Семантическая и синтаксическая двойственность "аналитических форм" глагольного спряжения

Б. Х. Ризаев

Семантическая и синтаксическая двойственность

«аналитических форм» глагольного спряжения

Полевое изучение языковых явлений становится в настоящее время доминирующим методологическим подходом при исследовании функционирования системы языка. В. М. Павлов в своих трудах последовательно выступает против формально-логической классификации, которая пренебрегает «деталями, подробностями, тонкостями» отношений, охватываемых различным рассмотрением пластов действительности, в особенности отношений содержательного порядка», и призывает к полевому исследованию языковых образований. При этом отмечается, что нельзя игнорировать «поле» «...как способ когнитивного освоения языковых образований "двойственного" характера в плане их сущностных свойств. Двойственность их свойств и сопротивление, которое они оказывают попыткам втиснуть их в "систему" оппозиций непересекающихся классов единиц, объясняется тем, что они представляют собой единства противоположностей. Тем самым они выступают как звенья в языковой системе, через которые проходят связи между другими ее звеньями, могущими "чисто" противополагаться друг другу. "Поле" охватывает не только четко разграничиваемые и противополагаемые друг другу образования, но и переходы между такими образованиями, размывающие границы между ними» (Павлов 1996: 19-22).

В качестве одного из примеров языковых явлений, образующих переходы между лексикой и синтаксисом и характеризующихся как образования «двойственного», переходного характера, В. М. Павлов указывает на «аналитические формы» глагольного спряжения. Данная статья посвящается рассмотрению семантической и синтаксической специфики «аналитических конструкций», содержащих в своем составе haben (sein) + второе причастие.

В основе аспектно-темпоральной специфики конструкции haben (sein) + второе причастие лежат особенности ее исторического развития. Оба члена указанной конструкции в древневерхненемецкий период «сохраняли самостоятельное значение: ich habe (hatte) es gefunden означало "ich habe (hatte) es als Gefundenes", er ist (war) gekommen означало "er ist (war) ein Gekommener"» (Зиндер, Строе-

ва 1957: 165). В ходе развития языка отмеченные свободные сочетания превращаются в «аналитическую временную форму» с видовым значением совершенности: ich habe es gefunden стало уже означать «я нашел это и имею сейчас», ich hatte es gefunden «я нашел это и имел раньше» (там же). Утверждение некоторых лингвистов о том, что «видовый оттенок, заложенный первоначально в сложных формах прошедшего времени благодаря причастию II как их компоненту, был поглощен в ходе развития этих форм чисто временным значением» (Москальская 1958: 257), является слишком категоричным. Такая позиция, ориентированная на чисто временной характер аналитических форм прошедшего времени немецкого глагола, была в свое время доминирующей (см.: Рябова 1953; Шендельс 1954; Зин-дер, Строева 1957; Admoni 1966). В более поздних работах отмечается, что, например, признак «актуальности в момент речи», свойственный перфекту, «в какой-то мере соприкасается с его прежним результативным значением» (Москальская 1975: 105). В. Г. Адмони отмечает, что именно темпорально-аспектное (temporal-aktionsartmäßige) значение завершенности (Vollendung), которое имманентно присуще причастию второму, способствует выражению предшествования в сферах настоящего, прошлого и будущего посредством относительных временных форм перфекта, плюсквамперфекта, фу-тура II (Admoni 1986: 200). Обращается внимание на то, что во многих других сочетаниях, благодаря наличию в их составе причастия второго, проявляется темпорально-аспектное значение инфинитива II. Сочетания подобного рода характеризуются как синонимические, параллельные по отношению к «нормальным» временным формам перфекта, плюсквамперфекта и второго футура. В то же время они не признаются аналитическими формами времени. В. Г. Адмони подчеркивает, что следы первоначального результативно-перфективного значения формы перфекта заметны и в современном немецком языке и что распространенным является также результативный плюсквамперфект (там же: 195).

Аналитические временные формы перфекта, плюсквамперфекта (результативного), футура II и футурального перфекта неразрывно связаны с аспектной терминативностью и с признаком темпоральной законченности. Эти признаки в свою очередь могут обусловливать проявления таксисных отношений, основанных на значении временного предшествования между двумя или более элементарными ситуациями в рамках единой темпоральной плоскости. Признак терминации выступает в качестве доминирующего не только при употреблении перфективных и ультрапредельных, но и просто предельных глаголов.

Доминация терминативного признака наиболее ярко проявляется при функционировании аналитических форм, сохранивших следы первоначального результативно-перфективного значения. Нами отмечены семь типов конструкций, сохранивших следы «словосочета-

206

тельной» модели с видовой семантикой. Их мы относим к числу аналитических конструкций переходного, промежуточного типа. Они не представляют собой классический тип «аналитической формы слова».

Рассмотрим случаи, когда сочетание haben (sein) + второе причастие сохраняет исторически исходную для него «словосочета-тельную» природу соединения финитного глагола с явно результативными вторыми причастиями.

1. Распространенными являются случаи, когда финитный глагол haben, сохраняя свое лексическое значение, соединяется со вторым причастием от явно предельного переходного глагола. В составе конструкции облигаторным является наличие прямого дополнения, выраженного именем существительным, функционирующим как объект, который охватывается действием, обозначенным вторым причастием. Второе причастие выступает в функции предикативного атрибута к прямому дополнению и вместе с тем входит в основной состав глагольной группы - в функции расширенного предиката, выражающего состояние субъекта. Состояние субъекта, обусловленное предшествующим результативным воздействием на объект, как правило, представлено перцептивно. Оно имеет место в момент наблюдения. Обращает на себя внимание то, что в позиции прямого дополнения выступают в основном имена, характеризующиеся однородной семантикой. Как правило, это имена конкретные, обозначающие предметы, непосредственно принадлежащие субъекту действия. Приведем примеры:

Das Taxi fuhr heran, hielt. Es war ein großer amerikanischer Wagen. Der Chauffeur hatte den Kragen hochgeschlagen. Bärlach sah kaum die Augen (Dürrenmatt. Der Richter und sein Henker, 72);

Die neugie-rigen Besucher hatten sich verlaufen, es ging auf den Abend zu, nur ein Wärter, ein würdiger Alter mit langem weißen Bart, saß auf einem Hocker, hatte den Kopf gegen den Stein gelegt und die Augen geschlossen (Kruschel. Die Zauberer von Baracoa, 33).

Рассмотренные выше ситуации можно сравнить с описанием статичных результативных состояний, запечатленных, скажем, на фотографиях или какой-либо картине. Ср. следующий пример, в котором описывается состояние объекта воздействия, зафиксированное на фотографии:

Sie hatten die Indianerin mit Lederriemen an den Füßen an einem Ast aufgehängt. Sie war nackt... Daneben standen zwei Männer und lächelten in die Kamera (Brennecke. Ein Fremder kam nach Aripuana, 33).

Специфика подобных ситуаций состоит в том, что здесь с помощью рассматриваемой конструкции репрезентируется не просто ре-

207

зультативное состояние объекта воздействия, а акцентируется тер-минативность действия субъекта, в результате реализации которой это состояние возникло и имеет место в момент наблюдения. С ас-пектной точки зрения мы имеем здесь дело с сопряженностью признаков терминативности и процессности. Акт наблюдения охватывает одновременно оба указанных признака в их сопряженности, в их противоречивом единстве. При этом доминирующим является все-таки признак результативной терминативности, а не признак состояния. Рассмотрим еще один пример:

Die Fotographien hatte er ausgelegt, von Zeit zu Zeit hob er eine auf und betrachtete sie aufmerksam (Brennecke. Ein Fremder... 44).

Здесь аспектуальная ситуация Die Fotographien hatte er ausgelegt не означает то же самое, что и ситуация Die Fotographien hatte er vor sich liegen. Ср. аналогичный пример:

Perreira hatte eine Zeitung vor sich liegen, die Nachrichten schienen alles andere als erfreulich zu sein (Brennecke. Ein Fremder . 142).

В подобных ситуациях выражается именно результативная ас-пектуальная ситуация процессности, т. е. состояние, имеющее место в момент наблюдения. Подобные аспектуальные ситуации выражаются обычно с помощью конструкций, включающих в свой состав непредельные глаголы типа bleiben, liegen, stehen, halten + причастие второе в функции предикативного атрибута. Ср.:

Yvonnes Augen blieben geschlossen, sie tastete nach einem Stuhl und schwankte (Kruschel. Die Zauberer. 154); Yvonne hielt die Augen halb geschlossen und tastete nach der Lehne eines Stuhls (Kruschel. Die Zauberer., 156);

Bei Pilinto liegen zwei von ihnen aufgebahrt, die die Cintas Largas mit ihren verfluchten Giftpfeilen abgeschossen haben (Brennecke. Ein Fremder. 70);

Weiß du, was hier geschrieben steht? (Kruschel, Die Zauberer ... 130); Voga stand mit hängenden Armen, den Kopf geneigt (Brennecke, Ein Fremder. 71).

Ср. также следующие высказывания, в которых с помощью конструкций, включающих второпричастные формы непредельных глаголов halten и bleiben, отображается соответственно результативно-пассивное и результативно-рефлексивное состояние:

Valverde war Delmonts Überraschung nicht verborgen geblieben, er blinzelte schlau (Brennecke. Ein Fremder. 75);

Die Meldung beweist, daß unsere Freunde unentdeckt geblieben sind (Brennecke. Ein Fremder. 65);

208

Der zweite Mann hatte die Wohnzelle nicht mit dem Engländer zusammen verlassen, er hatte sie gar nicht verlassen, sondern sich hinter Onyxblock versteckt gehalten (Kruschel. Die Zauberer.. .46).

Возвращаясь к конструкциям «финитный глагол haben (sein) + причастие второе от явно предельных глаголов», отметим, что В. А. Жеребков подобные сочетания характеризует как омонимичные формам перфекта и плюсквамперфекта. Последние при этом квалифицируются как «Vollendungs-formen». Справедливо утверждая, что с помощью указанного типа сочетаний выражается значение «perfektivischer Nachzustand», автор в то же время считает обли-гаторным наличие в таких случаях элементов синхронизации типа immer noch. Приводимые трансформации с помощью непредельных глаголов типа halten убеждают нас в том, что доминирующим значением таких конструкций признается результативное состояние. Ср.:

Ich habe den Hut immer noch aufgesetzt (= Ich trage immer noch den Hut aufgesetzt); Ich habe seinen Arm immer noch umfaßt (= Ich halte seinen Arm immer noch umfaßt) (Zerebkov 1977: 4-7, 48).

Представляется, что и в конструкциях с рефлексивными глаголами в их второпричастных формах сохраняются следы первоначального перфективного значения и что в аспектном плане мы имеем здесь совокупность аспектных значений терминативности и процессности. Ср.:

Als er wieder auftauchte, hatte er sich rasiert und in seinen guten Anzug geworfen (Brennecke. Ein Fremder. 103); ... aber ihm fiel auf, daß sie das Kleid trug, in dem er sie zuerst gesehen hatte ... Auch das Haar hatte sie sich gewaschen und zu einer neuen Frisur gelegt (Brennecke. Ein Fremder ... 97).

2. При употреблении перфекта в презентно-перфектных ситуациях также наблюдаются следы «остаточного» явления. Действие, выраженное формой перфекта, вследствие его аспектной термина-тивности воспринимается со стороны наблюдателя как результативно актуальное в момент речи или же в момент наблюдения. Момент речи и момент наблюдения совпадают с моментом результативно актуального действия обычно при выражении однократных локализованных во времени действий (ситуаций). При выражении же тем-порально нелокализованных, обычных, многократно повторяющихся ситуаций актуальность результативного перфективного действия имеет место в момент условного наблюдения. Ср.:

Ich feiere, daß ich Schmieds Mörder endlich gestellt habe! (Dürrenmatt. Der Richter und sein Henker, 82);

Sieh dich nur bei uns um, wir haben Kanäle ausgeschachtet, tausend Menschen schaffen viel an einem Tage (Kruschel. Die Zauberer. 58);

209

Wenn er von einer Reise zurück-kehrt, ruft er die Kinder beim Namen und hat für jedes ein kleines Geschenk mitgebracht. Er ist sehr kinderlieb (Brennecke. Ein Fremder. 63).

3. Следующий тип рассматриваемого явления связан с результативным плюсквамперфектом в рамках претерито-плюсквамперфек-тных ситуаций. Обратимся к претеритно-плюсквамперфектной ситуации, где действие, выраженное формой плюсквамперфекта от предельного глагола, вклинивается в фон статальных претеритных действий (состояний) и с точки зрения наблюдателя, представленного в лице одного из персонажей повествования, воспринимается на фоне претеритных статичных состояний как результат предшествовавшего терминативного действия. Ср.:

Ein Hagel von Steinen ging auf die beiden Männer nieder. Hamsa stürzte, von einem Stein an der Schläfe getroffen, in eine Felsspalte... Als Chalmad ... ankam, traf er Georgi. Er saß auf einem Stein, hatte Hamsa aus der Felsspalte herausgeholt und hielt den Kopf gesenkt (Kruschel. Die Zauberer von Baracoa, 71).

Если исходить из образа реальной объективной действительности, то действие hatte ... herausgeholt было реализовано субъектом (Georgi) в его полном объеме до описываемого состояния того же субъекта saß ... und hielt den Kopf gesenkt, т. е. адекватной была бы следующая трансформация:

Nachdem er Hamsa aus der Felsspalte herausgeholt hatte, saß er auf einem Stein und hielt den Kopf gesenkt

Однако, репрезентация указанной денотативной ситуации посредством сочетания haben + результативное причастие второе в рамках рассматриваемого претерито-плюсквамперфектного высказывания накладывает на нее своеобразный отпечаток и передает уже не два расчлененных отношением предшествования и следования образа, которые представлены в «трансформированном» высказывании, а один обобщенный образ состояния субъекта, в которое вписывается и образ предшествующего результативного действия. Таким образом, и в рассмотренном случае второпричастная форма предельного глагола выступает в функции предикативного атрибута, а финитный глагол haben не является полностью десемантизо-ванным.

4. Следы аспектно-результативного употребления сочетаний финитных глаголов haben и sein + причастие второе от явно предельных глаголов дают себя знать и при употреблении футурально-го перфекта, ср.:

210

Wenn wir diesen Fall abgeschlossen haben, lade ich Sie zu einer Schachpartie ein, Inspektor (Brennecke. Ein Fremder ... 183);

Du wirst die Rheinarmee zum Siege führen. Ist es geschehen, begebe dich unverzüglich zur Nordarmee (Bredel. Kommissar am Rhein).

Признак результативной терминации сохраняется и при употреблении причастия второго от лимитативно нейтральных глаголов. Ср.:

„Du kümmerst dich sofort um diesen Georgi", sagte der Krüppel, „aber töte ihn nicht gleich. Du kannst ihn haben, nachdem ich ihn verhört habe" (Kruschel. Die Zauberer.. .60).

Более того, и непредельный глагол в форме второго причастия в сочетании с финитным глаголом haben может быть связан с выражением трансформативного типа действия, а именно c совокупностью аспектных значений процессности и терминативности:

Bitte, komm so schnell wie möglich zu mir, und unternimm nichts, ehe wir noch einmal darüber geredet haben! (Brennecke. Ein Fremder. 79).

Одной из главных причин такой стабильности в выражении проспективной результативной терминативности является, видимо, сохранение известных семантических особенностей, присущих исторически «словосочетательной» природе образований, включающих в свой состав результативное причастие второе и не вполне десе-мантизованный финитный глагол.

5. Рассматриваемая структурно-семантическая особенность проявляется и при употреблении формы футура II, в структурный состав которой входит инфинитив II, содержащий те же элементы, о которых шла речь выше. Формы будущего времени прошли тот же исторический путь развития от словосочетания к аналитическим формам, какой ранее проделали словосочетания, «легшие в основу перфекта и плюсквамперфекта» (Москальская 1958), и также сохранили свои специфические черты в современном немецком языке.

Особенно четко эти следы проявляются при выражении абсолютного проспективного типа аспектной терминативности формой второго футура. Рассмотрим с этой точки зрения следующий пример:

Wenn der, den ich verdächtige, der Mörder ist, werden Sie selbst auf ihn stoßen ... wenn er es nicht ist, werden Sie den Richtigen gefunden haben (Dürrenmatt. Der Richter und sein Henker, 16).

В сущности den Richtigen gefunden haben означает, как и в давние времена, den Richtigen als Gefundenen haben. Глагол haben фактически сохраняет свое «словарное» значение. Таким образом, аналити-

211

ческую конструкцию gefunden haben нельзя однозначно характеризовать как форму инфинитива второго. В приведенном выше высказывании отображается проспективный тип терминативности. Если с глаголом werden связано выражение признака проспективности, то реализация значения аспектной терминации непосредственно связана с конструкцией, включающей в свой состав второпричастную форму перфективного глагола + полнозначный финитный глагол haben. Следует отметить, что вовсе не облигаторным является участие в форме причастия второго только перфективных глаголов. Возможны случаи употребления и просто предельных или даже ли-митативно нейтральных глаголов, функционирующих аналогичным образом.

Приведем еще один пример, в котором «словосочетательная» модель рассматриваемых конструкций, с отмеченными выше темпо-рально-аспектными особенностями, проявляется более наглядно, благодаря особенностям графического оформления второго причастия с его зависимым членом. Ср. следующий пример, который приводит Б. М. Балин в порядке демонстрации футура II:

Die Trennung wird kommen, aber wir werden Hasselmann, Haselclever und Tolcke und Konsorten wieder "ehrlich gemacht" haben (Балин 1969: 371).

6. Еще один тип рассматриваемых конструкций представляют образования с модальными глаголами, с глаголами bekommen, erhalten, kriegen. Имеются в виду конструкции, включающие в свой состав указанные глаголы + причастие второе + haben (sein), где последние два члена не представляют собой форму инфинитива II. Ср. следующие примеры:

Aber meine gute Flinte will ich bezahlt haben, die einer von Ihren Männern mir kaputtgemacht hat (Brenn-ecke. Ein Fremder. 121);

Das möchte ich, bitte, erklärt haben, ehe Sie überall verkünden, was für ein Wüstling ich sei (Brennecke. Ein Fremder. 159);

Die Polizei hat morgen von irgend jemand eine Flasche Schnaps geschenkt bekommen und wird morgen wieder eine Flasche kriegen... (Brennecke. Ein Fremder. 70).

Рассматривая сочетания с финитным модальным глаголом, В. М. Павлов отмечает: «второе причастие выступает здесь как предикативный атрибут, на долю же собственно сказуемого остается соединение will haben, возвращающее глаголу лексическое значение иметь», ср. приводимый пример: Der Kommissar will die Verbrecher morgen verhaftet haben (Павлов 1996: 79).

В сочетаниях с модальными глаголами в позиции причастия II могут выступать глаголы любой акциональной характеристики. При употреблении причастия второго от лимитативно нейтральных глаголов выражается также терминативное действие. Ср.:

212

Und wo ist seine Nichte? Oh, Sie müssen sie gesehen haben. Ein sehr schönes Mädchen! (Brennecke. Ein Fremder. 72);

Den Schuß mußte man im Dorf gehört haben (Kruschel. Die Zauberer. 70);

Nur der Kranke konnte diesen Brief geschrieben haben (Brennecke. Ein Fremder. 141).

При употреблении причастия II от непредельных глаголов мы имеем АСП:

Er lebte noch, aber er mußte große Schmerzen gehabt haben, sein Gesicht war weiß, und die Lippen waren blutig gebissen (Kruschel. Die Zauberer von Baracoa, 127); Der Junge mußte sich in der Nähe des Hauses aufgehalten haben, in dem Sawrija gewohnt hatte (Kruschel. Die Zauberer von Baracoa, 4-9).

Аналогичные аспектуальные ситуации наблюдаются и с участием конструкции модальный глагол + причастие второе + sein. Ср. следующие примеры:

Die Information konnte nur aus Cuiaba gekommen sein, wahrscheinlich über Funk von der Firma an de Freire (Brennecke. Ein Fremder.. .112);

Irgendwie mußte es ihm dann gelungen sein, dem erzürnten Schwärm zu entkommen (Brennecke. Ein Fremder .113);

Bei der Fazenda war nur er gewesen, er war umgekehrt und mußte Jeronimo begegnet sein (Brennecke. Ein Fremder. 91).

В приведенных примерах выражается результативно-термина-тивная аспектуальная ситуация благодаря предельной семантике глаголов, выступающих в форме причастия второго. Естественно, что на результативно-терминативное значение здесь наслаивается также модальное значение, как и во всех предыдущих примерах, где участвуют модальные глаголы.

При участии конструкций с второпричастной формой от непредельных глаголов выражается обычно результативная аспектуальная ситуация. Ср.:

Du hast nicht gesehen, wer auf dich geschossen hat? Können es Indianer gewesen sein? (Brennecke. Ein Fremder. 92);

Die Kugelspuren in den Mauern gaben Delmont eine Vorstellung davon, wie heftig der Kampf gewesen sein mußte, von dem ihm Teresa unterwegs erzählt hatte (Brennecke. Ein Fremder. 189).

7. И, наконец, следует отметить еще один случай, когда проявляются структурно-семантические особенности рассматриваемого типа аналитических конструкций - это так называемые «двойные перфектные образования», которые эпизодически встречаются в немецкой речи и немецких литературных текстах. В работе В. И. Радченко, которая специально посвящена анализу подобных

213

образований в немецком языке, отмечается, что их не следует считать «реальными временными формами в парадигме глагола, но поскольку они выступают особыми формами в составе временных конфигураций в тексте, их необходимо фиксировать в грамматике как дополнительную возможность открытой временной парадигмы». Среди основных функций «двойных перфектных образований» называется и функция, связанная с комбинированием временного и результативного значений перфектных форм (Радченко 1988: 4). В выводах подчеркивается, что они относятся к результативным конструкциям, т. е. к таким конструкциям, которые обозначают результат прошедшего действия-события (там же: 14). Автор приводит примеры на явно предельные глаголы, но в то же время допускает возможность употребления в рассматриваемой форме и глаголов типа schreiben, т. е., по нашей терминологии, лимитативно нейтральных глаголов, ср.:

Die junge Frau blieb wie erstarrt in der Tür stehen, das Kind war ganz aus ihrem Gedankenkreise verschwunden gewesen (Th. Storm. Violo Tricolor. Deutsche Novellen);

Jemand hat/hatte den Brief geschrieben gehabt.

По поводу «двойных перфектных образований» В. М. Павлов отмечает следующее: «Распространению " второго перфекта" в литературной устной и письменной речи способствует взаимодействие литературного языка и некоторых диалектов южной части Германии, где вышел из употребления претерит и перфект занял его место в глагольной системе. Но существует и находит в виде "второго перфекта" удовлетворяющую ее грамматическую форму потребность четкого выражения результативного признака в плоскости прошедшего времени». Далее отмечается, что семантическая двойственность второпричастной формы (предельного) переходного глагола с выраженным результативным моментом в его значении имеет следствием двойственность синтаксических отношений, представляемых внешне одной и той же формой - двойственность, обусловленную типом глагольной лексической семантики. Образования типа habe (etw.) aufgeschnitten, ist verschwunden рассматриваются как такие образования, «комплекс признаков которых предусматривает возможность квалифицировать именно эти образования и как грамматическую форму одной лексемы, и как две лексемы, вступившие (при посредстве других членов предложения) в определенную синтаксическую связь друг с другом, то есть как явления "скрещенного", переходного между лексикой и синтаксисом типа» (Павлов 1996: 79).

Рассмотренные выше конструкции по своей формальной структуре напоминают аналитические формы: они состоят из постоянного члена конструкции - финитного глагола haben (sein) и постоянного же в структурном плане, но переменного в плане лексического

214

наполнения компонента в форме второго причастия. Существенные различия отмечаются в плане содержания и синтаксического функционирования составляющих аналитических конструкции. Глагол haben, выступая в качестве финитного глагола, не подвергается полной десемантизации. Причастие второе, образованное, как правило, от предельно реализованных (транзитивных) глаголов, имеет ас-пектно-терминативное значение и выступает в качестве предикативного атрибута, а совместно с прямым дополнением характеризует состояние субъекта предложения (Суздальская 1969). Значение результативности связано скорее с лексическим значением финитного глагола. Вся аналитическая конструкция в целом выражает терминативно-результативное значение, на которое могут наслаиваться соответствующие темпоральные и модальные признаки. Грамматическая идиоматизация не эксплицируется. В аналитических конструкциях с глаголом sein данная здесь характеристика в целом сохраняется с учетом соответствующих структурных особенностей, присущих непереходному непредельному глаголу.

Литература

Балин Б. М. Немецкий аспектологический контекст в сопоставлении с английским. Калинин, 1969.

Зиндер Л. Р., Строева Т. З. Современный немецкий язык: Теоретический курс. М., 1957.

Москальская О. И. Теоретическая грамматика современного немецкого языка. М.,1958.

Москальская О. И. Теоретическая грамматика современ-ного немецкого языка. 2-е изд. М., 1975.

Павлов В. М. Полевые структуры в строе языка. СПб., 1996.

Радченко В. И. Двойные перфектные образования в немецком языке: Автореф.... канд. дис. Пятигорск, 1988.

Рябова Г. М. Употребление перфекта в немецком языке: (сравнительно с другими прошедшими временами): Автореф....канд. дис. Л., 1953.

Шендельс Е. И. Грамматика немецкого языка. М., 1954.

Admoni W. Der deutsche Sprachbau. 2. Aufl. L., 1966 (4. Aufl.: M., 1986).

Zerebkov V. A. Das Verb. Ein Hilfsbuch zur deutschen Grammatik. M., 1977.

215