Рублевые перспективы

В конце 2015 года за доллар будут давать 58-60 руб. или, если нефть все же упадет до $50 за баррель, 70 руб., думают экономисты. Успех переговоров с Ираном не изменил их прогнозов, куда важнее оказались данные платежного баланса.

Потоки входящие и исходящие

В статистике всегда можно найти хорошие новости, данные Банка России не исключение. Они свидетельствуют, например, о серьезном притоке валюты в страну: согласно оценке платежного баланса за второй квартал, в первой половине 2015 года чистый приток по счету текущих операций достиг $48,1 млрд против $37,9 млрд годом ранее. Чистый отток капитала сокращается: за второй квартал утекло всего $20 млрд, хотя еще в начале года было $32 млрд. Некоторую тревогу вызывает лишь то, что примерно $6,8 млрд из этих $20 млрд сбежало из страны неизвестным ЦБ путем (бегство отражено в строке "Чистые ошибки и пропуски"), и это явление не то чтобы небывалое, скорее хорошо забытое.

Однако для судьбы рубля может быть важнее, что профицит текущего счета, $19,2 млрд за квартал, меньше оттока капитала, который во многом обусловлен погашением внешнего долга (обязательства банков перед нерезидентами снизились за квартал на $12,3 млрд), и в ближайшие месяцы ситуация вряд ли станет лучше. По подсчетам аналитика Райффайзенбанка Марии Помельниковой, "объем погашения внешнего долга компаниями и банками до конца года несколько больше, чем потенциальный приток валюты в страну в связи с профицитом текущего счета".

"Благодаря накопленным запасам валюты, в частности, у компаний нефтегазового сектора погашение будет происходить не так болезненно. Кроме того, компании в последнее время могут рефинансировать, по нашим оценкам, более 50% выплат по внешнему долгу за рубежом, что существенно снижает отток капитала и давление на рубль. Но как минимум банкам в июле--декабре необходимо будет погасить около $20 млрд,— говорит она.— С учетом того долга, который не смогут рефинансировать компании, реальный спрос на валюту, обусловленный погашением внешнего долга во втором полугодии, оценивается нами как минимум в $20-25 млрд". При этом приток новой валюты в страну во втором полугодии Помельникова оценивает всего в $10-15 млрд (за весь 2015 год текущий счет составит, таким образом, около $60 млрд), "чего недостаточно, чтобы полностью перекрыть предстоящие погашения на уровне минимум $20 млрд".

Поскольку валюту для погашения банки в основном привлекают в ЦБ, такой разрыв "даже в случае смягчения ЦБ условий инструментов валютного рефинансирования предполагает рост дефицита валюты во втором полугодии прежде всего у банков", продолжает Помельникова. Пока никакого "смягчения" нет, наоборот, ЦБ ужесточает параметры предоставления валюты, повышая ставку и сокращая аукционные лимиты. "Как следствие, в оставшиеся месяцы года наиболее вероятно ослабление рубля, которое может стать наиболее выраженным в сентябре и декабре, на которые приходятся пики погашений",— заключает аналитик.

Высыхающий источник

Прогнозируемое сокращение текущего счета во втором полугодии Помельникова связывает с несколькими факторами, в первую очередь с восстановлением спроса и, соответственно, менее глубоким, чем в первом полугодии, падением импорта. Пока, отмечает она, "восстановление импорта происходит очень слабо и с очень большой волатильностью: например, в июне импорт год к году сократился на 38%, тогда как в мае было сокращение на 40%, а в феврале — на 35%". Причина в том, что "ослабление рубля в первые месяцы года достаточно быстро сменилось не менее резким укреплением, а сейчас началась новая волна обесценения рубля — в таких условиях внутренние производители и импортеры просто не успевают адаптировать свои стратегии". "Мы ждем минимального замедления падения импорта в оставшиеся месяцы года — с текущих 40% до 35%,— подчеркивает Помельникова.— Эти 5% приведут к сокращению торгового сальдо".

Еще один фактор — увеличение выплат за рубеж, включая инвестиционные доходы и траты в зарубежных поездках. "Мы видим, что во втором квартале — и под влиянием сезонных факторов, и на волне восстановления спроса — выплаты за рубеж (поездки, дивиденды, инвестиционные доходы) повысились,— указывает она.— При практически одинаковом торговом сальдо в первом и втором кварталах ($44,4 млрд и $44,1 млрд соответственно) текущий счет во втором квартале упал в полтора раза, до $19,2 млрд, из-за увеличения выплат по инвестиционным доходам ($13,9 млрд против $4,6 млрд в первом квартале) и небольшого восстановления зарубежного туризма".

С другой стороны, статистика экспортных доходов тоже дает повод для беспокойства. Дело даже не столько в глубине их падения (30% год к году), обусловленного снижением цен на энергоносители (доходы от экспорта нефти упали на 40%, от газа — на 34%), сколько в структуре экспорта. "В теории при девальвации страна рассчитывает на две корректировки. На то, что импорт станет меньше, потому что население будет переключаться на отечественную продукцию. И на то, что она сможет больше зарабатывать, что экспорт станет более конкурентоспособным,— рассуждает главный экономист Альфа-банка Наталия Орлова.— Но у нас несырьевой экспорт падает, и это падение усиливается: с 9% год к году в первом квартале до 14% во втором. Это самое негативное, что структурно проявилось в платежном балансе". Ситуация, когда доля нефтегазовых доходов в экспорте составляет около 60%, а все остальные доходы сокращаются, вместо того чтобы расти, "безусловно, говорит о том, что России будет трудно удерживать большой профицит текущего счета" в условиях нестабильных цен на нефть, убеждена Орлова.

Загадочный Восток

"Слабая динамика нефти, которую мы видели в последние недели, больше всего была связана с Китаем",— считает Орлова. Падение на китайском фондовом рынке, хотя и остановленное действиями властей, спровоцировало ухудшение прогнозов, соглашается стратег Saxo Bank Оле Слот Хансен. "Снижение темпов роста китайской экономики может привести к сокращению спроса со стороны одного из крупнейших импортеров",— подчеркивает он. Официальная статистика, правда, утверждает, что экономика Китая замедляется не так уж быстро: рост во втором квартале — 7% год к году, лучше консенсус-прогноза 6,8%, но ее давно ставят под сомнение. Citi в своем отчете указал, что реальный рост, скорее всего, составил всего 4,5-5% год к году.

"Китай подошел к тому моменту, который кто-то может назвать ловушкой среднего дохода, но на самом деле это просто исчерпание экстенсивного ресурса для развития. Это проблемы долгосрочные, структурные, системные — как угодно назовите,— но это не проблемы падающего фондового рынка,— говорит директор по исследованиям и аналитике Промсвязьбанка Николай Кащеев.— Это могут быть проблемы роста, могут быть проблемы стагнации — зависит от того, какой выход будет найден".

Предстоящее снятие санкций с Ирана пока может оказывать только "психологическое давление", указывает руководитель управления аналитических исследований УК "Уралсиб" Александр Головцов: иранскую нефть ждут на рынке не раньше 2016 года. По заявлениям министра нефти Бижана Намдара Зангене, после снятия санкций Ирану потребуется примерно пять-шесть месяцев, чтобы довести объем экспорта до 2,5 млн баррелей в день (в 2014 году — в среднем 1,4 млн баррелей). Правда, увеличить экспорт на 500 тыс. баррелей он готов "немедленно", в том числе, видимо, за счет накопленных резервов: запасы нефти в танкерах оцениваются в 40-45 млн баррелей, напоминает Головцов.

Нужно готовиться к тому, что цикл низких цен будет длительным. Нефть — эффективный энергоноситель, но это энергоноситель, значение которого в долгосрочной перспективе должно постепенно падать

"Поскольку рынок насыщен, а перспективы Китая с точки зрения спроса на нефть не очень понятные, то даже, предположим, 2 млн баррелей в день — это очень большая величина,— говорит Кащеев.— С другой стороны, у нефти есть фундаментальная поддержка — себестоимость ее добычи — и есть интересы людей, которые ею торгуют. Мы видим, что диапазон от $50 до $60 за баррель долго всех устраивал. Это тот уровень, на котором цена может держаться, с какими-то краткосрочными отклонениями, но скорее вниз, чем наверх. Она может упасть до $40 на какое-то время, но вряд ли это будет устойчивое снижение. Она может подскочить на каких-нибудь геополитических событиях, но выше $70 у нефти нет сил идти, потому что ее очень много".

"Для нас это в любом случае не вдохновляюще,— предупреждает Кащеев.— Нам нужно вообще готовиться к тому, что цикл низких цен будет длительным. Нефть — эффективный энергоноситель, но это энергоноситель, значение которого в долгосрочной перспективе должно постепенно падать". Однако краткосрочно стабилизация цен на нынешнем уровне позволяет предположить, что "очередной распродажи рубля в связи с конъюнктурой нефтяного рынка удастся избежать", указывает Хансен. Альфа-банк после публикации Центробанком платежного баланса свой прогноз курса понизил с 55 до 58 руб./$ на конец года, Райффайзенбанк, чей прогноз был ниже — 60 руб./$,— пока его не менял. Головцов допускает падение рубля до 70 руб./$ в случае, если цены на нефть дойдут до нижней границы сложившегося коридора, то есть до $50 за баррель.