Авторитеты / Молдавский выбор

Авторитеты / Молдавский выбор

Петр Лучинский: Прошу считать меня президентом

       Президентом Молдавии стал опытный партработник, бывший член Политбюро ЦК КПСС Петр Лучинский. Его путь к власти трудно назвать политической борьбой. Победа Лучинского была скорее результатом точных аппаратных ходов.
       
       Лучинский Петр Кириллович, родился в 1940 году в селе Старые Радуляны Флорештского района Молдавской ССР. Окончил Кишиневский госуниверситет и заочно Высшую партшколу при ЦК КПСС, кандидат философских наук. В 1960-1966 гг. — на руководящей работе в ЦК ЛКСМ Молдавии. В 1966-1976 гг. — секретарь ЦК Компартии республики, в 1978-1989 гг. — замзавотделом пропаганды ЦК КПСС. В 1989-1991 гг. — член ЦК и член Политбюро ЦК КПСС, секретарь ЦК КПСС. В 1992 году — чрезвычайный и полномочный посол Молдавии в РФ. В последние годы занимался политической деятельностью в республике. Последний пост — спикер парламента.
       
Разбег
       В январе 1940 года во Флорештском районе Молдавии родились два будущих президента Молдавии — Петр Лучинский и Мирча Снегур. Потом Снегур пошел по хозяйственной линии, а Лучинский — по комсомольской и довольно быстро, к 1971 году, вырос в первого секретаря ЦК комсомола республики. Связи, созданные в этот период, остались с ним на всю жизнь. Вообще, по воспоминаниям коллег и сослуживцев, Лучинский, отличавшийся доброжелательностью и контактностью, умел не только завоевывать друзей, но и не забывать их потом. Даже тогда, когда вспоминать было небезопасно.
       Когда в 1973 году в опалу попал Александр Яковлев, большинство бывших соратников тут же от него отвернулось. "Я тогда по семейным делам поехал в Молдавию. И встретил меня первый секретарь горкома партии Лучинский. На это я уж никак не мог рассчитывать, опальный же. Я ему говорю: 'Что ты делаешь? Ты рискуешь...' А он мне: 'Плевать...'"
       Комсомольскими связями объясняют его последующий взлет. В 1978 году Лучинский впервые появился в Москве замзавотделом пропаганды ЦК КПСС. По мнению старых партработников, он был протеже всесоюзного комсомольского старосты Тяжельникова.
       
Отхожий промысел
       С приходом Михаила Горбачева время команды Тяжельникова закончилось. Но вернуться обратно в Молдавию без "потери качества" было невозможно — высшие номенклатурные посты в республике уже расхватали. И он отправился укреплять партию в Средней Азии. Новый секретарь ЦК Егор Лигачев направлял туда "сибирский десант" — партработников из российской глубинки. Лучинский записался волонтером. В январе 1986 года доброволец Петр Лучинский десантировался в Душанбе и закрепился на должности второго секретаря ЦК местной компартии. Самое яркое воспоминание о Лучинском связано у душанбинцев с его первым выступлением. "Таджикистан — тупиковая республика", — ошарашил он местное население. Увидев недоуменную реакцию, пояснил: "Я имею ввиду, железная дорога дальше не идет".
       В Таджикистане Лучинский жил и работал так же, как и прежде. Считавшийся "рукой Москвы", как и всякий второй секретарь в национальной республике, он добросовестно и старательно вел эту роль. В меру поддерживал "парашютистов" Лигачева, но в то же время пригласил в Душанбе Александра Яковлева, который выступил там, по собственному признанию, с "нашумевшей тогда слегка диссидентской речью".
       Ситуация в Таджикистане между тем накалялась. В феврале 1990 года митингующая толпа штурмом взяла здание ЦК партии. Прогремели первые выстрелы, появились первые жертвы. Но Лучинского в Душанбе уже не было.
       
Роспуск в ноябре
       На родину Лучинского вернул штурм здания МВД в Кишиневе. После столкновений группа видных представителей молдавской интеллигенции, с которыми Лучинский поддерживал связи еще с комсомольских времен, обратилась в Москву с просьбой заменить тогдашнего коммунистического главу республики Семена Гроцу на Петра Лучинского. Надежда деятелей молдавской культуры сделал все необходимое: удлинил имя и укоротил фамилию, став Петру Лучински. Однако в процесс национального возрождения вписаться уже не успел. В сентябре 1990 года на первых выборах президента (тогда еще парламентских), Мирча Снегур, обойдя Лучинского на несколько голосов, окончательно вытеснил его с первых ролей.
       Лучинский вновь уехал в Москву, стал секретарем ЦК КПСС и членом политбюро. Для КПСС наступили не лучшие времена: изнутри партию раздирала фракционная борьба, снаружи ее штурмовала оппозиция, и прежде всего новая российская власть под руководством Бориса Ельцина.
       Лучинский и на сей раз остался верен своей тактике: в яростные идеологические битвы не ввязывался, отношений с бывшими соратниками не прекращал и заводил новые контакты. Лучинский оказался единственным членом политбюро, позвонившим столь нелюбимому гэкачепистами Александру Яковлеву 19 августа 1991 года. Одновременно он позвонил и тогдашнему шефу Гостелерадио СССР Леониду Кравченко, дав ему соответствующие моменту советы. Тот советы принял к исполнению и после поражения ГКЧП был отправлен в отставку. Позднее Кравченко сетовал: "Мы с Петей Лучинским друг друга не поняли".
       В КПСС Лучинский оставался до самого последнего ее дня — 10 ноября 1991 года. Тогда он был подавлен и мрачен: "Я не знаю, куда идти; похоже, мы никому не нужны".
       
Не голосуй — и не проиграешь
       В родной Молдавии за ним сохранялось место депутата Верховного Совета республики. Теперь уже рядового. В политической жизни независимой Молдовы тон задавали национал-демократы. Конфликт с Приднестровьем, за которым в Кишиневе усматривали руку Москвы, был в разгаре. Бывшему члену политбюро ЦК КПСС Лучинскому мало что светило.
       Лучинский сидел тихо. В прениях не участвовал, слова не добивался. На парламентскую трибуну вышел лишь раз. Но вскоре был назначен послом Молдовы в России. Это был не лучший период в отношениях двух стран — Кишинев обвинял Москву в поддержке сепаратистов Приднестровья; российские политики в долгу не оставались — обвиняли власти Молдавии в шовинизме и геноциде русскоязычных приднестровцев. Новому послу это мало повредило: как всегда, он был дружелюбен и контактен. Между тем в самой Молдавии разразился парламентский кризис. В феврале 1993 года спикер Александру Мошану был смещен. И новым председателем парламента подавляющим большинством голосов был избран Петр Лучинский.
       Всего через год Лучинский шел на новые парламентские выборы с новой партией — аграрно-демократической. В этой же партии оказались и президент Мирча Снегур, и премьер Андрей Сангели. Лучинский вновь стал спикером.
       
Битва за Москву
       Триумвират Снегур — Сангели — Лучинский оказался недолговечным. В июне 1995 года Снегур покинул ряды аграриев и создал собственную партию: началась подготовка к очередным президентским выборам. На первом же съезде своей партии Снегур выступил с резкой критикой своих бывших соратников — премьера и спикера.
       Когда в качестве лидера аграриев в президентскую гонку включился и премьер Сангели, Лучинский все еще выжидал. Стартовал он позже всех. Шансы, по мнению наблюдателей, имел наихудшие: на выборы шел в одиночку как независимый кандидат. Снегур стал единым кандидатом от правого блока. Сангели занял нишу кандидата от левых сил. Лучинскому же места в молдавском политическом спектре не оставалось. Присоединившись к предвыборной гонке, он принялся энергично обрабатывать и электорат, и аграриев, и социалистов (также поддержавших премьера), и социал-демократов (часть которых прибилась к Снегуру). Он переиграл Сангели и в переговорах с коммунистами. Их лидер Владимир Воронин, вопреки ожиданиям сторонников премьера, выступил в первом туре самостоятельно, дав понять, что во втором поддержит кандидатуру спикера.
       Тактика, примененная Лучинским, строилась на тех же принципах, что использовал диамат, борясь одновременно с ползучим материализмом и солипсизмом. Для примера — хитроумный выход из спора о наименовании государственного языка. Снегур настаивал на названии "румынский язык", а Сангели — "молдавский". Лучинский предложил использовать оба названия, коль скоро они приняты у различных категорий населения. В результате — репутация единственного молдавского политика, способного соединять несовместимое: заручиться поддержкой как национальной интеллигенции, так и нацменьшинств.
       Переиграл Лучинский премьера и в сражении за Москву. Изначально было ясно, что наибольшие шансы на победу имеет тот кандидат, которого поддержит Москва. До последнего времени таковым считался Сангели. Но и здесь возможности спикера оказались пошире. У Лучинского близкие отношения с Рыбкиным, дружеские со Строевым, очень хорошие с Черномырдиным. Неудивительно, что в самом конце кампании на него работала московская команда имиджмейкеров.
       Но в полной мере "московскую карту" Лучинский использовал в борьбе против Снегура. Накануне выборов президент пошел на сознательное обострение отношений с Приднестровьем, где его правление связывают с войной и за него все равно никто бы не проголосовал.
       Лучинский летит в Москву, просит руководство России посодействовать в организации выборов на территории Приднестровья. Госдума РФ принимает скандальное постановление, признавая Приднестровье зоной стратегических интересов России.
       Снегур протестует. Но в Кишиневе и Приднестровье уже поняли: победа Снегура будет означать новое обострение конфликта. Приднестровское руководство изменило отношение к президентским выборам, и во втором туре приднестровцы достаточно активно голосовали.
За Лучинского, естественно.
       
ИРИНА РОДИОНОВА
       
--------------------------------------------------------
       Валерий Болдин, бывший глава аппарата президента СССР:
       — Лучинский умеет разговаривать с людьми, доброжелателен, контактен, что, видимо, объясняется его предыдущей деятельностью в комсомоле, где надо было объединять ершистых молодых людей. Он человек знающий. Ему легко, поскольку все еще живы люди из его прошлого.
       У него достаточно опыта, больше, чем у Снегура. У Лучинского более широкий кругозор, он достиг тех вершин, которые позволяют ему видеть проблемы с высоты. Он человек скорее спокойный, без всплесков, характерных для творческих людей. Уравновешенный, но не без естественных эмоций. Обладает высокими человеческими качествами, достаточно молод, обладает общей культурой. У него глубокие связи с российскими структурами. Я, кстати, не сразу узнал, что он молдаванин. Он очень чисто говорил по-русски, грамотно писал. Он и не похож на молдаванина.
--------------------------------------------------------
       
Петр Слезко, бывший замзавотделом пропаганды ЦК КПСС:
       — Лучинский занимался массовой политработой. У него со всеми складывались ровные отношения. Он достаточно осмотрительный человек. Глупостей, за которые приходится отвечать, за ним не было.
       Симпатичный мужик, красив, жена — красавица, хороший семьянин. Человек основательный, ровный. И его заявления — всемерно развивать отношения с Россией и с СНГ — меня порадовали. Я рад, что молдаване сделали такой выбор. Это знак того, что люди сохранили верность социалистическим ценностям. Лучинский — яркий носитель социалистической идеи.
--------------------------------------------------------
       
Г.К., специалист в области политических технологий:
       — Лучинский — спокойный, здравый, прагматичный, рассудительный, умный. Из отрицательных качеств — сохранил манеры старорежимного партийного деятеля. Типичный горбачевист — много и путано говорит. Ему вроде бы надо ругать Снегура, и он это понимает, а язык не поворачивается.
       По убеждениям — едва розовый, социал-демократ, но не зюгановского склада. Скорее можно сравнить его с Квасьневским, но последний все же человек новой формации.
       В отличие от Снегура Лучинский четкий сторонник независимости и при этом поддержания хороших отношений с Москвой — он хочет получать газ и продавать вино и фрукты.
       Снегур, если бы победил, скорее всего уволил бы правительство и распустил парламент, контролируемый Лучинским. А последний сумел со всеми договориться. Пообещал каждому что-то, и его поддержали, потому что известно, что свои обещания он всегда выполняет.