«Капитоновщина» и эсхатологическая идеология русского раскола (к постановке проблемы)

открытия должны оставаться под контролем высоконравственных людей, что эти открытия не должны попадать в руки тех, кто желает богатства и славы. Отсюда субъект технической деятельности, даже в условиях развитых форм естественнонаучного знания, неизбежно продолжает ориентироваться на религиозные системы, в которых так или иначе содержатся ответы о высшем смысле человеческой активности, о правильной, истинной жизни, о истине должного, а не только сущего.

Литература

1. Бажов П.П. У старого рудника // Избранное. — Свердловск, 1978. - С.37.

2. Рыбаков Б. А. Язычество древней Руси.-М., 1987.

— С.280-281.

3. См.: Иванов В.В. Змей //Мифы народов мира: Энциклопедия: В 2 Т. -М„ 1987. — Т. 1. -С. 468-470.

4. См.: Кайсаров A.C., Глинка Г.А., Рыбаков Б.А. Мифы древних славян. — Саратов, 1993.

5. Холл М.П. Энциклопедическое изложение масонской, герметической, каббалистической и розен-крейцеровской символической философии. — Новосибирск, 1993.- С. 385.

6 . Там же, - С.3 86.

7 . Там же. - С. 387.

8. См.: Гордиенко Н С. «Крещение Руси»: факты против легенд и мифов. — Л., 1984.

9. Цит. по: Ле Гофф Ж. Цивилизация средневекового Запада. - М., 1992. - С. 193.

10. См.: Иорданский В.Б. Звери, люди, бога. Очерки африканской мифологии. — М., 1991. —С.16.

11. Липе Ю. Происхождение вещей: Из истории культуры человечества. — М., 1954. — С. 155.

12. Иорданский В.Б. Звери, люди, боги. - С. 56.

13. См.: Рыбаков Б.А. Язычество древних славян.

- М., 1081. - С. 533-548; Рыбаков Б.А. Ремесло Древ-

нейРуси. — М., 1948. — С.480; Харитонович Д. 3. Изобретательство и ранние формы инженерной деятельности. — С. 94.

14. Иорданский В.Б. Звери, люди. боги. — С. 63-64.

15. Рабинович В.Л. Алхимия как феномен средневековой культуры. — М., 1979. — С. 67.

16.Тамже. — С. 273.

17. ХоллМ.П. Энциклопедическое изложение масонской, герметической, каббалистической и розен-крейцеровской символической философии. — С. 570.

18. Тамже. - С.571-572.

19. Цит.: Рабинович В.Л. Алхимия как феномен средневековой культуры. — С. 317.

20. Тамже, - С. 318.

21. Тамже.

22. Ар-Рази. Книга тайны тайн//Каримов У. И. Неизвестное сочинение Ар-Рази «Кнйга тайны тайн». — Ташкент, 1957. - С. 60-61.

23. Цит.: Рабинович В.Л. Алхимия как феномен средневековой культуры. — С.320.

24. Цит.: Парнов Е.И. Трон Люцифера: Критические очерки магии и оккультизма. — М., 1985. — С. 99.

25. Холл М.П. Энциклопедическое изложение масонской, герметической, каббалистической йрозен-крейцеровской символической философии. — С. 783.

26. Вйтрувий. Десять книг по архитектуре. — М., 1938.-С.57.

27. См.: АльбертиЛ.-Б. Десять книг о зодчестве. — М„ 1935. - С. 8.

28. См.: Дильс Д. Античная техника. — М.-Л., 1934. -С. 24-36. '

29. Харитонович Д.Э. Изобретательство и ранние формы инженерной деятельности. — С. 92.

ДМИТРИЕВА Лариса Михайловна, доктор философских наук, профессор, заведующая кафедрой «Дизайн, реклама и технология полиграфического производства».

удк"3<2) Н.В.ВОРОБЬЕВА

Омский институт предпринимательства и права

«КАПИТОНОВЩИНА» И ЭСХАТОЛОГИЧЕСКАЯ ИДЕОЛОГИЯ РУССКОГО РАСКОЛА

В статье рассматриваются проблемы становления и развития эсхатологической идеологии русского раскола и влияния на нее учения секты старца Капитона (30-40-е гг. XVII в.). Сделаны выводы о соотношении взглядов протопопа Аввакума, идеи «симфонии властей» и полемических со>мнений ХУ1-ХУП вв. на представления о конце света и дальнейших судьбах человечества.

Одной из наиболее актуальных проблем изучения идеологии русского раскола до сих пор остается его эсхатологическая составляющая. Несомненно, что учение о конце света всегда занимало особое место в истории отечественной духовной культуры, к нёй

обращались мыслители, богословы, писатели, деятели искусства.

Православные писатели Украины и Белоруссии концаХУ1 - первой половины XVII вв. зачастую в ходе полемики новаторски разрабатывали апокалипти-

ческие, эсхатологический идеи. Развитие эсхатологических ожиданий в русском обществе накануне раскола проявилось в издании в 1644г. «Кирилловойкниги», «Поучений Ефрема Сирина» (1647 г.) и «Книги о вере» (1648г.). Во всех этих книгах были главы о кончине мира и пришествии Антихриста.

В «Кирилловой книге» центральное место занимало «Казание» Стефана Зизания, где подробно излагались 11 «знамениий» наступавших «последних времен» и приближения царства Антихриста. Описанные «знамения» стали позднее важной частью народного богословского сознания и в годы церковной реформы Никона, и во время перемен петровской эпохи. Построения Стефана Зизания были углублены и дополнены на основании «Палинодии» Захарии Копыстен-ского1, ставшей главным ядром изданного в Москве в 1648 г. сборника «Книга о вере». В этом сборнике разрабатывалась популярная тема постепенного отпадания под власть Антихриста. В русской редакции, в 30-й главе «Книги о вере» была четко сформулирована в 1648 г. теория «трех отступлений»: 1000 год — «Рим отпаде»; 1595 г. — «житилие алое Руссии к римскому костелу приступили»; 1666 г. — «да нечто бы от прежде бывших вин не пострадати и нам». В народной среде складывалось представление, что жизнь происходит на краю времени. Признаки эсхатологического отчаяния и стояния за веру проявились в 30-е гг. XVII в. в учении «лесных старцев» и возглавлявшего их Капитона2.

В ряде своих работ исследователь П.С. Смирнов3 впервые обратил внимание исследователей на фигуру старца Капитона — инициатора, как обозначил это явление С.А. Зеньковский «изуверски аскетического»4 эсхатологического движения 1620-1630-х гг. Именно П. С. Смирнов ввел в историографический оборот традицию изучения мрачной фигуры Капитона, рассматривая самосожжение как отличительную черту первоначальной истории раскола. П.Н. Милюков виделв учении Капитона истоки «духовного христианства»5.

Формирование у крестьян и пустынников противоправительственных взглядов под религиозной внешней оболочкой, то есть то, как средневековые воззрения и связанные с ними нормы поведения, такие, как пустынножительство, подвижничество, аскетизм, наполнялись нетрадиционным содержанием через эсхатологию и хилйа'зм приобретали черты религиозно-идеалистического оправдания социальной борьбы.

С конца 30-х гг. XVII в. среди крестьян центральных уездов страны (задолго до реформы Никона) распространилось учение Капитона, основой которого был суровейший аскетизм. В первой четверти XVIII в. ученый грек Софроний Лихуда в обличительном слове назвал нижегородских раскольников «капито-нами»6 по всей стране, (речь идет о проблеме раннего раскола и ее связи с Троицким монастырем), то есть само имя старца Капитона стало нарицательным.

О деятельности его известно немногое: в 1630 г. Капитан стал устроителем Спасской Княгинской пустыни в Вологодском уезде. В 1634 г. он получил царскую грамоту с разрешением основать в Костромском уезде Троицкий монастырьна Колесниковской дворцовой пустоши. Там он с братией прожил 6 лет до 1639 г., когда на него последовал донос патриарху Иоасафу от бывшего архимандрита Рязанского Преображенского монастыря Герасима, который жил в той же пустоши. Из грамоты явствовало, что учение Капитона отличалось от официального православия по линии церковных догматов и правил, устава монастыря, чина и отношения к иконам. Большинство исследователей полагает, что Капитон был доставлен под стражей в

Ярославский Спасский монастырь, откуда он и совершил побег. Монахам Троицкого монастыря было велено оставить учение Капитона и жить по правилам «святых отец». Собранные Капитоном монахи отказались выполнять эти требования. Покинув монастырь, они стали проповедовать капитоновскую веру среди крестьян. С.А. Зеньковский определил деятельность Капитона как «аскетический фанатизм», который, казалось, стремился превратить свою страну в один строго аскетический монастырь, ожидающий Страшного Суда7. Среди учеников Капитона, таких же аскетов, был некий Вавила, перебравшийся в Россию из Франции в 1636 г. Там он был воспитанником Сорбонны, знал языки, в России принял православие и вместе с другими учениками Капитона проповедовал об Антихристе и неприятии церкви. Вавила был одним из самых ярых приверженцев самосожжений, за что и был казнен впоследствии в 1666 г.

Главными чертами капитоновской ереси, на которые впоследствии указывали как церковники, так и староверы, являются; отрицание института священства и связанных с ним церковных таинств. «Лесные старцы » отрицали семейную жизнь и рождение детей; носили вериги и ходили зимой в легкой одежде, стараясь лишениями умерить в себе тягу к естественной человеческой жизни. Еретичество становилось особенно заметным у Капитона с ужесточением института постничества. Лишь на Пасху капитоновцы могли позволить употребление чеснока и лука. Таким образом, отказываясь от крашеных яиц, они отрицали саму суть великого праздника, ведь «обагренное яйцо» — это символ искупительной жертвы Христа на кресте. Еще одной важной чертой учения Капитона была критика официального иконописания с позиций крестьянских эстетических представлений, — он выступал против изображения Богоматери как царицы, без младенца на руках. Наконец его протест дошел до отрицания всех новописаных икон. Критика иконописания прослеживалась у его вязниковских, нижегородских и новгородских последователей6.

Во время морового поветрия 1654 г. проповедь Капитонов раздавалась в столице, когда проходили выступления посадских людей против главы церкви патриарха Никона. С конца 50-х гг. Капитон и его единомышленники обличали церковную реформу и действия светских властей. Единственный, предлагаемый ими путь к спасению — новое «огненное» крещение — самосожжение или самоуморение постом. Капитон был схвачен стрельцами в 1662 г., посажен на цепь и вскоре погиб. Весьма характерно, что патриарх Никон, таким образом, боролся с носителями идеи нового «огненного» крещения. Но насколько эта идея разделялась Аввакумом и другими вождями раскола? Казалось бы, ответ очевиден. Раз старообрядцы прибегли к массовым самосожжениям, то идеи Капитона были им нечужды, а стало быть, и их идейный вождь Аввакум стоял на этих же позициях. Однако мы попытаемся доказать, что Аввакум не принял и не мог принять доминирующую идею Капитона.

Рассматривая более подробно эсхатологическую часть учения раскольников, можно выделить его критерии и признаки. Существует несколько признаков скорого пришествия Антихриста: во-первых, важнейшие — падение Римского владычества и проповедь Евангелия всякой твари. Во-вторых, признаки сопутствующие — явление в мир Илии и Еноха (то есть тех персонажей Библии, что были вознесены на небо без непосредственно физической смерти), ложные чудеса Антихриста, гонения и мучения христовых исповедников0, начертание имени Антихриста, кратковре-

| менное царствование Антихриста и его гибель10. Далее важными признаками считаются отступление епископата'1 и обращение иудеев12.

XVII век изучал и любил Апокалипсис. «Совсем не «обряд», но «Антихрист» — главная тема русского раскола13 — полагал современный клерикальный историк А. Шмеман. Весь смысл и пафос раскольничьего сопротивления был не в слепой привязанности к отдельным обрядовым или бытовым мелочам, но именно в этой основной апокалиптической догадке. Раскол был не чем иным, как расплатой за московскую мечту о священном быте, о совершенном воплощении в истории, на земле последнего царства. Тем более это — расплата за коренной антиисторизм византийской теократии, отвергшей христианство как путь и творчество, захотевшей остановить историю в вечном повторении одной всеобъемлющей мистерии. Здесь вскрылись максимализм этой теории и ее ограниченность: ведь все православие измерялось по внешнему, по ритуалу и словам, спор ни разу не вышел из этой удушающей обрядовой казуистики. В известном смысле раскол действительно оторвал от церкви ее лучшие силы — те, для которых уклад и быт были не самодовлеющими ценностями, но проявлениями внутреннего максимализма в понимании христианства и его применения в истории. Эти люди жили целостным замыслом о христианском мире: не их вина, что сам замысел этот и в поздней Византии и, особенно, в Москве оказался отрезанным от живых источников, от творческого вдохновения ранней церкви, суженным до Типикона и Домостроя. Раскольники противились не столько церкви, сколько царству — но во имя той теории царства, которая, как бы она ни мельчала и не сужалась, видела, хотела видеть в нем царство, служащее Христу. Их же противники уже почти не чувствовали эту надвигавшуюся метаморфозу христианской теократии в абсолютизм. Все сильнее чувствовалось, что началось перерождение государства. Даже «тишайший царь» Алексей Михайлович, приносивший от имени царства покаяние перед мощами святого Филиппа, по существу, уже был далек по своей психологии от византийского и от древнерусского теократического самосознания. В Москву все очевиднее проникала атмосфера западного абсолютизма. Разрыв Никона с царем в каком-то смысле повторил в России западный спор о соотношении Царства и Священства: это спор о «власти» прежде всего.

Многие писатели-старообрядцы: иеромонах Антоний, протопоп Аввакум, инок Авраамий и дьякон Федор'4 вникали в новый мир, мир Антихриста. Анализ их трудов, уже предпринятый в литературе15, позволяет сделать вывод, что самоистребления зародились в беспоповстве как в направлении, отрицавшем таинства и иерархию и полагавшем, что человек должен получить спасение в личном самоотречении, с умерщвлением своей плоти, лишив себя жизни. Протопоп Аввакум же не призывал и не мог призывать к подобному. Умерщвление плоти напрямую было связано с проблемой аскетизма в православии. В своем первоначальном виде самоистребления проявились как самозаклания, самоутопления, самосожжения. По известиям от 1675-1677 гг., вышедшим из-под пера Аввакума, первые случаи самосожжения были в нижегородских пределах"5; в 70-е гг. XVII в. проникли в Сибирь и Поморье. Самоубийственные смерти впервые обнаружились в Вязниках, именно там было основное скопище учеников Капитана. То есть протопоп Аввакум констатировал, но не призывал к самосожжениям.

Рассмотрим некоторые особенности аскетического христианского служения. С покаяния начина-

ется христианская жизнь человека17. Покаяние — это фундаментальный акт нравственного воссоздания — первое, основное общехристианское аскетическое средство, на которые прямо указывает сам Христос18. Этот переворот в душе человека является необходимым условием и главным посредствующим моментом в деле перехода человека из состояния невозрожден-ности в область собственно нравственной христианской жизни. Покаяние ведет за собой важные состояния, которые являются фундаментом аскетизма. Это — самоотвержение, самоиспытание, телесное воздержание и пост.

Самоотвержение, представляет собою отрицание самолюбия и вместе с тем является одним из наиболее важных, характерных, специфических признаков братской христианской любви, благодаря преобладанию и господству в духовной жизни человека.

Самоиспытание имеет своей целью возможно ясное, глубокое и точное определение наличного состояния сил и способностей христианина, его достоинств и недостатков, в видах целесообразного направления дальнейшей работы нравственного аскетического усовершенствования.

Аскетический принцип «телесного воздержания» понимался Св. Отцами в виде ив смысле умеренности [не полного отказа — в чем можно усмотреть демоническое влияние]. Точно установить умеренность и правильно соблюдать ее человек может не иначе, как при обязательной помощи и непременном участии добродетели рассудительности. Пост — временное воздержание от известных родов пищи или даже от принятия пшци вообще, имеет своей целью собственно приспособление телесной жизни к созерцательному подвигу сосредоточенной самоуглубленности и покаянного самоиспытания. Пост показывает чистоту сердца апостольской любви.

Для староверов защита обряда и традиционной культуры была даже больше, чем самым важным. Транспозиция религиозных мотивов и религиозной психологии во внерелигиозную и даже антирелигиозную сферы, в область социальных проблем привели к трансформации основ русской политической культуры в социальный идеализм, поклонение государству.

Первым шагом к этому служил формальный эккле-зиалогический идеал православия — «симфония» или гармоническая, взаимодополняющая и взаимоодаря-ющая система отношений между церковью и государством'9.

Вторым шагом служило богословское оправдание самодержавной, централизованной власти при Алексее Михайловиче.

Третий шаг — отмена Петром Первым патриаршей власти. Отношения между церковью и государством характеризовались длительной напряженностью в отношении подчинения верховной власти. Доминирование государства над церковью стало, наконец, возможным после комплексного водоворота событий, окружавших и последовавших за великим расколом 1660-х гт.

Таким образом, вопрос сводился к учению о пришествии в мир Антихриста. Таковыми считались, с точки зрения старообрядцев, и Никон, ибо сам себя нарек «Великим Государем», и Алексей Михайлович (инок Корнилий мотивирует это тем, что по Библии Антихрист - царь) - воплощения Антихриста.

Примечания

1 Завитневич В. 3. Палинодия Захарии Копыстен-ского и ее место в истории западнорусской полемики ХУ1-ХУИ веков. М, 1883.

2 Интересно, что имя Капитона встречалось в старообрядческой литературе наряду с именами известных расколоучитилей. Например: «Никонову новшеству не покорились древнии и благочестивыя священники: в Москве — протопоп Аввакум, священник Лазарь, Иоанн Неронов, Федор-диакон, архимандрит Спиридон, Капитон — священноинок, священник Кузма и проч.» // Духовная литература староверов востока России XVIII — XX вв. Новосибирск, 1999. С.56.

3 Смирнов П. С. Внутренние вопросы в расколе XVII века. Исследование из начальной истории раскола по вновь открытым памятникам, изданным и рукописным. СПб, 1898; Он же Значение женщины в истории русского старообрядческого раскола. (Речь, произнесенная на торжественном годичном акте Санкт-Петербургской Духовной академии 17 февраля 1902). СПб, 1902. Он же Конспект лекций по истории и обличению раскола. Пг, 1916.

4Зеньковский С. А. Русское старообрядчество. Духовные движения семнадцатого века. Munich, 1970. С.19.

5Милюков П. Н. Очерки по истории русской культуры. Т. 2.4. 1.М., 1994. С. 122.

6См. подробнее: Румянцева B.C. Ересь Капитона и православная церковь в 40-е - 80-е годы XVII века // Религии мира: История и современность. М.,1984. С.96. Сменцовсий М. Братья Лихуды. Опыт исследования из истории церковного просвещения и церковной жизни конца XVII и начала XVIII века). СПб., 1899.

'Зеньковский С. А. Русское старообрядчество. Духовные движения семнадцатого века. М., 1970. С. 149, 153.

'Православный собеседник. 1855. Кн. 2. С.99.

9Евангелие от Марка 13:9-13 «Вас будут предавать в судилища, и бить в синагогах, и пред правителями и царями поставят вас за Меня, для свидетельства пред ними», Евангелие от Матфея 24:7,8,19,22 «Восстанет народ на народ и царство на царство, и будут глады, моры и землетрясения по местам», Евангелие от Луки 21:11.

10См, подробнее: Знамение пришествия Антихриста, по учению священного писания и толкованиям святых отцев и учителей церкви. М., 1912. С. 13.

"Евангелие от Матфея 15:7-9 «Приближаются ко Мне люди сии устами своими и чтут Меня языком; сердце же их далеко отстоит от Меня; но тщетно чтут Меня, уча учениям, заповедям человеческим».

,гСимволом церкви перед вторым пришествием становится лаодикийская (Откровение Иоанна Бого-словаЗ: 14-18: «Знаю дела твои: ты не холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден или горяч! Но как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих.... Советую тебе купить у Меня золото, огнем очищенное... Кого Я люблю, того наказываю. Итак,

будь ревностен и покайся!», в большей степени символическим первообразом старообрядческой церкви становится известный библейский сюжет о церкви в Филадельфии. Согласно Апокалипсису, это небольшая церковь, страдающая от нападок «лжехристов»: «Знаю твои дела... Ты не имеешь много силы ,но сохранил Мое слово и не отрекся от Меня», - Христос называет их врагов «сатанинским сборищем» (3:9) и говорит: « вот, Я сделаю то , то они придут и поклонятся пред ногами Твоими и узнают, что Я возлюбил тебя». Далее речь идет о том, что Господь хранит Свою церковь в «годину искушения». В каждом из посланий семи церквям содержится характеристика Христа, похвала, обличение, наставление и обещание. Так вот, филадельфийской церкви Господь обещает: «Побеждающего сделаю столпом в храме Бога Моего!». Таким образом, здесь содержится явный императив на борьбу без компромиссов.

''Шмеман А. ( прот.). Исторический путь православия. М„ 1993.

'4 Иеромонах Антоний. Знамение пришествия Антихриста // Кормчий. 1894. №3.С.40-42. Из письма протопопа Аввакума к протопопу Ивану Неронову // Материалы для истории раскола за первое время его существования Т.7. М., 1880. С.54; Материалы для истории раскола... Т. 5. М., 1879. С.161,174.

|5См. подробнее: Сапожников Д.И. Самосожжения в русском расколе (со второй половины XVII века до конца XVIII века). М., 1891. С.8; Зеньковский С. А. Русское старообрядчество. Духовные движения семнадцатого века. München, 1970.

""Материалы для истории раскола...,Т.5. М., 1879. С.203,264.

,7См. подробнее: Зарин С. М. Аскетизм по православно-христианскому учению. М., 1996. С.546, 559, 588,618.

'"Евангелие от Матфея 4:17 «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное», Мк. 1:5, Лк. 13:1 -9 «Если не покаятесь, все погибните».

'''См. подробнее: Воробьева Н. В. Система духовной харизмы русской православной церкви // Славянское единство: Международная научная конференция, посвященная 2000-летию Рождества Христова: Тез. докл. исообщ. Омск: ОмГУ, 2000. С. 104-108; Воробьева Н.В. Идея «симфонии властей» в интерпретации патриарха Никона // Омские исторические чтения, посвященные памяти доцента кафедры дореволюционной отеч. истории ОмГУ Александра Ермола-евича Плотникова: Сб. воспоминаний, статей, тезисов выступлений. Омск: ОмГУ, 2003, С.34-41.

ВОРОБЬЕВА Наталия Владимировна, кандидат исторических наук, доцент кафедры общественных наук.