Распределенную опеку взяли на попечение

Представители НКО вновь призвали как можно скорее принять закон о распределенной опеке, который уже несколько лет готовит ко второму чтению Госдума. Этот документ, как ожидается, позволит недееспособным гражданам с инвалидностью иметь не одного, как сейчас, а несколько опекунов, в роли которых могут выступить и физические, и юридические лица. В рамках форума «Сообщество», в котором приняли участие представители НКО и гражданские активисты, впервые прозвучали аргументы противников документа, которые считают необходимым прежде реформировать законодательство о психиатрической помощи, а также систему опеки и попечительства в РФ. Между тем, по прогнозам самих представителей НКО, распределенная опека может появиться в России уже осенью следующего года.

В российских интернатах живут 330 тыс. взрослых граждан и 17 тыс. детей. Соучредитель благотворительной организации «Я есть» Ксения Алферова назвала их жизнь бесправной, а сами интернаты — «тюрьмой, смешанной с больницей». Проблема обсуждалась на форуме «Сообщество», где речь, в частности, шла о судьбе закона о распределенной опеке.

«Дети живут годами в условиях вынужденной седации,— рассказала о нарушениях в интернатах главный внештатный детский психиатр Москвы Анна Портнова.— Нейролептики не учат их овладевать социальными навыками, а просто выключают из жизни». Причиной госпожа Портнова считает закрытость таких учреждений, а также тот факт, что психиатры напрямую подчиняются директору интерната, а не ведомству здравоохранения. «Эту систему нужно менять,— полагает психиатр.— Вопрос о дополнительных опекунах очень актуален, потому что директор не может уследить за двумя сотнями детей и задать вопрос, а почему ребенок лежит и не шевелится весь день. Родитель бы это сделал, волонтер и дополнительный опекун — тоже».

В 2017 году на встрече президента России с представителями НКО в Петрозаводске руководитель петербургской благотворительной организации «Перспективы» Мария Островская рассказала, что опекуном всех недееспособных людей в интернатах является директор: он заказывает услуги для подопечных, оказывает им эти услуги и следит за качеством их исполнения. Госпожа Островская назвала такое положение конфликтом интересов, президент Владимир Путин с ней согласился. В начале пандемии представители «Перспектив» забрали из петербургского психоневрологического интерната 26 человек с ментальными особенностями. По словам учредителя благотворительного фонда «Вера» Нюты Федермессер, это спасло им жизнь — «в этом ПНИ в первую волну умерли сто человек, а среди тех, кого забрали "Перспективы", никто не заболел и не умер».

«Мы их селили группами по четыре-шесть человек в квартире,— рассказала госпожа Островская,— и смогли обеспечить реальную изоляцию — то, чего не может интернат. Они прожили у нас полгода. Расцвели. Кто-то пошел, кто-то начал самостоятельно есть, кто-то стал говорить понемногу». Поскольку опекуном недееспособных жителей интерната является директор учреждения, у НКО нет законных возможностей оставить этих людей у себя. «Мы оказались в правовом тупике,— призналась Мария Островская,— поэтому пришлось вернуть 20 человек в интернат. Они не хотели туда возвращаться. Звонят, плачут, а мы им говорим: "Потерпите, примут закон о распределенной опеке, и вы к нам переедете"». Для шестерых организация нашла опекунов среди своих сотрудников. «Если бы закон о распределенной опеке был принят, мы как организация могли бы оформить опеку и забрать все 26 человек»,— говорит президент «Перспектив».

Закон о распределенной опеке, в котором нуждаются люди с особенностями развития и их семьи, позволил бы назначать недееспособному человеку с инвалидностью не одного, как сейчас, а несколько опекунов, которыми могут быть и физические, и юридические лица.

«Ими могут стать и интернат, и НКО, и знакомые, соседи, доверенные лица, которых может выбрать семья или сам человек»,— пояснила Нюта Федермессер.

Такой закон помог бы не только жителям интернатов, но и семьям, где есть люди с особенностями развития. По словам директора псковского Центра лечебной педагогики Андрея Царева, родители часто задают вопрос, что будет с их детьми, когда их не станет. «Они боятся, что дети попадут в ПНИ, но если мы примем закон о распределенной опеке, то сможем ответить на их вопрос»,— сказал Андрей Царев, добавив, что его организация готова становиться опекуном для людей с особенностями развития, сопровождая их на дому. Его поддержал директор благотворительного фонда «Жизненный путь» Иван Рожанский: «Как организация мы готовы быть опекуном».

Законопроект о распределенной опеке был внесен в Госдуму пять лет назад, а в 2016 году был принят в первом чтении. Как рассказала “Ъ” Ксения Алферова, «законопроект был согласован с правительством, но завис в Госдуме». «Президент Владимир Путин дважды давал поручения подготовить закон о распределенной опеке, но его указы не выполняются. Мы знаем, что у законопроекта есть противники, которые пытаются убрать из него саму возможность распределять опеку между интернатом и гражданами,— говорит госпожа Алферова.— Но НКО и родительскому сообществу нужен полноценный закон о распределенной опеке».

Одним из противников законопроекта называли члена Совета при президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства Лидию Михееву. С декабря 2019 года она стала секретарем Общественной палаты РФ, а во вторник впервые публично рассказала о претензиях к документу.

«Все, кто слышат про одновременное назначение в качестве опекуна большого пула физических и юридических лиц, задаются вопросом: кто из них в конечном счете будет отвечать,— заявила госпожа Михеева.— В действующем Гражданском кодексе говорится, что если недееспособный причинил вред кому-то, то вред возмещает организация, в которую этот человек был помещен под надзор, или опекун, если гражданин не был помещен под надзор в организацию».

Стоит отметить, что авторы законопроекта неоднократно поясняли, что ответственность опекунов должна определяться в соответствующем договоре, который заключается ими до момента установления опеки.

При этом Лидия Михеева заявила, что поддерживает необходимость в России закона о распределенной опеке. Однако, по ее мнению, необходимо реформировать и законодательство о психиатрической помощи, а также систему опеки и попечительства и Гражданский кодекс. «И как надолго это отложит принятие закона?» — спросила Ксения Алферова. На этот вопрос Лидия Михеева не ответила. В свою очередь, Нюта Федермессер предположила, что до осени 2021 года такой закон может быть принят. «Времени на раскачку нет. Огромное количество людей страдает в этом постсоветском ГУЛАГе. И завтра там можем оказаться мы с вами»,— сказала она.