Удостоверение наличия

Оппозиционные кандидаты в депутаты Мосгордумы, снятые с выборов из-за «брака» в сданных подписях, собрали больше тысячи заявлений москвичей с требованием считать их подписи действительными. Об этом “Ъ” рассказали 11 незарегистрированных кандидатов, проводящие ежедневные акции «За право выбора» на Трубной площади. Заявления граждан состоят из формы с ФИО, адресом и телефоном; скана паспорта гражданина и — по желанию — видеообращения на тему: «Да, я ставил свою подпись за этого кандидата». У кандидатов есть еще несколько дней на обжалование отказа. В Мосгоризбиркоме заявляют, что готовы рассмотреть заявления и перепроверить подписи, «выбраковка» которых могла быть некорректной: если после этого подписей окажется достаточно, кандидата зарегистрируют. Эксперт по электоральному праву Сергей Кабышев полагает, что «отказникам» следует обращаться в суд, который может вызвать свидетелей и установить факт подписи.

17 июля председатель Мосгоризбиркома Валентин Горбунов сообщил о регистрации 233 кандидатов в депутаты Мосгордумы, выборы которой назначены на 8 сентября. 57 человек — 18 партийных кандидатов и 39 самовыдвиженцев — получили отказ на заседаниях окружных комиссий 15 и 16 июля; с этого момента у них есть 10 дней на обжалование решения в МГИК, после чего можно будет жаловаться в ЦИК или суд. В четверг трое из получивших отказ подали апелляцию в Мосгоризбирком — это Ирина Собянина, выдвигавшаяся по 28-му округу, Константин Лисица из 33-го и Юлия Серебряная из 45-го. Еще 11 «отказников» требуют допустить всех и заявляют о «явных нарушениях» при анализе подписей.

С их точки зрения, в комиссиях признавали несуществующими живых людей, намеренно искажали данные при сверке с базами данных полиции и ГАС «Выборы», а «графологи выполнили свою работу непрофессионально».

Так, Григорий Толкачев, начальник штаба Елены Русаковой (37-й округ), заявляет, что «280 подписей были названы подписями несуществующих людей». «Эти люди возмущены,— рассказал “Ъ” господин Толкачев.— Например, Виктор Шейнис, один из авторов Конституции РФ, ставил подпись в моем присутствии. Мы уже собрали 160 заявлений от жителей округа, которые платят налоги и существуют, как минимум, для ФНС. Заявление — это обращение и скан паспорта». С помощью заявлений штаб Елены Русаковой намерен обжаловать отказ в регистрации.

Действовать так же намерен и выдвигавшийся в 45-м округе Илья Яшин: по его словам, в штаб пришло более 150 заявлений, в которых москвичи «подтверждают факт своего существования». «Нам пока удалось собрать 149 заявлений, но предстоит оспаривать 500 подписей, признанных недействительными», — рассказала “Ъ” Анастасия Брюханова, выдвигавшаяся в округе №42. Сергей Митрохин (43-й округ) сообщил, что для регистрации кандидатом ему хватит пересмотра решения по 169 подписям. После сравнения подписных листов с протоколами избиркома в штабе господина Митрохина насчитали 172 подписи, «искаженных» при проверке: «Искажены ФИО, серии паспортов, информация о сборщиках».

У Александра Соловьева (округ №3) забракованы всего 2400 подписей (у Сергея Митрохина, для сравнения,— 618). Господин Соловьев утверждает, что избирком фиксировал несоответствие ФИО или адреса, «но этого недостаточно»: «Должен быть написан еще и верный вариант. Если мы докажем, что заключение выполнено с нарушениями, аннулируем решение по всем 2400 подписям». Пока его штаб собрал лишь 50 заявлений избирателей. Еще меньше заявлений у Ивана Жданова (округ №8) — всего 30 штук.

Руководитель приемной Константина Янкаускаса (31-й округ) Дмитрий Анисимов рассказал “Ъ”, что штаб завершил сбор заявлений — их 150. По его словам, избиратели заполняли форму на сайте штаба, прилагали к ней скан паспорта и сами отправляли в ОИК. Впрочем, окружная комиссия 32-го округа, где выдвигался кандидат Кирилл Гончаров, «не стала рассматривать 50 заявлений избирателей». По словам господина Гончарова, его штаб выявил 430 случаев искажения данных в именах и адресах жителей при проверке подписей.

По словам выдвигавшегося в округе №5 Дмитрия Гудкова, «за двое суток собрано более 200 заявлений со сканами паспортов и видеообращений». Господин Гудков говорит о 500 случаях искажения данных и считает, что это свидетельствует о низком качестве графологов избиркома. Штаб выдвигавшейся в 43-м округе Любови Соболь также занимается сбором заявлений, опровергающих почерковедческую экспертизу. «Мы собрали более 70 заявлений, сканов паспортов и видеообращений от людей, которые ставили подписи за меня»,— заявила госпожа Соболь. Она не намерена прекращать голодовку, которую объявила вечером 13 июля с требованием допустить ее к участию в выборах. Юлия Галямина (округ №9) сообщила “Ъ”, что ее штабу только предстоит сравнить 1003 забракованные подписи с протоколами МГИК.

Член МГИК Дмитрий Реут ранее заявил “Ъ”, что «ажиотаж», создаваемый незарегистрированными оппозиционными кандидатами, направлен «на создание хайпа».

«Графологи — профессионалы высочайшего класса из числа сотрудников органов внутренних дел,— сказал господин Реут.— Впрочем, сейчас комментировать каждую жалобу сложно и, очевидно, рано, так как решения об отказе в регистрации, которые приняли ОИК, могут быть обжалованы в течение десяти дней. Если мы выясним, что в ОИК какие-то подписи были забракованы необоснованно, мы признаем их достоверными. И если их количества после перепроверки будет достаточно, то кандидат будет зарегистрирован. Все сомнения, которые у нас возникают и в рамках проверки подписных листов, и в рамках перепроверки решений ОИК, мы трактуем в пользу кандидатов». Господин Реут привел в пример рассмотрение документов кандидата Соболь на заседании ОИК 43-го округа: «Комиссия выявила ряд ошибок при направлении запросов в базы ФМС, запрос направлялся с ошибкой в фамилии или в адресе. Тогда речь шла о 150 подписях, которые комиссия в итоге засчитала в плюс кандидату. Но на суть решения это не повлияло». Господин Реут также признает, что порядок сбора подписей действительно крайне сложный: «Ошибка могла быть допущена при порядке оплаты или изготовления подписных листов, на самом этапе сбора подписи. Подавляющее большинство ошибок было допущено, когда избиратель ставил свою подпись и считал, что поддержал кандидата, но сборщик позднее, заполняя подписной лист, допускал ошибку в паспортных данных, имени или фамилии, и таким образом лист становится недействительным. Сборщики неправильно заверяли подписные листы, путали даты. Также были допущены ошибки, когда сборщик начинал принимать подписи, но оплата его услуг еще не была проведена, а это тоже грубое нарушение. Закон един для всех, мы не имели права закрывать на это глаза».

Кандидатам, получившим отказ и не доверяющим ОИК и Мосгоризбиркому, стоит сразу обратиться в Мосгорсуд, считает профессор Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина Сергей Кабышев: «Обжалование решения ОИК в Мосгоризбирком, конечно, возможно, но конституционное право на судебную защиту является гарантией реализации всех прав граждан, и этим нужно пользоваться. Тем более что, если вы идете в суд, избирком приостанавливает рассмотрение ваших дел до решения суда». Статус судебного эксперта, по словам Сергея Кабышева, имеет гораздо больший процессуальный вес, чем статус почерковеда в ОИК. Кроме того, «суд может вызвать свидетелей — тех лиц, которые лично ставили свои подписи, и установить соответствующий юридический факт», отмечает господин Кабышев. «Я понимаю возмущение людей, которые лично ставили свои подписи и сейчас говорят о несправедливости системы,— говорит эксперт.— Государство здесь не может быть в стороне, оно должно гарантировать право от всяких случайностей».