Русский язык в Восточной Европе: положение и внешнеполитические практики

Государственное управление. Электронный вестник

Выпуск № 47. Декабрь 2014 г.

Януш О. Б.

Русский язык в Восточной Европе: положение и внешнеполитические практики*

Януш Ольга Борисовна — кандидат политических наук, доцент, Институт экономики и информационных технологий, Казанский государственный энергетический университет, Казань, РФ.

E-mail: yanush ob@yahoo.com SPIN-код РИНЦ: 5737-4096

Аннотация

Статья посвящена проблеме положения русского языка в странах Восточной Европы. Отмечается общая тенденция снижения численности владеющих русским языком в этом регионе, сокращение русскоязычного информационного пространства, снижение престижа и популярности русского языка. Цель исследования — оценить перспективы русского языка в странах Восточной Европы с учетом интеграционных процессов.

Автор приводит социолингвистические данные, характеризующие русский язык, опираясь на отечественные и зарубежные информационные ресурсы, анализирует основные документы ЕС, закрепляющие положения о языке (языках), описывает внешнеполитические практики на примере фонда «Русский мир». В работе делается вывод о том, что языковая политика ЕС создает благоприятные предпосылки для упрочения позиций русского языка в странах Восточной Европы, о необходимости соответствующего концептуального сопровождения и продуманных реальных шагов со стороны России.

Ключевые слова

Pусский язык, страны Восточной Европы, языковая политика, Европейский тоюз, многоязычие, статус языка, упрочение позиций языка.

Обращение к заявленной теме обусловлено некоторыми проблемными моментами. Отечественный академический дискурс, сформировавшийся под влиянием преобразований 1990-х годов, посвящен преимущественно проблемам статуса русского языка и положению русскоязычного населения на постсоветском пространстве, в так называемых новых независимых государствах. Вместе с тем положение русского языка, например, в странах Европейского союза, перспективы его статуса, факторы, обусловливающие упрочение его позиций, остаются без должного политологического внимания1. Научного осмысления требуют практики российских властей, направленные на продвижение русского языка в региональных, национальных и наднациональных измерениях.

Доминирующими свойствами отечественных разработок выступают:

* Исследование выполнено при поддержке Совета по грантам Президента РФ, проект МК-4097.2014.6.

1 Одно из немногих политологических исследований — это научный доклад Н.М. Мухарямова «Феномен языковой субглобализации и его политические измерения (восточноевропейский контекст)»: Мухарямов Н.М. Феномен языковой субглобализации и его политические измерения (восточноевропейский контекст) // Тематический сетевой проект «Зоны культурных контактов и конфликтов в Восточной Европе», стартовая конференция в Казани на тему «Многоязычие в контексте политических преобразований». Казань: Казанский (Приволжский) федеральный университет, 2013.

Государственное управление. Электронный вестник

Выпуск № 47. Декабрь 2014 г.

1) их преимущественно социолингвистический характер. Например, одно из основательных исследований последних лет посвящено использованию и изучению русского языка в национальных учреждениях образования во всех регионах мира2;

2) обращение к проблемам статуса русского языка и положению русскоязычного населения на постсоветском пространстве3;

3) фокусирование на проблемах обучения русскому языку, методиках преподавания, подготовки педагогических кадров и т. д.

Языковым измерениям постсоветского пространства также посвящены монографические исследования А. Павленко и Дж. Ландау и Б. Келлнера-Хайнкеле4.

Принимая во внимание описанную выше ситуацию, данная статья направлена преимущественно на политологические измерения положения русского языка в странах Восточной Европы с учетом интеграционных процессов в объединенной Европе.

В ходе работы для анализа практики функционирования коммуникативного пространства русского языка были применены методы: институциональный, социолингвистическая статистика; дискурс-анализ и контент-анализ — они позволили изучить политические и нормативно-правовые документы, закрепляющие положения о языках.

За последние 20 лет (1990-2010) общее число владевших русским языком уменьшилось на 52 млн человек: с 312 млн в 1990 до 260 млн чел. в 2010 году. В восточноевропейских и балканских странах (прежде всего в Польше, Болгарии, республиках бывшей Югославии) наряду с государствами — участниками СНГ число владевших уменьшилось в наибольшей мере5.

В современном политическом лексиконе используется несколько вариантов обозначения этой части субконтинента: Центральная и Восточная Европа, Центрально-Восточная Европа, Центральная и Юго-Восточная Европа, наконец, Восточная Европа, что определяется географическим положением страны, точкой, откуда ведется наблюдение за процессами и политическими мотивами. Российские исследователи, как

2 Арефьев А.Л. Русский язык на рубеже XX-XXI веков. М.: Центр социального прогнозирования и маркетинга, 2012. URL: http://www.civisbook.ru/files/File/russkii yazyk.pdf (11.02.2014).

3 См., например: Решение национально-языковых вопросов в современном мире. Страны СНГ и Балтии / под ред. Е.П. Челышева. М.: Азбуковник, 2010; Васильева Г.В., Саакян Л.Н., Ускова О.А. Русский язык как фактор, организующий русское культурное пространство в странах СНГ // Вестник ЦМО МГУ. 2011. № 2. С. 103-109; ВоронцовА.В. Русский язык на постсоветском пространстве // Universum: Вестник Герценовского университета. 2010. № 8. С. 25-33.

4 Pavlenko A. Multilingualism in Post-Soviet Countries. Bristol: Multilingual Matters, 2008; Landau J.M., Kellner-Heinkele B. Politics of Language in the Ex-Soviet Muslim States: Azerbaijan, Uzbekistan, Kazakhstan, Kyrgyzstan, Turkmenistan and Tajikistan. London: Hurst and Company, 2001.

5 Арефьев А.Л. Указ. соч. С. 231.

Государственное управление. Электронный вестник

Выпуск № 47. Декабрь 2014 г.

правило, рассматривая проблемы восточноевропейского региона, включают в него

собственно центральноевропейские страны, объединенные в Вышеградскую группу

(Польшу, Венгрию, Чехию и Словакию), страны Юго-Восточной Европы — Румынию,

Болгарию или, в более широком смысле, к ним добавляют все балканские государства:

Македонию, Албанию, Боснию и Герцеговину, Хорватию6. Отдельно либо в контексте

процессов, происходящих в центральноевропейском регионе, рассматривается

Словения. Как правило, обособленно исследуются проблемы стран Балтии и СНГ7. В

западных исследованиях также имеются отличия, о которых следует упомянуть.

Т. Камуселла определяет Центральную Европу как «центральную треть континента или территорию, ограниченную Италией, немецкоговорящими политиями Германии и Австрии на западе и многоязычной Российской Федерацией на востоке»8. Зарубежный социолингвистический ресурс Ethnologue к странам Восточной Европы относит Беларусь, Болгарию, Чешскую Республику, Венгрию, Молдову, Польшу, Румынию, Российскую Федерацию, Словакию и Украину9. По данным ресурса, в Восточной Европе насчитывается 120 живых языков: 25 — институциональных, 27 — развивающихся, 14 — устойчивых, 23 — проблемных, 31 — умирающий. Русский язык определяется как институциональный, то есть развитый в такой степени, что он используется и поддерживается институтами вне места распространения и сообщества. Место русского языка в облаке всех живых языков мира изображено большой фиолетовой точкой (См. Рисунок 1).

Каждый язык представлен точкой, отражающей соотношение населения (вертикальная ось) и уровня его развития или угрожаемости (горизонтальная ось). Самые большие и сильные языки, в том числе русский язык, расположены в верхней левой части облака, а малые и самые слабые (близкие к исчезновению) — в правой нижней.

Вертикальная ось отражает численность населения по первому языку говорящих, горизонтальная ось — уровни EGIDS — многомерной шкалы, фокусирующейся на различных аспектах жизнеспособности языка. Шкала состоит из 13 уровней, где каждое число представляет уровень нарушения межпоколенческой

6 Автор статьи разделяет эту точку зрения.

7 Кириллов В.Б. События в Центральной и Восточной Европе: позиции России // Современные международные отношения и мировая политика / под ред. А.В. Торкунова. М.: Просвещение, 2004. С. 535-558.

8 Камуселла Т. Центральная Европа с лингвистической точки зрения // Век глобализации. 2009. № 2. С. 81.

9 Ethnologue: Languages of the World. 17th Edition / eds.: Lewis P.M., Simons G.F., Fennig Ch.D. Dallas, Texas: SIL International, 2014.

Государственное управление. Электронный вестник

Выпуск № 47. Декабрь 2014 г.

передачи языка. Более сильные, жизнеспособные языки имеют низкие цифры шкалы.

Уровень русского языка — 0 — международный, то есть широко используемый между

странами в области торговли, обмена знаниями и международной политики.

Рисунок 1. Русский язык в облаке живых языков10

Таким образом, русский язык — один из мировых языков — по оценкам зарубежных лингвистов, в настоящее время находится на восьмом месте в мире по такому ключевому показателю, как число тех, для кого тот или иной язык является родным (после китайского, испанского, английского, арабского, хинди, бенгали и португальского). Впрочем, численность владеющих, как и говорящих на том или ином языке далеко не всегда является убедительным аргументом для принятия и реализации политических решений, что наглядно демонстрируется положением русского языка в восточноевропейском регионе Европейского союза.

Расширение ЕС за счет вступления в него восточноевропейских стран послужило новым информационным поводом для обсуждения статуса русского языка и положения русскоязычного населения в контексте европейской интеграции.

С одной стороны, после распада СССР, ликвидации Совета экономической взаимопомощи и роспуска Организации Варшавского договора, а также в силу резкого ослабления экономических связей России с восточноевропейскими государствами, их принципиального стремления интегрироваться в евроструктуры (экономическая и политическая интеграция в ЕС, военно-политическая — в НАТО) престиж русского языка и его практическая значимость резко снизились, значительно сократилось

10 Ethnologue: Languages of the World.

Государственное управление. Электронный вестник

Выпуск № 47. Декабрь 2014 г.

количество людей, активно владеющих или изучающих его. В языковой политике стран

Восточной Европы произошли переориентация на изучение европейских языков и

одновременное исключение русского языка из школьных и вузовских программ.

Русский язык был провозглашен «символом советского доминирования и орудием

коммунистической идеологии»11.

С другой стороны, языковые политика и стратегия Евросоюза создают реальные предпосылки для упрочения позиций русского языка в объединенной Европе. Европейский союз в целом представлял и с готовностью представляет себя многоязычным институтом во многих ключевых текстах.

ЕС основывается на «единстве в разнообразии»: культур, традиций, убеждений и языков. «Это то разнообразие, которое делает Европейский союз не "плавильным котлом", в котором стираются различия, а домом, где разнообразие приветствуется, где множество родных языков является источником благополучия и мостом к большей солидарности и взаимному пониманию»12.

Статья 22 Хартии ЕС об основных правах, одобренной Европейским парламентом, Европейским советом и Европейской комиссией в декабре 2000 года, обязывает ЕС «уважать культурное, религиозное и языковое разнообразие». Статья 21 запрещает дискриминацию по ряду оснований, в том числе по языку13. Следует подчеркнуть, что Хартия ЕС об основных правах — документ политический, не имеющий силы закона. Уважение языкового разнообразия наряду с уважением индивидуальности, открытости другим культурам и толерантности является ключевой ценностью Европейского союза, а его деятельность и государств-членов по поддержанию многоязычия (мультилингвизма) оказывает прямое воздействие на жизнь каждого гражданина14. В рамочной стратегии многоязычия, подготовленной Европейской комиссией в 2005 году, термин «многоязычие» используется «для описания новой области политики комиссии, которая способствует климату,

11 Арефьев А.Л. Указ. соч. С. 231.

12 Communication from the Commission to the Council, the European Parliament, the European Economic and Social Committee and the Committee of the Regions: A New Framework Strategy for Multilingualism. COM (2005) 596 final. Brussels: Commission of the European Communities, 2005. P. 2. URL: http://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/TXT/PDF/?uri=CELEX:52005DC0596&from=EN (24.10.2014).

13 The Charter of Fundamental Rights of the Union // Official Journal of the European Union. 16.12.2004. Vol. 47. Р. 42. URL: http://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/ALL/?uri=0J:C:2004:310:T0C (24.10.2014).

14 Communication from the Commission to the Council, the European Parliament, the European Economic and Social Committee and the Committee of the Regions: A New Framework Strategy for Multilingualism. COM (2005) 596 final. Р. 2.

Государственное управление. Электронный вестник

Выпуск № 47. Декабрь 2014 г.

благоприятствующему полному выражению всех языков»15. Здесь же определяются три

цели политики многоязычия.

Первая цель — «поддержка изучения языков и продвижения языкового разнообразия в обществе». Одной из долгосрочных целей Европейской комиссии является «повышение индивидуального многоязычия до того предела, пока каждый гражданин не сможет на практике применить, по крайней мере, два языка вдобавок к своему родному языку»16. В 2011 году эта цель нашла отражение в разработанной и принятой Европейской комиссией концепции «личного приемного языка». Согласно концепции, каждому гражданину Европы рекомендовано наряду с английским учить родной язык и еще один европейский, чтобы познакомиться с культурой соседей, что будет способствовать сохранению многоязычия17. По мнению профессора языкознания Свободного университета Берлина Ю. Трабанта, русский язык в рамках данной концепции «получит дополнительные полномочия, ресурсы и площадки для изучения — как школьные, так и университетские»18. Таким образом, русский язык вполне вписывается в концепцию «личного приемного языка».

Вторая цель — «поддержка процветающей многоязычной экономики». В упомянутой Стратегии многоязычия говорится о том, что «Европейский союз строит высококонкурентную экономику... Торговля с компаниями в других государствах-членах требует знания языков Европейского союза, равно как и языков наших торговых партнеров по всему миру.»19 В этом контексте русский язык мог бы стать реальным лингва франка среди граждан восточных государств-членов20. Этому способствуют

15 Communication from the Commission to the Council, the European Parliament, the European Economic and Social Committee and the Committee of the Regions: A New Framework Strategy for Multilingualism. COM (2005) 596 final. P. 3.

16 Communication from the Commission to the Council, the European Parliament, the European Economic and Social Committee and the Committee of the Regions: Promoting Language Learning and Linguistic Diversity: An Action Plan 2004-2006. COM (2003) 449 final of 24 July 2003. Brussels: Commission of the European Communities, 2003. P. 7. URL: http://eur-lex.europa.eu/legal-

content/EN/TXT/PDF/?uri=CELEX:52003DC0449&from=EN (24.10.2014); White Paper on Education and Training «Teaching and Learning: Towards the Learning Society». Brussels: Commission of the European Communities, 1995. P. 44. URL: http://europa.eu/documents/comm/white papers/pdf/com95 590 en.pdf (24.10.2014); Council Resolution on the promotion of linguistic diversity and language learning in the framework of the implementation of the objectives of the European Year of Languages 2001 // Phillipson R. English-Only Europe? Challenging Language Policy. London: Routledge, 2003. P. 195-198.

17 Емельяненко В. Язык до Брюсселя доведет // Русский мир. 2012. № 8. URL: http://www.russkiymir.ru/rus skiymir/ru/magazines/archive/2012/08/article0004.html (26.01.2014).

18 Там же.

19 Communication from the Commission to the Council, the European Parliament, the European Economic and Social Committee and the Committee of the Regions: A New Framework Strategy for Multilingualism. COM (2005) 596 final. Р. 8.

20 Greech R. Law and Language in the European Union. The Paradox of a Babel «United in Diversity». Groningen: Europa Law Publishing, 2005. P. 157.

Государственное управление. Электронный вестник

Выпуск № 47. Декабрь 2014 г.

деловые связи жителей стран Восточной Европы и России, создание совместных фирм.

Переводчица из Польши С. Люцина отмечает: «У нас, в западном Поморье, недалеко от

немецкой границы, появляется все больше таких совместных фирм. Я служу

присяжным переводчиком и очень часто помогаю нотариусам при заключении разного

рода соглашений, контрактов и договоров с русскими: они открывают у нас польско-

русские и даже польско-русско-немецкие фирмы»21.

Третья цель политики многоязычия — «предоставление доступа гражданам к

законодательству, процедурам и информации Европейского союза на их собственных

языках»22, что напрямую связано с официальным языковым режимом институтов ЕС,

который установлен Постановлением Совета № 1 от 15 апреля 1958 года и называется

Языковой хартией Европейского союза23. Языковой режим институтов включает все

официальные языки каждого государства. Документ определял, что четырьмя

официальными и рабочими языками являются языки, используемые в шести

первоначальных государствах-членах: голландский, французский, немецкий и

итальянский. Это постановление автоматически изменялось при принятии новых

государств-членов. Сегодня в ЕС 24 официальных языка. Документы, принимаемые

властями, должны быть переведены и изданы на 24 языках. Многоязычие

гарантируется на высшем уровне политического представительства. На встречах,

проводимых на высших уровнях Европейского совета, обеспечивается одновременный

устный перевод. Эта практика характерна и для пленарных сессий Европейского

парламента. Однако чем ниже ступень иерархии или менее формальны встречи, тем

менее гарантируется многоязычие.

Официальный языковой режим должен применяться к отношениям с

европейскими гражданами как способ признания европейского гражданства,

укрепления демократии, прозрачности и легитимности институтов ЕС24.

Амстердамский договор 1997 года установил принцип, согласно которому каждый

гражданин Союза может обратиться в любой институт на одном из официальных

21 Новосёлова Е. Остановить «пельмэна»! Кто сделает работу над ошибками в учебниках русского за рубежом? // Российская газета. 18.09.2013. № 6184 (208). URL: http://www.rg.ru/2013/09/18/rus.html (24.10.2014).

22 Communication from the Commission to the Council, the European Parliament, the European Economic and Social Committee and the Committee of the Regions: A New Framework Strategy for Multilingualism. COM (2005) 596 final. Р. 3.

23 Council Regulation No 1, determining the languages to be used by the European Economic Community // Phillipson R. P. 119.

24 «Multilingualism — essential for the unity in diversity of the EU»: Speech by EU Commissioner L. Orban. 7 March 2008, Natolin // European Union Delegation to the United Nations — New York [Official Site]. URL: http://eu-un.europa.eu/articles/en/article 7766 en.htm (24.10.2014). P. 2.

Государственное управление. Электронный вестник

Выпуск № 47. Декабрь 2014 г.

языков и получить ответ на том же языке. Но имплементация данного права, конечно

же, зависит от желания граждан его использовать. Основная часть людей, которые

контактируют с институтами ЕС, используют лингва франка, обычно английский язык.

Таким образом, русский язык был бы практически автоматом включен в список официальных языков ЕС, если бы он обладал статусом государственного или официального в одном из государств-членов ЕС. Однако вопрос о статусе русского языка остается крайне политизированным в ряде государств, что убедительно продемонстрировали результаты референдума 2012 года по вопросу статуса русского языка в Латвии. Русский язык не получил статус государственного, так как против этого проголосовало 74,8% граждан, принявших участие в голосовании. В то же время изменился смысл референдума. Он стал референдумом протеста русского меньшинства против дискриминационной политики властей Латвии. За русский язык проголосовало 24,88% (273 347 человек) — максимум, который можно было набрать среди русских и русскоязычных жителей республики, имеющих право голоса25.

Другой путь, теоретически позволяющий русскому языку стать официальным в ЕС, — сбор миллиона подписей граждан стран-членов для обращения с инициативой в органы власти Союза26. Согласно правилу ЕС 211/2011 о «Европейской гражданской инициативе», подписи должны быть собраны не менее чем в семи странах. Приложением к правилу оговариваются квоты, пропорциональные населению каждой страны. Например, в Латвии необходимо собрать 6 000 голосов граждан, в Великобритании и Франции — по 54 000 голосов27. Активисты Европейского русского альянса во главе с депутатом Европарламента Т. Жданок уверены, что смогут собрать необходимое количество подписей. Независимо от результатов голосования, для упрочения позиций русского языка в восточноевропейском регионе необходимы и востребованы внешнеполитические практики со стороны российских властей.

В 1990-е годы существование за рубежами России многочисленного русского и русскоязычного населения на словах было признано проблемой, но не нашло отражения в реальной политике. Принципиальные изменения в политическом мышлении и действиях российского руководства произошли после 2000 года. В

25 См.: АлександровМ.В. Латвия на пути к межнациональному конфликту: анализ итогов референдума о статусе русского языка // Центр русской культуры Латвии в Москве [Официальный сайт]. 12.03.2012. URL: http://www.zdvina.org/stati/latviya-na-puti-k-mezhnaczionalnomu-konfliktu-analiz-itogov-referenduma-o-statuse-russkogo-yazyka.html (14.05.2014).

26 Карпюк И. О русском языке как официальном языке ЕС // Демоскоп Weekly. 2013. № 577-578. URL: http://www.demoscope.ru/weekly/2013/0577/gazeta036.php (14.05.2014).

27 Петропавловский Ю. Русский язык — в ЕС с «черного хода?» // ИноСМИ.т [Электронное периодическое издание]. 23.01.2012. URL: http://inosmi.ru/baltic/20120123/183761280.html (24.10.2014).

Государственное управление. Электронный вестник

Выпуск № 47. Декабрь 2014 г.

2007 году указом Президента РФ был создан фонд «Русский мир» — своеобразный

аналог Института Гете, «Альянс Франсэз» и прочих подобных структур. За последние

несколько лет фондом «Русский мир» было открыто 89 «Русских центров» и

117 кабинетов «Русского мира», в том числе в странах Восточной Европы (3 — в

Болгарии, 2 — в Венгрии, 3 — в Польше и 2 — в Румынии)28. Тенденция

положительная, но этого количества явно недостаточно для изменения языковой

ситуации и удовлетворения языковых потребностей в странах Восточной Европы.

Например, на территории Польши действуют 64 организации, поддерживающие

немецкий язык, и 5 — русский язык, хотя оба языка наряду с армянским, белорусским,

чешским, румынским и др. признаны польскими властями региональными29.

Положения о «распространении и укреплении позиций русского языка в мире, популяризации культурных достижений народов России, консолидации русской диаспоры за рубежом» нашли закрепление в качестве основных внешнеполитических целей России в Концепции внешней политики Российской Федерации 2013 года30. Одним из новых положений документа является введение понятия «мягкой силы», определяемой авторами документа как «комплексный инструментарий решения внешнеполитических задач с опорой на возможности гражданского общества, информационно-коммуникационные, гуманитарные и другие альтернативные классической дипломатии методы и технологии»31. На наш взгляд, настало время для разработки и реализации концепции укрепления позиций русского языка в мире, понимаемой как «любое вмешательство национального или международного органа, либо социального актора, направленное на установление функций или статуса одного или нескольких конкурирующих языков на данной территории или в данном пространстве»32. Универсальных моделей таких мероприятий не существует, при их реализации необходимо принимать во внимание «языковой пейзаж», или «языковое окружение», точное и детальное знание исходной социолингвистической ситуации,

28 Фонд «Русский мир»: пятилетие. Цифры и факты. М., 2012. С. 2-4.

URL: http://russkiymir2.ru/export/sites/default/russkiymir/ru/fund/docs/Report 5.pdf (24.10.2014).

29 Initial Periodical Report Presented to the Secretary General of the Council of Europe in Accordance with Article 15 of the Charter: Poland. Strasbourg: Council of Europe, 2010. URL: http://www.coe.int/t/dg4/educatio n/minlang/Report/PeriodicalReports/PolandPR 1 en.pdf (09.05.2013).

30 Концепция внешней политики Российской Федерации. Утверждена Президентом Российской Федерации В.В. Путиным 12 февраля 2013 г. // Министерство иностранных дел Российской Федерации [Официальный сайт]. URL: http://www.mid.ru/brp 4.nsf/0/6D84DDEDEDBF7DA644257B160051BF7F (24.10.2014).

31 Там же.

32 Руссо Л. -Ж. Разработка и проведение в жизнь языковой политики // Языковая политика в современном мире. По материалам Третьего и Четвертого международных семинаров по государственной языковой политике и актуальным проблемам двуязычия. СПб.: Златоуст, 2007. С. 102-103.

Государственное управление. Электронный вестник

Выпуск № 47. Декабрь 2014 г.

социальный и политический запросы33. Применительно к укреплению позиций

русского языка в Восточной Европе следует принимать во внимание тот факт, что в

распределении полномочий языковая политика в принципе находится в компетенции

государств-членов, а не Европейского союза. Поэтому заявления о желаемом

официальном (государственном) статусе русского языка будут раздражителями для

официальных властей и могут быть расценены как посягательство на языковой

суверенитет. «Однако было бы наивным предположить, что каждое государство

Европейского союза — это языковой остров, а политика ЕС не влияет на все

европейские языки»34.

Таким образом, языковая политика ЕС, несмотря на политическую

чувствительность темы, создает благоприятные предпосылки для упрочения позиций

русского языка в этом регионе. Многое будет зависеть от последующей готовности

России участвовать в росте и расширении изучения русского языка в странах

Восточной Европы.

Список литературы:

1. АлександровМ.В. Латвия на пути к межнациональному конфликту: анализ итогов референдума о статусе русского языка // Центр русской культуры Латвии в Москве [Официальный сайт]. 12.03.2012. URL: http://www.zdvina.org/stati/latviya-na-puti-k-mezhnaczionalnomu-konfliktu-analiz-itogov-referenduma-o-statuse-russkogo-yazyka.html (14.05.2014).

2. Арефьев А.Л. Русский язык на рубеже XX-XXI веков. М.: Центр социального прогнозирования и маркетинга, 2012. URL: http://www.civisbook.ru/files/File/russkij_yazy k.pdf (11.02.2014).

3. Васильева Г.В., Саакян Л.Н., Ускова О.А. Русский язык как фактор, организующий русское культурное пространство в странах СНГ // Вестник ЦМО МГУ. 2011. № 2. С.103-109.

4. ВоронцовА.В. Русский язык на постсоветском пространстве // Universum: Вестник Герценовского университета. 2010. № 8. С. 25-33.

5. Емельяненко В. Язык до Брюсселя доведет // Русский мир. 2012. № 8. URL: http://www.russkiymir.ru/russkiymir/ru/magazines/archive/2012/08/article0004.html (26.01.2014).

33 Руссо Л.-Ж. Указ. соч. С. 103.

34 Phillipson R. Op. cit. P. 9.

Государственное управление. Электронный вестник

Выпуск № 47. Декабрь 2014 г.

6. Камуселла /".Центральная Европа с лингвистической точки зрения // Век глобализации. 2009. № 2. С. 81-91.

7. Карпюк И. О русском языке как официальном языке ЕС // Демоскоп Weekly. 2013. № 577-578. URL: http://www.demoscope.ru/weekly/2013/0577/gazeta036.php (14.05.2014).

8. Кириллов В.Б. События в Центральной и Восточной Европе: позиции России // Современные международные отношения и мировая политика / под ред. А.В. Торкунова. М.: Просвещение, 2004. С. 535-558.

9. Концепция внешней политики Российской Федерации. Утверждена Президентом Российской Федерации В.В. Путиным 12 февраля 2013 г. // Министерство иностранных дел Российской Федерации [Официальный сайт]. URL: http://www.mid.ru/brp_4.nsf/0/6D 84DDEDEDBF7DA644257B160051BF7F (24.10.2014).

10. Мухарямов Н.М. Феномен языковой субглобализации и его политические измерения (восточноевропейский контекст) // Тематический сетевой проект «Зоны культурных контактов и конфликтов в Восточной Европе», стартовая конференция в Казани на тему «Многоязычие в контексте политических преобразований». Казань: Казанский (Приволжский) федеральный университет, 2013.

11. Новосёлова Е. Остановить «пельмэна»! Кто сделает работу над ошибками в учебниках русского за рубежом? // Российская газета. 18.09.2013. № 6184 (208). URL: http://www.rg.ru/2013/09/18/rus.html (24.10.2014).

12. Петропавловский Ю. Русский язык — в ЕС с «черного хода?» // ИноСМИ.т [Электронное периодическое издание]. 23.01.2012. URL: http://inosmi.ru/baltic/20120123/ 183761280.html (24.10.2014).

13. Решение национально-языковых вопросов в современном мире. Страны СНГ и Балтии / под ред. Е.П. Челышева. М.: Азбуковник, 2010.

14. Руссо Л.-Ж. Разработка и проведение в жизнь языковой политики // Языковая политика в современном мире. По материалам Третьего и Четвертого международных семинаров по государственной языковой политике и актуальным проблемам двуязычия. СПб.: Златоуст, 2007. С. 97-121.

15. Фонд «Русский мир»: пятилетие. Цифры и факты. М., 2012. URL: http://russkiymir2. ru/export/sites/default/russkiymir/ru/fund/docs/Report 5.pdf (24.10.2014).

16. Communication from the Commission to the Council, the European Parliament, the European Economic and Social Committee and the Committee of the Regions: A New Framework Strategy for Multilingualism. COM (2005) 596 final. Brussels: Commission of

Государственное управление. Электронный вестник

Выпуск № 47. Декабрь 2014 г.

the European Communities, 2005. URL: http ://eur-l ex. europa.eu/l egal -

content/EN/TXT/PDF/?uri=CELEX:52005DC0596&from=EN (24.10.2014).

17. Communication from the Commission to the Council, the European Parliament, the European Economic and Social Committee and the Committee of the Regions: Promoting Language Learning and Linguistic Diversity: An Action Plan 2004-2006. COM (2003) 449 final of 24 July 2003. Brussels: Commission of the European Communities, 2003. URL: http://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/TXT/PDF/?uri=CELEX:52003DC0449&from=EN (24.10.2014).

18. Ethnologue: Languages of the World. 17th Edition / eds.: Lewis P.M., Simons G.F., Fennig Ch.D. Dallas, Texas: SIL International, 2014.

19. Greech R. Law and Language in the European Union. The Paradox of a Babel «United in Diversity». Groningen: Europa Law Publishing, 2005.

20. Initial Periodical Report Presented to the Secretary General of the Council of Europe in Accordance with Article 15 of the Charter: Poland. Strasbourg: Council of Europe, 2010. URL: http://www.coe.int/t/dg4/education/minlang/Report/Periodical Reports/PolandPR1_en.pdf (09.05.2013).

21. Landau J.M., Kellner-Heinkele B. Politics of Language in the Ex-Soviet Muslim States: Azerbaijan, Uzbekistan, Kazakhstan, Kyrgyzstan, Turkmenistan and Tajikistan. London: Hurst and Company, 2001.

22. «Multilingualism — essential for the unity in diversity of the EU»: Speech by EU Commissioner L. Orban. 7 March 2008, Natolin // European Union Delegation to the United Nations — New York [Official Site]. URL: http://eu-un.europa.eu/articles/en/article_7766_en.htm (24.10.2014).

23. Pavlenko A. Multilingualism in Post-Soviet Countries. Bristol: Multilingual Matters, 2008.

24. Phillipson R. English-Only Europe? Challenging Language Policy. London: Routledge, 2003.

25. The Charter of Fundamental Rights of the Union // Official Journal of the European Union. 16.12.2004. Vol. 47. Р. 41-54. URL: http://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/ALL/?uri=OJ:C:2004:310:TOC (24.10.2014).

26. White Paper on Education and Training «Teaching and Learning: Towards the Learning Society». Brussels: Commission of the European Communities, 1995. URL: http://europa.eu/ documents/comm/white papers/pdf/com95 590 en.pdf (24.10.2014).

Yanush O.B.

Russian Language in the Eastern Europe: Current Condition and Foreign Policy Practices

Olga B. Yanush — Ph.D., Associate Professor, Political Science and Law Department, Institute of Economics and Information Technology, Kazan State Power Engineering University, Kazan, Russian Federation. E-mail: yanush ob@yahoo.com

Annotation

The article is devoted to the position of the Russian language in Eastern Europe. There is a general downward trend in the Russian-speaking population in the region, the reduction of Russian-language space, of the prestige and popularity of the Russian language. The purpose of this study is to assess the prospects of the Russian language in Eastern Europe, taking into account the processes of European integration. The author cites the sociolinguistic data characterizing Russian language, relying on domestic and foreign information resources, analyzes the main EU legal instruments, fixing the position of the language(s), describes the examples of foreign practices of the «Russian World» foundation. The paper concludes that the language policy of the EU creates favorable conditions for the consolidation of the Russian language in Eastern Europe, but proper conceptual maintenance and thoughtful real steps on the part of Russia are still necessary.

Keywords

Russian language, Eastern European countries, language policy, European Union, multilingualism, language status, strengthen the position of language.

References:

1. Aleksandrov M.V. Latviia na puti k mezhnatsional'nomu konfliktu: analiz itogov referenduma o statuse russkogo iazyka. Tsentr russkoi kul'tury Latvii v Moskve [Ofitsial'nyi sait]. 12.03.2012. URL: http://www.zdvina.org/stati/latviya-na-puti-k-mezhnaczionalnomu-konfliktu-analiz-itogov-referenduma-o-statuse-russkogo-yazyka.html (14.05.2014).

2. Aref'ev A.L. Russkii iazyk na rubezhe XX-XXI vekov. Moscow: Tsentr sotsial'nogo prognozirovaniia i marketinga, 2012. URL: http://www.civisbook.ru/files/File/russkii yazyk.pdf (11.02.2014).

3. Vasil'eva G.V., Saakian L.N., Uskova O.A. Russkii iazyk kak faktor, organizuiushchii russkoe kul'turnoe prostranstvo v stranakh SNG. Vestnik TsMO MGU, 2011, 2, pp. 103-109.

4. Vorontsov A.V. Russkii iazyk na postsovetskom prostranstve. Universum: Vestnik Gertsenovskogo universiteta, 2010, 8, pp. 25-33.

5. Emel'ianenko V. Iazyk do Briusselia dovedet. Russkii mir, 2012, 8.

URL: http://www.russkiymir.ru/russkiymir/ru/magazines/archive/2012/08/article0004.html (26.01.2014).

6. Kamusella T. Tsentral'naia Evropa s lingvisticheskoi tochki zreniia. Vekglobalizatsii, 2009, 2, pp. 81-91.

7. Karpiuk I. O russkom iazyke kak ofitsial'nom iazyke ES. Demoskop Weekly, 2013, Pp. 577-578. URL: http://www.demoscope.ru/weekly/2013/0577/gazeta036.php (14.05.2014).

8. Kirillov V.B. Sobytiia v Tsentral'noi i Vostochnoi Evrope: pozitsii Rossii. Sovremennye mezhdunarodnye otnosheniia i mirovaiapolitika / pod red. A.V. Torkunova. Moscow: Prosveshchenie, 2004. Pp. 535-558.

9. Kontseptsiia vneshnei politiki Rossiiskoi Federatsii. Utverzhdena Prezidentom Rossiiskoi Federatsii V.V. Putinym 12 fevralia 2013 g. Ministerstvo inostrannykh del Rossiiskoi Federatsii [Ofitsial'nyi sait]. URL: http://www.mid.ru/brp 4.nsf/0/6D84DDEDEDBF7DA644257B 160051BF7F (24.10.2014).

10. Mukhariamov N.M. Fenomen iazykovoi subglobalizatsii i ego politicheskie izmereniia (vostochnoevropeiskii kontekst). Tematicheskii setevoi proekt «Zony kul'turnykh kontaktov i konfliktov v

Vostochnoi Evrope», startovaia konferentsiia v Kazani na temu «Mnogoiazychie v kontekste politicheskikh preobrazovanii». Kazan': Kazanskii (Privolzhskii) federal'nyi universitet, 2013.

11. Novoselova E. Ostanovit' «pel'mena»! Kto sdelaet rabotu nad oshibkami v uchebnikakh russkogo za rubezhom? Rossiiskaia gazeta, 18.09.2013, 6184 (208). URL: http://www.rg.ru/2013/09/18/rus.html (24.10.2014).

12. Petropavlovskii Iu. Russkii iazyk — v ES s «chernogo khoda?» InoSMI.ru [Elektronnoe periodicheskoe izdanie]. 23.01.2012. URL: http://inosmi.ru/baltic/20120123/183761280.html (24.10.2014).

13. Reshenie natsional'no-iazykovykh voprosov v sovremennom mire. Strany SNG i Baltii / pod red. E.P. Chelysheva. Moscow: Azbukovnik, 2010.

14. Russo L.-Zh. Razrabotka i provedenie v zhizn' iazykovoi politiki. Iazykovaia politika v sovremennom mire. Po materialam Tret'ego i Chetvertogo mezhdunarodnykh seminarov po gosudarstvennoi iazykovoi politike i aktual'nym problemam dvuiazychiia. Saint Petersburg: Zlatoust, 2007. Pp. 97-121.

15. Fond «Russkii mir»: piatiletie. Tsifry i fakty. Moscow, 2012.

URL: http://russkiymir2.ru/export/sites/default/russkiymir/ru/fund/docs/Report 5.pdf (24.10.2014).

16. Communication from the Commission to the Council, the European Parliament, the European Economic and Social Committee and the Committee of the Regions: A New Framework Strategy for Multilingualism. COM (2005) 596 final. Brussels: Commission of the European Communities, 2005. URL: http://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/TXT/PDF/?uri=CELEX:52005DC0596&from=EN (24.10.2014).

17. Communication from the Commission to the Council, the European Parliament, the European Economic and Social Committee and the Committee of the Regions: Promoting Language Learning and Linguistic Diversity: An Action Plan 2004-2006. COM (2003) 449 final of 24 July 2003. Brussels: Commission of the European Communities, 2003. URL: http://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/TXT/PDF/?uri=CELEX:52003DC0449&from=EN (24.10.2014).

18. Ethnologue: Languages of the World. 17th Edition / eds.: P.M. Lewis, G.F. Simons, Ch.D. Fennig. Dallas, Texas: SIL International, 2014.

19. Greech R. Law and Language in the European Union. The Paradox of a Babel «United in Diversity». Groningen: Europa Law Publishing, 2005.

20. Initial Periodical Report Presented to the Secretary General of the Council of Europe in Accordance with Article 15 of the Charter: Poland. Strasbourg: Council of Europe, 2010. URL: http://www.coe.int/t/dg4/educatio n/minlang/Report/PeriodicalReports/PolandPR 1 en.pdf (09.05.2013).

21. Landau J.M., Kellner-Heinkele B. Politics of Language in the Ex-Soviet Muslim States: Azerbaijan, Uzbekistan, Kazakhstan, Kyrgyzstan, Turkmenistan and Tajikistan. London: Hurst and Company, 2001.

22. «Multilingualism — essential for the unity in diversity of the EU»: Speech by EU Commissioner L. Orban. 7 March 2008, Natolin. European Union Delegation to the United Nations — New York [Official Site]. URL: http://eu-un.europa.eu/articles/en/article 7766 en.htm (24.10.2014).

23. Pavlenko A. Multilingualism in Post-Soviet Countries. Bristol: Multilingual Matters, 2008.

24. Phillipson R. English-Only Europe? Challenging Language Policy. London: Routledge, 2003.

25. The Charter of Fundamental Rights of the Union. Official Journal of the European Union, 16.12.2004, vol. 47, pp. 41-54. URL: http://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/ALL/?uri=OJ:C:2004:310:TOC (24.10.2014).

26. White Paper on Education and Training «Teaching and Learning: Towards the Learning Society». Brussels: Commission of the European Communities, 1995. URL: http://europa.eu/documents/comm/white pap ers/pdf/com95 590 en.pdf (24.10.2014).