В. П. Острогорский-публицист о проблемах преподавания словесности

В.П. ОСТРОГОРСКИЙ-ПУБЛИиИСТ О ПРОБЛЕМАХ ПРЕПОДАВАНИЯ СЛОВЕСНОСТИ

История школьного литературного образования, педагогическая публицистика, педагогическая журналистика.

Изучение словесности в российской школе во все времена находилось в поле зрения общественности, становилось предметом острых споров. Нередко участники дискуссии прибегали в отстаивании своей позиции к публицистике, дававшей им возможность отразить свои эстетические, педагогические представления, объединить, обобщить рассеянные позиции в единое целое и таким образом влиять на общественное мнение.

Несмотря на то что историографический аспект отечественной теории и методики обучения литературе привлекал внимание исследователей и нашел отражение в статьях, монографиях, диссертационных работах, проблема определения роли, места и значения публицистики в становлении и развитии школьного литературного образования не становилась предметом специального исследования и практически не разработана. Лишь отчасти она рассматривается в публикациях Я.А. Ротковича, А.М. Красноусова, В.Ф. Чертова и других ученых. Поэтому закономерно в аспекте проблемы обращение к педагогическому наследию одной из крупнейших фигур в отечественной методике преподавания словесности.

В.П. Острогорский (1840—1902) был не только выдающимся учителем, мето-дистом-словесником, но и активным общественным деятелем, талантливым журналистом, сотрудничающим со многими изданиями, редактором журналов «Детское чтение», «Педагогический листок», «Воспитание и обучение», «Мир Божий». В обширном печатном наследии Острогорского (он автор более 250 работ) множество трудов, имеющих публицистический характер. Все это позволило Д.И. Тихомирову, известному педагогу и редактору, в юбилейном очерке к тридцатипятилетию педагогической деятельности Острогорского заявить, что по его работам можно «совершенно точно установить все те злобы дня, все те вопросы школьной жизни в области педагогической, которыми жила мыслящая часть нашего общества, чем она воодушевлялась, в чем полагала надежду спасения от исторически сложившейся в течение веков, властно царящей в обществе и народе тьмы» [Тихомиров, 1899, с. 645]. А в некрологах Острогорскому подчеркивалась и его публицистическая, пропагандистская деятельность: «Педагог по профессии, он был проповедником, гуманистом и общественным деятелем в классе и в аудитории, в газетных и журнальных статьях и везде, во всем» [Ф.И.Т., 1902, с. 458].

На формирование педагогических взглядов Острогорского, развитие его таланта публициста повлияли благоприятные общественные условия. Юность его пришлась на период подъема, время «всеобщего пробуждения России к новой жизни» [Острогорский, 1892, № 9, с. 159]. В эти годы на страницах многих общих и всех педагогических журналов и газет обсуждались самые злободневные общественные и нравственно-педагогические вопросы. Огромный общественный резонанс вызывали яркие публицистические статьи Н.И. Пирогова, К.Д. Ушинского, В.Я. Стоюнина, Д.И. Писарева.

Публицистичностью проникнуты уже первые студенческие научные работы Острогорского. В воспоминаниях он приводит характеристику, данную его кандидатской диссертации научным руководителем академиком И.И. Срезневским: «...вы скорее литератор, журналист, а не ученый...», и указывает на недостатки работы: «слишком популярно по форме и резко по выводам» [Острогорский, 1892, № 10, с. 226].

Начав общественно-педагогическую деятельность в 1859 году в качестве учителя Василеостровского бесплатного училища, Острогорский до конца жизни не прекращает ее, преподавая словесность в средних и высших учебных заведениях. Вспоминая свою тридцатилетнюю педагогическую и организационно-методическую деятельность, многочисленные комиссии и совещания по поводу судьбы литературного образования, он пишет: «Я почти не припомню, за редкими исключениями, чтобы во всех этих бесчисленных заседаниях всех ведомств были серьезно обсуждаемы такие вопросы, как выразительное чтение, важность чтения внеклассного, необходимость ознакомления с произведениями литературы иностранной, с биографиями писателей, о приучении учащихся к чтению статей критических, о преимуществе знакомства с новой литературой перед русской древней, о средствах к эстетическому развитию и т. п.» [Острогорский, 1890, с. 138—139]. Именно эти проблемы преподавания словесности находят отражение в публицистике Острогорского.

Первые методические работы Острогорского напечатаны в частном педагогическом журнале «Учитель». Издание стояло на передовых общественно-педаго-гических позициях, резко критикуя правительственные реформы, выявляя глубоко болезненные недостатки российского образования. Статьи Острогорского, обращенные к широкой аудитории, отличавшиеся актуальностью проблематики и полемическим подтекстом, соответствовали редакционной политике издания.

Исследователи теории журналистики разделяют понятия «публицистика» и «публицистичность», отмечая, что публицистичность может проявляться в любом тексте, в том числе и научном, «когда автор стремится взволновать реципиента, повлиять на его сознание, а главное — вызывать соответствующую реакцию. Изменить не только представления, но и поведение человека, стимулировать его соответствующие поступки, то есть взять на себя побудительные свойства» [Здо-ровега, 2006]. Анализ публикаций Острогорского 70-80-х годов о преподавании словесности в школе позволяет прийти к выводу, что публицистичность является их отличительной особенностью и выражается в актуализации темы (переводе ее из узкометодических рамок в широкое общественное поле), проблемности, тенденциозности и полемичности.

Так, в статье «О литературном образовании, получаемом в наших средних учебных заведениях» Острогорский специально подчеркивает актуальность рассматриваемой им проблемы не только для педагогов-словесников, но и для широкого круга читателей. «Вопрос, который поставлен в заглавии этой статьи, — заявляет он в самом начале, - настолько важен для целого общества, что поднять его снова нам показалось не лишним и не для одних педагогов» [Острогорский, 1873, с. 13]. Композиционно статья делится на две части. Если вторая часть — это традиционные для методической статьи предложения, рекомендации, основанные на личном опыте, то первая своей яркой эмоционально-экспрес-сивной окраской, критическим и сатирическим началом близка к фельетонному жанру. Острогорский воспроизводит комичную ситуацию выяснения уровня ли-

тературного образования у молодого человека, недавно окончившего среднее учебное заведение. И делает неутешительный вывод: «...ни теории, ни знакомства с величайшими произведениями литературы всеобщей, ни основательного знакомства с произведениями отечественными, ни критической начитанности, ни даже охоты и умения читать серьезную книгу в нашей молодежи вы почти не встретите» [Острогорский, 1873, с. 16].

Особенностью многих статей Острогорского о проблемах литературного образования является значительная по своему объему вступительная часть с анализом проблемы, обосновывающая необходимость ее решения, убеждающая читателей в незамедлительности принятия тех или иных мер. В статье «Благие желания» прежде чем высказать свои соображения, Острогорский, идя от конкретных примеров, реальных событий, рисует выразительную картину «неутешительного положения в наших учебных заведениях» курса словесности. Причем вступительная часть с жесткой критикой значительно больше по объему, чем предложения и рекомендации [Острогорский, 1877].

О стремлении Острогорского активно влиять на читателя, формировать общественное мнение свидетельствует и использование им разнообразных жанровых форм. Письмо, этюд, некролог, юбилейная статья — вот неполный перечень тех форм, которые использует Острогорский для пропаганды своей общественно-пе-дагогической позиции. Так, для основной своей методической работы педагог использует форму беседы. В журнале «Женское образование» он публикует цикл «Беседы о преподавании словесности», позже неоднократно издававшийся в виде отдельной книги. Цикл посвящен общественно важному вопросу воспитания подрастающего поколения. Отмечая роль словесности в патриотическом воспитании, педагог горячо выступает против формального изучения языка и литературы.

Характеризуя педагогическую и научно-методическую деятельность Острогорского, исследователи отмечают «как наиболее активный период — 70—80 годы XIX века» [Роткович, 1958, с. 67] и чаще всего делают акцент на анализе его публикаций этого времени. Однако в 90-х годах XIX века, не прекращая активной преподавательской деятельности, Острогорский активизировал деятельность общественную, в том числе публицистическую. Именно в этот период в периодике появляются его наиболее яркие публицистические статьи.

Публицистический жанр письма нередко использовался в педагогической журналистике, давая возможность авторам обратиться со своими мыслями, призывами к широкому кругу общественности в решении актуальных проблем. В 1890 году в одном из первых номеров нового педагогического журнала «Вестник воспитания» Острогорский также использует для изложения своих взглядов жанровую форму письма.

В статье, озаглавленной «Письма о литературно-эстетическом образовании», он поднимает традиционную для него тему упадка литературного образования. Современные школьники мало читают, эстетически неразвиты, безграмотны. И это несмотря на то, что русскому языку и словесности очень много внимания уделяется при составлении программ, разработке учебных планов. Традиционны и причины такого печального состояния литературно-эстетического образования: «отсутствие хорошо подготовленных именно для преподавания языка и словесности учителей» и «совершенно неправильная постановка предмета, а следовательно, и сами программы». Упрекает Острогорский и официальную педагогику

и методику, игнорирующую разработки таких методистов, как В.П. Скопин,

В.И. Водовозов, В.П. Стоюнин.

В то же время в статье затронуты и новые для публицистики Острогорского темы: роль семьи в развитии у ребенка дара слова и эстетического вкуса, начальное и последующее домашнее руководство литературным образованием юноши, влияние матери как первой воспитательницы своих детей на эти процессы. Автор намечает для дальнейшего рассмотрения обширную программу. «В следующих письмах, — пишет он в заключение, — мы постараемся поговорить о том, что именно понимаем под литературным образованием; как его следовало бы повести со стороны семьи; как подготовить хороших учителей, и наконец, какова, по нашему мнению, основанному на многолетнем опыте в учебных заведениях, мужских и женских, могла бы быть, в общих чертах, примерная программа языка и словесности» [Острогорский, 1890, № 4, с. 140]. Однако в следующем номере Острогорский меняет заглавие («Письма об эстетически-литературном образовании»), тем самым акцентируя внимание на эстетическом воспитании, уточняя, что вопросы «со специальной литературной, и притом, школьной сторон» [Острогорский, 1890, № 5, с. 12] уже разработаны им в ряде предшествующих статей.

Во второй статье Острогорский пишет о том, что молодые люди, оканчивающие свое образование, имеют массу общих и специальных знаний, развитый ум, но неразвитую душу, чувства и воображение. В то время как главную задачу семьи и школы, по мысли педагога, составляет этико-эстетическое воспитание. Нарисовав в статье обобщенный гротесковый образ юноши — выпускника гимназии или университета, лишенного любви к миру, к человеку, интереса к жизни, веры в лучшее будущее, - Острогорский показывает идеальную модель домашнего эстетически-литературного воспитания, в котором литература, поэзия дают богатейший материал для развития детей.

Затронув в первой статье традиционные для себя темы, Острогорский, возможно, хотел изложить их более подробно читателям нового журнала. Однако как опытный публицист, редактор почувствовал интерес к новой теме фоль семьи, матери в домашнем эстетическом воспитании) и быстро отреагировал на запросы аудитории. Размышления и призывы Острогорского действительно вызвали бурный отклик. Так, третье (заключительное) письмо построено на основе полемики с откликом одной из читательниц, а письмо-отклик другой матери семейства даже было опубликовано в журнале [Письмо..., 1890].

К жанру мемуарно-педагогической публицистики можно отнести воспоминания Острогорского, публиковавшиеся в журнале «Образование» с 1892 года. Мемуарные очерки построены по традиционному хронологическому принципу. В центре их люди, с которыми автор встречался на своем жизненном пути, которые оказали влияние на формирование его как человека и педагога. В то же время через все воспоминания проходит образ самого Острогорского, общественного деятеля и публициста, человека, «горячо и смело напоминающего русскому обществу и о недостатках современного воспитания и образования и о лучших идеалах, выработанных гуманною европейскою мыслию» [Д.Т., 1894, с. 2].

В первой статье цикла Острогорский, формулируя цели работы, отмечает, что хочет не только подвести итоги педагогической практики, но и высказать, что он мог бы «пожелать в настоящее время относительно постановки и характера преподавания русского языка и словесности в наших средних учебных заведениях»

[Острогорский, 1892 № 9, с. 140]. Это давало возможность современникам воспринимать цикл не как воспоминание о прошлом, а как обращение к будущему, ведь он выполнял важную функцию формирования педагогического мировоззрения, активной социальной позиции учителя.

В 1895 году Острогорский публикует одну из самых своих острых статей, незаслуженно обойденную вниманием исследователей. В небольшом этюде «Учитель словесности», имеющем полемический характер и проникнутом обличительным пафосом, автор затрагивает ряд проблем, актуальных для всего его творчества. Одна из них о содержании курса словесности, месте в нем древней русской литературы [Острогорский, 1895].

История изучения русской духовной словесности в отечественной школе имеет давнюю традицию и драматичную судьбу. В первой половине XIX века школьные хрестоматии и книги для чтения традиционно включали большое количество произведений разных жанров и авторов, относящихся к памятникам древней литературы (молитв, слов, поучений, хождений, житий и т. д.). Однако в 60-е годы XIX века разворачиваются ожесточенные споры о месте, содержании курса древней русской литературы и начинается процесс ее постепенного отчуждения от школы. Ряд преподавателей словесности выступают в журнальных статьях с требованием изъять из программы памятники церковной литературы как сложные для восприятия и не соответствующие современным целям литературного образования. Позиция сторонников замены курса древней литературы современной нашла наиболее полное выражение в статьях единомышленников и старших товарищей Острогорского — В.П. Скопина, В.Я. Стоюнина.

Сам Острогорский в статье «Беседы о преподавании словесности» в окончательном виде сформулировал идею о том, что древняя русская литература не интересна для гимназистов, скучна и должна быть сведена в средней школе к минимуму. Он убирает из преподаваемого им курса всю древнюю литературу, за исключением «Слова о полку Игореве», считая, что вся история древней русской литературы «представляет материал почти один только исторический, бытовой, к тому же совсем исключительный, духовно-монашеский, а никак не эстетический, общечеловеческий, который мог бы благотворно воспитать сердце и воображение юноши, дать уму здоровую пищу и общечеловеческую оценку жизни» [Острогорский, 1884, с. 646].

В последующие годы дискуссия среди словесников о воспитательном духовнонравственном значении древней словесности не прекращалась. В начале XX века ряд ученых-филологов, методистов, учителей-словесников вновь заявили о сохранении в школе объемного курса древней литературы. А.Г. Филонов, давний, наиболее активный, последовательный сторонник изучения духовной литературы, переиздает книгу, изданную 30 лет назад, полемически направленную против противников древней литературы [Филонов, 1892]. Ю.Н. Верещагин публикует в 1893 году в журнале «Филологические записки» ряд статей о преподавании словесности, в которых также заявляет о необходимости изучения древней литературы, включая духовные памятники. Именно эти публикации, по нашему мнению, явились поводом для создания статьи Острогорским и определили ее обличительный пафос.

Таким образом, на протяжении многих десятилетий, находясь в центре педагогической жизни, в условиях, когда русская жизнь и русская школа не предоставляли благоприятных условий для распространения среди педагогов и в обще-

стве педагогических знаний, для проведения в жизнь педагогических идей, Острогорский пытается страстным словом публициста изменить ситуацию. В своих статьях, рецензиях, очерках он критикует, обличает, доказывает, обращаясь с анализом актуальных проблем преподавания словесности и к чиновникам, и к педагогам, и к родителям. Все это позволяет заявить, что публицистическое наследие Острогорского велико и значимо не только с точки зрения развития педагогики и методики преподавания литературы, но и с точки зрения эволюции общественной мысли, так как в его публицистическом научном наследии отражены многие общественно-политические проблемы второй половины XIX века.

Библиографический список

1. Д.Т. Виктор Петрович Острогорский // Вестник воспитания. 1894. № 5. С. 1-39.

2. Здоровега В. Иван Франко и украинская публицистика // Зеркало недели. 2006. № 22. иКЬ: http:www.zn.ua/3000/3760/53591/

3. Острогорский В. Беседы о преподавании словесности // Женское образование. 1884. № 10. С. 644-667.

4. Острогорский В. Благие желания // Женское образование. 1877. № 8. С. 425-446.

5. Острогорский В. Из истории моего учительства // Образование. 1892. № 9. С. 139-164.

6. Острогорский В. Из истории моего учительства // Образование. 1892. № 10. С. 213-231.

7. Острогорский В. О литературном образовании, получаемом в наших средних учебных заведениях // Педагогический листок Санкт-Петербургских женских гимназий. 1873. № 1. С. 13-30.

8. Острогорский В.П. Письма о литературно-эстетическом образовании. Письмо 1 // Вестник воспитания. 1890. № 4. С. 133-140.

9. Острогорский В.П. Письма об эстетически-литературном образовании // Вестник воспитания. 1890. № 5. С. 12-35.

10.Острогорский В.П. Учитель словесности. Этюд// Образование. 1895. №1. Январь.

С. 83-87.

11. Письмо матери к В.П. Острогорскому // Вестник воспитания. 1890. № 8. С. 123-128.

12. Роткович Я.А. В.П. Острогорский и методическая жизнь России 70-80-х годов XIX века //Ученые записки КГПИ. Куйбышев, 1958. С. 67-116.

13. Тихомиров Д.И. В.П. Острогорский//Педагогический листок. 1899. Кн. 6.С. 639-652.

14. Филонов А.Г. Современное преподавание словесности. М., 1892.

15.Ф.И.Т. Виктор Петрович Острогорский. Некролог// Педагогический листок. 1902. Кн. 4. С. 457-460.