Роль татарского языка, татарско-русских и русско-татарских словарей в общественно-политической жизни России XIX В. . 

тка', норка 'ноздря', обруть 'конская узда без удил', ободнеть 'начаться дню', полкать (неодобр.) 'бегать без дела, проводить время попусту', дымокур 'дымящий костер из коры, мха, опилок и т. п., разжигаемый для защиты от гнуса' и др.

При определении значения слова можно использовать и другие дополнительные этнографические источники. Например, в статье Н. В. Савиной «Предметы домашнего ремесла в Черня-евском музее» [11] говорится о том, что в Чер-няевском филиале «История амурского казачества» хранятся коллекции мебели, утвари, орудий труда, предметов быта, которые создавались руками казаков, что позволит правильно представить предмет и дать верное ему описание.

Ценным источником этнографической информации является книга А. Н. Дорохиной «Алба-зинская станица». Её автор занимался местным краеведением более 30 лет. В книге А. Н. Доро-хина пытается обобщить имеющиеся источники, дополнить их рассказами и воспоминаниями старожилов станицы. Например, из ее описаний узнаем, что козляк надевали поверх стеганого пальто при подготовке к охоте («Одевал легкую одежду, вниз стеганое пальто, а сверху козляк») [12].

Таким образом, для того чтобы наиболее полно представить жизнь крестьян на Амуре (XIX-XX вв.), увеличить информативную емкость Словаря, устранить имеющиеся неточности, лексикографам при составлении словарных статей важно провести тематическое членение лексики, отражающей материальную культуру крестьян. Для каждой группы с учетом социально-исторических особенностей на основе наибольшего количества противопоставлений определяется свой набор дифференциальных признаков. Нужно также помнить, что для предметной лексики не всегда достаточен определенный набор признаков. Своеобразие предметов и особенности номинации диктуют отступление от них. Дополнительные этнографические источники позволят существенно дополнить, расширить информацию значения слов.

Примечания

1. Словарь русских говоров Приамурья [Текст] / сост. Ф. П. Иванова, Л. В. Кирпикова, Л. Ф. Путятина, Н. П. Шенкевец. М.: Наука, 1983. 367 с.

2. Словарь русских говоров Приамурья [Текст] / сост. Ф. П. Иванова, Л. В. Кирпикова, Л. Ф. Путятина, Н. П. Шенкевец. Изд. 2-е, испр. и доп. Благовещенск: Изд-во БГПУ, 2007. 544 с.

3. Сороколетов, Ф. П. Семантическая структура слова в диалектных словарях [Текст] / Ф. П. Сороколетов // Вопросы изучения лексики русских народных говоров. Л.: Наука, 1972. С. 182.

4. Демидова, К. И. Системные отношения на лек-сико-семантическом уровне в диалектной форме национального языка [Текст] / К. И. Демидова // Системные отношения в лексике и фразеологии (русский язык). М., 1982. С. 7-8.

5. Ростова, А. Н. Стратегия толкования значений слов говорящими: обусловленность языковыми факторами и когнитивными способностями [Текст] / А. Н. Ростова // Актуальные проблемы русистики. Томск, 2000. С. 189.

6. Найда, Ю. А. Процедура анализа компонентной структуры референционного значения [Текст] / Ю. А. Найда // Новое в зарубежной лингвистике. М., 1983. Вып. 14. С. 61.

7. Бережан, С. Г. Отражение семантических системных связей лексических единиц в одноязычном (толковом) словаре [Текст] / С. Г. Бережан // Словарные категории. М.: Наука, 1988. С. 9.

8. Ожегов, С. И. Толковый словарь русского языка [Текст] / С. И. Ожегов, Н. Ю. Шведова. М.: Азбуковник, 1999. 944 с.

9. Словарная картотека Г. С. Новикова-Даурского [Текст] / сост. Л. В. Кирпикова, В. В. Пирко, И. А. Стринадко; вступ. ст. и ред. Л. В. Кирпикова. Благовещенск: Изд-во БГПУ, 2003. 199 с.

10. Кирпикова, Л. В. Мир предметов и оценок в речи амерцев начала XX в. (по материалам картотеки Г. С. Новикова-Даурского) [Текст] / Л. В. Кирпико-ва // Музеи - центры координации краеведческой работы. Благовещенск, 2001. С. 182-185.

11. Савина, Н. В. Предметы домашнего ремесла в Черняевском музее [Текст] / Н. В. Савина // Амурский краевед (информационный вестник). 2002. № 1 (19). С. 55-61.

12. Дорохина, А. Н. Албазинская станица. (К 350-летию русского Албазина. Факты, события, воспоминания) [Текст] / А. Н. Дорохина. Благовещенск, 2000. 90 с.

А. Ш. Юсупова

РОЛЬ ТАТАРСКОГО ЯЗЫКА, ТАТАРСКО-РУССКИХ И РУССКО-ТАТАРСКИХ СЛОВАРЕЙ В ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЖИЗНИ РОССИИ XIX в.

Анализ двуязычных словарей XIX в. проводится в контексте исторической жизни татарского народа. В статье выявляются объективные факторы, определившие лексический состав, структуру словарей, пути и способы семантизации лексики.

Развитие лексикографии как науки в XIX в. в России, издание словарей русских и иностранных слов считается главной причиной создания татарско-русских и русско-татарских словарей. В то время было составлено более 140 двуязычных словарей.

Объективными факторами создания татарско-русских и русско-татарских словарей являются политика, экономика и образ жизни людей того периода.

Analysis of bilingual dictionaries of XIX century is given according to historical life of Tatar nation. Objective factors which defined lexical structure of the dictionary, ways of semantic development of the vocabulary are represented in the article.

The development of lexicography as a science in XIX century in Russia, publishing dictionaries of Russian and foreign words can be considered as a main

© Юсупова А. Ш., 2008

reason of making Tatar-Russian and Russian-Tatar dictionaries. More than 140 dictionaries, which has Russian language in one part, were built at that time.

Objective factors which were mostly connected with politics, economics and people's way of living of that period promoted the creating Tatar-Russian and Russian-Tatar dictionaries.

В XIX в. преподавание татарского языка как отдельного предмета в таких известных учебных заведениях, как Санкт-Петербургский, Харьковский университеты, профессиональные школы, духовная академия и гимназии было не роскошью, а жизненной необходимостью во внутренней и внешней восточной политике царского правительства. Это вызвало необходимость создания русско-татарских и татарско-русских словарей.

5 ноября 1804 г. был подписан Устав Казанского университета. В созданный на базе университета Казанский учебный округ вошли огромные территории России: Поволжье, Урал, Сибирь, Средняя Азия, южные регионы России. Университет стал центром общественно-политической и культурной жизни обширного края. Его влияние на просвещение нерусских народов края значительно и явственно прослеживается по следующим направлениям: а) постановка преподавания и научного изучения восточных языков; б) борьба за создание разветвленной сети низших и средних учебных заведений в округе; в) роль университета в проявлении общественно-политической активности татар и других нерусских народов и в их просвещении [1].

Татарский язык был введен и в учебную программу Казанского университета (в 1812 г.). Первым его начал преподавать Ибрагим Хальфин (с 1823 г. - адъюнкт восточной словесности Казанского университета). Он известен и как автор азбуки и грамматики, первой хрестоматии татарского языка. На созданной в Казанском университете кафедре турецко-татарского языка работали такие видные российские тюркологи, как Александр Казем-Бек, И. Н. Березин; мусульманскую каллиграфию преподавал М. Махмудов. Даже когда в результате создания единственного для всей России факультета Восточных языков в Петербургском университете (1854-1855) Восточный разряд 1-го отделения философского факультета Казанского университета прекратил свое существование, изучение татарского языка в Казанском университете продолжалось [2].

В XIX в. преподавание тюркских языков, в том числе татарского языка в гимназиях распространилось уже довольно широко. Эта тема подробно освещена в трудах А. Н. Кононова, посвященных изучению истории тюркологии в России. Татарский язык изучался в Тобольской, Томской, Оренбургской, Саратовской, Астраханской, Ставропольской, Симферопольской гимназиях. В Неплюевском военном училище в Орен-

бурге преподавались арабский, татарский и персидский языки. Занятие по татарскому языку вели Салихджан Кукляшев - автор «Татарской хрестоматии», Мартиниан Иванов - автор хрестоматии и грамматики татарского языка, Мирсалих Бикчурин - автор практического руководства по изучению арабского, персидского и татарского языков. В 1866 г. Неплюевское училище преобразовалось в Оренбургскую военную гимназию, где татарский язык изучался до 1875 г. [3].

Кроме светских учебных заведений подготовкой специалистов по восточным языкам, в том числе по татарскому языку, занимались также и такие духовные православные учебные заведения, как Казанская православная духовная академия и Казанская семинария. Первым преподавателем татарского языка в Казанской духовной академии был А. А. Троянский, автор татарской грамматики (1814) и татарско-русского словаря (18331835). В октябре 1846 г. турецко-татарскую кафедру возглавил Н. И. Ильминский. В качестве преподавателя естественных наук, турецкого и татарского языка он работал до 1858 г.

Значительное развитие лексикографии как науки в XIX в. в России, издание словарей русских и иностранных слов стали своеобразным фоном для составления татарско-русских и русско-татарских словарей. В этот период появилось около 140 двуязычных словарей русского языка.

Издание иноязычных словарей на протяжении столетий было своеобразным показателем особенностей развития той или иной страны, ее международного положения, происходивших изменений в судьбах тех или иных народов.

Выбор для составления иноязычных словарей определенных языков, их словарного запаса и т. д., как правило, отражал демографическую ситуацию в соответствующих странах, уровень их экономического, политического и культурного развития, международные приоритеты и особенности. Поскольку все эти факторы были подвержены постоянным изменениям в ходе исторических процессов, то менялась и картина с изданием иноязычных словарей в тех или иных странах. Поэтому при изучении иноязычных словарей, в т. ч. издававшихся в России, помимо сугубо филологического анализа необходимо иметь в виду историко-филологический и историко-лин-гвистические ракурсы.

Бросается в глаза то, что до второй половины XIX в. в России крайне мало (лишь в виде единичных случаев) издавались словари с переводом языков народов Российской империи (если не считать словарей с польским языком). Можно найти лишь отдельные словари с татарским или украинским «малороссийским» языками. Среди них: словари Иосифа Гиганова, учителя Тоболь-

ской главной школы (Гиганов, 1801, 1804), составленные при содействии юртовских мулл, «Украинско-русский словарь» М. Максимовича (1827), словарь А. Троянского «Словарь татарского языка...» (1833, 1835), который был издан для учебных целей.

Дело с изданием в России иноязычных словарей существенно начинает меняться с середины XIX в. Появляются все новые и новые словари по переводам с языков народов, входивших или только что включенных в состав Российской империи: «Зырянско-русский и русско-зырянский словарь» П. Савваитова(1850), «Украинско-русский словарь» Н. Закревского (1862), «Краткий русско-калмыцкий словарь, составленный священником П. Смирновым» (1857), «Русско-калмыцкий словарь. » К. Голстунского, «Отрывки из чувашско-русского словаря» Н. Н. Золотницкого (1871-1874) и др.

Тогда же, с середины XIX в., в России начинают публиковаться словари с переводами таких языков Востока, как китайский (Исаия (1870)), корейский (М. Пуцило (1874)), японский (Г. Сут-кова (1860)). Это стало следствием активизации России после Крымской войны 1853-1856 гг. на Востоке. Завершив во второй половине XIX в. присоединение всех казахских земель, Российская империя захватила туркменские и узбекские земли, дойдя до границ с Ираном и Афганистаном. На Дальнем Востоке она вошла в оживленные отношения с Китаем, Кореей, Японией. Продолжалась активная политика в отношении Османской империи. Эти обстоятельства поддерживали роль татарского языка как испытанного давнего средства общения для налаживания связей с Восточными странами.

Как было отмечено выше, с самого начала XIX в., начиная с 1801 г., стали появляться печатные татарско-русские и русско-татарские словари - лексикографические памятники, предназначенные для изучения татарами русского языка и русскими - татарского.

Созданные татарско-русские и русско-татарские словари И. Гиганова (1801, 1804), А. Троянского (1833; 1835), С. Кукляшева (1859), Л. Будаго-ва (1869, 1871), Н. Остроумова (1876, 1892), К. На-сыри (1878, 1892), Миссионерского общества (1880, 1882, 1886, 1888, 1891), Ш. Габдельгазиза (1893), А. Воскресенского (1894), М. Юнусова (1900) донесли до нас богатейший лексический материал той эпохи, который отражал культурно-исторический диалог русского и татарского народов.

Особо следует выделить вклад в этот процесс представителей Казанской школы тюркологов. Они не только изучали книжно-литературный язык тюркских народов, но и уделяли большое внимание разговорным формам языков тех народов, которые имели в то время письменность,

что отразилось в создаваемых ими татарско-русских и русско-татарских словарях.

Татарско-русские и русско-татарские словари XIX в. могут служить образцом для современных лексикографических трудов. Продуманные структура и композиция этих словарей свидетельствуют о том, что их авторы владели методикой составления словарей. Несмотря на то что они во многом совпадают, каждый имеет определенную отличительную черту. Слова в двуязычных словарях расположены строго в алфавитном порядке, во многих (татарско-русских) -по арабскому алфавиту. Они представлены в трех столбцах: арабский - татарский - русский. Русско-татарские словари твердо соблюдают русский алфавит.

Среди татарско-русских и русско-татарских словарей XIX в. словари И. Гиганова (1801), Миссионерского общества (1880-1891) и Ш. Габдельгазиза (1893) являются тематическими словарями.

Тематический обзор тюрко-татарской лексики татарско-русских и русско-татарских словарей XIX в. позволяет представить картину изученности различных областей лексики татарского языка.

Из общего числа (31) тематических групп тюр-ко-татарской лексики так или иначе были затронуты в семасиологических, ономасиологических описаниях лишь менее половины (11), причем 7 из них принадлежит первому разделу «Человек как живое существо»: «Термины родства», «Свадьба», «Одежда», «Наряды», «Еда и питье», «Строение», «Болезни, телесные недостатки». Имеются научные исследования по таким тематическим группам, как «Хлеба, травы», «Плоды и овощи», «Названия деревьев», «Птицы», «Животные», «Вещи на гумне» «Суд». Оставались не исследованными такие тематические группы, как «Духовные слова», «Письменные принадлежности и науки», «Занятия и мастерство», «Ходьба», «Плотничьи и кузнечные инструменты», «Деньги», «Мера», «Оружия», «Земной шар», «Воздушные явления», «Насекомые и гады», «Минералы», «Время», «Мера», «Цвета», «Числа», «Части человеческого тела». В нашей работе сделаны первые попытки их изучения.

В словарях зафиксирована и устаревшая лексика татарского языка. Они составляют небольшое количество слов и зафиксированы в основном в работах А. Троянского, Л. Будагова, Н. Остроумова. Такие слова, как бал икмяк - пряник [Б., 1869. С. 198], тон - изморозь [О., 1876. С. 123], йарук тун - лунная ночь [Б., II т. С. 171], кал-кыр купер - подъемный мост [Б., 1871. С. 141], как кавын - сушеная дыня [Б., 1871. С. 18], кы-лак акчасы - оброчные деньги [Б., 1871. С. 104], ак пыяла - хрусталь, кыярчы - продавец огур-

цов [О., 1876. С. 97; О., 1892. С. 138], мык -гвоздь, крючок [Б., 1871. С. 272], затташ - соотечественник [О., 1876. С. 78; О., 1892. С. 91] и т. д. в современном татарском языке в качестве языковых средств не функционируют.

Некоторые лексемы, зафиксированные в татарско-русских и русско-татарских словарях, с точки зрения сегодняшнего дня, являются историзмами или архаизмами: ляшкэр - войско [Т., 1835. С. 201], ямин - присяга [Т., 1835. С. 326], ту - знамя [Т., 1835. С. 379], биняк - тысяча [К., 1859. С. 26], туман - большое скопление людей [О., 1876. С. 125; О., 1892. С. 205], тартым айыл -ремень, которым подтягивают подушку на седле [Б., 1871. С. 208], У мэр - река Обь [Б., 1869. С. 158] и т. д. Выпавшие из живого языка слова могут быть и сегодня использованы в литературных произведениях исторической тематики.

Многие словари XIX в. были составлены на материале письменного литературного языка, в них сохранились и слова, относящиеся к диалектной лексике. Этим отличаются словари И. Ги-ганова, Н. Остроумова, К. Насыри, Ш. Гадбель-газиза. Например, бакрачъ - мъдный сосудъ [Ю., 1900. С. 23], сулым - снежный [О., 1876. С. 115; О., 1892. С. 179], жарка - бедный [О., 1876. С. 70], кукар - плотник [О., 1876. С. 93; О., 1892. С. 130], жомган - худой [О., 1892. С. 68; О., 1876. С. 69], алымсак - взяточник [О., 1876. С. 48; О., 1892. С. 11], кыз углан - девочка [Н., 1878. С. 73], борым - моток [О., 1876. С. 60] и т. д. Причины этого явления можно объяснить следующим образом: авторы словарей зафиксировали слова, относящиеся к лексике той местности, откуда они сами были родом (К. Насыри, С. Кукляшев, Ш. Габ-дельгазиз, М. Юнусов). Вероятно, они считали эти слова нормой литературного языка.

Арабо-персидские заимствования, представленные в татарско-русских и русско-татарских словарях XIX в., составляют большую часть словарного состава данных трудов. Собранный материал дает возможность разделить их на тематические группы. Арабо-персидские заимствования, зафиксированные в татарско-русских и русско-татарских словарях XIX в., были разделены нами на 15 тематических групп. Самыми насыщенными группами оказались следующие: религиозные слова (пигамбяр, ходай, пярештя -алла, шайтан, тенгри, Алла, Тягаля, Тя ре, Ходай Хак тэяаля - Раббъ, ризван, зубани, хуръ); абстрактные (намус, омот, сыр, азаб, багадя, гыйшык, дярт, жан, зиген, кодрят ми-рад); научно-педагогические термины (джагра-фия, няхунамя, гыйлме мантыйк, гыйлме хикмэт, филсуфия, исем гадэт, исем зат), юридические (хокем, хябес, шагид, гаиб, махрэм жасус, алба, факых, мяхбус, шэфэгать, хаким, гаделият, канун, ихтыяр, дары, хэбесханэ);

бытовые названия (дастурган, суфра, шэм, шам-дан, нардебан, сандала, айна, амбар, анбар, пу-лат); названия растений и животных (дяфня агачы, кайбан, бакара, тимсахъ); термины родства {нябиря, зяуджъ, зяуджа, жефт, жанэккэ, гэурэт, гэммвэт, дэйэ, жэддэ, ахун); части человеческого тела (чынаг, корна, ряхм, йэд, жя-сяд, бинасыр, жисем, мигъдя, дяьлэн); названия профессий (табибъ, сягятлямя остасы, сяр-гяскярь, дялляль, сахиръ, сявдагиръ) и т. д. В остальных тематических группах количество слов значительно меньше.

До начала XX в. в татарском литературном языке преобладали арабо-персидские заимствования, которые составляли 60-65% его словарного состава. Эта картина наблюдается и в татарско-русских и русско-татарских словарях XIX в.

Арабо-персидские заимствования в татарско-русских и русско-татарских словарях XIX в. зафиксированы в разном объёме. Если в трудах И. Ги-ганова, К. Насыри, Л. Будагова, А. Троянского, С. Кукляшева их достаточно много, то в работах Н. Остроумова, А. Воскресенского, Миссионерского общества они встречаются значительно реже. В этих словарях существующие в татарском языке арабо-персидские заимствования заменены диалектными лексическими единицами или русско-европейскими синонимами.

В этих словарях число слов, заимствованных из русского и вошедших в русский язык из европейских языков, представлено следующим образом: в словаре И. Гиганова (1801) - всего около 1700 слов, из них 14 - русские заимствования, в словаре А. Троянского включено около 10 000 единиц, из них заимствований - 35, в словаре С. Кукляшева русских заимствований очень мало, так как он составлен на основе арабских и персидских текстов: всего 3546 единиц, и только 5 из них заимствованы из русского языка; в двухтомном словаре Л. Будагова зафиксировано 25200 (в первом томе - 16800, во втором - 8400 единиц), из них 52 - русские заимствования, в словаре Н. Остроумова (1876) - около 5040 слов, из них 184 - русские заимствования, а в словаре 1892 г. - 2728 слов, из них 187 - русские слова, в словаре К. Насыри (1878) - около 2970 слов, из них 51 русское слово, в словаре Миссионерского общества (1880) - 983 слова, а из них 83 -русские заимствования, в словаре Ш. Габдельга-зиза - 1781 слово, из них 33 - русские заимствования, в словаре М. Юнусова - около 4448 слов, из них 22 - русские заимствования. Общий объем русско-европейских заимствований составляет лишь 1,13% всей лексики исследованных словарей.

Мы посчитали целесообразным классифицировать эту лексику по тематическим признакам, это дает возможность выяснить, в какой именно

сфере деятельности общества происходили наибольшие перемены. Исходя из семантики русско-европейской лексики, нам удалось разделить собранный материал на 17 тематических групп: 1) название посуды и домашней утвари: кукшинъ, паднусъ, тярлинкя, самавыръ и т. д.; 2) предметы быта и домашнего обихода: мунча-ла, понаръ, плитя, остял и т. д., 3) орудия труда: лумъ, шпалеръ, шотка, ыстанъ и т. д.; 4) единица меры: лотъ, геръ, биршукъ, пот и т. д.; 5) названия строений: матча, мичъ, щюшкэ, за-стунъ и т. д.; 6) названия растений, продуктов питания: кябестя, крянъ, анис, гроздэ, упунка и т. д.; 7) названия одежды и материала: эшлэпэ, картусъ, материя, плисъ и т. д.; 8) предметы сельского хозяйства: сука, камытъ, бурэнэ, бу-разна, саламъ и т. д.; 9) учебные принадлежности: карта, каникул, компас, линейка и т. д.; 10) военная лексика: друшка, пулын, штик, при-стул и т. д.; 11) названия профессий: апикунъ, писеръ, патриотъ, пассажиръ и т. д.; 12) лексика, относящаяся к финансовой сфере: касса, сума, банка, панкрутлыкъ и т. д.; 13) юридические термины: штрау, сутъ, контрактъ и т. д.; 14) медицинские термины: аптека, ликеръ, чакутка и т. д.; 15) музыкальные термины: срипкя, ар-ганъ, гослэ, гитаръ и т. д., 16) названия полезных ископаемых: лазуръ, магнитъ, избисъ, лаба-стыр ташы и т. д.; 17) религиозная лексика: манастыръ, групъ, пупъ, порфира, сочельникъ и т. д.

Созданные учеными, преподавателями и миссионерами, эти двуязычные словари, многие из которых были составлены с миссионерскими целями, донесли до нас богатейший лексический материал той эпохи, который отражал культурно-исторический диалог русского и татарского народов.

Следует отметить, что всё более востребованным оказывался в XIX в. не только татарский язык для русских, но и русский язык для татар, которые тогда по своей численности находились в России на втором месте. Они проявили себя особенно заметно в экономической сфере, внеся значительный вклад в развитие российской промышленности. Татарские купцы активно занимались крупной и мелкой торговлей на территории России, в крупных торговых центрах работали татарские коммерсанты [4].

Политические и экономические условия, в свою очередь, требовали знания татарами русского языка. Образованные татары, не ограничиваясь знаниями, полученными в медресе, они изучали и русский язык. В 1871 г. в Казанском медресе «Гусмания» был открыт первый русский класс. В таких медресе, как Касыймия [5], Мард-жания [6], Кшкар, Мачкара, Иж-Буби тоже преподавался русский язык [7].

Результатом буржуазных реформ 1860-1870 гг. стало возникновение русско-татарских школ. Обучение в этих школах должно было вестись сначала на татарском языке или при помощи его с тем, чтобы по мере усвоения детьми устной русской речи продолжать обучение преимущественно и, наконец, исключительно на русском языке.

Русско-татарские школы сыграли положительную роль в развитии просвещения татарского народа, способствуя развитию диалога русской и татарской культур в национальном образовательном пространстве [8].

В 1876 г., на основании положения о татарских учительских школах в городах Уфе и Симферополе от 27 марта 1872 г., в Казани открылась татарская учительская школа, которая была первым светским учебным заведением для татар с преподаванием на русском языке. Инициатором открытия этого учебного заведения в Казани был инспектор татарских школ В. В. Радлов, стремившийся сделать его «главным центром для всех татарских народных школ» [9]. Питомцами этой школы стали многие будущие видные представители татарского народа, такие, как Г. Исхаки, Г. Камай, Г. Кулах-метов, С. Максуди, М. Фазлулин [10].

Знание русского языка было необходимо для татарского народа, чтобы найти свое место в сфере политики, экономики и образования в масштабах всей России. Изучая русский язык, знакомясь с достижениями русского народа в области культуры, науки и техники, татары получали возможности для своего развития и социологиза-ции. Таким образом, издание многочисленных двуязычных - татарско-русских и русско-татарских - словарей соответствовало жизненным потребностям того времени.

Деятельность татарской интеллигенции также была одной из важных объективных предпосылок, способствовавших составлению подобных словарей в XIX в. В этот период учителя-татары в разных медресе и школах Российской империи обучали тюркские народы чтению и письму, вели среди них просветительскую работу [11].

В XIX в. татарские ученые выходят на мировую арену науки. Имена Ш. Марджани, Р. Фах-ретдинова, Р. Ибрагимова, Г. Баруди, Ш. Ахме-рова, Х. Фаезханова, К. Насыри были известны не только в России, но и в странах Востока [12]. Например, имя татарского ученого Ш. Марджа-ни становится известным и на Востоке, и в Европе, и в Америке: «Марджани два раза снимался в фотографии (один раз для американского консула, а другой - по просьбе издателя энциклопедического словаря в Лондоне)» [13].

На рубеже XIX-ХХ вв. мусульманская элита России начала в массовом порядке получить русскоязычное образование, то есть появилась груп-

па, способная организовать диалог мусульманской, русской и европейской культур, что привело к массовым переводам произведений русских классиков, общеобразовательной, политической и учебной литературы [14].

В XIX в. типографии Казани и других городов России начинают массовое издание татарских книг. В 1801 г. Габделгазиз Бурашев открыл в Казани первую типографию и начал печатать татарские книги [15]. В 1809 г. открылась типография Казанского университета, и она занимала первое место по изданию татарских книг в России [16]. В 1829 г. эти типографии были объединены [17].

В 1848 г. купец Н. П. Коковин покупает типографию у Л. Щевица. С 1853 г. она функционировала под названием «Типография купчихи Коковиной», а затем превратилась в «Типографию наследников Чирикова», здесь издавались книги на татарском языке [18].

С 1830-1850 гг., по подсчетам А. Г. Каримул-лина, включая и издания ученых университета с применением арабского шрифта и арабским шрифтом, во всех типографиях Казани была издана 281 татарская книга [19]. Отрадно, что среди этих книг имеется и татарско-русский словарь А. Троянского.

В XIX в. делаются первые опыты в деле формирования татарской периодической печати. Газета «Тарджеман» (1885-1918), издававшаяся И. Гаспринским, стала одним из первых периодических изданий для всех тюркских народов [20]. В 1900 г. в Петербурге начинает публиковаться серия журналов под названием «Миръат» («Зеркало») [21]. Эти первые газеты и журналы представляли собой сигнальные экземпляры быстрорастущей татарской периодической печати начала XX в., которой суждено было играть большую роль в распространении татарского языка, культуры в разные уголки страны.

Создание двуязычных словарей было обусловлено и внешнеполитическими факторами, в частности, ролью татар в восточной политике России. Татары, знающие арабский и персидский языки, способные свободно общаться с другими тюркскими народами, выступили в качестве послов и переводчиков. Русские цари, отправляясь в Османскую империю, Иран и арабские страны, в качестве переводчиков брали с собой татар [22].

Со второй половины XIX в. заметно возрастает значение г. Казани как одного из крупнейших торгово-экономических центров Российской империи. Являясь на протяжении многих веков важным центром торговли на Востоке, Казань превращается в один из главных транзитных пунктов российско-восточной торговли, а татарские купцы - в ведущих посредников этой торговли. Этому способствовали и многовековые связи та-

тар с другими мусульманскими народами, общность их культур и т. д. [23]

В татарско-русские и русско-татарские словари XIX в. включались лексические единицы, находившиеся в активном употреблении, слова разговорной речи. В то же время в словарях зафиксированы и диалектизмы, и сложные арабс-ко-персидские заимствования, и религиозные термины.

Формирование в XIX в. в России указанного корпуса двуязычных словарей является результатом роста национального самосознания татар и усиления роли татарского языка и культуры в общественно-политической жизни России. Но в ещё большей степени рост числа этих словарей и повышение их качественных характеристик показывает существенное усиление процессов многопланового встраивания татарского народа во все важнейшие сферы жизни Российской империи и заметного сближения между татарским и русским народами.

Примечания

1. Михайлова, С. М. Формирование и развитие просветительства среди татар Поволжья [Текст] / С. М. Михайлова. Казань: Изд-во КГУ, 1972. 272 с.

2. Там же; Кононов, А. Н. Биобиблиографический словарь отечественных тюркологов [дооктябрьский период] [Текст] / А. Н. Кононов. М.: Наука, 1974. 340 с.

3. Кононов, А. Н. Указ. соч.

4. Каримуллин, А. Г. У истоков татарской книги [Текст] / А. Г. Каримуллин. Казань: Татар. кн. изд-во, 1992. 208 с.; Хабутдинов, А. Ю. Формирование нации и основные направления развития татарского общества в конце XVIII - начале XX веков [Текст] / А. Ю. Хабутдинов. Казань, 2001. 383 с.; Шкунов, В. Н. Торгово-экономические отношения Российской империи с сопредельными странами Востока во второй половине XVIII - первой половине XIX века [Текст] / В. Н. Шкунов. Самара, 2007. 577 с.

5. Татарский энциклопедический словарь [Текст]. Казань: Ин-т татар. энцикл. АН РТ, 1999. 703 с.

6. Там же.

7. Там же.

8. Мухаметшина, Р. Ф. Диалог русской и татарской культур в системе литературного образования [Текст] / Р. Ф. Мухаметшина. Казань: Магариф, 2007. 200 с.

9. Казанская татарская учительская школа 18761917 [Текст] // Сб. документов и м-лов. Казань: Га-сыр, 2005. 256 с.

10. Татарский энциклопедический словарь.

11. Там же.

12. Там же.

13. Хабутдинов, А. Ю. Указ. соч.

14. Там же.

15. Татарский энциклопедический словарь.

16. Там же.

17. Там же; Мухаметшина, Р. Ф. Указ. соч.

18. Татарский энциклопедический словарь; Кари-муллин, А. Г. Указ. соч.

19. Каримуллин, А. Г. Указ. соч.

20. Татарский энциклопедический словарь.

21. Там же.

22. Кононов, А. Н. Указ. соч.; Каримуллин, А. Г. Указ. соч.; Хисамова, Ф. М. Татарский язык в восточной дипломатии России (XVI - начала XIX вв.) [Текст] / Ф. М. Хисамова. Казань: Мастер Лайн, 1999. 408 с.

23. Шкунов, В. Н. Указ. соч.

Словари-источники

• Будагов, Л. Сравнительный словарь турецко-татарских наречий, со включением употребительнейших слов арабских и персидских и с переводом на русский язык [Текст]: в 2 т. / Л. Будагов. СПб.: Тип. АН, 1869. Т. 1. 810 с.; СПб.: Тип. АН, 1871. Т. 2. 415 с.

• Гиганов, И. Слова коренные, нужнейшие к сведению для обучения татарскому языку, собранные в Тобольской главной школе учителем татарского языка, Софийского собора священником Иосифом Гига-новым и юртовскими муллами свидетельствованные / И. Гиганов. СПб., 1801. 75 с.

• Гиганов, И. Словарь российско-татарский, собранный в Тобольском главном народном училище учителем татарского языка И. Гигановым и муллами юртов-скими [Текст] / И. Гиганов. СПб.: Имп. АН, 1804. 627 с.

• Воскресенский, А. Русско-татарский словарь с предисловием о произношении и этимологических изменениях татарских слов А. Воскресенского [Текст] / А. Воскресенский. Казань, 1894. 374 с.

• Краткий татарско-русский словарь с прибавлением некоторых славянских слов с татарским перево-

дом [Текст]. Казань, 1880. 55 с.; 1882. 55 с.; 1886. 96 с.; 1888. 96 с.; 1891. 96 с.

• Кукляшев, С. Словарь къ татарской хрестоматии / С. Кукляшев. Казань, 1859. 106 с.

• Насыри, К. Татарско-русский словарь [Текст] / К. Насыри. Казань, 1878. 120 с.

• Насыри, К. Полный русско-татарский словарь с дополнением из иностранных слов, употребляемых в русском языке как научные термины [Текст] / К. На-сыри. Казань, 1892. 263 с.

• Остроумов, Н. П. Первый опыт словаря народно-татарского языка по выговору крещеных татар Казанской губернии [Текст] / Н. П. Остроумов. Казань, 1876. 145 с.

• Остроумов, Н. П. Татарско-русский словарь [Текст] / Н. П. Остроумов. Казань, 1892. 246 с.

• Троянский, А. Словарь татарского языка и некото-рыхъ употребительныхъ въ немъ реченш арабскихъ и пер-сидскихъ, собранный трудами и тщашемъ учителя татарского языка въ Казанской семинарш священника Александра Троянского и напечатанный съ дозволешя комиссш духовныхъ училищъ [Текст]: в 2 т. / А. Троянский. Казань, 1833. Т. 1. 629 с.; Казань, 1835. Т. 2. 340 с.

• Габделгазиз, Шигабутдин. Перевод съ татарскаго на русский языкъ или словарь [Текст] / Ш. Габделга-зиз. Казань, 1893. 72 с.

• Юнусов, М. Татарско-русский словарь наиболее употребительных слов и выражений [Текст] / М. Юнусов. Казань, 1900. 115 с.