"Это все надолго"

Вчера Дмитрий Медведев в последнем президентском телевизионном интервью позволил журналистам задать себе почти все важные вопросы, которые остались у общества к уходящему президенту. Для этого брать телеинтервью были приглашены не только представители трех привычных центральных каналов ("Первый", "Россия", НТВ), но и РЕН ТВ и "Дождя". В итоге интервью фактически превратилось в тестирование Дмитрия Медведева на степень либерализма его взглядов.

Вопрос "Who is mister Putin?" возник, когда он первый раз баллотировался в президенты в 2000 году, и стоял вплоть до 2003 года. Вопрос "Who is mister Medvedev?" фактически и не возникал, поскольку Дмитрий Медведев, оказавшись на президентском посту, сразу же рядом шагов обозначил себя в качестве сторонника демократии, а его предвыборное заявление "свобода лучше, чем несвобода" сопровождало его все четыре года в Кремле. В итоге долгое время Владимира Путина относили к поборникам авторитарного правления, а Дмитрий Медведев считался сторонником либерального курса, даже несмотря на его откровенные признания, что именно он был автором идеи отмены губернаторских выборов. После 24 сентября, когда Дмитрий Медведев не оправдал надежд своих потенциальных сторонников и добровольно отдал право идти в президенты Владимиру Путину, вопрос "Who is mister Medvedev?" снова стал актуален.

Вчерашнее интервью дало возможность это оценить. С одной стороны, Дмитрий Медведев демонстрировал приверженность демократическим ценностям. Он подчеркнул, что за последние несколько лет страна "серьезно продвинулась в плане развития гражданских свобод", а также выразил намерение и дальше делать все, чтобы произошел "скачок в политическом развитии", который даст "новое качество российской демократии". Он оценил как позитивный факт то, что люди выходят на митинги говорить о проблемах в обществе и выражать недовольство, и высказал убеждение, что власть должна на это реагировать. Он даже отмел все ранее высказываемые, в том числе и в рамках избирательной кампании Владимира Путина, подозрения, что участники митингов на Болотной чуть ли не способствуют разрушению страны, исполняя волю других стран. "Я никогда не придерживался позиции, что люди, которые выходят куда бы то ни было, настроены "обкомом", "горкомом" или еще кем-то. Это несерьезно, потому что можно настроить два, три, пять человек, двадцать пять, пятьсот, но невозможно настроить большее количество людей, касается ли это людей, которые протестуют против власти или выходят голосовать и поддерживать власть",— заявил Дмитрий Медведев.

Он также выразил недовольство тем, что региональные власти не выполнили его давнее поручение сократить количество государственных СМИ. Согласен он и с тем, например, что правоохранительная и судебная системы коррумпированы и нацелены на вынесение обвинительных приговоров. А также перечислил меры, которые надо принять, чтобы с помощью этой системы перестали решаться вопросы конкурентной борьбы.

Здесь, правда, интервьюеры поставили прямой вопрос, почему многие особенно важные для построения демократии вещи не были сделаны за четыре года его президентства. Дмитрия Медведева эти претензии не смущали, он объяснял примерно так: что многое сделано, но за четыре года невозможно все сделать, в том числе и поменять менталитет судей. Бороться с коррупцией и проводить судебную реформу, то есть развивать базовые для демократии вещи, он готов и дальше.

Однако ряд ответов Дмитрия Медведева вполне могут дать повод для сомнений в либеральном настрое уходящего президента и будущего премьер-министра. Так, отвечая на вопрос о том, почему бы не сделать ставку в борьбе с коррупцией на некоторых людей, которые профессионально занимаются этим в интернете (был упомянут Алексей Навальный), Дмитрий Медведев заявил, что есть "реальные борцы с коррупцией, которые движимы альтруистическими побуждениями, а для кого-то это политическая программа, иногда даже, по сути, политическая авантюра, когда за антикоррупционной риторикой стоит желание просто создать свой политический капитал". "Я, кстати, даже за это не осуждаю, потому что это и есть политическая борьба. Но это не филантропия — это политическая борьба, и к ней так и надо относиться",— уточнил он.

Из рассуждений президента волей-неволей получалось, что те, кто включает борьбу с коррупцией в политические программы, в том числе партий, не могут быть реальными борцами с коррупцией. "Борьбу с коррупцией должно вести государство, так во всем мире. А мы как граждане должны государству в этом способствовать",— подытожил Дмитрий Медведев. Затем, отвечая на вопрос об отношении к участникам митингов на Болотной, он заявил, что "есть искренний протест, а есть хорошо просчитанная политическая позиция", намекнув на оппозиционных депутатов, не отказавшихся от своих мандатов. Получается, что политическая борьба, которая, как правило, является просчитанной, не может, как это следует из мировой практики, являться демократической основой развития общества.

Президенту пришлось также отвечать и на вопрос об адекватности наказания для девушек из Pussy Riot. Дмитрий Медведев объяснил, что не может давать оценки, пока не закончилось следствие. Однако позволил себе поиронизировать: "Я скажу очень аккуратно, просто чтобы никого не обижать: на мой взгляд, участники того, что было сделано, получили ровно то, на что рассчитывали". "Тюремное заключение?" — несколько растерянно уточнил один из интервьюеров Алексей Пивоваров. "Популярность",— ответил Дмитрий Медведев. Правда, здесь же он заметил, что "тюрьма еще никого не перевоспитывала до такой степени, чтобы человек оттуда выходил другим, это правда".

Двусмысленным оказался и ответ на вопрос об устанавливаемых для губернаторских выборов фильтрах. Дмитрий Медведев объяснил, что "никаких фильтров в понимании барьеров нет". По его словам, есть лишь квалификационные условия на уровне муниципалитетов и необязательные консультации на уровне президента.

Весьма примечательным оказалось мнение Дмитрия Медведева и о цензуре на телеканалах. На прямое заявление Алексея Пивоварова о том, что "рука государства очевидна в том, что касается контроля за редакционной политикой", и что это "не позволяет в полной мере выполнять свои профессиональные обязанности", Дмитрий Медведев ответил в том смысле, что все вопросы надо адресовать не к власти, а "к руководителям соответствующего СМИ". А причину того, что многие ньюсмейкеры ходят выступать на телеканал "Дождь", а не на центральные каналы, Дмитрий Медведев определил просто: "Потому что вы не зовете, а они зовут".

И наконец, Дмитрий Медведев еще раз подтвердил свою верность политическому курсу руководства страны. Комментируя события прошлой осени, когда он выдвинул Владимира Путина в президенты, а тот предложил Дмитрию Медведеву возглавить список "Единой России" на думских выборах, чтобы потом стать премьер-министром, господин Медведев сказал: "Те решения, которые были озвучены в сентябре, они подтверждены политической практикой, а она, как известно, критерий истины". Он уверен в том, что "эта конструкция выдержала проверку на прочность". Дмитрию Медведеву нравится, что всякие решения принимаются в процессе обсуждения, что в стране есть несколько человек, которые влияют на политический процесс. По его словам, это и есть движение в сторону демократии. "Что касается перспектив работы, то мы определенные перспективы назвали,— подчеркнул господин Медведев,— мне кажется, всем пора расслабиться, это все надолго". Эти слова можно считать ответом и на многие заданные и, возможно, не прозвучавшие вчера вопросы.