"Никто не решился сказать вслух, что никакие корабли России больше не нужны"

В Балтийске Калининградской области затонул сторожевой корабль "Неукротимый", списанный ранее в рамках сокращения флота. Специальный корреспондент ИД "Коммерсантъ" Олег Кашин, приносивший на "Неукротимом" воинскую присягу, сожалеет о случившемся.

Военные сборы по итогам пяти лет на военной кафедре — не самое интересное в жизни воспоминание, и я бы, может быть, давно о них забыл, если бы каждый раз, когда еду в "Шереметьево" или обратно, я не видел тот корабль, на котором я те сборы проходил. Сторожевой корабль "Дружный" — лет десять назад его списали, а потом правительство Москвы купило его по цене металлолома и поставило на Химкинском водохранилище; если ехать из центра в аэропорт, то корабль стоит слева. На корабле хотели сделать музей, но что-то не получилось, так и стоит теперь, никому не нужный. Это, кстати, у нас на корабле была такая присказка: "Дружный" — никому не нужный. Сборы я проходил на нем, а присягу приносил на другом корабле — на таком же сторожевике проекта 1135, он назывался "Неукротимый".

И вот его я точно никогда больше не увижу, потому что в ночь на понедельник он затонул у причала в Балтийске. Как пишет местная пресса, "пришедшие на службу офицеры увидели на месте стоянки корабля торчащие из воды мачты". Жертв при этом нет, потому что на корабле уже никто не служит. Как и мой "Дружный", "Неукротимый" был списан несколько лет назад, и из него тоже хотели сделать музейный экспонат. Балтийский флот искал на это деньги, и пока искал, корабль утонул. Теперь там остался только один корабль проекта 1135 — СКР "Пылкий". Двадцать лет назад на Балтфлоте было 32 таких корабля.

Меньше всего я бы хотел присоединяться сейчас к тем, кто коллекционирует все армейские и морские несчастья, чтобы обвинять в них отставленного министра обороны — он-то здесь, мне кажется, вообще не виноват. "Неукротимый" утонул бы при ком угодно. Просто хватит делать вид, что у России есть два союзника — армия и флот. Военно-морской флот сегодня — это даже не знаменитые "Мистрали", за покупку которых в свое время было принято ругать Сердюкова.

Российский ВМФ сегодня — это поминальные службы по морякам "Курска" каждый год в августе, телевизионная картинка про символическую борьбу с сомалийскими пиратами и гораздо более частые новости об очередном проданном на металлолом корабле. И еще надпись "Кавказ — сила" на спинах матросов на фотографиях в социальных сетях.

Главной ошибкой минобороновского начальства последних лет — не только Сердюкова, а всех, кто был до него, начиная, очевидно, с недавно умершего Павла Грачева — было то, что никто не решился сказать вслух, что никакие корабли России больше не нужны, и что для представительских целей хватает одного "Петра Великого", а для символических боевых задач — нескольких атомных подводных лодок. В этом, кстати, нет ничего катастрофического. Меняются времена, меняется система ценностей. Надо только не стесняться говорить об этом вслух, но почему-то все стесняются.