Формы реализации права народов на самоопределение в международном праве и доктрине

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 11. ПРАВО. 2010. № 2

ТРИБУНА МОЛОДЫХ УЧЕНЫХ

Р.П.Зохрабян, аспирант кафедры международного права юридического факультета МГУ*

ФОРМЫ РЕАЛИЗАЦИИ ПРАВА НАРОДОВ НА САМООПРЕДЕЛЕНИЕ В МЕЖДУНАРОДНОМ ПРАВЕ И ДОКТРИНЕ

В статье обсуждаются актуальные вопросы о формах реализации права народов на самоопределение. На основе сравнительного анализа существующих теоретических подходов рассматривается соотношение принципа территориальной целостности и принципа самоопределения, а также современные тенденции их понимания.

Ключевые слова: самоопределение народов; формы самоопределения; внешнее и внутренне самоопределение; сецессия; территориальная целостность.

The article discusses current issues on forms of realization of the right of peoples to self-determination. Based on comparative analysis of existing theoretical approaches the author considers the ratio of the principle of territorial integrity and the principle of self-determination, as well as modern trends in their understanding.

Keywords: self-determination of peoples; forms of self-determination; internal and external self-determination; secession; territorial integrity.

В настоящей политической и исторической реальности вопросы самоопределения народов, наций, этнических групп стоят весьма остро, являясь источником напряженности в различных уголках нашей планеты. Среди недавних примеров — неугасающие споры по поводу событий в Косово, а также конфликты в Южной Осетии и Абхазии. Не останавливаясь подробно на эволюции содержания принципа равноправия и самоопределения народов, рассмотрим более детально нормативное закрепление форм реализации данного принципа.

В советское время в отечественной литературе праву наций на самоопределение уделялось большое внимание, что было обусловлено не столько критикой «западных» подходов, сколько актуальностью научных изысканий в тот исторический период. В настоящее время, несмотря на безусловную актуальность темы в связи с оживлением национальных проблем в мире во второй половине ХХ в., явившихся результатом резкого повышения национального самосознания1, и

* r.zokhrabyan@gmail.com

1 См., напр.: Фомиченко М.П. Защита прав народов в Российской Федерации (конституционно-правовые аспекты). М., 2005.

очевидную необходимость прояснения старых подходов (если не предложения абсолютно новых решений), ощущается явная нехватка фундаментальных юридических исследований по данной проблематике, особенно в отечественной доктрине. При написании статьи были исследованы труды Ю.М. Колосова, В.С. Черниченко, О.И. Тиунова, В.С. Котляра, М.В. Баглая, Г.М. Мелкова и др. В зарубежной литературе интерес к исследованию вопросов о праве наций на самоопределение связан с процессами деколонизации, в частности особое внимание рассматриваемой теме уделяли Я. Броунли, Л. Оппенгейм, А. Коббан, А. Бьюкеннем, А. Кассесе, Х. Ханнум.

По мнению Е.А. Лукашевой, «межнациональные отношения — одна из жгучих проблем современности. От ее решения в значительной степени зависит сохранение мира на нашей планете, охрана прав и свобод человека и народов... Конец XX столетия выдвинул реальные вопросы, связанные с правом народов на самоопределение, с одной стороны, и с сохранением территориальной целостности и нерушимости границ — с другой; требуют решения проблемы правового положения национальных меньшинств, гармоничного сочетания прав человека и прав народа, правового регулирования межнациональных конфликтов»2.

После принятия Устава ООН в западной доктрине международного права высказывались сомнения по поводу правовой основы принципа самоопределения народов. Однако интенсивный процесс деколонизации в конце 50-х—начале 60-х гг. и принятие Декларации о предоставлении независимости колониальным странам и народам3 положили конец таким сомнениям. Декларация стала рассматриваться как официальное толкование ООН принципа самоопределения народов, содержание которого более полно было раскрыто в Декларации о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН от 24 октября 1970 г. (в части, относящейся к указанному принципу)4.

Если исходить из анализа документов и доктрины, содержание принципа самоопределения к концу 70-х гг. включало в себя следующие основные элементы:

— все народы и нации имеют право на самоопределение;

— все участники международного общения обязаны уважать это право;

2 Лукашева Е.А. Права человека и межнациональные отношения. М., 1994. С. 132.

3 Принята Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 1514 (XXV) от 14 декабря 1960 г.

4 Декларация о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН 1970 г. // Действующее международное право / Сост. Ю.М. Колосов, Э.С. Кривчикова: В 3 т. М., 1996. Т. 1.

— право на самоопределение реализуется путем свободного волеизъявления данного народа или нации;

— реализация права исключает какое-либо давление, принуждение или вмешательство извне;

— право на самоопределение означает возможность выбора между государственным отделением данного народа или нации и вхождением его (ее) на тех или иных условиях в другое государство, т. е. свободный выбор политического статуса;

— право означает также возможность выбора формы государства (т.е. формы правления, государственного устройства, политического режима);

— право, наконец, означает возможность выбора социально-экономического строя и пути своего развития5.

Совершенно очевидно, что эти элементы взаимосвязаны: один выбор предопределяет другой. Например, вхождение народа (или нации) в состав какого-либо государства означает и выбор существующего там социально-экономического строя и т.д.

Однако необходимо отметить, что в зависимости от толкования принципа самоопределения народов все исследователи, как зарубежные, так и российские, разделились на два противоположных лагеря. Одни чрезмерно преувеличивают роль и значение права наций на самоопределение, другие рассматривают его лишь как проявление откровенного национализма и сепаратизма, не подкрепленного каким-либо нормативным содержанием.

В период «холодной войны», в условиях конфронтации Восток-Запад толкование принципа равноправия и самоопределения народов было сильно политизировано. СССР и его союзники, заинтересованные в деколонизации и появлении новых субъектов международного права, активно поддерживали антизападную направленность толкования данного принципа, предполагающего сохранение status quo на мировой арене.

В различных документах Организации Объединенных Наций неоднократно прямо или косвенно подчеркивалось право государств и международного сообщества в целом оказывать помощь народам, ведущим борьбу за свое освобождение. Так, в ст. 7 Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН от 14 декабря 1974 г. об определении агрессии сказано: «Ничто в настоящем определении не может каким-либо образом наносить ущерб вытекающему из Устава праву на самоопределение, свободу и независимость народов, которые насильственно лишены этого права, в частности народов, находящихся под господством колониальных и расистских режимов или под другими формами

5 Черниченко С.В. Принцип самоопределения народов (современная интерпретация) // Московский журнал международного права. 1996. № 4. С. 5.

иностранного господства, а также праву этих народов бороться с этой целью и испрашивать и получать поддержку...»6.

В зарубежной, в первую очередь «западной», юридической практике высказывалось несогласие с тем, что иностранные государства вправе оказывать материальную помощь национально-освободительным движениям. Западные страны считали, что помощь должна ограничиваться моральной и дипломатической поддержкой, тогда как афро-азиатские и бывшие социалистические государства интерпретировали используемый в определении агрессии термин «поддержка» как подразумевающий и материальную поддержку (например, оружием)7.

Однако в конце 80-х—начале 90-х гг. западная и российская позиции по вопросу о самоопределении народов стали сближаться. В этот период как в зарубежной, так и в отечественной литературе стало высказываться мнение, согласно которому государственное отделение не является той формой самоопределения, которая при реализации права на самоопределение играет основную роль. Так, Ю.А. Решетов поддерживает точку зрения М. Кампельмана (США), считающего, что право на отделение не является правом согласно международному праву, хотя может быть частью конституционной процедуры, и называет сведение права на самоопределение к праву на отделение экстремистской интерпретацией этого права8. В то же время С.В. Черниченко не согласен с категорическим отрицанием того, что право на самоопределение включает в себя право на отделение. По его мнению, право на отделение далеко не всегда является обязательным компонентом права на самоопределение. Иными словами, право на самоопределение может включать в себя право на отделение только при наличии определенных условий. Согласно позиции С.В. Черниченко, право на самоопределение предполагает право на отделение в четырех случаях:

1. Когда речь идет о народах-колониях, т.е. об определенных территориях в Азии, Африке или Латинской Америке, которые когда-то были завоеваны выходцами из Европы. После принятия декларации 1960 г. «О предоставлении независимости колониальным странам и народам» Генеральная Ассамблея ООН утвердила список территорий, подлежащих деколонизации и подпадающих под понятие «колониальные народы».

2. Когда территория, на которой проживал какой-то народ, подверглась фактической аннексии после 1945 г., т.е. после принятия Устава ООН, после утверждения в международном праве принципа

6 Декларация о соблюдении суверенитета, территориальной целостности и неприкосновенности границ государств—участников СНГ 1994 г.//Бюл. международных договоров. 1994. № 7. С. 9-10.

7 Negotiating self-determination / Ed. by H. Hannum, E. Babbitt. Lanham, 2006. P. 77.

8 Решетов Ю.А. Право на самоопределение и отделение // Московский журнал международного права. 1994. № 1.

равноправия и самоопределения народов. В настоящее время такой статус имеет арабский народ Палестины. Генеральная Ассамблея неоднократно признавала, что с 1947 г. арабский народ Палестины имеет право на создание собственного государства.

3. Когда конституция какого-либо государства предусматривает возможность выхода территории, населенной определенным народом, из состава государства, например право союзных республик на выход из состава СССР (ст. Конституции СССР).

4. Если какое-либо государство не соблюдает в отношении живущих на его территории народов принцип равноправия и самоопределения народов и не обеспечивает без дискриминации представительство всех слоев населения в органах власти, то такой народ или нация, права которых ущемлены, могут ставить вопрос об отделении, а также о создании собственного государства или воссоединении с другими государствами9.

Проблема состоит в том, что в настоящее время механизма, позволяющего определить, соблюдает ли государство этот принцип, не существует.В Венской декларации и Программе действий, принятых Всемирной конференцией по правам человека 25 июня 1993 г., после положений, подтверждающих право всех народов на самоопределение и соответственно их право предпринимать любые законные действия в соответствии с Уставом ООН для его осуществления, говорится: «Согласно Декларации о принципах международного права. вышесказанное не должно истолковываться как разрешение или поощрение любых действий, нарушающих или подрывающих, полностью или частично, территориальную целостность или политическое единство суверенных и независимых государств, которые соблюдают принцип равноправия и самоопределения народов и в силу этого имеют правительства, представляющие интересы всего народа на их территории без каких-либо различий»10.

Для понимания принципа самоопределения представляются важными выводы в исследовании, посвященном национальным меньшинствам, члена Подкомиссии ООН по предупреждению дискриминации и защите меньшинств А. Эйде11. Он утверждает, что право на самоопределение имеют народы, проживающие в колониальных территориях, находящихся за пределами Европы, в отношении которых был установлен колониальный или аналогичный контроль европей-

9 Черниченко С.В. Право наций на самоопределение и вопросы гражданства // Сов. гос. право. 1964. № 1; Он же. Самоопределение: Как и во имя чего // Международное право. 2001. № 4.

10 Устав Организации Объединенных Наций 1945 г.//Действующее международное право. Т. 1. С. 11—35.

11 Возможные пути и средства мирного и конструктивного решения проблем, связанных с меньшинствами. Второй доклад о проделанной работе, представленный г-ном Асбьерном Эйде // E/CN.4/Sib.2/1992/37.

скими государствами или государствами, впоследствии заселенными выходцами из Европы. Попытки использовать понятие «колониализм» в других ситуациях усложняют данную проблему, но их также не следует рассматривать в рамках понятия «деколонизация». Кроме того, он утверждает, что право на самоопределение принадлежит народам, проживающим на территориях, оккупированных или аннексированных после принятия Устава ООН в 1945 г.

По его мнению, право на выход имеют члены федераций, если в их конституциях это право закреплено. В то же время он подчеркивает, что в таких ситуациях право на самоопределение, основанное на принципе добровольного объединения, применимо только к союзным республикам, а не к более мелким образованиям, которые могли иметь различные режимы автономии при существовавшем ранее порядке. «В остальных случаях вопрос об одностороннем праве на самоопределение является крайне сомнительным. Это право является второстепенным по сравнению с основополагающим принципом территориальной целостности при условии, что государство соблюдает принцип равноправия и самоопределения народов и имеет правительство, в состав которого входят представители всего населения без каких-либо различий по признаку расы, вероисповедания или цвета кожи. Следует помнить о том, что основа принципа самоопределения заключается в праве населения на участие в управлении государством как образованием. Когда правительство не создает возможностей для участия в этом процессе всех слоев населения и всех народов, то вопрос о праве на самоопределение различных групп населения становится более насущным»12.

В Декларации о принципах международного права зафиксированы следующие способы (формы) реализации принципа равноправия и самоопределения народов:

1) создание суверенного и независимого государства;

2) свободное присоединение к независимому государству или объединению с ним;

3) установление любого другого политического статуса, свободно определенного народом.

Декларация устанавливает цели применения данного принципа международного права, при этом довольно жестко увязывая его с процессом деколонизации: «Каждое государство обязано содействовать с помощью совместных и самостоятельных действий осуществлению принципа равноправия и самоопределения народов в соответствии с положениями Устава и оказывать помощь Организации Объединенных Наций в выполнении обязанностей, возложенных на нее Уставом в отношении осуществления данного принципа, с тем чтобы:

12 Черниченко С.В. Принцип самоопределения народов (современная интерпретация). С.16.

a) способствовать дружественным отношениям и сотрудничеству между государствами;

b) незамедлительно положить конец колониализму, проявляя должное уважение к свободно выраженной воле заинтересованных народов, а также имея в виду, что подчинение народов иностранному игу, господству и эксплуатации является нарушением настоящего принципа, равно как и отказом в основных правах человека, и противоречит Уставу Организации Объединенных Наций»13.

Применительно к современной правовой и политической ситуации можно сказать, что на практике сложились следующие формы реализации принципа равноправия и самоопределения народов:

1) предоставление статуса автономии в рамках существующего государства;

2) создание собственного государства;

3) выход из состава (отсоединение) того государства, в которое входит данный народ.

Соответственно возникает вопрос: какая из форм реализации права на самоопределение должна применяться в той или иной ситуации и существует ли какое-либо правило, согласно которому можно четко и недвусмысленно определить единственно возможную форму реализации принципа в конкретном случае? Приходится констатировать, что в рамках международного права подобное правило не установлено, более того, как уже отмечалось, сам принцип равноправия и самоопределения народов и как следствие право соответствующего сообщества, обеспечиваемое этим принципом, были обращены прежде всего к колониально зависимым и оккупированным территориям и сегодня не отражают новую реальность. Поэтому, не находя однозначных ответов на поставленный вопрос в международном праве, не только юристы, но и политики, историки, философы дают свои интерпретации данного принципа. Для многих комментаторов главным водоразделом является соотношение принципа равноправия и самоопределения народов и принципа территориальной неприкосновенности и целостности государств: в зависимости от того, какому принципу отдается предпочтение, и делаются соответствующие выводы относительно форм реализации права на самоопре-деление14.

В науке международного права по поводу соотношения принципов самоопределения народов и территориальной целостности государства сложились три основных подхода:

1) принцип территориальной целостности имеет приоритет по отношению к принципу самоопределения народов;

13 Декларация о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН 1970 г. //Действующее международное право. Т. 1. С. 72.

14 Secession and self-determination / Ed. by St. Macedo, A Buchanan. N. Y. 2003. P. 114.

6 ВМУ, право, № 2

2) принцип самоопределения народов имеет приоритет по отношению к принципу территориальной целостности;

3) оба принципа обладают равной юридической силой.

Как полагают одни авторы15, право на самоопределение не может принадлежать национальным меньшинствам и не означает право на сецессию и на практике принцип самоопределения должен быть подчинен принципу территориальной целостности. Другие считают16, что право на самоопределение народов является одним из фундаментальных «групповых» прав, связанных в общем контексте с правами человека. Эти ученые зачастую в обоснование своей позиции приводят исторические факты и внеправовые доводы. Например, профессор Г.М. Мелков отмечает, что «принцип равноправия и самоопределения народов, явившийся первоначально инструментом борьбы против колониализма в Новом свете и примером для народов, находящихся под колониальным игом на других континентах, равно как и принцип уважения прав и свобод человека, впервые появился в Декларации независимости США, принятой 4 июля 1776 г., в Билле о правах (первых десяти поправках и дополнениях к Конституции США), принятом 17 сентября 1787 г., и во французской Декларации прав человека и гражданина, принятой в 1789 г. Впоследствии эти принципы нашли отражение в Декрете о мире, принятом в России 26 октября (8 ноября) 1917 г., и в Декларации прав народов России, принятой 2 (15) ноября 1917 г. Во всех этих документах главными являлись положения о суверенности народов и их праве на самоопределение, которые никак не связывались с необходимостью соблюдать территориальную целостность США, Англии и России»17. Цитируемый автор сам признает, что данные примеры к актуальному международному праву отношения не имеют, однако полагает, что они оказали большое влияние на прогрессивное развитие международного права. Кроме того, он приходит к заключению, что субъектом права на самоопределение является нация (народ) (без пояснения данного термина), который правомочен реализовать указанное право в любой форме (в том числе и путем отделения от «материнского государства» и создания самостоятельного государства). На наш взгляд, данная аргументация носит несколько

15 См.: Волова Л. И. Принципы территориальной целостности государств и нерушимости границ: Нормативное содержание и соотношение // Правоведение. 1984. № 1; Карапетян Л. М. Грани суверенитета и самоопределение народов // Государство и право. 1993. № 1.

16 См.: Гогорян С. А. Соотношение принципа территориальной целостности и принципа права нации на самоопределение в решении Нагорно-Карабахского вопроса // Юристъ-Правоведъ. 2007. № 3; Решетов Ю. А. К проекту Конвенции о праве народов на самоопределение // Московский журнал международного права. 2000. № 3.

17 Мелков Г. М. Самоопределение народов Абхазии, Южной Осетии и Приднестровья: миф или реальность // Национальные интересы [электронный журнал]. 2005. № 6: URL: http://ni-journal.ru/archive/2005/n6_2005/322b42dd/meIkov605.

упрощенный характер, поскольку в ней не учитываются действительная сложность системной взаимосвязи между отдельными принципами международного права18.

Более убедительной представляется позиция, сформулированная Конституционным судом Российской Федерации, который в своем постановлении от 13 марта 1992 г. заявил: «Не отрицая права народа на самоопределение, осуществляемого посредством законного волеизъявления, следует исходить из того, что международное право ограничивает его соблюдением принципа территориальной целостности и принципа соблюдения прав человека»19. О.И. Тиунов по данному вопросу придерживается почти аналогичной позиции, считая, что «если же речь идет о самоопределении отдельных народов в рамках самостоятельного государства, то вопрос должен решаться на основе конкретных обстоятельств в контексте взаимосвязанных друг с другом основных принципов международного права. Реализация самоопределения одним народом в рамках многонационального суверенного государства не должна вести к нарушению прав других его народов»20. И далее: «Необходимо различать самоопределение народов (наций), не имеющих какой-либо государственности, от самоопределения народов (наций), уже достигших государственности. Если в первом случае национальный суверенитет народа еще не обеспечен государственным суверенитетом, то во втором случае народ уже реализовал право на самоопределение, и его национальный суверенитет находит защиту со стороны государства — самостоятельного субъекта международного права. Самоопределение народа внутри многонационального государства вовсе не предполагает обязательности отделения и создания собственного самостоятельного государства. В первую очередь такое самоопределение связано с повышением уровня самостоятельности, но без угрозы правам человека и территориальной целостности государства»21.

В целом, несмотря на различия, большинство как зарубежных, так и отечественных специалистов придерживаются мнения, что в соответствии с положениями международного права (наиболее четко зафиксированными в резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 2625 (XXV) 1970 г. и Венской Декларации 1993 г.) право на «внешнее самоопределение» относится только к народам, находящимся в коло-

18 MillerD. Citizenship and national identity. Maiden (MA), 2000. P. 148.

19 О проверке конституционности Декларации о государственном суверенитете Республики Татарстан, Законов Республики Татарстан «Об изменениях и дополнениях Конституции Республики Татарстан», «О референдуме Республики Татарстан», постановления ВС Республики Татарстан от «О проведении референдума Республики Татарстан по вопросу о государственном статусе Республики Татарстан»: постановление Конституционного суда РСФСР от 13 марта 1992 г. // СЗ РФ. 1992. № 13. Ст. 671.

20 Международное право: Учебник / Под ред. Г.В. Игнатенко, О.И. Тиунова. М., 2005. С. 85.

21 Там же. С. 85-86.

ниальной или иной иностранной зависимости, или в условиях иностранной оккупации (как, например, население Западного берега реки Иордан). В иных случаях, как считают некоторые исследователи, «внешнее» самоопределение в форме сецессии может считаться законным, если власти государства делают невозможным «внутреннее» самоопределение, т.е. допускают массовые нарушения прав человека или систематическую дискриминацию, и если нет иного способа изменить сложившееся положение. Более распространенным является мнение, что в плане практической реализации акцент должен делаться на «внутреннее» самоопределение, т.е. на развитие демократических институтов и механизмов группового представительства, позволяющих всем членам общества и всем группам эффективно участвовать в управлении и распределении ресурсов, в частности, предоставляющих народам определенную самостоятельность и независимость в решении собственных проблем в рамках федерации или автономии.

Таким образом, представляется, что вопрос о реализации права на самоопределение в форме отделения от существующего государства в рамках современного международного права может ставиться только тогда, когда государство не соблюдает принцип равноправия и самоопределения народов и когда соответствующему народу не предоставляется возможность для участия в управлении этим государством и самостоятельного решения собственных проблем. При этом в обязательном порядке должны учитываться конкретные условия и ситуация на месте, т.е. должно быть ясно и понятно, о какой нации (народе) идет речь и как ограничены его права22.

Однако в настоящее время вопрос о том, каким образом государства должны доказывать, что проживающий в их пределах народ не может претендовать на право отделения и что они соблюдают принцип равноправия и самоопределения народов, а их правительства представляют весь народ без различия расы, вероисповедания или цвета кожи, — является не поддающимся детальной правовой регламентации и остается открытым.

Приходится констатировать, что, во-первых, говоря о формах реализации принципа, мы вынуждены обращаться к вопросу о соотношении принципа территориальной неприкосновенности и целостности государств и принципа равноправия и самоопределения народов. Во-вторых, проблемы соотношения являются отнюдь не только и не столько теоретической проблемой международного права, сколько «кровоточащей раной» в практике мирового сообщества.

В первую очередь это связано со сложившейся после 1991г. тенденцией возникновения конфликтов из-за территориальных проблем: начиная с 1991 г. все крупные вооруженные конфликты в Европе

22 Wellman Ch. H. A theory of secession: the case for political self-determination. Cambridge; N. Y., 2005. P. 98.

были так или иначе связаны с территориальными проблемами. Это утверждение справедливо и в отношении Азии, Ближнего и Среднего Востока.

В то время как вопрос о самоопределении остается весьма острым для всего мирового сообщества и все больше народов вне зависимости от их экономического развития и политического строя ставят вопрос о реализации своего права на самоопределение, доктрина заметно отстает и не предлагает решений, соответствующих требованиям нового времени. Ситуация осложнена еще и тем, что позиция некоторых государств диаметрально меняется в зависимости от конкретных геополитических интересов.

Так, относительно известных событий в Косово США и Российская Федерация занимали различные позиции, когда представители МИД РФ утверждали о нарушении территориальной целостности и вмешательстве в дела суверенной Сербии в ответ на заявления США о правомерной реализации народом Косово своего права на самоопределение. Однако недавние события в Южной Осетии и Абхазии показали, что стороны будто поменялись местами: их представители, используя те же аргументы, говорили о вопиющем нарушении принципа территориальной целостности суверенной Грузии и о праве народов Абхазии и Южной Осетии на самоопределение.

Список литературы

1. Возможные пути и средства мирного и конструктивного решения проблем, связанных с меньшинствами. Второй доклад о проделанной работе, представленный г-ном Асбьерном Эйде // Док. ООН E/CN.4/Sib.2/1992/37.

2. Гогорян С. А. Соотношение принципа территориальной целостности и принципа права нации на самоопределение в решении Нагорно-Карабах-ского вопроса // Юристъ-Правоведъ. 2007. № 3.

3. Международное право: Учебник / Под ред. Г.В. Игнатенко, О.И. Тиу-нова. М., 2005.

4. Мелков Г. М. Самоопределение народов Абхазии, Южной Осетии и Приднестровья: миф или реальность // Национальные интересы[электрон-ный журнал]. 2005. № 6: URL: http://ni-journal.ru/archive/2005/n6_2005/ 322b42dd/melkov605.

5. Решетов Ю. А. К проекту Конвенции о праве народов на самоопределение // Московский журнал международного права. 2000. № 3.

6. Negotiating self-determination / Ed. by H. Hannum, E. Babbitt. Lanham,

2006.

7. Secession and self-determination / Ed. by St. Macedo, A Buchanan. N.Y, 2003.

8. Wellman Ch. H. A theory of secession: the case for political self-determination. Cambridge; N.Y, 2005.