Об истоках зарождения института реабилитации в России

ОБ ИСТОКАХ ЗАРОЖДЕНИЯ ИНСТИТУТА РЕАБИЛИТАЦИИ

В РОССИИ

ВИНИЦКИЙ Лев Витальевич МЕЛЬНИК Светлана Львовна

Аннотация. В статье рассмотрен вопрос становления института реабилитации в России начиная с Устава уголовного судопроизводства, изучена точка зрения ведущих ученых того времени - П.И. Люблинского, М.В. Духовского, Н.И. Лазаревского и др. Обращается внимание на три аспекта данной проблемы - недобросовестное обвинение, ответственность должностных лиц и ответственность государства.

Annotation. In article the question offormation of institute of rehabilitation in Russia starting with the Charter of criminal legal proceedings is considered, the point of view of leaders учены that time -P.I. Lyublinskogo, M. V. Dukhovsky, N.I. Lazarevskogo, etc. is studied. The attention, three aspects of this problem - unfair charge, responsibility of officials, and responsibility of the state is paid.

Ключевые слова: Устав уголовного судопроизводства, судебная реформа, институт реабилитации, необоснованное привлечение к уголовной ответственности, недобросовестное обвинение, ответственность должностных лиц, ответственность государства.

Key words: Charter of criminal legal proceedings, judicial reform, rehabilitation institute, unreasonable criminal prosecution, unfair charge, responsibility of officials, responsibility of the state.

В 2014 году исполняется 150 лет с момента принятия Устава уголовного судопроизводства Российской империи. Это выдающийся памятник русского законодательства. В Высочайшем указе Сенату 20 ноября 1864 года, на котором находится царственная подпись императора Александра II, отражены цели преобразований, которые не потеряли актуальность и в наши дни, в период проведения в России Федеральной судебной реформы: «Водворить в России суд скорый, правый, милостивый и равный для всех подданных наших, возвысить судебную власть, дать ей надлежащую самостоятельность и вообще утвердить в народе нашем то уважение к закону, без коего невозможно общественное благосостояние, и которое должно быть руководителем действий всех и каждого от высшего до низшего»1.

Необходимость судебной реформы в первые годы царствования императора Александра II ясно осознавалось в различных слоях русского общества. В то время в России господствовали три величайших зла: рабство, телесные наказания и такая система администрации, которая давала возможность получающим плохое содержание должностным лицам, кормиться за счет народа. А предстоящее освобо-

ждение более чем двадцати миллионов крепостных крестьян (19 февраля 1861 года) требовало серьезных изменений в урегулировании правовых отношений между новыми гражданами и прежними их господами, внесения правовых начал в жизнь освобожденных масс. Общеизвестно, что правосудие представляет из себя одно из самых важных условий нормального существования человеческого общества, ибо настоящая свобода дается только правом, а прогресс в области права влечет за собой прогресс в области свободы2.

В данной статье мы решили проанализировать истоки зарождения института реабилитации в нашей стране, начиная с Устава уголовного судопроизводства, ибо правоприменительная практика свидетельствует со всей очевидностью о том, что исключить отдельные случаи необоснованного привлечения граждан к уголовной ответственности никогда не удавалось.

Известно, что знание истории обогащает опытом прошедшего, объясняет настоящее и дает возможность предсказать будущее. Именно с этих позиций представляет определенный интерес проанализировать отдельные

2 Михайловский И.В. Основные принципы организации

1 Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. уголовного суда. Уголовно-политическое исследование. Томск,

2003. № 9. С. 16. 1905. С. 5.

положения Устава уголовного судопроизводства 1864 года.

Интерес к обозначенной теме был довольно широк. Свои исследования по данной проблеме посвящали: С.И. Викторский, М.В. Ду-ховской, Н.И. Лазаревский, П.И. Люблинский, Н.Н. Розин, И.Я. Фойницкий и др.

П.И. Люблинский, например, писал: «Экономическое возмещение понесенного ущерба, хотя бы в мере нормального минимума существования, является при современном строе государства весьма серьезным публичным интересом. <...> Интерес ограждения невинности не есть интерес отвлеченного характера. <...> Пора понять, что при современном строе высшим сокровищем, которым обладает государство, является воспитанный в началах права и преданный закону гражданин»3.

Ознакомление с литературой того времени позволило утверждать, что возникло несколько направлений возможного решения рассматриваемой проблемы. Отправной точкой было положение ст. 779 Устава уголовного судопроизводства (далее - УУС). Здесь указывалось: «Суд определяет вознаграждение за причиненные преступлением или проступком вред и убытки на основании существующих о том в Уложении о наказаниях и в гражданских законах постановлений».

Прежде всего внимание было обращено на недобросовестное обвинение. Причем различали «потерпевшего» и других лиц, которые поддерживали неосновательное обвинение. Основание этому давала ст. 121 УУС. Здесь отмечалось: «По признании обвиняемого невинным мировой судья немедленно отпускает его. Если обвинение было недобросовестное, то судья приговаривает обвинителя к уплате судебных издержек, а в случае просьбы обвиняемого - и к вознаграждению его за понесенные убытки». А согласно ст. 32 УУС «Оправданный решением судебного места имеет право в пределах, установленных законом (ст. 708784) на вознаграждение за вред и убытки от неправильного обвинения последовавшие».

Однако ст. 782 Устава разъясняла, что на лицо, возбудившее судебное преследование вследствие понесенного им вреда или убытка, взыскание вознаграждения оправданному подсудимому обращается лишь тогда, когда лицо это действовало недобросовестно, искажая об-

стоятельства происшествия, делая ложные показания или подговаривая к тому других, или же употребляя иные незаконные или предосудительные средства.

Взыскание вознаграждения с частного лица, не потерпевшего от того преступления или проступка, в котором оно обвиняло подсудимого, говорилось в ст. 781 Устава, может быть требуемо оправданным подсудимым во всяком случае.

Как видим, здесь в основе лежали гражданско-правовые позиции, согласно которым -всякий причинивший материальный вред должен возместить его.

Другим направлением рассматривалась ответственность для должностных лиц. Ответ на этот вопрос содержала ст. 783 Устава. Здесь указывалось: «Оправданный подсудимый не лишается права искать вознаграждения и с должностных лиц, в том числе и судебного следователя и прокурора, если может доказать, что они действовали пристрастно, притеснительно без законного повода или основания или же вообще недобросовестно».

Известный дореволюционный юрист профессор Московского университета М.В. Ду-ховской так комментировал изложенную позицию: «Это положение впрочем - шаг вперед. В прежнем процессе с должностного лица можно было искать убытки только в том случае, если оно предварительно признано было уголовным судом виновным в совершении какого-либо уголовного преступления (например, в подлоге). Но в действительности и теперь трудно возбудить взыскание убытков с должностных лиц, так как иск к ним не может быть предъявлен на общем основании, а необходимо получить на это предварительное разреше-ние»4.

В систематическом комментарии Устава уголовного судопроизводства отмечалось, что взыскание с должностных лиц за вред и убытки, причиненные оправданному подсудимому, осуществляется, в отличие от взыскания с частных лиц, не в уголовном суде, имевшем суждение о преступлении оправданного, а в суде гражданском, путем предъявления особого иска (в ст. 784 прямо говорится «иски», чего нет в ст. 781 и 782). С другой стороны, она предписывает для этих исков особый порядок, ко-

3 Люблинский П.И. Свобода личности в уголовном процессе (Меры, обеспечивающие неуклонение обвиняемого от 4 Духовской М.В. Русский уголовный процесс. М., 1910.

правосудия). СПб., 1906. С. 594-595. С. 416.

торый установлен для исков к должностным лицам5.

М.В. Духовской по этому вопросу поясняет. Разрешение вчинить иск к членам суда и мировым судьям зависит от Судебной палаты, а к отдельным служащим - от соединенного присутствия Первого и Кассационного департамента Сената (1331 ст. Уст. Гр. Суд.) Порядок разрешения их следующий: Судебная палата или Сенат, признав при предварительном рассмотрении просьбы, что она может подлежать удовлетворению, сообщает копию просьбы обвиняемому, для достижения по оной объяснения в назначенный срок. По получении письменного объяснения или по истечении назначенного для подачи данного срока поданная жалоба разрешается в закрытом заседании по выслушивании предварительного доклада члена-докладчика и заключения прокурора или обер-прокурора. Признав просьбу

о разрешении отыскивать убытки, подлежащие удовлетворению, назначают Окружной суд, в который проситель может обратиться с иском о вознаграждении сих убытков. Дальнейшее производство по иску о вознаграждении убытков подчиняется общим правилам (1333 и след. ст. Уст. Гр. Суд.)6.

Вопросу ответственности за убытки, причиненные должностными лицами, посвятил свое 454-страничное исследование приват-доцент Санкт-Петербургского университета Н.И. Лазаревский7. Отдельный параграф его работы был посвящен ответственности судей за неправильные действия. Он пришел к обоснованному выводу о том, что ни одно государство, за исключением одной России, не устанавливает ответственности судьи за всякое его неправильное решение, неправильность которого обусловливается неправильным, но добросовестным толкованием закона. В подтверждение своей позиции он приводит решение Сената, согласно которому «отправление правосудия сделалось бы невозможным при установлении имущественной ответственности судей за толкование закона, признанное высшим судебным местом неправильным. Закон не всегда изложен с достаточною ясностью и нередко допускает возможность разнообраз-

5 Устав уголовного судопроизводства. Систематический комментарий / под общ. ред. М.Н. Гернета. М., 1914. С. 1327.

6 Духовской М.В. Указ соч. С. 416.

7 Лазаревский Н. Ответственность за убытки, причинен-

ные должностными лицами. Догматическое исследование. СПб.,

1905.

ных толкований. Если в таких случаях судья толкует и применяет закон по крайнему разумению, прилагая к делу свои знания и опытность <...> то он только исполняет свою обязанность и не может отвечать за последствия. Судьи не виновны в том, что закон допускает возможность разнообразных толкований», и от себя добавляет: «ответственность судьи за постановленное решение должна ограничиваться случаями умысла»8.

Полагаем, что эти мысли не потеряли актуальности и сегодня.

Третьим направлением является рассмотрение вопроса об ответственности государства по вышеуказанной проблеме. Здесь следует различать две позиции. Когда речь заходит об идеальном вознаграждении, когда не надо тратить казенные деньги, то кое-что в законодательстве есть. Показательна в этом отношении ст. 26 УУС. Здесь отмечается: «Восстановление чести и прав невинно осужденного допускается во всякое время, несмотря ни на протечение давности, ни на смерть осужденного». А в ст. 938 указывалось: «При возобновлении дела по доказательствам, представленным в пользу осужденного, дальнейшее действие приговора немедленно приостанавливается, и участь осужденного облегчается во всем, что не препятствует принятию мер к явке его в суд». В систематическом комментарии разъяснялось, что так как возобновление дела в пользу осужденного должно основываться на данных, позволяющих с вероятностью предполагать, что при новом рассмотрении дела обвиняемый будет оправдан, то было бы очевидной несправедливостью оставить вероятную жертву судебной ошибки под действием уже в сильной степени опороченного приговора. Закон поэтому с особой категоричностью предписывает немедленное приостановление приговора и возможно широкое облегчение участи осужденного. В этом отношении закон устанавливает единственное ограничение, вызываемое необходимостью обеспечения явки лица в суд. Но и меры этого рода должны быть, разумеется, возможно менее стеснительными для предполагаемого невинно осужденного9.

Что же касается материального вознаграждения, то следует прямо подчеркнуть, что на законодательном уровне этот вопрос решен не был.

8 Лазаревский Н. Указ. соч. С. 443.

9 Устав уголовного судопроизводства... С. 1540.

М.В. Духовской писал, что вопрос о вознаграждении невинно осужденных возникал еще в комиссии по составлению судебных уставов, где внесено было предложение, чтобы, наряду с правилами о вознаграждении за недобросовестное обвинение (Уст. Уг. Суд., ст. 780784), предоставлено было суду право «ходатайствовать перед Императорским Величеством о вознаграждении оправданного подсудимого даже и в том случае, если неправильность преследования его никто не может быть признан виновным и если такой подсудимый в течение производства о нем дела содержался продолжительное время под стражею». Предложение это не было принято большинством, которое полагало, что надо иметь совершенную уверенность в невинности подсудимого, чтобы обращать удовлетворение его на тех непричастных делу граждан, из чьих податей и повинностей образуются казенные суммы, тем более, что вообще щедрость насчет казны позволительна только тогда, когда государственное казначейство в состоянии удовлетворить без затруднения все необходимые государственные потребности, не обременяя граждан налогами, а такого цветущего состояния наше казначейство может достигнуть не прежде, как по развитию всех производительных сил государства10.

Следует заметить, что при обсуждении вопроса о возможности материального вознаграждения рассматривались две позиции: когда лицо было невинно осуждено и когда оно не было подвергнуто наказанию, но было привлечено к суду.

И.Я. Фойницкий по этому поводу отмечал: «Материальное вознаграждение за имущественный вред невинно осужденным от наказания понесенный есть право потерпевшего. Иначе ставится этот вопрос относительно лиц, невинно к суду уголовному привлеченных; удовлетворение их за понесенный от того имущественный вред должно быть равным образом признано, но не как право, а как мера политики; не как уплата долга в смысле гражданского законодательства, а только как государственное пособие нуждающимся в оном»11.

Не менее живо обсуждался вопрос и о том, в каком размере подлежит материальному государственному вознаграждению невинно осужденное лицо. Наиболее убедительным

представлялось решение, согласно которому критерий для определения вреда, подлежащего возмещению, должен быть отражен в законе. И.Я. Фойницкий, анализируя данные, опубликованные в 1882 году Гейером о практике государственного вознаграждения в различных кантонах Швейцарии за 10 лет, отмечает, что сумма вознаграждения невинно к суду уголовному привлеченных составляет 1 франк на 965 жителей, то есть на каждого плательщика для покрытия этого расхода приходится ежегодно около одной десятой сантима12.

Изложенное позволило И.Я. Фойницкому сформулировать следующие предложения: «для наших условий за каждый потерянный день можно было бы определить от 10 копеек до 2 рублей, или даже - для облегчения государственного казначейства - от 5 копеек до

1 рубля. Расчет этот основан на том, что годовая плата работнице и ныне во многих местностях России составляет около 30 рублей, работнику - около 50-60 рублей; а так как огромное большинство обвиняемых принадлежит к рабочему населению, то ежедневное вознаграждение в 10 копеек для женщины и в 15-20 копеек для мужчины будет составлять общее правило, к цифрам же менее или более крупным судебные места будут прибегать лишь в редких, исключительных случа-ях»13. Наибольшее число лиц, могущих надеяться получить вознаграждение по всем делам, производившимся в общих судебных установлениях, составит, по мнению И.Я. Фойницко-го, не более 10 тысяч человек ежегодно. Это даст ежегодный расход около 93 тысяч рублей.

При этом он замечает, что если привлекаемые к суду во время лишения их свободы будут заняты производительным трудом, то, при определении размера вознаграждения, суд будет иметь в виду цифру заработанной суммы, вычитая ее из назначенной цифры возна-граждения14.

Приведенные данные свидетельствуют о том, что, несмотря на теоретическую разработку проблемы, вопрос о государственном вознаграждении невинно осужденных и привлеченных к суду на законодательном уровне в Уставе уголовного судопроизводства решен не был.

Существующее положение охарактеризовал ординарный профессор Императорского Санкт-Петербургского университета Н.Н. Ро-

10 Духовской М.В. Указ. соч. С. 418.

11 Фойницкий И.Я. О вознаграждении невинно к суду уголовному привлекаемых. СПб., 1884. С. 48.

12 Фойницкий И.Я. Указ. соч. С. 99.

13 Там же. С. 94.

14 Там же. С. 103-104.

зин. Он писал: «Для России вопрос о государственном вознаграждении лиц, невинно привлеченных к уголовному суду, не нов. Он неоднократно поднимался в нашей литературе. Неоднократно, хотя и в форме спорадических случаев, вне всяких юридических норм, он находил себе практическое осуществление. Так, в сравнительно недавнее время, в 1901 г., было выдано из средств государственного казначейства по 500 руб. крестьянам Панфилову и Финову, невинно приговоренным к каторжным работам (Право. 1901. № 32); в 1903 г. было выдано вознаграждение в 100 руб. крестьянину Сыченко, невинно приговоренному к тюремному заключению (СПб. Ведомости. 1903. № 245). И в том и в другом случае вознаграждение было назначено по особому Высочайшему повелению»15.

Понятно, что эти примеры - капля в море. Вместе с тем, следует отметить, что имели место отдельные случаи благотворительности. И.Я. Фойницкий приводит в качестве примера поступок Н.А. Буцковского, который все свои сбережения завещал «в неприкосновенный фонд благотворительности для первоначального пособия, в пределах С.-Петербургской судебной палаты, тем по суду оправданным, которых невиновность окажется очевидною, а не признанную только по неполноценности улик, и тем осужденным, которые впали в преступление по несчастному для них стечению обстоятельств, и для которых своевременная помощь может быть спасательным средством к обращению их на путь честной жизни»16.

Анализируя содержание научных статей по рассматриваемой проблеме, мы обратили внимание, что в рассматриваемый период времени существовали два понятия: «вознаграждение невинно осужденного» и «реабилитация», причем не как равнозначные. Термин «реабилитация» употреблялся при решении вопроса о восстановлении прав и чести осужденного. М.В. Духовской по этому поводу писал: «О восстановлении прав может идти речь, во-первых, по отбытии виновным всего или

части наказания. Это так называемая "реабилитация”... В действующем нашем законе реабилитация как особая судебная процедура не предусмотрена; назначенное по приговору лишение прав остается на всю жизнь, кроме, конечно, тех случаев, когда решение отменялось в порядке возобновления уголовного дела или через Высочайшее помилование. Исключение установлено было лишь для несовершеннолетних законом 1897 г. (139 ст. Ул. о наказ.)»17.

Резюмируя изложенное, можно сделать вывод о том, что, учтя исторический опыт, законодатель в наши дни сделал решительный шаг в расширении понятия «реабилитация», в содержание которого включены и правовые последствия - возмещение причиненного ущерба, восстановление в прежних правах и т.д. Это становится ясным из анализа содержания ст. 53 Конституции РФ, где провозглашается: «Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц».

Если в УПК РСФСР 1960 года была одна ст. 58.1, посвященная обязанности органа дознания, следователя, прокурора и суда по принятию мер к возмещению ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями, то в УПК РФ этому вопросу посвящена гл. 18, где в ч. 1 ст. 133 указывается: «Право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранения последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда».

Согласно данным Генеральной прокуратуры РФ в 2013 году были незаконно задержаны и арестованы более одной тысячи человек, а размер выплат в качестве возмещения ущерба составил более 700 миллионов рублей18.

15 Уголовное судопроизводство. Пособие к лекциям Н.Н. Ро- 17 Духовской М.В. Указ. соч. С. 419.

зина. 2-е изд., изм. и доп. СПб., 1914. С. 529. 18 Слово прокурору // Российская газета. 2014. № 98 (6370).

16 Фойницкий И.Я. Указ. соч. С. 37-38. 30 апр.