Самосохранительное поведение подрастающего поколения: динамика в процессе образования

А.В. Алимпиева, Е.А. Прасова

САМОСОХРАНИТЕЛЬНОЕ ПОВЕДЕНИЕ ПОДРАСТАЮЩЕГО ПОКОЛЕНИЯ: ДИНАМИКА В ПРОЦЕССЕ ОБРАЗОВАНИЯ

Балтийский федеральный университет имени Иммануила Канта, Калининград,

Россия

На современном этапе развития российского общества особенно остро стоит вопрос о качестве здоровья подрастающего поколения.

Характер проблемы требует выработки новых, эффективных подходов к охране здоровья детей, подростков и молодежи как важнейшей составляющей человеческого потенциала страны. Предлагаемая нами [1] концепция ставит вопрос об охране здоровья подрастающего поколения в системе образования через обеспечение безопасных для здоровья условий обучения и формирование самосохранительного поведения и установок на здоровье у обучающихся.

В рамках разработки концепции и соответствующей модели управления перед нами стояла задача, с одной стороны, оценить состояние самосохранительного поведения обучающихся, с другой - обеспечить диагностическое сопровождение процесса управления охраной здоровья, без которого будет затруднительно оценить эффективность осуществляемых мер и воздействий.

На сегодняшний день существует сравнительно много методик, направленных на диагностику отдельных аспектов состояния здоровья, влияющих на него психологических, личностных, профессиональных и других факторов, на оценку отношения к здоровью и образа жизни, и т.д. Однако, все они имеют те или иные ограничения, затрудняющее их использование: сложность заполнения, невозможность в ряде случаев количественной обработки, неоднозначность интерпретаций и т.п. Наиболее значимым недостатком существующих методик является то, что ни одна из них не охватывает феномен самосохранительного поведения целостно, во всех его аспектах.

В отсутствии адекватного методического инструментария мы предложили свой подход к диагностике самосохранительного поведения обучающихся, который бы мог осуществляться в мониторинговом режиме в масштабе, как отдельного образовательного учреждения, так и всей образовательной системы.

Разработанная методика предназначена для диагностики и мониторинга самосохранительного поведения и предрасположенности (готовности, установки) действовать в интересах сохранения здоровья у детей, подростков и молодежи, обучающихся в системе образования.

Методика позволяет осуществлять индивидуальную и групповую диагностику в масштабах отдельных образовательных учреждений, муниципальных и региональных систем образования в целом, в том числе для отслеживания динамики в развитии самосохранительных установок и форм поведения у обучающихся. Модификации методики ориентированы на использование в разных

звеньях системы образования, от дошкольных образовательных учреждений до учреждений высшего профессионального образования. Начиная со старшей школы, методика имеет мужской и женский варианты.

По содержанию методика представляет собой набор суждений, согласие или несогласие с которыми выражает испытуемый. Суждения характеризуют: а) феномены самосохранительного поведения в разных сферах жизнедеятельности и б) установки (аттитюды) на здоровье и самосохранительное поведение как внутренние (индивидуальные) факторы, влияющие на поведение человека по отношению к своему здоровью.

В соответствии с пониманием структуры самосохранительного аттитюда и поведения, методика имеет следующие шкалы:

САМОСОХРАНИТЕЛЬНОЕ ПОВЕДЕНИЕ

УСТАНОВКА (аттитюд) в сфере здоровья ПОВЕДЕНИЕ (поведенческие феномены) в отношении здоровья

- когнитивный компонент установки (аттитюда) - эмоционально-оценочный компонент установки (аттитюда) - конативный (потенциально-поведенческий) компонент установки (аттитюда) - умения - навыки, автоматизмы, привычки - системные диспозиции - поведенческий опыт

Поскольку для целей мониторинга важна не только констатация фактов о развитии поведенческих феноменов, связанных со здоровьем, но и выявление условий и факторов их возникновения, то совокупность изучаемых феноменов была сгруппирована по сферам проявления самосохранительного поведения: жизнедеятельность в целом; режим активности и отдыха; санитария и гигиена в быту; питание; безопасность, саморегуляция и ответственность за свое здоровье; самопомощь; самосохранительная активность; саморазрушительная активность; сексуальные отношения.

Таким образом, анализ результатов диагностики возможен:

- в целом по всем пунктам методики, что позволяет, в общем, оценить са-мосохранительную установку и поведение,

- по отдельным шкалам - в таком случае дается оценка отдельным аспектам (компонентам) самосохранительных аттитюдов и поведения,

- по отдельным сферам, что дает возможность выявлять наиболее проблемные, с точки зрения охраны здоровья, зоны в организации жизнедеятельности обучающегося.

В целом, схематическая модель диагностики (мониторинга) самосохрани-тельного поведения с использованием предлагаемой методики представляет со-

бой матрицу, элементами которой являются поведенческие феномены и компоненты самосохранительного аттитюда по отдельным сферам проявления поведения в сфере здоровья.

В реализованном нами пилотном исследовании с использованием предлагаемой методики приняли участие дети, подростки и молодежь, обучающиеся в разных звеньях образовательной системы: воспитанники дошкольных образовательных учреждений, учащиеся младшей и средней общеобразовательной школы, студенты средних специальных и высших учебных заведений. Контрольной группой выступили медицинские работники - врачи и средний медицинский персонал. Совокупный объем выборки исследования составил 700 человек.

Проведенное исследование выявило ряд проблем в развитии самосохранительного поведения обучающихся. Во-первых, различные компоненты само-сохранительного аттитюда и поведения в сфере здоровья развиты у обучающихся неравномерно. Во-вторых, сами эти компоненты, как правило, не отличаются целостностью и равномерностью развития. В-третьих, в рамках конкретных сфер проявления самосохранительного поведения отчетливо прослеживаются противоречия между установками и поведением, отдельными элементами самосохранительного аттитюда, различными поведенческими феноменами в сфере здоровья.

Самосохранительный аттитюд обучающихся характеризуется внутренней несбалансированностью, противоречивостью, как с точки зрения самой структуры установки, так и с точки зрения отдельных аспектов здорового образа жизни.

В большинстве групп испытуемых в самосохранительной установке наиболее сформированным является когнитивный компонент, включающий в себя восприятие здоровья как объекта установки, его концептуальную коннотацию, когнитивные схемы-представления об общепринятых нормах поведения по отношению к здоровью. Это значит, что у обучающихся сложились определенные представления о нормах поведения в сфере здоровья, о факторах, которые ему способствуют и вредят, они располагают некоторой информацией относительно способов поддержания здоровья, симптомов заболеваний. В то же время внутри когнитивного компонента как некой системы взглядов на здоровье, которая должна сложиться у индивида и стать предпосылкой действий в его адрес, наблюдаются пробелы и противоречия. Показателен следующий пример: испытуемый убежден в том, что «пользоваться чужой зубной щеткой и расческой нельзя» и в то же время не считает, что «нельзя пить и есть из одной посуды с другим человеком».

Эмоциональный компонент установки на здоровье, который включает аффективные реакции (эмоции, чувства, переживания), связанные с объектом установки, и является своего рода стержнем установки, в целом, выражен в меньшей степени, чем когнитивный, хотя по некоторым группам испытуемых

(старшеклассницы и студентки) он его превышает. Согласно полученным данным, нередко виды поведения, вредные для здоровья, вызывают у обучающихся (даже младших школьников) позитивные ощущения (например, «я люблю быструю езду», «меня привлекают экстремальные виды спорта»), а полезные, наоборот, - скорее неприязнь («я боюсь лечить зубы»).

Когнитивный и эмоционально-оценочный компоненты установки нередко противоречат друг другу. Например, большинство испытуемых подросткового возраста и старше одобряют владение приемами первой медицинской помощи, но при этом не знают даже своей группы крови и телефона скорой помощи, тем более - координат учреждений, где можно пройти тест на ВИЧ и пр. и получить информацию о подобных заболеваниях. Возможно, ситуация объясняется отсутствием соответствующей информации в окружающей обучающегося среде, а при наличии таковой - ее презентацией в форме, не соответствующей особенностям детского восприятия, отсутствии условий ее усвоения ребенком, подростком.

Конативный (потенциально-поведенческий) компонент установки в сфере здоровья, включающий в себя мотивы, ценности, склонности и другие побудители самосохранительного поведения, выражен заметно меньше, чем когнитивный и эмоциональный. Это означает отсутствие у подрастающего поколения четкого намерения поступать так, как полезно для здоровья, что объясняет низкий уровень развитости собственно поведенческих самосохранительных феноменов.

Действительно, здоровье для обучающихся зачастую не является решающим фактором при выборе того или иного способа поведения. Оно значительно уступает другим мотивам, которыми руководствуются испытуемые (например, «если у меня есть важное дело, я буду им заниматься, даже если плохо себя чувствую», «я могу выпить алкогольный напиток для того, чтобы расслабиться», «в сексе главное - не безопасность, а удовольствие», и пр.). К сожалению, даже выполняя, в принципе, полезные для здоровья действия, ребята нередко руководствуются иными мотивами, нежели сохранение здоровья (например, «я стараюсь правильно питаться, потому что не хочу набрать лишний вес (поправиться)». Здоровье вообще часто не рассматривается обучающимися как призма, сквозь которую следует воспринимать практически все события и решения своей жизни.

Таким образом, самосохранительный аттитюд детей и подростков, обучающихся на разных уровнях образовательной системы, в целом развит недостаточно, что предопределяет еще более низкий уровень развития собственно самосохранительного поведения. Действительно, по всем выборкам испытуемых, наблюдаются более низкие показатели, характеризующие поведенческие феномены в сфере здоровья.

Наиболее развитым элементом в структуре самосохранительного поведения обучающихся являются умения (как способность выполнять действия, при-

обретенная в результате обучения или жизненной практики), большинство из которых (например, умение полоскать горло, пользоваться градусником, разогревать пищу) формируется в дошкольном и младшем школьном возрасте. Наибольшие трудности возникают у подростков и молодежи с такими специфическими умениями, как самообследование груди у девушек, дыхательная гимнастика или гимнастика для глаз.

Все группы испытуемых обладают недостаточным позитивным поведенческим опытом в сфере самосохранительного поведения, который несколько увеличивается от младших к старшим. Лишь немногие обучающиеся могут похвастаться тем, что ни разу не болели за последний год, часто бывают за городом, занимаются физкультурой и с детства закаляются. В то же время для них типично отсыпаться по выходным и на каникулах. Лишь некоторые юноши успели побывать на осмотре у врача-андролога, многие при этом вообще не знают, что это за врач. По меньшей мере, половина испытуемых девушек не бывала на профилактическом осмотре у гинеколога и не ведет учета менструаций. В то же время многие подростки и молодые люди располагают негативным опытом в сфере здоровья - пробовали курить, употребляли алкоголь и наркотики, начали половую жизнь в возрасте до 18 лет и на момент обследования имели более одного сексуального партнера.

Слабо сформированы у испытуемых самосохранительные привычки, автоматизмы и навыки, как формы поведения, не требующие сознательной регуляции. По всем группам наблюдается нехватка позитивных привычек и автоматизмов в сфере здоровья - например, мыть руки с мылом дважды, чистить зубы после еды, делать зарядку по утрам, ежедневно принимать душ, переходить дорогу только по пешеходному переходу и пр. При этом широко распространены вредные (в широком понимание) привычки: употребление продуктов фаст-фуд, поздний прием пищи и позднее (с учетом возраста) отправление ко сну, просмотр телевизора или чтение во время приема пищи, прослушивание громкой музыки, в том числе через наушники, курение, и пр. Обучающихся, у которых полностью отсутствовали бы привычки, опасные для здоровья, практически нет. С возрастом растет лишь «степень тяжести» привычек, так как к гигиеническим, пищевым навыкам - автоматизмам - привычкам, касающихся здоровья, добавляются откровенно саморазрушительные, вплоть до зависимостей («я не могу провести день без сигареты», отмечают некоторые подростки мужского и женского пола).

Преимущественно низкие показатели получены по шкале системных диспозиций (их примерами являются суждения: «если нет возможности помыть руки, я хотя бы протираю их мокрой салфеткой», «если нет возможности почистить зубы, то я хотя бы полощу рот», «при любом состоянии здоровья можно найти возможность для занятий физкультурой, оздоровительными упражнениями», «если друзья предложат мне что-то опасное для моего здоровья, я откажусь»). Только у младших школьников наблюдается средний уровень разви-

тия системных диспозиций, соответствующих возрасту. Далее показатели снижаются по мере взросления испытуемых, что вполне закономерно: системная диспозиция - сложное, многомерное образование, базирующееся на эмержент-ных связях между личностными (потребности, ценности, убеждения, мотивы) и культурно обусловленными характеристиками (установки), организующее поведение индивида. Они формируются на основе более сложных социальных потребностей приобщения к определенной сфере и включения в эту сферу как доминирующую среди других. Они составляют основу стратегий самосохрани-тельного поведения личности, развитие которых можно считать одним из наиболее ценных результатов самосохранительной социализации. Особенно ярко влияние системных диспозиций проявляется в ситуациях, требующих принятия сложных, нерутинных, решений.

Анализ результатов диагностики по сферам жизнедеятельности и проявления самосохранительного поведения в целом показал наличие проблем в развитии самосохранительных установок и соответствующих поведенческих практик. При этом, по большинству из сфер установки в той или иной степени сформированы, однако, на реальном поведении это не отражается, налицо противоречия между установками и поведением во всех сферах. Кроме того, обнаружилось, что по некоторым сферам (сексуальные отношения, самопомощь, самосохранительная активность) установки и поведенческие схемы пока не оформлены, что указывает на необходимость работы в соответствующем направлении.

Также следует отметить, что по крайней мере некоторые сомнительные образцы, присутствующие в поведенческом репертуаре обучающихся, связаны с особенностями социальной среды и общественными условностями (например, многие испытуемые терпят, даже если им очень хочется в туалет), с которыми можно и нужно работать в рамках образовательной системы.

Результаты проведенного исследования позволили нам оценить сегодняшнюю роль системы образования в решении вопросов охраны общественного здоровья как пассивную. По мере повышения образовательной ступени показатели сформированности самосохранительного поведения ухудшаются. Сравнительный анализ данных, полученных по всем выборкам, показывает, что наиболее благополучной группой по показателям самосохранительного поведения выглядят дошкольники. Далее, по мере взросления и повышения образовательной ступени ситуация начинает ухудшаться (рис. 1).

Отметим, что выступившая в качестве контрольной группа медицинских работников продемонстрировала самый низкий среди всех испытуемых уровень развития самосохранительного аттитюда и поведения, что ставит под сомнение способность системы здравоохранения полноценно выполнять роль института охраны здоровья населения страны.

Анализируя полученные данные с точки зрения влияния системы образования, можно предположить, что фактически единственным звеном системы

образования, где уделяется внимание вопросам здоровья (как результата собственного поведения индивида), формированию самосохранительных паттернов является дошкольное образование. За счет системности и регулярности осуществляемых воздействий (постоянство режима активности и отдыха детей, организации регулярного питания, прогулок, занятий физкультурой и пр.), а также прямого внешнего контроля достигается сравнительно высокая результативность в процессе формирования самосохранительного поведения.

Рисунок 1

Показатели развития самосохранительных установок и поведения у всех групп испытуемых

0,00 0,50 1,00 1,50 2,00 2,50 3,00 3,50

Врачи

Студенты вуза

Студенты колледжа

Средние и старшие школьники

Младшие школьники

Дошкольники

В школьном и, особенно, в постшкольном образовании подобные систематические воздействия отсутствуют, а внешний контроль ослабевает. При этом существенно повышается нагрузка на ребенка в связи с обучением, а значимость учебной успеваемости серьезно завышается - как педагогами, так и родителями. Таким образом, здоровье в системе приоритетов самого ребенка, его семьи, школы оказывается на периферийных местах, а у детей и подростков не формируются и не развиваются новые, соответствующие возрасту, установки и навыки поведения в сфере здоровья.

Успехи в формировании самосохранительных паттернов, достигнутые в дошкольном возрасте, еще некоторое время сохраняют инерцию, что сказывается на сравнительно высоких показателях самосохранительного поведения у младших школьников. Но, не находя подкрепления со стороны системы образования (а также семьи и СМИ), часть уже сложившихся у школьников паттернов разрушается, часть заменяется другими, саморазрушительными. Кроме то-

го, не происходит (или происходит недостаточно эффективно) формирования новых позитивных самосохранительных установок и поведенческих навыков, сообразных возрасту. Соответственно, показатели самосохранительного поведения учащихся средней и старшей школы заметно снижаются по сравнению с младшими школьниками.

Кроме того, по мере взросления ребенка, возрастают риски его вовлечения в саморазрушительные формы поведения (курение, употребление алкоголя и пр.), противостоять которому можно только при наличии сложившейся системы самосохранительных ценностей, диспозиций и мотивов.

Даже в случае реализации отдельных образовательных программ, направленных на предотвращение вовлечения обучающихся в проблемные формы поведения, искомый результат, как правило, не достигается. Большинство подобных программ адресованы подросткам, а то и молодым людям, многие из которых уже приобрели свой собственный опыт в сфере сексуальных отношений, употреблении алкоголя, наркотиков и пр., в то время как эффективность подобного обучения возможна только при соблюдении принципов своевременности и упреждения, то есть при обучении детей заблаговременно, задолго (желательно - за три года) до того, как они начинают приобщаться к такому опыту (первая сигарета, первый сексуальный контакт и т.п.).

Итогом отсутствия системной целенаправленной работы по обучению детей и молодежи адекватным действиям в сфере здоровья является недостаточно высокий уровень самосохранения и, что особенно важно, его негативная динамика в процессе взросления и обучения (рис. 2, 3).

Рисунок 2

Показатели развития самосохранительного поведения по шкалам у всех групп испытуемых

Дошкольники  Младшие школьники  Средние и старшие школьники

Студенты колледжа  Студенты вуза  Врачи

Рисунок 3

Показатели развития самосохранительного поведения по сферам у всех групп испытуемых

Дошкольники ПМладшие школьники ПСредние и старшие школьники ПСтуденты колледжа ПСтуденты вуза ПВрачи

Таким образом, проведенное исследование позволяет констатировать неблагополучие в состоянии как показателей и динамики здоровья обучающихся, так и влияющих на него факторов, включая степень сформированности готовности к самосохранительному поведению. Уровень установок и поведения в сфере здоровья у обучающихся в целом ниже среднего, наблюдается негативная динамика в показателях самосохранительного аттитюда и поведения от дошкольников и младших школьников к студентам учреждений профессионального образования. Выявлено негативное влияние системы образования на состояние здоровья детей, подростков и молодежи, а также ее слабую активность по формированию адекватного отношения к здоровью, по обеспечению эффективной самосохранительной социализации обучающихся, что ставит вопрос о поиске новых подходов и разработке механизмов охраны здоровья подрастающего поколения силами института образования.

Литература

1. Охрана здоровья и образование: институциональный подход / Под ред. И.Н. Симаевой. - Калининград: Изд-во РГУ им. И.Канта. Ч. 1. 2010, Ч. 2. 2011.