2002. 04. 027. Лесков Л. В. Знание и власть: синергетическая кратология / МГУ им. М. В. Ломоносова. Филос. Фак. - М. : Синтег, 2001. - 94 с. - (информация и социум)

2002.04.027. ЛЕСКОВ Л.В. ЗНАНИЕ И ВЛАСТЬ: Синергетическая кратология / МГУ им. М.В.Ломоносова. Филос. фак. - М.: СИНТЕГ, 2001. - 94 с. - (Информация и социум).

Основной проблемой, формирующей смысловой контекст монографии, выступает проблема принятия взвешенных и научно обоснованных политических и исторических решений в условиях неопределенности и многовариантности будущего. Разрешение этой проблемы предполагает выработку рационального алгоритма взаимодействия власти и знания в рамках синергетической кратологии с ее методологией прогнозирования.

Данной теме посвящена глава 1 «Нелинейная концепция социокультурной динамики», в которой рассматриваются такие проблемы: основные принципы социосинергетики; нелинейная концепция исторического времени; материалистическое понимание истории и синергетика; виртуальность синергетики против виртуального мифа. Рассматривая основные принципы синергетики, автор подчеркивает, что основная задача синергетической кратологии состоит в том, чтобы научиться управлять выбором виртуальных альтернатив социальной реальности. Принимая принципы нелинейного мышления, лежащие в основе синергетики, мы получаем отличную от формулировки классического детерминизма формулировку понятия свободы: «Свобода есть возможность выбора и одновременно чувство ответственности за этот выбор» (с.18). Соответственно, принимая в качестве прогнозного инструмента «виртуализм синергетики», мы должны формулировать основную задачу синергетической кратологии не в терминах «что делать», а в понятиях «чего не делать», устанавливающих «априорные правила запретов выхода на тупиковые и неоптимальные эволюционные паттерны» (с.38). Иными словами, социосинергетика в форме синергетической кратологии формирует коридор разрешенных действий на основе оптимального выбора альтернативных виртуальных сценариев будущего.

Предварительным условием решения задач синергетической кратологии является адекватное описание современной исторической ситуации, которая характеризуется как системным общепланетарным кризисом, грозящим оборвать «цепь последовательных циклов социокультурной истории человечества», так и переходом экономической цивилизации в фазу постиндустриального развития. Для последней фазы характерно то, что если в рамках всех предшествующих фаз развития информация служила функцией, то теперь она превращается в субстанцию, а субстанция - живого и овеществленного

труда - в функцию. «А это означает не что иное, как снятие, исчерпание, затухание основного, системообразующего противоречия капиталистической формации... С позиций социосинергетики снятие системообразующего противоречия капитализма ведет уже не к структурному, а к системному кризису экономической цивилизации» (с.45). Это обстоятельство позволяет понять одну из причин, по которой прежде четко ограниченные границы реального мира расплываются «в тумане виртуальных образов, окружающих нас со всех сторон» (с.37).

Способ выхода из создавшейся ситуации обсуждается в главе 2 «Апокалипсис третьего тысячелетия». Он видится автору в признании виртуальности как естественного свойства саморазвивающихся систем и как условия жизнедеятельности человека, который свободно конструирует будущее в границах многообразия потенциальных вариантов. Изменение точки зрения на проблему виртуальности, виртуальной реальности выводит, в свою очередь, на необходимость формирования нового направления философской мысли - на философию нестабильности, призванную отобразить современную эпоху как эпоху гигантской планетной бифуркации. Философия нестабильности, реализующая принципы нелинейного мышления синергетики и базирующаяся на признании ведущей роли самобытной творческой личности, человеческого капитала в постиндустриальной цивилизации, призвана стать основой новой комплексной науки управления человеческим социумом, науки о высоких технологиях управления человеческим капиталом. «На предыдущем этапе научно-технического развития синонимом прогресса считались high tech - высокие технологии. Переход к сценарию постиндустриальной цивилизации выводит на передний план другой ключевой термин - high hume, что лучше всего перевести как "человеческий капитал"... High hume - это технология будущего, которая находится пока на начальном этапе своего формирования. Методы футуросинергетики могут сыграть в ее становлении не последнюю роль» (с.69).

Разработке проблемы футуросинергетики посвящена глава 3 «На пути к устойчивому будущему». В ней описываются следующие сюжеты: постиндустриальная цивилизация: надежды и зерна нового кризиса; политические критерии переходных процессов; шестой технологический уклад: перспективы России; Россия в системе мирового постиндустриального хозяйства.

Футуросинергетика строит свои прогнозы в рамках нелинейной концепции исторического времени. Последняя предполагает преодоление монокаузальности догматического историзма путем введения в ткань

исторического исследования определенных посылок синергетической рациональности: влияние будущего на настоящее при действии саморазвивающейся системы в режиме аттрактора; признание фундаментальной роли случайности при поведении исторического паттерна в зоне бифуркации; расщепление развития системы на достаточно ограниченный ряд альтернативных сценариев (там, где речь идет об открытых социальных системах). При таком понимании принципов синергетической рациональности сама деятельность по выработке политических решений в пространстве нелинейно развивающихся процессов принимает формы задания минимального набора регулировочных параметров порядка, соответствующих максимальной вероятности выхода на каждый из альтернативных сценариев.

В относительно благополучном сценарии постиндустриальной цивилизации угадываются виртуальные черты устойчивого будущего. Но его облик внутренне противоречив: «Уже в настоящее время угадываются зародыши будущих тяжелых кризисов и череды бифуркаций, каждая из которых способна увести эволюционный процесс на тупиковый паттерн» (с.73). Используя синергетическую методологию, можно сформулировать комплекс критериев, соблюдение которых способно минимизировать вероятность этих кризисов, сопровождающих процессы перехода к устойчивому будущему, либо сделать прохождение зоны очередной бифуркации менее болезненным. Для решения этой задачи автор использует ноосферную модель постиндустриальной цивилизации. Предложенная В.И.Вернадским концепция ноосферы как общепланетарной сферы разума предполагает появление и эволюцию человека в качестве органического и закономерного этапа эволюции биосферы, которая, в свою очередь, является порождением космической среды мира. «XX век внес в этот естественный эволюционный процесс два новых фактора принципиальной важности. Первый из них состоит в том, что человек на наших глазах становится мощной геологической силой... Второй фактор - это становление мирового сообщества как целостной самоорганизующейся системы» (с.74). Если ведущей функцией биосферы является адаптивная, то с появлением ноосферы на передний план выходит другая функция - творческая, научно-производственная. «Именно в этом направлении со времен неолитической революции и еще ранее происходило самодвижение антропосферы» (с.75). Прогнозируя развитие грядущей ноосферы, автор утверждает, что единственно возможной формой ее существования является непрерывная эволюция, носящая по преимуществу интенсивный

характер: «Ноосфере должны быть присущи динамизм, регулярное обновление технологических укладов и, соответственно, систем управления, а также модернизация социальных структур» (с.75-76).

Разработка методологии футуросинергетики позволяет выявить и проанализировать ряд альтернативных сценариев, связанных с эволюцией СССР в 1985-1991 гг., а также с эволюцией западной и всей мировой цивилизации в целом как ноосферной цивилизации. Определяя место России в рамках постиндустриальной цивилизации, автор отмечает, что ее будущее напрямую зависит от возможностей развития страны по пути высоких технологий и наукоемкого производства, предполагающих реализацию проектов передовых технологических укладов (пятого и шестого технологических укладов техногенной цивилизации).

Восстановление научно-технологического потенциала -обязательное условие перехода России к жизнестойкому будущему, и эта работа должна считаться составной частью многоплановой национальной программы возрождения страны. «Следуя логике синергетического мышления, сценарий процессов перехода России к устойчивому будущему необходимо строить на основе принципа альтернативной виртуальности будущего и многомерности параметров регулирования» (с.86).

К сожалению, основная часть синергетических прогнозов как для нашей страны, так и для мирового сообщества в целом окрашена в темные тона. «Что же касается надежд на переход к более перспективным эволюционным сценариям, то среди факторов, которые определяют успех этого перехода, особенно большую роль играют нравственные, т. е., по существу, субъективные категории» (с.91). И чтобы смягчить темноту теней, следует обратить внимание на одну общую особенность всех наших прогнозов: «Все они построены в рамках существующей общенаучной парадигмы, без учета вполне возможных новых фундаментальных открытий, которые лежат пока за горизонтом современного позитивного знания» (там же).

С.П.Галенко, И.И.Ремезова