Предисловие Яна Амоса Коменского к учебнику Vestibulum («Преддверие»)

К 425-летию ЯНА АМОСА КОМЕНСКОГО

ПРЕДИСЛОВИЕ ЯНА АМОСА КОМЕНСКОГО К УЧЕБНИКУ VESTIBULUM

В статье публикуется русский перевод предисловия Яна Амоса Коменского к первой версии его учебника Vestibulum («Преддверие»), вышедшего в 1632 году. Автор статьи разбирает некоторые педагогические приемы, предложенные Коменским в этом предисловии.

Ключевые слова: Ян Амос Коменский, учебник для начальной школы, дидактика XVII в.

Введение. Ян Амос Коменский был автором нескольких школьных учебников (если только само понятие «школьный учебник» может быть применено к его эпохе), из которых наибольшую известность получил Orbis sensualium pictus (1658). Вторым по важности учебником Коменского является Janua (1631), сначала изданная как отдельное произведение, а впоследствии ставшая центральной частью трилогии Vestibulum-Janua-Atrium (1651). Первое издание учебника Vestibulum вышло в свет через год после Janua, в 1632 году, о чем известно лишь по позднейшему упоминанию, так как ни одного экземпляра этого издания до нас не дошло. Как объясняет Коменский, составление еще одного учебника понадобилось по той причине, что обучение маленьких детей, впервые приступавших к латинскому языку, по Janua на практике оказалось делом слишком сложным. «...Как я полагаю,— пишет он в предисловии к Vestibulum,—

В. В. Рыбаков

Научный сотрудник, Федеральное государственное бюджетное научное учреждение «Институт стратегии развития образования Российской академии образования», Центр истории педагогики и образования E-Mail: rybacov@instrao. ru

Vladimir V. Rybakov Researcher, Center of History of Pedagogy and Education, Institute for Strategy of Education Development of the Russian Academy of Education

Как цитировать статью: Рыбаков В. В. Предисловие Яна Амоса Коменского к учебнику Уе8йЬи1ит («Преддверие») // Отечественная и зарубежная педагогика. 2017. Т. 1, № 5 (43). С. 65-75.

есть повод опасаться, как бы не вышло это уж слишком (ne... nimium sit) — без подготовки (ex improviso) впускать учеников в столь густой лес из вещей и слов. Предусмотрительнее (tutius), наверное, ... прежде чем допускать учеников к рассмотрению отдельных частей, показать им сначала общие контуры всего здания (generalia totius structurae)».

Введение, заключение, семь коротких глав с подрубриками и нумерацией отдельных параграфов — вот и весь этот небольшой учебник (Vestibulum). Едва ли не больший интерес, чем сама книга и ее внутренняя структура, представляет предисловие к Vestibulum, в котором автор дает учителям наставления, как правильно использовать этот учебник, а также говорит об общих принципах его построения. Предисловие к Vestibulum публикуется ниже (впервые в русском переводе) и может служить как средством к уяснению общих педагогических идей Коменского, так и ключом к предлагаемой им методике освоения латинского. В первом издании предисловие, по всей видимости, отсутствовало (Комментарий 1): оно датировано четвертым января 1633 года и в первый раз было напечатано только в лейпциг-ском издании 1636 года [4]. Судя по одному из писем Коменского от 1632 года, автор изначально намеревался печатать латинский текст учебника параллельно с немецким и польским переводами. В другом письме того же времени он также упоминает о своем намерении издать новую книгу, которую он именует Vestibulum linguarum (сравни: Janua linguarum — «Дверь к языкам»). В XVII и XVIII веках разноязычные версии учебников Коменского многократно переиздавались и переделывались. И это можно проследить не только в случае с Orbis pictus и Janua, но и в случае с Vestibulum [1]. Одна из генеалогических ветвей этой традиции настолько далеко отходит от текста самого Коменского, что издатель С. Соуседик предпочитает выделять ее как отдельное произведение другого автора — Георга Вехнера, который напечатал свое Vestibulum в Данциге в 1642 г. [2, s. 510].

В русской традиции название Vestibulum принято переводить как «Преддверие». Однако в некоторых случаях такой перевод оказывается не совсем точным и недостаточно удобным в использовании. И не только потому, что в русском языке слово «преддверие» давно устарело, а вследствие его ограниченной сочетаемости. Так, например, если «Дверь к языкам» (Janua linguarum) звучит по-русски сносно, то «Преддверие к языкам» (Vestibulum linguarum) уже режет слух. Тем бо-

лее это касается тех случаев, когда нужно употребить это слово в косвенном падеже, вроде: «пристроить к дому преддверие». Кроме того, в русском языке слова «дверь» и «преддверие» — однокоренные, что не соответствует латинским janua и vestibulum (хотя хорошо соответствует роду этих слов, женскому и среднему). Поэтому в печатаемом ниже переводе пришлось избрать «средний путь» — в каждом отдельно взятом контексте я подбирал подходящее русское слово, а в круглых скобках давал использованное в оригинале латинское, тем самым до известной степени устраняя возможную путаницу.

Основная часть. В предисловии к Vestibulum (написанном, напоминаю, в 1633 году) Коменский высказывает ряд важных идей, самая интересная из которых — это идея адаптации иноязычного текста для нужд учащихся. Так, автор полагает правильным в допустимых пределах изменять порядок слов, свойственный латинскому, на тот порядок, который привычнее детям по их родному немецкому языку: «кое-где в качестве уступки немецкому языку... произведены небольшие перестановки» (transpositio levis facta est). Причем такие изменения порядка слов Коменский делает не везде, а только в некоторых случаях, тем самым частично предпочитая принципу единообразия (также важному в преподавании языка) принцип адаптации и упрощения. Латинский порядок слов существительное-прилагательное заменен у него на немецкий прилагательное-существительное.

Принцип движения от простого к сложному, который воплощен уже в самом существовании Vestibulum — уменьшенной и облегченной копии Janua, имеющей ту же внутреннюю структуру и рубрикацию,— соединяется с хронологически более ранним дидактическим принципом движения от более важного к менее важному (в этом плане интересен тот факт, что последняя глава Vestibulum — это перечень моральных максим, то есть воплощение старого принципа). В случае с учебником латинского языка принцип движения от простого к сложному выразился в отборе наиболее употребительных слов. Однако на практике этот отбор был осуществлен автором недостаточно последовательно, что, видимо, отчасти было ясно и ему самому (ведь Коменский остался недоволен «Преддверием» и в письмах спрашивал у друзей совета, как его улучшить). При этом учебник по языку, в традициях схоластики, одновременно остается у Коменского и учебником философии. «Я, вообще говоря,— замечает он в предисловии,— сомневался, не бу-

дет ли разумнее дать детям несколько детских диалогов, чтобы таким образом легче и проще ознакомить их с латинским языком. В итоге я сохранил форму Двери (Janua), дабы подготовить учеников именно к ней, то есть к умению ясно и правильно рассуждать обо всех вещах (res proprie exprimendi artificium, курсив мой.— В. Р.)». Из этого видно, что общий смысл изучения латинского языка чешский педагог видел не столько в его практическом употреблении, сколько в том, чтобы люди учились рассуждать и понимать мир, учились мыслить. Коменский в своем учебнике стремится «показать им (детям — В. Р.) ... главнейшие внутренние основы вещей и слов» (summi rerum et verborum cardines). Поэтому он и делает чуть ниже следующую, в высшей степени показательную ремарку: «пусть они склоняют не по памяти, а по смыслу употребления» (non memoriter mandando, sed usu). И здесь мы имеем явное указание, что мыслитель XVII в. осознавал непосредственную связь между человеческими мышлением и речью.

Идея постепенности обозначает у Коменского не только движение от простого к сложному (например, от первого и второго склонения имен к третьему, а затем к совместному склонению имен разных типов), но и медленную скорость обучения, соответствующую возрасту. «Они еще дети, их нужно вести медленно»,— пишет он. Ну и, конечно же, весьма важная мысль в предисловии к Vestibulum — это мысль о том, что учитель должен следовать явно не формулируемому в тексте правилу repetitio est mater studiorum (повторение — мать учения). Повторять по нескольку раз предлагается и каждую из глав пособия, и весь учебник целиком, вплоть до его полного заучивания. «Многократно перечитывая за определенные промежутки времени (per certa demensa) всю книгу, дети, которые впервые приступают к латыни, научатся из нее хорошо читать и правильно произносить слова... Изучив таким способом Преддверие (Vestibulum), пусть ученики повторят его еще раз, зачитывая вслух уже целые страницы и листы, чтобы знать их назубок» (ad unguem, буквально: «до мелочей»).

Другие идеи Коменского, сформулированные в предисловии к Vestibulum, интересны в контексте изучения латинского языка и будут лучше всего понятны как раз преподавателям этого предмета. Со многими типичными проблемами, столь точно описанными чешским педагогом уже в первой половине XVII века, преподаватели латыни сталкиваются постоянно. Одна из таких проблем — что следует давать

начинающим раньше, лексику или грамматику? И как сочетать продвижение в двух этих сферах, которое никак невозможно синхронизировать. Принцип, предложенный Коменским во введении к Vestibulum и воплощенный в самой книге, ныне воспринят почти всеми пособиями по латыни. Он заключается в том, что элементарные навыки склонения и спряжения необходимо развивать одновременно с заучиванием нескольких сотен простейших и употребительнейших слов, при этом прогресс в лексике должен быть несколько более быстрым, чем в грамматике. Из этого принципа, который подсказывает практика, у Коменского вытекает гораздо более общая и весьма остроумная идея, что следует скрывать от учеников начального уровня слишком сложные для них стороны предмета (например, грамматики), чтобы не отпугнуть их этой сложностью от занятий предметом вообще. Автор формулирует это так: «пока еще надо использовать лишь окончания глаголов первого типа (Комментарий 2). И будет достаточно того, чтобы маленькие дети выучили только их: мы должны скрывать от учеников сложное — то, что на первый взгляд может показаться им пугающе трудным» (quos studio celare debemus, si quid inspectu primo difficultatem minari possit, курсив мой.— В. Р.).

Из аналогичных соображений упрощения и адаптации латинской грамматики для употребления учениками Коменский считает возможным в одних случаях нечто добавить (как предлог in в сочетании in vere, «весной», дабы уподобить это словосочетание соответствующему немецкому), а в других — нечто пояснить (скажем, чтобы дать понять, что ne — это отрицательная форма союза ut, использовать редкое и искусственное удвоение ut ne). Эти нехитрые педагогические приемы, использованные в Vestibulum, и их теоретическое осмысление в предисловии шаг за шагом подводят автора к любопытному обобщению: «Я счел правильным всеми путями приспосабливаться к скудости познаний учеников (infirmitati servire) и, пока они еще запинаются (balbutire), запинаться вместе с ними». Подобная сентенция рождает у современного читателя недоумение и заставляет нас задаться вопросом, в какой мере Коменский осознавал разницу между психологией взрослого человека и психологией ребенка. Нет ли между двумя этими существами непроходимой границы, так что при всех усилиях взрослый не может смоделировать в своем сознании стиль мышления и восприятия ребенка шести-семи лет, на которого и рассчитан учебник.

Ведь «приспособиться к скудости познаний» ребенка в какой-то мере обозначает «влезть в его шкуру».

Перевод источника. Публикуемый ниже перевод выполнен по критическому изданию Станислава Соуседика (в составе критического издания Opera Didactica Omnia), помещенному в Полном собрании сочинений Яна Амоса ^метекого: Januae lingvarum reseratae Vestibulum, quo primus ad Latinam lingvam aditus tirunculis paratur // Jan Amos Komensky. Opera omnia. Dílo Jana Amose Komenského. Sv. 15(I) / Red. M. Steiner. Praha: Academia, 1986. 568 s. S. 307-309.

[Текст]

АВТОР ПРИВЕТСТВУЕТ ЧИТАТЕЛЕЙ

^к у всякого дома есть вход (janua) — так же перед всяким входом (janua) есть приставленное к нему крыльцо (vestibulum). Здесь, зайдя, полагается постоять, оглядеть наружную часть дома, посмотреть через прихожую на переднюю залу (atrium) и подождать, пока хозяева не встретят тебя и не введут тебя внутрь. Засим будет небесполезно, если, как нам того захотелось, мы к построенному недавно Входу (Lingvarum janua) пристроим ныне ^ыльцо (Vestibulum). А тебя, благоразумный читатель, мы назначаем оценщиком нашего замысла.

2. В предисловии к самому моему Входу (Janua) я написал, что он предназначен для детей, изучающих латинский язык; так он и был воспринят публикой. Тем не менее, как я полагаю, есть повод опасаться, как бы не вышло это уж слишком — без подготовки впускать учеников в столь густой лес из вещей и слов. Предусмотрительнее, наверное, побыть на крыльце и — прежде чем допускать учеников к рассмотрению отдельных частей — показать им сначала общие контуры всего здания (то есть главнейшие внутренние основы вещей и слов). С этой целью и написана настоящая книжка — дабы предоставить начинающим ученикам первоначальный материал для упражнения в склонении и спряжении (хотя бы по аналогии) и доступ к собственно Двери (Janua).

3. Я, вообще говоря, сомневался, не будет ли разумнее дать детям несколько детских диалогов, чтобы таким образом легче и проще ознакомить их с латинским языком. В итоге я сохранил форму Двери (Janua), дабы подготовить учеников именно к ней, то есть к умению ясно и правильно рассуждать обо всех вещах. Ведь при изучении латинского языка следует вначале добиваться не того, чтобы ученики

привыкли свободно говорить по-латыни (как это прежде неправильно делалось), а того, чтобы они научились понимать собственное значение каждого слова и суть обозначаемого им предмета. Ты скажешь: «Но ведь это требует большего напряжения внимания». Так и есть! Пусть же привыкают углубляться в книги со вниманием. Да и к чему торопиться? Они еще дети, их нужно вести медленно — медленно, говорю я, но обдуманным путем. Итак, я расскажу, каким образом это здесь достигнуто.

4. Я отобрал немногим более тысячи наиболее употребительных слов и составил из них коротенькие фразы, по большей части из двух слов. В первой главе я собрал имена с признаками или же (как их называют) существительные с прилагательными; во второй главе — имена с глаголами; в третьей — несклоняемые части речи: наречия, предлоги и числительные; наиболее употребительные союзы и междометия рассыпаны то здесь, то там. Прочие слова, относящиеся к тому, что случается и происходит в школе, дома, в городе (в той мере, в какой представлялось возможным дать некоторые из них для первоначального ознакомления), помещены в главах IV, V, VI. Наконец, в седьмой главе даны некоторые простейшие предписания касательно добродетелей.

5. Все слова употреблены в прямом, а не в переносном смысле (Комментарий 3). Порядок слов здесь природный (так, чтобы существительное шло вначале, а прилагательное или глагол следовали за ним) (Комментарий 4). Однако кое-где в качестве уступки немецкому языку (чтобы каждое латинское слово шло параллельно с соответствующим немецким) произведены небольшие перестановки. Например: Discite Latinam lingvam вместо lingvam Latinam. Ведь существительные по своей природе идут вначале, но в немецком языке, наоборот, вначале идут прилагательные. Поскольку в латинском и польском вполне допустимы оба порядка, а немецкий плохо позволяет его менять, я решил, что в этом следует уступить правилам немецкого и поставить прилагательное впереди.

6. Также и следующее: я избегал свойственного латинскому языку эллипсиса (Комментарий 5), чтобы он не сбивал с толку учеников. В частности, я употребил in vere (с предлогом), соответствующее немецкому im Fruhling («весной»), несмотря на то, что в латинском языке это будет лучше звучать без предлога. Таким же образом вместо ne ruat я употребил ut ne ruat («чтобы он не упал»). Ведь я счел правиль-

ным всеми путями приспосабливаться к скудости познаний учеников и, пока они еще запинаются, запинаться вместе с ними. Так и правильно. Ибо всякая вещь при начале своем — неоформившаяся. С чего бы и здесь было иначе?

7. Теперь надобно дать некоторые указания, как использовать настоящее Преддверие (Vestibulum).

I. Разумеется, многократно перечитывая за определенные промежутки времени всю книгу, дети, которые впервые приступают к латыни, научатся из нее хорошо читать и правильно произносить слова.

II. А чтобы они мало-помалу усваивали значения слов, сначала они должны всякий раз произносить то же и на родном языке. Например: komm her kinder — venite pueri («идите сюда, дети») и т.п. Ведь если латинские слова всегда будут сопровождаться словами родного языка, то они выучат их вдвое быстрее.

III. После того как таким образом книгу пройдут дважды, нужно приступать к упражнению памяти. Пусть теперь ученики заучивают на каждом уроке две или три коротенькие фразы, а в конце занятия произносят их по памяти.

8. Одновременно с этим следует делать упражнения на склонение. Материал для этого предоставляет первая глава, но следует соблюдать простую последовательность, а именно, чтобы

1) сначала брать только существительное.

2) Пусть существительное склоняют вместе с прилагательным, и сначала с прилагательным того же склонения — первого (например, Latina lingvapulchra, terra infima, nebulapropinqua, area lata и т.п.), затем второго (Deus aeternus, mundus temporarius, coelum supremum и т.п.), потом третьего (homo mortalis, pondus grave и т.п.). После этого пусть идет смешение разных склонений (lingva elegans, casa humilis, vallis profunda, turris excelsa, medium facile, tempus opportunum, spiritus invisibilis, fructus maturus, res necessaria и т.п.), но в начале обучения об этом рассказывать не нужно.

3) И пусть они склоняют не по памяти, а по смыслу употребления. Для этого мы поместили таблицу с окончаниями падежей. Покамест она с лихвой заменит грамматику.

4) А для того чтобы ученики лучше поняли, что такое склонение, нужно перед формами слов давать не названия падежей (именительный, родительный и т.п.), а простые вопросы. 1) Что это? — Латинский

язык. 2) Уепйе — слово какого языка? — Латинского языка. 3) Чему ты сейчас учишься? — Латинскому языку. 4) Что ты изучаешь? — Латинский язык. 5) Позови его! — О латинский язык! 6) На каком языке ты хочешь говорить? — На латинском языке.

5) Итак, вначале нужно учить так — а названия падежей они запомнят впоследствии, из грамматики, уже сейчас простейшим путем поняв смысл их употребления. Общая же схема, которая подходит к склонению всех имен в обоих числах (и без использования вопросов), такова:

1. Вот грифельная доска.

2. Часть грифельной доски.

3. Я прибавляю часть к грифельной доске.

4. Я вижу грифельную доску.

5. О ты, грифельная доска!

6. Я вижу нечто на грифельной доске.

Во множественном числе:

1. Вот две грифельные доски.

2. Часть двух грифельных досок.

3. Я прибавляю нечто к двум грифельным доскам.

4. Я вижу две грифельные доски.

5. О две грифельные доски!

6. Я вижу нечто на двух грифельных досках.

^. И полезно будет не только склонять таким образом вслух (глядя в таблицу склонения) каждое слово, но и делать это письменно.

6) Итак, выучив наизусть на первом уроке несколько коротеньких фраз, на следующем пусть они сразу же пишут свои упражнения в подготовленных для этого тетрадях (НЬеШ) (Комментарий 6). То есть пусть склоняют те словосочетания, которые выучили, тем способом, о котором я сказал,— это будет предварением к будущим письменным упражнениям.

9.Таким же образом (проходя вторую и последующие главы) пусть они упражняются в спряжении глаголов, таблицы изменения которых также следует поместить в конце Преддверия (Vestibulum), чтобы покамест не было нужды в другой краткой грамматике. Однако пока

еще надо использовать лишь окончания глаголов первого типа (prima forma). И будет достаточно того, чтобы маленькие дети выучили только их: мы должны скрывать от учеников сложное — то, что на первый взгляд может показаться им пугающе трудным. По той же причине мы опустили супины (Комментарий 7), герундии, а тем более инфинитивы прошедшего и будущего времени, которые не имеют аналогий в их родном языке. Чтобы выучить их, будет довольно времени и гораздо более подходящий случай, когда они войдут в Дверь (Janua).

10. Так, потихоньку и словно бы под видом других занятий им станет ясна разница между именами, признаками, глаголами, наречиями, предлогами и союзами, а также общие различия между окончаниями склонений и спряжений — более мелкие различия останутся уже для грамматики.

11. Изучив таким способом Преддверие (Vestibulum), пусть ученики повторят его еще раз, зачитывая вслух уже целые страницы и листы, чтобы знать их назубок, а после этого они наконец спокойно могут быть допущены ко Входу (Janua).

12. Да поможет нам Бог, дабы тем, кому вверено обучение чад Божьих, на небе рожденных (Coelo nati), не отступить от Христа, который есть Дверь овцам (Coeli Janua). Наставляйте же их прежде всего прочего, заклинаю вас, о правители школьных дел, ради спасения вашего и тех, кто вам препоручен. Прощайте. Дано 4 января 1633 года.

Работа выполнена в рамках государственного задания ФГБНУ «Институт стратегии развития образования Российской академии образования» на 2017-2019 годы (№ 27.8089.2017/БЧ) «Реализация потенциала историко-педагогических исследований в современном педагогическом образовании».

Комментарии

1) Как полагает Станислав Соуседик, отражением этого первоначального издания следует считать те версии, которые печатались в Англии и Венгрии, прежде всего лондонское издание 1641 года: [3]. Здесь нет ни предисловия, ни указателя, ни грамматических таблиц. См.: [2, s. 511].

2) То есть на начальном этапе не следует изучать вторичные окончания, а именно окончания perfectum indicativi activi.

3) Подразумевается, среди прочего, что автор не использует в учебнике фигуры мысли и фигуры речи.

4) «Природному», или «естественному», порядку слов Коменского в современной лингвистике примерно соответствует понятие «базовый порядок слов», также употребляются терминологически менее четкие понятия «прямой порядок слов» и «нормальный порядок слов».

5) Эллипсис — это пропуск слов, которые подразумеваются по смыслу. Коменский понимает эллипсис очень широко, что видно и по другим его учебникам.

6) Очевидно, речь идет о двух уроках, следующих друг за другом подряд в один и тот же день.

7) Супин — особая форма глагола (либо же особая часть речи, отглагольное существительное), свойственная латинскому языку.

Литература / References

1. Cuma A. K voprosu o suscestvovanii russkogo pecatnogo izdanija "Preddverija" Komenskogo // Archiv pro badani o zivote a dile Jana Amose Komenskeho. Sv. XX. Praha, 1961. S. 169-188.

2. Jan Amos Komensky. Opera omnia. Dilo Jana Amose Komenskeho. Sv. 15 (I) / Red. M. Steiner. Praha: Academia, 1986. 568 s.

3. Janua linguarum Reserata: ... una cum Januae Latinitatis Vestibulo. Authore Cl. Viro J. A. Comenio. The Entry — Door of Languages Unlocked ... together with a Portall to the Janua. Formerly translated by Th. Horn: now reviewed and enlarged both in the Latin and English, By Joh. Robotham. The fifth Edition. London, Printed by R. Young, and are sold by T. Slater, at the Swan in Duck-Lane, 1641.

4. Januae Lingvarum Reseratae Aureae Vestibulum, Quo primus ad Latinam aditus Tirunculis paratur: Cum versione interlineari Germanica. Editum a Johan-Amoso Comenio. Nunc vero ipsius Autoris Consensu Revisum multisque in locis auctum. Cum Privilegio Sac. Caes. Majest. Et Sereniss. Elect. Saxon. Lipsiae, Sumptibus Gotofredi Grosii Bibliopolae. Per Johannem Albertum Mintzelium Typis excusum, Anno M. DC. XXXVI.

JOHN AMOS COMENIUS' PREFACE TO HIS TEXTBOOK VESTIBULUM

Abstract. The Russian translation of the preface by Comenius to his textbook Vestibulum (Antechamber) is presented to the Russian reader. The author of the article discusses some ways of teaching languages, which Comenius introduced in his preface.

Keywords: John Amos Comenius, a textbook for primary school, didactics of the 17th century.