Социальные ожидания и свойства личности у современной молодежи, завершающей обучение в вузе

УДК 159.9

СОЦИАЛЬНЫЕ ОЖИДАНИЯ СОВРЕМЕННОЙ МОЛОДЕЖИ, ЗАВЕРШАЮЩЕЙ ОБУЧЕНИЕ В ВУЗЕ

Томский государственный педагогический университет

Исследование проблем гендерного неравенства наиболее актуально у молодых людей и, в частности, у студентов высшей школы, жизнь которых неразрывно связана с устремлением в будущее, созданием семьи, рождением и воспитанием детей, профессиональным становлением, преобразованием общества. Слово «гендер» (gender, англ. - род) в семантике русского языка, начиная с 1990-х годов, наиболее часто стал использоваться как характеристика психологического пола человека [1-4]. Гендер, согласно представлениям современной «гендерной психологии», определяет совокупность социокультурных и поведенческих характеристик и ролей, характеризующих статусы мужчин и женщин в обществе [3]. Статус будущего мужчины или будущей женщины приобретается ребенком при рождении, а затем, в процессе социализации, он осваивает ту или иную гендерную роль [4, 6, 7].

Необходимость изучения гендерных различий социальных ожиданий последующей профессиональной самореализации, семейно-брачных отношений, развития личности обусловлена, по крайней мере, двумя обстоятельствами. Во-первых, такое исследование приобретает особое значение в условиях глобальных социальных перемен, при которых трансформации в различных сферах общественной жизни, социальном устройстве влияют не только на макросоциальные процессы, но и определяют индивидуальные особенности жизни людей, изменяют культуру, нормы, ценности и ожидания членов общества. Во-вторых, исследование данной проблематики важно в ситуации [5-7], при которой в обществе декларативно признается гендерное равенство, но на практике существует гендерная асимметрия общественных и семейных ролей, формируется противоречивый набор гендерных норм, стереотипов и правил поведения.

Можно предположить, что гендерные различия могут определять инвариантность структуры социальных ожиданий и составляющих свойств личности у современных выпускников вузов в условиях достаточно проблемной ситуации их востребованности на «рынке труда» и особенно условия социализации и биологические особенности женщин. В связи с этим проведение исследований, направленных на изучение психологических закономерностей данных феноменов, является актуальным и своевременным.

Целью настоящей работы являлось изучение психологических закономерностей формирования социальных ожиданий, личностных особенностей у современных выпускников высшей школы и их гендерных различий.

Характеристика обследуемых и методов

В обследовании принимали участие 100 юношей и 100 девушек, обучавшихся на 5-х курсах факультетов психологии и связи с общественностью, физической культуры и биолого-химическом Томского государственного педагогического университета, на 6-м курсе педиатрического факультета Сибирского государственного медицинского университета и на 4-м курсе (по программе бакалавров) электрофизического факультета Томского политехнического университета. Первоначально проводился анонимный анкетный опрос с блоками вопросов, позволяющих установить возраст респондентов, пол, состав и социокультурный статус их семей, характер взаимоотношений с другими значимыми субъектами общения, особенности полоролевого поведения. Выявлялись также самооценки материальной обеспеченности, физической привлекательности и состояния здоровья. Несколько блоков вопросов были направлены на оценку у мужчин и женщин предшествующего опыта сексуального поведе-

— Уб —

ния, структуры социально и личностно значимых ожиданий от своего будущего или настоящего супруга(и). Ответы на ряд других вопросов позволяли выявить особенности образа жизни и мировоззрения студентов.

Для стандартизации самооценок респондентами значимых качеств и ситуаций им предлагалось использовать приведенные в анкете 20-балльные шкалы. Одна из таких шкал была разделена на диапазоны «Плохо» (0-5 баллов), «Удовлетворительно» (6-10 баллов), «Хорошо» (11-15 баллов) и «Отлично» (16-20 баллов). Другая шкала с такой же последовательностью балльных оценок разделялась на диапазоны «Не значимо», «Мало значимо», «Значимо» и «Очень значимо». Первоначально опрашиваемым предлагалось выбрать один из диапазонов, соответствующий уровню той или иной самооценки, а затем указать ответ для соответствующего пункта анкеты с точностью до одного балла.

Кроме того, 30 юношей и 30 девушек участвовали в формализованном не анонимном психологическом интервьюировании, включающем, в частности, ряд вопросов из анонимной анкеты. Для изучения структуры свойств личности использовался вариант «В» Фрайбургского личностного опросника [8, 9], содержащий 114 вопросов. После обработки «сырых оценок», при сравнении ответов каждого обследуемого с «ключом» теста, и подсчета количества совпадений первичные результаты с помощью специальных таблиц переводились в стандартные оценки 9-балльных шкал. Всего использовалось 12 шкал:

1) невротичности (уровня невротизации личности),

2) спонтанной агрессивности (степени психопа-тизации личности),

3) депрессивности,

4) раздражительности (степени эмоциональной устойчивости),

5) общительности (дружелюбия, социальной активности),

6) уравновешенности (устойчивости к стрессовым ситуациям),

7) реактивной агрессивности (эгоцентричности, авторитарности, недоверчивости, доминантности),

8) застенчивости (стрессовое реагирование на обычные жизненные ситуации, протекающие по пассивно-оборонительному типу),

9) открытости (высокие оценки по этой шкале свидетельствовали о доверительно-откровенном взаимодействии с окружающими людьми при высоком уровне самокритичности),

10) экстраверсии (общительности) - интровер-сии (избегание «контактов» с людьми),

11) эмоциональной лабильности,

12) мужественности - женственности (маскулинизма - феминизма).

При интерпретации значений шкал использовались следующие правила: низкими считались баллы от 1 до 3, 4-6 баллов указывали на оптимальное проявление черт, составляющих свойства личности, к «сверхвыраженным» относились признаки с балльными значениями от 7 до 9.

При статистической обработке данных использовалась компьютерная программа «Б1ай81;юа 6.0.», с помощью которой проводились парные сравнения средних арифметических (Х) и ошибок среднеарифметических значений (х) показателей (по 1-критерию Стьюдента), вычислялись коэффициенты корреляции по Спирмену [1, 2].

Результаты исследования и их обсуждение

Возраст студентов выпускных курсов составлял от 20 до 24 лет. Большинство девушек (88 %) и юношей (90 %) воспитывались в полной родительской семье, где один или оба родителя имели высшее профессиональное образование. 86 % студенток и 91 % студентов социализировались в семьях с двумя и более детьми. Оптимальным количеством детей в своей семье 60 % девушек и 59 % юношей считали два ребенка. Самооценка полноценного воспитания ребенка в неполной семье у 54 % выпускниц вузов и 66 % выпускников располагалась в диапазонах «Плохо» и «Удовлетворительно» тестовой карты. Для девушек значимым взрослым чаще являлась мать (52 %), в то время как для юношей в равной степени были авторитетны как мать (32 %), так и отец (32 %). Материальную обеспеченность в период воспитания в родительской семье на «хорошо» и «отлично» оценивали 64 % девушек и 50 % юношей. Самооценки материальной обеспеченности в настоящее время в диапазоне «Хорошо» и «Отлично» составляли у девушек 40 %, у юношей - 29 %.

В рамках данного исследования были проанализированы показатели самооценок физической привлекательности, сексуальной удовлетворенности и состояния здоровья. Большинство девушек (86 %) и юношей (53 %) оценивали свою физическую привлекательность на «отлично» и «хорошо» по тестовой шкале. Средние самооценки состояния здоровья у студенток (12.1 ± 0.4 балла) были ниже (р < 0.05), чем у студентов (14.1 ± 0.5), и располагались в диапазоне «Хорошо».

Не состояли в юридически зарегистрированном браке 74 % девушек и 91 % юношей. При этом допускали возможность в браке внебрачные связи (не известные супругу(е)) 36 % девушек и 57 % юношей. Собственных детей воспитывали 10 % студенток и 2 % студентов. Отдельно от родителей проживали 48 % девушек и 52 % юношей. На опыт употребления наркотиков указывали 10 % респон-денток и 34 % респондентов. Не употребляли

спиртные напитки 18 % студенток и 2 % студентов. Курили 30 % девушек и 45 % юношей.

Таким образом, можно предположить, что условия семейной и внесемейной социализации, в т.ч. уровень образования родителей, оказывали влияние на формирование структуры социальных ожиданий и образ жизни студенческой молодежи.

42 % девушек и 36 % юношей, завершающих получение высшего образования, оценивали перспективы своего последующего материального благополучия, связанного с профессией, в пределах диапазона «Плохо» 20-балльной шкалы тестовой линейки и только соответственно 20 % и 32 % - в диапазонах «Отлично» и «Хорошо». В то же время значимость высшего профессионального образования для достижения высокого социального статуса большинством респонденток (13.5 ± 0.5 балла) и респондентов (11.9 ± 0.8 балла) оценивалась достаточно высоко. Это указывало на то, что на социальные ожидания, связанные с профессиональной самореализацией, оказывали влияние социокультурные трансформации, происходящие в обществе.

В рамках данного исследования были рассмотрены ожидания девушек (средний возраст 21.6 ±

Было установлено, что для девушек и юношей в браке одинаково важны межличностная совместимость, интеллект супруги (супруга), участие в воспитании детей. Менее важными качествами жены (мужа), необходимыми для создания благополучной семьи, девушки и юноши считали добрачную девственность супруги (супруга), жизненный опыт, физическую привлекательность, участие в хозяйст-

0.2 года) и юношей (Х ± х = 21.3 ± 0.2 года), получавших высшее образование, по созданию собственных семей. Было установлено, что всеми ими предполагалось формирование семейнобрачных отношений. Средний оптимальный возраст вступления в брак девушками указывался в 22.7 ± 0.3 года года, юношами - 24.1 ± 0.4 года. Оптимальное же превышение возраста мужа над возрастом жены женщинами предполагалось на 5.6 ± 0.5 года, мужчинами - только на 1.8 ± 0.3 года (р < 0.05), в то время как в поколении их родителей отцы были старше матерей в среднем от

1.4 до 0.8 лет. Это указывало на формирование при современных социально-экономических условиях в России (в т.ч. демографической ситуации) своеобразного «гендерного конфликта» и его репрезентацию в структуре социальных ожиданий, связанных с формированием семейно-брачных отношений.

Анализ ответов из анонимных анкет позволил установить иерархию значимости для девушек и юношей соответственно качеств супруга и супруги, которые необходимы для формирования семейно-брачных отношений (табл. 1).

венно-бытовой деятельности. Существенные гендерные различия (р < 0.05) наблюдались в важности таких качеств, как материальная обеспеченность и образованность супруги (супруга).

У девушек собственная семья рассматривалась, в первую очередь, как условие материального и социального благополучия. Семья как фактор, способствующий «профессиональному росту», оцени-

Таблица 1

Гендерные различия самооценок (Х ± х) значимости различных качеств (по 20-балльной шкале), которые выделялись студентами выпускных курсов вузов как необходимые для формирования семейно-брачных отношений

№ Качества Девушки Юноши

1 Межличностная совместимость 16.8 ± 0.5 16.6 ± 0.7

2 Интеллектуальное развитие 16.4 ± 0.4 16.1 ± 0.9

3 Участие в воспитании детей 16.1 ± 0.6 16.2 ± 0.7 Р4-1 < 0.05

4 Материальная обеспеченность 15.8 ± 0.6* 12.5 ± 0.9*

5 Образование 15.2 ± 0.6* 13.5 ± 0.8* Р5-1 < 0.05

6 Верность в браке 15.2 ± 0.8 14.7 ± 1.1

7 Участие в хозяйственно-бытовой деятельности 14.1 ± 0.5 Р7-1 < 0.05 14.5 ± 0.8

8 Физическая привлекательность 13.5 ± 0.5 Р8-1 < 0.05 14.6 ± 0.7 Р8-1 < 0.05

9 Жизненный опыт 13.3 ± 0.6 Р9-1 < 0.05 12.1 ± 0.8 Р9-1 < 0.05

10 Добрачная девственность 7.6 ± 0.9 Р10-(1-9) < 0.05 7.1 ± 1.1 Р10-(1-9) < 0.05

Примечание: * - обозначения статистически значимых (р < 0.05) парных различий показателей качеств у девушек и юношей. Качества ранжированы по группе девушек от максимального к минимальному значению. Х -среднее арифметическое, х - ошибка среднего арифметического значения показателя.

валась ими достаточно низко. Юноши наличие се- меньше всего - с материальным благополучием мьи тесно связывали с состоянием здоровья и (табл. 2).

Таблица 2

Гендерные различия значимости семьи для успешной социализации у выпускников вузов

№ Показатели Девушки Юноши

1 Материальное благополучие 14.4 ± 0.5* 10.5 ± 1.0* Р1-3 < 0.05

2 Социальное положение 13.5 ± 0.5 11.9 ± 0.8

3 Состояние здоровья 13.3 ± 0.7 14.8 ± 0.9 Р3-2 < 0.05

4 Профессиональный рост 12.8 ± 0.6* 10.6 ± 1.0* Р4-3 < 0.05

Примечание: Обозначения такие же, как и в таблице 3.

При применении Фрайбургского опросника для изучения структуры свойств личности выпускников вузов было установлено, что у юношей, по сравнению с девушками, были более выражены маскулинные черты и в меньшей степени им была свойственна «застенчивость» (см. табл. 3).

Таблица 3

Гендерные различия уровней (Х ± х) показателей по шкалам Фрайбургского личностного опросника у выпускников вузов

Все это указывало на то, что в условиях современного российского общества имеет место некоторое усвоение молодежью гендерных установок, традиционно свойственных противоположному полу. При этом мужчины в своих социальных ожиданиях более восприимчивы к воспроизводству традиционных гендерных стереотипов, чем женщины.

№ Факторы Девушки Юноши Достов. различий

1 Открытость 7.8 ± 0.4 7.9 ± 0.4 -

2 Раздражительно сть 6.8 ± 0.5 6.3 ± 0.4 -

3 Невротичность 6.4 ± 0.4 5.7 ± 0.5 -

4 Застенчивость 6.3 ± 0.4 4.6 ± 0.6 р < 0.05

5 Экстраверсия-интроверсия 5.8 ± 0.5 5.3 ± 0.5 -

6 Эмоциональная лабильность 5.7 ± 0.4 4.9 ± 0.4 -

7 Реактивная агрессивность 5.6 ± 0.4 6.7 ± 0.6 -

8 Депрессивность 5.1 ± 0.5 5.0 ± 0.5 -

9 Уравновешенность 5.1 ± 0.5 4.9 ± 0.5 -

10 Спонтанная агрессивность 5.1 ± 0.4 6.1 ± 0.5 -

11 Маскулинизм-феминизм 4.5 ± 0.6 6.0 ± 0.5 -

12 Общительно сть 4.5 ± 0.4 4.3 ± 0.5 -

Примечание: В группе девушек, начиная с показателя № 3, все остальные статистически достоверны (р < 0.05 и менее) меньше, чем значение (Х ± х) показателя № 1 («открытость»). В группе юношей значения показателей № 2-6 и 8-12 статистически достоверны меньше, чем № 1 («открытость) в этой группе обследованных. Остальные обозначения такие же, как и в табл. 1.

Ранжирование 12 шкал, характеризующих свойства личности, от максимального до минимального значений (Х + х) в группе девушек (при симметричном показе этих показателей у юношей) позволило установить, что для обеих групп обследуемых были характерны достаточно высокие «открытость», «раздражительность», а у девушек несколько большая «невротичность». В последовательность ранжирования значений шкал, характеризующих свойства личности, у юношей «не укладывались» показатели «агрессивности» и «маскулинизма - феминизма».

Структура сопряженности свойств личности, по данным (см. табл. 4) их интеркорреляций (по Спирмену), указывала, что для девушек была характерна

обратная взаимосвязь между показателями в котину-умах «общительность - застенчивость» и «мускули-низм» - «депрессивность». У юношей (см. табл. 5) обратные, средние по уровню взаимосвязи (р <

0.05), были в континуумах показателей: «застенчивость» - «экстравертированность», «уравновешенность» - «эмоциональная лабильность» (близкие к линейным обратные взаимосвязи между свойствами личности), а также «уравновешенность» - «застенчивость» (средний уровень обратной взаимосвязи). Существовали тенденции, при которых маскулинные черты характера предполагали более низкие «невротичность» и «застенчивость».

Для структуры корреляционных плеяд с прямыми, достаточно высокими по уровню сопряжен-

ности (при р < 0.05) связями, общими для групп девушек и юношей, были континуумы: «депрес-сивность» - «застенчивость» и «общительность» -«экстравертированность». В структуре плеяд со средними уровнями прямых взаимосвязей у обследованных студенток отмечались положительные корреляции между показателями спонтанной и ре-

активной агрессивности, «раздражительности» -«открытости», «депрессивности», «эмоциональной лабильности» и «раздражительности». Структура корреляционных плеяд с прямыми статистически значимыми (р < 0.05) связями между показателями структуры личности у девушек (см. табл. 4) была несколько иной, чем у юношей.

Таблица 4

Интеркорреляции (по Спирмену) факторов Фрайбургского личностного опросника у девушек,

завершающих обучение в вузе

Факторы № 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Невротичность 1 1 -0.1 0.5 0.2 0.2 -0.2 0.1 0 0.1 0.1 0.5* -0.1

Спонтанная агрессивность 2 1 0.3 0.4 -0.3 0.2 0.6* 0.5 0.5 0.1 0.4 -0.1

Депрессивность 3 1 0.5 -0.3 -0.2 0 0.8* 0.4 -0.3 0.8* -0.5*

Раздражительно сть 4 1 0 0.2 0.1 0.3 0.7* 0.2 0.6* 0.3

Общительно сть 5 1 0.3 0.3 -0.6* -0.1 0.8* -0.2 0.3

Уравновешенность 6 1 0.3 -0.1 0.1 0.3 0 0.3

Реактивная агрессивность 7 1 -0.1 0.3 0.5* 0.3 -0.1

Застенчивость 8 1 0.3 -0.5 0.5 -0.4

Открытость 9 1 0.2 0.7* 0.2

Экстраверсия-интроверсия 10 1 0 0.3

Эмоциональная лабильность 11 1 -0.3

Маскулинизм- феминизм 12 1

Примечание: * обозначены статистически значимые (р < 0.05 и менее) величины коэффициентов корреляции.

Таблица 5

Интеркорреляции (по Спирмену) факторов Фрайбургского личностного опросника у юношей,

завершающих обучение в вузе

Факторы № 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Невротичность 1 1 0.1 0.6* 0.2 -0.2 -0.5 -0.1 0.5 0.1 -0.5 0.5 -0.5

Спонтанная агрессивность 2 1 0 0.8* 0.2 -0.3 0.1 0.2 -0.1 0 0.2 0

Депрессивность 3 1 0.2 -0.3 -0.3 0 0.6* 0 -0.3 0.5* -0.3

Раздражительно сть 4 1 0.3 -0.3 0.4 0.2 0.2 0.1 0.4 0.1

Общительно сть 5 1 0.5* 0.3 -0.5 -0.1 0.5* -0.5 0.5

Уравновешенность 6 1 0.2 -0.5* 0.2 0.6* -0.7* 0.3

Реактивная агрессивность 7 1 -0.2 0.6* 0.4 0.1 0.3

Застенчивость 8 1 0.1 -0.8* 0.6* -0.5

Открытость 9 1 0.1 0.2 0

Экстраверсия-интроверсия 10 1 -0.5 0.5*

Эмоциональная лабильность 11 1 -0.2

Маскулинизм- феминизм 12 1

Примечание: обозначения такие же, как и в табл. 4.

В целом же эти связи были достаточно закономерными, исходя из семантики психологических терминов, характеризующих смысловые значения анализируемых черт личности, и указывали на определенные гендерные различия их сопряженности.

Заключение

Проведенное исследование показало, что наиболее характерными условиями семейной социализации у современных студентов вузов было воспитание в полной, часто двух-, иногда более де-тной родительской семье, в которой в подавляющем большинстве случаев один или оба родителя получили высшее профессиональное образование.

В социальных ожиданиях, связанных с последующей профессиональной самореализацией, у

студентов и студенток выпускных курсов не было выявлено существенных различий. Как девушки, так и юноши значимость своей профессии для последующего материально благополучия оценивали невысоко и больше связывали получение высшего профессионального образования с приобретением определенного социального статуса.

Социальные ожидания, связанные с формированием семейно-брачных отношений, указывали на наличие своеобразного «гендерного конфликта». Так, девушки в основном предполагали, что оптимальный возраст мужчины для заключения с ним юридически зарегистрированного брака должен быть около 6 лет старше, чем их собственный (т.е. с мужчиной в возрасте ближе к 30 годам). Юноши же указывали на

Е.Ю. Азбукина. Особенности деятельности современного педагога

оптимальный возраст жены, близкий к своему. Причем для девушек, в отличие от юношей, более значимыми качествами супруга были его уровень образования и способность материально обеспечивать семью. Такие социальные притязания определяют проблематичность вступления в юридически зарегистрированный стабильный брак для большинства выпускниц вузов в период оптимального (до 30 лет) и, тем более, субоптимального (до 35 лет) репродуктивного возраста в связи с явно недостаточным числом «свободных» мужчин с соответствующим соци-

альным статусом. Относительно высокую мускули-низацию многих современных выпускниц вузов, при достаточно значительной выраженности раздражительности, невротичности и одновременно застенчивости, по-видимому, можно отнести к числу факторов, препятствующих успешности совмещения семейно-брачных отношений и профессионального роста в период своей молодости.

Работа частично поддержана грантом РФФИ,

проект 08-06-00313 Поступила в реакцию 26.12.2006

Литература

1. Жилкин Д.С., Чекалина А.А. Влияние гендера на самореализацию женщин // Журнал прикладной психологии. 2003. № 2.

2. Клецина И.С. От психологии пола к гендерным исследованиям в психологии // Вопросы психологии. 2003. № 11.

3. Левин Э. От женщин к гендеру и далее: изменение контуров WOMEN'S STADIES в США с 1970-х годов // Гендерный конфликт и его репрезентация в культуре: мужчина глазами женщины: Материалы конференции «Толерантность в условиях многоукладности российской культуры». Екатеринбург, 2001.

4. Практикум по гендерной психологии / Под ред. И.С. Клециной. СПб., 2003.

5. Скутнева С.В. Гендерные аспекты жизненного самоопределения молодежи // Социологические исследования. 2003. № 11.

6. Bem S. The measurement of psychological androgyny // Journal of Consulting and Clinical Psuchology, 1974. Vol. 42.

7. Bern S. Gender Schema Theory and Its Implications for Child Development // Signs: Journal of Women in Culture and Societe, 1983. Vol. 8. № 4.

8. Бурлачук Л.Ф., Морозов С.М. Словарь-справочник по психодиагностике. СПб., 1999.

9. Крылов А.А., Ронгинская Т.И. Исследование личности с помощью формы В опросника FPI // Практикум по общей, экспериментальной и прикладной психологии: Учебное пособие. СПб., 2000.

10. Берестнева О.Г., Муратова Е.А., Уразаев А.М. Компьютерный анализ данных: Учебное пособие. Томск, 2003.

11. Берестнева О.Г. и др. Математические методы в психологии. Томск, 2001.