С сирийскими намерениями

19 августа Совет Безопасности ООН впервые за два года единогласно принял политическое заявление по Сирии. Тем временем в самой Сирии продолжается война, которая может закончиться разделом страны.

1 / 2

В заявлении Совбеза ООН содержится призыв к созданию в Сирии переходных органов власти со всем комплектом властных полномочий, как это было определено женевской конференцией по Сирии 2012 года и позже утверждено Совбезом ООН. Кроме того, заявление поддержало и новый подход, сформулированный три недели назад спецпосланником ООН по Сирии Стаффаном де Мистурой, который, учитывая, что враждующие стороны в Сирии не готовы к переговорам, предложил СБ ООН создать четыре рабочие группы и пригласить стороны принять участие в их работе по следующим направлениям: безопасность и защита населения; военные вопросы, обеспечение порядка, борьба с терроризмом; политические и правовые вопросы; бесперебойная работа госучреждений, восстановление и развитие инфраструктуры.

Любопытно, что от поддержки "политического переходного периода" и "переходного правящего органа" дистанцировалась Венесуэла — она задержала принятие документа, ожидавшееся еще на прошлой неделе, утверждая, что речь идет о "крайне опасном прецеденте", связанном с нарушением права сирийцев на самоопределение. Но в итоге Каракас решил не блокировать документ, потому что "искренне убежден в необходимости дать шанс мирному процессу и поискам политического решения". Позиция весьма схожа с иранской — не приглашенный на женевскую конференцию 2012 года он не признал и ее решения.

Однако Москва, выступившая вместе с Вашингтоном инициатором женевских соглашений-2012, поддержала и нынешнее заявление, хотя ей очень не нравится, что Запад приравнивает создание "переходного правящего органа" к автоматическому отстранению от власти нынешнего президента Сирии Башара Асада. Тем не менее это "первый исключительно политический документ по сирийскому кризису, принятый консенсусом",— подчеркнул после его принятия постпред России при ООН Виталий Чуркин. Так что можно ожидать, что таким же "консенсусом", как и Венесуэла, его поддержит теперь и Иран. Поскольку Каракас по большому счету прав — без сближения позиций США и России в рамках женевской инициативы шансов на политическое урегулирование сирийского конфликта просто нет.

Поэтому то, что Москва и Вашингтон (после отклонения "плана Путина" в начале августа в Дохе) не прекратили диалог, а вновь подтвердили готовность к продолжению диалога в рамках женевского процесса, свидетельствует о том, что шанс на политическое урегулирование сирийского конфликта все еще сохраняется. Не говоря уже о том, что сам факт того, что обе стороны сумели предпринять в Сирии уже второй шаг — первым было согласование позиций по Ирану — к сближению в условиях холодной войны на Украине, свидетельствует о том, что эта война еще не приняла глобального характера. Теперь можно рассчитывать и на то, что Тегеран последует примеру Каракаса и примкнет к новому "консенсусу". Поскольку иначе война в Сирии вступит, скорее всего, в завершающую стадию — раздела страны.

Шестнадцатого августа "Аль-Джазира" сообщила о кровавой бойне, устроенной в пригороде Дамаска Думе. В результате налета правительственной авиации на местный рынок 110 человек погибло и около 300 было ранено. Этот пригород давно является оплотом повстанцев, и корреспондент "Аль-Джазиры" напрямую связал авиаудар с заявленным 15 августа отказом боевиков от переговоров с правительством и связанного с ними перемирием. Для Сирии, где в результате четырехлетней войны погибло уже свыше 200 тыс. человек, ситуация не новая.

Однако на этот раз в ней проявилась новая тенденция, о которой аналитики заговорили три месяца назад — после того, как 6 мая президент Асад публично признал, что после серии поражений вынужден отдать приказ об отводе своих подразделений из ряда районов страны. Речь идет в первую очередь о поражениях правительственных войск в граничащей с Турцией провинции Идлиб, которую исламисты из коалиции "Джейш аль-Фатах" взяли в апреле под свой полный контроль (за исключением двух населенных шиитами деревень Эль-Фуа и Кефрайа). В результате возникла стратегическая фланговая угроза алавитскому региону на побережье Средиземного моря. Алавиты, принадлежащие к шиитскому течению ислама (Башар Асад также алавит), являются главной опорой сирийского режима и главным связующим звеном с Ираном. Аналитики тут же интерпретировали это заявление как отказ Асада от попыток контролировать всю страну и перейти к стратегической обороне вдоль линии Дамаск--Хомс--Хама, прикрывающей с востока его главный бастион — алавитские города на побережье. Однако поскольку подобные прогнозы подразумевают фактический раздел Сирии на шиитскую и суннитскую части, то понятно, что официальный Дамаск отрицает их как враждебные слухи. Тем не менее провалившиеся 15 августа переговоры подтверждают именно такой прогноз.

Эти переговоры начались с перемирия, заключенного 12 августа между суннитскими боевиками из "Джейш аль-Фатах" и шиитской "Хезболлой" в городе Эз-Забадани. Расположенный между Дамаском и ливанской границей этот небольшой суннитский город был оплотом повстанцев и три года с тем или иным успехом противостоял правительственным войскам и "Хезболле". Однако в результате их последнего, июльского, наступления Эз-Забадани оказался в таком же плотном окружении, как Эль-Фуа и Кефрайя в Идлибе. Это, видимо, и побудило контролирующую город бригаду "Ахрар аш-Шам" из коалиции "Джейш аль-Фатах" предложить "Хезболле" взаимовыгодный обмен — если она позволит им выйти из Эз-Забадани, то "Джейш" выпустит шиитских боевиков из деревень Эль-Фуа и Кефрайя. 13 августа "Хезболла" начала отвод своих отрядов от города. "Этот отход совершался по приказу министра иностранных дел Ирана Мохаммеда Зарифа, отданного им после консультаций с главой "Хезболлы" Хасаном Насраллой в Бейруте и президентом Башаром Асадом в Дамаске",— сообщило в тот же день израильское аналитическое агентство DEBKAfile. Тем не менее сделка сорвалась. "Иран настаивал на уходе не только боевиков, но и всех жителей города и его окрестностей, и мы отказались от перемирия",— объяснили причину переговорщики из суннитской коалиции.

Аналитики интерпретировали это заявление как отказ Асада от попыток контролировать всю страну

Характерной особенностью этих переговоров стало то, что, во-первых, переговоры с сирийскими исламистами вели не представители Дамаска, как это бывало раньше, а "Хезболлы", которая представляет интересы скорее Ирана, чем Сирии. И во-вторых, иранская сторона хотела подменить обмен боевиков обменом населения. Пустые деревни в провинции Идлиб скорее всего заняли бы местные сунниты, а Эз-Забадани — шиитские переселенцы. Таким образом, если бы этот обмен состоялся, то был бы создан прецедент для весьма значимого сдвига траектории конфликта. "В то время как публично сирийское правительство и оппозиция отвергают возможность раздела Сирии, на деле реальность стала бы иной",— отметил комментатор "Аль-Джазиры". Другими словами, похоже, что Сирия находится сегодня на грани раздела на три зоны — западную, контролируемую "Хезболлой", т. е. Ираном, и центральную, контролируемую "Джейш аль-Фатх", т. е. Саудовской Аравией, Турцией и Катаром. Третьей же зоной является не контролируемое никем "Исламское государство" на северо-востоке Сирии. Именно против него и направлены сегодня главные усилия Вашингтона и Москвы, которую госсекретарь США Джон Керри в мае этого года попросил разработать новый план политического урегулирования сирийской проблемы.

Суть нового "плана Путина" по Сирии — так окрестили его мировые СМИ — заключается в предложении Москвы создать "широкий антитеррористический фронт" против ИГ с участием сирийских правительственных войск, иракской армии и курдов. Впервые Путин изложил свою инициативу саудовскому принцу и министру обороны Мухаммеду бен Сальману еще 18 июня, на встрече в Санкт-Петербурге, но тогда ее подробности не обнародовались. Поэтому не исключено, что эта первоначальная путинская инициатива заключалась в зондировании возможности получения согласия Эр-Рияда на сохранение Башара Асада у власти в Сирии в ответ на согласие Тегерана на восстановление йеменского президента Мансура Хади.

Публично же "план Путина" изложил глава МИД РФ Сергей Лавров 3 августа на трехсторонней встрече с главами Госдепа США Джоном Керри и МИД Саудовской Аравии Аделем аль-Джубейром в столице Катара Дохе. Увы, успех российско-американского прорыва в Вене по иранской ядерной программе здесь не повторился — новый первый блин по Сирии вновь обернулся комом. Любопытно, что как раз в этот день саудовская монархия бросила в бой при поддержке своей авиации и флота сотни прошедших военную подготовку на ее территории боевиков из различных йеменских племен. Они полностью овладели крупнейшим городом Йемена Аденом и двинулись дальше на север. Это, по мнению израильских аналитиков из DebkaFiles, и могло сгубить "план Путина", поскольку сохранение Башара Асада у власти вновь стало камнем преткновения. Вашингтон и Эр-Рияд вновь, как на двух ранее проведенных женевских конференциях по сирийскому урегулированию, отвергли это требование — отставка Башара Асада снова стала для них условием sine qua non. Через неделю российский план отвергла и Турция — премьер Эрдоган счел, что он усиливает позиции Башара Асада и лишает сирийских оппозиционеров шансов на победу в гражданской войне. Так что невольно возникает вопрос: остается ли все еще шанс на прорыв в сирийском урегулировании? И если да, то в чем он заключается?

Думается, ответ на этот вопрос даст все еще продолжающийся дипломатический флирт между Россией и Саудовской Аравией. Начавшись в июне с приезда в Москву с многомиллиардными заказами министра обороны и сына короля Саудовской Аравии Мухаммеда бен Сальмана, он, несмотря на неудачу в Дохе, продолжается и сейчас. Поскольку уже через десять дней после встречи в Дохе Адель аль-Джубейр вновь прибыл для переговоров с Сергеем Лавровым в Москву, среди прочего обсуждался вопрос о закупках Саудовской Аравией российских оперативно-тактических ракетных комплексов "Искандер". При этом аль-Джубейр жестко предупредил: "Любые информационные вбросы мировых СМИ о якобы изменившейся позиции Саудовской Аравии относительно кризиса в Сирии не имеют под собой оснований. Для нас этот вопрос решен. Башару Асаду нет места в будущей Сирии. Вопрос только в том, каким путем это будет достигнуто — мирным, с помощью переходного совета или военным". Тем не менее это все же предложение продолжить переговоры и по Сирии — уж очень знакомый почерк. Примерно так вел себя и бывший глава саудовской разведки принц Бандар, который в августе 2013 прилетал в Москву с секретной миссией уговорить Владимира Путина отказаться от поддержки Башара Асада. Тогда Эр-Рияд побудило к столь решительному шагу отчаянное положение, которое сложилось на сирийских фронтах после того, как весной 2013 года "Хезболла" впервые открыто послала свои отряды на помощь Башару Асаду. Тогда Москве тоже были предложены военные заказы и даже, судя по утечкам информации, согласование стратегии по поставкам газа на европейский рынок. Москва отвергла эти предложения. Однако сегодня ситуация на фронтах Сирии совершенно иная: силы сирийской армии и "Хезболлы" истощены, а страна — на грани развала.

Именно в этой отчаянной ситуации и таится сегодня шанс на прорыв в сирийском урегулировании. По крайней мере, так считает Вашингтон. "Окно возможностей добиться политического решения в Сирии приоткрыто отчасти потому, что мне кажется, что как Россия, так и Иран понимают, что тренд событий неблагоприятен для Асада. И они озабочены возможностью коллапса сирийского государства. Поэтому я ожидаю более серьезных дискуссий, чем мы имели в прошлом",— заявил Барак Обама 7 августа, через несколько дней после встречи в Дохе. Эр-Рияд его намек понял и через три дня аль-Джубейр вновь отправился в Москву. Судя по утечкам информации в прессе, слабым звеном в российско-иранском союзе считается Москва — если Тегеран заинтересован в сохранении своего влияния и может пойти на раздел Сирии, то Москва, которую интересует в первую очередь борьба с международным терроризмом, заинтересована в сохранении территориальной целостности страны. Поскольку ее раздел приведет к тому, что суннитская часть Сирии окажется под контролем тех самых радикальных террористов, которые и представляют главную угрозу для Москвы. Чтобы убедиться в этом, достаточно присмотреться к тому, что представляет собой коалиция "Джейш аль-Фатх", разбившая сирийские войска в Идлибе.

Коалиция "Джейш аль-Фатх" ("Армия завоевания") возникла в пограничной с Турцией сирийской провинции Идлиб 24 марта этого года благодаря объединенным усилиям Саудовской Аравии, Катара и Турции. Инициативу ее создания взял на себя новый саудовский король Сальман ибн Абдель-Азиз ас-Сауд — коронованный 29 января, он уже в начале марта пригласил к себе лидеров остальных двух стран и предложил им, прекратив взаимные распри, сфокусироваться на создании совместной коалиции сил для свержения Башара Асада. Учитывая, что с самого начала сирийской революции финансируемые Катаром, Турцией и Саудовской Аравией отряды сирийских боевиков (грубо говоря, речь идет о боевых бригадах "Братьев-мусульман", Свободной сирийской армии и салафитов) соперничали и враждовали друг с другом, задача эта была явно непростая. Однако новому королю удалось, заверив своих партнеров, что США не будут мешать, найти общий язык с ними. После чего было решено, сколотив коалицию и создав для нее операционный центр, угрозой прекращения спонсорской поддержки добиться от всех объединяемых отрядов нужной координации своих действий и дисциплины и начать поставку им оружия в таком количестве и ассортименте, которое сможет переломить сложившуюся в Сирии тупиковую военную ситуацию. Так и возникла новая коалиция из семи разномастных бригад, в том числе не только исламистских. Однако ведущую роль в ней играют все же радикальные исламисты: неформальным лидером коалиции считается "Джебхат ан-Нусра", являющаяся официальным филиалом "Аль-Каиды" в Сирии, а самой многочисленной бригадой коалиции стала ультраконсервативная бригада "Ахрар аш-Шам", многие из лидеров которой тоже были членами "Аль-Каиды".

Хотя "Джебхат ан-Нусра" свила себе гнездо в провинции Идлиб уже давно, захватить ее столицу, сам город Идлиб, ей удалось лишь 28 марта, через четыре дня после образования коалиции. Это отнюдь не случайно: падение Идлиба военные специалисты объясняют как раз тем, что формирование коалиции позволило неожиданно для Дамаска учетверить силы для штурма города — в нем приняли участие уже не полторы, а шесть тысяч боевиков. К тому же, и это тоже стало неожиданностью для сирийской армии, у них появилось тяжелое вооружение, которого раньше у сирийской оппозиции не было. По данным агентства Debkafiles, сирийская оппозиция оказалась "вооружена как никогда раньше таким тяжелым вооружением, как танки Т-55, Т-62 и Т-72, БМП, минометами и смонтированными на автомобилях тяжелыми зенитными пулеметами; у нее имелось по крайней мере четыре типа противотанкового оружия". Причем, подчеркивают израильские аналитики, львиная доля этого оружия попала в руки "повстанческих групп, идентифицируемых или ассоциируемых с "Аль-Каидой"". В первую очередь в руки "Джебхат ан-Нусры", наиболее сильной и профессиональной из всех бригад джихадистов. В результате пятидневных боев сирийские войска были выбиты из Идлиба, а к концу апреля от них была очищена практически и вся провинция Идлиб. Таким образом, мартовский план короля Сальмана привел к несомненному военному успеху — создание "Джейш аль-Фатх" переломило ситуацию на фронтах, и Тегеран, как и в случае с ИГИЛ в Ираке, потерял стратегическую инициативу. Косвенным подтверждением этого стало неафишируемое отстранение в июне иранского генерала Касема Сулеймани, командующего спецподразделением "Эль-Кудс" в составе Корпуса стражей исламской революции, предназначенного для реализации военных и тайных операций за пределами Ирана, от командования в Сирии после захвата города Пальмиры боевиками "Исламского государства". После чего не только в Эр-Рияде и Анкаре, но даже в Вашингтоне, похоже, окончательно пришли к мнению, что режим Асада не только надо, но и можно дожать. И теперь они уже вряд ли отступят. Вооруженные силы США уже получили приказ отвечать на любые враждебные действия сирийской армии против поддерживаемой Вашингтоном сирийской "умеренной" оппозиции. Кроме того, 12 августа США и Турция создали зону безопасности на севере Сирии, вдоль границы с Турцией. Район в 100 км длиной и в 45 км шириной будут контролировать подразделения Свободной сирийской армии. Что, по сути, означает возможность прямого вовлечения США в гражданскую войну в Сирии по ливийскому сценарию, если Башар Асад вдруг окажется так же строптив, как ливийский лидер.

В такой ситуации невольно возникает вопрос: зачем же Вашингтон, спокойно наблюдавший, как Саудовская Аравия вооружала в марте "Джейш аль-Фатх", чтобы в апреле отправить Башара Асада в нокдаун в Идлибе, вдруг вместо того, чтобы дать своим союзникам спокойно дожимать его далее, посылает в мае своего госсекретаря в Сочи, чтобы уговорить Владимира Путина выступить посредником в сирийском урегулировании? Думается, что причина здесь та же самая, что сделала Барака Обаму и Владимира Путина временными союзниками против саудовского короля Абдуллы в августе 2013 года, когда Обама принял решение отказаться от ливийского сценария в Сирии, хотя король и предложил возместить ему все расходы. Эта причина — урок, который преподнесла Обаме Ливия. Победившие с американской помощью джихадисты не только погрузили страну в глубокую анархию, но и сожгли при этом американское консульство вместе с послом США. Сегодня президент США не может не понимать, что, позволяя саудитам снабжать бойцами и высококлассным оружием сирийскую "Аль-Каиду", он направляет здесь ситуацию по ливийскому сценарию — после победы "Джейш аль-Фатх" Сирия попадет в руки не только ИГИЛ, но и "Аль-Каиды". И что в этой же очереди стоит и Йемен. Учитывая, что появление в Сирии "Джейш аль-Фатх" и штурм Идлиба практически совпали с началом саудовских бомбардировок Йемена (26 марта 2015 года), нетрудно догадаться, что обе операции были спланированы и синхронизированы одной рукой и нацелены на одну цель — ослабление Ирана и разрушение "шиитского полумесяца". И раз в этой борьбе за региональное господство Эр-Рияд готов использовать "Аль-Каиду" в Сирии, то почему он не станет делать того же самого в Йемене?

Таким образом, главный стратегический интерес США в Сирии — борьба с международным терроризмом — совпадает с российским. Думается, что именно поэтому Вашингтон пригласил, а Москва согласилась сосредоточиться на разгроме "Исламского государства". Поскольку у Эр-Рияда и Анкары явно другие приоритеты — шиитско-суннитское противостояние у первого, война с курдами у второго. На деле это приводит к тому, что война с ИГИЛ у них находится на втором, если не третьем плане. Отсюда и неожиданное сближение Вашингтона и Москвы. А поскольку администрация Обамы занята в ближайшие два месяца проталкиванием в Конгрессе соглашения по иранской ядерной программе, то Владимир Путин фактически возглавил сейчас политический процесс по сирийскому урегулированию. Тем не менее, если взглянуть на его нынешний план, то единственное жесткое условие Вашингтона — Башар Асад должен уйти — Москва выполнить не только не собирается, но и не может. Поскольку немедленно возникает вопрос: а какая армия тогда разгромит ИГИЛ в Сирии? Саудовская Аравия со своими джихадистами, иракская армия, неспособная справиться с ИГИЛ даже на своей территории, или Турция? Последняя в принципе может, однако Москва по каким-то причинам предложила в своем плане курдов. И судя по тому, как обострилась сегодня, даже вопреки желанию Запада, вражда между Анкарой и курдами, создается впечатление, что президент Эрдоган согласен воевать с "Исламским государством" лишь в обмен на разрешение вести собственную войну еще на два фронта — против Башара Асада и курдов. Вот и получается, что после неудачи в Дохе у Москвы даже объективно нет подходящего варианта решения проблемы международного терроризма в Сирии. Осенью же планирование сирийского урегулирования вновь вернется в руки Вашингтона, и тогда методом прорыва на сирийском направлении станет, весьма похоже, новый "ливийский сценарий" с использованием Турции. Так что у Москвы остается не так уж много времени, чтобы подготовить новый план по сирийскому урегулированию, который, чтобы быть эффективным, должен будет выделить достойное место в сирийском урегулировании также и для Ирана. Причем думается, что Москва отнюдь не случайно не вписала сейчас Иран в свой план: она, как и Тегеран, выжидает, чем закончится схватка президента Обамы с республиканцами в Конгрессе. Выиграв ее, президент США развяжет себе руки и для наступления на сирийском направлении. После ратификации и снятия санкций Иран уже перестанет быть "изгоем" и членом "оси зла". И тогда включить его в процесс сирийского урегулирования куда проще, чем сейчас. Тем более что, выступая перед американцами через день после подписания им самим соглашения с Ираном по ядерной программе, президент США ясно дал понять, что теперь Иран должен сам стать частью решения сирийской проблемы. "Мы не сможем предложить решение сирийских проблем, если на них не будет эффективного спроса со стороны русских, иранцев, турков и наших арабских партнеров с Персидского залива",— сказал он. Добавив, что для этого "необходимо, чтобы среди главных игроков, заинтересованных в Сирии, возникло бы понимание, что такого решения на поле боя достичь не удастся". В переводе с дипломатического на простой язык это означает, что поскольку именно Тегеран является тем самым "заинтересованным игроком", который обеспечивает "понимание" Анкарой и Эр-Риядом того, что "решения на поле боя" им достичь не удастся, его просто необходимо включить в процесс мирного урегулирования сирийского кризиса наряду с ними. Иначе сирийская бойня на всех фронтах так и будет продолжаться вплоть до окончательного "понимания" сторонами ее тщетности.