Способ диагностики нейроиммунных нарушений у детей раннего возраста с эпилепсией
METHOD FOR DIAGNOSING NEUROIMMUNE DISORDERS IN YOUNG CHILDREN WITH EPILEPSY

Изобретение относится к медицине, а именно к детской неврологии, и может быть использовано для диагностики нейроиммунных нарушений у детей 1-го года жизни с эпилепсией.
Известно, что нейроэндокринная и иммунная системы в организме человека представляют собой единую интегративную функциональную основу с их разнообразными многочисленными связями.
Взаимообусловленность и взаимозависимость их базируется на медиаторной и антигенной общности, способности к формированию памяти, сетевым взаимоотношениям, саморегуляции и ведущей роли в процессах поддержания функционального динамического гомеостаза и адаптации, обеспечивая известную надежность межсистемных отношений. Вместе с тем, функционирование сложной нейро-эндокринно-иммунной организации чревато возможностью развития дизрегуляторных нарушений при срыве компенсаторных механизмов и патологии составляющих ее звеньев.
Нейроиммунопатология характерна для практически любой нозологической формы заболевания головного мозга, при этом нейроиммунологические расстройства являются не только важным звеном патогенеза, но и могут быть фактором риска развития хронизации процесса, его атипичного течения с формированием резистентности к фармакотерапии. Патология нервной регуляции иммунной системы может проявляться в двух основных типах функциональных расстройств: иммунологической недостаточности, вплоть до тяжелого иммунодефицитного состояния, или же чрезмерной активации иммунных реакций, включая аутоиммунные процессы.
В отечественной и зарубежной литературе последних лет имеются указания на дестабилизацию не только церебральных клеточных мембран с постгипоксическими изменениями метаболизма в головном мозге, но и повреждение мембранных структур клеток, формирующих гематоэнцефалический барьер (ГЭБ), в результате ишемии и последующей гипоксии, проявляющиеся расширением плотных эндотелиальных контактов, отеком и набуханием отростков астроцитов, с нарушением постоянства внутренней среды и процессов диффузии (Бредбери М., 1983, Гусев Е.И., 2011). При этом полагают, что нарушения целостности ГЭБ происходит мгновенно, в течение нескольких минут после церебральной гипоксии-ишемии или более отсроченном во времени феномене разрушения барьера.
Повреждение ГЭБ вызывает целый каскад иммунозависимых реакций, приводящих как к индукции эпилептического синдрома, так и к его прогрессированию. За последние десятилетия получены многочисленные экспериментальные и клинические данные, сделавшие правомочным вопрос о рассмотрении воспалительной теории эпилептогенеза. Считается, что хронизации воспалительного процесса при эпилепсии способствует активация микроглии и астроглиоз, сопровождающиеся повреждением нейронов (Vezzani A. et al., 2002). Основным выводом такого рода работ является положение о том, что в основе воспаления в центральной нервной системе (ЦНС) лежит повреждение ГЭБ.
В этих условиях метод рутинной ЭЭГ и ЭЭГ-видеомониторирования, являясь неинвазивным, «золотым стандартом», методом прижизненной диагностики с визуализацией очага поражения в мозге, становится ценным источником информации о функциональном состоянии головного мозга и подконтрольной ему нейроиммунной системы. Возможность получения своевременной качественной оценки этих изменений является ценной в плане определения клинической ситуации в целом. Количественные изменения ряда параметров ЭЭГ могут обнаружить тенденцию движения к критическим величинам и, следовательно, иметь прогностическое значение, что служит для врача ориентиром соответствующей предупредительной терапии. Имеется экспериментальное подтверждение зависимости характера электрической активности структур мозга от уровня иммунодефицита (Крыжановский Г.Н., и соавт, 1987). Однако, в подавляющем числе случаев, он позволяет лишь диагностировать и фиксировать текущий эпилептиформный патологический процесс, не затрагивая более глубокую патофизиологическую сущность этого явления.
Главным преймуществом указанных методов является их высокая точность, однако недостатками широкого их использования являются технические сложности осуществления с учетом контингента обследуемых больных, в том числе использование медицинских приемов, требующих нахождения ребенка без движения (отсутствие произвольных движений) на протяжении всей процедуры исследования.
Известен способ прогнозирования риска развития симптоматической эпилепсии при нейроинфекциях у детей (патент РФ №2652967 от 03.05.2018), включающий выявление возбудителя заболевания и определение эпилептиформной активности на ЭЭГ, отличающийся тем, что в остром периоде заболевания после верификации этиологии заболевания определяют содержание альфа-1-антитрипсина в ликворе и проводят 2-часовой ЭЭГ-мониторинг и при установлении этиологии заболевания, вызванной вирусами простого герпеса 1 и 2 типов или вирусом герпеса человека 6 типа, уровне альфа-1-антитрипсина в ликворе выше 0,045 г/л и регистрации на ЭЭГ очаговой эпилептиформной активности прогнозируют развитие симптоматической эпилепсии.
Недостатками способа являются:
1. Применение инвазивной методики (люмбальная пункция) для забора биологического материала с целью определения заявленных параметров.
2. Технические сложности осуществления с использованием трудоемких диагностических процедур и специально обученного медицинского персонала с учетом контингента обследуемых детей.
3. Используемые показатели для прогноза не всегда являются точно определяемыми и однозначно трактуемыми у детей раннего возраста с различными формами симптоматической эпилепсии.
4. Обследование проводится у уже заболевших детей с нейроинфекциями с различным характером судорожных приступов.
Известна диагностика клинико-нейроиммунологических нарушений у больных эпилепсией с синдромом энцефалопатии (Диагностика клинико-нейроиммунологических нарушений у больных эпилепсией с синдромом энцефалопатии, их имунокоррекция и лечение: Методические рекомендации НИПНИ им. В.М. Бехтерева, С.А. Громов, Л.В. Липатова.-СПб., 2010-27 с.). Авторы разработали клинические и лабораторные иммунопатологические синдромы с оценкой нейроантигенного пейзажа и иммунного статуса, типа иммунного реагирования в условиях аутосенсибилизации к нейроспецифическим антигенам. Использование предложенной методики позволяет составлять индивидуальные иммунокоррекционные программы с учетом выявленных иммунопатологических синдромов для оптимизации противоэпилептической терапии и преодоления фармакорезистентности больных.
Недостатками данного метода являются:
1. Используется громоздкий по своей форме, содержанию и интерпретации полученных результатов метод, требующий трудоемких специализированных подходов, в том числе анкетирования, для объективизации клинических симптомов у больных эпилепсией, что не применимо у детей раннего возраста.
2. В качестве дополнительных инструментальных тестов используется трудоемкие диагностические методики нейровизуализации (РКТ, МРТ головного мозга), требующие специальной подготовки пациента (длительная седация) и медицинского персонала.
3. Используется многоступенчатая трудоемкая дорогостоящая лабораторная методика определения иммунологических параметров крови.
4. Изучаемые лабораторные параметры крови не являются точно определяемыми и однозначно трактуемыми для диагностики нейроиммунных нарушений у больных эпилепсией, осложненной энцефалопатией.
Известна оценка нейроиммунного статуса у детей с перинатальной патологией (Морозов С.Г., Кожевникова Е.Н., Петкевич Н.П., Иншакова В.М., Клюшник Т.П., Сидякин А.А. /Вопросы гинекологии, акушерства и перинатологии, 2014, т.13, №5, С.33-39). Оценка нейроиммунологических особенностей у детей с последствиями перинатальных поражений ЦНС осуществляется на основании ряда показателей врожденного (активность лейкоцитарной эластазы (ЛЭ), ее ингибитора α-1 протеиназы (α1-ПИ) и приобретенного (уровень аутоантител (аАТ1) и антиидиотипичеких антител (аАТ2) к 4-м белкам нервной ткани: белку S-100, основному белку миелина (ОБМ), специфическому белку астроцитов (GFAP), фактору роста нервов (ФРН). Показано, что стойкое увеличение концентрации аАТ и аАТ2 указанной специфичности выше определенных значений начиная с 1-го месяца жизни и далее в течении нескольких последующих месяцев и даже лет сопровождает или предваряет развитие клинически выраженных нарушений нервной системы от задержек психо-моторного развития до эпилепсии и аутизма.
Недостатками указанного метода является:
1. Трудоемкость и невысокая точность определения нескольких (6) иммунологических показателей одномоментно, требующие забора достаточного объема периферической венозной крови.
2. Необходимость повторного динамического контроля указанных параметров в динамике клинического наблюдения не только на 1-м году жизни, но и в последующие возрастные периоды постнатального онтогенеза.
3. Указанный метод позволяет лишь фиксировать развитие патологического процесса на его различных этапах, не позволяя прогнозировать дальнейшую клиническую ситуацию.
4. Невозможность использования указанных диагностических маркеров только при эпилепсии.
Известна оценка особенностей нарушений иммунного статуса у новорожденных с перинатальной гипоксией (Сафарова А.Ф., Кулиев Н.Д. Особенности поражения иммунного статуса новорожденных детей с перинатальной гипоксией. Медицинские новости - 2010 - №2 - с. 23-25). Авторы констатируют несомненную и устойчивую патогенетическую связь между развитием ишемического поражения головного мозга и аутоиммунного процесса с активацией выброса цитокинов провоспалительной направленности, оказывающими дополнительное повреждающее действие на различные структуры головного мозга.
К недостаткам используемых иммунологических маркеров к клинической практике следует отнести:
1. Неспецифичность указанных параметров для диагностики судорог периода новорожденности и/или эпилепсии как одного из тяжелых, в ряде случаев, прогностически неблагоприятных клинических проявлений перинатальной гипоксии в неонатальном периоде.
2. Отсутствие четких лабораторных критериев диагностики ишемического повреждения головного мозга у указанного контингента детей.
3. Ограничение по возрастному периоду. Авторы не обсуждают возможный дальнейший клинико-лабораторный сценарий при выявлении нарушений иммунного статуса у новорожденных в более поздние периоды постнатального онтогенеза.
Исходя из вышеизложенного можно сделать вывод, что, несмотря на широкий диапазон методов диагностики нейроиммунных нарушений при различных патологических состояниях у детей раннего возраста, они позволяют лишь констатировать факт их наличия, не давая возможности прогнозировать характер течения основного патологического процесса в нервной ткани.
Наиболее близким к заявляемому изобретению является способ диагностики нейроиммунных нарушений у больных эпилепсией (патент РФ №2329762 от 27.07.2008), включающий электроэнцефалографический (ЭЭГ) мониторинг, отличающийся тем, что ЭЭГ записывают с поверхности головы и при выявлении в состоянии покоя медленных волн, амплитуда которых превышает в 1,5-2,0 раза фоновые значения и снижение индекса альфа активности в задних отведениях, а также снижение альфа индекса после проведения функциональных проб во всех отведениях левого полушария и возрастание в передних областях мозга диагностируют нейроиммунные нарушения у больных эпилепсией.
К недостаткам данного способа следует отнести:
1. Отсутствие возможности напрямую диагностировать нейроиммунные нарушения, поскольку регистрация указанных параметров ЭЭГ, определяемых по стандартной методике (с коры головного мозга) не позволяют однозначно судить о состоянии его глубинных структур (гипоталямус, гипофиз, лимбическая система), непосредственно участвующих в регуляции иммунных реакций в организме в целом.
2. Необходимость использования трудоемкой методики и специально обученного персонала в условиях отсутствия произвольных движений и/или медицинской седации ребенка при выполнении исследования.
3. Необходимость проведения функциональных проб с гипервентиляцией, что технически трудноосуществимо у детей раннего возраста.
Указанные недостатки устраняются в предлагаемом изобретении.
Задачей заявляемого изобретения является разработка более простого способа диагностики нейроиммунных нарушений у детей раннего возраста с эпилепсией на 1-м году жизни при сохранении высокой точности.
Поставленная задача решается тем, что способ диагностики нейроиммунных нарушений у детей раннего возраста с эпилепсией состоит в том, что у новорожденных и детей на первом году жизни в первый месяц, и в возрасте 3 и 6 месяцев, в сыворотке крови исследуют факторы нейроиммунных нарушений путем определения концентрации антител к основному белку миелина (AT к ОБМ) и концентрации антител к миелинассоциированному гликопротеину (AT к MAG) и при концентрации антител к основному белку миелина равной 1,5 условных единиц оптической плотности (у.е.о.п.) и выше, а концентрации антител к миелинассоциированному гликопротеину 172,4 пг/мл и выше, диагностируют развитие нейроиммунных нарушений.
Технический результат заявляемого способа заключается в возможности выбора адекватной лечебно-диагностической тактики и улучшению прогноза течения болезни, за счет обеспечения точной, специфической диагностики нейроиммунных нарушений у детей с эпилепсией на 1-м году жизни.
Патогенез нейродизрегуляторной патологии связан с образованием в поврежденной нервной системе патологических интеграций (Абрамов В.В., 1991) в связи с нарушением тормозного контроля. Инициальным звеном этого процесса является образование агрегата гиперреактивных нейронов, который продуцирует усиленный неконтролируемый поток импульсов, то есть генератора патологически усиленного возбуждения. В свою очередь, последний гиперактивирует структуру ЦНС в которой он возник или с которой он функционально связан, вследствие чего она существенно изменяет функциональное состояние других структур ЦНС и вместе с ними формирует сложную интеграционно-патологическую систему (ИПС). Патологическая цепочка образования ИПС после повреждения ЦНС представляет следующие стадийные механизмы: образование генератора-возникновение патологических детерминант-формирование патологической системы. Если ИПС имеет выходы на периферию, ее эффекторным звеном являются измененные соматические структуры, которые являются конечным звеном ИПС.
Известно, что пароксизмальные изменения на ЭЭГ связаны с высокой сенсибилизацией к нейроспецифическим антигенам (НАГ). Установлена связь между концентрацией нейроспецифических белков и тяжестью клинической картины у пациентов с заболеваниями ЦНС. Стандартной реакцией нейрона на НАГ является значительная деполяризация клеточной мембраны, снижение порога потенциалов действия, увеличение амплитуды деполяризационного спайка, который возникает в нейронах гиппокампа в ответ на электростимуляцию коллатералей Штефера. Таким образом, иммунологическая индукция генератора патологически усиленного возбуждения связана с типовым механизмом гиперактивации нейронов-деполяризацией мембраны, основой которой является активация натриевых и особенно кальциевых каналов.
Возникновение пароксизмальных деполяризационных сдвигов является характерным признаком эпилептизации нейронов, что ведет, в конечном счете, к формированию генератора патологически усиленного возбуждения из этих нейронов. Нейроантитела AT (HAT) могут индуцировать генератор или поддерживать и усиливать его мощность. Так, антитела к синаптическим везикулам мозга вызывают повышение частоты разрядов пейсмекерных нейронов и инициируют активность ранее молчавших нейронов. При анализе эффекта HAT подчеркивается, что основным электрографическим их вариантом является эпилептиформная активность и полагается, что основной их мишенью являются синаптические структуры и функции нейрона (Штарк М.В., 1985).
Таким образом, раннее выявление мозгоспецифических антител может служить одним из прогностически значимых инструментов возникновения нейроиммунных нарушений при эпилепсии у детей.
Известно, что белки миелина выполняют структурную, стабилизирующую и транспортную функции, проявляя выраженные иммуногенные свойства. Выделено около 30 белков этой группы, 80% их них составляют основной белок миелина (ОБМ), протеолипидный комплекс и миелинассоциированный гликопротеин (MAG). ОБМ и MAG-основные белковые компоненты миелина, содержащиеся в мембране олигодендроглиоцитов - основных структурных элементов ГЭБ, участвуя в организации, сборке и поддержании целостности миелина нервных волокон, стимулируют рост астроглии, инактивируя ряд ингибиторов сериновых протеиназ (например, а 1-антитрипсина), обладая выраженными иммуногенными и энцефалитогенными свойствами дегенеративной демиелинизации и межклеточного иммунопатологического воспаления.
Формирование эпилептической системы невозможно без участия в ней проводящих путей, то есть белого вещества, так как основной причиной эпилептизации мозга является развитие устойчивых патологических межнейрональных связей. Феномен демиелинизации проводящих путей в проекции эпилептических очагов проявляется разволокнением, гомогенизацией и полным распадом миелина с обнажением аксонов. В участках демиелинизации обнаруживаются резко выраженные изменения липидов (цереброзидов, сфингомиелина и фосфолипидов), составляющих миелин, а также феномен глиоза, который расценивается как компенсаторно-приспособительная реакция, направленная, возможно, на восстановление нарушенной (за счет демиелинизации) изоляции нервных проводников. На основании этих морфологических находок было высказано предположение, что эпилептогенным очагом является измененное белое вещество, а модули коры и гиппокампа в виде эпилептического очага могут включаться в «функциональную» эпилептическую систему. Таким образом, полученные результаты позволили выработать концепцию о том, что в патогенезе эпилептического припадка важную роль играет не только повреждение нейронов коры, но и миелиновых оболочек проводящих путей, так называемая «эпилептическая лейкоэнцефалопатия», что может привести к развитию разного рода нарушений в проведении нервных импульсов, созданию зон повышенной ирритации.
В свою очередь, нарушение резистентности ГЭБ служит причиной выхода в кровь нейроспецифических белков, обладающих высокой антигенностью. В ответ иммунная система реагирует выработкой антител, приводящих к возникновению и поддержанию нейроиммунных нарушений, расстройству нормального метаболизма клеток-мишеней, миелинообразования и деструкции нейронов. Органоспецифические антитела способны вызывать нейрональную активацию и гибель нейронов ЦНС за счет нарушения их трофического обеспечения, что может иметь ведущее значение в возникновении эпилептических приступов.
Доказано существование определенного количества аутоантител к разичным нейроантигенам, проникновение которых в мозг, путем связывания с соответствующими мишенями может нарушать функционирование нейронных сетей и/или синаптическую передачу, что на клиническом уровне находит свое отражение в нарушении поведенческих функций и когнитивных реакций (Клюшник Т.П., Морозов С.Г., 2010, Морозов С.Г. и соавт., 2014).
В наших исследованиях установлено, что у детей раннего возраста с эпилепсией повышение AT к ОБМ до 1,5 у.е.о.п. и выше и AT к MAG до 172,4 пг/мл и выше, участвующих в возникновении и течении нейроимунных нарушений сопряжено с утяжелением течения заболевания. В этой связи ранняя диагностика процессов нейроиммунных нарушений в первые 1-3-6 месяцев жизни ребенка может способствовать оптимизации дальнейшей лечебно-диагностической тактики и улучшению прогноза течения болезни.
Подробное описание способа и примеры его клинического выполнения.
У доношенных новорожденных и детей с эпилепсией в первый месяц, и в возрасте 3 и 6 месяцев жизни в 2 мл сыворотки крови определяют уровень антител к основному белку миелина (ОБМ) и антител к миелинассоциированному гликопротеину (MAG) иммуноферментным методом с использованием тест систем фирмы «Навина», (г. Москва) и фирмы Buhlmann (Германия), соответственно. Учет реакции проводился на многофункциональном программируемом счетчике для иммунологических исследований с компьютером и программным обеспечением 1420 Multilabel Counter Victor (Финляндия).
Если концентрация антител к ОБМ составляет 1,5 у.е.о.п. и выше, а антител к MAG составляет 172,4 пг/мл и выше диагностируют развитие нейроиммунных нарушений при эпилепсии у детей 1-го года жизни. Работоспособность данного способа подтверждается следующими клиническими примерами:
Пример 1.
Ребенок Д-ов родился от 3 беременности (1-я беременность - медицинский аборт, 2-я беременность - неразвивающаяся), протекавшей с угрозой прерывания в I половине, низкой плацентацией, признаками преждевременного созревания плаценты во II половине. Роды в сроке 38-39 недель путем кесарева сечения, вследствие полного предлежания плаценты, массой 4100, длиной 52 см в состоянии асфиксии с оценкой по шкале Апгар 4-6 баллов. В возрасте 4 суток впервые отмечались судороги в виде ритмичного клонического подергивания мышц верхних и нижних конечностей справа, сопровождающихся нарушением ритма и частоты дыхания, «мраморным» рисунком кожи, периоральным и акроцианозом, купировавшиеся внутривенным введением сибазона в возрастной дозировке. На нейросонограмме (НСГ) выявлено значительное обеднение рисунка борозд и извилин на фоне повышения эхогенности перенхимы мозга с умеренным расширением и ассиметрией боковых желудочков. На 7-е сутки жизни ребенок переведен в отделение патологии новорожденных (ОПН) для уточнения диагноза и терапии. На 15-е сутки жизни был зафиксирован повторный приступ судорог аналогичного характера в течении 15-20 секунд. В отделении проведено обследование: выявлены ЭЭГ-признаки регионарной эпилептиформной активности в лобно-центральных отведениях на фоне замедления основной активности фоновой записи. При проведении МРТ головного мозга выявлены признаки фокальной церебральной кортикальной дисгенезии: полимикрогирии, шизэнцефалии с признаками гетеротопии. На основании данных проведенного комплексного клинико-инструментального обследования, консультации невролога выставлен диагноз: Врожденный порок развития головного мозга: фокальная церебральная кортикальная дисгенезия: полимикрогирия, шизэнцефалия с признаками гетеротопии. Структурная эпилепсия с моторным началом, билатеральными тонико-клоническим приступами с фокальным дебютом.
В возрасте 17 суток произведен забор периферической венозной крови. Концентрация AT к ОБМ составила 1,5 у.е.о.п., a AT к MAG 172,4 пг/мл, что согласно заявляемому способу свидетельствует о возможном развитии нейроиммунных нарушений. Ребенок выписан из отделения с рекомендациями по наблюдению и терапии по месту жительства. В 3 месяца жизни осуществлен забор периферической крови. Концентрация AT а ОБМ составила 1,7 у.е.о.п. и AT к MAG 182,7 пг/мл. В 5,5 месяцев жизни отмечался приступ тонико-клонических судорог в правой верхней конечности, сопровождавшийся гиперсаливацией в течение 2 минут, купировавшийся самостоятельно. В возрасте 6 месяцев осуществлен повторный забор периферической крови. Концентрация AT а ОБМ составила 1,9 у.е.о.п. и AT к MAG 199,1 пг/мл, что согласно заявляемому способу свидетельствовало о прогрессивном течении нейроиммунных нарушений и необходимости внесения коррективов в лечебно-диагностический процесс.
Пример 2.
Ребенок К-ий родился от 1 беременности, протекавшей с анемией легкой степени I и II половины, миомы матки, 1 срочных родов через естественные родовые пути с дискоординацией родовой деятельности, наложением выходных акушерских щипцов массой 3750, длиной 51 см с 2-х кратным обвитием пуповины вокруг шеи, с оценкой по шкале Апгар 7-7 баллов. К концу 3-го дня жизни дважды в течение суток отмечались приступы клонического подергивания мышц туловища и конечностей, сопровождающиеся адверсией глаз влево, цианозом лица, орамандибулярными гиперкинезами, купировавшиеся самостоятельно. При проведении НСГ на этапе родильного дома выявлены признаки гипоксически-геморрагического поражения головного мозга. На 4-е сутки жизни произведен забор крови с целью определения AT к ОБМ и AT к MAG, выявивший их значения 1,4 у.е.о.п.и 169, 2 пг/мл соответственно, что согласно заявляемому способу свидетельствовало об отсутствии нейроиммунных нарушений. С целью оптимизации дальнейшей тактики наблюдения и терапии на 7-е сутки жизни ребенок переведен в отделение патологии новорожденных с диагнозом: церебральное гипоксически-геморрагическое поражение ЦНС. Симптоматическая постгеморрагическая эпилепсия. За время нахождения в отделении повторных судорожных приступов зафиксировано не было. По результатам обследования выявлены ЭЭГ-признаки негрубых общемозговых изменений с ирритацией коры головного мозга, дисфункцией срединных структур и снижением порога судорожной готовности. При МРТ головного мозга выявлены признаки очаговых глиозных поражений субкортикальных структур головного мозга в сочетании с ассиметрией боковых желудочков. Ребенок выписан из отделения с диагнозом: Церебральное гипоксически-геморрагическое поражение ЦНС, структурная эпилепсия с фокальными приступами с моторным началом. В возрасте 3 и 6 месяцев повторно произведен забор периферической крови, где концентрация AT к ОБМ составила 1,2 и 1,3 у.е.о.п. соответственно, a AT к MAG 154,8 и 157,6 пг/мл соответственно, что согласно заявляемому способу свидетельствовало об отсутствии нейроиммунных нарушений у ребенка с эпилепсией.
Пример 3.
Ребенок Г-ко родился от 2 беременности (1-я беременность - ребенок 4 года - здоров), протекавшей физиологически, 2 срочных родов через естественны родовые пути массой 3400 длиной 50 см с оценкой по шкале Апгар 8-8 баллов. Ранний неонатальный период протекал гладко и на 5-е сутки ребенок выписан из родильного отделения. На 20-е сутки жизни впервые отмечены судороги в виде серии флексорно-экстензорных инфантильных спазмов. Ребенок госпитализирован в стационар, где по результатам обследования (ЭЭГ-диффузно выраженная типичная гипсаритмия с отсутствием регионарных изменений, генерализованная эпилепсия, МРТ головного мозга-умеренно выраженная ассиметрия боковых желедочков) выставлен диагноз: Синдром Веста. Произведен забор периферической крови с определением уровня AT к ОБМ, составившим 1,6 у.е.о.п.и AT к MAG, составившим 185,1 пг/мл, что согласно заявляемому способу свидетельствует о возможных нейроиммунных нарушениях. В возрасте 3-х месяцев имело место возобновление судорог с присоединением миоклонического компонента. Взята периферическая кровь на исследование: уровень AT к ОБМ составил 1,7 у.е.о.п., уровень AT к MAG 202,8 пг/мл, что согласно заявляемому способу свидетельствует о сохранении нейроиммунных нарушений. При ЭЭГ-исследовании (видеоЭЭГ-мониторинг) отмечалось нарастание индекса специфической пароксизмальной активности, потребовавшие коррекции режима противосудорожной терапии на фоне которой судорожные приступы стали реже и короче. Уровень AT к ОБМ в 6 месяцев жизни составил и 1,9 у.е.о.п., а уровень AT к MAG 225,6 иг/ мл, что согласно заявляемому способу свидетельствовало о сохранении и нарастании нейроиммунных нарушений, требующих коррекции лечебно-диагностической тактики курации пациента.
Указанным способом обследовано 150 детей. Полученные данные приведены в таблице.
Статистическая обработка результатов исследования
Таким образом, заявленный способ диагностики нейроиммунных нарушений у детей раннего возраста с эпилепсией на 1-м году жизни достаточно прост, доступен и обладает высокой точностью, достоверностью и объективностью, что позволяет осуществлять им не только своевременный динамический проспективный клинико-лабораторный контроль с расширенным иммунологическим обследованием, но и с учетом его результатов, включать в схему лечения иммунотропные препараты, способствующие более эффективной терапии основного заболевания.
Преимущества данного способа:
1. Возможность диагностики нейроиммунных нарушений у детей раннего возраста с эпилепсией, позволит осуществлять учет параметров иммунного статуса наряду с клинико-инструментальным, в том числе и видео-ЭЭГ-контролем, что будет способствовать как адекватной тактике лечения, так и контролю за течением эпилепсии.
2. Не требует специальной подготовки ребенка.
3. Используют малоинвазивные и доступные в клинической практике методы диагностики.
4. Высокая точность - 81,2%. Чувствительность - 84,6%. Специфичность - 89,1%.
Заявляемый способ диагностики нейроиммунных нарушений у детей раннего возраста с эпилепсией апробирован в стационаре и может быть рекомендован в клиническую практику.