СОВРЕМЕННЫЕ СТУДЕНТЫ О PRO BONO ВОЛОНТЕРСТВЕ: СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ

DOI10.26105/SSPU.2021.71.2.009 УДК 316.346.32-053.6:37.068 ББК 60.542.15

Д.В. МОИСЕЕВА, Н.В. ДУЛИНА

СОВРЕМЕННЫЕ СТУДЕНТЫ О PRO BONO ВОЛОНТЕРСТВЕ: СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ

D.V. MOISEEVA, N.V. DULINA

MODERN STUDENTS ABOUT PRO BONO VOLUNTEERING: SOCIOLOGICAL ANALYSIS

Представлены результаты исследования отношения современных российских студентов к pro bono волонтерству. Pro bono волонтерство определено как добровольная, бескорыстная помощь, оказываемая профессионалами. Рост исследований, ориентированных на изучение феномена pro bono волонтерства, свидетельствует о росте значения данного явления в общественной жизни как в России, так и за рубежом. Обращение к студентам с проективными вопросами о pro bono волонтерстве позволило выявить их заинтересованность и положительный характер оценок данного феномена. Просветительская работа в направлении популяризации pro bono волонтерства может стать источником роста заинтересованности студентов как к участию в волонтерских проектах, так и к мотивации к учебе, а также положительно сказаться на развитии взаимоотношений вуза и выпускников, появлению совместных проектов и разнообразию профориентационной работы среди молодежи.

The article presents the results of the study of the attitude of modern Russian students to pro bono volunteerism. Pro bono volunteering is defined as voluntary, selfless assistance provided by professionals. The growth of research focused on the study of the phenomenon of pro bono volunteerism indicates the growing importance of this phenomenon in public life both in Russia and abroad. Addressing students with projective questions about pro bono volunteering revealed their interest and the positive nature of their assessments of this phenomenon. Educational work in promoting pro bono volunteering can be a source of growth for the interest of students to participate in volunteer projects, and motivation for learning, and also positively affects the development of relations between the University and alumni, the emergence of joint projects and the diversity of career guidance among young people.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: волонтерство, волонтер, pro bono волонтерство, доброволец, корпоративное волонтерство, студенты.

KEY WORDS: volunteering, volunteer, pro bono volunteering, volunteer, corporate volunteering, students.

ВВЕДЕНИЕ. Волонтерство как практика оказания различных видов помощи на безвозмездной основе становится все более распространенной. В своих исследованиях ВЦИОМ фиксирует, что доля людей, которые считают, что сегодня занимаются добровольческой или волонтерской деятельностью больше, чем 10-15 лет назад, увеличилась с 23% в 2008 г. до 73% в 2019 г. [2]. По официальным статистическим данным в 2019 г. в качестве волонтеров попробовали себя 1797 тыс. россиян, что на 25,2% больше, чем в 2016 г., в процентах от всего населения России это составило 1,5% [9]. Государство уделяет большое внимание процессу институциализации волонтерства, пытаясь взять его под контроль и обеспечить его развитие в направлениях, определяемых государственной политикой. Так, например, 2016 г.

изменился статистический учет деятельности волонтеров, результаты которого отражены в статистических сборниках «Труд и занятость в России» за 2017 и 2019 гг., а в 2018 г. была утверждена Концепция развития добровольчества (волонтерства) в Российской Федерации до 2025 года и многое другое. В определении, используемом в указанной концепции, четко просматривается позиция государства: «Добровольчество — это деятельность в форме безвозмездного выполнения работ и (или) оказания услуг в целях решения социальных задач в таких сферах, как образование, здравоохранение, культура, социальная поддержка и социальное обслуживание населения, физическая культура и спорт, охрана окружающей среды, предупреждение и ликвидация последствий чрезвычайных ситуаций» [7]. При этом, как любая другая социальная практика, волонтерство оказывается гораздо разнообразнее и сложнее, чем это представляется в официальных документах. Люди, принимая решение оказать кому-либо помощь, делают это, не задумываясь о государственной политике, хотя бесспорно изменение институциональных условий влияет на практики добровольной помощи другим. Согласно официальной статистической информации, около 80% волонтеров занимались волонтерской деятельностью по собственной инициативе, а 20% посредством или в интересах различных организаций (в основном государственных и / или муниципальных) [8].

В данной статье мы хотели бы обратиться к сравнительно новой для нашей страны социальной практике волонтерства — pro bono волонтерство (от лат. pro bono publico — ради общественного блага). Устоявшегося определения в научной литературе данному, еще только набирающему силу социальному феномену пока нет. В нашем исследовании в качестве рабочего мы приняли для себя определение, предложенное экспертами в аналитическом отчете «PRO BONO: российские практики и вектор развития», а именно: «Волонтер pro bono / pro bono эксперт — человек, который добровольно, бескорыстно (не ожидая какого-либо вознаграждения) участвует своими профессиональными знаниями в осуществлении общественно-полезной деятельности» [6]. Возможны разные варианты pro bono волонтерства, во-первых, благополучателями могут быть как физические лица, так и различные организации, во-вторых, оказывать услуги pro bono также могут как физические лица — pro bono волонтеры, так и целые организации, но в этом случае в большей степени подходит определение корпоративное волонтерство.

ЦЕЛЬЮ СТАТЬИ является анализ отношения современных российских студентов к pro bono волонтерству. Для достижения этой цели были поставлены следующие задачи:

1) выполнить обзор исследований, поднимающих проблематику pro bono волонтерства;

2) изучить отношение российских студентов к pro bono волонтерству; 3) выявить потенциал развития данного направления волонтерства.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ. Для реализации поставленных задач потребовались разные материалы и методы. На первом этапе мы провели анализ российских и зарубежных публикаций по теме pro bono волонтерства и выделили наиболее важные, по нашему мнению, моменты. На втором этапе было реализовано качественное социологическое исследование, направленное на изучение отношения российских студентов к pro bono волонтерству. Студенты получили задание познакомиться с кейсом pro bono волонтерства (посмотреть открытую лекцию на сайте «Культура.рф», в которой описывался опыт конкретного pro bono) и ответить на ряд открытых вопросов. Вопросы были оформлены в Google-форме. Открытые вопросы формулировались по методике, разработанной Г. И. Са-ганенко [8], при типизации ответов на эти вопросы также были использованы рекомендации Г.И. Саганенко. В опросе приняли участие 47 студентов первого курса двух волгоградских вузов (технических и гуманитарных специальностей), что при использовании методики, реализованной на стыке количественных и качественных методов, является релевантным. Нас интересовало мнение студентов о явлении, с которым они ранее не сталкивались (с большой вероятностью).

Проблематика pro bono волонтерства изначально поднимается в исследованиях добровольческих практик врачей [10] и юристов [11], позже подобные исследования были выполнены в отношении инженеров [14], архитекторов [13] и ряда других профессий. В работе E. Frank, J. Breyan, L.K. Elon на основе данных Исследования здоровья женщин-врачей, проведенного в 1993-1994 годах среди 4501 американских женщин-врачей в возрасте 30-70 лет, выявлено, что 71% респондентов участвовали либо в pro bono волонтерстве, либо в немедицинском волонтерстве, либо в обоих, а также выделены предикторы такого поведения (возраст, этническая принадлежность, семейное положение, количество детей, религия, место практики, место проведения практики, часы работы, политическая идентификация). Изучая практики pro bono волонтерства среди юристов, R. Granfield обращает внимание на важность институциональной среды. На материалах своего социологического исследования ученый подтверждает, что рш bono волонтерство вытекает не только из внутренней ценности, которую человек получает от волонтерства, но и зависит от характеристик рабочего места тех, кто предоставляет услуги pro bono.

Обсуждая теоретические основания возникновения феномена рто bono волонтерства, исследователи [12] акцентируют внимание на вариабельности мотивации специалистов при принятии решения о занятии данным видом деятельности. Выявляя различные межинституциональные логики pro bono giving, они раскрывают три основных стиля pro bono giving: 1) индивидуальная логика (эгоцентрическая), логика «Я»; 2) организационная логика (организационно-центрическая), логика «Мы»; 3) социальная логика «Всего» (где доминирующей логикой является большее благо для общества в целом). Данный аспект важен в случае, когда рто bono волонтерство становится частью стратегии организации. Продолжая свои исследования, данная группа ученых в своей более поздней работе [15] для изучения личностных / ситуационных и деловых факторов, которые поощряют или препятствуют рто bono волонтерству, предложили и протестировали концептуальную модель, полученную из структуры институциональной логики и расширенной модели покупательского поведения.

Согласно результатам их исследования, для рго bono волонтеров важна эмоциональная ценность, выстраиваемая на основе личностных / ситуационных факторов (внутренняя мотивация, личное признание, филантропическая предрасположенность и отсутствие признательности), которые стимулируют намерения профессионалов продолжать работать на общественных началах.

Кроме этого поощрение со стороны работодателей так же мотивирует специалистов заниматься услугами pro bono, перспектива получения деловых возможностей и ограниченность времени наоборот препятствуют этой важной практике.

В целом можно сказать, что практика рто bono волонтерства, как практика оказания бесплатных профессиональных услуг юридическими фирмами, постепенно распространилась и на другие сферы деятельности. Зарубежные исследователи не только изучают данную практику на уровне эмпирических данных, но и предлагают концептуальные модели объяснения ее возникновения и развития.

В публикациях, принадлежащих отечественной исследовательской практике, обсуждаемая тема встречается гораздо реже, хотя его примеры в реальной жизни встречаются все чаще. Можно выделить исследования следующих авторов: 1) В. В. Гладких, Г.И.Грибкова, Е.В.Ульянова [3] и М.В.Певная, А.В.Кульминская [5] рассматривают практику рто bono волонтерства как социально-культурное партнерство; 2) А. Казун показывает ряд аспектов рго bono волонтерства российских адвокатов [4]. Pro bono волонтерство стало обсуждаться в монографиях российских исследователей [напр.,1], и даже появились практические руководства по выстраиванию систем корпоративного волонтерства в организациях [15].

Анализ российских публикаций позволяет заключить, что отечественные исследователи на данный момент в большой степени ориентированы на описание и анализ существующей перспективной практики рго bono волонтерства, в меньшей — на теоретическое осмысление данного феномена. Рост числа примеров рто bono волонтерства говорит о том, что данная социальная практика в будущем будет встречаться все чаще. В учебных заведениях уделяется много внимания вовлечению молодежи в волонтерские практики, на наш взгляд, новый ракурс — информирование о рго bono волонтерстве — может заинтересовать студентов и в будущем стимулировать их участие в этой деятельности.

Результаты и обсуждение результатов. Дизайн и параметры выполненного исследования были описаны выше. Первый вопрос, на которой необходимо было ответить студентам после прослушивания лекции, был сформулирован следующим образом: «Считаете ли Вы возможным для себя после окончания вуза стать pro bono волонтером?».

Ряд ответов на поставленный вопрос был вполне ожидаем: «нет», «да», «возможно», «затрудняюсь ответить». Но преимущество избранной нами методики в том, что она позволяет зафиксировать точки зрения, не укладывающиеся в «стандартные» варианты ответов, продемонстрировать довольно большой спектр существующих мнений и взглядов на тот или иной социальный феномен. В ответах студентов об их желании по окончании вуза стать pro bono волонтером звучала заинтересованность. Так, например: «мне кажется, это интересный опыт для каждого человека» (жен.) или «занятие подобным может приводить к весьма познавательном проектам; люди, занимающиеся такой деятельностью, смогут подтолкнуть исследовательскую жилку у человека» (муж.). Заметим, что односложных ответов было не много. Свои ответы, и положительные и отрицательные, студенты старались прокомментировать. Так, например, отсутствие желания заняться в будущем pro bono волонтерством объяснялось намерением развивать семейный бизнес: «Я хотел подкопить денег и с друзьями открыть, свой бизнес» (муж.), «Нет, потому что я не особо этим увлекаюсь, после окончания вуза все силы будут направлены на поиск работы и, скорее всего, времени не будет» (муж.). Положительные ответы фиксируют позитивный настрой в отношении волонтерской деятельности: «Я считаю, что волонтёрство — это неотъемлемая часть жизни общества, и стать этой частью весьма ценно» (жен.). При этом проявился и элемент недоверия к волонтерам: «Однозначно нет. Я считаю, что волонтерство — это эгоизм и лицемерие, которые помогают другим для своей выгоды» (муж.). Для развития волонтерства в целом, и рто bono волонтерства в частности, необходима просветительская работа, популяризация успешного опыта волонтерских проектов.

Чтобы стимулировать размышления о возможности в будущем стать рго bono волонтером, нами был задан уточняющий вопрос: «Какие Ваши профессиональные компетенции могут быть полезны обществу?». Напомним, что опрос проводился среди студентов первого курса, следовательно, они (как респонденты) пока не обладают профессиональными компетенциями и имеют общее п редставление о своей будущей профессии, то есть вопрос носил проективный характер. Не удивительно, что содержательно в данном случае студенты в подавляющем большинстве выделили социальные компетенции. Так, например, были упомянуты следующие компетенции: «коммуникация» (муж.), «командная работа и ориентация на результат» (муж.), «общительность, понимание», «коммуникабельность, тактичность» (жен.), «умение найти выход из любой ситуации» (муж.) и др. Реже, но все-таки были упомянуты и профессиональные компетенции: «помощь в автосфере» (муж.), «применения аддитивных технологий» (муж.), «построение логистических систем, организация логистических процессов» (муж.), «работа с программами статистической обработки данных» (жен.), а также креативность и творчество («я смогу работать в сфере инженерии и, возможно, смогу изобрести инновационный продукт» (муж.).

Признаемся, что у некоторых студентов вопрос об их профессиональных компетенциях, которые со временем могут быть полезны обществу, вызвал затруднение, другие высказали сомнение по поводу своих компетенций («мои компетенции вряд ли будут полезны обществу» (муж.). Полагаем, опираясь на опыт проведенного исследования, что более целесообразно подобные кейсы организовывать со студентами выпускных курсов.

Заключительный вопрос, сформулированный в рамках опроса после просмотра лекции на сайте «Культура.рф», касался организаций, с которыми студенты в будущем могли бы взаимодействовать: «Каким организациям Вы можете помочь? (Музей, вуз, НКО, детский дом, ДЮЦ, детский сад и прочее) Почему? Что именно Вы готовы делать?». Наиболее часто в ответах студентов в перечне таких организаций обнаруживаются детские дома и детские сады, вузы, реже — НКО, школы, промышленные предприятия, ДЮЦ, музей, приют для животных. Рассказывая о том, что они готовы делать, студенты указывали как самые простые практики (например, уборка территории или присмотр за детьми), так и вполне конкретные профессиональные проекты («проведение развлекательных мероприятий» (жен.), «помощь моя заключается в предоставлении и создании лабораторных стендов разной направленности, а также в обучении работе с аддитивными технологиями. Уже сейчас мною был передан технопарку «КванториумПолитех» лабораторный стенд «Scram», призванный помочь получить знания в энергетической сфере» (муж.), «помощь может быть в ремонте или предоставлении транспорта» (муж.), «вести кружок рукоделия, проводить экскурсии в музее» (жен.).

Отдельно хотелось бы выделить готовность помогать своему вузу: оказывать помощь студентам младших курсов («помогать студентам в освоении различных учебных дисциплин», «устраивал бы экскурсии для первокурсников»). Развитие взаимопомощи между студентами могло бы в краткосрочном периоде решить вопросы успеваемости, адаптации к культуре вуза, а в долгосрочном — сохранение взаимоотношений с выпускниками, выстраивание «межпоколенной» преемственности студентов, развитие рго bono волонтерства, когда вуз и / или его студенты становятся благополучателями, а выпускники и организации, в которых они трудятся, рго bono волонтерами. Были и негативные ответы, которые объединяет одно — в них фиксируется неприятие волонтерских практик.

Выводы. В современной России волонтерскую деятельность вовлекается все больше и больше людей, о чем свидетельствуют и данные государственной статистики, и данные социологических исследований. Волонтерство как веерное понятие, основано на многообразии гражданских инициатив населения по оказанию безвозмездной помощи. В данной работе внимание авторов было сконцентрировано на рго bono волонтерстве — практике оказания безвозмездной профессиональной помощи специалистами в разных сферах деятельности. Обзор исследований зарубежных и российских ученых позволил выделить основные черты данного вида волонтерства: профессионализм, безвозмездность, специфичность как благополучателя, так и волонтера. Исследователи сходятся во мнении, что данный вид волонтерства встречается пока не часто, но обладает значительным потенциалом развития. Изучение отношения российских студентов к pro bono волонтерству носило как исследовательский, так и просветительский интерес. Студенты продемонстрировали широкий спектр оценок рго bono волонтерства: от негативных (неприятие идеи волонтерства, подозрения в эгоизме и лицемерии) до позитивных (осознание социальной значимости данной практики). При выбранной методике невозможно дать количественную оценку, но все же положительные оценки звучали чаще. Полнота ответов и их содержание позволяют заключить, что большинство из них задумались о возможности участия в практиках рго bono волонтерства. Полученные результаты могут быть полезны при организации волонтерской работы в учебных заведениях, организации работы с выпускниками, профориентационной работе.

ЛИТЕРАТУРА

1. Волонтерство: история, мотивация, социальное предпринимательство / А.П. Панфилова и др. М.: Изд-во РГПУ им. А. И. Герцена, 2019. 211 с.

2. Волонтеры — герои нашего времени. ВЦИОМ, 2019. URL: https://wciom.ru/analytical-reviews/ analiticheskii-obzor/volontery-geroi-nashego-vremeni (дата обращения: 8.02.2021).

3. Гладких В. В., Грибкова Г. И., Ульянова Е. В. Корпоративное волонтерство как перспективное направление социально-культурного партнерства: особенности, преимущества и перспективы развития // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки. Тамбов, 2019. Т. 24. № 179. С. 113-120.

4. Казун А. Социальная ответственность российский адвокатов: факторы оказания бесплатной юридической помощи по назначению и Pro bono // Журнал исследований социальной политики. № 4. Т. 13. 2015. С. 563-578.

5. Певная М. В., Кульминская А.В.Корпоративное волонтерство как социокультурное явление // Известия Уральского федерального университета. Серия 1: Проблемы образования, науки и культуры. 2018. Т. 24. № 3 (177). С. 156-165.

6. PRO BONO: российские практики и вектор развития. Аналитический отчет по результатам исследовательского проекта. НСКВ, ФОМ, РУСАЛ, АМР, 2017. 59 с. URL: http://uralsocinform.ru/ specialists/biblioteka-metodicheskikh-materialov/? SECTI0N_ID=67&ELEMENTJD=650 (дата обращения: 8.02.2021).

7. Распоряжение Правительства Российской федерации от 27 декабря 2018 г. № 2950-р «Об утверждении Концепции развития добровольчества (волонтерства) в Российской Федерации до 2025 года». URL: http://docs.cntd.ru/document/552050511 (дата обращения: 8.02.2021).

8. Саганенко Г. И. Системы, форматы и познавательный потенциал открытых вопросов. Журнал социологии и социальной антропологии. 2001. Том IV. № 4. С. 171-194.

9. Труд и занятость в России. 2019: Стат.сб./Росстат.М., 2019. 135 c.

10. Frank E., Breyan J., Elon L. K. Pro bono work and nonmedical volunteerism among U.S. women physicians// Journal of Women's Health. 2003. vol. 12. no. 6. Pp. 589-598.

11. Granfield R.The meaning of pro bono: Institutional variations in professional obligations among lawyers// Law and Society Review. 2007. Volume 41. Issue 1. Pp. 113-146.

12. McColl-Kennedy J. R., Patterson P. G., Brady M. K., Cheung L., Nguyen D.To give or not to give professional services to non-paying clients: Professionals' giving back story// Journal of Service Management. 2015. vol. 26. no. 3. Pp. 426-459.

13. McKnight J.M.The pro bono payoff: Providing free architectural services can be tough, but firms say the benefits make it worthwhile// Architect. 2016. vol. 105. no. 7. Pp. 58-60.

14. Moulton B. Pro bono in engineering: Towards an improved understanding// Technological Developments in Education and Automation. 2010. Pp. 333-337.

15. Patterson P. G., McColl-Kennedy, J. R., Lee J., Brady M. K. Gaining insights into why professionals continue or abandon pro bono service// European Journal of Marketing. 2020.

REFERENCES

1. Volonterstvo: istoriya, motivaciya, social'noe predprinimatel'stvo [Volunteerism: history, motivation, social entrepreneurship] / A. P. Panfilova i dr. M.: Izd-vo RGPU im. A.I.Gercena, 2019. 211 s.

2. Volontery — geroi nashego vremeni. VCIOM, 2019. [Volunteers are the heroes of our time] URL: https://wciom.ru/analytical-reviews/analiticheskii-obzor/volontery-geroi-nashego-vremeni (data obrashcheniya: 8.02.2021). (In Russian).

3. Gladkih V. V., Gribkova G. I., Ul'yanova E.V.Korporativnoe volonterstvo kakperspektivnoe napravlenie social'no-kul'turnogo partnerstva: osobennosti, preimushchestva i perspektivy razvitiya [Corporate volunteerism as a promising direction of socio-cultural partnership: features, advantages and prospects

of development] // Vestnik Tambovskogo universiteta. Seriya: Gumanitarnye nauki. Tambov, 2019. T. 24. № 179. S. 113-120. (In Russian).

4. Kazun A.Social'naya otvetstvennost' rossijskij advokatov: faktory okazaniya besplatnojyuridicheskoj pomoshchi po naznacheniyu i Pro bono [Social responsibility of Russian lawyers: factors of providing free legal aid by appointment and Pro bono] // ZHurnal issledovanij social'noj politiki. № 4. T. 13. 2015. S. 563-578. (In Russian).

5. Pevnaya M. V., Kul'minskaya A.V. Korporativnoe volonterstvo kaksociokul'turnoeyavlenie [Corporate volunteerism as a sociocultural phenomenon] // Izvestiya Ural'skogo federal'nogo universiteta. Seriya 1: Problemy obrazovaniya, nauki i kul'tury. 2018. T. 24. № 3 (177). S. 156-165. (In Russian).

6. PRO BONO: российские практики и вектор развития. Аналитический отчет по результатам исследовательского проекта. НСКВ, ФОМ, РУСАЛ, АМР, 2017. 59 s. URL: http://uralsocinform.ru/ specialists/biblioteka-metodicheskikh-materialov/? SECTI0N_ID=67&ELEMENTJD=650 (дата обращения: 8.02.2021).

7. Rasporyazhenie Pravitel'stva Rossijskoj federacii ot 27 dekabrya 2018 g. № 2950-r «Ob utverzhdenii Koncepcii razvitiya dobrovol'chestva (volonterstva) v Rossijskoj Federacii do 2025 goda» [Order of the Government of the Russian Federation No. 2950-r of December 27, 2018 «On Approval of the Concept of Development of Volunteerism (Volunteerism) in the Russian Federation until 2025»]. URL: http://docs.cntd.ru/document/552050511 (data obrashcheniya: 8.02.2021). (In Russian).

8. Saganenko G.I.Sistemy, formaty ipoznavatel'nyjpotencialotkrytyh voprosov [Systems, formats and cognitive potential of open questions.] // ZHurnal sociologii i social'noj antropologii. 2001. Tom IV. № 4. S. 171-194. (In Russian).

9. Trud izanyatost' v Rossii [Labor and employment in Russia]. 2019: Stat.sb. / Rosstat.M., 2019. 135 s. (In Russian).

10. Frank E., Breyan J., Elon L. K. Pro bono work and nonmedical volunteerism among U.S. women physicians// Journal of Women's Health. 2003. vol. 12. no. 6. Pp. 589-598. (In English).

11. Granfield R. The meaning of pro bono: Institutional variations in professional obligations among lawyers// Law and Society Review. 2007. Volume 41. Issue 1. Pp. 113-146. (In English).

12. McColl-Kennedy J. R., Patterson P. G., Brady M. K., Cheung L., Nguyen D. To give or not to give professional services to non-paying clients: Professionals' giving back story// Journal of Service Management. 2015. vol. 26. No. 3. Pp. 426-459. (In English).

13. McKnight J.M. The pro bono payoff: Providing free architectural services can be tough, but firms say the benefits make it worthwhile// Architect. 2016. vol. 105. no. 7. Pp. 58-60. (In English).

14. Moulton B. Pro bono in engineering: Towards an improved understanding//Technological Developments in Education and Automation. 2010. Pp. 333-337. (In English).

15. Patterson P. G., McColl-Kennedy, J. R., Lee J., Brady M. K. Gaining insights into why professionals continue or abandon pro bono service// European Journal of Marketing. 2020. (In English).