Мониторинг практики применения норм о грабеже, совершенном посредством рывка

Мониторинг практики применения норм о грабеже, совершенном посредством рывка

Челябова З. М.1

Ключевые слова: уголовный закон, рывок, способ, неожиданные, дерзкие действия, насилие, грабеж, насильственный грабеж, разбой, виновный, кража, похищаемое имущество, завладение имуществом, преступный умысел, открытость.

Аннотация. В статье проанализированы позиции уголовно-правовой доктрины относительно рассматриваемого способа совершения грабежа. Помимо этого, особый акцент автором сделан на анализе судебной практики, которая приведена с учетом разности понимания судами этого способа, что, разумеется, привело и к разной квалификации. Такая разность вызвана неоднозначным пониманием не столько рывка, сколько его связи с насилием, чему автор особо уделил внимание. Нередко доктрина и суды видят в рывке насилие, считая нужным квалифицировать его как насильственное действие. Приведены примеры квалификации, в которых рывок нашел оценку не только в качестве грабежа, но и насильственного грабежа, разбоя, кражи. Автор не всегда солидарен с позицией судов, высказывая, таким образом, свое критическое отношение к их оценке. Автор констатирует нелогичность в понимании и применении судами буквы закона, а также, в итоге, выносит свое окончательное суждение об отсутствии тождества в рывке и насилии. Делая выводы к каждому решению суда в частности и в статье полностью, автор преследует цель единообразного и унифицированного понимания и применения уголовного закона.

ЭОТ: 10.21681/2412-8163-2017-3-19-22

у

«7 головно-правовая доктрина, касаясь регламентации и ответственности за грабеж, нередко задается рядом вопросов касательно такого его способа, как совершение посредством рывка. Необходимо отметить, что наибольшее число дискуссий вызвано вопросом соотношения рывка и насилия. Стоит заметить, что рывок имеет в себе оценочные признаки, как и понятие «насилие» [1, 23-26].

Обратимся к уголовно-правовой оценке изъятия имущества посредством «рывка», а также рассмотрим позиции судов относительно этого способа.

Понятие рывка, на сегодняшний день, не находит своего законодательного определения. Постановление Пленума Верховного Суда «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» от 22 декабря 2002 г. № 29 также определения этого понятия не приводит2. В то же время уголовно-пра-

2 Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» от 22.12.2002

вовая доктрина и мониторинг судебной практики позволяют говорить о распространенности использования рывка в качестве способа грабежа [2, 48]. Поэтому рассматриваемая проблема никогда не была обойдена исследователями. Так, Г.Н. Бор-зенков считает, что в основе рывка в грабеже лежат действия, которые отличаются ловкостью и виртуозностью виновного при изъятии чужого имущества. Действия его при этом резки, неожиданны, внезапны для потерпевшего или других лиц3. Совершение грабежа таким способом не исключает возможности неосторожного причинения вреда здоровью4. В этой связи Н.А. Лопашенко была высказана точка зрения о необходимости дополнительной квалификации по ст. 118 УК РФ в случае

№ 29 (ред. 16.05.2017 № 17) // СПС КонсультантПлюс [дата об-

ращения: 03.06.2017].

3 Борзенков Г.Н. Личная собственность под охраной закона / Г.Н. Борзенков. М.: Знание, 1985. С. 28.

4 Бойцов А.И. Преступления против собственности /

А.И. Бойцов. СПб.:Юрид. центр Пресс, 2002. С. 458.

1 Челябова Залина Магомедзагировна, ассистент кафедры процессуального права ФГБОУ ВО «Астраханский государственный университет», Российская Федерация, г. Астрахань. E-mail: zalina.chelyabova@yandex.ru

причинения тяжкого вреда здоровью по неосторожности [3, 164], с чем согласны и другие исследователи, например, Н.К. Карпова [4, 36].

Большинство ученых различают усилия виновного при совершении рывка и физическое насилие5. Так, Е.О. Щербакова не видит в рывке проявлений физического насилия, ведь действия виновного направлены на имущество, а не на жизнь и здоровье потерпевшего6. Полагаем, с этим можно согласиться, так как под насилием в уголовном праве общепринято понимать общественно опасное противоправное воздействие на организм и психику человека против и помимо его воли7, а рывок определяет лишь сам способ завладения имуществом.

Таким образом, в обосновании мнения специалистов, не отождествляющих рывок с физическим насилием, лежит отсутствие у виновного умысла на применение насилия, а также то, что физические усилия при рывке направлены именно на похищаемое имущество, что характеризует открытый способ хищения.

Сложившаяся судебная практика также приводит примеры, которые свидетельствуют, что совершение деяния посредством рывка не считается применением насилия [5, 396].

Так, имея прямой умысел на открытое хищение чужого имущества, А. совершил сильный рывок за ручку сумки потерпевшей, от чего та по инерции упала на землю, ударившись головой и передней частью тела о землю. А. ее не толкал, ударов потерпевшей не наносил. Заключение судебно-медицинской экспертизы показало, что обнаруженные у нее телесные повреждения являются результатом ее падения от рывка за ручку сумки для ее изъятия. Таким образом, А. насилия к потерпевшей не применял. Ввиду этого гособвинитель изменил объем обвинения, отказавшись от квалифицирующего признака, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ. На основании этого Кировский районный суд г. Астрахани квалифицировал его деяние по ч. 1 ст. 161 УК РФ8.

5 Кригер Г.А. Квалификация хищений социалистического имущества / Г.А. Кригер. М.: Юрид. лит.,1974. С. 126; Российское уголовное право. Особенная часть / Под ред. В.Н. Кудрявцева, А.В. Наумова. М.: Юристъ, 1997. С. 156 (автор - А.В. Наумов).

6 Щербакова Е.О. Грабеж чужого имущества: проблемы уголовно-правового регулирования и противодействия (на материалах Южного федерального округа): автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Краснодар. 2008. С. 19-20.

7 Челябова Э.И. Уголовно-правовой и криминологический анализ неисполнения обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего: дис.... канд. юрид. наук. Махачкала, 2006. С.54.

8 Обвинительный приговор РФ от 21.05.2014 № 1-166/2014 // Официальный сайт обзора судебной практики «Судакт», URL: https:// sudact.ru/ [дата обращения: 03.06.2017].

Полагаем, что такая оценка действий виновного судом верна, как и в следующем подобном деле Кировского районного суда г. Омска, где позиция обвинения была переквалифицирована с насильственного грабежа на ч. 1 ст. 161 УК, так как падение вышло за рамки умысла виновного и явилось следствием падения от рывка9.

Однако в уголовно-правовой науке существуют и мнения авторов, отождествляющих рывок с физическим насилием, характеризующим насильственный грабеж (п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ). По мнению И.Г. Филановского, рывок всегда равнозначен физическому насилию10.

B.И. Симонов, В.Г. Шумихин, П.С. Яни считают, что иногда применение рывка надлежит рассматривать как физическое насилие11. Например, если в случае вырывания сумки из рук происходит выворачивание руки или пальцев потерпевшего, то такие действия следует квалифицировать по п. «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ.

Ф.Б. Гребенкин отмечает, что судам при квалификации грабежа, совершенного путем рывка, следует исходить из конкретных обстоятельств дела, ставя это в зависимость от степени доказанности этих обстоятельств. Также он не исключает действия субъекта, которые судам следует квалифицировать, как грабеж с применением психического насилия, объясняя это возникновением во время рывка страха у потерпевшего12. Последнее утверждение, на наш взгляд, сомнительно, так как рывок предполагает физические действия виновного и каких-либо проявлений психического насилия в себе не несет. По поводу первого утверждения Ф.Б. Гребенкина следует согласиться с Н.А. Лопашенко в том, что такой алгоритм должен быть при любой квалификации13.

C.В. Дубченко считает надлежащим квалифицировать как насильственный грабеж случаи:

9 Обвинительный приговор РФ от 25.01.2014 № 1-43/2017 // Официальный сайт обзора судебной практики «Судакт», URL: https:// sudact.ru/ [дата обращения: 04.06.2017].

10 Филановский И.Г. Социально-психологическое отношение субъекта к преступлению / И.Г. Филановский. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1970. С. 133.

11 Симонов В.И., Шумихин В.Г. Квалификация насильственных посягательств на собственность. Учебное пособие / В.И. Симонов, В.Г. Шумихин. М.: Изд-во юрид. института МВД РФ, 1993. С. 7-8; Яни П.С. Мошенничество и иные преступления против собственности: уголовная ответственность / П.С. Яни. М.: Интел-Синтез, 2002. С. 40.

12 Гребенкин Ф.Б. Уголовно-правовое значение психического насилия в преступлениях против собственности: дисс. ... канд. юрид. наук. Москва. 2004. С. 130-131.

13 Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономики: авторский комментарий к уголовному закону (раздел VIII УК РФ) (постатейный) / Н.А. Лопашенко. М.: Волтерс Клувер, 2006. С. 167.

Уголовное право и криминология

1 когда рывок следует после применения насилия; 1 когда при рывке потерпевший пытается возвратить имущество, после чего виновный в ходе борьбы прибегает к насилию; 1 когда виновный оказывает непосредственное воздействие на тело потерпевшего (отнимая сумку, выкручивает пальцы или выворачивает руку жертвы).

Во всех этих случаях, по мнению автора, умысел виновного прямо направлен на хищение чужого имущества и на телесную неприкосновенность потерпевшего. Простой рывок и, соответственно, грабеж без насилия характеризуются действиями виновного, при которых он не соприкасается с телом потерпевшего, а воздействует только на предмет хищения14. Полагаем, однако, что рывок, следующий после применения насилия, остается за рамками насилия, на что автор указывает сам, и не всегда однозначно говорит о насильственном грабеже. Умысел виновного и характер на силия могут свидетельствовать о разбое.

Судебная практика и уголовно-правовая доктрина при оценке рывка, как способа совершения хищения, не ограничиваются только грабежом. Так, В.И. Плохова вообще ставит под сомнение квалификацию рывка как грабежа, так как «действия происходят незаметно; только лишившись своего имущества и увидев убегающего виновного с ним, потерпевший осознает случившееся»15. Еще раньше признаки кражи в таких действиях видел Л. Белогриц-Котляревский, указывая на факт обнаружения преступления уже после его совершения16.

Оценивая позицию квалификации рывка как кражи, на наш взгляд, следует согласиться с В.В. Хилютой, который исключает оценку действий с помощью рывка как тайных [1, 49]. Субъективный критерий указывает на то, что виновный отдает себе отчет в открытости своих действий, которые обязательно будут замечены потерпевшим или окружающими. Думается, невозможно представить ситуацию, когда срывание шапки отвернувшегося потерпевшего может остаться для него незамеченным. В этом и проявляется дерзость рывка. Виновный похищает имущество, допуская возможное сопротивление, но при этом нагло, вызывающе реализует свой преступный умысел.

14 Дубченко С.В. Уголовно-правовая характеристика корыстно-насильственных преступлений: дисс. ... канд. юрид. наук. Тюмень. 2008. С. 105.

15 Плохова В.И. Криминологическая и правовая обоснованность составов ненасильственных преступлений против собственности: дисс. ... докт. юрид. наук. Екатеринбург. 2003.

С. 298.

16 Белогриц-Котляревский Л. Воровство - кража по рус-

скому праву (историко-догматическое исследование) / Л. Бело-

гриц-Котляревский. Киев: Унив. типография, 1880. С. 304.

Рывок в конкретном случае может выражать неопасное насилие, а иногда - и насилие, опасное для жизни или здоровья человека.

Так, Челябинский областной суд посчитал правильной квалификацию Металлургического районного суда г. Челябинска по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК действий Манапова. Действия Манапова выражались в том, что он рывками вырывал сумку из рук В., которая упала. Потерпевшая удерживала сумку при себе, после чего виновный протащил ее по асфальту, отчего она испытала сильную физическую боль17. Считаем верной такую квалификацию, а также имеющим место неопасное насилие, которое выражено в том, что виновный волочил жертву по земле, чем причинил ей физическую боль.

Судебная практика иногда дает примеры квалификации рывка как разбойного нападения.

Так, А.И., подойдя к потерпевшей, толкнул ее и сильным рывком схватил ее сумку, от чего она упала на металлические перила, расположенные вдоль дороги, и в результате падения ударилась головой об них, получив рваную рану левого уха. Согласно заключению эксперта, потерпевшей были причинены телесные повреждения в виде раны левой ушной раковины, кровоподтека левого плеча и поясничных областей, ссадины левой поясничной области и левого голеностопного сустава. Центральный районный суд г. Сочи оценил рывок А.И. как разбой в связи с наступившими последствиями, связанными с причинением потерпевшей легкого вреда здоровью18.

На наш взгляд, оценка действий А.И., как разбоя, не является правильной, так как физические усилия А.И. были направлены на вырывание сумки, а не на то, чтобы применить насилие к потерпевшей. Насилие в виде легкого вреда здоровья, полагаем, выходит за рамки умысла виновного. Насилие в разбое рассматривается как способ достижения желаемого результата, соответственно, у виновного должен быть умысел на его применение, чего не наблюдаем в настоящем примере, что дает основание ставить под сомнение квалификацию суда.

Как видим, сопутствующие рывку действия и возникающие последствия свидетельствуют, что при рывке может быть применено и насилие, которое может иметь другой характер и должно получить принципиально другую оценку - как кражи, насильственного грабежа либо разбоя. На наш взгляд, однако, рывок всегда исключает тайный ха-

17 Определение РФ от 06.03.2017 № 10-904/2017// Официальный сайт обзора судебной практики «Судакт», URL: https:// sudact.ru/ [дата обращения: 04.06.2017].

18 Обвинительный приговор РФ от 25.12.2014 № 1-551/2014 // Официальный сайт обзора судебной практики «Судакт», URL: https:// sudact.ru/ [дата обращения: 21.07.2016].

рактер, так как при рывке присутствует некоторый элемент физического воздействия. Рывком виновный демонстрирует действия, которые оцениваются потерпевшим как резкие, дерзкие. При краже же такое дерзкое, резкое физическое воздействие отсутствует, так как у потерпевшего с его имуществом нет непосредственного физического контакта.

Таким образом, сам рывок не тождественен насилию, так как физическое воздействие при похищении посредством рывка не приобретает характер насилия над личностью, являясь направленным на имущество. Однако предшествующие или следующие за рывком действия могут образовать насилие над личностью, характер, интенсивность и направленность которого судам следует всегда определять, исходя из умысла виновного.

Соответственно, рывок и насилие следует различать. Отсутствие аутентичного толкования рывка компенсирует, на наш взгляд, доктрина и судебная практика. Рывок свободен от признаков, которыми наполнено насилие, и можно с уверенностью утверждать, что эта разность еще больше убеждает нас в различной природе этих понятий, что обязательно следует учитывать в практике применения уголовного закона с целью единообразия.

Рецензент: Лопашенко Наталья Александровна, доктор юридических наук, профессор Астраханского государственного университета.

E-mail: lopashenko@yandex.ru

Литература

1. Челябова З.М. Проблемы квалификации вымогательства, совершенного с применением насилия: практика правоприменения // Мониторинг правоприменения. 2017. № 1 (22). С. 23-26.

2. Хилюта В.В. «Рывок»: проблемы квалификации ненасильственного хищения // Законность. 2013. № 10. С. 48-50.

3. Лопашенко Н.А. Посягательства на собственность / Н.А. Лопашенко. М.: Норма, Инфра-М, 2012. С. 164.

4. Карпова Н.А. Хищение чужого имущества: вопросы квалификации и проблемы дифференциации уголовной ответственности / Под ред. Н.Г. Кадникова. М: Юриспруденция, 2011. 184 с.

5. Клепицкий И.А., Бриллиантов А.В. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) (2-е изд.) Т. 1 / Под ред. А.В. Бриллиантова. М.: Проспект, 2015. 432 с.