Операция «Размещение»

Западные инвестбанки почти в полном составе пришли на российский рынок: война за клиентов и «головы» инвестбанкиров в полном разгаре.

На днях ВТБ, второй по величине российский банк, объявит о новой стратегии на рынке инвестиционно-банковских услуг. Еще летом председатель правления банка Андрей Костин заявлял, что на базе дочернего VTB Bank Europe, расположенного в Лондоне, будет создан «инвестиционный бутик».
Костин собирался потратить на инвестиционное направление несколько сотен миллионов долларов и конкурировать с глобальными инвестбанками вроде Goldman Sachs. Однако участники рынка всерьез засомневались в потенциале ВТБ. «Он может стать крупнейшим игроком в российском секторе, однако на то, чтобы органически превратиться в настоящий глобальный инвестбанк, ВТБ понадобится несколько десятилетий»,— полагает заместитель генерального директора ИБ «КИТ финанс» Сергей Гречишкин.
Сомневались не напрасно: ВТБ уже умерил аппетиты. На прошедшем в середине ноября заседании его наблюдательного совета говорилось, что банк все же сконцентрирует усилия на работе с российскими компаниями. Сейчас ВТБ занимается набором команды в России и Великобритании, имеющей опыт работы в ведущих инвестбанках. Задача не из легких: в отличие от банковского ритейла, который в большей степени является бизнесом технологий, инвестбанкинг — бизнес персоналий. И за них на рынке ведется настоящая война.

Все ушли на фронт
КОГДА ЛЕТОМ корреспондент СФ позвонил в аналитическое управление МДМ-банка, ему ответили буквально следующее: «Никого нет, все ушли в JP Morgan». Действительно, в июне из банка уволился глава аналитического департамента Алекс Кантарович, уведя с собой сразу пятерых своих подчиненных и начальника управления торговли и продаж на рынке акций Владимира Бриля в формировавший команду инвестбанка JP Morgan. Позже из банка ушел и глава инвестиционного направления Игорь Смолькин.
«Командные» переходы на инвестбанковском рынке не редкость. Так, Альфа-банк около полугода искал главу инвестиционно-банковского подразделения на место уволившегося в июле 2006 года Марко Салви. Пришедший же на его место из UBS Эд Кауфман привел с бывшего места работы сразу несколько человек.
Опрошенные СФ инвестбанкиры в один голос говорят о тотальном дефиците кадров и о том, что рынок персонала в инвестиционно-банковской сфере серьезно перегрет. По оценкам специалистов, инвестбанкиры уровня того же Эда Кауфмана стоят компаниям от $7 млн в год. Это почти вдвое больше, чем они зарабатывают в США, сообщает агентство Bloomberg, ссылаясь на подсчеты американских кадровиков.

Свой среди чужих
ПО ДАННЫМ аналитической группы ReDeal, за первые три квартала текущего года объем российского рынка IPO составил $19,2 млрд, что на 40% больше, чем за аналогичный период предыдущего года. Однако 58% объема рынка оттянули на себя размещения ВТБ и Сбербанка, благодаря которым, по данным аналитического агентства Thomson Financial, в первом полугодии российским эмитентам даже удалось выйти на третье место по объемам IPO — вперед они пропустили только США и Китай. По итогам года картина, по всей видимости, будет не столь радужной. По подсчетам участников рынка, во втором полугодии из-за кризиса ликвидности или по другим причинам было отложено около десяти IPO. Перенесенные на следующий год, они будут накладываться на те, что уже запланированы, увеличивая тем самым конкуренцию за внимание и карман инвестора. А значит, в следующем году и российским, и западным звездам инвестбанкинга придется изрядно попотеть, чтобы отработать свои зарплаты.
Лидеры российского инвестбанковского рынка — Deutsche Bank, Morgan Stanley, Credit Suisse, JP Morgan и «Ренессанс капитал». При этом, по признанию самих участников рынка, «Ренессанс Капитал» фактически единственный отечественный игрок, воспринимаемый западными инвестбанками в качестве конкурента. «У нас сильная команда, которая работает в Москве, а не приезжает из Лондона по мере необходимости»,— объясняет управляющий директор «Ренессанс Капитала» Рубен Аганбегян. «В компании работают очень много экспатов, она ведет проекты не только в России, так что воспринимается российскими эмитентами скорее как международный банк»,— говорит Сергей Гречишкин.
Преимущество Morgan Stanley в том, что он вышел на российский рынок раньше других западных игроков. Поставив во главе российского бизнеса Райра Симоняна, отлично разбирающегося в российских рисках и обладающего изрядным багажом связей, Morgan Stanley сумел добиться лидерства с помощью органического роста. Его основной конкурент Deutsche Bank пошел другим путем, приобретя еще в 2004 году 40% инвестиционного бизнеса компании ОФГ, а в 2006-м реализовав опцион на покупку оставшихся 60% (интересно, что к тому времени компания подорожала с $200 млн до $700 млн). Это кардинально улучшило позиции банка в России.
Замахнулся было на поглощение и Goldman Sachs, который еще в 2005 году присматривался в России к инвестиционному бизнесу «Атона». Стороны вели переговоры, однако договориться так и не смогли: акционеры не сошлись во взглядах на структуру сделки. В итоге в 2007 году инвестподразделение было продано итальянскому банку UniCredit за $424 млн — вдвое дороже, чем в свое время предлагал Goldman Sachs.
Российский рынок штурмуют все новые западные игроки. Или хорошо забытые старые. В этом году о своем возвращении объявил инвестбанк Lehman Brothers, свернувший деятельность в России после кризиса 1998 года. В апреле на пост главы инвестиционно-банковского направления был назначен Николас Джордан, и, по сообщению The Wall Street Journal, до конца года Lehman Brothers планирует набрать в российское подразделение команду из 60 сотрудников. «Сейчас на российском рынке представлены практически все крупные глобальные инвестбанки, кроме Bear Stearns»,— утверждает Сергей Гречишкин.

На одном языке
«У ГЛОБАЛЬНЫХ БАНКОВ есть гигантский денежный ресурс, который они могут использовать для реализации финансовых нужд клиентов,— объясняет трудности конкуренции российских игроков с иностранными грандами топ-менеджер российского представительства одного из западных инвестбанков.— Это многие миллиарды долларов, которые мы в состоянии предоставить российским клиентам в виде синдицированных кредитов, прямых инвестиций в акционерный капитал и более сложных форм финансирования».
Помимо денежного ресурса сильная сторона иностранных игроков — имя, являющееся при размещении как минимум знаком качества для зарубежных инвесторов. Однако у российских инвестбанков тоже есть козырь в рукаве. Не обремененные жесткими западными нормативами, они скорее могут подстроиться под нужды клиента. «Российские и западные игроки на рынке инвестиционно-банковских услуг не всегда конкурируют,— полагает исполнительный директор инвестиционно-банковского управления „Тройки Диалог“ Андрей Бурлинов.— Как правило, при средних и крупных публичных размещениях акций клиенты обращаются одновременно и к тем и к другим».
Поляна, где российские инвесткомпании долго будут оставаться вне конкуренции,— небольшие частные размещения, за которые иностранные фирмы берутся неохотно. Причины те же: российский бизнес сейчас проходит период превращения непрозрачных частных компаний в компании публичные, и российский консультант скорее поможет компании структурировать бизнес и «обелиться», чем глобальная инвесткомпания, связанная многочисленными международными стандартами.