Пандемия убавила тени

По оценке Всемирного банка, вызванный пандемией кризис на российском рынке труда привел не к росту, а к сокращению сектора неформальной занятости. По мнению экспертов, такая нехарактерная для прежних экономических кризисов динамика может говорить как об успехе усилий властей по легализации рынка труда, так и об эффективности конкретных госпрограмм поддержки занятости 2020 года.

В новом докладе об экономике России (.pdf) экономисты Всемирного банка описывают некоторые примечательные подробности ситуации на рынке труда в кризисном 2020 году. Так, авторы исследования наблюдают изменение размеров неформального сектора. В показателе общей занятости в четвертом квартале 2019 года его доля составляла 19,3%, во втором квартале 2020-го она сократилась до 17,9%, а затем выросла до 18,9% в четвертом квартале 2020 года.

Во втором полугодии 2020 года число людей, работающих только в неформальном секторе, увеличилось на 828 тыс. человек, а число тех, кто трудится в формальном секторе (или совмещает основную работу с неформальной занятостью), сократилось на 337 тыс. человек. «Это указывает, что рынок труда, хотя и набирает обороты, все еще слаб, и спрос на рабочую силу в полной мере не восстановился»,— констатируют экономисты банка, отмечая в четвертом квартале 2020 года и первом квартале 2021-го улучшение условий на рынке труда.

По оценке Росстата, в апреле этого года безработица продолжила снижаться, сократившись до 5,2%.

В этом случае, как отмечает гендиректор ВНИИ труда Дмитрий Платыгин, сокращение неформального сектора может свидетельствовать об эффективности инициатив по легализации занятости. «Неформальный сектор сжимался за счет повышения привлекательности государственных программ поддержки занятости,— говорит эксперт.— В 2020 году правительство серьезно увеличило пособие по безработице и упростило процедуру его получения. С 2021 года Минтруд начал проводить программы переобучения безработных и выплачивать субсидии работодателям при их трудоустройстве».

Во Всемирном банке, впрочем, считают, что пособие по безработице вряд ли могло сыграть важную роль в сокращении неформальной занятости. По оценке аналитиков банка, в 2020 году, когда уровень безработицы снизился, доля не имеющих работы и защищенных пособиями сократилась еще быстрее — и в результате «численность безработных, не охваченных пособиями, оказалась еще больше, чем до пандемии». По словам Дмитрия Платыгина, в реальности благодаря увеличению размера пособия число вставших на учет в службе занятости во время кризиса стремительно выросло:

«В 2019 году на учете в службах занятости состояло около 700 тыс. человек — на пике безработицы, в августе прошлого года, их было уже около 3,7 млн».

Вывод Всемирного банка о сокращении неформальной занятости в кризис поддерживают и в ЦМАКП. Как поясняет ведущий экономист центра Игорь Поляков, косвенным свидетельством сокращения этого сегмента может выступать снижение ненаблюдаемых источников доходов населения. «Сокращение неформального сектора в ответ на кризис в экономике впервые случилось в 2016 году — до этого момента он, наоборот, в такие моменты рос и вбирал в себя потерявших официальное трудоустройство. То, что за последние пять лет динамика изменилась, может говорить о долгосрочных трендах на легализацию труда»,— отмечает эксперт.