Особенности иммуногенетического статуса больных поллинозами

УДК: 616-056.3:612.017.1

© Е.Е. Андреева, Б.А. Шамгунова, Л.В. Заклякова, Е.А. Попов, 2010

Е.Е. Андреева, Б.А. Шамгунова, Л.В. Заклякова, Е.А. Попов

ОСОБЕННОСТИ ИММУНОГЕНЕТИЧЕСКОГО СТАТУСА БОЛЬНЫХ ПОЛЛИНОЗАМИ

ГОУ ВПО «Астраханская государственная медицинская академия Росздрава»

В работе приведены результаты собственных исследований, направленных на поиск иммуногенетических маркеров поллинозов из числа специфичностей HLA класса I локусов А и В у 65 больных данной патологией в Астраханской геногеографической зоне. Установлены маркеры высокого риска развития поллинозов из числа антигенов HLA класса I и их гаплотипов.

Ключевые слова: поллинозы, антигены и гаплотипы HLA.

E.E. Andreeva, B.A. Shamgunova, L.V. Zaklyakova, E.A. Popov

THE PECULIARITIES OF IMMUNOGENETIC STATUS OF PATIENTS WITH POLLINOSIS

The study performed the research for the immunogenetic markers of pollinosis from the number of specificities HLA of the class I of loci A and B in 65 patients with pollen allergy in the Astrakhanian genogeographycal zone. The markers of the high risk of the development of pollinosis associated with the I class HLA antigens and their haplotypes were found out.

Key words: pollinosis, antigens, haplotypes HLA.

Среди многочисленных медико-социальных проблем современности одной из наиболее актуальных является рост аллергических заболеваний. Последние 20-30 лет характеризуются значительным увеличением числа атопических IgE-опосредованных заболеваний, в том числе таких, как бронхиальная астма (БА), сезонный аллергический ринит (САР), атопический дерматит, аллергический конъюнктивит [18]. И сегодня аллергические болезни занимают ведущее место среди других форм патологий и оказывают существенное влияние на здоровье развивающихся и развитых наций [21]. Кроме того, отмечается тенденция к омоложению и утяжелению данных заболеваний. Растет резистентность к лекарственным препаратам. Все чаще дебюты БА и САР регистрируются в раннем детском и подростковом возрасте [4].

Мировая статистика свидетельствует, что от 10 до 25% городского и сельского населения, проживающего в регионах с высокоразвитой экономикой, страдает аллергическими заболеваниями [10, 19]. Так, по данным С. Bachert с соавторами (2006), распространенность САР в европейских странах по-прежнему составляет около 30% [14]. Согласно Европейской белой книге аллергии (European Allergy White Paper), сегодня каждый третий ребенок в Европе страдает аллергией, а каждый десятый - астмой [2]. В различных регионах Российской Федерации распространенность аллергических заболеваний колеблется от 15 до 35% [5, 7]. Высокий уровень заболеваемости аллергической патологией во многих промышленно развитых странах мира вынудил руководство ВОЗ в 1999 г. включить аллергию и БА в число приоритетных медицинских проблем на ближайшие 10 лет [20].

За последние 20-25 лет достигнут значительный прогресс в понимании этиологии и патогенеза поллинозов. Поллиноз (от лат. pollen - пыльца) - это острое аллергическое (атопическое) заболевание, которое характеризуется поражением дыхательных путей, конъюнктивальной оболочки, кожи, нервной, пищеварительной систем и других внутренних органов аллергическим воспалением в тканях при повышенной чувствительности к пыльце растений.

Несмотря на то, что поллиноз не расценивается как тяжелое заболевание, тем не менее, он оказывает существенное влияние на социальную активность пациентов, учебу и профессиональную деятельность, является причиной нарушения здоровья и снижения качества жизни, требует от общества значительных финансовых затрат [6, 8, 13, 15, 22].

К сожалению, в нашей стране проблема поллинозов изучена недостаточно, имеются лишь немногочисленные и устаревшие данные. Исследования, проведенные в 60-70-е годы прошлого столетия, показали низкую распространенность пыльцевой аллергии на севере России и значительно более высокую в южных регионах нашей страны таких, как Ростовская и Саратовская области, Краснодарский край [3]. Географическое положение Астраханской области в степной и полупустынной зонах, климатические особенности, широкое распространение ветроопыляемых растений способствуют формированию пыльцевой сенсибилизации у населения. Однако эпидемиологические исследования по изучению распространенности сезонных аллергических заболеваний у жителей г. Астрахани и Астраханской области не проводились.

Аллергический фенотип является результатом взаимодействия как факторов внешней среды, так и генетических факторов. Открытие одной из самых полиморфных генетических систем человека - системы тканевых антигенов ИЬЛ и последующие исследования в этой области показали тесную связь продуктов ИЬЛ с заболеваниями и возможность их использования в качестве генетических маркеров предрасположенности или резистентности к той или иной патологии [1, 9, 16]. Наиболее устойчивые ассоциативные связи продуктов ИЬЛ установлены с полиэтиологическими заболеваниями, в патогенезе которых ведущее место отводится иммунному компоненту воспаления [17]. К ним относятся и поллинозы.

Анализ результатов многолетних иммуногенетических исследований по проблеме «ИЬЛ и болезни» свидетельствует о прямом или опосредованном включении продуктов комплекса МНС в патогенетические механизмы заболеваний. В последние годы доказано, что способность реагировать на какой-либо конкретный антиген (аллерген), а также степень выраженности иммунного ответа генетически закодированы и реализуются на уровне популяции лимфоидных клеток [12].

Показано, что молекулы ИЬЛ II класса играют основную роль в патогенезе аллергического воспаления, непосредственно оказывая влияние на выработку специфических 1§Б. Еще в 70-х годах XX века проводились первые работы по изучению роли антигенов ИЬЛ в развитии аллергических заболеваний. В связи с внедрением молекулярно-генетических методов изучения системы ИЬЛ появилась реальная возможность исследования взаимосвязи между аллергическими заболеваниями и продуктов комплекса ИЬЛ на молекулярном уровне.

Однако в клинической аллергологии таких работ мало, данные их весьма противоречивы. Отмечаются существенные различия в характере установленных ассоциаций поллинозов с системой тканевых антигенов ИЬЛ [1]. Разнородность полученных результатов можно объяснить малочисленностью выборок, неоднородностью обследованных групп по этиологическому фактору, возрасту, полу, а также значительными колебаниями частоты встречаемости отдельных специфичностей ИЬЛ у здоровых лиц в различных популяциях мира.

Одним из приоритетных направлений в современной медицине является внедрение методов краткосрочного и долговременного прогнозирования характера течения заболеваний и их исходов. С этих позиций внимание ученых привлекает исследование аллельного полиморфизма ИЬЛ у больных с той или иной патологией.

Актуальным представляется не только выяснение механизма ассоциаций между поллинозами и продуктами ИЬЛ, но и формирование прогностического алгоритма для данной группы больных. До сих пор неизвестно, почему у одних пациентов поллиноз ограничивается САР, а у других развивается клиника пыльцевой БА. Таким образом, с внедрением методов ИЬЛ-типирования в клиническую аллергологию появляется возможность разработки новых методов диагностики и дифференциальной диагностики поллинозов, а также создания алгоритмов индивидуального прогноза особенностей их течения и развития возможных осложнений.

Материалы и методы. С целью поиска иммуногенетических маркеров поллинозов из числа специфичностей HLA и их гаплотипов проведено серологическое типирование антигенов HLA локусов А и В у 65 пациентов с поллинозами в популяции русских астраханской геногеографической зоны. У 34 больных диагностирован САР, у 31 — пыльцевая БА.

У всех 65 пациентов проведено типирование антигенов HLA класса I локусов А и В на лимфоцитах периферической крови с помощью реакции комплементзависимой цитотоксичности по методу Терасаки. Иммуногенетическое обследование проводилось с помощью наборов иммунных сывороток Российского НИИ гематологии и переливания крови (г. Санкт-Петербург) для специфичностей HLA класса I. В качестве сравнительного серологического контроля использовались результаты исследования популяционного генофонда здорового населения на территории Астраханской области (астраханская геногеографическая зона), проведенного ранее [11]. Контрольную группу составили 200 здоровых доноров крови.

Анализ результатов HLA-типирования проводился по общепринятой методике и включал изучение частоты регистрации отдельных антигенов и их сочетаний (гаплотипов), определение показателей относительного риска - RR, этиологической фракции - EF (для RR>1), превентивной фракции - PF (для RR<1). Достоверность полученных результатов оценивалась с помощью критерия х с поправкой Yates на непрерывность выборки и с использованием корригированного значения (рс) степени достоверности для малых выборок.

Результаты исследования. На первом этапе иммуногенетического поиска характер распределения специфичностей HLA класса I локусов А и В исследовался нами в общей анализируемой выборке, куда вошли все 65 пациентов с диагнозом поллиноза.

Частотные характеристики специфичностей HLA локусов А и В и экспрессирующих их генов в основной анализируемой выборке представлены в таблице 1.

Частота регистрации большинства специфичностей HLA локуса А у больных поллинозами практически не отличалась от таковой в контрольной группе. С частотой, практически не отличающейся от контрольных цифр, типировались антигены HLA-A1 и А9 (по 20,0% соответственно), А10 (29,2%), А11 (10,8%), А28 (6,2%) и число случаев гомозиготного носительства аллелей локуса А. Эти особенности иммуногенетического спектра свойственны, в целом, популяциям русских и в других геногеографических зонах на территории России.

Вместе с тем, в анализируемой выборке установлены изменения частоты встречаемости некоторых специфичностей HLA как в сторону увеличения, так и в сторону снижения по сравнению с контролем. Так, практически в 3 раза чаще по сравнению с контролем у больных поллинозами типировался аллель HLA-А19 (27,7%>10,5%). Частота регистрации антигена HLA-А2 в группе больных составила 41,5% против 52,0% в контроле. Значительное снижение уровня установлено и для антигена HLA-АЗ (16,9%<26,5%).

При сравнительном анализе группы больных поллинозами и контроля установлено значительное повышение в анализируемой выборке частоты регистрации для аллелей HLA-В7 (32,3%>21,5%), В16 (15,4%>7,5%) и В35 (23,1%>13,0%) и менее значимое - для HLA-88 (15,4%>9,5%) и В40 (15,4%>12,0%).

Кроме того, в анализируемой выборке зарегистрировано весьма значительное снижение частота встречаемости HLA-817 (4,6%<11,0%) и гомозиготного носительства аллелей HLA локуса В (20,0%<38,0 %).

Частотные характеристики генов HLA класса I локусов А и В соответствовали частоте регистрации экспрессированных ими антигенов HLA. Рассчитанная частота для большинства генов HLA в группе больных поллинозами соответствовала таковой в контрольной группе. Отличия в частоте идентификации антигенов HLA класса I в анализируемой выборке зарегистрированы для тех специфичностей HLA, частота которых отличалась от таковой в контрольной группе (см. табл. 1).

Так, с частотой значительно выше контрольной определялись гены ИЬЛ-А19 (0,150>0,054), В7 (0,177>0,114), В8 (0,080>0,049), В16 (0,080>0,039) и В35 (0,123>0,068) и В40 (0,080>0,062). С частотой значительно ниже контрольной типировались специфичности ИЬЛ-А2 (0,235<0,308), А3 (0,089<0,143), В17 (0,023<0,057) и гомозиготное носительство генов ИЬЛ локуса В (0,106<0,222).

Таблица 1

Распределение специфичностей HLA класса I локусов А и В у больных поллинозами

Антигены тл Контроль п=200 Больные поллинозами п=65

абс. частота АГ в % частота гена абс. частота АГ в % частота гена

А1 43 21,5 0,114 13 20,0 0,106

А2 104 52,0 0,308 27 41,5 0,235

А3 53 26,5 0,143 11 16,9 0,089

А9 38 19,0 0,100 13 20,0 0,106

А10 43 21,5 0,114 19 29,2 0,159

А11 28 14,0 0,075 7 10,8 0,055

А19 21 10,5 0,054 18 27,7 0,150

А28 9 4,5 0,023 4 6,2 0,031

Ах 60 30,0 0,163 18 27,7 0,150

В5 35 17,5 0,092 11 16,9 0,089

В7 43 21,5 0,114 21 32,3 0,177

В8 19 9,5 0,049 10 15,4 0,080

В12 34 17,0 0,089 9 13,8 0,072

В13 24 12,0 0,062 6 9,2 0,047

В14 11 5,5 0,028 2 3,1 0,016

В15 15 7,5 0,039 4 6,2 0,031

В16 15 7,5 0,039 10 15,4 0,080

В17 22 11,0 0,057 3 4,6 0,023

В18 25 12,5 0,065 8 12,3 0,063

В21 5 2,5 0,013 2 3,1 0,016

В22 7 3,5 0,018 2 3,1 0,016

В27 13 6,5 0,034 4 6,2 0,031

В35 26 13,0 0,068 15 23,1 0,123

В40 24 12,0 0,062 10 15,4 0,080

Вх 76 38,0 0,222 13 20,0 0,106

Для анализа силы и направленности ассоциации для каждой специфичности ИЬЛ, частота которой в группе больных поллинозами отличалась от таковой в контроле, рассчитывались показатели ЯЯ, ББ и РБ (табл. 2).

Как видно из таблицы 2, в локусе А статистически значимым с высокой степенью достоверности было повышение частоты антигена ИЬЛ-А19 (х =10,224, р<0,005, рс<0,05). Достаточно высокие показатели относительного риска (ЯЯ=3,25) и, особенно, этиологической фракции (ББ=0,19) указывают на первичный характер установленных ассоциаций между наличием в фенотипе индивида специфичности ИЬЛ-А19 и фактом наличия у обследованного больного такого заболевания как поллиноз.

Снижение уровня специфичности ИЬЛ-А3 в анализируемой выборке больных поллинозами по сравнению с контрольной группой также являлось статистически значимым (х2=4,007, р<0,05). Достаточно высокие показатели относительного риска (ЯЯ=0,58) и превентивной фракции (РБ=0,12) указывают на первичный характер установленной ассоциации.

Снижение уровня антигена ИЬЛ-А2 в анализируемой выборке явилось статистически недостоверным (КЯ=0,66, х2=2,587, р>0,05), хотя и сопровождалось достаточно значимым показателем превентивной фракции (РБ=0,18) за счет высокой популяционной частоты данной специфичности ИЬЛ.

Многочисленными иммуногенетическими исследованиями по проблеме «ИЬЛ и болезни» доказано, что большинство заболеваний ассоциировано, в первую очередь, с аллельными вариантами генов ИЬЛ локуса В.

Статистический анализ показал достоверность снижения в группе больных

2

поллинозами частоты регистрации антигена ИЬЛ-В17 (х2=4,147, р<0,05). Установленная закономерность сопровождалась значительным показателем относительного риска (ЯЯ=0,44) и незначительным показателем превентивной фракции (РБ=0,08), что отражает, в целом, умеренную частоту специфичности ИЬЛ-В17 в популяции русских астраханской геногеографической зоны (11,0%).

Таблица 2

Степень достоверности, КЯ, ЕЕ и РЕ в установленных ассоциациях поллинозов и антигенов ИЬА локусов А и В

Антиген ИЬА Контроль п=200 Больные поллинозами п=65 Критери й х2 ЯЯ ЕЕ РЕ

абс. частота АГ в % абс. частота АГ в %

А2 104 52,0 27 41,5 2,587 0,66 - 0,18

А3 53 26,5 11 16,9 4,007 0,58 - 0,12

А19 21 10,5 18 27,7 10,224 3,25 0,19 -

В7 43 21,5 21 32,3 2,566 1,75 0,14 -

В8 19 9,5 10 15,4 1,192 1,76 0,07 -

В16 15 7,5 10 15,4 2,706 2,26 0,09 -

В17 22 11,0 3 4,6 4,147 0,44 - 0,08

В35 26 13,0 15 23,1 3,077 2,02 0,12 -

В40 24 12,0 10 15,4 0,245 1,36 - -

Вх 76 38,0 13 20,0 7,956 0,42 0,28 -

Кроме того, с высокой степенью достоверности в анализируемой выборке регистрировалось снижение числа пациентов с гомозиготным носительством аллелей ИЬЛ класса I локуса В (х =7,956, р<0,025), которое сопровождалось весьма значимыми показателями относительного риска (ЯЯ=0,42) и превентивной фракции (РБ=0,28). Этот факт указывает на первичный характер установленной ассоциативной связи.

К статистически значимому приближалось повышение частоты типирования в группе

22 больных поллинозами антигенов ИЬЛ-В7 (х =2,566, р>0,05), В16 (х =2,706, р>0,05) и,

особенно, ИЬЛ-В35 (х2=3,077, р>0,05). Повышенные показатели относительного риска

(ЯЯ=1,75 для ИЬЛ-В7, ЯЯ=2,26 для ИЬЛ-В16, ЯЯ=2,02 для ИЬЛ-В35) и особенно

этиологической фракции (БЬ=0,14 для ИЬЛ-В7, БЬ=0,09 для ИЬЛ-В16, БЬ=0,12 для ИЬЛ-

В35) указывают на необходимость обязательного включения данных специфичностей в

дальнейшее иммуногенетическое исследование, направленное на поиск ИЬЛ-маркеров

предрасположенности и резистентности к развитию клинических вариантов поллиноза.

Тенденция к повышению уровня регистрации ИЬЛ-В8 и В40 была статистически недостоверной и сопровождалась низкими показателями относительного и атрибутивного риска (ЯЯ=1,76, БЬ=0,07, х2=1,192, р>0,05 и ЯЯ=1,36, х2=0,245, р>0,05 соответственно).

Нами был проведен поиск возможной ассоциативной связи между риском развития поллиноза и определенными двулокусными гаплотипами ИЬЛ. Частотные характеристики двулокусных гаплотипов ИЬЛ класса I локусов А и В, наиболее часто встречавшихся в анализируемой выборке у пациентов с поллинозами, представлены в таблице 3.

Анализ частоты регистрации гаплотипов HLA у больных поллинозами показал, что наибольший уровень идентификации приходился на те комбинации, которые представлены часто регистрирующимися специфичностями. Так, с высокой частотой встречались двулокусные гаплотипы HLA-A1/B5 (2,33%), А1/В8 (4,53%), А2/В5 (1,33%), А2/В13 (2,51%), А2/В40 (3,05%), А2/Вх (2,31%), А3/В27 (1,12%), А9/В13 (1,34%), А10/В18 (4,79%). Уровень частот указанных гаплотипов был свойственен здоровым лицам в контрольной группе.

Вместе с тем, в анализируемой выборке зарегистрированы изменения частотных характеристик для ряда гаплотипических сочетаний как в сторону их повышения, так и в сторону их понижения по сравнению с контролем.

Таблица 3

Частота регистрации некоторых двулокусных гаплотипов HLA

у больных поллинозами

Гаплотип HLA Частота регистрации гаплотипа, % Гаплотип HLA Частота регистрации гаплотипа, %

Больные n=65 Контроль n=200 Больные n=65 Контроль n=200

А1/В5 2,326 2,671 А9/В16 1,677 0,928

А1/В8 4,532 3,736 А9/В17 0,312 1,396

А1/В16 1,615 0,061 А9/В35 2,778 1,880

А1/В18 0,317 0,325 А9/Вх 0,499 1,490

А2/В5 1,328 1,549 А10/В7 2,077 0,259

А2/В7 10,781 4,577 А10/В18 4,786 3,010

А2/В13 2,512 2,871 А10/В35 2,718 0,318

А2/В15 1,745 1,649 А10/Вх 1,544 2,540

А2/В16 3,076 1,311 А11/В7 2,875 1,373

А2/В17 0,558 1,969 А11/В12 0,522 0,488

А2/В35 3,708 1,112 А11/В17 0,166 0,974

А2/В40 3,053 2,871 А11/В35 3,108 1,475

А2/Вх 2,314 3,450 А19/В7 6,154 0,044

А3/В7 2,778 4,093 А19/В8 0,127 0,029

А3/В16 0,788 0,436 A19/B16 4,615 0,836

А3/В17 0,134 1,052 А19/В18 0,791 1,321

А3/В27 1,118 1,253 А19/В35 4,225 0,443

А3/В35 3,541 1,629 А28/В7 0,344 0,280

А3/В40 2,784 1,394 А28/В18 0,127 0,388

А9/В7 3,889 1,086 A28/B35 0,734 0,109

А9/В13 1,342 1,045 Ах/В 16 0,929 1,890

Для анализа силы и направленности ассоциации для каждого гаплотипа HLA, уровень регистрации которого в группе больных поллинозами отличался от такового в контроле, рассчитывались показатели RR, EF и PF (табл. 4).

Так, в группе пациентов отмечалось статистически значимое повышение частоты встречаемости следующих двулокусных гаплотипов HLA:

- А2/В7 (10,78%>4,58%, RR=3,31, EF=0,12, х2=4,830, p<0,05);

- A19/B7 (6,15%>0,04%, RR=19,49, EF=0,06, х2=13,192, p<0,001, рс<0,02);

- A19/B16 (4,62%>0,84%, RR=5,25, EF=0,08, х2=7,566, р<0,0025, рс<0,05);

- A19/B35 (4,23%>0,44%, RR=7,45, EF=0,07, х2=5,163, р<0,02).

В состав последних трех гаплотипов входит специфичность HLA-A19, являющаяся маркером риска развития поллиноза.

Кроме того, в анализируемой выборке к статистически значимому приближалось повышение уровня регистрации следующих гаплотипов HLA:

- А2/В16 (3,08%>1,31%, RR=2,88, х2=2,224, р>0,05);

- А3/В35 (3,54%>1,63%, RR=2,23, EF=0,12, х2=3,077, р>0,05);

- A10/B7 (2,08%>0,26%, RR=6,42, EF=0,07, х2=2,956, р>0,05);

- А10/В35 (2,72%>0,32%, RR=7,83, EF=0,08, х2=2,733, р>0,05).

Достоверно реже, по сравнению с контрольной группой, у больных поллинозами типировались следующие двулокусные гаплотипы ИЬЛ:

- Л2/В17 (0,56%<1,97%, ЯЯ=0,23, РБ=0,08, х2=6,109, р<0,05);

- Л3/В17 (0,13%<1,05%, ЯЯ=0,37, РБ=0,07, х2=4,147, р<0,05).

В состав этих двулокусных гаплотипов входит специфичность ИЬЛ-В17, обладающая протективным эффектом в развитии поллиноза.

Таблица 4

Степень достоверности, КЯ, ЕЕ и РЕ в установленных ассоциациях поллинозов и гаплотипов ИЬА локусов А и В

Гаплотип ИЬА Больные поллинозами п=65 Контроль п=200 Критерий х2 ЯЯ ЕЕ РЕ

Частота в % Частота в %

А1/В16 1,215 0,061 1,587 8,66 - -

А2/В7 10,781 4,577 4,830 3,31 0,12 -

А2/В16 3,076 1,311 2,224 2,88 - -

А2/В17 0,558 1,969 6,109 0,23 - 0,08

А2/В35 3,708 1,112 1,192 2,76 - -

А3/В16 0,788 0,436 0,811 1,88 - -

А3/В17 0,134 1,052 4,147 0,37 - 0,07

А3/В35 3,541 1,629 3,077 2,23 0,12 -

А9/В7 3,889 1,086 0,245 3,15 - -

А10/В7 2,077 0,259 2,956 6,42 0,07 -

А10/В35 2,718 0,318 2,733 7,83 0,08 -

А19/В7 6,154 0,044 13,192 19,49 0,06 -

А19/В8 0,127 0,029 1,228 1,87 - -

А19/В16 4,615 0,836 7,566 5,25 0,08 -

А19/В35 4,225 0,443 5,163 7,45 0,07 -

Выводы. Таким образом, нами установлена положительная ассоциация поллиноза со специфичностью ИЬЛ-А19 и двулокусными гаплотипами ИЬЛ-А2/В7, Л19/В7, Л19/В16, Л19/В35, что позволяет постулировать их в качестве маркеров повышенного риска развития поллиноза в популяции русских астраханской геногеографической зоны.

Резистентность к развитию поллиноза обусловлена присутствием в антигеном профиле индивидуума обладающих протективным эффектом специфичностей ИЬЛ-А3, В17 и гаплотипов ИЬЛ-Л2/В17, Л3/В17, а также гомозиготным носительством аллелей ИЬЛ локуса В.

Полученные нами данные могут быть использованы как для прогнозирования самого факта развития поллиноза у лиц, входящих в группу повышенного риска, так и для разработки индивидуальных прогностических сценариев дальнейшего развития и вероятного исхода уже имеющегося поллиноза в каждом конкретном случае. Создание таких прогностических сценариев должно учитывать расовую и популяционную принадлежность пациентов, полиэтиологичность заболевания, а также наличие возрастной (в некоторых случаях и половой) рестрикции продуктов ИЬЛ.

Следует отметить, что особая привлекательность использования ИЬЛ-системы в качестве инструмента долгосрочного прогноза заключается, прежде всего, в том, что, определив однократно у пациента фенотип ИЬЛ (стабильный в течение всей жизни человека), в дальнейшем можно делать многочисленные прогностические выводы, касающиеся индивидуального течения заболевания.

ЛИТЕРАТУРА

1. Бондаренко А. Л. ИЬЛ и болезни. - Киров, 1999. - 194 с.

2. Гладков С.Ф., Перевощикова Н.К. Перспективы первичной профилактики бронхиальной астмы // Российский аллергологический журнал. - 2010. - № 1, Вып. 1. - С. 43-45.

3. Горячкина Л.А., Передкова Е.В., Храмцова Е.В. Поллинозы: учебное пособие для врачей. - М., 2004. -24 с.

4. Гущин М.Ю., Бархина Т.Г., Польнер С. А., Голованова В.Е. Клинико-морфологическая характеристика течения АР и БА у подростков // Российский аллергологический журнал. - 2010. - № 1, Вып. 1. -С. 53-54.

5. Дробик О.С. Место антигистаминных препаратов в лечении сезонного аллергического ринита // Российский аллергологический журнал. - 2005. - № 2. - С. 92-99.

6. Ильина Н.И. Аллергический ринит // Consilium medicum. - 2000. - Т. 2, № 8. - С. 338-344.

7. Ильина Н.И. Эпидемия аллергии: в чем причины? // Российский аллергологический журнал. - 2004. -№ 1. - С. 37-41.

8. Коровкина Е.С., Курбачева О.М., Ильина Н.И. Стандартные подходы к диагностике и лечению аллергического ринита // Российский аллергологический журнал. - 2005. - № 3. - С.1-26.

9. Левитан Б.Н., Попов Е.А. Современные аспекты клинической иммуногенетики. - Астрахань: Изд-во АГМА, 2004. - 236 с.

10. Лопатин А.С. Клинические рекомендации по диагностике и лечению аллергического ринита: пособие для врачей. - СПб: РИААМИ, 2003. - 48 с.

11. Спиренкова А.Е., Попов Е.А., Левитан Б.Н. [и др.]. Сравнительная характеристика антигенных профилей системы HLA локусов А и В у различных национальных групп, проживающих на территории Астраханской области. - Астрахань, 1990. - 12 с. - Деп. в ВИНИТИ 09.07.90 № 37781390.

12. Хаитов Р.М., Алексеев Л.П. Система генов HLA и регуляция иммунного ответа // Аллергия, астма и клиническая иммунология. - 2000. - № 8. - С. 7-16.

13. Bousquet J., Khaltaev N., Cruz A.A. [et al.]. Allergic Rhinitis and its Impact on Astma (ARIA) 2008: Update (in collaboration with the World Health Organization, GA2 LEN and AllerGen 2008) // Allergy. - 2008. -Vol. 63, Suppl. 86. - P. 8-160.

14. Bachert C., Van P., Gauwenberg J. [et al.]. Prevalence, classification and perception of allergic and nonallergic rhinitis in Belgium // Allergy. - 2006. - Vol. 61, № 6. - P. 693-698.

15. Bessot J.C. Physiopathology of hay fever // Allerg. Immunol. - 2001. - Vol. 33, № 2. - P. 55-58.

16. Brewerton D.A. Discovery: HLA and disease // Curr. Opin. Rheumatol. - 2003. - Vol. 15, № 4. -P. 369-373.

17. Donaldson P.T., Czaja A.J. Genetic effects on susceptibility, clinical expression, and treatment outcome of type 1 autoimmune hepatitis // Clin. Liv. Dis. - 2002. - Vol. 6, № 3. - P. 419-437.

18. Hellings P.W., Fokkens W.J. Allergic rhinitis and its impact on otorhinolaryngology // Allergy. - 2006. -Vol. 61, № 6. - P. 656-664.

19. Kay A.B. Allergy and allergic diseases // New England Journal of Medicine. - 2001. - Vol. 344, № l. -P. 30-37.

20. Lawlor G., Fisher T., Adelman D. Munual of Allergy and Immunology. - Boston, 2000. - 806 p.

21. Masoli M., Fabian D., Holts S. [et al.]. The global burden of asthma: executive summary of the GESfA Dissemination Committee report // Allergy. - 2004. - Vol. 59. - P. 469-478.

22. Peterson B.V., Saxon A. Global increases in allergic respiratory disease: the possible role of diesel exhaust particles // Ann. Allergy. Asthma Immunol. - 2006. - Vol. 4. - P. 263-268.

Андреева Елена Евгеньевна, ассистент кафедры поликлинического дела и скорой медицинской помощи ГОУ ВПО «Астраханская государственная медицинская академия Росздрава», Россия, 414000, г. Астрахань, ул. Бакинская, 121, тел. (8512) 44-74-96, e-mail: agma@astranet.ru

Шамгунова Белла Амановна, кандидат медицинских наук, докторант кафедры внутренних болезней с курсом эндокринологии ФПО ГОУ ВПО «Астраханская государственная медицинская академия Росздрава», Россия, 414000, г. Астрахань, ул. Бакинская, 121, тел. (8512) 44-74-96, e-mail: agma@astranet.ru

Заклякова Людмила Владимировна, кандидат медицинских наук, профессор АГМА, заведующая кафедрой внутренних болезней с курсом эндокринологии ФПО ГОУ ВПО «Астраханская государственная медицинская академия Росздрава»

Попов Евгений Антонович, доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой поликлинического дела и скорой медицинской помощи ГОУ ВПО «Астраханская государственная медицинская академия Росздрава»