Estimation of a personal orientation by manufacture of judicial-psychological examinations (tests)

УДК 343.95:159.9

ОЦЕНКА ЛИЧНОСТНОЙ НАПРАВЛЕННОСТИ ПРИ ПРОИЗВОДСТВЕ СУДЕБНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ

© Полянская В. А., 2009

В статье рассматриваются вопросы изучения личностной направленности при совершении лицом противоправных деяний в случае назначения и проведения судебно-психологических экспертиз.

Ключевые слова: юридическая психология; судебно-психологическая экспертиза; мотив поведения; направленность личности; побудительный мотив поведения; экспертная оценка.

Одним из наиболее важных направлений в экспертном исследовании индивидуальных особенностей личности и их влияния на противоправные поступки обвиняемого является оценка направленности (иерархии главных мотивационных линий) личности.

Очевидно, что раскрытие мотивационных составляющих личности само по себе не решает проблемы виновной ответственности, а требует, прежде всего, доказательств ограничения осознанно-волевого контроля в ситуации правонарушения. Тем не менее, оценка направленности личности, наряду с другими ее свойствами, является необходимым элементом судебно-экспертных исследований, без чего нельзя говорить об их полноте и объективности. Кроме того, данное положение соответствует принципу комплексного рассмотрения процесса порождения противоправного поведения, в центре внимания которого находится влияние устойчивых черт личности на целеполага-ние и достижение осознанных преступных целей, реализующих противоправное поведение.

Как отмечает И. А. Кудрявцев, необходимость обращения к исследованию направленности личности связана с тем, что это важнейшее ее качество в достаточной мере доступно эмпирическому анализу, как и уровень действий, соотносимых с осознаваемыми целями. При этом возможна частичная реконструкция мотивов, лежащих в основе данного действия путем определения его места в общей структуре деятельности, соотнесения конкретной цели с ведущими мотивационными линиями и с общей личностной направленностью субъекта [1].

Однако, обсуждая вопрос об экспертной оценке направленности, мы не раз сталки-

ваемся с противоречиями, возникающими относительно некоторых ее элементов, таких как мотивы противоправного деяния, нравственные и моральные установки личности и др. Известно, что перечисленные категории входят исключительно в компетенцию судебно-следственных органов и являются обстоятельствами, подлежащими установлению в процессе расследования и раскрытия преступлений. При этом также очевидно, что решение вопроса о виновной ответственности обвиняемого без оценки его личностной направленности, данной в рамках судебно-психологической экспертизы, невозможно. В настоящее время границы компетенции в использовании одноименных юридико-психологических категорий определяются судебно-экспертной практикой.

В соответствии с деятельностным подходом, принятым в отечественной психологии, каждый поступок человека объясняется через его сложную психологическую детерминацию. В структуре деятельности главным и первым элементом, детерминирующим поступки человека, являются ведущие устойчивые мотивы личности. Именно они и определяют направленность человека.

Понятие «направленность» впервые ввел в психологию С. Л. Рубинштейн, характеризуя ее как систему динамических тенденций, которые в качестве мотивов определяют человеческую деятельность, сами, в свою очередь, определяясь ее целями и задачами [2]. Под динамической тенденцией подразумевается внутреннее напряжение (стремление) человека, возникающее вследствие существующих потребностей (желаний, влечений). При этом направленность характеризуется не только этим напряжением и стремлением его снять, но и предметным содержанием. Предмет, который вы-

звал потребность, по мнению С. Л. Рубинштейна, находясь вне индивида, обусловливает взаимоотношения внешнего и внутреннего. Из чего автор делает вывод, что направленность не только проявляется в деятельности, но и формируется в ней.

По мнению К. К. Платонова, направленность личности — это совокупность взглядов, идей, убеждений человека, ориентированных на достижение относительно сложных и отдаленных жизненно важных целей. Автор считает подструктуру направленности высшим уровнем личности, включает в нее влечения, желания, интересы, склонности, идеалы, мировоззрения, убеждения [3].

Направленность как основная подструктура личности, в концепции К. К. Платонова, проявляется также в ее моральных чертах. Элементы (черты) личности, входящие в эту подструктуру, не имеют врожденных задатков, а отражают индивидуально преломленное групповое общественное сознание. Эта подструктура может быть названа социально обусловленной подструктурой личности, а коротко — направленностью личности. В таких ее формах (подструктурах), как влечения, желания, интересы, склонности, идеалы, мировоззрение, убеждения, и проявляются личностные отношения, моральные качества и различные формы потребностей.

Более всего, как отмечает автор, направленность проявляется через убеждения. Убеждение выступает в двух значениях: во-первых, как синоним уверенности в истинности конкретного факта как существенного компонента мировоззрения; и, во-вторых, как наивысший уровень направленности, в структуру которого входит не только мировоззрение, но и воля к борьбе за него. В этом случае убеждение — высший итог идеологического воспитания личности.

К. К. Платонов дает такую общую характеристику направленности: биологического в направленности почти нет, отношение к отражаемому происходит на основе опыта, связь с сознанием заключается в основном от сознания будущего, связь с потребностью возникает через отражение социальной нужды, связь с активностью — через убеждения, уровень анализа — социальнопсихологический, виды формирования направленности — воспитание.

В работах В. С. Мерлина направленность личности отнесена к психическим свойствам. По мнению автора, «направлен-

ность личности представляет собой такие психические свойства, которые определяют общее направление деятельности человека в разнообразных, конкретных обстоятельствах жизни». К компонентам направленности он относит потребности, влечения, желания, интересы и убеждения и считает направленность «самым существенным и основным в характеристике личности человека» [4].

A. А. Бодалев связывает направленность с отношениями. Отношения, по его мнению, составляют «ядро» в структуре личности. Побудители поведения человека — это отношения человека к разным сторонам действительности, в которые он включен, и проявляются эти отношения в форме имеющихся у него потребностей, интересов, склонностей. Все общие и частные (парциальные) отношения несут на себе печать общества, к которому человек принадлежит [5].

Система отношений выступает как определенная структура, в которой образующие ее отношения постоянно оказываются субординированными таким образом, что ведущими среди них, подчиняющими себе все другие, оказываются отношения, в которых находят выражение основные потребности и интересы личности. Автор называет их «ядерными» отношениями. Эти «ядерные» отношения накладывают свой отпечаток на все другие отношения личности — характер их проявления, устойчивость, действенность и др. свойства. Система отношений тесно связана со способностями и характером человека.

B. Н. Мясищев считает направленность личности основой как положительного, так и отрицательного отношения личности к действительности. По его мнению, направленность есть напряжение, тяготение в определенную сторону [6]. В его теории потребности, интересы, склонности — это система отношений. Основные стороны отношения глубоко коренятся в филогенетическом и историческом прошлом человека. Отношения, приобретая устойчивость, выраженность, большую значимость, становятся характерными для личности чертами характера.

По мнению П. М. Якобсона, направленность имеет весьма важное, прямое отношение к воспитанию. Особенности направленности личности ребенка и взрослого сказываются на поведении, на отношении к

общественно ценным и социально вредным явлениям окружающей жизни, на отношении к положениям морали [7].

Автор считает спорным утверждение, что направленность личности определяется через ее доминирующие мотивы, поскольку недоказанным является положение о том, что каждому человеку присущи постоянные доминирующие мотивы, а не их многообразие, к тому же доминирование мотива в определенной ситуации еще не означает его существенности для личности. По его мнению, направленность личности может выражаться и в группе конфликтующих мотивов, при столкновении человека с острой и значимой ситуацией.

Под направленностью он подразумевает такое сложное образование в личности, которое должно очертить особенности тенденций поведения и действий человека, определяющих в социальном плане его облик по таким линиям: его отношение к другим людям, к себе, к своему будущему и т. д. Направленность личности, по его мнению, проявляется: в особенностях интересов личности; в особенностях целей, которые человек перед собой ставит; в потребностях и пристрастиях человека: к чему он неравнодушен, что его волнует; в установках личности.

А. Н. Леонтьев относит направленность личности к смыслообразующему мотиву. По его мнению, направленность представляет собой иерархию направленностей. В исследованиях А. Н. Леонтьева основным положением является формирование направленности в деятельности, ему принадлежит утверждение о решающей роли мотивационного компонента деятельности [8].

А. Н. Леонтьевым определено, что направленность личности вовне проявляется и конкретизируется в виде установки или в виде отношения. В первом случае в качестве побудителя выступает влечение, а в качестве цели — нечетко сформированная логическая конструкция или образ. Во втором случае побудителем становится мотив, а цель представлена в виде модели желаемого результата. Именно здесь существует связь мотивационно-потребностной сферы человека с познавательными процессами.

Предмет действия сам не побуждает действовать, отмечает автор; для того, чтобы действие возникло и могло совершиться, необходимо, чтобы предмет выступил перед субъектом в своем отношении к мотиву де-

ятельности, в которую это действие входит. Это отношение и отражается субъектом, причем в совершенно определенной форме — в форме сознания предмета действия как цели. Существует своеобразное отношение между деятельностью и действием. Мотив деятельности может, сдвигаясь, переходить на предмет (цель) действия. В результате этого действие превращается в деятельность. При некоторых условиях результат действия оказывается более значительным, чем мотив, реально побуждающий это действие. Происходит новое «опредмечивание» потребностей, а это значит, что они поднимаются на ступень выше.

Как можно видеть, большинство исследователей характеризуют направленность личности следующими положениями: а) направленность понимается как система мотивов, определяющих внутреннюю позицию личности; б) направленность — это стержень личности; в) направленность личности выражается в идеях, мотивах, интересах, потребностях, стремлениях, идеалах, убеждениях; г) направленность личности — это выражение единства внешних влияний и внутренних условий.

Направленность личности является обобщенной характеристикой человека с точки зрения того, к чему он стремится, что он ценит. Знание содержания и структуры направленности субъекта дает представления о преобладающей ориентации его мыслей и стремлений, позволяет оценить и прогнозировать его поступки и их мотивы.

Важность и необходимость диагностики направленности при производстве психологических экспертиз, как отмечает И. А. Кудрявцев, подтверждается тем, что она служит научной основой определения степени произвольности и осознанности совершенного обвиняемым преступного акта [9].

Говоря об экспертной оценке направленности, необходимо заметить, что ее деформация выражается в нарушении выбора действия на стадии его инициации при принятии решения преступником. Это происходит при чрезмерном доминировании побуждений (интенсивности побудительной силы мотивов, потребностей, влечений) и намерений (ценностей, смыслообразующих мотивов) и приводит к сужению выбора возможных целей. Действия преступником расцениваются как единственно возможные. Ф. С. Сафуанов связывает такое поведение со следующими ограничениями:

1. Ограничение выбора промежуточных целей. В основе данного положения лежит «модель линзы» Э. Брунсвика, согласно которой, в структуре мотивации к реализации одной и той же цели ведут различные пути и средства, отражающие многообразные явления и объекты, релевантные даже единственному намерению. Промежуточные действия и операции, сообразные конечной цели, с психологической точки зрения нейтральны к уголовно-правовой их оценке, они могут включать как социально приемлемые, так и криминально-агрессивные поступки. Взаимодействие ситуативных и личностных факторов может обусловливать невозможность выбора правомерных способов реализации цели.

2. Затруднения при необходимости изменения уже реализуемого действия или полного отказа от действия - при изменении объективного содержания ситуации. Динамика ситуации меняет смысл действия преступника и требует коррекции. Но психическое состояние преступника, обусловливающее игнорирование внешних изменений, может препятствовать нормальному контролю и коррекции своего агрессивного поведения [10].

Адаптивность социального поведения, как отмечает И. А. Кудрявцев, зависит не только от соответствия мотиву целей и целевых тактик, задаваемых ситуацией и культурой. Регуляция включенных в поведение деятельностей осуществляется также внеситуативно, со стороны осознанных смысловых образований личности (ценностей, нравственных отношений). Главным здесь становятся не просто цели, а нравственная оценка этих целей. В этом смысле общие смысловые образования задают не сами мотивы, а плоскость отношений между ними. Именно эти смысловые образования, составляющие структуру направленности, и регулируют поведение человека.

Однако, как оговаривается автор, диагностика личностной направленности неизбежно касается вопроса нравственной сферы личности и конкретных мотивов преступления. Поскольку данные категории являются исключительно прерогативой судебно-следственных органов, то они не могут являться самостоятельным предметом исследования судебного психолога. Но при этом могут оставаться предметом исследова-

ния в рамках экспертизы при решении вопроса о смысловом уровне регуляции поведения, который невозможно решить без анализа нравственных позиций личности. То же самое касается и исследуемых экспертами мотивов поведения, не имеющих ничего общего с уголовно-правовыми мотивами, являющимися квалифицирующими признаками ряда преступлений.

Экспертная оценка направленности личности обвиняемого обычно показывает, какое психическое звено формировало преступное действие, и что его нужно искать именно в структурно-динамических особенностях мотивации. Ш

1. Кудрявцев И. А. Комплексная судебная психо-лого-психиатрическая экспертиза (научно-практическое руководство). М. : Изд-во Моск. ун-та, 1999. С. 241.

2. Рубинштейн С. Л. Основы общей психологии. СПб. : Питер, 2004. С. 511-531.

3. Платонов К. К. Вопросы психологии труда. М., 1970. С. 137.

4. Мерлин В. С. Лекции по психологии мотивов человека. Пермь, 1971. С. 16, 144.

5. Бодалев А. А. Психология личности. М. : Педагогика, 1988. С. 6.

6. Мясищев В. Н. О связи склонностей и способностей. М., 1962. С. 14-20.

7. Якобсон П. М. Психологические проблемы мотивации поведения человека. М. : ЛГПИ, 1969. С. 175-178.

8. Леонтьев А. Н. Избранные психологические произведения. В 2 т. Т. 1. М. : Педагогика, 1983. С. 221-224.

9. Кудрявцев И. А. Указ. соч. С. 248-249.

10. Медицинская и судебная психология. Курс лекций : учеб. пособие / под ред. Т. Б. Дмитриевой, Ф. С. Сафуанова. 2-е изд., испр. М. : Генезис, 2005. С. 415-417.

Estimation of a Personal Orientation by Manufacture of Judicial-psychological Examinations

© Polynskay V., 2009

In the article the questions of study of personality orientation are examined at the feasance of illegal actions of a person, in the case of setting and leading through the judicial- psychological examinations (tests).

Key words: legal psychology; the judicial- psychological examinations (tests); reason of conduct; orientation to personality; incentive reason of conduct; expert estimation.