К вопросу о границах и строении категории «Природные пространства»

УДК 802.0 - 541.2

И.Н. Ивашкевич

К ВОПРОСУ О ГРАНИЦАХ И СТРОЕНИИ КАТЕГОРИИ «ПРИРОДНЫЕ ПРОСТРАНСТВА»

Статья посвящена исследованию базовых слов-идентификаторов категории «Природные пространства» в современном английском языке. Эти слова-идентификаторы, соответствуя представлениям о концептах, образуют сложную микросистему, которая очерчивает границы и определяет строение данной категории как отдельного формата знания. Несомненно, рассматриваемая категория входит в число концептуальных областей, конституирующих такую базовую категорию человеческого сознания, как пространство, и является поэтому важным фрагментом языковой картины мира.

Ключевые слова: концепт, формат знания, когнитивная модель, слово-идентификатор, субидентификатор, пространственный признак, перцептивный признак.

« ... одна из наиболее фундаментальных областей в познании мира - категоризация пространства»

[Кубрякова 1997: 22].

В фокусе внимания когнитивной лингвистики на современном этапе ее развития находятся глобальные проблемы, связанные с определением роли чувственного познания в процессах концептуализации и категоризации физического опыта человека, с изучением корреляций между когнитивными и языковыми структурами, и, естественно, проблемы концептуализации средствами языка категории пространства, которые рассматриваются в рамках когнитивно-дискурсивной парадигмы. Цели данной парадигмы научного знания четко сформулированы Е.С. Кубряковой и, с нашей точки зрения, представляют собой конкретную программу когнитивных лингвистических исследований на многие годы вперед: 1) установить, как репрезентирован мир в сознании человека и какие форматы/структуры знания можно выделить в представлении опыта взаимодействия человека со средой; 2) как протекают у человека процессы упорядочивания поступающей к нему по разным каналам (и, прежде всего, через рецепторы разных органов чувств) информации; 3) через какие акты концептуализации и категоризации мира происходит подобное упорядочивание и что отличает указанные акты; 4) как соотносятся между собой в любом из актов (процессов) мыслительной деятельности данные из разных областей других когнитивных наук со сведениями из языка [Кубрякова 2006: 27].

Глобальная тема категоризации пространства представлена в ряде фундаментальных изысканий, посвященных когнитивному анализу и

описанию пространства и пространственных отношений в разных языках (см. работы Е.С. Кубряковой, Ю.Д. Апресяна, Ю.С. Степанова, В.Г. Гака, Р.М. Фрумкиной, Е. В. Рахилиной, Н.Н. Болдырева, Н.Б. Мечковской, Т.В. Топоровой, Т.В. Булы-гиной и А.Д. Шмелева, А. В. Кравченко, Е.В. Уры-сон, Т.В.Цивьян, Е. С. Яковлевой, И. М. Кобозевой, Л. Талми, Ж. Фоконье, Р. Джекендоффа, Ч. Филлмора, У. Крофта, А. Круза и др.).

Такой повышенный интерес к базовой онтологической категории пространство как составной части архаичной языковой модели мира не случаен, поскольку пространственный опыт составляет основу всякого феноменологического знания, порождаемого на уровне индивидуального взаимодействия человека с миром. В.Н. Топоров в этой связи отмечал, что «... исследования за последние полвека, показавшие врожденный характер некоторых существенных способов ориентации человека, делают особенно наглядной мысль о биологических истоках культурных феноменов. Образ пространства в этом отношении один из наиболее ярких примеров» [Топоров 1997: 474]. По мнению В. К. Гака, «пространство, наряду со временем, является основным атрибутом материи, основной формой бытия. Однако пространство легче воспринимается человеком: для того, чтобы постичь пространство, достаточно открыть глаза, повернуть голову, протянуть руку и т.п. Пространство - одна из первых реалий бытия, которая воспринимается и дифференцируется человеком. Оно организуется вокруг человека, ставящего себя в центр макро- и микрокосмоса» [Гак 1998: 670].

В рамках исследования языкового знания по-прежнему актуальными являются вопросы,

связанные с принципами формирования, строения и типологии языковых категорий, которые, как отмечает Н.Н. Болдырев, «представляют собой определенные формы осмысления мира в языке, т.е. формы языкового сознания и форматы знания особого типа. В философии неоднократно подчеркивалась мысль о том, что все знания и мире хранятся в нашем сознании в категориальной форме. Это означает, что признаки и характеристики, формирующиеся в сознании человека в виде тех или иных концептов, не ограничиваются одним конкретным объектом, а распространяются на определенные классы объектов. Соответственно и в языке категории как классы языковых объектов с общими концептуальными характеристиками приобретают характер особых форматов знания выделено нами. - И. И.), выполняющих специфическую роль в организации и оперативном использовании знаний о мире, о языке как части мира, о способах их обработки и интерпретации человеком» [Болдырев 2007: 23].

Лингвистов всегда интересовал вопрос о языковых категориях, в которых фиксируется системное знание о лексических единицах, обладающих пространственным значением. Интерес к этому древнейшему пласту лексики закономерен. «В сознании архаического человека, - пишет Е. С. Кубрякова, - пространство воспринималось как обобщенное представление о целостном образовании между небом и землей /целостность/, которое наблюдаемо, видимо и осязаемо /имеет чувственную основу/, частью которого себя ощущает сам человек и внутри которого он относительно свободно перемещается или же перемещает подчиненные ему объекты; это расстилающаяся во все стороны протяженность, сквозь которую скользит его взгляд /про-стран-ство/ и которая доступна ему при панорамном охвате в виде поля зрения при ее обозрении и разглядывании» [Кубрякова 1997: 26].

Как отмечает болгарский ученый А. Ни-колова, исторически одна из первых осознанных человеком ипостасей пространства - это географическое пространство. История всех древних цивилизаций показывает, какую существенную роль в их развитии играла среда обитания, территория, которую занимало то или иное государство, ее топологические и размерные характеристики. Первые реалии быта, с которыми в своей повседневной жизни сталкивался человек, были наряду с предметами быта участки окружающего его ландшафта: поля, равнины, горы, леса, долины, реки, озера и др., где он селился и которые постепенно

узнавал и использовал, расширяя все более освоенные им территории [Николова 2003: 6].

По мнению Е.Г. Бруновой, представления о пространстве начинают формироваться на основе простейших ощущений и врожденных (подсознательных) реакций человеческого мозга на окружающую среду, таких как ощущение силы тяжести и различение верха и низа; ощущение равновесия; осознание целостности своего тела и его поверхности как границы; выделение в окружающем мире отдельных пространственных объектов и действий и их восприятие как источников действий (агенсов), а также территориального инстинкта, проявляющегося в стремлении к обороне своего пространства и к его расширению. Элементарной и универсальной познавательной моделью для человека служит его собственное тело, взаимодействующее со средой...» [Брунова 2008: 19].

Несмотря на большое количество работ, посвященных концептуализации и категоризации пространства и пространственных отношений на материале разных языков, многие аспекты данной проблемы остались вне поля зрения исследователей. Так, например, до настоящего времени не описана система слов-идентификаторов категории пространства - основной бытийной и гносеологической категории. В нашем исследовании мы делаем первую попытку с помощью слов-идентификаторов определить границы и изучить строение категории, включающей в себя природные пространства - объекты естественного происхождения и исследовать различные кванты знания, объективируемые в семантике концептов, конституирующих данную категорию в современном английском языке. Несомненно, область пространства, которая образована именами природных объектов, входит в число концептуальных областей такой базовой гносеологической категории человеческого сознания, как пространство и представляет поэтому важнейший фрагмент картины мира английского социума.

Для решения поставленных задач мы будем придерживаться определенной иерархии подходов к описанию языковых форм. Нужно отметить, что в современных когнитивных исследованиях семантический анализ принимает достаточно сложную форму: «на самом «низком» уровне находится компонентный анализ <...> Ступенью выше располагается дефиниционный анализ, <.> который направлен на обнаружение неких сходных единиц в дефинициях изучаемых языковых форм (они, как правило, описываются в терминах слов-идентификаторов) и, наконец, самую высокую ступень

образует концептуальный анализ, осуществляемый путем обобщения результатов анализа когнитивного и поэтому представляющий собой некоторую операцию «извлечения общего знаменателя» из всех предыдущих наблюдений. Иначе говоря, концептуальный анализ завершает задачи описания семантики языковой формы на самых абстрактных уровнях ее бытия» [Кубрякова 2007: 15].

На начальном этапе исследования при отборе концептов с пространственной структурой в современном английском языке мы использовали метод дефиниционного анализа, который является одним из эффективных методов исследования в лингвистических описаниях. Мы разделяем мнение А.П. Бабушкина о том, что «в самом слове, в равной мере в его вербальной дефиниции фиксируются результаты когнитивных усилий человеческого разума» [Бабушкин 1996: 35]. Интерес представляет мнение Т.В. Дроздовой, которая определяет дефиницию как особую когнитивную единицу, которая раскрывает сущностные признаки концепта на одном из уровней его категоризации и вербализует элемент концептуальной системы, обозначаемый как «понятие». «Основная роль различных типов дефиниции в репрезентации концепта, - пишет ученый, - определить, под какую научную категорию подводится конкретный концепт и эксплицировать, хотя бы в минимальной степени его содержание, т.е. указать формирующие его ядерные концепты (концептуальные признаки), определить или эксплицировать существующие между ними связи, а также назвать его отличительные атрибутивные характеристики» [Дроздова 2007: 32]. Здесь особого внимания заслуживает положение о том, что когнитивный подход требует, чтобы ключевые термины, составляющие ядро системы, были описаны как определенные когнитивные структуры знания.

По мнению Е.С. Кубряковой, «. процесс категоризации направлен скорее на объединение единиц, проявляющих сходство в том или ином отношении, но обязательно - при сличении этих единиц с концептом, принятым за основание самой категории. Очевидно поэтому, к какому бы типу ни принадлежала изучаемая категория (классическому, аристотелевскому или прототипическому, естественному и т.д.), основана она на общей идее, общем концепте, так или иначе объединяющем отдельные члены одной категории» [Кубрякова 2004: 319].

При выделении слов-идентификаторов семантического домена «Природные пространства»,

мы опирались на общепринятое мнение, согласно которому словом-идентификатором становится лексическая единица, наиболее нейтральная по употреблению, наиболее общая по значению, выражающая идею тематического ряда и имеющая простой морфологический состав. На основании анализа ряда источников, мы считаем необходимым выделить следующие признаки концептов, перспективных для выявления большого лексико-семантического поля:

1) простота морфологического состава;

2) широкий сочетаемостный потенциал;

3) психологическая релевантность для носителей данного языка;

4) отнесенность к исконной лексике (для возможных заимствований необходимо существенное время бытования в языке-реципиенте и высокая степень освоенности в нем);

5) богатство семантической структуры (наличие достаточно большого числа семантических признаков).

В своей известной работе «Мышление в зеркале классификаторов» Дж. Лакофф, описывая основные когнитивные механизмы, которые используются человеком в процессах категоризации, ярко продемонстрировал важнейшую роль классификаторов в отражении процессов мышления и категоризации человеческого опыта [Ла-кофф 1988: 12]. С точки зрения З.Д. Поповой и И.А. Стернина, когнитивные классификаторы проявляются в концептосфере как концептуальные признаки, используемые для объединения сходных в каком-либо отношении концептов [Попова, Стернин 2001: 83]. Таким образом, под словами-идентификаторами мы понимаем концептуальные признаки такой высокой степени обобщения и абстракции, которые упорядочивают и структурируют для человека окружающий его мир и «цементируют» категорию в единое целое.

Привлеченные к нашему анализу словарные дефиниции свидетельствуют о том, что в значении выделенных концептов присутствует общие семантические компоненты, которые характеризуют исследуемую группу в наиболее абстрактной форме и которые позволяют рассматривать указанное словесное объединение как категорию. Основной состав исследуемой категории очерчивается целым набором базовых слов-идентификаторов пространственной ориентации 'ирасе\ 'атеа\ 'р1асе' и др., которые образуют сложно структурированное, иерархическое объединение концептов (своего рода микросистему), которая представлена на схеме.

Схема

Микросистема базовых слов-идентификаторов категории «Природные пространства»

Описываемая категория «Природные пространства» представляет собой определенный формат знания, который соответствует четырем ярусам его членения. Можно сказать, что эта категория держится на очень основательном остове базовых слов-идентификаторов, которые упорядочивают данную категорию. Первый ярус микросистемы занимают базовые слова-идентификаторы с самым широким пространственным значением: 'space', 'area', 'place'. На втором ярусе находятся слова-идентификаторы с более конкретным значением: 'land', 'water', которые закладывают фундамент дальнейшего членения категории на определенные тематические группы. На третьем ярусе выделяются субидентификаторы, каждый из которых может стать отдельным словом-идентификатором и начать дробление категории на субкатегории. Замыкает данную схему четвертый ярус - это конкретизаторы, которые детализируют категорию и, таким образом, значительно увеличивают и расширяют ее объем. Хотя в тексте статьи и на схеме используются термины 'слова-идентификаторы', фактически речь идет о выделении концептов как «неких минимальных единиц человеческого опыта в их идеальном содержательном представлении» [КСКТ 1996: 93],

характеризующих изучаемую категорию. Часть из этих концептов носит более конкретный характер, в представлении последнего яруса на нашей схеме используются концепты, относящиеся к описанию частей системы. Введение же понятия 'слова-идентификаторы' определяется нашим стремлением не смешивать концепты разных уровней (ярусов) описываемого материала.

Рассмотрим каждый ярус нашей схемы более подробно. Вершиной членения выступает слово-идентификатор, представляющий собой самый высокий уровень абстракции - 'space' (пространство), который, как известно, относится к числу «базовых архетипов сознания», обладая сложной структурой и содержанием. В семантике базового слова-идентификатора space 'the unlimited three-dimensional expanse in which all material objects are located' (CCED) объективируется ряд атрибутивных характеристик. Наряду с признаками 'граница', 'трехмерность', 'протяженность', которые являются центральными смысловыми характеристиками в описании пространства, профилируется еще один базовый признак данного концепта - это 'контейнер', или 'вместилище' ('in which all material objects are located'). Таким образом, с языковой точки зрения, концепт ПРО-

СТРАНСТВО в современном английском языке можно рассматривать как глобальный контейнер, или вместилище, внутри которого размещается все сущее: люди, животные, растения, природа, природные объекты и артефакты, осознаваемые как части пространства.

Дальнейший анализ семантики слов-идентификаторов позволяет сделать вывод, что значение концепта SPACE часто передается через другие слова-идентификаторы, в частности 'area' или 'place'. Ср. space 'an area or a place that is empty' (здесь и далее - OALD). В данном случае концепт ПРОСТРАНСТВО определяется через понятия 'незанятое/пустое место' или 'участок . В этой связи возникает вопрос о том, как соотносятся базовые слова-идентификаторы исследуемого семантического домена, т. е. в какие семантические взаимоотношения они вступают между собой. В первую очередь, отметим, что концепт МЕСТО вербализуется в английском языке как часть пространства или поверхности, но такой поверхности или пространства, которые заняты кем-либо или чем-либо. Ср. place 'a particular point or part of space or of a surface, esp that occupied by a person or thing', что предполагает объективацию следующей оппозиции: 'занятая/незанятая (открытая) часть универсума'.

В словарной статье «place» (WNDS) указывается, что концепт МЕСТО и его синонимы ('position', 'location', 'situation', 'site', 'spot', 'station') сравниваются только тогда, когда они означают некую точку или часть пространства, занятого каким-либо объектом. Концепт МЕСТО (наиболее общее из этих понятий) выражает свой базовый смысловой признак - 'протяженность в пространстве' ('extension in space'), хотя и часто без четкой дополнительной коннотации о том, насколько велика или мала эта протяженность; в отдельных контекстах он близок по значению концепту ПРОСТРАНСТВО< he passed the flaming bounds of Place and Time - Gray>, но наиболее часто концепт PLACE объективирует смысл ограниченного, хотя и не всегда четко определенного размера или объема пространства < the place where we shall meet>, <the place where they were born>... [Webster's New Dictionary of Synonyms 1978: 610]. Ср. waterfall 'aplace where a stream or river falls from a high place, for example over a cliff or rock'. В данном случае в семантике английских концептов МЕСТО и ПРОСТРАНСТВО фиксируется следующая дихотомия пространственных признаков - 'ограниченность vs 'безграничность'. В указанной выше работе В.И. Топорова отмечено, что существует обоюдная связь между

местом и границей: место предполагает границу, а граница окончательно оформляет само место.

В этом контексте важен вывод Е.С. Кубряко-вой о том, что «понятие места тесно связано и с понятием объекта, и с понятием пространства: подобно объекту, оно определяется через представление о ЧАСТИ пространства (место - это часть пространства, занимаемого объектом и ограничиваемая им); подобно пространству, оно может характеризоваться и как объем (нет ли у вас места в сумке для моего пакета?), и как плоскость, как поверхность (место, занимаемое книгой или листом бумаги на столе) и даже как точка (покажи мне место Москвы на карте).» [Кубрякова 2004: 468]. Этот вывод содержит, на наш взгляд, одно важное наблюдение: «место может характеризоваться как объем». Действительно, с лингвистической точки зрения, для английского языкового сознания более свойственно восприятие места или вещи, занимаемой этим местом, как некой объемной части пространства. Ср. What can you see in the picture? There is a bird in the tree (букв. 'в картине', 'в дереве'). В этом проявляется одна из характерных особенностей английского языка, когда вещь или занимаемая вещью часть пространства воспринимается более объемно на плоскости, чем в русском языком сознании (ср. 'на картине', 'на дереве' и пр.).

Таким образом, суммируя эмпирические данные нашего материала, можно сделать вывод о том, что в современном английском языке в концептуальную структуру базового слова-идентификатора 'place' входит представление об ограниченной, объемной, занятой определенным объектом части универсума; причем «с языковой точки зрения понятия места и пространства могут рассматриваться сегодня как находящиеся в гиперо-гипонимических отношениях < . > C философской и логической точек зрения указанные понятия вряд ли могут считаться полноценными: понятия пространства и субстанции (предмета, материи) входят в число главных категорий бытия, притом пространство рассматривается как основная форма существования материи ...» [Кубрякова 2000: 84].

Небезынтересно, что в русском языке концепты ПРОСТРАНСТВО и МЕСТО рассматриваются как синонимичные, однако, есть и указание на ряд различий между ними: «Синонимы различаются по следующим смысловым признакам: 1) представление о чуждости человеку, неконтролируемости, потенциальной опасности (есть в слове пространство); 2) относительный размер (пространство представляется обширнее места); 3) относительная замкнутость (место); 4) способность употребляться применительно к водной по-

верхности (есть у слова пространство). Основные различия между синонимами связаны с отношением к данной территории ч е л о в е к а» [Апресян и др. 2004: 534]. В нашем языковом материале слово-идентификатор 'space' часто фиксируется в семантике имен, обозначающих концепты ПУСТОТА, БЕЗДНА, ПРОПАСТЬ, ПУЧИНА. Например, abyss 'a very deep wide space or hole that seems to have no bottom: Ahead of them was a gaping abyss'.

Слово-идентификатор 'area' ('площадь', 'участок ; 'область ; 'пространство'), являясь самым частотным в нашем языковом материале и обладая разветвленной синонимией, содержит определенную конфигурацию пространственных и других перцептивных признаков. Ср. area 'any flat, curved, or irregular expanse of a surface'. В содержательной структуре данного концепта находят объективацию следующие признаки: 'некая протяженность поверхности', 'характер поверхности', 'часть определенного пространства'. Слово-идентификатор 'area' (и его синонимы 'region', 'zone', 'belt, а также сходные по значению слова 'locality', 'district, 'expanse', 'stretch') обозначают определенную протяженность пространства, что, в свою очередь, предполагает и некие размерные характеристики участка земли или поверхности, которые имеют определенные особенности. Концепт АКЕА все еще сохраняет свою исходный смысл/импликацию 'имеющий четко маркированные границы', но он может использоваться и в значении 'простран-ствв', которое либо обозначено на карте, либо ограничено пределами видимого. Ср. oasis 'an area in the desert where there is water and where plants grow'. В данном случае дистинктивными признаками базового слова-идентификатора 'area' являются признаки 'маркированность границ' и 'ограниченность видимыми пределами'. Основные релевантные характеристики базовых слов-идентификаторов категории «Природные пространства» нашли свое отражение в таблице.

Таблица

Основные характеристики базовых слов-идентификаторов категории «Природные пространства»

Следует отметить, что базовые слова-идентификаторы семантического домена «Природные пространства» в современном английском языке демонстрируют сложные взаимоотношения и связи между целым ('space') и его частями ('area', 'place'), отражая становление философской мысли, которая постулировала структурную организованность бытия. Данная взаимосвязь «свидетельствует, по-видимому, о многоликости, многофункциональности ментальных образований, возможности их существования одновременно в нескольких ипостасях, отсутствия жестких критериев, позволяющих отделить одну ментальную единицу от другой (или в отсутствии четких границ между ними). Об этом же свидетельствует, очевидно, и возможность представить содержание одной и той же ментальной единицы через различные когнитивные форматы знаний» [Дроздова 2007а: 144].

Следующий ярус микросистемы слов-идентификаторов представлен концептами LAND ('the solid part of the surface of the earth as distinct from seas, lakes') и WATER ('an area of water, especially a lake, river, sea or ocean'). В семантике данных слов-идентификаторов, помимо пространственных и других признаков, объективируется признак 'substance' (субстанция), являющийся отправной точкой референции ('point of reference') в выделении бинарных пространственных оппозиций (далее -основных тематических зон данного семантического домена): 'суша' (земное пространство) и 'вода (водное пространство). Эти признаки фиксируют в концептуальной структуре данных слов-идентификаторов определенную комбинацию концептов: [ПРОСТРАНСТВО + ТВЕРДОЕ ВЕЩЕСТВО] (LAND) или [ЖИДКОЕ ВЕЩЕСТВО + ПРОСТРАНСТВО] (WATER).

Третьим ярусом рассматриваемой системы слов-идентификаторов категории «Природные пространства» является разветвленная система субидентификаторов, используемая как для наименований земной поверхности, так и названий водных пространств. Под субидентификаторами мы понимаем понятия, которые тоже толкуются через обобщенные пространственные слова-идентификаторы. Так, например, значительное количество наименований возвышенностей в современном английском языке определяется через пространственный субидентификатор 'hill' (mountain 'a very high hill, often with rocks near the top'). Используя операцию семантического развертывания (hill an area of land that is higher than the land around it, but not as high as a mountain'),

Признаки space place area

наличие/отсутствие границ -/+ + +

объемность + + -

протяженность + - +

замкнутость - + -

дискретность - + +

приводим дефиницию слова 'mountain' к языковой форме, в которой эксплицитно представлен пространственный идентификатор

'area': 'mountain 'a very high area of land that is higher than the land around it, often with rocks near the top'.

Субидентификаторы рассматриваемого семантического домена образуют разветвленную подсистему, в которую входят, в первую очередь, субидентификаторы с чисто пространственным значением: 'hill', 'hollow', 'valley', 'stream', 'opening' и др. Каждый из этих субидентификаторов может выступить в роли слова-идентификатора и открыть новый семантический домен, структурируя определенные знания о мире (например, «Возвышенности», «Впадины», «Пещеры и пустоты» и пр.), что предполагает дальнейшее дробление базовой категории на субкатегории. Это, в свою очередь, определяет специфику описываемой категории.

Последний ярус анализируемой микросистемы слов-идентификаторов семантического домена «Природные пространства» представлен многочиcленными лексическими конкретизато-рами с партитивными отношениями - одним из основных типов парадигматических отношений (a part of, a piece of, a strip of и пр.), характерными для наименований частей как земной, так и водной поверхностей (island 'a piece of land that is completely surrounded by water'; bay 'a part of the sea, or of a large lake, partly surrounded by a wide curve of the land' и др.). Необходимо подчеркнуть, что данные конкретизаторы не только значительно расширяют объем семантического домена, но и детализируют его. Небезынтересно, что партитивные отношения внутри рассматриваемой концептуальной области начинаются с базового слова-идентификатора, ср. area 'part of a place, town, etc., or a region of a country or the world '.

К этому же ярусу мы относим и конкрети-заторы, выражающие основные геометрические концепты в английском языке ('a point', 'a line' и др.), которые вводят понятие типов пространств. Ср. summit 'the highest point of sth, especially the top of a mountain': We reached the summit at noon'. По В.М. Топоровой, именно из соотношения этих элементов строится представление о той или иной пространственной конфигурации <...> Конфигурационный облик мира, в сущности, неисчерпаем в динамике своих феноменологических комбинаций и взаимопереходах различных элементов, но он «исчислим» в своих инвариантных структурных характеристиках, обу-

словленных закономерностями земного бытия, земным тяготением, определяющим виды симметрии в природе и задающим основные типы пространственных форм - инвариантов, представленных в номенклатурных системах языковых единиц» [Топорова 2007: 225].

Таким образом, слова-идентификаторы описываемой концептуальной области являются нерядоположными, хотя и иерархически организованными. Тем не менее, они не могут быть представлены четкой гиперо-гипонимией, которая основана на различных родо-видовых признаках. Вполне естественно, что такая разветвленная микросистема слов-идентификаторов предполагает неоднородный и обширный характер категории «Природные пространства» в современном английском языке, что еще раз подтверждает мнение о том, «что естественная категория строится зачастую как многофокусная, а категория существительных, будучи естественной, явно постепенно развивается в эту сторону. Центральность положения в ней названий объектов с четкими пер-цептуально наблюдаемыми свойствами, показательная для начальных периодов становления, эволюционирует на более поздних этапах развития языка» [Кубрякова 2006: 11].

Таким образом, на основании выделенных базовых слов-идентификаторов, категория «Природные пространства» может быть представлена как сложно структурированное построение, внутри которого выделяются следующие основные тематические группы: «Земное пространство и его части» и «Водные пространства и их части», которые включают в свой состав такие базовые пространственные понятия, как 'земля' ('суша') и 'вода'. Ввиду ограниченных рамок статьи описание эмпирического материала представлено далее в сокращенном виде

Тематическая группа имен со значением «Земное пространство и его части» объединяет в своем составе концепты, основным типом отношений между которыми является сложный синкретичный тип отношений, включающий, в первую очередь, гиперо-гипонимию и градуальность. В данную тематическую группу включены: 1) наименования ровных участков земной поверхности (названия равнин, низин, долин, плато и т.д.); 2) названия возвышенностей (горы, высоты, холмы, склоны, и пр.); 3) наименования углублений в земной поверхности (ущелья, пустоты, рвы, овраги, обрывы и т.д.) и др. Ср. plain 'a large area of flat land', valley 'an area of low land between hills or mountains, often with a river', island 'a piece of land

that is completely surrounded by water' и др. В семантике концептов этого объединения фиксируются признаки 'piece', 'stretch', 'area', что обусловливает восприятие этих участков земной поверхности как ограниченных объектов. В данной тематической группе особо выделяется семантический участок, связанный с обозначением низинного рельефа, т.е. наименованием болот и заболоченных мест ('bog', 'marsh', 'swamp', 'fen' etc.), что обусловлено ландшафтной спецификой Британии. Этот пласт лексики интересен тем, что в семантике единиц, конституирующих его, вербализуется совмещение базовых концептов 'суша' + 'вода' (ср. fen 'an area of low flat wet land, especially in the east of England').

Тематическая группа «Водные пространства и их части» в современном английском языке является репрезентативным объединением концептов, которая отличается сложным структурным построением и детализацией наименований. Как отмечает Т.В. Топорова, «архетип воды занимает центральное положение в древнегерманской космогонической концепции, выступая в качестве prima materia, субъекта и объекта творения» [Топорова 1996: 99]. В этой связи важным представляется вывод В. А. Виноградова о том, что «чем важнее, чем значимее в контексте культуры данный концепт, тем естественнее ожидать большую лексическую диверсификацию концептуального поля» [Виноградов 2007: 11]. Аналогично рассуждает В.И. Карасик, который отмечает, что «семантическая плотность той или иной тематической группы слов, детализация наименования, выделение смысловых оттенков является сигналом лингвистической ценности внеязыкового объекта» [Ка-расик 1996: 4]. Вода в силу природно-географи-ческих и исторических условий жизни английского этноса сыграла очень важную роль в формировании его культуры [Бадмаева 2006: 86], поэтому, вполне естественно, что рассматриваемая тематическая группа представляет собой разветвленную структуру, в состав которой входят следующие подгруппы:

- участки замкнутых водных пространств, номинирующих массивы воды, окруженные сушей ('ocean', 'sea', 'lake', 'tarn' etc);

- участки открытых водных пространств или водные массивы в движении ('river', 'stream', 'brook', 'inlet' etc.);

- части водных пространств ('delta', 'estuary' , 'mouth', 'tributary' etc);

- участки водных пространства, частично окруженные сушей ('bay', 'gulf, 'fjord', 'cape', etc.) и др.

Здесь, однако, часто возникает вопрос о принадлежности концептов данной тематической подгруппы к классу предметных имен, поскольку в их семантике присутствует признак 'субстанция'. Мы разделяем точку зрения З.Н. Вердиевой, которая полагает, что «отнесение этих существительных к подклассу предметных существительных обусловлено следующим обстоятельством -несмотря на постоянное движение воды в реках, ручьях и т.п., эти объекты имеют четкие границы; во-первых, - берега, во-вторых, - место, где они берут начало, и место, где впадают в море, озеро или другую речку. Наличие у части вещества четких пределов является главным признаком предметности» [Вердиева 1986: 80].

Итак, выделение природных объектов в пространстве в современном английском языке предполагает учет следующих основных параметров или точек отсчета: 1) признак предметности; 2) четкая перцептуальная выделенность; 3) маркированность определенных границ; 4) наличие признаков 'среда', 'субстанция'; 4) возможное совмещение пространственных и других перцептивных признаков. В семантике рассматриваемых концептов объективируются определенные типы когнитивных моделей: [концепт ПРОСТРАНСТВО + концепт ПЕРЦЕПТИВНЫЙ ПРИЗНАК], [концепт ПРОСТРАНСТВО + концепт СУБСТАНЦИЯ], [концепт ПРОСТРАНСТВО + концепт ПЕРЦЕПТИВНЫМ ПРИЗНАК + концепт СУБСТАНЦИЯ] и др.

В этой связи необходимо особо подчеркнуть важную роль и когнитивный потенциал перцептивных признаков (в первую очередь, параметрических) в идентификации объектов природного происхождения. Под параметрическими признаками в семантике выделенных концептов имеются в виду визуальные признаки, обозначающие физические характеристики объектов реальной действительности. Это, прежде всего, совокупный (общий) размер предметов, линейные признаки, характеризующие объекты с разной степенью детализации на основе их соотношения с осями трехмерного пространства (длина, ширина, высота/глубина), а также признак формы, которые входят в концептуальную структуру имен наравне с другими конституирующими признаками. Как отмечает М.В. Никитин, «в содержательном плане концепты представляют собой разной степени сложности структурированные совокупности признаков (свойств и отношений, которые полагают характерными для сущностей данного класса - от обязательных до несовместимых)» [Никитин 2004: 54].

Это позволяет сделать вывод о том, что в процессах концептуализации и категоризации мира как пространственные, так и другие перцептивные характеристики являются теми важнейшими салиентными маркерами, на основе которых производится фиксация информативного содержания в семантике имен, номинирующих природные пространства, и по которым субъект может осуществлять собственно операции сравнения, идентификации, установления сходства и различия и, в конечном итоге, отнесение объектов к тому или иному классу, т.е. их языковую категоризацию. Необходимо подчеркнуть, что какой бы разветвленной ни казалась категория, она все-таки характеризуется определенной конфигурацией различительных признаков и ограниченным числом маркеров.

Таким образом, категория «Природные пространства» в современном английском языке представляет собой сложно структурированное и частично иерархическое построение, фундамент которой базируется на многоярусной микросистеме базовых слов-идентификаторов, которые четко очерчивают ее границы и определяют структуру. Данная категория (как и любая другая категория) выступает как определенный формат знания, который включает многовековой опыт наблюдения человека за существованием объектов естественного (природного) происхождения в пространстве.

Список литературы

Апресян Ю.Д. и др. Новый объяснительный словарь синонимов русского языка. 2-е изд., испр. и доп. / под общ. рук. акад. Ю.Д. Апресяна. М.; Вена: Язык славянской культуры: Венский славистический альманах, 2004.

Бабушкин А.П. Типы концептов в лексико-фразеологической семантике языка. Воронеж: Воронеж. гос. ун-т, 1996.

Бадмаева Т.И. Концепт «вода» в английской лингвокультуре: дис. ... канд. филол. наук. Волгоград, 2006.

Болдырев Н.Н. Репрезентация знаний в системе языка // Вопр. когнитивной лингвистики. 2007. № 4.

Брунова Е.Г. Архаичные пространственные отношения в англосаксонской языковой модели мира: автореф. дис. . докт. филол. наук. М., 2008.

Виноградов В.А. Вступительное слово при открытии Круглого стола: Когнитивная лингвис-

тика сегодня // Проблемы представления (репрезентации) в языке. Типы и форматы знаний: сб. науч. тр. / ИЯз РАН. М.; Калуга, 2007.

Вердиева З.Н. Семантические поля в современном английском языке. М.: Высш. шк., 1986.

Гак В.Г. Языковые преобразования. М.: Школа «Языки русской культуры», 1998.

Дроздова Т.В. Концепты как основа ключевых понятий в терминологии // Концептуальный анализ языка: современные направления исследования: сб. науч. тр. / ИЯз РАН. М.; Калуга, 2007а.

Дроздова Т.В. Репрезентация концептов в научном тексте (опыт концептуального анализа) // Вопр. когнитивной лингвистики. 2007. № 1.

Карасик В.И. Культурные доминанты в языке // Языковая личность: культурные концепты. Волгоград, 1996.

Кубрякова Е.С. Язык пространства и пространство языка. СЛЯ, 1997. Т. 56, № 3.

Кубрякова Е. С. О понятиях места, предмета и пространства // Логический анализ языка. Языки пространств. М., 2000.

Кубрякова Е. С. Язык и знание: На пути получения знания о языке: Части речи когнитивной точки зрения. Роль языка в познании мира. М.: Языки славянской культуры, 2004.

Кубрякова Е. С. Что может дать когнитивная лингвистика исследованию сознания и разума человека // Междунар. конгресс по когнитивной лингвистике: сб. материалов. Тамбов, 2006.

Кубрякова Е.С. Предисловие // Концептуальный анализ языка: современные направления исследования: сб. науч. тр. / ИЯз РАН. М.; Калуга, 2007.

КСКТ - Краткий словарь когнитивных терминов / под общ. ред. Е.С. Кубряковой. М., 1996.

Лакофф Дж. Мышление в зеркале классификаторов // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. XXIII. М.: Прогресс, 1988.

Никитин М.В. Развернутые тезисы о концептах // Вопр. когнитивной лингвистики. 2004. № 1.

Николова А. Категория пространства, ее языковая репрезентация и лингвистическое описание. URL: http://www.russian.slavica.org. Дата обращения: 22.07.2003 @ 20:07:21 GMT.

Попова З.Д., Стернин И.А. Очерки по когнитивной лингвистике. Воронеж: Изд-во ВГУ, 2001.

Топоров В.Н. Пространство и текст. Из работ московского семиотического круга. М.: Языки русской культуры, 1997.

Топорова Т.В. Об архетипе «воды» в древ-негерманской космогонии // Вопр. языкознания. 1996. № 6.

Топорова В. И. Форма // Антология концептов / под ред. В.И. Карасика, И. А. Стернина. М.: Гнозис, 2007.

CCED - Collins Cobuild Advanced Learner's English Dictionary: Collins Cobuild, 8 Rev. Ed, 2006.

OALD - Oxford Advanced Learner's Dictionary by Hornby AS. Oxford University Press (7th edition), 2005.

WNDS - Webster's New Dictionary of Synonyms. Springfield, Mass.: Merriam-Webster, 1978.

I.N. Ivashkevich

ON THE ISSUE OF BOUNDARIES AND STRUCTURE OF THE CATEGORY "NATURAL OBJECTS CHARACTERISTIC OF SPACE"

The paper is dedicated to the research of basic identifiers within the category "Natural Objects Characteristic of Space" in modern English. These identifiers corresponding to the notion 'concepts' form a rather complicated microsystem outlining the boundaries and organizing the above mentioned category as a certain format of knowledge. The category in question being an intrinsic part of basic ontological category "Space" is an important fragment of the English language world picture.

Key words: concept, format of knowledge, identifier, subidentifier, cognitive model, spatial feature, perceptual feature.