Проблемные вопросы института отсрочки отбывания уголовного наказания, предусмотренного статьей 82 Уголовного кодекса Российской Федерации

DOI 10.24412/2227-7315-2023-4-235-242 УДК 343.01

Л.В. Григорьева

ПРОБЛЕМНЫЕ ВОПРОСЫ ИНСТИТУТА ОТСРОЧКИ ОТБЫВАНИЯ УГОЛОВНОГО НАКАЗАНИЯ, ПРЕДУСМОТРЕННОГО СТАТЬЕЙ 82 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Введение: статья посвящена характеристике уголовно-правового института отсрочки отбывания наказания, предусмотренного ст. 82 УК РФ. Исследуются проблемные вопросы основания назначения отсрочки, условий ее применения и особенностей законодательной регламентации, усложняющих толкование статьи и уяснения содержания нормы. Цель — пересмотреть традиционные подходы с учетом трансформационных процессов данного правового института. Методологическая основа: автор оценивает ряд дискуссионных моментов в сравнении со сходными видами правовых предписаний, включая индукцию и тенденции практики применения ст. 82 УК РФ последних лет. Результаты: предложен вариант усовершенствования предписаний уголовного закона, посвященных отсрочке наказания беременным женщинам и лицам, имеющим малолетних детей. Выводы: четкие представления правоприменителя о сущности отсрочки позволят более эффективно защищать интересы малолетних лиц.

Ключевые слова: отсрочка отбывания наказания беременным женщинам и лицам, имеющим малолетних детей, отсрочка отбывания наказания.

L.V. Grigorieva

PROBLEMATIC ISSUES OF THE INSTITUTE OF POSTPONEMENT OF SERVING A CRIMINAL SENTENCE PROVIDED BY ARTICLE 82 OF THE CRIMINAL CODE OF THE RUSSIAN FEDERATION

Background: the article is devoted to the characterization of the criminal-legal institute of postponement of serving the sentence provided by article 82 of the Criminal Code of the Russian Federation. The article studies problematic issues of the basis for the appointment of deferment, conditions of its application and peculiarities of legislative regulation, which complicate the interpretation of the article and clarification of the content of the norm. Objective — to reconsider the traditional approaches taking into account the transformation processes of this legal institution. Methodology: the author evaluates a number of controversial points in comparison with similar types of legal prescriptions, including induction and trends in the practice of application of Art. 82 of the Criminal Code of the Russian Federation in recent years. Results: а variant of improving the prescriptions of the criminal law on the postponement of punishment for pregnant women and persons with young children has been proposed. Conclusions: clear

© Григорьева Людмила Викторовна, 2023

Кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного и уголовно-исполнительного права (Саратовская государственная юридическая академия); e-mail: Lgrigorieva2013@yandex.ru © Grigorieva Ludmila Victorovna, 2023

Candidate of Law, Associate Professor of the Department of Criminal and Penal Enforcement Law (Saratov State Law Academy) 235

ideas of the law enforcer about the essence of postponement will allow to protect the interests of minors more effectively.

Keywords: postponement of serving a sentence for pregnant women and persons with young children, conditions for the appointment of a postponement of serving a sentence.

Периодическая корректировка предписаний УК РФ1, направленная на усовершенствование правовых оснований и условий применения мер уголовно-правового воздействия, производится для оптимизации правовых норм и приведения их в соответствие с реалиями исторического этапа развития социума. Статья 82 УК РФ также претерпела ряд изменений, относящихся к вопросам установления критериев применения отсрочки отбывания уголовного наказания и расширения круга лиц, имеющих право на ее получение. Можно с уверенностью утверждать, что сегодня имеет место социальная востребованность данного правого института, особенно в ситуации демографического кризиса2. Возможность сохранения семьи и обеспечения естественных потребностей детей в условиях соблюдения конституционных прав и свобод актуализирует использование мягких видов уголовной репрессии.

Традиционный для отечественного уголовного права институт отсрочки отбывания уголовного наказания в связи с естественной необходимостью ухода родителями за малолетним ребенком переживает очередной этап своей трансформации. Об этом свидетельствует мотивировочная часть кассационного определения коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 28 февраля 2023 г. № 89-УД22-22-К7, в которой акценты применения ст. 82 УК РФ смещены с привычных вопросов оценки личности осужденного на влияние назначенного родителю наказания на интересы ребенка (детей). В частности, судебная коллегия четко выделяет цель применения рассматриваемого вида отсрочки отбывания уголовного наказания: «...обеспечение разумного баланса между публичным интересом в неотвратимости наказания лица, совершившего преступление, и интересами его ребенка, развитию которого и формированию его личности в малолетнем возрасте противоречит отстранение от воспитательного процесса его матери либо отца как единственного родителя. По смыслу закона, в применении института отсрочки отбывания наказания первостепенное значение придается интересам ребенка, которые затрагиваются осуждением его родителя»3.

Сформулированное Верховным Судом РФ утверждение относительно главного вектора мысли правоприменителя при принятии решения об отсрочке отбывания уголовного наказания беременной женщине, женщине, имеющей ребенка в возрасте до четырнадцати лет, мужчине, имеющему ребенка в возрасте до четырнадцати лет и являющемуся единственным родителем, служит предпосылкой для ревизии сложившихся представлений о данном уголовно-правовом институте. Тем более, что дискуссионных моментов в его сущностных и формальных признаках наука уголовного права видела всегда.

1 См.: Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. (в ред. от 19 декабря 2022 г.) // СЗ РФ. 1996. № 25, ст. 2954; 2023. № 1, ч. 1, ст. 33.

2 См.: Служба государственной статистики РФ // РосИнфоСтат. URL: https://rosinfostat.ru/ rozhdaemost/ (дата обращения: 08.03.2023).

3 См.: Кассационное определение коллегии по уголовным делам Верховного суд РФ от 28 февраля 2023 г. № 89-УД22-22-К7 // Департамент Верховного суда РФ. URL: https://vsrf.ru/

236 stor_pdf.php?id=2215448 (дата обращения: 13.03.2023).

Обобщение специальной литературы и нормативного материала, посвященных регламентации отсрочки отбывания уголовного наказания, установленной в ст. 82 УК РФ, позволило выделить ряд проблемных аспектов, требующих внимания.

Правовая природа института отсрочки отбывания уголовного наказания беременной женщине, женщине, имеющей ребенка в возрасте до четырнадцати лет, мужчине, имеющему ребенка в возрасте до четырнадцати лет и являющемуся единственным родителем, неоднозначно оценивается теорией уголовного права. Некоторые ученые согласны с позицией закона и относят данный уголовно-правовой институт к виду освобождения от наказания [1, с. 261; 2, с. 106], другие усматривают сходство отсрочки с условным осуждением [3, с. 4].

Законодатель определил место исследуемого уголовно-правового явления в рамках института освобождения от уголовного наказания. Закономерность данного решения предопределена следующими особенностями указанного вида отсрочки. Во-первых, ограниченный круг лиц, имеющих право на ее получение (беременная женщина, мать или отец как единственный родитель ребенка (детей) возрасте до 14 лет при условии совершения некоторых видов преступлений). Во-вторых, минимизация уже назначенной обвинительным приговором суда уголовной репрессии вплоть до вероятности полного отказа от последней. В-третьих, сохранение контроля за поведением осужденного лица на время приостановления исполнения судебного решения с вероятностью возвращения к наказанию. В-четвертых, наличие временного критерия, выступающего ограничительным условием реализации отсрочки. В-пятых, нецелесообразность [4] реального отбывания наказания в сложившейся жизненной ситуации как универсальное основание освобождения лица. И, наконец, в-шестых, в течение отсрочки сохраняется судимость. Таким образом, отсрочка, предоставляемая беременной женщине, женщине, имеющей ребенка в возрасте до четырнадцати лет, мужчине, имеющему ребенка в возрасте до четырнадцати лет и являющемуся единственным родителем, без сомнения, есть не что иное, как вариант освобождения от уголовного наказания.

В то же время описываемый вид освобождения от отбывания уголовного наказания относится к уголовно-процессуальному институту отсрочки исполнения приговора об осуждении (п. 2 ч. 1 ст. 398 УПК РФ1), основанием которой служит объективная невозможность своевременной реализации к осужденному назначенных судом правоограничений. Кроме того, в течение периода предоставленной отсрочки лицо находится в поле действия уголовно-исполнительного права (ст. 177-178 УИК РФ2) и подвергается контролю со стороны уголовно-исполнительной инспекции3, так как не утрачивает статус осужденного к наказанию лица. Сказанное не только позволяет сделать вывод о комплексной юридической природе данного вида отсрочки отбывания уголовного наказания, но и требует тщательного анализа предписаний нормативно-правовых актов, регламентирующих вопросы ее реализации. Отрасли права существуют для выполнения

1 См.: Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ (в ред. от 18 марта 2023 г.) // Российская газета. 2001. 22 дек.; 2023. 21 марта.

2 См.: Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации от 8 января 1997 г. № 1-ФЗ (в ред. от 28 февраля 2023 г.) // Российская газета. 1997. 16 янв.; 2023. 2 марта.

3 См.: Приказ Минюста России от 20 мая 2009 г. № 142 «Об утверждении Инструкции по организации исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества» (в ред. от 22 августа 2014 г.) // СПС «КонсультантПлюс». 237

собственных задач, следовательно, их достижение опосредует применение правовых норм.

Таким образом, рассматриваемый правовой институт используется с несколькими разными целями и имеет отличия в описании в соответствующих законах. В частности, условия применения отсрочки, указанные в ст. 82 УК РФ, сформулированные при помощи отрицательного перечня разных видов преступлений, одного вида уголовного наказания и пределов назначенного судом лишения свободы, диктуют необходимость сложного систематического толкования для правоприменителя и вызывают вопросы у теоретиков. Указанный перечень содержит: особо тяжкие преступления против личности; преступления, предусмотренные ст. 205, 205.1-205.5, ч. 3 и 4 ст. 206, ч. 4 ст. 211, ст. 361 настоящего Кодекса; преступления, сопряженные с осуществлением террористической деятельности, предусмотренные ст. 277-279 и 360, с посягательством на половую неприкосновенность несовершеннолетних, не достигших четырнадцатилетнего возраста, — несовместимость с отказом от немедленного исполнения назначенного судом наказания очевидна, поэтому на страницах специальной литературы возражений по указанной причине нет. При этом отсутствие в данном реестре иных видов общественно опасных деяний против несовершеннолетних (например, ст. 150, 151, 156 УК РФ) ожидаемо смущает. Полагаем, императивное ограничение применения ст. 82 УК РФ к лицам, совершившим насильственные преступления в отношении несовершеннолетних, а также иные деяния, посягающие на их интересы, станет логичным продолжением политики государства в области охраны детства.

Отсрочка отбывания уголовного наказания, исходя из буквального толкования ст. 82 УК РФ, применима к любому виду наказания, кроме ограничения свободы, что, в принципе, понятно, если обратиться к ст. 53 УК РФ, содержащей перечень правоограничений. Сам факт реализации ограничения свободы по месту постоянного проживания осужденного снимает любые вопросы относительно нецелесообразности ее отсрочки, приуроченной к необходимости заботиться о собственных детях. Между тем промедление в исполнении назначенного судом реального наказания в виде обязательных работ, исправительных работ или принудительных работ может быть как следствием рационального использования института освобождения от наказания в порядке ст. 82 УК РФ, так и результатом распространения в отношении указанных мер уголовной ответственности, положений трудового законодательства, предусматривающего отпуск по беременности, родам и уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет (ст. 255-256 Трудового кодекса РФ). Например, предписание ч. 9 ст. 175 УИК РФ регламентирует ситуацию сочетания трудовых правоотношений с реализацией уголовных наказаний, сопряженных с принуждением к труду, предусматривая возможность отсрочки со дня предоставления отпуска по беременности и родам и, как правило, до достижения ребенком трехлетнего возраста. К слову, исследователи часто предлагают увеличить круг правоограничений для лиц, получивших такую отсрочку, обязательством трудоустроиться [5, с. 12].

Отсрочка (равно как и рассрочка) исполнения штрафа, согласно положениям ч. 3 ст. 46 УК РФ и ч. 2 ст. 398 УПК РФ, обосновывается возможностями материального положения семьи, а значит, логика использования для таких ситуаций ст. 82 УК РФ заведомо некорректна.

Представляется, что, как изначально и задумывалось законодателем, освобождение от наказания, базирующееся на стимулировании законопослушного поведения осужденного возможностью пребывать вместе с ребенком, заниматься его воспитанием и обеспечением, рассчитано на такие виды наказания, которые связаны с изоляцией от общества. На данный момент это принудительные работы, арест, лишение свободы и пожизненное лишение свободы. Потому считаем необходимым ограничить применения ст. 82 УК РФ указанием этой группы наказаний. Одновременно, снимется вопрос относительно возможности применения отсрочки в отношении дополнительных наказаний, назначенных судом. УК, УПК, УИК РФ умалчивают о таком важном аспекте, что создает почву для расширительного толкования исследуемого правового предписания.

Наличие беременности или малолетнего ребенка служит условием применения не только ст. 82 УК РФ, но и ст. 61 данного Кодекса (п.п. «в» и «г» ч. 1), описывающей круг смягчающих уголовное наказание обстоятельств. В обоих случаях суды оценивают не только сам факт существования родственных связей между малолетним и его родителями, но и участие последних в жизни ребенка [6]. Например, суд, признав на основании п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельством наличие у подсудимого малолетнего ребенка, не учел, что подсудимый не принимает участие в его воспитании, уклоняется от его содержания, совершил в отношении него преступление, и признал подсудимого по настоящему делу потерпевшим. Принято решение исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на признание в качестве смягчающего наказание обстоятельства наличие малолетнего ребенка1.

Поскольку обе нормы посвящены вопросам назначения и реализации уголовного наказания, то уместно озадачиться проблемой двойного учета одного и того же фактора для смягчения участи виновного лица. С одной стороны, прямого запрета на использование в пределах одного и того же уголовного дела указанных статей нет, с другой — учет интересов ребенка сначала влечет назначение более мягкого наказания, чем, в сущности, заслуживает преступник, а затем выступает основанием освобождения от этого назначения, что нарушает представления о справедливости юридической оценки содеянного.

В отношении состояния беременности как обстоятельства, смягчающего наказание, часто акцент делается на его наличии в момент совершения преступления, что предположительно могло повлиять как на формирование преступного мотива, а также на процесс совершения деяния. Аналогичный подход наблюдается при учете п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ. В то же время не исключается смягчение наказания при обозначенных обстоятельствах в случае их возникновения к моменту вынесения обвинительного приговора судом. При этом применение ст. 61 УК РФ традиционно рассматривается чрез призму оценки личности виновного лица и того, каким именно образом внешние обстоятельства повлияли на преступное и постпреступное поведение. По этой причине становится возможным эксклюзивное смягчение наказания в пределах ст. 64 УК РФ.

В свою очередь, институт, закрепленный в ст. 82 УК РФ, предполагает принятие решения в отношении личности, вполне заслуживающей уголовного наказания, связанного с изоляцией от общества (как мы объясняли ранее), а оснований

1 См.: Апелляционное постановление Ленинградского областного суда от 27 ноября 2019 г. № 22-2277/2019 по делу № 1-118/2019 // Sudact.ru. URL: https://sudact.ru/regular/doc/ ZosD4umwiRrj/ (дата обращения: 13.03.2023).

для применения условного осуждения в порядке ст. 73 УК РФ суд установить не смог. Представляется, что подобная ситуация относится к категории невероятных. Вопрос об использовании изоляции от общества в качестве меры уголовно-правового воздействия решается судом в каждом уголовном деле при оценке влияния назначаемого наказания «на исправление осужденного и на условия жизни его семьи» в порядке ч. 3 ст. 60 УК РФ. Кроме того, ч. 1 указанной статьи обязывает правоприменителя выбирать более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление, если менее строгий вид не сможет обеспечить достижение целей наказания. Следовательно, каждый раз, когда есть возможность отказаться от репрессии, связанной с изоляцией от общества, суд ее использует. Выявленная особенность процедуры выбора конкретного наказания подсудимому наводит на мысль о целесообразности использования отсрочки для беременной женщины, женщины, имеющей ребенка в возрасте до четырнадцати лет, мужчины, имеющего ребенка в возрасте до четырнадцати лет и являющегося единственным родителем, только в ситуациях, когда острая необходимость участия в воспитании возникает после начала исполнения судебного приговора. Например, вследствие осуждения единственного родителя дети переданы на воспитание бабушке, а состояние ее здоровья резко ухудшилось, что делает затруднительным опеку над внуками1. Выбирая между направлением детей в специализированное государственное учреждение или физическое возвращение родителя в семью, предпочтителен второй вариант.

С учетом изложенного полагаем рациональным определять момент возникновения основания для применения отсрочки отбывания наказания, предусмотренной ст. 82 УК РФ, как разновидности института освобождения от уголовного наказания после вступления обвинительного приговора суда в законную силу.

Представленный вывод также снимает вопрос, обсуждающийся на страницах специальной литературы, относительно потребности в установлении полноценного испытательного срока [2; 7] для освобожденных от наказания в порядке ст. 82 УК РФ по схеме, предусмотренной для условно-досрочного освобождения или замены наказания более мягким видом. Привнесение подобного изменения в институт отсрочки для беременной женщины, женщины, имеющей ребенка в возрасте до четырнадцати лет, мужчины, имеющего ребенка в возрасте до четырнадцати лет и являющегося единственным родителем, потребует установления дополнительных правоограничений для освобожденного. Произойдет неизбежное смещение акцентов рассматриваемого правового института с идеи защиты интересов беременных и малолетних на функции исправления виновных без принуждения к максимальной уголовной репрессии.

Современное уголовное право знает примеры безусловных и бессрочных видов освобождения от наказания (например, ст. 80.1, 81, 83 УК РФ), применяемых в тех жизненных ситуациях, когда поведение осужденного не свидетельствовало о его исправлении. В пользу отнесения ст. 82 УК РФ в ту же группу свидетельствует отсутствие в ней указания на количество совершенных лицом преступлений или запрет применения в случаях рецидива. Приоритет социальной пользы над возможностью исправления осужденного (которое тоже предполагается, но попутно, за счет «втягивания» родителя в нормальную семейную жизнь) отличает

1 См., например: Апелляционное постановление Калининградского областного суда от 28 июля 2018 г. по делу № 22К-1146/2018 // Судебные решения. URL: М1р8://судебныереше-ния.рф/35505714/ (дата обращения: 13.03.2023).

данный вид освобождения от наказания от условного осуждения, условно-досрочного освобождения, замены наказания более мягким видом и носит в какой-то степени вынужденный характер. Не случайно практика применения ст. 82 УК РФ подчеркивает, что право суда на разрешение отсрочки по таким основаниям должно базироваться на исключении оснований, абсолютно не допускающих ее назначение1.

Обобщая сказанное, а также используя традиционный для отечественного законодательства прием описания правового института — правило, а затем исключения из него, предлагаем собственное видение редакции ст. 82 УК РФ.

«Статья 82. Отсрочка отбывания наказания

1. Суд может отсрочить реальное отбывание наказания в виде принудительных работ, ареста, лишения свободы на срок не свыше пяти лет осужденной беременной женщине или женщине, имеющей ребенка в возрасте до четырнадцати лет, осужденному мужчине, имеющему ребенка в возрасте до четырнадцати лет и являющемуся единственным родителем, до достижения ребенком четырнадцатилетнего возраста в связи с необходимостью заботиться о своем ребенке.

2. Отсрочка в связи с необходимостью заботы о ребенке не применяется в отношении следующих категорий осужденных:

за преступления против несовершеннолетних, не достигших четырнадцатилетнего возраста;

за тяжкие и особо тяжкие преступления против личности;

за преступления, предусмотренные статьями 205, 205.1, 205.2, 205.3, 205.4 и 205.5, частями третьей и четвертой статьи 206, частью четвертой статьи 211, статьей 361 настоящего Кодекса, и сопряженные с осуществлением террористической деятельности преступления, предусмотренные статьями 277, 278, 279 и 360 настоящего Кодекса.

3. По достижении ребенком четырнадцатилетнего возраста суд освобождает осужденного, указанного в части первой настоящей статьи, от отбывания наказания или оставшейся части наказания со снятием судимости либо заменяет оставшуюся часть наказания более мягким видом наказания.

4. В случае если до достижения ребенком четырнадцатилетнего возраста истек срок, равный сроку наказания, отбывание которого было отсрочено, и орган, осуществляющий контроль за поведением осужденного, в отношении которого отбывание наказания отсрочено, пришел к выводу о соблюдении осужденным, указанным в части первой настоящей статьи, условий отсрочки и его исправлении, суд по представлению этого органа может принять решение о сокращении срока отсрочки отбывания наказания и об освобождении осужденного от отбывания наказания или оставшейся части наказания со снятием судимости.

5. В случае если осужденный, указанный в части первой настоящей статьи, отказался от ребенка или продолжает уклоняться от обязанностей по воспитанию ребенка после предупреждения, объявленного органом, осуществляющим контроль за поведением осужденного, в отношении которого отбывание наказания отсрочено, суд может по представлению этого органа отменить отсрочку отбывания наказания и направить осужденного для отбывания наказания в место, назначенное в соответствии с приговором суда.

1 См.: Кассационное Определение коллегии по уголовным делам Верховного суд РФ от 28 февраля 2023 г. № 89-УД22-22-К7 // Официальный сайт Департамента Верховного Суда РФ. URL: https://vsrf.ru/stor_pdf.php?id=2215448 (дата обращения: 13.03.2023).

6. В случае если в период отсрочки отбывания наказания осужденный, указанный в части первой настоящей статьи, совершает новое преступление, суд назначает ему наказание по правилам, предусмотренным статьей 70 настоящего Кодекса».

Таким образом, предложенный вариант изложения правил отсрочки отбывания уголовного наказания позволяет четко установить правовую природу этого института в виде освобождения от наказания, обеспечения интересов малолетних детей, пределы применения отсрочки по кругу лиц, критерии прекращения данного вида освобождения, правовые последствия его применения. Акцентуация внимания правоприменителя на данных аспектах позволит повысить эффективность защиты интересов малолетних лиц.

Библиографический список

1. Дуюнов В.К. Уголовное право России. Общая и Особенная части: учебник / под ред. В.К. Дуюнова. 6-е изд. М.: РИОР: ИНФРА-М, 2020. 780 с.

2. Степашин В.М. Экономия репрессии при применении отсрочки отбывания наказания к беременным женщинам и лицам, имеющим малолетних детей // Вестник Кузбасского института. 2020. № 2(43). С. 104-113.

3. Сабанин С.О. О практике применения условного осуждения и отсрочки исполнения приговора // Советская юстиция. 1992. № 4. С. 5-6.

4. Григорьева Л.В. Институт отсрочки отбывания уголовного наказания и его перспективы // Библиотека уголовного права и криминологии. 2017. № 5(23). С. 27-33.

5. Красильникова М.С. Отсрочка отбывания наказания (ст. 82 УК РФ): теоретические и практические вопросы: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Томск, 2015. 29 с.

6. Габдрахманова Э.Ф. Признание наличия малолетних детей у виновного смягчаем ющим наказание обстоятельством: проблемы правоприменения // Крымский научный £ вестник. 2018. № 4(21). С. 67-79.

7. Постовалова Т.П. Проблемы применения отсрочки отбывания наказания к осуж-| денным с ребенком до четырнадцати лет и беременной женщине, или Нужен ли России

1 институт отсрочки отбывания наказания // Таврический научный обозреватель. 2016. | № 5-1(10). С. 350-353.

го *

та

0 References

IP 1. Duyunov V.K. Criminal Law of Russia. General and special parts: textbook / ed.

| by V.K. Duyunov. 6th ed. M.: RIOR: INFRA-M, 2020. 780 p.

2 2. Stepashin V.M. Economy of Repression in the Application of Deferred Punishment to £ Pregnant Women and Persons with Young Children // Bulletin of the Kuzbass Institute. | 2020. No. 2(43). Р. 104-113.

| 3. Sabanin S.O. On the Practice of Applying a Conditional Sentence and Suspending

J the Execution of a Sentence // Soviet Justice. 1992. No. 4. Р. 5-6.

'g 4. Grigorieva L.V. Institute of Postponement of Serving a Criminal Sentence and Its

1 Prospects // Library of Criminal Law and Criminology. 2017. No. 5(23). Р. 27-33.

g. 5. Krasilnikova M.S. Postponement of Serving a Sentence (Article 82 of the Criminal

" Code of the Russian Federation): Theoretical and Practical Issues: extended abstract of diss. I of cand. of law. Tomsk, 2015. 29 p.

& 6. Gabdrakhmanova E.F. Recognition of the Presence of Young Children in a Guilty

Person as a Mitigating Circumstance: Problems of Law Enforcement // Crimean Scientific Bulletin. 2018. No. 4(21). Р. 67-79.

7. Postovalova T.P. Problems of the Application of Deferred Punishment to Convicts with a Child Under Fourteen Years of Age and a Pregnant Woman, or Does Russia Need the Institution of Deferred Punishment // Tauride Scientific Observer. 2016. No. 5-1(10). 242 Р. 350-353.