С. Булгаков и «Новгородские еретики»: сравнительный анализ

А. Ю. Григоренко*

С. БУЛГАКОВ И «НОВГОРОДСКИЕ ЕРЕТИКИ»: СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ

Боговоплощение — центральная тема христианского богословия. Бог воплотился для того, чтобы посредством искупительной жертвы Сына Божьего спасти человека от греха. В соответствии с этим традиционное христианское учение понимает Боговоплощение как Искупление. С. Булгаков полагает такое понимание односторонним и ограниченным, считая, что Боговоплощение являлось изначальной целью творения мира, а не было вызвано исключительно необходимостью спасти человека от греха. Сравнительный анализ философских взглядов С. Булгакова и религиозных воззрений «новгородских еретиков» показывает их удивительное совпадение: еретики, как и Булгаков, считали, что целью творения мира и Боговоплощения было создание Богочеловека — Иисуса Христа.

Ключевые слова: Сергий Булгаков, новгородские еретики, боговоплощение, искупление, спасение.

A. Y. Grigorenko

S. BULGAKOV AND "NOVGOROD HERETICS": COMPARATIVE ANALYSIS

Incarnation of God is the key issue of the Christian theology. God incarnated for the purpose that, through the propitiatory sacrifice of the Son of God, he could salve man from the sin. In accordance with this, the traditional Christian doctrine identifies Incarnation of God as Atonement. S. Bulgakov believes that such identification is two simple and shallow, considering that the Incarnation was the original purpose of creation of the world, and was not associated solely with the need to salve man from the sin. Comparative analysis of S. Bulgakov's philosophical views and the religious beliefs of the ''Novgorod Heretics'' shows a surprising coincidence of therm: the Heretics, just like Bulgakov did, believed that the purpose of creation of the world and the Incarnation of God was creation of the God Incarnate — Jesus Christ.

Keywords: Sergey Bulgakov, Novgorod Heretics, Incarnation, Atonement, Salvation.

* Григоренко Анатолий Юрьевич, доктор философских наук, доцент, профессор кафедры философии, Санкт-Петербургский государственный экономический университет; anatolygrig@gmail.com

194

Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2017. Том 18. Выпуск 2

Содержание религиозной философии С. Н. Булгакова в значительной мере определяется стремлением ответить на вопрос — «зачем и с какой целью Бог воплотился в человека?». Согласно традиционной православной богословской мысли боговоплощение было вызвано необходимостью спасти человека от греха посредством искупительной жертвы, принесенной за людей Сыном Божиим — Иисусом Христом. Такое понимание причин и целей боговопло-щения С. Н. Булгаков называет сотериологическим и считает его ограниченным и неполным. Данное сотериологическое понимание боговоплощения, по мнению Булгакова, приводит нас к необходимости видеть его причины или в грехопадении Адама, или же «просто в диаволе, которому удалось достигнуть такой цели и обольстить прародителей» [1, с. 373].

Подобные объяснения причин боговоплощения он считает неубедительными и излишне «антропоморфичными» и утверждает также, что они вводят «окказионализм» в понимании смыслов предвечного замысла Бога о мире [1, с. 194].

В связи с этим Булгаков пишет:

И допускать здесь какой-либо окказионализм, связующий боговоплощение исключительно с грехопадением Адама, в отношении к вечности Божией, по меньшей мере неуместно. Согласно такому допущению получается несообразный вывод, что Бог, сотворив мир сначала как бы сделал опыт, — предоставления его самому себе, а после грехопадения Адама принял новое решение, именно о боговоплощении. Уже не говоря о грубом антро-порфизме такого представления, отсюда получается вывод, что причина боговоплощения лежит даже не в «felix Adae culpa», не в грехопадении Адама, но просто в диаволе, которому удалось достигнуть такой цели и обольстить прародителей [1, с. 373].

По его мнению, цель творения мира и боговоплощения — это создание Богочеловека как исполнения изначального замысла о всеединстве бытия. В этом смысле боговоплощение «имманентно самому сотворению мира». Именно в нем Бог «заканчивает свое творение и тем самым оправдывает акт творения, которое без этого божественного в него вхождения, является неизбежно несовершенным...» [1, с. 374].

Всю человеческую историю Булгаков понимает как исполнение в ней божественного замысла о всеединстве бытия. По его мнению, при понимании важнейших исторических событий следует исключить какую-либо случайность. В ней все предопределено и предустановленно.

Изначально предопределено рождение души каждого человека:

Бог посылает индивидуально качественные души в индивидуально ока-чественные тела, т. е. сюда включаются все обстоятельства рождения и земные судьбы». В этом смысле вся история человеческого рода определяется изначально «предустановленной гармонией [1, с. 39].

Так, по Булгакову, предвечно предустановлено рождение Богоматери и Иоанна Крестителя. Он в этой связи недвусмысленно утверждает, что «для Бога Богоматеринство существует предвечно.». И далее, конкретизируя, отмечает:

.место Богоматери в небесах, сидящей одесную Сына, предвечно приуготовано, как основание для создания мира, мир создан ради Богомватери, как Ее вместилище. Не может быть помыслено в мире ничего абсолютно случайного как такового, что могло бы и не быть, и тем более неуместна эта нечестивая мысль в отношении к Богоматери [1, с. 149].

Таким же образом Булгаков понимает роль и значение Иоанна Крестителя в истории. Его рождение также изначально предопределено, поскольку оно подготавливает и обусловливает воплощение Бога. В связи с этим Булгаков специально подчеркивает: «Христос не мог вступит в мир помимо явления Предтечи». «Предтеча, — пишет он далее, — как и Богоматерь, пронаречен в мысли Божией о спасении мира, и его явление приуготовляется подобно тому, как и явление Богоматери» [1, с. 362-363].

Для разъяснения своих мыслей о месте и значении Иоанна Предтечи в священной истории, С. Булгаков внимательно анализирует тексты и обращает внимание на то, что в Писании Иоанн Креститель часто называется ангелом. Это — не просто аллегория, его следует понимать буквально: Предтеча на самом деле стал ангелом, вместив в человеческое существо ангельское естество. Иоанн Предтеча, как считает Булгаков, был послан в мир с изначально предустановленной целью объединить в себе естество ангельское и человеческое, подготовив тем самым почву для достижения всеединства бытия ангельского, человеческого и божественного миров.

Но объединить их Иоанн Креститель мог лишь став не просто ангелом, а «все-ангелом», т. е. объединив и возглавив весь «ангельский собор»». И в этом смысле он занимает место падшего «князя ангелов» — Люцифера. «В своем человеческом естестве, — пишет Булгаков, — Предтеча объединяет и воссоединяет с человеческим родом весь ангельский мир» [1, с. 362]. Но окончательное и совершенное воссоединение всех уровней бытия происходит лишь посредством Христа, лишь в воплощении Сына Божьего.

На данные, не в полной мере канонические, размышления Булгакова было обращено внимание в официальных кругах Московского Патриархата Русской Православной Церкви. На основании тщательного изучения его богословских теорий на предмет их соответствия догматическому вероучению православной церкви в 1937 г. появился «Указ Московской Патриархии», в котором богословские новации Булгакова были решительно осуждены [5, с. 94-108].

Вопреки Булгакову в «Указе» подчеркивается, что боговоплощение нельзя считать изначально установленной целью творения мира. Указывается, что, напротив, свершившееся в человеческой истории вочеловечение Бога следует назвать случайным:

В этом смысле, с точки зрения намерений или желаний Божиих падение человека и вызванное им вочеловечение Сына Божия можно назвать случайностью, внесенной в первоначальный план мироздания [5, с. 99].

Согласно «Указу», боговоплощение произошло исключительно ради спасения человека и именно посредством искупительной жертвы. Эта жертва, вопреки Булгакову, решительно осуждавшему теорию выкупа в понимании

жертвы, принесенной Сыном Божиим для спасения людей, «и является по преимуществу тем выкупом, который дал нам свободу от рабства диаволу; и как добровольная, она была со стороны Богочеловека искупительной жертвой за спасение людей» [5. с. 103].

Также решительно осуждаются и соображения Булгакова об изначально задуманном Богом центральном месте человека в космосе, его суждения о его высоком достоинстве и божественной природе. В «Указе» подчеркивалось, что человек отнюдь не был изначально задуман как центр мироздания. Занял же он «центральное» положение в бытии лишь благодаря милости Божией, «не погнушавшейся наше последней нищеты»:

.. .наш земной мир с человеком во главе отнюдь не составляет всего мироздания... рядом с нашим миром есть мир других разумных существ. следовательно, первоначально человек отнюдь не создан был занять такое исключительное, центральное положение в творении и промышлении Божием, какое он занял лишь потом, с вочеловечением Сына Божия [5, с. 99].

Все религиозно-философское учение Булгакова было названо имеющим многие еретические уклонения, «часто искажающим догматы церкви» и в целом «чуждым Православной Христовой Церкви», а также «опасным для духовной жизни» православных христиан. Наиболее решительному осуждению в Указе подверглись прежде всего идеи Булгакова о предопределенности боговопло-щения и непонимание им значения искупления для спасения людей.

Более глубокое понимание богословской концепции Булгакова и причин осуждения ее Русской Православной Церковью требует рассмотрения ее в широком историко-культурном контексте.

Уже отмечалась связь воззрений Булгакова о предопределенности воплощения с соответствующими идеями Пелагия и Кальвина [5. с. 59--60]. Но исследований на предмет выяснения связей данных его идей с религиозными воззрениями Древней Руси проведено не было. Автору этих строк удалось определить ряд таких связей.

Изучение идеологии новгородских еретиков, «жидовская мудрствующих», значительного явления в духовной истории Руси, в большой мере определившего характер и особенности русского догматического богословия, обнаруживает нам в высшей степени удивительные совпадения с вышерассмотренными воззрениями С. Булгакова. Так, в трактате «Святого Силивестра и преподобного Антония. Истолкование о Святей Троицы и о всей твари» [6], который наряду с другими древнерусскими переводными сочинениями (Дионисия Ареопагита, Афанасия Александрийского и др.) входил в состав т. н. библиотеки еретиков [4, с. 320] и, соответственно, в той или иной степени определял характер их религиозного мировоззрения, последовательно излагается и аргументируется мысль, что основной причиной боговоплощения являлась изначальный замысел Бога создать богочеловека — Иисуса Христа [6, с. 99-61].

Соответствие с воззрениями Булгакова несомненное и полное! И что удивительно — внимательно вчитываясь далее в соответствующие сочинения Булгакова и трактат «Селивестра», мы обнаруживаем совпадения и в характере и способе обоснования причин и целей боговоплощения.

Так, обоснованию своей точки зрения о Богочеловеке как основной цели боговоплощения, Булгаков специально посвятил отдельный раздел своей книги «Агнец Божий» под названием «Образ и подобие» [2, с. 164-180]. В своих рассуждениях на данную тему он комментирует известные библейские слова: «Создадим человека по образу своему и по подобию». Согласно его мнению, «по образу Божиему» был создан ветхий человек — Адам. И это следует понимать как «данность» для человека. А «подобие же Божие», напротив, — это заданность, цель. Впервые исполнена и достигнута она была Иисусом Христом, в котором тем самом в «образ» и «подобие» отождествились.

Обращаясь к книге еретиков «Истолкование о святой Троице». мы обнаруживаем, что комментарию и интерпретации этих же библейских слов — «Создадим человека по образу своему и по подобию» — посвящена значительная часть ее (99-152). В ней также разделяются эти два понятия — «образ» и «подобие». Специально подчеркивается, что Адам был создан «по образу Божиему», а «по подобию Божьему» был «сотворен» Иисус Христос, что, собственно, и являлось изначально предустановленной целью Бога (149-151) .

Таким образом, мы может сделать вывод, что, как в «книге еретиков», так и в трактатах Булгакова, боговоплощение понимается как изначальная и предопределенная причина и одновременно цель творения мира.

Дальнейший анализ идейных воззрений еретиков и Булгакова также обнаруживает нам и другие удивительные совпадения.

Новгородские еретики обвинялись их главным противником Иосифом Волоцким в непризнании догмата о Св. Троице на основании того, что они считали (по словам волоцкого игумена), что на иконе Св. Троицы изображена не она сама — Бог Отец, Бог Сын и Св. Дух, а три ангела или же Бог Отец с двумя ангелами [4, с. 360-373]. Это свое мнение они основывали на весьма распространенном в богословии мнении, что Самого Бога (его сущность) видеть нельзя и что Сам Бог непосредственно являться не может.

Обоснование своих взглядов они находили в повествующих о богоявлениях библейских текстах. В них, как указывали еретики, утверждалось, что пророкам являлся не Сам Бог, а посланный им ангел, который и говорил с пророками от лица Божьего, имея тем самым основания называть себя Богом.

Иосиф же критиковал данное мнение, подчеркивая, что ангел не может называть себя Богом, что, соответственно, во всех данных текстах речь идет о явлении именно Самого Бога.

Булгаков в своей работе «Лестница Иаковля» также внимательнейшим образом обращается к анализу темы богоявлений. Его мнение полностью совпадает с точкой зрения новгородских еретиков. Он, так же как и они, утверждал, что сам Бог являться не может, сущность его невидима и непостижима. Внимательно читая и комментируя практически те же ветхозаветные тексты, на которые обращали свое внимание Иосиф Волоцкий и еретики, он в полном согласии с мнением еретиков считает, что в них везде речь идет именно о явлении ангелов, а не непосредственно Самого Бога. Разъясняя эту свою точку зрения, Булгаков пишет, что «являть людям Бога» есть первостепенная и главная задача ангелов. Поэтому во всех данных библейских историях (вопреки мнению Иосифа Волоцкого), именно «ангел говорит от лица Божия...

Посланничество ангелов, их служение миру получает здесь совершенно исключительное назначение, — представлять в мире самого Бога, являться ему вместо Бога». Только таким образом в ветхозаветную эпоху, считает Булгаков, Бог находил «возможность встречи с человеком посредством ангелов» [1, с. 532].

Также полностью совпадает с мнением новгородских еретиков и анализ Булгаковым изображения иконы Св. Троицы. Еретики, как об этом свидетельствовал Иосиф Волоцкий, утверждали, что на иконах Св. Троицы изображены или три ангела, или же Бог с двумя ангелами. Именно так же объяснял изображение данного типа икон и Булгаков, недвусмысленно настаивая, что на них изображены или три ангела или Бог (символически в виде старшего ангела) с двумя ангелами:

Три ангела, — пишет он, — очевидно принадлежат к областям трех Божественных ипостасей, причем естественно выделена Первая, которая и говорит от лица всех и именуется Господом (Быт. 18: 13, 17, 20, 22, 23), остальные же два ангела (Михаил и Гавриил?) не определены в своей ипостасной принадлежности [1, с. 534].

Таким образом, отмечает Булгаков, следует считать, что на данных иконах изображены три ангела или же, как он отмечает в примечаниях, — Бог с двумя ангелами.

Таким образом, в результате проведенного исследования можно с уверенностью сказать, что многие религиозно-философские идеи С. Булгакова, характеризующие его творчество, находят свое соответствие в духовной культуре Древней Руси, а именно в религиозном учении новгородских еретиков.

ЛИТЕРАТУРА

1. Булгаков С. Н. Малая трилогия. — М.: Общедоступный христианский университет, 2008. — 575 с.

2. Булгаков С. Н. Агнец Божий. — Париж.: YMCA PRESS, 1933.

3. Иосиф Волоцкий. Просветитель. — М.: Изд-во Спасо-Преображенского Валаамского монастыря, 1993. — 381 с.

4. Казакова Н. А., Лурье Я. С. Антифеодальные еретические движения на Руси XIV — начала XVI века. — М.; Л.: изд-во АН СССР, 1955. — 542 с.

5. Лосский В. Н. Боговидение. — М.: АСТ, 2003. — 759 с.

6. Святаго Силивестра и преподобнаго Антония. Истолкование о Святой Троицы и о всей твари. Рукопись // РГБ, фундаментальное собрание. — Ф. 173. I. М. 1933.