РАСПРОСТРАНЕНИЕ ИТАЛЬЯНСКОГО ПРУСА И ИЗМЕНЕНИЕ ЕГО ЧУВСТВИТЕЛЬНОСТИ К ИНСЕКТИЦИДАМ В СТАВРОПОЛЬСКОМ КРАЕ

УДК 632.951:595.72

РАСПРОСТРАНЕНИЕ ИТАЛЬЯНСКОГО ПРУСА И ИЗМЕНЕНИЕ ЕГО ЧУВСТВИТЕЛЬНОСТИ К ИНСЕКТИЦИДАМ В СТАВРОПОЛЬСКОМ КРАЕ В.Г.Коваленков*, Н.М.Тюрина*, Ю.В.Никитенко**

*Всероссийский НИИ биологической защиты растений, Краснодар **Краевая станция защиты растений, Ставрополь

Приведены результаты анализа литературных источников, материалов Ставропольской СТАЗР и собственных исследований, иллюстрирующих распространенность в Ставропольском крае и чувствительность итальянского пруса к инсектицидам. Показаны особенности и динамика формирования его резистентных популяций под давлением химических обработок и индексы токсичности применяемых препаратов. Подчеркнута необходимость регулярного мониторинга и чередования инсектицидов различных химических классов.

Итальянский прус (Calliptamus гЬа-\icus L.) благодаря интенсивному размножению и распространению за последнее десятилетие приобрел статус одного из наиболее опасных вредителей. В различных регионах России - Ульяновской, Омской, Волгоградской, Оренбургской, Воронежской областях, Кулун-де, Прииртышье, Дагестане темп и масштабы его нашествия превзошли все ранее зарегистрированные (Константинов, 2000; Григорьев, 2000; Липчанская, 2000; Сергеев, 2000; Полищук, Маленкова, 2001; Сергеев и др., 2001; Магомедов, 2003; Смольянинов, 2003). Положение осложнялось тем, что местные популяции пополнялись залетами из сопредельных стран, где прус также стал интенсивно размножаться. Острые фитосанитарные ситуации сложились в Казахстане, Грузии, Узбекистане, Украине (Абашидзе, 2000; Камбулин, 2000; Раздорский, 2000; Бакланова, Чайка, 2001; Гаппаров, 2001).

В Ставропольском крае согласно проведенному нами анализу многолетних оперативных данных службы защиты растений динамика площадей заселения итальянским прусом, его численности и объемов проведенных обработок выглядит следующим образом. Этот вредитель впервые заметно проявил себя в 1987 г. в двух районах, в 1989 г. - в трех. Последующие три года он отмечался на отгонных пастбищах в незначительном количестве и угрозы для сельскохозяйственных культур не представлял. В 1993 г. ареал пруса резко расширился, охватив

12 районов, а заселение личинками было выявлено на 249.1 тыс. га с плотностью от 10 до 150 экз/м2. Тогда же, чтобы предотвратить повреждение посевов, впервые были проведены истребительные обработки на 9 тыс. га. В 1994 г. площадь заселения прусом удвоилась, а объем выполненных защитных мероприятий увеличился до 30.3 тыс. га. 1995 год характеризовался расселением пруса уже в 16 районах на 170.4 тыс. га. В 1997-2000 гг. развитие и распространение вредителя происходило наиболее интенсивно. При обследованиях специалистами краевой и районных СТАЗР с нашим участием, личинки были обнаружены уже в 20 районах на площади, соответственно по годам - 296.3; 362.3; 345 и 372.2 тыс. га. Их численность достигла рекордно высоких уровней. Например, в Благо-дарненском и Туркменском районах насчитывалось 340-500, Арзгирском и Ле-вокумском - 1500-2000 экз/м2. Для их уничтожения в крае применили инсектициды в 1997 г. на 41.3, в 1998 г. - 68.8, в 1999 г. - 59.8 и 2000 г. - на 86.9 тыс. га. В эти годы итальянский прус был впервые зарегистрирован в Грачевском, Изобиль-ненском, Александровском и Кировском районах, а также в эколого-курортном регионе Кавказские Минеральные Воды. В 2001 г. заселенной оказалась наибольшая площадь - 412.2 тыс. га в 23 из 26 районов края. Его максимальная численность дифференцировалась следующим образом: в 3-х старых по заселенности районах (Апанасенковский, Арзгирский, Левокумский) насчитывалось до 1200-

Вестник защиты растений, ,3, 2004 2000 лич/м2, в 2-х (Нефтекумский, Ми-нераловодский) - 338-700, в 12-ти - 52200, в 3-х - 5-37 и в остальных - 0.2-5. Объем химических обработок оказался рекордным - 97.8 тыс. га. Таким образом, в период с 1993 по 2001 гг. заселенная площадь возросла в 1.7 раза, обработанная - в 11 раз.

В 2002 г. площадь заселения по краю снизилась до 347.2 тыс. га, но в то же время по отдельным районам - возросла. Например, в Грачевском в 2001 г. прус был обнаружен на 14.9 тыс. га, а в 2002 г. - на 35.4. Увеличилась площадь заселения на 13.8 тыс. га в Благодарненском районе, на 2.8 - в Апанасенковском, на 11.3 - в Петровском, на 4.3 - в Буденновском, на 2 тыс. га - в Туркменском. Вредитель впервые обнаружен в Шпаков-ском районе; расширился его ареал с 0.4 до 1.4 тыс. га в Георгиевском районе. Положение усложнялось увеличением численности кобылок, которые регистрировались как в кулигах совместно с прусом, так и в разрозненном виде. Плотность пруса варьировала по районам. Первенствовали те же, что и в 2001 г. -Арзгирский (800 лич/м2), Левокумский (282) и Апанасенковский (204). Возросла плотность пруса с 0.2 в 2001 г. до 400 в Грачевском и с 12 до 225 - в Петровском районах.

В 2003 г. продолжилось сокращение площади заселения прусом (до 282.8 тыс. га), хотя в ряде районов заселенная площадь возросла. В сравнении с предыдущим годом, в Андроповском - на 1, Арзгирском - на 1.5, Благодарненском -на 6 и Курском - на 10.7 тыс. га. В последнем прус заселил наибольшую площадь - 69.7 тыс. га. с плотностью до 120 экз/м2. В целом по краю его максимальная плотность не превысила 240 экз. (Ле-вокумский район), чаще была в пределах 15-100 особей/м2.

Результаты мониторинга последних двух лет позволяют говорить о сокращении распространения, численности и опасности пруса для возделываемых культур, о четкой локализации очагов в пределах хозяйств и в разрезе районов,

что совпадает с изменениями, происходящими в других регионах РФ. Однако, объемы истребительных мероприятий в крае сохраняются на достаточно высоком уровне - 87.5 тыс. га.

Первопричину произошедшей вспышки саранчовых М.В.Столяров (2000б; 2002) объясняет изменением погодных условий и цикличностью размножения, обусловленной периодами солнечной активности. При этом автором выделяются следующие особенности, продолжительность (более 10 лет), масштабы (подобных не зарегистрировано с 50-х годов), обмен стаями между очагами и проявление двух пиков (в начале 90-х годов и на рубеже столетий). Специалисты региональных служб защиты растений возросшее хозяйственное значение саранчовых связывают с экономической нестабильностью сельхозпроизводителей, изменением характера землепользования, ограниченностью технических возможностей, нарушением регламентов обработок и засушливостью последних лет. Обоснованность вышеназванных суждений несомненна. Однако, наши исследования дают основание рассматривать увеличение численности и опасности саранчовых для сельского хозяйства не только как результат вышеназванных причин. Этот процесс связан и с происходящими с 90-х годов прошлого века структурными и качественными изменениями всей энто-мофауны в агроландшафтах, обусловленными перестройкой структуры хозяйствования, ослабленными агротехникой, организацией защиты растений и, что особенно опасно, - выводом из сельскохозяйственного оборота значительных площадей. В 2000 г. их насчитывалось 584.6 тыс. га. Это брошенные и невозде-лываемые угодья, зарастающие сорняками и падалицей ранее высевавшихся культур, которые вместе с пастбищами, сенокосами и залежью превратились в емкие резерваты многих вредителей, включая саранчовых (Огарев, Грязева и др., 2001).

Из всего многообразия зарегистрированных саранчовых итальянский прус

ежегодно составляет большую часть -70-80%. С учетом сложившейся в агропромышленном комплексе фитосанитар-ной обстановки разработаны методические рекомендации по обследованию и борьбе с итальянским прусом (Столяров, 1999), обоснованы необходимость и методика мониторинга, стратегия и тактика защиты от вредных саранчовых (Столяров, 2000а; Наумович и др., 2000), технология применения инсектицидов, исходя из токсичности препаратов различных химических классов (Долженко, 2002). Накопленные научные знания по биологии, средствам и технологии борьбы, опыт практической работы с саранчовыми обобщены в книге В.И.Долженко (2003). Выполненные работы позволили уяснить причины, состояние возникшей проблемы, обосновать прогноз, эффективную тактику и стратегию контроля.

Из анализа литературных данных и результатов собственных исследований на Ставрополье видно, что в последнем десятилетии творческие усилия ученых ВИЗР и ВНИИБЗР, практическая деятельность специалистов региональных служб защиты растений были сосредоточены в трех направлениях:

1) оценка усложнившегося положения с итальянским прусом (распространение, численность, вредоносность, возможность залета с сопредельной территории и т.д.);

2) подбор и испытание инсектицидов (ассортимент, эффективность, сроки и скорость токсического действия, дифференцированно по химическим классам и механизму действия);

3) технология борьбы (критерии, барьерные обработки, ультрамалообъемное опрыскивание).

Стремительно возросшая опасность саранчовых обусловила приоритетное значение химического метода борьбы. Объемы выполненных обработок по годам возрастали и служили показателями успеха. В этих условиях мы обратили внимание на заметное варьирование эффективности дециса, каратэ, фастака, сумитиона в различных хозяйствах и районах, что позволяло предположить

Вестник защиты растений, ,3, 2004 утрату природной чувствительности пруса к инсектицидам. Этот факт побудил нас провести оценку токсичности рекомендуемых препаратов в отношении вредителя.

Необходимость выяснения реакции пруса на химические средства борьбы с ним вытекала из общей закономерности, ранее выявленной при изучении доминантных вредителей сельскохозяйственных культур, против которых интенсивно применяются пестициды. В частности, в серьезную фитосанитарную проблему переросло формирование популяций клопа вредной черепашки, колорадского жука и многих других фитофагов с групповой, перекрестной и множественной устойчивостью к фосфорорганиче-ским, пиретроидным соединениям, регуляторам роста и развития (Коваленков 1998; Коваленков и др., 1998,2000; Кова-ленков и др., 1999; Захаренко, 2001; Ко-валенков, Тюрина, 2002а; Сухорученко, 1996,2001а,2001б). Накопленные к 2003 г. результаты исследований свидетельствуют: практически все агроценозы и не-возделываемые земельные угодья на протяжении многих лет в той или иной степени подвергаются воздействию пестицидов нескольких химических классов и целевого назначения, что обусловило высокую частоту мутаций с разными механизмами резистентности в популяциях вредителей. Утверждать, что итальянский прус составляет исключение из описанной реакции членистоногих на пестициды, оснований нет.

Согласно материалам по проблеме резистентности, обсужденным на СевероКавказской конференции (Краснодар, 2000) и 9-м совещании специалистов РФ и сопредельных стран (Санкт-Петербург, 2000), к настоящему времени 46 видов вредителей сформировали резистентные популяции. Однако в их числе саранчовые не значатся. Лишь в лабораторных условиях была показана возможность формирования видовой и возрастной устойчивости к карбофосу у сибирской кобылки (Сотр^сетш siЫricus L.) и итальянского пруса (Курдюков, 1980).

Методика ]

В 2001-2003 гг. в Предгорном, Георгиевском, Арзгирском, Левокумском, Апана-сенковском, Ипатовском и Буденновском районах в период с 30 мая по 17 июля проводили обследования посевов многолетних трав, пастбищ, ранее возделываемых, но выведенных из сельскохозяйственного оборота полей, а также залежных земель с ксерофильным разнотравьем. В работе использовали ранее предложенную методику (Коваленков, Тюрина, 2002б).

Сбор и содержание биоматериала. В обнаруженных очагах первичной концентрации, где прус перезимовал, отродился и приступил к питанию растениями, проводили сборы его личинок 2-3 возрастов методом кошения сачком. Затем насекомых доставляли в лабораторию и в тот же день использовали для анализов на чувствительность к инсектицидам.

Определение уровня устойчивости. Личинок помещали в энтомологические пробирки, по 20-30 особей. Перед обработкой инсектицидами насекомых иммобилизовали холодом, во избежание их переохлаждения дно морозильной камеры выстилали полиэтиленовым ковриком, а экспозицию охлаждения ограничивали 1.5-2 минутами. Замерших, но сохраняющих жизнеспособность личинок помещали в чашки Петри, выстланные фильтровальной бумагой, и опрыскивали из ручного пульверизатора с использованием серии дозировок инсектицидов. В чашки помещали кормовые растения и затягивали марлевыми салфетками с помощью резиновых колец. Контрольных насекомых опрыскивали водой. Опыт закладывался в трех повторностях. Через 24 часа подсчитывали количество погибших и выживших насекомых. Затем на основе полученных результатов строили график зависимости их смертности от дозировок токсиканта и определяли среднелетальные концентрации, вызывающие гибель 50 и 95% особей.

В опытах оценивали разрешенные для борьбы с саранчовыми препараты трех химических классов - фосфорорганические, пиретроидные и адонис из фенилпиразолов.

Выбор районов не был случайным. Арзгирский, Левокумский, Апанасенков-ский, Ипатовский и Буденновский являются зоной традиционного обитания пруса, где против него химические обработки поводились на значительной площади в течение многих лет. В двух других -Предгорном и Георгиевском прус впервые зарегистрирован в 2000 г. на ограниченной площади (200-300 га) с плотностью 80-200 экз/м2, а инсектициды применялись лишь в отдельных небольших очагах.

Отлов и анализ насекомых в таких контрастных по численности и химическому воздействию районах, по нашему предположению, должны были наиболее четко выявить разницу в уровнях чувствительности вредителя к применяемым препаратам. На основе полученных данных была установлена наиболее чувствительная популяция, критерии токсичности препаратов в отношении которой и СК95) в дальнейшем использовались для отсчета показателей резистентности (ПР) популяций вредителя из других зон ареала и изучения динамики изменения токсичности исследуемых инсектицидов для итальянского пруса.

Помимо этого, по методике ВИЗР (Долженко и др., 2001) рассчитывали индекс токсичности (ИТ), показывающий, во сколько раз сублетальная концентрация (СК95) меньше или больше производственной концентрации препарата. Последнюю определяли в процентах действующего вещества, принимая в расчет наибольшую из рекомендованных гектарных норм препарата и расход рабочего раствора 300 л/га (для адониса 50 л/га). ИТ для чувствительной популяции показывает, на каком уровне резистентности (по СК95) препарат утратит эффективность. Чем выше ИТ, тем гарантированнее активное действие препарата в полевых условиях; чем ближе ИТ к 1, тем надежность препарата меньше. Значение ИТ, равное единице и ниже, свидетельствует о нетоксичности препарата в связи с формированием к нему резистентной популяции вредителя.

Результаты исслед

В 2001-2002 гг. нами проведен мониторинг чувствительности к 15-ти инсектицидам популяций итальянского пруса из Предгорного, Георгиевского, Арзгирского, Левокумского, Ипатовского и Апанасен-ковского районов Ставропольского края (Коваленков, Тюрина, 2002а). Наиболее чувствительные популяции обнаружены в Предгорном и Георгиевском районах, минимальные токсикологические параметры и СК95), в отношении которых были приняты за показатели видовой чувствительности пруса, включенные нами в "Методические рекомендации по мониторингу чувствительности фито- и энтомо-фагов к применяемым инсектицидам" (Коваленков, Тюрина, 2002б), и использовались для расчета уровней резистентности других популяций вредителя. В остальных районах на фоне многолетних химических обработок выявлено заметное нарастание устойчивости пруса к пирет-роидным, фосфорорганическим соединениям и некоторая утрата чувствительности к фенилпиразолу - адонису.

Дифференциация резистентных популяций пруса в пределах края имела зональный характер: устойчивость нарастала по мере продвижения с юга на север, достигая максимума в зоне, приграничной с Калмыкией (Апанасенковский район). При сопоставлении полученных значений CKso выяснено, что в Арзгир-ском и Левокумском районах устойчивость пруса выше к пиретроидным соединениям в 4.4-25.9 раза, фосфорорга-ническим - в 1.3-7.3 и фенилпиразолам -в 4.2-5.2 раза; в Апанасенковском районе она достигает, соответственно, 294.1, 468.4 и 12.4-кратного уровня. Таким образом, оказалось возможным говорить о формировании наиболее опасного типа резистентности - множественной, то есть к препаратам трех химических групп, преодоление которой весьма сложно по причине вовлечения в ее становление нескольких физиолого-биохимических механизмов. Этот факт мы расценили как весьма тревожный, способствующий выживанию и распространению итальянского

аний и обсуждение

пруса и спаду эффективности применяемых препаратов (Коваленков и др., 2003).

Кроме того, отмечена тенденция повышения устойчивости по годам. Так, если в 2001 г. в хозяйствах Арзгирского района к препаратам каратэ, суми-альфа, фастак, бульдок и децис резистентность зарегистрирована на 10.6-23.5-кратном уровне, а к остальным пиретроидам - 4.47.4-кратная толерантность, то в 2002 г. эти показатели повысились до 10.8-25,Зх и 5-7.8х. Еще выразительнее проявился скачок устойчивости к фосфорорганиче-ским препаратам. Если в 2001 г. к суми-тиону резистентность не была выявлена, то в 2002 г. она оказалась 16.5-кратной, а к дурсбану - возросла с 5.3 до 71.6-кратного уровня (табл. 1). Аналогичные закономерности отмечались в Ипатов-ском районе, хотя уровни сформированной к инсектицидам резистентности здесь выше: к децису - 27.1-кратная, каратэ - 87.2, сумитиону - 24.5, дурсбану -93.7х. Несмотря на сформированную прусом устойчивость, ИТ всех инсектицидов в обоих районах свидетельствуют об их высокой эффективности для вредителя. Исключение составил бульдок, ИТ которого уже в 2001 г. имел отрицательное значение в большинстве районов.

Менее уязвимая популяция вредителя с множественной устойчивостью в 2002 г. обнаружена в Апанасенковском районе. Высокие ПР отмечены к фосфороргани-ческим препаратам: 265-кратный к суми-тиону и 468.4 - к дурсбану. Из пиретро-идных соединений наибольшая устойчивость сформировалась к децису - 294.1 и каратэ - 170.2-кратная. ИТ многих препаратов приблизился к критической отметке - 1 (табл. 1), что заметно уменьшило арсенал эффективных химических средств борьбы. Препараты децис и буль-док стали нетоксичными для вредителя, а ожидаемая эффективность от применения циткора, фастака, каратэ, суми-альфа, адониса - негарантиро-ванной.

В 2003 г. мониторинг чувствительности итальянского пруса к инсектицидам был продолжен в Арзгирском, Апанасен-

Вестник защиты растений, ,3, 2004 ковском районах и проведен в Буденновском районе. Это позволило подтвердить справедливость вывода о последовательном повышении резистентности пруса к инсектицидам (табл. 1).

Данные, полученные в ООО "Вина Прикумья" Буденновского района, подтвердили выявленную ранее закономерность зональной дифференциации резистентности пруса: устойчивость здесь

оказалась выше, чем в более южных популяциях (Предгорный и Георгиевский районы), и ниже, чем в северных (Арз-гирский и Апанасенковский районы). Устойчивость к пиретроидам находилась в пределах 5.1-14.2-кратной, к ФОС и фе-нипиразолам, соответственно, 4.7 и 7.3-кратной (табл. 2). В Апанасенковском, соответственно, - 13.9-258.8, 210-405.3 и 12-кратной (табл. 1).

Таблица 1. Динамика токсичности инсектицидов для личинок 2 возраста итальянского пруса в Арзгирском и Апанасенковском районах Ставропольского края, 2001-2003

Препа- Арзгир ский район Апанасенковский район

раты 2001 2002 2003 2002 2003

СК50 % д.в. ПР ИТ СК50% д.в. ПР ИТ СК50 % д.в. ПР ИТ СК50 % д.в. ПР ИТ СК50 % д.в ПР ИТ

Децис 0.0002 23.5 5.6 0.000215 25.3 4.4 0.00024 28.2 4.0 0.0025 294.1 0.5 0.0022 258.8 0.6

Суми-альфа 0.000174 13.4 6.7 0.00014 10.8 6.3 0.00019 14.6 5.7 0.000154 11.8 6.6 0.00021 16.2 5.3

Фьюри 0.000028 5.6 27.3 0.000032 6.4 20.5 0.000042 8.4 20.0 0.000064 12.8 11.5 0.000092 18.4 8.6

Таран 0.000038 5.5 18.8 0.00005 7.2 12.0 0.000061 8.8 Н,5 0.000184 26.7 4.3 0.00018 26.1 4.1

Каратэ 0.00005 10.6 30.5 0.000075 16.0 30.5 0.000082 17.4 27.9 0.0008 170.2 2.4 0.00087 185.1 2.2

Кинмикс 0.00053 7.4 4.2 0.00056 7.8 4.0 0.00074 10.3 3.0 0.00065 9.0 4.0 0.001 13.9 1.8

Фастак 0.00021 14.4 5.8 0.00024 16.4 5.0 0.00025 17.1 5.3 0.00049 33.6 2.2 0.0005 34.2 3.0

Альфа ципи 0.00008 4.4 25.0 0.00009 5.0 33.3 0.00024 13.3 10.0 0.000184 10.2 12.3 0.00052 28.9 4.5

Бульдок 0.00144 19.2 0.6 0.0014 18.7 0.6 0.00154 20.5 0.6 0.00205 27.3 0.5 0.0024 32.0 0.4

Суми-тион 0.00025 1.3 182.9 0.0033 16.5 16.3 0.0036 18.0 16.1 0.053 265.0 1.4 0.042 210.0 1.6

Дурсбан 0.0001 5.3 103.9 0.00136 71.6 12.7 0.00128 67.4 13.1 0.0089 468.4 3.0 0.0077 405.3 3.2

Адонис 0.00042 4.2 43 0.00056 5.6 3.1 0.00052 5.2 3.1 0.00124 12.4 1.7 0.0012 12.0 1.7

Неожиданные результаты принес анализ чувствительности пруса к инсектицидам в хозяйстве Буденовского района ЗАО СХП "Русь". Здесь обнаружена популяция без каких-либо признаков ус-

тойчивости к инсектицидам. Полученные показатели СК50 и СКд5 для препаратов децис, каратэ, фастак и циткор оказались даже ниже, чем в южном регионе края -ареале чувствительных популяций (табл. 2).

Таблица 2. Токсичность инсектицидов для личинок 2 возраста итальянского пруса в двух хо-_зяйствах Буденновского района, 2003_

Препараты Чувствительная популяция ЗАО СХП "Русь" ООО "Вина Прикумья"

СК50 % д.в. СК95 % д.в. ИТ СК50 % д.в. СК95 % д.в. ПР ИТ СК50 % д.в. СК95 % д.в. ПР ИТ

Децис 0.0000085 0.00004 105.0 0.0000085 0.00004 S 105.0 0.000082 0.00025 9.6 16.8

Суми-альфа 0.000013 0.000064 62.5 0.0000152 0.000068 1.2 58.8 0.000104 0.00033 8.0 12.1

Фьюри 0.000005 0.000025 120.0 0.0000057 0.00003 1.1 100.0 0.000027 0.000087 5.4 34.5

Таран 0.0000069 0.0000325 92.3 0.0000075 0.000034 1.1 88.2 0.000035 0.000104 5.1 28.8

Каратэ 0.0000047 0.0000148 452.7 0.0000047 0.0000148 S 452.7 0.000029 0.0001 6.2 67.0

Кинмикс 0.000072 0.0004 25.0 0.00008 0.00052 1.1 19.2 0.00042 0.00136 5.8 7.4

Фастак 0.0000146 0.0001 50.0 0.0000146 0.0001 S 50.0 0.000088 0.0003 6.0 16.7

Альфа-

ципи 0.000018 0.00011 90.9 0.000023 0.00018 1.3 55.6 0.00016 0.00066 8.9 15.2

Бульдок 0.000075 0.00038 10.5 0.000084 0.0004 1.1 10.0 0.00075 0.0022 10.0 1.8

Циткор 0.000048 0.00021 119.0 0.000048 0.00021 S 119.0 0.00068 0.00184 14.2 13.6

Сумитион 0.0002 0.00118 254.2 0.00031 0.0012 1.6 250.0 0.00094 0.0031 4.7 96.8

Дурсбан 0.000019 0.000114 701.8 0.000027 0.000122 1.4 655.7 0.000087 0.00031 4.6 258.1

Адонис 0.0001 0.0005 16.0 0.00018 0.00078 1.8 10.3 0.00073 0.0023 7.3 3.5

Присутствие в одном районе кулиг саранчовых с разной резистентностью мы регистрировали в крае неоднократно. Этот факт объясняли активными перелетами объекта из мест умеренного распространения с ограниченными обработками в зоны интенсивной борьбы, и наоборот. Иная ситуация зарегистрирована в ЗАО СХП "Русь". Здесь на удаленных от основных массивов сельскохозяйственных культур многолетних посевах эспарцета (100 га), замкнутых со всех сторон крутыми склонами холмистого рельефа, сформировался изолированный очаг пруса с высокой чувствительностью к инсектицидам.

Анализ реакции пруса на токсиканты позволил нам выявить ряд особенностей в формировании резистентности.

Нововведенный в практику таран в 2001 г. проявил такую же токсичность в отношении пруса, как и его аналог фьюри после десятилетнего применения. Причем, уровни устойчивости вредителя к обоим препаратам оказались одинаково дифференцированными по районам с популяциями по разному резистентными к зета-циперметрину: 1.7-3.3 - в Георгиевском, 5.5-5.6 - в Арзгирском и 7.2-8.1-кратным -в Левокумском районах. В последующие два года прослеживалось синхронное повышение резистентности к обоим аналогам.

Иная закономерность проявилась в группе аналогов альфа-циперметрина -фастак и альфа-ципи. Токсичность обоих препаратов для чувствительных популяций пруса практически одинакова - СК50 0.0000146 и 0.000018% д.в. соответственно. С 2001 г. в популяциях, устойчивых к фастаку, шло ускоренное формирование резистентности и к альфа-ципи. К 2003 г. показатели резистентности пруса к обоим препаратам приобрели близкие значения: 6-8.9 в Буденновском, 17.1-13.3 - в Арзгирском и 34.2-28.9-кратным - в Апа-насенковском районах соответственно. Однако повышенная в два раза разрешенная норма полевого применения аль-фа-ципи (0.01% против 0.005% д.в.) предопределила его производственное преимущество перед фастаком - ИТ альфа-ципи

равен 90.9, а фастака - 50. Это значит, что утрата эффективности фастака произойдет при приближении устойчивости пруса к 50-кратному уровню, а альфа-ципи - к 90-кратному. Учитывая синхронную динамику резистентности к препаратам-аналогам, можно прогнозировать более долгосрочную перспективу использования альфа-ципи.

В числе разрешенных для применения значатся препараты, токсичность которых изначально настолько мала, что даже небольшое повышение устойчивости вредителя на толерантном уровне приводит к утрате их эффективности. Так, ИТ бульдока даже для чувствительных популяций пруса составляет лишь 10.5. Причем чувствительность к этому препарату у пруса оказалась генетически зависимой от резистентности к другим пиретроидам, то есть активно включался механизм внутригрупповой устойчивости. Поэтому, несмотря на то что препарат не получил широкого применения, чувствительность к нему заметно снижалась у резистентных к пи-ретроидам популяций вредителя. Уже в 2001 г. экономически приемлемая эффективность от обработки бульдоком проявлялась только в Предгорном и Георгиевском районах, а в большинстве остальных препарат утратил биологическую эффективность.

Токсичность для чувствительных популяций пруса препаратов кинмикс и бульдок одинакова: СК50 - 0.000072 и 0.000075 и Ж95 - 0.0004 и 0.00038% д.в. соответственно. Однако, во всех проанализированных популяциях уровень устойчивости к кинмиксу оказался почти вдвое ниже, чем к бульдоку. В 2003 г. в Буденновском районе ПР к первому был 5.8 и второму - 10-кратным, в Арзгирском -10.3 и 20.5-кратным, в Апанасенковском -13.9 и 32-кратным соответственно. Замедленную скорость формирования резистентности к кинмиксу можно объяснить не только меньшей зависимостью препарата от механизма внутригрупповой устойчивости, но и более жестким селектирующим воздействием на вредителя, так

как производственная концентрация его в 2.5 раза выше, чем бульдока - 0.01 и 0.004% д.в. соответственно.

Из рассмотренных примеров можно сделать следующие выводы о факторах, влияющих на скорость утраты препаратом производственной эффективности:

-на фоне сформированных разных уровней резистентности пруса к основному препарату происходит синхронная дифференциация его чувствительности к

нововводимому аналогу;

- у препаратов с разными действующими веществами в пределах одной химической группы степень проявления механизма внутригрупповой устойчивости различна;

- чем выше изначальная степень токсичности препарата для вредителя и его производственная норма расхода, тем ниже скорость формирования резистентности.

Заключение

Полученные новые данные, свидетельствующие о сформированной резистентности итальянского пруса к инсектицидам, в очередной раз подтверждают серьезность проблемы. Ее решение, как показал наш опыт работы на Ставрополье, может быть результативным на основе регулярно проводимого мониторинга, введения чередования препаратов, из различных химических классов, различающихся механизмом действия и спектрами активности, в соответствии с рекомендациями, разработанными для условий Северо-Кавказского региона.

При организации борьбы с прусом важно наладить взаимодействие со специалистами соседних регионов и стран, чтобы достоверно прослеживать начало отрождения, темп расширения ареала, прогнозировать опасность и возможность залета, скоординировать проведение обработок с должным соблюдением всех технологических параметров.

Представляется неотложным не ограничиваться химическим методом борьбы, а предпринимать усилия по изучению и внедрению альтернативных приемов - агротехнического, биологического.

Абашидзе Э.Д. Саранчовые в Грузии. /Защита и карантин растений, 10, 2000, с.16-17.

Бакланова О.В., Чайка В.Н. Динамика популяции саранчовых на Юге Украины. Биологи-зация защиты растений: состояние и перспективы, Матер. докл. междун научно-практич. конф., Ч.1. Краснодар, РАСХН, 2001, с.17-18.

Гаппаров ФА. Саранчовые на юге Центральной Азии. /Защита и карантин растений, 4, 2001, с.34.

Григорьев В.Н. "Саранчовая" проблема Западной Сибири. /Защита и карантин растений, 3, 2000, с.14-15.

Долженко В.И. Стратегия и средства борьбы с саранчовыми. /Защита и карантин растений, 9, 2002, с.16-17.

Долженко В.И. Вредные саранчовые. Биология, средства и технология борьбы. СПб., 2003, 216 с.

Долженко В.И., Махоткин А.Г., Зверев А.А., Сухорученко Г.И., Вошедский Н.Н., Махоткин М.А. Усовершенствованная методика мониторинга резистентности вредных организмов к пестицидам на примере вредной черепашки. /Вестник защиты растений, 2, 2001, с.17-23.

Захаренко В.А. Проблема резистентности вредных организмов к пестицидам -мировая про-

Литература

блема. /Вестник защиты растений, 1, 2001, с.3-17.

Камбулин В.Е. Саранчовые в Казахстане. /Защита и карантин растений, 7, 2000, с.12-13.

Коваленков В.Г. Принципы формирования экологизированных систем защиты растений от вредителей, направленных на преодоление резистентности к инсектоакарицидам. Докт. дисс. в виде научн докл., М, ВНИИБЗР, 1998, 103 с.

Коваленков В.Г., Тюрина Н.М., Соколов М.С. Проблема резистентности фитофагов к пиретроидным инсектицидам и пути ее решения (на примере Северо-Кавказского региона). /Агрохимия, 10, 1998, с.24-32.

Коваленков ВТ., Штайн С.Е., Тюрина Н.М. Дестабилизирующая роль резистентности и пути ее преодоления. /Защита и карантин растений, 7, 1999, с.8-9.

Коваленков В.Г., Тюрина Н.М., Соколов М.С. Резистентность колорадского жука (Leptinotarsa decemlineata Say) к пиретроид-ным инсектицидам и комплексные приемы ее преодоления. /Современные системы защиты и новые направления в повышении устойчивости картофеля к колорадскому жуку, М., РАН, 2000, с.78-93.

Коваленков В.Г., Тюрина Н.М. Изучение чувствительности итальянского пруса

(Calliptamus italicus L.) к инсектицидам. /Агрохимия, 6, 2002а, с.76-81.

Коваленков В.Г., Тюрина Н.М. Методические рекомендации по мониторингу чувствительности фито- и энтомофагов к применяемым инсектицидам. М., РАСХН, 20026, 32 с.

Коваленков В.Г., Никитенко Ю.В., Тюрина Н.М. Итальянский прус на Ставрополье. /Защита и карантин растений, 5, 2003, с.16-17.

Константинов Г.М. Саранчовые в Ульяновской области. /Защита и карантин растений, 2, 2000, с.13.

Курдюков В.В. Видовая и возрастная устойчивость вредных саранчовых к инсектицидам. /Состояние и перспективы развития научных исследований по предотвращению резистентности у вредителей, возбудителей болезней и сорняков к пестицидам и разработка эффективных мер борьбы с бактериальными болезнями растений. Тез. докл. пятого Всес. совещания. Л.,ВАСХНИЛ, 1980, с.58-60.

Липчанская Р.А. Саранча в Волгоградской области. /Защита и карантин растений, 5, 2000, с.11.

Магомедов И.И. Не ослаблять внимания к очагам размножения саранчовых. /Защита и карантин растений, 10, 2003, с.12-13.

Наумович О.Н., Столяров М.В., Долженко В.И., Никулин А.А., Алехин В.Т. Рекомендации по мониторингу и борьбе с вредными саранчовыми. М., 2000, 22 с.

Огарев В.Д., Грязева А.А., Штайн Н.Н., Чебыкина Л.А., Коваленков В.Г., Кузнецова О.В., Никитенко Ю.В., Лузанов Н.В. Прогноз развития главнейших вредителей, болезней и сорняков, карантинных объектов в Ставропольском крае на 2001 год и системы мероприятий по защите сельскохозяйственных культур. Ставрополь, 2001, 174 с.

Полищук А.И., Маленкова О.В. Саранча в Оренбургской области. /Защита и карантин

Вестник защиты растений, ,3, 2004 растений, 2, 2001, с.11.

Раздорский В.Н. Из опыта борьбы с саранчовыми. /Защита и карантин растений, 8, 2000, с.13.

Сергеев М.Г. Распространение итальянского пруса и родственных видов. /Защита и карантин растений, 6, 2000, с.21-22.

Сергеев М.Г., Ванькова И.А., Денисова О.В. Итальянский прус в агроландшафтах Кулун-ды и Прииртышья. /Защита и карантин растений, 5, 2001, с.11.

Смольянинов А.Г. Наш опыт борьбы с саранчовыми. /Защита и карантин растений, 8, 2003, с.10.

Столяров МВ Методические рекомендации по обследованиям и борьбе с итальянским прусом. М., МСХ РФ, 1999, 29 с.

Столяров М.В. Стратегия и тактика борьбы со стадными саранчовыми. /Защита и карантин растений, 10, 2000а, с.17-19.

Столяров М.В. Проблема массовых размножений стадных саранчовых на Юге России на рубеже столетий. /Актуальные вопросы биологизации защиты растений, Пущино, 2000б, с.94-100.

Столяров М.В. Проблема стадных саранчовых (Orthoptera, Acrididae) Юга России на рубеже веков. /XII съезд РЭО, Тез. докл., СПб., 2002, с.335.

Сухорученко Г.И. Состояние проблемы резистентности вредителей хлопчатника к пестицидам в Средней Азии и Азербайджане в начале 90-х годов. /Энтомол. обозр., LXXV, 1996, с.3-15.

Сухорученко Г.И. Резистентность вредных организмов к пестицидам - проблема защиты растений второй половины XX столетия в странах СНГ. /Вестник защиты растений, 1, 2001а, с.18-37.

Сухорученко Г.И. Резистентность вредных объектов к пестицидам в конце XX столетия. /Защита и карантин растений, 6, 2001б, с.23-24.

CHARACTER OF DISTRIBUTION OF ITALIAN LOCUST AND CHANGES OF ITS SUSCEPTIBILITY TO INSECTICIDES IN STAVROPOL TERRITORY V.G.Kovalenkov, N.M.Tyurina, Yu.V.Nikitenko Features of distribution and susceptibility of Italian Locust (Calliptamus italicus L) to insecticides in Stavropol Territory of the Russian Federation are shown. Dynamics of formation of its resistant populations under the influence of chemical treatments and indexes of toxicity of used chemicals are described.

От редакции

В публикуемой статье В.Г.Коваленкова, Н.М.Тюриной, Ю.В.Никитенко изложен экспериментальный материал о значительном снижении чувствительности популяций итальянского пруса из ряда районов Ставропольского края к инсектицидам. На основании этих данных авторами статьи сделан вывод о формировании в Ставропольском крае резистентных популяций итальянского пруса к применяемым в широкой практике препаратам.

Излагаемые в статье факты уникальны. Ни из одного другого региона распространения пруса в России, где против него проводятся в течение ряда лет массированные химические обработки, также как и из зарубежных стран, ничего не сообщается об образовании резистентности у этого опасного вредителя.

В связи с этим редакция надеется на получение откликов на публикуемую статью и материалов по затронутой теме. Проблема дискуссионна и требует всестороннего обсуждения, и дополнительных сведений.