Деятельность и функции мещанской общины в конце XIX - начале XX вв. (на материалах Курской губернии)

ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ И АРХЕОЛОГИЯ

УДК 94/99

Е. А. Абакумова

Деятельность и функции мещанской общины в конце XIX - начале XX вв.

Мещанская община в прошлом играла важную роль для представителей своего общества и государства. В данной статье рассматривается ряд важнейших функций мещанской общины, которая занималась приемом в свой состав новых граждан, ведала вопросами увольнения из общества, взиманием налогов, осуществляла представительские и многочисленные правовые и организационные функции. Автор выделяет функции управления, хозяйственно-экономическую деятельность и социальную защиту. Основа общины - мещанское сословие, являясь главной городской категорией производителей в сфере материального производства, могло бы составить костяк среднего класса и стать возможным социальным источником развития в России малого бизнеса.

В основу данного исследования положены материалы Государственного архива Курской области, а также законодательные акты, представленные Сводом законов Российской империи и Законами о состояниях.

The philistine community played an important role for representatives of its society and state. This article is being considered a series of the most important functions of the philistine community, which was engaged in the admission of new citizens, was responsible for dismissal from society, collecting taxes, exercising representative and numerous legal and organizational functions. The author distinguishes the functions of management, economic activities and social protection. The basis of the community - the philistine class, being the main urban category of manufacturer in the sphere of material production, could form the support of the middle class and become a possible social source for the development of small business in Russia.

This research is based on the materials of the State Archives of the Kursk Region, as well as legislative acts presented by the Code of Laws of the Russian Empire and the Laws of States.

Ключевые слова: мещанская община, функции, управление, мещанское сословие.

Keywords: philistine community, functions, control, philistine class.

Мещанская община играла важную роль для представителей своего общества и государства. Именно община осуществляла ряд функций, которые распространялись на мещанское сословие. Одними из наиболее существенных функций мещанских общин были контрольные, которые распространялись на сословный строй, паспортный режим, общественный порядок в городе и др.

Чтобы стать мещанином, нужно было родиться в мещанской семье, или перейти в мещанское сословие, или связать себя узами брака с мещанином [1]. Во всех этих ситуациях новый представитель вносился в общинные списки, которые являлись официальным документом.

Чтобы перейти в сословие мещан, нужно было получить разрешение мещанской общины. Такой же порядок существовал при переводе мещан из одного общества в другое и при смене сословной принадлежности - община во всех этих случаях должна была выдавать увольнительный приговор [2]. Примером для зачисления в мещанское общество другого города является прошение обоянского мещанина Михаила Грибанова за своего родственника Ксенофонта Харченкова. В прошении он просит выдать свидетельство обоянского мещанского общества для перехода его родственника в другое мещанское общество одного из городов Харьковской губернии вместе со всем семейством и состоянием [3]. В соответствии с Законами о состояниях мещанин мог перевестись в другой город или перейти в крестьянскую общину, в ремесленную корпорацию, купеческое сословие и на государственную службу.

Общинный сход занимался вопросами о приеме и увольнении из общины. Все документы, подписанные участниками схода, отправлялись в Казенные палаты, которые в дальнейшем формировали новую общинную или сословную принадлежность мещанина. Однако была группа лиц, которым не требовалось согласия мещанской общины:

© Абакумова Е. А., 2017

1] отставные солдаты, поступившие на службу по рекрутскому (до 1874 г.);

2] воспитанники сиротских домов в возрасте 21 года;

3] незаконнорожденные (вне зависимости от того, к какому званию принадлежали их матери]; подкидыши и не помнящие родства своего, принятые на воспитание лицами, которые не принадлежали к бывшему податному состоянию;

4] иноверцы, принявшие христианскую веру;

5] дети канцелярских служителей [4].

Эти лица приписывались в мещанское общество с разрешения Казенных палат. Однако они были лишены права голоса на мирских сходах и обозначались в общинных списках лишь для общей численности. Только через пять лет они могли просить разрешения у мещанской общины стать полноправными членами мещанского общества [5].

Помимо этого следует упомянуть о взимании вступительных взносов при приеме в мещанские общины. Все эти взносы можно разделить на две группы:

1] уплата налогов в государственную казну;

2] финансирование собственного самоуправления.

Все лица мещанского сословия подлежали налогообложению начиная с 18-летнего возраста. Размер налогов не был постоянным и одинаковым для всех мещан. Рассмотрим этот вопрос на примере Курской губернии по состоянию на 1897 г. Так, налогообложение мещан г. Белгорода составляло 1 руб. 20 коп. с каждого. При этом реальный доход городской казны составил 3 тыс. руб. [6] Другая ситуация сложилась в Фатеже. Так, в зависимости от финансового положения мещан сумма налога была разделена между всеми членами общества. В среднем сумма разнилась в пределах от 65 коп. до 7 руб. 80 коп., а в городской бюджет поступило 746 руб. 85 коп. [7] В Пу-тивле налог с каждого мещанина составлял от 50 коп. до 65 коп., 1 руб. 50 коп. и 3 руб. В Щиграх разница в налогообложении членов мещанского общества также была весьма значительной - от 50 коп. до 5 руб., всего же в городской бюджет поступило 348 руб. 91 коп. и т. д. [8]

Кроме налогов мещане должны были платить «добровольные взносы». Сумма этих взносов была достаточно большой. Так, к примеру в Обояни в 1862 г. в государственную казну было собрано 1096 руб. 65 коп. серебром, а добровольный взнос на содержание мещанского управления составил 2 788 руб., то есть значительно большую сумму [9].

Теперь рассмотрим основные статьи расходов мещанских управ. Например, в 1896 г. расходы Белгородской управы составили следующее: жалованье мещанскому старосте в размере 360 руб. в год и двум членам управы по 240 руб. в год каждому, секретарю управы - 360 руб., помощнику секретаря - 240 руб., комиссарам по сборам общественных повинностей - 264 руб., сторожу - 144 руб., на отопление помещения управы - 100 руб., на канцелярские расходы - 200 руб. В то же время социально направленные расходы выразились только в выделении пособия на содержание приходских училищ г. Белгорода в размере 250 руб. Эта сумма была распределена следующим образом: 100 руб. было выделено мужскому училищу, 50 руб. - женскому и оставшиеся 100 руб. - училищу им. Саввы Морозова [10]. Более подробно расходы мещанских обществ в Курской губернии представлены в таблице.

Расходование бюджетных средств мещанскими обществами Курской губернии в конце XIX - начале XX вв. [11]

Города Основные группы расходов мещанских обществ, в руб. Общий бюджет, в руб.

на содержание мещанского управления на социальные нужды

Курск 4347 1456 5803

Белгород 2148 250 2398

Грайворон 402 136 538

Ст. Оскол 502 200 702

Щигры 730 50 780

Нов. Оскол 380 245 625

Путивль 370 224 594

Суджа 840 450 1290

Рыльск 944 180 1124

Дмитриев 632 602 1234

Обоянь 512 335 847

Льгов 410 84 494

Короча 720 - 720

Фатеж 347 336 683

Тим 256 402 658

Итого: 13 540 4950 18 490

73,2% 26,7% 100%

На основе анализа таблицы видим, что сумма расходов всех мещанских управ городских центров Курской губернии составила 18 490 руб. При этом большая часть денежных средств, 13 540 руб. (73,2%], была потрачена на содержание мещанского управления. Из этой же таблицы находим, что на социальные нужды выделялось меньше всего средств - 4 950 руб. (26,7%). В основном эти расходы шли на содержание социальных учреждений (больниц, училищ, богаделен].

Еще одним важным занятием, которое контролировала община, была выдача паспортов. Если мещанин собирался уйти из общины на неопределенное время (при этом не выписываясь из нее], он должен был получить «увольнительное свидетельство» - билет или паспорт: «Никто не может отлучиться от места своего постоянного жительства без узаконенного вида, или паспорта», - отмечалось в Своде законов [12].

Паспортная система и учет должны были способствовать исправному платежу мещанами государственных податей, отбыванию воинской повинности и государственному контролю за населением в целом.

Помимо этого государство возлагало на мещанские общины и другие контрольные функции. Так, мещанская община должна была принимать решение в отношении лиц, чье «поведение не соответствовало званию мещанина» [13]. К мещанам, которые были замечены в пьянстве, мотовстве и вообще в «порочном» поведении, применялись различные меры наказания - «разные казенные работы, городские и частные» [14]. Под «порочными» мещанами подразумевались лица, которые не платили подати, и бродяги, промышлявшие на стороне часто с просроченными паспортами, а иногда и вообще без них [15].

Еще одной важной функцией мещанской общины была хозяйственно-экономическая. К середине XIX в. сформировался комплекс основных занятий мещанства, среди которых выделялись ремесло, сельское хозяйство и промыслы, торговля, работа по найму, извоз. Мещанская община оказывала помощь городу в ведении хозяйства.

Одним из существенных доходов мещан являлось использование земельных участков. Для мещан земельный вопрос стал острым после реформы 1870 г., когда городские земли перешли в ведение всесословных органов городского управления, а мещанские общества, распоряжавшиеся землей до реформы, потеряли на нее права. Вся земля, разбитая на разные по площади участки, стала сдаваться в аренду с торгов [16]. Это давало большие перспективы для спекуляции землей. При покупке больших участков земли их дробили и продавали мещанам по завышенной в несколько раз цене. В своей статье «Мещане и город» московский исследователь Я. В. Абрамов отмечал следующее: «...для мещан, как и для крестьян, земельный вопрос есть главный вопрос их существования, и что вопрос об эксплуатации городских земель должен обратить на себя особенное внимание при пересмотре Городового положения, окончательно уничтожившего городскую поземельную общину и лишившего земли миллионы мещан» [17]. Согласно сведениям Центрального статистического комитета, количество десятин земли, принадлежавших личным собственникам в Курской губернии, к 1877 г. составило 1 426 851 дес., из них мещанам принадлежало 17 517 дес. земли [18].

В сложившейся ситуации община выступала посредником между мещанскими семьями и лицами, с одной стороны, и городом - с другой. Действуя вместе, мещане могли проще добиться от городских властей послаблений при выделении и аренде земельных участков, особенно в трудных ситуациях.

Еще одной значимой функцией для мещанской общины были выборы представителей Сиротских судов, ведавших опекунскими делами городских сословий.

Теперь перейдем к рассмотрению социальных функций мещанских общин. Среди этих функций можно выделить следующие: оказание мещанам помощи при лечении в земских и городских больницах, воспитание сирот, создание продовольственных капиталов на случаи неурожаев, а также выделение денежных пособий малообеспеченным мещанским семьям.

Оказание помощи малоимущими мещанам при лечении предписывалось законом: «.за пользование в больницах неимущих больных, принадлежащих к разным ведомствам, или же городским и сельским обществам, взыскивается плата с означенных ведомств или обществ, ведению коих принадлежат призреваеиые» [19]. Медицинские учреждения принимали всех мещан независимо от материального положения лечившихся, а затем они обращались за оплатой в общины. Так, в Щиграх мещанское общество в 1897 г. выделило для этих целей 50 руб. [20] Мещанская община Нового Оскола в 1898 г. выплатила больницам 60 руб., а богадельням - 25 руб. [21] В Путивле в том же году на содержание больниц и богаделен было потрачено 200 руб. [22] В Судже мещанская община на содержание богаделен израсходовала 25 руб., а на лечение малоимущих мещан - 210 руб. [23] В 1901 г. мещанское общество г. Дмитриева потратило на лечение мещан 50 руб., на содержание богаделен - 220 руб., а на пособие неимущим 197 руб. [24] В Обояни на ле-

33

чение мещан было выделено 250 руб., а на содержание сирот - 60 руб. [25] Лечение мещан в Старом Осколе в 1896 г. обошлось мещанской общине в 200 руб. [26] В Фатеже в 1901 г. мещанская община потратила на лечение мещан 160 руб. [27] В том же году мещанское общество г. Тима выделило 150 руб. на оказание мещанам медицинской помощи, а также пособие бедным в размере 252 руб. [28] Особо отметим Курское мещанское общество, которое в 1901 г. на лечение мещан потратило 1 200 руб. [29]

В заключение отметим, что мещанская община выполняла ряд важных функций, которые были возложены на нее государством. Среди них назовем управление, хозяйственно-экономическую деятельность и социальную защиту. Мещанская община занималась приемом новых граждан в свое общество, а также вопросами увольнения. Еще одной значимой задачей мещанской общины было взимание налогов, которые шли в государственную казну и на собственные нужды. Правительство вплоть до начала XX в. продолжало интеграцию мещанской общины в сферу государственного управления и контроля.

Примечания

1. Свод законов Российской империи. Т. IX. СПб., 1899. С. 158.

2. Там же. С. 159.

3. Государственный архив Курской области (ГАКО). Ф. 234. Оп. 1. Д. 15. Л. 4.

4. Свод законов Российской империи... Т. IX. С. 157.

5. Свод законов Российской империи.

6. Долженков И. А. Финансовое положение органов сословного мещанского управления в городах Российской провинции во второй половине XIX - начале XX в. (на примере Курской губернии) / / Ученые записки: электрон. науч. журн. КГУ. № 3. URL: http://www.scientific-notes.ru/pdf/021-020.pdf

7. ГАКО. Ф. 33. Оп. 2. Д. 7092. Л. 3-6.

8. Там же. Д. 7337. Л. 2-5.

9. Там же. Ф. 234. Оп. 1. Д. 5. Л. 2-6.

10. Долженков И. А. Указ. соч.

11. Там же.

12. Свод законов Российской империи Т. XIV. СПб., 1857. С. 3.

13. Там же. Т. IX. С. 161.

14. Там же. С. 162.

15. Там же. Т. XIV. С. 56.

16. Кошман Л. В. Город и городская жизнь в России XIX столетия: социальные и культурные аспекты. М., 2008. С. 241-242.

17. Абрамов Я. В. Мещане и город // Отечественные записки. № 3. СПб., 1883. С. 2.

18. Статистика землевладения 1905. Вып. 37. Курская губерния. СПб., 1906. С. 39.

19. Свод законов Российской империи. Т. XIII. СПб., 1892. С. 102.

20. ГАКО. Ф. 33. Оп. 2. Д. 7337. Л. 2-7.

21. Там же. Л. 8.

22. Там же. Д. 7357. Л. 5-6.

23. Там же. Д. 7356. Л. 3-7.

24. Там же. Л. 2-3.

25. Там же. Д. 7347. Л. 2-5.

26. Там же. Д. 7348. Л. 3-4.

27. Там же. Д. 7375. Л. 2-6.

28. Там же. Л. 2-3.

29. Там же. Л. 2-7.

Notes

1. Code of Laws of the Russian Empire. Vol. IX. SPb. 1899. P. 158.

2. Ibid. P. 159.

3. State Archives of the Kursk Region (GAKO). F. 234. Inv. 1. File 15. Sh. 4.

4. Code of Laws of the Russian Empire. Vol. IX. SPb. 1899. P. 157.

5. Code of Laws of the Russian Empire...

6. Dolzhenkov I. A. Finansovoe polozhenie organov soslovnogo meshchanskogo upravleniya v gorodah Ros-sijskoj provincii vo vtoroj polovine XIX - nachale XX v. (na primere Kurskoj gubernii) [The financial situation of the institution of the estate philistine management in the cities of the Russian province in the second half of the XIX - beginning of XX century. (On the example of the Kursk province)] // Uchenye zapiski: ehlektron. nauch. zhurn. KGU - Scientists note: Electronic scientific journal of KSU. - № 3. Available at: http://www.scientific-notes.ru/pdf/ 021-020.pdf.

7. GAKO. F. 33. Inv. 2. File 7092. Sh. 3-6.

8. Ibid. File 7337. Sh. 2-5.

9. Ibid. F. 234. Inv. 1. Sh. 2-6.

10. Dolzhenkov I. A. Op. cit.

11. Ibid.

12. Code of Laws of the Russian Empire. Vol. XIV. SPb. 1857. P. 3.

13. Ibid. Vol. IX. P. 161.

14. Ibid. P. 162.

15. Ibid. Vol. XIV. P. 56.

16. Koshman L. V. Gorod i gorodskaya zhizn' v Rossii XIX stoletiya: social'nye i kul'turnye aspekty [City and city life in Russia in the XIX century: social and cultural aspects]. M. 2008. Pp. 241-242.

17. Abramov YA. V. Meshchane i gorod [Philistine and the city] // Otechestvennye zapiski - Domestic scraps. № 3, Spb, 1883, p. 2.

18. Statistika zemlevladeniya 1905 - Land tenure statistics for 1905. Edition - 37. Kursk province. SPb. 1906. P. 39.

19. Code of Laws of the Russian Empire. Vol. XIII. SPb. 1892. P. 102.

20. GAKO. F. 33. Inv. 2. File 7337. Sh. 2-7.

21. Ibid. Sh. 8.

22. Ibid. File 7357. Sh. 5-6.

23. Ibid. File 7356. Sh. 3-7.

24. Ibid. Sh. 2-3.

25. Ibid. File 7347. Sh. 2-5.

26. Ibid. File 7348. Sh. 3-4.

27. Ibid. File 7375. Sh. 2-6.

28. Ibid. Sh. 2-3.

29. Ibid. Sh. 2-7.

УДК 94

И. И. Чернышева

Общее образование взрослых на Урале накануне Великой Отечественной войны: структурно-организационный аспект

В статье анализируется становление системы общего образования взрослых на Урале, которое практически завершилось в мирные годы третьей пятилетки. Оформилась структура нового типа школ взрослых (начальные, неполные средние и средние, по аналогии с детскими школами), определилось их финансирование, внедрены единые учебные планы и программы. Особенностью школ взрослых было то, что они занимались не только повышением общего образования работавшего населения, но и решали задачи ликвидации неграмотности и малограмотности взрослых. Исследование, проведенное впервые на материалах Уральского региона, основано на архивных документах и периодической печати того времени. Они позволили реконструировать процесс становления школ взрослых на Урале, проанализировать половозрастной и социальный состав учащихся, определить причины отсева учащихся. Сокращение школ взрослых перед войной было связано с оптимизацией сети, с введением платы за обучение в старших классах и формированием системы трудовых резервов. Автор приходит к выводу, что созданная система общего образования взрослых на Урале оказалась востребованной и подтвердила эффективность модернизации сферы образования накануне Великой Отечественной войны.

The article analyzes the formation of the general adult education system in the Urals, which practically ended in the peaceful years of the Third Five-Year Plan. The structure of a new type of adult schools (primary, incomplete secondary and secondary, by analogy with children's schools) was formed, their financing was determined at the expense of state and local budgets with insignificant attraction of trade union funds, uniform curricula and programs were introduced. The peculiarity of adult schools was that they engaged not only in raising the general education of the working population, but also in solving the problems of eliminating illiteracy and adult illiteracy. The study, conducted for the first time on materials of the Ural region, is based on archival documents and periodicals of that time. They allowed to reconstruct the process of the establishment of adult schools in the Urals, analyze the gender, age and social composition of the students, determine the reasons for dropout. As documents show, the reduction of adult schools was associated with the optimization of the network, with the introduction of tuition fees in the senior classes and the formation of a system of labor reserves. The author comes to the conclusion that the established system of general adult education in the Urals proved to be in demand and it confirmed the efficiency of modernization of the education sector on the eve of the Great Patriotic War.

© Чернышева И. И., 2017