Экзистенциал веры в философии С. Л. Франка

Вестник Челябинского государственногоуниверситета. 2016. № 8 (390).

Философские науки. Вып. 41. С. 73—77.

УДК 128

ЭКЗИСТЕНЦИАЛ ВЕРЫ В ФИЛОСОФИИ С. Л. ФРАНКА

В. И. Любецкий

Нижневартовский государственныйуниверситет, Нижневартовск, Россия

Рассматривается проблематика веры в экзистенциальном аспекте философской антропологии С. Л. Франка. Выявляется постигаемый посредством экзистенциала веры опыт самораскрывающейся реальности. Показан предложенный философом аспект экзистирования человека как формы транс-цендирования. Анализируется предложенное Франком видение проблемы отношения «я» и «ты» через сопричастие экзистенции к Богу. Даётся характеристика веры как основного экзистенциала человеческого бытия.

Ключевые слова: бытие, реальность, вера, трансцендирование, экзистенция, экзистирование, экзистенциал.

На рубеже Х1Х-ХХ вв. европейская мысль находилась в кризисном состоянии. Классическое рациональное объяснение основоположных вопросов философии всё более воспринималось как недостаточное и узконаправленное. Критическое переосмысление проходило по всем «фронтам» философской рефлексии: онтологии, гносеологии и антропологии. В области последней существо критики сводилось к преодолению пренебрежения отдельной человеческой личностью и её существованием в мире [1]. Новаторство мысли С. Кьеркегора и Ф. Ницше противопоставляло всеобщности и, как следствие, «объектности» человека его единичность и индивидуальность. Зарождающаяся экзистенциальная проблематика касалась не общих характеристик и абстрактных размышлений, а конкретной и индивидуальной жизненной «ткани», средоточия уникального и неповторимого личностного пространства. Этот «бунт» ввёл в философское употребление по-новому осмысленное понятие существования —экзистенцию.

Творчество русских философов этого периода, отличающееся своеобразием и глубиной, не могло дистанцироваться от вышеуказанных тенденций. Вслед за Ф. М. Достоевским экзистенциальная проблематика прочно обосновывается и в трудах отечественных мыслителей. Кризис европейской философии явился отправной точкой для построения самобытной русской онтологии, гносеологии и антропологии [3], хотя корнями её в значительной степени оставались философия всеединства [2] и религиозно-нравственная аксиология. Определённый отпечаток на отечественную философию наложило тяжёлое испытание в лице идеологического «научного» атеизма. В этих исторических условиях русские мыс-

лители стремились найти разумное объяснение и обоснование важнейшего аспекта человеческой жизни—его духовного трансцендирующего начала. Глубоко продуманные и пережитые экзистенциальные прозрения отечественных философов (С. Л. Франка, Л. И. Шестова, Н. А. Бердяева, Л. П. Карсавина, И. А. Ильина и др.) и священников (П. А. Флоренского, С. Н. Булгакова, Г. В. Фло-ровского) составили фундаментальный вклад в отечественную экзистенциальную философию. К творчеству Семёна Людвиговича Франка (18771950), основательно проработавшего онтологическую и экзистенциальную проблематику, в частности экзистенциал веры, мы обратимся в данном исследовании.

В своей онтогносеологии Франк отчётливо разделяет область «объективной действительности» и сферы особой реальности [5]. Совокупность эмпирически данного материала, доступного в непосредственном опыте, отнюдь не составляет всей области апперцепции человека. Отчасти забытые со времён Платона, а в Новое время напомненные Кантом «идеи» составляют важнейшую часть последующей философской рефлексии. И Франк показывает, что принудительно навязываемая нам эмпирическая действительность, характеризуемая как неустранимая фактичность «мира», дана нам не в большей степени, чем сфера идеального, область духа или «душевная жизнь». Соблазн мысли приписать идеальному бытию только субъективную природу преодолевается у Франка неустранимым ощущением самим мыслящим принадлежности к этой стихии. Мысль об идеальном бытии невозможна в отрыве от него, не способна находиться «вне» его и наблюдать его как «объект», но находится как бы «внутри», вплетена в него, можно сказать,

«состоит» из идеального. Отсюда ясно вытекает общая для всей неклассической философской интуиции мысль о том, что «объективное рациональное» познание соответствует лишь части реальности, другая же её часть доступна экзистенциально, она переживается в соучастии, в судьбоносном и многогранном жизненном опыте.

Итак, опыт реальности—это ещё и опыт человеческого духа, так что здесь происходит логичный переход к антропологии. Вся глубина и «тайна» человеческой личности, заключённая в его самопознании, составляет непосредственную данность человека самому себе и есть откровение подлинного существа реальности. Существо человека, по мысли Франка, заключается в том, что «во всякий момент своего сознательного бытия он трансцендирует за пределы всего фактически данного, включая и своё собственное бытие в его фактической данности» [7. С. 267]. Так, Франк, не относясь непосредственно к экзистент-философам, определённо предполагает экзистенцию как конкретное для-себя-бытие человека, находящееся на более глубоком уровне реальности, нежели психически-эмоциональная и объективно-рациональная сферы. Этот опыт самораскрытия, или «откровения» в широком смысле этого слова, по мысли Франка, составляет предмет истинной философии и по своей природе сроден опыту мистическому.

Обозначенная здесь реальность трансрациональна, постижение её происходит лишь умудрённым неведением, если можно так выразиться, «апофатически-катафатическим» созерцанием. Фундаментальный труд уже зрелого Франка так и называется — «Непостижимое». То, что непосредственно реально «может быть именно только пережито, как бы являть нам своё бытие и быть нами обладаемым, но не может быть уяснено каким-либо умственным анализом» [9. С. 280]. То же относится и к Богу, которого можно лишь чувствовать или ощущать. Поэтому существо веры, по мысли Франка, наряду с его трансцендирую-щим движением, обладает предельной имманентностью человеческой экзистенции. Христианство, составляющее основу философии Франка, раскрывает в полноте эту истину, поскольку «весь его смысл, всё революционирующее значение состоит именно в раскрытии имманентности Бога человеческой душе, Его непосредственной близости и доступности ей» [8. С. 456]. Наряду с этим христианство есть религия личности, несравнимая и своеобразная реальность которой была

впервые обнаружена блаженным Августином и «заново» раскрыта Паскалем, Кьеркегором и последующими за ними экзистенциальными мыслителями. И именно в русле христианского откровения о боговоплощении, богосродности человека раскрывается вся глубина современной философской антропологии и персонализма. Таково кредо Франка в разработанной им религиозной философии, о чём ниже.

Франк выделяет два аспекта веры: веру-доверие и веру-достоверность. Он напоминает типичное представление о вере, как строгой убеждённости в том, чего невозможно доказать. Упорство и «твёрдость» достигается усилием воли, так что здесь наличествует загипнотизированность сознания и происходит внутренняя раздвоенность человека. Вера, основанная на «откровении», в свою очередь, апеллирует к авторитету: священному тексту, наставлению учителя, в конечном итоге к Богу и обусловлена «слепым» послушанием некой высшей инстанции. Знание же, напротив, выступает как нечто определённое и точное. Возникает совершенно логичное, напрашивающееся само собой, рациональное отвержение и неприятие такой веры. Но, по мысли Франка, это происходит в силу смешения понятий и вышеуказанных аспектов веры. В повседневном и в эмпирическом знании всегда остаётся область вероятного. Знание может выбирать между более вероятным и менее вероятным, но не способно приблизиться к безусловной точности. Как ясно показал Д. Юм, оно неизбежно содержит в себе элемент веры, который, усилием воли приближается к минимальной степени. Таким образом, знание, посредством рациональной мысли, стремится к более вероятному и приобретает точность, как бы вынося веру за скобки.

Подлинное понимание веры, данное Франком, гораздо глубже. По его мнению, логика Спинозы в формуле «мерило истины и заблуждения есть сама истина» всецело применима к сущности веры. Она есть сама достоверность, прямое и непосредственное усмотрение истины веры. При этом она обладает признанной свободно убедительностью и ценностью. По своему существу вера совершенно исключает какой-либо расчёт вероятности, само это понятие становится неуместным. Таким образом, только вера-достоверность—вера-знание может выступать основанием для веры-доверия авторитету. Человек не потому верит в авторитетные постановления, что это вменено ему в обязанность, а по причи-

не знания им трансцендентной истины, абсолютного восприятия им Бога, который открывается в религиозных учениях и практиках. Так, различие между верующим и неверующим состоит в том, что первый имеет возможность прикосновения, «видения», тогда как второй ограничен в этой возможности по причине своих «убеждений» или «разумных доводов». В вере, как «суждении» о трансцендентном предмете, привычные гносеологические операции и эмпирические наработки по проверке этого знания по определению не уместны. «Область веры сверхрациональна, выходит за пределы сферы действия категорий рационального познания; это, однако, не исключает возможности для рационального познания—в форме конкретного описания и трансцендентального мышления—отдавать отчёт в том, в чём область веры его превосходит» [7. С. 210].

И всё же здесь остаётся место для скепсиса, пусть и не до конца последовательного, способного отрицать наличие трансцендентного, считая его необоснованным проявлением недоступной нам реальности. Вере может придаваться статус иррациональной конструкции, диктуемой впечатлениями, страхами, жаждой чего-то принципиально иного, самовнушением. Свободно мыслящий человек, привыкший думать и не отказывать себе в умственной проверке, оставаясь на этом понимании существа веры, может испытывать сомнение. Иными словами, становится ли вообще возможной вера-достоверность, преодолим ли этот разрыв между верой и знанием? Ответом на этот вопрос может быть только опыт, который удостоверяет себя сам, которому достаточно просто быть, чтобы быть истиной. По Франку, опыт—такое обладание чем-либо, которое само есть свидетельство реальности обладаемого. Опыт веры, таким образом, непосредственно указывает на реальное присутствие самого предмета знания или мысли в нашем сознании. Выражаясь конкретнее, опыт не может вызывать сомнения, в опыте происходит встреча с самой реальностью. «Религиозный опыт— есть опыт такой реальности, которую мы осознаём как условие всякого опыта и всякой мысли—как общий фон, опору, почву, последнее завершение всего, что нам дано и чем мы живём» [8. С. 472]. По мысли Франка, эта реальность обладает абсолютной необходимостью, она есть то безусловное, сомнение в чём равносильно бессодержательной мысли и явному недоразумению. Таким образом, Франк приходит к онтологиче-

скому обоснованию веры, которое преодолевает «неполноту», с точки зрения философии, её субъективно-психологического или традиционно религиозного понимания.

Здесь религиозно-философская интуиция Франка по своей глубине роднится с построением фундаментальной онтологии М. Хайдеггера. «Хотя Хайдеггер и отрицал онтологический статус теологии, в то же время признавал фундаментальность веры, что, безусловно, способствовало развитию новых форм прояснения как религиозного сознания, так и создания соответствующей метафизики» [4. С. 197]. Но, в отличие от хайдеггеровского понимания ограниченности экзистенции и, как следствие, «вброшенности» в бытие, русский философ не видит «я» абсолютно ограниченным. Опыт трансцендирования, по мысли Франка, состоит в том, что экзистенция сама по себе причастна бытию как таковому, находящемуся и в ней самой и за её пределами. Осознание «пределов» своей экзистенции находится в верхнем уровне реальности, хотя и тут уже может мыслится в связи с чем-то иным, ему запредельным. На глубинном же уровне, в недрах самого бытия, в его почве, экзистенция «произрастает» из той самораскрывающейся реальности, которая есть всеобъемлющее единство. Из этого следует, что момент трансцендирования достижим и в экзистировании, поскольку «внутри» самого существа экзистенции «находится» бытие (реальность по Франку) как единственное, что есть. А расчленение реальности—па уровни «я» и «бытие-вне-меня»—необходимая разуму структура, поскольку мысль не в состоянии удержать в себе противоречие единства того, что «вне меня» есть «я» или «я» есть и «я», и «вне меня». Таким образом, самосознание себя как «я» есть соучастие в бесконечном, всеобъемлющем бытии. Проникая в глубины, корень своего бытия, достигая своего подлинного существа, экзистенция обнаруживает принадлежность к сверхмирной первичной реальности, из которой проистекает не только человек, но и мир, как объективная действительность.

Другой аспект трансцендирования состоит в самораскрытии одного самозамкнутого существа другому, подобному ему, самозамкнутому носителю бытия. Здесь Франк освящает одну из актуальнейших проблем философии: соотношения «я» и «ты». Именно во встрече с «ты» обнаруживается, конституируется «я» в подлинном смысле. Это общение происходит не в привычном

акте мышления. «Ты» не полагается как объект созерцания «я», в этом познании «я», воздействуя на «ты», впервые полагается как «я». Это «ты» как некое «другое я» или «я-подобное» существо, находясь вне «я», взаимодействует с ним в форме взаимопроникновения. «Бытие одного с другим, действие одного на другое есть здесь бытие одного для другого; а это бытие одного-для-другого тем самым—несмотря на раздельность—бытие одного-в-другом» [9. С. 371]. В этом экстатически-мистическом погружении друг в друга теряется сама двойственность, исчезает само отношение «я»—«ты». Гносеологически, в этом единстве реальности жизнь познающего совпадает с содержанием познаваемого, составляя всеобъемлющую полноту конкретности.

Уяснив, пусть и довольно поверхностно, основные интенции философии Франка, можно приблизится к более глубокому пониманию веры. Существо веры есть сердечное знание человека, живое ощущение Бога как средоточия и первоисточника некой несказанной сферы божественного. Бог, как основоположник реальности, к которой принадлежит сам человек, и «объективный мир» открывается человеку в его движении как «внутрь» себя, так и «во вне». Евангельские слова о Царствии Божием внутри вас, замечает Франк, отнюдь не метафора, а выражение подлинного понимания человеческой экзистенции и божественного присутствия. Вера в Бога, в данном понимании, есть не мысль или убеждение в его существовании, она—внутреннее состояние духа, живая полнота сердца, радостное ощущение неразрывной родственной связи с необъятной и непостижимой божественной стихией. Христианское прозрение характеризует эту стихию полной бесконечной любви, покоя, блаженства, неисчерпаемой сокровищницей добра. Бог «находится» в идеальном бытии, где мысль и мыслимое совпадают, Он есть источник и «основание» той реальности, которая есть Он Сам и которой принадлежит человек. Отношения «я»—«ты» находят своё полнейшее выражение в общении, встрече с личным Богом, более того,

они Им конституируются и на высшей степени единения снимаются в экстатически-мистическом опыте обожения.

Вера, таким образом, по мысли Франка, есть самое подлинное осуществление человека. Через неё, как через «пуповину», экзистенция человека «питается» от источника реальности, находит своё глубинное основание и раскрывает подлинное бытие. Говоря языком современной Франку западной философии, вера есть центральный эк-зистенциал человеческого бытия, конституирующий, смыслообразующий стержень его существования. И поскольку Бог не предстаёт человеку как «грубый факт», как «объект» действительности, навязывающий себя; поскольку Он не «гипотеза», в смысле Канта, необходимая для практической моральной жизни, Он не противоречит свободе человека. Подобно фундаментально проработанному западным философом П. Тиллихом определению веры как предельного интереса [6], вера Франка является свободным напряжением, умышленным вниманием человека к реальности и истине бытия. Она есть самодовлеющая сфера жизни человека, имеющая в себе самой собственную опытную имманентную достоверность и необходимость.

Итак, постижение Бога, подчёркивает Франк, неотделимо от переживания конкретной экзистенции. Бог, это всегда Бог-со-мной, Он обращён ко мне через мою бытийственную обращённость к Нему. Философ постоянно повторяет, что, говоря о Боге «Он», мы всегда должны помнить Его «Ты»—живое, обращённое к нам личное божество. Даже в общении между собой, люди не говорят в третьем лице о присутствующем в разговоре человеке. В этом смысле подлинная религиозность непосредственно выражается не в речи о Боге, а в слове к Нему, в участливом обращении к Высшему Существу, иными словами, в молитве. Экзистенциал веры, таким образом, всегда пере-живается человеком как живая встреча с Богом и подлинным самим собой, живой бы-тийственный диалог, подлинное общение и единение в любви.

Список литературы

1. Евлампиев, И. И. Концепция человека в русском экзистенциализме / И. И. Евлампиев // Изв. Рос. гос. пед. ун-та им. А. И. Герцена. - 2005. - Т. 5, № 10.-С. 122-133.

2. Зеньковский, В. В. История русской философии / В. В. Зеньковский. - Харьков : Фолио ; М.: Эксмо-Пресс, 2001.- 896 с. - (Серия «Антология мысли»).

3. Назарова, О. А. Онтологическое обоснование интуитивизма в философии С. Л. Франка / О. А. На-зарова.-М. : Идея-Пресс, 2003.- 196 с.

4. Нижников, С. А. Метафизика веры в русской философии : монография / С. А. Нижников.- 2-е изд.-М. : Инфра-М, 2012. - 313 с.- (Научная мысль).

5. Семенюк, А. П. Онтогносеология С. Л. Франка / А. П. Семенюк // Учён. зап. Казан. ун-та. Сер. Гуманитар. науки. - 2012. - Т. 154, № 1. - С. 153-165.

6. Тиллих, П. Динамика веры / П. Тиллих // Тиллих П. Избранное: теология культуры : пер. с англ.-М. : Юрист, 1995.- 479 с. - (Лики культуры).

7. Франк, С. Л. Реальность и человек / С. Л. Франк.-М. : АСТ, 2007.- 390 с.

8. Франк, С. Л. С нами Бог / С. Л. Франк ; сост. и предисл. А. С. Филоненко.- ММ. : АСТ, 2003.- 750 c.-(Philosophy).

9. Франк, С. Л. Сочинения / С. Л. Франк.-М. : Правда, 1990.

Сведения об авторе

Любецкий Виталий Игоревич — аспирант второго года обучения, кафедра социально-гуманитарных наук и туризма, Нижневартовский государственный университет. Нижневартовск, Россия. ovital@yandex.ru

Bulletin of ChelyabinskState University. 2016. No. 8 (390). Philosophy Sciences. Iss. 41. Pp. 73—77.

THE EXISTENCE OF FAITH IN THE PHILOSOPHY OF S.L. FRANK

V.I. Liubetskiy

Nizhnevartovsk State University, Nizhnevartovsk, Russia. ovital@yandex.ru

The article deals with the problem of faith in the existential aspect of philosophical anthropology of S. L. Frank. It reveals not only the unique approach of the Russian thinker to the definition of the phenomenon of faith, but also attained through the existential faith experience of self-expanding reality. A distinction is the understanding of faith-trust and faith-knowledge. It is proposed by the philosophical aspect of the existence of a person as a form of transcendence and as a way of rooting identity in the depths of reality. We analyze proposed by Frank vision of the relationship "I" and "You" through the communion of existence to God. The author adduces parallels to the intuition of the philosopher with the work of Heidegger and other Western thinkers. It is given the characteristic of faith as the basic existential ofhuman being.

Keywords: being,faith, existence, reality, transcendence, existential, religious experience

References

1. Yevlampiyev I.I. Kontseptsiya cheloveka v russkom ehkzistentsializme [The Concept of Man in the Russian Existentialism]. Izvestiya Rossiyskogo gosudarstvennogo pedagogicheskogo universiteta imeni A.I. Gertsena [Izvestia of Russian State Pedagogical University named after A.I. Herzen], 2005, vol. 10, no. 5, pp. 122-133. (In Russ.).

2. Zenkovsky V.V. Istoriya russkoy filosofii [History of Russian Philosophy]. Har'kov, Folio Publ.; Moscow, Eksmo-Press Publ., 2001. 896 p. (In Russ.).

3. Nazarova O.A. Ontologicheskoye obosnovaniye intuitivizma vfilosofii S. L. Franka [Ontological Justification of Intuitionism in the Philosophy of S.L. Frank]. Moscow, Idea-Press Publ., 2003. 196 p. (In Russ.).

4. Nizhnikov S.A. Metafizika very v russkoy filosofii [The Metaphysics of Faith in Russian Philosophy: monography, second edition]. Moscow, Infra-M Publ., 2012. 313 p. (In Russ.).

5. Semenyuk A.P. Ontognoseologiya S. L. Franka [Onto-epistemology of S. L. Frank]. Uchenyye zapiski Ka-zanskogo universiteta. Seriya Gumanitarnyye nauki [Scientific Notes of Kazan University. Series of Humanitarian Sciences], 2012, vol. 1, no. 154, pp. 153-165. (In Russ.).

6. Tillih P. Dinamikavery [Dynamics of Faith]. Tillih P. Izbrannoye: teologiya kul'tury [Favorites: Theology of Culture]. Moscow, Yurist Publ., 1995. 479 p. (In Russ.).

7. Frank S.L. Real'nost' i chelovek [Reality and Man]. Moscow, AST, 2007. 390 p. (In Russ.).

8. Frank S.L. S nami Bog [God is with Us]. Moscow, AST Publ., 2003. 750 p. (In Russ.).

9. Frank S.L. Sochineniya [Works]. Moscow, Pravda, 1990. (In Russ.).