В поисках руки рынка

Уже в следующем году российский рынок средств технической реабилитации может столкнуться с притоком клиентов. Вероятнее всего, спрос вырастет на протезы для рук и ног — именно такие травмы, по оценке экспертов, могут оказаться самыми распространенными среди жителей новых регионов РФ, а также участников специальной военной операции на Украине.

Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ

В ближайшее время Россия может столкнуться с увеличением количества нуждающихся в технических средствах реабилитации (ТСР) ввиду проводимой на Украине специальной военной операции (СВО), считают участники рынка медицинских изделий. Во-первых, за счет мирных жителей регионов, недавно присоединившихся к РФ и до сих пор являющихся зоной боевых действий,— Донецкой и Луганской народных республик (ДНР и ЛНР) и Херсонской и Запорожской областей. Во-вторых, за счет военнослужащих, получивших тяжелые ранения в бою. По данным “Ъ”, одними из самых востребованных ТСР станут протезы конечностей.

По данным Минтруда на 1 января, в России проживают 1,5 млн граждан с инвалидностью, которым показано использование ТСР: протезов, колясок, тростей, ортопедической обуви. Каждый из них вправе получить ТСР от государства — затраты на подобного рода изделия покрываются бюджетом Фонда социального страхования (ФСС). Ежегодно на эти цели в зависимости от потребности и с учетом стоимости расходных материалов и самих изделий закладывается определенный объем средств. В 2022 году на обеспечение граждан ТСР было выделено 37,3 млрд руб., что на 4 млрд руб. больше, чем в 2021-м, а на следующий год уже заложена сумма 44 млрд руб. Как уточнили “Ъ” в Минтруде, при необходимости бюджет ФСС может быть увеличен — как это случилось, например, в 2021 году, когда себестоимость изделий в связи с ростом цен выросла и фонду было дополнительно выделено 9,5 млрд руб. на закупку ТСР. В ведомстве эту субсидию напрямую не связывают с пандемией COVID-19, однако нельзя исключить, что мировой катаклизм все же косвенно повлиял на рост цен.

В настоящее время в России доля лиц, использующих протезы, среди всех нуждающихся в ТСР составляет 58 тыс. человек (20% от годового объема средств в 2022 году). Как уточнили “Ъ” в Минтруде, доля государства в обеспечении людей ТСР составляет 98,4%. «То есть подавляющее большинство граждан с инвалидностью используют механизмы господдержки: предоставление ТСР в натуральной форме, компенсацию за самостоятельную покупку или электронный сертификат»,— сообщили в Минтруде. В некоторых случаях протезы закупают благотворительные фонды.

В связи с этим логичным будет вопрос о финансировании этой сферы в четырех новых российских регионах, где потребность в протезах возросла уже сейчас. Как рассказали “Ъ” в Министерстве труда и социальной политики ДНР, по данным на октябрь текущего года, действующие медицинские показания к использованию протезов конечностей имеют 524 жителя республики, из которых 246 подверглись ампутации в период СВО (63 человека — военнослужащие). «В связи с проведением СВО, а также обстрелами территории республики министерством прогнозируется увеличение контингента лиц, нуждающихся в протезно-ортопедической помощи, в частности это участники боевых действий и мирные граждане, пострадавшие от вооруженной агрессии»,— сообщили в пресс-службе ведомства.

«Вопрос финансирования в новых регионах РФ будет решен в скором времени. Обычно процесс закладывания бюджета на следующий год не происходит быстро, но в нынешнее время, я думаю, необходимые решения будут приняты оперативно»,— поделилась мнением с “Ъ” руководитель общественного движения «Доступная среда Всем» Ольга Небесная. Она выразила надежду, что российские предприятия откроют филиалы на освобожденных территориях и это «станет подспорьем для развития протезной индустрии на местах».

Говоря о готовности протезного рынка России, госпожа Небесная заметила, что возрастет количество инвалидов «иного типа», нуждающихся в протезах. «Это активное поколение, молодые люди, которые уже имеют семью или будут ее создавать, будут работать, полноценно жить.— подчеркнула она.— До того времени, как человек получит протез, он будет нуждаться в инвалидном кресле. Для передвижения на нем необходима инфраструктура — безбарьерная среда, о которой так много говорят последнее время. Обо всем этом государству необходимо подумать и нарастить мощности, чтобы оперативно обеспечить всех нуждающихся качественными ТСР».

В целом участники рынка, занимающиеся изготовлением протезов рук и ног, сходятся во мнении, что спрос на изделия такого рода однозначно увеличится. Сейчас объем рынка госзаказа, если судить по сумме контрактов с производителями протезов, согласно порталу госзакупок, составляет 8,6 млрд руб. (при подсчете учитывались начальные цены контрактов). Компании уже отметили рост заказов — пока что в основном за счет жителей ЛНР и ДНР. Например, ГК «Салют Орто» (филиалы есть в четырех регионах РФ и Казахстане) обслуживает порядка 350 человек в год и к концу нынешнего года отметила небольшой рост клиентов. «В основном это касается Московского региона, так как здесь мы принимаем пациентов, прибывших из района СВО: Луганска, Донецка, Мариуполя… На сегодняшний день у нас (в столичном регионе.— “Ъ”) около 155 человек в очереди, которым необходимо изделие. При текущих объемах производства последний из 155 человек получит протез через полтора года»,— рассказал генеральный директор ГК «Салют Орто» Иван Худяков.

Недавно в «Салют Орто» изготовили протез нижней конечности для 19-летнего бойца из Луганска (солдаты ЛНР и ДНР пока еще официально не являются военнослужащими РФ) — еще зимой его батальон попал под обстрел и был отброшен противником на минное поле. «Протез бедра для пациента был выполнен с учетом его физической активности — коленный модуль Steplife P5 (Россия), карбоновая стопа (Германия) и культеприемная гильза повышенной надежности с декором»,— делится подробностями господин Худяков.

Хотя среди клиентов центра есть ветераны Афганской и Чеченской войн, а также мирные жители и военнослужащие Донбасса, к работе с российскими военными СВО компанию не привлекали — во всяком случае, пока, уточняет господин Худяков. Он полагает, что это связано с тем, что их всесторонним лечением на данном этапе занимается Минобороны: «Скорее всего, мощностей министерства сегодня достаточно для протезирования российских военных».

Увеличения спроса ожидают и компании, специализирующиеся по большей части на протезах верхних конечностей. «С учетом сегодняшней ситуации мы прогнозируем рост спроса на протезы с микропроцессорным управлением в будущем»,— сообщили “Ъ” в АО КРЭТ госкорпорации «Ростех». Такие микропроцессорные, или бионические, протезы производит, например, предприятие АО «НПО "Квант"», входящее в АО КРЭТ, совместно с компанией «Техбионик» на площадке в Великом Новгороде. Заместитель генерального директора по развитию гражданской продукции АО КРЭТ Максим Моторин подчеркнул: «Особенность этих протезов в том, что они модульные: 80–95% используемых деталей унифицированы вне зависимости от типа протеза, что позволяет изготавливать его под любую особенность пациента. Это позволяет оперативно нарастить производственные мощности и обеспечить выпуск продукции в короткий срок. Важно понимать, что протез изготавливается под конкретного пациента, и при наличии спроса мы сможем выпускать порядка 200 таких индивидуальных протезов в год». Доля отечественных деталей при производстве достигает 96% от общей стоимости используемых материалов и полуфабрикатов, добавил господин Моторин.

Тем не менее опрошенные “Ъ” частные производители протезов опасаются дальнейших сложностей в связи с антироссийскими санкциями: в любой момент такие крупные поставщики комплектующих для протезов, как Турция и Германия, могут прекратить сотрудничество с Россией, как это случилось, например, с исландской Ossur. Но даже при сохранении поставок санкции накладывают негативный отпечаток. В случае с немецкой Ottobock, приводит пример Иван Худяков из «Салют Орто», которая отправляет товар в РФ только под заказ и не прямыми поставками, ждать материал приходится три-пять месяцев.

По словам руководителя направления физиотерапии центра реабилитации «Медскан» Сергея Казимова, сильнее всего санкции повлияют именно на протезы высоких классов подвижности: для них, как правило, закупают иностранные полуфабрикаты. «Практически вся электроника протезов строится на иностранной компонентной базе, большинство электроприводов и моторов — зарубежного производства. Для изготовления культеприемных гильз часто используются зарубежные композиты, листовые эластомеры, смолы»,— объяснил он.

Построенные на полуфабрикатах и модулях иностранного производства протезы по регламентам их изготовителей требуют периодического технического обслуживания и ремонта именно в стране-изготовителе. В этом случае, даже если протезы были выданы пациентам до начала СВО и последующих за ней санкций, для их обладателей и поставщиков при техобслуживании возникают сложности со сроками доставки и ремонта. Протезы отечественного производства, соответственно, обслуживаются внутри страны. «И чем меньше они содержат критически важных западных деталей, например электроприводов пальцев, тем меньше сроки их ремонта»,— пояснил господин Казимов.

Он добавил, что для снижения рисков возникновения дефицита протезов высоких классов необходимо налаживать каналы связи со странами-производителями, которые остались в дружественных отношениях с Россией. «Считаю, что всех нуждающихся в протезно-ортопедических изделиях российские производители в состоянии обеспечить при должной поддержке со стороны Минпромторга. Однако для достаточного обеспечения нуждающихся бионическими протезами в краткосрочной перспективе потребуется наладить бесперебойные поставки необходимой электронной компонентной базы из дружественных стран, например из Китая. А в среднесрочной перспективе ближайших нескольких лет необходимо создать свое отечественное массовое производство кристаллов, микроэлектроники и сложных композитных материалов»,— поделился мнением с “Ъ” Сергей Казимов.

Иван Худяков также отметил, что решение наметившейся проблемы кроется в развитии собственных производственных площадок. «Несмотря на снижение курса доллара, все западные компании подняли стоимость своей продукции. Возможно, нивелируют свои риски, возможно, подорожала логистика. По итогу все это влияет на себестоимость продукции, создается мотив развивать собственное производство. Как минимум развивать собственный НИОКР (научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы.— “Ъ”), чтобы работать на импортозамещение и импортоопережение. Большинство поступающих пациентов из зоны СВО, которых я лично знаю,— молодые, энергичные люди — им нужны современные протезы, а не палка со скотчем»,— констатировал он. Впрочем, господин Худяков добавил, что импортозамещение в отрасли не панацея: «Я считаю, что рынок необходимо максимально сбалансировать. То есть не отказываться полностью от зарубежных образцов».