Просветительская педагогика и образовательно-воспитательные проблемы русского просвещения в XVIII веке

ОСНОВЫ ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ. ОБРАЗОВАНИЕ КАК СОЦИОКУЛЬТУРНЫЙ ФЕНОМЕН И ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС

ПРОСВЕТИТЕЛЬСКАЯ ПЕДАГОГИКА И ОБРАЗОВАТЕЛЬНОВОСПИТАТЕЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ РУССКОГО ПРОСВЕЩЕНИЯ В XVIII

ВЕКЕ

Т.М. Балыхина

Факультет повышения квалификации преподавателей русского языка как иностранного Российский университет дружбы народов ул. Миклухо-Маклая, д. 6, 117198, г. Москва, Россия

Н.М. Румянцева Кафедра русского языка № 3 Российский университет дружбы народов ул. Миклухо-Маклая, д. 6, 117198, г. Москва, Россия

В статье рассматриваются проблемы становления и развития русской педагогики в XVIII в. Анализируется деятельность видных русских педагогов-просветителей Ф.С.Салтыкова, И.Т. Посошкова, Ф. Прокоповича, В.Н. Татищева.

Новые тенденции в развитии экономики и культуры России XVIII века обусловили реформу образования, активизировали деятельность просветителей этого времени, что способствовало развитию русской педагогической мысли.

Школьное дело в России в первой половине XVIII века переживало переломный период. В петровскую эпоху была заложена государственная система школ, разрушившая патриархальность традиционного обучения. Новое исходило из интересов общества, ориентировалось на подготовку национальных кадров. К сожалению, многое из этого было забыто при преемниках Петра I. В первой половине XVIII века появились различные типы светских и специальных школ, создавались условия для развития массовой народной школы, высшего образования и Академии наук, планировалось подготовить целое поколение отечественных ученых, предотвратив этим в будущем недостаток в народных учителях.

Ведущими идеологами петровских преобразований явились Ф.С. Салтыков, И.Т. Посошков, Ф. Прокопович, В.Н. Татищев. Историки науки назвали их представителями «ученой дружины». Примечательным является то, что именно они начали осознавать ценности образования и систематического воспитания. Каждый из них внес в образовательно-воспитательные задачи свои идеи и решения и способствовал дальнейшему просветительскому движению в России. В конце XVIII века появилось новое поколение просветителей, не желавших мириться с крепостным правом. Они ставили вопрос об осуществлении в России хотя бы части идей Просвещения. Исходя из убеждения, что все беды и злоупотребления порождаются невежеством и дурными нравами, сторонники просветительства считали обличение отрицательных общественных явлений (взяточничества,

корыстолюбия, галломании, невежества, жестокости) и нравственно-духовное воспитание дворянства верным средством искоренения пороков.

Русские просветители связывали главную задачу обучения с живым познанием действительности, приобретаемым через непосредственное соприкосновение с миром. Задача воспитания заключалась в том, чтобы прийти на помощь природе ребенка, устранить все препятствия к естественному развитию заложенных в человеке задатков. Ребенок должен сам через столкновение с действительностью выработать собственные убеждения. Его необходимо научить управлять своими действиями. В этом процессе следует исходить не из принуждения, а из убеждения. Одним из условий успешности воспитания, по мнению просветителей, является наличие в воспитателе высоконравственных качеств и добродетелей, позволяющих добиться уважения к себе со стороны воспитанников.

Представители «ученой дружины» думали прежде всего о проблеме организации школьного дела в стране и содержании образования в школе. Ф.С. Салтыков, Ф. Прокопович, И.Т. Посошков и В.Н. Татищев предложили разные варианты решения данного вопроса.

Так, видный государственный деятель, сторонник социально-политических, экономических, культурных преобразований в стране Фёдор Степанович Салтыков (7-1715 г.) разработал план распространения образования в России, который изложил в записке-проекте «Пропозиции». Одна из глав книги посвящена обучению молодых людей различным ремеслам. Для этого он рекомендовал, по примеру Англии, в каждом городе учесть всех мастеровых людей, промышленников и отдавать им в учение на семь лет детей, желающих учиться. После получения свидетельства им разрешалось заниматься собственным ремеслом. Лучшим из них рекомендовалось обучать молодежь, чтобы ремесло совершенствовалось, а не приходило бы в упадок.

Большая часть его записок посвящена организации школьного дела, отбору предметов, необходимых для образования детей. Просветитель выдвинул идею всенародного обучения, предложив во всех губерниях создать по одной-две академии, численностью две тысячи человек в каждой. Из разных государств следовало пригласить мастеров для учения детей «дворянских и купецких... и всяких иных разных чинов». Детей принимали в возрасте от шести до двадцати трех лет.

В записке предлагался полный перечень предметов, которые подлежали изучению. Ссылаясь на опыт академий Франции и Англии, просветитель рекомендовал изучать языки, необходимые «для обхождения в разговоре с разными народами»: латинский, греческий, немецкий, английский, французский. В содержание образования он включал большой набор «свободных наук», преимущественно светского содержания.

Одним из первых Ф.С. Салтыков предложил организовать женские школы. Для этого он рекомендовал использовать женские монастыри, их доходы. Под угрозой штрафа отцам следовало приводить в школы дочерей с шестилетнего возраста и обучать их до пятнадцати лет. В каждой губернии рекомендовалось открыть две женские школы по пятьсот девочек, в семи губерниях должно было обучаться девять тысяч учениц [8].

Утилитарный подход к организации женского образования определял набор преподаваемых дисциплин: основы чтения, письма, счета, которые могут пригодиться женщинам в домашнем быту. Особое внимание следовало уделять эстетическому развитию девочек, их музыкальному воспитанию.

Особую заботу проявил Ф.С. Салтыков об открытии библиотеки: «В тех же академиях велеть из разных языков и из разных наук сделать библиотеки как в Англии ~ в Оксфорде и Кембридже» [8, с. 22]. Он считал так же, как и Ф. Прокопович, что только наличие хорошей библиотеки дает возможность сделать учение эффективным, так как этим открывается путь к самообразованию, развитию способностей, достижению успехов в учении.

Педагогические воззрения Ф.С. Салтыкова характеризовались широтой планов, реалистичностью, требованием бессословности образования.

К этому же периоду относится деятельность Ивана Тихоновича Посошкова, представителя передового купечества (1652 - 1726 гг.). Он написал такие известные сочинения, как «Письмо о денежном деле», «О ратном поведении», «Зерцало очевидное», «Завещание отеческое», «Книга о скудности и богатстве», в которых показал себя идеологом нового зарождающегося класса буржуазии.

Главная социально-экономическая идея И.Т. Посошкова заключена в следующем высказывании: «... не то царственное богатство, еже в царской казне лежащие казны много..., но то самое царственное богатство, еже бы весь народ по мерностям своим богат был самыми домовыми внутренними своими богатствы...» [6, с. 100].

Одним из первых просветитель выступил с идеей обучения грамоте крестьян. Он объяснял это потребностями государства в образованных людях.

По мнению И. Посошкова, основную роль в развитии просвещения среди крестьянства должно сыграть духовенство. В «Книге о скудности и богатстве» предлагается во всех епархиях построить просторные школы, организуя целую сеть городских и сельских церковных школ. В них принимать десятилетних детей «дьяконовых, поповых, дьячковых, пономарских». Если отцы не захотят отпустить их учиться, то следовало «брать бы их и поневолею и учить грамматике и всякого книжного разума». Неграмотного человека «во пресвитеры и в дьяконы не посвящати».

Заботясь о просвещении народа, И.Т. Посошков высказывал мысль о создании учебных книг, которыми учащиеся могли бы пользоваться самостоятельно.

Организация обучения детей священников, по мнению И.Т. Посошкова, должна была способствовать росту не только грамотности, но и нравственности.

И.Т. Посошков придавал немаловажное значение регламентации содержания образования. Он считал, что детей следует учить славянскому, греческому, латинскому, польскому языкам, чтению, письму, грамматике, математике («выкладке цифирной научив до деления»); рекомендовал обучать детей различным «художествам», рисованию и черчению; советовал бережно относиться к книге, сравнивая ее с иконой, и считал, что для пользы учения из книг следует делать выписки, указывая при этом на их источник.

Большое внимание И.Т. Посошков уделял воспитанию трудолюбия, скромности, честности: «И никогда празден, сыне мой, не сиди: либо какое художественное дело делай, либо книги читай...» [1, с. 67-68].

Особый след в истории русской просветительской мысли оставил Феофан Прокопович (1681-1736 гг.), видный церковный и общественный деятель, оратор, поэт, теоретик литературы, реформатор духовного и светского образования. В 1721 году он издал «Духовный регламент» («гимн просвещению», как оценили современники это произведение), где изложил не только систему управления церковью во главе с Синодом, но и обосновал организацию духовных школ. Всем архиереям предписывалось открывать при архиерейских домах школы, главным образом для детей священнослужителей с целью подготовки духовенства. Содержание этих школ и учащихся возложено было на архиерейские дома. Новые духовные учреждения ученый представлял как общеобразовательные учебные заведения гуманитарного типа. В них изучались латинский язык, грамматика, история, география, арифметика, геометрия, логика или диалектика, риторика, физика с метафизикой, «политика краткая Пуфендорфова», богословие. Содержание образования носило ярко выраженный светский характер, так как шесть лет ученики занимались общеобразовательными предметами и лишь два последних года усиленно изучали богословие. Много внимания уделил просветитель организации семинарий, «каких вымышлено немало во иноземных странах». Для этого он предложил построить отдельный дом, наподобие монастыря, в стороне от шума и веселья. В доме должно быть продовольствие и одежда не менее чем на пятьдесят-семьдесят человек. Детей следовало расселить в комнатах по восемь-девять человек в зависимости от трех возрастных групп: «большие», «средние», «малые». Каждый имел складную кровать, «чтобы в день логовища знать не было», шкаф для книг и одежды, стул.

В каждой избе должен быть префект или надсмотрщик, чья работа состояла в том, чтобы наблюдать за порядком, режимом, чтобы не возникало ссор, не было сквернословия.

Ф. Прокопович был сторонником жесткой регламентации учебного дня семинаристов. Он рекомендовал принимать детей на государственный и собственный счет в возрасте от десяти до пятнадцати лет и в течение первых трех лет обучения не разрешал отпускать никого из семинарии. После трех лет можно было два раза в год позволить выход в гости к родственникам в сопровождении инспектора или наблюдателя.

В регламенте весь день семинаристов был четко определен, по звонку колокольчика начиналось или заканчивалось то или иное дело. Во время еды предлагалось читать детям военные и церковные истории «О мужах во учении просиявших, о церковных великих учителях, також и о древних и нынешних философах, астрономах, риторах, историках и прочая. Ибо таковых повестей слышание и сладко есть, и к подражанию мудрых оных людей поощряет» [1, с. 53]. Воспитанию семинаристов должны были служить диспуты, лекции, комедии, риторские экзерциции, стихосложение, которые бы учили молодых людей смелости, умению убеждать, доходчиво излагать мысли.

Особый вклад в развитие школьного дела и русской педагогики внес Василий Никитич Татищев (1686-1750 гг.), просветитель, историк, государственный деятель. Свои педагогические воззрения он изложил в «Разговоре о пользе наук и училищ» (1733), в «Записке об учащихся и расходах на просвещение в России», в «Духовной моему сыну» (1733), в «Учреждении, коим порядкам русских школ имати поступать» (1736).

Исследователи отмечают двойственность его методологических позиций. С одной стороны, он, представитель просветительской философии, отстаивает сословность, рационализм, а с другой - предстает сторонником религии и религиозного воспитания. «Просвещение, по его мнению, не только не подрывает религию, но, наоборот, укрепляет ее.

В работах В.Н. Татищева мы имеем первую попытку приспособить рационалистическую философию к самодержавному строю России и укреплению дворянского сословия» [5, с. 58]. Как государственный деятель, он полагал, что изменений в жизни страны можно достичь лишь с помощью укрепления самодержавия и распространения просвещения. Наука ведет к самопознанию, к будущему и настоящему благополучию: «Наука главная есть, чтоб человек мог себя познать» [9, с. 14]. Просветитель доказывал полезность наук не только для воспитания, образования, но и для государственного управления. Он отстаивал мысль о том, что незнание и глупость любому обществу вред наносят. С помощью науки и искусства разумный человек приобретает не только хорошую память, твердые и обоснованные суждения, но и становится способным предотвратить зло, вредительство, смятение.

Ученый рассматривает значение науки с практических, утилитарных позиций, с точки зрения ее полезности и «непотребности». Изучить новое следует человеку для того, чтобы быть совершеннее. Наука должна для этого дать определенные знания. Поэтому В.Н. Татищев разделил науки на нужные (домоводство, медицина, нравоучение, законоучение), полезные, щегольские или увеселяющие, любопытные или тщетные, вредительные. К полезным он относил письмо и грамматику, красноречие (риторику), «инородные» языки, математику, историю, географию, ботанику, анатомию, физику, химию. К щегольским относились стихотворство, музыка, танцы, живопись. К вредным относились глупые волхвования, ворожба, колдовство и т.д.

Перечень рекомендуемых В.Н. Татищевым к изучению наук характеризует его как просветителя и как сторонника общеобразовательной и профессиональной подготовки молодого поколения. Однако для наиболее полного обучения он рекомендовал посылать детей за границу, так как «купечеству весьма нужно знать состояние торга, а гражданам ремесл совершенные свойства и ухватки, а наипаче тех, которых наши от них научились или обучаться хотят, оным не меньше нужно чужие страны навещать» [9, с. 18]. В.Н. Татищев являлся одним из первых организаторов народной школы и профессионального обучения. Им была предложена система школьного образования, которой должна руководить коллегия. В начале XVIII века в России не было такого ведомства, поэтому предложение ученого об учреждении «центрального ведомства по заведыванию училищами» как «главнейшего и нужнейшего» в государстве, являлось прогрессивным.

«По всем губерниям, провинциям и городам» следовало создать «нижние», начальные школы как основу образования. В одной из записок, содержащей план народного образования, В.Н. Татищев намечал учредить во всех городах «для начинания в научении» от ста двадцати до двухсот мужских и женских семинарий, рассчитанных на двенадцать тысяч учащихся. Считая нужным обучение детей дворян проводить отдельно от детей других сословий, он в соответствии с этим рассматривал назначение начальной школы. Для дворян эта школа лишь первая ступень к последующему образованию. В «малом училище», устроенном в виде

пансиона на пятьдесят человек, дети дворян обучаются чтению и письму на родном языке, религии, немецкому и французскому языкам, арифметике, геометрии и началам истории и географии. На этой основе им строится система среднего и высшего дворянского образования: гимназии или университеты, к которым

относится и корпус кадетов.

В организации обучения, которое предлагал В.Н. Татищев, ярко проявляется сословный принцип. Дети дворян должны быть отделены от детей из простого народа. Однако в «Кратких экономических до времени относящихся записках» он обосновал необходимость элементарного обучения крестьянских детей, в том числе и крепостных, «мужеского и женского» пола в возрасте от пяти до десяти лег чтению и письму, а от десяти до пятнадцати лет - ремеслам. По его мнению, этого требовали экономические и военные интересы государства.

Другой круг проблем, рассматриваемый в просветительской педагогике, касался вопросов воспитания, его организации и принципов, которые отражали новые педагогические веяния и отрицали старую педагогику «сокрушения ребер». В центр воспитания постепенно ставилась идея формирования личности, которую позднее более полно разовьет М.В. Ломоносов. Произошли изменения в понимании самой сущности личности, ее ценностей. «Табель о рангах» закрепила за дворянством господствующее положение в государственных учреждениях, армии, флоте и вместе с тем содействовала тому, что понятие о достоинстве человека, до сих пор отождествлявшееся исключительно с его происхождением, родством и знатностью, начинало связываться также с его личными качествами, общественной пользой, которую он приносит. Как ни ограничено было это обращение к человеку классовыми и политическими интересами, оно опиралось на более широкий и свободный взгляд на личность, основанный на требовании соотношения между личным достоинством человека и положением, занимаемым в государстве и обществе [4, с. 132]. Исходя из принципа ценности человеческой личности, Ф.Прокопович, В.Н. Татищев призывали уважать в детях личность и давать им образование, сообразное склонностям и возможностям.

Ф. Прокопович обосновал в «Духовном регламенте» значение учения для развития производительных сил страны: «Известно есть всему миру, каковая скудость и немощь была воинства российского, когда оное не имело правильного себе учения, и как несравненно умножилась сила его и надчаяние велика и страшна стала, когда... Петр Первый обучил оное изрядными регулами. То же разуметь и о архитектуре, и о врачестве, и о политическом правительстве, и о всех прочих делах» [1, с. 46].

Отвергая бытующее в те времена мнение о вредности учения, он утверждал, что ересь рождается либо в необразованных людях, либо в малообученных. Общественная значимость образования, по мнению Ф. Прокоповича, зависит от его основательности. Просветитель разработал особые требования для достижения «учения доброго и основательного». В «Духовном регламенте» он прежде всего обратился к идее подбора учителей для занятий с детьми. Большое внимание уделял отбору учеников: предлагал проверять память, остроумие ребенка «и, если покажется весьма туп, не принимать в академию. Ибо лета потеряет, а ничего не научится. А обаче возымеет о себе мнение, что он мудрый, и от таковых несть горших бездельников». Высоки были требования педагога и к нравственности

детей. Он полагал, что в течение года пребывания ученика в академии следует наблюдать за ним, воспитывать его.

Большую ценность представляют методические указания «Регламента». Ученый рекомендовал в начале обучения знакомить детей с программой предмета, раскрывать его значение, «чтоб ученики видели берег, к которому плывут, и лучшую бы охоту возымели, и познавали бы повседневную прибыль свою, також и недостатки». Прогрессивность взглядов Ф. Прокоповича на вопросы воспитания, образования, их демократичность нашли отражение в его методических указаниях по изучению богословия. «Духовный регламент» Ф. Прокоповича отличался прогрессивностью, демократичностью положений. В нем отсутствовал строгий догматизм, поощрялось творчество, трудолюбие.

Иначе подошел к пониманию воспитательных проблем В.Н. Татищев. Большую роль в этом сыграла его идея выделения «возрастов жизни», и на данной психологической основе он анализировал возрастные особенности детей. В.Н. Татищев выделил четыре стадии развития: младенчество - от рождения до двенадцати лет; юношество - от двенадцати до двадцати пяти лет; мужество - от двадцати пяти до пятидесяти лет; старость - от пятидесяти лет и далее. В каждом возрастном периоде он видел определенные особенности.

Отвергая принцип старой педагогики о непогрешимости родительского авторитета, просветитель придерживался убеждения о разумных взаимоотношениях старших и младших в семье, выступая за «возвышение» доброго примера в воспитании.

Заслугой В.Н. Татищева является разработка им некоторых дидактических проблем. Обосновав содержание образования, он попытался раскрыть ряд принципов, правил обучения. Их применение позволило бы учителю достичь положительных результатов. Так, одним из важных принципов он считал наглядность. Рекомендовалось также соблюдать доступность, посильность обучения, учитывая индивидуальные особенности детей. Важным условием успешности учения он считал правильное, разумное применение поощрения и наказания. Просветитель критиковал слабую подготовку учителей в плане методики преподавания. Одним из первых в истории русской педагогики В.Н. Татищев дал характеристику учителю как человеку, «который детей читать и писать или иным каким наукам и познанию полезных правил и жизни человеческой обучает. И для того он яко един отец им общий вместо многих родителей» [1].

Среди требований к учителю на первое место он ставит нравственность педагога. Учитель, по мнению В.Н. Татищева, должен проявлять постоянную заботу о детях, быть им отцом и матерью, заниматься их воспитанием. Просветитель был уверен, что учитель должен стать не только образцом, примером для учеников, но и человеком, хорошо знающим свой предмет, понимающим детей. Он предложил «учителей из русских приготовлять», используя для этого Академическую гимназию.

Просветительские взгляды В.Н. Татищева сыграли важную роль прежде всего в развитии отечественной педагогики. Огромное значение имел его призыв к непрерывному образованию, к воспитанию через учение: «Человек от начала жизни даже до престарения учиться нужду и пользу имеет...». Эта идея, как и многие другие прогрессивные предложения русских просветителей петровской и

послепетровской эпохи, были подхвачены, переосмыслены и на научной основе переработаны М.В. Ломоносовым, затем изучены и продолжены М.М. Сперанским.

Идеи русских просветителей по своему теоретическому уровню и практическому воплощению не уступали разработкам западных мыслителей. Они нашли отражение в работах известных педагогов конца XIX-XX столетий, в деятельности педагогов российской общеобразовательной и высшей школы. Их отличали государственный подход, масштабность, реальность замыслов. Используя передовой опыт европейского и русского просвещения, русские просветители внесли значительный вклад в становление педагогики как науки, явились идейными предшественниками М.В. Ломоносова, Н.И. Новикова, А.Н. Радищева, М.М. Сперанского.

ЛИТЕРАТУРА

1. Антология педагогической мысли России XVIII в. / Сост. И.А. Соловков. - М., 1985.-479 с.

2. Антология педагогической мысли России первой половины XIX века. - М., 1987.- 462 с.

3. Вейнберг А.П. Социологические воззрения Феофана Прокоповича (1681-1736). Дис. ... канд. философ, наук. - М., 1947.

4. Мазуркевт Т.Л. Из истории идеологической борьбы в России в конце XVII -первой четверти XVIII века. Дисс.... канд. философ, наук. - М., 1979. - 209 с.

5. Медынский Е.Н. История русской педагогики: до Великой Октябрьской социалистической революции. - М., 1938.

6. Посошков КТ. Книга о скудности, богатстве, сие есть изъяснение, от чего приключается скудность и от чего гобзовитое богатство умножаятся. - М., 1842.

7. Прокопович Ф. Духовный регламент. М., 1721.

8. Салтыков Ф.С. Пропозиции // Рукопись из собр. П.Н.Тиханова. - СПб., Общ-во любителей древности, 1891.

9. Татищев В.Н. Разговор о пользе наук и училищ. Кн.1. - М., 1887.

EDUCATIONAL PEDAGOGY AND EDUCATIONAL ISSUES OF THE RUSSIAN ENLIGHTMENT IN THE 18th CENTURY T.M. Balykhyna

Faculty of Improvement of Professional Skills of Teachers of Russian as Foreign Language People’s Friendship University of Russia Miklukho-Maklaya Str.,6, 117198, Moscow, Russia N.M. Rumyantseva Department of Russian Language №3 People’s Friendship University of Russia Miklukho-Maklaya Str.,6, 117198, Moscow, Russia

The article considers the problems of establishment and development of the Russian pedagogy in the XVIIIth century. It analyses activity of the notable Russian educational enlighteners F.S. Saltykov, I.T. Pososhkov, F. Prokopovich and V.N. Tatishchev.