Фауна паразитов и динамика инвазий у овец и коз на Южном Урале

Фауна паразитов и динамика инвазий у овец и коз на Южном Урале

З.Х. Терентьева, к.в.н., Оренбургский ГАУ

Изучение фауны паразитов разных видов животных, а также вопросов взаимоотношений возбудителей между собой и влияния их на организм хозяина имеет как теоретическое, так и практическое значение. Особенно это важно при разработке мероприятий по борьбе с инвазиями в разных климато-географических зонах.

Этот вопрос касается и мелких жвачных животных в Оренбуржье. Ситуация по паразитарным заболеваниям овец и коз остаётся актуальной.

Распространению инвазий способствуют такие факторы, как недостаточно качественная диагностика патологий у обследуемого поголовья животных, инвазированность животноводческих пастбищ и помещений для содержания, высокая стоимость противопаразитарных препаратов, а иногда их полное отсутствие в ветеринарной сети. Так, всем известный эффективный препарат — ареколин бромистоводородный, против кишечного эхинококка не выпускается химической промышленностью, а рекомендуемые препараты

(альбен) не оказывают необходимого эффекта или очень дорогостоящие (празиквантел, дрон-цит). Знание сезонной динамики, длительности течения болезни и сохраняемости инвазионного начала в разных условиях внешней среды важно для успешной борьбы с гельминтозами. Прежде всего, сезонность выделения инвадентов имеет связь с эволюционным приспособлением гельминтов к выбросу в окружающую среду зародышей в тот период года, когда для них складываются наиболее благоприятные условия. Повышенная физиологическая активность и массовое созревание большинства гельминтов происходит весной и летом, в меньшей степени осенью.

Приживаемость гельминтов наиболее высока весной и осенью, зимой несколько снижается, а летом она минимальна. Это объясняется тем, что летом повышается резистентность организма хозяина, активизируются его защитные и иммунобиологические реакции. Несомненно, что в зимне-весенний период, в результате обеднения организма хозяина витаминами, микро- и макроэлементами, сопротивляемость

его снижается. Низкие зимние температуры также отрицательно влияют на организм. Сообщается, что самки животных более восприимчивы к трихостронгилоидозам, и приживаемость гельминтов у них выше, чем у самцов. Наиболее высокую экстенсивность нематодирозной инвазии обнаруживают среди ягнят до года. Овцы старше двух лет поражены этим гельминтозом значительно реже. Установлено, что проявление гемонхоза выражено чаще в середине или в конце пастбищного периода. В Казахстане ряд учёных наблюдали проявление гемонхоза весной [1]. Однако в Павлодарской области гемонхоз проявляется преимущественно в летнеосенний период. Весенний пик инвазии приходился на период гибели животных прошлого года рождения, а осенний подъём происходил в основном за счёт гибели козлят текущего года рождения. У разных гельминтов овогенез происходит в течение всего года, но имеются периоды подъёма и спада яйцекладки. Весной стронгиляты, паразитирующие у жвачных, усиливают продукцию яиц. Это явление получило название весеннего подъёма (spring — rise). Представляется, что некоторые гельминты способны распознавать неблагоприятные погодные условия (засушливость, влажность, сильный холод или жару). Чтобы избежать кладки яиц, у некоторых паразитов нет шансов развиться до стадии заражения пастбищ. Личинки могут останавливать свой рост, оставаться в состоянии гипобиоза в стенках кишечника. Эти гипобиотические личинки могут выживать в таком состоянии в течение 3—5 месяцев. Личинки возобновляют своё развитие при благоприятных условиях (у овец к концу беременности). В итоге, гельминты откладывают максимум яиц обычно в период от двух до шести недель после окота [8]. Известно, что при стронгилятозах проявляется состояние латентной инвазии. В средней и северной полосе России [2] латентная инвазия отмечалась с конца осени до конца зимы. В этот период у половозрелых самок нематод снижалась яйцекладка и задерживалось развитие личинок и молодых гельминтов зимой. С наступлением весны происходило ускоренное созревание паразитов, половая активизация нематод, и в итоге проявлялся весенний подъём яйцепро-дукции. Ряд исследователей [1, 2, 6, 7] считают распространение хабертиоза и др. нематодозов повсеместным и сезонным. Исследователи указывали на то, что сроки развития, выживаемость инвазионных личинок гемонхусов, остертагий, трихостронгилюсов, хабертий, нематодирусов и др. находятся в зависимости от климатических условий. Отмечено, что заражение овец строн-гилятами на территории Киевского Полесья происходило со второй половины апреля по ноябрь-декабрь с двумя максимальными подъ-

емами: апрель-июнь и август-сентябрь. Изучая гельминто-эпизоотическое состояние на юге Казахстана, на основании вскрытий животных и копрологических исследований по Столлу и Вайда отмечено, что высокая степень гемонхоза наблюдалась в зимне-весенние месяцы (февраль, март и середина апреля). При этом отмечено, что у взрослых овец большее количество яиц выделяется в декабре-феврале, у ярок текущего года рождения в мае-июне. В Казахстане высокая инвазированность овец и коз хабертиями, гемонхами отмечалась в феврале-марте [1]. У овец наибольшее количество выделившихся яиц нематод в фекалиях наблюдалось в июле. При изучении динамики инвазий в разных регионах с декабря по май превалировало количество гельминтов из семейства Тг1сЪо51гоп^у1ин, а в сентябре-декабре — Н. СоШог1ш [5, 8, 9]. Установлено, что козы большинства штатов Индии заражены разными видами эймерий. Отмечена корреляция между количеством осадков и степенью инвазированности животных.

Таким образом, данные литературы убедительно свидетельствуют о различии сезонной динамики инвазий, вызванных разными видами паразитов в желудочно-кишечном тракте мелких жвачных животных.

Цель исследования — изучение фауны паразитов и динамики инвазий в разных половозрастных группах овец и коз в районах Оренбуржья.

Были поставлены задачи: идентификация и оценка видового состава паразитов у мелких жвачных; изучение сезонной и возрастной динамики инвазий; определение состава компонентов паразитоценозов; анализ межвидовых отношений и влияние паразитов друг на друга в желудочно-кишечном тракте животных до 1 года; от 1 до 2-х лет; старше 2-х лет.

Материал и методы исследования. Объектом исследования явились овцы южно-уральской, ставропольской и козы оренбургской породы, проведены копрологические исследования материала (3350 проб) и вскрытие трупов животных (720 гол.) трёх возрастных групп из разных районов. Проведено послеубойное диагностическое вскрытие (230 туш) и исследование органов животных (от 230 туш). Для проведения исследований были применены общепринятые в паразитологии методы: метод Фюллеборна, Вайда, последовательного промывания, вскрытие органов по методу К.И. Скрябина.

Результаты исследований: многообразие природных условий Оренбуржья определяет видовой состав паразитов овец и коз. В результате многочисленных исследований у этих видов животных на территории Оренбуржья выявлен широкий видовой состав паразитов. Природные очаги инвазий мелких жвачных животных

поддерживаются за счёт овец, овцы являются основным источником инвазий, а за счёт коз происходит «подпитывание» инвазийным началом. Соответственно овцы играют ведущую роль в поддержании численности популяций паразитов, а также в развитии инвазионного эпизоотического процесса. Причём в нашей степной зоне стабильными являются очаги по стронгилятозам, дикроцелиозу, эхинококкозу, мониезиозу.

В этих биоценозах инвазия развивается с конца мая по конец ноября. Обмен паразитами между овцами и козами происходит в течение всего пастбищного сезона. Стабильность развития эпизоотического процесса при паразитозах обеспечивается наличием этих видов животных, а также природно-климатическими условиями. Сдерживающим фактором развития инвазий является засушливое лето, что ограничивает развитие инвазионного начала некоторых паразитов во внешней среде, и, соответственно, в летний период развитие многих инвазий снижается. Изменение характера хозяйственной деятельности, значительное сокращение поголовья животных не может не влиять на структуру паразитофауны мелких жвачных животных.

В результате исследований обнаружены все группы паразитов: нематоды, цестоды, трематоды, личиночные стадии цестод, эктопаразиты, чесоточные клещи, личинки оводов, простейшие. При визуальном осмотре внешних покровов были обнаружены эктопаразиты: волосовики, рунец овечий, кровососки; при взятии соскобов с кожи — чесоточные клещи разных видов.

При копрологическом исследовании обнаружены яйца разных гельминтов: трихостронгилид, нематодир, мониезий, остертагий, трихоцефал, эзофагостом, а также были выявлены простейшие — несколько видов эймерий. При вскрытии трупов, диагностическом вскрытии туш и полном гельминтологическом исследовании внутренних органов на серозных оболочках внутренних органов обнаружены сетарии, цистицерки тенуиколь-ные и имели место такие заболевания: цисти-церкоз тенуикольный, эхинококкоз ларвальный, ценуроз церебральный, сетариоз, дикроцелиоз. Фауна паразитов овец представлена следующими доминирующими видами: D. lanceatum, E. granulosus larva, C. сerebralis, C. tenuicollis, M. вenedeni, M. еxpansa, T. giardi, Chabertia ovina, B. trigonocephalum, H. contortus, N. spathiger, N. filicollis, N. abnormalis, N. Helvitianus, N. oira-tianus, N. andreevi, Trichostrongylus axei, T. probo-lurus, T. Capricola, T. columbriformis, T. skryabini, T. vitrinus, Os. circumcincta, Os. occidentalis, Oesophagostomum. venulosum, Trichocephalus ovis, T. skryabini, Eimeria ovina, E. skryabini, Setaria ovina, E. arloingi, E. faurei, E. ninaekohlyakimovae, E. crandalis, E. parva.

Видовой состав паразитов овец и коз по основным морфологическим характеристикам оказался аналогичным, за исключением некоторых видов возбудителей. Так, паразитами специфичными только для овец оказались: ди-кроцелии, диктиокаулы, эструсы, эхинококки ларвальные.

При этом отмечены некоторые различия в размерах паразитов, в морфологических особенностях строения. В то же время фауна паразитов овец имеет специфичность в отношении нескольких видов возбудителей. Так, общими для овец и коз явились следующие виды гельминтов:

Трихостронгилы

Нематодиры

Эймерии

Буностомы

Ценуры церебральные

Цистицерки тенуикольные

Скрябинемы

Гемонхи

Трихоцефалы

Хабертии

Мониезии

Динамика инвазий у овец в разных географических зонах варьировала и представлена также в широких пределах:

ЭИ по дикроцелиозу — от 17,3 до 18,8%, ИИ — от 39 до 1500 экз.

ЭИ по мониезиозу — от 8,2 до 14,5%, ИИ — от 1 до 3 экз.

ЭИ по эхинококкозу — от 23,2 до 32,2%, ИИ — от 1 до 27 экз.

ЭИ по цистицеркозу — от 11,1 до 17,3%, ИИ — от 1 до 19 экз.

ЭИ по стронгилятозам — от 12,7 до 27,4%, ИИ — от 10 до 7,0 тыс. экз.

ЭИ по трихоцефалезу — от 11 до 14,3%, ИИ — от 9 до 61 экз.

ЭИ по эймериозу — от 17,5 до 37,3%, ИИ — от 10 до 7 тыс. экз. очажков.

Анализ полученного материала показал, что ларвальный эхинококкоз в Оренбуржье распространён во всех зонах. Из данных таблицы видно, что у овец эхинококкоз занимает большой процент поражённости по сравнению с другими инвазиями (47,0%). Эхинококковые пузыри обнаружены в лёгких и печени (1—48 экз.), причём степень заражения увеличивается с возрастом животных. Больные животные выявляются во все сезоны года, но к осени их число возрастало. В организме животных чаще паразитировало несколько видов возбудителей, которые находились в сложных взаимоотношениях друг с другом и с организмом хозяина. Нами проведён анализ межвидовых отношений паразитов в желудочно-кишечном тракте и влияние разных видов возбудителей на численность и размеры особей других популяций. По резуль-

Заражённость овец ларвальным эхинококкозом

Административные районы Кол-во животных ЭИ

обследо- вано зара- жено

Новосергиевский 134 ll 3l,0

Абдулинский l5 40 33,4

Октябрьский 90 63 4l,0

Илекский 120 l0 35,8

Соль-Илецкий 140 85 46,l

татам вскрытий разных отделов кишечника полиинвазия превалировала над моноинвазиями. Полиинвазии встречались в 66,5% случаев, в том числе стронгилятозно-эймериозная — в 36,1% случаев, стронгилятозно-мониезиозная — в 12,7%, гемонхозно-стронгилятозная — в 7,3%, эймериозно-стронгилятозно-трихоцефалёзная — в 17,4%.

Результаты учёта интенсивности инвазий у овец и коз показали разность в плотности популяций отдельных видов нематод, цестод, простейших при поли- и моноинвазиях. При ассоциации, вызванной стронгилятами и моние-зиями, плотность популяций отдельных видов нематод снижалась по сравнению с моноинвазией. Не установлено разницы в плотности популяций трихоцефал при моноинвазии и инвазии, вызванной одновременно со стронги-лятами. Отсутствие взаимосвязи последних, по нашему мнению, обусловлено локализацией их в разных отделах кишечника.

При ассоциативных инвазиях (стронгиляты и эймерии) отмечено подавление численности и размеров стронгилят при высокой степени инвазированности эймериями. Средняя длина хабертий с развивающихся отдельно от других паразитов составила 1,7 см ±1,2. При слабой совместной инвазии с эймериями (несколько десятков очажков) размеры хабертий практически не отличались по размерам при моноинвазии. С повышением интенсивности эймериозной инвазии до нескольких сот экземпляров очажков длина хабертий снижалась (1,3 см ±1,3). Это результат борьбы за существование паразитов в организме хозяина. При паразитировании мониезий совместно эймериями, стронгилята-ми интенсивность инвазии составляла 1—2 экз. при высокой степени эймериозной (тыс. экз.) и стронгилятозной инвазий (дес. экз.). Одновременно у одного хозяина встречались ассоциации паразитов, состоящие из 3—5 компонентов, но количество компонентов увеличивалось за счёт паразитирования возбудителей из одной группы популяции и достигало 18 видов. Результаты изучения взаимовлияния паразитов свидетельствовали о тесных взаимоотношениях

возбудителей паразитозов в организме хозяина. При изучении паразитоценозов выявили:

зимой ассоциации паразитов у мелких жвачных животных представлены основными компонентами: эктопаразиты — волосовики (власоеды), рунец овечий; эндопаразиты — эй-мерии, нематоды, цестоды, личиночные стадии цестод;

весной молодняк до 1 года поражают эймерии, стронгиляты от 1 до 2 лет — эймерии, строн-гиляты, мониезии, с высокой интенсивностью инвазий. У животных старше 2 лет локализуются эхинококки, цистицерки, мониезии, стронгиляты, эймерии, остертагии;

летом у молодняка до 1 года паразитируют стронгиляты, эймерии, мониезии, нематодиры, у животных от 1 до 2 лет — эймерии, стронгиляты, мониезии, кровососки, у животных старше 2 лет — эймерии, стронгиляты, ценуры, эструсы;

осенью у молодняка до 1 года паразитируют эймерии, стронгиляты, мониезии, эхинококки, животные от 1 до 2 лет заражены эймериями, стронгилятами, мониезиями, эхинококками, ценурами, чесоточными заболеваниями. У животных старше 2 лет — эймерии, стронгиляты, мониезии, эхинококки, чесоточные заболевания, эктопаразиты с низкой степенью инвазии.

Итак, как видно из данных исследований, фауна паразитов овец и коз представлена широким видовым составом возбудителей, которые объединены в экосистемы. В каждой из этих экосистем в зависимости от сезона года, возраста, формы содержания животных свойственна определённая ассоциация паразитов со специфичностью динамики инвазий в различных географических районах Оренбуржья.

Литература

1. Алмуханов М.А. Заражённость овец нематодами в условиях Западного Казахстана // Теория и практика борьбы с паразитарными болезнями: мат. докл. науч. конф. Вып. 6. М., 2005. С. 27-29.

2. Архипов И.А. Новые отечественные антгельминтики при гельминтозах животных // Ветеринария. 1998. № 11. С. 29-31.

3. Атаев А.М., Ахмедрабаданов Х.А., Алмаксудов Ч.П., Махмудов К.Б. Особенности эпизоотологии гельминтозов овец в горной зоне Дагестана // Теория и практика борьбы с паразитарными болезнями: мат. докл. науч. конф. Вып. 6. М., 2005. С. 43-45.

5. Демидов Н.В., Берёзкина С.В. Новые антгельминтики в ветеринарии. М.: Агропромиздат, 1998. 234 с.

6. Дзержинский В.А., Серикбаева Б.К., Бакиров Б.Е. Смешанные инвазии эймерий и гельминтов у овец в Южно-Казахстанской области // Теория и практика борьбы с паразитарными болезнями. Вып. 5. М., 2004. С. 138-140.

7. Чебышев Н.В. Богоявленский Ю.К., Гришина Е.А. Гель-минтозы: органо-системные процессы в их патогенезе и лечении. М.: Медицина, 1998. 240 с.

8. Луценко Л.И., Шеховцов B.C., Мишарева Т.Е. Вермитан при ассоциативных гельминтозах овец // Тез. докл. Все-союзн. научн. конф. «Методы профилактики и борьбы с трематодозами человека и животных». М., 1991. С. 68.

9. Апатенко В.М. О диагностике паразитоценозов // Ветеринарный консультант. 2005. № 17. С. 17.

З77