Чем помогут бизнесу аудиторы и консультанты?

Чем помогут бизнесу аудиторы и консультанты?

Светлана Гагарина

Директор по стратегическому развитию «Градиент Альфа»

Павел Гагарин

Председатель совета директоров аудиторско-консалтинговой группы «Градиент Альфа» и «Градиент Альфа Инвестментс Групп»

Наталья Поляковская

- Здравствуйте, дамы и господа! В эфире передача «Про дело» и я ее ведущая Наталья Поляковская. Девиз этого радиопроекта: от слова к делу. Наши гости, активные предприниматели и общественные деятели. Люди, которые создают и реализуют прорывные проекты. Сегодня тема нашей передачи: чем помогут бизнесу аудиторы и консультанты? Будем мы сегодня разбираться – аудит. Это навязанная законом необходимость или очевидная выгода для бизнеса. Наши сегодняшние гости, Павел Гагарин, председатель совета директоров аудиторско-консалтинговой группы «Градиент Альфа», и Светлана Гагарина, директор по стратегическому развитию компании «Градиент Альфа». Павел, Светлана, сегодня наша сквозная тема звучит как: аудит - это навязанная законом необходимость или очевидная выгода для бизнеса? Давайте начнем наш диалог и попытаемся в этом разобраться.

Павел Гагарин

- Давайте. Добрый вечер. Можно я сразу маленькую коррективу внесу? Гагарин, Гагарина, сразу хочу сказать что, бизнес этот не семейный. На работе, много лет назад, возник служебный роман. В итоге, Света взяла мою фамилию. Что касается - «это необходимость или навязанное законом», такая вот конструкция. С одной стороны, это навязано законом, с другой стороны, я считаю, что аудит, он все равно необходим. Только не совсем так, как он прописан в законе. Несколько по-другому. Но здесь я думаю, Светлана как эксперт, лучше может ответить на эту тему, со своей позиции.

Наталья Поляковская

- Да, Светлана, такое интересное начало. Хочется уйти от непосредственной темы разговора и продолжить расспрашивать Павла: что случилось много лет назад, и об одинаковости ваших фамилий. Но, я думаю, что мы закончим этим нашу радиопередачу.

Светлана Гагарина

- Я думаю, что наша семья - не тема сегодняшнего эфира. А про аудит, можно я начну с анекдота? На самом деле, в 2001 году был принят закон, где были очерчены параметры обязательного аудита для компаний. Туда попали компании, выручка которых более 50 миллионов рублей, либо активы 20 миллионов. Это совсем немного. Также попали ГУПы, МУПы, ОАО, то есть огромное количество компаний попало под обязательный аудит, и скажем так, большого удовольствия они не выразили. Собственно говоря, анекдот, которому уже 15 лет. «Лужок, пастух, овечки пасутся, из леса выходит человек, подходит и говорит: «Пастух, хочешь, я тебе скажу, сколько у тебя овечек? А ты мне за это, одну отдашь». Пастух ничего не отвечает. Человек производит расчеты, достает компьютер, распечатывается какая-то бумага, говорит: « у тебя 138 овец». Берет крайнее животное, уходит. На что пастух, наконец-то, начинает с ним разговаривать. «А я скажу тебе кто ты такой» - говорит он. «И ты вернешь мне моё животное». Человек говорит: «Ну и кто я такой?», «А ты аудитор». Говорит: «Как же ты это узнал? Я действительно аудитор». «Во-первых, я тебя не звал, ты сам приехал. Во-вторых, я знаю, сколько у меня овец. А в-третьих, верни мне мою собаку». На самом деле, это очень хорошо характеризует ситуацию, которая возникла в те годы с введением обязательного аудита, потому что, такое классическое, аудиторское заключение для очень небольших компаний, (действительно, выручка 50 миллионов, совсем немного), оно в глобальном счете ничего не давало. Сейчас ситуация изменилась, параметры изменились. Под обязательный аудит попадают компании, выручка которых более 400 миллионов рублей, либо активы баланса более 60 миллионов рублей. Плюс аудит, аудиторское заключение, часто необходимо для участия в тендерах, при получении кредита, банковской гарантии. Это, собственно говоря, не всё. Мы, аудиторы, не стоим на месте и помимо классического аудита, возникли очень большие разновидности аудита, которые действительно дают реальную помощь бизнесу.

Наталья Поляковская

- Павел, хотела у вас спросить, что сегодня представляет аудиторский бизнес? Как он поменялся за эти десятилетия?

Павел Гагарин

- Он меняется очень существенно. В нашей компании изменения начались с моего сознания. Когда мы начали заниматься аудитом, мне клиенты говорили примерно так: «Вы, аудиторы, консультанты, юристы - вы паразиты. Вы ничего не производите. Производим мы. Мы производим, строим, выращиваем хлеб, продаем, в конце концов, модернизируем, разработки осуществляем. А вы паразиты, вы существуете постольку, поскольку мы плохо разбираемся в законодательстве. Возникают судебные всякие тяжбы, хозяйственные споры и так далее. А не было бы их и всё, было бы хорошо и вы были бы не нужны». Поскольку я слышал это очень от многих, у меня произошел определенный переворот сознания. Я понял, что надо заниматься, не просто выдачей никому не нужных аудиторских заключений, тем более что даже сейчас существует рынок черных аудиторских услуг, где эти заключения продаются за несколько десятков тысяч рублей. Нужно оказывать реальную помощь. То есть помогать реструктуризировать бизнес, помогать получать кредиты, снижать налоговую нагрузку. То есть реальные какие-то вещи делать. Снижать издержки, аудит затраты - такой хит сезона. Для того, чтобы снижать затраты при этом не снижая эффективности ведения бизнеса. В общем, много всего, здесь очень широкий спектр. А вот обычный классический аудит, прописанный в законе, мы в основном используем только, как повод зайти к клиенту. Дальше уже, во всей красе развернуться и предложить ему действительно то, что ему надо. Спектр сопутствующих услуг, начиная от ведения бухучёта, что бы он мог выгнать своего неквалифицированного главного бухгалтера. Бухгалтер может подставить директора так, что мало не покажется, такую свинью подложить. Мы, конечно, будем вести честно и нормально. Плюс абонементный аудит, то есть сопровождение деятельности и указания на те ошибки, которые делает он, делает финансовый директор, иногда и генеральный директор. Исправления ситуацией по ходу пьесы в течение года, а не аудит по результатам того, что уже произошло. Исправление ситуации в моменте. Это всем гораздо более выгодно и интересно. И масса подобных, сопутствующих услуг. В кризис - это нужно. Люди стали это понимать, и аудиторов, которые с таким подходом работают с клиентами, воспринимают уже серьезно. А не как какую-то не нужно навязанную извне нагрузку. Вот это очень важно. Я должен сказать другое. Вы вот говорите, Наталья, что аудит – это бизнес. Я считаю, что это не совсем бизнес, это один из инструментов. А бизнес он все равно в чем-то другом. Например, у клиента задача выиграть тендер. Предложить наиболее хорошие условия по госзакупке, по госзаказу и так далее. Мы помогаем готовить документацию. Помогаем всё это проводить. Это как раз, такой существенный момент, серьезный. Много подобных вещей. Вот это уже участие в бизнесе клиента. Мы говорим: «Да, мы тебе поможем. Выиграешь, наш процент с твоей прибыли. Процент с прибыли - это бизнес. Сам по себе аудит, например, как в настоящее время расчетно-кассовое обслуживание клиентов в банках - это не бизнес. Это только инструмент. Оптимальное сочетание инструментов клиентских с нашими инструментами, оно как раз дает совместный бизнес, в том числе, и инвестиционный. Масса инвестиционных проектов, при нашем участии, образовывается и развиваются. Это уже бизнес. Мы специально на этом акцентируем внимание.

Наталья Поляковская

- Интересно, какую практическую пользу аудиторская компания приносит бизнесу? Я уверена, у вас очень много примеров. Поделитесь, расскажите нашими радиослушателями.

Светлана Гагарина

- Кейсов, на самом деле, огромное количество. Есть такие кейсы, которых я называю «страшилки», в буквальном смысле. При грамотной работе аудитор исследует не только отчетность бухгалтерскую и налоговую, но могут быть проанализированы разные моменты, вплоть до взаимоотношений в коллективе, и понимание, как эти взаимоотношения могут негативно или позитивно отразиться на бизнесе. За достаточно большой опыт работы в аудите, мы иногда сталкивались с удивительными ситуациями. Например, выяснялось, что абсолютно доверенное лицо, работающие 20 лет в бизнесе при собственнике - главным бухгалтером, беззастенчиво списывал какие-то представительские расходы на своих руководителей, которые доверяя ей, не глядя, подписывали документы. Списывала деньги, забирала их себе. Создавалась такая ситуация, что нет ни одного документа подписанного человеком и собственно говоря, предъявить претензии ему просто не на чем. Аудиторы это выявляли. Я хочу обратить внимание, когда собственник заказывает аудиторскую проверку и вдруг по каким-то причинам финансовая служба, бухгалтерская служба, начинает как-то очень негативно воспринимать приход проверяющих, (болеть мгновенно или что-то еще), повод задуматься о том, что, возможно, в компании что-то неладное. Это один из моментов. Это не удивительно. С различными случаями хищения мы сталкиваемся, не сказать что очень часто, но они бывают. Потом бывают такие кейсы, что… Как Павел уже сказал, мы занимаемся не только классическим аудитом, но достаточно много направлений. Мы оказываем помощь в получении инвестиции. Вообще всё, что может быть связано с инвестициями. Иногда приходят люди и говорят, «Помогите найти инвестиции. У меня такой распрекрасный бизнес Я работаю на рынке 15 лет, у меня огромнейший оборот. Вот мне немножко инвестиций». Мы начинаем погружаться в бизнес, потому что мы не можем выходить на поиск инвестора, не понимая сути. Видим, что бизнес, несмотря на обороты, которые за счет предыдущих инвесторов накручивать накручивались, накручивались, сам по себе никакой прибыли не генерит. При этом собственник, у которого отчетность, показатели, пребывает в полной уверенности, что бизнес у него распрекрасный и всё что ему нужно немножечко, ещё инвесторов.

Павел Гагарин

- Как в анекдоте: зайчик открыл обменный пункт, его спрашивают: «Ну, как, прибыльно?», «Прибыль не считал, но обороты…». По 100 рублей покупал, по 95 продавал. Много разных ситуаций. Вот ситуация достаточно распространенная – рейдерство. Но, без нарушения Закона. Рассказываю пример такой. Есть у меня один клиент, условно - Грек, мы его назовем. Организовал бизнес – поставка детских товара из Греции в Россию. Мелкий, средний опт, плюс своя торговая сеть. Назначил генерального директора - женщину. Женщина эта подобрала себе персонал, организовала все бизнес-процессы, все четко работало. Он спокойно сидел и пил кофе в Греции. А она, этот генеральный директор, в какой-то момент подумала – «А чего это я ему всю прибыль отдаю? Связи все у меня, сотрудники у меня, поставщики у меня» и параллельно организовала другую компанию. Потихонечку туда перетащила всё: все связи, все товарные потоки, все взаимоотношения с поставщиками и торговыми сетями. А он остался ни с чем. Прибежал в какой-то момент ко мне, а мы у них какой-то абонемент на сопровождение вели. Я смотрю, у них обороты падают, деятельность как-то уменьшается. Я спрашиваю – «В чем дело-то, обрати внимание, что-то у тебя не так». Он говорит – «Да, нет, нет, все нормально». В какой-то момент прибежал и говорит – «Павел, нужно с ней что-то сделать. Я сейчас на неё заявления в прокуратуру напишу!» Я говорю – «Стоп, стоп, стоп, стоп. Во-первых, у тебя нет никаких правовых оснований. Человек просто открыл другой бизнес. Она законодательство не нарушила. Это очень сложно. Она зарегистрировала другую торговую марку, работает». Он говорит – «А, что же делать?» Я ему говорю – «Ты не забыл, как работают-то? Давай-ка ты оставь свою чашку с кофе Организовывай бизнес по-новому, а мы тебе поможем». Он организовал. Мы взяли на себя ряд функции по организации бизнеса, по постановке учета, постановке всех бизнес-процессов. В итоге он составил ей, вот этой бывшей директорше, конкуренцию. Что самое интересное – обе эти структуры обслуживаются у меня. Они приходят ко мне в гости: и он, и она. Единственное, что говорят – «Как ты можешь с этой сволочью работать?» Я говорю – «Это для тебя сволочь, для меня, это клиент». И вот таких ситуаций - отъема бизнеса, (мягко говоря, рейдерство) довольно много. Здесь важно правильно эту ситуацию, не побоюсь этого слова, такого полу подзаборного – «разруливать». Именно «разруливать». Процессы медиации: досудебного урегулирования споров, юридический процесс по реструктуризации, по созданию новых юридических лиц, организации товарных и денежных потоков, правильное выстраивание взаимоотношений с налоговой инспекцией, с банками, (как с обслуживающими и кредитующими структурами), поставщиками и так далее. Вот это всё задачи такого «аудит плюс», я это так называю. Не просто аудит - проверка четности, «аудит плюс». Этот плюс, он зачастую больше, чем собственно сам аудит. Это реальная помощь, особенно в наше непростое, кризисное время. Как-то так.

Наталья Поляковская

- Я здесь готова подумать, что мини бизнес аудиторских компаний, это развивать рынок под себя и подсказывать бизнесменам возможные альтернативные пути, в том числе мягкого рейдерства. Светлана, добавьте.

Светлана Гагарина

- Я хотела бы немножко рассказать о новых услугах. Сейчас на рынке,буквально, хит сезона - аудит затрат. Потому что аудит, еще раз повторюсь, это не только проверка бухгалтерской и налоговой отчетности. Аудитор может увидеть такие моменты, которые не увидит собственник или управленец. Может помочь найти все точки роста для развития бизнеса. Может подсказать, какие направления деятельности способны генерировать максимальные финансовые потоки. Может также подсказать, что урезать, сэкономить и каким законным путем это можно сделать. Потому что мы, и законно можем минимизировать нашу налоговую базу, и законно можем минимизировать расходы на персонал. Также аудитор может подсказать решение, конечно, они не будет крыться в глубине производственной деятельности, но тем не менее, как можно повысить производство, повысить рентабельность. Потому что в России с этим вообще не очень хорошо. Производительность труда, если брать весь мир, у нас крайне низкая. Есть какие-то общие показатели, которые могут улучшить ситуацию: это какая-то там автоматизация, это правильное налаживание потока документов. Аудиторы с этим хорошо знакомы. Поэтому хотелось обратить внимание на такой тренд, который не только позволяет проверить свой персонал и свою отчетность, но и сэкономить реальные деньги, реальные суммы. Они могут быть весьма существенные для бизнеса. В наше время это очень актуально.

Павел Гагарин

- «Производительность труда» - это такой старый термин, с советских времен. Который сейчас вытащили из сундука, и сейчас меньше говорят о КИПиА, про ключевые показатели эффективности. Больше говорят про производительность труда. Это, на самом деле, агрегатный показатель связанный не только с желанием и возможностью работать, конкретного дяди Васи или тёти Мани. Еще и эффективное использование современных технологий. Можно быть «ох» каким производителем и желающим работать, но если все это делать на коленке, без применения современных и компьютерных технологий, и хай-тек (если это необходимо), и самое главное, управленческих технологий, то тогда мало, что получится. Здесь важно правильно выстроить структуру бизнеса, с точки зрения управления. Иначе можно начать автоматизировать бардак. А это неправильно. Автоматизировать можно четко встроенную систему, тогда эта автоматизация сыграет в плюс, а не в минус. Вот эти вопросы, контроль за этими вопросами, зачастую также ложатся на аудиторов. Иногда, совершенно удивительные вещи приходится делать. Например, как-то мы организовывали деятельность филиала, одной производственной французской компании в области IT технологий, в Сколково. Довольно известная компания, но, клиентов мы не называем, правило первое – без имён. Помните фильм «Перевозчик», да?

Наталья Поляковская

- Да, да, да, конечно.

Павел Гагарин

- Они не очень любят, когда их имена называют. Так вот они сперва обратились к нам как к юристам, чтобы мы проанализировали возможность работы в Сколково, какие преференции это дает в сравнении с обычной юрисдикцией, с адресом, в городе Москве. Потом они попросили нас найти офис, то есть, мы как риэлтерское агентство начали работать. Офис этот обставить мебелью, поставить компьютеры, создать компьютерную сеть, несмотря на то, что сами они IT-шники. Дальше поставить бухгалтерский учет, поставить всю систему финансового учета, так же учет складских остатков. Нанять им на работу персонал. Дальше их деятельность - сопровождать. Для них это совершенно естественно. «Принцип одного окна», они не могут бегать в 20 разных мест. Они обратились к нам, и мы, в общем-то, всё им сделали. Мы поняли, что на самом деле, так и надо. Потом точно также пришла немецкая компания, и точно так же попросила у нас целый комплекс услуг, несмотря на то, что мы аудиторская компания. «Мы же к вам обратились, значит, вы нам и делайте, мы же вам деньги платим».

Наталья Поляковская

- Для вас это является не профильным бизнесом? Или вы таким самым образом развиваете, открываете дополнительные направления?

Павел Гагарин

- Когда, например, парикмахер стрижет человека. Он же парикмахер, он может работать ножницами или машинкой, если при этом еще подметает волосы на полу, нельзя сказать, что он занимается не профильной деятельностью, он расчищает себе рабочее пространство. Помогает себе же организовывать фронт работы. Точно также и мы делаем. Мы понимаем, что если мы не найдем офис данному клиенту, он обратиться кому-то еще. Обратиться ли он потом к нам за аудитом, то есть по нашему профилю, это уже не факт. Он пошел куда-то дальше. Поэтому его нельзя упускать. Нужно его удерживать всеми возможными способами.

Наталья Поляковская

- значит, это все-таки инструмент формирования лояльности.

Павел Гагарин

- Конечно.

Наталья Поляковская

- Клиентоориентированность. Понятно. Уважаемые радиослушатели, я хочу вам напомнить, что в эфире радио «МедиаМетрикс». Передача «Про дело» и я ее ведущая Наталья Поляковская. Наши сегодняшние гости, Павел Гагарин, председатель совета директоров аудиторско-консалтинговой группы «Градиент Альфа», и Светлана Гагарина, директор по стратегическому развитию компании Градиент Альфа. Итак, коллеги, у меня вот какой вопрос возник: аудит, именно как бизнес – это бизнес, зарегулированный и погруженный в стандарты, или это бизнес, который позволяет генерить новые продукты, и формировать тренды?

Светлана Гагарина

- Безусловно, аудиторская деятельность, достаточно жестко регламентирована у нас. В настоящий момент заканчивается новая пятилетка, потому что в своё время аудиторская деятельность регулировалась «Минфином». С 10 года началось саморегулирование деятельности. Были созданы СРО, Росфиннадзор тоже подключился к контролю за аудиторскими организациями, непосредственно к аудиторам, которые получают специальные аттестаты, предъявлено огромное количество требований. У нас огромное количество стандартов, по которым мы должны работать. Проходят регулярные проверки контроля качества, и иногда даже нам, они кажутся чрезмерными, серьезными. Это правда. Хотя я не буду отрицать тот факт, о котором говорил Павел, что находят какие-то полусерые, полутемные аудиторские компании. Находят возможность где-то, как-то существовать, выдавать эти черные, серые заключения без проверки. Я не буду скрывать и хочу сказать, что если раньше этого было очень много, то сейчас, это скорее исключение, чем правило. Найти таких аудиторов достаточно сложно. То есть деятельность действительно очень серьезно зарегулирована, если говорить про обязательный аудит. Мы не стоим на месте, мы оказываем различные сопутствующие услуги. Чаще всего получается так, что сами клиенты приходят к нам со своими потребностями. Вот мы говорили о необходимости быть гибкими по отношению к своим клиентам. Иногда они сами предлагают нам новые направления для бизнеса, потому что аудит, это как семейный доктор. Ты показываешь всё самое сокровенное, всю отчетность, все свои потоки. Аудитор очень много знает о компании и поэтому нашим клиентам хочется обращаться к нам за более широким спектром услуг именно для того, чтобы с одними и теми же документами не ходить в разные места. Это такой режим «одного окна». Мы, конечно, идем нашим клиентам на встречу. Компания достаточно большая и спектр оказываемых консалтинговых услуг - он очень большой. Как Павел сказал что, иногда мы беремся совершенно за непрофильные вещи. С законодательным регулированием всё проще, но здесь уже регулирование идет качеством услуги, потому что в любом случае некачественная услуга никому не нужна. Тот факт, что мы работаем по принципу «одного окна», как раз нас очень серьезно стимулирует оказывать услуги очень высокого качества. Потому что, если мы оказываем пять услуг, из которых две мы оказали плохо, велики шансы, что с трех остальных клиент уже уйдет.

Павел Гагарин

- Не уйдет, но может как-то ослабить сотрудничество. По поводу зарегулированности, что хотел сказать. Я считаю, что существует некий избыточный контроль и со стороны СРО, и со стороны государства. В результате изменения этого законодательства, во-первых, пришлось создать целый дополнительный отдел, из нескольких человек, который занимается только этим и больше ничем. Это существенно повысило себестоимость, что не могло не сказаться на цену для клиентов. Они не понимают – «почему?». Почему нужно еще 5 человек в аудиторской компании, где работает порядка 30 аудиторов. Дополнительно нужно 5 человек только чтоб собирать бумажки, которые будут предъявлять этим самым контролерам. По сути, этот контроль качества, который приходит раз в 3 года, по-моему. Да, Света? Раз в 3 года. В общем-то, они не сильно эти бумажки смотрят. Но могут посмотреть. Поэтому бумажки должны быть в порядке. Зачастую эти контролеры они менее квалифицированные, чем работающие аудиторы. Есть ряд моментов. С другой стороны, если посмотреть на банковскую систему, там всё зарегулировано вообще до последней степени. ЦБ, вообще, сделал интересную вещь – зарегламентировал практически любую банковскую операцию, так, что любая банковская операции может считаться подозрительной, любой платеж клиента может считаться подозрительным. В тоже время, ушел от поддержки курса рубля. У нас теперь рубль летает: плюс 3 руб. за доллар - туда, минус 3 руб. - обратно. Волатильность сумасшедшая. Тем, кто занимается внешнеэкономическими операциями, импортом, экспортом товаров, им достаточно сложно. В рамках борьбы с сотрудничеством с западом, это, конечно, всё здорово, нужно внутри себя всё производить и потреблять, но все-таки пока мы не можем этого сделать до конца. Есть отрасли гораздо более зарегулированные, чем аудит. Что касается сопутствующих услуг, там этой зарегулируемости гораздо меньше. Таких как - бухучет или кадровое консультирование, или управленческое консультирование, сопровождение сделок по банкротству, оценка бизнеса. Вот всё что вокруг, оно не так сильно зарегулировано и не требует такого большого количества документов. Тем не менее, почувствовали.

Наталья Поляковская

- Видите, Павел, вот она истина. Всё познается в сравнении. Да, Светлана?

Светлана Гагарина

- Да, я хотела добавить. Павел заговорил о формировании цены на аудиторские услуги для клиента. Нужно еще помнить о том, что законодательное урегулирование, то, что аудиторская деятельность должна страховаться, должны уплачивать членские взносы в СРО, это серьезные суммы. Аудиторы должны проходить обязательное обучение. Аудиторская деятельность и её осуществление, оно предполагает уже достаточно серьезный расходы, независимо от того получаешь ты прибыль или нет, имеются ли у тебя клиенты. На законодательном уровне это прописано и это факт, который не может не играть роли и не повышать цен для клиента. Иногда, действительно, у клиентов бывает непонимание – «почему?» Почему вот цена такая или другая. Если же говорить про российский аудит или, например, про иностранный аудит, то цены совершенно разные. Мы планировали поговорить об этом, про импортозамещение на этом рынке. Мне хочется сказать о том, что в любом случае цена на аудит, собственники бизнеса должны понимать, не может быть слишком низкой. Если цена слишком низкая, это должно наводить на размышления - «Помечу?»

Павел Гагарин

- Что-то не так.

Светлана Гагарина

- Да. Бывают компания, которые очень часто набирают выпускников ВУЗов по 15-20.000 рублей. Буквально практикантов, и вот эти огромные отряды ребят, которые имеют в руках бумажную табличку, где они ставит плюсики или минусики, в общем-то, проводят стандартные процедуры. Эти аудиты, (эти полчища) контролируется одним серьезным специалистом, конечно, не может давать гарантию качества. Поэтому, в любом случае, цена на аудит не может быть слишком низкой. Тут уже есть какая-то подоплевка нехорошая.

Павел Гагарин

- Тут я должен сказать, что есть «аудит», и что есть «аудит». Это совершенно разные виды этой деятельности. Нужно просто проклассифицировать, что я наблюдаю.

Наталья Поляковская

- Я думаю, Павел, не все аудиторы вас поняли. «Аудит» и «аудит» – поясните, пожалуйста.

Павел Гагарин

- Сейчас. Поясняю. Вот, пожалуйста, есть классические примеры. Я просто делю по видам, знаете, как в биологии классификация. Маленькая аудиторская компания, как правило, там 5-7, может быть 10, может быть 15,в редких случаях, аудиторов единомышленников, которые образовали общество с ограниченной ответственностью либо работают как индивидуальные предприниматели, и за небольшие деньги ведут аудит. Скажем, годовой аудит компании, приблизительно, может стоить 150 000 рублей. Такие компании, они прежде всего попадают под удар, когда с рынком начинаются какие-то перекосы. Я могу сказать так, что если до кризиса 2008 года в России работало примерно 6 500 аудиторских компаний, то к настоящему моменту, фактически работающих осталось меньше 3 000.

Наталья Поляковская

- То есть больше, чем в два раза.

Павел Гагарин

- Да. В основном перестали существовать, вот эти мелкие аудиторские компании, состоящие просто из аудиторов единомышленников, которые сами по себе на открытом рынке. Понимаете, это как маленькая лодочка посредине океана? Большой пароход, он выдержит шторм, а маленькая лодочка, она перевернется. Вот этих маленьких лодочек перевернулось достаточно много, по одной простой причине, во-первых: они сразу же потеряли клиентов, которые перестали им платить, даже те небольшие суммы, которые они объявляли. Потому что такой аудит, который они не могли осуществить, он оказался абсолютно никому не нужный. Второе: это необходимость, вот этой вот огромной отчётности, создание дополнительного отдела, которые формируют бумажки для СРО, и для контроля со стороны Минфина или финансового контроля. То есть вот такие, прежде всего, попали под удар. Следующая категория - это средний аудиторские компании, которые насчитывает от 10 до 50, например, сотрудников всего. Из которых половина, хотя бы половина аудиторов. Эти компании пострадали тоже достаточно серьезно, но и цены на их услуги были выше, поэтому они могли предоставлять услуги такие, как и маленькие компании, но за более высокие цены. Они более серьезно пострадали. Следующие категории - это аудиторские компании, которые входят в финансовые группы. Они при ком-то и причем-то, при аудиторской более крупной структуре, например, дочерняя компания «большой десятки». Либо при банке, либо при инвестиционной компании, либо при крупном холдинге.

Наталья Поляковская

- Это карманный бизнес.

Павел Гагарин

- Да, это карманный бизнес. Тем не менее, они для самоокупаемость работают и еще на внешний рынок. Дальше уже идут следующие категории - это «большая…».

Наталья Поляковская

- «Шестерка» или «пятерка»?

Павел Гагарин

- Нет не «пятерка», пока что «четверка», но там видимо уже скоро в «тройку» превратится. Когда-то, это была «большая пятерка».

Наталья Поляковская

- То есть ряды редеют.

Павел Гагарин

- Так же: топ 10, топ 20, топ 30. Вот мы, в топ 20 входим, (мы на 16 месте), наше дело шестнадцатое, по итогам прошлого года. Это уже достаточно серьезный бизнес, с большим количеством аудиторов, и они наименее подвержены таким вот губительным для бизнеса колебаниям, которые происходят. Но, тем не менее, тоже страдают. Вот мы, например, развиваемся почему? Потому что мы помимо аудита, предлагаем много чего другого. Тот, кто не может предложить, те вынуждены прекратить свое существование или сменить профиль. Пока вот так.

Наталья Поляковская

- Скажите, Павел, ваша компания «16» в мире?

Павел Гагарин

- Нет, 16 в России. В мире, понимаете как? В мире, кроме маленьких национальных аудиторских компаний, в основном работает «большая четверка» с огромным количеством филиалов. Для дочек, для внучек. Там в основном всё связано вот так. Плюс есть международные аудиторские сети, которые объединяют разные компании. Но сети, они как право, тоже принадлежат «большой четверке». По крайне мере самой известной из этих сетей. Это надо понимать. Мы состоим в международной аудиторской сети, но она независимая. Никому из «большой четверки» не принадлежит, то есть сама по себе существует.

Наталья Поляковская

- Это дает, какие-то дополнительные привилегии, преференции?

Павел Гагарин

- Нет, преференций особо никаких не дает, это дает возможность осуществлять транснациональный аудит транснациональных корпораций, или добиваться того, что наше аудиторское заключение будет признано иностранным инвестором. Как ни странно, есть еще иностранные инвесторы, которые хотят в Россию вкладывать деньги. Практически никто с российского рынка не ушел. Говорят они примерно так, что санкции уйдут вместе с теми, кто их принял, а мы-то останемся, - говорят они про себя. Те инвесторы и те иностранные компании, которые работают или хотят работать в России.

Наталья Поляковская

- Вы являетесь, вот таким, информационным кладом, у которых можно получать информацию. Кто из иностранных инвесторов готов инвестировать и во что?

Павел Гагарин

- Наталья, чего-то всё так идеально получается у нас с вами. Такие, про себя, все такие хорошие, замечательные по рассказу. Но, нет. Есть масса всяких негативов и недочетов, про это нельзя забывать. Может быть надо немножко эту, такую сладенькую картинку, чем-то разбавить.

Наталья Поляковская

- Хорошо. Давайте попытаемся разбавить, все-таки у нас передача «Про дело». Скажите, везде происходят процессы импортозамещения. Затронули ли они аудиторский бизнес в России?

Светлана Гагарина

- Да, конечно. Аудиторы с иностранными корнями, аудиторские компании - большая сначала «шестёрка», «пятёрка», сейчас «четвёрка», очень долго лидировали на российском рынке. Нельзя говорить о плюсах, которые сопровождали этот процесс. Потому что задавался очень высокий стандарт оказания услуг. Тогда российские компании, в основном, не могли предложить тоже самое своим клиентам. Плюс, было очень высокое доверие на мировом рынке заключением аудиторской четвёрки. Тоже что и сейчас, в общем-то, не является таким серьезным конкурентным преимуществом. Потому что за много лет, российские компании смогли наладить взаимоотношения с различными иностранными сетями, получить какие-то статусы, и выйти на международный рынок со своими заключениями. Сейчас, конечно, ситуация изменяется. Потому что один из очень серьезных факторов – цена на рынке, которая позволяет российским аудитором забирать новых и новых клиентов, потому что разница в цене может быть в несколько раз. Если средняя почасовка у аудиторов «большой четверке» может быть 200 - 300 евро, то российские компании могут работать от 50,70-100 евро в час. В конечном итоге - разница по году, может быть очень существенной.

Наталья Поляковская

- Российские компании тарифицируют свои услуги в рублях или ориентироваться на специалиста.

Павел Гагарин

- В рублях, конечно. У нас, в зависимости от квалификации специалиста, от 2 500 до 4 000 рублей за час. Вообще говоря, по западным меркам, это очень дешево. Но для нас нормально.

Наталья Поляковская

- Особенно при сегодняшнем курсе-то.

Павел Гагарин

- Мы считаем, что лучше получить клиента дешевого, который мало заплатит, чем вообще клиента не получить. Сегодня он нам заплатит за аудит 300 000 рублей за годовой. Завтра он к нам придет еще на бухучёт, на кадровое консультирование, на управленческие вещи, так далее, так далее, так далее. Такой, не очень дорогой аудит, это такая, хорошая замануха для клиента, которая очень хорошо работает. Очень четко. Что касается импортозамещения, тоже хотел немножко прокомментировать. Надо понимать, что «большая четвёрка», зная, что с рынка её будут вытеснять, что происходит импортозамещение, в срочном порядке организовала себе ряд, таких, не очень аффелированных аудиторских компаний, которые волшебным образом из ничего, в течение года, полутора, поднялись до достаточно серьезных объемов. Это компания, де-факто принадлежащая компании «большой четверки», но они 100% российские. Туда, «больная четверка», передали значительную часть своих клиентов. Они тоже участвует в процессе импортозамещения вот таким вот образом. Это не значит, что иностранные компании полностью ушли из рынка, они просто поставили свои, неафилированные с ними структуры, которые стали активными рыночными игроками и наряду с нами также проводят аудит. Я считаю это хорошо. Конкуренция должна быть. Это не только конкуренция брендов и конкуренция цен, это еще и очень серьезная конкуренция качества и контента, что в этот аудит входит. Потому что аудит «большой четверки» или структур, которые образованы, это немножко другое. Это лейбл, прежде всего. Это нужно для получения кредитов, для инвестиций, для подтверждения отчетности перед иностранными акционерами. А наш аудит - это аудит налоговых и финансовых рисков. Это рекомендации, как перестроить бизнес, то есть такие вещи, может быть более приземленные, но в этом моменте, более нужные. Светлана хотела что-то добавить, по-моему.

Светлана Гагарина

- Да, я хочу рассказать еще одну сложность, с которой неизбежно сталкиваются иностранные аудиторы - это работа с гостайной. Очень многие компании, которые имеют доступ к гостайне, обязаны пользоваться аудиторскими компаниями, которые также имеют возможность получить доступ гостайне. Тут очень серьезный вопрос - место хранения информации. Безусловно, всё, что касается гостайны должно храниться в России, на технических носителях, серверах которые находятся в России. Иностранные же компании, они имеют сети, либо они как-то должны очень явно ограничивать доступ иностранных сотрудников к определенным участкам своей работы, но, что представляется маловероятным, например мне, как практику, либо просто не могут получать этот доступ. На собственном опыте могу сказать что, сейчас получить лицензию ФСБ на доступ работы с гостайной, очень сложно. Намного сложнее, чем раньше. Я считаю, что это неплохо. Вот. Это, конечно дает, такие преференции российским аудиторам, которые работают успешно с нашей гостайной и никуда ее не распространят.

Наталья Поляковская

- Я слышу, что это очередная проблема, над которой вы опять привернули свое преимущество конкурентное.

Павел Гагарин

- Да. Далеко не любая, даже российская компания, может получить лицензию ФСБ. Надо многим, многим, многим критериям соответствовать. Более того, зарекомендовать себя, ранее успешно проработавшими, с такими режимными предприятиями. Сейчас, практически, не выдают новых лицензий на работу с гостайной. Просто продляют те, которые были выданы ранее. Тем более «большая четверка», в которой сплошь американские компании. Америка у нас теперь, если не враг, то такой противник.

Наталья Поляковская

- Осторожничаем.

Павел Гагарин

- Да, осторожничаем. Естественно этим компаниям или тем, кто как-то связано с ними, в этой теме доступ закрыт. Сейчас это такое «поле», в котором можно работать.

Наталья Поляковская

- Давайте вернемся непосредственно к потребителям услуг. Скажите, что нужно делать собственнику, чтобы аудит помог в снижении рисков, в получении кредита, в получении банковской гарантии, либо в победе в тендерах?

Павел Гагарин

- Что должен делать больной, чтобы выздороветь? Конечно, выполнять предписание доктора. Вовремя пить лекарства, соблюдать режим и так далее. То же самое и здесь. Зачастую собственники или руководители бизнеса они считают, что раз аудиторский отчет получен, аудиторское заключение они получили, значит все - можно забыть. Нет, на самом деле всё только начинается. Отчет нужно внимательно читать, потому что там есть практические рекомендации, что нужно делать. И с состоянием финансового бухгалтерского учета, и с людьми, и возможность перестроения бизнес-процессов тех или иных с выстраиванием новой кредитной политики. То есть отношений с банком, кредитно-расчетной политики с банковскими структурами. Иногда даже, необходимо сменить банк. Мы практикуем еще такую интересную вещь, как спец. отчёты для собственников. Обычный аудиторский отчёт, он 50, 60, может 100 или 200 страниц, мало понятного простому человеку текста, или человеку собственнику бизнеса или даже генеральному директору. Потому что генеральный директор, как и собственник, тоже витает в высших сферах, решает вопросы за рюмкой чая, ходит на прием к правителям нашим, всевозможным, в правительство России, Москвы и так далее. Не очень хорошо разбирается в бухгалтерских, финансовых и юридических вопросах. Ему и не надо, если у него есть хорошая команда для этого. Но, этот человек должен иметь представление о том, что в компании происходит. Поэтому из вот этого аудиторского отчета в 50-100 страниц, делается выжимка – 2-3 странички, но понятным языком. И там крупными мазками описываются основные вопросы, основные болевые точки, основные рекомендации по поводу того, что нужно поменять. Если у собственника возникают какие-то вопросы по вот этим вводным рекомендациям, то делается ссылка на вот этот же большой отчет, текст которого аудитор должен, может и обязан пояснить. Вот таким образом осуществляется знакомство руководителя, лиц принимающих решения, с аудиторским отчетом, который содержит в себе очень много полезных рекомендаций. То есть не то, что получили, поставили на пол. А получили, раскрыли, обязаны прочитать, задали вопросы, то есть образовалась обратная связь, и дальше начинаем выполнять те рекомендации, которые аудиторы и консультанты выдали. Тут еще очень важен другой момент, что у нас нет такого - мы проверили клиента, выдали заключение, выдали отчет и ушли, ищи свищи нас, нет. Как правило, все на абонементных договорах. На многолетних. Мы отвечаем, в том числе за долгосрочные последствия тех рекомендаций, которые мы дали после аудит, которые клиент выполнил, и, что в результате этого получилось. Если у него повысилась прибыль, уменьшились затраты, повысилась финансовой устойчивость или налоговая устойчивость, значит все хорошо. Если этого не происходит - мы несем солидарную ответственность. Это всё прописывается в договоре. Эти все процессы страхуются и определенным образом хеджируются. Вот так.

Светлана Гагарина

- Я хотела бы добавить. Павел начал говорить о спец отчётах для собственников. Я хочу обратить внимание собственников и топ менеджеров компании, которые часто, немножко пренебрежительно, может быть, относятся к результатам. Потому что это, какие-то, огромные тома, которые нужно читать, которые написаны профессиональным бухгалтерским, аудиторским языком. А собственник, зачастую, говорит – «Я занимаюсь бизнесом, а ваши проводки, мне это неинтересны». Это беда и бич многих крупных компаний. Как пример, хочу привести одну забавную историю. Я проверяла один очень крупный завод. До этого завод работал с крупной компанией, которая не отказывала себе в удовольствии и не экономила на бумаге, составила им учетную политику. Мне вынесли такой, серьезный талмуд, порядка 60 листов было в этом документе. Так как у нас есть свои стандарты работы, то, в общем-то, вечером, на досуге, я села с документами и познакомилась с ними от начала до конца. И на третьей с конца странице, была врезка от собственника, человека с юмором и харизмой, было написано, «Кто дочитает эту фигню до этого места, получит от меня бутылку коньяка». Я цитирую. На следующий день я пришла и говорю – «Я дочитала. И как долго у вас работает этот документ?» Он говорит – «4 года, и вы первая, кому сейчас я вручу эту бутылку коньяка». На самом деле, собственники должны понимать, что, во-первых, не нужно пугаться этих огромных документов, нужно работать аудитором и аудитор всегда уделит время и очень коротко, на нормальном, человеческом языке сформулирует проблемы. Это нужно контролировать, и с этим нужно работать.

Наталья Поляковская

- Вы уже говорили, что кризис – ужимаемся, прижимаемся. Есть ли какие-то практические советы для финансовых экспертов, для финансовых директоров, для самого бизнеса.

Павел Гагарин

- Бесплатные советы?

Наталья Поляковская

- Павел, я еще не задала вопрос.

Павел Гагарин

- Извините.

Наталья Поляковская

- Может ли компания провести аудит затрат, оптимизации издержек своими силами либо хотя бы выполнить частично какую-то работу за вас, с тем, чтобы оптимизировать свои затраты на услуги аудиторской компании?

Павел Гагарин

- Конечно, может. Знаете, мне это напоминает Булгакова «Записки на манжетах». Там он в каком-то учреждении служил, в 1921 году, и раз в квартал должен был сам себе назначать проверку. Он писал «тот я, который проверял того меня, которого надо было проверять, был очень объективен по отношению к самому себе». Это вот из серии, сам себя проверил. Все-таки проверяющий, должен быть внешним субъектом и независимым от объекта проверки, только тогда эта проверка имеет смысл и тогда она будет объективной. Либо здесь смысл какой то другой, провести формальную проверку внутренними силами, отписаться, документ положить, но он вряд ли будет объективным, в 90% случаев этот документ не будет объективен. Здесь дело даже не в честности людей, а дело в том, что очень сложно решать задачи, находясь внутри нее. Все равно, что вытаскивать себя за волосы из болота. Обязательно нужно иметь точку опоры вне организации, для того чтобы увидеть более объективную картину и принять правильное решение в зависимости от того что происходит. Свет, я думаю, ты согласишься?

Светлана Гагарина

- Да, я соглашусь. Я хочу сказать, что есть моменты, на которые собственник или финансист может обратить внимание, не обращаясь к аудиторам, чтобы понять, не тратятся ли там лишние деньги здесь. Я, например, всегда прошу обращать внимание на оценку стоимости персонала и рабочих мест. Потому что сейчас очень многие компании переходят на аутсорсинг и на аутстаффинг, хотя это такая красная карточка для налоговой инспекции, но, тем не менее, так или иначе, все равно, и мы сами просчитывали это много раз, очень часто по очень многим отделам, направлениям деятельности, обслуживание в какой-то компании дешевле, чем содержать свой персонал. Я думаю, что человек, который решил начать экономить, может начать с этого, даже не выходя на аудиторскую компанию. Он может оценить. Вот это первый шаг, что можно сделать самостоятельно, не обращаясь к специалистам.

Наталья Поляковская

- Идеалистической, правда, сегодня получилась передача, потому что закончили опять же тем, что можно на аутсорсинг вынести бухгалтерские услуги, отдать вам в одном подразделении, а другое ваше подозрение, потом проверит деятельность.

Павел Гагарин

- Нет, не совсем так. Во-первых, мы крайне неохотно берем компании на бухгалтерский аутсорсинг, потому что, это очень много сложностей. За совершенно небольшую плату, получаешь много объемного труда. А что касается того, что один отдел проверяет другой, это не совсем так. Значит то, что у нас холдинг, (понятно, что я единый собственник), но компании совершенно разные, люди разные, более того, аудит у нас постоянно конкурируют с департаментом бухгалтерского учета. Они заинтересованы друг на друга, как можно больше накопать. Поэтому объективность здесь всегда соблюдается и клиенты об этом прекрасно знают. Здесь никаких вопросов нет. Я рекомендую аутсорсинг бухгалтерского учёта, но знаете как, советскому человеку свойственно: лозунг приняли – «импортозамещение», значит всё, весь импорт уничтожить, всё наше, всё вокруг советское, всё вокруг моё. Точно так же и здесь, не надо всё, всё, всё отдавать на аутсорсинг. Что-то надо оставить и себе. Есть ключевые позиции, например, человек который управляет расчетным счетом, то есть счётный работник - это объективно сотрудник бухгалтерии. Кассовый работник - это объективный сотрудник бухгалтерии. Человек, который занимается складским учетом или кадровому учетом, это всё должно быть внутри организации. На внешнее управление можно отдать консолидированное формирование отчетности холдинга или формирования бухгалтерской отчетности предприятия, сдача отчетности в налоговую инспекцию, защита этой отчётности перед налоговой, дача пояснений необходимых, сопровождение налоговых проверок. Всё это функционал главного бухгалтера. А вот финансовый директор, то есть человек, который определяет финансовую политику компании, он обязательно должен быть сотрудником находящимся внутри, но пользоваться услугами внешних консультантов. Поэтому огульно здесь ничего быть не может, здесь всё очень дифференцированное и всё очень детализировано. Это, конечно, нужно понимать. Идеальной картины нет. Мы тоже ошибаемся, но наше преимущество, (это не в порядке рекламы), это то, что мы несем ответственность за свои ошибки, и практически всегда эта ответственность не только моральная, но и еще материальная. Это тоже важно понимать. Далеко не все консультанты так делают. Мы стараемся.

Наталья Поляковская

- Очень динамичный, интересный эфир у нас получился. Мне очень жаль, что пришло время сказать: - «До свидания, до следующей передачи». Я хочу напомнить, что в эфире радио «МедиаМетрикс». Была передача «Про дело». Наши сегодняшние гости, Павел Гагарин, председатель совета директоров аудиторско-консалтинговой группы «Градиент Альфа». Павел, спасибо большое.

Павел Гагарин

- Пожалуйста, всегда рад.

Наталья Поляковская

- И Светлана Гагарина, директор по стратегическому развитию «Градиент Альфа». Светлана, спасибо.

Светлана Гагарина

- Спасибо. Я была очень рада находиться сегодня с вами и, надеюсь, мы принесем какую-то практическую пользу для бизнеса, сегодняшним эфиром.

Наталья Поляковская

- До новых встреч.