Личностные детерминанты делинквентного поведения

Е.Н. Кондрат

ЛИЧНОСТНЫЕ ДЕТЕРМИНАНТЫ ДЕЛИНКВЕНТНОГО ПОВЕДЕНИЯ

При анализе преступного поведения несовершеннолетних ГМ. Миньковским . было выделено четыре типа нарушителей, для которых общественно опасное деяние является: а) случайным, противоречит общей направленности личности; б) возможным с учетом общей неустойчивости личностной направленности, но ситуативным с точки зрения повода и ситуации; в) результатом общей отрицательной ориентации личности, обусловливающей выбор среды, времяпрепровождения и непосредственного варианта действий при наличии подстрекательства, примера преступного поведения и т. п.; г) результатом преступной установки личности, включающей активный поиск, организацию повода и ситуации для преступных деяний, соответственно относительно устойчивой системы антисоциальных оценок и отношений.

Предложенная типология не только фиксирует основные варианты возможной направленности личности несовершеннолетних правонарушителей, но и отражает процесс Постоянного формирования социально-негативных черт личности, переход от единичных деформаций к их «цепочке».

Метод косвенных оценок позволяет сделать вывод, что среди несовершеннолетних правонарушителей тип «а» составляет 25-35%, тип «б» -25-30%, тип «в» - 30-40%, тип «г» - 10-15%.

О решающей роли антисоциальной направленности в становлении делинквентного поведения, проявляемой в системе наиболее устойчивых и доминирующих мотивов личности, - внутренних побуждений, потребностей, установок, ценностей, интересов и убеждений - отмечается в ряде работ В.Н. Кудрявцева, Е.В. Змановской и др. авторов.

Противоправная мотивация может иметь различные истоки, формы и степень выраженность. В этой связи В.В. Лунеев (1997) предлагает рассматривать следующие ведущие мотивации противоправных действий: корыстно-алчную, насильственно-эгоистическую, анархистско-индивидуа-листическую, легкомысленно-безответственную, трусливо-малодушную.

Противоправная мотивация, как устойчивая система доминирующих мотивов конкретной личности, непосредственно связана с ее правовым сознанием. Правовое сознание предполагает: 1) знание законов и их понимание; 2) принятие

правил как личностно значимых, убежденность в их полезности и справедливости; 3) готовность, умение и привычку действовать в соответствии с законами и правилами. Очевидно, интериори-зированные через систему личностных смыслов правовые нормы в сочетании с волевой регуляцией обеспечивают такое качество личности, как законопослушание.

Данные опроса Н.В. Кузнецовой (1984) выявили существенные различия в мотивах законо-послушания. Так, среди опрошенных 52,3% отметили свою убежденность в полезности законов и порядка; 27,4% - привычку соблюдать законы. Единичные ответы (от 4 до 1,5%) - влияние примера других, страх утраты доверия окружающих, личный расчет, желание избежать осуждения. Только 0,9% респондентов в качестве мотива законопослушного поведения отметили страх наказания. У молодых людей страх наказания более выражен: его назвали 7% опрошенных. Однако в целом страх наказания не препятствует совершению преступления. По данным исследования 2 тыс. заключенных лишь 4% респондентов в момент совершения преступления задумывались о последующем наказании. Данные исследования показывают, что у преступников законопослуша-ние в 5-9 раз ниже, чем у нормальных людей.

Следовательно, мотивационная дихотомия: за-конопослушание - противоправное поведение наполнена отдельными мотивами, побуждающими к противоправным действиям, могут быть: стремление немедленно получить удовольствие, стремление самоутвердиться, стремление к комфорту или высокому социальному статусу, оппозиционное поведение (внутреннее стремление нарушать запреты), поведенческие стереотипы (опыт пребывания в криминальной среде), агрессия и садистические наклонности, следование социальным стереотипам и традициям, потребность чувствовать принадлежность к группе и получать ее одобрение, скука, стремление к риску и острым ощущениям, фрустрация, необходимость вынужденной зашиты, альтруизм (правонарушение ради других людей или высокой цели).

Эти факты подтверждают особую ценность работ, в которых изучение противоправного поведения подростков ведется с позиции изучения направленности их личности.

38

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 12, 2006

© Е.Н. Кондрат, 2006

В этом плане особый интерес представляют исследования С.А. Беличевой, Г.Г. Бочкаревой, В.Ф. Маценко, Г.М. Миньковского, М.Г. Рассохи, Н.И. Рейнвальд и др.

Анализ социально-психологической литературы позволил сделать вывод о существовании различных подходов к обоснованию понятия «направленность» личности.

Так, в одном из определений, направленность «трудного подростка» понимается как система побуждений, определяющая избирательность отношений и активность человека. В то же время большинство психологов рассматривают направленность как центральную особенность личности, в значительной мере определяющей ее нравственную характеристику.

Как известно, изучение направленности осуществляется путем диагностики мотивов поведения. Отечественные и значительная часть зарубежных психологов в основном признают дифференциацию мотивов на три группы:

- мотивы эгоистические, связанные с личным благополучием, успехом, престижем, удовольствиями, властью;

- мотивы социальные альтруистические, коллективистические, гуманистические, проявляющиеся в заботе о других людях, любви к ним;

- мотивы, обусловленные потребностью в познании, деятельности, творчестве, самореализации и др.

Развитие мотивационной сферы начинается в раннем детстве и продолжается всю жизнь. Но только в подростковом возрасте побуждения, различные по своей силе и значимости, начинают приобретать устойчивый характер, формируя направленность личности. У подростков начинают проявляться как достоинства, так и недостатки в структуре интересов, привычек, ценностных ориентации, установок, то есть всего, что определяет развитие подрастающей личности.

В ходе исследований личностных особенностей несовершеннолетних правонарушителей, проведенных О.В. Данилевич (1972) и Т.А. Шиловой (1995), было выявлено, что в структуре их мо-тивационной сферы доминирующее положение занимают элементарные потребности, стремление удовлетворить мотивы личного, эгоистического самоутверждения. При этом одной из ведущих в подростковом возрасте является потребность в самоутверждении или зачастую неадекватно трактуемая потребность «социального престижа».

Следуя общепринятому мнению, потребность в престиже возникает у индивида как потребность в общепризнанном и формализованном уважении и признании. В этой связи, Т.Ш. Андгуладзе (1980) отмечает, что субъект, у которого имеется потребность в престиже, пытается осуществить такое поведение, которое утверждает за ним любовь и авторитет в обществе или же среди тех людей, к которым он имеет отношение. Другие психологи видят в потребности «социального престижа» стремление к самостоятельности, к признанию его «взрослости».

Реализация потребности в социальном престиже, как одной из форм самоактуализации во многом зависит от того, на какой ступени усвоения, интериоризации разных видов ценностей стоит индивид. У подростков-правонарушителей эта потребность приобретает искаженную форму, часто меняя свою направленность и перерастая в низшие формы самоутверждения.

Немаловажное значение изучению проблемы направленности трудновоспитуемых придает и один из таких известных авторов, как Н.И. Рейнвальд (1987). Она полагает, что при выборе санкций, способных привести к исправлению подростков, очень важно учитывать не только мотивы того или иного правонарушения, но и диагностику формирующегося у него типа направленности личности. Она обращает внимание на то, что типы правонарушителей являются как бы логическим продолжением общепсихологических типов направленности личности, представляя более низкие, примитивные уровни развития.

Подобной концепции придерживается и М.Г. Рассоха (1985), принимая во внимание тот факт, что «основные различия в характере направленности у разных воспитанников проявляются не только в ее содержании, но также и в том, насколько устойчива для данного индивида структура мотивов его поведения», выделяет следующие условные группы подростков-правонарушителей с различными типами направленности:

- неустойчивая отрицательная - подростки склонны к нарушениям дисциплины, правил поведения в школе, для них характерны ложные представления о нормах морали;

- устойчивая отрицательная - подростки склонны к хулиганству, вымогательству, являются членами неформальных группировок, претендуют на лидерство;

- особо устойчивая отрицательная, она проявляется в злонамеренных, нередко грубых поступках;

- малоустойчивая положительная - подростки характеризуются преобладанием коллективистических устремлений, которые еще не стабилизированы;

- устойчивая положительная - подросткам свойственна положительная устремленность, достаточно развито чувство долга.

Среди авторов, изучавших мотивационную структуру несовершеннолетних правонарушителей, обращает внимание подход Т.Ш. Андгуладзе. Он обнаружил влияние на оценочную сферу установки противоправного поведения. Особенно интересно его различение несовершеннолетних правонарушителей в соответствии с их мотивационной структурой. Подростки первой группы, имеющие положительную тенденцию к преступному поведению, оценивают асоциальное поведение как отрицательное; второй -как положительное. Естественно, что по отношению к ним должны применяться различные стратегии воспитательного воздействия.

В психоаналитических исследованиях, раскрывающих бессознательную мотивацию, делинквент-ность рассматривается как следствие внутреннего конфликта и примитивных защит. В случае антисоциального поведения могут действовать следующие бессознательные мотивы делинквентности:

- желания, требующие немедленного удовлетворения;

- переживание бессильного гнева, отчаяния -агрессии, ищущей разрядки;

- обида, требующая мщения; зависть, побуждающая к восстановлению справедливости;

- недоверие и стремление сохранять дистанцию;

- фантазии величия и всемогущества.

С точки зрения мотивационно-личностной динамики А. Айхорн (2001) указывает на существование двух основных типов делинквентности: пограничное невротическое состояние с симптомами антисоциального поведения; когда личность пребывает в состоянии внутреннего конфликта и какая-то ее часть запрещает делинквентное поведение, вызывая чувство вины. При доминировании чувства вины делинквент ведет себя странно, например ходит в украденной шапке или не получает пользы от украденного. Он явно добивается разоблачения и часто попадается. Ему снятся кошмары. Он испытывает облегчение после наказания. В ряде случаев чувство вины возникает у пре-

ступников до совершения преступления. Здесь делинквентность возникает из-за желания индивида получить облегчение от давления супер-Эго; антисоциальное поведение без признаков невроза. В этом случае конфликт «вынесен наружу» — это открытый конфликт с окружением по причине ранней фрустрации либидных желаний.

Но бессознательная потребность в наказании и фиксация на этапе доминирования принципа удовольствия выражены в обеих ситуациях.

Обобщая результаты исследований, посвященных изучению мотивационной сферы подростков-правонарушителей, нетрудно заметить то, что их направленность находится на низком уровне развития. Подростки, как правило, действуют под влиянием эгоистических личных, престижных и узко групповых побуждений.

Немаловажное значение в формировании де-линквентного поведения принадлежит самооценке личности.

Общеизвестно, что поведение человека, а тем более подростка, всегда, так или иначе, соотносится с его представлениями о самом себе (образ «Я») и о том, каким он должен или хотел бы быть. Изучение свойств самосознания, адекватности самооценки, структуры и функций «образа Я» представляет, поэтому не только теоретический, но и практический интерес с формированием жизненной позиции личности.

Именно самооценка (СО), отношение к себе является важнейшим механизмом личностной саморегуляции, позволяя человеку лучше ориентироваться в окружающем мире, ставить перед собой определенные цели, являясь критерием для переживания успеха или неуспеха. При этом некоторые авторы указывают, что СО личностных качеств у подростков с противоправным поведением обладает малой устойчивостью и недостаточной объективностью, основывается на несущественных критериях.

Так как СО носит либо адекватный, либо неадекватный характер, то у подростка складывается и соответствующее отношение к себе. При наличии неадекватной СО подросток часто вступает в конфликты с окружающими, что ведет к нарушению гармоничности его личности. Эта неадекватность обусловлена притязаниями ученика на высокую оценку своих личностных качеств, преувеличением своих возможностей.

Подростки остро и болезненно реагируют на случаи расхождения между СО и оценками окру-

жающих. «Трудновоспитуемые подростки не признают своей принадлежности к категории «плохих», внутренне приравнивая себя к хорошим ученикам. Считая себя незаслуженно низко оцененным, ученик начинает проявлять агрессивность по отношению к тем, кто дает ему такие оценки. В этом случае причиной негативного поведения ученика является неудовлетворенность его стремления удовлетворить себя в желаемой позиции».

Г. Каплан считает, что при формировании низкой самооценки обостряется его потребность в самоуважении. Если подростку не удается повысить СО социально-приемлемыми способами, он начинает выбирать альтернативные образцы поведения. Обычно это связывается с его переориентацией на девиантные группы сверстников. К этому же заключению пришли отечественные психологи Г.К. Валицкас и Ю.Б. Гиппенрейтер, изучив личность подростков-правонарушителей.

Неправильно сформированная СО тормозит и искажает развитие личности ребенка. В.Г. Деев подчеркивает связь между адекватностью и устойчивостью СО с одной стороны, и успешностью перевоспитания - с другой.

СО, определяя эмоциональное самочувствие индивида и его положение в системе взаимоотношений, трудно поддается изменению. Только углубленный анализ своих и чужих поступков, самокритичность позволяют человеку осознать расхождение потребностей, уровень притязаний, оценок себя и других людей, с реальными возможностями и предъявляемыми требованиями, чтобы на этой почве скорректировать поведение.

Таким образом, направленность личности, ее самооценка и другие рассмотренные выше факторы выступают в качестве основных детерминант стереотипизации противоправного поведения молодежи. Кроме этого, нельзя не затронуть вопросы социализации, общения в подростковом коллективе, взаимодействие с социальной средой и факторы семейного воспитания.

Не вызывает сомнения то, что одной из главных особенностей подросткового возраста, ведущей деятельностью подростка являются повышенный интерес к общению со сверстниками, ориентация на выработку групповых норм и ценностей. Общение со сверстниками является важным каналом социализации подростка, у него вырабатываются навыки социального взаимодействия, умение подчиняться коллективной дисциплине, умение завоевать авторитет и занять желаемый ста-

тус. В группе сверстников более эффектно отрабатывается самооценка подростка: если подросток склонен отвергать критику взрослых, то мнением сверстников о себе он безусловно дорожит.

Из данных отечественных психологов М.А. Але-маскина, И.А. Невского, Н.С. Мансурова, Д.И. Фель-дштейна и других видно, что подростки с отклонением в поведении в большинстве случаев занимают неблагополучное для себя положение в своих классах, оказываются в изоляции, испытывают чувства одиночества, отчуждения. Неудовлетворенная потребность в общении заставляет их искать друзей за пределами коллектива класса или школы.

У подростков, лишенных нормального общения, как замечает И.П. Башкатов (1985), формируется антиобщественная установка, которая усугубляется малым жизненным опытом, повышенной эмоциональностью, неустойчивостью настроения, острой впечатлительностью, неумением оценить ту или иную ситуацию, стремлением к быстрой реализации побудительного мотива.

На показателях самооценки и направленности личности сказывается негативное отношение к обучению. Порождая неуверенность в своих силах, моральную неудовлетворенность, оно, по мнению В.М. Обухова (1974), приводит к конфликтам с коллективом класса, педагогами и способствует обычно отрицанию учащимися общественной работы. Это, в свою очередь, имеет следствием резкое сужение школьных интересов, еще большую неудовлетворенность учебной деятельностью, школой в целом; начинает оказывать обратное влияние на избирательность их действий, способствуя активизации деятельности учащихся в неконтролируемых группах несовершеннолетних по месту жительства. При этом подростки часто попадают под влияние или отдельных лиц или группы лиц старше их по возрасту с антиобщественной направленностью в сознании и поведении, того, что именуется «дурной» компанией. И если у большинства подростков-правонарушителей в школе уровень престижных оценок значительно ниже самооценки, то в такой компании они ищут компенсации. Здесь новые друзья подростка думают о нем лучше, оценивают его выше, чем он сам себя, хотя, как и в других ситуациях компенсации, это чаще всего иллюзия.

Одной из ведущих сфер проявления противоправного поведения подростков является область неформального общения. У подростков-неформалов ощущается явная тяга к организованному

культурно-досуговому пространству (кафе, бары, видеобары, учреждения культуры и спорта). Сегодняшний подросток хочет иметь выбор не в рамках чисто свободного, стихийного пространства (двор - улица - микрорайон - город - пригород), а в структуре диалектически взаимодействующих пространственных начал: стихийного (двор - улица и т.п.) и сознательно-организованного (кафе, бары, клубы, спортзалы и т.п.).

Следует признать, что отсутствие должного внимания к этой стороне дела приводит к нежелательным последствиям. Дело в том, что вакуум, образовавшийся в сознательно-организованной культурно-досуговой пространственной среде умело заполняют дельцы теневого экономического бизнеса. Сегодня, к сожалению, кафе, пивные, бары, рестораны и т.п. являются местом, где проводят свой досуг, с одной стороны, дельцы теневого бизнеса, а с другой - лица, склонные к асоциальному поведению (уголовные элементы, алкоголики, тунеядцы и т.п.). И эти представители «теневой» экономики, околоуголовного мира используют, с одной стороны, естественную тягу подростков к красивой жизни, а с другой - их конфликт с обществом, их маргинальное (промежуточное) положение в социальной среде. Особенно это срабатывает в среде подростков-неформалов, поскольку в шкале их предпочтений кафе, бары, рестораны, пивные занимают первое место, в то время как учреждения культуры и спорта, несмотря на положительную корреляцию в системе реального и желаемого места проведения досуга, занимают лишь 5 и 7 позиции, хотя и здесь есть положительные сдвиги, ибо интерес к учреждениям культуры и спорта передвинулся с 8 места в структуре реального проведения досуга на 7 место в условиях прожектив-ной ситуации, а популярность учреждений культуры и спорта города - с 9 на 5 место.

Следует отметить, что в среде благополучных подростков при сходной положительной корреляции картина принципиально иная. Здесь кафе, бары, пивные, рестораны, хотя и привлекли к себе в прожективной ситуации определенную часть подростков (с 5,5% до 11,7%), повысив их ранг в структуре предпочтений с 8 места до 6, в то же время не стали занимать в досуге ведущего места. Предпочтение в данном случае было отдано учреждениям культуры спорта микрорайона, которые по популярности продвинулись с 5 места на 2 место, и учреждениям культуры и спорта

города, популярность которых с 7 места поднялась до 3-го.

Подобные качественные расхождения при схожих общих корреляциях объясняются, по нашему мнению, большей ориентацией подростков-неформалов на мир материальной культуры, на учреждения, которые символизируют собой материальный достаток (бары, рестораны), в отличие от учреждений культуры и спорта, связанных в большей степени с духовной культурой. Кроме того, определенную роль здесь играет и не-заорганизованность, большая неформальность обстановки в кафе, барах, ресторанах, чем в наших учреждениях культуры и спорта. Все это вместе взятое позволяет нам говорить об образовании особого пространственно-организованного мира, в котором живут современные подростки.

Главная опасность изоляции подростка заключается в том, что подросток очень рано, в период, когда у него начинают складываться те или иные стереотипы, взгляды, мнения, ценностные ориентации, приходит к убеждению, что та или иная формальная деятельность не является для него оптимальной сферой приложения его способностей, местом положительного самоутверждения. Именно поэтому ряд исследователей, по нашему мнению, подводят к правильному выводу: для подростков с противоправным поведением характерно преобладание личной и лично-престижной направленности. Это способ их самоутверждения, самозащиты, способ, чтобы выжить и не сломаться в столь трудных для них условиях.

Для исследователей противоправного поведения интересно знание того, какая конкретно психологическая особенность и в каких условиях может вызвать формирование преступного поведения. Для этого надо знать среду, в которой происходит социализация подростка, поскольку социализация, как известно, выражается в формировании мотивационной сферы.

Среди других личностных особенностей делинквентов следует отметить акцентуированность черт характера. Так, в исследованиях А.В. Лебедева (1985) было выявлено, что среди обследованных правонарушителей у 12% из них диагностирована психопатия, у 50% - акцентуация характера. В более чем в 60% всех случаев встречается акцентуация по неустойчивому типу, характеризующаяся растормо-женностью, затем по гипертимному типу (около 20%), которая близка по своим поведенческим проявлениям к неустойчивому типу.