Биосфера Земли как создание  Космоса (О концепции единства  биосферы и Космоса В.И.Вернадского)

А.Г.Назаров

Биосфера Земли как создание Космоса

В 1926 г., заглядывая в кажущееся далеким будущее, В.И.Вернадский писал:

«Своеобразным, единственным в своем роде, отличным и неповторяемым в других небесных телах представляется нам лик Земли - ее изображение в Космосе, вырисовывающееся извне, со стороны, из дали бесконечных небесных пространств.

В лике Земли выявляется поверхность нашей планеты, ее биосфера, ее наружная область, отграничивающая ее от космической среды»1.

Этой провидческой мыслью открывается знаменитая «Биосфера», ее Очерк первый - «Биосфера в Космосе». Мог ли даже гениальный ум предвидеть в то далекое от нас время, что пройдет всего лишь 35 лет после выхода в свет «Биосферы», и первые советские космонавты увидят «из дали бесконечных небесных пространств» зеленую биосферу планеты?

Попытаемся подойти к анализу учения В.И.Вернадского о биосфере и его развития в трудах современных исследователей под углом зрения космической сущности Жизни и космического происхождения биосферы Земли как колыбели Жизни, как главного условия ее сохранения и эволюционного развития.

1 Вернадский В.И. Биосфера (1926). Избранные труды по биогеохимии. М.: Мысль, 1967.

Такой «космический угол зрения» на биосферу Земли как на создание Космоса отвечает общей идее Живой Этики о космическом миропорядке и космической эволюции, хотя В.И.Вернадский и его последователи исходили из других предпосылок и фактических данных, прошедших горнило научного метода.

Миры В.И.Вернадского

В научном творчестве В.И.Вернадского - в его изданных трудах и неопубликованных еще рукописях, в дневниках, записных книжках, огромной по объему переписке - открываются поистине необъятные миры новых научных представлений и эмпирических обобщений, удивительный сплав глубокого теоретического предвидения и скрупулезно выверенных фактов.

Минералогия, кристаллография, геохимия, учение о природных водах, радиогеология, метеоритика - все сделанное ученым в этих областях науки еще при жизни закрепило за В.И.Вернадским славу «крупнейшего минералога мира», выдающегося ученого-энциклопедиста, одного из создателей геохимии и космохимии. Таким для многих специалистов-естественников, особенно геологов и географов, он остается и поныне.

В научных исканиях ученого случилось, казалось бы, необъяснимое. Всемирно признанный российский академик, кристаллограф и минералог в канун революции 1917 г. неожиданно для многих, даже для своих ближайших учеников и сподвижников, оставляет активные занятия минералогией. Отныне одно захватывающее устремление, сродни всепоглощающей страсти, овладевает помыслами ученого, определяет всю его дальнейшую жизнь и научное творчество1.

Он возвращается к «дорогим его сердцу исканиям научной молодости», углубляется в неизведанные области «живого вещества», в проблемы Космоса, биосферы, эволюции и появления Жизни на Земле - в исконно биологические проблемы.

С течением времени изменяется отношение к творчеству ученого, смещаются оценки. Новым поколениям ученых и крупнейшим биологам, его современникам, В.И.Вернадский открывается как биолог, создатель учения о живом веществе, биогеохимии, общего учения о биосфере, новых воззрений на космическую сущность Жизни и теорию эволюции2.

1 См.: В.И.Вернадский. Из дневниковых записей (6 марта - 16 декабря 1918 г.) // Сытник К.М., Стойко С.М., Апанович Е.М. В.И.Вернадский. Жизнь и деятельность на Украине. Киев: Наукова думка, 1984; Назаров А.Г. Эволюционная идея в творчестве В.И.Вернадского// Журн. общей биологии. Т. XLIX. № 2. 1988. С. 147-165.

2 См.: Вернадский В.И. Избранные сочинения. Т. 1-У. М.: Изд-во АН СССР, 19541960; Виноградов А.П. Геохимия живого вещества. Л.: Изд-во АН СССР, 1932; Славянов Н.Н.

Спустя десятилетия после кончины ученого публикуются не изданные при его жизни произведения - и уже представителям гуманитарных наук Вернадский видится крупнейшим историком и организатором науки, гуманитарием, мыслителем и философом, основателем многих научных учреждений и центров изучения истории естествознания и техники1.

Наконец, в последние годы достоянием широкой общественности стали некоторые архивные материалы и страницы автобиографии В.И.Вернадского, образующие вместе с его работой «Научная мысль как планетарное явление» (1938) связное изложение его ноосферной концепции, и на страницы научных и популярных изданий хлынул поток «но-осферных» публикаций. Во многих из них отсутствуют, точнее, оказываются за их пределами не только основополагающие для концепции ноосферы космо-геохимические, биологические и биогеохимические идеи В.И.Вернадского, но и сама биосфера, тот общеобязательный естественно-исторический фундамент ноосферы, без которого и вне которого, как это глубоко обосновал В.И.Вернадский, она не может быть построена ни на Земле, ни в Космосе2.

Учение В.И.Вернадского о природных водах и его значение. М.: МОИП, 1948; Полынов Б.Б. К вопросу о роли элементов биосферы в эволюции организмов // Избр. труды М.: Изд-во АН СССР, 1956; Шилова Е.И. В.И.Вернадский и проблема развития биосферы//Вестник ЛГУ. Серия «Биология». 1962. № 9; Зенкевич Л.А. Учение В.И.Вернадского о биосфере и его значение для современной океанологии//Вестник МГУ. Сер. 6. 1963. № 3; Личков Б.Л. Научные идеи и творчество последних лет жизни В.И.Вернадского // Воспоминания о В.И.Вернадском: К 100-летию со дня рождения. М.: Изд-во АН СССР, 1963; Он же. Воззрение В.И.Вернадского на биосферу и ноосферу // Материалы к науч. сессии Геогр. о-ва СССР, посвящ. 100-летию со дня рождения акад. В.И.Вернадского. Л.: Геогр. о-во СССР, 1963; Лавренко Е.М. Значение биогеохимических работ академика В.И.Вернадского для познания растительного покрова Земли//Природа. 1945. № 5; Он же. Биосфера в понимании В.И.Вернадского и растительный покров Земли // В.И.Вернадский и современность. М.: Наука, 1986. С. 147-154; Пейве Я.В. В.И.Вернадский и изучение биологической роли микроэлементов в жизни растений, животных и человека: К 100-летию со дня рождения // Изв. АН СССР. Серия «Биология». 1963, № 5; Перов О.В. Учение В.И.Вернадского о биосфере и современная гигиена: К 100-летию со дня рождения //Гигиена и санитария. 1963. № 7; Вавилов Н.И. Письма к В.И.Вернадскому //Генетика. 1966. № 8; Кольцов Н.К. Письма к В.И.Вернадскому //Генетика. 1968. № 4; Камшилов М.М. Ноогенез//Журн. общ. биологии. 1970. Т. 31. № 1; Он же. Эволюция биосферы. М.: Наука, 1979; Ковальский В.В. Геохимическая экология. М.: Наука, 1974; Заварзин Г.А. Бактерии и состав атмосферы. М.: Наука, 1984; НазаровА.Г. Биосфера - оболочка нашей планеты//3емля и Вселенная. 1974. № 4. С. 56-62; Он же. Геохимия высокогорных ландшафтов. М.: Наука, 1974; Он же. К понятию организованности ноосферы // Кибернетика и ноосфера. М.: Наука, 1986. С. 36-51; Он же. Эволюционная идея в творчестве В.И.Вернадского//Журн. общ. биологии. Т. XLIX. № 2. 1988. С. 147-165; Гиляров М.С., Назаров А.Г., Смолин А.В. Биосфера//Биологический энциклопедический словарь. М.: Сов. энциклопедия, 1986. С. 69-70; Мирзоян Э.Н. Теория живой материи В.И.Вернадского // Журн. общ. биологии. Т. 55. № 1. 1994. С. 13-29 и др.

1 См.: В.И.Вернадский и современность. М.: Наука, 1986.

2 См.: Назаров А.Г. Ноосферная концепция В.И.Вернадского как основа научного управления // Там же. С. 40-66; Он же. К истории возникновения термина и понятия «ноосфера» // Институт истории естествознания и техники им. С.И.Вавилова РАН. Годичная науч-

Что же объединяет столь несхожие области науки и культуры в творчестве ученого, в философских размышлениях естествоиспытателя, в нравственных поисках человека и мыслителя? Чтобы ответить на этот вопрос, и «ответить истинно», нужны годы, может быть, десятилетия работы. Нужна работа многих. Огромная широта интересов, глубина и новизна идей, внесенных В.И.Вернадским в кажущиеся совершенно не связанными друг с другом области знания, затрудняют целостное восприятие его научного творчества.

В разработке научного наследия В.И.Вернадского еще преобладает группирование специалистов «по интересам», по отдельным научным дисциплинам. Такой конкретно-отраслевой подход неизбежно ведет к раздробленности восприятия цельного научного мировоззрения ученого, неотделимых друг от друга «миров Вернадского».

В гуще разнообразия работ ученого, в десятке тысяч написанных им страниц теряются те немногие руководящие идеи, что, словно нить Ариадны, ведут к свету, скрепляют воедино сделанное им в науке. Они помогают увидеть неслучайным тот трудный путь духовных и научных исканий, которым шел В.И.Вернадский всю свою долгую творческую жизнь.

Рассмотрим некоторые из таких руководящих идей, и в первую очередь одну из главных объединяющих идей научного творчества В.И.Вернадского - идею космического единства Жизни на Земле и ее Природы, планетной оболочки биосферы - эволюционную идею. С ис-торико-научных позиций предпочтительнее начать именно с анализа идеи эволюции.

Чтобы показать глубину воздействия понимаемой широко и органически присущей Вернадскому идеи развития, эволюционной идеи, на формирование облика ученого и его научных интересов, необходимо прежде всего проследить истоки эволюционных представлений В.И.Вернадского, затем рассмотреть их творческое приложение к постановке и изучению научных проблем, понять сущность разработанного ученым принципиально нового, биогеохимического подхода к теории космической эволюции Жизни.

К истокам эволюционных представлений В.И.Вернадского

В период учебы в университете и в первые годы самостоятельной работы формируется и закрепляется эволюционное мышление Вернадского, подготовленное семейным воспитанием, страстным чтением, предшествующими годами упорной работы над собой.

ная конференция. 2000. М.: ИИЕТ РАН, 2000. С. 228-229; Яншина Ф.Т. Эволюция взглядов В.И.Вернадского на биосферу и развитие учения о ноосфере. М.: Наука, 1996.

В отечественной и зарубежной литературе до сих пор распространено одностороннее и по существу неверное представление о начале творческого пути Вернадского в науку. «Отсчет» научной деятельности будущего ученого обычно начинают с минералогии и кристаллографии. Утвердившегося штампа о молодом (и не только молодом!) Вернадском как блестящем «минералоге и кристаллографе» (а позже «геохимике и радиогеологе») не избежали даже некоторые его ближайшие ученики и последователи1.

Объясняется это многими причинами: может быть, главная из них в том, что напряженные духовные поиски жизненного идеала молодым Вернадским, необычайно широкий круг его интересов, необоримая тяга к гуманитарному знанию, к раскрытию тайны Жизни на Земле и в Космосе - все, что запечатлено в его дневнике, который он вел непрерывно почти 70 лет своей жизни, с 1877 г., в письмах к самым близким людям, в «заметках для себя» (1876-1878) и записных книжках - все это, естественно, при жизни Вернадского не публиковалось и, таким образом, было скрыто от его учеников, друзей и современников. И не только от них. Многие страницы творчества В.И.Вернадского оставались десятилетиями (а иные - почти столетием) неизвестными нашим современникам.

Теперь эти колоссальные по объему архивные материалы вовлекаются в научный оборот, становятся достоянием мировой науки и общественной практики2. Изданы ранее не издававшиеся и переиздаются ставшие библиографической редкостью его научные исследования и работы по истории знаний, дневники, философские работы (Химическое строение биосферы Земли, 1965, 1987; Письма к Н.Е.Вернадской, 1988-1994; Пространство и время в живой и неживой природе, 1975, 1988; Научная мысль как планетное явление, 1977, 1988, 1991; Живое вещество, 1978; Проблемы биогеохимии, 1980; Переписка с Б.Л.Личковым, 1979-1980; Страницы автобиографии В.И.Вернадского, 1981; Избранные труды по истории науки. Т. 1, 1981; Очерки геохимии, 1983; Кристаллография, 1988; Живое вещество и биосфера, 1994; Переписка с А.П.Виноградовым, 1995; Публицистические статьи, 1995; Дневники, 1994-2001; Труды по философии естествознания, 2001; Биосфера. Мысли и наброски, 2001 и др.). Большим событием стало первое академическое издание научной биографии В.И.Вернадского3 и последующий цикл биографических исследо-

1 См.: Григорьев Д.П. В.И.Вернадский - реформатор русской минералогии// Изв. АН СССР. Серия «Геология» 1944. № 1.; Шубникова О.М. Воспоминания о В.И.Вернадском как учителе // Зап. Всесоюз. минерал. о-ва. 1946. Ч. 75. Вып. 1; Смольянинов Н.А. Значение В.И.Вернадского в минералогии // Зап. Всесоюз. минерал. о-ва. 1946. Ч. 75. № 1; Ферсман А.Е. Жизненный путь академика Владимира Ивановича Вернадского // Избр. труды М.: Изд-во АН СССР, 1959. Т. 5 и др.

2 Архив В.И.Вернадского - самый большой в Архиве РАН.

3 См.: Мочалов И.И. Владимир Иванович Вернадский. М.: Наука, 1982.

ваний1. Новые силы, взамен ушедшим, получают открытый доступ к изучению его научного наследия.

И чем глубже мы вчитываемся в открывшиеся новые страницы обширнейшего наследия ученого, в его учение о биосфере, в биогеохимические работы, в труды по истории научной мысли и ее проявлению в биосфере (и ноосфере), чем полнее н целостнее пытаемся охватить все творчество В.И.Вернадского, тем более укрепляемся в убеждении необходимости переосмысления идейных основ, целей и средств их достижения в научном творчестве. В самом деле, зададимся, казалось бы, простым вопросом, оставаясь в рамках изживающего себя (но еще не изжитого) штампа «минералога Вернадского»: почему описательная минералогия трансформируется в трудах ученого в «историю минералов земной коры» (генетическую минералогию)? Почему геохимия определяется им опять-таки как история химических элементов в земной коре? В трудах другого создателя геохимии, В.М.Гольдшмидта, мы такого толкования геохимии не встретим, как не встретим его и в трудах А.Е.Ферсмана. Почему за «Историей минералов» последовала «История2 природных вод» (1933), а еще раньше написаны «Очерки по истории современного научного мировоззрения» (1902), «Из истории идей», (1912), «Мысли о современном значении истории знаний» (1926)? Почему, наконец, ноосфера у В.И.Вернадского, в отличие от многих его современных адептов, есть «эволюционная стадия развития биосферы» (1938, 1943)?

Эти совсем не простые вопросы подводят к главному: ставил ли В.И.Вернадский определяющую цель в науке, в своем научном творчестве? И если такая цель была, какие пути он видел к ее достижению?

Изучение доступных ныне дневников, писем, некоторых автобиографических материалов ученого позволяет дать однозначный ответ: еще в университете Вернадский совершенно отчетливо определил для себя высокую цель, разработал жизненную программу ее достижения. Она выходит за пределы только науки, становится общественным идеалом человека и ученого, и сама наука выступает одним из средств практического ее осуществления.

«Задача человека заключается в доставлении наивозможно большей пользы окружающим»3 - так определяет свою жизненную позицию молодой Вернадский. (Из дневника. 11 мая 1884 г.).

1 См.: Владимир Вернадский. Жизнеописание. Избранные труды. Воспоминания современников. Суждения потомков / Сост. Г.П.Аксенов. М.: Современник, 1993; Аксенов Г.П. Вернадский. М.: Молодая гвардия, 2001; Вернадский В.И. Pro et Contra. СПб.: Изд-во РХГИ, 2000 и др.

2 Здесь и далее в названиях и цитатах курсив мой.

3 Страницы автобиографии В.И.Вернадского. М.: Наука, 1981. С. 39.

«Ставя целью развитие человечества, - записывает он в дневнике, -мы видим, что оно достигается разными средствами и одно из них - наука. Наука доставляет сама такое обширное удовольствие, она приносит такую большую пользу, что можно было бы, казалось, остаться деятелем одной чистой науки. Это было бы приятнее. Но так оно было бы, если бы можно было заставить себя не вдумываться за пределы узкого круга специальности; тогда теряется мировоззрение, а вместе с ним высшее, осмысленное удовольствие, доставляемое наукой, и остаются отдельные микроскопические радости; чувство долга и стремление к идеалу завладевают человеком, смотрящим на науку обширным взглядом, а не взглядом специалиста, не видящего за пределами своей специальности и мнящего себя ученым»1.

И если рассматривать научное творчество В.И.Вернадского с этих высоких позиций, под углом зрения достижения им сознательно поставленного нравственного и общественного идеала, - а именно так подходил к своему жизненному предназначению сам Вернадский, - то раскрываются некоторые, еще не ясные направления его научной и общественной деятельности, методологии и способа изложения материала.

Наука для В. И.Вернадского была могущественнейшим средством познания окружающей действительности, но он «никогда не жил одной наукой» (Анкета В.И.Вернадского)2. Духовные проявления человеческой личности, чувств, воли и сознания, созданный развитием человечества богатый художественный мир, а также философия и религия, считал В. И. Вернадский, способствуют формированию мировоззрения человека, служат наряду с наукой сильнейшим средством постижения реальности (из дневников 1884-1885 гг., 1922 г.). Поэтому в студенческой «программе жизни», направленной на достижение своего общественного идеала, В.И.Вернадский большое место отводит воспитанию широкой «образованности ума», «знакомству с философией, математикой, музыкой, искусствами», выработке таких черт характера, как «откровенность, самостоятельность, <...>, небоязнь высказывать и защищать свое мнение, доводить до конца свои воззрения» (из дневника 1884 г.).

Мы знаем, что В.И.Вернадский выполнил до конца свою жизненную программу духовного воспитания личности для реализации поставленного в юности нравственного идеала. В переломные моменты истории, которые ему суждено было пережить, его высокий духовный облик и гражданское мужество снискали глубокое уважение современников. Его энциклопедически образованный ум и обширнейшие познания в самых разных областях знания, олицетворяющие в «одном лице всю Академию

1 Страницы автобиографии В.И.Вернадского. М.: Наука, 1981. С. 40.

2 См.: Мочалов И.И. В.И.Вернадский - человек и мыслитель. М.: Наука, 1970.

наук» (Л.С.Берг), служили и служат недосягаемым образцом подлинного ученого.

Однако в специальной научной литературе, минералого-геохи-мической, биологической и биогеохимической, эта сторона личности В.И.Вернадского обыкновенно выносится за скобки, оказывается конкретным специалистам ненужной, отсутствует в работах, посвященных его научному творчеству. По этой причине теряется цельность восприятия мировоззрения величайшего мыслителя современности, пропадает явственно прослеживаемая в его трудах направленность его творчества, утрачиваются важнейшие объединяющие идеи. «Вернадский-минералог», «Вернадский-кристаллограф», «Вернадский-геохимик», «Вернадский-биогеохимик», «Вернадский-геолог», «Вернадский-биолог», «Вернадский -историк науки» - эти и подобные определения, как мы уже отмечали, разрывают неделимое целое на части, как бы предполагают возможность автономного существования, допустим, «Вернадского-минералога» и «Вернадского-историка» или «Вернадского-биолога». В действительности же, исходя из сказанного, такого раздробления личности и самого творчества В.И.Вернадского никогда не происходило и произойти не могло: другие, более высокие цели, как мы теперь знаем, были поставлены в основу жизненной деятельности Вернадского, и те конкретные науки, которые он развивал или создавал заново, были лишь средством к их достижению.

Полной «конкретизации интересов» В.И.Вернадского по отдельным наукам не могло произойти и по другой, методологической причине. Вполне осознанной целью его обучения в университете, как показывают его дневниковые записи, была выработка общего мировоззрения, которое бы стало основой его будущей научной и общественной деятельности. Но выработка мировоззрения - не бессистемный набор знаний, не эклектическое присоединение все новых сведений, почерпнутых из жадно поглощаемых книг и прослушанных лекций. Для мировоззрения нужна опора, тот центральный стержень, вокруг которого свиваются нити приобретаемого нового знания.

Для построения новых областей знания, которые еще предстояло открыть, для свершения грандиозных задач «развития человечества» молодому Вернадскому нужно было выработать новое научное мировоззрение. Основой его явилась глубоко усвоенная в годы обучения и творчески развитая космологическая эволюционная идея - идея целостного развития Природы, Мира, человечества. Она вытекала из традиции «русского космизма», докучаевского генетического почвоведения, эволюционных представлений Дарвина и Уоллеса. Носителями этой идеи были передовые представители русской интеллигенции середины и конца XIX - начала XX вв. Наиболее яркими ее выразителями в университетские годы для В.И.Вернадского стали А.Н.Бекетов, Д.И.Менделеев и В.В.Докучаев.

А.Н.Бекетов (в то время ректор Петербургского университета), по характеристике В.И.Вернадского, «был ботаником, сложившимся еще до выступления Дарвина; при этом его мысль независимо работала в областях, смежных с теми, которые стали господствующими после 1859 г., и к охватившему науку эволюционному учению он отнесся как самостоятельно мысливший в том же направлении исследователь. Он подходил к эволюционному учению до Дарвина и независимо от него и навсегда сумел сохранить к нему критическое отношение человека, самостоятельно обрабатывающего окружающие явления под другим, независимым от вскоре господствующего научного мировоззрения, близким к нему углом зрения. Это чувствовалось и в его беседах, в его статьях и в его лекциях <...> - эти лекции были дороги тем, что они пытались связывать конкретные факты точного знания с цельным и своеобразным философским мировоззрением. <...> Бекетов, несомненно, оставил крупный след в том течении ботанической мысли, которое ярко складывалось в то время в России и которое не только было связано с изучением флоры, но привело к так называемым геоботаническим работам»1.

Критическое отношение В.И.Вернадского к некоторым аспектам теории Дарвина, по-видимому, формировалось еще в студенческий период под влиянием общения с А. Н. Бекетовым и чтения его научных работ. Немаловажное значение имело и то обстоятельство, что с учеником Бекетова А.Н.Красновым Вернадский участвовал в ботанических и геологических экскурсиях, активно обсуждая живые свидетельства эволюционного процесса. На геологической экскурсии в Баварских Альпах (1888) Вернадский знакомится с основателем экологии Э.Геккелем2, которым, по его признанию, «очень в это время увлекался». В эти же годы он сблизился с Г.Дришем и его друзьями «неовиталистами» (не приняв, однако, виталистических представлений Дриша, о чем есть документальные свидетельства - письма к Н.Е.Старицкой и записи в дневниках В.И.Вернадского)3.

Исследование процесса становления эволюционных представлений В.И.Вернадского в научной литературе начато лишь в конце 1980-х гг., впереди еще большая работа. В попытках же философского осмысления ранний период жизни и творчества В.И.Вернадского вообще не рассматривается, а процесс эволюционного развития биосферы «по Вернадскому» нередко трактуется в противоречии с его взглядами.

1 Вернадский В.И. Очерки и речи. Пг.: Научное химико-техническое изд-во, 1922. Вып. 2. С. 104.

2 В России была издана «Всеобщая история миротворения» (1903) Э.Геккеля, представляющая собой популярное изложение его двухтомной «Всеобщей морфологии организмов» (1866), которую исключительно высоко ценил Ч.Дарвин.

3 Позже В.И.Вернадского обвиняли в «витализме» некоторые советские философы (см.., напр.: Новогрудский Д. Геохимия и витализм//Под знаменем марксизма. 1931. № 7/8).

Непродолжительным (1881-1882), но имевшим большое значение для творческого пути В.И.Вернадского было его общение с Д.И.Менделеевым. Слушавшие его лекции современники справедливо связывали «космический размах» и «дух космической реальности», которым пронизаны работы Вернадского, с именем его великого учителя.

«Ярко и красиво, образно и сильно рисовал он перед нами бесконечную область точного знания, его значение в жизни и развитии человечества <...>, подымая нас и возбуждая глубочайшие стремления человеческой личности к знанию и к его активному приложению»1, - писал В.И.Вернадский о захватившем его «новом, чудном мире» на лекциях Д.И.Менделеева.

Но наиболее сильное влияние на формирование личности В.И.Вернадского как естествоиспытателя и мыслителя, как автора будущей «Биосферы» и теории космического единства Жизни оказало его многолетнее творческое содружество с В.В.Докучаевым. Странно, что до сих пор в биологии и почвоведении отсутствует глубокий научный анализ этого важнейшего периода становления научного и общественного мировоззрения Вернадского, развития его эволюционных представлений, утверждения его целостного восприятия Природы. Роль В.И.Вернадского, «своего, старейшего докучаевца» в развитии почвоведения, особенно в вопросах эволюции и биологии почв, их химического и газового состава, ясно сознавали представители старшего поколения почвоведов и биологов (Л.И.Прасолов, А.А.Ярилов, Н.Г.Холодный, В.Л.Комаров, Б.Л.Личков, В.А.Ковда, И.П.Герасимов, К.М.Сытник и др.). Ныне это осознание, к сожалению, почти утрачено.

О колоссальной работе научной мысли и большом трудолюбии молодого Вернадского свидетельствует обнаруженная И.И.Мочаловым в Архиве АН СССР (ныне - Архив РАН) рукопись его доклада на заседании Научно-литературного общества в декабре 1884 г., после проведенных докучаевских экспедиций. Он назывался «Об осадочных перепонках». Из доклада отчетливо видно, отмечает И.И.Мочалов, что в свои неполные 22 года В.И.Вернадский уже глубоко обдумывает ряд фундаментальных проблем биологии - о сущности жизни, соотношении живой и неживой природы, о свойственных живому веществу особенностях и закономерностях с планетарной и космологической точек зрения. Все это впоследствии найдет более детальную научную проработку в его учении о биосфере. Но именно тогда, в 1884 г., на заре вступления в большую науку, В.И.Вернадский впервые самостоятельно высказал идею о существовании особой геологической оболочки, в которой сосредоточена вся живая материя (живое вещество) Земли, - идею биосферы.

Особенно примечателен тот факт, что в рассматриваемой работе молодой ученый впервые сознательно применяет усвоенную им эволюционную идею для характеристики материи биосферы, находящейся «в вечном непрерывном законном движении, где происходит бесконечное разрушение и созидание, где нет покоя.»1. Здесь ощущается генетическая связь с трудами В.В.Докучаева, но несомненно и другое: Вернадский сквозь еще туманные контуры биосферы заглядывает в глубины мироздания, предвосхищает те области знания, которые ему суждено будет открыть после Докучаева, и одно из них, ближайшее, - фундаментальное учение о планетарной роли живого вещества, об эволюции видов в связи с космической организованностью биосферы.

Чтобы понять, что было «до биосферы», до научного определения планетарной оболочки, когда в умах натуралистов царила, казалось бы, единая Природа, но разделенная на тысячи отдельных живых существ, горных пород, минералов, газов и природных вод, чтобы отыскать неог-раненные алмазы грядущей гениальной мысли, лежащие в истоках учения В.И.Вернадского, нужно так же, как это сделал сам В.И.Вернадский, вернуться к личности и трудам В.В.Докучаева, его «незабвенного <...> учителя и друга». До открытия биосферы произошло открытие почвы. Учение В.И.Вернадского о биосфере всеми корнями, всей своей сутью, как мы отмечали, связано с учением В.В.Докучаева о почве. Об этом забывают и у нас, в России, на родине В.В.Докучаева, и вовсе не знают за рубежом.

Еще в студенческие годы молодой Вернадский участвовал в почвенных экспедициях Докучаева. Первые опубликованные его работы посвящены вопросам засоления почв, роли животных в плодородии почвы (1882-1892). Вместе с другими первыми слушателями и горячими энтузиастами докучаевского курса почвоведения (среди них будущие академики К.Д.Глинка и Ф.Ю.Левинсон-Лессинг, профессора Н.М.Сибирцев, А.Н.Краснов и др.) В.И.Вернадский как участник комплексных почвен-но-географических экспедиций был соучастником открытия почвы.

Для будущего естествоиспытателя и мыслителя очень важно было увидеть почву в поле, в натуре, так, как ее увидел Докучаев, открыть глаза на «генетическую, вековечную связь явлений», которые казались ранее несвязанными, случайными. Вместе со своим учителем в полевых экспедициях молодой ученый учился видеть и воспринимать почву, -а в этом сама суть великого открытия В.В.Докучаева - как самостоятельное естественноисторическое тело природы, как единство приповерхностных природных процессов, связывающих в одно целое горные породы, рыхлые отложения, циркулирующие в них воды, произрастающие на них растения и гумусированные их остатки (плодородный перегной).

1 Цит. по: Мочалов И.И. Владимир Иванович Вернадский. С. 63.

Вернадский, как и его учитель, постигал сложную структуру почвы с ее органогенными и органоминеральными горизонтами, ее изменчивость в пространстве, зависимость от положения в рельефе, наблюдал активную преобразующую деятельность живых организмов в почвообразовании.

Из случайного, «необязательного» наноса на земной поверхности под пером автора классического «Русского чернозема» и в его горячем живом слове почва, казалось, обретала новую, неведомую раньше жизнь, становилась неотъемлемым и неуничтожимым произведением грандиозного по своим масштабам общеземного процесса. Может быть, уже тогда В.И.Вернадский предчувствовал космические масштабы почвообразования, неразрывность его как составной части с еще большим по значению планетарным процессом формирования и развития биосферы.

На протяжении всей своей жизни, с разными по длительности перерывами, В.И.Вернадский вновь и вновь возвращался к проблемам почвообразования, газового, химического и элементного (атомного) состава почв, их эволюции и роли в биосферном процессе. Ученый на новом биогеохимическом уровне развивал идеи своего учителя, высказывая мысли и ставя проблемы, намного опережавшие время.

И еще один глубокий жизненный урок вынес В.И.Вернадский от сопричастности к докучаевскому открытию почвы. Для В.В.Докучаева изучение почвы, ее плодородия, особенно русского чернозема, познание законов его генезиса и развития никогда не были самоцелью. Для него почва и человек нераздельны; в улучшении свойств почв и окружающей человека природы, в облегчении тяжелой участи крестьянина-земледельца и борьбе с голодом он видел возможность служения ученого своему народу. Открыть почву для В.В.Докучаева значило открыть и новые возможности для ее освоения, поставить научные знания на нужды практического земледелия России. Через всю свою жизнь, через все свое научное творчество, государственную и общественную деятельность бережно пронес В.И.Вернадский заветы своего учителя, своего «поколения земских врачей». Пронес и воплотил в контурах ноосферной концепции.

Догадывался ли В.В.Докучаев о великом будущем своего ученика и помощника в борьбе за утверждение русского генетического почвоведения? Переписка между ними, дневниковые записи и опубликованные работы В.И.Вернадского говорят об их глубоком взаимном уважении.

Работы молодого В.И.Вернадского в области почвоведения в докуча-евский период его творчества еще требуют глубокого изучения. Именно в это время сформировалось его мировоззрение как естествоиспытателя. Можно без преувеличения сказать, что все или большая часть крупных открытий В.И.Вернадского имеют истоки в начальном, докучаевском периоде, связаны с благотворным влиянием личности учителя и разработанного им нового научного метода познания - «ядра истинной

натурфилософии». И хотя к законченным формулировкам своего метода целостного изучения природы В.В.Докучаев пришел в последние годы жизни (1898-1899), работавшие с ним бок о бок ученики и соратники в борьбе за «новейшее почвоведение, понимаемое в нашем, русском смысле слова»1, не могли не знать содержания докучаевского «ядра» как изучения «соотношений генетической, вековечной и всегда закономерной связи, какая существует между силами, телами и явлениями, между мертвой и живой природой, между растительными, животными и минеральными царствами, с одной стороны, человеком, его бытом и даже духовным миром - с другой»2.

В этом замечательно точном определении сущности генетического почвоведения заключены и программа будущих биосферных и биогеохимических устремлений Вернадского, и начала его ноосферной концепции.

И все же В.И.Вернадский не стал почвоведом. Создаваемое В.В.Докучаевым молодое генетическое почвоведение, как и все естествознание того времени, особенно биология и эволюционное учение, нуждались в точном знании, в создании фундаментальной экспериментальной основы изучения природных явлений. Потребность в экспериментальной основе естественно-исторических областей науки, в переводе ее на язык математических соотношений явно ощущалась и В.И.Вернадским, входила в его «программу целей». Отсюда его поддержанное В.В.Докучаевым стремление к точному знанию, увлечение кристаллографией как наукой, изучающей строение материи, его глубокий интерес к проблеме симметрии и пространству-времени как неделимой сущности материи - еще одна руководящая идея всего его творчества, высказанная в его ныне знаменитой дневниковой записи от 11 января 1885 г., за 20 лет до построений Эйнштейна3.

Может быть, уже тогда В.В.Докучаев интуитивно провидел в своем ученике гениального ученого и мыслителя. Изучение их переписки, особенно последних лет жизни Докучаева, дает такому предположению определенные основания. Известно точно, что последнее письмо, свое духовное послание: «.простите и прощайте, дорогой, святой Владимир Иванович»4 - Василий Васильевич направил Владимиру Ивановичу.

1 Докучаев В.В. Учение о зонах природы и классификации почв // Докучаев В.В. Сочинения. Т. 6. М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1951. С. 417.

2 Там же. С. 399.

3 Страницы автобиографии В.И.Вернадского. С. 48-49.

4 Докучаев В.В. и Вернадский В.И. (Переписка) //Научное наследство. Т. 2. М.: Изд-во АН СССР, 1951. С. 745-858.

Биогеохимические основы эволюционного процесса

Только с 1916 г., спустя почти 25 лет после последних работ до-кучаевского периода, неожиданно даже для некоторых учеников В.И.Вернадского (А.Е.Ферсман, К.А.Ненадкевич, Е.Д.Ревуцкая, С.П.Попов, С.М.Курбатов и др.) начинается решительное исследование им проблем биогеохимии, учения о живом веществе и биосфере. Введение в научный оборот в последние 10-15 лет большого пласта архивных материалов позволило исследователям творческого наследия ученого увидеть в «минералогический период» его творчества (1890-1916) другого Вернадского, не только минералога, более полно раскрыть движущие мотивы его творчества. В соответствии с излагаемой здесь точкой зрения, основанной на изучении упомянутого пласта архивных документов и позднейших исследований, можно утверждать следующее.

Во-первых, едва ли бы мы знали В.И.Вернадского как реформатора старой и создателя новой, генетической и динамической, минералогии, если бы не было школы А.Н.Бекетова, Д.И.Менделеева, В.В.Докучаева и предшествующего «минералогическому» докучаевского почвенного периода, когда происходило формирование эволюционного мышления и мировоззрения В.И.Вернадского. С большой силой и красотой проявилась вошедшая в «кровь и плоть» В.И.Вернадского эволюционная идея в построениях «истории минералов» и «истории химических элементов» - генетической минералогии и геохимии.

Во-вторых, в течение всего долгого, так называемого минералогического или минералого-геохимического периода творчества В.И.Вернадского никогда не прерывалась его огромная по масштабу и объему перерабатываемого материала умственная работа над коренными биологическими проблемами. Последовавший в 1916 г. «взрыв научного творчества» - закономерный итог этой колоссальной мыслительной деятельности, длившейся более четверти века и уходящей корнями еще в детские и юношеские годы Вернадского, а затем в университетские дни, в содружество с В.В. Докучаевым. В опубликованной в «Журнале общей биологии» статье близкого друга Владимира Ивановича, крупного естествоиспытателя Б.Л.Личкова «В.И.Вернадский как биолог» (1945) тонко подмечена непрерывность постоянной работы мысли Вернадского над биологическими проблемами. «Вернадский как биолог» у Личкова глубже и вернее только «Вернадского-минералога» или «Вернадского-кристаллографа».

И наконец последнее. Выработанные В.И.Вернадским этические и общественные идеалы, которым он следовал в жизни и в труде, не позволяли ему полностью уйти в какую-либо конкретную научную дисциплину. Сформировавшееся ранее эволюционное мышление

В.И.Вернадского как опора его естественнонаучного мировоззрения не только не утратилось в пору его интенсивных занятий минералогией, кристаллографией и геохимией, но, напротив, еще больше укрепилось. Объектом приложения эволюционной идеи послужила история развития человеческой мысли в истории развития человечества. Конкретным предметом исследования стала эволюция научной мысли.

Особенности творческого процесса В.И.Вернадского находят отражение в его трудах, письмах, автобиографических материалах. Если подсчитать общее количество опубликованных В.И.Вернадским работ в период 1890-1916 гг. и сопоставить их с собственно минералогическими, то получится любопытная картина: из 265 работ только половина составляет работы по минералогии и геохимии, 132 работы весьма далеки от минералогии. Это преимущественно труды по истории науки и научного мировоззрения, выступления и речи в Государственном Совете, статьи в общественной периодической прессе, заметки о почве, газах, природных ресурсах России. Письма и дневники этого периода насыщены размышлениями об усилении сознания в развитии Земли и его направленности в эволюции человеческого общества, о соотношении философского, художественного и научного постижения Мира, о свободе личности и человеческой мысли. Поразительные по глубине и мощи умственного кругозора, они требуют особого, неторопливого рассмотрения.

И вот что замечательно: здесь мы сталкиваемся с практически еще неизвестным в литературе подходом В.И.Вернадского к теории эволюционного процесса. Он основан на второй, художественной компоненте познания, входящей в творческое кредо Вернадского. Ученый приходит к важному итоговому выводу, содержащемуся в ряде писем к Наталье Егоровне Вернадской: «.иногда передо мной необычайно ярко и сильно проходит какое-то сознание единства и неподвижности <...> исторического процесса. В этом смысле мне всегда много дает комедия, т.к. это -вместе с сказкой - единственная форма, которая даст тебе понятие о духовной жизни человечества при самых разнообразных исторических условиях, в разных климатах и местах за последние 2000-2500 лет. И она дает чувство единства и чувство того, что исторический „прогресс" в значительной степени иллюзия, то есть что-то более общее, глубокое, которое не порождается, а постоянно всюду проходит во всем разнообразии кажущихся явлений.» (Из письма к Н.Е.Вернадской 20 апреля 1896 г.)1.

И в следующем письме:

«Все менее и менее становится для меня понятным процесс эволюции - исторический процесс в широком смысле. Иногда он мне начинает казаться известным перенесением на окружающее антропоморфи-

ческих представлений - детства, мужества, старости человека, и то же самое представление сказывается в подведении великого Хаоса в мировую систему Канта - Лапласа, в теорию эволюции Дарвина, в понятие исторического прогресса и т.д. А между тем, если есть что-нибудь абсолютное, вечное, оно тем самым исключает понятие процесса» (Из письма к Н.Е.Вернадской 21 апреля 1896 г.)1.

Важный методологический вывод, который содержится в приведенных отрывках, заключается в формулировании В.И.Вернадским общего представления о существовании неизменного устойчивого компонента в эволюционном процессе. Один из коренных вопросов теории эволюции - о соотношении устойчивости и изменчивости - глубоко волновал Вернадского, он размышлял над ним в общей сложности около 30 лет, многократно возвращался к нему в письмах и дневниках. Строго научное решение проблемы пришло позже, в общем учении о биосфере и ее организованности.

Таким же долгим, по существу непрерывным, без длительных остановок, был процесс обдумывания понятийного аппарата будущей биогеохимии. С биогеохимическими проблемами, как отмечал В.И.Вернадский в «Биогеохимических очерках» (1940), он столкнулся в 1891 г. при чтении курса минералогии в Московском университете. Соприкасался он с ними и раньше, работая с Докучаевым. И было бы неверным, а по отношению к творческому методу В.И.Вернадского и просто нелепым представлять дело так, что будто до 1916 г. основной круг его интересов составляли минералогия и проблемы геохимии неживой природы и только на склоне лет он начал заниматься живым веществом. К сожалению, подобная трактовка, как известно, была свойственна А.Е.Ферсману и ряду других сотрудников В.И.Вернадского, минералогов и геохимиков, не сразу понявших и принявших биогеохимическую концепцию биосферы.

Столь долгому периоду скрытой от посторонних внутренней работы Вернадского над основными понятиями биогеохимии были объективные причины. Практически до работ Вернадского 1918-1922 гг. отсутствовала экспериментальная база биогеохимических исследований. К биогеохимии нельзя было приступать, не выяснив основных геохимических закономерностей распространенности химических элементов в земной коре, их парагенезиса, то есть совместного нахождения в природных телах, их рассеяния и концентрации и др. Все эти вопросы геохимии были решены В.И.Вернадским только к 1909-1915 гг. Чтобы «примерить» их к живой материи, необходимо было найти, с одной стороны, доступный точному измерению эквивалент неопределенного философского понятия Жизни, а с другой - определить среду и сферу развития Жизни,

источники энергии живого, условия появления (или зарождения) Жизни на Земле, связь ее с Космосом, взаимосвязь ее с неживой (косной) материей, определить степень устойчивости-изменчивости (эволюционного развития) видов, их прерывность-непрерывность в геологическом прошлом, их способность захвата различных территорий с резко неоднородными экологическими условиями. Возникало множество и других вопросов, связанных с отсутствием как экспериментального изучения химии живых организмов, так и теоретически разработанных концепций. Примечательно, что мыслительная работа Вернадского над указанными биогеохимическими проблемами происходила одновременно с экспериментальной минералого-геохимической.

Одним из первых фундаментальных биогеохимических понятий стало понятие о среде жизни как об особой планетарной оболочке - будущей биосфере, где сосредоточены живые организмы, связанные с солнечной энергией. Истоки этого понятия, как мы отмечали, уходят к началу до-кучаевского периода формирования мировоззрения Вернадского. О том, что и в последующие годы интенсивная умственная работа в этом направлении не прекращалась, свидетельствуют признания В.И.Вернадского в письмах к жене: «Я много думаю о статье или речи весьма общего содержания: хочется мне обнять весь процесс образования минералов (химической жизни Земли) и представить его как следствие поглощения энергии Солнца. То есть не только солнечной энергией поддерживается жизнь организмов, но все изменения - химические, идущие на земном шаре, и сосредоточиваются как в очень небольшом слое - наружном. Я сведу массу земных процессов к немногим» (Из письма к Н.Е.Вернадской 26 мая 1893 г.)1.

И снова через год мы словно наяву слышим биение ищущей мысли Вернадского: «.мне кажется, я подмечаю законы. Чувствую потуги мысли охватить сразу картинно Землю как планету. Как это трудно! Но мне кажется, с каждым разом яснее и яснее становится картина, и мне иногда блестит перед умственным взором общая схема химической жизни Земли, производимой энергией Солнца.» (Из письма 28/16 августа 1894 г.)2.

Именно здесь, в этих письмах, мне кажется, достигается синтез интуитивного прозрения молодого В.И.Вернадского студенческих лет (доклады 1884-1885 гг.) и сложившегося ученого о планетарном «наружном слое Земли» - биосфере, где солнечная энергия питает жизнь всей совокупности организмов (будущего «живого вещества») и способствует протеканию всех химических процессов. Не случайно, что уже в рабо-

1 Страницы автобиографии В.И.Вернадского. С. 22.

2 Там же. С. 150-151.

тах начала века Вернадский активно включает в орбиту геохимических представлений живое вещество, человека и человечество. Понятие «геохимическая деятельность человечества» стало программной задачей исследований не только самого ученого, но и его учеников, всей школы последователей и приверженцев новых идей.

Наиболее трудным для восприятия и в то же время основным во всех биогеохимических построениях В.И.Вернадского служит понятие живого вещества. Десятки лет потребовались ученому, чтобы ввести в научно точной формулировке «живое вещество» в концепцию биосферы. Полагаем, что близкое по смыслу понятие совокупности животных организмов было предугадано Вернадским уже в 1884 г. в докладе «Об осадочных перепонках». В 1908 г. В.И.Вернадский писал своему ученику Я.В.Самойлову, будущему основателю палеобиохимии и палеофизиологии как ветвей биогеохимии:

«Много последнее время обдумываю в связи с вопросом о количестве живого вещества <...>. Читаю по биологическим наукам. Масса для меня любопытного. Получаемые выводы заставляют меня задумываться. Между прочим выясняется, что количество живого вещества в земной коре есть величина неизменная. Тогда жизнь есть такая же вечная часть космоса, как энергия и материя ? В сущности, ведь все рассуждения о приносе „зародышей" на землю с других небесных тел в основе своей имеют то же предположение о вечности жизни?»1

Здесь мы впервые соприкасаемся с вопросами, которые Вернадский затем ввел в круг разрабатываемой им биогеохимической концепции эволюции.

Летом 1916 г. на хуторе Бутова Кобыла близ Шишаков на Полтавщине В.И.Вернадский с увлечением начал набрасывать контуры биосферной концепции, разрабатывать основные понятия биогеохимии. Исходными среди них были понятия живого вещества - совокупности всех живых организмов, неразрывно связанных с биосферой как ее функция и часть ее структуры, и биосферы, которая определялась как особая земная оболочка, резко отличная от других оболочек земной коры и связанная с Космосом потоками вещества и энергии. В первых же биогеохимических записках 1916 г. Вернадский четко обозначил целостную систему биогеохимических понятий, подлежащих изучению и разработке: живое вещество - биосфера как оболочка планеты - космическое окружение биосферы.

В ноябре 1917 г. в связи с состоянием здоровья В.И.Вернадского и для работы над проблемами живого вещества Академия наук командирует его на юг. Он поселяется сначала в Полтаве и в обстановке гражданской войны, оказавшись вскоре отрезанным от научных центров России,

ведет огромную научную и организационную работу в научных центрах Украины - Киеве, Харькове, Симферополе. Этот период его творчества, приведший к созданию учения о биосфере и биогеохимии, подробно освещен в монографии К.М.Сытника, С.М.Стойко, Е.М.Апа-нович «В.И.Вернадский. Жизнь и деятельность на Украине» (1984) и в ряде других публикаций. Научному анализу этого периода с современных позиций автор посвятил ряд отдельных исследований (1988, 2001, 2003 гг. и др.). Здесь мы ограничимся лишь изложением разработанных Вернадским главнейших биогеохимическнх аспектов эволюционного учения с позиций принципа космического единства Жизни и среды -биосферы.

Высоко оценивая книгу Ч.Дарвина «Происхождение видов», воззрения Уоллеса и значение эволюционного учения в современной картине мира, В.И.Вернадский указывает на коренное отличие между биогеохимическим и морфологическим дарвиновским пониманием эволюционного процесса: «.в основе всей концепции Дарвина лежит идея о борьбе за существование внутри живого вещества, населяющего нашу планету, но как бы являющегося в ней чуждым и независимым планете явлением. Это основное воззрение сейчас можно считать не отвечающим реальности.»1.

В глубоком научном анализе эволюционного учения Дарвина, который предпринимался В.И.Вернадским около 30 лет, отражена характерная особенность его творческого мышления, свойственная, как считает Г.А.Заварзин2, и другим крупным естествоиспытателям, в частности С.Н.Виноградскому. Вернадский в своем биогеохимическом исследовании эволюционного процесса не следует за Дарвином, а идет своим путем, открывая новые фундаментальные закономерности проявления эволюции живого вещества в биосфере и биосферы в Космосе.

Он следующим образом формулирует одно из центральных положений разработанного им биогеохимического подхода: «Другое явление (вместо дарвиновской борьбы за существование. - А.Н.) лежит в основе биогеохимии, которое не может не учитываться биологами и должно отражаться в эволюционном процессе. Это существование геологически вечной биосферы как геологической оболочки, в пределах которой идет эволюционный процесс. Этот эволюционный процесс не меняет биогеохимические функции живого вещества, которые захватывают все без исключения химические элементы <...>. Говоря об эволюции видов, нель-

1 Вернадский В.И. Химическое строение биосферы Земли и ее окружения (1944). М.: Наука, 1965. С. 289.

2 Заварзин Г.А. Сергей Николаевич Виноградский (к 100-летию открытия хемосинтеза)// Природа. 1986. № 2. С. 74-85.

зя упускать и оставлять в стороне эту планетную функцию живого вещества, не нарушаемую эволюцией»1.

Биогеохимические функции, подчеркивает В.И.Вернадский, охватываются бесчисленными неделимыми химическими элементами и огромным числом видов живого вещества. Невозможно себе представить и кажется фантастическим допущение, отмечает В.И.Вернадский, что когда-либо существовал один вид или немногие виды организмов, которые могли бы охватить все биогеохимические функции живого вещества, геологически вечные, создающие тропосферу, явления выветривания, те же самые породы, существующие по крайней мере с археозоя или протерозоя, то есть больше двух миллиардов лет, которые создаются миллионами видов. Он считает, что фантастична и противоречит реальности возможность существования единого морфологически однородного предка для растений и животных, а также немногих однородных предков нынешних организмов или ограничение его немногими ветвями того «древа жизни», о котором писал Дарвин и которое после Геккеля захватило биологическую и геологическую мысль.

Биолог не должен забывать, неоднократно подчеркивал В.И.Вернадский, что живое вещество - прежде всего планетное явление, и оно не может быть оторвано от биосферы, геологической функцией которой является. Критически рассматривая эволюционные представления А.Н. Северцова и его школы, в частности его монофилетическую точку зрения, В.И.Вернадский указывает на недостаточность доказательств моно-филетического происхождения и дивергентной эволюции, основанных только на рассмотрении морфологических, анатомических и палеонтологических данных. Необходимо привлекать и широкий спектр геологических, геофизических и географических данных: они выявляют критические периоды в состоянии биосферы (ледниковые, вулканические, тектонические), которым всегда в истории планеты соответствовали крупные изменения состава живого вещества. Такое совпадение эволюции жизни с изменением состояния биосферы в критические периоды ее развития (точки бифуркации, по Н.Н.Моисееву2) В.И.Вернадский считает не случайным: жизнь неотделима от биосферы, а живое вещество - ее функция. Поэтому представление о едином или о немногих предках противоречит тому, что мы знаем о геологическом значении живого вещества.

Новое освещение находит в работах В.И.Вернадского понятие борьбы за существование. Он замечает, что выдвинутая на первое место борьба за существование вошла в научное представление о видообразовании в большем масштабе, чем это выразил Дарвин в «Происхождении видов».

1 Вернадский В.И. Химическое строение биосферы Земли и ее окружения (1944). С. 290.

2 См.: МоисеевН.Н. Алгоритмы развития. М.: Наука, 1987.

«Единство живого вещества, - отмечает В.И.Вернадский, - и теснейшая жизненная связь всего живого, результатом которой является борьба за существование, есть эмпирическое обобщение.

Но такими же эмпирическими обобщениями, как борьба за существование, должны быть учтены два других больших биологических явления, тоже эмпирические обобщения, тесно связанные со структурой живого вещества и которые все одновременно действуют и одновременно проявляются»1.

Эти явления - «принцип солидарности» К.Ф.Кесслера, «принцип взаимопомощи» П.А.Кропоткина и экологический принцип «цепей жизни» (трофических цепей), играющий большую роль в биогенной миграции атомов.

Признавая реальность борьбы за существование, В.И.Вернадский видел в ней, как в частном явлении, выражение закрепленных в эволюции более общих, фундаментальных свойств живого вещества, определяемых его энергетикой: «Биогеохимическая энергия роста и размножения живого вещества есть основное свойство всего живого вещества, для каждого вида организмов свое характерное и меняющееся в тех же пределах, в которых меняются вообще все видовые признаки. Это есть энергия активная, действенная, меняющая окружающую организм среду и проявляющая давление, напор в окружающей среде, если можно и нужно, разрушающая препятствия. Ее выражением является борьба за существование.. ,»2.

По выражению Н.В.Тимофеева-Ресовского, В.И.Вернадский «писал мыслями» так порой уверенно, предельно лаконично, словно заглядывая в будущее и сверяясь с ним, высказывая положения, далекие от общепринятых, большей частью им противоречащие. Чтобы понять прозорливую уверенность ученого, мы должны соотнести свои оценки с постижением того духовного наследия, которое В.И.Вернадский внес в мировую культуру, с пониманием той великой цели, что составляла основу его научного искания Истины. Творчество Вернадского было устремлено к наукам о Жизни и Человеке, к фундаментальным биологическим и космическим проблемам. И нигде он не удостоился стольких ярлыков, не претерпел такого непонимания, не получил стольких обвинений в «идеализме и витализме» и других -измах, как в отношении к тем своим работам, где раскрываются сложнейшие биологические проблемы пространства-времени живой природы, диссимметрии, планетарной роли живого вещества и его связи с Космосом, биогеохимической энергии и эволюции биосферы, создания новой организованности ноосферы.

1 Вернадский В.И. Химическое строение биосферы Земли и ее окружения (1944). С. 288.

2 Там же. С. 287.

Рассмотрим путь становления только одного из биогеохимических понятий - понятия биогеохимической энергии, одного из важнейших, стоящих в фундаменте эволюционных представлений В.И.Вернадского и в свое время служащего объектом философской критики. К понятию биогеохимической энергии - энергии роста и размножения совокупности всех организмов (живого вещества) - Вернадский подошел еще в студенческий период, общаясь с В.В. Докучаевым. Потребовалось более 20 лет, чтобы сделать решающий шаг - перейти от энергии физиологических процессов отдельного организма к энергии взаимодействия живого и неживого вещества; сопоставить затем как будто бы найденную энергию жизни с вихревыми движениями Кювье и с сожалением отказаться от «вихрей» как не отвечающих представлению о совокупности организмов и относящихся к отдельному организму; установить понятие «биогенной миграции атомов» и порождающее эту миграцию понятие «геохимической энергии»; перейти далее к рассмотрению природы этой энергии и вывести три «процесса жизни», которые вызывают биогенную миграцию земных атомов: 1) метаболизм живого организма (дыхание, питание, выделения, отбросы); 2) рост организмов; 3) размножение, увеличение числа организмов; дать основные математические соотношения и формулы для скорости размножения организмов, темпа размножения, максимально возможной массы живого вещества и др.

Изящное, математически строгое исследование и, казалось бы, законченное. Но для В.И.Вернадского это только начало следующей большой экспериментальной работы по определению биогеохимических постоянных диких и культурных растений с целью выявления возможности получать максимально высокие урожаи с единицы площади. Тщательно спланированы вместе с профессором А.Н.Лебедянцевым посевы на Шатиловской опытной сельскохозяйственной станции (1927). Получен первый теоретически и практически важный результат: геохимическая энергия лучших селекционных сортов меньше той же энергии обычных культурных рас. В.И.Вернадский считает: чтобы сохранить эти лучшие сорта, потребуются «затраты лишнего труда и мысли человека <...>. Та новая природа, которой гений человека заменяет природу, создавшуюся вне его участия, вне направляемой им энергии, связана с меньшей, а не с большей биогенной миграцией» 1. Таков путь длиной в полвека от замысла до практического воплощения одной из фундаментальных биогеохимических идей В.И.Вернадского.

На этом примере, лишь одном из множества, хотелось обратить внимание читателей на факт принципиально важного, методологического

1 Вернадский В.И. Биогеохимические очерки (1922-1932). М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1940. С. 168.

значения. При легкомысленной характеристике, а еще хуже - непрофессиональной оценке некоторых фундаментальных работ В.И.Вернадского, особенно по проблемам эволюции биосферы, биогеохимии, ноосферы, обычно не рассматривается огромный экспериментальный материал, подводящий прочную фактологическую базу его теоретическим выводам и положениям. Нередко научные концепции ученого объявляются «философскими», отрываются от научного фундамента и тем дискредитируются. Такое наблюдается в настоящее время с концепцией ноосферы: во многих, если не в большинстве работ она оказывается отделенной от общего учения о биосфере, опирающегося на прочную фактологическую базу.

Не останавливаясь на других основополагающих эволюционных представлениях В.И.Вернадского: об условиях появления и развития жизни на Земле, начале жизни и эволюции видов, проблеме биологического времени и диссимметрии, проблеме эволюции биосферы, автотрофности человечества и др., нам бы хотелось отметить глубину и оригинальность подхода ученого к самой идее эволюции: проблема развития Жизни поставлена В.И.Вернадским принципиально по-новому. Наиболее ярко это выразилось в его учении о биосфере как космоземной Природе.

Космологический принцип единства Жизни и Природы

В долгом искании путей построения научной картины Мира В.И.Вернадский проходил определенные этапы познания окружающего. Они не были последовательными, законченными, они пересекались, накладывались один на другой; к одним и тем же идеям ученый возвращался по многу раз, нередко на протяжении всей своей долгой жизни. К этапным представлениям Вернадского, послужившим мировоззренческими рубежами в создании общего учения о биосфере и ноосферной концепции, относятся идеи: о единстве Жизни, человека и Вселенной; о живом веществе - совокупности всех живых организмов; о биосфере, земной Природе как планетарной оболочке Земли, неразрывно связанной с Космосом; о роли сознания в развитии Земли как планеты; о геохимической деятельности человечества.

Объединяющим методологическим ядром мировоззренческих представлений В.И.Вернадского служит эволюционный космологичесий принцип единства Жизни и Природы. Он проходит сквозной нитью через все научное творчество Вернадского, связывая вместе кажущиеся иногда далекими конкретные результаты изучения отдельных организмов и проблемы взаимодействия Космоса и биосферы. Не всегда и не везде этот принцип проявляется в чистом виде; иногда он как бы остается в тени, за пределами написанного. Но изучение созданного В.И.Вернадским массива научных работ, его эпистолярного и публицистического творчества,

дневниковых записей приводит нас к выводу о том, что научно обоснованный и глубоко личностно усвоенный ученым принцип Единства составляет методологическую сущность всего его творчества, можно сказать, всего его земного бытия (работы Назарова, 1989, 1992, 2000, 2001, 2002, 2003 и др.).

Первой по времени мировоззренческой идеей Вернадского, вошедшей в фундамент будущей ноосферной концепции, является идея о единстве человека со всем человечеством, с Землей, с Космосом. Здесь сразу же появляется соблазн отнести Вернадского к представителям так называемого «русского космизма», связать генезис его идей со взглядами Вл.С.Соловьева, Н.Ф.Федорова, П.А.Флоренского, Н.А.Бердяева и других «русских космистов». Именно так и делают многие исследователи, включая В.И.Вернадского в плеяду славных имен «русского космизма» (см., например, работы академика Н.Н.Моисеева, С.Г.Семеновой, Ф.Т.Яншиной и многих других).

Но изучение документальных материалов, прежде всего писем и дневников ученого, заставляет нас отказаться от такого соблазна: нигде - ни в научных работах, ни в дневниках, ни в письмах Вернадского нет даже намека и упоминания о какой-либо его связи с движением «русского космизма», о том, что ученый сочувственно разделял идеи даже самых крупных носителей этого направления, таких как религиозные философы Вл.С.Соловьев или Н.Ф.Федоров. Исключение составляет П.А.Флоренский, но благожелательное отношение Вернадского к его книге «Столп и утверждение Истины», известное нам по Крымскому дневнику ученого, никак не связано с космизмом.

Причины появления у Вернадского «чувства космической вселенско-сти» глубоко личные, и корни его уходят к годам его детства, к условиям семейного воспитания на Украине; большей частью они освещены исследователями творчества ученого и им самим в письмах к своей невесте Наталье Егоровне Старицкой от июня-июля 1886 г. Раннее чтение географических книг - о природе, путешествиях, о явлениях земного шара, поглощение с жадностью книг исторических из семейной библиотеки, постоянные разговоры с отцом, старшим братом и особенно с двоюродным дядей Е.М.Короленко, который «на звездном мире старался мне сделать понятным единство, кое существует, которому он верил» 1, формировали у юного Вернадского ощущение единства мира, своей личной включенности в исторический процесс жизни человечества. «По характеру своему я довольно трудно поддаюсь каким-нибудь захватывающим всего чувствам или идеям, - пишет Владимир Иванович своей невесте, - но если раз они овладели мною, то нужно много бороться, чтобы они меня оставили»2.

1 Страницы автобиографии В.И.Вернадского. С. 26.

2 Там же. С. 29.

Идея космологического единства мира не только не оставила Вернадского, но, как уже упоминалось, еще более укрепилась во время учебы в Петербургском университете, в частности под влиянием лекций Д.И.Менделеева и В.В.Докучаева и в начале самостоятельной работы над магистерской диссертацией. Вдумываясь в достижения древних ученых, В.И.Вернадский в письме к невесте от 3 июля 1886 г. ясно формулирует суть идеи единства: «Всюду, всюду непрерывная цель, всюду, всюду живешь в разных эпохах, в разных обстоятельствах, в разных странах, и такая тесная, такая глубокая является связь со всем человечеством, со всем земным шаром, а следовательно, и дальше, со всей вселенной.»1.

Следовательно, космизм Вернадского не заимствован извне, из модных философских течений, включая и течение «русского космизма», нуждающегося, с нашей точки зрения, в более критическом историко-научном анализе. Интересно отметить, что выдающийся исследователь и самый тонкий знаток творчества Вернадского, академик РАЕН, профессор И.И.Мочалов, впервые выделивший антропокосмизм как основу всего научного творчества ученого, в своей замечательно емкой первой книге о Вернадском «В.И.Вернадский - человек и мыслитель» (1970), написанной в 60-е годы почти исключительно на основе архивных материалов, не указывает на связь антропокосмизма В. И. Вернадского с «русским космизмом». То же самое можно сказать и об изданной позже И.И. Мочаловым известной научной биографии В.И. Вернадского «Владимир Иванович Вернадский» (1982). В то же время И.И.Мочалов, приводя слова Н.А.Рубакина, учившегося с Вернадским в университете, справедливо отмечает влияние на формирование молодого ученого таких личностей, как Д.И.Менделеев и В.В.Докучаев, с их поистине «синтетическим и космическим захватом настоящего научного знания»2. В этом смысле нельзя, конечно, отрицать возможное влияние на молодого Вернадского общего умонастроения творческой российской интеллигенции, разделявшей идеи русских космистов. Но не следует забывать, что семена знаний, посеянные учителями В.И.Вернадского, пали на уже подготовленную почву, поэтому и всходы их дали невиданные в истории науки ростки нового знания. Отметим здесь, что ядро антропокосмизма -проявление человечества как единого целого - В.И.Вернадский в работе «Научная мысль как планетное явление» назвал неизбежной предпосылкой создания ноосферы, реальностью его времени.

Завершая краткое рассмотрение идеи единства человечества и Космоса - антропокосмизма Вернадского, отметим принципиальную методологическую несводимость разработанного ученым космологиче-

1 Страницы автобиографии В.И.Вернадского. С. 60.

2 Мочалов И.И. В.И.Вернадский - человек и мыслитель. С. 105.

ского принципа единства Живого и Мироздания к религиозным по существу основаниям «принципа всеединства человечества» Вл.Соловьева и других русских космистов. Новейшие исследования в сравнительной характеристике сущностей обоих принципов свидетельствуют о значительном расхождении позиций В.И.Вернадского и Вл.С.Соловьева1.

Геохимическая деятельность человечества и преобразование биосферы

Творческое развитие принципа космического Единства позволило

B.И.Вернадскому сделать основополагающий для всей биосферной концепции вывод о том, что Жизнь (живое вещество, включая человека) неотделима от Природы-биосферы, органически входит в нее, является ее функцией.

Жизнь, утверждал Вернадский, геологически вечна, она связана со строением Космоса, ей нет начала и конца. Но тогда не должно быть «начала и конца» единству живого и биосферы, и если пытаться развивать невысказанные, едва намеченные мысли Вернадского, то космическое развитие «монолита Жизни» возможно только в биосфере, и поддержание единства со «средой жизни», биосферой, организованной непрекращающимся потоком космической, в основном солнечной, энергии и деятельностью всей совокупности организмов, становится целеполаганием Жизни, условием ее безопасности, ее главной функцией2.

Эти следствия из действия всеобщего космологического принципа Единства внутренне непротиворечивы и верны для всех живых существ, эволюционирующих в биосфере: необратимое разрушение различных форм единства, складывающихся в истории развития Земли как планеты, означало бы уничтожение самой жизни, а тем и «среды жизни», планетарной оболочки биосферы. Поэтому столь велика пластичность Жизни, ее устойчивость к экстремальным условиям среды и природным катаклизмам, способность и стремление создавать сложные разно-видовые сообщества, экологические системы, в которых наряду с дарвиновской борьбой за существование, как полагал Вернадский, действует кропоткинский принцип взаимопомощи, больше отвечающий идее единства организмов и их окружения.

1 См., напр.: ДробжевМ.И. В.И.Вернадский и Вл.С.Соловьев о единстве человечества и современность // В.И.Вернадский: ноосферология и образование. М.: Ноосфера, 2002. С. 91-97.

2 Назаров А.Г. Ноосферная реальность и ноосферное образование // Ноосферное образование в России: Материалы межгосударственной научно-практической конференции. Иваново, 3-5 октября 2001 г. Ч. 1. Иваново: ИГУ, 2001. С. 32-51; Назаров А.Г. Учение В.И.Вернадского о биосфере-ноосфере как фундаментальная научная основа планетарной экологической безопасности // Институт истории естествознания и техники имени

C.И.Вавилова РАН. Годичная научная конференция. 2002. М.: ИИЕТ РАН, 2002. С. 476-479.

Большинство ученых принимают сегодня учение В.И.Вернадского о биосфере, настоянное на принципе Единства, оно входит в современное научное мировоззрение. Иное дело - ноосферная концепция Вернадского. Здесь не утихают споры, и неприятие концепции ноосферы происходит сразу по ряду оснований, как научных, так и этических1. Одно из главных возражений «приверженцам ноосферы» состоит, казалось бы, в бесспорном факте разрушения «разумным» человеком окружающей природы - биосферы и в создании на разрушенной биосфере вместо «сферы разума», ноосферы, искусственной техногенной среды - «техносферы», уничтожающей живое и пагубно действующей на человека. При этом, добавим в пользу противников ноосферных представлений, происходит нарушение или даже разрушение биосферного принципа единства человека и природы.

Далее мы попытаемся рассмотреть историко-научные основания но-осферной концепции, которые, как и естественно-исторические для биосферы, помогают лучше понять замысел самой идеи ноосферы и ее практического претворения.

В становлении и развитии ноосферных представлений Вернадского центральное место занимает геохимическая деятельность человечества -принципиально новое, оригинальное понимание деятельности человека и человечества в биосфере. Несмотря на кажущуюся для нас сегодня очевидность этого главнейшего фактора, переводящего биосферу в новое, ноосферное состояние, его значение в создании ноосферной реальности и роль В.И.Вернадского в выдвижении геохимической деятельности человечества в качестве основополагающего фактора преобразования биосферы не всегда и не всеми правильно понимаются и принимаются.

Начало работы Вернадского над проблемой деятельности человека как геологической силы относится к его студенческим годам и подробно исследовано И.И.Мочаловым. В 1892-1895 гг. ученым проведена кардинальная перестройка преподавания минералогии и кристаллографии в Московском университете. Уже в его изданном студентами «Курсе кристаллографии» (1894) есть немало страниц, где с широких истори-ко-научных позиций рассмотрено влияние человека на изменение минеральных форм. Работа в лучших физико-химических лабораториях Италии, Германии и Франции (1886-1890), неоднократные поездки по странам Европы (1894-1913; 1922-1936), геолого-минералогические экскурсии и экспедиции в среднюю полосу России и на Украину, Урал, Кавказ, в Крым, Закавказье, Забайкалье и Среднюю Азию (1882-1922) обогатили Вернадского огромным запасом практических знаний, позволили увидеть широкую панораму изменения «лика Земли» в разных стра-

1 См.: Вернадский В.И. Pro et Contra. СПб.: Изд-во РХГИ, 2000 и др.

нах и континентах под влиянием хозяйственной деятельности человека и человечества.

Решающее значение имела идея Вернадского о минерале как продукте химических реакций Земли и о минералогии как науке, изучающей химию земной коры и совершающиеся в ней химические процессы. В понятие «минералы» впервые были включены газы и природные воды.

«В осуществление этой задачи, - пишет ученица Вернадского О.М.Шубникова в предисловии ко второму тому избранных произведений своего учителя, - В.И.Вернадский приступил к капитальному труду - „Опыт описательной минералогии", поставив себе такие два дополнительных задания: выявление значения деятельности человека в генезисе минералов, ее крупной роли в химических процессах Земли»1.

Это исключительно важное свидетельство человека, близко знавшего Вернадского и входившего в созданную им в Московском университете школу минералогии. Издание «Опыта» отдельными выпусками осуществлялось с 1908 г. Это был и до сих пор остается уникальный в мировой литературе фундаментальный труд вселенского масштаба. Но реализация идеи Вернадского о деятельности человека в изменении «химии земной коры» означала еще одно важнейшее событие в истории науки: создание современной геохимии. Ее ученый определял как историю химических элементов в земной коре, шире - в Мироздании. Сознательное построение новой науки начато Вернадским в конце 1890-х - начале 1900-х гг., но истоки, как мы отмечали, относятся к 1893 г. и содержатся в его письме к жене от 26 мая 1893 г. Таким образом, только подготовительный период сбора данных, обдумывания, анализа фактов и собственных наблюдений над проявлением геологической деятельности человечества занял у В.И.Вернадского не менее 10-15 лет.

В период с 1906 по 1916 г., когда Вернадским были сформулированы основные идеи о новой науке геохимии, о «живом веществе» и «биосфере», ученый подошел к синтезу нового знания о геохимической деятельности человечества. Обычно изложение этого синтеза связывают с его лекциями по геохимии в Сорбонне и первым русским изданием «Очерков геохимии» (1927). В действительности же, - и это имеет исключительное значение для правильного понимания истоков возникновения ноосфер-ной концепции, - формирование основных взглядов В.И.Вернадского произошло значительно раньше, к 1912-1916 гг. Свое практическое отражение они нашли в создании и деятельности Комиссии по изучению естественных производительных сил России (КЕПС), организатором и председателем которой стал Вернадский.

1 Вернадский В.И. Избранные сочинения. Т. 1-У. М.: Изд-во АН СССР. 1954-1960. Т. II (1955).

В теоретическом плане свои идеи Вернадский изложил в нескольких курсах лекций, близких к «Общему очерку геохимии». Об их существовании широкой научной общественности не было известно до 1994 г., когда под редакцией профессора А.А.Ярошевского были изданы «Очерки геохимии» В.И.Вернадского (1994). В них как первая часть, «Введение в геохимию», опубликованы курсы лекций по геохимии, прочитанные в 1921 г. в Академии наук в Петрограде (восемь лекций). Они были подготовлены к изданию перед отъездом Вернадского за границу (1922), но не были изданы, и очень близки к циклу (семь лекций), который был прочитан ученым в 1918-1919 гг. в Киевском и в 1919-1920 гг. в Таврическом университетах.

В результате нашего исследования установлено, что содержание знаменитой французской книги <^а Geochimie» было основано на циклах лекций, впервые прочитанных Вернадским в Киевском и Таврическом университетах в 1918-1919 и в 1919-1920 гг. и в Академии наук в Петрограде в 1921 г. Весь этот цикл лекций был полностью подготовлен Вернадским к печати, а лекции в Петрограде - сданы в печать до отъезда ученого в Париж, но по неизвестным пока причинам не были опубликованы и остались в архиве. Вероятно, частично Вернадский использовал и материал лекций, прочитанных им в 1921-1922 гг. в Петроградском институте опытного дела (всего 17 лекций), но, по свидетельству профессора А.А.Ярошевского, последние существуют лишь в виде стенографической записи и требуют при своей расшифровке большой научной и литературной работы. Такова фактологическая база. Мы видим, что приоритетное место в ней занимают циклы украинских лекций Вернадского, вместе с книгой «Живое вещество» давших мощный старт научным основаниям его ноосферной концепции.

Историко-научный анализ опубликованных работ и материалов рукописного наследия В.И.Вернадского приводит к выводу о том, что все главные научные основания ноосферной концепции были самостоятельно разработаны Вернадским к 1922 г., когда он был приглашен в Сорбонну для чтения лекций по геохимии, в то время еще новой, интенсивно развивающейся науки, многие разделы которой были им созданы. Как было отмечено, лекции первого цикла (1923 г., год 60-летнего юбилея Вернадского), где излагались основные понятия геохимии, биогеохимии и контуры учения о биосфере, были изданы в Париже в 1924 г. отдельной книгой на французском языке (на котором Вернадским и читались) под названием «^а Geochimie» («Геохимия»). В русских прижизненных изданиях (1927-1934) ученый предпочитал название «Очерки геохимии». Благодаря новизне, масштабности излагаемых идей и тщательной обработке огромного эмпирического материала «^а Geochimie» имела во Франции и в Европе, а также в Японии большой научно-общественный резонанс. В качестве примера приведу отрывок из хранящихся в Кабинете-музее В.И.Вернадского

в Москве воспоминаний профессора Ж.Орселя, коллеги Пьера Тейяра де Шардена из парижского Музея естественной истории:

«Мысль Вернадского, глубокая, разнообразная, с тонкими оттенками, основывалась на исключительной документации, являющейся результатом наблюдений и многочисленных экспериментальных данных, которые он умел объединить с редким искусством, схватывая все их значение. Мы ему бесконечно благодарны за то, что он открыл нам путь к успешным изысканиям»1.

Еще раз подчеркнем: фундаментальный труд «Очерки геохимии» (полностью еще не изданный), основой которого стали упомянутые выше украинские и петроградские курсы лекций в сочетании с обширной монографией «Живое вещество в земной коре и его геохимическое значение» (1918-1919), и явился теоретической базой ставших знаменитыми лекций Вернадского в Сорбонне, монографии <^а Geochimie» и последующих исправленных и дополненных изданий «Очерков геохимии» на русском и ряде европейских языков. Эмпирической базой оставались «Опыт описательной минералогии», новые выпуски которого продолжали издаваться, и новые биогеохимические данные, которые В.И.Вернадский начал получать и систематизировать с 1916 г. во время работы на Украине. По мнению академика И.И.Мочалова, глубоко изучившего все грани творческого наследия ученого, значение фундаментального труда Вернадского трудно переоценить: «Благодаря „Опыту описательной минералогии" в творчестве Вернадского прочные эмпирические основания приобретает концепция геохимической активности человека. В этот период он делает еще один шаг вперед и в замечательном докладе „Об использовании химических элементов в России", прочитанном в 1915 г. в Петроградском обществе естествоиспытателей, убедительно доказывает, что химическая активность человека, благодаря его промышленно-хозяйственной деятельности, охватывает собой не только минералы, но также все увеличивающееся число химических элементов.»2.

Последнее положение является одной из сущностных сторон концепции геохимической деятельности человечества, которая впервые была изложена в тексте рассматриваемых Петроградских лекций Вернадского (1921). Хотелось бы остановиться именно на этих лекциях (и очень близких им по содержанию Киевско-Таврических лекциях, 1918-1920), которые определили реальность ноосферной концепции к моменту встречи в Париже В.И.Вернадского с двумя другими ее творцами - Э.Леруа и П.Тейяром де Шарденом. В этих лекциях ученый высказывает мысли,

1 Цит. по: Назаров А.Г. Понятие ноосферной реальности // Науковедение. 2000. № 2.

С. 129.

на много лет опередившие время и воплотившиеся спустя полвека в реальность наших дней. Многие концептуальные положения лекций, несмотря на позднейшие дополнения и исправления В.И.Вернадского, остались в дальнейшем практически без изменений и вошли в золотой фонд мировой науки. Трудно без волнения держать в руках этот бесценный исторический документ: опаленный огнем гражданской войны, хранящий следы скитаний и бедствий великого ученого, с оборванными выцветшими страницами, частью с навсегда потерянным текстом, он предстает перед нами как неукротимый памятник величия духа и мысли гения, работавшего в трудных, порой нечеловеческих условиях, «если не для нас, то для России.»1.

Рассмотрению геохимической деятельности человечества как своеобразного «однородного живого вещества биосферы» посвящена одна из восьми лекций - лекция VI от 23 июня 1921 г. В.И.Вернадский сразу же говорит о том, что «совершенно правильно было бы с геохимической точки зрения отделить человечество от остального живого вещества, так как с созданием культурного человечества в геохимические явления вошел совершенно новый действенный фактор, значение которого сказывается все резче и сильнее с каждым десятилетием»2. В первые тысячелетия развития человеческой культуры, по мнению Вернадского, влияние культурного человечества на окружающую природу было ничтожным. И только после появления тех человеческих цивилизаций (не более 15-20 тысяч лет тому назад), которые занялись земледелием, влияние человека на природу увеличивалось с каждым десятилетием и «все резче и больше проявлялось в химии Земли». Влияние человечества сказывается в геохимических процессах различным образом, но есть некоторые общие черты геохимического воздействия, которые выделены ученым.

«Первая черта его, которая бросается в глаза, заключается в постоянно увеличивающемся темпе его значения, - считает Вернадский, - быстрота процесса является совершенно исключительной в земной истории. Быстрота темпа видна уже из того, что при долголетнем - вероятно, за много десятков, может быть, сотен тысяч лет - существовании человеческом его деятельность стала сказываться заметно на истории химических процессов только за последние десять-пятнадцать тысяч лет»3.

Второй общей чертой, подтверждающей увеличение темпа деятельности человечества, служит, по Вернадскому, тот неоспоримый факт, что

1 См.: МочаловИ.И. «Если не для нас, то для России.» (О Дневниках В.И.Вернадского)// Вопросы истории естествознания и техники. 2000. № 3. С. 138-153.

2 Вернадский В.И. Труды по геохимии / Отв. ред. тома - доктор геолого-минералогических наук, профессор А.А.Ярошевский. М.: Наука, 1994. С. 90. (Библиотека трудов академика В.И.Вернадского).

3 Вернадский В.И. Труды по геохимии. С. 91.

благодаря культурной работе человек постепенно втягивает все химические процессы в круг своего влияния. Каждому человеку свойственно, как считает ученый, «„бессознательное", инстинктивное стремление захватить и использовать для своей пользы любое природное тело. Это совершенно инстинктивное стремление охватывает всю человеческую историю, и нет никакого сомнения, что оно повторится в истории всех химических элементов» 1. Как можно теперь видеть, это предсказание Вернадского полностью подтвердилось.

Вообще, говорит ученый в развитие своей мысли о генетической близости человека к остальному живому веществу биосферы, количество элементов, захваченных отдельным живым веществом в обычном цикле его жизненного вихря, огромно. Есть, однако, и существенные различия между ними:

«Но человек своей культурной работой в области химической промышленности, металлургии, обыкновенных поделок и прочее, для приготовления жилища, приготовления своей культурной обстановки захватывает химические элементы в таком разнообразии и в таких количествах, что с ним не может быть даже отдаленно сравнено ни одно живое вещество, ни один организм земной поверхности. И при этом темп этого захвата все увеличивается»2.

Для научного доказательства своих теоретических утверждений Вернадский приводит составленную им на основе обобщения огромного числа эмпирических данных таблицу использования химических элементов за всю историю человечества. Из анализа таблицы В.И.Вернадский обосновывает важные для науки и практики следствия:

1. Уже в древние века человечеством было захвачено много химических элементов, и не только в виде пищи, как потребляет всякое животное, «но и для условий духовной жизни».

2. С конца эпохи Возрождения (ХУ-ХУ1 вв.) и до XVIII в. «начался еще более быстрый ход развития культурного человечества»; в это время складываются современные наука и техника, вовлекаются шесть новых чрезвычайно важных для жизни человека и будущих технологий человечества химических элементов - мышьяк, магний, висмут, бор, кобальт, никель.

3. XVIII в. сильно увеличил масштаб процесса захвата, хотя ввел всего один новый химический элемент - платину. Но в XVIII в. произошел резкий перелом в развитии техники, начался сознательный процесс использования всех сил природы. Утвердилось представление, что природа должна быть переделана в том или ином направлении согласно

1 Вернадский В.И. Труды по геохимии. С. 91.

2 Там же.

сознанию человека. Ж.Бюффон связал с появлением человека на Земле седьмой период истории Земли как планеты. Это вполне отвечало развиваемым представлениям Вернадского о появлении культурного человечества как нового крупнейшего фактора химии Земли.

4. Теоретические наработки и достижения XVIII в. наиболее интенсивно проявились в XIX в. В круговорот жизненного цикла было вовлечено наукой и техникой сразу 22 новых химических элемента, широко использовались и уже известные.

5. Темп захвата и использования химических элементов в XX в. еще более вырос; в первые два десятилетия вовлечено еще 10 новых элементов, начата работа с изотопами. К концу века, по оценкам современных специалистов, были захвачены практически все или, что более точно, почти все известные атомы Природы. Необычайно вырос темп вовлечения человечеством в жизненный цикл ряда чистых металлов, которые неизвестны в биосфере в свободном состоянии (железо, алюминий, никель, тантал и др.).

Исходя из анализа темпа вовлечения химических элементов в мощный жизненно-духовный цикл развития культурного человечества, В.И.Вернадский указывает на возможные пределы вмешательства человека в природные процессы. При этом ярко проявляется свойственная мысли Вернадского способность предвидения будущего. Это относится и к предсказанию вовлечения в жизненный цикл тогда еще «ненужных» человеку элементов редких земель (германия, галлия, индия, скандия и др.), уходящих в отходы и отвалы, - сегодня эти химические элементы составляют элементную базу современной микроэлектроники. Ученый доказывает неизбежность исчерпания запасов энергии, самых распространенных химических элементов земной коры, таких как железо, и соединений углерода (нефти, угля, других горючих полезных ископаемых).

Обстоятельно и оригинально Вернадским рассмотрены вопросы об истреблении человеком некоторых видов диких животных и растений и создания новых типов живого вещества - культурных рас, а также вопросы связи «искусственного подбора» культурных видов с химизмом биоценозов, соотношения геохимических процессов со сложной структурой живого вещества биосферы и многие другие важные и интересные вопросы, которые мы не можем охарактеризовать здесь более подробно.

И вот итоговый вывод ученого: «Приходится технический процесс направить в другое русло, изменить геохимическую работу человечества в зависимости от химии земной коры» 1.

Таким образом, В.И.Вернадский ясно осознавал и пророчески предвидел возможные негативные последствия преобразования биосферы,

вызванные геохимической деятельностью человечества. Им впервые был научно поставлен вопрос о пределах воздействия человеческой деятельности на биосферу Земли, о ее масштабах, соизмеримых с крупнейшими геологическими процессами, и о необходимости перехода от стихийного потребительского неконтролируемого воздействия на природные ресурсы к сознательному научному управлению процессами преобразования биосферы. В контексте рассматриваемого нами вопроса это означает достижение нового, ноосферного единства Человека и Природы; но человек должен измениться, а его среда жизни, космоземная природа, наряду с компонентами первозданной природы-биосферы будет неизбежно содержать регулируемые человеком техногенные продукты и результаты человеческой деятельности. Это будет другая природа, тесно сплетенная с создаваемой человеком техногенной средой жизни.

Ноосферное сознание человечества и ноосферная реальность

Говоря о необходимости отыскать движущие силы и возможные пути геохимической деятельности человечества, необходимо кратко остановиться на «вопросе вопросов», по-видимому, впервые поставленном В.И.Вернадским именно в рассмотренной работе, точнее, в циклах его Киевских, Таврических и Петроградских лекций, - о роли человеческого сознания как природного явления в биосфере и Космосе.

Зародившаяся идея, как говорил сам Вернадский, в дальнейшем больше не покидала его. Многие годы спустя он неоднократно к ней, то есть к роли сознания, возвращался, утверждая ее как реальное проявление роли живого вещества в биосфере и Космосе и находя этому процессу научное объяснение в принципе цефализации Дана - непрерывном усложнении нервной системы и мозга в процессе эволюции. Высшим порядком такого сложного «напряженного сознания» и воли в биосфере является человечество в целом. В 1920 г. В.И.Вернадский выступил с лекцией «О роли человечества, его сознания и воли для жизни народа» в Таврическом университете в Симферополе. В ней он подвел итоги своих тридцатилетних размышлений, ранних, дореволюционных и пережитого в годы гражданской войны, о роли сознания человечества как единой онтологической категории, мощного деятельного фактора в развитии биосферы, реально воздействующего на ход природных процессов. Несомненно, в таком широком понимании сознание человечества В.И.Вернадского и есть ноосферное сознание, так и не получившее определения в более поздних работах Э.Леруа и П.Тейяра де Шардена.

Подробно рассматривая деятельность человечества в истории каждого химического элемента, ученый вскрывает новый необъяснимый факт:

глобальный природный процесс, связанный с работой человечества и как бы «запущенный» им, нельзя просто свести к тем проявлениям, к которым сводятся все остальные изученные в природе явления - к материи и энергии.

«Мы не умеем свести к ним сознание, которое руководит этой деятельностью человека, хотя оно и проявляется нам в геохимических процессах в формах, выражаемых материей и энергией. Для нас сейчас влияние человеческого сознания в форме культурной его жизни на геохимические процессы является реальным фактом, объяснить который мы не можем, но совершенно ясно, что здесь мы имеем дело с процессом, имеющим тот же самый характер, как и все остальные геохимические процессы, с которыми нам приходится сталкиваться»1.

Положение о несводимости мысли человека только к материально-энергетическому субстрату волновало Вернадского и позже, в конце 30-х - начале 40-х годов, когда он был погружен в раздумья о судьбе и реальности грядущей ноосферы. Может быть (и скорее всего), Вернадским выражено гениальное предвидение тогда еще не открытой «нематериальной» информации? Или какое-то иное, неведомое нам взаимодействие, что рисовалось интуицией мыслителя и будет открыто в будущем? Для нас здесь важно подчеркнуть, что влияние сознания человека (позже замененное словом «разум») в глобальном процессе преобразования биосферы, невиданными темпами набравшем скорость, остается для Вернадского реальным фактом, реальным процессом, какой бы сложной и труднообъяснимой ни была его природа.

Главным действенным фактором сознания, участвующим в преобразовании биосферы в новое, ноосферное состояние является выделенная Вернадским научная мысль, а основным движителем - культурная биогеохимическая энергия, служащая, как нами показано, отправным пунктом в теории этногенеза Л.Н.Гумилева2. О научной мысли написано много, при этом большинство исследователей рассматривают книгу Вернадского «Научная мысль как планетное явление». Мне бы хотелось привлечь более пристальное внимание исследователей ноосферных аспектов творчества Вернадского к другой известной, но значительно более ранней его «предноосферной» работе «О научном мировоззрении» (1902). В ней на хорошей доказательной историко-научной базе развернута панорама развития научной мысли во времени и пространстве, показана ее взаимосвязь с другими проявлениями духовной жизни человечества, религией и искусством, установлены основные особенности научной мысли,

1 Вернадский В.И. Труды по геохимии. С. 91.

2 См.: Назаров А.Г. Понятие биогеохимической энергии В.И.Вернадского в теоретическом фундаменте этногенеза Л.Н.Гумилева // Учение Л.Н.Гумилева: опыт осмысления (Вторые Гумилевские чтения). М., 1998. С. 53-60.

имеющие ноосферное значение, и прежде всего - ее общеобязательность, способствующая, как отмечал позже Вернадский, «духовному единству человечества». Все это заключает в себе реальные научные основания ноос-ферной концепции, «предрасположенность» к ней. Концепцию истории науки как пути к ноосфере (концепцию В.И.Вернадского) с середины 1980-х гг. плодотворно развивает А.П.Огурцов, один из немногих известных нам философов, работающих в этом направлении1.

Значительным шагом вперед в исследовании феномена ноосферно-го сознания явились исследования школы философов Ивановского государственного университета, которую формировал и возглавлял профессор Н.П.Антонов. Они нашли яркое отражение в новаторской работе Г.С.Смирнова «Ноосферное сознание и ноосферная реальность» (1998). В настоящее время эти исследования вышли далеко за пределы Ивановского госуниверситета посредством организации им с 1983 г. регулярных ноосферных конференций и издания их трудов2.

Новым и совершенно неожиданным событием для исследователей творчества В.И.Вернадского и всей ноосферной проблематики явилось посмертное издание в Новосибирске книги С.М.Шугрина «Космическая организованность биосферы и ноосферы» (1999). В ней изложены оригинальные представления рано ушедшего автора о широком круге проблем развития биосферы, человека и его сознания, формирования техногенной среды жизни (техносферы) и ноосферы как заключительной стадии развития современной «биосферо-техносферы». К сожалению, эта глубокая самобытная работа только сейчас становится достоянием научной общественности, анализ ноосферных представлений С.М.Шугрина еще не стал предметом обстоятельного историко-научного исследования.

В целом можно заключить, что брошенные Вернадским семена новых ноосферных знаний пусть и не все прижились на благодатной российской почве и некоторые из них нужно обильно поливать - подтверждать идеи новыми научными фактами и неожиданными поворотами мысли, чтобы когда-нибудь дождаться всходов, но иные из них уже сегодня знаменуют ростки будущего ноосферного знания, дающегося так трудно, нередко в ожесточенных спорах, в неприятии, но столь привлекательного и необоримо притягательного для творческой личности.

1 Огурцов А.П. К.Э.Циолковский и В.И.Вернадский (сравнительный анализ философских идей) // Труды Десятых чтений, посвященных разработке научного наследия и развития идей К.Э.Циолковского. М.: ИИЕТ АН СССР, 1977; Огурцов А.П. История науки как путь к ноосфере: концепция В.И.Вернадского // Принципы истории естествознания. Теория и история (гл. IX). М.: Наука, 1993. С. 331-342; То же (фрагменты) в кн.: Вернадский В.И. Pro et Contra. СПб.: РХГИ, 2000. С. 721-729.

2 См. напр.: Ноосферное образование в России: Материалы межгосударственной научно-практической конференции, Иваново, 3-5 октября 2001 г. Ч. 1. Иваново: ИГУ, 2001.

Заключение

В попытке целостного охвата творческого наследия В.И.Вернадского мы пришли к выводу о необходимости выделения из него нескольких -немногих - руководящих идей. Они прослеживаются во все периоды жизни и творчества выдающегося естествоиспытателя и мыслителя, являются объединяющими, концептуальными, входят в мировоззрение В.И.Вернадского, в свойственное ему научное и художественное мировосприятие. Одной из главных методологически объединяющих идей служит идея космического единства Жизни и Природы - эволюционная идея, понимаемая Вернадским более широко как идея развития, идея историзма. Формирование эволюционных представлений В.И.Вернадского опирается на традиции генетического почвоведения и отечественного естествознания (В.В.Докучаев, А.Н.Бекетов и др.), на изучение истории развития научной мысли человечества и - возможно, опосредованно -на общее умонастроение части русской интеллигенции, связанное с традициями русского космизма (Д.И.Менделеев и др.). В меньшей степени произошло непосредственное использование В.И.Вернадским дарвиновской теории эволюции; выработка собственного биогеохимического (биосферного) подхода к проблеме эволюции в ряде коренных положений осуществлялась независимо от теории Дарвина.

Принцип космического Единства и эволюционная идея явились основой исторического мышления В.И.Вернадского, его научного мировоззрения. Они нашли блестящее практическое приложение в его работах, связанных с формированием докучаевского генетического почвоведения как науки, в перестройке системы описательной и создании генетической минералогии, геохимии и космохимии, учения о живом веществе и биогеохимии, концепции биосферы и ноосферы. Непосредственным выходом глубоко усвоенной и творчески развитой идеи историзма явилась разработка В.И.Вернадским биогеохимических основ эволюционного процесса, что служит, по словам самого В.И.Вернадского, «другой стороной - другим аспектом - эволюционной теории».

Для Вернадского путь к ноосфере был реальностью, переход биосферы в новое эволюционное состояние воспринимался им как неизбежное. Таким же неизбежно должным понималось коренное изменение «человека биосферы», рождение нового человека новой ноосферной реальности. С новой этикой, идеалами и моралью, какой? - решать нам и тем, кто придет следом за нами.

Изучение обширных архивных материалов: писем, дневников, записных книжек, автобиографических заметок, наконец, самих трудов В.И.Вернадского - показывает, что до начала самостоятельной научной и общественной деятельности им был выработан для себя нравственный,

научный и общественный идеал, основанный на служении человечеству, доставлении максимальной пользы окружающим, любви к людям, ко всему человечеству. Может быть, это и есть ноосферный или близкий к нему идеал нового «человека ноосферы», каким только можно его представить; идеал, воплощенный в необыкновенной Личности Вернадского, будто явленной человечеству, чтобы оно смогло познать себя и ответить на поставленные вопросы грядущей ноосферы. Наука, наряду с общественной деятельностью и познанием тайн человеческой культуры, - одно из средств на пути достижения этого идеала, которому В.И.Вернадский неуклонно следовал всю свою долгую творческую жизнь и по которому в переломные моменты истории сверял свои дела н поступки. Освоение богатейшего научного наследия В.И.Вернадского, постижение его но-осферного идеала позволяют переосмыслить идейные основы его творчества. Новые поколения прикоснутся к величию его гениальных идей, склонят голову перед мудрым спокойствием человека, который на пути к бессмертию мог просто сказать о себе: «Я сделал все, что мог сделать. Я не сделал никого несчастным. Я постарался, чтобы после моей смерти к той же цели на мое место стало много таких же, нет - лучших работников, чем каким был я».