Интеграция национально-культурных общественных объединений в региональную политическую систему (на примере Карачаево-Черкессии)

Х.Х. Казаков

Интеграция национально-культурных общественных объединений в региональную политическую систему

<

5

>,

Рассматриваются социально-политические и организационные проблемы формирования национально-культурных общественных объединений и их интеграции в региональную политическую систему. На материалах Карачаево-Черкесии показываются факторы, способствующие политизации национально-культурных общественных объединений, повышению их значимости в региональном политическом процессе.

Ключевые слова: политическая система, политический процесс, национальнокультурные общественные объединения, национально-культурная автономия, Карачаево-Черкесия.

Региональные политические системы в Российской Федерации отличаются большим своеобразием, которое для Северного Кавказа, например, во многом обусловлено многонациональным составом населения. Его существенные этнокультурные интересы выражают многочисленные национально-культурные общественные объединения. Они являются элементами гражданского общества и в структуре политической системы занимают место, соответствующее их общественной популярности, активности, способности адекватно выражать и эффективно защищать жизненно важные национальные интересы.

Организация, политизация и интеграция национально-культурных общественных объединений в нашей стране активно происходили с 1980-х гг. из-за того, что в то время политическое руководство оказалось беспомощным, не способным управлять страной в условиях лавинообразно нарастающего кризиса политической системы. Поэтому национальные общественные объединения, изначально провозглашавшие культурно-просветительные цели, в начале 1990-х гг. политизировались, стали активно участвовать в политике и даже занимать лидирующее положение в политической жизни регионов. На их основе в союзных республиках, например, создавались политические партии, возглавившие общественное движение за распад Советского Союза и ставшие основой политических систем государств, образовавшихся на основе бывших союзных республик СССР.

Политология

В Карачаево-Черкесской автономной области формирование и развитие национально-культурных общественных объединений обуславливалось многонациональным составом населения, в котором преобладали русские

[3]. Интересы соответствующих народов стали выражать абазинское общественное движение «Абаза», черкесское общественное движение «Адыге Хасэ», общественные организация «Конгресс карачаевского народа» и «Джамагъат», ногайское национальное движение «Бирлик», славянские общины, казачьи организации и другие. Некоторые из них вошли в соответствующие международные национальные общественные объединения: Международная Черкесская Ассоциация «Адыге Хасе», Карачаево-Балкарское национальное общественное движение, Межрегиональная общественно-политическая организация «Алан», межрегиональная карачаевская демократическая общественная организация «Джамагъат», Межрегиональное общество ногайского народа «Бирлик» и другие.

Резонансный эффект нарастающего кризиса в конце 1980-х - начале 1990-х гг. вызвал массовый протест населения против советской политической системы, партийных и государственных органов. Национальные объединения придали стихийному протесту организованный характер борьбы за выход Карачаево-Черкесской автономной области из состава Ставропольского края и ее преобразование в республику. Для преодоления противодействия преобладающей по численности русской части населения по вопросам реорганизации Карачаево-Черкесии национальные общества временно объединились и совместными усилиями добились провозглашения в ноябре 1990 г. Карачаево-Черкесской Советской Социалистической Республики (КЧССР), ее выхода из состава Ставропольского края.

Но, как оказалось, государственно-статусные трансформации не избавили Карачаево-Черкесию от системного кризиса и борьба национальных объединений за создание самостоятельных абазинской, карачаевской, ногайской, русско-казачьей и черкесской республик продолжилась. Ее обостряло то, что ни одна нация не имеет в республике доминирующей численности, а компактные мононациональные поселения диффузно размещались в разных муниципальных образованиях. Невзирая на это, национальные общества добились провозглашения Карачаевской Республики (17 октября 1991 г.), Республики Черкесия (27 октября 1991 г.), Абазинской Республики (ноябрь 1991 г.), а также Баталпашин-ской Казачьей Республики и Зеленчукско-Урупской Казачьей Советской

Социалистической Республики, которрые 30 ноября 1991 г. объединялись в Верхне-Кубанскую Казачью Республику.

Однако самопровозглашенные республики не были признаны федеральными органами Российской Федерации, не получили соответствующего политико-правового статуса. Акции массового протеста, организованные национальными объединениями, привлекли внимание федеральных органов власти, и 5 февраля 1992 г. Президент России Б.Н. Ельцин внес в Верховный Совет РФ проект закона «О восстановлении Карачаевской автономной области и Черкесской автономной области в составе Российской Федерации», а специальная комиссия Верховного Совета РФ начала подготовку раздела Карачаево-Черкесии на Карачаевскую, Черкесскую и Баталпашинскую республики. Но 78,5% участников республиканского референдума, проведенного 28 марта 1992 г., высказалось против дробления Карачаево-Черкесии по национальному принципу, и она, сохранив целостность, с 9 декабря 1992 г. стала называться Карачаево-Черкесской Республикой (КЧР). Но и после этого идеи раздела республики поднимаются национальными общественными объединениями. Так, 11 февраля 1995 г. объединенный съезд черкесов и абазин принял решение о восстановлении Черкесской автономной области в составе Ставропольского края. На ее территории, помимо мест компактного проживания абазин и черкесов, оказывались населенные пункты с доминирующей численностью русских, ногайцев, карачаевцев и других национальностей. Поэтому федеральные органы государства признали такое решение противозаконным.

В связи с тем, что родственные народы, живущие на Северном Кавказе, разделены административными границами, но выражают желание воссоединяться, в региональных политических процессах участвуют международные и межрегиональные национальные объединения. Так, Международная Черкесская Ассоциация «Адыге Хасе» выступает за объединение родственных адыгейского, черкесского и кабардинского народов в единой Адыгейской Республике, которую предлагается создать на территории Адыгеи, Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии; Карачаево-Балкарское национальное общественное движение призывает к воссоединению карачаевцев и балкарцев в Карачаево-Балкарской Республике на землях, выделенных из Карачаево-Черкесской и Кабардино-Балкарской республик; Межрегиональное общество ногайского народа «Бир-лик», объединяющее ногайские организации Астраханской области, Дагестана, Карачаево-Черкесии, Ставропольского края и Чечни, выдвигает программы создания ногайской территориальной автономии [1]. Однако интересы представителей других народов инициаторы указанных

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова

Политология

программ не учитывают, вследствие чего не получают поддержку государственных органов.

Факторами, также осложняющими политический процесс в Карачаево-Черкесии, стали демографические проблемы - снижение численности русского населения за счет низкой рождаемости в русскоязычных семьях и эмиграции русского населения из региона, из-за чего в структуре населения республики за последние 15 лет на 18 тыс. человек (12%) сократилось количество этнических славян (русских, украинцев, белорусов) при существенном росте численности горских народов. Это привело к уменьшению на 11,5% представительства русских в структуре населения, увеличению доли карачаевцев на 8,8%, черкесов - на 1,9%, абазин - на 0,8%, ногайцев - на 0,2% [3].

Конституция Карачаево-Черкесской Республики определила пять коренных народов в качестве «государствообразующих» субъектов -абазин, карачаевцев, ногайцев, русских, черкесов, перечислив их в алфавитном порядке. Наиболее многочисленными из них являются карачаевцы (38,5%), русские (33,6%), черкесы (11,3%), абазины (7,4%), ногайцы (3,4%), осетины (0,8%), украинцы (0,8%), греки (0,3%) [3]. Представители других наций и этносов не имеют обособленных поселений в республике.

Дополнительные политико-правовые предпосылки для проявления активности национальных общественных объединений создавались Концепцией государственной национальной политики, утвержденной Указом Президента России от 15 июня 1996 г. № 909 [2], и Федеральным законом от 22 июня 1996 г. «О национально-культурной автономии»

[4]. Они предоставили возможности для трансформации национальных общественных объединений в национальные муниципальные образования - районы и поселения. В 2005- 2006 гг. в Карачаево-Черкесии по инициативе национальных общественных объединений абазин и ногайцев проводились местные референдумы, на которых жители 5 населенных пунктов Прикубанского, Усть-Джегутинского и Хабезского районов приняли решение об образовании Абазинского района, а жители 5 сельских поселений Адыге-Хабльского района решили организовать Ногайский район. Таким образом, в структуре КЧР появились абазинский и ногайский муниципальные районы.

Вместе с тем, в составе населения г. Карачаевска, Карачаевского и Малокарачаевского районов доминируют карачаевцы, а в Адыге-Хабльском и Хабезском районах преобладают черкесы, вследствие чего указанные муниципальные образования могут также относиться к числу национальных.

При отсутствии необходимых условий для создания мононациональных муниципальных образований жители населенных пунктов с компактным проживанием представителей некоторых нетитульных наций образовали региональные и местные национально-культурные автономии адыгов, осетин и других наций и этносов. Такие автономии ведут культурно-просветительную работу, но практически не участвуют в политике.

Таким образом, национально-культурные объединения Карачаево-Черкесии заняли значительное место в региональной политической системе, стали активными акторами гражданского общества в условиях кризиса. По мере нарастания активности и общественной значимости политической деятельности национально-культурные общественные объединения трансформировались в национальные муниципальные образования и национально-культурные автономии, степень политической институционализации которых во многом определяется их реальными возможностями и способностями артикулировать, агрегировать и реализовывать реальные национальные интересы.

Для рационального использования созидательного потенциала национально-культурных общественных объединений представляется необходимым организовать постоянный мониторинг их общественно-политической деятельности, участия в местных, региональных, общероссийских и глобальных политических процессах. Такой мониторинг должен осуществляться на всех уровнях политической системы государственными органами и научными организациями, а его результаты могут использоваться при разработке и реализации национальной политики Российской Федерации, что значительно повышает политикоприкладную значимость политологических исследований деятельности национально-культурных общественных объединений в политической системе России.

Библиографический список

1. Виноградов В.Б. Средняя Кубань. Земляки и соседи. Ногайцы. ЦКЬ: //http://budetinteresno.info/kraeved/narod_vin_nogay.htm (дата обращения: 10.10.2010).

2. Концепция государственной национальной политики: Указ Президента Российской Федерации от 15 июня 1996 г. № 909. ЦКЪ: http://oficery.ru/ eto-interesno/158-eto-interesno (дата обращения: 10.04.2011).

3. Население Карачаево-Черкесии. ИКЬ: //http://www/etno-kavkaz.narod.ru/ rnkchr.html (дата обращения 5.05.2011).

4. Федеральный закон от 22 июня 1996 г. «О национально-культурной автономии» // Российская газета. 1996. 24 июня.

ВЕСТНИК

МГГУ им. М.А. Шолохова