Драгоценности государственной важности

рассуждает Сергей Ходнев

"Кабинет драгоценностей Августа Сильного" — прочитаете вы на афишах этой выставки. Август Сильный — это понятно: курфюрст Саксонии и король Польши, один из самых колоритных монархов начала XVIII века. Кабинет — тоже ясно: пускай то было время будуаров, но монарху без кабинета никак нельзя. Не в смысле рабочего кабинета, конечно (делами правления короли могли заниматься где угодно, хоть на стульчаке). Кабинет — просто глубоко приватная зона, где хранятся, как правило, особенно ценимые лично монархом предметы. Но вот на слове "драгоценности" можно и споткнуться. Добро бы, скажем, кабинет редких минералов или мюнцкабинет (то есть нумизматическая коллекция): все это вещи солидные и почтенные, которые как-то к лицу царственному мужу. А украшения-то, казалось бы, с какой стати ему так специально лелеять, если это не коронационные регалии?

Можно посмотреть на его портреты. Жовиальный и крепкий даже в старости, несмотря на смешные румяна, белила и пышный парик, несмотря на гомерическое распутство и сотни внебрачных детей, он каким-то образом умудряется даже для скептического современного взгляда сохранять вид героя, полубога. Буквально "саксонского Геркулеса", как его полуофициально величали. Конечно, это очень специфическая полубожественность — как специфичны и само время, и вообще положение Августа Сильного. Курфюрст Саксонский — конечно, титул завидный, но не то чтобы центральный среди царствующих особ Европы. Корона Польши — тоже не императорская корона. Тем не менее Август решил сделать все, чтобы презентовать себя как величайшего, могущественнейшего, блистательнейшего монарха на свете.

Задача не из легких, потому что было с кем тягаться. Завоевывать земли — армии не хватает. Версаль уже построен, перещеголять его и так пытаются все кому не лень. И вот тут-то появляются драгоценности. Ювелиры в окружении Августа Сильного — люди едва ли не более значительные, чем генералы или министры. По крайней мере, не было задачи почетнее, чем их: недостаток политической и экономической мощи прикрыть таким блеском, такой невероятной роскошью, чтобы ослепить любого зрителя. Тратя килограммы золота, камней, расписной эмали, они создают вещи одна причудливее другой. Обелиск в человеческий рост из дорогих материалов, облепленный камеями, сфинксами, гербами, прославляющий Августа Сильного как преемника римских цезарей. Диковинный "Алтарь Аписа", неслыханная барочная стилизация под древнеегипетское искусство, тоже обожествляет на самом деле все того же короля-курфюрста.

А ведь была еще повседневная церемониальная жизнь. Для нее королю потребовалась добрая дюжина драгоценных "гарнитуров": бриллиантовый, сапфировый, изумрудный и так далее. В каждом — все принадлежности для парадного наряда: от шпаги до пряжек, от орденских знаков до пуговиц. Сегодня король ходит в рубинах, а на следующей неделе надо будет, пожалуй, перейти на бриллианты — и это не капризы, а серьезные государственные вопросы. Эти драгоценности, эти камни ценой с деревню на пряжках для туфель, этот "Дрезденский Зеленый" (самый большой зеленый бриллиант в мире) — они не украшения, а предмет государственной необходимости. Именно поэтому — кабинет. Где их охраняли вряд ли менее ревностно, чем ядерные чемоданчики наших дней.