Сумбур вместо пенсии

Пенсии не будет — именно так можно начинать любую статью о пенсионной реформе. После очередного обострения дискуссии стало понятно, как именно власти собираются лишить граждан возможности не работать в старости и сколько всем нам придется заплатить за эту сомнительную привилегию.

Слаб человек: сколько ему ни говори, что пенсии не будет, он все равно втайне надеется, что правительство что-нибудь да придумает. Свидетельства идущего в правительственных недрах мыслительного процесса появляются регулярно, а перед майскими праздниками их образовался целый ворох: "Коммерсанту" стали известны детали разработанной Минфином и Центробанком концепции индивидуального пенсионного капитала, РБК сообщил о предложении Минтруда отказаться от накопительной части и ликвидировать досрочные пенсии, "Ведомости" выяснили, что Минэкономики предпочло бы реформировать солидарную часть пенсии, вернуть накопительную и повысить пенсионный возраст.

В обнаружившемся разнообразии мнений нет ничего плохого: в конце концов, наличие у правительства размышлений подтверждает факт его существования. Хотя с аппаратной точки зрения это и может вызывать тревогу: позиции ведомств не согласованы, а логика трехлетнего бюджетного планирования, к которой правительство намеревалось вернуться в этом году, предполагает, что с планами на послевыборный 2019 год надо определяться уже сейчас. Если эти планы не учесть в ближайшем бюджете, их того и гляди придется отодвигать на 2020-й.

Но гражданину, размышляющему о будущей пенсии, важнее учитывать другое. Все документы, ставшие достоянием СМИ, официально являются неофициальными: как пояснила пресс-секретарь премьер-министра Наталья Тимакова, "эти документы становятся официальными только после того, как вносятся в правительство, а это происходит после совещания у профильного вице-премьера. Такого совещания не было. Соответственно, все, что сейчас обсуждается, так и остается лишь предложениями" (цитата по "Интерфаксу"). Участие населения в обсуждении не предполагается: официальный представитель Минфина Светлана Никитина заявила агентствам, что "было бы неправильно с нашей стороны обсуждать непроработанные и не обсужденные всесторонне предложения". Какое бы решение ни было принято, граждане будут просто поставлены перед фактом. И этот факт в любом случае окажется неприятным: светлого будущего ни одно из предложений не обещает.

Принудительные сбережения

Начнем с того, что о формировании обязательной накопительной пенсии, три года как замороженном, можно будет, по всей вероятности, забыть вовсе. Сохранение этого механизма (с распределением платежей между работником и работодателем) предусмотрено только в предложениях Минэкономики, тогда как и Минтруд, и Минфин с ЦБ предлагают ее ликвидировать. В этом случае все собираемые по ставке 22% пенсионные взносы пойдут в ПФР, а граждане, если захотят, смогут откладывать на пенсию сами. Причем это еще не значит, что государство собирается оставить формирование этих накоплений без внимания.

Предложенная Минфином и ЦБ концепция индивидуального пенсионного капитала предполагает введение дополнительного платежа на эти цели, который работодатели будут перечислять сразу в НПФ (это приведет к росту административной нагрузки на организации, признают авторы документа). Работники при желании смогут зафиксировать ставку этого платежа на любом комфортном уровне. При ставке от 0% до 6% зарплаты сумма платежа не будет входить в базу для расчета взноса в Пенсионный фонд и НДФЛ, и сохранность этих средств будет гарантирована АСВ. На суммы сверх 6% налоговые льготы и гарантии распространяться не будут.

По умолчанию ставка взноса будет постепенно, по 1 п. п. в год, увеличиваться с 0% до 6%, а участниками системы будут считаться все, кто ранее перевел накопительную часть пенсии в НПФ, эти деньги превратятся в первый взнос в "индивидуальный капитал". Для тех, кто накопления в НПФ не переводил, вариантом по умолчанию предлагается сделать формирование пенсии исключительно в Пенсионном фонде (ПФР) в рамках "балльной системы". Согласно "Концепции...", все нынешние клиенты ПФР должны иметь право в течение двух переходных лет (2019-2020) сменить выбор, назначенный им по умолчанию и, соответственно, либо конвертировать накопительную часть пенсии в баллы ПФР, либо наоборот. У работников, впервые выходящих на рынок труда, уже не будет выбора участвовать в новой системе или нет.

Став ее участниками, выйти из нее работники, по сути, не смогут, хотя и вправе на время обнулить ставку взносов. Здесь ЦБ и Минфин описывают два возможных механизма, причем склоняются скорее в пользу предоставления участникам права на каникулы сроком до пяти лет с автоматическим возобновлением платежей, когда каникулы закончатся. Твердым "отказникам", таким образом, придется каждые пять лет подтверждать свое решение. В другом варианте предлагается срок действия такого решения не ограничивать, но предусмотреть автоматическую "переподписку" отказавшихся работников по достижении ими 35 и 45 лет (после чего они опять-таки смогут отказаться от платежей).

В знании человеческой психологии разработчикам не откажешь. Люди в большинстве своем склонны принимать выбор, назначенный по умолчанию, и редко готовы на дополнительные усилия, чтобы его изменить. Постепенное повышение ставки замаскирует изъятие денег для работников тех организаций, где зарплаты принято индексировать. А гибкая система выплат с возможностью в случае тяжелой болезни в любой момент забрать из НПФ все средства или в предпенсионном возрасте (за пять лет до пенсии, вариант: после 55 лет) получить единовременно до 20% суммы в связи с "чрезвычайными обстоятельствами", равно как и объявление пенсионного капитала собственностью граждан, помогут красиво упаковать проект для населения. Государство (теоретически) не сможет вдруг взять и заморозить ни пенсионный капитал, ни накопительную часть пенсии, которая станет первым вкладом в его формирование. Хотя НПФ, разумеется, все еще смогут бездарно инвестировать эти деньги: в 2015 году доходность на уровне инфляции или выше получили 13 из 37 НПФ, входящих, по данным АСВ, в систему гарантирования пенсионных прав.

Принципы бюджетной экономии

Красиво упаковать предложения, связанные со страховой пенсией, будет куда сложнее, если вообще возможно. Во-первых, исчисление пенсионных прав останется балльным, а правила их индексации если будут меняться, то только с целью сделать эту индексацию по возможности скромной. По мнению Минэкономики, размер индексации должен определяться не уровнем инфляции (как было до 2016 года), а доходами ПФР. Индексацию на уровень прогнозируемой инфляции плюс 1% предлагается рассматривать в качестве максимально допустимой, но не обязательной. Минфин, представители которого ранее высказывали сходные идеи, эту мысль почти наверняка поддержит, хотя в его предложениях речь идет о сокращении индексации только в 2017 году.

Во-вторых, тарифы страховых взносов наверняка вырастут. Минфин еще несколько месяцев назад высказывал идею отменить порог (сейчас — 796 тыс. руб. в год), на сумму сверх которого взносы в ПФР начисляются по ставке 10%. Минтруд предлагает два альтернативных варианта, ничуть не более привлекательных. В первом зарплаты сверх порога облагаются по ставке 8,75%, а ставка взноса с меньших сумм увеличивается до 26%. Во втором сохраняется общая ставка в 22%, а ставка для больших зарплат постепенно, по 2 п. п. в год, вырастает до 20%.

Под вопросом судьба льготных ставок, установленных для ряда отраслей (в частности, IT) и резидентов некоторых проектов (как "Сколково") и особых экономических зон. Минтруд, как пишет РБК, предлагает оказывать им господдержку "не за счет системы обязательного пенсионного страхования", а Минфин, указывают "Ведомости",— отменить компенсацию ПФР выпадающих из-за этих льгот доходов. В этих условиях отмена льгот может оказаться решением, которое устроит оба министерства. Кроме того, вырасти могут взносы для индивидуальных предпринимателей: Минтруд предлагает в течение пяти лет постепенно увеличить базу для уплаты ИП взносов с одного до двух МРОТ в месяц, при ставке в 26% плюс 1% от доходов свыше 300 тыс. руб. в год.

Одновременно минимальный стаж, необходимый для получения права на страховую пенсию, в Минтруде предлагают увеличить с 15 до 30 лет. А досрочные пенсии — здесь у министерств разногласий нет — ждет реформирование почти до полной ликвидации. Из граждан, получающих пенсию в ПФР, право на досрочный выход на пенсию сохранят только работники вредных и опасных производств, причем платой за это, по предложению Минтруда, станет двукратное увеличение ставки дополнительных тарифов. На вредных производствах ставка составляет сейчас от 2% до 7% в зависимости от оценки условий, а предлагается — 5-11%, на опасных ставка вырастет с 8% до 15%. У врачей, учителей и творческих работников досрочных пенсий не будет. Требуемый для назначения им пенсии стаж увеличится до 40 лет (в 2017-2020 годах — на три месяца в год, с 2021 года — на шесть). Здесь, кстати, можно увидеть намек на будущее развитие дискуссии — порог стажа может быть увеличен для всех.

Из этого неявно следует, что и по вопросу повышения пенсионного возраста ведомства достигли некоторого консенсуса: во всяком случае, наработать стаж в 40 лет специалисту, который в юности посвятил пять-семь лет учебе в вузе, к 55-60 годам просто невозможно. А вот к 65 годам, о которых в своих предложениях говорит Минфин, можно уложиться (Минэкономики, поддерживая идею повышения пенсионного возраста в целом, конкретный возраст не указывает). А для тех, у кого были перерывы в формальной занятости (не редкость в последние 25 лет), возраст возможного выхода на пенсию может сдвинуться и за 70.

Политические тонкости

Политические ограничения, скорее всего, не позволят реализовать все перечисленные инициативы. Перед выборами повышения пенсионного возраста вряд ли следует ждать, несмотря на предполагаемый консенсус в правительстве. По данным ФОМа (сентябрь 2015), с этой мерой готовы согласиться только 13% населения, тогда как повышение взносов считают приемлемым 51% (благо взносы платят работодатели), а о снижении пенсий и речи быть не может (согласны 2%). И хотя в возрасте 55-63 года, по опросам ФОМа, работает каждый третий, трактовать это как готовность к отсрочке пенсии нельзя: три четверти бросили бы работу, если бы им хватало денег.

С другой стороны, неясно, насколько реализация даже всех этих предложений позволит уменьшить дефицит ПФР. Минтруд, например, экономический эффект своих инициатив оценил в 343,8 млрд руб. в 2019 году. Для сравнения: необеспеченнность пенсий страховыми взносами в 2015 году составляла 1,26 трлн руб. А индивидуальный пенсионный капитал может обеспечить экономику "длинными деньгами", но рост пенсионных доходов обещает главным образом работникам с зарплатой от 60 тыс. руб., права которых в страховой "балльной системы" сильнее ущемлены Они, надо сказать, и сами могут обеспечить себя сбережениями, только не всегда доверяют государству и финансовым институтам. На состояние их прав в страховой системе индивидуальный капитал не повлияет, а введение плоской шкалы страховых взносов и вовсе превратит дифференцирование страховых выплат в фикцию.

Государство, конечно, могло бы эту фикцию признать, заменить имитацию страховых пенсий на фиксированное пособие по старости на уровне прожиточного минимума и заодно снизить взносы, чтобы остальное граждане копили сами. Но тут тоже есть политическое ограничение: станет слишком очевидно, что в России две категории пенсионеров, и целый класс людей — госслужащих и силовиков — проблемы ПФР не касаются, они всегда могут рассчитывать на пенсию из бюджета. И очевидный экономический риск ухода доходов в серую зону.