Современные концепции государственного управления: этический аспект

Вестн. Моск. ун-та. Сер. 21. Управление (государство и общество). 2013. №2

В.К. Борисов, Е.Ю. Бочарова

СОВРЕМЕННЫЕ КОНЦЕПЦИИ ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ:

ЭТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

В статье рассматриваются основные подходы к определению понятая этики государственной службы. Авторы анализируют этический аспект таких современных концепций государственного управления, как традиционное государственное управление, новый публичный менеджмент, post-NPM, новая публичная служба, "new public governance" и «этичный менеджмент». Сделаны выводы о значении этической составляющей работы государственных служащих в соответствии с рассматриваемыми концепциями.

Ключевые слова. Новый публичный менеджмент, государственное управление, этика государственной службы, общественные интересы, традиционная бюрократия.

Major approaches to administrative ethics are considered in the article. Authors analyse the ethical aspect of such contemporary concepts of public administration as traditional public administration, new public management, post-NPM, new public service, new public governance and ethics management. A conclusion is drawn about the significance of the ethical component of public servants' work in each of these concepts.

Key words. New public management, public administration, public service ethics, public interests, traditional bureaucracy.

Подходы к управлению обществом постоянно изменяются и совершенствуются, в связи с чем меняется и усложняется роль государственных служащих, что не может не влиять на этическую сторону их деятельности. Анализ работ зарубежных экспертов в области государственного управления, позволяет выделить несколько концепций, которые предлагает собственный набор управленческих доктрин в сфере применения этики в государственной службе. Но прежде чем охарактеризовать роль, отводимую этике в современных концепциях государственного управления,

Борисов Владимир Константинович — кандидат философских наук, доцент факультета государственного управления МГУ имени М.В.Ломоносова; е-таИ: Borisov@spa.msu.ru

Бочарова Екатерина Юрьевна — аспирантка факультета государственного управления МГУ имени М.В.Ломоносова; е-таИ: k-botcharova@hotmail.com

целесообразно рассмотреть пять основных теоретических подходов к определению понятия этики государственной службЫ.

Этика с точки зрения добродетели. До 1970-х гг. теоретики государственного управления фокусировали свое внимание на разработке этических правил и кодифицированныгх систем для служащих государственного сектора. Но впоследствии ряд исследователей пришли к выводу, что такой подход фактически сводится к банальному заучиванию государственными служащими текстов этических кодексов, не задумываясь об их значении или возможности их применения в конкретных ситуациях. С одной стороны, прописанные в них правила и требования должны выполняться беспрекословно, но, с другой стороны, не препятствовать попыткам разрешить возникшую нравственную дилемму, когда ни одно из правил, на первый взгляд, не подходит. При этом следует учитывать, что кодифицированными правилами можно манипулировать, по-разному их интерпретировать с целью оправдания даже неэтичного поведения. В результате без нормативного обоснования такие этические правила не могут стать ключом к решению этических проблем, выкодящих за рамки предлагаемых государственным служащим этических кодексов и руководств.

Этика с точки зрения режимных ценностей конституциональной теории. Если государственный служащий должен отчитываться за свои поступки, то прежде всего он имеет право получить представление о том, что такое «правильное поведение». Этические стандарты должны быть четко определены, чтобы дать возможность государственному служащему изначально продумывать соответствие своих действий критериям, по которым будут оцениваться его поступки. Сторонники конституциональной теории полагают, что американские режимные ценности отражаются в судебных решениях, поэтому именно знание прецедентного права и следование букве закона позволит государственным служащим избежать ряда сложностей, с которыми они могут столкнуться при самостоятельном изучении философских трудов в поисках ответов на вопросы этического характера.

Этика с точки зрения гражданской позиции. Такой подход обязывает государственных управленцев делать все возможное, чтобы к людям в рамках режима относились и уважали их как граждан. Термин «гражданин» в данном контексте включает в себя и статус самого индивида, и его причастность к жизни граж-

1 Управленческие концепции в сфере этики бизнеса рассматривались ранее в: Петрунин Ю.Ю., Пурлик В.М. Корпоративная социальная ответственность и ее отражение в современных управленческих концепциях // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 21. Управление (государство и общество). 2012. № 4.

данского общества. Идея состоит в том, что гражданин обладает рядом прав, таких, как свобода слова, выбора, собраний, самовыражения, равно как и обязанностей, в частности, подчинение законам существующего в обществе политического режима. Активное участие в общественной жизни — следующая ступень после получения статуса гражданина.

Этика с точки зрения социальной справедливости. Сторонники данного подхода утверждают, что после смены парадигмы политико-административной дихотомии, изменения в сознании позволили управленцам вывести круг их обязанностей за границы приказов и указаний, исходящих от политических назначенцев, стоящих на высших ступенях бюрократической иерархии. Тот факт, что государственные служащие априори работают во имя общественного блага, означает, что на их плечи должна возлагаться большая ответственность за обеспечение беспристрастного и справедливого отношения к гражданам, независимо от их вероисповедания, расовой, этнической и половой принадлежности.

Этика с точки зрения общественного интереса2. Близким к идее социального равенства является известный тезис о том, что государство должно служить защите интересов общества, в то время как преследование частных интересов остается прерогативой бизнес-сектора. В такой упрощенной форме нет места определению понятия «публичного интереса». Согласно одной из интерпретаций данного термина, ключевая задача состоит в том, чтобы достичь процедурного баланса, то есть равной защите прав и интересов индивидуумов, не зависимо от их социального статуса. В области конституционального права важен именно процесс, а не результат. Служение интересам общества ограничивается обеспечением этого общества юридическими средствами для реализации их конституционально закрепленных прав, даже если результат может быть неудовлетворительным. Таким образом, государство не может ущемить данные права, не разрушив фундаментальных основ демократического общества.

Рассмотренные выше подходы не только дают представление о том, насколько насыщена полемикой область изучения этики государственной службы, но и позволяют глубже понять истоки различий в этических представлениях, принятых за основу в анализируемых ниже современных концепциях государственного управления.

Концепция традиционного государственного управления (Traditional Public Administration, далее — TPA), называемая школой

1 Martinez M.J. Public administration ethics for the 21st century. Santa Barbara,

ABC-CLIO, Lie, 2009. P. 1-21.

старого государственного управления, или «ортодоксальной моделью», — самая известная и хорошо изученная концепция, появилась достаточно давно. В соответствии с представлениями сторонников данной концепции, государственные служащие занимаются разработкой и проведением государственной политики в строго ограниченных законом и политическими реалиями рамках. Основной управленческий принцип (касательно вопросов этики) заключается в налаживании организационных процессов таким образом, чтобы действия индивида ограничивались выбором между следованием правилам (что понимается как «этичное поведение») либо их нарушением, как умышленным, так и случайным (что считается «неэтичным поведением»). Решение проблемы подотчетности государственных служащих (она состоит в том, как определить, отвечают ли результаты деятельности служащих нуждам общества) возлагается на политических лидеров, которые формируют свое мнение на основе предоставляемых им отчетов. Л.С. Гоутроп, проанализировавший изменения в государственной службе США за пять последних десятилетий, подвергает TPA критике за бездушность и одержимость процессуальной точностью в вопросах этики. Государственные служащие, по его мнению, должны нести личную ответственность за свои действия, а «служение народу» должно быть центральной величиной, поскольку выбор карьеры государственного служащего подразумевает выбор служения обществу, гражданам, тем, кто живет в одной с ним стране, фактически по соседству .

Другая концепция отражает управленческую философию нового публичного менеджмента (the New Public Management, NPM). NPM, в корне изменившего парадигму государственного управления, который зародился в Великобритании, а затем распространился в США, Австралии, Новой Зеландии и впоследствии в Скандинавии и континентальной Европе. В 1990-х гг. во многих странах проводились реформы публичного сектора по совершенно разным направлениям. В некоторых странах ограничились одним или двумя направлениями, в других были затронуты сразу все: децентрализация, приватизация, инкорпорация, дере-гуляция и т.д. Если можно объединить все выше указанные виды реформ в сфере государственного управления в одно понятие, то им будет «новый публичный менеджмент». И хотя реформы варьировались и по масштабу проведения, и по их результатам, общие черты заключаются в преследуемых целях и используемых технологиях. Во всех странах движимой силой была цель «максими-

3 Gawthrop L.C. Public service and democracy: ethical imperatives for the 21st century. N.Y., Chatham House, 1998.

зировать эффективность производства и распределения ресурсов, которым препятствует "бюрократическая патология", не отвечающие потребностям общества государственные структуры, управляемые бюрократами, наделенными властью и ведомые желанием расширить свое управленческое господство и пространство стратегий»4. Общая черта данных реформ заключается в попытке применить механизмы нового управления, которые выходили бы за рамки традиционных институтов государственной власти и использовали или имитировали рышочныге институты. Новый публичный менеджмент как менеджеризм, фокусирующийся на составлении контрактов и их принудительном выполнении, словно выводит функции государства за рамки веберовской концепции бюрократии. МРМ не описывает сам процесс проведения государственной реформы, но рекомендует новый подход для достижения повышения эффективности в предоставлении государственный услуг. Согласно данной теории, государство нанимает управляющих, которые договариваются с игроками в условиях дерегулированной экономики, где все взаимоотношения строятся по правилам свободной конкуренции. В теории МРМ переплетаются элементы юридических, управленческих и экономических дисциплин. Безусловно, МРМ не замещает предыщущие системы: он предлагает новые подходы к управлению государственным сектором, таких, как, например, контрактуализм.

Несмотря на то что МРМ-подход сразу вызвал волну негодования со стороны многих зарубежных исследователей, ряд аспектов, причисленных к негативным, могли быть освещены только с теоретической точки зрения, поскольку область изучения быша достаточно ограничена и судить о последствиях, вызванных МРМ, можно бышо только по опыту тех стран, в которых эти реформы были проведены недавно, следовательно, опираться на данные, полученные эмпирическим путем, быио невозможно. Значительный практический вклад в эту область внес Э. Колтофф, исследовавший влияние реформ МРМ на государственную службу в Нидерландах5. Он пришел к выводу, что деловой подход к реформированию государственной службы увеличивает количество случаев неэтичного поведения среди государственных служащих. В МРМ-подходе он выщеляет четыре основныгх положения: сокращение штата сотрудников (даунсайзинг) и предпринимательский подход приводят к приватизации, аутсорсингу, государственно-частному партнерству; процесс децентрализации охватывает бюд-

4 Geuras D., Garofalo C. Practical ethics in public administration. Tysosn Corner, Management Concepts, 2010. P. 300—305.

5 Kotthoff E., Huberts L., Heuvet H. The Ethics of New Public Management; Is Integrity at Stake? // Public Administration Quarterly. 2007. N 30 (4). P. 407—409.

жетную сферу, приводит к децентрализации власти и структуры государственных учреждений (разукрупнению бюрократического аппарата в государственные агентства), поощряет дискреционные полномочия; меры по контролю эффективности включают разработку ключевых показателей эффективности, выделение индивидуальных конечных результатов; период планирования и контроля включает программно-целевое планирование, использование сведений о качестве выполнения работы. Основываясь на опыте зарубежных стран, выделяют еще несколько ключевых изменений в государственном секторе, связанных с внедрением МРМ: активное внедрение конкурентных рыночных механизмов; замена входного контроля выходным; отделение процесса принятия политических решений от фактического управления государственными услугами ; применение управленческих практик, характерных для частного сектора, ориентация на потребителя. Иногда сторонники МРМ подчеркивают роль конкурентных механизмов в снижении уровня коррупции, но чаще всего они не затрагивают вопросы этики, словно предполагая, что этичное поведение государственных служащих будет естественным последствием воплощения в жизнь принципов МРМ.

Опасения ряда зарубежных авторов относительно морального падения государственных служащих, основываются на том, что чрезмерное «увлечение» ценностями, присущими бизнес-структурам, будет происходить за счет уникальных ценностных установок, которыми государственные служащие руководствуются, защищая общественные интересы. «Смешивание государственных и частных функций вызывает сложные этические дилеммы, аналогичные тем, что возникают при объединении государственных и частных структур»8, что порождает в свою очередь необходимость различать черты, характерные для государственного и частного сектора, известные как «синдром стража» и синдром «торговца» соответственно . Существует точка зрения, что реформы

ö Keeler L. Rebecca. "Emile Kolthoff. Ethics and New Public Management: Empirical Research into the Effects of Businesslike Government 011 Ethics and Integrity" Review // Administrative Theory & Praxis. 2008. Vol. 30. N 3. P. 384—386.

7 Alonso J., Clifton J., Diaz-Fuentes D. Did New Public Management Matter? An Empirical Analysis of the Outsourcing and Decentralization Effects 011 Public Sector Size // COCOPS Working Paper. December. 2011. N 4. URL: http://www.co-cops.eu/wp-content/uploads/201 l/12/COCOPS_workingpaper_No4.pdf

s Jelovac D., Wat Z, Jelovac A. Business and Government Ethics in the "New" and "Old" EU: An Empirical Account of Public-Private Value Congruence in Slovenia and the Netherlands // Journal of Business Ethics. Springer Netherlands. 2011. Vol. 103. N 1. P. 128-130.

9 Jacobs J. Systems of survival: A dialogue of moral foundations of commerce and politics. Vintage. 1994.

«в стиле» нового публичного менеджмента превращают неэтичное поведение государственных служащих в коллективное и системное явление. Осознание потенциально негативные последствий этих реформ на этичность поведения государственных служащих стало очевидно благодаря освещенным в прессе скандалам, в большинство которыгх оказались вовлечены государственные служащие различных стран, чье поведение было не только неэтичным, но и незаконным, что привело их работодателя (т.е. государство) к финансовым и другим потерям. Получается, что реформы, проведенные под влиянием МРМ, дали недобросовестным служащим не только возможность преступить черту, но и сделать это с моральной установкой в своей невиновности.

Несмотря на то что организационные изменения, проводимые в рамках реформ МРМ, быши направлены на повышение эффективности решения задач отдельными, квазиавтономными государственными структурами, это привело к парадоксальному разрастанию государственного аппарата и снизило эффективность решения «злыгх проблем», которые выгходят за рамки определенных организационных границ и административных уровней. По этой причине стало сложнее разрабатывать и проводить политику сплоченности при решении социальных проблем, что послужило началом поиска новых направлений в реформировании государственной службы, которые помогли бы заново скоординировать работу в государственном секторе.

Необходимость формирования интегрированных служб и внедрения инновационных изменений в вопросах межорганизационного сотрудничества для решения смежных проблем в государственном управлении привела к созданию концепции розЮТМ, которая обрела популярность в теории и на практике государственного управления в конце 1990-х гг. Основная идея розЮТМ заключается в том, что только государственное управление, не имеющее организационных барьеров, способно повысить эффективность разрабатываемых и внедряемых государст-венныгх программ, а также улучшить качество предоставляемых обществу услуг. К борьбе с безработицей, бедностью, бездомностью должны привлекаться специалисты из различных министерств и ведомств, способные обмениваться своими знаниями и опытом во имя общего дела. Таким образом, в реформах ро81;-МРМ особое значение приобретают культурно-ценностные ориентации. В данной концепции уделяется внимание командообразованию (тимбилдингу), построению доверительныгх отношений, ценностно-ориентированному менеджменту, сотрудничеству, тренингам и саморазвитию государственных служащих, а также возрождению общих этических норм и социальной сплоченности, роль

которых была недооценена сторонниками NPM. Так, под лозунгом «работаем вместе» правительство Австралии в 2004 г. призывало к созданию в государственном секторе поддерживающей организационной культуры, формулированию ценностных установок и разработке новейших кодексов поведения10.

Концепция «новой публичной службы» (the New Public Service, NPS) называется некоторыми исследователи классическим, или аристотелевским, подходом к управлению государством, в то время как другие характеризуют его как коммунитарную/граж-данскую альтернативу. Ее сторонники выдвигают NPS в качестве жизнеспособной альтернативной теории при очевидной дихотомии между TPA и NPM. Опираясь на коммунитарную традицию, они предлагают вместо традиционной бюрократии, подчиненной строгой вертикальной иерархии и закрытой для обычных граждан, следующее:

— сделать главной ролью государственного служащего предоставление помощи гражданам в формулировке и удовлетворении их общих потребностей, а не пытаться контролировать или вести общество в нужном им самим направлении;

— государственные управленцы должны прививать гражданскому обществу понятие коллективного, общего публичного интереса. Цель заключается не в поиске легких решений, отвечающих индивидуальным потребностям, а в создании общих интересов и коллективной ответственности;

— государственные программы будут наиболее эффективно реализованы коллективными усилиями и в процессе коллаборации;

— общественные интересы раскрываются в результате диалога об общих для граждан ценностях, а не в процессе объединения индивидуальных интересов; следовательно, государственные служащие должны не просто удовлетворять потребности «покупателей», но и строить доверительные отношения с гражданами и сотрудничать с ними;

— государственные служащие должны работать не просто в рыночной среде, но и в рамках статутного, конституционального права, придерживаться политических норм, руководствоваться общественными интересами и ценностями, профессиональными стандартами;

— государственные предприятия будут более успешны, если ими будут управлять по принципу сотрудничества и долевого лидерства, основанному на уважении подчиненных;

10 Christensen T., Lwgreid P. Welfare Reform and "Wicked Issues" — From Coupling to De-Coupling? // COCOPS Working Paper. June. 2012. N 5. URL: http:// www.cocops.eu/wp-content/uploads/2012/06/COCOPS_workingpaper_No5.pdf

— общественные интересы лучше всего отстаиваются государственными служащими и гражданами, активно старающимися внести свой вклад в развитие общества, а не управленцами-предпринимателями, действующими так, как если бы правительственные денежные средства были их собственными1.

«Демократический дух» данного подхода противопоставлен «предпринимательскому духу» NPM. Что касается споров о негативном влиянии NPM на этику государственной службы, большинство сторонников NPS присоединяются к сторонникам TPA, но предлагают иное решение проблемы. Работа в государственном секторе должна быть организована так, чтобы государственные служащие, руководствуясь чувством патриотизма и филантропией, отвечали не перед «избирателями и клиентами», (что характерно для TPA) или «потребителями» (NPM), но перед «гражданами». Как и NPS, концепция "new public governance" (NPG) тоже основывается на идее, что между взаимоотношениями государства и граждан и взаимоотношениями фирмы и клиентов нельзя проводить четкую аналогию. Считается, что граждане должны принимать активное участие в процессе управления государственными службами, от которых напрямую зависит качество их повседневной жизни. Путем более активного вовлечения граждан в процесс совершенствования предоставляемых государством услуг, NPS и NPG способны решить некоторые этические проблемы, связанные, например, с конфликтом интересов и коррупцией. Поощрение общественной вовлеченности в работу государственных служб может помочь в разработке методик и показателей их эффективности, в оценке качества предоставления государственных услуг, в создании более совершенных механизмов отчетности, что позволит сократить число нарушений принципов честности (взяточничество, непотизм, дискриминация, конфликты интересов и прочее).

При сравнении данных подходов с точки зрения их влияния на организационные процессы западными исследователями выделяются три модели возможного взаимодействия внутри организации: иерархическая, эгалитарная и индивидуалистическая. Эти модели были впервые представлены в культурной теории риска, разработанной антропологом Мэри Дуглас, затем стали применяться в олитологии и, наконец, в государственном управлении. В иерархической модели взаимодействия, предпочтение которой отдают сторонники TPA, особое значение придается систематизации, распределению ролей, разработке правил и

11 Denhardt R.B., Denhardt J.V. The New Public Service: an Approach to Reform // International Review of Public Administration. 2003. Vol. 8. N 1. P. 4—6.

процедур. Государственный служащий становится как объектом контроля со стороны членов своей группы, так и субъектом, на которого возлагаются социальные роли. Наделение отдельных индивидов большими полномочиями и возникающее в связи с этим неравенство в группе объясняются тем, что именно такое распределение ролей позволяет работать наиболее гармонично. В эгалитарной модели взаимодействия внимание уделяется определению границ группы и обеспечению равенства внутри группы. Следует отметить, что под равенством имеются в виду не материальные условия работы, а властные отношения. Никто не имеет права указывать другому, что и как делать. Сторонники NPS демонстрируют приверженность к данной модели взаимодействия. В индивидуалистической модели взаимодействия поощряется создание активной конкурентной среды, в которой властные отношения строятся не на основе традиций или формальной организации, как в иерархической модели, а возникают как следствие постоянной конкуренции. Эта модель наиболее адекватно отражает принципы административной философии NPM12.

Следующая концепция не сводится к одной конкретной управленческой философии в отличие от всех предыдущих. Главный аргумент этого подхода состоит в том, что этика государственной службы — это важная и постоянно развивающаяся область науки о государственном управлении, которая должна иметь свой собственный набор управленческих доктрин, возможно, это будет комбинация трех вышеназванных подходов, адаптированных к требованиям конкретной организации. Споры, возникшие вокруг NPM и его влияния на этику, актуализировали интерес к этому подходу, который был предложен Т. Купером еще в 1982 г. Комитет по вопросам государственного управления ОЭСР (the OECD Public management committee, PUMA) стал главным сторонником и вдохновителем этого подхода. Вместе с академиками-последователями «этичного менеджмента» ("Ethics Management") они признают преимущества, которые несет в себе NPM и осознают возможность проявления нежелательных побочных эффектов в виде неэтичного поведения со стороны государственных служащих. Однако в отличие от сторонников TPA и NPS они видят разрешение данного конфликта не в отказе от инновационных идей NPM, а в дополнении их тщательно продуманной политикой продвижения этики государственной службы. Здесь можно выделить два возможных направления: «навязываемый» и «корректный». Первое, ссылаясь на концепцию

12 Maesschalck J. The Impact of New Public Management Reforms 011 Public Servants' Ethics: Towards a Theory // Public administration. Oxford, Blackwell Publishing Ltd. 2004. Vol. 82. N 2. Blackwell Publishing Ltd. P. 470-471.

TPA, направлено на «строгое следование предписанным административным процедурам и правилам, механизмам контроля». Вместе с тем сами сторонники «этичного менеджмента» отмечают, что такой подход не соответствует управленческому стилю NPM, основанному на результате и адаптируемого к изменяющимся обстоятельствам. Вместо этого изменения, вызываемые реформами NPM, должны быть сглажены в «корректном» направлении, которое основано на личностных стремлениях, стимулах и поощряет порядочность и честность, а не наказывает за ошибки и проступки. Такая позиция обоснована тем, что свобода действий, предоставляемая государственным служащим в связи с сокращением числа ступеней в иерархической лестнице при проведении реформ NPM, не должна ограничиваться новыми правилами и системами контроля.

Таким образом, существуют различные мнения о том, какая роль должна отводиться этике в государственном управлении: от идеи ограничения действий государственных служащих этическими нормами и правилами до идеи предоставления им свободы выбора модели поведения и способа разрешения сложных этических проблем. Проблема этики в государственном управлении не должна исследоваться только в теоретическом аспекте. Труды, посвященные анализу последствий реализации реформ в сфере государственного управления, позволяют прийти к выводу, что, несмотря на такое различие в теоретических взглядах, общим является стремление найти наиболее эффективное соотношение рассмотренных концепций этики госслужбы и воплотить его в практике государственного управления.

Список литературы

Петрунин Ю.Ю., Пурлик В.М. Корпоративная социальная ответственность и ее отражение в современных управленческих концепциях // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 21. Управление (государство и общество). 2012. № 4.

Alonso J, Clifton J, Díaz-Fuentes D. Did New Public Management Matter? An Empirical Analysis of the Outsourcing and Decentralization Effects on Public Sector Size // COCOPS Working Paper. December 2011. N 4. URL: http://www.cocops.eu/wp-content/uploads/201 l/12/COCOPS_working-paper_N4.pdf, (дата обращения: 20.10.2012).

Christensen T., Lagreid P. Welfare Reform and "Wicked Issues" — From Coupling to De-Coupling?// COCOPS Working Paper. June. 2012. N 5. URL: http://www.cocops.eu/wp-content/uploads/2011/06/COCOPS_working-paper_N5.pdf, (дата обращения: 20.10.2012).

Denhardt R.B., Denhardt J.V. The New Public Service: an Approach to Reform // International Review of Public Administration. 2003. Vol. 8. N 1.

Gawthrop L.C. Public service and democracy: ethical imperatives for the 21st century. New York, Chatham House, 1998.

Geuras D., Garofalo C. Practical ethics in public administration. 3rd edition. Tysons Comer, Management Concepts, 2010.

Jacobs J. Systems of survival: A dialogue of moral foundations of commerce and politics. Vintage, 1994.

Jelovac D, Wal Z, Jelovac A. Business and Government Ethics in the "New" and "Old" EU: An Empirical Account of Public-Private Value Congruence in Slovenia and the Netherlands // Journal of Business Ethics. Springer Netherlands. 2011. Vol. 103. N 1. P. 127-141. URL: http://hdl.hand-le.net/10.1007/sl0551-011-0846-5, (дата обращения: 20.10.2012).

Keeler L. Rebecca. "Emile Kolthoff. Ethics and New Public Management: Empirical Research into the Effects of Businesslike Government n Ethics and Integrity" Review //Administrative Theoiy & Praxis. 2008. Vol.

30. N 3. P. 383-389.

Kolthoff E, Huberts L, Heuvel H. The Ethics of New Public management; Is Integrity at Stake? // Public Administration Quarterly. 2007. N 30 (4). P. 399-439.

Maesschalck J. The impact of new public management reforms on public servants' ethics: towards a theoiy // Public administration. Oxford, Blackwell Publishing Ltd., 2004. Vol. 82. N 2. P. 465-489.

Martinez M.J. Public administration ethics for the 21st century. Santa Barbara, ABC-CLIO, Lic., 2009.