Старые модернизированные времена

Впервые после 2012 года исследователи обнаружили признаки «возобновившейся модернизации массового сознания», следует из доклада, подготовленного группой исследователей во главе с экономистом, экс-главой Центра стратегических разработок Михаилом Дмитриевым. Во время проведения фокус-групп у граждан выявился «запрос на честность, уважение и равенство всех перед законом».

В докладе «Осенний перелом в сознании россиян: мимолетный всплеск или новая тенденция» Михаил Дмитриев, Сергей Белановский, Анастасия Никольская и Елена Черепанова делают вывод: массовое сознание после весны было «"сорвано с якорей", которые удерживали его в статическом состоянии в послекрымский период». Исследование проводилось в 14 фокус-группах в октябре-ноябре в разных регионах.

Сейчас у граждан «на второй план стали отходить ценности выживания, включая потребности материального характера», делают выводы авторы доклада.

«Вместо них на первый план вышли запросы на честность, уважение и равенство всех перед законом, которые примыкают к ценностям самовыражения»,— считают исследователи. Авторы считают, что изменения в массовом сознании «более фундаментальны, чем аналогичное усиление ценностей самовыражения в 2012 году, которое продержалось менее года». «В тот период усиление ценностей самовыражения происходило при сильном "попутном ветре" со стороны официальных СМИ и многих политиков, риторика которых настойчиво пропагандировала идеи модернизации общества на протяжении всего президентства Дмитрия Медведева»,— говорится в докладе. Теперь смена ценностных ориентиров произошла «не благодаря, а вопреки установкам официальных СМИ», а «признаков изменения устойчиво традиционалистского контента официальных СМИ не наблюдалось».

В прошлом докладе по итогам майских фокус-групп («Признаки изменения общественных настроений и их возможные последствия») эксперты отмечали, что в сознании граждан впервые за несколько лет зафиксирована высокая готовность к переменам, а надежды на сильную власть и помощь государства вытеснены запросом на справедливость. Это породило «цепную реакцию коллективной переоценки окружающей действительности сквозь призму критического мышления», говорится в докладе. Исследователи фиксируют «усиление пессимизма в восприятии будущего страны». В майском исследовании большинство «не рассчитывало на какие-либо улучшения, но и не ждало серьезных ухудшений». Октябрьское исследование показало, что большинство респондентов «видит ближайшее будущее страны в пессимистическом свете»: «68% опрошенных либо не видят улучшений в ближайшем будущем, либо считают, что положение в стране ухудшится».

В мае изменения затрагивали сравнительно узкий круг вопросов, была «явная неудовлетворенность внутренней политикой в целом при сохраняющейся широкой поддержке внешней политики». «В октябре изменения общественного мнения распространились уже и на внешнеполитическую повестку,— пишут авторы доклада.—

Весной мы отмечали, что согласие с внешней политикой убывало по мере снижения уровня жизни респондентов. В октябрьском исследовании выявленный тренд начал ощущаться и в крупных городах».

Социолог «Левада-центра» Денис Волков сказал “Ъ”, что рост недовольства активной внешней политикой фиксируется более полутора лет: «Россияне не воспринимают свою страну как агрессора, однако недовольны тем, что за счет россиян оказывается помощь другим странам. На фоне пенсионной реформы эти настроения просто обострились и переросли в тезис о том, что без таких военных расходов пенсионный возраст можно было бы и не повышать». По его словам, такие события, как «конфликт в Керченском проливе (25 ноября в Керченском проливе ФСБ задержала три украинских судна.— “Ъ”), не вызывают патриотического подъема, поскольку не заряжены никакой идеей». «Присоединение Крыма люди оценили потому, что Россия для них стала супердержавой, которая делает то, что хочет»,— сказал Денис Волков.

Здоровье, экономика и другие страхи