Хроническая сердечная недостаточность

Хроническая сердечная недостаточность

Кардиология

Мария Уянаева

Терапевт. Заместитель главного врача по терапевтической помощи ГКБ №4 (Павловская больница), г. Москва. К.м.н.

Михаил Цурцумия:

Добрый вечер, уважаемые зрители, слушатели! Сегодня мы поговорим о делах сердечных ― о хронической сердечной недостаточности, о проблемах, что с этим делать. Самый главный вопрос, на который я бы хотел, чтобы мы сегодня ответили: хроническая сердечная недостаточность - это приговор или образ жизни? Разобраться в сегодняшней теме нам поможет заместитель главного врача по терапевтической помощи государственного бюджетного учреждения здравоохранения городской клинической больницы № 4, Павловская больница, кандидат медицинских наук, врач-терапевт и мой очень хороший друг, которую я знаю очень давно, со студенческих времен, Мария Аскеровна Уянаева.

Мария Аскеровна, мы с вами уже на протяжении нескольких недель обсуждаем все те прекрасные вкусности, которые вы осуществляете с вашим коллективом, на базе вашего учреждения. Может быть, я не в курсе, но, мне кажется, что многие не знают тот объем работы, который вы выполняете, и те направления, которые у вас существуют. Мне бы хотелось поговорить и о них тоже в рамках обсуждения заявленной темы по хронической сердечной недостаточности.

Итак, хроническая сердечная недостаточность: что это?

Мария Уянаева:

Хроническая сердечная недостаточность - тема извечная и стара как мир. Но медицина тоже не стоит на месте, и сейчас очень много новых подходов к лечению хронической сердечной недостаточности. Что это такое? Это заболевание, симптомокомплекс, заболевание, которое состоит из множества симптомов, таких как одышка, отеки, ощущение сердцебиения, быстрая утомляемость. Все они обусловлены тем, что уставшее сердце не может обеспечить организм необходимым кислородом и питательными веществами, в результате чего развивается хроническая сердечная недостаточность. Однако, она уже тоже видоизменённая. Если раньше, ещё во время нашей учёбы, нам представляли таких пациентов, так называемых, синих пыхтельщиков, абсолютно синюшных, цианотичных пациентов, полностью отёчных, то сейчас, с прогрессом медицины, эти пациенты могут жаловаться просто на одышку, просто на повышенную утомляемость. Первый, к кому они приходят, врач-терапевт, как правило, и здесь мы должны как-то вычленить первые симптомы заболевания.

Михаил Цурцумия:

Скажите пожалуйста, что я, как человек, должен делать для того, чтобы заработать хроническую сердечную недостаточность? Я хочу узнать о причинах развития хронической сердечной недостаточности.

Мария Уянаева:

Причин достаточно. Во-первых, хроническая сердечная недостаточность - это болезнь старшей возрастной группы, пожилого возраста.

Михаил Цурцумия:

То есть, я её догоню чуть позже?

Мария Уянаева:

К сожалению, в последнее десятилетие эта болезнь тоже помолодела. Основные причины, это, естественно, изначальные сосудистые проблемы, которые могут быть обусловлены и нарушением метаболических процессов, ранним развитием атеросклероза, например. Повышенное давление, артериальная гипертензия, гипертоническая болезнь ― это заболевания, которые в дальнейшем приводят к хронической сердечной недостаточности. Перенесённый инфаркт миокарда, сахарный диабет являются факторами риска развития хронической сердечной недостаточности.

Михаил Цурцумия:

Именно сахарный диабет или нарушение толерантности к глюкозе?

Мария Уянаева:

Это предвестник, может явиться фоном, несомненно. Пороки сердца, возможно, приобретённые уже в пожилом возрасте, когда клапанный аппарат уже не справляется, сердце видоизменяется и не в состоянии выполнять свою функцию. Это всё в дальнейшем приводит к развитию хронической сердечной недостаточности. Мы не можем не брать в расчёт хроническую обструктивную болезнь лёгких, это тоже заболевание, которое приводит к развитию хронической сердечной недостаточности; процент пациентов не так мал, у порядка 30 % пациентов, имеющих хроническую обструктивную болезнь лёгких, в дальнейшем развивается хроническая сердечная недостаточность.

Михаил Цурцумия:

То есть, достаточно существенный процент имеющих фоном хроническую обструктивную болезнь лёгких, которая может перерасти в хроническую сердечную недостаточность.

Мария Уянаева:

Правильно понимаете. Я хочу сейчас сказать, что хроническая сердечная недостаточность ― это коморбидное заболевание, то есть, это состояние, к которому приводит очень большое количество заболеваний. Идёт нарушение функции очень многих органов в организме человека.

Михаил Цурцумия:

Мне хочется максимально понятным языком объяснить. Объясните мне, как возможному претенденту на данную хворь, что является первыми симптомами? На что мне обратить внимание в первую очередь, для того чтобы не доводить до состояния декомпенсации, до состояния, когда уже поздно пить «Боржоми», Миша. Какие симптомы?

Мария Уянаева:

Один из, наверное, первых симптомов, для нас он имеет первостепенное значение - это одышка, чувство нехватки воздуха, которая появляется при физических нагрузках. То есть раньше человек переносил удовлетворительно, была толерантность к физическим нагрузкам, а сейчас снижается способность переносить физические нагрузки.

Михаил Цурцумия:

Давайте, здесь на минуточку остановимся. Вы говорите: снижение толерантности к физическим нагрузкам. Что такое физические нагрузки? Имеет ли значение, что у меня за спиной? Я, например, 11 лет занимался боксом, когда-то имел определённый объем физической подготовки. Равнозначна ли моя физическая нагрузка и человека, не занимавшегося в прошлом спортом? После какой физической нагрузки пациенту стоит задуматься: что что-то не так?

Мария Уянаева:

Существуют пробы, которыми мы пользуемся, на которые мы опираемся. Снижение привычных физических нагрузок ― это ходьба быстрым темпом. Если человек не может пройти в быстром темпе более 500 метров, то уже является критерием, так же, как и подъем по лестнице. Если человек по лестнице поднимается абсолютно спокойно на 5 этаж…

Михаил Цурцумия:

Я на 5 этаж без отдышки не поднимаюсь.

Мария Уянаева:

Это симптом, Михаил. Стоит задуматься и сменить образ жизни.

Михаил Цурцумия:

Может быть, да. Понял: одышка при физической нагрузке. Что ещё?

Мария Уянаева:

Ощущение сердцебиения, возможно не ритмичного сердцебиения, то, что раньше не беспокоило, возможно, в покое, тоже является одним из симптомов. В более поздние стадии ― развитие отёчного синдрома, когда появляются отёки.

Михаил Цурцумия:

В данной ситуации отёки уже свидетельствуют о фазе декомпенсации, или это может быть в компенсированной форме?

Мария Уянаева:

В зависимости от характера и величины отёков, но, в принципе, мы говорим уже о декомпенсации, о том, что уже есть необходимость обращения к врачу, причём, достаточно быстро, для того чтобы понять, что происходит и назначить адекватное лечение.

Михаил Цурцумия:

Спрошу как человек, имеющий отношение к медицине. Симптомы, которые мы с вами перечислили, можно привязать ко многим заболеваниям. Не обязательно, что одышка, утомляемость и чувство сердцебиения - все 100 % ХСН, это может быть причина, симптом любого другого заболевания, связанного с сердечно-сосудистой системой, с дыхательной. Есть ли у хронической сердечной недостаточности что-то такое эдакое, изюминка, что-то такое специфичное, что будет свидетельствовать: о, это, скорее всего, ХСН?

Мария Уянаева:

Это маска многих заболеваний, я согласна. Что может быть специфичного? Наблюдательный пациент сам может увидеть набухание шейных вен, в частности. Но это, действительно, очень наблюдательные пациенты, которые следят за собой, которые ежедневно занимаются самоконтролем, для них, возможно, это будет очевидно.

Михаил Цурцумия:

Зацеплюсь за слово «самоконтроль». Я абсолютно убеждён, что в определённой степени те проблемы, которые мы имеем на сегодняшний день в медицине, основываются на культуре отношения к собственному здоровью. Я сейчас не говорю о здоровом образе жизни, о счастливом образе жизни, я сейчас говорю об отношении к собственному здоровью. Мы же никуда не пойдём, пока не припрёт. Зацепившись за то, что вы сказали, я бы хотел сейчас обсудить вопрос. Я знаю, что вы, ваше учреждение, ваш коллектив имеет некое отношение к данному проекту и вы участвовали в этом. Сейчас под эгидой департамента здравоохранения города Москвы открывается павильоны здоровья в парках для приближения к пациентам, для того, чтобы у них была бо́льшая возможность, потому что, прогуливаясь по парку, зайти в павильон, наверное, это одно, другое дело ― записаться в поликлинике, неизвестно, попаду или не попаду, а тут в шаговой доступности. Насколько эффективно павильон здоровья может участвовать в выявлении такого рода пациентов для дальнейшего их ведения, наблюдения. То есть, я хочу понять: как найти пациента с хронической сердечной недостаточностью, как его поймать в ту стадию, когда ему можно помочь меньшими силами, и процесс реабилитации, выведения из этого состояния будет намного быстрее и намного эффективней? Или пациенты должны попадать в стационар и там диагностироваться? Как, где этого пациента найти?

Мария Уянаева:

Сейчас, вы абсолютно правы, очень много проектов, направленных именно на предупреждение болезни и попыток выявить её на более ранних этапах. Павильоны, о которых вы говорите, «Пульс города», были открыты на многих площадках города Москвы, и мы тоже участвовали. У нас были представлены все основные специализации: терапевты, кардиологи, даже врач-реабилитолог, который рассказывал потенциальным пациентам о том, как реабилитироваться. Это нужно, и здесь должна быть активная позиция врачей в том числе, потому что, несмотря на всю информатизацию, многие пациенты, многие люди думают: это не со мной. Лишь когда они декомпенсировались, не могут нормально дышать, плохо себя чувствуют, они наконец доходят до амбулаторно-поликлинического звена. Повторюсь, это возрастной контингент, которому иногда сложно дойти до поликлиники. Например, наша больница, Павловская больница сейчас начала работу с Центром социальной защиты населения. У нас это называется «Здоровый четверг», мы раз в неделю выезжаем в учреждение, в Центр социальной защиты населения на разные территории. Центр социальной защиты привозит пожилой контингент, пациентов, для того чтобы наши доктора, врачи широкого профиля, терапевты, кардиологи, неврологи, эндокринологи осматривали пациента, собирали его анамнез жизни или историю заболевания. Для выявления патологии нужно пациента увидеть, начать с ним разговаривать, собственно, ничего больше не нужно; начать с ним разговаривать, общаться и качественно провести осмотр.

Михаил Цурцумия:

То есть, сотрудничество с Центром социальной защиты получается как таргетная диспансеризация, в определённой степени?

Мария Уянаева:

Можно и так сказать, но здесь мы имеем возможность увидеть человека, которому в дальнейшем потенциально необходима наша помощь, причём, мы её предлагаем. Мы предлагаем прийти к нашим специалистам, в частности, в стационар, где мы готовы их обследовать, лечить, подобрать лечение и в дальнейшем прикрепить к себе. Это очень важно, пожилым людям в том числе, которые, может быть, где-то не вполне адаптированные. Плюс, пропаганда, даже не пропаганда, а один из вариантов донесения информации ― регулярная школа для больных хронической сердечной недостаточностью, для больных и их родственников. Очень важно, чтобы пациент не остался один на один со своей проблемой, и его круг, его окружение – очень важная составляющая для пациента. Поэтому почти ежемесячно, иногда 2 раза в месяц мы проводим школы для пациентов округа совместно с их родственниками, чтобы рассказать, что эта болезнь – не приговор, что можно качественно жить, главное - исполнять определённые постулаты.

Михаил Цурцумия:

Помимо поговорить, выяснить анамнез, выяснить как пациент живёт, с чем живёт, круг общения, окружения ― скажите, пожалуйста, каков спектр, объём обследования для выявления хронической сердечной недостаточности? Либо это рутинное обследование в рамках амбулатории или амбулаторного звена, либо это требует прицельного обследования для постановки диагноза? На мой взгляд, даже звучит как-то очень грозно: хроническая сердечная недостаточность; название громоздкое, тяжёлое. Какой объем обследования, какой алгоритм обследования? Есть ли этапность, или обследуем за один присест, грубо говоря, как у нас проходит диспансеризация, когда в течение часа, обойдя всех специалистов, ты можешь иметь некий, хотя бы предварительный, вердикт о паспорте своего здоровья?

Мария Уянаева:

Для вас грозное название заболевания, для меня звучит не так страшно. Есть, естественно, определённый спектр обследования. Это рутинная лабораторная диагностика, очень важна эхокардиография, её возможно делать на амбулаторном этапе. Но есть пациенты с начальными проявлениями хронической сердечной недостаточности и, в данном случае, им необходимо сделать исследования с нагрузкой, когда они крутят велосипед или ходят по беговой дорожке, всё отображается на мониторе. Мы снимаем электрокардиограмму и видим нарушения ритма или изменения в кардиограмме, говорящие, возможно, о скрытой ишемии, которая у них есть. В дальнейшем таким пациентам положена коронароангиография, исследование сосудов сердца малоинвазивной манипуляцией, когда контрастным веществом окрашиваем сосуды сердца и смотрим, нет ли там проблем, чтобы предотвратить в дальнейшем сердечную катастрофу.

Михаил Цурцумия:

Что-то ещё? Я знаю, что у кардиологов в арсенале ещё есть холтеровский мониторинг. Имеет ли он отношение к диагностике?

Мария Уянаева:

Безусловно. Холтеровский мониторинг заключается в том, что в течение суток, 2 суток, 3 суток, по необходимости, мы снимаем у пациента сердцебиение и смотрим нарушения, возможность выявления скрытых аритмий, пауз, что тоже необходимо. Это тоже предикторы, показатель. Предикторы, предвестники того, что в дальнейшем у пациента может возникнуть сердечная недостаточность, потому что аритмии тоже вызывают изменения сердечной мышцы и в дальнейшем приводят к сердечной недостаточности. Также суточный мониторинг артериального давления, где мы смотрим максимальные показания артериального давления, степень снижения давления в ночные часы, за счёт чего осуществляется бо́льшая нагрузка – систолического или диастолического, верхнего или нижнего давления, и также можем видеть эффективность проводимой терапии.

Михаил Цурцумия:

Всё время хотел спросить у кардиолога, у терапевта, глупый вопрос, может быть: холтер вешают на фоне приёма гипотензивных препаратов или без приёма гипотензивных, для понимания, что мы имеем вначале?

Мария Уянаева:

Холтеровский мониторинг проводится на фоне терапии. Но, если мы хотим увидеть изменения у пациента, который пришёл к нам на терапию, то определённый спектр лекарственных препаратов, определённые группы необходимо отменить, иначе мы не увидим настоящую картину.

Михаил Цурцумия:

Вы сейчас затронули некий спектр лекарственных препаратов, которые нужно отменить. Я бы хотел, чтобы мы остановились на основных принципах лечения. Мы не говорим о группе препаратов, мы говорим вообще об основных принципах. В чём они заключаются?

Мария Уянаева:

Давайте, начнём с начала. Наверное, началом будет самоконтроль пациента, то, что он может сделать сам. Во-первых, диета, диетический режим, когда мы отменяем препараты и продукты, содержащие больше жиров, уменьшаем количество соли, потому что пациентам с хронической сердечной недостаточностью…

Михаил Цурцумия:

Уменьшаем или вообще убираем?

Мария Уянаева:

Уменьшаем, менее 3 грамм в сутки. Ограничиваем объем жидкости, потому что одна из основных проблем – отёки, когда жидкость не выводится из организма в связи с функциональным состоянием почек, функция почек неудовлетворительная, поэтому объем жидкости должен быть уменьшен. Здесь пациент сам контролирует давление и ведёт дневник самоконтроля, куда мы просим пациента записывать давление утром и вечером, частоту сердечных сокращений, потому что тоже очень важно, частота сердечных сокращений не должна быть высокой. Второе, на что он обращает внимание, – на свой вес. Пациент ежеутрене, до приёма пищи, но после утреннего моциона должен взвеситься, что тоже должно отмечаться, потому что прибавка в весе - нехороший прогностический признак. Если он прибавляет в среднем 1 кг в течение 2–3 дней, то он должен обратиться к врачу, что-то идёт не так. Про факторы риска такие как табакокурение и кофеин я говорить не буду. Грустно, но это так. Понятно, что достаточно сложно ограничить, каждый доходит сам.

Также тропность пациента, его приверженность к лекарственным препаратам, потому что таблетки, лекарственный препарат он будет получать пожизненно. Это качество жизни. Принять 1–2 таблеточки 2 раза в день не так страшно, это качество жизни, нормальной, активной жизни. Здесь очень важно партнёрство врача и пациента, очень важно, чтобы врач был осведомлён о том, что происходит с пациентом, и это тоже работа пациента. Разговор врача с пациентом, объяснение пациенту ситуации, что происходит, что на что влияет, если есть другие симптомы, новые симптомы в его состоянии или ему кажется. Достаточно частая ситуация, когда пациент начинает принимать таблетки, он начинает чувствовать себя хуже, возможно, кружится голова. Он решает, что это от приёма таблеток, и их отменяет. Так быть не должно, все-таки, это должен делать врач, нужно делать под контролем врача, потому что дозы препаратов титруются, определяются, и для каждого пациента подбирается индивидуально в зависимости от того, что у него сейчас выходит на первый план.

Ещё один вариант лечения, то, что ещё лет 20 назад считалось недопустимым, – это физическая активность. Физическая активность - один из реабилитационных методов.

Михаил Цурцумия:

2 секунды. Я вас сейчас остановлю, а потом мы вернёмся к физической активности. Вы врач, я пациент. Вы мне говорите: «Миша, начинай вести дневник самоконтроля». С давлением я, вроде бы, соображу, есть электрические давленометры. Хорошо. А как мне померить ЧСС?

Мария Уянаева:

У электрических давленометров есть функция измерения ЧСС.

Михаил Цурцумия:

То есть, там я могу увидеть и записать.

Мария Уянаева:

И даже нажать кнопочку, сохранить.

Михаил Цурцумия:

Я понял, хорошо. С давлением, с ЧСС я понял, вес – откалиброванные одни и те же весы, я тоже записал. Всего три параметра, которые мне надо вести, или?..

Мария Уянаева:

Или, потому что, если есть проблемы с сахаром, есть сахарный диабет, то, соответственно…

Михаил Цурцумия:

А если его нет?

Мария Уянаева:

Если такой номинации нет, если у вас нет диагноза сахарный диабет и вы исполняете все необходимые рекомендации, в том числе и диетический режим, то ежедневно контролировать не нужно. Вы приходите просто на очередной приём раз в 3 месяца, раз в полгода, в зависимости от того, как вам назначит приём врач, и глюкоза, уровень сахара в крови вам будет назначен.

Михаил Цурцумия:

Именно уровень капиллярной глюкозы, скажем, сахара, или имеет значение гликированный гемоглобин?

Мария Уянаева:

Гликированный гемоглобин, несомненно, при наличии диагноза сахарный диабет. Это показатель компенсации.

Михаил Цурцумия:

Теперь хочу немножко зацепить. Вы мне сказали про снижение уровня соли, условно бессолевая диета, 3 грамма в день. Шашлык можно?

Мария Уянаева:

Не стоит. Всё-таки, это тяжёлые продукты. Советуют, в основном, овощи-фрукты и рыбу, но основа - это бессолевая диета и ограничение объёма жидкости.

Михаил Цурцумия:

Главный вопрос, который волнует всех: пить можно? Алкоголь? Я не с точки зрения, сочетаем ли он с таблетками, – сочетаем ли он с хронической сердечной недостаточностью?

Мария Уянаева:

Мы говорим об ограничении количества алкоголя. По американским рекомендациям лицам мужского пола разрешено выпивать порядка 250-400 миллилитров 2 раза в неделю.

Михаил Цурцумия:

А женщинам нельзя?

Мария Уянаева:

250 мл. Но мы не говорим об этом нашим пациентам.

Михаил Цурцумия:

Не надо. Хорошо, пойдём дальше. Меня интересуют физические нагрузки. Я пришёл к доктору, к вам, вы мне откорригировали, назначили какой-то объем терапии, поддерживаете мне некий фон. Всё у меня хорошо, условно, всё у меня вроде бы нормально. Что такое физическая нагрузка для меня? Это обязательный, ежедневный норматив, который я должен выполнять, или просто физическая нагрузка, и я должен, допустим, не на лифте спуститься с 3го этажа, а пешком?

Мария Уянаева:

Физическая нагрузка - один из методов реабилитации. Она подбирается чисто индивидуально, в зависимости от класса сердечной недостаточности, в зависимости от 6-минутного теста с ходьбой, это адаптация пациента.

Михаил Цурцумия:

Что такое 6-минутный тест с ходьбой?

Мария Уянаева:

В течение 6 минут пациент ходит, и мы смотрим, какое расстояние он может пройти, преодолеть. В зависимости от него мы и реабилитологи выбираем комплекс упражнений, который нужен пациенту. По рекомендациям, в среднем, пациенту со средним классом сердечной недостаточности рекомендуют проходить порядка 40-50 минут спокойной ходьбы, либо в течение получаса нагрузка с велосипедом, то есть крутить педали, но в спокойном режиме 1-2 минуты.

Михаил Цурцумия:

Что такое нагрузка с велосипедом?

Мария Уянаева:

Нагрузочная проба с велосипедом - это велоэргометрия, по сути, когда пациент на велосипеде в течение 1-2 минут выполняет физическую нагрузку, крутит педали и минуту отдыхает. Это интервальная нагрузка. Сначала выполняется под наблюдением врача-реабилитолога, потому что дальше он разрабатывает комплекс лечебной физкультуры, в том числе и дыхательной гимнастики. Очень важно, чтобы дыхательные мышцы работали, диафрагма работала, физические упражнения важны, чтобы в дальнейшем не случилось атрофии мышц, потому что это тоже показатель неблагополучия. Соответственно, дыхательная гимнастика входит в комплекс, также плавание в небольших количествах. Начинают комплекс физических упражнений с 10-20 минут и доводят где-то до 50-ти. Кстати, один из методов реабилитации или физической нагрузки, который ещё не внедрили, но считают достаточно позитивным - это вальс, вальсирование, потому что это активность и, плюс, хороший эмоциональный фон, он действительно есть в рекомендациях.

Михаил Цурцумия:

Можно вместо вальса спеть?

Мария Уянаева:

Пожалуйста, ваша дыхательная мускулатура будет работать.

Михаил Цурцумия:

Я понял. Скажите, пожалуйста, ещё такой момент: Главный кардиолог Российской Федерации Лео Антонович Бокерия рекомендует проходить в день 10000 шагов. Они именно для ХСН, или 10000 шагов в любом случае?

Мария Уянаева:

В любом.

Михаил Цурцумия:

Насколько это совместимо с хронической сердечной недостаточностью? Или имеет значение, с чем я пришёл к хронической сердечной недостаточности?

Мария Уянаева:

Несомненно.

Михаил Цурцумия:

Ещё один момент хочу для себя уяснить. Некая война с хронической сердечной недостаточностью имеет два компонента - активное лечение плюс реабилитация. Чему вы, как доктор, меня, как пациента, должны научить? Грубо говоря, как мне с этим жить? Мне хочется понимать: «Это приговор, Миша. Ты живёшь с таблетками до конца своей жизни» или «Миша, не переживай! Всё будет хорошо, и мы с тобой говорим не о болячках, а говорим о качестве жизни». Что я должен соблюдать? Понятно – регулярный приём препаратов, само собой разумеется; понятно – я веду дневник самоконтроля. Реабилитологи мне подобрали определённый объем, комплекс упражнений, которые я выполняю каждый день, желательно. Теперь меня интересует следующее. Понятно, что сердечная недостаточность сердечной недостаточности рознь, в зависимости от степени тяжести имеет значение, как часто мы с вами будем видеться в кабинете. Так вот, в среднем, как часто я должен появляться у вас, как у специалиста, для контроля моего состояния? Кроме того, извините, глупый вопрос, может быть, но во времена тотальной цифровизации всего чего угодно и возможностей наших гаджетов есть ли у вас возможность дистанционного наблюдения меня, как пациента, чтобы сказать: «Миша, приходи быстрей»?

Мария Уянаева:

Михаил, во-первых, начнём с того, что всё, о чём я говорила ранее, мне кажется, должно навести вас на мысль, что это не приговор.

Михаил Цурцумия:

Спасибо. Как часто мы с вами будем видеться?

Мария Уянаева:

В зависимости от вашего ощущения, в зависимости от того, что с вами происходит.

Михаил Цурцумия:

То есть, не так, что «Миша, ты будешь приходить ко мне раз в три месяца»?

Мария Уянаева:

Нет, если всё стабильно, если всё хорошо, то примерно раз в полгода, когда мы хотим узнать, что происходит. Лабораторная диагностика, кардиограмма, а в целом всё, конечно, индивидуально. Но, если что-то изменилось в состоянии, то да, естественно, тут же обращение к доктору.

Михаил Цурцумия:

Расскажите про ту вкусность, которую вы мне рассказали до эфира. Я был очень приятно удивлён, узнав, что у вашей клиники есть такая функция. Расскажите пожалуйста, что такое Павловский регистр?

Мария Уянаева:

Павловский регистр - это регистр пациентов с хронической сердечной недостаточностью, который придумали и внедрили в нашем стационаре в 2009 году с участием сотрудников больницы и под руководством профессора Арутюнова Григория Павловича, главного терапевта. Регистр позволяет нам нарисовать портрет пациента с хронической сердечной недостаточностью, потому что, несмотря на общность симптомов, все пациенты разные. У кого-то доминирует проблема почечной функции, у кого-то снижена способность миокарда сокращаться; это абсолютно разные номинации, абсолютно разные лекарственные препараты. В регистр три года набирали пациентов и проводили исследования в нашем поликлиническом отделении. Для пациентов с хронической патологией, хронических коморбидных состояний был создан кабинет, сейчас мы насчитываем более 500 таких пациентов. Они приходят к доктору, который знает всё о них.

Врач общей практики, терапевт, кардиолог, который знает о них всё, у него есть их истории болезни; он знает своих пациентов, он с ними регулярно работает, пациенты имеют возможность записаться к нему, у них нет необходимости ждать. То есть функционирует отдельный кабинет именно для хронических больных. Если что-то в состоянии пациентов смущает доктора, он тут же направляет их на стационарное лечение, и дальше наше кардиологическое отделение, которое также занимается хронической сердечной недостаточностью, принимает пациента на себя. Врачи, которые работают у нас, тоже знают этих пациентов, потому что, по сути, это наш контингент, который поступает к нам с определённой регулярностью. На этапе стационара происходит коррекция лечения.

В чём большой плюс? Если мы видим изменения или состояния, которые требуют привлечения ещё и специалистов других номинаций, например кардиохирургии, ритмологов, потому что есть нарушение ритма, которое требует внедрения девайса, кардиостимулятора, кардиодефибриллятора, то этих пациентов смотрят аритмологи из нашего центра аритмологии. Наш пациент, по сути, находится в замкнутом круге. Он в поликлиническом звене, если что-то происходит – он идёт в стационар, и затем возвращается к тому же доктору, который его наблюдает амбулаторно. Созданный кабинет и знание пациента врачом позволили уменьшить количество повторных госпитализаций, что тоже говорит о победе.

Михаил Цурцумия:

Круто! Здорово! Огромное спасибо, что вы нашли возможность прийти к нам на эфир! Я надеюсь, мы ещё встретимся в эфире.

Мария Уянаева:

Очень хочется, спасибо!