«Случайная любовь» Симоны де Бовуар как попытка трансценденции (на материале «Correspondance croisée 1937-1940»)

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Life and Letters of Sir Thomas Wyatt / Ed. Kenneth Muir. Liverpool, 1963. P. 35.

2. Greenblatt S.J. Renaissance Self-fashioning: From More to Shakespeare. Chicago, 1980.

P. 122.

SIR THOMAS WYATT’S PENITENTIAL PSALMS L.V. Yegorova

Information on Sir Thomas Wyatt's Penitential Psalms, their dependence on Italian version by Pietro Aretino, and novelty is being introduced to the Russian reader. Wyatt's approach was cardinally different from his predecessors (Coverdell, Sturnhold), the «dubious songs» were replaced with psalms. Thomas Wyatt was the first who placed high emphasis to a word or a language gesture; he understood psalms as poetry of meditations and introspection.

© 2008

А.А. Рожкова

«СЛУЧАЙНАЯ ЛЮБОВЬ» СИМОНЫ ДЕ БОВУАР КАК ПОПЫТКА ТРАНСЦЕНДЕНЦИИ (НА МАТЕРИАЛЕ «CORRESPONDANCE

CROISEE 1937-1940»)

Словосочетание «случайная любовь» появляется у Симоны де Бовуар в книге мемуаров «Сила зрелости». Ссылаясь на Сартра, она объясняет происхождение и появление словосочетания «amour contingentes»: «У Сартра не было пристрастия к моногамии. «Между нами, — говорил он в своей обычной манере, — необходимая любовь (amour necessaire), но, я допускаю, что мы можем познать и любовь случайную» (amours contingents)1.

Если обратиться к словарю, то вариантами «случайной любви» будут являться «возможная любовь», «несущественная любовь», «любовь, достающаяся при разделе» при том, что «необходимая любовь» — это любовь «нужная», «неизбежная», а если рассматривать «необходимость» как философский термин, то и «безусловная, абсолютная»2.

Такую «случайную любовь» в 1938 году во время пешего путешествия по Альпам Симона де Бовуар обрела с учеником Сартра — одним из членов «сар-трической семьи»3, автором опубликованного в 1946 году военного дневника «Последнее из ремесел» — Жаком-Лораном Бостом.

Исследовать взгляды Бовуар на «случайную любовь» стало возможным, благодаря ее сохранившимся 250-ти письмам к Босту. Эти письма вместе с фрагментами его дневника и письмами к ней были опубликованы в 2004 году отдельной книгой — («Перекрестная переписка 1937-1940»). Публикация «живо-

го разговора» двух участников 4-летнего диалога отнюдь не помешала Ж.-П. Аметту («Le Point»), О. Ле Нейру («L’Express»), Ж. Совинье («Le Monde des Livres») и М. Альстад («Lire») увидеть в «Correspondance croisee 1937-1940», прежде всего, очередную публикацию «ядра» эпистолярного наследия Бовуар, в котором описан «один из красивых примеров «случайной любви» в жизни Симоны де Бовуар»4.

Ко времени знакомства Бовуар в 1935 году с Бостом, она уже преподавала философию в парижском лицее Мольера, осуществляя, таким образом, свое «субъективное существование» в мире и через мир. Молодой человек сразу вызвал ее симпатию: «Как только он толкнул дверь в отель «Метрополь» с застенчивым видом, у меня сразу появилась симпатия к нему...»5, из которой сначала родилась дружба (прогулки по Парижу, походы в кино, лыжи, путешествия (с 1935-1937 гг.), а позднее, — «случайная любовь»: «мы с Бостом не стали сдерживать себя, когда однажды в Альпах, оказавшись в одной палатке, захотели заняться любовью»6. Земная, теплая, светлая любовь с Бостом прорастала из «простых вещей» будничной повседневности: амбара, «большого рюкзака» Жака-Лорана, «привокзального буфета», «автобуса, где вы обнимали меня за плечи, ужина в Аннеси, возле водоканала, последних минут в поезде»7.

Через эту, «погруженную в жизнь»8 любовь, «страстное существо»9 Бовуар высвобождалось из тесного корсета духовной любви10 с «холодным», «ненавидящим телесные метания»11 Сартром, погружаясь в жизнь плоти, которая отталкивала философа («я не любил жизни»12), но была необходима существу с

13

«горячим сердцем» и «живым телом»13, имеющему «ум мужчины и чувствительность женщины»14: «Я бы хотела быть в ваших руках, закрыть глаза и ничего больше не говорить», «я была несчастна, ревнуя не к вашим чувствам,акна-шей близости, которой нет между нами, но которая для меня так желанна»15. Через плоть Другого: «щеки, ресницы, потрескавшиеся губы», «нежный голос», «плоские пальцы пастора Боста», «смешные колючки на вашем подбородке», «зеленые глаза, запах кожи»16, Бовуар обретала свою собственную плоть «для себя»17 — не имманентную, но щедрую и бескорыстную — «все, что я желала вначале — это чтобы вы позволили мне вас любить, бескорыстной и щедрой любовью»18. Описывая ситуацию женщины во «Втором поле», писательница рассматривает взгляды общества на женское тело как на проявление имманентности: «тело женщины — это вещь, которую можно купить; для женщины оно представляет собой капитал, который ей позволено использовать с выгодой для себя»19. Бескорыстие автор приводит как одну из характерных составляющих трансцендентности: «поскольку трансцендентность ей недоступна, она, как правило, неспособна на великое, то есть, на героизм, бунт, бескорыстие, полет фантазии, творчество»20, — то, что у А. Жида обозначено формулой «acte gratuit» (‘бесполезное действие’)21. Соответственно, бескорыстная любовь Бовуар к Босту свидетельствовала о том, что сама она любит трансцендентной любовью, являясь при этом не объектом, вещью, которую любят, но в первую очередь субъектом — женщиной любящей, т. е. женщиной активной и инициативной в любви к мужчине, способной через эту любовь «извлечь удовольствие и тем самым утвердить свое «я», либо <...> превзойти себя»22 — самореализоваться, самоутвердиться в качестве независимого субъекта собст-

венного любовного существования — «обрести самое себя в своем субъектив-

23

ном существовании».23

«Случайная любовь» для Симоны де Бовуар подразумевает не растворение в

возлюбленном, а счастливое, что у автора приравнивается свободному («говоря

о шансах индивида, мы будем определять их, исходя не из понятия «счастье», а

24

из понятия «свобода» ), ежесекундное («вы всегда присутствуете рядом со мной», «вы присутствуете в каждом моменте моей жизни»25 и пр.) и будничное одновременное сосуществование: «Я вас люблю спокойной любовью, настоящей, всегда молодой, которая смешивается с моей и вашей жизнью, которая соединяет наши жизни и наши вселенные», дает возможность «познать волшебство. <...> добавляет очарования моей жизни»26.

Бост не является для Бовуар всем, она не живет «только им», она живет «с ним», уважая в нем его личность, не посягая на нее, но и не забывая о своей, осуществляя «свободный обмен» не только чувствами, но жизнями и их составляющими для того, чтобы через основанное на свободе взаимодействие с другим познать и обрести, утвердить самого себя, свое собственное «я»: «Я буду каждую неделю проводить вечера с вами в Париже, это решено, в то же время и дни, если вы не будете в Безье», «я бы очень хотела быть с вами в том поезде, где вы так крепко меня целовали», «.я представила, как будто вы со мной, и я говорю вам множество вещей», «как бы я хотела быть в эти дни с вами», «мне кажется, что я вас обрела вновь, дорогое мое привидение, мой компаньон из кожи и костей, который вновь рядом со мной», «обычно я жила с солдатом»27 и т.д. Формулу их сосуществования в одном из писем описал Бост, Бовуар согласилась: «один в другом, я думаю, что это хорошие отношения»; нечто подобное она сама описывала в одном из своих писем к нему: «я люблю воображать себе, что я в вашем сознании, люблю воображать себе его внутренность. <...> Вы меня не покидаете. Замечательно, что вы существуете в моей жизни»28.

В письме своему «случайному любовнику» от 10 мая 1939 года Бовуар напишет: «.теперь я соглашаюсь с теорией чувств Сартра, что чувство — это метаморфоза мира»29. Спустя десять лет эти мысли автор продолжит во «Втором поле», рассуждая о «подлинной любви» — любви трансцендентной: «Оба они вместе находили бы в мире ценности и цели. Каждый из них, даря себя возлюбленному, познавал бы себя и обогащал свой мир. <...> Любовь открывает нам нас самих, заставляя нас превзойти самих себя. При соприкосновении с кем-то посторонним, но дополняющим нас, мы утверждаем себя. Любовь, как форма познания, открывает нам новые горизонты и края в мире, где мы всегда жили. В этом заключается великая тайна: меняется мир, меняюсь я сам»30. Через эротическую любовь к Босту, через плоть Другого, Бовуар обретала возможность гармоничного единения с этим Другим, с миром и самой собой, чувствуя себя «полноценным индивидом, свободным субъектом, располагающим своим будущим и всем миром»31. С ним писательница делит свою ежедневную будничную жизнь: «этим вечером я сижу дома, и до часу ночи я не буду думать ни о чем, кроме вас. Вы разделите мою жизнь в деталях и мыслях»32. Он — «признанный спутник»33 ее одинокого, повседневного, являющегося результатом свободного выбора, собственного самоосуществления, существования тела и души («Я думаю о множестве вечеров в Париже, которые будут настолько приятными, о

множестве мест, куда я захочу пойти с вами»34), которое с жизнелюбивой Бовуар редко разделял предпочитающий «поэтичное одиночество»35 не только и не столько «спутник» («compagnon»), сколько «союзник» (allie; это отглагольное существительное щепетильная в использовании слов Бовуар ни разу не использует в письмах к Босту)36 Сартр. Отсюда характерная для писем к Босту «будничная интимность», которую Бовуар выказывает адресату разными способами. Так, в одном из писем адресант намеренно использует при обращении к возлюбленному местоимение «ты», разговорные конструкции, такие как «un tas de...» (‘много/большое количество/кучу/множество’, разг.)37: «.настал грустный, унылый час, час для того, чтобы ощутить себя изгнанником вдали от тебя, моя любовь, час для того, <...> чтобы знать, что я сильно тебя люблю и очень хочу коснуться твоей руки. Я была такой счастливой с тобой, мне кажется, что я никогда в достаточной мере не давала тебе это понять. Я думала, что никто не может знать, даже я, в какой степени любовь, которую я к тебе испытываю, любовь, которую ты мне даровал, изменила мою жизнь»38. В другом — сознательно использует разговорную форму глагола для усиления экспрессии: «Вчера вечером украдкой нацарапав вам несколько словечек, я легла спать»39. Во всех письмах (исключение составляют лишь два письма: от 8 ноября 1938 года («Мой горячо любимый, признанный компаньон») и письмо от 1 августа 1938 года («Вы, которого я люблю»)) Бовуар обращается к своему адресату по имени, подчеркивая его иную, отличную от нее, сущность «непохожего характера, независимого по отношению ко мне»40.

На протяжении всех писем к случайному «спутнику» звучит мотив преображения: «это мое настоящее счастье, которое я обрела рядом с вами, которое вы мне оставили, покидая меня и мою полностью преображенную жизнь», «я думала, что никто не может знать, даже я, в какой степени любовь, которую я к тебе испытываю, любовь, которую ты мне даровал, изменила мою жизнь», «как же быстро поменялась моя жизнь после этого»41 и т. д. Преображение происходит в результате обретения и утверждения Симоной де Бовуар своей телесной и душевной сущности свободного существа, способного «любить благодаря своей силе, а не благодаря слабости <...> любить не для того, чтобы бежать от себя, а для того, чтобы себя найти, не для того, чтобы отречься от себя, а для того чтобы себя утвердить»42.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Beauvoir S. de. La Force de l’age. Paris, 1960. P. 50.

2. Гак В.Г., Ганшина К.А. Новый французско-русский словарь. М., 2003. С. 237; 726.

3. Saccani J.-P. Nelson et Simone. Paris, 1994. P. 127.

4. Alstadt M. Et Beauvoir aima le petit Bost // Lire. 2004. Juillet: aout http: www. autourdebeauvoir.net/ articles/beauvoir_bost.html.

5. Beauvoir S. de, BostJ.-L. Correspondance croisee 1934-1940. Paris, 2004. P. 9.

6. Бовуар С. де. Трансатлантический роман. Письма к Нельсону Олгрену 1947-1964. М., 2003. C. 221.

7. Beauvoir. Correspondance croisee 1934-1940. P. 32-33; 350.

8. Ibidem. P. 328.

9. Francis C, Gontier F. Jean-Paul Sartre // Simone de Beauvoir. Paris, 1985. P. 116.

10. «Долгое время Бовуар представлялась нам этакой женщиной в корсете в тени

мудрого Сартра» См.: Alstadt. Op. cit.

11. Francis, Gontier. Op. cit. P. 116.

12. Сартр Ж. П. Тошнота. Рассказы. Пьесы. Слова. М., 2003. С. 642.

13. Бовуар. Трансатлантический роман. C. 485.

14. Francis, Gontier. Op. cit. P. 125.

15. Beauvoir. Correspondance croisee 1934—1940. P. 49; 86.

16. Ibid. P. 33; 38; 39; 105.

17. «Мужчина способен открыть женщине глаза на существование ее плоти для себя». См.: Бовуар С. де. Второй пол // Соч. в 2-х т. М.; СПб., 1997. C. 458.

18. Beauvoir. Correspondance croisee 1934—1940. P. 33.

19. Бовуар. Второй пол. C. 472.

20. Там же. С. 702.

21. «Я люблю вам писать, для меня это не бесполезное времяпрепровождение — вести длинный диалог с вами на протяжении всего путешествия». См.: Beauvoir. Correspondance croisee 1934-1940. P. 48.

22. Бовуар. Второй пол. C. 441.

23. Там же. С. 748.

24. Там же. С. 40.

25. Beauvoir. Correspondance croisee 1934-1940. P. 49; 659.

26. Ibid. P. 739; 730.

27. Ibid. P. 39; 48; 85; 470; 842.

28. Ibid. P. 942; 374-375.

29. Ibid. P. 353.

30. Бовуар. Второй пол. C. 472.

31. Там же. С. 450-451.

32. Beauvoir. Correspondance croisee 1934-1940. P. 475.

33. Ibid. P. 98; 179; 180; 848.

34. Ibid. P. 80.

35. Сартр Ж.-П. Дневники странной войны. Сентябрь 1939-март 1940. СПб., 2002. С. 589.

36. Beauvoir S. de. Lettres а Sartre 1930-1939; 1940-1963: 2 vol. V.2. Paris, 1990. P. 385; 362.

37. Гак, Ганшина. Ук. соч. С. 1068.

38. Beauvoir. Correspondance croisee 1934-1940. P. 48-49.

39. Ibid. P. 84.

40. Beauvoir S. de. Journal de guerre: septembre 1939-janvier 1941. Paris, 1990. P. 158.

41. Beauvoir. Correspondance croisee 1934-1940. P. 33; 49; 84.

42. Бовуар С. де. Второй пол. C. 749.

«ACCIDENTAL LOVE» OF SIMONE DE BEAUVOIR AS TRANSCENDENT ATTEMPT

A.A. Rozhkova

The article reveals Simone de Beauvoir's views on one of the faces of existential love — «Accidental love». Alive, unselfish and sensual this love showed Simone de Beauvoir's attempt to state herself as a writer and a woman and gain her own personality, her transcendence spirit through the world of flesh — the world of the Others.