Похвала гению (плюс бонус)

Джеральд Джента (1931–2011) прославился своим «стальным хет-триком»: люксовыми стальными часами на стальных браслетах для Audemars Piguet (Royal Oak, 1972), Patek Philippe (Nautilus, 1976) и IWC (Ingenieur, 1976). При этом последние до недавнего времени находились в тени двух первых. Ситуация изменилась этой весной, когда IWC посвятила дизайнеру стенд на женевской выставке Watches & Wonders 2023. Конечно, не случайно, а по случаю представления нового поколения Ingenieur, впервые более чем за 40 лет выполненных в духе модели Ingenieur SL авторства Дженты.

Войдя на стенд «главной мануфактуры немецкоговорящей Швейцарии» (так некогда предпочитала представляться IWC, расположенная неподалеку от Цюриха, в городке Шаффхаузен, в котором граница с ФРГ проходит посреди улиц), я в очередной раз охнул, скажем так. Выставочные стенды марки всегда отличались впечатляющим дизайном: она придерживается принципа «каждый год — одна обновленная коллекция» (а коллекций у нее шесть, только все обновишь — можно начинать по новой) и оформляет свой стенд соответственно новинке. Я наблюдал и импровизированную палубу авианосца (в тот год обновляли коллекцию Pilot`s Watch), и стилизацию приморского курорта в Лигурии (Portofino), и аквариумы с обитателями морских глубин (Aquatimer). В этом году центральное место занимал Mercedes-Benz C111-III, спортивный концепт 1978 года. Поскольку IWC традиционно партнерствует с формулической командой Mercedes-AMG (в истории часовой марки обнаружился еще один след Штутгарта, о чем ниже), то присутствию раритетного Mercedes не удивился, но сразу стало понятно, что речь пойдет о наследии 1970-х.

1 / 7

А оно у IWC за то десятилетие не то чтобы богатое. В Швейцарии свирепствовала «кварцевая революция», массово косившая традиционных производителей, полагавшихся на долговечность и точность. «Когда дешевые, но невероятно точные кварцевые часы с Дальнего Востока (из Японии.— ''Коммерсантъ Стиль'') заполонили рынок, все, за что мы ратовали, оказалось бесполезным. Любые кварцевые часы точнее механических»,— сетует Ханнес Пантли, многолетний директор IWC по продажам и маркетингу. При этих обстоятельствах руководство марки решило радикально обновить один из своих бестселлеров, Ingenieur (французское написание «инженер»), явившийся на свет на полтора десятилетия раньше. Первоначально эти безликие внешне часы были призваны олицетворять торжество научно-технического прогресса (читатели со стажем помнят советскую аббревиатуру НТП), обладая внутренним корпусом из мягкого железа, препятствующим воздействию магнитных полей на точность хода механизма (примерно тогда же появились аналогично устроенные Rolex Milgauss). Вскоре выдающийся технический директор IWC Альбер Пеллатон разработал первый мануфактурный механизм с высокоэффективной, двунаправленной системой автоподзавода. Отличный калибр у марки был, но не было привлекательного дизайна.

Так на сцене появился независимый дизайнер итальянского происхождения Джеральд Джента, уже успевший отметиться авторством таких часов, как Omega Constellation, Patek Philippe Golden Ellipse, Audemars Piguet Royal Oak. Он руководствовался собственными представлениями о прекрасном и не шел на компромиссы с заказчиками. Представленные на Базельской выставке 1976 года Ingenieur SL он «накрыл» безелем с пятью декоративными углублениями, создал циферблат с квадратным «шахматным» узором, интегрированный браслет с Н-образными звеньями и придал заводной коронке излюбленную им восьмиугольную форму. Новинка стоила 2 тыс. швейцарских франков — совершеннейшие копейки по сегодняшним меркам (примерно 110 тыс. руб. по текущему курсу), но была сравнима со швейцарской классикой в корпусах из очень дорогого в 1970-х золота — и стала очередным вкладом Дженты в нарисованный (читай — созданный) им подвид престижных спортивных часов из стали. Ingenieur SL успеха не снискали и были проданы в количестве менее 1 тыс. экземпляров. Теперь они являются «священным Граалем» для коллекционеров.

1 / 2

Умудреннейший Ханнес Пантли говорит, что обозначение SL восходит к одноименному родстеру Mercedes-Benz, одной из иконических моделей немецкого автопроизводителя с середины 1950-х. Сам Mercedes расшифровывал SL как super leicht («суперлегкий»), для итальянцев SL означало super lusso, для французов — super luxe. Но вы также можете интерпретировать это сокращение как сталь» и «роскошь».

Два этих слова — «сталь» и «роскошь» — ценятся у часовых коллекционеров, а с недавних пор и среди нуворишей, создавших невероятный ажиотаж вокруг творений Дженты, «наутилусов» и «королевских дубов». Даже странно, что только теперь IWC решила реанимировать один из узнаваемых дизайнов маэстро.

Купе Mercedes-Benz 300SL, 1956 год

Фото: Underwood Archives / Getty Images

Новая коллекция пока состоит из трех моделей Ingenieur Automatic 40 из нержавеющей стали (с черным, серебристым или цвета морской волны циферблатами) и одной — из титана с серым циферблатом. Диаметр корпуса составляет 40 мм — проверенная десятилетиями «золотая середина», подходящая как мужчинам с тонким запястьем, так и женщинам, его высота — 10,8 мм. Уровень водозащиты — 100 м, задняя крышка глухая. Внутрь внешнего корпуса заключен внутренний из мягкого железа для антимагнитной защиты механизма.

Часы Ingenieur Automatic 40

Фото: IWC

Стальные часы авторства Джеральда Дженты узнаются по трем элементам: безелю, узору на циферблате и браслету. Дизайнер в первую очередь уделял внимание им, небезосновательно полагая, что они формируют «лицо» часов. С ними у новинки все в порядке. Если на Ingenieur SL просто навинчивали безель с пятью углублениями, в результате чего на каждом экземпляре они оказывались в разных позициях, то в Ingenieur Automatic 40 безель крепится к корпусу пятью многоугольными винтами. Как следствие, винты всегда остаются в одном и том же положении. Циферблат украшен узором «сетка» из линий, пересекающихся под прямым углом. Он штампуется в заготовке из мягкого железа перед окраской. Верхние части браслета содержат H-образные звенья без штифтов, что подчеркивает мастерство его изготовления, а защитные наплывы по обе стороны заводной коронки — спортивный характер часов.

1 / 7

Ingenieur Automatic 40 оснащены автоматическим мануфактурным трехстрелочным Калибром 32111 с выдающимся запасом хода в 120 часов. Напомню, что «джентльменским минимумом» современных автоматических механизмов считается трехсуточный запас хода в 72–80 часов.

Наиболее эффектно выглядят часы c циферблатом цвета морской волны: и трендово, и ничуть не похоже на введшие моду на зеленый «ролексы», к оттенкам которых тяготеют многие последователи зеленых циферблатов. Понравились и титановые с серым циферблатом, подчеркивающим характерный матово-серый корпус.

Главное, что заставило меня написать этот обзор,— это проявленное IWC уважение к памяти Джеральда Дженты. Увы, но более удачливые наследники его дизайнов Patek Philippe и Audemars Piguet не акцентируют внимания на авторе своих бестселлеров, хотя вторая из этих марок более 40 лет круто преуспевает исключительно на его наследии. Если вам понравился мой текст, то надеюсь, что заинтересует и обещанный в заголовке бонус: интервью c вдовой дизайнера, взятое пресс-службой IWC.

Эвелин Джента о самом легендарном часовом дизайнере всех времен

— Как бы вы описали его характер в трех словах?

— Творческий, во-первых. Во-вторых, я бы отметила его честность. Я ни разу не видела, чтобы Джеральд делал что-то, во что он не верил до конца. Он никогда не менял дизайн только для того, чтобы продать его. Он мог изменить дизайн только в процессе производства, если эти изменения диктовались технологическими требованиями. Я бы также охарактеризовала его как вдохновленного. Он каждое утро знал, что сделает днем. Он говорил, что вдохновение приходит свыше, при этом его рисунки всегда были очень близки к часам, которые в итоге выпускались.

— Как выглядела его техника рисования?

— Процесс всегда начинался одинаково. Сначала он брал циркуль, чтобы нарисовать круг в оригинальном размере часов. Потом рисовал две линии — горизонтальную и вертикальную. Затем брал очень тонкие кисти и раскрашивал рисунок акварелью до мельчайших деталей. Он всегда шел от круга с двумя линиями. В процессе не было ни набросков, ни промежуточных шагов.

— Значит, он всегда рисовал часы в натуральную величину?

— Они все были в его голове, прежде чем он начинал рисовать.

— Сколько часов ваш муж сконструировал за свою карьеру?

— Не могу сказать. В моем архиве примерно 3100 дизайнов часов и около 400 картин, но многие из дизайнов утеряны. В начале своей карьеры Джеральд ездил по Швейцарии и продавал свои рисунки за 15 франков. Понятия не имею, сколько часов он разработал.

— Каковы типичные черты его стиля?

— Джеральд был одержим восьмиугольными формами, даже мое обручальное кольцо восьмиугольное.

— Были ли у него любимые место и время для рисования?

— Он проектировал всегда и везде. Когда мы бывали в отпусках, он после обеда находил тихое место в ресторане и рисовал. Он совершенно не беспокоился о том, где работает. Однажды он сказал, что если бы жил в Италии, то занимался автомобильным дизайном — он любил машины. Но поскольку он родился в Швейцарии, то занимался дизайном часов. Его настоящей любовью была живопись. Он был одержим Пикассо. Пикассо был для него совершенным художником, потому что он рисовал, лепил и владел массой самых разных техник.

— В 2019 году вы основали Ассоциацию наследия Джеральда Дженты. Зачем?

— Основная цель — сохранить художественное наследие мужа. Я воодушевлена тем, сколько деятелей часового искусства поддержали эту инициативу. Но мы также собираемся поощрить молодых часовых дизайнеров. Надеюсь, что скоро сможем объявить конкурс для них.