Словесные портреты и описания людей в крымских судебных книгах XVII-XVIII вв. 

УДК 811.512.19

СЛОВЕСНЫЕ ПОРТРЕТЫ И ОПИСАНИЯ ЛЮДЕЙ В КРЫМСКИХ СУДЕБНЫХ КНИГАХ ХУН-ХУШ вв.

О.Д. Рустемов

Целью исследования в области словесных описаний в крымских судебных документах является выявление и анализ соответствующего пласта лексики, который был употребим для создания устного портрета персонажей судебного разбирательства. Как правило, для обозначения цвета волос, кожи, глаз, а также других качественных признаков людей использовались термины отличные от тех, которые использовались в описаниях животных. Тем не менее, эта лексика является эмоционально окрашенной, где часто используются сравнения и метафоры, что с точки зрения сегодняшнего читателя может восприниматься как нарушение границ делового стиля. В задачи исследования входило не только отбор соответствующих документов из реестров, их прочтение, транскрипция и перевод, но и выявление специфических стилистических приемов, присущих крымскому тюркскому делопроизводству XVII века. Подобная работа по исследованию служебных словесных описаний людей на материале тюркского языка производится впервые.

Ключевые слова: судебные книги бахчисарайского кадылыка, сид-жиль, Крымское ханство, невольник, «бараньи глаза», словесный портрет, эпитет.

Судебные книги Крымского ханства, известные в турецкой и отечественной османистике как сиджили1, являются феноменальным источником самой разнообразной информации по истории языка, культуры, судопроизводства, административного устройства и политического развития этого тюркского государства. В них находят отражение разнообразные аспекты хозяйственной и социальной жизни Крыма, который с одной стороны являлся прямым политическим наследником Золотой Орды, а с другой волею судьбы оказался тесно и гармонично вплетенным в административную и культурологическую структуру Османской Турции.

Под крымскими сиджилями в настоящее время подразумевается, прежде всего, дошедшие до наших дней судебные реестры Карасуба-зара и 121 том дефтеров бахчисарайского кадылыка, объединенных в

1 Сиджиль (осм. из араб. <«1м1») - запись, решение, приговор. 81сП ке8шек -вынести приговор.

единый реестр (сакк2), который находится на хранении в библиотеке им. Салтыкова-Щедрина в Петербурге. В 1925 году их обнаружил профессор Бекир Чобан-заде, который и дал им первое описание в послереволюционное время. Он же опубликовал в качестве примера три текста на оригинальном языке и графике из 1-го тома упомянутых сиджилей [11]. Говоря о значимости документов кадиаскерского сакка, Чобан-заде указал также и на некоторые ошибки предыдущих исследователей и классификаторов этих текстов. В частности, он совершенно справедливо отметил ошибочность заголовка на обложке первого тома, где сказано, что эти «казиаскерские книги» написаны арабским языком. Язык этих памятников османский (на наш взгляд, он содержит в себе элементы крымского тюркского наречия. - О.Р.). Во всяком случае, к таким элементам можно смело отнести имена собственные, а также некоторые глагольные формы. Кроме того, документы, содержащиеся в крымских судебных реестрах, касаются не только вопросов землевладения, как об этом опять-таки повествует надпись на обложке 1-го тома, но совершенно разных сторон жизни общества, бывших предметом судебных тяжб.

Однако Чобан-заде был не первым исследователем, обратившим свой взгляд на бахчисарайские сиджили. История их изучения начинается с последней четверти Х1Х-го века и связана с именами Мурата Биярсланова и Федора Лашкова, хотя последний, судя по всему, делал свои умозаключения по истории крымскотатарского землевладения на переводах Биярсланова [1; 3; 4]. Именно Мурат Биярсланов известен в науке как первый переводчик и популяризатор сиджилей, о чем нам уже приходилось говорить в своих предыдущих работах [6; 7].

Новый этап в исследовании бахчисарайских сиджилей начинается с момента возвращения крымских татар на историческую родину. В 1994 году порядка шестидесяти фотокопий из упомянутых ста двадцати одного тома, хранящихся в Санкт-Петербурге, поступили в библиотеку им. И. Гаспринского в Симферополе. Здесь их обнаружил известный турецкий ученый Халиль Инальчик, написавший пространную и подробную статью относительно содержания обнаруженных документов, предваряя свои комментарии некоторым количеством примеров из различных томов сборника, представленных с кратким переводом и комментариями [2]. Среди этих документов есть любопытная перепечатка ярлыка Джанибек Гирея [2, с. 314] (ср. [5, т. 1, с. 22]), в котором устанавливается стоимость различных юридических услуг, оказываемых в судах Шариата того времени, а также говорится о необходимости честного и справедливого исполнения судейских обязанностей (кадиями и наибами) и о недопустимости взяточничества.

2 Сакк (осм. из араб. «saqq»: «suquq»-«slqaq»-«esqaq») - книга, свод, реестр; свидетельство, удостоверение.

Ахмет Незихи Туран и ряд других турецких авторов также обращались к теме кадиаскерских дефтеров Крымского ханства, подчеркивая, прежде всего, их исторический и социологический аспект [8; 9; 10; 12; 15]. На базе судебных записей из Карасубазарского ка-дылыка была написана книга «Социально-экономическая жизнь крымского Карасубазара», в которой был представлены подробности быта, экономики и социального уклада этого крымского города [14].

Однако, несмотря на то, что судебные документы бахчисарайского сакка неоднократно оказывались в поле зрения ученых, они, по-прежнему, представляют собой масштабное и неизведанное до конца область для самых пристальных практических исследований, которые должны осуществляться параллельно с переводом и публикацией сиджилей отдельными томами с комментариями и переводами.

Одним из актуальных направлений изучения крымских сид-жилей является проблематика их языковых особенностей. Этот довольно пространный вопрос можно разбить на несколько, выделяя в нем разные исследовательские приоритеты, такие, как: историческая стилистика; ономастика, в том числе антропонимика, топонимика и зоонимика; историческая лексикология и морфология в аспектах диахронии развития литературного языка. Проблема, которой посвящена настоящая публикация, находится на стыке стилистики и ономастики, кроме того затрагивает определенный социологический аспект, так как далеко не все участники судебных процессов подвергались составлению словесных портретов для их возможной последующей идентификации, в чем ярко прослеживается одна из сторон социального или сословного неравенства.

В предыдущих публикациях мы уже касались вопроса «этикет-ности» в представлении сановных особ, фигурирующих в деле [6]. Пышные эпитеты и сравнения, применяемые в подобных случаях скорее дань литературной и речевой традиции, и никоим образом не могут быть интерпретированы в качестве документального описания или словесного портрета. Главным образом, описания людей содержаться в тех сиджилях, где речь идет о невольниках, либо, что гораздо реже, о представителях зимми и райи - немусульманском населении Крыма.

Примером может служить следующий документ из 1-го тома бахчисарайских сиджилей, который мы приводим построчно в транскрипции на латинскую графику и с переводом на русский язык:

1. Oldur ki, qariye Murzuf (Gurzuf ?) sakinlerinden Yorgi Vladiyani (?) nam zimmi Meclis-i §er'a a?iq qa§lu, qoyun ela gozlu, orta boylu, Saru

2. nam Gurciyyu'l-asl ve kafire cariyesi ihzar idub muhzurinda takrir-i kelam idub i§bu cariyemi Trabzon qurbunda Kunya

3. qasaba'da Muhammed aga nam kimse'den otuz flüri i§tira eyledim. Hala bazi kimseler cariye mezburi'ye hürriyet dava ile diyürler .

4. imi§. Cariye mezbure'den sual olunsun deyüb, sual olunduqta cariye mezbure mezbur Yorginiñ cem'i kelamine bi-tav'u's-

5. -saf tasdik idub mezbur Yorginiñ bey'i-mezbur ile mü§terasi olub riqqina itiraf idub sihhat'ti-iqraru ile

6. hükm olunub mahüvel'l-vaki qutub olundu. Tahriren fi .... 1018.

7. §uhud'ul-hal: Hasan Efendi bin Mehmed Elhac Bakim, Yaqub Efendi bin Mehmed Elhac, ...

Перевод:

Зимми3 из поселка Мурзуф (Гурзуф?) по имени Йорги Владияни представил в Собрание суда Шариата невольницу по имени Сару, со светлыми бровями, карими бараньими глазами, среднего роста, происхождением из грузин, кяфир4 в присутствии которой заявил: Эту самую невольницу я купил в поселке Кунья, что недалеко от Трабзона у некоего Мухаммеда ага за тридцать флоринов. До сих пор некоторые (люди) сомневаются, и предлагают упомянутой невольнице затеять тяжбу по вольности. Пусть она будет спрошена. Будучи непосредственно спрошенной упомянутая невольница полностью подтвердила все слова означенного Йорги, и искренне признала, что стала невольницей означенного Йорги при совершении им купли ее у упомянутого продавца, которому он стал клиентом. Решение принято в полном соответствии с ее признанием. Года 1018, месяца.....

Свидетели присутствия: Хасан эфенди ибн Мехмед Эльхадж Баким, Якуб эфенди ибн Мехмед Эльхадж... [5, т. 1, с. 6, текст № 3].

В приведенном тексте присутствует основной набор признаков, используемый при составлении словесного портрета: цвет глаз и бровей, рост. Из нетелесных признаков сообщается этническое происхождение и вероисповедание. Это последнее качество персонажа часто играло определяющую роль при принятии решения, то есть невольники-мусульмане могли с большей долей вероятности рассчитывать на положительный исход суда Шариата, хотя этот факт и не являлся окончательным условием подобного развития ситуации.

При описании цвета глаз, волос, лица, бровей судовые секретари (кятибы) часто ипользовали метафорические выражения, как например, в данном случае - «qoyun ela gozlü» - с карими «бараньими / овечьими» глазами. В данном случае бараньи характеризуют именно цвет - светло-карие глаза, а не форму.

3 Не мусульманин, которому на основании определенного договора разрешено жить в мусульманской стране.

4 Неверная, не мусульманка.

Сравнение с бараньими глазами довольно употребительно и носило повсеместный характер. Конечно же, в литературных художественных произведениях подобного сравнения не было, и быть не могло из-за приниженности данной метафоры, однако для определения цвета невольника представлялось вполне уместным. Тем более что овцы и бараны были весьма распространенными животными, все видели их, как и все видели их глаза. В этом случае наблюдается стилистическое расслоение между высоким художественным стилем и официально-деловым, стремившимся к точности определений, в котором метафоры использовались с целью максимальной адекватности передачи признака. Однако в сиджилях имели место также и очевидные подражания литературному канону, особенно в тех из них, где речь шла о правителях Крыма или влиятельных особах государства. В частности мы уже говорили о рифмованной прозе - садж, и цветистых эпитетах при упоминании имен Селямета Гирея и других ханов [б].

Следует отметить, что для обозначения цвета крымские тюрки очень часто использовали сравнения с объектами природы. В первом томе кадиаскерских дефтеров есть целая серия исков по освобождению невольников и разделу наследственного имущества, связанных с одним и тем же персонажем - с войсковым интендантом Мех-медом агой. Ниже представлены два из них, окончившихся составлением «итак-наме»5, то есть были разрешены в пользу истцов, которыми были невольники.

1. Budur ki, nehri Özide içkiya qazaq elinden çehid olan merhum kilarci ba§i Muhammed aganm ebna-i

2. kibari Yunus Çelebi ve Hasan Çelebi ve Murtaza Çelebi ve sagir oglu Ahmed Çelebiye vasi nasib olunan

3. Hizir Pa§a bin Hayder ve diger sagir oglu Hüseyin ve sagire qizlari Kamer ve ziyade Ümmü Gulsum'e

4. ve vasi çer'î olan Elhac Hüseyn bin Elhac Hoçkeldi ve biyük qizi Zelihadan Abdurahimin hace

5. bin Murad ve Hüseyn bin Abdulla çehadetleri ile vekâleti sabit-e olan Elhac Ali bin §ükri ve zivcesi

6. Hatice Bikeçden Amar Hatîb bin Ali ve Abdurahman Hace bin Murad çehadetleri ile sabit-ül vekâle-i

7. Ömer Çelebi bin Pîrî muhdarlarinda Meclisi §er'ide hâmil hâze el-kitab orta boylu, kök közlü, açiq

S. qaçlu rusiyat ül-asl ve müslimat-ül mille Zeman binti Abdulla takrir-i davayi idub efendim merhum-u

9. merkum Muhammed aga beni tedbir-i mutlaq ile müdebbere itmiç idi hala intiqam taleb iderün deyüb mezburundan

5 Итак-наме ^Lj jL^' - вольная, свидетельство об освобождении невольника (прим. О.Р. ).

1G. sual olunduqdan inkâr ile muqabele idub Zemandan müddeasina li-ecli §-§ehade hazirun taleb olunduqda Abdulrahman

11. Hace bin Murad ve Qasim bin Abdullah ve Osman bin Halil ve Hüseyin beyyine

12. olub merhum merkum Mehmed aga hali hayatinda ve zaman nefad tasarrufatinda i§bu Zemane nam memluk-e

13. seni tedbir-i mutlaq ile müdebbire itdügine ..... z çahadet dahi

ideriz deyüb çahadetleri maqbule

14. olub va sülüs-i mal dahi müsait olmagin _ile hükm

olunub bit-taleb qaydi

Sicil

15. olundi tahriren_Zilka'de ve sene ve el-hade ve içrîn ve

elf.

16. §uhudu'l-hal: Mevlâna Mehti Efendi bin Mahmud; Abdulgani Çelebi bin Ehac Gevri; Elhac Yusuf bin Abdu Veled... [5, т. 1, c. 84].

1. ... Детям (потомкам) начальника интендантской службы Мухаммеда Аги, погибшего (ставшего шахидом) от рук казацкого разбойника на реке Днепр

2. старшим Юнусу Челеби и Хасану Челеби, и Муртазе Челеби, и младшему сыну Ахмеду Челеби, и имеющему долю в наследстве

3. Хызыр Паше бин Хайдеру, и другому младшему сыну Хусейну, и младшей дочери Камер, и старшей Уммю Гюльсум,

4. и законному наследнику (по Шариату - vasi Çer'î) Эльхадж Хусейн бин Эльхадж Хошкельды, и мужу старшей дочери Зелихи Абдурахиму

5. бин Мураду, и полномочия коего (vekâlet) подтверждены свидетельством Хусейна бин Абдуллы полномочному представителю Эльхадж Али бин Шукри через супругу

6. Хатидже Бикеч, и полномочия коего подтверждены свидетельствами Амар Хатиба бин Али и Абдурахмана Хадже бин Мура-да полномочному представителю

J. Омеру Челеби бин Пири, присутствовавшим при слушании дела по письменному заявлению, поданому в Собрание Суда Шариата некой Земан дочери Абдуллы среднего роста,

S. с голубыми глазами, светлыми бровями происхождением из русских, мусульманского вероисповедания,

9. Мухаммед Ага освободил меня по условию посмертной свободы (tedbir-i mutlaq), ныне же требующие наследства вышеперечисленные особы,

10. будучи опрошенными, выразили свое несогласие и отказали (в свободе). На стороне Земан для подтверждения правдивости ее притязаний выступили

11. в качестве свидетелей Абдульрахман Хаджи бин Мурад и Касым бин Абдуллах, и Осман бин Халиль, и Хусейн

12. (которые) показали, что слова означенного покойного Мухаммеда Аги (сказанные) при жизни, а также в момент прощания с жизнью этой самой рабыне по имени Земан

13. «ты обретешь свободу по моей смерти» подтверждаем, и свидетельства эти признаются верными доказательствами,

14. на основании которых принято решение о том, что она более не является имуществом (третью имущества),

15. о чем сделана требуемая запись в сиджиль. Месяц Зулькаада, года 1021 Хиджры.

16. Свидетели присутствия: Мевляна Юнус Эфенди бин Махмуд, Абдулгани Челеби бин Эльхадж Геври, Юсуф бин Абду Вахид и др. [5, т. 1, c. 84].

1 satir. Merhum-u merkum Mehmed aganin veresesi mezburun Hasan ve Yunus ve Murtaza ve vasi dahi Huseyn ve vekillat

2 satir. muhzirinda Meclis-i §er'ada orta qoyin kozlu, a?iq qa§lu, bugday alinlu (?) Kivan nam qazaq taqrir-u kelam idub,

3 satir. merhum-u merkum efendim Mehmed aga Belbekte malum ul-hudud bagi yaninda arazi haliye memluk-i sine (sene; seni) i§bu arza

4 satir. uzum ?ubugu gars idub, bag ile uzumu olub yeti§tikde azad ol deyu ataq arz-i mezburun uzum vermege

5 satir. ba§lami§. Bag olmasina talik idub ben dahi hizmet-i mezburiya idub, merhum-u merkumun hali hayatinda ve kemale

6 satir. sihhatinda arz-i haliye mezburi bag idub ve uzumu yeti§ub bir qa? sene uzumu dahi merhum-u merkum yemi§dir. Itaqim

7 satir. mukarrer (muqarrer) olmu§dur. Sual olunacaq deyub, verese mezburundan ve dahi vekillerinden sual olunduqda inkar ile

8 satir. maqbule idecegin mezbur Kivandan muddeasini beyyine taleb olunduqda Mustafa Pa§a ibn Huseyn ve Mustafa ibn Seyyid aga Gazi

9 satir. mezbur Kivannin muddeasindan muvafiq (muvafik) eda-i §ehadet-i §eriye itdiklerinde maqbule mezbur Kivanin itaqi ile hukm olunub

10 satir. i§bu vesiqa (vesika) gibbu't-taleb ketb u ber-talebe ref olundu. [5, т. 1, c. 85, текст 5-а].

Перед наследниками упомянутого покойного Мехмеда аги: означенным Хасаном и Юнусом и Муртазой, наследником Хусейном и перед векилями (остальных) в Собрании Суда Шариата выступил с показаниями казак по имени Киван, среднего роста, с бараньими глазами, со светлыми бровями, с пшеничным челом. Покойный мой господин Мехмед ага сказал, что я должен обработать землю в долине Бельбека, рядом с границами известного поля, и посадить там чубуки,

и дождаться виноградных плодов, после чего я буду свободным. На свободном участке завязался виноград и стал приносить плоды. Взращивая сад, следовал я условиям службы, и означенный покойный мой господин несколько лет подряд пробовал плоды винограда. По договору я свободен. Будучи опрошенными, все наследники означенного, а также векили (представители) ответили отказом, требуя от упомянутого Кивана доказательств против их притязаний. По требованию доказательств в пользу упомянутого Кивана выступили свидетелями суда Шариата Мустафа Паша ибн Хусейн и Мустафа ибн Сейид ага Гази, подтвердивших выполнение всех условий, на основании чего упомянутый Киван объявляется свободным, а сей документ отменяет все иные притязания на его свободу. 1021.

В обоих представленных выше сиджилях присутствуют краткие описания истцов - невольников. В последнем тексте, там, где речь идет о казаке Киване, встречается уже знакомое сравнение - «бараньи глаза». Кроме того, сообщается, что у него <пшеничное» чело -«Ьи^ау а1т», то есть светлые волосы, цвета пшеницы. В первом и во втором тексте у персонажей «светлые брови» - «аод qa§1ar», из чего вероятней всего предположить, что они блондины. У Земан голубые глаза, кроме того сообщается, что она происхождением из «руссов», но вероисповедания мусульманского. Показания мусульманина охотней принимались на веру, поэтому этот факт немаловажен, несмотря на то, что он не отменял показаний свидетелей. О Киване говорится, что он казак. Как правило, в сиджилях о женщине говорится, что она из руссов, а мужчины всегда казаки, если, конечно, они не представители других стран, например Валахии (Эфлякун), Грузии (Гурджи) или Греции (Юнан) и т.д.

Таким образом, судебная процедура эпохи Крымского Ханства предполагала некую описательную идентификацию участников судебного процесса. Как правило, это описание было традиционным и касалось, как мы уже отмечали, довольно узкого набора признаков -цвета волос, лица, бровей и глаз. Кроме того сообщался рост. Имея на руках только лишь эти описательные признаки, представляется невозможным по-настоящему идентифицировать конкретную личность, слишком уж они распространенные. В этой связи можно сделать вывод о своеобразной традиции или устоявшемся регламенте в составлении подобных описаний, когда речь касалась невольника. Однако у каждого невольника был господин, владетель, прошлый или настоящий, который был в ответе за него и всегда мог свидетельствовать относительно него. В Крыму, как и в других мусульманских странах, был развит институт свидетельствована. Несмотря на то, что описания свободных мусульман, подданных крымского хана, в сиджилях отсутствует, система их определения была довольно развитой. В принципе, исчерпывающей информацией для опреде-

ления и установления интересующего лица являлось имя человека, место его рождения или проживания, а также имя его отца. Дополнительной информацией было сообщение о роде занятия искомого человека, что в совокупности с остальными сведениями позволяли абсолютно избежать ошибки при идентификации. Из сиджилей известны, например, такие, наиболее часто употребляемые термины, относящиеся к различным видам деятельности, как: мюдеррис - учитель, болюк башы - офицер военного подразделения (болюка), секбан -псарь, впоследствии гвардеец особого правительственного полка, диббагъ - кожевенник, кейтхуда - старейшина села, капу агъасы -офицер дворцовой стражи, килярджы башы - войсковой интендант, накъкъаш - резчик по дереву, и т.д.

Исследования в области описания людей, способов составления словесного портрета и вообще системы персональной идентификации по материалам тюркских средневековых и более поздних юридических документах проводятся впервые. В этой связи наиболее любопытными и перспективными направлениями являются, на наш взгляд, сравнения систем персонифицированных описаний в тюркском доисламском праве и в последующих этапах развития исламских юридических институтах. Насколько подобная практика была унифицированной и всеобщей? Существовали ли описания людей свободных, не бывших невольниками, и каким образом они составлялись? Как влиял на сам принцип описания людей запрет в Исламе суннитского толка на живописное изображение человека? Кроме того, на примере сид-жилей мы можем совершенно ясно наблюдать устойчивую тенденцию к обособлению юридического подстиля официально-делового стиля в тюркском языке, ориентированного изначально на художественно-литературный стиль. Одной из главных отличительных черт этого стиля, в отличие от художественного, является практически нулевой уровень субъективной оценочности, что, в свою очередь, обеспечивает нейтральный эмоционально-экспрессивный фон.

В данной публикации мы наметили основные вехи в изучении способов составления словесного портрета и общих закономерностей развития официально-делового стиля в тюркских языках. Но прежде чем говорить о сравнительной полноте научной картины в данном вопросе, необходимо решить задачи практического свойства, которые на сегодняшний день подразумевают прочтение, перевод и издание всех томов судебного реестра Крымского ханства.

Другим способом идентификации людей в юридических документах Крымского ханства было сообщение их имени, имени отца и места проживания. Для более точной информации иногда сообщалась их должность в терминах, бытовавших в Крыму в указанную эпоху.

СПИСОК ЛИТЕРAТУРЫ

1. Биярсланов М. Выписи изъ кащаскерского сакка (книги) 1017 -1022 хиджры (1б08/9-1б13 г. хр. лет.), хранящагося в архiве Таврического Губернского Правления // Известия Таврической ученой архивной комиссии (ИТУAК). №№ 8; 9; 10. Симферополь: Типография Таврического губернского правления, 1889-1891.

2. 1нальджик Галиль. Знахщка судових книг Кримського Ханату (1б18 - 1750). Mappa Mundi. Збiрник наукових праць на пошану Ярослава Дашкевича з нагоди його 70^ччя. Видавництво М. П. Коць. Львiв-Киïв-Нью-Йорк, 199б. С. 308-330

3. Лашков Ф.Ф. Исторический очерк крымскотатарского землевладения // Известия Таврической ученой архивной комиссии (ИТУAК) №№ 21; 22; 24; 25. Симферополь: Типография Таврического губернского правления, 1894-1897.

4. Лашков Ф.Ф. Сборник документов по истории Крымско-татарского землевладения // Известия Таврической ученой архивной комиссии (ИТУAК) №№ 22; 24; 25; 2б, Симферополь: Типография Таврического губернского правления, 1895-1898.

5. Репринтные копии рукописей бахчисарайских сиджилей, хранящиеся в библиотеке им. Гаспринского в Симферополе. Т. 1 —б 1.

6. Рустемов О.Д. Внутренняя стилистика бахчисарайских сиджилей // Сходознавство № б4. 1нститут Сходознавства им. A^. Кримського, НAН Украши. Кшв, 2013. С. 108-11б.

7. Рустемов О.Д. Источники по изучению становления официально-делового стиля крымскотатарского языка эпохи Крымского ханства // Ученые записки Таврического национального университета им. В.И. Вернадского. Т. 2б (б5). №2. Филология. Симферополь, 2013. С. 232-238

8. Туран Ахмет Незихи. Судебные реестры Крымского Ханства (после их обнаружения) // Культура народов Причерноморья. № 30. 2002. C. 90-93.

9. Туран Ахмет Hезiхи. Релпшш суди перюду Кримського Каганату // Украша - Туреччина: минуле, сучасне та майбутне. Кшв, 2004. С. 118-121.

10. Ahmet Cihan, Fehmi Yilmaz. Kirim Kadi Sicilleri // islam Araçtirmalari dergisi. Sayi 11, Üsküdar, 2004. S. 131-17б.

11. Çobanzade Bekir. Leningratta Qirim hatireleri. - Oquv içleri (^j^l jájl) // içtimai-siyasiy ve terbiyevi ayliq jurnal. Qirim Maarif Qomissarligi neçiri. Bagçesaray Hüner ve Sanayi Mektebi basmahanesi. Agustos-Sentyabr, 1925. Numara 4-5. S. 14-19.

12. Kavak Nuri. Kirim Hanligi §er'iyye Sicillerinde Yer alan Avariz ve Para Vakiflari Üzerine // Eskiçehir Osmangazi Üniversitesi Sosyal Bilimler Dergisi. № 10 (1). S. 273-287.

13. Kurat Akdes N. Topkapi Sarayi Müzesi Arçivindeki Altin Ordu, Kirim ve Türkistan Hanlarina ait yarlik ve bitikler. istanbul: 1940. 212 s.

14. Özdem Zeynep. Kirim Karasubazar'da Sosyo-Ekonomik Hayat (17. yüzyil sonlardan 18. yüzyil ortalarina kadar) / Zeynep Özdem. Ankara, 2010. 197 s.

15. Turan Ahmet Nezihi. Kirim Hanligi Kadi Sicilleri Hakkinda Notlar // Türk Kültürü incelemeleri Dergisi, № 9, istanbul, 2003. S. 1-1б.

Сведения об авторе: Олег Диляверович Рустемов - доцент Ардахан-ского Университета, факультет Гуманитарных Наук и Литературы, кандидат филологических наук (75000, Ардахан, Турция); biblos@ukr.net

VERBAL DESCRIPTIONS AND PORTRAITS OF PEOPLE IN THE CRIMEAN COURT BOOKS OF THE 17TH-18TH CENTURIES

O.D. Rustemov

The paper presents current issues of the style of Crimean legal documents (sidzhils) of the 17th-18th centuries. The subject of research is the traditions of making verbal portraits of people, who appear in the court decisions of the Crimean Khanate. The describing of people in the legal practice of the Crimean Khanate wore a traditional character and was not applied to all participants of the process. It also spoke about class inequality in this Muslim country. Such inequality was reflected in similes and metaphors, which were used in the preparation of verbal portrait. Typically, the compilation of some conditional descriptions of people was applied to the slaves who, for various reasons, appeared in court. Usually it would be the case, considering the slave's redemption or another way of their release.

Another way to identify people in the legal documents of the Crimean Khanate was a posting of their name, father's name and place of residence. For more precise information, sometimes their position was reported in terms that existed in the Crimea in the specified period. As we know, it was time of the Ottoman language and Ottoman terminology.

This article contains some examples of judicial decisions for the first time translated into Russian. The author considers the problem of official style in the Crimean Turkic language, which reflected the process of forming and fixing the style of legal chancery in the Crimean court registries of the 17th-18th centuries. Characteristically, the Ottoman written tradition replaced that of the Golden Horde during this period of the Crimean Khanate's history.

Keywords: sidzhils of the Crimean Khanate, slave, «sheep eyes», zimmi, court registries of the Bakhchisaray kadilik, stylistics of the Crimean Tatar language.

REFERENCES

1. Biyarslanov M. Vypisi iz" kadiaskerskogo sakka (knigi) 1017-1022 khidzhry (1608/9 - 1613 g. khr. let.), khranyashchagosya v arkhive Tavricheskogo Gubernskogo Pravleniya. Izvestiya Tavricheskoy uchenoy arkhivnoy komissii (ITUAK) [Proceedings of the Tauride Scientific Archival Commission]. No. 8; 9; 10. Simferopol, Tipografiya Tavricheskogo gubernskogo pravleniya, 1889-1891.

2. Inal'dzhik Galil'. Znakhidka sudovikh knig Krims'kogo Khanatu (1618 -1750) [Finding of Court Books of the Crimean Khanate (1618-1750)]. Mappa Mundi. Zbirnik naukovikh prats' na poshanu Yaroslava Dashkevicha z nagodi yogo 70-richchya [Mappa Mundi. Collected papers in honor of Yaroslav Dashkevich on the occasion of his 70th anniversary]. Vidavnitstvo M. P. Kots'. L'viv - Kiiv - N'yu-York, 1996, pp. 308-330

3. Lashkov F. F. Istoricheskiy ocherk krymskotatarskogo zemlevladeniya [Historical Sketch of the Crimean Tatar Land Tenure]. Izvestiya Tavricheskoy uchenoy arkhivnoy komissii (ITUAK) [Proceedings of the Tauride Scientific Archival Commission]. No. 21; 22; 24; 25. Simferopol', Tipografiya Tavricheskogo gubernskogo pravleniya, 1894-1897.

4. Lashkov F.F. Sbornik dokumentov po istorii Krymsko-tatarskogo zemlevladeniya [Historical Sketch of the Crimean Tatar Land Tenure]. Izvestiya Tavricheskoy uchenoy arkhivnoy komissii (ITUAK) [Proceedings of the Tauride Scientific Archival Commission]. No. 22; 24; 25; 26, Simferopol, Tipografiya Tavricheskogo gubernskogo pravleniya, 1895-1898.

5. Reprintnye kopii rukopisey bakhchisarayskikh sidzhiley, khra-nyashchiesya v biblioteke im. Gasprinskogo v Simferopole [Reprint Manuscript Copies of the Bakhchisarai Sidzhils Stored in the Gasprinsky Library in Simferopol]. Vol. 1-61.

6. Rustemov O.D. Vnutrennyaya stilistika bakhchisarayskikh sidzhiley [Internal Style of the Bakhchisarai Sidzhils]. Skhodoznavstvo [Oriental Studies]. № 64. Institut Skhodoznavstva im. A. Yu. Krims'kogo, NAN Ukraini. Kiiv, 2013, pp. 108-116.

7. Rustemov O.D. Istochniki po izucheniyu stanovleniya ofitsial'no-delovogo stilya krymskotatarskogo yazyka epokhi Krymskogo khanstva [Sources for the Study of the Formation of Official Style of the Crimean Tatar Language during the Crimean Khanate Period]. Uchenye zapiski Tavricheskogo natsional'nogo universiteta im. V.I. Vernadskogo [Scientific Notes of the Tauride National University named after V.I. Vernadsky]. T. 26 (65), no. 2. Filologiya. Simferopol, 2013, pp. 232-238

8. Turan Akhmet Nezikhi. Sudebnye reestry Krymskogo Khanstva (posle ikh obnaruzheniya) [Court Registers of the Crimean Khanate (after their discovery)]. Kul'tura narodov Prichernomor'ya [Culture of the Black Sea Coast People]. No. 30, 2002, pp. 90-93.

9. Turan Akhmet Nezikhi. Religiyni sudi periodu Krims'kogo Kaganatu [Religious Courts during the Crimean Khanate]. Ukraina - Turechchina: minule, suchasne ta maybutne [Ukraine - Turkey: Past, Present, and Future]. Kiiv, 2004, pp. 118-121.

10. Ahmet Cihan, Fehmi Yilmaz. Kirim Kadi Sicilleri. Islam Aragtirmalari dergisi. Sayi 11, Üsküdar, 2004, pp. 131-176.

11. Cobanzade Bekir. Leningratta Qirim hatireleri. - Oquv i§leri (l^j^ Ijäj). Igtimai-siyasiy ve terbiyevi ayliq jurnal. Qirim Maarif Qomissarligi ne§iri. Baggesaray Hüner ve Sanayi Mektebi basmahanesi. Agustos-Sentyabr, 1925. Numara 4-5, pp. 14-19.

12. Kavak Nuri. Kirim Hanligi §er'iyye Sicillerinde Yer alan Avariz ve Para Vakiflari Üzerine. Eskigehir Osmangazi Üniversitesi Sosyal Bilimler Dergisi. No. 10 (1), pp. 273-287.

13. Kurat Akdes N. Topkapi Sarayi Müzesi Ar§ivindeki Altin Ordu, Kirim ve Türkistan Hanlarina aityarlik ve bitikler. istanbul, 1940. 212 p.

14. Özdem Zeynep. Kirim Karasubazar'da Sosyo-Ekonomik Hayat (17. yüzyil sonlardan 18. yüzyil ortalarina kadar) / Zeynep Özdem. Ankara, 2010. 197 p.

15. Turan Ahmet Nezihi. Kirim Hanligi Kadi Sicilleri Hakkinda Notlar. TürkKültürü incelemeleri Dergisi, no. 9, istanbul, 2003, pp. 1-16.

About the author: Oleg Dilyaverovich Rustemov - Associate Professor of the Ardahan University, Faculty of Humanities and Literature, Cand. Sci. (Philology) (75000, Ardahan, Turkey); biblos@ukr.net