Профессор М. М. Орлов - человек, гражданин, патриот

ЭКОНОМИКА

1 лет назад вышла в свет книга профессора М.М. Орлова «Нужды

J. U Uрусского леса» (1906 г, СПб., 166 с.).

Книга появилась в тот период, когда давление со стороны противников принимаемых правительством мер по сохранению лесов страны достигло критической величины. Тогда М.М. Орлов громко, на всю страну, сказал: «Молчание лесоводов в данный момент могло бы быть понято как согласие их на совершенное игнорирование особенностей лесоводства и принесение русских лесов в жертву временной нужде и одностороннему увлечению». Поразительные по точности слова! И сегодня, когда на наших глазах лесные неучи, вопреки мнению профессионалов лесного дела, подводят российские леса под огромную, страшную беду, эти слова профессора Орлова настолько актуальны, будто он их произнес не век назад, а сейчас, в сию минуту.

В истории лесного хозяйства России профессор М.М. Орлов остается неугасимым маяком, образцом честного и бескорыстного служения своей Родине и своему долгу, долгу лесовода и гражданина. А кем останутся те, с позволения сказать, лесоводы, с чьего молчаливого согласия совершается предательство русского леса? Если бы все лесоводы страны твердо и ясно, как это сделал бесстрашный Орлов, четко и решительно высказали свое решительное «Нет!» тому произволу, что готовят лесные неучи, подводя под гибель русский лес, никто в России не смог бы противостоять силе их профессионального мнения.

Россия входит в рыночную экономику. В этой новой ее ипостаси нельзя обойтись без книг профессора М.М. Орлова. Их нужно переиздать и использовать для обучения нового поколения лесоводов основам лесоуправления, лесоустройства и экономики лесного хозяйства.

Сегодня, как никогда, нам интересен и близок профессор Орлов, бесстрашный защитник русского леса. Каким он был, как он жил и работал? Об этом написал его внук, кандидат биологических наукМ. В. Калинин, ст. научный сотрудник ЛенНИИЛХ, почетный член Союза писателей, а также член редколлегии журнала «Петербургский охотник».

И.В. ШУТОВ

Заслуженный лесовод России, профессор, член-корреспондент РАСХН

ПРОФЕССОР М.М. ОРЛОВ - ЧЕЛОВЕК, ГРАЖДАНИН, ПАТРИОТ

М.В. КАЛИНИН, ст. науч. сотр. ЛенНИИЛХ, канд. биол. наук

В ноябре 2000 г. произошло давно ожидаемое событие: на главном здании Лесотехнической академии была установлена мемориальная доска в память об основоположнике русского лесоустройства и экономики лесного хозяйства профессоре Михаиле Михайловиче Орлове. Это событие произошло через тридцать три года после

Знатным считается тот, кто более других в службу годен.

Петр I

принятия решения об увековечивании памяти ученого и спустя семьдесят лет после его смерти. Все эти годы шла борьба между непримиримыми противниками профессора Орлова и защитниками его учения и заслуг в области организации высокодоходного лесного хозяйства страны. Так, бывший аспирант кафедры «Организация лесного хо-

ЛЕСНОИ ВЕСТНИК 3/2007

11

ЭКОНОМИКА

зяйства» и бывший комсомольский вожак академии Малышев, протестуя против установления мемориальной доски, обосновал это тем, что «профессор Орлов был награжден царскими орденами», на что ему резонно возражали: «А Вы что же, хотели бы, чтобы в 1913 г. Орлова наградили орденом Ленина?!» Справедливость победила, и заслуги профессора Орлова оценены.

Главными людьми, мешавшими М.М. Орлову работать, были, конечно, те, кто предпочитал не утруждать себя трудной работой, но плыть в русле хорошо проверенного общего течения. Иначе трудно объяснить, почему основные труды М.М. Орлова ни разу не переиздавались и почему о них не знают не только студенты, но и маститые люди на государственном капитанском мостике. В 2006 г. впервые переиздан капитальный труд М.М. Орлова «Лесоуправление» тиражом 10 тыс. экз. благодаря поддержке Федерального агентства лесного хозяйства, Российского общества лесоводов и проявленной инициативы и настойчивости академика РАСХН Н.А. Моисеева и доктора с/х наук М.Д. Гиряева.

Учитывая многое из изложенного, я, внук М.М. Орлова, взял на себя смелость попытаться пролить свет на то, каким человеком и гражданином был мой дед. К этому меня подталкивают не только родственные узы, но и многочисленные обращения последователей профессора М.М. Орлова. Видимо, я последний из рода Орловых, кто может это сделать.

Дедушку помню хорошо, хотя мне было шесть лет, когда его не стало. Его положение в семье, огромный авторитет и то влияние, которое он оказывал на всех, еще очень долго сказывались и после его смерти. Недаром ведь многие из потомков так или иначе связали свою жизнь с лесом. Попытаюсь рассказать о дедушке как о человеке и гражданине, о его корнях - происхождении. Эти биографические сведения помогут лучше понять его как ученого и педагога, воспитавшего не одно поколение наших лесоводов.

М.М. Орлов родился 20 сентября (по старому стилю) 1867 г. в самом центре Рос-

сии - в городе Ельце, Орловской губернии, в небогатой семье, рано потерявшей отца и кормильца. Жизнь была далеко не легкой. В августе 1877 г. он поступил в Орловское реальное училище. Уже с пятого класса (18811882 гг.) начал зарабатывать репетиторством. А семья была большая: пять братьев - Михаил, Федор, Павел, Владимир, Сократ и сестра Мария. Их мать, Дарья Алексеевна, урожденная Костомарова, была племянницей известного историка Костомарова. Возможно, родственные связи с этим выдающимся ученым предопределили особый интерес моего деда к русской истории, который он пронес через всю жизнь. Позже в его личной библиотеке нашлись все собрания отечественных историков: Н.И. Костомарова, Н.М. Карамзина,

С.М. Соловьева, В.О. Ключевского. По воспоминаниям бабушки - Марии Федоровны Орловой и ее родной сестры Ольги Федоровны Марченко (супруги известного украинского лесовода, профессора Александра Григорьевича Марченко) и других членов нашей семьи, историю вообще, а русскую особенно, дедушка знал превосходно. У Дарьи Алексеевны была пасека, но ни доходов от нее, ни заработков Михаила на образование многочисленных детей не хватало. Все сыновья по достижении определенного возраста отдавались в кадетский корпус. Все они стали профессиональными военными. Дочь Мария так и осталась без образования.

В 1884 г. Михаил Орлов блестяще окончил реальное училище и поступил в Лесной институт. В 1888 г. он окончил институт со званием ученого лесовода I разряда и был направлен в качестве помощника лесничего в Лисинское учебное лесничество. Однако в Лисине дедушка проработал недолго. Уже в 1889 г. он был избран стипендиатом высшего оклада, по-современному аспирантом, при кафедре лесоустройства Лесного института, а в 1890 г. командирован на два года за границу с целью изучения лесного хозяйства Германии, Франции, Швейцарии и Австро-Венгрии.

После возвращения на родину М.М. Орлов опубликовал ряд работ. Они посвящены лесному хозяйству, лесовод-ственной литературе, лесохозяйственному

12

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 3/2007

ЭКОНОМИКА

образованию и лесному опытному делу вышеперечисленных стран, что говорит об интенсивной работе и разносторонних интересах автора в период зарубежной командировки.

В1892-1894 гг. М.М. Орлов состоял старшим таксатором (начальником лесоустроительной партии) по Лесному департаменту Министерства государственных имуществ. Эта работа руководителя и инспектора лесоустроительных работ позволила ему превосходно узнать лес и лесное хозяйство разных регионов страны.

Прошло шесть лет после окончания Лесного института. За это время молодой ученый опубликовал 19 работ и обнаружил широкий научный кругозор и разносторонние знания. Это послужило основанием для того, чтобы в 1894 г. в возрасте 27 лет М.М. Орлов был назначен профессором Ново-Александрийского института сельского хозяйства и лесоводства (в бывшем Царстве Польском) по кафедре лесоустройства, лесной таксации и лесоуправления. Одновременно он читал курс «Лесные законы». После смерти его учителя, профессора А.Ф. Рудзкого, в 1901 г. М.М. Орлова приглашают в родной Санкт-Петербургский лесной институт, где он назначается профессором кафедры лесоустройства, которая включала три дисциплины - лесоустройство с лесной экономикой, лесную таксацию и лесоуправление.

Стремясь дать больше простора и самостоятельности отдельным научным дисциплинам лесохозяйственного цикла, профессор Орлов, уже в советский период, проявил инициативу в разделении руководимой им кафедры, а именно, в становлении самостоятельной кафедры лесной таксации, руководителем которой был избран проф. Н.В. Третьяков, который долгое время был ассистентом М.М. Орлова. В 1924 г. была выделена вторая самостоятельная кафедра лесной экономики, которую возглавил профессор С.А. Богословский. Прежняя кафедра с 1924 г. стала называться кафедрой организации лесного хозяйства. Она объединила две дисциплины - лесоустройство и лесоуправление. Этой кафедрой М.М. Орлов заве-

довал более 30 лет. Там же он и скончался 25 декабря 1932 г. Смерть застала его на работе, в кабинете кафедры.

Таковы официальные служебные вехи его жизни. Как же развивалась его личная, семейная жизнь? В 1894 г., уже будучи в состоянии обеспечить семью, Михаил Михайлович женился на Марии Федоровне Сундстрем. У них было 6 детей - 3 сына и 3 дочери.

Трагична история семьи Орловых. Я уже писал, что все братья Михаила Михайловича были кадровыми военными. Следующие по старшинству за Михаилом братья Федор (отец изобретателя трелевочного трактора Сергея Федоровича Орлова) и Павел в русско-японскую войну 1904-1905 гг. от первого до последнего дня сражались в осажденном Порт-Артуре и попали в плен. Павел погиб на германском фронте в конце Первой мировой войны. Федор, после ранения в русско-японскую войну, прошел невредимым через все сражения и стал крупным специалистом по военным железнодорожным перевозкам. Во время Великой Отечественной войны находился в Беломорске на важнейшей железнодорожной магистрали, связывающей порт Мурманск со всей страной. Боролся с хищениями продовольствия, поступавшего по ленд-лизу. Воровавшие написали на него донос, указав, что он был офицером в царской армии. Его арестовали и расстреляли, а через несколько месяцев реабилитировали. Скорбное извещение о реабилитации бережно хранится в нашей семье.

Владимир погиб в войну 1914-1918 гг. Сократ, как и старшие братья, служил в артиллерии. Остался жив и в Первую мировую, и в гражданскую войну. Эмигрировал в Париж. Сестра Михаила Михайловича Мария, вышла замуж за шахтера и умерла в Донбассе уже после Великой Отечественной войны. Трагической была и судьба детей дедушки. Его старшая дочь Дарья умерла в 16 лет от туберкулеза. Горячо любимые сыновья Модест и Михаил учились во второй Петербургской классической гимназии Пос-тельса. В гимназии вместе с братьями Орловыми учился сын банкира, который кичился богатством и пренебрежительно относился

ЛЕСНОИ ВЕСТНИК 3/2007

13

ЭКОНОМИКА

к соученикам. Те решили его побить. Дед категорически отверг такое решение и сказал, что у братьев есть только один способ «отомстить» - учиться лучше обидчика.

Когда началась Первая мировая война, дед сказал, что его семья не может оставаться в стороне, когда России угрожает опасность. На семейном совете обсуждался вопрос, кто пойдет защищать Отечество. Младший сын Сергей был еще маленький, Модест и Михаил пользовались отсрочками от призыва в армию как студенты. Тогда дед сказал, что он сам пойдет. Конечно, сыновья не допустили этого. Они пошли добровольцами, были направлены на ускоренные курсы при Константиновском артиллерийском училище и по окончании отправлены на фронт командирами батарей.

В свете этих событий понятен отказ деда одному из любимых учеников Н.В. Третьякову. В 1914 г. тот попросил ходатайствовать об освобождении его от воинской службы. Михаил Михайлович ответил, что это противоречит его убеждениям, и Н.В. Третьяков попал в армию. К счастью, отказ деда не повлиял на дальнейшие отношения с Н.В. Третьяковым.

Дед в своих поступках сам следовал и учил своих детей действовать согласно трем правилам:

1. По здравому смыслу, то есть по логике обстоятельств.

2. По собственной совести, то есть самим оценивать, что хорошо, что плохо, и выбирать более достойное.

3. По справедливости.

Таково было моральное кредо М.М. Орлова, и всю жизнь он строго следовал ему. Так, Михаил Михайлович никогда во время летних вакаций не отдыхал, как это было принято, ни на южных курортах, ни за границей. Отпуск он использовал для посещения русских лесов и экспертизы ведущегося в них лесного хозяйства. Он курировал леса крупнейших лесовладельцев Кенига, сахарозаводчика Харитоненко и др. Однако, когда богач Харитоненко предложил деду оплатить его работу, категорически отказался, говоря, что он на содержании у государства и не имеет права получать за свою

работу дополнительные деньги. Тогда растроганный Харитоненко, зная пристрастие деда к живописи, хотел подарить ему картину известного русского художника. Дедушка тепло поблагодарил и ... наотрез отказался.

Бабушка вспоминала, как зимой у них на кухне появлялись посыльные от Кенига, Харитоненко и других лесовладельцев и передавали ей то бочонок меда, то топленого масла, а то и икры. Когда дедушка узнавал об этом, то очень сердился и по-доброму выговаривал бабушке: «Зачем ты, Манечка, взяла это? Теперь мне опять придется благодарственное письмо писать».

Еще до революции для намечавшейся железной дороги требовалось отчуждение больших лесных площадей, и дедушку пригласили в качестве консультанта, обещая высокую плату. Он отказался, предвидя разные злоупотребления, которые причинили бы ущерб государству. Аналогичный случай произошел в двадцатые годы. Тогда была организована концессия по эксплуатации лесов «Мологолес». Там хорошо платили и давали продуктовые пайки, тем не менее дедушка не согласился сотрудничать с ними, сказав, что «совесть не позволяет ему там работать». Будучи в послеоктябрьский период старейшим и крупнейшим ученым лесоводом страны, М.М. Орлов по принципу «кому много дано, с того много и спросится» чувствовал большую ответственность за судьбу русского леса, состояние отечественного лесного хозяйства, за его положение среди других отраслей народного хозяйства.

Высокая принципиальность была отличительной чертой М.М. Орлова на протяжении всей жизни. Столь же характерной чертой дедушки была скромность. В его записной книжке нет отметок о получении орденов или повышения в чинах. А ведь он был действительным статским советником, что автоматически давало титул дворянина, и награжден многими царскими орденами.

В записной книжке как важные жизненные события отмечены знакомство с Докучаевым (1893 г.), чтение вступительных лекций, которым профессор придавал большое значение. Мама вспоминала, что дедушка не курил, и только по праздни-

14

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 3/2007

ЭКОНОМИКА

кам после обеда выкуривал сигару. Крепких напитков в доме не держали и изредка после обеда дед выпивал рюмку хереса. В 1904 г. М.М. Орлова избрали помощником директора Лесного института, а в 1907 г. - директором. Директор Лесного института имел право занять отдельный благоустроенный дом около западного фасада здания института, так называемый «директорский флигель». Как сейчас директору полагается государственная автомашина, так раньше полагался конный выезд. Дедушка отказался от дома и от выезда и остался в своей казенной квартире в 13 флигеле, напротив родной кафедры таксации. Однако и эту привычную, обжитую квартиру он считал не вправе занимать после ухода на пенсию.

Он мечтал купить или построить в Лесном собственный дом, как это сделал его коллега профессор Д.Н. Кайгородов. На эту свою заветную мечту он копил деньги всю жизнь. К 1917 г. у него в банке лежало 75 тысяч золотых рублей. Друзья настойчиво советовали ему перевести, пока не поздно, деньги в какой-нибудь иностранный банк. Дедушка от этого отказался, считая такой поступок антипатриотичным. Конечно, деньги, заработанные честным трудом на протяжении всей жизни, в революцию были экспроприированы. Мечта дедушки о собственном доме не осуществилась, но его принципы были сохранены. После его смерти бабушка посчитала себя не вправе занимать старую квартиру и возвратила ее академии. Дедушка просил похоронить его не в парке академии, как это повелось после революции (могилы Э.Л. Вольфа. Д.Н. Кай-городова, М.Е. Ткаченко), а на обычном кладбище. Просил поставить не каменной памятник, а простой крест. Все так и было сделано. М.М. Орлов похоронен на Новодевичьем кладбище в Санкт-Петербурге.

Целеустремленность и работоспособность Михаила Михайловича являлись поучительным примером как для его детей, так и для многочисленных учеников. Дедушкой написано 148 книг и статей общим объемом более 600 печатных листов, и в подавляющем большинстве это были труды непреходящего

значения! Каждого, кто связан с литературной работой, не может не поражать такой гигантский объем написанного. Как же дедушке это удавалось? Пожалуй, прежде всего за счет четко регламентированного распорядка дня. Он рано вставал и всегда ровно в 8 часов утра, в любую погоду, уходил на часовую прогулку в парк. Часто гулял вместе с крестным отцом моей мамы - Д.Н. Кайгоро-довым. Его «Дневники петербургской природы» явились результатом этих прогулок. В 9 часов утра дедушка удалялся в кабинет и работал до завтрака, который бывал ровно в 13 часов. После завтрака опять работал до обеда в 17 часов. Дедушка требовал, чтобы все члены семьи присутствовали за обедом. Дети-гимназисты рассказывали о том, что происходило у них в гимназии, а дедушка делал свои замечания и наставления. После обеда он позволял себе часовой отдых. Обычно он в это время, лежа на диване в кабинете, читал что-нибудь из художественной литературы. Тут уместно сказать, что Михаил Михайлович хорошо знал французский, немецкий и английский языки и свободно читал как техническую, так и художественную литературу. Иностранных писателей-беллетристов всегда читал в подлинниках. После отдыха вновь часа на 2-3 садился за работу. Если в это время кто-нибудь приходил, дедушка выходил к гостю, вежливо здоровался, просил его извинить и продолжал работу. Никогда не работал по ночам. Любопытно, что дедушка писал сразу набело, без черновиков. Предмет, о котором он писал, был ему досконально известен, и все, что он хотел изложить на бумаге, предварительно было всесторонне обдумано и обсуждено. Дедушка вообще отличался четкостью, логичностью и даже афористичностью изложения мыслей. Так, он говорил, что «деньги - это кристаллизованный труд», «передний заднему - мост», «заочное обучение что заочное лечение». Писатель Л.М. Леонов при работе над романом «Русский лес» усиленно штудировал книги отечественных лесоводов, шутливо говоря, что они умеют удивительно скучно писать. «Исключением из этого правила, являются книги профессора Орлова, написанные ярко, образно и свиде-

ЛЕСНОИ ВЕСТНИК 3/2007

15

ЭКОНОМИКА

тельствующие о том, что автор их был научным деятелем с государственным мышлением, ученым крупного плана, глубоко понимавшим проблемы лесной экономики нашей страны».

Было бы ошибочным считать, что М.М. Орлов интересовался только лесным хозяйством и занимался только работой. Дедушка любил театр, живопись, музыку, литературу. Часто бывая в Москве в командировках, он старался попасть в Малый или Художественный театры, в особенности когда там ставили пьесы А.Н. Островского, которого считал блестящим бытописателем русской жизни. Дедушка с бабушкой обычно бывали на всех художественных выставках, а посещение ежегодных выставок дипломных работ выпускников Академии художеств стало традицией нашей семьи. Когда представлялась возможность, ходили на концерты в филармонию. До сих пор в дедушкиных книгах как закладки программы филармонических вечеров. На углу Институтского проспекта и Новороссийской улицы до недавнего времени стоял дом матери композитора Глазунова. По воскресным дням композитор приезжал «из города», как тогда говорили, в Лесное к матери. По просьбе дедушки Глазунов давал открытые концерты. На балкон первого этажа выкатывали рояль, для преподавателей института расставляли на лужайке стулья, а студенты располагались прямо на траве.

Из русских писателей дед высоко ценил всех Толстых, Ф.М. Достоевского,

А.Н. Островского, Н.А. Полевого (дореволюционного исторического романиста), Д.С. Мережковского. Не любил А.П. Чехова, говоря, что «нельзя Россию мазать только одной черной краской». Пушкину предпочитал Лермонтова, считая, что у последнего больше души и чувства. Из иностранных писателей любил В. Гюго, П. Бурже, Оскара Уайльда и особенно поэзию Р. Киплинга. Дедушка собрал огромную библиотеку. По его завещанию вся техническая и научная часть ее (30 тысяч томов) после смерти была безвозмездно передана Архангельскому лесотехническому институту. Должен возразить академику И.С. Мелехову, который считал, что дедушка сделал это из-за нападок на

него в родном институте. Фундаментальная библиотека Лесного института, существовавшего к этому времени уже больше ста лет, располагала богатым книжным фондом, которым дедушка широко пользовался и хорошо знал. А только что созданный Архангельский институт не имел достаточного количества специальной, а тем более уникальной специальной литературы.

Бабушка вспоминала, что по политическим убеждениям М.М. Орлов был кадетом (конституционным демократом), хотя никогда активно в политической жизни не участвовал. После революции дедушка принял новую власть, считая ее «волеизъявлением народа». К концу жизни, после многочисленных актов «красного террора» (в том числе уничтожения инакомыслящих, раскулачивания, расказачивания и пр.), он понял пагубность новой власти для Отечества и оставил своим потомкам заветную сигару, которую завещал выкурить, когда бесчеловечный строй рухнет. В семье Орловых не было классовых и национальных предрассудков. В числе любимых учеников профессора М.М. Орлова были русский Николай Васильевич Третьяков, еврей Айзик Абрамович Байтин, поляк Аполинарий Иванович Тарашкевич, украинец Михаил Елев-ферьевич Ткаченко, латыш Освальд Оттович Герниц. При выборе помощников и учеников Михаил Михайлович принимал во внимание только личные качества человека, а именно: ум, деловитость, энергию, находчивость, трудолюбие, честность и преданность делу. С такими факторами, как знакомства, рекомендации и ходатайства, Михаил Михайлович совершенно не считался. В начале тридцатых годов дедушка подвергался усиленной травле. Лесные журналы тех лет призывали лесную общественность к беспощадной критике «буржуазных теорий» о постоянстве лесопользования и их носителей - профессоров М.М. Орлова, Г.Ф. Морозова, Д.Н. Кайгоро-дова и других.

Особенное озлобление у людей, опиравшихся на известную идеологию, вызывала книга «Об основах русского государственного лесного хозяйства», написанная М.М. Орловым в 1917 г. и опубликованная в 1918 г. Это было время, когда требовали упразднить

16

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 3/2007

ЭКОНОМИКА

само понятие собственности и разделить всех и вся. И именно тогда на всю Россию прозвучал голос профессора М.М. Орлова:

«Берегите русские леса! Разве это не очевидно само собою так же, как берегите свое здоровье и имущество? Каждый, имеющий что-либо сказать о судьбе русских лесов, обязывается к этому долгом гражданина.

Не преувеличивайте лесного богатства России - оно не так велико как думают, так как много только лесных площадей, но мало запасов древесных. Отбросьте мысль о земельном фонде за счет лесов. Расчищайте пустыри, выгоны, заросли, но не уничтожайте хороших лесов.

Леса в России распределены по площади крайне неравномерно. Поэтому проявляемый сепаратизм в лесоуправлении вопиет против здравого смысла.

Не отнимайте леса у тех лесовладельцев, в чьих имениях ведется образцовое лесное хозяйство. Эти люди работали и продолжают работать не только для себя, но и для всего общества.

Помните, что плохо и очень плохо в России велось лесное хозяйство в самоуправляемых общественных (крестьянских) лесах. Например, в Костромской области при общей площади общественных лесов более 1 млн дес. «они ... представляют из себя в громадном большинстве жалкие заросли, годные разве на веники».

Провозглашаемые теперь требования национализации всех лесов таят реальную опасность в связи с туманностью и неопределенностью самого этого термина, а также в связи с неопределенностью понятия «нация» в новых условиях. Выдвигаемые параллельные требования об отмене централизованного лесоуправления, самого Лесного устава, регламентации лесопользования «о немедленной отмене всех изданных законов и распоряжений, касающихся ничем не оправданных лишений в получении древесины...» говорят скорей всего не о том, чтобы леса были и оставались в собственности и под контролем государства, а об их муниципализации и даже социализации, т.е. о передаче лесов в собственность и самоуправление земствам и общинам. При этом нельзя

не видеть, что «разложение России идет так быстро и глубоко, что ... каждая губерния, если не уезд, вероятно, скоро будут претендовать на автономность и на передачу ему всех лесов. Поэтому можно думать, что идея муниципализации будет следующим этапом русского лесоистребления, прикрываемого социалистической идеологией».

Не менее опасным для судеб русских лесов представляется требование советизации лесничеств, т.е. выборности лесной стражи и того, чтобы профессиональные вопросы, до сих пор решаемые профессионалами, при их персональной ответственности, решались бы голосованием на заседаниях советов лесничеств. «Ведь это почти то же самое, что поручить ... лечение больных в лечебнице... не врачу, а совету из врача, фельдшера, аптекаря, санитара и повара...; все эти люди могут быть весьма полезными, заслуживающими всякого внимания, и посоветоваться с каждым из них в области его специальности никто не прочь; но призвать их на официальный совет по вопросам вне их компетенции, значит только напрасно тревожить людей скромных и способствовать развитию излишнего самомнения у людей легкомысленных». По сути дела, система управления через советы «... есть система управления лесничим, связанным по рукам и ногам и ни за что не ответственным». Эта система должна быть немедленно упразднена; должны быть восстановлены свобода и независимость государственных лесничих как субъектов хозяйства, имеющих возможности и права для хозяйственного и технического творчества. Лесничий есть производитель, а не распределитель лесных благ.

В обоснование требований о социализации лесов нередко выдвигается в качестве аргумента утверждение, что «лес есть подарок природы человеку, что лес - Божий, а потому он должен принадлежать всем вместе и никому в особенности».

«...Такой взгляд на лес необычно соблазнителен для тех, кто расхищает заведомо им не принадлежащее...». На утверждении «лес - Божий» ничего позитивного построить нельзя. В действительности, при всех уровнях ведения лесного хозяйства лес

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 3/2007

17

ЭКОНОМИКА

всегда был чей-то собственностью - лица, группы лиц или государства, охраняющего не только свои границы, но и то, что в них заключено.

Собственник казенных лесов есть государство, т.е. весь народ, образующий государство. Поэтому отбросьте мысль о том, что не народ, а всего лишь его часть - местное население - может само контролировать себя в пользовании этими лесами.

Собственник лесов - государство, т.е. весь народ должен получать от своих лесов наибольшую постоянную пользу при условии не только сохранения, но и улучшения лесов. Этот результат невозможен при выдаче каждому его доли лесных продуктов натурой, но он легко достижим, если получаемый лесной доход идет в государственную казну и используется на благо всех граждан и самого леса. Поэтому задачей каждого государственного лесничего и всего казенного лесоуправления является наиболее эффективное использование земли путем выращивания возможно лучших и разнообразных лесов и получение постоянного и возможно более высокого лесного дохода. «Это большая и сложная задача и нельзя ее осложнять другими».

Много лет прошло после публикации названной книги. Однако содержание этой и других книг М.М. Орлова не устарело. Революция в лесах России продолжается. Только теперь споры идут уже не о разделе лесов страны между ее жителями, а о том, как задержать вхождение государственного лесного хозяйства в социально ориентированную рыночную (товарно-денежную) экономику, чтобы под разными предлогами можно было и впредь брать древесину в лесу бесплатно или практически бесплатно. И эти споры, заметим, идут не о какой-то мелочи, а о многих десятках миллиардах рублей лесного дохода, принадлежащего государству в целом, т.е. каждому из его граждан.

Возвращаясь назад, к тому, что было в 30-е годы, считаю нужным сказать, что

тогда в родной Академии непримиримыми врагами М.М. Орлова были Малышев, Креслин, Прохорчук, Калинин. Бабушка вспоминала, что все чаще, после обеда дед не ложился с книгой, а сидел, глубоко задумавшись, за письменным столом. Глаза его стекленели, и когда бабушка спрашивала, что с ним, отвечал: «Сердце болит, болит за наши леса».

Вот как вспоминал последний день жизни деда известный лесоустроитель А.П. Кобзарь, бывший в то время студентом лесохозяйственного факультета. «Я случайно находился в кабинете Михаила Михайловича в перерыве между лекциями, когда туда вошел С.В. Малышев, бывший тогда комсомольским вожаком. Малышев, не спрашивая разрешения, уселся напротив Михаила Михайловича и в развязной форме начал разговаривать с профессором. Малышев говорил: «Уж и не знаю, когда вас лучше посадить, профессор, сегодня или через неделю?» После паузы добавлял: «Нет, нужно сажать вас завтра же - уж больно вы вредный человек для страны».

Этот «душеспасительный» разговор был для дедушки последним. Впрочем, в семье потом часто говорили, что даже хорошо, что дедушка не дожил до ареста. Грустно думать, что в 1932 г. дедушке было только 65 лет и он был здоров, полон сил и замыслов.

М.М. Орлов был подлинным гражданином и патриотом Родины, родной России. Он рассматривал свою деятельность как служение своей стране, Русскому лесу и своему народу. Михаил Михайлович готов был пожертвовать всем: материальным благополучием, любимыми детьми, даже жизнью.

После смерти основоположника русского лесоустройства профессора М.М. Орлова прошло уже более 70 лет. Его яркая жизнь, его вдохновенное творчество являются примером и для ныне живущих, и для грядущих поколений.

18

ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 3/2007