Механизм установления пределов правомерности причинения вреда при необходимой обороне

6. Шевцова В. Система вышла из ведомственных рамок / Щит и меч. 17.09.2009. № 35(1195). С. 2.

7. Персианинов К.П. О выполнении программы МВД России «Создание единой информационно-телекоммуникационной системы органов внутренних дел» и первоочередных задачах органов предварительного следствия по ее реализации // Информационный бюллетень Следственного комитета при МВД России. 2007. № 3(133).

8. Электронный патруль. В МВД создали систему защиты кибернетического пространства // Лицом к лицу. 2009. № 11(127).

V.A. Shuruhnov

Information and technical system of the investigative work in the process of crime detection

The article deals with some aspects of creating the information and technical system of the investigative work in the process of crime detection at the stage of getting information of the happening, as well as the modern development and improvement prospects of this work.

Key words: information and technical system; information resources; information support system; crime investigation.

УДК 343.228.234

A.B. Савинов, канд. юрид. наук, доцент, проф., (Россия, Калуга,

Калужский ф-л Рос. прав. академии Минюста РФ)

МЕХАНИЗМ УСТАНОВЛЕНИЯ ПРЕДЕЛОВ ПРАВОМЕРНОСТИ ПРИЧИНЕНИЯ ВРЕДА ПРИ НЕОБХОДИМОЙ ОБОРОНЕ

Рассматривается алгоритм практического установления пределов правомерности причинения вреда при необходимой обороне на основании формальных критериев. Даются точные признаки возможного вреда с учетом тяжести совершаемого посягательства.

Ключевые слова: пределы правомерности причинения вреда, необходимая оборона, механизмустановления, вред.

Глава 8 Уголовного кодекса России 1996 г. «Обстоятельства, исключающие преступность деяния» включает ст. 37 «Необходимая оборона». Социально-правовая сущность акта необходимой обороны состоит в том, что посредством причинения вреда объекту уголовно-правовой охраны осуществляется пресечение общественно опасного посягательства, направленного на права и свободы конкретной личности, либо охраняемые законом интересы общества или государства. Это право является важной гарантией реализации конституционных положений о неприкосновенности личности, собственности и жилища граждан, а также обеспечивает условия

для выполнения гражданами возможности осуществления защиты интересов всего общества или государства.

Причинение вреда охраняемым социальным ценностям при необходимой обороне, безусловно, должно быть законодательно ограничено определенными границами дозволенного, так как абсолютно беспредельное причинение вреда при несоблюдении предусмотренных в ст. 37 УК РФ основания и условий правомерности неизбежно приведет к нарушению принципа справедливости и нарушению прав посягающего лица.

Из современной редакции ст. 37 УК РФ следует, что соблюдение пределов правомерности причинения вреда требуется только при необходимой обороне от посягательства, не сопряженного с угрозой для жизни обороняющегося или иного лица, а также если указанное посягательство не носило для обороняющегося лица неожиданный характер, вследствие чего оно «не могло объективно оценить степень и характер нападения».

В следственно-судебной практике не сложилось на сегодняшний день какого-либо единообразного алгоритма определения пределов правомерности причинения вреда при необходимой обороне (а также и при иных обстоятельствах, исключающих преступность деяния). В науке, в свою очередь, предлагались различные варианты уголовно-правовой оценки причиненного при необходимой обороне вреда с точки зрения установленных законом пределов. Как правило, описание критериев, в соответствии с которыми устанавливаются указанные пределы, является весьма пространным и трудноприменимым с практической точки зрения.

Так, например, в соответствии с распространенным доктринальным подходом к оценке пределов правомерности причинения вреда при необходимой обороне, высказываемым многими авторами, такие пределы должны устанавливаться посредством соотношения «интенсивности посягательства» с «интенсивностью защиты», с учетом «принципа соразмерности» и «принципа необходимости», а также с использованием механизма определения степени правомерного несоответствия и степени уголовнонаказуемого несоответствия интенсивности посягательства и защиты (Т.Г. Шавгулидзе, И.С. Тишкевич, В.А. Блинников и др.). Данный подход, на наш взгляд, чрезмерно усложняет восприятие практическими работниками следственно-судебных органов и обычными гражданами и без того оценочных признаков превышения пределов правомерности причинения вреда при необходимой обороне. Представляется, что, чем проще будет «механизм» определения указанных пределов, тем будет лучше для практики применения ст. 37 УК РФ.

Исходя из этого в литературе озвучивалась иная, категоричная, точка зрения об исключении из УК РФ положения о превышении пределов правомерности причинения вреда при необходимой обороне. Одним из первых предпринял попытку обосновать необходимость претворения в жизнь данного подхода Н.И. Коржанский, предложивший правоприменителю при

оценке правомерности уже реализованного права обороны решать только один вопрос: было ли у обороняющегося право на оборону. В случае положительного ответа на этот вопрос автор предлагал признавать вред, причиненный в процессе обороны, правомерным независимо от степени его тяжести [6, с. 32-33; 5, с. 16-17]. Предложение об исключении или ограничении действия положений уголовного закона о превышении пределов необходимой обороны находит поддержку и в целом ряде современных работ по данной проблематике [11, с. 48-51; 1, с. 25; 8, с. 64; 3, с. 25].

Полагая, что в таком подходе имеется разумное зерно, мы вместе с тем понимаем, что для решения вопросов следственно-судебной практики в настоящее время указанная дискуссия имеет второстепенное значение. Практическим работникам и лицам, осуществляющим оборону от общественно опасных посягательств, важнее наличие четкого понимания того, в каких пределах причиненный вред будет считаться правомерным с точки зрения действующей редакции ст. 37 УК РФ.

Следует уточнить, что уголовное законодательство РФ, закрепляя дозволенную возможность причинения вреда лицу, совершающему общественно опасное посягательство, при его пресечении, исключило преступность деяния, причинившего такой вред. Именно поэтому правильнее говорить не о пределах правомерности необходимой обороны, а о пределах правомерности причинения вреда при необходимой обороне.

При этом под пределами правомерности причинения вреда при необходимой обороне следует понимать установленные законом границы дозволенного поведения, связанного с причинением вреда лицу, совершающему общественно опасное посягательство, выражающиеся в соответствии причиненного вреда характеру и степени общественной опасности такого посягательства.

Не рассматривая, при каких основаниях и условиях правомерности причиненный при необходимой обороне вред охраняемым уголовным законом социальным ценностям будет признаваться непреступным, проанализируем механизм установления пределов правомерности причинения вреда при необходимой обороне. При этом под указанным механизмом мы понимаем определенный алгоритм, основанный на формальных критериях, в соответствии с которым осуществляется оценка соотношения причиненного вреда и вреда предотвращенного при необходимой обороне.

Как отмечалось, если посягательство не сопряжено с угрозой для жизни обороняющегося или иного лица, то согласно ч. 2 ст. 37 УК РФ не должно быть допущено превышение пределов правомерности причинения вреда при необходимой обороне, «то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства». Очевидно, что понятия «превышение пределов правомерности причинения вреда» и «явное несоответствие» по своей юридической природе являются оценочными: в каждом конкретном случае окончательное решение принимается

субъектом правоприменения с учетом всей совокупности объективных и субъективных признаков. Применение оценочных понятий на практике связано с определенными трудностями. Оперирование ими намного сложнее, чем понятиями неоценочными. Поэтому, на наш взгляд, следует дать разъяснение указанным словосочетаниям.

Явное несоответствие означает значительный, очевидный, бесспорный разрыв между характером защиты и характером посягательства. Следовательно, когда нет такого явного несоответствия, нельзя говорить о превышении пределов защиты. Следовательно, даже в случаях, предусмотренных ч. 2 ст. 37 УК РФ, при необходимой обороне посягающему лицу может быть причинен не только меньший или равный вред по сравнению с вредом, являющимся результатом действий посягающего, но и несколько больший.

Тяжесть преступления определяется исходя из анализа ст. 15 Уголовного кодекса России в зависимости от формы вины и характера и степени общественной опасности. Но в ст. 37 УК РФ законодатель прямо не указывает, какова вина лица, совершающего общественно опасное посягательство (хотя из логического толкования понятия «посягательство» вытекает, что такое деяние может быть только умышленным), однако предусматривает материальные свойства такого посягательства.

В связи с этим возникают трудности с определением, насколько все же значительны характер и степень общественной опасности совершаемого лицом посягательства? Совершенно обоснованно в литературе указывается на то, что общественная опасность «не поддается чувственному восприятию» [7, с. 132]. Это категория, которую весьма сложно оценить. Поэтому в уголовном праве принято выражать конкретную величину общественной опасности того или иного преступного деяния через определенные формальные критерии. Разработка формальных критериев категоризации преступлений в дополнение к основному, материальному, обеспечивает логичность, четкость, ясность в выборе оснований отнесения деяния к определенной категории, способствует единообразию при «измерении» той или иной степени тяжести преступления в практической деятельности и значительно упрощает процесс такого «измерения» [10, с. 42-54]. По мнению А.Б. Сахарова, санкция — это «законодательная оценка тяжести преступления. Следовательно, классификация преступлений по их тяжести должна найти свое отражение в характере установленных за преступление санкций» [10, с. 46]. Такая «типовая санкция», по утверждению

Н.Г. Кадникова, является формализованным критерием классификации преступлений, выражающим в сжатой и конкретизированной форме тяжесть преступлений определенного вида через размер и вид наказаний [2, с. 82].

В целом соглашаясь с указанными авторами, следует уточнить, что ст. 15 УК РФ содержит три формальных критерия категоризации. Первым

критерием является наказание в виде лишения свободы на определенный срок, вторым критерием — верхний предел срока лишения свободы для умышленных преступлений: не более двух лет, пяти лет, десяти лет и свыше десяти лет лишения свободы. Для неосторожных преступлений вторым критерием является лишение свободы до двух лет и более двух лет. Третьим формальным критерием категоризации является форма вины в составе совершенного преступления (умышленная или неосторожная).

Использование указанных формальных критериев классификации преступлений при решении вопроса об установлении пределов правомерности причинения вреда при необходимой обороне является наиболее простым способом определения той категории преступлений, к которой это общественно опасное посягательство относится, и той тяжести (характера и степени общественной опасности) деяния, которой оно обладает. Посягательство при необходимой обороне представляет собой умышленно совершенные приготовление к преступлению или покушение на него. Однако для оценки характера и степени общественной опасности посягательства необходимо давать юридическую оценку того оконченного умышленного преступления, на совершение которого направлял свои усилия посягающий, так как это посягательство не было доведено до конца по причине его пресечения фактом обороны.

Вред, который причинен посягающему лицу, также может быть оценен по формальному критерию, а именно по признакам какого-либо состава преступления, характеризующего деяние обороняющегося лица. Для определения соответствия тяжести причиненного вреда и тяжести общественно опасного посягательства, необходимо сопоставить санкции норм Особенной части УК РФ, которые предусматривают наказание в виде лишения свободы (или более мягкое наказание) за причинение соответствующего причиненного и предотвращенного вреда.

Применение формальных критериев для установления соотношения совершаемого посягательства и причиненного вреда при необходимой обороне является, на наш взгляд, единственным объективным способом решения вопроса о превышении или непревышении пределов правомерности причинения вреда при необходимой обороне. Связано это с тем, что нередко общественно опасное посягательство и причиненный при необходимой обороне вред затрагивают различные объекты уголовно-правовой охраны. Так, например, каким образом можно соотнести причиненный при пресечении попытки карманной кражи вред здоровью средней тяжести посягающего лица или причиненный при необходимой обороне от попытки изнасилования тяжкий вред здоровью посягающего? Ответ в этом случае может быть один: посредством соотношения наказаний в виде лишения свободы, предусмотренных в санкциях соответствующих норм. В наших примерах и в первом, и во втором случаях вред будет причинен правомерно, так как карманная кража относится к преступлениям средней тяжести

(п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ — наказывается лишением свободы на срок до пяти лет), а вред здоровью средней тяжести — также преступление средней тяжести (ч. 1 ст. 112 УК РФ — лишение свободы на срок до трех лет); изнасилование относится к тяжким преступлениям (по ч. 1 ст. 131 УК РФ

— до шести лет лишения свободы) и причинение тяжкого вреда здоровью

— тяжкое преступление (ч. 1 ст. 111 УК РФ — до 8 лет лишения свободы). Несмотря на то что за причинение тяжкого вреда здоровью предусмотрено несколько большее наказание, чем за изнасилование, однако данные преступления располагаются в пределах одной категории тяжести, поэтому явного несоответствия характера и степени общественной опасности в этом случае не будет, так как при необходимой обороне допускается причинение несколько большего вреда.

В случае если совершаемое посягательство содержит квалифицирующие признаки того или иного преступления (например, совершается в соучастии или направлено на заведомо малолетнего и т. п.), то оценку пределов правомерности следует осуществлять с учетом тяжести фактически совершаемого посягающим лицом преступления. В этом случае пределы правомерного причинения вреда будут скорректированы в сторону увеличения. Например, при защите малолетней девочки, не достигшей 14летнего возраста, от попытки ее изнасилования (п. «б» ч. 4 ст. 131 УК РФ) правомерным будет причинение смерти посягающему лицу, так как в этом случае посягательство приобретает степень общественной опасности особо тяжкого преступления.

Предложенный нами механизм установления пределов правомерности причинения вреда при необходимой обороне сводится к следующему:

1. При совершении умышленного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия (ч. 1 ст. 37 УК РФ), допускается причинение любого вреда посягающему лицу, в том числе — смерти.

2. При совершении умышленного посягательства, если обороняющееся лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить его характер и степень общественной опасности (ч. 21 ст. 37 УК РФ), допускается причинение любого вреда посягающему лицу, в том числе — смерти.

3. При совершении умышленного посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия (ч. 2 ст. 37 УК РФ):

а) в случае совершения умышленного посягательства, содержащего признаки особо тяжкого преступления, допускается причинение любого вреда посягающему лицу, в том числе — смерти;

б) в случае совершения умышленного посягательства, содержащего признаки тяжкого или особо тяжкого преступления, допускается причинение посягающему лицу тяжкого вреда здоровью;

в) в случае совершения умышленного посягательства, содержащего признаки преступлений средней тяжести либо тяжкого или особо тяжкого преступления, допускается причинение посягающему лицу вреда здоровью средней тяжести;

г) в случае совершения любого умышленного посягательства допускается причинение легкого вреда здоровью, побоев, уничтожения или повреждения имущества посягающего лица.

Мы не можем согласиться с утверждением В.В. Орехова, который пишет: «При наличии посягательств небольшой или средней тяжести (например, при умышленном причинении легкого или средней тяжести вреда здоровью) вполне возможна защита с причинением тяжкого вреда здоровью посягающему, которая относится к категории тяжкого или особо тяжкого преступления согласно ст. 15 УК РФ. Это может произойти, когда посягательство совершается группой лиц либо одним, но физически более сильным преступником в конкретной обстановке. Защищающийся, находясь в состоянии душевного волнения, вызванного посягательством, не всегда может точно оценить характер опасности и избрать соразмерные средства защиты, поэтому причиняет больший вред посягающему» [9, с. 85]. Автор, на наш взгляд, смешивает установление пределов правомерности причинения вреда на основании категоризации преступлений и особенности восприятия масштаба угрозы причинения вреда обороняющимся в связи с его душевным волнением. Указанное состояние обороняющегося, безусловно, должно учитываться при оценке пределов правомерности причинения вреда в обстоятельствах необходимой обороны, однако это не меняет общий алгоритм правового анализа ситуации с использованием ст. 15 УК РФ. Как правильно пишет далее указанный автор: «Подвергшийся посягательству в 98 случаях из 100 находился в возбужденном состоянии (страхе, испуге, волнении), а нередко в состоянии аффекта, вызванного совершенным посягательством, в силу чего не всегда мог правильно оценить обстановку и соразмерить свои действия по защите с характером и опасностью посягательства» [9, с. 91]. Безусловно, нужно учитывать все обстоятельства, о которых говорилось выше (признаки, характеризующие личность посягающего и обороняющегося лица, их количество и иные условия причинения вреда), однако еще раз подчеркнем: все это необходимо делать в рамках предложенного «механизма» установления пределов правомерности причинения вреда при необходимой обороне.

Когда причиненный вред является явно чрезмерным, не соответствующим характеру и степени общественной опасности совершаемого посягательства, ответственность наступает только в случаях умышленного причинения вреда (ч. 2 ст. 37 УК РФ). Ответственность за неосторожное

причинение вреда возможна в случаях фактической или юридической ошибок, допускаемых при необходимой обороне.

Следует отметить, что умышленное повреждение или уничтожение имущества, побои, причинение легкого вреда здоровью посягающего лица при необходимой обороне во всех случаях признаются причиненными правомерно, так как соответствующие преступления (ст. 167, ст. 116, ст. 115 УК РФ) относятся к категории небольшой тяжести. В случае совершения посягательства, которое подпадает под признаки преступления небольшой тяжести, перечисленный выше вред не является явно чрезмерным.

Еще раз заметим, что указанное выше соотношение определяется в случаях, когда посягательство не сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или иного лица, либо с непосредственной угрозой такого насилия, что предусмотрено ч. 2 ст. 37 УК РФ. В случаях, когда общественно опасное посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой такого насилия (ч. 1 ст. 37 УК РФ), пределы правомерности причинения вреда законодательно не установлены. Иными словами, обороняющийся может причинить посягающему лицу любой вред, который посчитает достаточным для защиты своей личности или защиты иных лиц, интересов общества или государства.

Безусловно, уголовно-правовая оценка содеянного ретроспективна по своей сути. К сожалению, следует согласиться с В.Ф. Кириченко, который писал, что «вопрос о пределах необходимой обороны есть вопрос факта. Только на основании анализа конкретных обстоятельств дела можно определить пределы защиты, в теории же могут быть даны лишь общие принципы» [4, с. 47]. Максимально точный анализ правомерности причиняемого при необходимой обороне вреда возможен только после его причинения, когда исследуются все обстоятельства произошедшего. В момент причинения такого вреда обороняющийся не может с абсолютной точностью оценить характер и степень общественной опасности посягательства, так как многое зависит от внутреннего отношения посягающего к тому деянию, которое он совершает (возможно, он планировал совершить преступление с квалифицированным составом), а также от восприятия самим обороняющимся лицом сложившейся обстановки. К тому же подавляющее большинство лиц, причиняющих вред при необходимой обороне, не знают о существовании категорий преступлений и не могут мысленно квалифицировать совершаемое общественно опасное посягательство, что необходимо сделать в большинстве случаев за считанные секунды. Все это приводит к ошибкам в соблюдении пределов правомерности причинения вреда непосредственно в момент необходимой обороны, поэтому общую тенденцию по «формализации уголовного закона», проводимую законодателем в последние годы, необходимо продолжить. И прежде всего, необхо-

димо закрепить формальные критерии установления пределов правомерности причинения вреда вст. 37 УК РФ.

Библиографический список

1. Бахтерова Б.И. Превышение пределов необходимой обороны: проблемы квалификации: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 1997.

2. Кадников Н.Г. Классификация преступлений по уголовному праву России. М., 2000.

3. Казаченко И. Оборона или защита? // Законность. 1992. № 6-7.

4. Кириченко В.Ф. Основные вопросы учения о необходимой обороне по советскому уголовному праву. М., 1948.

5. Колмакова Г. Нужно ли понятие превышения пределов необходимой обороны? // Законность. 1992. № 11.

6. Коржанский Н.И. Нужны ли пределы необходимой обороны? // Труды ВСШ МВД СССР. Волгоград, 1971.

7. Курс советского уголовного права. Общая часть: в 6-ти т. Т. 2. М., 1970-1971.

8. Орехов В.В. К проблеме необходимой обороны // Современные тенденции развития уголовной политики и уголовного законодательства. М., 1994.

9. Орехов В.В. Необходимая оборона и иные обстоятельства, исключающие преступность деяния. СПб., 2003.

10. Сахаров А.Б. О классификации преступлений // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 17. М., 1972.

11. Ткаченко В.И. Необходимая оборона // Законность. 1995. № 1.

A. V. Savinov

The algorithm of practical establishment of limits of legitimacy of infliction of harm

In the article the algorithm of practical establishment of limits of legitimacy of infliction of harm is examined at a necessary defence on the basis of formal criteria. The exact signs of possible harm are given taking into account weight of the accomplished encroachment.

Key words: limits of legitimacy of infliction of harm, necessary defence, mechanism of establishment, harm.