«Среда интеллектуального потребления искусства»

«Среда интеллектуального потребления искусства»

Нишевые арт-пространства и объединения

Помимо галерей, известных многим коллекционерам по участию, к примеру, в ярмарке Cosmoscow, в России есть и независимые объединения художников и кураторов, ведущие активную выставочную деятельность, но в целом остающиеся вне поля зрения широкой аудитории. Их главная задача не всегда продажа искусства — скорее, предоставление платформы для реализации смелых проектов российским и международным художникам. Они выстраивают диалог с зарубежной аудиторией через соцсети и онлайн-агрегаторы выставок и не мыслят себя замкнутыми конвенциональными структурами. «Коммерсантъ. Арт» поговорил с самыми яркими.

Художница и независимый куратор Анна Таганцева-Кобзева и независимый куратор и преподаватель Петр Пирогов о галерее Devyatnadtsat’

Devyatnadtsat' открылась в мае 2022 года. Галерея — это не только выставочное пространство, для которого ее основатели Анна Таганцева-Кобзева и Петр Пирогов привлекают как известных в среде современного искусства художников, так и начинающих. Помимо выставочной деятельности они проводят встречи с художниками, мастер-классы, тематические кинопоказы, образовательные лекции. На втором этаже галереи обустроена мастерская, работающая в формате резиденции для художников.

1 / 2

Расскажите об истории создания вашего пространства.

Петр Пирогов (ПП): Галерея открылась в бывшей мастерской художницы Анны Таганцевой-Кобзевой. Идея возникла незадолго до переезда нашей мастерской в новое пространство на том же заводе. Мы некоторое время думали, что сделать с мастерской: это помещение относилось к старинному заводу, поэтому у него интересная планировка и удачное расположение. Сделав ремонт, мы открыли галерею персональной выставкой Анны Таганцевой. Мы решили сделать пространство, где могли бы показывать новейшее искусство.

Анна Таганцева-Кобзева (АТК): Да, в тот момент у нас в поле зрения было много интересных художников, которых не особо выставляли другие галереи, а нам то, что они делают, казалось классным и необходимым. И мы решили делать выставки, на которые мы бы сами хотели ходить.

Как вы выбираете художников и проекты?

ПП: Мы смотрим, насколько проект или творчество художника откликается в нас самих. Мы предлагаем художникам принять участие в нашем проекте сами либо принимаем решение, насколько эффективно мы сможем проект реализовать в рамках наших возможностей, если его предлагают художники.

АТК: Основной идеей остается выбор по любви. У нас независимый проект, и мы можем себе такое позволить. Мы очень внимательно следим за молодой сценой и сейчас запустили «Академию 19», где учим практическому созданию объектов и инсталляций, проводим лекции и воркшопы, иногда кинопросмотры. Это позволяет нам находить интересных художников в начале их карьеры. Но нам также интересно выставлять и более зрелых авторов.

Что отличает выставочную программу? Есть ли какая-то особая эстетика, или художественный язык, или концептуальная составляющая работ, которые вам интересны в первую очередь?

ПП: Наши художники часто используют эстетику соцсетей, критически переосмысливают популярную культуру, используют современные материалы и техники, но при этом не забывают и про традиционные.

АТК: Специфика и особенности языка молодого искусства сейчас особенно активно обсуждаются. Безусловно, можно говорить, что этот язык есть и приобретет в будущем какое-то название. Несомненно, это искусство связано с логикой сетей и очень часто отсылает к этому. У нас как у галереи нет рамок, если проект или работы нам нравятся, и если мы видим, что сейчас это будет интересно показать, то мы выставляем.

1 / 3

Кто ваша аудитория?

ПП: Это интересующиеся искусством люди, студенты художественных и архитектурных вузов, художники, дизайнеры, коллекционеры, находящиеся в поиске новых имен.

АТК: Мне кажется, нам удается сформировать среду интеллектуального потребления искусства. На наших выставках нам очень важно пространство между объектами, и наш зритель уже к этому готов. Я вообще люблю нашу аудиторию, мне кажется, это среда постоянной дискуссии.

Насколько для вас важно международное сотрудничество?

ПП: Мы активно работаем с художниками из других стран. Соцсети и видеосвязь позволяют с легкостью коммуницировать вне зависимости от расстояния. Так, мы работаем с художником из Нью-Йорка — дистанционно собрали и открыли его выставку. Он лишь прислал нам чертежи и подключался по видеосвязи. У него есть свой проект в Нью-Йорке, куда мы таким же образом собираем выставку. Также мы делали выставку художнице из Канады совместно с галереей Spas Setun: ее работы более компактные, и она смогла прислать их по почте. Мы поддерживаем связь с несколькими художниками из Дании и планируем будущие выставки.

Сотрудничаете ли вы с другими проектами в России?

ПП: Да, у нас будут делать проект ребята из Plague (Краснодар), а сейчас делаем проект с их казанской площадкой. Нам очень близка логика сотрудничества и обмена пространствами.

Как Devyatnadtsat' финансирует свои проекты?

АТК: Мы финансируем галерею самостоятельно. Есть проекты, где мы обращаемся за поддержкой в фонды. Конечно, мы продаем искусство. Нам кажется важным, что как галерея мы стремимся знакомить коллекционеров именно с новейшим искусством, не только российским, но и с международным.

Куратор и художник Артур Голяков о Plague Space

Пространство кураторского коллектива Plague, созданного в 2018 году Артуром Голяковым, Иваном Венмером и Стасом Лобачевским, было открыто в Краснодаре в 2020-м. За три года работы Plague Space показало 23 проекта — персональные и групповые выставки зарубежных и российских художников из Осло, Нью-Йорка, Балтимора, Марселя, Парижа, Лейпцига, Берлина, Лондона, Гонконга, Москвы, Санкт-Петербурга, Казани и Краснодара. В декабре 2022 года Plague открыла в Казани Plague Office — экспериментальное проектное пространство, где проходят выставки, продолжающие развивать кураторский вектор, начатый коллективом ранее.

1 / 2

Какие цели перед собой ставили, открывая пространство Plague Pro? Пришлось ли со временем концепцию менять или адаптировать?

Plague Space мы задумали в сентябре 2020 года, а открыли его уже в декабре. Это произошло довольно спонтанно и быстро. Практически с самого начала образования кураторского коллектива Plague в 2018 году у нас возникали мысли об открытии своей галереи, но мы не торопились, так как были погружены в процесс курирования выставок.

Первые три года существования Plague и год работы пространства мы практически не интересовались российской арт-сценой, но позже в нашем поле зрения начали возникать новые имена и коллективы, некоторые из них показались нам близкими по духу, и мы решили поработать с ними во второй выставочный сезон в Plague Space. Один из примеров такой работы — казанская художница Зухра Салахова, чью персональную выставку мы сделали в конце апреля 2022 года, а позже пригласили Зухру стать частью нашей команды. За три года работы Plague Space наша концепция радикально не менялась, за исключением того, что мы стали чаще работать с российскими художниками.

В чем состоит особенность выставочной программы?

В первую очередь мы выбираем художников и кураторов, работающих с новейшими методами, подходами и тенденциями в искусстве последних десяти лет, которые осознают зыбкость существующего в публичном поле противопоставления онлайн- и офлайн-мира и показывают это в своих работах. Для нас также имеет значение, что большая часть выставок демонстрирует зрителям не только художников, но и различные artist-run-инициативы, проекты и объединения из разных стран, к которым выбранные художники и кураторы причастны.

Кто ваша аудитория?

В Краснодаре это в основном художники и представители локальной арт-сцены плюс люди, интересующиеся искусством, а в сети — более широкая аудитория, которую, пожалуй, сложно описать.

Насколько для вас важно международное сотрудничество?

Это одна из наших приоритетных задач, так как мы всегда ориентировались на глобальное арт-сообщество и процессы, происходящие в искусстве по всему миру. Важную роль в нашем становлении и расширении нашего присутствия в поле внимания международной аудитории сыграли онлайн-агрегаторы, публикующие документации выставок.

Ваня Венмер, All Are Mingles (2021), на выставке Ok Boomer, 3+1

Фото: Фотограф Ангелина Венмер; Plague

Сотрудничаете ли вы с другими пространствами, проектами или галереями в России?

Мы, скорее, работаем с авторами, действующими не только в качестве художников, но и в качестве инициаторов различных сторонних проектов. Мы часто акцентируем на этом внимание, чтобы у зрителя было представление о том, что сегодня существует множество примеров, когда художники создают независимые проекты для развития художественной среды.

За время существования Plague Space мы курировали в нем выставку резидентов artist-run space ИП Виноградов, показывали выставки художницы Анны Таганцевой, которая является сооснователем галереи Devyatnadtsat’, и выставку Виталия Безпалова, сооснователя онлайн-платформы Tzvetnik.

Как вы финансируете свои проекты?

С самого начала для нас это абсолютно некоммерческий проект, на который мы тратим личные средства и время. У нас есть небольшой опыт сбора донатов, продаж мерча и представленных нам работ художников, но это не регулярная практика.

Какие проекты вы считаете наиболее удачными или знаковыми?

Я бы привел в качестве примера три, которые демонстрируют различные подходы к производству искусства и его презентации.

Для выставки Dezicions художники Тильман Хорниг и Пауль Барщ, не присутствовавшие лично на монтаже, попросили нас распечатать принты на офисной бумаге формата А4, приклеить их на картон, вырезать по заданной форме и прикрепить на стены. Это одна из моих самых любимых выставок в Plague Space, она выглядит очень легкой и простой, но в то же время концептуально сложно собрана. Второй пример — выставка Flight to Nowhere Бернхарда Холашке, художника из Берлина, который прилетел в Краснодар с готовыми работами и расписал стены в галерее. Выставка ¡el siguiente! коллектива KOTZ из Лейпцига является чем-то средним. Художники прислали готовые работы и попросили дополнить экспозицию стульями, бревном, стрелами, гроздью винограда и мелким мусором.

Еще можно вспомнить выставку Ok Boomer, 3+1, которая была приурочена к трехлетию существования Plague и году работы Plague Space. Мы решили обыграть этот «детский возраст» и сделали выставку, где показывали свои детские рисунки, а также привлекли детей к работе над ней. Вместо пресс-показа сделали закрытый смотр выставки для детей наших друзей, которые веселились, играли и рисовали, дополняя экспозицию.

Художник Виталий Безпалов о Spas Setun

Галерея Spas Setun основана художником Виталием Безпаловым осенью 2021 года и первоначально располагалась в здании бывшего завода в Москве. Галерея исследует визуальный язык искусства, а также делает акцент на экстремальных и экспериментальных жанрах музыки, представляет местных и зарубежных художников. Весной 2023 года галерея переехала в новое постоянное помещение в историческом центре Москвы.

1 / 2

Расскажите об истории создания вашего пространства.

Я художник, но активно работаю и над созданием выставок. Кроме того, благодаря проекту Tzvetnik (онлайн-агрегатор международных выставок, выполненных в определенном эстетическом ключе, близком создателям платформы.— «Коммерсантъ. Арт»), в который я вхожу, мы сделали многочисленные кураторские проекты в разных странах. В какой-то момент появился интерес показывать тех, с кем мы давно дружим или за чьим творчеством следим. Мне всегда было интересно понять, как работает галерея, ведь на первый взгляд это просто белые стены с аккуратно развешанным искусством. На деле постоянная деятельность галереи — это огромная работа.

Изначально галерея Spas Setun располагалась в крохотной — около 10 кв. м — мастерской на одной из бывших советских фабрик. Потом в силу политической ситуации в стране галерея была закрыта около полугода и работала на проектной основе в дружеских пространствах. Сейчас галерея находится в историческом центре Москвы и занимает чуть больше 30 кв. м.

Как вы выбираете художников и проекты?

Выбор основывается на круге нашего общения, художниках, за которыми мы давно следим, чьи работы любим. Круг этот, впрочем, регулярно расширяется. Благодаря интернету можно общаться и сотрудничать с теми, кто попадается в поле зрения и кажется интересным. Помимо прочего, мы открыты любым предложениям, и нередко случается так, что присланное сообщение на почту, в соцсети может вырасти в полноценный персональный проект или как минимум работы окажутся на одной из групповых выставок, которые мы делаем два-три раза в год.

1 / 2

Кто ваша аудитория?

Сложно выделить какую-то группу людей. Это все те, кто интересуется современной изобразительной культурой и искусством. Это могут быть как совсем молодые люди, никак не связанные с творчеством, так и заслуженные профессионалы из крупных институций. Мы открыты всегда и для всех, поэтому в дни презентации новых выставок у нас можно встретить абсолютно разношерстную публику.

Насколько для вас важно международное сотрудничество?

Международное сотрудничество для нас чрезвычайно важно. Мы живем на одной планете и в одной информационной повестке, поэтому все наши проекты масштабируются и могут быть понятными абсолютно где угодно, сохраняя при этом локальную специфику и особенности.

Сейчас мы работаем над тем, чтобы открыть второе небольшое пространство в Париже, для того чтобы сократить логистическое плечо и продолжить сотрудничество с теми, с кем мы планировали выставки, и которые по тем или иным причинам не могут быть реализованы в настоящее время в Москве.

Как галерея финансирует свои проекты?

Нередко вкладываются личные средства, также случаются продажи работ, поддерживают коллекционеры. До определенного момента все работало на энтузиазме, но сейчас мы ставим задачей, помимо прочего, выйти на самоокупаемость, а также увеличение гонораров для всех тех, кто с нами сотрудничает или помогает в работе галереи.

Художник и куратор Дарья Каракулова об объединении Spdplf

Spdplf — художественное объединение, работающее с гибридными формами медиа: органической скульптурой, дополненной реальностью и звуком. Объединение сформировалось в 2019 году, его постоянными участниками являются Илья Борзунов, Дарья Каракулова и Анастасия Тихомирова. У группы нет постоянного выставочного пространства — проекты организуются на дружественных площадках.

1 / 3

Расскажите об истории создания вашего объединения.

Три года назад мы создали наш первый проект «Ползучесть». Этот проект, с которого все началось,— выставка на берегу Волги, она прошла в рамках фестиваля «Волгафест» в 2020 году. Там были представлены органические скульптуры — остатки вымышленной цивилизации, которые как бы вымыло на берег (чайные грибы, желеобразные зеркала, клетка с грязным и мохнатым нечто, вакуумные пакеты с морскими губками, потерявшимися на дне вещами и безделушками). Рядом с этими объектами зависали объекты-призраки в дополненной реальности. Они также состояли из мусора, но из другого. Это был медиамусор — случайные текстуры и формы, искаженные артефакты нейросетей, электронные пульсирующие звуки. Так сложился наш художественный язык, который объединяет материальное и цифровое, природное и синтетическое. Мы до сих пор придерживаемся этого во всех своих проектах.

Как вы выбираете художников и проекты?

Наше объединение состоит из трех художников и кураторов, преимущественно мы показываем свои работы. Иногда зовем в проекты художников, работающих в близкой нам эстетике.

Есть ли какая-то особая эстетика, или художественный язык, или концептуальная составляющая работ, которые вам интересны в первую очередь?

Это эстетика DIY и современных цифровых миров. Мы используем материалы, которые «помнят тепло человеческих рук», делаем вышивки, применяем пищевые добавки для создания странных блюд, создаем тексты и карты, вовлекаем зрителя, делаем его соавтором. Мы также используем отчужденные цифровые медиумы — 3D, АR, нейросети, электронный звук. Нас привлекает эстетика рекламного лоска, креативных индустрий и миров видеоигр.

Работа на выставке «Не дальше пределов» в «Нулевой комнате» (Самара), 2022

Фото: Spdplf и Центр современной культуры «Нулевая комната»

Как вы финансируете свои проекты?

Мы вкладываем личные средства, так как проект некоммерческий, но вскоре нас можно будет поддерживать с помощью покупки мерча.

Какие проекты вы считаете наиболее удачными?

Нам кажутся удачными проекты, в которых мы можем соединить контекст конкретного места и нечто неизмеримое. Пример — выставка «В воздухе пахнет черемухой», которая исследовала город Тольятти, сердце российского автопрома. Мы построили эту выставку вокруг соединения запаха бензина, производственных запахов и ароматов цветущих весенних деревьев. А с помощью дополненной реальности и цифровой графики мы хотели показать странные и теплые детские воспоминания о первых поездках в машине.

Художники Миша Гудвин и Ян Посадский о галерее «дайпять»

Галерея основана в мае 2019 года стрит-арт-художниками Мишей Гудвиным и Яном Посадским в трехкомнатной квартире в историческом районе Воронежа.

«Комната для всех», совместный проект «дайпять» с галереями «Сцена» и «Утилизация»

Фото: Галерея «дайпять»

Расскажите об истории создания вашей галереи.

Мы сняли трехкомнатную квартиру: в двух комнатах жили, а в третьей планировали сделать мастерскую, но в итоге стали устраивать выставки. Для себя мы ставим несколько целей: это показ инновационных практик в искусстве, развитие местного художественного комьюнити и просвещение. Нам важно, чтобы к нам на открытия приходили не только друзья друзей, но и неподготовленная аудитория, такие же студенты, интересующиеся искусством, какими мы когда-то были сами.

Как вы выбираете художников и проекты?

В России до сих пор существует очень мало пространств, где молодой художник может выставиться без приглашения галереи, а нам всегда можно прислать заявку, и мы ее рассмотрим. Мы активно следим за местной художественной сценой и общаемся с коллегами. Нам регулярно поступают предложения сделать проект. Но иногда мы сами пишем и приглашаем особо интересного нам автора. Еще мы хотя бы раз в год делаем проект одному воронежскому автору, зачастую это дебютные персональные проекты художника.

В чем особенность выставочной программы?

С самого начала выставочной деятельности нам стало интересно показывать новое, молодое искусство, непохожее на то, что мы видели в России в начале десятых в галереях и ЦСИ, которое не боится быть смешным, абсурдным или мемным. Термина для определения такого искусства еще нет, но его часто называют объектно-ориентированным или агрегаторным (отсылка к сайтам-агрегаторам, где публикуются такие проекты).

«Комната для всех», совместный проект «дайпять» с галереями «Сцена» и «Утилизация»

Фото: Галерея «дайпять»

Кто ваша аудитория?

Довольно разношерстная, возраст 16–40 лет, во многом это воронежское креативное комьюнити, люди, работающие в индустрии либо только интересующиеся искусством. На наши открытия приходит много молодежи, и это закономерно: Воронеж — студенческий город, а наше пространство ставит целью в том числе и привлечение новой молодой аудитории.

Насколько для вас важно международное сотрудничество? Как оно происходит?

Чаще мы сотрудничаем с российскими художниками, но сейчас начинаем цикл международных поп-ап-проектов, не привязанных к нашему пространству в Воронеже. Наша галерея благодаря соцсетям и различным международным сайтам достаточно заметна в международном контексте «агрегаторного искусства». Мы планируем приглашать авторов из разных стран в наши проекты и сами сейчас активно путешествуем. К примеру, в этом месяце уже открыли однодневную квартирную выставку Utopia в Дубае, в планах проект в Париже и, возможно, еще один в Дубае.

Сотрудничаете ли вы с другими проектами и галереями в России?

Конечно, мы стремимся к сотрудничеству. Выставка «Комната для всех», проходившая этой весной,— проект воронежских галерей «дайпять» и «Утилизация» в пространстве московской галереи «Сцена» в дизайн-отеле «Рихтер». Несколько раз мы делали перекрестные проекты с художниками, которые являются организаторами других artist-run-пространств. Среди них Plague Space, Devyatnadsat’ gallery, ИП Виноградов и другие.

Как галерея финансирует свои проекты?

Чаще всего мы организуем проекты за счет своих личных средств. Это позволяет нам быть независимыми. Иногда мы запрашиваем поддержку у фондов, к примеру у «Сферы».

Основательница проекта Полина Дрожжина о центре современной культуры «Нулевая комната»

Два года назад экс-продюсер арт-кластера «Дом 77» Полина Дрожжина поняла, что «Дому» не хватает культурно-общественного пространства, которое бы вело просветительскую деятельность и давало возможность реализовывать свои проекты молодым самарским и региональным художникам. Так появилась идея создать центр современной культуры «Нулевая комната». Здесь находятся выставочное пространство, площадка для мероприятий, лавка с работами самарских авторов, микрошоурум с мерчем местных брендов и микробиблиотека. А еще есть медиапроект «Журнал.Ноль», рассказывающий о независимых институциях и создателях креативных проектов со всей России.

1 / 2

Как вы выбираете художников и проекты?

Мы уделяем большое внимание поддержке художников и авторов. Одно из направлений, которое этим занимается,— резидентская программа с грантовой поддержкой. Центр поддерживает резидентов финансово и информационно, а кураторы помогают с разработкой концепции выставок или других художественных проектов. Также мы регулярно запускаем опен-колл на художественную программу и отбираем авторов из заявок либо сразу пишем тем художникам, за которыми сами следим.

В чем особенность вашей выставочной программы?

Для нас важно показать разные направления и способы производства современного искусства — постсовременное, концептуальное, партиципаторное. Наша задача — показать срез актуального искусства из регионов.

Кто ваша аудитория?

Ядро — это молодые люди от 14 до 35 лет, интересующиеся современной культурой и искусством.

Сотрудничаете ли вы с другими пространствами/проектами/галереями в России?

Да, например, с галереей «дайпять» из Воронежа, казанской «Сменой», студией «Тихая» из Нижнего Новгорода.

Как центр финансирует свои проекты?

Мы существуем без какой-либо постоянной государственной и частной поддержки. Команда ежегодно участвует в грантовых конкурсах, привлекает финансовых партнеров и собственные средства. Также «Нулевая комната» зарабатывает на сдаче в аренду зала для мероприятий, на продаже билетов, мерча и работ местных авторов и брендов.