2018. 01. 047. Грязнова В. М. Говор казаков-некрасовцев Ставропольского края. - М. : ЯСК, 2016. - 728 с. - (Studia Philologica)

ДИАЛЕКТОЛОГИЯ

2018.01.047. ГРЯЗНОВА В.М. ГОВОР КАЗАКОВ-НЕКРАСОВЦЕВ СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ. - М.: ЯСК, 2016. - 728 с. - ^иШа рЫ1о^юа).

Ключевые слова: диалектология; изучение диалектов отдельных территорий; говор; русский этнос; старообрядцы.

Виолетта Михайловна Грязнова - д-р филол. наук, профессор. Работает на кафедре русского языка Северо-Кавказского федерального университета.

Монография состоит из предисловия, девяти разделов и заключения.

В монографии описан островной говор такой особой социально-конфессиональной группы русского этноса, как старообрядцы казаки-некрасовцы, которые после 250-летней эмиграции в 1962 г. вернулись на Родину и в настоящее время проживают в Ставропольском крае. В работе исследуются такие исторически сложившиеся системы говора, как лексическая, морфологическая, словообразовательная, фонетическая, которые в целом репрезентируют языковую картину мира казаков-некрасовцев.

Лингвокультурное и этнокультурное своеобразие островного говора казаков-некрасовцев обусловлено тем, что в течение двух с половиной веков проживания в Турции, в условиях инокультурного внеславянского окружения, они сохранили русский язык, культуру, обычаи: ту систему этнических констант, сквозь которую человек смотрит на мир и которая определяет этничность сознания человека. Вербализованное в говоре мировидение казаков-некрасовцев во многом является не только самобытным, но и архаичным, сохранившим в себе черты мироощущения предков русских.

Некрасовцы - потомки донских казаков, которые после целого ряда миграций укрылись в XVIII в. на территории Турции, затем

в период с 1912 по 1962 г. несколькими партиями переселились в Россию и были размещены в компактных поселениях, крупнейшие из которых расположены на Кубани и в Ставропольском крае.

В Ставропольский край группа казаков-некрасовцев переселилась в 1962 г. Прожив в Турции 254 года по «Заветам Игната», некрасовцы во многом сохранили допетровский уклад жизни, веру, культуру, язык. Исторически их говор является одним из донских южнорусских, а в период скитаний говор некрасовцев изменялся и развивался под действием внешних социально-экономических и культурных факторов, а также в силу исторической изменчивости любого языка.

Изучение говора казаков-некрасовцев начали ученые Ростовского университета. В своих исследованиях они вторгались в проблематику смежных и сопряженных с филологией дисциплин.

Актуальность этих исследований определяется необходимостью описать систему говора казаков-некрасовцев в ее архаическом виде, поскольку современная речь потомков казаков-некрасовцев под влиянием литературного языка исчезает как самобытное и целостное являение.

Анализ и описание лингвистического материала, собранного в различных экспедициях (в середине ХХ в. и настоящее время) к местам проживания казаков-некрасовцев и их потомков, создали возможность выявления социально-исторических особенностей функционирования архаичного южнорусского говора в условиях изоляции от национального русского языка и одновременно в условиях тюркоязычного окружения, его этноментальной и лингво-культорологической специфики.

Материалом исследования послужили записи, сделанные ставропольскими учеными во время экспедиций в села и поселки Левокумского района Ставропольского края с 2008 г. по настоящее время.

В монографии говор казаков-некрасовцев Ставропольского края анализируется в рамках синхронного среза «1962 год (время возвращения в Россию) - настоящее время» с целью описать сущностные черты данного русского говора, сложившиеся в период проживания казаков-некрасовцев и их предков в Турции в течение 250 лет. Процессы ассимиляции говора в ареале русского южного говора Левокумского района не изучаются.

По своим типологическим особенностям говор казаков-некрасовцев относится к островным говорам.

Островной говор - это говор, изолированный от территории бытования основных форм языка, к которому он принадлежит по происхождению. Говор казаков-некрасовцев в течение двух с половиной веков находился в иноязычном, иноэтническом, иноконфес-сиальном окружении.

Автор отмечает, что принадлежность к островному типу, история скитаний, происхождение обусловили определенные лингво-культорологические характеристики говора казаков-некрасовцев. Интерпретация записей речи, текстов сказок, песен, преданий каза-ков-некрасовцев с применением исторического, системно-структурного методов, методик лингвокультурологического анализа позволяет увидеть в фактах их речевой деятельности следующие черты:

1. Генетическую связь казаков-некрасовцев с донскими говорами. Языковые факторы разных ярусов говора казаков-некрасовцев свидетельствуют о том, что он по своему происхождению является южнорусским донским говором. Выявлены системные совпадения на фонетическом, фонологическом, грамматическом, лексическом уровнях.

2. Отражение наивной картины мира некрасовцев как представителей славянского этноса. Данная характеристика показана на группе номинаций космоса. Небо было всегда важнейшим ориентиром в жизни славянина, в том числе и казака-некрасовца. Номинации созвездий в говоре демонстрируют представления казака-некрасовца о Небе как о чем-то едином с Землей, на которой он живет.

3. Отражение в лексике говора исторического пути представителей данной социально-конфессиональной группы. В языковой картине мира любого народа одно из центральных мест занимает выражение идеи Родины. В национальном русском языке основной образ Родины - это женщина-мать, основное языковое выражение -словосочетания Родина-мать, Россия-матушка, само слово Родина по своему происхождению и значению относится к гендерно обусловленным «феминным» лексемам.

В говоре казаков-некрасовцев наблюдается иное явление, обусловленное историческими причинами. Судьба казаков-некра-

совцев была во многом определена их лидером Игнатом Некрасовым. Для них он стал и отцом (дедом), и наставником, и мифологической фигурой. Потомки казаков-некрасовцев говорят: Мы пошли от Игната Некрасофца. Кроме того, в жизни некрасовцев, мужское начало было главенствующим и определяющим как общественную, так и семейную жизнь.

4. Отражение в говоре культурных констант-оппозиций, характерных для большинства народов. Определенная часть номинаций лица по месту жительства говора демонстрирует тот факт, что майносская ветвь некрасовцев жила вдали от русских границ изолированно, замкнуто. С одной стороны, некрасовцы воспринимались местным населением как чужие, с другой - сами некрасовцы не признавали чужаков. Универсальную оппозицию «свой - чужой» демонстрируют и номинации этносов, с которыми казаки, как правило, общались во время своего пребывания на чужбине: среди них преобладают названия турок как главных чужих: турчин, ту-ряга, турчанин, турка.

5. Архаичность говора. Анализ лексико-семантической системы выявил в говоре факты, которые демонстрируют его архаичность: к ним автор относит как лексемы-реликты, так и эпизодическую реализацию в фонетическом облике слова говора казаков некрасовцев фонетических знаков, не функционировавших в русском языке уже в древнерусский период, а также ушедших в прошлое фонетических неприятий и предпочтений.

6. Отражение в грамматике говора менталитета некрасовцев как старообрядцев: стремление к аскетическому рационализму. В лингвокульторологическом плане сущность выявленных морфологических процессов автор оценивает как проявление такой черты менталитета казака-старообрядца, как стремление к выраженности порядка, а в лингвистическом аспекте автор полагает, что старообрядец неосознанно принадлежит к наивным структуралистам, для которых система - это все.

7. Креативность языкового сознания как отражение свободолюбия старообрядцев. В словообразовательной системе говора не-красовцев наблюдаются явления, являющиеся редкими даже в такой высшей форме существования языка, как литературный язык, в силу того, что образуются не механически, не по накатанным рельсам существующих словообразовательных моделей, а осознанно, в

результате творческой когнитивно-вербальной деятельности носителей языка.

8. Приоритетность устной формы языка относительно письменной формы. Проявление этой черты можно увидеть в следующем: а) в составе мотивированной лексики говора имеется значительное количество словообразовательных моделей с субъективно-оценочным значением; б) в составе мотивированной лексики говора имеется значительное количество словообразовательных моделей со знанием стилистической модификации; в) в ряде фактов присутствуют свидетельства того, что образование мотивированного слова в говоре происходит именно от звучащей формы мотивирующей лексемы, а не от написанной.

9. Заимствование турцизмов как результат интерференции двух систем: говора и турецкого языка. Проживание в новой этноязыковой среде привело к взаимопроникновению языковых систем, находящихся в контакте. В результате появился целый ряд турецких заимствований (заимствований непосредственно из турецкого языка или заимствований из других языков, но через турецкий язык как посредник). Процессу интерференции способствовал билингвизм казаков-некрасовцев, свободно говорящих и писавших (результат обязательного обучения в начальной турецкой школе) на турецком языке. Некрасовцы, проживающие в Ставропольском крае, до сих пор нередко пользуются турецкими названиями различных предметов, а в Турции включение в русскую речь турецких слов было бы обычным делом. Корпус заимствований по своей тематике разнообразен: номинации предметов домашнего хозяйства, одежды, украшений, продуктов, кушаний, растений, приспособлений для рыбной ловли и т.п.

Таковы общие лингвокульторологические характеристики говора казаков-некрасовцев. Изучение записей речи, сказок, преданий старообрядцев казаков-некрасовцев открывает мир русского человека, живущего в ХХ-ХХ1 вв., но мыслящего и говорящего как человек эпохи XVII-XVIII вв., иногда как человек эпохи Средневековья.

Судьба казаков-некрасовцев - уникальное явление в истории русского народа. Их говор - это «островной» русский говор, развивавшийся в течение двух с половиной веков в иноязычном окружении, в изоляции от общенационального русского языка и родствен-

ных диалектов и сохранившийся как южнорусский, генетически донской говор в его архаичном виде.

Автор отмечает, что в течение двух с половиной веков говор казаков-некрасовцев развивался в изоляции от общенационального русского языка, в том числе и от его материнской основы - донского говора, а также вне связи с другими русскими говорами. Литературный язык как высшая форма национального языка и любые другие формы национального языка не оказывали никакого влияния на формирование говора некрасовцев. В то же время говор некрасов-цев и русский национальный язык развивались по одним и тем же законам и тенденциям развития русского языка, конкретные реализации которых могли и различаться. В связи с этим автор считает целесообразным сопоставление системы говора казаков-некрасов-цев, с одной стороны, с системой общенационального русского языка, частью которого, хотя и островной, является говор некра-совцев, а с другой - с литературным языком как высшей формой национального языка, к тому же наиболее изученной из всех форм бытования русского языка.

Сопоставление с общенациональным языком дало автору возможность охарактеризовать лексикон говора с точки зрения происхождения: часть лексики существовала в нем до исхода не-красовцев из России, часть - возникла или была заимствована уже в эмиграции. Сопоставление с литературным языком позволяет выявить различные виды реализации одних и тех же процессов, характерных для семантики, морфологии, словообразования, фонетики в литературном языке и в говоре казаков-некрасовцев.

В данном исследовании говор некрасовцев впервые подвергается комплексному системному уровневому анализу во всей своей целостности.

Е.А. Казак