В студии Голобородько Павел

В студии Голобородько Павел

Павел Голобородько

Инженер-математик, с 2000 года работал с международными и российскими корпорациями в области консалтинга в информационных технологиях. Сооснователь и сопредседатель Союза молодых инженеров России реализующего программу Гипертех - модель индустриального развития государства в 21 веке

Дмитрий Волков

- Добрый вечер, уважаемые друзья. С вами программа «Интернет-экономика», ее ведет Дмитрий Волков. И сегодня в гостях у нас Павел Голобородько, который представляет «Союз молодых инженеров». И мы будем говорить о том, как интернет проникает в классические отрасли экономики, как он создает синергию, как он создает дополнительную добавленную стоимость, как он помогает зарабатывать, и как он меняет наш мир. Мы постараемся поговорить про сегодня и попытаемся заглянуть в будущее для того, чтобы понять, какой же будет наш мир. И самый главный вопрос, на который мы хотим ответить: что нам надо сделать сегодня, чтобы наш мир завтра был прекрасен. Павел, первый вопрос к вам следующий. Вы знаете, очень простой вопрос: расскажите в двух словах о себе.

Павел Голобородько

- Добрый вечер, уважаемые радиослушатели. Меня зовут Павел Голобородько, мне 35 лет. Я окончил Московский инженерно-физический институт по специальности «Прикладная математика», то есть очень релевантно будет нашему разговору про интернет. В 2003 году его закончил. Так получилось, что с 2000 года я работаю, так или иначе, в области информационных технологий с телекомом, с интернетом с разных сторон, но больше со стороны корпорации. За это время я работал в телеком-компаниях, а последние десять лет я работаю в транснациональных корпорациях, вендорах программного обеспечения.

Дмитрий Волков

- Иначе говоря, у вас блестящее образование и, как говорят, блестящий «background».

Павел Голобородько

- Наверное, да. Релевантный.

Дмитрий Волков

- Релевантный, да. Мне больше нравится слово «блестящий». Я позволю себе его тоже употреблять. Может быть, вы расскажите какую-то историю конкретно. Вот мы говорим про проникновение интернета в классической области.

Павел Голобородько

- Знаете, на самом деле мне очень нравится один проект, в котором я имел счастье участвовать и некоторым образом организовывать - это проекты правительства Москвы, которые происходили с момента прихода Сергея Семеновича Собянина и его команды. Собственно, это те проекты, которые делали ДИТ Москвы.

Дмитрий Волков

- ДИТ – это департамент информационных технологий.

Павел Голобородько

- Да. Я видел, как все начиналось в 2011 году, когда мы помогали строить систему управления всеми сервисами, обеспечивать поддержку. Если сейчас вы зайдете на сайт правительства Москвы и найдете какую-нибудь ошибку или позвоните на call-центр, вы пойдете в систему, которую мы настраивали и строили. Кажется, что она такая маленькая, а надо сказать, что за последние 4 года эта система обработала несколько миллионов инцидентов. Это довольно сложная история. Без интернета это было бы невозможно. Естественно, что это такой яркий пример, когда интернет сам по себе не решал бы проблему, он решал только в том случае, когда появилась политическая воля поменять бизнес-процессы.

Дмитрий Волков

- То есть к интернету нужна еще политическая воля?

Павел Голобородько

- Однозначно. Организационная и политическая, иначе это просто будут технологии. Мы будем складывать эти данные, искать потом их в «Google», обсуждать в «Facebook», говорить, что все плохо или хорошо.

Дмитрий Волков

- А где начало-то вашего проекта? Где можно найти вход в этот проект, на каких ресурсах?

Павел Голобородько

- Вы знаете, это внутренние истории. То есть это та самая кухня, которую никто не видит, но, когда что-то происходит, она работает. До того я занимался такой же кухней примерно, которую было не особо видно, - это такие корпорации, продукцию которых вы покупаете. Для того, чтобы вы ее покупали, необходимо, чтобы ее кто-то учел, спланировал, отгрузил, и вокруг этого есть всякие системы управления производством, предприятиями, транснациональные корпорации, которые приходят, и они как-то все работают. Никто нигде не спрашивает, как они работают. Как-то работают. И чтобы они работали, этим занимался я и мои команды.

Дмитрий Волков

- Иначе говоря, речь идет о внутренних продуктах, которые ускоряют и оптимизируют работу компании, будь это правительство Москвы или какая-то крупная транснациональная корпорация?

Павел Голобородько

- Да, это продукт для корпорации.

Дмитрий Волков

- И как отсюда вы к «Союзу молодых инженеров»?..

Павел Голобородько

- Ситуация была достаточно специфическая, а может, и не специфическая. Вокруг меня всегда было много моих однокашников, коллег (просто я уже практически 15 лет работаю), и у многих из них такой кризис среднего возраста, можно сказать. Он сейчас раньше начинается - раньше в 35 начинался, а сейчас начинается в 30.

Дмитрий Волков

- У всех по-разному.

Павел Голобородько

- В зависимости от того, кто какие себе ставит задачи. Собственно говоря, завершили мы какой-то проект, стартовали в правительстве Москвы какой-то «background». Ну, хорошо. Дальше что делать? Улучшать. Хорошо, давайте улучшать. Но хочется чего-то большего. Понимаем, что есть большие системные проблемы, не Москвой же ограничивается наша родина-то. Мы все-таки одно из последних поколений советских школьников, а советскому школьнику рассказывали совершенно другую историю - он хотел сделать (есть английское слово такое «does matter») что-то имеющее значение.

Дмитрий Волков

- Он хотел изменить мир.

Павел Голобородько

- Он хотел изменить мир, хотел справедливости. Эта история, собственно говоря, осталась. Генетическая история русского народа никуда не девается.

Дмитрий Волков

- Мы не можем просто яму копать, мы должны копать яму со смыслом.

Павел Голобородько

- Когда копаем яму без смысла, у нас начинается 1995 год, и люди, которые копают, а счастья-то нет. Поэтому так получилось, что… Я даже помню, как это произошло. Мы сидели на Белорусской в каком-то ресторане с тремя моими друзьями. Один занимался процессами управления «life circle»-менеджментом - это управление жизненным циклом сложных изделий. Второй говорил: «Мы сейчас будем строить цифровые модели стройки, чтобы было прозрачнее, чтобы эффективней, чтобы дешевле в строительстве». Это очень важная история, и она, кстати, требует очень много законодательных историй. И стало понятно, что для того, чтобы эту историю двигать, надо иметь представительство, субъектность. Там была долгая история, каким образом мы дошли до военно-промышленной комиссии, но дошли, наверное, потому что…

Дмитрий Волков

- Из ресторана на Белорусской вы дошли до военно-промышленной комиссии, но путь был длинный.

Павел Голобородько

- Да, путь был не то что длинный... Как попасть в военно-промышленную комиссию, было плюс-минус понятно, а не было понятно, собственно говоря, причем здесь я и мои друзья. Так получилось, что хотели сделать что-то маленькое, а получилось что-то совершенно другое. Так у нас сформировался коллектив из людей, которые занимались общественными проектами большую часть своей жизни, и в этот момент начали генериться уже другие смыслы. Есть такое понятие «создание смыслов», «территория смыслов». Пошли создаваться смыслы. Нас поддержала военно-промышленная комиссия, Олег Иванович Бочкарев - это сейчас зампред коллегии.

Дмитрий Волков

- Ну, давайте пару смыслов, чтобы мы…

Павел Голобородько

- Вот пару смыслов. Смысл следующий. Есть понимание, которое сформировалось в прошлом году уже окончательно в такую конструкцию, что мы хотим, чтобы Россия была одним из технологических лидеров. Мы – это вот мы.

Дмитрий Волков

- Мы – советский народ.

Павел Голобородько

- Да. Но так получилось, что инженеры, причем молодые, потому что агенты из НИИ – это всегда молодежь.

Дмитрий Волков

- А кому еще?

Павел Голобородько

- Да. Это не означает, что мы ограничиваемся: нам ни экономисты не нужны, ни юристы. На самом деле нужны, бесспорно, и они сейчас появляются все чаще, потому что видят, что у нас есть некие проблемы с компетенцией.

Дмитрий Волков

- Я понял. Таким образом, вы приобрели субъектность, решили изменить мир, собрали компанию единомышленников и начали мир менять. Вот какую-нибудь свою самую актуальную задачу перед «Союзом молодых инженеров».

Павел Голобородько

- Перед «Союзом молодых инженеров» стоит задача следующая: мы сформулировали несколько смыслов поменьше. Так как мы работаем по молодым инженерам… Где больше всего молодых инженеров, инженеров по железу? Это оборонно-промышленный комплекс, атомная энергетика и прочее. Наша структура так выстроилась: у нас есть председатель и сопредседатель. Председатель представляет разные направления индустрии – электроника, атомная промышленность, космонавты и прочее. Основная проблема, которая встает перед страной вообще и перед промышленностью, как следствие (потому что это отражение, естественно) - это проблема демографическая, как и везде. Есть старшее поколение, есть среднее поколение, с которым вообще проблемы, потому что его мало или оно все куда-то разошлось, и есть молодежь, у которой есть свои проблемы – нет жилья, денег не хватает, а денег много платить не получается.

Дмитрий Волков

- У молодежи всегда есть какие-то проблемы.

Павел Голобородько

- Да. Поэтому возникает вопрос: как сделать так, чтобы молодежь смогла, реализовывая в своей компетенции, обеспечивать, с одной стороны, свои потребности, а с другой стороны, двигать страну вперед? Был придуман такой термин, концепт, называется «гипертех». Гипертех – это внедрение системы распределенного производства. Что это означает? Это означает модель, которая используется такими компаниями, как «Boeing», «Airbus», «Toyota» и прочие, когда есть крупная корпорация, и вокруг крупной корпорации существуют малые и средние предприятия, которые дают свои компетенции достаточно небольшие. Сейчас с проникновением интернета, информационных технологий, появилось очень много историй, где 10 человек могут сделать то, на что раньше нужно было бы 200, – что-то впаять, что-то прототипировать, разработать какую-то модель и прочее. Сейчас все это очень сильно упаковано в библиотеки, в 3D-принтеры и прочее. Не скажу, что сейчас компетенции нет, компетенция есть, но мы начали проталкивать (при поддержке, конечно, наших отцов-основателей) историю о том, что есть возможность работать, в том числе, с крупными предприятиями, внедрять эту систему в России. Все знают, что это есть там, но есть проблема, как внедрять это в России.

Дмитрий Волков

- Давайте сделаем вопрос ясным. Что такое система, о который вы рассказывали? Как вы ее назвали? Распределённая…

Павел Голобородько

- Система распределенного производства.

Дмитрий Волков

- Вот эта система, простыми словами.

Павел Голобородько

- Есть крупное предприятие, например, оборонно-промышленного комплекса. У него есть задача прототипировать, сделать в металле какую-то деталь, но у него нет или оборудования, или исполнителя, специалиста. Соответственно, он обращается к малой компании, которая за какие-то определенные деньги, за какое-то определенное время реализует эту задачу.

Дмитрий Волков

- А вы тут причем?

Павел Голобородько

- Причем здесь мы: мы – сама сеть, то есть у нас есть база этих людей, этих исполнителей.

Дмитрий Волков

- Иначе говоря, вы связываете оборонное предприятие, которое занимается высокотехнологичными историями, с теми, кто может это исполнять. Давайте привяжем к этому интернет.

Павел Голобородько

- Естественно, задача, которая встает в этот момент: как одним найти других. Естественно, нужна база. На сегодняшний день мы разрабатываем некий прототип этой базы. Пример – это «Alibaba», который все знают.

Дмитрий Волков

- Хороший пример.

Павел Голобородько

- Зато это понятный пример. Всем понятно, все хотят «Alibaba», но при этом тут возникают свои проблемы и с секретностью, соответственно, и с закрытым контуром. Это вопрос, который сейчас обсуждается. На сегодняшний день все на руках происходит, но есть понимание, что главное – заразить человека идеей о том, что так можно делать, и, конечно, получить примеры того, что это работает. В частности, реализация этой программы: был создан технологический интегратор (его так и назвали «гипертех», чтобы сильно не мучиться), он создан на базе Южно-Уральского государственного университета, он уже сейчас работает.

Дмитрий Волков

- Расскажите, что это за существо? Это организация, это программа?

Павел Голобородько

- Вы знаете, это и организация, и программа. Вот так. С это программой мы перемещаемся и представляем эту программу на всех технологических мероприятиях - «Иннопром», «Технопром», все вот эти истории. На этих форумах, собственно говоря, в том числе, мы рассказываем. Мы очень много везде… Наш председатель сейчас на Пермском инженерном форуме.

Дмитрий Волков

- Бог с ними, с форумами. Иначе говоря, на базе Уральского университета вы создали и программу, и организацию, которая осуществляет…

Павел Голобородько

- Это пилотный проект такой.

Дмитрий Волков

- Лиха беда начало. Это еще не «Alibaba» пока. Она делает этот сервис, она связывает крупные компании, которые имеют заказы и ищут аутсорсинг какой-то специфический, которого у них еще нет (то есть речь идет об инновациях, по большому счету), а вы при помощи, в том числе, интернет-технологий, информационных технологий, в каком-то смысле этого слова, их связываете. Отлично. Это очень интересная история, и мы ее сейчас продолжим, но мне хочется вас опросить. Я напомню, что с вами программа «Интернет-экономика», ее ведет Дмитрий Волков, а в гостях у нас Павел Голобородько. Павел, я хочу провести опрос. Смотрите. Что такое интернет? Я позволю себе просто зачитать определение из «Википедии». Откуда еще можно взять образованному человеку определение? Интернет – всемирная система объединённых компьютерных сетей для хранения и передачи информации. То есть это вроде как про сети, но мы под интернетом, в отличие от дружественной «Википедии», понимаем чуть более широкое понятие. Это такой «интернет плюс» в некотором смысле этого слова - это информационные технологии в широком смысле, это все, что связано не только с сетями, но и с передачей информации, с сервисами, которые на базе этой передачи информации делаются. И этот интернет плюс – это не просто интернет плюс, а это интернет плюс реальный сектор. Это делается целенаправленно. Для чего? Для конкретной цели. Как ваш проект, например, - он как раз точно укладывается в эту историю. Есть какое-то предприятие машиностроительное, предположим, или Телеком, и вы при помощи своих информационных технологий создаете ему дополнительную добавленную стоимость, а заодно еще и тем компаниям, которых вы привлекаете, создав свою сеть. Вопрос-то заключается в следующем. Скажите, вот возьмем какую-нибудь отрасль, которая вам более всего знакома, ближе всего, может быть. Телеком, например. Вопрос такой: экспертная оценка – это… Мы сейчас будем делать безответственное заявление. Как вы думаете, проникновение интернета в том смысле, в котором мы сейчас это обсудили, в процентах сейчас какое?

Павел Голобородько

- Объективно, возникновение всяких таких технологий, которые уже все знают, - ЛТЕ, четвертое поколение.

Дмитрий Волков

- ЛТЕ – это беспроводные сети.

Павел Голобородько

- Да, беспроводные сети, высокоскоростные. Если раньше это было отдельное оборудование (2G, 3G)…

Дмитрий Волков

- А еще раньше были медные провода. А раньше кричали друг другу в рупор.

Павел Голобородько

- То на сегодняшний день технологический стек, технологическое оборудование и программное обеспечение – это примерно одно и то же. Задачи и протоколы - все примерно одно и то же. Посмотрите, что мы сейчас получаем? Мы сейчас через МГТС заходим и получаем интернет, телевизор и телефон. Тут непонятно, где начинается одно, и где заканчивается другое, поэтому Телеком и есть интернет по факту.

Дмитрий Волков

- Точно. Если говорить о цифрах?

Павел Голобородько

- Скромно скажем 70 +, чтобы совсем не ошибиться.

Дмитрий Волков

- Понятно, что это не количественная оценка, понятно, что это ваша экспертная оценка. Вы все-таки специалист, вы получили блестящее образование, у вас великолепный «background», и мы можем на это опираться, как на мнение. Могут быть и другие мнения, мы к ним тоже уважительно относимся. Давайте попробуем посравнивать. Возьмем какую-то область, которая близка и нам всем, и нашим слушателям тоже близка, – здравоохранение. Мы все рано или поздно погружаемся в эту тему. Там тоже всякое есть - появляется дистанционное лечение, такие методы, сякие методы. С вашей точки зрения, а в здравоохранении как?

Павел Голобородько

- Вы знаете, во-первых, это сильно зависит от страны, которую мы обсуждаем.

Дмитрий Волков

- Мы в России.

Павел Голобородько

- Если мы говорим о России, то тут, конечно, инновационных технологий не так много, процентов 10-20.

Дмитрий Волков

- То есть сильно отстает?

Павел Голобородько

- Я не уверен, что это плохо, до конца. Мое отношение к здравоохранению, скорее, в сторону превентивного - лучше здоровым образом жить, чем потом лечиться, и не изучать высокотехнологично, что же со мной произошло. К сожалению, часто так бывает: сначала люди непонятно, как живут, а потом лечатся.

Дмитрий Волков

- Хорошо. Это понятно. Тут тоже можно подискутировать, но сейчас не о здравоохранении речь, а речь об интернете. Скажем, если мы возьмем какое-нибудь строительство? У вас знакомый в строительстве был.

Павел Голобородько

- Смотрите, со строительством история такая - там идет резкий рывок сейчас, потому что все пытаются строить быстрее и дешевле. Чтобы строить быстрее и дешевле, у вас должен быть максимальный объем информации, чтобы вы выбирали, понимали, что отстаем и прочее. Поэтому там сейчас пока все достаточно печально – 5% влияния, хотя там очень большие объемы. Тут вопрос, скорее, как в управлении строительством технологии меняться будут. Строительство - оно как было, так оно и останется. Хотя, может быть, там 3D-принтеры - там, конечно, сразу много информационных технологий возникает, моделей, роботов. А управление строительством очень сильно поменяется - это однозначный факт, я думаю.

Дмитрий Волков

- Сейчас вы оцениваете в 5%?

Павел Голобородько

- Ну, может быть, в 15-20, тоже там слабо.

Дмитрий Волков

- Отлично, зафиксировали, 15%. Как в здравоохранении, практически. Мы так же строим, как болеем. Я это для чего спросил? Мы провели какой-то срез такой экспертный и видим, что, во-первых, неравномерно, а, во-вторых, маловато. И я хочу вас спросить, как эксперта, как молодого инженера и человека, который общается в такой высокоинтеллектуальной среде молодых инженеров, наших российских. Скажите, если бы сейчас случилось чудо, и государство начало бы активизироваться в этой области, то есть государство сказало бы (кстати, а потом бы это еще и сделало), сказало бы и сделало: «Мы понимаем, что интернет-технология – это наше все. Мы направим туда все ресурсы, поменяем регулирование, чтобы максимально упростить это, уберем все барьеры, наоборот, мотивируем людей. Мы направим туда все меры поддержки, какие у нас есть, - инфраструктуру, финансовую поддержку, образовательные программы, информирование. Мы будем создавать бизнес. Мы будем внедрять ГЧП. Все будем делать, чтобы увеличивать процент интернет-технологий». Если бы оно это сказало, как вы думаете, как бы этот процент рос, с какой скоростью? Что бы поменялось в нашей жизни?

Павел Голобородько

- Что поменялось бы в нашей жизни? В нашей жизни поменялось бы следующее: во-первых, нам стало бы немножко дешевле жить в совокупности, хотя оно и так гораздо дешевле - любой результат сейчас получается дешевле, чем он был 20 лет назад, в том числе за счет доступности информации. Во-вторых, немножко проще в плане того, что мы эту информацию получать стали бы гораздо… у нас было бы продуктивнее время, мы могли больше времени проводить со своими семьями вместо, того чтобы рыться в какой-то пачке бумаг, таскать ее из стороны в сторону. Плюс у нас была бы возможность лучше это делать, повторять, нам проще было бы находить лучший опыт, худший опыт. Поэтому изменений будет много. Прежде всего, будет качество жизни расти. Чем доступнее знания (а в итоге это все про знания), тем лучше мы живем.

Дмитрий Волков

- То есть, иначе говоря, это точно благо, это повышает качество жизни. А риски какие?

Павел Голобородько

- Риски, прежде всего, в вопросах безопасности. Знаете, есть такой пример. Разговаривал однажды с одним уважаемым ветераном. Он говорил о том, что ряд технологических процессов в Советском Союзе знает только он (по ключевым параметрам техники), и только он знает, как соединена та или иная кооперация, и вся информация в голове у него. На бумаге - нет, потому что она секретная, но он знает, как она выглядит, а все остальные не знают. Она нигде не записана. Может, где-то и была записана, но уже забыл, где она есть.

Дмитрий Волков

- Я могу вам привести аналогичный пример. У нас сантехник есть, дядя Вася, который знает, где кран, а больше никто не знает, поэтому, когда протекает, только он может закрыть кран.

Павел Голобородько

- Поэтому здесь два аспекта. С одной стороны, доступность информации. И это тоже проблема (что она доступна), потому что не все хотят, чтобы история болезни была всем доступна, и все знали, где что, а также, где находится тот кран, который можно перекрыть, чтобы весь дом выключился. Тут возникает вопрос информационной безопасности, хотя он меньше всего относится к тому, что ее могут украсть, потому что чаще всего самый страшный источник утечки – это человек, который расскажет все вам просто так, потому что его попросили. Он просто не подозревал, что это секрет.

Дмитрий Волков

- Так где же золотая середина?

Павел Голобородько

- Золотая середина – это, прежде всего, образование. Люди должны понимать ценность информации. Когда информации меньше, то риски ее потери не столь важны. Когда информации становится много, то много возникает людей, которые обладают этой информацией, и это сложнее контролировать. Это такой баланс, и нам еще предстоит его, думаю, найти.

Дмитрий Волков

- А как вы этот баланс ищете у себя, в своем «Гипертехе»?

Павел Голобородько

- Вы знаете, у нас нет каких-то секретов. Мы, наоборот, пытаемся рассказать всем о том, что есть, сказать: «Приходите к нам, мы вам дадим доступ к сетке, разошлем по всей нашей базе». Собственно, было бы интересно, чтобы началось взаимодействие, чтобы этот котел заварился, чтобы каша пошла.

Дмитрий Волков

- То есть у вас нет такого дяди Васи, который один знает, где ж там ключик?

Павел Голобородько

- Скажем так, у нас есть много людей, которые обладают информацией, которые никогда ее не расскажут. Потому что там, где они работают, про это никогда не расскажут. Есть много вещей, про которые они могут рассказать, потому что это не секретно. Тут всегда возникает такой баланс - те, кто обладает компетенциями, они очень много обладают информацией, при этом они понимают (они взрослые люди, они проходили сертификацию, обучение), что это можно, а это - нельзя.

Дмитрий Волков

- Еще один вопрос, который у меня к вам есть, он о вашем проекте замечательном. «Союз молодых инженеров». Когда я услышал это название, во-первых, оно мне понравилось, во-вторых, я немного удивился, потому что инженер – это какая-то не очень сейчас широко распространённая профессия. Молодой инженер - это здорово звучит. Скажите, а, вообще, они есть?

Павел Голобородько

- Они есть. На самом деле мы довольно много инженеров выпускаем в стране. У нас одних программистов что-то в районе 100 тысяч в год, и они работают, делают что-то для народного хозяйства. Это про программистов. Выпускается-то их много, но основной вопрос состоит в том, что когда они приходят, особенно те, кто занимаются машиностроением, космосом и прочим, очень мало остается. Там статистика нехорошая. Через три года остается 10% или 15%. На предприятиях это проблема. Поэтому встала задача, по которой нас поддержали в военно-промышленной комиссии: «Давайте найдем способ, как поменять, как подкрутить систему, чтобы людям, молодым инженерам, было интересно оставаться в профессии». Это ключевая история. Понятно, что мы смотрим на тех людей, для которых это призвание. Если человек просто за деньгами пришел, ну, отучился и хорошо, почему бы нет? Может пойти получить второе высшее и переквалифицироваться в работника «Евросети».

Дмитрий Волков

- Зачем же так долго идти к работнику «Евросети»?

Павел Голобородько

- И многие так ходят. У нас высшего образования в стране сейчас очень много и разного.

Дмитрий Волков

- Это правда. Как же вы подкручиваете?

Павел Голобородько

- Чтобы докрутить ситуацию до «Гипертеха», нужно разговаривать с людьми, которые работают в системе, которая очень важная. Что государство делало последние 20 лет? Оно всеми возможными способами консервировало ситуацию так, чтобы не потерять ключевые компетенции, то, что сейчас ездит, запускает в космос и прочее. Слава Богу, это плюс-минус получилось, запускается. Назревает следующий вопрос. Что-то надо делать дальше, тут надо как-то развиваться. Развиваться надо аккуратно, с одной стороны, и не потерять то, что умудрилось сохраниться. С другой стороны, надо развивать историю, чтобы появилась история, чтобы людям было интересно. Эту модель мы сейчас ищем. Так уж получилось, что этот шестой технологический уклад, про который все говорят (это кибернетические, робототехнические системы), «Индустрия 4.0», про которую немцы говорят, к нам тоже пришла, и стало понятно, что молодые инженеры, работая над технологией шестого технологического уклада, могут зарабатывать себе деньги и делать то, чего не умеют делать люди, которые работают там сейчас.

Дмитрий Волков

- И откуда мы ждем приход этой «Индустрии 4.0»?

Павел Голобородько

- Объективно говоря, если мы не сильно являемся ее лидерами на сегодняшний день (станки немецкие, японские, американские), но в этом смысле у нас есть свои российские компании, которые также занимаются этими историями.

Дмитрий Волков

- Давайте по-другому пойдем. Мы же про «подкрутить» начали.

Павел Голобородько

- Смотрите, в чем здесь момент. Мы приходим на предприятие и говорим: «Смотрите, есть история, что можно так, и так бывает. Если у вас есть проблема, вы необязательно ищете ее по стандартным путям, можете обратиться к нам, и мы, как технологический брокер, технологический интегратор, можем выступить решателем этой проблемы. Мы найдем вам кооперацию из тех компаний, которые вы так никогда не найдете вообще». Это реальные коллективы, 5-10 человек, которые сейчас работают на своих предприятиях, но они могут делать субконтракт.

Дмитрий Волков

- Говорят, один болтик к «Сапсану», который изготавливает компания «Siemens», делает семья, которая живет где-то во Франции, и только она это делает. Это такой маленький семейный бизнес. Это вот про это? И никто больше не делает. «Siemens» у них заказывает много-много лет, потому что они изготавливают его с такой степенью гарантии, точности и экономики, что просто бессмысленно. Про это история?

Павел Голобородько

- Я думаю, в том числе, наверное, и про это, хотя мы больше говорим про цифровые модели и прототипирование.

Дмитрий Волков

- Болтики заменяем на прототипы.

Павел Голобородько

- Здесь такие истории. Один из наших примеров с «Гипертехом» - уральская история, когда закрыли… Это еще импортозамещение, прежде всего. Мы-то, может, и покупали бы болтик у успешного австрийского поставщика, но он перестал его поставлять, а схемы просто исчезли. Все привыкли покупать в Германии, а здесь непонятно, у кого брать. Пришли мы и говорим: «Давайте…». Есть одна из историй с космическими системами, когда наша структура «Гипертех» в ЮрГУ сейчас пытается проводить НИОКР, вернее проводит его для того, чтобы заменить некую химическую пасту (есть там такая технологическая история), чтобы импортозаместить. Они, может, и не хотели, но деваться некуда. История, конечно, с импортозамещением достаточно важная, это один из факторов, который двигает эту историю с распределенным производством. А так они, может быть, и не стали бы двигать. К сожалению, так всегда в стране.

Дмитрий Волков

- Скажите, Павел. Все равно хочу спросить: заместили уже чего-нибудь?

Павел Голобородько

- В процессе. Есть уже успешные истории.

Дмитрий Волков

- Можете поделиться с народом? Хоть намекните!

Павел Голобородько

- Есть истории, связанные (я даже в деталях не расскажу, я все-таки больше про IT) с машиностроениями (мы оценивали какой-то клапан), есть история с пастой для российских космических систем. Есть истории, они уже вполне рабочие. И то, что мы сейчас делаем дальше - мы выйдем уже, наверное, скоро в информационное пространство, чтобы сказать: «Такая модель работает. Давайте расти, расширяться, искать, объединяться».

Дмитрий Волков

- Это безумно интересно. Я даже не знал, что такое бывает. Я думаю, что многие из наших радиослушателей не знали, что такое бывает. Именно поэтому с вами программа «Интернет-экономика». Давайте зайдем с двух сторон. Предположим, я – молодой… слово «стартапер» вас не смущает?

Павел Голобородько

- Смущает.

Дмитрий Волков

- Молодой инженер, у которого есть хорошие идеи, который придумал какую-то штучку, и он понимает, что есть спрос на эту штучку. Какой вы ему сервис предлагаете, ему куда идти?

Павел Голобородько

- Во-первых, с ним надо поговорить. Он приходит к нам и рассказывает.

Дмитрий Волков

- Он к вам как приходит, в офис?

Павел Голобородько

- Он может зайти к нам на сайт, зайти в сеть в «ВКонтакте», в «Facebook», как угодно. Мы же в интернете живем, правильно? Мы интернет-организация в этом смысле. Рассказать о том, что есть такая история. Если эта история реально существует, понять, куда с ней можно дальше идти.

Дмитрий Волков

- Вы это делаете в ручном режиме?

Павел Голобородько

- Сейчас это ручной режим, потому что для того, чтобы выйти в массу, надо процесс отработать. Знаете, я для себя сформулировал такую историю. Были в «Роза Хутор»? Вот что меня впечатлило в «Роза Хутор», что там машины паркуются более правильно, чем они паркуются в Москве. Знаете, почему? Потому что там экстерриториальность, там правила парковки жестче, чем в Москве. Если что, не важно, какая у вас машина, вас увезут. А вот в хорошем смысле пример состоит в том, что для того, чтобы понять, какие должны быть правила, как выстроить так, чтобы не выглядеть смешно и не сломать какой-нибудь важный контракт, сейчас мы отрабатываем эту модель. У нас есть история с ЮрГУ, мы сейчас на ней понимаем, какие контракты, как это выглядит, какие есть риски, которые возникают, про которые вы говорите. Вот так и здесь. Все сейчас в ручном режиме - приходит история, мы начинаем с ней разбираться. Со временем, через год-два, вырастет уже некая сеть доверия, когда станет понятно… Мы сейчас формируем научно-технический совет для того, чтобы, когда приходит проект, мы сначала его бросаем, отдаем через интернет… С «Битриксом» работали, сейчас с «ПланФиксом» пытаемся среду совместную создать. Не было бы интернета, пришлось бы бумагой рассылать. Это проблема. Даже по е-мейлу сложно.

Дмитрий Волков

- Вы такая коммуникационная площадка в этом смысле.

Павел Голобородько

- И коммуникационная площадка, да, это прежде всего. Потому что основная история состоит в том, что…

Дмитрий Волков

- Коммуникационная площадка с экспертизой.

Павел Голобородько

- Да, бесспорно. Со временем мы планируем, что эта история будет возмездная, но на сегодняшний день она вот такая. Просто собрались люди, советские школьники, которые хотят что-то изменить и им это интересно.

Дмитрий Волков

- Я с уважением отношусь к советским школьникам. Я и сам был советским школьником.

Павел Голобородько

- Я, кстати, хотел сказать (не упоминал это), что у нас одно из рабочих названий проекта звучит как «Технокомсомол», так называем нашу организацию. Идея формирования не комсомольцев, которые…

Дмитрий Волков

- Можно назвать энтузиастами и бессеребренниками, судя по всему.

Павел Голобородько

- Не так, чтобы сразу. Мы все-таки про то, чтобы малый, средний бизнес…

Дмитрий Волков

- То есть монетизация будет?

Павел Голобородько

- Однозначно. Но задача состоит в том, чтобы молодые инженеры смогли зарабатывать себе деньги и при этом не ждать подачек от кого-то: «Дайте, повысьте мне зарплату», а принести денег.

Дмитрий Волков

- Я так понимаю, что заводы крупные к вам приходят также. Вы потихонечку с ними знакомитесь, потихонечку набираете базу и строите эту сеть, которая объединяет молодых, талантливых ребят с уже не такими молодыми, но не менее талантливыми нашими производственниками, которые делают нужную продукцию. С вами программа «Интернет-экономика», ее ведет Дмитрий Волков, в гостях у нас Павел Голобородько. Давайте помечтаем о том, что будет, скажем, через 10 лет. И что надо сделать сегодня, чтобы это «через 10 лет» было счастливое, прекрасное, чудесное, а не какое-нибудь грустное. Прежде чем вы расскажете, что будет через 10 лет… Знаете, как в бизнесе? В бизнесе же не бывает ни вчера, ни завтра. В бизнесе бывает только сегодня, потому что вчера – это опыт, а завтра – это тот результат, который мы заложили сегодня. Что с вашей точки зрения мы должны заложить сегодня, чтобы ваш замечательный проект через 10 лет превратился во что-то совершенно фантастическое? И в чем должно государство вам помочь?

Павел Голобородько

- В чем нам должно помочь государство? Государство нам и так разными способами пытается помогать. В частности, Росмолодежь с нами (один из наших партнеров). Ситуация очень простая. Через 10 лет мне будет 45.

Дмитрий Волков

- Это не страшно, поверьте.

Павел Голобородько

- Это факт. Если ничего не случится, то мне будет 45, моим коллегам будет кому-то 35, кому-то 50, разный разброс. Что это будет означать? Это будет означать ровно то, что у меня будет гораздо меньше уровень активности, просто потому что я стану мудрее. При этом, что я хочу, чтобы было. Я хочу, чтобы люди, которые за эти 10 лет выросли, которым было 25, стало 35, которые станут не очень мудрыми, как я сейчас, они за эти десять лет стали кем-то. Хочу, чтобы они выросли из своих начальников отделов, из начальников управления до генеральных директоров, генеральных конструкторов. Для того, чтобы это получилось, в частности, одна из программ, которую мы ведем, мы запустили сейчас в сентябре… Мы проводили школу «Техноспецсназ». Вообще, называли это «спецназ».

Дмитрий Волков

- Какие у вас очаровательные названия.

Павел Голобородько

- Названия у нас отличные. Да, технокомсомол, техноспецназ, технодоктрина – это форум, который мы проводим. В прошлом году проводили, 650 человек было. В этом году, наверное, будет поменьше, потому что мы сейчас технодоктрину проводим на каждой площадке.

Дмитрий Волков

- 650 человек.

Павел Голобородько

- Это много, да. У нас задача была 70% меньше 35 лет, причем, это инженеры молодые.

Дмитрий Волков

- Потрясающе.

Павел Голобородько

- Для того, чтобы они через десять лет стали этими генеральными директорами, на сегодняшний день надо формировать их сознание. Это обучение. Не просто обучение. Люди получили MBA и говорят: «Я директор». Почему ты директор? Потому что ты два года сидел, изучал кейсы? Самый лучший кейс – это взять объект и на нем попытаться что-нибудь сделать. И сделать, заметьте! Те люди, с которыми мы сейчас работаем, наш костяк, - это люди, которые также это сделали. Поэтому задача состоит в том, чтобы подготовить «техноспецназ», сделать эту школу. Мы собрали 75 человек из 45 оборонных предприятий, школу открывал Сергей Глазьев - советник президента. Выступали такие люди, как Олег Иванович Бочкарев.

Дмитрий Волков

- То есть не без внимания проект.

Павел Голобородько

- Иван Бортник - руководитель фонда Бортника. Это был первый раз, когда к ребятам, которые сейчас начальники отделов, такой лоу-менеджемент, к ним обращались, как к людям, им говорили простую вещь: «Ребята, в ваших руках будущее». Поэтому будущее через 10 лет теперь будет такое, как мы его сделаем, как вы его видим. Я его вижу все-таки таким, что Россия является технологическим лидером мира, как она и должна быть, одним из. Бесспорно, есть мировое распределение труда, как нам рассказывают некоторые коллеги. Я считаю, в принципе, у нас такая география и такая история, что хотим мы того или нет, мы однозначно в ключевых отраслях должны быть лидерами и, вполне себе, конкурентами. Вы знаете, я много работал в национальных корпорациях и хочу сказать, что, наверное, из-за того, что мы в свое время проиграли холодную войну, они сильно расслабились. Это кажется, что у них все прекрасно, у них интернет, у них новые технологии, а при ближайшем рассмотрении выясняется, что идет такой небольшой инкрементальный рост, а так-то мы рассматриваем технологии, которые были в 70-80-х годах, так мы на них и ходим. Да, интернет стал чуть побыстрее, бесспорно. Знаете, чего не случилось пока что? Кстати, кто сможет это сделать, тот определит будущее. Кто сделает таблетку от смерти, кто добьется бессмертия, значительного продолжения жизни, тот будет, конечно, во многом влиять на развитие человеческой цивилизации.

Дмитрий Волков

- Я не могу не задать этот вопрос. Что мы должны сделать сейчас, чтобы создать таблетку от смерти завтра.

Павел Голобородько

- Я не сторонник. Я хочу прожить свой жизненный цикл и его завершить.

Дмитрий Волков

- «Таблетку от смерти» в кавычках.

Павел Голобородько

- Надо сделать очень простую вещь. Нужно понять, что основной генерацией результата будущего и качества жизни являются люди, которые придумывают новые технологии, реализуют их, знают, что это такое, и которые работают совместно со всеми остальными – с учеными, с художниками, с врачами. Не просто эксплуатируют то, что было придумано кем-то, а создают новую технологию. Потому что, чем дальше мы идем, тем больше мы понимаем: раньше нам надо было любую железяку, а сейчас нам нужно, чтобы эта железяка жила в гармонии со всем миром. Но! Не стоит забывать, что гармония гармонией, но гармония тогда, когда наши границы под замком.

Дмитрий Волков

- О как! А это как связано с интернетом? Интернет же глобален.

Павел Голобородько

- Это неправда, конечно. Интернет управляется, понятно, откуда - из точки своего создания. Были сейчас учения, и выяснилось, что у нас нет суверенного интернета. Это, в том числе, наша проблема. Я думаю, что за эти 10 лет мы добьемся, чтобы наш сегмент при особо сложных условиях был независим.

Дмитрий Волков

- Правильно ли я вас понял? Сейчас, как вы сказали, надо подкрутить сознание, то есть надо поменять сознание для того, чтобы создать вот этот класс созидателей, чем вы и занимаетесь.

Павел Голобородько

- Даже скажу, не то что сильно подкручивать, надо просто прекратить, и это уже происходит. Президент, кстати, в 2014 году на петербургском форуме сказал, что России не хватает технологической революции, и поэтому сознание уже всячески подкручивается.

Дмитрий Волков

- Понятно. А во-вторых, надо внимательно смотреть на границы, чтобы случайно не оказаться в неудобном положении.

Павел Голобородько

- На границы надо всегда смотреть, бесспорно.

Дмитрий Волков

- Это точно. Знаете, наша передача подходит к концу, и в конце, может быть, главная мысль, какой-то ваш тезис, что-то, что вас беспокоит или радует.

Павел Голобородько

- Я хотел сказать, что я верю в то, что мы делаем. Я верю в то, что мы сможем достигнуть технологического лидерства, не только технологического, но и морального, прежде всего, потому что технология без морали не имеет никакого смысла. Никогда еще мечем нельзя было никого победить, побеждают словом в итоге. Для этого мы должны более сбалансировано развивать нашу молодежь, инвестировать в творцов, и тогда все будет хорошо. Но для этого все должны работать. Это не проблема инженеров, это проблема всего общества.

Дмитрий Волков

- Уважаемые друзья, с вами была программа «Интернет-экономика», ее вел Дмитрий Волков. В гостях у нас был мечтатель, энтузиаст, «технокомсомолец» Павел Голобородько. Добро пожаловать в «Союз молодых инженеров». Всего доброго.