СЦЕНИЧЕСКОГО ИСКУССТВА ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XX ВЕКА: ПО СТРАНИЦАМ ПУБЛИКАЦИЙ

Мымликова Инна Александровна, Красноярская государственная академия музыки и театра, г. Красноярск

E-mail: mimlikova@yandex.ru

Аннотация. Автор исследования пытается впервые в искусствоведении, восстановив творческий путь М. С. Годенко и историю становления репертуара Красноярского Государственного ансамбля танца Сибири, осмыслить и определить их вклад в истории сценического танцевального искусства России XX века.

Ключевые слова: хореографическое искусство, творчество, ансамбль танца, лексика, музыкальная обработка, новаторский стиль, народный танец, фольклор, образность, сюжет, ритмическая основа, сценическая интерпретация.

Тема, связанная с изучением танцевального фольклора Сибири середины ХХ столетия и его сценической интерпретации, осуществленной Ансамблем танца Сибири в 1963-1970-х годах, очень важна, поскольку она позволяет осмыслить процесс становления современного уникального пласта танцевальной культуры и его развитие в формах художественного творчества.

В сфере культуры нашей страны происходит сегодня интенсивный обмен духовным опытом Запада и Востока. Это относится и к искусству танца. Хореографы, а в некоторых случаях и сами исполнители все активнее изучают танцевальные системы Америки и Европы, Ближнего и Дальнего Востока, смелее и смелее начинают пользоваться не традиционными для российского человека формами пластического самовыражения. Тем самым постепенно трансформируя русское танцевальное искусство, уводя его от традиционных фольклорных истоков, от национальной самобытности, подчиняя, подчас, его лексическое богатство чуждым ему стилю и формам.

Между тем, уходят в небытие художники, способные создавать сценические шедевры именно в сфере инт ерпрет ации русского т анцевального фольклора, не разрушая его корневой основы, опираясь на неё. С ними уходят и накопленные образцы русского фольклора, умело воплощенные ими в формах

театрального представления.

Михаил Семенович Годенко посвятил хореографии более пятидесяти лет, вписав новую, оригинальную страницу в отечественное хореографическое искусство второй половины ХХ столетия. Триумфальный взлет его творческого коллектива стал ярчайшим явлением отечественной культуры - феноменом, имя которому Красноярский государственный ансамбль танца Сибири. Он внес в свой стиль ощущение нового времени, новый взгляд на народное искусство танца. И вместе с тем он опирался в своих новаторских поисках на традицию, был крепко связан с русским танцевальным фольклором. Он дал новое направление развития хореографического искусства Красноярского края, Сибири и России в целом.

Творчество Михаила Семеновича Годенко и его ансамбля вызывает бурный интерес в среде средств массовой информации с первого момента своего появления в Красноярске. В газетных и журнальных публикациях второй половины XX века содержится множество ценнейших сведений, забытых широкой аудиторией и не известных научной общественности. Они позволяют пересмотреть отстоявшиеся точки зрения, выдвинуть новые гипотезы, уточнить даты, выявить новые имена, воссоздать более точно репертуар ансамбля тех лет и тем самым расширить представление о созданном Красноярском ансамбле и о творчестве в нем М. Годенко.

В группе публикаций, освещающих первоначальный период творчества М. Годенко в Красноярске, выделяются газетные статьи, написанные по следам выступлений ансамбля. Здесь констатируется факт выступления коллектива в том или ином месте, реакция публики, перечисляются наиболее интересные с точки зрения автора номера программы, их последовательность в концерте, особенности их исполнения, упоминаются те или иные артисты ансамбля, встречаются их биографические данные. В целом рисуется картина творческой жизни коллектива и страны того периода. «Подготовлена новая программа, в которую войдут танцы «Ненецкий», «Хейро», современный лирический хоровод «Рожь», танец - миниатюра «Клен», шуточный танец «Каждый со своим стулом», «Черемховская кадриль «Шахтеры», и мн. другое» [15, с.3]. В статье «Искусство высокой пробы», 1966 года, автор говорит о выступлении в Москве, называет площадки, где работал ансамбль. Он перечисляет номера ансамбля, отмечает, какие из них новые, а какие из старого репертуара. Здесь описывает, как принимали ансамбль москвичи и зарубежные гости столицы. В заключении читатели узнают о маршруте гастролей ансамбля и его планах: «После Москвы красноярцы будут выступать в Уфе, Пензе, Петрозаводске и закончат свое гастрольное турне в Ленинграде. А с начала 1967 г. планируется новая поездка в зарубежные страны» [1, с.2]. Художественный руководитель прославленного Государственного ансамбля танца Украины, народный артист СССР Павел

Вирский тепло отозвался о выступлении красноярцев: «Ваш ансамбль, несомненно, один из самых талантливых и высокохудожественных русских коллективов нашей страны» [13, с.3].

Но были рецензии, по которым можно уверенно говорить о творческом процессе в ансамбле. Они чутко улавливают творческую линию балетмейстера, ее неординарность, его стремление не подражать, а создавать. «То, что показал Государственный Красноярский ансамбль танца народов Сибири, не было похоже на все ранее виденное в исполнении других танцевальных коллективов. Программа ансамбля отличается жизнерадостностью, содержательностью - от патриотизма до любовной лирики и веселой шутки. Произведения создают цельный, благородный образ рядового советского труженика. Творческие поиски - главная черта коллектива ансамбля. Ансамбль старается избежать шаблона. Не один номер программы можно назвать новаторским. Красноярцы остаются верными лучшим народным исполнительским традициям, но не рабски перенимают их, а творчески развивают и обогащают их. В этом и заключается секрет популярности ансамбля, которая была бы немыслима, если бы коллектив стремился только к этнографической достоверности» [9, с.4]. А вот рецензии 1965 и 1967 года: «О стремлении красноярских танцовщиков к творческому претворению народных подлинников, об умении превращать их в сценические произведения, свидетельствует, в частности «Черемховская кадриль» [24, с.4]. «Танцы прочно связаны с народной основой, а потому так красивы, сделаны с таким вкусом, ярки и неповторимы. На сцене ожил исконно русский танец -безудержно веселый и темпераментный, лирический и целомудренный, покоряющий тонким юмором, искренностью и непосредственностью. За изумительной легкостью и изяществом танца - долгий и трудный путь поисков и раздумий создателей ансамбля... Везде ощущается дыхание сибирского села, встают очаровательные картины народных гуляний и отдыха» [21, с.3].

Постепенно меняется содержание газет. Авторы газетных рецензий и статей чутко улавливают все более возрастающую в постановках ансамбля «эмоциональную» составляющую. «Что поражает зрителей? Что заставляет и молодых и старых одинаково восторгаться увиденным? Правда жизни, реалистически переосмысленная, заключенная в художественную форму, заставила трепетать зрительный зал, сделала искусство танца достоянием каждого. Обогащенный творческой фантазией сибирский танец сохранил в себе наиболее характерные фигуры, особенную, несколько утяжеленную поступь с каблука на всю ступню, оригинальные положения рук. Умение видеть жизнь и пересказать ее языком хореографии - основная черта коллектива и его руководителя» [14, с.4]. «Коллектив отличается тонким вкусом и глубокой народностью. Создает небывалое, яркое зрелище, праздник музыки и хореографии, песни и пантомимы. Мягкий юмор, лиризм характерны для всей

программы. Поражает темп, техника в вихревых танцевальных номерах» [17, с.3].

В 70-е годы ансамбль много гастролирует. Поэтому параллельно возникают заметки из зарубежной прессы:

1973 год, США - «действительно, его ансамбль основан на фольклорном искусстве. Это искусное сочетание народных мотивов и высокого хореографического исполнения» [6, с.22]. 1975 год, Франция - «Администрация выбрала коллектив с большим спектаклем - народным, ярким, с невиданным ритмом. Лучшего, чем балет Сибири нельзя было найти для представлений: в нем новшество в лучших традициях русского фольклора» [20, с.5.]. «Хореография танцев интерпретирует, оттачивает элементы фольклора и явно говорит о классической основе лучших артистов...» [2, с.4] 1979 год, США -«Возможно одной из причин, по которой народные танцы Советского Союза кажутся гораздо более широкими и эффектными, чем танцы любой другой страны, является использование хореографии и культурных традиций. У Годенко есть острый глаз на достижение эффекта и тонкое чутье на постановку народных танцев на театральной сцене, и это никогда не бывает сделано в провинциальной манере. Это не был народный танец «во ржи», рука мастера была видна повсюду, и хотя исходный материал имеет безусловно крестьянское происхождение, артисты труппы - не простые деревенские танцоры, а блестяще подготовленные тонкие знатоки-профессионалы» [19, с.1]. Эти заметки удивительно перекликаются с возникающими в отечественной прессе статьями. Например, газета «Советская культура»: «Годенко - человек, удивительно тонко сознающий возможности танца, великолепно ощущающий динамику движения, чутко воспринимающий ритм окружающей действительности. Поражает его способность мыслить, фантазировать пластическими образами в предлагаемых обстоятельствах. Он очень наблюдателен, и нередко из подмеченной им, казалось бы, совсем незначительной детали в походке человека или его манере держаться вырастает целое хореографическое полотно. Его работы основаны на своем ярко индивидуальном понимании процессов современного танца. Ему свойственна потребность к созиданию, к самовыявлению, самовыражению в танце» [12, с.6]. А вот из «Красноярского комсомольца» 1979 года: «Ансамбль, собранный в основном из самодеятельных артистов, получил название «танца Сибири». Его упрекали, ставили «на вид» - почему «танца Сибири», а не «народов Сибири»? Он объяснял: у ансамбля иные задачи, мы не будем скрупулезно придерживаться народных танцев, но именно народное творчество, во всем его многообразии, определит лицо коллектива. Понятное и осмысленное молодыми артистами, оно по-новому ярко и празднично предстанет перед зрителем. В ансамбле поразительно счастливо сочетаются глубинность основы с современностью исполнения. Тогда ансамбль упрекали в технических

SCIENCE TIME

погрешностях, сравнивая с Моисеевым. Годенко говорил своим: «Мы возьмем другим. Вы покажете зрителям, что танцуете только для них, будьте искренни с залом, отдайте ему свою душу. Почти каждая постановка напоминает театральное представление, а его руководителя рецензенты называют режиссером» [11, с.3]. «Красноярцев не с кем сравнивать. В хореографии их тематика и выразительные средства не имеют аналогов. Не копируя элементы фольклорных танцев, не уходя в этнографичность, балетмейстер создает сложное художественное целое. Сложность и современность, а не погруженность в старину» [3, с.4].

Наиболее тонкими с профессиональной точки зрения, по нашему мнению, явились прижизненные оценки, как постановок М. Годенко, так и исполнительского мастерства коллектива, принадлежащие перу ученых-искусствоведов Г. Иноземцевой и Н. Шереметьевской. Первая в своих работах подмечает характер творчества балетмейстера. Она выделяет, что в его творчестве «элементы столь разных сфер хореографии соприкасаются, взаимно обогащая, и дополняя друг друга. Выбрав определенный танцевальный мотив, балетмейстер затем развивает его, варьирует, обогащает, придает ему полифоническое звучание, применяя в своей работе современные гармонии, ритмы, современный характер темпов». Она четко прочерчивает направление -«мы имеем дело с так называемой театрально-эстрадной транскрипцией этнографического материала». Вторая, рассуждая о современном состоянии народно-сценического танца, приводит творчество Красноярского ансамбля танца Сибири как пример воплощения «современного характера танца», где находят отражение даже «прямые линии современного архитектурного пейзажа. А в динамическом ритме постановок - темп современной жизни». Эти авторы увидели в творчестве Годенко позитивное, созидающее начало и поддерживали его творческую индивидуальность. Очень интересна статья А. Соколова за 1977 год, в которой он анализирует некоторые постановки ансамбля. «Танец как выражение театральной стихии у Годенко, едва ли не самое перспективное направление развития народного танцевального искусства». У него же подмечена еще одна черта - «В коллективе, танцующем ровно, в едином стилистическом ключе, нет ни нивелировки исполнителей, ни механического однообразия, ни скучного автоматизма. Поражает разнообразие индивидуальностей, которые угадываются даже в массовых номерах» [22, с.4]. Автор определяет этим достоинства названного коллектива.

Совершенно противоположными по восприятию творчества М. Годенко выглядят статьи некоторых коллег. Например, И. Моисеева, народного артиста СССР, Героя социалистического труда, руководителя Государственного академического ансамбля танца народов СССР

Подводя итоги смотра профессиональных ансамблей песни и танца России, он очень огорчался, говоря о творчестве красноярского ансамбля - «Многие искривления в области русского танца объясняются недостаточной осведомленностью, низкой культурой и вкусом многих хореографов, работающих в этой области. Вместо того, чтобы добросовестно изучать особенности и оттенки русского танца на местах, они подменяют их стандартным набором «эффектных» трюков, имеющих всеобщее и повсеместное хождение, надежно испытанных успехом у публики. Работа на публику, погоня за успехом, уводят искусство от главной задачи - раскрытия широкой палитры чувств русского характера, многообразия форм и оттенков его проявления» [12, с.1]. Ему вторит фольклорист, кандидат искусствоведения А. Чижова, которая в статье о выступлении ансамбля в Москве, отмечает, что «балетмейстеры еще плохо знают танцевальный фольклор своей родины, народное творчество еще не стало постоянной основой их искусства. Многое из того, что хореографы создают, плод их знаний русского танца и фантазии, которую редко удается обогатить подлинно народным материалом» [24, с.3].

А вот Т. Устинова, народная артистка СССР, главный балетмейстер хора имени Пятницкого, писала в 1997 году: «Помню его работы, где он поражал находками, изобретательством, неожиданным решением. Некоторые пытались доказать, что он стилизовал народную хореографию, но нет, он показывал народное искусство в современном качестве» [4, с.52]. Журнал «Советский Союз» писал в 1974 году: « Красноярцев часто сравнивают с ансамблем Игоря Моисеева. Мера самой высокой требовательности лежит в основе этого сравнения. И, надо сказать, сибирский ансамбль выдерживает сопоставление со своими именитыми коллегами. Изобретательность постановщика М. Годенко показывает, каким громадным творческим запалом обладает искусство народного танца, как много еще в запасе у балетмейстеров неожиданных па и колен, тех самых, что отплясывают на деревенских свадьбах и народных гуляньях сибиряки. Зал не просто смотрит концерт, зал танцует вместе с ансамблем. Это видно по глазам. Если хотите, каждый танцует в душе, в воображении. И это самое важное и прекрасное впечатление от концерта» [5, с.21].

Большую ценность представляют интервью самого М. Годенко в прессе. Их количество сравнительно мало, но по ним можно проследить эволюцию становления стиля ансамбля, ступени формирования концептуальных основ на основе практической деятельности. Если в начале творческого пути, в 1963 году, хореограф ориентируется на этнографический репертуар: «Первое отделение мы задумали единым в русском фольклорном плане. Тут будут преобладать старинные сибирские танцы. Во втором покажем современные танцы» [9, с.2]. Годенко охотно определяет источники своего творчества: «Всюду свои

традиционные празднества, обычаи, находящие яркое выражение в танце. Много интересного для себя открываем на смотрах художественной самодеятельности края», [17, с.5] уже к 1967 году он более основательно комментирует свои методы работы с фольклорным материалом: «За основу взяли одно характерное движение, манеру исполнения. Остальное - выдумка, фантазия постановщика. И так в каждом случае - стремимся, чтобы танец выглядел сценично, увлекал зрителей, сохранив при этом свою первоначальную природу. Наша задача -сохранить русское национальное хореографическое искусство, обогатив его современными ритмами, своим творческим воображением. Танец мертв, если исполнитель не переживает заново его суть, его настроение. Танец должен быть многокрасочным и жизнерадостным» [20, с.3]. А в 1976 году Михаил Семенович скажет: «Профессиональная сцена - это спектакль, искусство! Она должна увлечь зрителя действом - эмоциональным и содержательным. На сцене несколько иные законы. И то, что было прекрасно в «горке», в профессиональном искусстве должно лишь найти свое применение, место и свою целесообразность, но применение, а не свою копию. Разница между народным игрищем и двухчасовым сценическим представлением огромная. Танцевальный спектакль - это сплав сюжетов из народной жизни и народных танцев. Современный зритель, особенно молодой, образован, интересы и вкусы его высоки и взыскательны, только этнографией, даже хорошо исполненной, его не удивишь. Ему нужна созвучная мысль, выраженная в пластике танца. Или настроение, вызванное ярким, необычным, ж изненным сюж ет ом. Национальная основа дает возможность выразить в танце и красоту, и здоровье, и нравственные черты нашего народа - его сдержанность, застенчивость, его удаль и душевный богатырский порыв. Все это подвластно нам, когда мы опираемся на бессмертную пластику народного танца, ритмы народной музыки. Но опять же -не копируем, а опираемся, т .е. творчески видоизменяем, исходя из требований времени» [9, с.4]. К этому времени Годенко уже четко понимает, что успех театральных представлений, а свои постановки он называет именно так, определяется именно тем, насколько они согласуются с основными потребностями и желаниями аудитории. При удачном выступлении актеры, певцы и танцоры заряжают аудиторию энергией. Далее его мысли развиваются в этом же направлении: «Мы прежде всего стремимся не столько к классической отработанности массовых сцен, сколько к раскрытию индивидуальности каждого танцовщика. Ведь в первую очередь важно не то, чтобы актер действовал как отлаженный механизм, а чтобы он жил на сцене, чтобы был грустный или веселый, робкий или решительный, но чтобы он обязательно создавал образ, характер» [26, с.3] говорит он в 1985 году.

В этом же, 1985 году выходит книга Н. Шереметьевской «Танец на эстраде». Это исследование посвящено анализу специфики Российского

эстрадного танца в его историческом контексте. В нем определены источники работы ансамбля в сфере создания сценических образцов танца: «Серьезное погружение в историю и современность Сибири, насыщенную героическими деяниями, внимательное вслушивание в звучание сибирских песен, запечатлевших пережитое народом, наконец, более пристальное знакомство с яркими произведениями современной литературы Сибири - все это могло бы толкнуть балетмейстера на новые темы и образы, а обращение к прикладному искусству - найти более точный стиль в народной одежды» [25, с.336]. И, что особенно важно для нашего исследования, в этой книге затронута история становления методов интерпретации танцевального фольклора, характерных для нашей страны. Касается исследователь и постановок М. Годенко в ленинградском мюзик-холле. «Все его номера обладают драматургическим костяком вне зависимости от наличия в них определенного сюжета. Лучшие постановки Годенко могут служить образцами правильно выстроенного эстрадного танца» [25, с.301].

Весь газетный печатный материал позволяет говорить о том, что на разных этапах деятельности М. Годенко в красноярском ансамбле, обозначались животрепещущие для хореографии вопросы. Это вопросы сохранения и развития лексической составляющей, музыкальных обработок, новаторских подходов к устоявшимся формам, а отсюда и появление нового, не традиционного для народного танца. Поэтому неоценима роль тех, кто первыми понял, что постановки М. Годенко это не этнографические картины, взятые из жизни и воссозданные на сцене, а явление, обладающее совсем другим характером образности, сюжета, ритмической основы. Обработанные для сцены талантливым человеком, они превращены в явление сценического искусства, которое до сих пор не нашло научного осмысления. Он вступил на путь творческого переосмысления традиционной хореографической культуры, он «рисовал космос, не побывав в космосе, развивал из простых движений целую философию! Он умел вынимать красоту из бездонного колодца», [4, с. 114] открыл новое направление в существующих формах сценической интерпретации танцевального фольклора. Опередивший свое время, М. Годенко вырастил талантливых танцовщиков-актеров, ставших гордостью хореографического искусства.

Литература:

1. Александров А. Искусство высокой пробы // Красноярский рабочий, 1966, 21 августа.

2. Балет из Сибири. Девушки волчки, ребята - акробаты. // Франс суар, 2 декабря 1975 г. Франция, Париж

3. Василенко В. В россыпи танца - удаль Сибирская. // Красноярский комсомолец,1979 год, 14 июня.

4. Войтюк С.А. Михаил Годенко - мастер танца. Воспоминания. /Литературная обработка З. И. Палиевой, В. Н. Рубе/ - Красноярск: книжное издательство,1997.

5. Выступления Государственного Красноярского танца Сибири. // Советский союз, 1974, № 7.

6. Журнал «Курьер Джорнал» (США) 1973г, № 5.

7. Иноземцева Г. Сибирский характер. // Советская эстрада и цирк, 1976, №1, январь.

8. Кашурко С. Молодцы, красноярцы! // Красноярский рабочий, 1963, 25 сентября.

9. Ларионов А. Душа в танце. // Правда, 1976.

10. Лусникова И. И снова в путь! // Красноярский комсомолец,1979 год, 14 июня.

11. Моисеев И. Истоки танца. // Правда, 1978, 12 февраля

12. Молодых Н. Молодцы, красноярцы! // Красноярский рабочий, 1968, 17 ноября.

13. Михайлов А. Сибирь, запечатленная в танце. // Красноярский рабочий, 1969, 23 августа.

14. Попов В. Танцуют наши земляки. // Без названия, 1964, 26 января.

15. Просекова Н. Я дарю вам чудо танца.// Красноярский рабочий, 1979, №137, 1 мая..

16. Ратгаузский О. Все очень хорошо. // Красноярский рабочий, 1969, 18 марта

17. Расскажите зрителям. Интервью с М. С. Годенко. // Советская Россия, 1965, 16 сентября.

18. Русский народный танец. // Вашингтон Пост, 20 января 1979г.

19. Самые красивые блондинки из Сибири во дворце спорта. 30 танцовщиц из Красноярска. // Орор, 28 ноября 1975, Париж.

20. Смолова Р. Танцует молодость. Интервью с М. С. Годенко. // Заполярная правда, г. Норильск, 1967, 8 декабря.

21. Соколов А. Краски народного танца. // Вечерний Ленинград, 1977, 25 мая.

22. Туманов И. Жизнеутверждение. // Советская культура, 1979, 12 июня.

23. Чижова А. В стихии танца. // Советская культура, 1965, 14 сентября.

24. Шереметьевская Н. Беречь истоки. // Правда, 1981, 11 октября.

25. Шереметьевская Н. Танец на эстраде. М., «Искусство», 1985.

26. Юрьева М. Танец рассказывает о Сибири. Интервью М. С. Годенко. // Советская культура, 1985, 5 февраля.