Сироту усыновить непросто

ФОТО: ДМИТРИЙ ЛЕБЕДЕВ

Каждый год около 5 тыс. российских детей легально усыновляется иностранцами, но 184 тыс. по-прежнему бедствуют в детских домах. Для иностранца взять на воспитание русского ребенка очень непросто. Отчасти это объясняется отношением русских к усыновлению вообще, отчасти тем, что родители большинства детей еще живы. Кроме того, иностранная семья может взять на воспитание только ребенка с каким-либо недугом. Это может означать все что угодно: от серьезного заболевания до небольшой проблемы вроде заячьей губы. 12 лет назад мы с женой усыновили мальчика из московского детдома, которого назвали Джеймсом. У него была небольшая проблема с сердцем, которую нам уже удалось решить. А потом мы взяли девочку, тоже русскую. "Вы сделали замечательную вещь,— со слезами на глазах сказала нам детдомовская кухарка.— Бог вас за это наградит". С точки зрения русских, это Джеймсу повезло, а не нам. В отличие от большинства россиян, борющихся за выживание, у него определенно будут дорогие игрушки, хорошее образование, каникулы за границей и любящая семья. Джеймса и Дженни мы взяли до 2000 года, момента, когда был введен закон об усыновлении, сильно усложнивший процедуру для иностранцев (это была мера против процветавшей тогда торговли детьми). Теперь лицензию на оформление документов об усыновлении имеет всего несколько агентств. Если вы были женаты более двух раз, ваши шансы на успех стремятся к нулю.
       Но российское отношение к усыновлению в целом почти невозможно понять (равно как и преодолеть). В Британии приемным родителям советуют рассказывать своему ребенку как можно больше о его происхождении. В России все наоборот. Закон запрещает юристам и врачам передавать какую-либо информацию о биологических родителях ребенка. В чем причина столь разных взглядов? Да в том, что Россия по-прежнему очень консервативная страна. Если вынести за скобки недолгое заигрывание со свободной любовью и другими радикальными идеями в 1920-х, она всегда такой и оставалась. Россияне гораздо более склонны критиковать чужое поведение и цензурировать собственное, чем они сами полагают. В большинстве случаев внебрачный ребенок считается позором. То же самое и с усыновлением. Быть приемным ребенком считается чем-то постыдным..."
       
Sunday Times
Лондон, Великобритания

Теперь судьи будут узнавать от публики о том, как сильно они оплошали
       Во время финала по спортивной гимнастике стадион в Афинах сотрясался от оглушительных воплей зрителей в течение десяти минут. Это была не похвала блестящему выступлению. Они топали и кричали, выражая свое негодование по поводу решения судей, воспринятого как пародия на адекватное судейство. Случилось это после выступления на перекладине россиянина Алексея Немова. Реакция зала заставила двух судей внезапно изменить свои оценки. Этого было недостаточно, чтобы Немов поднялся на пьедестал, но вполне достаточно, чтобы еще раз задать вопрос: а знают ли судьи на Олимпийских играх, важнейшем спортивном мероприятии, вообще, что они делают. Сомнения по поводу качества судейства возникают почти во всех дисциплинах. Представители Международного олимпийского комитета (МОК) говорят, что определенное количество ошибок неизбежно, когда речь идет о соревнованиях такого масштаба, и что этим летом их не больше обычного. Но судейские ошибки уже омрачили немало выступлений в этом году. 'Для национальной федерации очень плохо, когда ее судьи не могут судить на олимпийском уровне,— говорит канадский член МОК Дик Паунд.— Вы годами тренируете спортсмена только затем, чтобы некомпетентные судьи в одночасье все перечеркнули'."
       
Dallas Morning News
Даллас, США

Казаки снова гарцуют по России
       Когда-то казаки были пограничными воинами Российской империи. Бесстрашные, они стремились расширить границы влияния царя так далеко, как только могли донести их лошади. Современные казаки делают то же самое для президента Владимира Путина, только лошади сменились автомобилями "Лада". Пришедшая в упадок во времена СССР культура казаков переживает возрождение. Казаки снова начинают отстаивать свою точку зрения на закон и порядок в беспокойном кавказском регионе... "Кайзер Германии Вильгельм II называл казаков последними рыцарями Европы,— говорит Олег Губенко, казачий атаман в Минеральных Водах.— Сегодня мы возвращаем себе это звание"... Руководство Грузии недавно заявило, что "третья сила" — казачьи военные формирования — существенно увеличивает вероятность того, что в проблемной Южной Осетии вспыхнет полномасштабная война. Виктор Есаулов, глава культурного центра и Музея казачества в Ставрополе, усмехается в свои классические казацкие усы: 'Почему бы нам да и не помочь осетинцам? У осетинцев похвальная позиция: они хотят присоединиться к России'..."
       
Globe and Mail
Торонто, Канада

Во время визита в Чечню Путин радуется нормализации
       За неделю до президентских выборов в Чечне Владимир Путин пожелал подкрепить слово делом. После месяцев разговоров о нормализации Путин в сопровождении Кадырова-сына возложил букет красных гвоздик на могилу Кадырова-отца, бывшего президента республики. Неоднозначный жест, прямо скажем. Ахмат Кадыров был выбран президентом Чечни в октябре прошлого года, при этом выборы вызвали резкую критику со стороны западных наблюдателей. Большая часть населения считала Кадырова предателем, не любила и боялась. У его сына Рамзана репутация еще хуже. Он создал отряды кадыровцев, известные своими зверствами. Визитом на могилу Кадырова Путин хотел показать, что он по-прежнему поддерживает семью, которая олицетворяет "чеченизацию" власти в республике. В начале месяца он осуществил еще одну сомнительную акцию в том же ключе. Одна из улиц Москвы была названа именем усопшего. Через несколько дней республика должна выбрать преемника Кадырова. Наблюдатели уже говорят о том, что выборы будут не более демократическими, чем предыдущие. Владимир Путин публично демонстрирует благосклонность к министру внутренних дел Чечни Алу Алханову. Можно считать, что выборы он уже выиграл. И в этот же уикенд в Грозном разгораются с новой силой вооруженные конфликты. Конфликты эти ставят большой знак вопроса после всех слов Кремля о нормализации."
       
Le Figaro
 Париж, Франция