Василько и Володарь Ростиславичи - предки галицких князей

А. А.ИНКОВ ВАСИЛЬКО И ВОЛОДАРЬ РОСТИСЛАВИЧИ — ПРЕДКИ ГАЛИЦКИХ КНЯЗЕЙ

Биографии князей Рюрикова дома издавна вызывают живой интерес исследователей. По вполне понятным причинам наибольшее внимание, как правило, при этом привлекают деяния правителей первой величины — великих киевских князей, видных государственных и политических деятелей, крупных реформаторов, выдающихся военачальников. Однако нельзя забывать, что исторический фон, на котором разворачивалась их деятельность, зачастую был подготовлен трудом поколений их менее известных предшественников, которые нередко также оставляли заметный след в истории. Данная статья представляет попытку осветить некоторые вехи биографии одних из таких предшественников, предков галицких князей Володаря и Василька Ростиславичей.

Происхождение князей Володаря и Василько Ростиславичей восходит к Владимиру, старшему сыну киевского князя Ярослава Мудрого. Известность Владимир Яро-славич снискал во время печально знаменитого похода русской рати на Константинополь в 1043 году. Возглавляемый им флот русов почти полностью был уничтожен византийцами, но Владимиру с горсткой уцелевших воинов удалось разбить преследовавший его отряд и вернуться на Русь. С 1036 г. Владимир являлся наместником в Новгороде, втором по значению после Киева городе Киевского государства, то есть фактически признавался наиболее вероятным претендентом в новые правители Руси после смерти своего отца Ярослава. Однако Владимир умер так и не дождавшись великого княжения. Через несколько месяцев после его смерти умер и его отец Ярослав. Смерть отца и деда неблагоприятным образом отразилась на судьбе единственного сына Владимира Ростислава. В соответствии с лествичным правом, определявшим порядок наследования власти в роду Рюриковичей, дети правителя, который при своей жизни не был великим киевским князем, лишались права когда-либо претендовать на киевский стол. Юный Ростислав потерял права не только на отцовские земли, но и стал князем-изгоем, поскольку его интересы теперь некому было защищать. Когда по завещанию Ярослава в 1054 году его пятеро оставшихся к тому времени в живых сыновей разделили между собой Древнерусское государство, о Ростиславе, сыне Владимира, никто из них даже не вспомнил.

Несколько лет Ростислав жил, возможно, при дворах своих могущественных дядьев, тщетно добиваясь от них получения удела. Но у Ярославичей подрастали собственные сыновья, которые также нуждались в уделах. Так и не добившись наделения уделом, Ростислав в 1064 году с ватагой таких же, как он, изгоев бежал на юг в Тмутаракань, где правил в это время сын черниговского князя Святослава Глеб Святославич. Ростислав выгнал Глеба и сел князем в Тмутаракани1. В следующем 1065 году дружины черниговского князя Святослава Ярославича выбили Ростислава из Тмутаракани и восстановили на тмутараканском столе Глеба. Однако как только Святослав возвратился на Русь, Ростислав снова занял город. Очевидно, в конце концов сын Владимира был признан своими дядьями тмутараканским князем и, возможно, даже получил от них какую-то военную помощь для борьбы против греков и населявших Северный Кавказ

1 Как полагают историки, захват Ростиславом Тмутаракани мог быть организован торгово-ремесленной верхушкой города, которая тяготилась зависимостью от Чернигова и стремилась обзавестись собственным князем, способным возглавить борьбу Тмутаракани против конкурирующих с ней на торговых путях Северного Причерноморья греческих колоний Крыма. См. подробнее в кн.: Мавродин В.В. Очерки истории Левобережной Украины с древнейших времен до середины XIV столетия. М., Л., 1940. С. 161 — 163.

племен касогов и ясов. По словам летописца, Ростислав «седящу въ Тмуторокани и емлющи дань вь Гасокъ и в иных странахъ»2.

Энергичная внешняя политика Ростислава не пришлась по вкусу византийцам, давним конкурентам Тмутаракани в Северном Причерноморье, и в 1066 году на пиру они отравили слишком деятельного князя. Тмутараканью вскоре вновь овладел Святослав Ярославич. Вдова Ростислава с тремя сыновьями Рюриком, Володарем и маленьким Васильком вернулась на Русь ко двору своих могущественных родственников. Киевский князь Изяслав Ярославич сжалился над сиротами и дал им во владение два городка Перемышль и Теребовль, расположенные на западной окраине русских земель3. По-видимому, княжества это были тогда настолько захудалые и малолюдные, что в 1081 году средний из братьев Володарь бросил свой удел и ушел княжить обратно в Тмутаракань. К походу на Тмутаракань присоединился его двоюродный брат туровский князь Давид Игоревич, который, по-видимому, также был недоволен своим уделом. Володарь и Давид изгнали правившего в городе посадника киевского князя боярина Ратибора и сели в Тмутаракани князьями4.

Правили братья не долго. Примерно через год Тмутараканью овладел при помощи византийцев еще один князь-изгой Олег Святославич, который учинил в городе разгром хазарской общины, когда-то предавшей его и отправившей в ссылку в Визан-тию5. Давид и Володарь попали в плен, но Олег вскоре с ними помирился и отпустил на Русь. Но и возвращаться в свои прежние владения князья-неудачники также не хотели. В 1083 году подойдя к границам Руси, они взяли изгоном крупный город Владимир на Волыни, заставив бежать его незадачливого князя Ярополка Изяславича в Киев. Там Ярополк нажаловался на самоуправство братьев киевскому князю Всеволоду Яросла-вичу, который решил вступиться за племянника и направил на Волынь войско во главе со своим сыном Владимиром (будущий великий князь Владимир Мономах) с приказом восстановить Ярополка в его правах. Владимир выбил Давида и Володаря из Владимира-Волынского и посадил Ярополка обратно на волынский стол6. Однако это не внесло успокоения на Руси. Давид Игоревич бежал в низовья Днепра и занялся там пиратством. Вскоре он настолько преуспел в своем занятии, что полностью сделал непрохо-

2 Полное собрание русских летописей (далее: ПСРЛ). Т. II. М., 2001. Стб. 155.

3 Время и обстоятельства получения Ростиславичами владений в Галицкой земле не совсем ясны. Высказывалось мнение о том, что Теребовль и Перемышль в качестве удела впервые мог получить еще их отец Ростислав Владимирович, который ушел отсюда в 1064 г. править в Тмутаракань. Считать так позволяет то обстоятельство, что Ростислав не мог захватить сильное в военном отношении Тмутараканское княжество, не имея значительной материальной и людской базы на Руси. Такой базой, по-видимому, и могла быть Галичина, если она была передана Ростиславу его дядьями при разделе Древнерусского государства в 1054 г. В таком случае после смерти Ростислава его семья возвратилась из Тмутаракани в свое старое галицкое владение, остававшееся за нею со времен смерти Ярослава Мудрого. Другие историки отодвигают закрепление галицких земель за Ростиславичами на время не ранее начала княжения в Киеве Всеволода Ярославича (1076 г.). Однако эта точка зрения может быть оспорена известием В.Н. Татищева, сообщающим под 1077 г. об участии Ростиславичей на стороне Изяслава Ярославича в усобице против киевского князя Всеволода Ярославича. Вторгшийся со стороны Польши на Волынь Изяслав заключил союз с Ростиславичами, правившими в пограничных землях, и получил от них военную помощь для дальнейшего похода на Киев. Если бы братья получили свои уделы от Всеволода, от них следовало бы ожидать большей стойкости в защите действующего киевского князя. Переход Ростиславичей в самом начале усобицы на сторону Изяслава позволяет считать, что свои владения они, скорее всего, получили от него в его бытность киевским князем, и поэтому считали себя обязанными помогать ему в борьбе за возвращение киевского стола. В целом, образование Теребовльского и Перемышльского княжеств, очевидно, следует относить ко времени не позже 1073 г., когда Изяслав был изгнан из Киева своими братьями Святославом и Всеволодом Ярославичами.

4 ПСРЛ. Т. II. Стб. 196.

5 Гумилев Л.Н. От Руси к России: очерки этнической истории. М., 1994. С. 76.

6 ПСРЛ. Т. II. Стб. 196.

димым для купеческих караванов знаменитый торговый путь «из Варяг в Греки». В конце концов, Всеволод посчитал выгоднее для себя замириться с племянником и дал ему в удел город Дорогобуж7.

Во второй половине XI века Волынь и Галичина походили на пороховой погреб. Большинство правивших здесь князей были Ярославичами во втором или третьем поколении, отцы которых умерли до того, как для них освобождался великий киевский стол, и, следовательно, по существующему лествичному праву их дети также не могли рассчитывать на престижные княжеские столы. Удаленные от богатых районов Среднего Поднепровья галицко-волынские земли служили для них своего рода ссылкой, куда правивший киевский князь Всеволод Ярославич старался перевести всех по каким-либо причинам неугодных ему князей. В своих новых владениях эти князьки чувствовали себя неуютно. К тому же большинство уделов по своим размерам были небольшие, не имели устойчивых и определенных границ, что приводило к постоянным территориальным спорам между их владельцами8. По словам летописца, особенно много хлопот доставляли великому князю Всеволоду Ярославичу его многочисленные племянники в последние годы его жизни, когда стареющий князь уже не мог, как раньше, железной рукой управлять русскими землями.

Особенно беспокойным нравом отличались Ростиславичи. Привыкшие с детства скитаться по чужим землям, они никак не хотели жить спокойно в своих землях. К активности подталкивала в значительной степени сама обстановка неспокойного погра-ничья. Теребовль и Перемышль с трех сторон были зажаты враждебными соседями: Польшей и Венгрией с запада, с юга — Византийской империей, имевшей с Русью давние территориальные споры из-за подунайских городов, с юго-востока — половецкой степью, время от времени выплескивающей на русские земли орды кочевников. Появились враги у Ростиславичей и среди русских князей, чему виной, в значительной степени, были их растущие военные приготовления. Особенно на Ростиславичей был зол волынский князь Давид Игоревич, перешедший править из Дорогобужа во Владимир-Волынский после смерти его прежнего владельца Ярополка Изяславича. Братья не только отказывались подчиняться ему как старшему князю в Юго-Западной Руси, но и грозили выгнать из его владений. Ходили слухи и о причастности Ростиславичей к убийству прежнего волынского князя Ярополка Изяславича, подтверждением чего служило бегство убийцы в Перемышль9. Подозреваемый в организации убийства Яро-полка перемышльский князь Рюрик Ростиславич, к счастью, вскоре умер, и Ростисла-вичам удалось замять дело.

Чтобы подчинить своей власти Ростиславичей, Давид искал помощи в Киеве, но там до поры до времени не обращали на его жалобы внимания. Тем временем, возгордившиеся от своей безнаказанности Ростиславичи уже и авторитет киевского князя перестали уважать. Когда Всеволод, склонный к мирному разрешению конфликтов, послал им предложение помириться с Давидом, Володарь, перешедший править в Пере-мышль после смерти Рюрика, и Василько, ставший князем в Теребовле, ответили киевскому князю грубым отказом. В 1088 году терпение Всеволода Ярославича истощилось окончательно, и он лично возглавил карательный поход против Ростиславичей. Войско киевского князя вместе с присоединившимися к нему дружинами переяславского и черниговских князей пошло к Теребовлю и Перемышлю. Демонстрация военной силы быстро остудила головы зарвавшихся князей, и близ городка Свинограда они явились с

7 Там же.

8 Головко А.Б. Земли западной Руси и объединительная политика Киевского государства в X — первой трети XII века // Киев и западные земли Руси в IX — XIII вв. Минск, 1982. С. 40.

9 ПСРЛ. Т. II. Стб. 198.

повинной в лагерь великого князя10. Расположенный к миру Всеволод простил племянников, но стоило ему уйти с войском в Киев, как Ростиславичи опять принялись за старое.

Доставалось в это время от Ростиславичей не только русским князьям, но и иноземным соседям — полякам, венграм, византийцам, половцам, — с которыми братья, часто без разрешения великого князя, вели войны, стремясь расширить свои владения за счет захвата соседних земель. Однако было бы неверно считать, что эти войны велись только ради желания пограбить. Из-за огромных размеров Древнерусского государства великий киевский князь не мог своевременно реагировать на быстро меняющуюся обстановку на границах. Поэтому правившим в пограничье князьям нередко приходилось самим брать на себя инициативу по защите русских рубежей. Ростислави-чи надежным щитом прикрывали с запада Русь от набегов поляков и венгров. В целом же их внешняя политика вписывалась в общую картину внешней политики Киевской Руси, в которой жестокие войны чередовались с годами относительно мирного сосуществования с соседними государствами и народами.

Не случайно именно ратные подвиги в деле обороны страны снискали Ростисла-вичам популярность среди русского населения. К концу XI века они становятся одними из наиболее влиятельных русских князей, несмотря на то, что их княжества во много раз уступали по размерам землям киевского и черниговского князей.

Согласно летописным данным, Ростиславичи строили обширные военные планы по объединению под своей властью всей Восточной Европы. Особенно воинственным был младший из братьев Василько Ростиславич, который собирался, заключив союз с кочевавшими в южнорусских степях печенегами и берендеями, идти «на зиму и лето в Польшу и взять всю землю Лядьскую». Затем он хотел подчинить дунайских болгар, разгромив попутно Византию. После чего собирался просить у Святополка Киевского и переяславского князя Владимира Мономаха войско для того, чтобы напасть на половцев: «либо налезу собе славу, либо главу свою сложить за Русьскую землю»11. Воинственность и властолюбие Ростиславичей вызывали вполне понятное беспокойство при дворах польского короля и византийского императора.

В 1092 году на Русь пришла беда. Началось все с небывалой засухи, уничтожившей урожай крестьян. Из-за жары выгорели травы, пересохли многие болота и реки, вспыхнули лесные пожары. Природная катастрофа усугубилась вторжением в русские земли половецких орд, кочевья которых также пострадали от засухи. Половцы прорвали линию русских застав в Левобережье Днепра и опустошили Переяславское княжество, где захватили и сожгли три городка: Прилуки, Посечен и Устье12. Подошли половцы и к юго-западной границе Руси, но Васильку Ростиславичу удалось уговорить их, объединив силы, напасть на земли польского короля13, меньше пострадавшие от засухи и сулившие обеим сторонам большую добычу. Результаты этого похода неизвестны, но ясно, что он был выгоден Ростиславичам, которые не только уберегли свои земли от половецкого грабежа, но и, столкнув половцев с поляками, ослабили силы обоих своих наиболее опасных противников.

В следующем 1093 году половцы вновь собрались в большой поход на Русь, когда услышали о смерти киевского князя Всеволода Ярославича и решили направить к новому киевскому князю Святополку Изяславичу посольство с предложением мира. Вместо заключения мира новый киевский князь приказал посадить послов в тюрьму. В

10 Татищев В.Н. История Российская. В 3-х т. Т. II. М., 2003. С. 99.

11 ПСРЛ. Т. II. Стб. 240 — 241.

12 Татищев В.Н. Указ. соч. С. 100.

13 ПСРЛ. Т. II. Стб. 208.

ответ половцы начали крупномасштабное наступление на Русь, осадили и взяли штурмом город Торческ в среднем течении реки Рось.

С этого времени половецкие набеги на Русь повторялись почти ежегодно. Половцы жгли и грабили города и деревни, вытаптывали посевы, уводили в плен население. Война с кочевниками чередовалась усобицами русских князей, которые никак не могли уладить между собой раздиравшие их территориальные споры.

Наконец, в 1097 году шесть наиболее влиятельных русских князей: Святополк Изяславич Киевский, Владимир Всеволодович (Мономах) Переяславский, черниговские князья Олег и Давид Ольговичи, волынский князь Давид Игоревич и Василько Ро-стиславич Теребовльский собрались на съезд в небольшом черниговском городке Лю-беч на Днепре. Князья говорили друг другу: «Зачем губим Русскую землю, поднимаем сами на себя вражду, а половцы раздирают землю нашу на части и радуются, что между нами рать? Теперь же будем жить в одно сердце и блюсти Русскую землю!». Участники съезда заключили между собой договор, положив в его основу принцип наследования князьями земель своих отцов (сыновей Ярослава Мудрого) и отказа от посягательств на чужие территории. В случае нарушения кем-либо из князей этого соглашения другие князья должны были силой принуждать нарушителя к соблюдению мира: «Если теперь кто на кого станет, то на того будем все»14.

Не успели князья разъехаться по домам, как сразу появились недовольные результатами съезда. Ими были киевский князь Святополк Изяславич и волынский князь Давид Игоревич, которые, по решению съезда, должны были поделиться своими владениями с другими князьями15. Кроме того, Давид Игоревич был раздосадован тем, что Ростиславичи получили в свои владения червенские города, на которые он сам претендовал. Вернувшись в Киев вместе со Святополком, он начал наговаривать ему на Василька Ростиславича, что тот-де собирается заключить против него союз с Владимиром Мономахом и выгнать его с великого княжения. По словам Давида, Василько будто бы даже намеревался убить Святополка. «А ныне мыслит, — говорил Давид, — на тебя и на меня». Святополк легко поверил этому навету, так как сам давно опасался обширных военных приготовлений Ростиславичей16. Святополк и Давид стали совещаться, как им лучше всего расправиться над Васильком. Последний в это время возвращался после Любечского съезда через Киев в родной Теребовль. По дороге он решил заехать в Киевский Выдубицкий монастырь, помолиться мощам святого Михаила. Этим и решили воспользоваться князья-заговорщики. Святополк послал Васильку приглашение погостить у него до именин, но тот отказался, сославшись на то, что не может ждать, когда дома вот-вот начнется война с поляками. Однако это только укрепило подозрения Святополка в том, что Василько замыслил против него что-то нехорошее. Подлил масла в огонь и Давид Игоревич, пугавший киевского князя тем, что если он отпустит В а-силька, то тот, вернувшись в свою волость, захватит принадлежащие Святополку Туров, Пинск и города в Волынской земле.

Святополк послал Васильку новое приглашение посетить его терем, передав ему, что если он не может погостить у него до именин, пусть хотя бы приедет поприветствовать и посидит вместе с ним и Давидом. На этот раз Василько согласился и поехал на княжеский двор. По дороге встретился ему отрок, который предупредил о

14 ПСРЛ. Т. II. Стб. 231.

15 Грушевский М.С. Волынский вопрос 1097 — 1102 гг. / Оттиск из журнала «Киевская старина». Киев, 1891. С. 12.

16 По летописи, Святополк больше всего опасался захвата Ростиславичами принадлежащих ему Турова и Пинска и «прочих городов» (ПСРЛ. Т. II. Стб. 232). Под последними имелись в виду Берестье и Погори-на, располагавшиеся на границе Галицкого и Киевского княжеств. (Там же. Стб. 238).

намерениях Святополка и Давида схватить его. Но Василько не поверил, что князья, только что целовавшие ему крест на Любечском съезде, нарушат клятву. В разгар пира, устроенного Святополком в честь Василька, киевский и волынский князья неожиданно вышли из горницы в сени, будто по какому-то срочному делу. Это был условный знак, по которому прислуживавшие за столом слуги Святополка набросились на Василька и заковали его в цепи. Однако сам Святополк боялся держать у себя плененного теребо-вльского князя, так как это могло вызвать недовольство других князей, и передал Василька его давнему врагу Давиду Игоревичу. Последний отправил Василька под охраной во Владимир-Волынский. По дороге отряд остановился в Белгороде, где слуги Давида, по тайному приказу своего князя, придавили Василька в избе доской и выкололи ему глаза. Ослепленного Василька отвезли на Волынь во владения Давида и заключили в темницу.

Поразительная по своему вероломству и жестокости расправа киевского и волынского князей над Васильком произвела ошеломляющее впечатление на других русских князей. По словам летописца, переяславский князь Владимир Мономах «ужасеся и всплакавъ и рече: сего не было есть в Русьской земли ни при дедехъ наших, ни при отцихъ нашихъ, сего зла»17. В соответствии с заключенными Любечскими договоренностями Мономах решил наказать князей-отступников и обратился за помощью к черниговским князьям Давиду и Олегу Святославичам, которые присоединились к нему со своими полками. Союзники выступили на Киев. Дойдя до Городца, князья послали киевскому князю Святополку объявление войны, передав ему, что ослеплением Василька «он метнул нож» в них. Святополк стал оправдываться, говоря, что во всем-де виноват Давид, который оговорил перед ним Василька. Однако князья ему не поверили, ответив, что это пустая отговорка, потому что Василько ослеплен был в городе Святополка и, следовательно, при содействии киевского князя18. Прервав переговоры, союзные рати начали переходит Днепр для осады Киева. В столице начались волнения против Святополка, и он хотел бежать к полякам. Но бояре не пустили его и уговорили послать к Владимиру Мономаху и Ольговичам новое посольство с предложениями мира. Разорение столицы Руси не входило в планы союзников, и вскоре между Мономахом и Свя-тополком был заключен мир. Согласно ему Святополк должен был разорвать союз с волынским князем и присоединиться к другим князьям для совместного похода против Давида Игоревича19.

Объединенное войско южнорусских князей двинулось на Волынь. Встретившиеся им по дороге послы Давида и Василька Ростиславича предложили князьям прекратить поход, так как, по их словам, Давид уже освободил Василька, и они помирились. Однако это была всего лишь уловка. Давид не только не освободил к тому времени Василька, но и, как показали последующие события, пытался отобрать у Ростиславичей подвластные им червенские города. Несмотря на это, Ростиславичи решили временно помириться с Давидом. Пойти на этот шаг их заставили опасения, что расправившись с Давидом, Святополк и Владимир Мономах захотят также подчинить власти киевского князя земли уже самих Ростиславичей20. Поэтому делая вид, что они не держат зла на Давида, Ростиславичи были заинтересованы в том, чтобы предотвратить вторжение войск южнорусских князей на Волынь. После того, как союзники повернут обратно, Володарь и Василько рассчитывали разделаться с Давидом собственными силами. Как и ожидалось, заверения Ростиславичей и Давида в восстановлении между ними мирных

17 ПСРЛ. Т. II. Стб. 236.

18 Грушевский М.С. Указ. соч. С. 18.

19 ПСРЛ. Т. II. Стб. 239.

20 Татищев В.Н. Указ. соч. С. 127.

отношений обманули Святополка и Мономаха, и они повернули. Воспользовавшись этим, Давид и Ростиславичи разорвали мирное соглашение и начали войну.

Давид захватил Теребовль и близлежащие города, принадлежавшие Васильку Ростиславичу, которые его брат Володарь не смог защитить21. В решающем сражении под стенами Бужска Володарю удалось разбить Давида, который с остатками войск укрылся в крепости. Обе стороны пошли на заключение перемирия. В результате Давид согласился освободить из темницы Василька Ростиславича и вернуть все земли, захваченные им у Ростиславичей. Однако он фактически выполнил только первую часть договора, выпустив на свободу Василька22.

Весной следующего 1098 года Ростиславичи возобновили войну против Давида. Братья осадили и взяли штурмом принадлежащий Давиду город Всеволож, и хотя его жители не могли отвечать за злодеяния своего князя, казнили всех пленных. Так, по словам летописца, Василько совершил первое свое мщение Давиду, выместив его на ни в чем не повинных людях. Вслед за тем Ростиславичи двинулись на столицу Давида — Владимир-Волынский. В городе многие горожане были недовольны Давидом, и когда Ростиславичи передали через послов, что они пришли воевать не с ними, а против бояр, настроивших Давида против Василька, подняли восстание. Горожане потребовали от Давида выдать Ростиславичам названных бояр Василя, Тудора и Лазаря, виновных в ослеплении Василька Ростиславича. В противном случае они угрожали открыть врагу ворота. Давиду пришлось уступить, и он выдал Ростиславичам двух бояр Василя и Лазаря. Тудор же еще раньше бежал из города. На рассвете выданных повесили и расстреляли из луков23. Отомстив во второй раз, братья отступили от города.

Между тем опасения галицких князей, что их усобицей могут воспользоваться другие князья, стали оправдываться. Многие князья Южной Руси считали, что после ослепления Василька Давид Игоревич потерял права на Волынское княжество, которое как выморочное теперь должно перейти в собственность великого киевского князя. Следуя этому решению, киевский князь Святополк Изяславич двинулся с войсками на Волынь, чтобы изгнать Давида и завладеть его землями. В помощь себе он призвал польского короля Болеслава. В свою очередь, Давид также обратился за помощью к полякам. За вознаграждение в 200 гривен Болеслав обещал Давиду примирить его со Свя-тополком. Но как оказалось, польский король не собирался выполнять своего обещания. Вместо этого он вступил в переговоры со Святополком и, взяв у него «дары великие» (то есть получив от него еще большую взятку), вернулся в Польшу. Лишившись своего ненадежного союзника, Давид бежал во Владимир-Волынский. Вскоре он увидел, что не сможет удержать город, и заключил мир со Святополком на условии, что будет отпущен, куда пожелает. Давид бежал к полякам. Святополк занял столицу Давида Владимир-Волынский, после чего решил захватить также соседние земли Волода-ря и Василька Ростиславичей, заявив им, что «это есть волость отца моего и брата»24. В кровопролитной битве Ростиславичам удалось разбить войско Святополка, и киевский князь вынужден был вернуться в Киев, оставив продолжить завоевание галицких земель двух своих сыновей: один из них Мстислав, рожденный от наложницы, сел наместником во Владимире-Волынском, другой Ярослав по приказу отца отправился в Венгрию ко двору короля Кальмана (Коломан древнерусских летописей) нанять новых

21 ПСРЛ. Т. II. Стб. 241.

22 Там же. Стб. 242.

23 ПСРЛ. Т. II. Стб. 243.

24 Там же. Стб. 244.

наемников для войны. Венгры не упустили возможность вмешаться во внутрирусские дела и направили на Волынь большое войско во главе с тремя епископами25.

Венгерское вторжение, угрожавшее независимости всех русских земель на юго-западе, привело к тому, что бывшие враги — Ростиславичи и Давид Игоревич решили объединить свои силы для отпора захватчикам. В залог мира с Ростиславичами Давид оставил заложницей у Володаря Ростиславича свою жену. На помощь галицким князьям пришли также половцы знаменитого половецкого хана Боняка, который считал венгров своими кровными врагами26. Силы противников встретились на реке Вягре, притоке Саны у Перемышля. Летописные известия сообщают о неоправданно высокой численности венгерского войска — 100 тысяч человек. Напротив, у Давида было якобы всего 100 воинов, а у Боняка 30027. По данным, которые приводит В.Н. Татищев, Боняк имел войско в 800028. Но все равно, по-видимому, силы русских и половцев значительно уступали венгерским. Тем не менее половецкому хану Боняку, который был командующим армией союзников, удалось навязать противнику сражение в выгодных для себя условиях. Боняк разделил свое войско на три полка и послал один из них во главе с ханом Алтунопой против венгров. Алтунопа с воинами осыпал венгров стрелами и начал поспешно отступать вдоль реки, заманивая за собой противника к засаде, в которой расположился Боняк с двумя другими полками. Увлекшиеся преследованием венгры были атакованы с двух сторон и побежали обратно. В это время Володарь сделал вылазку из Перемышля и довершил разгром венгерского войска, которое потерпело сокрушительное поражение. Многие венгры утонули во время бегства в Сане. Победители два дня преследовали разбитого врага, нанеся ему огромные потери, которые по данным русских летописцев составили только убитыми 40 тысяч воинов.

Остатки венгерского войска бесславно вернулись на родину, а сопровождавший их Ярослав Святополкович бежал к полякам. Перейдя в наступление, Давид занял без боя города Сутиск и Червен и захватил внезапным ударом Володимерец. Отсюда он пошел на Владимир-Волынский и осадил его. Во время обороны города был убит стрелой второй сын Святополка Мстислав, княживший в бывших владениях Давыда. Столица Волыни вот-вот готова была сдаться Давиду, когда ночью к городу неожиданно подошел отряд киевлян во главе с воеводой Путятою и сыном черниговского князя Святошей Давидовичем. Они сходу атаковали лагерь осаждавших и разбили их. Давид Игоревич вновь бежал, но вскоре опять вернулся, ведя за собой половцев Боняка. После ряда сражений им удалось вытеснить Путяту и Святошу Давидовича с Волыни29.

Конец затянувшейся волынской усобице подвел княжеский съезд, собравшийся весной 1101 года в Уветичах. По решению его участников, Давид Игоревич был лишен волынского стола, который теперь переходил к киевскому князю, и переведен на княжение Дорогобуж. Ростиславичам было предложено ограничиться княжением в Пере-мышле, поскольку из-за своей слепоты Василько-де не мог больше управлять Теребов-лем. На это предложение князей братья ответили решительным отказом: были ли сделаны какие-либо попытки принудить их к тому силой, неизвестно, во всяком случае,

30

они сохранили свои владения30.

25 Согласно «Повести Временных лет», венгерское войско возглавил лично король Коломан, но это известие скорее всего недостоверно. Среди предводителей венгров «Повесть» называет также двух епископов. О трех епископах пишет В.Н. Татищев, рассказ которого о походе венгров в земли Ростиславичей основывается на сведениях отличного от ПВЛ источника.

26 Плетнева С.А. Хан Боняк и его время // Проблемы археологии. Вып. 2. Л., 1978. С. 175 — 177.

27 ПСРЛ. Т.П. Стб. 246.

28 Татищев В.Н. Указ. соч. С. 119.

29 ПСРЛ. Т. II. Стб. 248.

30 Грушевский М.С. Указ. соч. С. 31; ПСРЛ. Т. II. Стб. 250.

После Уветичского съезда, снявшего наиболее острые территориальные противоречия между князьями, в юго-западных русских землях надолго установился мир. Да и Ростиславичи уже не были такими неугомонными, как раньше. Из-за слепоты Василька в походы теперь ходил в основном только один Володарь Ростиславич. Давала знать о себе и старость, незаметно подкравшаяся к героям. На целых пятнадцать лет исчезают они со страниц летописей, заполненных в это время описанием походов знаменитого Владимира Мономаха против половцев.

Однако стоило на Руси разгореться новой усобице, как Ростиславичи вновь дали о себе знать. На этот раз мятеж поднял сын умершего киевского князя Святополка волынский князь Ярослав Святополкович. Он был недоволен тем, что новый киевский князь Владимир отдал княжение в Новгороде не ему, как старшему среди третьего поколения Ярославичей, а своему внуку Святополку Мстиславичу. Ярослав отказался подчиняться приказам из Киева и стал собирать войско для войны против Мономаха. В ответ в 1117 г. киевский князь двинул большое войско на Волынь. В этом конфликте Ростиславичи решили принять сторону Мономаха и присоединились к нему со своими полками. Войска союзников подошли к Владимиру-Волынскому и подвергли его шестидесятидневной осаде. Ярослав запросил мира и обязался во всем подчиняться воле киевского князя. Однако как только князья «разидошася кождо въ свояси», Ярослав бросил волынский стол и бежал к венграм. На ставшем вакантным Владимиро-Волынском княжении Владимир Мономах посадил своего сына Андрея31.

Теперь уже сами Ростиславичи всерьез стали опасаться за независимость своих земель. Поэтому когда в 1123 году Ярослав Святополкович вторгся из Польши на Русь с 7000 войском поляков и венгров, Володарь и Василько поддержали его своими дружинами. Усобица не успела вылиться в крупномасштабную войну. Вскоре при осаде Владимира-Волынского Ярослав умер от полученной раны, его разноплеменная армия, оставшаяся без предводителя, разбежалась. Ростиславичи остались один на один против вторгшейся в их земли армии Владимира Мономаха, и им ничего не оставалось делать, как капитулировать. Мир с грозным киевским князем был куплен, как это не раз бывало, «дарами многими»32. Это было последнее участие неуемных князей в усобицах.

В последние годы жизни Ростиславичам приходилось вести тяжелые оборонительные войны против внешних врагов, которые, видя приближавшуюся старость обоих князей, со всех сторон набросились на их земли, чтобы отмстить за прошлые обиды. В 1119 году по просьбе венгерского короля Володарь Ростиславич ходил походом против греков, — очевидно, в Болгарию, — и захватил «многое богатство»33. Однако наибольшую угрозу владениям Ростиславичей в это время представляли набеги поляков, которые стремились захватить червенские города. В 1122 году Володарь, раздосадованный их постоянными грабежами пограничных земель, собрался в поход на Польшу. Но предприятие сорвалось в зародыше. Воевода Петр Властович, перебежчик из Польши, был на самом деле подослан польским королем Болеславом и вызвался выдать ему Володаря. То ли во время лесной охоты, то ли на пиру Петр при помощи сообщников обманом захватил Володаря и вывез его в Польшу. Володарь попал в плен, где провел несколько месяцев, пока его брат Василько не выплатил за него огромный выкуп в 2000 гривен34. Вернувшись в Перемышль, Володарь начал собирать войско для нового

31 ПСРЛ. Т. II. Стб. 285.

32 Там же. Стб. 287.

33 Татищев В.Н. Указ. соч. С. 155.

34 Щавелева Н.И. Польские латиноязычные средневековые источники. М., 1998. С.100-102, 115-119; ПСРЛ. Т. I. Стб. 292; ПСРЛ. Т. II. Стб. 286; Щавелева Н.И. Древняя Русь в «Польской истории» Яна Длу-гоша. М., 2004. С. 301-302, 416; Татищев В.Н. Указ. соч. С. 156.

похода в Польшу, но неожиданно заболел и умер. В том же 1124 году, за несколько месяцев до смерти Володаря, умер его младший брат Василько.

Инков Александр Александрович — кандидат исторических наук, доцент, доцент кафедры истории и международных отношений Московского гуманитарного университета