Региональная научно-образовательная система как элемент региональной инновационной системы: Внутренние взаимодействия, критерии ее эффективности

Заключение

Выполненные исследования по перспективному развитию Байкальского региона страны показывают, что он обладает значительным потенциалом для экономического роста в ближайшие 10-15 лет. Для изменения существующего неудовлетворительного социально-экономического состояния в Байкальском регионе необходимо более интенсивно осваивать минерально-ресурсную базу в зонах строительства новых

электростанций.

Для системного, комплексного управления процессом развития энергоэкономических районов в зонах нового строительства электроэнергетических источников необходимо на уровне федеральных и региональных органов власти в полной мере использовать имеющиеся и формировать новые эффективные механизмы.

Статья поступила 06.11.2015 г.

Библиографический список

1. Восточный вектор энергетической стратегии России: современное состояние, взгляд в будущее / под ред. Н.И. Во-ропая, Б.Г. Санеева; Рос. акад. наук, Сиб. отд-е, Ин-т систем энергетики им. Л.А. Мелентьева. Новосибирск: Академическое изд-во «Гео», 2011. 368 с.

2. Генеральная схема размещения объектов электроэнергетики России до 2030 года: утв. распоряжением Правительства Российской Федерации от 3 июня 2010 [Электронный ресурс]. URL: http://minenergo.gov.ru/upload/iblock/ea4/ea49 cedd66d2e98fc054301127677f9b.pdf (02.10.2015).

3. Долгосрочный прогноз социально-экономического развития Республики Бурятия на период до 2030 года: утв. Правительством Республики Бурятия от 12 февраля 2013 г. № 53.

4. Инвестиционная стратегия Иркутской области на период до 2025 года: утв. распоряжением Правительства Иркутской области от 28 августа 2014 года № 701 -рп [Электронный ресурс]. URL: http://invest.irkobl.ru/_stock/page/part_9/96/docs/ 701 -rp.docx (02.10.2015).

5. Национальные счета России в 2007-2014 годах: стат. сб. M.: Росстат, 2015. 311 c.

6. Основные показатели долгосрочного прогноза социально-экономического развития Забайкальского края на период до 2030 года. Чита, 2012 [Электронный ресурс]. URL: http://opzab.ru/news/144 (02.10.2015).

7. Регионы России. Основные характеристики субъектов Российской Федерации, 2014: стат. сб. М.: Росстат, 2014. 652 с.

8. Регионы России. Социально-экономические показатели, 2014: стат. сб. М.: Росстат, 2014. 900 с.

9. Стратегия социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона на период до 2025 года: утв. распоряжением Правительства Российской Федерации от 28 декабря 2009 г.

10. Топливно-энергетический комплекс Иркутской области: современное состояние и перспективы развития / под. ред. Б.Г. Санеева, П.А. Воронина. М.: ИД «Энергия», 2013. 304 с.

11. Энергетика Байкальского региона: современное состояние, стратегия развития, механизмы реализации / под ред. Б.Г. Санеева. Иркутск: Изд-во ИСЭМ СО РАН. 2011. 103 с.

УДК 338.49

РЕГИОНАЛЬНАЯ НАУЧНО-ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ СИСТЕМА КАК ЭЛЕМЕНТ РЕГИОНАЛЬНОЙ ИННОВАЦИОННОЙ СИСТЕМЫ: ВНУТРЕННИЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ, КРИТЕРИИ ЕЕ ЭФФЕКТИВНОСТИ

© Т.Ю. Красикова1, Д.В. Огнев2

Иркутский национальный исследовательский технический университет, 664074, г. Иркутск, ул. Лермонтова, 83.

Рассмотрена специфика взаимодействия региональной научно-образовательной системы с внешней средой -бизнес-структурой региона и взаимодействие внутри самой системы на примере университетов и РАН. Уточнена роль региональной научно-образовательной системы в вопросе формирования культуры инноваций и обращено внимание на многомерность процесса формирования данного вида культуры в регионе. Изменение подхода к рассмотрению науки и образования от пассивных участников к активным агентам региональной экономики - это закономерный процесс в результате понимания внешних вызовов, стоящих перед отечественной экономикой. Развитие региональной научно-образовательной системы в большей степени должно происходить исходя из требований региональной экономики и необходимости продуцирования специфического ресурса региона. Это может существенно изменить карту образования и науки в регионе. Ключевые слова: региональная образовательная система, трансфер инноваций в регионе.

REGIONAL RESEARCH AND EDUCATION SYSTEM AS AN ELEMENT OF REGIONAL INNOVATION SYSTEM: INTERNAL INTERACTIONS, ITS EFFICIENCY CRITERIA

1 Красикова Татьяна Юрьевна, кандидат экономических наук, доцент кафедры экономической теории и финансов, тел: (3952) 405095, e-mail: krasikova_tatyan@mail.ru

Krasikova Tatiana, Candidate of Economics, Associate Professor of the Department of Economic Theory and Finance, tel.: (3952) 405095, e-mail: krasikova_tatyan@mail.ru

2Огнев Дмитрий Владимирович, доктор экономических наук, профессор кафедры экономики и менеджмента, тел: (3952) 405096, e-mail: odv1974@rambler.ru

Ognev Dmitry, Doctor of Economics, Professor of the Department of Economy and Management, tel.: (3952) 405096, e-mail: odv1974@rambler.ru

T.Yu. Krasikova, D.V. Ognev

Irkutsk National Research Technical University 83 Lermontov St, Irkutsk, 664074, Russia

The article deals with the interaction specifics of the regional research and education system and the external environment that is represented by a business structure of the region. It also considers internal interaction of the system on the example of universities and Academies of Sciences. The role of regional research and education system in the formation of innovation culture is specified with the emphasis on the multidimensional character of the formation process of this type of culture in the region. Switch in the approach of treating science and education as passive participants into consideration them as active agents of the regional economy is a logical process resulting from the understanding of external challenges the Russian economy faces. In a greater degree the development of the regional research and education system should be determined by the requirements of the regional economy and the needs of producing a specific regional resource. This can significantly change the education and science map in the region. Keywords: regional education system; innovation transfer in the region.

В современных экономических работах, посвященные развитию региона, немало внимания уделяется теории региональной инновационной системы. Региональная инновационная система (РИС) представляет собой, по Куку, «набор узлов в инновационной цепочке, включающей в себя непосредственно генерирующие знания фирмы, а также организации, предприятия, использующие (применяющие) эти знания, и разнообразные структуры, выполняющие специализированные посреднические функции: инфраструктурное обеспечение, финансирование инновационных проектов, их рыночную экспертизу и политическую поддержку» [5]. Анализ предлагаемых моделей РИС показал, что почти все они представляют инновационную цепочку, в которой институциональные взаимосвязи расположены последовательно. Практически все модели первым элементом этой цепочки предлагают генерацию, трансформацию и трансляцию знаний, а завершающий этап представлен реализацией инновационной продукции на рынке. Таким образом, основными структурными элементами РИС, как и в национальной инновационной системе (НИС), являются государство, бизнес и учебные заведения региона как создатели интеллектуального человеческого капитала.

На уровне НИС мы имеем дело с совокупностью университетов и других институтов высшего образования с их разнообразием в типологии, на которую влияет политика образования конкретного государства, историческое развитие системы образования и науки, государственная политика в части взаимодействия университетов и бизнес-сообщества и др. То есть речь идет об общем векторе развития университетской инфраструктуры (со всем разнообразием типов и категорий университетов государства и иных агентов системы образования в отдельно взятом государстве) на национальном уровне. Более того, структура НИС в большей степени должна ориентироваться на продуцирование инноваций в регионы, если мы понимаем эту систему как структурную нелинейную модель с определенным набором и взаимосвязью институтов внутри системы. В свою очередь, под системой взаимосвязанных институтов в РИС могут пониматься экономические агенты (предприятия, научные организации, вузы, фонды, инвесторы и др.), а также общественные ценности, нормы, система права, учитывающие региональную специфику.

Представляется, что будет правильнее, говоря об элементе генерация, трансформация и трансляция знания обозначать его термином региональная научно-образовательная система. Таким образом, мы говорим о системе, части подсистемы в РИС, которая специально предназначена для поощрения и активизации творческих способностей индивида.

Объединяя этот элемент в сложную систему, состоящую из множества взаимодействующих составляющих (подсистем), мы тем самым применяем системный подход к изучению этой подсистемы РИС. В данном случае допустимо применить принцип иерархичности системы, то есть когда часть системы можно признать определенной системой, или когда каждый компонент системы может рассматриваться как система. Очень часто, представляя модели региональных инновационных систем и вводя элемент генерации знания, разделяют подэлементы образование и фундаментальная наука, что, по нашему мнению, является неправильным подходом. Необходимость сохранения системности в подходе к региональной системе науки и образования очевидна. Подэлементы ее весьма связаны, и неэффективность любого из них приводит к дисфункциональности самой системы. Неэффективные подходы к развитию среднего профессионального образования (СПО) привели к усилению эффекта массовизации высшего образования и падению качества высшего образования. Падение качества школьного образования привело к падению пред-вузовской подготовки и дальнейшему падению качества высшего образования (согласно социологическим исследованиям, 40% успеха университета зависит от качества знаний студентов [5]).

Под термином региональная научно-образовательная система понимается совокупность и объединение образовательных, научных и научно-образовательных учреждений региона всех уровней. Ее структура и модель будут играть важную роль в формировании политики выравнивания «регионального неравенства», становясь основным фактором нивелирования недостатков и усиления конкурентных преимуществ региона путем генерации и приращения человеческого капитала, развития инфраструктуры региона, институтов региональной инновационной системы (факторы второй природы).

Главная экономическая функция региональной научно-образовательной системы состоит в поддерж-

ке регионального фонда талантов, обеспечении региональных рынков труда, создающих новые рабочие места, качественным человеческим капиталом.

Региональная научно-образовательная система, при благоприятном ее развитии, должна привести к кардинальным переменам в региональном труде, организации общества и повлиять на решение проблемы регионального неравенства (о чем пойдет речь в дальнейших исследованиях). Основной целью системы остается образование, однако, специфика современной парадигмы образования стоит в том, что надо не учить транслировать знания, а развивать способность к их генерации.

Корпоративные программы обучения кадров и курсы повышения квалификации также предлагается рассматривать в качестве подсистемы в региональной научно-образовательной системе. Не стоит забывать, что носитель человеческого капитала, получая знания и навыки в результате корпоративных программ обучения, часто отличается мобильностью в своей трудовой траектории, то есть склонен менять место работы. В данном процессе происходит диффузия знания, когда носитель или делится полученным знанием, или адаптирует его к новым условиям, и тем самым дает обществу новые знания, навыки, умения, полезные для него.

Региональная научно-образовательная система и культура инноваций

Предлагаемые и реализуемые реформы отечественной системы образования, похоже, забывают об основном постулате - качество производимого знания определяется социальными условиями его появления. То есть, если мы говорим о необходимости построить систему образования таким образом, чтобы специалисты обладали достаточной способностью к творческому и креативному мышлению, способностью, а главное, желанием участвовать в креативном процессе, то тогда речь должна идти также о параллельном создании соответствующих социальных и культурных сред. В вопросе, что считать первичным - социальную и культурную среды или технологические изменения в обществе - надо принять давно устоявшуюся истину о том, что социальная и культурная среды формируют «культуру инноваций». Последняя участвует в процессе концентрации некой критической массы качественного человеческого капитала общества для генерации качественного скачка в технологическом развитии общества.

Р. Флорида в своей книге про креативный класс [12] приводит результаты исследования Саймонтона по поводу креативности. Последний обнаружил, что «креативность наиболее бурно развивается в тех ме-

стах и в те периоды, которым свойственны следующие четыре признака: профильная деятельность, интеллектуальная восприимчивость, этническое многообразие и политическая открытость».

Современные примеры развития креативных зон с успешной историей коммерциализации науки, таких как Силиконовая долина или 71-й квартал в Сингапуре, вполне вписываются в предлагаемую теорию. Университеты предлагают в рамках существующих концептов региональных инновационных систем не только саму территорию для размещения высокотехнологичных или инновационных компаний. Данная территория отличается соответствующими социальными и культурными средами для поддержки и реализации «культуры инноваций», творчества и креативности.

Любопытно, что в Советском Союзе с его научными прорывами признак политической открытости отсутствовал в силу существовавших тогда политических условий. Однако, несмотря на огромные потери (людские, финансовые, инфраструктурные) в результате Второй мировой войны, четвертая часть мировых научных открытий и изобретений периода 1950-1960 гг. приходилась на СССР. Конечно, данный успех был результатом целого ряда совокупных факторов, к которым относятся:

- интеллектуальный прорыв Российской империи начала XX в. [11];

- позитивные последствия индустриализации 1930-х гг. [4];

- развитый военно-промышленный комплекс СССР и промышленный шпионаж в результате противостояния СССР, США и других капиталистических стран.

В числе также благоприятных факторов особо нужно отметить развитие инженерно-технического образования в период Советской России и СССР, рост престижности инженерных специальностей, которые исторически считались элитными и в Российской империи, и в Советской России, и в СССР [4]. Для примера в табл. 1 приведены частичные данные о численности студентов в СССР.

Для сравнения в табл. 2 и 3 приведены данные, демонстрирующие падение элитарности инженерно-технических специальностей начиная с 90-х гг. XX в. При этом растет процент студентов экономических и иных гуманитарных специальностей, что в свою очередь приводит к массовизации данных специальностей и, как следствие, к падению качества образования по данным специальностям («инфляции специальностей»), перенасыщению рынков труда, в том числе и региональных.

Таблица 1

Количество студентов в СССР по специальностям, % от общего количества студентов

Специальности Учебный год

1960/1961 1970/1971 1980/1981 1985/1986 1986/1987

Инженерно-технические 40,3 43,6 44,8 42,9 41,9

Экономические 9,1 11,8 12,2 12,8 13,8

Правовые 1,7 0,9 0,8 0,8 0,9

Таблица 2

Количество выпускников государственных и муниципальных вузов по специальностям, _% от общего количества студентов [4]_

Специальности 1990 г. 2000 г. 2005 г. 2008 г.

Экономико-управленческие 13,8 24,3 29,9 32,0

Инженерно-технические 36,4 22,6 22,2 21,6

Гуманитарно-социальные, в том числе право 12,2 17,7 16,0 16,8

Таблица 3

Количество выпускников негосударственных вузов по специальностям, _% от общего количества студентов [4]_

Специальности 1990 г. 2000 г. 2005 г. 2008 г.

Экономико-управленческие 22,4 25,8 44,4 47,7

Инженерно-технические - - - -

По направлениям подготовки бакалавров и магистров: информатика и вычислительная техника нет данных нет данных 0,5 1,2

Гуманитарно-социальные, в том числе право 17,1 28,8 32,5 28,6

Формированию социальной и культурной сред как поддерживающих сфер для культуры инноваций способствовала и довольно внимательная поддержка государства (финансирование, высокий уровень заработной платы, социальные льготы для ученых и преподавателей, изобретателей и др.).

Более того, в СССР существовала система профессиональной ориентации молодежи с развитой инфраструктурой многочисленных кружков и школ. На производстве, помимо установленной связи с отраслевыми НИИ, активно пропагандировалась система локального новаторства (до наступления так называемой эры тэйлоризма, когда креативность рабочего сдерживается бюрократической системой). Поэтому в региональной инновационной системе необходимо рассматривать также и социальную, и культурную среды в качестве поддерживающей среды для создания инноваций. При этом социальная и культурная среды обладают признаком рекурсии, то есть в процессе функционирования и взаимодействия они воспроизводят сами себя с новыми качественными элементами, накопленными в предыдущем цикле.

Университет или региональная сеть университетов сами по себе не в состоянии обеспечить полноценные социальные и культурные среды, хотя на университеты и делают ставки по инновационным проектам, научным разработкам и др. так же, как и сложно возлагать эту миссию на предприятия с собственными лабораториями и научными центрами, занимающиеся корпоративными научными разработками. Выше уже указывалось на «правило 40» (успех университета на 40% зависит от качества студентов, то есть выпускников школ), а это значит, что только целостное развитие региональной системы науки и образования в состоянии обеспечить развитие культурной и социальной сред. Развитие региональной научно-образовательной системы и ее успешность - это многомерный процесс, в него должны быть вовлечены региональное правительство и местный бизнес, особенно в части создания благоприятных социальных и культурных сред для формирования «культуры инно-

ваций».

Несмотря на наличие сценариев развития территорий РФ и развития регионального человеческого капитала в рамках образования и науки, остается открытым и острым вопрос о роли региональных отделений РАН в данном развитии и разграничении полномочий между ней и региональными университетами. В Федеральном законе Российской федерации «О Российской академии наук, реорганизации государственных академий наук и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» [2] указывается на научно-методическое руководство РАН образовательными организациями высшего образования, при этом законодатель никак не раскрывает механизм подобного взаимодействия. В названном законе существует лишь отсылка к обязанности направлять соответствующую отчетность в РАН. Также существует практика создания совместных лабораторий, базовых кафедр и научно-образовательных центров.

Вопрос взаимодействия и интеграции академической и вузовской науки действительно сложный для регионов. В советское время за развитие высшего образования и науки отвечали три интеллектуальных кластера: Академия наук СССР с высоким уровнем фундаментальных исследований и финансированием, отраслевая наука с ее близостью к производству и высшая школа с ее высококвалифицированным профессорско-преподавательским составом. При существовавшей советской экономике и моделях поведения экономических агентов эта система была довольно эффективной. В настоящее время в условиях пересмотра роли и функций институциональных сфер, интернационализации сфер высшего образования, науки и производства университетская база стала замыкать на себе вузовскую и отраслевую науку, а появившиеся университеты статуса «национальный исследовательский» в идеале должны выполнять еще и фундаментальные исследования (если следовать логике их создания). В функции национального исследовательского университета (НИУ) также входит взаимодействие с

правительственным сектором в целях координации и совместной разработки приоритетных направлений развития высокотехнологичных секторов отечественной экономики. Таким образом, опосредованно происходит реорганизация устаревшей традиции вертикальной институциональной матрицы управления образованием и наукой. Неужели функции РАН должны полностью перейти к данной категории университетов? Но практика успешных регионов показывает, что интеграция академической и вузовской науки является одним из факторов эффективного развития региональной инновационной системы, воздействуя синер-гетическим эффектом. Фундаментальная наука, как известно, не подчинена механизмам рыночной экономики, она направлена в первую очередь на расширение научного знания, в то время как прикладная наука интегрирована в рыночную экономику. Симбиоз РАН, которая представляет собой фундаментальную науку, и университета играет роль барьера в части сдерживания государства сделать все производимое научное знание коммерциализированным (когда востребованность научного знания будет определяться исключительно ее хорошей коммерческой перспективой, причем в короткое время).

Помимо этого в отечественной практике исторически центрами фундаментальной науки были институты РАН и отраслевые НИИ, а система высшего образования была ориентирована в первую очередь на выработку образовательного капитала. Баланс между научным и образовательным капиталом, похоже, сохраняется: университеты по-прежнему ориентированы на образовательный процесс в большей степени, чем на научный. Во-первых, кадровый состав университетов больше ориентирован на учебный процесс ввиду сложившихся традиций и опыта работы, во-вторых, увеличивающаяся учебная нагрузка и бюрократическое ее сопровождение не оставляют преподавателям времени заниматься наукой полноценно.

Ситуация с встраиванием институтов науки и образования в региональную инновационную систему поднимает еще одну проблему, более глобального масштаба. Советская система образования, которой мы все гордились, уходит в прошлое. Образование как социальное благо, и наука как социальный институт обязаны отвечать внешним вызовам. Однако слепое копирование западных моделей университетов, моделей и систем образования являются так называемой догоняющей моделью, которая в основе своей имеет воспроизводство некоторых институциональных моделей. Это ведет к тому, что структура отечественного вуза не реформируется, а подгоняется под некоторые внешние стандарты. И это действительно является проблемой - наука и образование относятся к категориям общественного блага, значит, социальные условия возникновения образовательного и научного капитала отражаются на качестве и специфике этих капиталов, что мы можем заметить, проанализировав «историю успеха» различных вузов мира. Во всех случаях обеспечение транслирования новых знаний, расширение масштаба деятельности эффективно реализуются

за счет реформ внутренней структуры научного или образовательного учреждения, в которую входит кадровый ресурс с его сложившимися традициями, связями, накопленным опытом, в том числе историческим. Поэтому представляется важным вопрос о разработке более ясного и системного механизма взаимодействия РАН и региональных учреждений высшего образования.

Региональная научно-образовательная система: взаимодействие с бизнесом

Анализ научной литературы, посвященной исследованию сотрудничества академического сообщества и бизнеса, показывает, что она охватывает в основном вопросы взаимодействия университетов и бизнеса. Это легко объясняется тем, что бизнес является потребителем и фактическим заказчиком товара, производимого университетом - знания, которое транслируется через выпускника. В современных условиях конкурентоспособность субъекта рынка зависит от способности своевременно отвечать на требования экономики знаний. Знание, как известно, товар специфический, имеющий способность быстро устаревать, отсюда скорость его обмена между участниками рынка является решающим фактором. Уменьшение «рыночного» расстояния между участниками экономики знаний существенно повышает полезные свойства знания.

В этой же плоскости существует еще одна причина, заставляющая развивать обсуждаемое сотрудничество. По мнению члена-корреспондента РАО Александра Абрамова, «одна из самых серьезных проблем современного российского общества состоит в том, что воспитание готовности к напряженному труду и восприятия самой учебы как серьезного труда выпали из сферы общественного и школьного внимания» [10]. По мнению директора Департамента макроэкономического прогнозирования Министерства экономического развития и торговли Андрея Клепача, проблема состоит не просто в дефиците научно-технических и рабочих кадров, налицо ценностная проблема, проблема престижа творческого, квалифицированного и напряженного тяжелого труда и готовности к нему. А престиж труда и готовность к нему формируются, когда человек учится [10].

Региональные научно-образовательные системы - это полноценный элемент в инновационной цепочке региона, следовательно, необходимо принимать во внимание, как система участвует в процессе создания стоимости в качестве источника знания для создания нового продукта, услуги.

В табл. 4 приведены данные по восприятию хозяйствующими субъектами научных организаций и учреждений высшего образования в качестве институциональных источников.

Основные источники технологических инноваций для организаций представлены в табл. 5.

Из приведенных данных очевидно, что бизнес-структуры испытывают определенную долю недоверия к академическим институтам и институтам высшего образования как источникам инноваций.

Таблица 5

Удельный вес организаций, оценивших отдельные источники информации для технологических инноваций как основные. Группа других источников, % [6]

Таблица 4

Удельный вес организаций, оценивших отдельные источники информации для технологических _инноваций как основные. Группа институциональных источников, % [6]_

Технологические инновации 2011 г. 2012 г.

Добывающие, обрабатывающие производства, производство и распределение электроэнергии, газа и воды

Научные организации академического профиля 0,9 1,0

Научные организации отраслевого профиля 3,1 3,4

Университеты, другие высшие заведения 1,0 1,2

Связь, деятельность, связанная с использованием вычислительной техники и информационных технологий, научные исследования и разработки, предоставление прочих видов услуг

Научные организации академического профиля 1,8 2,0

Научные организации отраслевого профиля 3,6 3,8

Университеты, другие высшие заведения 1,7 1,7

Технологические инновации 2011 г. 2012 г.

Добывающие, обрабатывающие производства, производство и распределение электроэнергии,

газа и воды

Внутренние источники организации 11,8 12,2

Потребители товаров, работ, услуг 13,4 13,8

Интернет 11,1 11,9

Конференции, семинары, симпозиумы 3,9 4,1

Научно-техническая литература 5,3 5,3

Выставки, ярмарки, другие рекламные мероприятия 7,3 7,4

Связь, деятельность, связанная с использованием вычислительной техники и информационных технологий,

научные исследования и разработки, предоставление прочих видов услуг

Внутренние источники организации 10,0 10,8

Потребители товаров, работ, услуг 8,8 8,9

Интернет 10,1 11,4

Конференции, семинары, симпозиумы 5,2 6,0

Научно-техническая литература 5,8 6,5

Выставки, ярмарки, другие рекламные мероприятия 4,0 4,5

Однако такие источники информирования, как научно-техническая литература, выставки, конференции, Интернет, как правило, включают в себя также и трансляцию знаний (опыта, умений), накопленных академическим сообществом. Таким образом, генерируемое информационное поле научно-образовательной системы участвует в информировании бизнес-сообщества в отношении создания и продуцирования инновационных разработок гораздо в большей степени, чем просто институциональные источники.

Низкие показатели прямого сотрудничества академических институтов и бизнес-сообщества можно объяснить такими факторами, как:

- недоверие бизнеса к академическому сообществу (проблема «теоретиков» и «практиков»);

- низкий профессиональный уровень представителей академических институтов, вовлеченных в прямое сотрудничество с практиками из бизнес-структур, понимающими вызовы рынка;

- отсутствие отечественного исторического опыта культурного и профессионального взаимодействия академических институтов и учреждений высшего образования с бизнес-сообществом в рамках коммерциализации науки (коридор для совместных прикладных

исследований в отечественной практике существовал с отраслевыми НИИ, и эта, видимо, по-прежнему сохраняющаяся тенденция продемонстрирована в табл. 5).

Критерии эффективности региональной научно-образовательной системы

Используя систему критериев эффективности, можно разработать систему показателей, при помощи которой можно регулировать, управлять и оптимизировать научно-образовательную систему региона, что служит предметом дальнейшего исследования. Неоспоримым представляется факт, что сфера науки и образования региона участвует и оказывает прямое влияние на формирование национальной и региональных инновационных систем. Отсюда становится важным развитие и становление подсистемы управления образованием.

Таких критериев предлагается три. Особо отметим, что данная группировка является авторской позицией и подлежит дальнейшему изучению в рамках исследования и представления модели региональной научно-образовательной системы. В рамках и формате данной статьи представлены предварительные результаты нашего исследования, дальнейшая работа предполагает более углубленное исследование. От-

метим, что критерии выбирались, исходя именно из принципа их взаимосвязи, что подразумевает комплексной подход к оценке эффективности региональной научно-образовательной системы.

1. Критерий эффективности инновационной инфраструктуры региональной научно-образовательной системы. В данном случае предполагается введение критерия, показывающего количественную и качественную степень развития инфраструктуры, участвующей в развитии региональной и национальной инновационных систем. Сюда включаются не только показатели, отражающие потенциалы университетских комплексов (в том числе и рейтинг), и показатели оценки системы профильной ориентации молодежи. Здесь необходимо использовать и количественное наличие совместных научно-инновационных центров, которые зарегистрированы, и результативность их работы - финансовые результаты, количество патентов, лицензий, доля в региональном валовом доходе и пр. В случае с финансирующими агентствами, действующими в обсуждаемой сфере образования-науки-бизнеса, необходимо отражение показателей их независимости, насколько сохраняется баланс между институциональным финансированием и устойчивостью к коррупции (выдача грантов «своим», например).

Более того, необходимо рассматривать и способность к созданию и продвижению новых финансовых инструментов, способных так или иначе продвинуть и развить финансовые рынки инновационного инвестирования. Как показывает мировой опыт, инициация использования финансовых инструментов на рынке образования и науки уже началась. Так, во второй половине 2012 г. Кембриджский университет провел выпуск облигаций на сумму 350 млн фунтов стерлингов (563 млн долл.). Срок погашения бумаг составляет 40 лет, а ставка - 3,75% годовых. Университет выпустил обязательства для финансирования проектов по развитию. В частности, будет улучшена инфраструктура для проведения исследовательских работ, академической деятельности и обеспечения жильем сотрудников [10].

В отечественной финансовой практике заслуживающим внимание инструментом является инфраструктурная облигация, имеющая своей целью привлечение инвестиционных ресурсов в долгосрочные проекты по развитию транспортной, энергетической, жилищно-коммунальной и социальной инфраструктуры, реализуемые в формате государственно-частного партнерства [1]. Помимо очевидных преимуществ, которые даются при использовании данного инструмента, это могло бы решить и проблему недостаточности финансирования сферы высшего образования.

Обратим внимание, что данный критерий наиболее полно показывает, насколько эффективно происходит «обратная связь» субъектов, включаемых в инновационный процесс, и насколько действенно работает нелинейная модель инновационного процесса в подсистеме, где происходит формирование инновационного потенциала.

2. Критерий применения человеческого капита-

ла. Хотелось бы подчеркнуть, что в данном случае рассматривается именно применение человеческого капитала. Приняв во внимание позитивные результаты исследования человеческого капитала в отечественной экономике (имеется в виду последнее исследование Р.В. Капелюшникова [7]), также необходимо рассмотреть вопрос использования данного капитала, в частности, каков механизм его действия и какова степень эффективности его применения. При существующем положении вещей пока наблюдается отсутствие социальных лифтов, нет сферы и возможностей применения полученного образования. В последние годы в России сохраняется негативная тенденция несоответствия предложения сферы высшего образования как одного из субъектов приращения человеческого капитала потребностям рынка труда, которое выражается, в частности, в том, что большинство выпускников вузов не работают по полученной специальности [7]. «Качественное» соответствие полученного высшего образования потребностям рынка труда тоже составляет одну из проблем применения человеческого капитала.

Данный критерий напрямую связан с предыдущим - инфраструктурным критерием, то есть он показывает использование накопленного ресурса, необходимого для построения инновационной системы, применяя для этого существующую систему организационных структур, обеспечивающих функционирование схемы коммерциализации науки.

3. Критерий производительности труда и выпуска товара. При реализации инновационных сценариев в отечественной экономике одним из показателей эффективности является производительность труда, для чего требуется высокий уровень качества применения человеческого капитала, что, как известно, во многом обеспечивается системой образования. Отдельной группой необходимо рассматривать показатели производительности труда, характеризующие эффективность производительности труда в приоритетных областях, технологических платформах, то есть тех областях, которые напрямую составляют национальную инновационную систему и прочее.

Основная функция данного критерия - демонстрация успешности применения различных схем коммерциализации науки как системы создания и продвижения коммерчески успешных инноваций в рамках системы «образование - наука - бизнес» вместе с применяемыми управленческими комплексами, организаторскими инновациями и существующей правоприменительной практикой в области инноваций (например, интеллектуальная собственность).

Необходимо отметить, что предлагаемая позиция является авторской и более подробно будет раскрыта в работе, посвященной исследованию модели региональной научной системы.

Изменение подхода к рассмотрению науки и образования от пассивных участников к активным агентам региональной экономики - это закономерный процесс в результате понимания внешних вызовов, стоящих перед отечественной экономикой. Развитие региональной научно-образовательной системы в большей

степени должно зависеть от требований региональной экономики и необходимости продуцирования специфического ресурса региона. Это может существенно изменить карту образования в регионе. Возможно, что избыточность некоторых получаемых специальностей, не востребованных в экономике регионов, приведет к их сокращению, а значит, мы можем получить перестройку структуры организации работы высших учебных заведений региона, и лучше, конечно же, сделать это эволюционным, а не революционным путем. Однако в рамках формирования человеческого (интеллектуального) потенциала региона соответствие специфики региональной экономики и ее нужд потенциалу региональной научно-образовательной системы необходимо.

В данной статье не уделено внимание другим

уровням образования в региональной системе науки и образования, поскольку это несколько выходило бы за формат и идею статьи, потому что, по нашему мнению, рассматриваемые эффекты и проблемы взаимодействия РАН или бизнес-структуры наиболее ярко проявляются именно на уровне высшего образования в региональной научно-образовательной системе. Исследование роли других уровней будет рассмотрено в дальнейших работах. Также интересным представляется дальнейшее исследование модели «Тройная спираль» (университет - государство - бизнес) именно при расширении активных элементов данной модели до предлагаемого в этой статье элемента -региональной научно-образовательной системы.

Статья поступила 19.10.2015 г.

Библиографический список

1. О внесении изменений в Федеральный закон «О рынке ценных бумаг» с целью создания благоприятных условий для инвестирования средств в облигации концессионера: проект федер. закона от 04.07.2012 г. [Электронный ресурс] // Официальный сайт Минэкономразвития России. URL: http://www.economy.gov.ru/minec/about/structure/depinvest/doc 20120704_05 (01.10.2012).

2. О Российской академии наук, реорганизации государственных академий наук и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации: федер. закон от 27.09.2013 г. № 253-Ф3 [Электронный ресурс] // Российская газета. RG.Ru. Документы. URL: http://www.rg.ru/2013/09/27/ran-site-dok.html (01.10.2014).

3. Авдулов А.Н., Кулькин А.М. Научные и технологические парки, технополисы и регионы науки. М.: Изд-во ИНИОН РАН, 2005. 148 с.

4. Арефьев А.Л., Арефьева М.А. Об инженерно-техническом образовании в России [Электронный ресурс] // Центр социального прогнозирования и маркетинга. URL: http://www.socioprognoz.ru/publ.html?id=133 (12.12.2014).

5. Ерохина Е.В. Структура и особенности региональной инновационной системы // Проблемы теории и практики управления. 2013. № 2. С. 63-71.

6. Индикаторы инновационной деятельности: 2014: стат. сб. М.: Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», 2014. 472 с.

7. Капелюшников Р.И. Сколько стоит человеческий капитал

России? М.: Издательский дом Высшей школы экономики,

2012. 76 с.

8. Красикова Т.Ю. Критерии эффективности инновационного образования // Проблемы теории и практики управления.

2013. № 2. С. 137-142.

9. Мальцев В. Кембридж берет в долг. [Электронный ресурс]. // Эксперт. 2012. URL: http://expert.ru/2012/10/12/kemb-ridzh-beret-v-dolg/?n=43561 (12.10.2012).

10. Механик А. Между Фоменко и обезьяно.й № 7 (596) [Электронный ресурс]. // Эксперт. 2008. URL: http://expert.ru/ex-pert/2008/07/mezhdu_fomenko_i_obe-zianoi/media/preview/ (19.10.2012).

11. Сапрыкин Д.Л. Инженерное образование в России: история, концепции, перспективы // Высшее образование в России. 2012. № 1. С. 125-137.

12. Флорида Р. Креативный класс: люди, которые меняют будущее. М.: Классика-XXI, 2005. 430 с.

13. Etzkowitz Н. The Triple Helix: University-Industry-Government Innovation in Action. London: Routledge, 2008. 176 с.

14. Krasikova T.Yu., Ognev D.V. Role of Universities in the formation of regional innovation system // Економiчний часопис-XXI, 2014. № 3-4. С. 90-92.

15. Leydesdorff L. The Dynamics of Innovation: From National Systems and «Mode 2» to a Triple Helix of University-Industry-Government Relations // Research Policy. 2000. № 29 (2). P. 9-123.

УДК 330.142.211

ИННОВАЦИОННАЯ ИНФРАСТРУКТУРА КАК ФАКТОР ПОВЫШЕНИЯ ЭФФЕКТИВНОСТИ ИННОВАЦИОННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Л

© И.А. Кузнецова1

Иркутский национальный исследовательский технический университет, 664074, Россия, г. Иркутск, ул. Лермонтова, 83.

Предметом исследования выступает инновационная инфраструктура, которая является важной составляющей инновационной деятельности, в том числе субъектов малого и среднего бизнеса. Представлены специфические черты, основные тенденции инновационного предпринимательства и особенности реализации стратегии инновационного развития России. Проанализированы основополагающие подходы к определению понятий инновации и инновационная инфраструктура. Выявлены основные элементы инновационной инфраструктуры, характеризующие ее в виде совокупности субъектов и условий, влияющих на инновационную деятельность.

1Кузнецова Ирина Александровна, аспирант, тел.: 89836913359, е-mail: jp54@mail.ru Kuznetsova Irina, Postgraduate, tel.: 89836913359, e-mail: jp54@mail.ru