Стих, язык, поэзия. Памяти Михаила Леоновича Гаспарова. М. : Российский гос. Гуманит. Ун-т, 2006. 696 с

Примечания

1 А.К. Тарасенков (1909—1956) оставил, в частности, ценный библиографический труд «Русские поэты ХХ века. 1900—1955», опубликованный посмертно, в 1966 г. До мобилизации на фронт в 1941 г. Тарасенков опекал вернувшуюся из эмиграции М.И. Цветаеву и спас бы ее, если бы оставался в Москве. «27 января 1935 года <...> на вопрос критика Анатолия Кузьмича Тарасенкова, с которым они тогда дружили, о его "генеральной прозе" Пастернак ответил: "Вы очень правы, называя ее генеральной... Она для меня крайне важна. <...>".

Позднее Тарасенков скурвится в 47-м, после погромной статьи Суркова, и напишет проработочную статью о Пастернаке. А началось падение критика и его отдаление от Пастернака в 1936 году <...>» (Соколов Б. Кто вы, доктор Живаго? М., 2006. С. 19—20).

2 Эта версия встречается и в книгах, специально посвященных Пастернаку (см., например: Соколов Б. Указ. соч. С. 16, 72).

С.И. Кормилов

ВЕСТНИК МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА. Сер. 9. Филология. 2008. № 1

Стих, язык, поэзия. Памяти Михаила Леоновича Гаспарова. М.: Российский гос. гуманит. ун-т, 2006. 696 с.

Сборник, изданный РГГУ, задумывался к 70-летнему юбилею М.Л. Гаспарова, но вышел уже как посвященный памяти ученого. Открывается книга комментариями Гаспарова к двум стихотворениям Б. Пастернака — «Мельхиор» и «Об Иване Великом». Комментарии строго научны, но выдержаны в том стиле Михаила Леоновича, который самую шумную аудиторию заставлял внимательно вслушиваться в его слова. Это не только публикация неизвестных ранее комментариев, но одновременно и демонстрация литературоведам того, как надо работать с текстом.

Книга разделена на две части. Первая, меньшая, посвящена собственно личности и научной работе Гаспарова, воспоминаниям о нем и восприятию его творчества в современном научном мире. Статья Н. Автономовой (второй инициал в сборнике на западный лад не указывается) «М.Л. Гаспаров: свой путь в науке» (с. 13—24) выдержана в духе противопоставления «нас», оставшихся, и ушедшего от «нас» ученого. Автор касается главным образом не содержания трудов Гаспарова, а его методов исследования и их развития во времени, что полностью соответствует заглавию статьи.

Весьма интересна статья Н. Брагинской «Утешение» (с. 25—33), в которой есть несколько абзацев о Гаспарове-стиховеде, написанных самим Михаилом Леоновичем (с. 29—30) и замечательных уже тем, что здесь можно увидеть, как он сам представлял себя в роли исследователя стиха.

В раздел включены две статьи-воспоминания с личными впечатлениями от встреч и совместной работы с Гаспаровым, дающие

9 ВМУ, филология, № 1

129

разноплановую картину его жизни и трудов, выдержки из личной переписки, — «Гаспаров» В. Григорьева (с. 34—39) и «Из груды писем» О. Ронена (с. 62—74).

Очень полно представляет гаспаровскую работу статья С. Кор-милова «Михаил Леонович Гаспаров: Масштаб и своеобразие творческой личности ученого» (с. 50—61). Здесь выдающийся филолог выступает перед читателем в своих главных «ипостасях» — иссле-дователя-античника, переводчика и стиховеда, а также комментатора сложных текстов ХХ в. Отдельные аспекты его работы показаны в небольших очерках Г. Кнабе «Угол зрения» (с. 42—49) и Ю. Фрейдина «P.S. Михаила Леоновича» (с. 75—79). Замыкают первую часть две коротких публикации, посвященные памяти Гаспарова и, собственно, им же вдохновленные — «"Мачта... в паденьи своем на корме поразила Кормчего". Неизвестный перевод Валерия Брюсова из "Одиссеи"» С. Гиндина (с. 80—83) и «Письмо Вяч. Иванова об "Одиссее"» А. Шишкина и А. Кондю-риной (с. 84—87). Справедливости ради стоит сказать, что эти небольшие публикации — почти единственные во всем огромном томе, хотя бы отчасти касающиеся Античности, за малым исключением. Большинство же статей в сборнике — о русском стихе XVIII—XX вв.

Статьи во второй, большей части расположены в алфавитном порядке по фамилиям авторов, в отличие от многих научных сборников, разбитых на тематические разделы, как, например, сборники под общим названием «Славянский стих», редактировавшиеся Гаспаровым. Поэтому читателю, чтобы найти интересующие его работы, придется просмотреть значительно больше статей, чем он мог планировать изначально. Пожалуй, это и хорошо для расширения научного кругозора, но не облегчает поиска нужных материалов.

Если посмотреть на «содержание», то можно четко проследить основной круг интересов авторов, объединенных под обложкой сборника. Главенствующее место в их интересах занимает Серебряный век. Блок, Белый, Ахматова, Хлебников и, конечно, Мандельштам и Пастернак — вот фамилии, в основном фигурирующие в названиях статей. Конечно, ХХ в. исследователи не ограничиваются. Не обошлось, разумеется, без поэзии Пушкина. Если же не забывать о том, что сборник посвящен памяти Гаспарова, то нельзя не удивиться тому, что в нем практически нет работ о проблемах перевода, за исключением статьи Б. Шерра (B.P. Scherr) «A Dalliance with Language: Chukovsky and Bal'mont Translate Whit-man» (с. 654—665), — так и древней литературе (впрочем, не только греческой и римской) отведено очень скромное место. Книга посвящена главным образом именно стиху, языку и поэзии России — от Средневековья до современности.

Большинство работ, помещенных в сборнике, касается какого-либо одного произведения исследуемого поэта, но чаще всего с привлечением обширного контекста — авторского, и творчества его современников и предшественников. Например, в статье С. Гардзонио «"Феррара черствая" О.Э. Мандельштама» (с. 176— 183), где разбор стихотворения, упомянутого в заглавии, опирается на анализ, осуществленный Гаспаровым, дается также и обзор образов Италии в поэзии: у Фета, Майкова, Гумилева, Байрона, Батюшкова, — связанных с отражением этой страны в стихотворении Мандельштама.

Сразу в двух работах рассматриваются «Стихи о неизвестном солдате» О. Мандельштама. Это статьи О. Лекманова (с. 305—308) и А. Морозова (с. 425—441). В первой весьма кратко сопоставлены два произведения о войне — Мандельштама и Заболоцкого (стихотворение «Война — войне!»), с которым Мандельштам, по мнению автора, в этой теме соперничал. А. Морозов подходит к теме значительно шире. У него не только прослежена история создания «Стихов...», но и проведены их параллели с современностью и творческая история произведения соотнесена с отношением поэта к фашизму.

Еще одна работа о поэте — «Параллели к "Сеновалу" Мандельштама» Вяч.Вс. Иванова (с. 233—242). Здесь стихотворение Мандельштама сопоставлено с творчеством Фета, Гумилева, Пастернака, причем сопоставление подкрепляется выводами Гаспа-рова из его незавершенной работы по комментированию стихов Мандельштама.

Что касается не разборов отдельных стихотворений поэта, а обзора хотя бы части его творчества, то этому посвящается работа П. Нерлера «"Слава была в ц.к., слава была в б.о."! Заметки к теме "Мандельштам и революция"» (с. 461—471) — о ранних революционных взглядах поэта и его приверженности к деятельности партии эсеров.

Из работ о творчестве Пастернака две касаются отдельных произведений. Статья К. Поливанова «К анализу и интерпретации стихотворения "Встреча" Бориса Пастернака» (с. 547—552) базируется на «соображениях» относительно этого стихотворения, которые Гаспаров «выслушал... благосклонно и настойчиво советовал привести в упорядоченный письменный вид» (с. 548). Статья А. Долинина «Темные аллюзии в стихотворении Пастернака "Клеветникам"» (с. 191—200) разъясняет даже не все стихотворение, а главным образом его «загадочную последнюю строфу, которая на первый взгляд не имеет никаких связей с предшествующим развертыванием темы» (с. 193). В строфе этой упомянут «Дункан седых догадок», и автор пытается решить вопрос, какой именно Дункан имеется в виду — герой шекспировской трагедии «Макбет» или корабль из романа Жюля Верна «Дети капитана Гранта».

На более широком материале построена статья французского исследователя М. Окутюрье «Юмор в поэтике Пастернака» (с. 472—480). Она охватывает произведения, вошедшие в сборник «Сестра моя — жизнь», и освещает их с точки зрения юмора поэта, правда, весьма своеобразного. К сожалению, автор не дает четкого определения юмора, и под это понятие у него попадают и другие комические приемы. Так, например, первые строки стихотворения «Mein Liebchen, was willst du noch mehr?»: «По стене сбежали стрелки. // Час похож на таракана. // Брось, к чему швырять тарелки, // Бить посуду, бить стаканы?» — Окутюрье наделяет «специфической юмористической стилистикой» (с. 476), хотя это гораздо больше похоже на иронию.

Не обойдена вниманием и Ахматова. Заново поднимается уже не раз исследованная тема «поэтической переписки» Блока с Ахматовой в статье М. Вахтеля из Принстона (с. 154—163). Автор рассматривает два стихотворения в хронологическом порядке, сопоставляя главным образом их стиховые характеристики. В комментариях явно не хватает ссылок на работы ахматоведов, где этот поэтический диалог уже был изучен, возникает ощущение, будто такой очевидной темой прежде никто не занимался. Еще две статьи об отдельных стихотворениях Ахматовой, «Просыпаться на рассвете...» у А.Жолковского (с. 211—232) и «Вот это я тебе, взамен могильных роз...» у М. Майофис и И. Кукулина (с. 373—399), заслуживают внимания не только ахматоведов: в этих работах проводятся интересные параллели между творчеством Ахматовой и ее современников и предшественников, а также с событиями в стране и в жизни поэтессы, связанными с ее поэзией описываемого периода. Не только о поэзии Ахматовой, но и о ее современниках рассказано и в статье Р. Тименчика «"Записные книжки" Анны Ахматовой. Из "Именного указателя"» (с. 614—639).

Вообще в книге заметна тенденция к подбору статей по поэтам, о которых советское литературоведение старалось молчать или писало не очень охотно. Это и известные поэты, как Велимир Хлебников и Г. Иванов (Х. Баран «"Контрапункт" Хлебникова и его контексты», с. 127—137; А. Парнис «Еще раз об "астраханском" мифе Хлебникова. Неизвестное стихотворение поэта», с. 498—509; А. Лавров «О "шотландском" мотиве в поэзии Георгия Иванова», с. 280—286), и малоизученные, такие как А. Ривин, С. Бобров. Одна статья посвящена поэзии Андрея Белого — это работа Д. Магомедовой «Книга стихов в творчестве Андрея Белого и поэтика романтического вокального цикла» (с. 336—342), где рассмотрены не только циклы, но и музыкальная тема в его стихах.

Несколько странно в общем контексте выглядит статья М.Чу-даковой «Две книги о герое-авторе» (с. 640—653). Здесь сопоставляются романы М. Булгакова «Мастер и Маргарита» и Н. Островского «Как закалялась сталь». Сравниваются и сближаются абсолютно

разные авторы. Но работа эта, безусловно, интересна, хотя ни стиха, ни поэзии не касается, да и о языке романов почти ничего не сказано. Не менее странно смотрится в этом контексте и статья И. Даниловой «Усть-Сысольский Христос деревянный» (с. 184— 190) — о севернорусской деревянной скульптуре, хотя и с упоминанием образа Христа в русской поэзии.

Век девятнадцатый представлен главным образом «столпами» русской поэзии — Пушкиным и Тютчевым. Пушкин почти не фигурирует в статьях сам по себе, его непременно сопоставляют, сравнивают с другими авторами, причем порой весьма далекими от него, по крайней мере во времени, и не только. Так, в статье С. Ляпина и М. Флоринской «Поэтика недосказанности (Музиль, Достоевский, Пушкин)» (с. 325—335) сравниваются новеллы Роберта Музиля, романы Достоевского и поэзия Пушкина. Если выбор первого автора объясняется по крайней мере тем, что «Бродский называл имя Роберта Музиля в числе "величайших поэтов столетия"» (с. 325), то Достоевский попал в эту компанию исключительно ввиду большой частотности слова «вдруг» в «пяти его главных романах» (с. 326). Справедливо ли считать слово «вдруг» выразителем поэтики недосказанности, а не случайности, можно судить только по утверждению исследователей, что оно разрывает причинно-следственные цепочки, — мнение достаточно спорное.

В статье И. Пильщикова и М. Шатра «Эволюция стилей от Ломоносова до Пушкина» с подзаголовком «Набросок концепции» (с. 510—546) заключается весьма солидное рассмотрение развития стилистики русской поэзии, начиная с ломоносовской теории «трех штилей» с четким разделением лексики и заканчивая нивелированием стилевых границ у Пушкина.

Статья американского исследователя Т. Шоу (J. Thomas Shaw) «Single vs. Doubled Consonants in the Rhyme-Elements of Rhyme Pairs in Puskin, Batjuskov, and Baratynskij» (с. 666—673), опубликованная, как и работа Б. Шерра, без перевода, — стиховедческое исследование, сопоставляющее рифмы, которыми связываются слова с двойными и одинарными согласными у трех поэтов.

О собственно поэзии Пушкина пишут трое авторов. В статье С. Матяш «Левизна Пушкина в переносах» (с. 415—424) дано описание тенденции к переносам в левую сторону строки. Н. Мазур в работе «"Брожу ли я вдоль улиц шумных..." и стоическая философия смерти» (с. 343—372) дает выборку упоминаний о смерти в поэзии Пушкина и выводит из этого идею стоицизма. Третья работа о Пушкине принадлежит М. Красноперовой — «Отсутствие ударения и семантика "отсутствия" в зачинах стихотворных строк (На материале романа в стихах А.С. Пушкина "Евгений Онегин")» (с. 270—279).

Пушкин и Тютчев «встречаются» в статье Р. Лейбова и А. Ос-повата «Чужое слово у Тютчева» (с. 299—304) — в ней приведено несколько стихотворений Тютчева с параллелями из поэзии Пушкина. Только о Тютчеве пишет Ю. Щеглов. В его работе «Еще раз о метрических отступлениях в "Silentium!" Тютчева» (с. 674—688) внимательно рассмотрено одно из самых известных произведений поэта и доказывается неслучайное вкрапление в ямб стихов иного размера.

Кроме перечисленных выше авторов, живших до ХХ в., отдельные работы касаются творчества Жуковского (Л. Киселева «Подведение итогов (о поэтическом "памятнике" Жуковского)», с. 243—254), Державина (Т. Смолярова «Двенадцать строчек Зван-ской жизни (Поэтика машины)», с. 584—600), Кариона Истомина (Р. Вроон «Стихотворство в "Граде царства небесного..."», с. 164— 175), Стефана Яворского (В. Живов «Стратегии пророчества: Проповедь Стефана Яворского на память Алексея Человека Божия», с. 201—210).

В статье американского русиста Дж. Бейли «Любопытный эпизод из жизни былинного стиха: Встреча двух сказителей» (с. 140—149) рассматривается ритм в двух фольклорных произведениях, записанных от разных сказителей.

Несколько работ касается более общих стиховедческих вопросов. Статья ученого из Новой Зеландии И.К. Лилли «История одной русской рифмы: 'любовью'-'изголовью'» (с. 309—324) — исследование этой рифмопары и сочетания обоих ее членов с другими словами.

В работе А. Козьмина «Ритмика хорея "блатной" песни: К вопросу о происхождении жанра» (с. 263—269) берутся, в частности, для сравнения данные британского ученого Дж. Смита1, являющиеся небесспорными, так как основаны на весьма неполном материале. Также довольно спорным представляется утверждение автора, что ударения в словах «случаем», «к воротам», «начал» (с. 265) проставлены для «подгонки» под нужный размер, тогда как для уличного фольклора это вполне нормальная расстановка ударений.

Работа Т. Скулачевой «Взаимодействие ритма, морфологии и синтаксиса в русском и английском стихе (четырехстопный ямб)» (с. 565—570) дает много статистических данных, вероятно, полезных для исследователей, занимающихся близкими вопросами.

В статье Ю. Орлицкого «Античные метры и их имитация в русской поэзии конца ХХ века» (с. 481—497) предложено подробное описание современного состояния русских гекзаметра и логаэдов и делается вывод, что русская поэзия конца ХХ в. активно обращается к Античности и переосмысливает ее.

Работ о древней поэзии, как уже было сказано, в данном сборнике крайне мало. Среди них статьи М. Русанова «Возникновение

стиховедения в Древней Индии» (с. 553—564) и Ильи Смирнова «Китайская поэзия: понимание и перевод» (с. 571—583). Очень интересна статья С. Неклюдова «Путешествие на Луну: От Менип-па до Незнайки» (с. 442—460), где прослежено развитие этой темы от античности через Средневековье и до ХХ в. Еще три статьи

0 средневековой и ренессансной литературе посвящены древне-германскому стиху (И. Матюшина «О гиперметрических строках в древнегерманском аллитерационном стихе», с. 400—414), драматургии Средневековья (М. Андреев «У истоков драмы: Драматическая пастораль», с. 103—112) и о драме «Эдуард Третий», считающейся шекспировской (М. Тарлинская «Кто написал "Эдуарда Третьего"», с. 601—613).

Наконец, две статьи посвящены не литературе, а литературоведам. М.Акимова в статье «Ярхо и Шпет» (с. 91—102) раскрывает непростые научные взаимоотношения двух ученых. В. Баевский в материале «О научной деятельности академика А.Н. Веселов-ского. Взгляд из третьего тысячелетия...» (с. 113—126) рассказывает главным образом о всемирно известном ученом как о стиховеде, что совершенно логично для данного сборника.

В заключение можно сказать, что сборник представляет собой если не полную картину современного стиховедения, то по крайней мере тенденцию исследований и интересов той группы ученых, которые составляли близкий круг М.Л. Гаспарова и теперь стремятся поддерживать изучение стиха на достойном уровне.

Примечание

1 См.: Смит Дж. Взгляд извне. Статьи о русской поэзии и поэтике. М., 2002.

Е.И. Жукова

ВЕСТНИК МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА. Сер. 9. Филология. 2008. № 1

Поэтический мир славянства. Общие тенденции и творческие индивидуальности. Исследования по славянской поэзии. (Серия Slavica et Rossica.) М.: Ин-т славяноведения РАН. 2006. 333 с.

В 2006 г. вышел сборник статей под названием «Поэтический мир славянства», посвященный доктору филологических наук, известной исследовательнице литератур западных и южных славян доктору филологических наук Л.Н. Будаговой, юбилей которой отечественная славистика отмечала в сентябре 2007 г.

Сборник открывается вступительным словом от коллег и друзей Л.Н. Будаговой, освещающим основные направления работы литературоведа-слависта и отмечающим ее достижения в области