Особенности трансграничного социокультурного пространства: научное осмысление

Философские науки

УДК 130.2

Зимина Надежда Сергеевна Nadezhda Zimina

ОСОБЕННОСТИ ТРАНСГРАНИЧНОГО СОЦИОКУЛЬТУРНОГО ПРОСТРАНСТВА: НАУЧНОЕ ОСМЫСЛЕНИЕ

THE PECULARITIES OF TRANSBORDERING SOCIOCULTURAL SPACE: SCIENTIFIC APPROACH

Статья посвящена проблеме научного осмысления и категориального оформления трансграничного социокультурного пространства. Определены особенности и свойства трансграничья. Проанализированы различные методологические интерпретации границы. Особое внимание уделено антропологическому аспекту трансграничного социокультурного пространства

Ключевые слова: социокультурное пространство, граница, трансграничное социокультурное пространство

The article describes the problem of transbounder-ing socio-cultural space’s scientific recognition and categorizing. Transboundering particularities and properties are determined here. Methodological interpretation of a border is analyzed. Certain attention is paid to anthropological aspect of transboundering sociocultural space

Key words: sociocultural space, border, transbound-ering sociocultural space

Сложность таких явлений, как социокультурное пространство и трансграни-чье, обусловливает проблемы их научной рефлексии и порождает множество различных интерпретаций.

В настоящее время в гуманитарных науках постепенно осознается важность пространственного фактора. В социокультурном пространстве обнаруживается неразрывная связь личности, культуры, общества как неразделимых частей. Все более необходимым становится осмысление социокультурного пространства в философском контексте как формы измерения бытия человека как в плане физического существования, так и в духовном аспекте, формирующей и организующей его жизнедеятельность. Методология пространственного исследования культуры и общества основана на положениях культур-

но-исторической (Ф. Гребнер, В. Шмидт) и антропогеографической (Ф. Ратцель, Л. Фробениус) школы диффузионизма конца XIX — начала XX вв. [1]. Диффузионисты исходят из того, что культурные явления распространяются посредством контактов, столкновений между народами, в результате чего возникает так называемая культурная диффузия — взаимопроникновение культур. Данное научное направление выработало собственные принципы:

— принцип географической определенности при рассмотрении проблемы возникновения конкретных предметов культуры;

— принцип пространственно-временного перемещения отдельных элементов культуры.

П. А. Сорокин в своих исследованиях приходит к выводу о том, что кроме геометрического пространства существует

пространство социальное. В отличие от геометрического пространства, в котором люди находятся вблизи друг от друга, в социальном пространстве люди, физически отдаленные друг от друга, могут быть близки социально [17; С. 297]. Социальное пространство невозможно там, где живет один человек, поскольку определить положение человека или какого-либо социального явления в социальном пространстве означает определить его (их) отношение к другим людям и другим социальным явлениям, взятым в этом случае за «точки отсчета» [17; С. 298].

В.Л. Каганский в исследованиях социокультурного пространства выделяет такие его свойства, как расслоенность и ячеистость [8; С. 284]. Эти свойства обусловлены тем, что оно вмещает в себя пространства нескольких культур. За социокультурным пространством ученый закрепляет понятие «регион». Тогда всякая «отдельность» (составная часть региона) — место, человек, структура — одновременно покрываются множеством разных регионов, размещенных в разных пространствах.

Анализ отечественных и зарубежных работ показал, что исследования социокультурного пространства часто содержат рассмотрение частных, локальных его особенностей. Так, в результате смешения географического, геополитического и гео-экономического положения, исторического и неоднородного социального времени в научном мире говорят о многомерном коммуникационном пространстве с его стратами. Среди множества его типов выделяют и социокультурное.

В.А. Дергачев в своей Теории больших многомерных пространств среди прочих страт (геоэкономическое пространство, социальное пространство, пространство межличностных коммуникаций, социопсихологическое пространство, информационное пространство) выделяет геополитическое пространство (геопространство) [5]. Оно представляет одно из фундаментальных понятий геополитики, которое отражает географическую интерпретацию многомерного коммуникационного пространства,

объединяющего политическую, социальную, духовную и экономическую сферу деятельности людей общей панидеей. При этом социокультурное пространство представляет собой вид геопространства [5].

Социокультурное пространство представляет собой форму структурированного бытия, которое антропологично в своем содержании, поскольку является способом существования человека в культуре и социуме. Человек, включенный в социокультурное пространство, получает из него средства к существованию и информацию. Такими средствами выступают ценности, нормы, традиции и др. Использование их в повседневной практике делает пространство способом деятельности человека.

Специфика социокультурного пространства, по мнению Н.И. Лапина, состоит в том, что оно интегрирует в себе три измерения человеческого бытия ( тип соотношения человека и общества, характер культуры, тип социальности) именно как фундаментальные, каждое из которых не сводится к другим и не выводится из них, но при этом все они взаимосвязаны и влияют друг на друга как важнейшие составляющие человеческих общностей [13].

Многофункциональное понятие «социокультурность» и связанные с ним категории широко применяются в исследованиях трансформаций социокультурного пространства, базирующихся на ряде принципов:

— человека активного;

— взаимопроникновения культуры и социальности;

— антропосоциетального соответствия;

— социокультурного баланса;

— симметрии и взаимообратимости со-циетальных процессов;

— необратимости эволюции социокультурной системы как целого [13].

Современный миропорядок в своем анализе требует учета особенностей социокультурной реальности, которая сложна и нестабильна и переживает период поиска новой системы ценностей в условиях глобальных трансформаций [11]. Известно, что функционирование социокультурной

системы связано с двусторонним процессом адаптации человека к законам этой системы, с одной стороны, и системы к потребностям человека, с другой. В этом адаптационном процессе начинает возрастать роль культуры, с помощью которой происходит упорядочивание окружающей реальности и решаются возникающие задачи. В социокультурном пространстве слиты восходящие и нисходящие «токи», а периоды хаоса и кризиса сменяются стабилизацией и гармонией [16; С. 45]. В разные исторические периоды такие тенденции могут быть долгими либо, наоборот, протекать стремительно, как хаос и кризисные состояния стать преобладающими в динамике социокультурных процессов.

На основе изложенного выделим важное свойство социокультурного пространства — динамичность. С.Н. Иконникова определяет его как способность социокультурного пространства к саморазвитию, изменению масштабов, объема и структуры, пространственных границ [16; С. 44]. Меняя свои границы, расширяясь либо сужаясь, оно меняет и свое ценностное наполнение.

Социокультурное пространство включает людей, имеющих общую социокультурную идентичность. Содержание социокультурного пространства проявляется в ценностях. Аксиосфера культуры представляет собой исторически самоорганизовавшуюся сложную систему, подсистемы которой и их конкретные элементы порождаются ее глобальными потребностями и объясняются их достаточностью для ее полноценной жизни и развития, а это способствует определению места каждой ценности в целостном многомерном пространстве ак-сиосферы [7; С. 58]. Ценности в силу своих функциональных особенностей детерминируют идентичность человека, а значит, способны выступать фактором консолидации соответствующего сообщества. Реальное бытие, функционирование и развитие ценностей протекает в определенной социокультурной среде. Следовательно, сущность их может быть постижима только при рассмотрении их нахождения в этой среде.

Являясь по своему содержанию мно-

гомерным, социокультурное пространство содержит три среза в исследовании: символическое пространство духовной культуры, институциональное пространство социальных отношений, предметное пространство материальной культуры [12].

Говоря о структуре социокультурного пространства государства, Л.Н. Коган выделяет в его составе национальные культуры, внутри которых развиваются соответствующие пространства культур [9; С. 60]. Так выстраивается многомерная и полифункциональная модель социокультурного пространства. В социокультурном пространстве страны обнаруживается связь культур отдельных этносов, социальных общностей, региональных сообществ с общечеловеческой и национальной культурой.

Можно наблюдать сложное переплетение и единство местных, региональных традиций и общегосударственных. В данном контексте региональная культура представляет собой особый вариант общенациональной «материнской» [14] культуры и одновременно самостоятельное явление, обладающее собственными закономерностями развития и логикой исторического существования. При этом ее отличительными характеристиками являются свой набор функций, продуцирование специфической системы социальных связей и собственного типа личности, способность оказывать влияние на общенациональную культуру в целом [14]. Таким образом, мы подошли к проблеме многомерности социокультурного пространства, которое вбирает пространства нескольких культур и социокультурные пространства регионов.

Трансформация современного миропорядка приводит к таким наднациональным интеграционным процессам, участниками которых становятся субгосударственные регионы. Таким образом, формируются региональные комплексы, использующие местные социоприродные и социокультурные особенности в качестве основы стратегий развития. Подобная ситуация предоставляет возможности государствам выходить на новый уровень развития и установления связей с другими странами — трансгранич-

ный. Трансграничное взаимодействие влечет за собой образование трансграничного социокультурного пространства.

Понятия «социокультурное пространство», «трансграничье» коррелируют с понятием «граница». В современном мире национальные границы подвергаются нивелированию, снижается их барьерная функция. Стоит говорить об изменении понимания «границы» и бытовании ее в новом философском качестве. Территориальные, политические пространства могут не совпадать с пространством социокультурным. Тогда философское осмысление социокультурного пространства позволяет подходить к нему как к онтологическому конструкту и выделять следующие особенности его границ: размытость; подвижность; прозрачность (предполагающая открытость для других социокультурных пространств); проницаемость ( данное свойство границ обусловлено проницаемостью самого социокультурного пространства и взаимопрони-цаемостью при взаимодействии с другими пространствами).

В трансграничной реальности актуализируется философско- антропологическая проблематика человека, которая обнаруживает вопросы, связанные с осмыслением оснований бытия, базисных ценностей, социокультурного пространства и его границ в условиях трансграничья, определением пространства собственной идентичности человека на пересечении нескольких социокультурных пространств.

Традиционно граница всегда выполняла барьерно-заградительную функцию, отделяя не только территории национальных государств, но и «свое» пространство от «чужого», становясь основанием определенного социокультурного пространства, формирования идентичности, которая строилась на противопоставлении «свое» — «чужое». Изменившееся понимание границы позволяет рассматривать ее как точку пересечения культурных систем, жизненных практик людей, как зону контакта разных культур.

Трансграничное социокультурное пространство представляет собой область вза-

имопроникновения культур, а соответственно и ценностей, где аккумулируются различные элементы граничащих культур. Схожесть материальных и духовных элементов культуры служит онтологическим основанием для формирования таких содержательных характеристик социокультурного пространства, как национальная идентичность и национальное самосознание. Современная ситуация тесного взаимодействия разных культур приводит к столкновению цивилизаций и изменениям в идентичности наций [18].

По мнению Д.Г. Емченко, трансграничное социокультурное пространство представляет область взаимопроникновения культур, в результате чего образуется некая культурная целостность, способная ассимилировать различные элементы граничащих культур, не разрушая их и выявляя потенциальные точки роста [6]. С одной стороны, в условиях трансграничья задаются иные параметры социокультурного пространства, более открытого, направленного на диалог. Однако, с другой стороны, в зависимости от способности к устойчивости одной из взаимодействующих культур, ценности той и будут доминировать в данном социокультурном пространстве.

В этом случае речь идет о таком явлении культурной гомогенизации, как доминирование одной культуры ( национальной, региональной) над остальными, что соответствует экспансионистской политике

[18]. Таким образом, культура и ее ценности, представляя собой «мягкую силу», дестабилизируют социокультурное пространство, выступая средством доминирования, к которому прибегают лидирующие в трансграничном пространстве страны. Подобной позиции придерживается З. Бжезинский, рассматривая культуру как способ укрепления имперского центра управления миром [3]. Кроме обычных причин возможных конфликтов между странами, принадлежащих к различным цивилизациям, особо выделяются достижение могущества на определенной территории, возможность насадить собственные ценности, культуру и институты другой стране.

ГТ1 ** ООО

Таким образом, важнейшей чертой трансграничного социокультурного пространства является неоднородность составляющих его пространств культур. Следовательно, необходимо говорить о его плюралистичности. Данная черта является фактором возможных ценностных социокультурных изменений внутри субгосударс-твенных регионов, включенных в трансгра-ничье. Трансграничное социокультурное пространство представляет собой сложное многослойное образование. Анализ политической жизни региона Д. Истона основывается на исследовании системы, погруженной в среду и подверженной воздействию с ее стороны. Чтобы выжить, система должна иметь способность реагировать, то есть уметь адаптироваться, развиваться, воспроизводиться [2; С. 15].

В условиях трансграничного социокультурного пространства начинает складываться и особый тип личности. Существование человека в двух мирах одновременно, плюралистичность и гетерогенность трансграничного социокультурного пространства формируют соответствующий тип личности

— человека маргинального — живущего на рубеже нескольких культур, нередко конфликтующих между собой, в обществах, которые могут никогда не совпасть [6].

Маргинальность как пограничное положение личности имеет онтологическое измерение, так как выражает положение либо состояние со специфическими «топологическими» свойствами [4], а именно

— нахождение на краю, на границе социального бытия и человеческой реальности в целом. Пограничное состояние человека предстает как феномен человеческого бытия, поскольку маргинальность предает человеку особый онтологический статус. Маргинальность понимается не просто как форма бытия, но как способ становления и изменения бытия. В таком случае граница интерпретируется как некая топологическая структура, соответственно, переход через границу — как процесс изменения онтологического статуса. То есть, граница понимается как некоторая точка пересечения пограничных положений (состояний) че-

ловека. В связи с этим приведем несколько точек зрения на эту проблему.

Американский социолог Р. Парк «маргинальным человеком» назвал «...такого субъекта, который появляется в то время и в том месте, где из конфликта рас и культур начинают появляться новые сообщества. Судьба обрекает этих людей на существование в двух мирах одновременно» [6; С. 48].

Особый интерес представляет оценка бытия современного человека, включенного в трансграничье, А. И. Неклессы. Ученый провозглашает весь мир одним сплошным трансграничьем, когда «в новых пространствах тенденции начинают доминировать над фактами и помыкать ими, транзитность пронизывает быт — все эти одноразовые упаковки, предметы с весьма ограниченным сроком действия, гостиничное жилье, умножающиеся кочевнические коды бытия. Люди все чаще спотыкаются на ровном месте, сталкиваясь со спонтанными изменениями привычных ландшафтов, с разрывами тканей повседневности, прибегая по необходимости к одноразовым рекомендациям, кратко живущим концептам, нелинейным прогнозам» [15].

В своих исследованиях по лимологии наряду с традиционными подходами (историко-географическим, функциональным, политологическим) В. А. Колосов выделяет постмодернистский подход к анализу границ, который представил также несколькими направлениями: миросис-

темно-идентичностным, геополитическим подходом к границам как социальным представлениям, «ПВП-подходом» (политика — восприятие — практика), экополитическим [10]. Интерпретируя границу в рамках постмодернизма, ученый проводит свое исследование через призму мировых систем и идентичности [10]. Изменение роли государственных границ постепенно ослабляет национальную идентичность. При этом особенности восприятия границы местными территориальными общностями способствуют формированию нового типа идентичности — трансграничной, особенно если жители прилегающих к границе территорий близки по культуре и языку [10].

Важную роль в трансграничье играют исторические традиции и опыт взаимоотношений в прошлом, близость культур. Так, М.Ю. Шинковский определяет трансграничный регион как обширную территорию, обладающую определенным культурноисторическим единством и в то же время концентрирующую максимально возможное число переходных зон

[19].

Таким образом, анализ проблем научного понимания трансграничного социокультурного пространства показал множество интерпретаций данного явления, становящегося все более актуальным в современном мире. Осмысление трансграничного социокультурного пространства показало сложность его категориального

оформления в связи с множеством возможных исследовательских аспектов. Тем не менее, возможно выделить такие основные категории, как пространство, социокультурное пространство, граница, трансгра-ничье, заключающие собой сферу познания данной проблемы. Особенности и свойства трансграничья обусловлены, прежде всего, многомерностью пространства, подвижностью его границ. Исследование границ в аспекте трансграничья позволило выделить их свойства, заключающиеся в подвижности, прозрачности и проницаемости. В связи с этим в антропологическом аспекте проблемы актуальными становятся вопросы, связанные с определением границ пространственной идентичности человека в ситуации трансграничья.

Литература

1. Александренков Э.Г. Диффузионизм в зарубежной западной этнографии // Концепции зарубежной этнологии: критические этюды / отв. ред. Ю.В. Бромлей. — М.: Наука, 1976. — С. 26-67.

2. Алехнович С.О. Регионы России: современный ракурс и перспективы. — М.: РАЕН, 2007.

- 296 с.

3. Бжезинский З. Великая шахматная доска. Господство Америки и его стратегические императивы. — М.: Международные отношения, 2003. — 256 с.

4. Гурин С.П. Маргинальная антропология [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http:// psy-games.narod.ru/margin/g1p1.htm.

5. Дергачев В.А. Цивилизационная геополитика (Большие многомерные пространства). — Одесса: ИПРЭЭИ НАНУ, 2003. — 262 с.

6. Емченко Д.Г. Маргинальный человек в контексте культуры трансграничного региона // Вестн. Чел. гос. ун-та. Философия. Социология. Культурология. — 2009. — № 11. — С. 47-50.

7. Каган М.С. Философская теория ценности. — СПб.: ТОО ТК «Петрополис», 1997. — 205 с.

8. Каганский В.Л. Культурный ландшафт и советское обитаемое пространство. — М.: Новое литературное обозрение, 2001. — 576 с.

9. Коган Л.Н. Теория культуры. — Екатеринбург: УрГУ, 1993. — 159 с.

10. Колосов В.А. Теоретическая лимология: новые подходы [Электронный ресурс] // Международные процессы. — 2003. — Т. 1. — № 2. — Режим доступа: http://www.intertrends.ru/ three/004.htm.

11. Крылов В.В. Глобальные трансформации в контексте синергетической парадигмы // Глобализация и перспективы современной цивилизации. — М.: КМК, 2005. — С. 212-223.

12. Лапин Н.И. Регион, его статус и функции в российском обществе: теоретико-методологические основы исследования [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.isras.ru/files/ File/Socis/08-2006/lapin.pdf.

13. Лапин Н.И. Социокультурный подход и социетально-функциональные структуры // Со-цис. — 2000. — № 7. — С. 3-12.

14. Мурзина И.Я. Феномен региональной культуры: бытие и самосознание [Электронный ресурс]: автореф. дис. ... д-ра культурологии. - Екатеринбург, 2003. - Режим доступа: http:// credonew.ru/content/view/423/29/.

15. Неклесса А.И. Трансграничье, его ландшафты и обитатели [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.inesnet.ru/institute/structure/geo/text02.htm.

16. Скульмовская Л.Г. Противоречия разнонаправленного развития культуры региона в современных условиях: социологический анализ: дис. ... д-ра социол. наук. — Екатеринбург, 2005.

— 346 с.

17. Сорокин П.А. Человек. Цивилизация. Общество / общ. ред., сост. и предисл. А.Ю. Сого-монов: пер. с англ. — М.: Политиздат, 1992. — 543 с.

18. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций / Пер. с англ. Т. Велимеева, Ю. Новикова. — М.: ООО «Издательство АСТ», 2003. — 603 с.

19. Шинковский, М.Ю. Трансграничное сотрудничество как рычаг развития российского Дальнего Востока [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.ifpc.ru/index.php?cat=159.

Коротко об авторе_________________________________________________Briefly about the author

Зимина Н. С., ст. преподаватель кафедры фило- N. Zimina, senior teacher, Philosophy, Theory and софии, теории и истории культуры, Забайкальский History of Culture department, Zabaikalsky State Uni-государственный университет (ЗабГУ) versity

13zimina@mail.ru

Научные интересы: национальная безопасность, внутренняя регионализация России, социокультурное пространство, трансграничное пространство, социокультурный потенциал российских регионов

Scientific interests: national security, Russia inner regionalization, sociocultural space, transboundering space, sociocultural potential of the Russian regions