О формальном и реальном в агробизнесе России

УДК 338.43 К.В. Жибинова

О ФОРМАЛЬНОМ И РЕАЛЬНОМ В АГРОБИЗНЕСЕ РОССИИ

В статье дан анализ формального и реального агробизнеса в России. По мнению автора, переход от формальных товарно-капиталистических отношений к реальным невозможен без роста производительности труда, уменьшения доли хозяйств населения в производстве продуктов сельского хозяйства, а также увеличения реализации производимой продукции сельскохозяйственными организациями и крестьянскими (фермерскими) хозяйствами.

Ключевые слова: агробизнес, сельское хозяйство, земельные отношения, производство сельскохозяйственной продукции.

K.V. Zhibinova ABOUT FORMAL AND REAL IN RUSSIAN AGROBUSINESS

The analysis of formal and real agrobusiness in Russia is given in the article. According to the author’s opinion, transition from formal commodity-capitalist relations to real is impossible without increase in labor productivity, decrease of the population farmratein agricultural product production and also increase in realization of the products beingproduced by the agricultural organizations and country (farmer) farms.

Key words: agrobusiness, agriculture, agricultural relations, agricultural product production.

В России переход от социалистических земельно-аграрных отношений к капиталистическим начался с ликвидации монополии государства на землю, как объект собственности и объект хозяйства. Для этого в ноябре 1990 - декабре 1991 гг. Верховный Совет РСФСР принял ряд основополагающих законов "О земельной реформе", "О крестьянском (фермерском) хозяйстве", "Земельный кодекс". Эти законодательные акты создали юридическую основу для формирования новых форм собственности на землю и новой хозяйственной структуры сельхозпроизводителей. За период 90-х гг. обращена в индивидуальную частную собственность почти половина всех сельскохозяйственных земель в стране. Собственниками земель стали 42 млн граждан, в т.ч. 20 млн - собственниками земельных долей. В Красноярском крае площадь сельхозугодий по всем землепользователям на 01.01.2009 г. составила 3280,6 тыс. га, в т.ч. у граждан в личном пользовании 467 тыс. га, у крестьянских (фермерских) хозяйств - 213,6 тыс. га [1].

Обращение к статистике позволяет увидеть, что государственная монополия на землю, как объект собственности в России, ликвидирована.

Одновременно с обращением сельскохозяйственных земель в частную собственность развернулся процесс ликвидации колхозов и совхозов, и за короткий срок (чуть более года) в сельском хозяйстве возникли новые формы хозяйственной деятельности. К настоящему времени в Российской Федерации 38,2% составляют такие хозяйственные организации, как ОАО, ЗАО, ТОО (ООО); 46,8% приходится на сельскохозяйственные кооперативы и коллективные хозяйства; совхозов и других государственных предприятий насчитывается 12,34% [2]. В Красноярском крае указанных хозяйственных структур функционирует соответственно 46,3; 21,9; 12% [2]. В количественном выражении в крае производством сельскохозяйственной продукции занимаются 415 сельскохозяйственных организаций, более 2 тыс. фермерских хозяйств, около 300 тыс. семей [3].

Представленная информация позволяет также утверждать, что преобразование колхозно-совхозного сектора в России завершено, и монополия государства, как хозяйствующего субъекта, ликвидирована.

Пройден первый и, безусловно, важный этап в формировании товарно-капиталистических производственных отношений. Вместе с тем этот этап знаменует собой лишь формальное возникновение и становление капиталистических земельно-аграрных отношений. Превращение формального в реальное требует определенного времени, в течение которого создаются условия для наполнения юридического акта приватизации земли и других средств производства, чтобы стать тканью действительных производственных отношений.

Как известно, стоимостное отношение образует основу буржуазного общества, а отношение прибавочной стоимости определяет целенаправленность его функционирования. Закон стоимости устанавливает

стимулы и экономические способы достижения экономии времени, а границы действия закона экономии рабочего времени определяются законом производства прибавочной стоимости.

Если рассматривать любую систему производственных отношений в целом, то ее основой служит материально-техническая база, а сама система - основой всех других общественных отношений.

Исследуя переход от формального к реальному преобразованию колхозно-совхозного сектора экономики, необходимо, на наш взгляд, в начале проанализировать изменение материально-технической базы АПК. Об ее основополагающем значении для победы нового общественного строя писал В.И. Ленин в работе "Очередные задачи Советской власти". Обобществление производства на деле невозможно без повышения производительности труда. "Подъем производительности труда, - указывал он, - требует, прежде всего, обеспечения материальной основы крупной индустрии: развития производства топлива, железа, машиностроения, химической промышленности" [4].

Показательно, что за годы реформ материально-техническое обеспечение продовольственного комплекса не улучшилось, а даже ухудшилось, что подтверждают данные табл. 1.

Таблица 1

Производство техники [5]

Производство основных видов продукции сельскохозяйственного машиностроения 1990 г. 2007 г. 2007 г. к 1990 г., %

Тракторы, тыс. шт. 214 14,8 6,9

Комбайны зерноуборочные, тыс. шт. 657 7,3 11,1

Комбайны кормоуборочные, тыс. шт. 10,1 0,8 7,9

Тракторные плуги, тыс. шт. 85,7 2,1 2,4

Тракторные сеялки, тыс. шт. 51,1 7,3 14,3

Тракторные косилки, тыс. шт. 22,6 3,4 15,0

Машины для внесения в почву минеральных удобрений, тыс. шт. 21,1 508 2,4

Доильные установки, тыс. шт. 30,7 2365 7,7

Катастрофическое падение производства техники обусловлено, во-первых, тем, что отсутствует прогресс первой сферы АПК, а потому востребованность новой техники (как правило, неконкурентоспособной) со стороны потребителей низкая. Хотя у нас есть перспективные разработки (роторные зерноуборочные и кормоуборочные комбайны), но расходы на НИОКР государство покрыло лишь на 10%. "Союзагромаш" представил 120 моделей техники, и только две модели выведены с помощью государства. Для производства в России техники на уровне мировых стандартов нужны государственные ассигнования и долгосрочные дешевые кредиты. В Германии, например, заводы по производству сельскохозяйственной техники получают кредиты на 9 лет под 4% годовых. У нас есть инвестиционный фонд, Россельхозбанк, Российский банк развития со 100%-м участием государства, но они, как и коммерческие банки, выдают кредиты под высокие проценты, что не позволяет решать задачу технического и технологического перевооружения отрасли. При 124 млн га сельхозугодий собственное производство сельскохозяйственной техники в России составляет

1 млрд долл., а в Германии при 15 млн га - 10 млрд евро.

Востребованность новой техники со стороны потребителей низкая, потому что отечественная техника очень дорогая и удорожание ее происходит из года в год. Так, за последние три года цена зернового комбайна выросла в 3 раза, диспаритет цен неудержимо растет. Если в 1990 г. зерноуборочный комбайн стоил 69 т зерна, или 5 т говядины, трактор 27 т зерна, или 2 т говядины, 1 т бензина 0,68 т зерна, или 0,05 т говядины, 1 т дизельного топлива 0,46 т зерна, или 0,04 т говядины [6], то в настоящее время, чтобы купить каждое из названных выше средств производства, надо продать в 10-12 раз больше продуктов сельского хозяйства. По подсчетам экономистов, ежегодно из сельского хозяйства через систему цен изымается до 120 млрд руб., в том числе на дизельное топливо 20 млрд руб.

Приобретение сельхозпроизводителями новой техники не покрывает размеры выбывающей. Обновление хозяйствами машинного парка не превышает 2-3% при ежегодном списывании 7-11% техники. Материально-техническая база сельского хозяйства находится на уровне 1960 г.

В Красноярском крае в 2005 г. на полях работало 9220 тракторов, 4374 комбайна, а в 2008 г. - 7765 тракторов и 3756 комбайнов, что составило уменьшение 2008 г. к 2005 г. тракторов - 84,2 % комбайнов -85,8 %. А это говорит о том, что техническое обеспечение средствами производства сельхозпредприятий в крае из года в год становится хуже [8].

Обеспеченность оборудованием отраслей пищевой и перерабатывающей промышленности также низкая и составляет от 70% в дрожжевой до 18% в сахарной промышленности [7].

Итак, юридическое оформление частнособственнических отношений в АПК не улучшило его материально-техническую базу, а стало быть не обеспечило и рост производительности труда. По производительности труда в сельском хозяйстве Россия отставала от США в 1913 г. - в 4 раза, в 1960 г. - в 6 раз, в 1990 г. - в 10 раз, в 2010 г. - в 20 раз.

В настоящее время Россия, имея 8,9% мировой пашни, производит 3% мирового зерна, а США при 7% пашни производит 16% мирового продовольствия. Производство мяса на душу населения в России составляет 34 кг (в 1989 г. - 70 кг), в мире - 41 кг, в США - 132 кг [5].

Таким образом, имеющаяся ныне оснащенность техникой в совокупности с неблагоприятной тенденцией кадрового потенциала (сокращением численности руководителей и специалистов сельскохозяйственных предприятий и ухудшением образовательного уровня) не могут обеспечить рост производительности труда в аграрном секторе России. А потому считать, что новые формы собственности и хозяйствования в сельском хозяйстве доказали свои преимущества, обеспечив развитие производительных сил, нет никаких оснований.

Метод К. Маркса построений экономических категорий и законов, характеризующих разграничение формального и реального подчинения труда капиталу, позволяет исследовать процесс перехода от формальных к реальным земельно-аграрным отношениям капиталистического типа.

Если стоимостное отношение образует основу буржуазного общества, то степень зрелости товарноденежных отношений указывает на реальность капиталистических производственных отношений. Незрелость этих отношений состоит в том, что не весь произведенный продукт принимает форму товара. Обращение к структуре производства основных видов сельскохозяйственной продукции в России и Красноярском крае по категориям хозяйств указывает на то, что товарно-денежные отношения не достигли состояния зрелости.

Таблица 2

Процент объема производства (Россия) [5]

Продукция С.-х. предприятия Хозяйства населения Крестьянские (фермерские) хозяйства

1990 г. 2007 г. 1990 г. 2007 г. 1990 г. 2007 г.

Зерновые и зернобобовые (в весе после доработки) 99,7 78,5 0,3 1,3 0,0 20,2

Сахарная свекла (фабричная) 100 87,5 - 1,2 0,0 11,3

Семена подсолнечника 98,6 70,1 1,4 1,0 0,0 28,9

Картофель 33,9 7,4 66,1 89,2 0,0 3,4

Овощи 69,9 14,0 30,1 78,9 0,0 7,1

Скот и птица на убой (в убойном весе) 75,2 51,9 24,8 45,3 0,0 2,8

Молоко 76,2 44,0 23,8 52,0 0,0 4,0

Яйца 78,4 75,0 21,6 24,2 - 0,8

Шерсть (в физическом весе) 75,5 21,8 24,5 56,4 0,0 22,7

Мед 30,4 4,9 69,4 91,8 0,2 3,3

Таблица 3

Процент объема производства (Красноярский край) [1]

Продукция Сельскохозяйственные организации Хозяйства населения Крестьянские (фермерские) хозяйства

1995 г. 2007 г. 2008 г. 1995 г. 2007 г. 2008 г. 1995 г. 2007 г. 2008 г.

Зерновые и зернобобовые (в весе после доработки) 96,3 90,2 89,7 0,2 0,3 0,1 3,5 9,5 10,2

Картофель 2,3 2,9 3,5 97,1 96,5 95,7 0,5 0,6 0,8

Овощи 23,2 8,6 7,5 76,6 90,7 91,4 0,2 0,7 1,1

Скот и птица на убой (в убойном весе) 59,5 51,9 50,9 39,7 47,6 46,3 0,8 0,5 0,8

Молоко 62,4 49,7 49,0 36,7 49,6 50,1 0,9 0,7 0,9

Яйца 83,4 86,4 86,6 16,4 13,1 13,0 0,2 0,5 0,4

Новые хозяйственные структуры - сельскохозяйственные организации и крестьянские (фермерские) хозяйства, как показывают данные табл. 2-3, не доказали своих преимуществ в наращивании объемов производства. Напротив, их доля в производстве основных видов продукции сокращается, а растет доля и общий объем производства продуктов сельского хозяйства в хозяйствах населения. Так, доля индивидуального сектора в производстве валовой продукции сельского хозяйства Красноярского края увеличилась с 25% в 1990 г. до 57,1% в 2008 г.

Динамика производства продуктов сельского хозяйства у населения такова: 2004 г. - 52,6 %, 2005 г. -54,8, 2006 г. - 55,1, 2007 г. - 57,3 %.

При рассмотрении структуры производства продукции растениеводства и животноводства оказывается, что доля первой возросла с 57,9% в 1995 г. до 62,4% в 2008 г. (преимущественно картофеля и овощей), а доля второй - с 30,9% в 1995 г. до 37,1% - в 2008 г. (преимущественно мясо скота и птицы и молока) [1].

Хотя в количественном выражении поголовье КРС в крае в хозяйствах всех категорий ежегодно уменьшается, в процентном отношении в личных хозяйствах оно выросло с 35,4% в 2000 г. до 43% в 2008 г.

Итак, можно с уверенностью утверждать, что имеет место тенденция роста доли индивидуального сектора в производстве большинства видов сельскохозяйственной продукции как в стране, так и в крае.

Поскольку мы говорим о соотношении формального и реального в формировании товарнокапиталистических земельно-аграрных отношений, то должны показать, прежде всего, рост товарности продукции сельского хозяйства. В денежном выражении валовая продукция личных хозяйств в крае в текущих ценах выросла и составила в 2007 г. 25353,0 млн руб., в 2008 г. - 34370,8 млн руб. [3].

Однако товарность сельскохозяйственного производства в хозяйствах населения остается низкой. Уровень товарной продукции этой группы хозяйств в целом составляет не более 15%.

Следует обратить внимание и на то, что личные подсобные хозяйства усиливают натурализацию всего хозяйства страны, регресс техники и технологии, сдерживают рост производительности труда, ухудшают качество рабочей силы. С их помощью решается проблема выживания, а не развития. Хозяйства населения, как структура, не имманентны товарно-капиталистическим отношениям, не соответствуют их природе. Стало быть реального преобразования аграрного сектора российской экономики в плане сокращения доли личных подсобных хозяйств в производстве сельхозпродукции не произошло. Полагаю, что толчок прогрессу личных хозяйств может дать сельскохозяйственная кооперация, которая способна втянуть их в товарно-денежные отношения.

Как было заявлено российскими реформаторами, ликвидация прежних земельных отношений и колхозно-совхозного производства была осуществлена, прежде всего, ради вывода сельского хозяйства из аграрного кризиса, основной причиной которого являлось огосударствление этого сектора экономики, а результатами отрыв земледельца от земли, отсутствие стимулов в рациональном ее использовании, рост себестоимости продукции, снижение темпов производства продуктов сельского хозяйства.

Выход из аграрного кризиса должен был начаться с общего роста производства основных видов сельскохозяйственных продуктов, роста рентабельности реализованной продукции, укрепления материальнотехнической базы сельского хозяйства, внедрения достижений НТП, социального развития села. Согласно правительственной программе реформы намечалось уже в 1994 году приостановить, а в следующем году остановить спад производства, сократить импорт продовольствия, однако до сих этого не сделано. Напротив, продолжается падение производства, рост себестоимости продукции, снижение рентабельности.

Так, по отношению к дореформенному 1990 г. производство зерна в РФ составило 78%, сахарной свеклы - 87, свиней - 56, овец и коз - 44, мяса КРС - 41, молока - 59, шерсти - 22,6%. Рентабельность

производства зерна в России в 2007 г. в сравнении с 1990 г. снизилась со 158 до 57%, сахарной свеклы с 26 до 8%, молока с 56 до 25%, свинины с 23 до 7%, баранины с 40 до 18%. Даже с учетом субсидий производство мяса говядины остается убыточным (-18%). Рентабельность всей производственной деятельности сельхозпроизводителей не превышает 16%.

Не в лучшем положении находятся сельскохозяйственные организации Красноярского края. Если рентабельность их хозяйственной деятельности в 1990 г. составила 48,7%, то в 2008 г. - 27,8%. По отдельным видам продукции падение рентабельности просто катастрофическое: по зерну со 169,4 до 56,3%; овощам (открытого грунта) - со 115,7 до 47,7%; мясу КРС - с 36,3 до (- 11,4%), свиней - с 32,1 до 17,3%; по овцам -со 118,1 до (- 36,6%); шерсти - с 27,5 до (- 87,9%) [1].

Таким образом, и показатель рентабельности подтверждает, что реформирование аграрного сектора не вышло за рамки формальных преобразований.

Существуют и другие экономические проблемы, которые сдерживают развитие товарнокапиталистических отношений в агропромышленном комплексе.

Как было отмечено выше, главная ошибка реформаторов в России состоит в том, что они считали (и до сих пор считают), что достаточно изменить юридические отношения собственности в аграрном секторе (да и во всем народном хозяйстве), отменить государственный контроль над ценами и путы с производительных сил будут сняты, экономический, включая аграрный кризис, будет преодолен, а сельское хозяйство само, без существенной поддержки государства, выйдет на магистральный устойчивый путь развития.

Однако мировая практика доказывает, что успешное развитие аграрного сектора базируется на значительных государственных вложениях. Так, в США существует действенная система продовольственной безопасности: субсидии, доступ на рынки, налогообложение, санитарная и фитосанитарная политика, инвестиции, поиски новых рынков и другие мероприятия. 50% государственных инвестиций направляется в НИОКР, 25% - на создание сельской инфраструктуры, 25% - на приобретение фермерами удобрений и пестицидов. В большей мере, благодаря такой политике, производительность труда в сельском хозяйстве здесь выше, чем в целом в экономике страны.

Размер государственной помощи сельскому хозяйству в ЕС тоже внушительный. Около 50% общего бюджета Евросоюза приходится на реализацию государственных программ. Совокупный размер бюджетной поддержки сельскохозяйственной отрасли в 4 раза, а на одного занятого в сельском хозяйстве в 72 раза, больше, чем в России.

Можно было бы приводить еще много примеров того, какие финансовые средства вливаются в агробизнес, как они эффективно расходуются и жестко контролируются в развитых странах. И это не добрая воля, а объективная необходимость даже при том, что аграрная экономика в этих странах находится в системе реальных товарно-капиталистических отношений.

В России, чтобы на деле возникли новые земельно-аграрные отношения в виде самостоятельных отношений, нужно не только желание, но и фактически действенная значительная государственная поддержка АПК. Однако научно обоснованная, опробованная на мировом опыте с учетом положительного опыта своей страны, системная экономическая политика развития агрокомплекса способна вывести его из неразвитого состояния.

Но главное состоит в том, что переход от формальных товарно-капиталистических отношений к реальным невозможен без роста производительности труда, уменьшения доли хозяйств населения в производстве продуктов сельского хозяйства, увеличения реализации производимой продукции сельскохозяйственными организациями и крестьянскими (фермерскими) хозяйствами.

Литература

1. Красноярский краевой статистический ежегодник 2009: стат. сб. / Росстат. - М., 2009. - С. 225; 229.

2. Жибинова К.В. Приватизация и земельно-аграрная реформа в России / Краснояр. гос. аграр. ун-т. -

Красноярск, 2008. - С. 76-77; 92.

3. Агропромышленный комплекс Красноярского края в 2008 году. - Красноярск, 2009. - С. 5; 162; 178.

4. Ленин В.И. Избранные сочинения. - М.: Политиздат, 1987. - Т. 8. - С. 144.

5. Российский статистический ежегодник 2008: стат. сб. / Росстат. - М., 2008. - С. 425; 444-445.

6. Добрынин В. Необходимость создания сельских промышленных предприятий // Экономист. - 2000. -

№ 11. - С. 77.

7. Сизенко Е. Качество производства продуктов питания // Экономист. - 2006. - № 7. - С. 29.