К вопросу об определении понятия «Правосознание»

4. Диев B.C. Управленческие решения: неопределенность, модели, интуиция. Новосибирск, 2001. С. 73.

5. Рузавин Г.И. // Вопр. философии. 1998. № 7. С. 67.

6. Найт Ф.Х. Риск, неопределенность и прибыль / пер. с англ. М., 2003. С. 225.

7. Shrader-Frechette K.S. Risk analysis and scientific method: methodological and ethical problems with evaluating societal hazards. Dordrecht [etc.]: Reidel, 1985. S. 22.

8. Luhmann N. Soziologie des Risikos. Berlin; N. Y., 1991. S. 26.

9. Джохадзе ИД. Неопрагматизм Ричарда Рор-ти. М., 2001. С. 78.

10. Bonfi W. Vom Risiko. Unsicherheit und Ungewiftheit in der Moderne. Hamburg, 1995.

S. 120.

Поступила в редакцию 23.05.2007 г.

К ВОПРОСУ ОБ ОПРЕДЕЛЕНИИ ПОНЯТИЯ «ПРАВОСОЗНАНИЕ»

Е.П. Смородина

Smorodina E.P. On definition of the concept «law consciousness». The problem of law consciousness as an ideonormative model is analyzed in the article. Law consciousness is viewed as a unity between the real and the ideal. This interpretation of law consciousness covers axiological, epistemological, and praxiological approaches to the law and considers the law from the philosophical point of view.

Общепринято считать понятие «правосознание» одной из важнейших категорий в осмыслении феномена права. По мере роста внимания исследователей к проблеме права увеличивается количество публикаций, освещающих те или иные аспекты правосознания. Вместе с тем, обнаруживаются определенные проблемы в понимании концепта «правосознание» и потребность в уточнении ряда положений, казавшихся ранее очевидными, тем более, что общепринятого определения данного понятия нет. Проблема правосознания стала предметом исследования таких выдающихся российских ученых правоведов, как Б.А. Кистяковский, Б.Н. Чичерин, Г.Ф. Шершеневич и др. [1-3]. В указанных работах преобладало мнение, что правосознание представляет собой осознание правомерного поведения на уровне мотивации индивида. Одна из первых попыток рассмотреть понятие «правосознание», имеющее отношение к правовой реальности, а не к индивидуальной мотивации, была предпринята П.П. Новгородцевым, хотя концептуального определения данного понятия им не было дано [4].

В работе И.А. Ильина «О сущности правосознания» правосознание рассматривается по разным основаниям: общефилософскому,

религиозному и антропологическому. С точки зрения И.А. Ильина, правосознание представляет собой «инстинктивное правочувст-вие», в котором реализуется собственная духовность и признается духовность других людей. Источником правосознания является религиозное чувство и совесть, без них правосознание представляет собой «черствую форму, лишенную дара любви и дара созерцания» [5, 6]. И.А. Ильин подчеркивал, что правосознание является универсальной онтологической категорией, включающей идею мирового порядка, выступающей основой мироздания, определяющей социальные и правовые реалии. Идеи И.А. Ильина по поводу осмысления правосознания не потеряли теоретическую значимость в настоящее время, особенно когда происходит переосмысление ценностей в сфере права и правосознания и обновление реалий в социально-правовой сфере.

В дальнейшем в отечественной литературе в терминах исторического материализма преобладали следующие подходы к изучению и анализу правосознания. Первый подход был связан с изучением правосознания как «классовой категории», отражающей определенные экономические отношения [7, 8]. Другие исследователи акцентировали внима-

ние на том, что основой правосознание выступает правопонимание, отношение людей к праву [9, 10]. К структурным компонентам правосознания относили правовую психологию [8] или правовую идеологию [11], или два компонента одновременно [12]. В обще-ствознании также подчеркивался оценочный аспект правосознания [9].

В дальнейшем предпринимались попытки рассмотреть правосознание с позиции социальной философии, оставаясь в концептуальных рамках исторического материализма. В терминах этого методологического подхода проблема правосознания, его структура и характерные черты привлекала внимание многих исследователей и рассматривалась в детерминационной зависимости от других сфер общественного сознания [13-20]. Оно рассматривалось как сложный, многоаспектный феномен, анализируемый в контексте социального взаимодействия с другими формами общественного сознания. Традиционно в рамках диалектико-материалистического подхода правосознание трактовалось как явление общественного сознания, выступающее отражением правовой реальности в обществе. Кроме того, изучение правосознания с социально-философской точки зрения подразумевало, что данный феномен связывает состояние правосознания с общественным сознанием, отражающим и осмысливающим различные явления в обществе и реализующимся в практической деятельности людей в сфере права. Так, А.К. Уледов отмечал необходимость применения гносеологического и социологического подходов при изучении форм общественного сознания, включая правосознание, и обращал внимание на возможное несоответствие между состоянием правосознания и его реальным воплощением в правовой сфере социума [18, 21, 22]. Правосознание включалось в общественное сознание, подчиняясь общим закономерностям его развития. Вместе с тем, подчеркивалась относительная самостоятельность правосознания в структуре общественного сознания в целом. Оно имело свой предмет отражения и объект воздействия [23].

Несмотря на различия в определения понятия «правосознание» в отечественной литературе 60-90-гг., некоторую однозначность в определении можно отметить. Правосознание - это форма общественного сознания

(групповой и индивидуальный уровни), отражающая правовую действительность в форме определенных знаний. Правосознание, отражая общественное бытие (социальноправовую действительность), избирательно и активно. Его активность проявляется в том, что оно реализуется в практической деятельности людей, определяя и направляя их действия. Правосознание, являясь продуктом общественного развития, фиксирует и отражает общественные отношения в специфической форме, и через общественную практику активно воздействует на связи и отношения, преобразуя их в соответствии с целями и задачами развития общества. Правосознание влияет на развитие права и формы его реализации.

В современной литературе по философии права отмечается тенденция к определению понятия права и правосознания с позиции объективного идеализма в духе Гегеля, использовавшего в своем теоретическом арсенале термин «идея права» или аксиом права, введенного И.А. Ильиным. Впервые такой поворот совершил Н.Н. Алексеев в двадцатых годах XX в. Он акцентировал внимание на отношении права к идее целого, что приводило нас к установлению основной правовой ценности, - к справедливости [24]. Справедливость понималась как основа объективного порядка и добродетели. В современных учебниках по философии права и теории государства и права подобная ориентация прослеживается наиболее отчетливо. Так, Г. Данильян отмечает, что выявление правовых смыслов, т. е. установок правосознания, есть необходимое условие их последующего усвоения. Но правовые смыслы обладают двойственной природой. Они являются одновременно и установками нравственного сознания. И далее, по И.А. Ильину, об аксиомах правосознания: законе духовного достоинства (самоутверждения), законе автономии (способности к самообязыванию и самоуправлению) и законе взаимного признания (взаимное уважение и доверие людей друг к другу). Деформация правосознания проявляется в искажении представлений о ценности права в различных формах: правовом нигилизме,

правовом инфантилизме, правовом дилетантизме и «перерождении» правосознания [25].

С.С. Алексеев подчеркивает, что ключевым пунктом правосознания выступает осоз-

нание людьми ценностей естественного права, прав и свобод человека и одновременно представлений о действующем позитивном праве, о том, насколько оно соответствует естественному праву, правовым ценностям и идеалам. Естественная жизнь людей диктует определенные требования. Для того чтобы приобрести правовой характер, эти требования должны преломиться через правосознание, его культурные коды (понятийный аппарат и лексику). Только тогда вытекающие из естественной среды требования приобретают облик правовых требований и складывающиеся в соответствии с ними прообразы правил - характер прообразов юридических норм. Правовое сознание отделимо от собственно права весьма строгой гранью, довольно четкой, зримой. Если правосознание - область сугубо духовной, субъективной жизни людей, существующая независимо от того, получила она или нет внешнюю, «предметную» объективацию [13, 26], то право объективируется.

В.Н. Мамах утверждает положение о том, что содержание правосознания раскрывается посредством смысловых единиц, вписанных в структуру рациональной мысли. Воплощением правового идеала выступает идея естественного права. Моральные наслоения в идее естественного права ... не меняют ее правовой сути. Суть же эта заключается в признании реальных повсеместно воспроизводимых черт и потребностей любого человека как неотъемлемых, природных, имманентных, абсолютных и т. п. [27].

А.Б. Венгеров, пытаясь преодолеть «наследие марксизма» в правоведении, стремится заменить традиционную парадигму общественных наук с ее принципами детерминизма, взаимосвязи объективного и субъективного в общественном развитии и материалистической диалектикой синергетикой, наукой о самоорганизующихся процессах. Нашей задачей не является критический анализ работы в целом, важно отметить поворот правовой науки в сторону методологии объективного идеализма и элементов иррационализма [28].

То, что идеи права составляют содержание правосознания, не вызывает возражения. Идея есть сама действительность, представленная в нашем сознании. Идеи представляют собой порождение разума, интеллекту-

альной интуиции, благодаря интеллектуальной интуиции человек способен выйти за пределы чувственных явлений и устремиться к «вещам самим по себе». Помимо творческих и познавательных идей существуют идеи практические (моральные, политические, правовые). Они, как идеи, наделены регулятивной, направляющей функцией (таковы идеи свободы, равенства, справедливости, добра и др.) [29]. Правовые идеи выступают представлениями о правовых ценностях и путях их реализации.

Практические идеи, в том числе идея права, являются понятиями, посредством которых в ментальном и практическом индивидуальном и социальном опыте людей отражаются высшие духовные ценности (через мораль - сфера должного). Именно через них человек проявляет себя как разумное, автономное, свободное существо в интерсубъективном пространстве, тяготеющее к универсальности (у И.А. Ильина третьей аксиомой правосознания выступает закон взаимного признания [5]). Вне этих характеристик право, нравственность не имеют смысла, ибо на правовом представлении о свободе основано оправдание всех прав человека: право на жизнь и ее безопасность, собственность, свободу перемещений, свободу совести и т. д. Исходя из этого, на наш взгляд, правосознание можно определить как духовное явление, возникающее в результате отражение индивидуального и социального опыта человека в виде идей, ментальных конструкций, воплотившихся в совокупности знаний, оценок и ценностей как по отношению к праву, так и опосредующих его социальных институтов (государства, легального законодательства, правопорядка).

Идеи права и правосознания [20] обнаруживаются не только в онтологическом плане, присущем бытию как таковому, но и в рестриктивно-оценочных суждениях. Идеи права являются практическими, ориентируют людей в социальном пространстве (аксиологическая и регулятивно-нормативные функции правосознания). Правовым запретам и оценкам присущи следующие черты: исполнение правовых норм обусловлено внешним контролем; запрет воспринимается как закон; закон задан внешним авторитетом (естественное право); запреты рассматриваются как абсолютные, правовая практика предопределя-

ется принудительностью со стороны ценностей и требований естественного права. Для правосознания характерна рутинно воспроизводимая норма, адекватная множеству типичных ситуаций. Кроме того, само формальное требование объективировано в действии и выступает четким ориентиром для реализации конкретных целей, символом ее реализации. С функциональной точки зрения для правосознания важна самодовлеющая по отношению к содержанию форма. Такая норма включает не только средство, но и норму, цель и результат действия. Правосознание обладает нормативно-предписательным действием на основе соотнесения различных моделей поведения с правовыми принципами и нормами. Перечисленные идеи права формировали правовой идеал, носящий отвлеченный характер, а практические социальные требования, через которые этот идеал осознавался, включался в регулирование отношений людей в социуме.

Таким образом, нам представляется, что содержательная сторона правосознания включает идеи, базовые установки, отражающие саму действительность в сознании человека, понятия же выступают как представления об этой действительности и оформляются в теоретические конструкции. Развертывание идеи права является рефлексией правосознания. Некоторые исследователи отмечают, что в идее права слиты четыре момента: сознание права, чувство права, правовой идеал и правовая реальность [27]. Позволим не согласиться с подобным утверждением. Идея права, тематизируемая в принципах порядка, гармонии, справедливости и т. д., выступающая как регулятивная идея, на которую ориентируются люди, никогда не может быть реализована в эмпирической реальности. Идеи права составляют содержательную сторону правосознания. Кроме того, выделяя в качестве структурных компонентов сознания и чувства права, мы невольно отмечаем уровни правосознания: психологически-эмоциональный и рационально-теоретический. Да, это обосновано, когда мы рассматриваем правосознание на социально-философском уровне. Но ведь речь идет об идеях правосознания, носящих всеобщий, абсолютный, безусловный характер, воплощенных в правовом идеале, выступающем как руководство к действию через

нормативную кодификацию, отличающуюся рестриктивностью и формализованностью. На основе понимания идеальной стороны правосознания в виде идей права раскрывается особенность правосознания, проявляющаяся в ее нормативности. Правосознание содержит в себе не просто идеи, а руководство к действию, нормативные директивы. Идеи правосознания через идеалы включаются в практическую деятельность субъекта и являются для него нормой, критерием оценки, т. е. ценностью. Поэтому идеонорма-тивная сущность правосознания должна рассматриваться как универсальная его сущность.

Нам представляется, что осмысление правосознания как идеонормативной модели позволяет более глубоко понять его характерные черты. Правосознание основывается на социальном значении права в качестве универсального (порядок, справедливость, свобода) регулятора отношений человека к миру (космоцентрическая и теоцентрисиская культурно-социальные парадигмы) и отношений людей в обществе (антропоцентрист-ская парадигма). Идеонормативная модель правосознания выводится из многомерности социального бытия (онтологическая основа); необходимости транслировать, закреплять механизм функционирования правосознания (гносеологическая основа); регулировать и реализовывать правовые отношения через деятельность субъектов (праксеологическая основа) и оценивать практическую значимость правовых норм (аксиологическая основа). Многоаспектный подход к определению понятия «правосознание» позволит, на наш взгляд, осмыслить его как целостный феномен.

1. Кистяковский Б.А. Философия и социология права. СПб., 1988.

2. Чичерин Б.Н. Опыты по истории русского права. М., 1858.

3. Шершеневич Г.Ф. Определение понятия о праве. Казань, 1896.

4. Новгородцев П.И. Сочинения. М., 1995.

С. 300-307, 328-340.

5. Ильин ИА. О сущности правосознания // Собр. соч.: в 10 т. Т. 4. М., 1994. С. 149-415, 310.

6. Окара А.Н. // Государство и право. 1999. № 6. С. 84-93.

7. Келле В., Ковалъзон М. Формы общественного сознания. М., 1959. С. 69.

8. Фарбер И.Е. Правосознание как форма общественного сознания. М., 1963. С. 91-296.

9. Общественное сознание и его формы. М., 1986. С. 109-123.

10. Основы марксистско-ленинской философии / Ф.В. Константинов (рук. авт. кол.), А.С. Богомолов, Г.М. Гак и др. М., 1978.

11. Формы общественного сознания / редкол.: Г. М. Гак (отв. ред.) и др. М., 1960.

12. Лукашева Е.А. Социалистическое правосознание и законность. М., 1973. С. 90.

13. Алексеев С.С. Философия права. М., 1997. С. 25-26.

14. Малахов В.П. Философия права. М.; Екатеринбург, 2002.

15. Казимирчук В.П., Кудрявцев В.Н. Современная социология права. СПб., 1995.

16. Нерсесянц B.C. Проблемы общей теории права и государства. М., 2001.

17. Пашуканис Е.Б. Избранные произведения по общей теории права и государства. М., 1980.

18. Уледов А.К Структура общественного сознания. М., 1968. С. 27.

19. Хайкин Я.З. Структура и взаимодействие моральной и правовой систем. М., 1972.

20. Юрашевич Н.М. // Государство и право. 2005. № 7. С. 69-74.

21. Уледов А.К. Духовная жизнь общества. М., 1990. С. 15-41.

22. Гак Г.М. Учение об общественном сознании в свете теории познания. М., 1960. С. 200.

23. Общественное сознание и его формы. М., 1985. С. 108-143.

24. Алексеев Н.Н. Основы философии права. СПб., 1999. С. 119-127.

25. Философия права / под ред. О.Г. Данильяна. М., 2005. С. 278-281.

26. Алексеев С.С. Государство и право. М., 1996. С. 103.

27. Мамах В.Н. Философия права. М., 2002.

С. 125-127.

28. Венгеров А.Б. Теория государства и права. М., 1996. С. 168.

29. Майоров ГГ. Философия как искание Абсолюта. Опыты теоретические и практические. М., 2004. С. 115-120.

Поступила в редакцию 29.05.2007 г.

КОГНИТИВНЫЙ (ТЕОРЕТИКО-ПОЗНАВАТЕЛЬНЫЙ) АСПЕКТ ИССЛЕДОВАНИЯ

ПРОЦЕССА ОБРАЗОВАНИЯ ПРАВА

В.В. Трофимов

Trofimov V.V. Cognitive (theoretical and perceptive) aspect of investigation of law formation process. The article looks at the problem of modification of cognitive bases of law formation theory. Critical analysis of materialistic cognition theory is carried out. Prospects of applying up-to-date epistemological structures in the law theory are considered.

В правовой науке в настоящее время ощущается потребность уйти от противопоставления между юснатурализмом (естественным правом) и легизмом (юридическим позитивизмом), или, в иных интерпретациях, между правом и законом, правовым и строго юридическим. Исходя из различных гипотез ученые приводят довольно весомые аргументы в пользу возможного «сглаживания» противоречий между названными направлениями. В частности, отмечается характерная для эволюционирующей правовой культуры тенденция на взаимодополняемость естественного и позитивного права [1]. В другом случае перспектива определенной интеграции

видится в рамках «всеобъемлющей» позитивной философии, которая позволяет объединить самые ценные «легистские» и «юсна-туралистские» правовые идеи [2]. Однако, как представляется, ни опыт эволюции западноевропейского правового мировоззрения, ни потенциал философского позитивизма, ни другие попытки почему-то пока не позволяют устранить «демаркацию» права -закона, установившуюся между ними неоправданную и малополезную дихотомичность.

Складывается довольно парадоксальная ситуация, когда при наличии большого желания сдвинуть юриспруденцию со стагнационной точки, наука приходит к одному и