Проблемы международной безопасности в контексте современной политической науки

М. М. Кучерявый M. M. Kucheryavyy

Проблемы международной безопасности в контексте современной политической науки

Problems of the International Security in a Context of Modern Political Science

< >

о о

Кучерявый Михаил Михайлович

Руководитель управления Федеральной службы по техническому и экспортному контролю по Северо-Западному федеральному округу

Заведующий кафедрой национальной и международной безопасности Северо-Западного института управления — филиала РАНХиГС

Государственный советник Российской Федерации 1-го класса

Кандидат политических наук

Kucheryavyy Mikhail Mikhailovich

The chief of headquarters in the North-West Federal District of the Federal Service for Technical and Export Control

Head of the Chair of National and International Security of North-West Institute of Management — branch of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration (Saint-Petersburg) State Counsellor 1st Class of the Russian Federation PhD in Political Science

РЕФЕРАТ

В данной статье рассматриваются проблемы поддержания международной безопасности, особое внимание уделено понятиям «региональная» и «национальная безопасность», в частности отмечается, что эффективность обеспечения национальной безопасности современного государства неразрывно связана с особенностями проведения его внешней политики. В статье раскрывается влияние геополитических факторов на региональные процессы в сфере безопасности, связанные с процессами субрегионализации.

ABSTRACT

This article describes problems of international security, focuses on the concepts of regional and national security, in particular, it is noted that the effectiveness of the national security of the modern state is inseparably connected with the peculiarities of his foreign policy. The article reveals the impact of geopolitical factors on regional developments in the field of security related to the processes of sub-regionalization.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА

обеспечение безопасности, измерения международной безопасности, национальная безопасность, региональная безопасность

KEY WORDS

security, measurement of international security, national security, regional security

Проблема поддержания безопасности являлась актуальной на протяжении всей мировой истории. Важной задачей обеспечения безопасности является и в наши дни. В ее решении участвуют отдельные граждане и семьи, социальные группы и нации, государства и союзы государств, международные организации и мировое сообщество.

Современная политическая наука рассматривает безопасность в аспекте деятельности по выявлению и изучению, предупреждению и устранению факторов и условий, которые порождают угрозы и опасности для существования людей. В данной связи В. М. Кулагин пишет: «В самом широком смысле безопасность — это состояние защищенности

о от угроз ключевым ценностям. Нередко ^ при определении безопасности акцент ^ делается именно на защищенности — ^ наличии средств и организационных ^ мер, институтов, договоренностей с партнерами и т. д. Но весь комплекс о обеспечения защищенности опреде-о ляется характером и масштабом угроз. < Поэтому понятие „безопасность" объ-с единяет неразлучную пару „угрозы — х защита от них"» [7, с. 8].

Состояние защищенности от угроз н- поддерживается на различных уровнях: ^ локальном и национальном, региональ-1= ном и глобальном. Эти угрозы могут быть достаточно разнообразными и направлены в первую очередь против жизненно важных ценностей, имеющих материальный, духовный и геополитический характер. Реализация этих угроз, если не будут приняты соответствующие меры для их ликвидации, в состоянии принести недопустимый ущерб населению конкретного государства или международного региона. В случае всемирного масштаба угрозы возможно возникновение ситуации, которая приведет к глобальной катастрофе, если данная опасность не будет устранена.

Таким образом, безопасность в современном мире приобрела принципиально новые характеристики. Все страны и народы включаются в мировые процессы, затрагивающие все основные сферы жизнедеятельности человечества. Эти процессы ускоряются колоссальным научно-техническим прогрессом. Современный этап мирового развития сопровождается возникновением и обострением политических, экономических, экологических, энергетических и других проблем, получивших глобальный масштаб распространения. Возрастание взаимозависимости государств и регионов мира, создание мировых рынков и региональных общих экономических пространств, появление оружия массового уничтожения, способного уничтожить все живое на планете, и другие подобные явления выдвинули на первый план в современных условиях проблему обеспечения безопасности в

масштабах всего мирового сообщества, т. е. проблему обеспечения международной безопасности.

Международная безопасность представляет собой такое состояние международных отношений, при котором обеспечиваются стабильность развития мирового и региональных сообществ, защищенность от внешних угроз, право на свободное развитие всех народов, гарантия суверенитета и независимости всех официально признанных государств.

В российской политической науке одно из наиболее полных и развернутых определений международной безопасности предложил А. Г. Арбатов: «Состояние международных отношений, обеспечивающее защищенность государства и легитимность международных организаций и негосударственных субъектов отношений от внешних и трансграничных угроз, позволяющее обеспечить суверенитет, территориальную целостность, устойчивое развитие и взаимовыгодное сотрудничество государств, эффективное функционирование международных организаций и негосударственных субъектов, а также справедливое мирное урегулирование их конфликтов и согласование экономических, политических, военных и иных интересов» [1, с. 12].

Международная безопасность обеспечивается с помощью политических и правовых, экономических и военных, а также других способов. В Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года записано: «В сфере международной безопасности Россия сохранит приверженность использованию политических, правовых, внешнеэкономических, военных и иных инструментов защиты государственного суверенитета и национальных интересов. Проведение предсказуемой и открытой внешней политики неразрывно связано с реализацией задач устойчивого развития России»1.

1 Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года / Утв. Указом Президента Российской Федерации от 12 мая 2009 г. № 537 // Российская газета. 2009. 19 мая. Гл. 4. Ст. 45-46.

Большое значение для поддержания такой безопасности имеют демилитаризация, демократизация и гуманизация международных политических процессов, обеспечение социальной справедливости и равенства в международном сообществе; верховенство права в отношениях на мировой арене.

На основе геополитического подхода выделяют следующие измерения международной безопасности: человеческое (личностное), национальное, региональное и глобальное. Данный подход показывает, что международная безопасность непосредственно связана и может оказывать влияние на все субъекты современных международных отношений от отдельных индивидов до глобальных акторов. Самым непосредственным образом международная безопасность касается всех государств современного мира как основных субъектов международных отношений, действующих в условиях глобального мира. Глобальное измерение безопасности наиболее интенсивно расширяется в последнее время, охватывая новые субъекты международных отношений и включая новые сферы жизнедеятельности мирового сообщества, в том числе и глобальное информационное пространство.

Рассмотрим более подробно каждое из выделенных измерений международной безопасности. Человеческое или личностное измерение безопасности связано с созданием и поддержанием нормальных условий жизнедеятельности как для отдельных индивидов, так и для конкретных социальных групп. Такая деятельность в сфере человеческой безопасности связана как с кризисными экстремальными ситуациями, так и с поступательными периодами развития общества. Во время кризисов обеспечение безопасности заключается в существовании такой системы мер защиты от угроз, которая позволила бы уберечь людей от гибели вследствие войн, экологических катастроф и преступного насилия, а также от голода или болезней.

В условиях мирного общественного развития речь в рассматриваемом нами

случае идет о формировании условий о для реализации личностных и социаль- н ных интересов. Так, в Стратегии на- ^ циональной безопасности Российской ^ Федерации до 2020 года отмечается: ^ «Стратегическими целями обеспечения национальной безопасности в области о повышения качества жизни российских о граждан являются снижение уровня < социального и имущественного нера- ^ венства населения, стабилизация его х численности в среднесрочной перспек- 2 тиве, а в долгосрочной перспективе — н-коренное улучшение демографической ^ ситуации. Повышение качества жизни ° российских граждан гарантируется путем обеспечения личной безопасности, а также доступности комфортного жилья, высококачественных и безопасных товаров и услуг, достойной оплаты активной трудовой деятельности»1.

Категория «человеческая безопасность» впервые была сформулирована в 1990-е гг. в дополнение к понятию «гражданская безопасность». После детального раскрытия содержания человеческой безопасности в «Докладе о человеческом развитии», подготовленном в 1994 г. Программой развития ООН [10], это понятие получило широкое распространение. Эта концепция позволила рассматривать в комплексе проблемы обеспечения безопасности, возникающие как во внутреннем развитии государств, так и на международном уровне.

Если «человеческая безопасность» вошла в общественную практику и политическую науку в конце прошлого века, то категория «национальная безопасность» появилась в самом начале этого исторического периода. Оно было введено в политический дискурс в 1904 г. Теодор Рузвельт, двадцать шестой президент США, использовал термин «национальная безопасность» для обоснования присоединения зоны Панамского канала,

1 Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года / Утв. Указом Президента Российской Федерации от 12 мая 2009 г. № 537 // Российская газета. 2009. 19 мая. Гл. 2. Ст. 19.

о обращаясь с традиционным посланием

^ к американскому Конгрессу. В дальней-

^ шем понятие «национальная безопас-

^ ность» получило широкое распростране-

^ ние среди мировой политической элиты и в международном академическом со-

о обществе. В российской политической

со

о практике и науке это понятие вошло в

< обиход в конце 1980-х, когда оно за-с менило термин «государственная без-х опасность».

< п

^ В современной политической науке н- национальная безопасность трактуется, ^ прежде всего, как такое внутреннее со-с= стояние и международное положение страны, при котором отсутствует угроза возникновения войны и посягательств на ее суверенитет, независимость, территориальную целостность. Среди основополагающих документов, определяющих внешнюю политику Российской Федерации, дефиниция национальной безопасности дана в Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года, где записано, что «„национальная безопасность" — состояние защищенности личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз, которое позволяет обеспечить конституционные права, свободы, достойные качество и уровень жизни граждан, суверенитет, территориальную целостность и устойчивое развитие Российской Федерации, оборону и безопасность государства»1.

Этот вид безопасности, безусловно, имеет существенное международное измерение. Так, важным показателем обеспеченности национальной безопасности является отсутствие возможностей для внешнего вмешательства в его дела и тем более совершения военного вторжения. Вторжение США и Великобритании в Ирак в 2003 г. повлияло на осмысление национальной безопасности в мировом сообществе. Стало очевидным, что международно-правовые

1 Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года / Утв. Указом Президента Российской Федерации от 12 мая 2009 г. № 537 // Российская газета. 2009. 19 мая. Гл. 1. Ст. 6.

методы не всегда позволяют обеспечить национальную безопасность суверенного государства и предотвратить военное вмешательство извне. В связи с этим в мировом сообществе возникла точка зрения, согласно которой при несовершенстве международно-правовых способов обеспечения национальной безопасности следует полагаться на силовые методы. В качестве такого силового фактора в первую очередь рассматривается оружие массового уничтожения (ОМУ), в том числе и ядерное оружие. Некоторые государства, такие как КНДР и Ирак, стремятся заполучить это мощнейшее оружие, другие, как Индия и Пакистан, уже создавшие ядерные потенциалы, не спешат от них отказываться.

Так, в плане рассматриваемого вопроса полезно мнение, высказанное заместителем Председателя Правительства Российской Федерации Д. О. Рогозиным: «Возьмем в качестве примера ситуацию в Ираке. Мы пока не получили должных объяснений от американской стороны, что они на самом деле думают по поводу истинных причин применения военной силы против Ирака. Внешний повод хорошо известен: якобы наличие у Саддама Хусейна оружия массового уничтожения. Судя по всему, наши американские коллеги точно знали, что нет там никакого оружия массового уничтожения. Если бы оно было, сложно себе представить, что американцы начали бы наземную операцию для свержения режима Саддама Хусейна. Для них было бы опасно развязывать такую операцию. Поэтому другие страны сегодня ссылаются именно на этот факт, объясняя свое стремление обладать оружием массового уничтожения. Ведь в таком случае против них точно не будет применяться наземная операция» [8].

Руководство Соединенных Штатов придает большое значение не только мнимой, как в случае с Ираном, но и реальной борьбе с распространением ОМУ, считая ее первостепенной задачей в обеспечении национальной безопасности. Так, в Стратегии национальной безопасности, выпущенной администра-

цией Б. Обамы в мае 2010 г., в качестве неотложных задач во внешней политике, требующих решения для обеспечения национальной безопасности США, на первом месте поставлена борьба с распространением ОМУ и международным терроризмом. За ней следуют преодоление экономической рецессии и мирового финансово-экономического кризиса, а также продвижение универсальных ценностей за рубежом1.

Таким образом мы видим, что современное понимание национальной безопасности в Соединенных Штатах также имеет явно выраженное международное измерение и затрагивает наиболее болезненные проблемы мирового развития. В данной связи можно сделать вывод о том, что эффективность обеспечения национальной безопасности современного государства неразрывно связана с особенностями проведения его внешней политики. Данная политика направлена на осуществление взаимодействия конкретного государства с другими субъектами международных отношений. К таким субъектам принято относить другие государства, объединения и союзы государств, международные организации, неправительственные организации и заинтересованные группы.

Внешняя политика связана с обеспечением национальной безопасности в значительной мере благодаря защите национальных интересов страны. Так, под национальными интересами Российской Федерации понимают «совокупность внутренних и внешних потребностей государства в обеспечении защищенности и устойчивого развития личности, общества и государства»2.

В современном глобальном мире защиту своих национальных интересов Россия стремится осуществлять посредством

1 National Security Strategy. May 2010. P. 4-5: [Электронный ресурс]. Режим доступа: http:// nssarchive.us/NSSR/2010.pdf.

2 Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года / Утв. Указом Президента Российской Федерации от 12 мая 2009 г. № 537 // Российская газета. 2009. 19 мая. Гл. 1. Ст. 6.

проведения рациональной и прагматич- о ной внешней политики, опирающейся ^ на лучшие исторические традиции рос- ^ сийской дипломатии. При этом большое ^ значение придается Организации Объ- ^ единенных Наций как центральному звену стабильной системы международных от- о ношений, а также многосторонним фор- о матам межгосударственного сотрудниче- < ства, таким как «Группа восьми», «Группа ^ двадцати», РИК (Россия, Индия и Китай), х БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай 2 и Южная Африка). В основе российской н-внешней политики лежат такие принципы, ^ как уважение, равноправие и взаимовы- щ годное сотрудничество государств.

Однако в современном глобальном мире для успешного отстаивания национальных интересов и обеспечения национальной безопасности уже недостаточно только проведения традиционной внешней политики. На это обращает внимание Президент Российского совета по международным делам (РСМД) И. С. Иванов: «На протяжении ближайших лет российская внешняя политика, как и наша экономика, должна стать „умной". Это не означает, конечно, что раньше она была неумной; просто раньше мы использовали (и подчас весьма эффективно!) то, что было под рукой, и то, что мы унаследовали от прошлого, — в частности сохранившийся военно-технический потенциал и имеющиеся энергетические ресурсы. В современном мире этого недостаточно, для того чтобы сохранить международные позиции России, тем более чтобы укрепить их» [3, с. 24].

Итак, ведущие российские эксперты ставят вопрос о том, что, чтобы упрочить позиции нашей страны в глобальном мире XXI в. и надежно обеспечить ее национальную безопасность, недостаточно опираться только на сформировавшиеся исторические традиции российской дипломатии и совершенствовать механизм формирования и реализации внешнеполитических решений. Необходимо поставить и решить принципиально иную задачу — обновить и расширить весь арсенал внешнеполитических инструмен-

о тов, который потребуется нашей стране ^ в грядущих международных отношени-^ ях. «„Умная" внешняя политика, — про-^ должает И. С. Иванов, — предполагает ^ способность политического руководства воспользоваться максимально широким

ш

о набором активов, которыми располагают о данная страна и данное общество. Вклю-< чая, конечно, и нематериальные активы, ^ которые часто игнорировались или как х минимум серьезно недооценивались тра-2 диционной дипломатией прошлого. ...Мы н- пока еще не очень хорошо понимаем и ^ тем более не способны контролировать с ведущие тенденции мировой политики XXI в., такие как повсеместное распространение новых коммуникационных технологий.» [3, с. 25].

Традиционно с древнейших времен военная безопасность, обеспечение которой ассоциируется с защищенностью государства от вооруженной агрессии из-за рубежа, рассматривается как центральный элемент системы поддержания национальной безопасности. В XXI в. он также играет важную роль как на национальном, так и на глобальном уровне международных процессов в сфере безопасности. При этом важное значение имеет состояние вооруженных сил конкретной страны. В настоящее время арсеналы ведущих держав пополняются оружием, созданным на основе инновационных подходов. К таким видам новейших вооружений следует отнести ядерные заряды малой мощности, стратегические ракеты с неядерными боеголовками, высокоточное оружие, беспилотные летательные аппараты и т. п. Гонка вооружений вышла в космическое пространство, а ее бесспорным лидером являются Соединенные Штаты, военный бюджет которых составляет почти половину всех мировых расходов на оборону.

Анализируя состояние военной безопасности в современном глобальном мире, С. В. Кортунов подчеркивает: «Однако ведущие страны не только не расстаются с арсеналами, явно превышающими уровень необходимой обороны, но и, наоборот, постоянно совершенствуют их, включая наступательные виды воору-

жений. Использование дипломатических методов, строгое соблюдение общепризнанных принципов и норм международного права так и не стали доминирующей тенденцией при решении проблем международной безопасности» [4, с. 93-116]. «Региональная безопасность» представляет собой еще одно значимое измерение безопасности в современном глобальном мире. Региональную безопасность следует рассматривать как важное звено системы международной безопасности.

Региональная безопасность является производной от текущей ситуации в сфере международных отношений определенного региона, входящего в состав мирового геополитического пространства. Обеспечение этой безопасности означает, что регион свободен от военных угроз, экономических кризисов, гуманитарных и экологических катастроф и т. п.

В наши дни трудно полностью отделить региональную безопасность от национальной и глобальной безопасности. Создавая систему безопасности в регионе, входящие в него государства опираются на национальные системы в рассматриваемой сфере. Определенные структуры из национальных систем могут входить в качестве составных частей или элементов в систему безопасности большего — регионального масштаба, и, наоборот, региональные институты и организации безопасности могут решать задачи обеспечения безопасности на региональном уровне.

При соотнесении регионального и глобального уровней безопасности становится очевидным, что обеспечение безопасности в ряде регионов мирового сообщества осуществляется разными путями. Это зависит в первую очередь от того, какие формы в регионе приобретают те или иные процессы региональной интеграции. В конце прошлого века получала распространение концепция открытого регионализма, которая в начале применялась для изучения региональной экономической интеграции и ее взаимосвязи с глобальными экономическими процессами. Эксперты отмечают,

что «концепция „открытый регионализм" представляет собой такую модель организации торгово-финансовых отношений, которая сочетала бы в себе как соблюдение глобальных соглашений, так и поощрение практики договоренностей, достигнутое на региональном уровне. При этом экономическая заинтересованность способствует политическому сотрудничеству посредством упрощения процедур, связанных с пересечением политико-правовых пространств» [6, с. 65].

Таким образом, открытый регионализм характеризует первый путь регионального развития, когда интеграционные процессы на уровне региона тесно связаны с процессом глобализации. Второй путь — «закрытый регионализм» — является полной противоположностью рассмотренному ранее открытому регионализму, так как ориентирован на создание в регионе обособленного или замкнутого объединения государств, ориентированных главным образом на внутренние ресурсы в региональном развитии.

Данный подход в условиях современного глобального мира можно применить к процессам обеспечения региональной безопасности, хотя границы между открытым и закрытым регионализмом в сфере безопасности провести сложнее, чем в экономической области. С одной стороны, сотрудничество в сфере безопасности, как правило, носит закрытый характер в силу специфики и особенностей ее обеспечения. Не являются исключением из этого правила институты региональной безопасности. Даже когда деятельность таких институтов носит публичный и открытый характер, они все-таки ориентируются на региональные интересы, на сохранение региональной идентичности как одного из условий обеспечения безопасности.

В то же время в современном глобальном мире в условиях возрастания взаимозависимости всех основных субъектов международных отношений замкнутые региональные группировки не всегда могут эффективно действовать, в том числе и в сфере обеспечения безопасности. Внешнеполитические интересы

государств — участников международных о организаций, действующих в области ре- н гиональной безопасности, подталкивают ^ данные институты к выходу за пределы ^ своего региона и даже участию в про- ^ цессах, связанных со сферой глобальной безопасности. о

Интересное наблюдение при изуче- о нии рассматриваемой проблемы сдела- < ла Т. В. Юрьева: «Специфической фор- ^ мой открытого регионализма становится х формирование своего рода рынка услуг 2 безопасности. Региональные структуры н-безопасности — в первую очередь ев- ^ ропейские — становятся поставщиками ° такого рода услуг в глобальном масштабе. Прежде всего это касается сферы регулирования конфликтов. Организация Североатлантического договора (НАТО), следом за ней Европейский союз и Организация договора о коллективной безопасности (ОДКБ) на рубеже XX и XXI вв. начинают участвовать (либо готовятся к участию) в регулировании конфликтов за пределами своего региона. Отсюда появление на этом рынке отношений конкуренции/кооперации и поиск механизмов регулирования этого глобализирующегося рынка» [9, с. 126-133].

На региональные процессы в сфере безопасности оказывают влияние геополитические факторы, связанные с изменением региональных границ и процессами субрегионализации. Особенно наглядно данные процессы проявляются на европейском континенте. Как геополитическое понятие «Европа» не поддается однозначному определению. Во второй половине XX в. сформировалось несколько концепций геополитической конфигурации Европы.

Первая из них — «Европа от Польши до Португалии» (или в другом варианте «от Бреста до Бреста») — исключала в годы холодной войны из европейского пространства две сверхдержавы — США и СССР, а теперь его правопреемницу — Россию. Однако уязвимое место рассматриваемой концепции в том, что она не учитывает той роли, которую играют США и Россия в европейской политике. При игнорировании влияния

о этих держав многие явления и процессы ^ в европейском развитии оказываются ^ труднообъяснимыми или неподдающи-^ мися пониманию вообще.

Вторая концепция получила название «Европа от Атлантики до Урала» и была о выдвинута президентом Французской о Республики Шарлем де Голлем. Подоб-< ная трактовка пользовалась поддержкой ^ советского руководства. Это было свя-х зано с тем, что она включала в европей-2 ское геополитическое поле СССР, хотя н- и в усеченном виде (только от западной ^ границы до Урала), и оставляла за его с пределами североамериканские государства (США и Канаду). Данная концепция существенного геополитического значения не имела из-за явного игнорирования, как и предыдущей теорией, очевидных геополитических реалий.

Третья концепция, которую принято именовать «Хельсинкская Европа» («от Ванкувера до Владивостока»), прагматично и гибко отразила политико-силовые и геостратегические реальности послевоенной ситуации на европейском континенте. Именно в Хельсинки состоялись основные этапы (первый и третий) Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе. Здесь в 1975 г. была подписана Хельсинкская декларация. Рассматриваемая концепция способствовала определенной разрядке напряженности в Европе, наведению мостов между Западом и Востоком.

Однако со временем проявилась и ограниченность такого подхода. Главный недостаток концепции — отсутствие в ней четко определенных геополитических границ Европы. В результате к европейскому геополитическому пространству оказались отнесенными государства, во-первых, значительно удаленные географически от рассматриваемой части света, во-вторых, принадлежащие к другой цивилизации и имеющие иную, неевропейскую культуру [5].

В настоящее время внутри европейского геополитического пространства идут процессы субрегионализации. Наблюдается явно выраженный процесс формирования двух наиболее крупных субрегионов европейского континента. Один из них

формируется вокруг Северо-Атлантического альянса (НАТО) и Европейского союза, другой — в рамках Содружества Независимых Государств и Организации договора коллективной безопасности, а в перспективе и Евразийского Союза. Кроме того, в последние два десятилетия в Европе начались процессы формирования субрегионов, локализация которых не совпадает с пределами геополитических пространств, входящих в зоны контроля вышеуказанных международных организаций. В качестве таких новых геополитических субрегионов следует назвать Балтийский, Черноморско-Каспийский, Кавказский субрегионы, а также субрегион Юго-Восточной Европы.

«Для определения факторов структуризации европейского региона безопасности, — отмечает Т. В. Юрьева, — теоретически по-прежнему применимы как реалистическая, так и либеральная парадигмы: соответственно по общности интересов безопасности и по общности базовых общественных ценностей. Возможен синтез этих двух парадигм, если под региональным интересом безопасности понимать региональный консенсус по общеевропейским ценностям. В любом случае в нынешнем столетии Европе „от Ванкувера до Владивостока" нужны иные геополитические скрепы для сохранения единого пространства на панъевропейском уровне, отличные от тех, которые существовали во времена холодной войны» [9, с. 126-133]

Глобальная безопасность связана с обеспечением защиты мирового сообщества от угроз планетарного масштаба. Данные угрозы создают реальные вызовы всему человечеству. Если на эти вызовы не находить адекватные и своевременные ответы, то могут возникнуть сначала потенциальные, а затем и реальные опасности существованию людского рода или сложиться условия для резкого ухудшения условий жизнедеятельности во всем глобальном мире. Под данными вызовами, как правило, понимают глобальные проблемы мирового развития. Таким образом, поддержание глобальной безопасности неразрывно

связано с поисками путей решения или ослаблением давления глобальных проблем на человечество. Под этими проблемами понимают явления планетарного характера, которые в той или иной степени оказывают влияние на жизнедеятельность человечества в целом, всех государств и народов, каждого жителя планеты. Глобальные проблемы следует рассматривать как реальный фактор современного мирового развития.

По нашему мнению, при изучении данного феномена весьма полезной является точка зрения В. Г. Барановского. В частности, российский исследователь приходит к следующему выводу: «Наиболее важными направлениями действий в сфере глобальных проблем в настоящее время являются:

• преодоление бедности, борьба с голодом, содействие социально-экономическому развитию наиболее отсталых стран и народов;

• поддержание экологического и климатического баланса, минимизации негативных воздействий на среду обитания человечества и биосферу в целом;

• решение крупнейших глобальных проблем в области экономики, науки, культуры, здравоохранения;

• предупреждение и минимизация последствий природных и техногенных катастроф, организация спасательных операций, в том числе по гуманитарным мотивам;

• борьба с терроризмом, международной преступностью и другими проявлениями деструктивной активности;

• организация порядка на территориях, утративших политико-административную управляемость и оказавшихся во власти анархии, угрожающей международному миру» [2].

Обеспечение глобальной безопасности о

со

в современном мире представляет собой ^ процесс, который имеет всеобщий харак- ^ тер и всеобъемлющее измерение. Под ^ всеобщим характером понимают то, что ^ для поддержания данного вида безопасности необходимы скоординированные о действия всех субъектов международных о отношений. Всеобъемлющее измерение < безопасности на глобальном уровне об- ^ условлено необходимостью учета при ее х обеспечении всех кризообразующих фак- 2 торов и проблемных зон глобального раз- н-вития и принятии мер для поддержания ^ состояния устойчивости всех основных ° жизнеобеспечивающих систем мирового сообщества.

Всеобщий и всеобъемлющий характер в современном мире имеет также процесс информатизации. Этот процесс является также и глобальным процессом, и ему еще присущ общецивилизационный характер. Информатизация является важнейшей и долговременной тенденцией развития мирового сообщества. Она находится в тесной взаимосвязи с другим подобным процессом всемирного масштаба — глобализацией. Во-первых, многие проявления глобализации в формировании и развитии мировой экономики, финансов, энергетики, а также институтов глобального управления оказались бы невозможны без возникновения и широкого распространения информационно-коммуникационных технологий. Во-вторых, само распространение информационно-коммуникационных технологий в таких масштабах, какое оно приняло в наши дни, — результат деятельности транс- и многонациональных компаний глобализации, а также глобализаций экономической и всех других основных сфер жизнедеятельности человечества.

Литература

1. Арбатов А. Г. Международная безопасность в эпоху перемен и внешняя политика России // Россия в глобальном мире: 2000-2001: Жрестоматия в 6 т. / Рос. совет по междунар. делам; Под общ ред. И. С. Иванова. М.: Аспект Пресс, 2012. Т. 2. С. 12.

2. Барановский В. Г. Трансформация мировой системы в 2000-х г. // Международные процессы. 2010. Т. 8, № 1.

о 3. Иванов И. С. Будущее — за «умной» внешней политикой // Россия в глобальном мире: 2000-2011: Хрестоматия в 6 т. / Рос. совет по междунар. делам; Под общ. ред.

" И. С. Иванова. М.: Аспект Пресс, 2012. Т. 1. С. 24.

^ 4. Кортунов С. В. Мировая военно-политическая ситуация. Год 2025 // Международная жизнь.

> 2010. № 4.

5. Косов Ю. В. Мировая политика и международные отношения // Политология / Под ред. ^ М. А. Василика. М.: Гардарики, 2008.

6. Косов Ю. В., Фокина В. В. Политическая регионалистика. СПб.: Питер, 2009. С. 65. § 7. Кулагин В. М. Международная безопасность. М.: Аспект Пресс, 2007.

™ 8. Материалы международной конференции «Ядерное оружие и международная безопасен ность в XXI веке» / Гл. ред. И. С. Иванов. М.: Спецкнига, 2013. С. 16. х 9. Юрьева Т. В. Проблемы региональной безопасности: современный опыт Европы // Вестник < МГИМО Университета. 2010. № 6.

^ 10. Human Developement Report. UNDP. N.Y.: Oxford University Press, 1994.

References

1. ArbatovA. G. The international security during an era of changes and foreign policy of Russia // Russia in the global world: 2000-2001: The anthology in 6 vol. / Russian Council on International Affairs; Under edition of I. S. Ivanov. M.: Aspect Press, 2012. Vol. 2.

2. Baranovsky V. G. Transformation of world system in the 2000th years // International processes. 2010. Vol. 8, N 1.

3. Ivanov I. S. The future — behind "clever" foreign policy // Russia in the global world: 2000-2011: The anthology in 6 vol. / Russian Council on International Affairs; Under edition of I. S. Ivanov. M.: Aspect Press, 2012. Vol. 1.

4. Kortunov S. V. World military and political situation. Year 2025 // International life. 2010. N 3.

5. Kosov Yu. V. World politics and international relations // Political science / Under edition of M. A. Vasilik. M.: Gardarika, 2008.

6. Kosov Yu. V., Fokina V. V. Political rationalistic. SPb.: Piter, 2009.

7. Kulagin V. M. International security. M.: Aspect Press, 2007.

8. Materials of the international conference "The Nuclear Weapon and the International Security in the XXI Century"/Chief editor I. S. Ivanov. M: Specialbook, 2013. P. 16.

9. Yuryeva T. V. Problems of regional security: modern experience of Europe // Messenger of MGIMO University. 2010. N 6.

10. Human Developement Report. UNDP. N.Y: Oxford University Press, 1994.