Афророссияне

26 июля в Константиновском дворце Петербурга президент России Владимир Путин с утра до вечера вел двусторонние переговоры с приехавшими на саммит Россия—Африка лидерами государств. Было ли им что сказать друг другу, рассказывает специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников. И особенно это, как выяснилось, касалось президента Египта.

Члены российской делегации во главе с Владимиром Путиным начинают серию из 17 двусторонних переговоров в Петербурге

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

На саммит в Санкт-Петербург собираются, как известно, лидеры 49 африканских государств (17 из них — первые лица). Причем большинство останется в Петербурге до воскресенья и встретит вместе господином Путиным День ВМФ.

То есть Африка на несколько дней буквально осиротеет. Уедут все. Что будет? Хаос в Африке? Он уже начинается.

В Нигере президентская гвардия задержала президента Мохамеда Базума, хотя он, по данным службы протокола российского президента, и не собирался в Петербург, так что удерживать его не было на первый взгляд никакого смысла.

Но вот если бы Мохамед Базум с самого начала решил принять участие в петербургском саммите, у него ведь не возникло бы вообще никаких проблем: спокойно уже знакомился бы с достопримечательностями Петергофа и Константиновского дворца.

А так президентская гвардия инициировала мятеж, который позже в офисе президента Нигера квалифицировали как «перепады настроения» у гвардейцев. И вот жертвой этих перепадов стал непосредственно президент страны (а так досталось бы кому-нибудь другому, это ведь очевидно). И что же? Теперь, по сообщениям информагентств, армия готова штурмовать мятежников, в руках которых президент находится до сих пор. Вот она, цена решения не ехать в Петербург.

Пять лет назад в Сочи прошел первый саммит Россия—Африка. В нем приняли участие 45 глав государств и правительств, а не 17, как сейчас. То есть почти все делегации возглавляли главы государств и правительств. Сейчас чувство новизны, видимо, утрачено, к тому же в действительности на решение ехать или не ехать повлияли события на Украине, но при этом те, кто приехал и еще приедет, стали дороже Владимиру Путину: с каждым из них он проведет личную встречу и переговоры. В Сочи таких встреч было всего 15.

Логистика этих встреч, а также размещения и разъездов делегаций просто не укладывается в голове. Петербург под атакой. Несколько дней назад моя попытка дозвониться до одного из организаторов саммита закончилась его сообщением: «Заседаем уже девять с половиной часов. Это космос». Эти заседания продолжаются до сих пор. Просто начинаются раньше и позже заканчиваются.

Город пока не почувствовал сверхнагрузки, но обязательно почувствует, хотя главные события саммита (а еще и пройдут экономический и гуманитарный форумы, и тоже Россия—Африка) развернутся в «Экспофоруме», то есть ближе к аэропорту.

А за день до начала саммита в Константиновском дворце с Владимиром Путиным встречались те, кто уже успел прилететь в Петербург (из самых первых обратил на себя внимание прежде всего президент Буркина-Фасо Ибрагим Траоре, вышедший из самолета в камуфляже, берете и тактических перчатках).

Сначала Владимир Путин встретился с премьер-министром Эфиопии Абиемом Ахмедом. Причем Эфиопия — единственная страна, которая договорилась с коллегами из России про официальный визит.

То есть это переговоры в узком и расширенном составе, обед... То есть началось сразу с нелегкого.

Делегация Эфиопии появилась в Голубой гостиной Константиновского дворца, ничуть не изнуренная перелетом. Бойкие, энергичные люди. Среди всех выделялся невысокого роста человек, который проявлял и вовсе неуемную активность. Он постоял на своей стороне стола — и сразу рванулся к другой, к членам российской делегации, в которой тут же ввиду своего роста совершенно и затерялся. Нашелся он где-то возле министра иностранных дел России Сергея Лаврова, что позволило наблюдателям сделать вывод о том, что это, по всей видимости, коллега господина Лаврова, министр иностранных дел Эфиопии Демеке Меконнен. Так ведь впоследствии и оказалось.

Помощник президента Юрий Ушаков и министр иностранных дел Сергей Лавров делают одно дело

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

Интересно, что Константиновский дворец по случаю саммита в праздничном убранстве. То есть, например, все длинные, во всю высоту стены, зеркала на стенах Голубой гостиной оказались до половины своей высоты задрапированы в цвет штор в Голубой гостиной, то есть в «беж», и на этом великолепии вытравлена надпись «Russia-Africa 2023». То есть это была специальная работа — дизайнеров, вышивальщиков и, скорее всего, кого-то еще.

Владимир Путин встретился с премьер-министром Эфиопии Абием Ахмедом еще в глубинах третьего этажа Константиновского дворца. Внизу эфиопского лидера встречала служба протокола российского президента, и я даже подумал, что дверь машины эфиопу открыл Николай, сын президента Белоруссии (Александра Лукашенко.— “Ъ”), который приезжал же в Константиновский дворец несколько дней назад с отцом (да так, может, и остался). Но нет, оказался просто очень похож на одного из сотрудников службы безопасности российского президента.

Нельзя не отметить, что вся эфиопская делегация, как и остальные африканские руководители, одеты, как говорится, с иголочки. То есть все они, привыкшие к длительным командировкам в Европу для урегулирования задолженностей, ходят в дорогих и отлично сшитых костюмах — и вот, учись у них, казалось бы, сколько хочешь... Так нет же!

Абий Ахмед, по данным “Ъ”, предложил российскому президенту спланировать так, чтобы было больше времени, чем предполагалось, поговорить один на один. Скорее всего, лидеру Эфиопии не дают покоя стремительно растущие цены на зерно, а эту беду западные лидеры единодушно считают итогом обстрелов портовой инфраструктуры Украины в ответ на опять взорванный Крымский мост.

Ибо еще одна тема, мирная африканская инициатива, с которой несколько африканских лидеров побывали в этом же Константиновском дворце примерно месяц назад, благополучно здесь тогда же и перестала существовать после подробных разъяснений господина Путина, по каким пунктам проекта этой инициативы он будет стоять на своем (оказалось, что по всем).

Вице-премьер Алексей Оверчук всегда нацелен на результат

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

— Мы только что,— рассказал Владимир Путин, когда члены делегации расселись за столом (на нашей стороне были министр иностранных дел Сергей Лавров, вице-премьер Алексей Оверчук, глава «Росатома» Алексей Лихачев),— с господином премьер-министром вспомнили о том, что для России Эфиопия была первой страной на Африканском континенте, с которой Россия заключила дипломатические отношения, и это было 125 лет назад.

То есть это был, не побоюсь этого слова, еще 1898 год.

После коротких протокольных приветствий участники переговоров перешли к обеду. Эфиопским коллегам, по отзывам, очень понравилось (не «Конкорд», конечно, но все же). Да их так не кормили, судя по отзывам, с 1898 года.

Затем Владимир Путин встретился с Дилмой Руссефф, главой Нового банка развития БРИКС. Раньше Дилма Руссефф пять лет работала президентом Бразилии, и Владимир Путин ее хорошо знает.

Знает и о том, что ее отрешили от должности через процедуру импичмента после коррупционного скандала, напрямую с ней не связанного. Теперь она руководит общим банком БРИКС. Пока без скандала. Но и руководит, справедливости ради, недавно.

— В целом мы являемся хорошими участниками этой организации,— рассказал Владимир Путин про Россию в БРИКС,— в срок все исполняем, все наши обязательства перед ней. Знаем, что стоит вопрос о ликвидности банка, здесь есть некоторые идеи, которые исходят от вас, от вашего персонала, и мы это поддержим.

— Я бы хотела сказать, что я очень рада быть снова здесь и новой встрече с вами. Проходя по залам этого дворца, я вспомнила, что уже бывала здесь в рамках саммита «двадцатки»! — заговорила Дилма Руссефф.— Если не ошибаюсь, в 2013 году он был как раз проведен в этом дворце и городе Санкт-Петербурге.

Нет, она не ошиблась.

Хоть это и была какая-то совсем другая жизнь.

— Мир действительно сейчас проходит через период целого ряда вызовов,— поделилась Дилма Руссефф,— наблюдаются кризисные тенденции, инфляция в странах развитого мира, в развивающемся мире страны сталкиваются с проблемой задолженности. И конечно, прежде всего сейчас в тяжелых условиях находятся страны развивающегося мира. Безусловно, саммит Россия—Африка очень важен для тех, кто заинтересован в развитии «глобального Юга». Россия является очень важным партнером в рамках БРИКС, в рамках Нового банка развития действительно выполняет перед ними все свои обязательства. И действительно, банк сталкивается с рядом проблем, и прежде всего это касается ликвидности.

Она говорила то, что не могло не понравиться Владимиру Путину:

— Наша стратегия развития на период с 2022 по 2026 год предполагает, что порядка 30% средств должно быть привлечено на внутренних рынках. Также очень важно привлекать средства в разных валютах, не только в долларах или евро! Я также хотела бы поприветствовать инициативу проведения саммита Россия—Африка, потому что мы все знаем, что зачастую эти страны остаются без необходимых ресурсов. Все сосредотачиваются на вопросе их задолженности, игнорируя необходимость в ресурсах, которая там наблюдается. И кажется неприемлемым навязывать какие-то условия и требования в обмен на финансирование, как это делается сейчас международными многосторонними организациями.

Ясно, что она так делать не будет. По крайней мере ей так кажется.

Поздним вечером Владимир Путин встретился в Константиновском дворце с президентом Египта Абдельфаттахом ас-Сиси, который не постеснялся приехать в Константиновский дворец на предоставленном Aurus.

А вернее, сделал одолжение организаторам. Ему, видимо, стало просто интересно. На всем он ездил, а на Aurus — вряд ли. И ничего, доехал. Правда, ничего толком не сказал на публике из того, что могло бы запомниться потомкам. Или хотя бы нам, журналистам.

При этом президент Египта опоздал. И где-то минуту Владимир Путин в одиночестве (если не считать нескольких журналистов, но это считай что в одиночестве) задумчиво мерил шагами комнату.

Да, задумаешься тут.