Паросмия вынуждает к действиям

Многие родители не могут отличить привередливость детей в еде от посткоронавирусного синдрома. О такой проблеме заявили ученые в Великобритании. Специалисты из Университета Восточной Англии подчеркивают, что близкие часто игнорируют проблему искаженного восприятия запахов и вкусов у ребенка, переболевшего COVID-19. В итоге у детей появляются расстройства пищевого поведения. Сложности с этим возникают и у взрослых. Можно ли вылечить распространенное осложнение? И какие услуги клиентам с такой проблемой предлагает бизнес? Выяснил Даниил Бабкин.

Фото: Сафрон Голиков, Коммерсантъ

Если ваш ребенок стал привередой, отведите его к врачу, советуют британские ученые. Дело в том, что чрезмерная разборчивость в еде может быть симптомом паросмии — проще говоря, искаженного восприятия запахов и вкусов. Это довольно распространенное последствие коронавируса. К примеру, в Соединенном Королевстве от него страдают уже несколько десятков тысяч детей. Иногда дело доходит даже до принудительного кормления в больнице, настолько сильно отвращение ребенка к пище. В России с посткоронавирусной паросмией детей столкнулись школы.

В итоге руководству учебных заведений срочно пришлось менять незыблемое меню столовых, рассказал “Ъ FM” директор «Школы Жизни» Ян Патлис: «Из 50 человек два-три таких случая, в основном это подростки, 10-11 класс. По моим наблюдениям, обычно что-то с мясом, с заправкой, соусы какие-то. Ребенок всегда может что-то выбрать и не остаться голодным. Иногда школьник говорит, что съест только гарнир. Мы стараемся как-то подобрать варианты для таких детей именно из того, что есть в меню».

Среди взрослых паросмия встречается ничуть не реже, носителями осложнения становятся 10% переболевших COVID-19. Первые неприятные симптомы они обнаруживают иногда и через два месяца после выздоровления. А следующие полгода привычные вкусы как правило, мяса, рыбы, яиц и молока кажутся им машинным маслом, либо гнилью. Кому-то это даже мешает работать, говорит фуд-блогер Даниэль Хоменок: «Ко мне приезжал знакомый шеф-повар, переболевший коронавирусом, и рассказал о своих проблемах с восприятием вкусов. Что-то можно пересолить, что-то можно переперчить или, наоборот, не добавить. Мясо уже не кажется мясом, а кажется жареной подошвой. В такой ситуации проверку вкуса приходится перекладывать на су-шефов».

Вылечить паросмию невозможно, но вот избавление от симптомов приблизить можно, отмечает врач по медицинской реабилитации Европейского медицинского центра Динара Камелденова: «Пациент должен дышать тремя разными ароматами, например, эфирными маслами цветов, но они должны быть в высокой концентрации, чтобы оставался шлейф. Процедуру надо проводить по 20 минут два раза в день».

Такие программы восстановления обоняния включены в более глобальные курсы по реабилитации от COVID-19. Цена на них стартует от нескольких десятков тысяч рублей и доходит до полумиллиона. Те, кто не готов к таким тратам, стараются справиться с паросмией самостоятельно. Покупают зажимы для носа, а иногда устраивают походы к психологу. Некоторые записываются к диетологам, говорит Главный врач клиники «Питание и здоровье» Дарья Русакова: «Когда мы включаем в рацион много ягод, цитрусовых, пытаемся разнообразить меню, то симптомы паросмии уходят. Уже через полгода человек может есть практически все. Вообще, восстановительный рацион должен быть полноценным и разнообразным, содержать только качественные продукты. Естественно, стоимость его повышается. Может варьироваться от 2 тыс. руб. в сутки до 5 тыс. руб».

Ключевое слово для всех программ реабилитации «индивидуальность». За почти два года после начала пандемии единые врачебные подходы так и не были выработаны. Впрочем, некоторые пересечения между курсами восстановления все же есть, продолжает Дарья Русакова: «Обязательно должны быть продукты с хорошим аминокислотным составом. Это высококачественные белковые продукты: блюда из рыбы, мяса, птицы. Если есть их непереносимость, то можно заменить на растительные белки, но с хорошим составом — бобовые, конопля. Но все-таки люди болеют в разной форме, с разной степенью тяжести, поэтому уникального метода, который подошел бы всем, все же нет».

Кстати ориентируется на людей с паросмией и бизнес, не связанный с медициной. Специально для них издательства выпускают книги рецептов, а винные магазины нанимают сомелье, чтобы адаптировать ассортимент под тех, для кого вкус напитка после COVID-19 заиграл новыми красками.