Онтология ценностей и повседневность: возвращение к естественному опыту

УДК: 1+124.5

АВДЕЕВ Евгений Александрович, аспирант кафедры философии факультета истории, философии и искусств

ОНТОЛОГИЯ ЦЕННОСТЕЙ И ПОВСЕДНЕВНОСТЬ: ВОЗВРАЩЕНИЕ К ЕСТЕСТВЕННОМУ ОПЫТУ

В статье рассматривается природа ценностей и их роль в современном обществе. Раскрывается интегративная функция ценностей как феноменов, лежащих в основе социальных связей, которые объединяют индивидов в разноуровневые социальные общности. На примере краткой типологии ценностей вскрывается субъектно-объектная, шире - интерсубъективная природа ценностей как отношений, существующих между людьми по поводу того или иного объекта и его свойств. В этой связи более подробно рассматриваются различные варианты трактовок ценностей как сочетающих в себе субъективное и над индивидуальное. Современные подходы к определению природы ценностей акцентируют внимание на их понимании как над индивидуальных типов отношений не только осознанных, но и экзистенциально прочувствованных индивидом. Ценности, объединяя значимое и должное, средство и цель, сущее и идеал, заключают в себе идеальные образцы социального бытия. Отсюда и роль ценностей как нормативных регуляторов социальных отношений и социальных практик. Релятивизация ценностей, «ценностный хаос» в современном обществе приводят к утрате основ национальной культуры, способствуют социальной дестабилизации. На основе проведенного анализа природы и роли ценностей автором предлагается выделить жизненный мир индивида, «повседневность» в качестве основы первичной реальности «как ей положено быть». Посредством возвращения к повседневности, основам бытия человека в мире становится возможным открытие ценностного значения вещей.

Ключевые слова: общество, ценности, система ценностей, культура, ценностный кризис, естественный опыт, повседневность.

DOI: 10.17748/2075-9908.2015.7.5/1.085-089

AVDEEV Evgeniy Aleksandrovich, Postgraduate student, Chair of Philosophy, Faculty of History, Philosophy and Arts

ONTOLOGY OF VALUES AND DAILY LIFE: RETURN TO NATURAL EXPERIENCE

The article highlights the nature of values and their role in modern society, reveals the integrative function of values as a phenomenon underlying social relations and integrating individuals in different social communities. By the typology of values, the author shows the subject-object and inter-subject nature of values as relations between people regarding particular objects and their features. In this context, the article presents detailed consideration of different interpretations of values combining subjective and supra-individual features. Modern axiological concepts interpret values as supra-individual types of relationships which are not only conscious but also existentially felt by individuals. Values, uniting meaningful and due, goals and means, real and ideal, comprise ideal samples of social existence, hence there is the role of values as normative regulators of social relations and social practices. Relativization of values, the «value chaos» in modern society cause the loss of basics of national culture and social destabilization. Based on the analysis of the essence and role of values, the author proposes to consider the world and "daily life" of an individual as the basis of the primary reality «as it should be». Discovery of value meaning of things becomes possible through return to daily life and fundamentals of human existence in the world.

Key words: society, values, system of values, culture, crisis of values, natural experience, daily life.

Ломка и релятивизация ценностных систем, все убыстряющийся темп трансформации основных элементов социального бытия, усложнение форм деятельности и коммуникаций в современном обществе заключают в себе опасность распада социума, разрушения оснований культуры. Ценностный кризис, суть которого заключается в утрате ориентиров, смешении всех ценностей, замещении высших (духовных) ценностей экономическими, политическими, правовыми нормами и императивами, является и экзистенциальным кризисом, утратой человеком смыслов и основ бытия («шок от настоящего»). Современный человек стремится найти такие ценности, которые задали бы ему постоянные ориентиры в стремительно изменяющейся экономической, политической и социальной реальности. В этой связи философский анализ онтологии ценностей, их иерархии и социальных функций является актуальным и практически значимым.

I

Приступая к рассмотрению ценностей, прежде всего, следует подчеркнуть их социальную значимость. Онтологически ценности характеризуют бытие человека в условиях бытия социума, его интенцию на воспроизводство и качественное обновление социальных связей и отношений. На уровне ценностей происходит фиксация условий социальной реальности, исторически накапливаемого опыта включения индивида в систему социальных отношений и коммуникаций. Система ценностей, существующая в культуре, определяет отношение индивида к таким универсальным категориям, как «человек», «общество», «добро», «зло», «мир», «долг», «ответственность», «свобода», «справедливость», «власть» и т.д. Ценности не являются элементами культуры, они составляют культуру. Так, распространено определение ценности как одного из элементов культуры, наряду с идеями, смыслами, верованиями, традициями. Но, в действительности, все элементы культуры имеют ценностную природу [5, с. 4].

Ценности, таким образом, конституируют всякую культуру. Они, будучи абстрактными категориями, фиксируют условия социального бытия, опыт социальных отношений, деятельности и коммуникаций в форме законченных, системно-организованных образов. Ценности определяют цели, отношение индивида к другим людям, обществу в целом, задают направление индивидуальной и коллективной деятельности. Отсюда возникают незримые, но объективно присутствующие в жизни людей связи, объединяющие индивидов в разноуровневые социальные общности. Соответственно, ценности выступают как основа социальной связи и шире, как основа воспроизводства и изменения социальных форм и отношений.

II

Ценности становятся объектом философского исследования со второй половины XIX в. в рамках специальной дисциплины - аксиологии. Однако обращение к ценностной проблематике, раскрытие природы, структуры и классификации ценностей присутствует во всех значимых философских дискурсах от античности до наших дней. В европейской философии складывается несколько основных подходов к интерпретации ценностей. Во-первых, ценность рассматривается как трансцендентальная надындивидуальная сущность. В рамках данных трактовок ценность наделяется фактической реальностью, понимается как вещь или идея. Во-вторых, ценность понимается как выражение личностных свойств и качеств субъекта, результат его рациональной деятельности. Здесь ценность сводится исключительно к субъективной значимости объекта. В-третьих, существует субъектно-объектная интерпретация природы ценностей как отношения субъекта к объекту с точки зрения его объективной значимости для удовлетворения определенных потребностей.

Своеобразное сочетание субъективного и сверхиндивидуального, которое позволяет вскрыть интерсубъективную природу ценностей, присутствует в аксиологических концепциях И. Канта, Э. Гуссерля, М. Шелера. Так, Кант в своем труде «Основоположение метафизики нравов» производит деление ценностей на абсолютные и относительные («ценность для нас») в зависимости от характера цели. Вещи, существующие независимо от воли субъекта (die wessen), «имеют относительную ценность как средства» и соотносятся с субъективными целями». «Объективными целями» у Канта выступают лица - «цели сами по себе». Таким образом, рассмотрение человека как «объективной цели» придает ему абсолютную ценность [8, с. 204205]. Однако Кант хотя и связывает бытие ценности с понятием о ней, которое возможно только у разумного существа [9, с. 292], тем не менее, не субъективизирует ценность. Согласно Канту, ценность существует изначально как свойство разумного человека и человеческого отношения к миру, как мера человечности и свободы [11, с. 103]. Ценности обладают особой объективностью, объективностью высших целей человеческого существования. При этом под ценностью понимается, прежде всего, моральная, нравственная ценность [11, с. 104], обусловленная исключительно свободной волей индивида («принцип воли»), «безотносительно к тем целям, какие могут быть достигнуты посредством такого поступка» [8, с. 169]. Подчеркнем, что для Канта моральное совершенствование человека и человечества является высшей ценностью культуры [2, с. 20].

В рамках феноменологической философии Гуссерля ценности связываются с деятельностью сознания - его интенциональностью. Ценностное значение предметного мира выступает как результат творческой деятельности сознания, которое создает мир феноменов, обладающих значением и смыслом. Интенциональность сознания представляет собой, по сути, обнаружение и полагание ценностного значения предметного мира. Ценности, таким образом, имеют интенциональную природу, являются «ноэмой» - феноменом, наделенным смысловой значимостью. Или, по словам В.И. Молчанова, «Гуссерль создает модель сознания, которое ориентировано на культурные ценности» [12, с. 63]. Трансцендентальная природа сознания позволяет интерпретировать ценности как интерсубъективные явлениях, выражающие определенные виды отношений.

«Феноменологический опыт» является основой теории ценностей М. Шелера. В его феноменологической аксиологии ценности интерпретируются как объективные качественные феномены, предписывающие человеку нормы долженствования и оценок и образующие особое царство трансцендентных надэмпирических сущностей, находящихся вне пространственно-временной реальности [14, с. 380-381]. Ценность не является, согласно Шелеру, только общим понятием или смыслом, который может быть выражен рационально, она всегда дана в акте эмоциональной интуиции. Ценности можно только чувствовать. Ценности не сводимы также к их материальным носителям (блага, вещи, личности, состояния вещей), в которых они объективируются. Вместе с тем в феноменологии раскрывается, что ценности существуют независимо от субъекта. В акте чувствования ценность дана как «нечто совершенно отличное от чувствования... исчезновение чувственности не затрагивает ее бытие» [14, с. 384]. Производя классифи-

кацию, Шелер выделяет абсолютные - надэмпирические нравственные ценности и относительные - исторически изменчивая структура их переживания. Для анализа природы ценностей такое разделение представляется весьма плодотворным.

В настоящее время обращение к феномену ценностей без преувеличения становится одной из важнейших научно-практических проблем, требующих отдельного социально-философского исследования. Это обусловлено, во-первых, сменой исторического типа ценностей в постиндустриальных обществах (от модерна к постмодерну), новыми реалиями социальной жизни. Во-вторых, появлением конституируемого глобализационными процессами, общего социального пространства, в котором существуют различные культуры и идеологии (от постмодернизма до традиционализма и архаики) [1, с. 567]. Рассмотрение морально-этических категорий в контексте процессов глобализации и связанной с ними релятивизации ценностей, с одной стороны, актуализирует поиск наиболее общих культурных универсалий - общечеловеческих ценностей, проблематику культурного синтеза (В.С. Степин), формирования глобального этоса (А.А. Гусейнов). С другой стороны, акцент делается на рассмотрение «жизненного мира», «повседневности», экзистенциальной значимости ценностей для индивида. С этой точки зрения освоение индивидом фундаментальных ценностей является средством сохранения межпоколенной преемственности и традиционных типов культуры.

В отечественной литературе анализ современных подходов к определению ценностей представлен, в частности, П.С. Гуревичем. Говоря о ценностях, автор акцентирует внимание как на «человеческом измерении» ценностей, так и на синонимичности их культурно-историческим стандартам и нормам поведения. Ценность как отношения к миру является всегда личностно окрашенным. Ценность как компонент культуры «выражает человеческое измерение культуры, воплощает в себе отношение (курсив мой - прим. авт.) к формам человеческого бытия, человеческого существования. Она как бы стягивает все духовное многообразие к разуму, чувствам и воле» [6, с. 129].

В целом для современной аксиологической литературы характерно понимание ценностей как надындивидуальных типов отношений, не только осознанных, но и экзистенциально прочувствованных индивидом («человеческое измерение» общественного сознания). Не вдаваясь более детально в специфику различных трактовок ценностей в аксиологическом дискурсе, подчеркнем лишь наиболее значимые, на наш взгляд, положения.

Прежде всего, понимание ценности как отношения субъекта к объекту, «результат встречи субъекта с объектом» [5, с. 4-10]. В более широком смысле ценности можно интерпретировать как нечто межсубъектное, как отношения, существующие между людьми по поводу того или иного объекта и его свойств [4, с. 22-23]. Здесь ключевое значение для конструирования ценности приобретает оценка. Отношение субъекта к объекту определяет специфику оценки, а не ценности. Оценка, по определению М. Вебера, является «практическим» определением «доступного влиянию наших действий явления как достойного порицания или одобрения» [3, с. 547]. Структура оценки, в свою очередь, состоит из эмоционально-переживаемого соотнесения свойств явления с той или иной потребностью субъекта - оценочное отношение и фиксации результата оценочного отношения в понятии - оценочное суждение. Оценка, таким образом, является соотнесением полученного в результате фиксации сознанием «опыта чувств», идеального образа с реальными свойствами объекта. Следовательно, реализация ценности становится возможной только в аспекте пропозициональной установки долженствования. Интенцио-нальная установка индивида направлена на долженствование, определяет деятельность по объективации идеального образа совершенства.

Межсубъектная природа ценности проявляется при фиксации типов социальных отношений разного уровня. Отношения, складывающиеся между субъектами по поводу различных явлений, событий и идей, в процессе оценки приобретают значимость, становясь при этом носителями определенных ценностей. Любой объект культуры, таким образом, становится носителем ценности. Социальная значимость объекта-носителя, как правило, несоизмерима с его полезностью, однако выраженная в нем модель совершенства дает установку к должному. Ценность, таким образом, объединяет значимое и должное, средство и цель, сущее и идеал и заключает в себе идеальные образцы социального бытия. Отсюда и ее роль как нормативного регулятора социальных отношений и социальных практик.

III

Итак, приведенная выше краткая интерпретация ценностей, раскрытие ценностной природы культуры показывают актуальность обращения к проблематике ценностей при анализе структуры социального бытия. Прямая корреляция между изменениями системы ценностей с одной стороны, экономикой и политикой - с другой, является сегодня общепризнанной [7, с. 18-

2S]. К этому можно добавить, именно изменения системы ценностей определяют социальные трансформации современности.

Релятивизация мира ценностей является превалирующей тенденцией современности. Релятивизация ценностей и сопутствующая ей ситуация утраты ценностных ориентиров, «ценностного хаоса», приводит к утрате высших (духовных) ценностей, являющихся основами национальной культуры и общества в целом. Происходящие в современном «большом» мире процессы по существу являются вызовом обыденной жизни, «повседневности». В противоположность популярным сегодня постмодернистской реконструкции и релятивизму сюда же можно отнести и модернистский конструктивизм, как явлениям, чуждым повседневности, следует вернуться к рассмотрению «человеческого измерения» социальной жизни. Ценностный релятивизм, рассматриваемый в этом контексте, является вызовом не только социальной стабильности, но и тому, что стоит за ней - миру «повседневности». В этой связи следует еще раз обратиться к феноменологии, в частности к философии M. Хайдеггера. Именно ближний жизненный мир (повседневность) является началом субъективности, тем, что задает индивидуальному сознанию образ Человека.

Говоря о связи повседневности и процессов, происходящих в глобальном, «большом» мире, следует подчеркнуть значение повседневности. Ближний жизненный мир, область естественного опыта («народного опыта») является первичным по отношению к «большому миру», миру постмодернистской деконструкции и глобализации. Его первичность заключается отнюдь не в историческом смысле, как «стартовой позиции, затем навсегда оставленной», а в экзистенциальном смысле, как задающем базовую социальную установку, которая и является первичной [10, с. 619-632]. Согласно Хайдеггеру, достоянием естественного, первичного опыта является его открытость миру, то есть первичной реальности в противоположность внешним схемам, замыкание сознания в схемы, априори конструирующие реальность «как ей положено быть». Именно в рамках здравого смысла, народного опыта становится возможным возвращение к основам бытия человека в мире («вот-бытия»), открытие ценностного значения вещей, осознание смысла вещей («феномены вот- бытия»), изначально открытых человеку, «сокрытых посредством теорий» [13, с. 161]. Реконструкция первичного опыта означает преодоление ценностного релятивизма, возвращение к опыту и оценке здравого смысла.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Авдеев Е.А., Бакланов И.С., Бакланова О.А. Социокультурная динамика современности: трансформация коммуникационного пространства культуры // Современные проблемы науки и образования. - 2014. - № 4. - С. 567.

2. Баева Л.В. Ценности изменяющегося мира: экзистенциальная аксиология истории. Изд-во АГУ, 2004 - 277 с.

3. Вебер М. Избранные произведения. - M.: Прогресс, 1990. - S0S с.

4. Выжлецов Т.П. Духовные ценности и судьба России // Социально-политический журнал. - 1994. - № 3-6. - С. 1632.

5. Гоечко П.К. Ценности: природа и эволюционная типология // Обсерватория культуры. - 2006. - № 3. -С. 4-10.

6. Гуревич П.С. Философия культуры. - M.: NOTA BENE, 2001. - 352 с.

7. Инглхарт Р. Постмодерн: меняющиеся ценности и изменяющиеся общества // Полис. - 1997. - № 4. - С. 1S-2S.

S. Кант И. Сочинения. В S-и т. Т. 4. - M.: Чоро, 1994. - 630 с.

9. Там же. - 414 с.

10. Панарин А.С. Глобализация как вызов жизненному миру // Вестник российской академии наук. - 2004. Т. 74. -№7. - С. 619-632.

11. Столович Л.Н. Красота. Добро. Истина. Очерк истории эстетической аксиологии. - M.: Республика, 1994 - 464 с.

12. Феноменология и ее роль в современной философии (Mатериалы «круглого стола») // Вопросы философии. -19SS. - №12. - С. 63.

13. Хайдеггер М. Пролегомены к истории понятия времени. Томск: Водолей. 199S. - 3S4 с.

14. Шелер М. Избранные произведения. - M.: Гнозис, 1994. - 490 с.

REFERENCES

1. Avdeev E.A., Baklanov I.S., Baklanova O.A. Socio-cultural dynamics of modernity: transformation of communication space of culture. [Sotsiokulturnaya dinamika sovremennosti: transformatsiya kommunikatsionnogo prostranstva kul-tury]. Sovremennye problemy nauki i obrazovaniya - Modern problems of science and education, 2014, no. 4, p. 567. (in Russ.).

2. Baeva L.V. Tsennosti izmenyayushchegosya mira: ekzistentsial'naya aksiologiya istorii. [Values of changing world: existential axiology history]. Astrakhan: Astrakhanskiy Gos. Univ., 2004, 277 p. (in Russ.).

3. WeberM. Izbrannye proizvedeniya. [Selected Works]. Moscow, Progress Publ., 1990. 80S p. (in Russ.).

4. Vyzhletsov T.P. Spiritual values and the fate of Russia. [Dukhovnye tsennosti i sudba Rossii]. Sotsialno-politicheskiy zhurnal - Socio-political magazine, 1994, no. 3-6, pp. 16-32. (in Russ).

- BB -

5. Grechko P.K. Values: nature and evolutionary typology. [Tsennosti: priroda i evolyutsionnaya tipologiya]. Observatori-ya kultury - Observatory of Culture, 2006, no. 3, pp. 4-10. (in Russ.).

6. Gurevich P.S. Filosofiya kultury. [Philosophy of culture]. Moscow, NOTA BENEPubl, 2001. 352 p. (in Russ.).

7. Inglehart R. Postmodernism: changing values and changing society. [Postmodern: menyayushchiesya tsennosti i iz-menyayushchiesya obshchestva]. Polis - Polis, 1997, no. 4, pp. 18-28. (in Russ.).

8. Kant I. Sochineniya v 8 t. T. 4. [Works]. Moscow, Choro Publ., 1994. 630 p. (in Russ.).

9. Kant I. Sochineniya v 8 t. T. 5. [Works]. Moscow, Choro Publ., 1994. 414 p. (in Russ.).

10. Panarin A.S. Globalization as a challenge to the lifeworld. [Globalizatsiya kak vyzov zhiznennomu miru]. Vestnik ros-siyskoy akademii nauk - Messenger of the Russian Academy of Sciences, 2004, v. 74, no. 7, pp. 619 - 632. (in Russ.).

11. Stolovich L.N. Krasota. Dobro. Istina. Ocherk istorii esteticheskoy aksiologii. [Beauty. Good. Truth. Essay on the history of aesthetic axiology]. Moscow, Respublika Publ., 1994. 464 p. (in Russ.).

12. Phenomenology and its role in modern philosophy (Materials "round table"). [Fenomenologiya i ee rol' v sovremennoy filosofii (Materialy «kruglogo stola»)]. Voprosy filosofii - Problems of Philosophy, 1988, no. 12, p. 63. (in Russ).

13. Heidegger M. Prolegomeny k istorii ponyatiya vremeni. [Prolegomenon to the history of the concept of time]. Tomsk, Vodoley Publ., 1998. 384 p. (in Russ.).

14. SchelerM. Izbrannye proizvedeniya. [Selected Works]. Moscow, Gnozis Publ., 1994. 490 p. (in Russ.).

Информация об авторе

Авдеев Евгений Александрович, аспирант кафедры философии факультета истории, философии и искусств Гуманитарного института ФГАОУ ВПО «Северо-Кавказский федеральный университет», Ставрополь, Россия. ewg.avdeev@yandex.ru

Получена: 27.02.2015

Information about the author

Avdeev Evgeniy Aleksandrovich, Postgraduate student, Chair of Philosophy, Faculty of History, Philosophy and Arts, North Caucusus Federal University,

Stavropol city, Russia. ewg.avdeev@yandex.ru

Received: 27.02.2015