Представления категорий «Добра» и «Зла» студентами технологического вуза (на примере студентов КНИТУ)

УДК 159.923

О. Н. Галанина

ПРЕДСТАВЛЕНИЯ КАТЕГОРИЙ «ДОБРА» И «ЗЛА»

СТУДЕНТАМИ ТЕХНОЛОГИЧЕСКОГО ВУЗА

Ключевые слова: нравственное развитие личности, мораль, представления категорий «добра».

Анализируются представления о добре и зле современной молодежи в контексте социального взаимодействия и их совпадение с социально-правовыми и этическими нормами.

Keywords: moral development, ethics, representation categories of"good".

The notions of good and evil of today’s youth in the context of social interaction and their coincidence with the socio-legal and ethical standards.

В последние годы возрастает интерес к проблеме нравственного развития личности, где добро и зло являются центральными понятиями.

Специальных исследований добра и зла в социальной психологии не так много. Среди существующих высока доля теоретических исследований, изучающие отдельные стороны Добра и Зла, которые можно разделить на три направления. Первое образуют исследования, посвященные генезису и развитию нравственных начал и морали в работах Л. С. Выготского, Ж.. Пиаже, Л.М.Попова, А.П.Кашина, Т.А. Старшиновой, Kohlberg L. [4;10;11;18]. Второе направление существует преимущественно в виде различных концептуальных построений и связано с определением места, функций, условий возникновения добра и зла в жизни человека в работах А.Г. Маслоу, К.Р. Роджерс, С.Л. Рубинштейна, Э. Фромм, К. Хорни, Л.Ш. Юзмухаметовой. [7;12;13;14;15;16]. Третье направление - исследования эгоизма - альтруизма и понимаются как личностные типы (формы поведения) и не тождественны по смыслу паре понятий «добро-зло» в работах Б.С. Алишева, Г.И. Кашаповой, Harris P.L. [1;6;17].

В выше указанных работах не рассматривался вопрос о том, как воспринимается, понимается и определяется добро и зло в различных ситуациях социального взаимодействия. Именно эта задача стояла перед нашим исследованием, т.е. каковы представления о добре и зле современной молодежи в контексте социального взаимодействия.

Для решения задачи нами была разработана авторская методика, которая подразумевала, что «добро» это ценностная категория, имеющая ярко выраженную социальную, культурно-нравственную составляющую [2; 5]. В соответствии с моделью структуры ценностей, предложенной Б.С. Алишевым, она относится к первичным функциональным ценностям наряду с другими, такими как польза, истина, свобода, справедливость, мощь (сила), красота. «Добро «распределяется» в соответствии со

сложившимися социально-нормативными, моральными представлениями о нем, существующими в обществе, и субъективно-индивидуальными представлениями, сформировавшимися у каждого индивида» [1].

Исследование проводилось среди студентов КНИТУ факультетов механического, технологии и переработки каучуков и эластомеров, социальных и гуманитарных технологий на выборке 193 респондента в возрасте 19-22 лет и была использована оригинальная методика.

Методика исследования содержала описания действий людей в определенных ситуациях, заключающих в себе: 1) определенную жертву по отношению к другому человеку или группе людей, 2) помощь другому лицу или группе, 3) помощь в расчете на последующее обратное действие (обмен), 4) соблюдение общепринятых норм (функционально-ролевые или

нравственных), 5) нарушение норм, приносящее, однако, ту или иную пользу другой стороне взаимодействия.

Респондентам было необходимо оценить по 5-ти балльной шкале (от -2 до 2) большую и меньшую степень проявления добра участниками ситуаций. Поскольку в каждой ситуации присутствовали разные участники то, мы просили в первой колонке ответов на бланке давать оценку с позиции выделенного персонажа (добро индивидуальное). Во второй колонке нужно было дать оценку ситуации с точки зрения общественных интересов (добро социальное).

Обсуждение результатов исследования.

Полученные результаты по выявлению индивидуальных особенностей представлений о добре были сгруппированы исходя из двух критериев. Во-первых, все ситуации были разделены на два типа в зависимости от того, требовалось ли дать оценку с позиции активной стороны взаимодействия, т.е. той, которая совершает действие («деятель»), или с позиции пассивной стороны («получатель»). Во-вторых, все ситуации были разделены на пару в зависимости от их содержания «польза» и «вред». Полученные данные приведены в табл.1.

Таблица 1 - Абсолютные и относительные частоты оценки различных действий людей как «добрых» студентами

№ Типы ситуации С позиции персонажа С позиции общества

С позиции "деятеля" Ср. С позиции "получателя" Ср. Всего Ср. Всего Ср.

1 Жертва 6-873 145,5 3-648 216 9-1521 169 9-579 64

2 Помощь 2-453 226,5 3-624 208 5-1077 215 5-748 150

3 Обмен 5-815 163 1- (-18) -18 6-797 133 6-93 15,5

4 Норма 2-26 13 7- (-551) -79 9-(-525) -58 9-(-24) -3

5 Нарушение 6- (-576) -96 5-(-552) -110 11- (-1128) -103 11- (-1986) -180

6 Всего 21-1591 76 19-151 8 40-1742 44 40- (-590) -15

Примечание: 1) в 3,5,7 и 9 колонках таблицы первое число означает количество ситуаций, относящихся к данному типу; второе число - суммарный балл для данного типа ситуаций; 2) в 4,6,8 и 10 колонках приведены усредненные суммарные баллы в расчете на 1 ситуацию данного типа.

Результаты показывают наличие существенных различий при оценке ситуаций и поступков людей в зависимости от того, с какой позиции: индивидуальной или общественной,

- она осуществляется. Добрые поступки при оценке с позиции общества оказываются менее добрыми, а недобрые - еще более недобрыми. Это наблюдается по всем выделенным типам ситуаций, кроме тех, в которых совершаются нормативные действия. Однако причина в данном случае может заключаться в том, что в большинстве из них (в 7 из 9) первая оценка должна была даваться с позиции пассивной стороны взаимодействия, т. е. «получателя». Это может означать, что нормативное действие рассматривается как доброе, если оценка ему дается с позиции человека, совершающего его. Оно рассматривается как менее доброе при оценке с противоположной позиции, так как соблюдение нормы или какого-то правила «деятеля» часто способно нанести вред другому участнику взаимодействия.

Как видно из табл. 1, в целом, с позиции «получателя» даются более критические оценки, чем с позиции «деятеля». Этот вывод требует дополнительных подтверждений, так как с указанных позиций студенты анализировали не одни и те же, а разные ситуации. Можно,

в частности, обратить внимание на то, что в первом случае была лишь 1 ситуация обмена, а во втором - 5, также неравномерно были распределены ситуации с нормативными действиями. Возможно, некоторая корректировка методики способна внести изменения в результаты. Тем не менее, среди выделенных типов ситуаций только в ситуациях принесение жертвы оценки меры добра оказываются выше, когда испытуемый занимает позицию «получателя», а не «деятеля», а в ситуациях нарушения норм оценки оказываются одинаковыми. Таким образом, можно выстроить следующую последовательность: те или иные поступки оцениваются как наиболее добрые, когда оценивающий занимает позицию «деятеля»; они наиболее добрые, когда оценивающий рассматривает ситуацию с позиции «получателя»; наименее добрыми оказываются те или иные поступки, когда им дается оценка с позиции общества. Мы рассматриваем данный вывод в качестве гипотезы, имеющей под собой значительные основания.

Анализ средних оценок ситуаций показал, что в качестве наиболее добрых понимаются ситуации и действия, в которых одна из сторон оказывает помощь другой стороне. На втором месте находятся ситуации принесения жертвы, на третьем - ситуации обмена. Ситуации соблюдения норм уже имеют слабые отрицательные оценки, т. е. они часто вообще не трактуются в терминах добра и зла. Ситуации нарушения норм трактуются чаще всего как зло, хотя есть некоторые исключения. Эта последовательность в основных чертах сохраняется при оценивании с разных позиций («получатель» и «деятель»).

Обратим внимание на то, что помощь расценивается как большее проявление добра, чем принесение жертвы, хотя она может не требовать от деятеля особых усилий. Дело, думается, в том, что помощь неизбежно связана с пользой, которую получает тот, кому ее оказывают. Что касается жертвы, то она нередко воспринимается как само собой разумеющееся. Она может не приносить никакой реальной пользы, а просто доставлять определенные удобства или удовольствие. Сравним, например, две ситуации из тех, которые были предложены опросником. Первая - «студент-отличник с удовольствием дает своим одногруппникам, пропускающим занятия, конспекты лекций для ксерокопирования». Вторая -«юноша-старшеклассник, страдающий гастритом, экономит деньги на обедах и при каждой встрече с подругой дарит ей небольшой букетик». В первой из них мы видим помощь, которую можно считать даже сомнительной. Во втором случае имеет место явное самопожертвование, но какой-либо ощутимой пользы другой стороне оно не приносит. Каждую из этих ситуаций студенты оценивали с позиции «деятеля» и первую оценили вдвое более высокими баллами. При оценивании же с общественной позиции разница возросла многократно. Таким образом, оценка добра оказывается связанной с оценкой пользы.

В тех случаях, когда помощь предполагает определенную жертву, оценки студентов становятся еще более высокими. Например, наиболее высокие оценки, с точки зрения общества, и с точки зрения «деятеля», получил поступок, описанный в следующей ситуации: «Человек переводит через улицу слепого, теряет из-за этого несколько минут и не успевает на важную встречу». С точки зрения «получателя» наивысшие оценки были обнаружены в ситуации: «Известный в городе наркодилер ежемесячно жертвует очень приличные суммы детскому дому». В описание этой ситуации мы специально включили явно отрицательный персонаж, однако, это не помещало испытуемым оценить его действия как яркое проявление добра.

Для ситуаций обмена характерно наибольшее; расхождение между оценками с индивидуальной позиции (в основном с позиции «деятеля») и с общественной. Очевидно, что в первом случае студенты вновь обращают внимание на выгоду, которую получают конкретные люди в результате обмена. Эта выгода (польза) становится для них синонимом добра. Во втором же случае, производя оценивание с общественной позиции, они уже не считают добром стремление к рационально просчитанной индивидуальной пользе. Приведем описания двух ситуаций обмена. Первая - «дальняя и одинокая родственница многодетной семьи два раза в год (на праздники) присылает подарки в расчете на то, что дети, когда

подрастут ее не забудут»; вторая - «школьник подготовился к контрольной работе, которая состоялась за неделю до его дня рождения, в надежде получить от родителей хороший подарок». При оценивании с позиции «деятеля» студенты обращают внимание на пользу, которую получают соответственно дети и школьник. При оценивании с общественной позиции, «добро» в этих ситуациях начинает выглядеть гораздо более скромно. Различия в оценках являются почти трехкратными.

Ситуации соблюдения норм, наоборот, отличаются небольшими различиями между оценками с индивидуальной и общественной позиции. Но главные их особенности - в другом. Во-первых, для них типичны в целом невысокие в абсолютном выражении оценки (не добро и не зло). Во-вторых, нормативное действие оценивается как сравнительно доброе, если оценка совершается с позиции «деятеля». Если же оценка идет со стороны «получателя», то нормативное действие, либо воспринимается как должное (если оно совершается в его интересах), либо как зло (если оно задевает его интересы). Вот два примера: «инспектор ГИБДД останавливает старенький «жигуленок», двигающийся со слегка повышенной скоростью на участке, где есть ее ограничение (около школы) и штрафует водителя на максимальную сумму» и «пожилая женщина делает замечание молодым людям, которые не обращают никакого внимания на своего громко капризничающего ребенка». Первая ситуация оценивалась с позиции «деятеля» (инспектора), и суммарные оценки добра чуть вышли в плюсовую область. Вторая ситуация оценивалась с позиции «получателя» (молодые родители) и получила средне отрицательные оценки.

Ситуации нарушения норм, в целом, как видно из Табл., трактуются как очевидное зло. Однако в 2 из 11 ситуаций такого типа были получены любопытные ответы. Вот их описания: «родители, дают взятку для того, чтобы освободить своего сына от службы в армии»; «городская мэрия обязывает руководителей предприятий и организаций собрать с работников деньги на строительство памятника выдающемуся земляку, мотивируя это тем, что в бюджете не хватает средств». Обе эти ситуации при оценивании с общественной позиции рассматриваются как проявления зла, но при оценивании с позиций «сына» (первая ситуация) и «мэрии» (вторая ситуация) они становятся добром. Очевидно, что в каждой из этих ситуаций студенты обращают внимание на побуждение (мотив), и в каждой Н1 НИХ ОНО представляется им благим. Особенно это касается первой, которая, к тому же, является для студентов весьма актуальной, затрагивает их собственные интересы. Так взятка становится добром, причем весьма существенным, с точки зрения того, кому она приносит выгоду.

В исследовании также ставилась цель изучить влияние социальных установок студентов на их ценностные представления о добре.

Для выявления связей между установками и ценностными представлениями о добре использовался корреляционный метод в группах респондентов с разной степенью выраженности выбранных социальных установок (коллективизм-индивидуализм, эгоизм-альтруизм, авторитаризм-подчинение). Установки были диагностированы с использованием известных методик [3; 6; 8; 9].

При анализе результатов исследования по шкалам «добро-социальное» и «доброиндивидуальное» в зависимости от степени выраженности установок коллективизма-индивидуализма и авторитаризма (высокой или низкой) обнаружены связи в ситуациях обмена, где доброе действие совершалось в надежде получить адекватный ответ, т. е. имелся расчет на последующую собственную выгоду или, по крайней мере, на последующее возмещение затрат. Например, студенты с высокой авторитарной и коллективистической установкой считают добром действия, которые совершаются человеком заведомо ожидающим получить выгоду в будущем.

Связи были обнаружены в ситуациях жертвования собой (оценка идет со стороны «деятеля») только по шкале «добро-индивидуальное» в зависимости от степени выраженности установок коллективизма-индивидуализма и авторитаризма, т. е. студенты с

низкой авторитарной и коллективистической установками считают проявлением добра жертвования, приносящие пользу другой стороне.

Студенты с эгоистической установкой в ситуациях соблюдения норм, а также при нарушении норм (оценка идет со стороны «получателя») по шкале «добро-индивидуальное» воспринимают нормативное действие или его нарушение как проявление добра, т.е. должное и приносящее пользу с точки зрения получателя. Злом, считаются действия, которые направлены в ущерб самому себе (если оно задевает его интересы).

Выводы

Таким образом, представления студентов о добре и зле не совпадают полностью с социально-правовыми установлениями и этическими установлениями. Причина этого несовпадения состоит в том, что при анализе ситуаций студенты во многих случаях обращали внимание не столько на само действие, сколько на его мотив, и, если его поддерживали, то и действие рассматривалось ими как доброе.

Существенные различия можно выделить при оценке ситуаций и поступков людей в зависимости от того, с какой позиции: индивидуальной или общественной, - она

осуществляется. Добрые поступки при их оценке с позиции общества оказываются менее добрыми, а недобрые - еще более недобрыми. Это наблюдается по всем выделенным типам ситуаций, кроме тех, в которых совершаются нормативные действия. С индивидуальной позиции (неважно «деятеля» или «получателя») добро оценивается как польза, а зло, соответственно понимается как причиненный вред. Полученные нами данные говорят о том, что, как только та или иная ситуация или действие начинают оцениваться с индивидуальной позиции (неважно «деятеля» или «получателя»), добро превращается в нечто, сильно напоминающее пользу. Соответственно, зло понимается как причиненный вред. Добро и зло, как таковые, которые «не привязаны» к индивидуальной выгоде или ущербу, по всей видимости, более отчетливо выражены в оценках ситуаций с позиции общества.

Представления о добре с разной степенью выраженности таких социальных установок как коллективизм-индивидуализм, эгоизм-альтруизм, авторитаризм-подчинение носят рациональный характер, т.е. имеется расчет на последующую собственную выгоду или, по крайней мере, на последующее возмещение затрат. Зло воспринимается как вред одному из участников ситуации, даже если они совершаются в полном соответствии с существующими законами и принятыми правилами либо представляют собой отказ другому человеку (группе) в поддержке в трудную для него минуту.

Независимо от этого можно с уверенностью утверждать, что под добром студенты чаще всего понимают принесение пользы действием и реже акты самопожертвования, самоограничения. Наибольшей степенью добра, по их мнению, является сочетание того и другого в одном действии. Зло трактуется студентами чаще всего как нарушение норм, но нормативные действия иногда также рассматриваются ими как проявления зла, если влекут значительные негативные последствия для противоположной стороны. Таким образом, представления студентов о добре и зле носят сложный, порой противоречивый характер, в них отчетливо выражен утилитарный, прагматический аспект.

Литература

1. Алишев, Б. С. Психология формирования демократической культуры студентов ССУЗ. - Казань: ИСПО РАО, 2001., - С.116

2. Аникеенок, О.А., Галанина, О.Н. Методика диагностики представлений о добре // Методы изучения социальных представлений студентов: методические рекомендации / Под ред. Б.С.Алишева. -Казань: Изд-во «Данис» ИППО ПО РАО, 2006 - С. 33-37.

3. Баязитов, Р.Ф. Авторитарный стереотип в менталитете современной молодежи. Дисс... канд.психол. наук. - Казань, 2005.

4. Выготский, Л.С. К вопросу о динамике детского характера // Л.С. Выготский. Собр. Соч. В 6-ти т. Т.5. - М.: Педагогика, 1983.

5. Галанина, О.Н. Ценностные представления студентов о добре и зле // Проблемы формирования социальных представлений личности: теоретические и прикладные аспекты. Сб. научных трудов / Под ред. Б.С.Алишева. - Казань: Изд-во ИСПО РАО, 2005.- С.34-41.

6. Кашапова, Г.И., Алишев, Б.С. Индивидуализм и коллективизм как ментальные тенденции // Представления современных студентов о жизненных ценностях и своем профессиональном будущем / Под ред. Б.С.Алишева. - Казань: Изд-во «Данис» ИППО ПО РАО, 2006.- С. 57-71.

7. Маслоу, А.Г. Новые пределы человеческой природы. - М.: Смысл. 1999.

8. Муздыбаев, К. Эгоизм личности // Психологический журнал. - 2000, Т.21, №2. - С.27-39.

9. Нартова-Бочавер, С.К. Экспериментальное исследование ситуационной изменчивости мотивации помощи // Психологический журнал. - 1992. - Т.13., №4. - С.15-23.

10.Пиаже, Ж. Избранные психологические труды. - М.: Междунар. пед. акад.,1994.

11.Попов, Л.М., Кашин, А.П., Старшинова, Т.А. Добро и Зло в психологии человека. - Казань -Нижнекамск: Издательство Казанского университете. 2000 - 176 с.

12.Роджерс, К.Р. Взгляды на психотерапию. Становление человека. - М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2001.

13.Рубинштейн, С.Л. О философской системе Г.Когена // Историко-философский ежегодник. 1992. -М.: Наука, 1994. - С. 230-259.

14.Фромм, Э. Психоанализ и этика. - М.: Республика, 1993.

15.Хорни, К. собрание сочинений. В 3т Т.3 Наши внутренние конфликты; Невроз и развитие личности.

- М.: Изд-во «Смысл», 1997.

16.Юзмухаметова, Л.Ш. Границы секуляризации семейных ценностей в российском обществе / / Вестник Казан. технол. ун-та. - 2011. - Т. 14, №1. - С.266-279.

17.Harris P.L. Children and Emotion. The development of psychological understanding. - Oxford: Blackwell, 1989.

18.Kohlberg L. The psychology of moral development: The nature and validity of moral stages // L.Kohlberg. Essays on Moral Development. V.2 - San Francisco: Harper & Rom, 1984.

© О. Н. Галанина - ст. препод. каф. СПК КНИТУ, galanina-98@mail.ru.