О некоторых аспектах современного состояния язычества в Башкортостане (на примере язычества мари)

УДК 2

ББК 86.210.0

О НЕКОТОРЫХ АСПЕКТАХ СОВРЕМЕННОГО СОСТОЯНИЯ ЯЗЫЧЕСТВА В БАШКОРТОСТАНЕ

Ямурзин А.А.

Работа посвящена проблемам марийского язычества,существующего на территории Республики Башкортостан. Автор статьи исследует особенности язычества и выявляет перспективы его развития.

Сегодня в отдельных регионах Российской Федерации, в частности в Поволжье и Приура-лье, наблюдается процесс оживления язычества среди коренных народов. Подобный процесс демонстрирует интерес как к историческому прошлому, к культурно-историческому наследию, так и к этно-политическим реалиям современности. Башкортостан - один из субъектов Российской Федерации, где наряду с монотеистическими, «богооткровенными» религиями существуют политеистические, языческие верования и обычаи. Язычество исповедуют такие поволжские народы, как марийцы, удмурты и чуваши. Их переселение на башкирские земли во многом было обусловлено политикой насильственной христианизации их исконных территорий. Здесь, в окружении мусульманского населения, они оказались в более благоприятной ситуации и смогли сохранить, а подчас и развить свои традиционные верования. В частности, именно башкирская земля стала оплотом и центром язычества марийцев. Достаточно отметить, что в пределах Республики Марий Эл язычниками являются лишь 5,9 % верующего населения, тогда как в Башкортостане их подавляющее большинство среди марийцев, а чуваши-язычники сохранились лишь в пределах нашей республики. В этой связи представляет научный и научно-теоретический интерес исследование феномена жизнеспособности языческих верований и обрядов, а также социальных факторов и тенденций, обусловивших функционирование и развитие традиционных духовных феноменов культуры.

Язычество, и марийское язычество в частности, как один из феноменов религиозного сознания представляет собой явление реликтового порядка. Тем не менее, язычество удивительно живуче и достаточно легко адаптируется к изменяющимся социально-политическим условиям. В данной статье нам бы хотелось попытаться в общих чертах обозначить некоторые тенденции функционирования язычества в современном российском обществе и выявить тенденции его развития в духовной жизни.

Итак, что представляет собой «современное марийское язычество»? Начнем с того, что для характеристики современного язычества в литературе зачастую употребляется понятие «неоязыче-ство»[1]. Этот термин уместен, когда речь идет о попытке реанимации уже исчезнувших языческих традиций, стремлении восстановить ушедшую, утраченную обрядность, религиозную веру, культовую практику и основанную на них систему взглядов на мир. Однако для обозначения существовавшей и существующей системы религиозных

представлений, оказывающей влияние на социальное поведение, необходима более четкая и точная дефиниция. Говоря иначе, речь идет о качественно ином уровне функционирования и развития языческой религии. То, с чем мы имеем дело, можно обозначить как «языческое эпохэ'», т.е. своего рода феноменологический остаток в ментальных структурах народа.

В этой связи возникает необходимость рассмотрения того разнообразия форм функционирования языческого мировосприятия, которое имеется в настоящее время. На наш взгляд, возможно выделение ряда аспектов функционирования язычества. Первый аспект - это бытовое язычество, т.е. совокупность представлений и воззрений, связанная с повседневной жизнедеятельностью людей. Они носят типологический характер и мало чем отличаются от подобных воззрений ряда других народов. Следующий аспект проявления языческого «эпохэ» в религиозном, обыденном сознании можно обозначить как мировоззренческую составляющую народных обычаев, обрядов и празднеств. Здесь имеет место уникальность мифологической интерпретации и ментально выраженных форм эмоционально-личностного, психикомоторного, художественного восприятия, что отражает специфику этнической культуры. Именно в этом смысле можно говорить об этнокультурном проявлении языческой религии, язычестве как органической взаимосвязи религии, культуры и этноса с конкретным субъектом. Третий аспект функционирования религиозного сознания - это собственно религиозная вера и связанная с нею система священнодействий и отправления культов. Само ее существование основано на обрядах и праздниках жизненного цикла. Поскольку язычество основывается на культе земледельческого труда, то и его значимость в сознании верующих все еще остается востребованной.

В обычаях марийцев было участие в молении только в чистой белой одежде. Однако не только священная чистота белизны, но и чистота помыслов и души являлись непременной предпосылкой участия в акте священнодействия. За две недели до самих молений начинался обряд очищения. В эти дни ежедневно мылись в бане. Запрещалось петь, танцевать, проводить какие-либо увеселительные мероприятия. Нельзя было повышать на кого-то голос. О ругательствах не могло быть и речи! (Следует отметить, что у марийцев не было принято употреблять нецензурные выражения). В дни нравственного очищения исключалось употребление спиртных напитков, а курящие не притрагивались к табаку, как

114

раздел ФИЛОСОФИЯ, СОЦИОЛОГИЯ и ПОЛИТОЛОГИЯ

отмечал в конце Х1Х века отечественный исследователь А.Ф.Комов[2].

В настоящее время обряд очищения перед языческими жертвоприношениями значительно упрощен. Практически нигде верующими не соблюдается двухнедельный период духовного поста. Хотя, по словам языческих жрецов, они сами этот обет соблюдают неукоснительно. Большинство же «прихожан» ограничиваются лишь обрядом освящения хлеба. Обряд этот называется «вучыктымаш» - букв. ожидание. Хлеба выпекались пресные, где тремя или двумя перстами делались углубления. Поэтому их называют «не-ран кинде» - букв. чувствующий хлеб. Этот хлеб был залогом неукоснительного соблюдения хозяевами нравственных предписаний во время духовного поста. Сейчас предназначение подлинной сути этого обряда утрачено, хлеба пекут уже большей частью по традиции. Хотя обычай клясться хлебом до сих пор остается в силе.

Полагаем, что говорить о содержании современного духовного поста и нравственного очищения накануне молений весьма сложно. Очевидно, он видоизменился и существует в интимно-личностной форме, не проявляясь внешне. Видимым его проявлением остается мытье в бане накануне или рано поутру непосредственно перед священнодействием. Приезжающие со стороны, как правило, удовлетворяются омовением перед молениями и одеванием в чистую белую одежду. Если женщины зачастую приходят на моления в белых платьях и платках, то современные мужчины предпочитают надевать лишь белую или светлую рубашку. На цвет брюк и шапок особого внимания уже не обращается.

Такая особенность современной жизни, как равноправие мужчин и женщин, также наложила свой отпечаток на язычество и проведение обрядов. Согласно сведениям, почерпнутым из источников XIX века, на языческие жертвоприношения, в особенности на моления Кугураку - социальному Богу (Мерюмо), женщин не пускали. На эти моления за жертвенным мясом для женщин могли прийти только девочки, не достигшие половой зрелости [3]. Сейчас же подобного рода ограничений уже нигде не придерживаются. Напротив, возросла роль женщин в организации и проведении языческих молений. Более того, появились женщины и в среде марийских языческих жрецов.

В настоящее время практически не проводятся семейные и семейно-родовые моления в родовых святилищах - в насыл кереметах. В прежние времена каждый мужчина в течение своей жизни должен был принести в жертву родовому керемету барана, гуся и утку. Если этого по какой-то причине не успевал совершить отец, то его сыну вменялось в обязанность доисполнить долг отца, и лишь затем он мог приступить к проведению семейных молений от своего имени. Особенностью является и то, что семейные моления сейчас проводятся в священных рощах -Юмыланпуыма, а не в родовых кереметах, как это было раньше. В принципе семейные моления должны проводится в пределах усадьбы, как это

до сих пор делается в Республике Марий Эл. Непременным элементом священного места во дворе или в огороде являлось священное дерево -онапу. В прежние времена по этим высоким и раскидистым деревьям, чаще всего липам, дубам или березам, в любой деревне легко можно было определить число родов или, по крайней мере, родовых усадеб. Сейчас об их предназначении хозяева уже сказать ничего не могут. Очевидно, практика семейных молений среди марийцев на территории Башкортостана была изжита еще задолго до революции. Можно согласиться с

Ю.А.Калиевым, который предполагает, что это связано с широким развитием мистики, и привело в местных условиях к взлету культа семейно-родовых мужо (духов-хранителей), чего не было на территории Марийского края [4]. Думается, следствием этого явилось разделение культовой обрядности на религиозную и на мистическую составляющие. Причем последняя все более приобретала закрытый от глаз постороннего характер тайнодействия.

Важной составляющей языческих верований марийцев в 70-80 -е годы ХХ века являлось если не тайное, то, по крайней мере, широко не афишируемое отправление культа. Причем, совершение моления осуществлялось скрытно как от властей, так и от своих односельчан. Они приурочивались к каким-либо событиям или природным явлениям повседневной жизни. Такого рода событиями могли быть бездетность женщины, тяжелая болезнь, утрата близких, осуждение судом родных, природные явления - ураган, засуха, неурожай и т.п. Подобного рода священнодействия не были связаны с календарными культовыми отправлениями и носили функциональный характер. При этом для совершения подобного рода культового обряда старались приглашать жрецов из отдаленных деревень.

Согласно источникам, еще в начале ХХ века на летних молениях кусо, проводимых через каждые пять лет, для верховных богов и для Султан керемета приносили в жертву до девяти коней, столько же быков, огромное количество овец, гусей и уток [6]. Отказ от крупных жертвоприношений был связан не столько с дороговизной коней, сколько с трудностями их подготовки к данному священнодействию. Это должен был быть необъезженный конь обязательно белой или гнедой масти, и его в течение определенного времени обязательно надлежало содержать в стойле. По нашим данным были случаи закупки белых жеребят для их последующего жертвоприношения. Однако уже сам этот факт привлекал внимание властных структур, и хозяева вынуждены были их продавать, не дожидаясь каких-либо последующих санкций. Невозможность принесения в жертву богам коней повлекла за собой и отказ от жертвоприношения быков их посланникам.

Сегодня изменения коснулись как многих атрибутов священнодействия, так и образа жреца. Если раньше марийские языческие жрецы подразделялись на две группы, на так называемых «бе-

лоногих» и «черноногих» по цвету носимых ими онучей, то сейчас само разделение исчезло. Современные священнослужители традиционное белое одеяние носят лишь во время исполнения обрядов. В обычной жизни они ничем не отличаются от остальных людей, и в их одежде, по крайней мере, в Республике Башкортостан, никаких отличий не обнаруживается.

В прошлом при назначении в сан священнослужителя должны были соблюдаться традиционные элементы: принадлежность к жреческому

роду (в XVIII- XIX вв. - только по мужской линии; в ХХ веке как по мужской, так и по женской линии); обязательный период обучения и предпод-готовки; обет очищения в течение года, за которым следовал обряд посвящения в ранг священнослужителя. Что касается лиц низшего духовного сословия, представления о них сегодня уже очень размыты. Лишь некоторые из пожилых вспоминают о том, что они являются потомками рода учо -социальной группы, непосредственно исполняющей сами культовые действия. В некоторых публикациях учо называют помощниками жрецов.

Во время проведения крупных молений, а также при проведении общинных молений, из числа нескольких священнослужителей-онаен (в Башкортостане их по аналогии с мусульманскими священнослужителями называли «молла») в качестве главного выбирали одного - чаще всего старшего по возрасту, остальные были его помощниками. Во время крупных молений должность главного священнослужителя распределялась по очереди. Учо же выполняли ряд сакральных функций: предварительно «огораживали», «обметали» священную рощу, проводили предподготовку места священнодействия, готовили дрова для священного костра, устраивали необходимые атрибуты, резали жертвенных животных и т. п. Это была должность, также передаваемая по наследству. Кроме них, в каждом случае из числа верующих выбирались сомылен - «люди труда», выполняющие функции добровольных помощников.

Говоря о религиозной составляющей современного язычества, необходимо отметить достаточно сложный характер его функционирования. Будучи достаточно гибкой и открытой системой, марийское язычество само по себе могло бы найти свою нишу в духовной сфере современно-

сти. Однако процесс его естественной адаптации к мировоззренческой ситуации эпохи в свое время был искусственно прерван. Сегодня, в условиях глобализации и информационной революции, стандартизации и унификации многих сфер жизни людей, этап изолированного существования язычества вряд ли представляется уместным и возможным. Таким образом, речь может идти лишь

о развитии язычества на качественно ином уровне его бытия.

Что понимается под новым уровнем развития язычества? Таковым может быть превращение язычества в мировую религию. И для этого нет необходимости распространения идей язычества, поскольку они уже существуют в недрах самих народных культур. Развитие самобытной народной культуры уже есть путь к воссозданию мировоззренческой основы язычества. Иначе говоря, этноренессанс, наблюдаемый как в нашей стране, так и в других странах, является одной из важнейших предпосылок расширения ареала действия язычества. Следующей предпосылкой, способствующей распространению язычества, является его экологическая направленность. Язычество как религия предлагает решение проблем в рамках гармонизации отношений человека и природы. Язычество - религия свободы человеческого естества, его естественной природы. Причем, это органическая их связь, выражающая слитность окружающей природы и природы самого человека. Третьей предпосылкой является то, что процесс глобализации и унификации всех сфер жизни современного человека приобретает всеобщий характер. И на сегодняшний день ни одна мировая религия не в состоянии объединить все человечество в рамках общепринятой духовнонравственной парадигмы. В этих условиях языческая основа, лежащая во всех мировых религиях, видится востребованной для решения общечеловеческих проблем современности.

Таким образом, речь идет о развитии язычества в новых духовно-нравственных и социально-политических условиях. Но это развитие должно отражать реалии современности, пытаться находить ответы на самые злободневные проблемы человечества. В том числе на такие, на какие не могут дать ответ ныне существующие мировые религии.

3.

4.

5.

ЛИТЕРАТУРА

См.: Шкалина Г.Е. Традиционная культура народа мари. -Йошкар-Ола, 2002; Попов Н.С., Таныгин А.И. Юмын йула. (Основы традиционной марийской религии). Йошкар-Ола, 2003; Марий сугынь/ Новиков С.С., Шамыкаев Ш.Ш., Глушкова З.М. и др. Йошкар-Ола, 2005.

Комов А.Ф. Черемисы средины северной половины (второй стан) Бирского уезда //У фимские губернские ведомости, 1889. № 44-49.

Яковлев Г. Религиозные обряды черемис. - Казань, 1887; Кузнецов С. К. Культ умерших и загробные верования луговых черемис. - Вятка: Б.и., 1907.

Калиев Ю. А. Этнокультурный статус мифологического сознания. Уфа, 2004.

Филоненко В.И. Отчет о командировке в Бирский уезд к язычникам-инородцам (члена Уфимской губернской статистической комитета)// Адрес-календарь Уфимской губернии на 1914 год. Уфа, 1914. - С.

1 - 35.

1

2

Поступила в редакцию 29.12.2006 г.