К вопросу об организационной структуре института уполномоченных правительства Российской Федерации и правительства Монголии по охране и использованиютрансграничных вод

культур, транскультурализма и мультикультура-лизма в формировании новой китайской идентичности, стремится обеспечить будущее устойчивое гармоничное развитие в условиях глобализации. Новая китайская идентичность, основанная на традиционных ценностях и заимствованных модернизационных элементах, формирует сегодня новый облик глобализирующегося Китая.

Литература

1. Абрамов В.А. Глобализирующийся Китай: грани социокультурного измерения. - М., 2010. - 240 с.

2. Кучинская Т.Н. Воспроизводство китайской идентичности в условиях глобализирующейся регионализации КНР / Актуальные проблемы развития современного китайского общества: материалы I Междунар. науч.-практич. конференции. - Чита, ЧитГУ, 2009. - С. 73-79.

3. Ишутина Ю.А. К вопросу о формировании этнической идентичности китайцев // Россия и АТР: научный журнал / Институт истории, археологии и этнографии ДВО рАн. - Владивосток, 200б. - № 3 (53). - С. 67-71.

4. Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. - М.: Медиум, 1995.

5. Сяо Сяосуй «Цзутичжуи» жэньтундэ хуаюй цзянь-гоу = Дискурсивное построение «коллективной идентичности» // Квавэньхуа цзяоцзи юй чуаньцаньчжундэ шэнь-фэньжэньтун (Ч.1): лилунь шицзяо юй цинцзин цзяньгоу = Идентичность и межкультурная коммуникация: Теоретическая и контекстуальная конструкции / Под. ред. Дай Сяо-дун, С.Дж. Кулич. - Шанхай: Шанхай вайюй цзяоюй чу-баньшэ, 2010. - С. 299-314.

6. Ишутина Ю.А. Формирование и репрезентация национальной идентичности тайваньцев: автореф. дис. ... канд. культурологии по специальности: 24.00.01 - История и теория культуры. - Владивосток: ДВГТУ, 2006. URL: http://www.fentu.ru/index2.php?option=com_docman&task=do c_view& [Электронный ресурс] / Я.Бутаков. - Режим дос-тупа:gid=117&Itemid=36.

7. Zhang, Yunying. Chinese National Identity Constructed During SARS Crisis A Comparative Study of Newspaper News and Online. Paper presented at the annual meeting of the NCA 93rd Annual Convention, Nov 14, 2007. - 2008-11-25. - URL: http://www.allacademic.com/meta/p195776_index.html.

8. Townsend J. Chinese nationalism. - New York: An East Gate Book, 1996.

9. Jia Wenshan Competing Construction of Chinese Identity at the turn of the Third Millennium - A Comprehensive Analysis of Three Divergent Streams of Discourse on China’s Beijing 2008 Olympic Games / Identity and Intercultural communication (I) Theoretical and contextual construction / Ed. by the SISU Intercultural Institute. 2010. P.341-352.

10. Коктыш К. Современная китайская идентичность и европейские идеологемы [Электронный ресурс] // Наше Мнение. URL: http://www.nmnby.org/pub/0709/14m.html.

11. Межевич Н.М. Региональная идентичность: теоретическое содержание и методология // Основные направления региональной политики Российской Федерации: учеб. пособие / СПб гос. ун-т телекоммуникаций им. проф. М.А. Бонч-Бруевича. - Ч.2. Механизмы региональной политики - URL: http://www.dvo.sut.ru/libr/history/i299mez2/2.htm.

12. Сяо Сяосуй Дискурсивное построение «коллективной идентичности» // Идентичность и межкультурная коммуникация: Теоретическая и контекстуальная конструкции / под. ред. Дай Сяодун, С. Дж. Кулич. - Шанхай: Шанхай вайюй цзяоюй чубаньшэ, 2010. - С. 299-314.

13. Scalapina, A. Robert China Multiple Identities in East Asia: China as a Regional Force // China's Quest for National Identity ed. by Lowell Dittmer, Samuel S. Kim. - Cornell University Press, Ithaca and London: Cornell University Press, 1993. - 305 p.

14. Jia Wenshan Competing Construction of Chinese Identity at the turn of the Third Millennium - A Comprehensive Analysis of Three Divergent Streams of Discourse on China’s Beijing 2008 Olympic Games / Identity and Intercultural communication (I) Theoretical and contextual construction / Ed. by the SISU Intercultural Institute. 2010. P.341-352.

15. Кучинская Т.Н. Брендинговые стратегии развития «китайского региона»: «гармония» внутри и вовне // Кула-гинские чтения: материалы IX Всероссийской науч.-практ. конф.- Чита: ЧитГУ, 2009. - Ч.У. - С. 45-48.

Сведения об авторах Кучинская Татьяна Николаевна - кандидат политических наук, доцент кафедры востоковедения Забайкальского государственного университета, г. Чита, e-mail: kuchinskaya_t@mail.ru.

Data on authors Kuchinskaya Tatyana Nikolaevna - candidate of political science, associate professor, department of oriental studies, Zabaikalsky State University, Chita, e-mail: ku-chinskaya_t @ mail.ru.

УДК 347.795 Т.Б. Цыренова

К ВОПРОСУ ОБ ОРГАНИЗАЦИОННОЙ СТРУКТУРЕ ИНСТИТУТА УПОЛНОМОЧЕННЫХ ПРАВИТЕЛЬСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ПРАВИТЕЛЬСТВА МОНГОЛИИ ПО ОХРАНЕ И ИСПОЛЬЗОВАНИЮ ТРАНСГРАНИЧНЫХ ВОД

В статье рассматриваются вопросы, связанные с природой и характером организационной структуры главного политического института российско-монгольского межгосударственного взаимодействия в области охраны и использования трансграничных вод.

Ключевые слова* российско-монгольские отношения в области охраны и использования трансграничных вод; политический институт; организационная структура

2011/14

T.B. Tsyrenova

TO THE ISSUE OF ORGANIZATIONAL STRUCTURE OF THE INSTITUTION OF RUSSIAN AND MONGOLIAN GOVERNMENTAL REPRESENTATIVES ON PROTECTION AND USE OF TRANSBOUNDARY WATER OBJECTS

The article considers the issues concerning the nature and character of organizational structure of the main Rus-sian-Mongolian political institution on governmental interaction in the field of protection and use of transboundary waters.

Keywords: Russian-Mongolian relations in the field of protection and use of transboundary water; political institution; organizational structure.

Сотрудничество России и Монголии в области охраны и рационального использования водных ресурсов занимает важное место в политическом диалоге двух государств. С одной стороны, в нем находит свое выражение государственная национальная водная политика двух заинтересованных сторон, с другой - она реализуется посредством межгосударственных институциональных механизмов. Межгосударственное управление в данной области объединяет в себе два политических субпроцесса. Первый -это управление в области охраны и использования трансграничных водных ресурсов на государственном (национальном) уровне, и второй -целенаправленное регулирование отношений в области трансграничных вод на межгосударственном уровне.

Межгосударственное управление в области охраны и использования трансграничных водных объектов представляет собой конкретную политическую подсистему целостного межгосударственного процесса взаимодействия. Как и в государственном управлении в области охраны и использования водных ресурсов, основным политическим и административным субъектом управления выступает государство, характерной особенностью которого является наличие власти - «особой управляющей системы (механизма), руководящей основными сферами общественной жизни» [1].

Одним из важнейших компонентов межгосударственного управления в области охраны и использования трансграничных водных объектов является реализация государственной политики двух заинтересованных государств-сторон. Безусловно, она напрямую связана с реализацией их национальных стратегических курсов в области водных отношений, их основных направлений развития и способов их осуществления. В данном случае реализация государственной политики двух государств - России и Монголии - в области охраны и использования трансграничных водных объектов представляет собой несколько этапов. Среди них выделяются:

1) формирование легитимных субъектов управления и их институциональной иерархии; 2) разработка стратегического курса и принятие политических решений; 3) административные средства реализации их решений; 4) контроль за их исполнением. Более подробно рассмотрим формирование легитимных субъектов межгосударственного управления в области охраны и использования трансграничных вод и их институциональной композиции при институциональноструктурном подходе.

Главным политическим субъектом межгосударственного российско-монгольского управления в области охраны и использования трансграничных водных объектов является институт уполномоченных правительства Российской Федерации и правительства Монголии по выполнению Соглашения между ними. Его целью является экологически обоснованное управление трансграничными водами на основе бассейнового принципа.

Институт уполномоченных правительств как форма межгосударственного управления в области трансграничных вод функционирует еще со времен подписания Соглашения между правительством Советского Союза и правительством Монгольской Народной Республики о рациональном использовании и охране вод бассейна реки Селенги. В настоящее время такое межгосударственное управление реализуется не только в рамках российско-монгольского Соглашения. Такая форма характерна для всех соглашений, подписанных Российской Федерацией по охране и использованию трансграничных вод. Так, в российско-украинском и российско-белорусском, российско-финском и российско-эстонском соглашениях действует институт представителей правительств сторон, в российско-казахском соглашении - институт уполномоченных правительств сторон, в российско-китайском соглашении - институт председателей комиссий.

Высокий политико-правовой статус уполномоченных правительства Российской Федерации

и правительства Монголии позволяет им действовать от имени двух правительств в области охраны и использования трансграничных вод и реализовывать государственную национальную водную политику на межгосударственном уровне с учетом национальных интересов стран. Он также дает право на использование государственных символов при исполнении своих прямых обязанностей.

Становление Института уполномоченных сторон по выполнению соглашения происходило с учетом внутренних трансформаций политических систем как в России, так и в Монголии. Назначение представителей российского Министерства природных ресурсов, а позднее представителей Федерального агентства водных ресурсов, на должность уполномоченного правительства Российской Федерации наглядно демонстрирует внутреннюю российскую ситуацию по формированию субъектов государственного управления в области охраны и использования водных ресурсов. Так, в результате проведенных в 1995-2004 гг. административных реформ в России была предпринята попытка создания модели взаимодействия политических институтов, влияющих на процесс государственного управления в области охраны и использования водных ресурсов на основе выполняемых функций: министерство - служба - агентство. С 2004 г. специально уполномоченным субъектом государственного управления водными ресурсами, реализующим государственную политику в данной области, является Федеральное агентство водных ресурсов. В Монголии назначение уполномоченными представителей Министерства окружающей среды и туризма Монголии также отражает внутреннюю национальную организационную структуру государственного управления в области охраны и использования водных ресурсов, в которой главным институтом, обеспечивающим реализацию государственной политики в области водных отношений, является вышеуказанное министерство.

Институт уполномоченных правительства Российской Федерации и правительства Монголии имеет сложную внутреннюю организационную систему, которая структурно представляет собой межгосударственную иерархически организованную вертикаль. Его организационная структура, выступающая связующим и координирующим элементом межгосударственного управления, объединяет все компоненты - субъекты государственного управления в области охраны и использования водных ресурсов, обеспечивающие ее целостность и управляемость. Она предполагает разделение управленческой

деятельности и распределение ее задач и функций между ними на субординационной основе сверху вниз.

Организационная структура межгосударственного управления в области охраны и использования трансграничных водных объектов разработана в соответствии с классической теорией организации, которая представляет собой иерархическую лестницу сверху вниз от центра принятия решений. Действуя от имени и по поручению правительства Российской Федерации и правительства Монголии, уполномоченные

обеспечивают общее политическое управление, контролируют установленное соотношение полномочий органов государственного управления водными ресурсами в межгосударственном контексте, принимают политические решения. Иными словами, они «обеспечивают рассмотрение и решение в оперативном порядке вопросов, связанных с выполнением Соглашения» [2], являющегося правовой основой взаимодействия двух стран в данной области.

Центром исполнения принятых уполномоченными сторон решений по вопросам Соглашения является совместная российско-монгольская рабочая группа. Ее же можно рассматривать как основной подынститут межгосударственного управления, правовую основу которой составляет порядок работы совместной рабочей группы [3].

Уполномоченный каждой стороны формирует национальную часть совместной рабочей группы, которая находится в его прямом подчинении. Назначение руководителя национальной части совместной рабочей группы, имеющего статус заместителя уполномоченного правительства, происходит путем издания специального распоряжения правительства при представлении его уполномоченного. Руководитель национальной части рабочей группы при согласовании с уполномоченным стороны осуществляет разделение функций среди органов государственного управления в области охраны и использования водных ресурсов, представители которых входят в состав национальных частей совместной рабочей группы в соответствии с основными направлениями Соглашения. При этом необходимо отметить наличие двух заместителей уполномоченного правительства Монголии. Это связано, во-первых, с разделением функций государственного управления в области охраны и использования водных ресурсов внутри самой страны. В Монголии основным субъектом государственного управления водными ресурсами по закону «О воде» является специально уполномоченный орган исполнительной власти - Пра-

2011/14

вительственное агентство водных дел. В соответствии с выполняемыми функциями руководитель агентства автоматически назначается руководителем монгольской части совместной рабочей группы - заместителем уполномоченного правительства Монголии. В то же время к числу субъектов государственного управления в данной области отнесено и Министерство иностранных дел Монголии, его представитель также назначается заместителем уполномоченного правительства Монголии, но уже без статуса руководителя национальной части совместной рабочей группы. Такое положение обусловлено наличием политической традиции, существующей в государстве, и характерно для монгольской стороны также при реализации Соглашения между правительством Монголии и правительством Китайской Народной Республики по охране и использованию трансграничных вод.

Совместная российско-монгольская рабочая группа представляет собой коллегиальный орган. Ее решения принимаются на заседаниях совместной рабочей группы. Компетенция совместной рабочей группы включает в себя вопросы по направлениям Соглашения. Направления Соглашения можно условно сгруппировать по сферам управления водными ресурсами. Первую группу направлений представляют вопросы общего управления - распоряжение трансграничными водными объектами, среди которых разработка единых бассейновых концепций охраны и использования трансграничных вод; определение межгосударственного распределения водных ресурсов по конкретным водным объектам с учетом экологического пропуска; обмен информацией по осуществлению водохозяйственных и водоохранных мероприятий; координация работ по предотвращению и ликвидации последствий паводков; проведение совместных научных исследований проблем охраны и рационального использования водных ресурсов трансграничных вод. Во вторую группу направлений входит ведение мониторинга качества вод трансграничных водных объектов, подразумевающее разработку и реализацию специализированных программ, включающих гидрохимические и микробиологические показатели качества вод, количество отборов проб, установленные места отборов проб и их анализ, а также осуществление обмена специализированной гидрологической, гидрохимической и гидробиологической информацией в согласованном порядке. Третья группа направлений Соглашения -контроль и надзор за состоянием качества вод, включая условия биоразнообразия трансгранич-

ных водных объектов. Исходя из обозначенных в соглашении направлений, определены функции национальных частей совместной рабочей группы и акторы, участвующие в межгосударственном управлении трансграничными водными объектами.

Так же, как и в России, в Монголии государственное управление в области охраны и использования водных ресурсов построено на основе бассейнового принципа. Но существенным отличием в организационной структуре монгольской части совместной рабочей группы является способ ее формирования. Если российская часть совместной рабочей группы представлена в основном территориальными органами федеральных органов исполнительной власти, то монгольская ее часть состоит из центральных органов государственного управления в области охраны и использования водных ресурсов. Координирующую роль в монгольской рабочей группе играет Правительственное агентство водных дел Монголии, полномочия которого определены законом Монголии «О воде». Так же, как и российское Федеральное агентство водных ресурсов и его территориальные органы, монгольское агентство ответственно за разработку основных инструментов государственного управления водными ресурсами -план менеджмента, ведение государственного водного реестра и т.д. В то же самое время вопросы контрольно-надзорных функций по защите водных объектов от загрязнения также входят в круг его полномочий, что существенно отличает распределение выполняемых функций в монгольской части от российской части совместной рабочей группы. В отличие от российской части в монгольской части совместной рабочей группы участвуют представители Министерства обороны и Министерства иностранных дел Монголии.

Все указанное определяет организационную структуру совместной российско-монгольской рабочей группы как совокупность связанных между собой по горизонтали на функциональной основе конкретных органов государственного управления в области охраны и использования водных ресурсов в Российской Федерации и Монголии. В ней каждый орган, участвующий в процессе межгосударственного управления, обеспечивает выполнение поставленных уполномоченными сторон задач в рамках своих специализированных функций. Безусловно, такой подход позволяет исключить дублирование функций, и каждый орган несет ответственность за качественное исполнение своих функций.

Вместе с тем он не лишен недостатков. В процессе межгосударственного управления возникают те же проблемы, характерные и для государственного управления в области охраны и использования водных ресурсов. Во-первых, узкая специализация органов государственного управления водными ресурсами, участвующих в межгосударственном управлении трансграничными водными объектами, порождает проблему взаимодействия между ведомствами и координации усилий в достижении главной цели - экологически обоснованного управления трансграничными водными объектами. Основные институты межгосударственного управления исполняют поставленные задачи только в рамках конкретного своего правового статуса. Вопросы же, выходящие за пределы их компетенции, так и остаются неразрешенными. Вполне вероятным может стать факт их разрешения посредством вмешательства уполномоченных сторон, имеющих широкие полномочия в области охраны и использования трансграничных вод. Безусловно, в процессе функционирования института уполномоченных сторон проявился ряд серьезных проблем, связанных с несоответствием нормативно-правовой базы двух государств в области охраны и использования водных ресурсов. Вместе с тем решение этих проблем, как показывает практика деятельности института уполномоченных сторон, возможно лишь в рамках его право-

вого статуса. На сегодняшний день он является наиболее оптимальной, устойчивой и стабильной формой сотрудничества Российской Федерации и Монголии в области охраны и использования трансграничных вод.

Литература

1. Осинский И.И., Добрынина М.И. Политология. -Улан-Удэ, 2010. - С.319.

2. Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Монголии по охране и использованию трансграничных вод от 1995 года. - Ст 2. URL: www.mnr.gov.ru.

3. Порядок деятельности совместной российско-монгольской рабочей группы был принят на II Совещании Уполномоченных Сторон по выполнению Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Монголии по охране и использованию трансграничных вод от 1995 года (Улан-Батор, 1999 год). Впоследствии он был пересмотрен с учетом изменений в национальных водных законодательствах на их VIII Совещании (Улан-Батор, 2009 год).

Сведения об авторах Цыренова Татьяна Батомункуевна - кандидат филологических наук, доцент, докторант кафедры философии Бурятского государственного университета, г. Улан-Удэ, e-mail: tstatiana75@inbox.ru.

Data on authors Tsyrenova Tatyana Batomunkuevna - candidate of philological science, associate professor, doctoral degree student, department of philosophy, Buryat State University, Ulan-Ude, e-mail: tstatiana75@inbox.ru.

УДК 347.795 Т.Б. Цыренова

ОБ ОСНОВНЫХ СУБЪЕКТАХ ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ МОНГОЛИИ В ОБЛАСТИ ОХРАНЫ И ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ВОДНЫХ РЕСУРСОВ

В статье рассматриваются основные субъекты государственного управления Монголии в области охраны и использования водных ресурсов.

Ключевые слова' государственное управление, водные ресурсы, субъекты государственного управления.

T.B. Tsyrenova

ON THE MAIN SUBJECTS OF MONGOLIAN STATE ADMINISTRATION IN THE FIELD OF PROTECTION AND USE OF WATER RESOURCES

The main subjects of Mongolian state administration in the field of protection and use of water resources are considered in the article.

Keywords: state administration, water resources, subjects of state administration.

Сложности «транзитного» периода, вызван- сов. Прежняя социалистическая система была

ного изменениями политической системы мон- ликвидирована, новая система не сформирована.

гольского общества в 1990-е гг., оказали свое С началом приватизации государственной соб-

воздействие и на государственное управление в ственности был открыт доступ к неконтроли-

области охраны и использования водных ресур- руемому использованию водных ресурсов, они