Окказионализм сложного слова как лингвистическое явление (на материале немецкого языка)

ФИЛОЛОГИЯ И ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ

УДК 43 ББК 81.2 Нем

Ахмедов Анвар Ботирович

аспирант кафедра немецкой филологии Самаркандский государственный институт иностранных языков Akhmedov Anvar Botirovich Post-graduate Chair of the German Philology Samarkand State Institute of Foreign Languages Samarkand

Окказионализм сложного слова как лингвистическое явление

Compound Word Occasionalism as a Linguistic Phenomenon

Рассматриваются окказиональные лексические композиты немецкого языка в аспектах 1) сопоставления с конкретными исходными прототипами, 2) семантико-синтаксического содержания, 3) целостности номинации,

4) цельнонаправленности / раздельнонаправленности в словоформировании

The article deals with the occasional lexical composites of the German language in the aspects of 1) comparison with the specific initial prototypes;

2) semantic-syntactic content; 3) integrity of the nomination; 4) full motivation / partial motivation in the word-formation

Ключевые слова: композита, неологизм, номинация, лексическая

инновация, переосмысление, контекст, окказиональное слово

Key words: composite, neologism, nomination, lexical innovation, different interpretation, context, occasional word.

Языку свойственна постоянная потребность в создании новых слов-

неологизмов, что определяется самой жизнью, развитием науки и культуры,

прогрессом техники, изменениями общественных условий и особенностей быта

человека. При этом степень интенсивности появления новых слов в языке

исторически изменчива. Она возрастает в периоды, которые связаны с

всевозможными открытиями в науке или же с бурными социальными

преобразованиями. Поэтому неологизмы представляют собою понятие сугубо

Известны нередкие случаи, когда многие слова, которые сейчас прочно вошли в

язык, были неологизмами в другую эпоху. Так, слово Schriftsteller являлось

неологизмом в XVIII веке [3, с. 144].

Определение авторства того или иного неологизма, появившегося в

языке, сопряжено с большими трудностями, а зачастую совершенно ВесгникЧГПУ 42011 180

невозможно. Новые слова будто бы вырастают внутри самого языка. Отсюда вполне обоснованно такое их толкование как общеязыковые неологизмы [4, с. 119].

Вместе с тем существует особая группа неологизмов, появление которых связано с языком одного конкретного писателя. Как правило, их функционирование не выходит за пределы его творчества [5, с. 204]. Такие неологизмы, которые созданы писателем для воспроизведения определенной жизненной ситуации, не следует считать явлением современной языковой системы, ибо они представляют собою временное или же ситуативное явление [7, с. 117]. Поэтому подобные разовые новообразования в языке носят название случайных [приспособленных сугубо к конкретной ситуации] или окказиональных слов [6, с. 88-89].

Выбор композит (например, субстантивных) для рассмотрения

инновационных процессов в современном немецком языке обуславливается рядом факторов.

Прежде всего - это номинативная функция субстантивных композит и ее разновидности.

Семантическая структура композитов включает морфологическую семантику [частеречную принадлежность производящих основ, их

отнесенность к разным структурно - семантическим подклассам], а также лексическую семантику [тематическую отнесенность основ] и синтаксическую семантику [связь между конституентами композиты].

Типы композитной номинации существенным образом отличаются от типов номинации непроизводных слов.

В основе различения этих типов лежат четыре свойства в узуальном представлении:

1) раздельнонаправленность [ЬеЬгегБЁгаи - «жена учителя»],

2) типизация [К^1еги^всЬеГ - «глава правительства»],

3) кумулятивность [ОИгепа^ - «врач - отоларинголог»],

4) идиоматичность [Fuchsschwanz - «ножовка» (пила)].

По типу номинации различаются четыре группы субстантивных композит.

1. Раздельнонаправленные, значение которых полностью совпадает со значением соотносимых с ними трансформ, характеризуются отсутствием типизации, расчлененным выражением понятийного содержания.

2. Типизированные, которые на первом плане своего содержания имеют типизацию значения, т.е. предметы или явления, ими обозначаемые, мыслятся как константные типы.

3. Кумулятивные, которые содержат непереосмысленные компоненты, имеющие мотивационную опору среди элементов соответствующей трансформы, но в трансформе, отражающей содержание композиты, имеются ещё и такие содержательные единицы, которые не имеют соответствия среди компонентов композит. Тем самым эти композиты имеют больший объем содержания, чем это выражено их компонентами.

4. Идиоматичные, значение которых характеризуется невыводимостью из значений составляющих компонентов [с допустимой мотивированностью отдельных композитных дериватов].

Выступает семантика композит и в модифицированном виде. Это происходит в результате включения в содержание композит модальных, видовых, залоговых, временных и других значений. Так, в композите Stehkragen [«стоячий воротничок»] ^ Kragen, der steht [«воротничок, который стоит»] представлен модификатор несовершенного вида, а в композите Fallobst [«паданцы»] ^ «Obst, das gefallen ist» [«плоды, которые упали»] - модификатор совершенного вида.

В языке подобные композиты активно участвуют в создании смыслового единства текста. При этом на фоне рекуррентных цепочек развертываются семантические парадигмы, элементами которых являются композиты. К примеру, это парадигмы идентичности [Kometenbart ^ Bart des

Kometen «хвост кометы»], субординации [Komet - «комета» ^

Kometenkern «ядро кометы»] и координации [Kometenkern ^ Kometenbart].

Композитообразование позволяет устранять полисемию и омонимию слов в современном немецком языке. Ср., например: Hundehalsband [«ошейник собаки»] и Schmuckhalsband [«ожерелье, колье»].

В рамках этой функции можно рассматривать и различительно -типонимическое назначение композитов. При этом создается возможность не только уточнить понятие, выраженное вторым компонентом композита, но и отличить одно родственное понятие от другого. Например: FeldstraBe [«дорога в поле»] от GebirgsstraBe [«горная дорога»], StadtstraBe [«городская улица»] от DorfstraBe [«деревенская улица»].

Важно учитывать и роль ассоциативных прототипов в композитообразовании. Это элементы типичных ситуаций, связанных типичной связью.

Среди композитных прототипов можно выделить по степени абстракции конкретные прототипы [прототипы первой степени]. Так, например, в прототипной композитной модели, соотносимой с типичной ситуацией «дамское платье», имеются устойчивые прототипы первой степени: Bluse -Satin, Bluse - Seide, Bluse - Perlon, которые лежат в основе узуальных композитов Satinbluse, Seidenbluse, Perlonbluse.

На основе абстрагирования несовпадающих элементов в вышеуказанных прототипах, соотносящихся с названием ткани, возникает прототип второй степени: «ткань - Bluse».

Разные прототипные модели с одним и тем же элементом могут быть объединены в композитное поле.

Прототипы, составляющие композитное поле, могут иметь разные семантико-синтаксические содержания и обладать разными

словообразовательными значениями. Например, в композитное поле слова das Schild [«вывеска», «табличка»] входят структуры с ассоциативными

прототипами «Объектив - Локаль» [Nummerschild «табличка с номером»], «Локаль - Объектив» [Ladenschild «вывеска магазина»], «Материал - Объектив» [Messingschild «медная табличка»] и др.

Применительно к сложному слову общий аспект значения в ракурсе цельнонаправленности / раздельнонаправленности следует толковать с учетом двух его характеристик, которые выделила М. Д. Степанова: 1) «сложное слово синонимично свободному словосочетанию, составленному из опорных слов

соответственно модели его словообразования» и 2) «их [сложных слов] компоненты, как и члены свободного словосочетания, обозначают каждый в отдельности, в определенной конкретной ситуации, соответствующий предмет или явление» [2, с. 134].

Цельнонаправленность и раздельнонаправленность сложного слова определяют семантическую функцию композитных единиц в коммуникативном процессе.

Цельнонаправленные окказиональные композитные субстантивы (сложные имена существительные) - это, прежде всего такие слова, в которых семантическая мотивированность частично или же полностью затемнена. Подобных композит можно выделить в инновационном процессе современного немецкого языка несколько групп.

1. Группа окказионализмов с частичным или полным переосмыслением.

1) Переосмысление первого компонента:

Himmelsspeck - «... den Speck von Serno kann er [Hermann] nicht benagen. Er ist der Frau Pfarrer versprochen. Er ist Himmelsspeck»[OB, S. 130].

В приведенном контексте переосмысленное значение компонента «Himmel» соотносится со значением слова «божественный», но не в смысле определения превосходных качеств предмета, как, например, в слове «Himmelspeise» [«божественная еда»]. В данном случае компонент «божественный» [«Himmel»] указывает на то, что предмет, обозначенный вторым компонентом, - «Speck» - предназначен для пасторши, которая в представлении религиозного Германа является «святой», «божественной» женщиной.

Сравним еще также следующий контекст с окказиональным словом [ОС]:

Mehltage - «In der Backstube staubten die Mehltage dahin» [W, S. 86].

Здесь переосмысление первого компонента ОС основывается на причинной связи: работа в пекарне утомительно однообразна; целый день приходится иметь дело лишь с мукой. Поэтому для Станислауса представление об однообразных днях связано с понятием «муки» [«Mehltage»].

2) Переосмысление второго компонента. [Подобные композиты наиболее многочисленны].

ВестникЧГПУ42011 184

Сравним типичный контекст с таким ОС:

Handtaschendunkel - «Es kommt von weither und wandert unsichtbar von Handtaschendunkel zu Handtaschendunkel» [OB, S. 271]. В данном случае компонент «dunkel» имеет значение «темные дела», «спекуляция».

О деривационной активности подобной семантической разновидности убедительно свидетельствуют еще и такие ОС в следующих контекстах:

Dorfnachrichtenapparat - «Ein Dorfnachrichtenapparat lauft ohne Elektrizitat, ohne Draht. Er braucht nur raspelnde Munder und Riesenohren, dann lauft er schon» [OB, S. 196]. Здесь имеются в виду «сплетницы села».

Entenlaboratorium - «Martke stand im Entenlaboratorium» [OB, S. 257].

Имеется в виду курятник, в котором Оле проводит свои опыты по приручению диких уток.

Bergmaul - «Die Lokomotive starrte mit ihren Lampen-glotzaugen in dieses Bergmaul hinein» [W, S. 469]. Имеется в виду туннель.

Frontgewitter - «In der Ferne hort man ein heftiges Frontgewitter» [OB, S. 13]. Подразумевается приближающаяся канонада.

Fruhlingsbrei - «Mampe - Bitter will zuerst einen Pflaumenschnaps. Dann waren ein Paar abgelegte Gummistiefel nicht ubel; denn aus den seinen schaun jetzt bei Schneeschmelze und Fruhlingsbrei die nackten Zehen» [OB, S. 108]. Имеется в виду весенняя распутица.

3) Переосмысление всего слова в целом:

Giftweizen - «Auf unserem besten Stuck liegt Giftweizen, der dir um die Ohren zischt, wenn du den Acker bearbeiten willst» [RL, S. 240]. Здесь речь идет о заминированном во время войны поле. Мины образно называются «ядовитой пшеницей» [«Giftweizen»]. В основу положен образ: вокруг на полях зреет пшеница («Weizen»), среди которой разбросаны мины.

Mehlwiese - «Er legte sich auf dem Mehlboden quer uber die Mehlsacke. Auf dieser Mehlwiese kampfte Stanislaus um die Trennung seiner Leiber» [W, S. 109]. В приведённом контексте речь идет о тихом, зеленом луге, который необходим был Станислаусу для проведения спиритического сеанса. Поскольку такого луга в близи пекарни не оказалось, то его заменили для Станислауса

мешки из под муки [«Mehlsacke»]. Подобный «луг», который насквозь пропитан мукой, назван «Mehlwiese».

Из вышесказанного, очевидно, что в окказиональном субстантивном композитообразовании речь идёт, как правило о метафорическом переосмыслении компонента или всего ОС в целом. При этом метафорическое переосмысление в различных его проявлениях играет ведущую роль в образовании окказиональных цельнонаправленных сложных существительных.

Гораздо меньшую роль, чем метафора, играет в переосмыслении компонентов или всего цельнонаправленного сложного ОС метонимия [или pars pro toto].

В языке современной немецкой художественной литературы метонимическое переосмысление представлено, в основном, двумя группами: бахуврихи и императивными именами («Satznamen»). Для окказионального словосложения бахуврихи не характерны. Ср. следующие образцы этого типа цельнонаправленных слов:

Goldmaul - «Ich bin gezwungen, deinen falligen Wochenlohn als Schadenersarz einzubehalten», sagte der Meister. «Oh, du blinzelndes Goldmaul!» [UB, S. 195].

HeiBblut - «Wollt dir der Guido was?»... «Ich hatt dir das sagen solln. Er war im Gefangnis. Hast du das HeiBblut versohlt? [UB, S. 195].

Neunzigpfundgewicht - «Vielleicht wurde sich Bienkopp mit seinen Planen zuweilen in den Wolken verlieren, wenn ihm Emma, dieses Neunzigpfundgewicht, nicht zur Erde zoge» [OB, S. 267].

Seidenbandgemut - «Meine Tochter ist nicht die hubscheste, aber wer sie behandelt, wie sie es benotigt, wird ein Gemut vorfinden - zart wie ein blaues Seidenband». ... Drinnen in der Stube traktierte das Seidenbandgemut den kleinen Mehlaffen» [W, S. 230].

Spaltlippe - «Soll dein Junge diese protzige Spaltlippe zur Mutter haben» [T,

S. 36].

Функцию наименования лиц выполняют императивные имена. Это имена собственные, развивающие возможности языка в выражении антонома^и, т. е.

в обозначениях лица словом, имеющим отвлеченное значение свойственного или приписываемого данному лицу качества, например, «der Bose» [«нечистый»] вместо «der Teufel» [«черт»].

Приведем наиболее показательные образцы антономасической реализации семантико-образной основы композитных ОС в современном немецком языке:

Bleibtreu - «Den Herzog spielte Burgermeister Bleibtreu» [UB, S. 289].

Druckdrauf - «Fabrikdirektor Druckdrauf» [UB, S. 286].

Schnappauf - «Ich habe die Tante Schnappauf holen mussen. Sie wartet mit der Mutter auf den Storch» [UB, S. 12].

Цельнонаправленные ОС активно образуются при сравнении одного предмета или явления с другим.

Из вышесказанного очевидно, что в процессе речевой деятельности осуществляется постоянное взаимодействие двух подходов к значимым единицам языка. Говорящий подбирает соответствующие выражаемому содержанию языковые единицы (т.е. это ономасиологический подход). Слушающий должен установить семантику воспринятой звуковой цепочки, выявить системное значение языковых единиц, установить их семасиологию и соотнести с конкретной ситуацией (референтом). Иначе говоря, ономасиологический подход при окказиональном лексическом образовании означает вторичную номинацию, которая может носить творческий характер.

Библиографический список

1. Бушуй А. М. Тавтологическая атрибутивная группа имени существительного (На материале современного немецкого языка) // Вопросы романо-германского и общего языкознания. Труды СамГУ, выпуск №174. Самарканд, 1970. С. 102-144

2. Степанова М. Д., Чернышева И. И. Лексикология современного немецкого языка. М.: Высшая школа, 1986. 247 c.

3. Ammer K. Einfuhrung in die Sprachwissenschaft. Bd. 1. Halle / S.: Max Niemeyer Verlag, 2008. 212 S.

4. Fill, Alwin. Sprachokologie und Okolinguistik. Tubingen: Stauffenburg Verlag, 2006. X, 300 S.

5. Lemnitzer, Lothar. Akquisition komplexer Lexeme aus Textkorpora. Tubingen: Niemeyer, 2009. 259 S.

6. Schwarz, Monika. Einfuhrung in die kognitive Linguistik. Tubingen: A. Francke Verlag, 2006. 238 S.

7. Stehl, Thomas. Dialektgenerationen, Dialektfunktionen, Sprachwandel. Tubingen: Gunter Narr Verlag, 2007. 400 S.

Тексты

1. BL - Renn Ludwig. Trini. Berlin: Der Kinderbuchverlag, 1969. 339 S.

2. OB - Strittmatter E. Ole Bienkopp. Roman. Berlin und Weimar: Aufbau-Verlag, 1982.

404 S.

3. T - Strittmatter E. Tinko. Leipzig: Philipp, 1984.178 S.

4. UB - Welskopf-Henrich Liselotte. Die Sohne der grossen Baren. Band 2, Top und Harry. Berlin: Altberliner Verlag Lucie Groszer, 1968. 416 S.

5. W - Strittmatter E. Wundertater. Berlin: Nation, 1982. 373 S.

Bibliography

1. Ammer, K. Introduction to the Linguistics. V.1. - Halle/S.: Max Niemeyer Publishing House, 2008. - 212 p.

2. Bushuy, A. M. Tautological Attributive Group of the Noun (On the Basis of Modern German) // Problems of the Roman-and-German and General Linguistics. SamSU Works, Issue N174. - Samarkand, 1970. - P. 102-144

3. Fill, Alwin. Language Ecology and Ecolinguistics. - Tubingen: Stauffenburg Publishing House, 2006. - X. - 300 p.

4. Lemnitzer, Lothar. Composite Lexemes Acquisition from Textcorpora. - Tubingen: Niemeyer, 2009. - 259 p.

5. Schwarz, Monika. Introduction to Cognitive Linguistics. - Tubingen: A. Francke Publishing House, 2006. - 238 p.

6. Stehl, Thomas. Dialect Generation, Dialect Functions, Languageshift. -Tubingen: Gunter Narr Publishing House, 2007. - 400 p.

7. Stepanova, M. D., Chernysheva, I. I. Lexicology of Modern German. - M.: Vysshaya Shkola, 1986. - 247 p.

Texts

1. BL - Renn Ludwig. Trini. Berlin: Der Kinderbuch Publishing House, 1969. 339 p.

2. OB - Strittmatter E. Ole Bienkopp. Novel. Berlin and Weimar: Aufbau- Publishing House, 1982. 404 p.

3. T - Strittmatter E. Tinko. Leipzig: Philipp, 1984.178 p.

4. UB - Welskopf-Henrich Liselotte. Sons of great bears. Volume 2, Top and Harry. Berlin: Altberliner Publishing House Lucie Groszer, 1968. 416 p.

5. W - Strittmatter E. Miraclemaker. Berlin: Nation, 1982. 373 p.