К ВОПРОСУ О СУЩНОСТИ И СОДЕРЖАНИИ ТЕРМИНА "РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНЫЙ КОРАБЛЬ"

К вопросу о сущности и содержании термина «разведывательный корабль»

Полковник В.В. ШЕЛЬ, кандидат военных наук

АННОТАЦИЯ ABSTRACT

Рассматриваются сущность и содер- The essence and content of the term

жание термина «разведывательный ко- «reconnaissance ship» is considered. Its

рабль». Предложена его новая дефиниция new definition is presented, (определение).

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА KEYWORDS

Разведывательный корабль. Reconnaissance ship.

АНАЛИЗ имеющихся толкований терминов и понятий по военной разведке в руководящих документах, энциклопедических и научно-справочных трудах явно показывает недостаточную проработанность теоретических вопросов военно-морской разведки в общем и морской радиоэлектронной разведки (РЭР) в частности. Это в полной мере относится и к термину «разведывательный корабль» (РЗК).

В документах, справочной и научной литературе (Руководящий документ по РЭР Военно-Морского Флота (ВМФ) 1980-х гг., Краткий словарь терминов и определений по РЭР ВМФ 1980-х гг., Военно-морской словарь для юношества 1988 г.1, Военно-морской словарь 1990 г.2, Рукопись «Научный флот России» 2008 г.3, Корабельный портал 2008 г.4, Полная энциклопедия кораблей и судов 2009 г.5, Толковый военно-морской словарь 2010 г.6) отсутствует полная ясность содержания термина «разведывательный корабль». К тому же все эти трактовки отличаются друг от друга. Кроме того, на непроработанность данного термина повлияли также закрытость и недоступность

материала для исследователей в силу разных причин.

Все эти толкования нецелесообразно использовать в научном обороте. В одних случаях они фрагментарно излагают сущность термина «разведывательный корабль», в других — легковесно повторяют и дополняют друг друга, а в-третьих — содержат неточности и ошибки. Это говорит о том, что при выводе данных определений их авторами истори-ко-генетический, ретроспективный и другие методы научного исследования не использовались. Вследствие этого вышеуказанные определения являются исторически не полными и не раскрывающими всю суть описываемого явления — ведения развед-

ки кораблями (судами), специально предназначенными для этого.

Помимо этого, уяснять генезис применявшихся в истории военно-морского искусства терминов — «авизо», «посыльное судно», «разведочное судно», «крейсер-разведчик», «крейсер-авизо», «стационер», «корабль ОСНАЗ», «корабль радиоразведки» («корабль РР»), «корабль радиотехнической разведки» («КРТР»), «корабль радио- и радиотехнической разведки» («корабль РР и РТР»), «корабль РЭР», корабль радиолокационного дозора («КРЛД») и другие — никто из исследователей не стал.

Вместе с тем обобщающим для них стал термин «разведывательный корабль», появившийся в конце 1970-х годов, который прочно закрепился в научном обороте и применяется в военно-морском искусстве Вооруженных Сил Российской Федерации. Его можно встретить как в руководящих документах, так и в научных трудах. Однако, как говорилось ранее, полная ясность содержания данного термина отсутствует до сих пор. В связи с этим назрела настоятельная необходимость разрешения возникшей противоречивой ситуации, в которой для объективного и полного объяснения описываемого явления — ведения разведки специально предназначенными кораблями (судами) требуется адекватная теория разведки ВМФ, в том числе правильная, точная, современная терминология морской РЭР. Для этого, применяя обобщение, аналогию, историко-ге-нетический, ретроспективный, исторический, логический и другие научные методы, проведем исследование сущности термина «разведывательный корабль», уточним содержание и выведем его новую, уточненную дефиницию (определение).

Но при этом никаким образом не будем смешивать роли корабля-разведчика со службой обыкновенно-

го крейсера. Всякий компромисс в этом случае может привести к весьма нежелательным результатам. Было бы предосудительно соединять в одном судне два таких противоположных свойства. Поэтому надводные корабли, подводные лодки и суда, выполнявшие разведывательные функции попутно с решением своих основных задач, не являются предметом нашего исследования. В то же время полностью умолчать о них будет неверно, поскольку появление и развитие РЗК неразрывно связано со всеми аспектами морской разведки.

Идея о возможности ведения разведки на море возникла у флотских специалистов довольно давно. Она развивалась и совершенствовалась параллельно с развитием военного флота, его сил и средств, способов ведения вооруженной борьбы на море. При этом большое внимание уделялось обеспечению преимущества в дальности обнаружения объектов противника на море, надежному их распознаванию, более точному ме-стоопределению и т. д.

Прообразом современного РЗК является авизо — небольшое военное сравнительно быстроходное судно, которое использовалось на флоте для разведки и посыльной службы7. Его также называли специальным посыльным (посыльным судном) или разведочным судном. В итальянском, французском и испанском флотах XVII—XIX веков для этой цели использовались корабли специальной постройки. В русском флоте специальные авизо не строились. Их роль (разведывательную) сначала выполняли различные корабли и суда попутно с решением своих основных задач, а затем в них стали переоборудовать легкие крейсеры, миноносцы и другие8. Это обусловило то, что употребление термина «авизное судно», или «авизо», в русском флоте принято не было9.

B.B. III ЕЛЬ

Тем не менее, как отмечает в своих трудах отечественный исследователь В.Н. Белозер, вопросы организации разведки на море впервые в России были затронуты уже в Морском уставе 1720 года, разработанном при непосредственном участии Петра I. Морскими средствами разведки и наблюдения тогда, в эпоху парусного флота, являлись: в прибрежных и мелководных районах — бригантины, скампавеи, галеры, шнявы и тендеры, для действий в составе эскадр открытого моря — фрегаты и быстроходные корабли с незначительным пушечным вооружением10. Вместе с тем дискуссионным остается вопрос о том, что именно при Петре I впервые для целей разведки стали применять корабли специальной постройки. Поскольку выбор из построенных военных судов лучшего «по быстроте хода» и определение его царем «не для ввода в боевую линию во время дела, а для держания между легкими фрегатами с тем, что с него удобнее будет следить»11 не являлись еще организацией постройки специальных кораблей для ведения разведки на море.

С 1705 года на Адмиралтейской верфи было организовано строительство шняв — легких кораблей, вооруженных 14—18 пушками. По мнению В.Н. Белозера, они были предназначены для разведывательной и посыльной служб. Однако это не совсем так, поскольку они хорошо зарекомендовали себя именно в качестве универсальных судов, особенно во время Северной войны (1700—1721). Кроме ведения наблюдения и осуществления посыльной деятельности они применялись в крейсерских операциях, а также для прикрытия на морских переходах гребных флотилий, для охраны транспортных судов, захвата каперов и транспортных судов. Другие отечественные корабли и суда также выполняли разведыва-

тельные функции попутно с решением своих основных задач в соответствии с их предназначением. Поэтому утверждение В.Н. Белозера, что уже «при Петре I возникла потребность в судах специальной постройки для решения преимущественно разведывательных задач и ими стали шнявы»12, неточно. Таким образом, в отличие от итальянского, французского и испанского, в русском флоте в Петровскую эпоху для ведения разведки на море корабли специальной постройки (авизо) не строились. Однако как отсутствие их на флоте, так и необходимость ведения разведки на море, частично компенсировались применением других кораблей и судов, основным предназначением которых разведка и наблюдение не являлись.

Вместе с тем в отечественной военной истории есть следующие примеры искусного ведения разведки кораблями (судами) на море: Гангутское сражение 6—7 августа (26—27 июля) 1714 года, в победу над шведами в котором внесли большой вклад хорошо налаженные разведывательная и дозорная службы русской эскадры; Эзельский бой 4 июня (24 мая) 1719 года, при котором, своевременно добыв разведывательные сведения, русские корабли уверенно одержали победу над шведскими; сражение у мыса Калиакрия 31 июля (11 августа) 1791 года, в котором контр-адмирал Ф.Ф. Ушаков первым обнаружил турецкий флот и «изумил его внезапностью», и многие другие13. Все это подтверждало растущее значение разведки на море.

В Крымской войне (1854—1856) адмирал П.С. Нахимов и вице-адмирал В.А. Корнилов в качестве разведчиков применили пароходы. При контакте с главными силами противника их задача заключалась в том, чтобы оповестить основные силы флота, а при встрече с рав-

В отличие от итальянского, французского и испанского, в русском флоте в Петровскую эпоху для ведения разведки на море корабли специальной постройки (авизо) не строились.

ным противником — принять бой. В районе Босфора эти пароходы задерживали и допрашивали команды турецких судов14. С 1860-х годов в греческих водах постоянно находилась русская учебная эскадра, базировавшаяся сначала на Вильфранше, а затем на Пирее, которая являлась поставщиком сведений о деятельности иностранных флотов в Средиземном море15.

В период Гражданской войны в США (1861—1865) Россия поддержала северян. Поэтому морским министерством была спланирована операция по нарушению океанских коммуникаций южан и их союзников силами двух крейсерских эскадр, действовавших по единому плану одновременно в двух океанах. Для ведения разведки на переходе морем сформировали разведочные отряды кораблей, в которые вошли винтовые фрегаты «Александр Невский» и «Пересвет». Однако, так и не начав боевых действий, но прибыв вскоре в Нью-Йорк и Сан-Франциско, русские корабли «посеяли панику» в морских штабах Франции и Англии16.

В русско-турецкую войну (1877—1878) на Черном море дозорную службу несли 12 шхун, выставляемые у минных заграждений на

подходах к портам. Практиковались и самостоятельные разведывательно-боевые походы пароходов, переоборудованных из-за недостатка боевых кораблей во вспомогательные крейсера, к побережью противника17. Кроме того, международной практикой предусматривалось нахождение в иностранных портах кораблей и судов, переданных в ведение посольств и консульств — стацио-неров. Если не было возможности выделить корабль для стационерной службы, использовался специально арендованный пароход или яхта.

До 1894 года стационеры, находившиеся в Турции и Греции, были единственными результативными силами и средствами русской военно-морской разведки в этом районе. С 1880 года в Константинополе находился пароход «Тамань», затем его сменила шхуна «Псезуапе». В Пирее с 1880 по 1887 год базировалась канонерская лодка «Стрелок», потом — крейсер «Забияка», затем по очереди канонерские лодки «Черноморец», «Запорожец», «Уралец», «Донец», «Терец» и «Храбрый». Именно стационеры стали тем средством, с которых армейские разведчики проводили рекогносцировки турецких укреплений18. Положительный опыт применения стационеров в целях разведки обусловил их дальнейшее использование, в том числе и на других морских театрах.

В конце XIX в. получила развитие теория крейсерской разведки, в том числе на основе анализа практического опыта не только отечественного, но зарубежных флотов. Например, американский военно-морской теоретик и историк А.Т. Мэхэн уже тогда подчеркивал огромное значение комплексной и системной организации разведки, в которой крейсера являлись важной, но лишь составной частью. Особую роль в этой системе разведки он отводил быстроходным

посыльным судам, которые могли бы своевременно доносить информацию до адмирала19.

Между тем на лекции Naval Intelligence during War, прозвучавшей в 1902 году в военно-морской коллегии, были перечислены главные ресурсы разведочной службы. В то время ими помимо других являлись крейсеры и специальные разведочные суда, а также донесения коммерческих судов20. Здесь под специальными разведочными судами подразумевались коммерческие пароходы, изъятые на период военных действий и используемые в целях разведки.

Отдельное внимание следует уделить еще двум американским военно-морским теоретикам — Г. Мурдо-ку и Гудричу, которые в своих трудах и на проводимых ими лекциях доказали важнейшую роль судов-разведчиков в морских сражениях и были в этом вопросе единодушны. Например, последний утверждал, что противник не сможет неожиданно обрушить всю силу своего удара, «если адмирал будет иметь у себя достаточное число разведочных судов хорошего типа». Также он описал главные качества, необходимые для таких разведочных судов: большая скорость хода, мореходные качества и огромный запас угля. Также им «полезно иметь легкую артиллерию на случай встречи с невооруженным авизо или транспортом, но во всяком случае было бы неблагоразумно позволять разведчику вообще вступать в дело с неприятелем, так как это могло бы отвлечь его от прямой обязанности — наблюдать и доносить»21. Гудрич настаивал на том, что на разведку неприятеля нужно посылать по два разведочных судна, чтобы одно из них могло следить за ним, а другое делало бы свои донесения адмиралу22.

По мнению этого теоретика, отлично зарекомендовавшие себя на ан-

глийских маневрах 1885 года и в войне с Испанией 1898 года быстроходные американские пароходы, в том числе почтовые, Oregon, New York, Philadelphia, St. Louis, St Paul и другие, на случай начала новых военных действий могли бы вполне успешно стать разведочными судами. Они в высшей степени полезны для эскадры и как разведчики, и как исполнители самой разнообразной посыльной и транспортной служб. При этом сравнивать их с крейсерами даже не следовало, поскольку у последних запасы топлива слишком ограничены и скорость хода значительно ниже номинальной23.

Он также утверждал, что «разведочная и сторожевая службы могут при их развитии играть очень большую роль в военном деле и что для успешного исхода всегда требуются суда соответствующего характера и притом в очень большом числе»24. Гудрич подтверждал это многочисленными примерами, в том числе английскими маневрами 1888 года, когда атака французского берега в Средиземном море была успешно проведена единственно благодаря недостатку в разведочных судах у оборонявшейся эскадры, а также французскими маневрами 1893 года в Английском канале, когда одна эскадра вынуждена была прекратить преследование другой лишь только потому, что лишилась некоторых своих крейсеров-разведчиков. В итальянских маневрах 1893 года разведочная служба была организована по плану герцога Генуэзского очень оригинально. Миноносные суда открытого моря использовались в ней в качестве разведчиков, а миноносцы прибрежного назначения при них служили посыльными судами для передачи известий адмиралу. Миноносцы оказались вполне приспособленными для этого назначения25. В русском флоте в это время для выполнения задач

авизо обыкновенно переоборудовались устаревшие легкие крейсера и другие корабли, в том числе тоже применялись миноносцы26.

Очевидно также, что появившаяся и бурно развивавшаяся радиосвязь должна была значительно увеличить радиус разведки и ускорить получение командующим разведывательных сведений. Это обусловило практически прекращение использования авизо. Создание беспроволочной связи и телеграфирования без проводов не только изменило тактику морской разведки, но и дало флоту новый перспективный вид разведки — радиоразведку (РР). Теперь для успешного решения всевозможных задач на море корабли наряду с приборами визуального наблюдения оснащались появившимися техническими средствами разведки, основанными на различных физических принципах действия. Так, в 1895 году A.C. Попов положил начало развитию РР на флоте, обосновав возможность использования радио для определения местоположения объектов.

Практическое применение данные принципы получили в русском флоте в период Русско-японской войны (1904—1905), где впервые корабельные радиостанции были использованы для подслушивания японских радиопередач в целях добывания разведывательных сведений о действиях кораблей противника27. Вместе с тем дискуссионным остается вопрос о том, что «вместе с появлением нового перспективного направления в РР — радиопеленгования был заложен и базис РЭР»28. В действительности он был заложен позже — в середине XX века, когда появилась радиотехническая разведка (РТР). Последующее объединение ее в конце 1970-х годов с РР и составило основу РЭР.

В начале XX века русским командованием были предприняты

попытки организовать получение донесений от отечественных и зарубежных коммерческих каботажных судов, заходящих в порт. Однако системной и регулярной работы в этой области так и не получилось29. С началом Русско-японской войны положение с организацией разведки на Дальнем Востоке стало катастрофическим. Русские стационеры были блокированы либо уничтожены, многие линии связи были выведены противником из строя. Из-за недостатка скоростных крейсеров-разведчиков с большим радиусом действия функции разведочной службы были возложены на миноносцы, которые для этого рода службы не предназначались, особенно в период боевых действий. Тем не менее в целях разведки Порт-Артурская эскадра использовала миноносцы «Расторопный», «Бесстрашный» и «Внушительный». К дозорной службе привлекались минные катера броненосцев «Победа» и «Пересвет». Однако уже первые разведывательные походы русских кораблей показали, что дальняя разведка, ведущаяся слабыми силами, прежде всего миноносцами, не является верным решением для этой войны. Не спасло положение и применение в отечественном флоте нового боевого средства — подводной лодки (ПЛ) в целях разведки и наблюдения. Невысокие тактико-технические характеристики, несовершенство конструкторских решений и отсутствие опыта у экипажей первых лодок наложили ограничение на их боевое применение30. Все это явилось одной из причин поражения России в данной войне.

В целом в годы Русско-японской войны корабельная (судовая) разведка осуществлялась как отдельными кораблями (судами) флота, так и отрядами и группами в течение всего периода боевых действий. Особого внимания заслуживают: опыт ведения разведки, полученный Вла-

дивостокским отрядом крейсеров в период борьбы на коммуникациях противника; действия вспомогательных крейсеров «Днепр» и «Рион» в Средиземном море и Индийском океане; несение дозорной службы, организация разведки и наблюдения на 2-й Тихоокеанской эскадре на переходе в Тихий океан31.

В 1913 году к ведению разведки были привлечены плавающие в китайских водах и стационирующие в портах Китая русские военные суда, ходящие на коммерческих судах русские капитаны, помощники и ученики. Кроме того, «с 1914 г. к разведывательной работе стали привлекаться предприятия, занимавшиеся выловом рыбы»32. Обладая своим и арендованным рыболовным флотом, их персонал производил сбор сведений о японском и китайских флотах, об активности Германии в Китае. Они вели также съемку китайского и корейского побережий.

В Первую мировую войну (1914—1918) корабельная (судовая) разведка велась, как и в предыдущей войне, либо отдельными кораблями (судами) флота, либо отрядами (группами). К ее силам к началу войны относились: российские стационеры, надводные корабли из состава флотов, выделенные для ведения разведки, ПЛ, специально зафрахтованные суда (в том числе, оборудованные средствами радиосвязи/радиоперехвата), коммерческие суда, капитаны которых согласились собирать и передавать разведывательную информацию. Как и раньше, практиковались дальние заграничные плавания отдельных кораблей и отрядов для решения задач разведки. Эскадренная разведка велась крейсерами. Причем броненосные (линейные) крейсера были предназначены для тактической (ближней) разведки, а легкие крейсера — для стратегической (дальней) разведки и дозора33. В разведочной

В 1913 году к ведению разведки были привлечены плавающие в китайских водах и стационирующие в портах Китая русские военные суда, ходящие на коммерческих судах

русские капитаны, помощники и ученики.

службе в годы войны стали активнее использоваться ПЛ, при этом задачи разведки часто решались одновременно с решением боевых задач. В 1915—1916 годах в Рижском заливе ежедневно, кроме тех периодов, когда Балтийское море было покрыто льдами, выставлялся корабль дозора (крейсер или эсминец)34. Для эпизодического наблюдения на Северном морском театре использовался лишь один военный корабль — посыльное судно «Бакан», ежегодно направлявшееся из Балтийского моря на Север для охраны промыслов. В дальнейшем задачи корабельной (судовой) разведки в основном стали выполнять переброшенные на Север миноносцы и несколько купленных правительством яхт. Дозорную службу несли вооруженные малокалиберной артиллерией гидрографические суда «Мурчан» и «Лейтенант Овцын»35.

В Великую Отечественную войну (1941—1945) в ВМФ СССР наряду с ПЛ и надводными кораблями (крейсерами, эсминцами) задачи разведки в прибрежных районах решали торпедные катера и «морские охотники», обладавшие достаточно высокой скоростью хода. Однако отсутствие особенно в начальный период войны на многих из них радиолокационных и гидроакустических станций делало их малоэффективными как

при несении дозорной службы, так и в качестве эскортных кораблей. Это не позволяло им заблаговременно обнаруживать подводные, надводные и воздушные цели. В дальнейшем для поиска противника в море и наблюдения за ним сначала ПЛ, а затем и надводные корабли были оснащены радиолокационными и гидроакустическими средствами, в том числе и иностранного производства, прежде всего английского. Это позволило значительно повысить эффективность ведения разведки надводными кораблями и ПЛ. На приморских флангах фронтов надводные корабли и ПЛ активно привлекались для высадки агентурных и разведывательно-диверсионных групп. На морских коммуникациях противника практически основными маневренными силами разведки до 1943 года являлись ПЛ, тем более что сложившиеся условия на Балтийском море не позволяли вести разведку надводными кораблями в большом отрыве от баз и без прикрытия. ПЛ были оборудованы специальными приспособлениями, позволявшими фотографировать объекты разведки через перископы36.

К маю 1945 года гитлеровская Германия была повержена, а ее армия и флот разгромлены. Но замыслы немецких военных специалистов и разработки конструкторов, часть из которых им так и не удалось воплотить в конкретные образцы и испытать в боевых условиях, остались37. Например, так называемый План X 1938 года предусматривал создание для немецкого флота 22 разведывательных крейсеров водоизмещением 5000 т, скоростью хода до 36 уз, дальностью плавания 8000 миль38. Кроме того, один из трех легких разведывательных крейсеров типа был даже заложен в 1941 году. По мнению руководителей германского морского генерального штаба, эти

корабли очень бы подходили для ведения крейсерской войны. Однако в 1942 году программу строительства разведывательных крейсеров приостановили, и БРА в 1943 году разобрали на стапеле. Несмотря на это, а также на то, что в годы Второй мировой войны (1939—1945) специальные корабли разведки ни у одной из стран мира так и не появились, ее опыт, как и опыт советско-японской войны (1945), подтвердили целесообразность наличия в составе экипажа корабля подготовленных оперативных групп, способных вести разведку с помощью радиоэлектронных средств на морских (речных) театрах39.

В первые послевоенные годы произошло широкое внедрение на флоте, в том числе и в военно-морских силах иностранных государств, средств радионавигации, радиолокации и гидроакустики. Они становились одними из главных источников разведывательных сведений. Это обусловило появление новых видов разведки и прежде всего радиотехнической. В данной связи корабли стали оснащаться следующим разведывательным оборудованием: радиотехническим, гидроакустическим, оптико-электронным (телевизионным, тепловизионным, лазерным), магнитометрическим и т. д. Понятно, что применение в первое послевоенное десятилетие в целях ведения разведки как боевых надводных кораблей и ПЛ, так и судов рыболовного, торгового и вспомогательного флотов при стремительном росте объектов разведки в условиях начавшейся «холодной войны», а следовательно, при усложнении задач разведки, было уже недостаточно. Не решало полностью эту проблему ни задействование нештатных оперативных групп разведки, ни отдельных офицеров-разведчиков (офицерская разведка), приданных этим кораблям и судам на период их

похода (плавания). Объективно назрела необходимость в специальных разведывательных судах.

Так в начале 1950-х годов в том числе для перехвата и анализа излучений радиостанций, работающих в сетях ближней связи, радиолокационных и других станций потенциального противника, находящегося в океанских районах и морских зонах, недоступных для разведки наземными (береговыми) средствами, в советском ВМФ появились РЗК. В качестве них первое время использовались переоборудованные боты, шхуны, траулеры и другие суда, а также корабли, переданные по репарации и по условиям ленд-лиза40. Позднее был организован их сбор на базе выбранных командованием флота и разведки строящихся кораблей и судов, а затем развернулось полноценное производство РЗК по специальным проектам. В 1951—1956 годах они именовались посыльными судами, затем — кораблями ОСНАЗ, КРТР и КРЛД, с 1977 года за ними закрепилось современное название41. Кроме того, иногда в отчетно-информационных документах соединений и частей морской РЭР их называли кораблями РР, кораблями РР и РТР или кораблями РЭР. Деятельность РЗК прикрывалась легендой, будто это рыболовные траулеры (до 1959 г.), потом некоторые из них выдавали себя за лоцмейстерские суда (до 1963 г.), другие — за гидрографические исследовательские суда (ГИСУ), экспедиционные океанографические суда (ЭОС) или океанографические исследовательские суда (ОИС), в зависимости от водоизмещения и дальности плавания (до 1977—1979 г.), затем за гидрографические (ГС) и суда связи (ССВ). Однако по оборудованию мачт и надстроек всевозможными антеннами, а также по районам и характеру деятельности РЗК оказались легко распознаваемы. В 1951—1956

годах корабли разведки относились к группе вспомогательных судов, затем — боевых кораблей, с 1977 года — кораблей специального назначения.

Еще до организации боевой службы в ВМФ они начали систематически, на постоянной основе совершать дальние походы в Атлантический и Тихий океаны, Норвежское, Гренландское, Средиземное, Северное, Восточно-Китайское и Южно-Китайское моря42. Позже РЗК стали основой маневренных сил разведки флота, могли действовать на всю глубину океанских районов и морских зон, длительно находиться в них и эффективно решать поставленные задачи. Класс РЗК в советском ВМФ был представлен большими, средними и малыми кораблями. Некоторое время в него входили КРТР, базовые, большие, средние, малые КРЛД и большой атомный РЗК. В настоящее время РЗК ВМФ России — это надводные корабли класса РЗК, группы кораблей и судов специального назначения, предназначенные для выполнения разведывательных задач. Подразделяются на большие (водоизмещением 4000—7000 т и более), средние (1000—4000 т), малые РЗК (менее 1000 т) и корабли гидроакустической разведки (КГАР) (1000—4000 т). Организационно сводятся в дивизионы. Осуществляя РЭР, как правило, по плану штаба флота (Главного штаба ВМФ), РЗК решают задачи оперативного и оперативно-тактического уровня (масштаба). Являются основными силами морской разведки и элементом постоянно действующей системы разведки флота.

Подобные корабли есть и в других странах (США, Великобритания, ФРГ, Франция, Норвегия, Польша, Швеция, Испания, Италия, Греция, Румыния, Болгария, Португалия, Украина, КНР, Япония, КНДР, Новая Зеландия, Куба, Тайвань)43. Их водоизмещение составляет 1500—20000 т.

Все эти иностранные корабли можно условно разделить на три подкласса: КИК, ОИС и научно-исследовательские суда (НИС); КГАР; многофунк-

циональные РЗК44. В состав экипажей данных кораблей, как правило, штатно или внештатно входят подразделения разведки.

Рис. 1. КГАР Т-АС08-22, тип «Викториес Лойял»

Рис. 3. РЗК «Альстер»

Рис. 2. ОИС «Энтерпрайз»

Рис. 4. РЗК «Дюпюи де Лом»

Рис. 5. РЗК «Марьята», 4-й корпус

Рис. 6. НИС «Свердруп II»

Рис. 7. РЗК «Орион»

Рис. 9. РЗК класса «Донг Диао»

Как и в ВМФ СССР, во Второй мировой войне (1939—1945) во флотах ведущих зарубежных государств мира разведывательные функции на море, как правило, выполняли ПЛ и надводные корабли (крейсеры, эсминцы) одновременно с решени-

ем своих основных задач. Но уже в первом послевоенном десятилетии у Великобритании и Норвегии появились РЗК, представляющие собой переоборудованные рыболовные траулеры, которые регулярно вели разведку у побережья Советского

В течение ряда лет к разведке деятельности сил ВМФ СССР привлекались боевые корабли различных классов. Американцы использовали танкодесантные корабли типа «Ньюпорт», действовавшие одиночно; англичане и французы — корабли классов эсминец — фрегат с управляемым ракетным оружием в сопровождении танкеров. На вертолетных площадках кораблей специально устанавливались контейнеры со средствами РЭР.

Союза. Вместе с тем в это время США в вопросах морской разведки по-прежнему полагались на свои боевые надводные корабли и ПЛ. Первые корабли, специально предназначенные для ведения морской РЭР, стали появляться у США в начале 1960-х годов, уже после появления в СССР и отлично зарекомендовавших себя при ведении разведки на море посыльных судов и кораблей ОСНАЗ. Но в отличие от Советского Союза, который переоборудовал сначала в корабли разведки в основном рыболовные траулеры, США, напротив, использовали в этих целях преимущественно свои переоборудованные транспортные суда. Однако после инцидентов в 1967—1968 годов с американскими РЗК («Либерти» подвергся атаке со стороны израильских самолетов и торпедных катеров45; «Пуэбло» захватили северокорейцы) США отказались от их использования46. Для ведения разведки в океанских районах и морских зонах американцы стали использовать собственные боевые корабли и вспомогательные суда, оснащая их средствами разведки.

С конца 1970 — начала 1980-х годов командование ВМС стран НАТО стало уделять большое внимание разведке мероприятий, касающихся бое-

вой подготовки сил советского ВМФ. В течение ряда лет к разведке деятельности сил ВМФ СССР привлекались боевые корабли различных классов. Американцы использовали танкодесантные корабли типа «Ньюпорт», действовавшие одиночно; англичане и французы — корабли классов эсминец — фрегат с управляемым ракетным оружием в сопровождении танкеров. На вертолетных площадках кораблей специально устанавливались контейнеры со средствами РЭР. Позже, определив в качестве основной угрозы советские атомные ракетные подводные лодки, США инициировали в 1982 году строительство большой серии КГАР47. Однако ввиду снижения активности в 1990-х годах действий подводных сил ВМФ РФ в Мировом океане США строительство очередной серии КГАР свернули. Вместе с тем остальные передовые страны НАТО не отказались от применения РЗК, постоянно модернизируют их и строят новые.

Таким образом, сущностью термина «разведывательный корабль» является применение специальных кораблей и судов (особого, специального назначения) с подразделениями (личным составом) разведки в составе их экипажей, вооруженных

средствами разведки для добывания сведений о ВС (ВМС) разведываемых стран. Содержанием термина «разведывательный корабль» является совокупность существенных и отличительных признаков предмета, которые рассмотрены автором в рамках данной статьи.

Прообразом современного РЗК является авизо — военное судно, которое в XVII—XIX веках использовалось для разведки и посыльной службы в ряде стран, прежде всего Франции, Италии и Испании. При отсутствии их во флотах других государств (России, США и других) назначение авизо выполняли переоборудованные корабли и суда, прежде всего легкие крейсера, миноносцы и пароходы. Попутно с решением своих основных задач разведывательные функции выполняли также всевозможные корабли и суда. С появлением на флоте в начале XX века беспроволочного телеграфа и дальнейшего развития РР надобность в разведывательных и посыльных судах, как представлялось тогда флотским руководителям, отпала и от использования авизо практически отказались. Морскую разведку стали вести попутно с решением своих основных задач боевые корабли и самые разнообразные суда. С началом Первой мировой войны (1914—1918) к ним добавились ПЛ, впоследствии хорошо зарекомендовавшие себя при ведении разведки в годы Великой Отечественной войны (1941—1945).

По окончании Второй мировой войны (1939—1945) наметившийся рост взаимного недоверия между бывшими союзниками привел к «холодной войне». Быстро набрала темп гонка вооружений, возникло соперничество в ракетной, ядерной, космической, радиоэлектронной и других военно-технических областях. Вследствие этого назрела необходимость как можно больше добыть

Сущностью термина «разведывательный корабль» является применение специальных кораблей и судов (особого, специального назначения) с подразделениями (личным составом) разведки в составе их экипажей, вооруженных средствами разведки

для добывания сведений о ВС (ВМС) разведываемых стран.

разведывательных сведений друг о друге. Это подтолкнуло военные руководства стран двух непримиримых геополитических полюсов вспомнить об историческом опыте ведения разведки кораблями (судами), специально предназначенными для этого, т. е. авизо (посыльными судами). Так, появление в 1951 году в СССР РЗК первоначально получивших наименование, как в XVII—XIX веках, — посыльные суда, а также переоборудование в это время в корабли разведки подходящих судов в США, Норвегии и Великобритании только подтверждают это.

Опыт ведения разведки на море авизо (посыльными судами) и переоборудованными под них кораблями, а также стационерами, миноносцами, эсминцами, подводными лодками, коммерческими, гидрографическими, рыболовными судами, яхтами и другими плавсредствами важен, поучителен и актуален и по сей день. Он

напрямую способствовал появлению во многих странах мира современных, оснащенных средствами РЭР РЗК. Вместе с тем исторически сложилось, что термин «разведывательный корабль» стал обобщающим для всех

кораблей (судов), основным (особым или специальным) назначением которых являлась разведка, причем для конкретного плавсредства все возможные ее виды, а не только РЭР.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Военно-морской словарь для юношества. М.: Издательство ДОСААФ СССР, 1988. С. 376—377.

2 Военно-морской словарь / под ред. В.Н. Чернавина. М.: Воениздат, 1990. С. 359.

3 Данченков М.А., Волков Р.Н. Научный флот России. Рукопись. 2008. URL: www.ronl.ru/referaty/raznoe/702440/ (дата обращения: 03.10.2017).

4 Корабельный портал. URL: http:// korabley.net/news/navigaciya_rinda/ 2008-11-04-52#ег/ (дата обращения: 29.11.2017).

5 Жданов Л. Б. Полная энциклопедия кораблей и судов: справочное пособие. М.: Моркнига, 2009. С. 231.

6 Толковый военно-морской словарь. 2010. . URL: http://dic.academic.ru/ (дата обращения: 07.10.2017).

К тому же РЗК могут быть переоборудованные для выполнения задач разведки гражданские суда с военными специалистами на борту.

Применив при исследовании сущности и уточнении содержания термина «РЗК» вышеприведенные научные методы, выведем его новую, уточненную дефиницию (определение).

Разведывательный корабль — это специально предназначенное для добывания сведений о ВС (ВМС) разведываемых стран судно, в состав команды которого входят штатно и (или) придаются на период похода (плавания) подразделения (личный состав) разведки. Имеет разведывательную аппаратуру и легкое оружие. В качестве них могут использоваться переоборудованные корабли и суда.

7 Военная энциклопедия / под ред. В.О. Новицкого и др. М.: тип. Т-ва И.Д. Сытина, 1911. Т. 1. С. 49.

8 Советская военная энциклопедия / под ред. М.А. Моисеева. М.: Воениздат. 1990. С. 42.

9 Энциклопедия военных и морских наук / под ред. Г.А. Леера. СПб.: тип.

B. Безобразова, 1883. Т. 1. С. 11.

10 Белозер В.Н. Военно-морская разведка России: история создания, становления и развития (1696—1918): дис. ... канд. ист. наук. М.: ИВИ МО РФ, 2008.

C. 61.

11 Там же. С. 33.

12 Там же. С. 31.

13 Овчинников В.Д. Адмирал Федор Ушаков — святой праведный воин. Ярославль: ООО «Академия 76», 2016. С. 320.

Рис. 10. Средний РЗК

14 Белозер В.Н. Военно-морская разведка России: история создания, становления и развития (1696—1918): дис. ... канд. ист. наук. М.: ИВИ МО РФ, 2008. С. 56.

15 Там же. С. 102.

16 Там же. С. 67—68.

17 Там же. С. 73.

18 Там же. С. 95, 97,100.

19 Там же. С. 103.

20 Доливо-Доброволъский В. Разведочная служба во флоте и ее организация // Морской сборник. 1904. № 1. С. 6, 8—9.

21 А. де-Л. О разведочных судах // Морской сборник. 1904. № 1. С. 18.

22 Там же. С. 16.

23 Там же. С. 20.

24 Там же. С. 27.

25 Там же. С. 28.

26 Военная энциклопедия / под ред. В.О. Новицкого и др. М.: тип. Т-ва И.Д. Сытина, 1911. С. 49.

27 КикнаЬзе В.Г. Развитие сил и средств радиоразведки отечественного Военно-Морского Флота в первой половине XX века: исторический опыт и уроки: дис. ... д-ра ист. наук. М.: ВАГШ ВС РФ, 2014. С. 74.

28 Белозер В.Н. Военно-морская разведка России: история создания, становления и развития (1696—1918): дис. ... канд. ист. наук. М.: ИВИ МО РФ, 2008. С. 353.

29 Там же. С. 104, 105.

30 Там же. С. 122,124,133.

31 Федоров В.М. Военно-морская разведка: история и современность. М.: ИД «Оружие и технологии», 2008. С. 26.

32 Белозер В.Н. Военно-морская разведка России: история создания, становления и развития (1696—1918): дис. ... канд. ист. наук. М.: ИВИ МО РФ, 2008. С. 207, 208.

33 Там же. С. 210, 211.

34 Федоров В.М. Военно-морская разведка: история и современность. М.: ИД «Оружие и технологии», 2008. С. 45.

35 Белозер В.Н. Военно-морская разведка России: история создания,

становления и развития (1696—1918): дис. ... канд. ист. наук. М.: ИВИ МО РФ, 2008. С. 343, 345.

36 Федоров В.М. Военно-морская разведка: история и современность. М.: ИД «Оружие и технологии», 2008. С. 119, 138,185.

37 Разумный H.A. Ракетоносный флот. М.: Издательство ДОСААФ, 1987. С. 13.

38 Руге Ф. Война на море. 1939—1945. М.: ACT, СПб.: Полигон, 2000. С. 8.

39 Кикнадзе В.Г. Невидимый фронт войны на море. Морская радиоэлектронная разведка в первой половине XX века: монография. М., 2011. С. 332.

40 История отечественного судостроения. Том V. Судостроение в послевоенный период 1946—1991 гг. / под ред. Акад. И.Д. Спасского. СПб: Судостроение, 1996. С. 94.

41 Плутов В.В. История создания и боевой путь соединения кораблей радиоэлектронной разведки Северного флота. Книга 1.1951—1986 годы. М.: АИР, 2015. С. 33.

42 История создания разведывательных кораблей. Российский судостроительный портал URL: shipbuilding. ru/rus/spy_history/ (дата обращения: 03.10.2017).

43 Дремлюга Г.П. Разведывательные корабли // Проблемы развития корабельного вооружения и судового радиоэлектронного оборудования. 2012. № 1. С. 83.

44 Морская радиоэлектроника. № 3 (21). 2007. С. 27.

45 Курсом чести и славы. Военно-Морской Флот СССР/России в войнах и конфликтах второй половины XX в. / под общ. ред. A.A. Кольтюкова. М.: Изд. «Кучково поле», 2006. С. 319.

46 Вознесенский М.Б. На грани мировой войны. Инцидент «Пуэбло». М.: Вече, 2007. Серия «Военные тайны XX века». С. 45.

47 Силин Ю. Прямая зависимость // Зарубежное военное обозрение. 1990. № 12. С. 59—62.