Особенности изучения, сохранения и трансляции этнокультурного наследия коренных малочисленных народов Притомья

3. Седухин, Б. В. Народная музыкальная культура: состояние и тенденции развития : дисс. ...канд. культурологии: 24. 00. 01. - Москва, 2004. - 131с.

4. Каминская, Е. А. Антропологические измерения культурных смыслов традиционного фольклора // Философия и культура. - 2016. - № 3. - С. 430-438.

5. Бромлей, Ю. В. Очерки теории этноса. - Москва: ЛКИ, 2008. - 436 с.

6. Осокин, Ю. В. Современная культурология в энциклопедических статьях. - Москва: Ком Книга, 2007. - 384 с.

7. Сиюхова, А. М. Этнический миф как средство сохранения этнокультурной идентичности // Философия и культура. - 2016. - № 8. - С. 1202-1209.

8. Иванов, А. В. О евразийских критериях цивилизованности (на примере Монголии) и их значении для воспитания студентов / А. В. Иванов, Н. Х. Цэдэв // Психология личности студента в России и Монголии: культурно-историческое своеобразие и социальные факторы формирования. - Барнаул : АГАУ, 2015. - С. 55-64.

9. Элиаде, М. Аспекты мифа. - Москва : Инвест-ППП, 1996. - 240 с.

10. Баскаков, Н. А. Алтайский фольклор и литература. - Горно-Алтайск, 1948. - 352 с.

11. Дьяконова, В. П. Алтайцы (материалы по этнографии теленгитов Горного Алтая). -Горно-Алтайск, 2001. - 221 с.

12. Сатлаев, Ф. А. Кумандинцы: историко-этнографический очерк. - Горно-Алтайск, 1974. -199 с.

13. Сагалаев, А. М. Традиционное мировоззрение тюрков Южной Сибири. Знак и ритуал / А. М. Сагалаев. - Новосибирск, 1993. - 294 с.

14. Каташ, С. С. Фольклор в произведениях алтайских писателей // Алтайский фольклор и литература. - Горно-Алтайск, 1982. - С. 5-15.

15. Суразаков, С. С. Алтайский героический эпос. - Москва, 1985. - 503 с.

16. Жерносенко, И. А. О чем рокочут струны топшура // Кан Алтай: алтайские героические сказания в записях 19-20 вв. - Барнаул : Пять плюс, 2012. - С. 192-210.

17. Виницкая, Н. В. Особенности художественной выразительности в трилогии А. В. Анохина «Хан Алтай». - Бийск : БПГУ, 2007. - 115 с.

18. Ан, С. А. О возможности сохранения этнической идентичности в эпоху глобализации // Актуальные вопросы становления и развития русской культуры: проблемы сохранения этнокультурной идентичности. - Барнаул : ГМИЛИКА, 2011. - С. 6-9.

19. Пономаренко, О. П. Факторы формирования национальной самоидентификации // Актуальные вопросы становления и развития русской культуры: проблемы сохранения этнокультурной идентичности. - Барнаул : ГМИЛИКА, 2011. - С. 52-53.

УДК 069:02: :391

В. М. Кимеев

Кемеровский государственный университет,

Кемерово, Россия

ОСОБЕННОСТИ ИЗУЧЕНИЯ, СОХРАНЕНИЯ И ТРАНСЛЯЦИИ

ЭТНОКУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ КОРЕННЫХ МАЛОЧИСЛЕННЫХ НАРОДОВ ПРИТОМЬЯ

В статье представлен обзор основных проблем изучения, сохранения и трансляции этнокультурного наследия коренных малочисленных народов Притомья (шорцев, телеутов, татар-калмаков), изложенных в работах дореволюционных, советских и современных российских историков, лингвистов, этнографов, археологов, фольклористов, музеологов и др. специалистов, начиная с XVIII в. до наших дней. Автор подчёркивает особую роль этнографических экспози-

ций в краеведческих музеях и экомузеях под открытым небом в процессе сохранения и передачи материального и мифологизированного нематериального культурного наследия, предпринимаемого руководителями национально-политических элит малочисленных этносов совместно с представителями региональных властей.

Ключевые слова: шорцы, телеуты, татары-калмаки, этнокультурное наследие, этнографическая экспозиция, актуализация, экомузей.

V. M. Kimeev Kemerovo State University, Kemerovo, Russia

STUDYING, CONSERVATION AND TRANSLATION OF ETHNIC AND CULTURAL HERITAGE OF INDIGENOUS PEOPLES OF PRITOMYE TERRITORY

The paper gives a review of key problems of studying, preservation, translation of ethnic and cultural heritage created by indigenous peoples of Pritomye territory (Shorians, Teleuts, Tatar-Kalmaks). The author relies on scientific works written by Pre-revotionary, Soviet and today's Russian historians, linguists, ethnographers, archeologists, folklorists, museologists, etc. from the 18th century till now. The author stresses the important role of ethnographical expositions in local museums and open-air eco-museums in processes of conservation and translation of material and mythologized non-material cultural heritage, led by indigenous peoples' elite activists together with regional authorities.

Ключевые слова: Shorians, Teleuts, Tatar-Kalmaks, ethnic and cultural heritage, ethnographical exposition, actualization, eco-museum.

Первые описания традиционной культуры этнолокальных групп предков современных коренных народов Притомья собраны и опубликованы участниками Второй Академической экспедиции в 1750 году. На основании опубликованных документов Г. Ф. Миллер восстановил ход исторических событий, связанных с постройкой «русскими служилыми людьми» Кузнецкого острога и покорением жителей «Мрасских, Кондомских и Верхтомских волостей». По поручению Г. Ф. Миллера был составлен также первый словарь «языка абинцев» - одного из этнических подразделений кузнецких татар и «языка соседних с абинцами телеутов» [1].

Другой участник экспедиции И. Г. Гмелин-старший, опубликовавший свой дневник с подробными сведениями о работе в Кузнецком уезде, оставил описание традиционной плавки руды в низовьях Кондомы [2, с. 260-270]. Некоторые сведения о культуре жителей улусов и юрт, расположенных вниз по реке Томи от г. Кузнецка, встречаются в работе участника той же экспедиции С. П. Крашенинникова. Более значительные этнографические материалы о кузнецких татарах собраны участниками Третьей Академической экспедиции (1768 - 1774 гг.) - руководителем академиком П. С. Палласом и сотрудниками - И. П. Фальком, И. Г. Георги. В своем труде П. С. Паллас привел краткие сведения о социальной организации, основных занятиях и шаманстве абаканских бирюсинцев. Еще один участник экспедиции И. Г. Георги впервые собрал и опубликовал самое полное для тех времен этнографическое описание отдельных локальных групп кузнецких татар [2, с. 260 - 270].

На рубеже XIX - XX веков систематическое этнографическое изучение кузнецких татар осуществлялось членом-сотрудником Западно-Сибирского отдела Русского географического общества (РГО) миссионером Василием Вербицким и академиком В. В. Радловым, обогативших науку огромным этнографическим материалом и этнолингвистической классификацией тюрок Алтая. Также изучали население ученые-путешественники, сотрудники РГО - А. В. Адрианов, Н. М. Ядринцев, Г. Н. Потанин, Н. Ф. Катанов, ученый-краевед А. В. Анохин; руководитель Комиссии по изучению племенного состава Сибири (КИПС) С. К. Патканов и руководитель экспе-

диции по статистическому и экономическому обследованию алтайцев и предков шорцев С. П. Швецов [3].

Наибольший этнографический материал и первые музейные коллекции по шорцам и теле-утам были собраны Горно-Шорской этнографической экспедицией АН СССР в составе Н. П. Ды-ренковой, И. Д. Старынкевич, Л. П. Потапова под общим руководством Л. Я. Штернберга [4]. После окончания Великой Отечественной войны вопросами этнографии шорцев продолжал заниматься практически один Л. П. Потапов, так как Н. П. Дыренкова погибла в блокаде Ленинграда. Трудно назвать раздел шорской этнографии, которого бы не касался исследователь, но, определенно, наибольшее внимание было уделено им вопросам этногенеза отдельных шорских групп и сеоков. Геологом В. Юришем на реке Мрассу были обнаружены остатки плавильной печи, которые археолог Я. Сунчугашев датировал Х - XII веками новой эры.

За последние десятилетия наиболее успешно и профессионально проводил свои археологические разведки по рекам Мрассу и Кондома археолог Ю. В. Ширин, выявивший многочисленные памятники различных эпох и передавший в музеи Кузбасса богатые находки [5].

Много материалов для сохранения и трансляции наследия аборигенов Притомья собрали и опубликовали этнограф Д. А. Функ и краевед Д. В. Кацюба. Последний собрал богатейшую коллекцию предметов быта, одежды, украшений и атрибутов шаманизма, которые хранятся в музеях Кузбасса [6].

Нематериальному наследию посвящена серия статей известного шорского фольклориста А. И. Чудоякова: эпос рассматривается им, в основном, в жанрово-стилистическом плане, хотя автор нередко касается и проблемы происхождения шорцев. Национальные просветители последнего поколения, по сути, возродили шорскую литературу и поэзию. Большой интерес представляют статьи, написанные представителями шорской национально-политической элиты, большей частью опубликованные в местной печати. Первый подготовленный ими сборник вышел еще в период существования Горно-Шорского национального района и состоял из стихов и прозы молодых поэтов и из записей эпических произведений шорских сказателей. Много новых, хотя и не всегда объективных, сведений по истории и культурному развитию Горной Шории встречается в опубликованных воспоминаниях национального поэта С. С. Торбокова, шорских краеведов и учителей [7]. Историко-этнографическим изучением современных шорцев занимался и автор данной статьи, исследовавший этнический состав исторических предков шорцев XVII-XIX вв. Нами были выделены десять локальных групп шорцев, определены основные этапы формирования шорской этнической общности, собрана богатая коллекция этнографических предметов. В результате наших исследований также опубликованы материалы по этнографии татар-калмаков и телеутов [1].

Определенный вклад в изучение и трансляцию наследия коренных малочисленных народов Притомья - телеутов и шорцев через публикации экспедиционных материалов внесли этнографы Е. П. Батьянова и Г. М. Патрушева, культуролог Т. И. Кимеева [8].

Постсоветский период, кризис государственной национальной политики ускорили давно наметившиеся в среде аборигенных этнических общностей процессы, связанные с обращением части национально-политической элиты к историческому прошлому, и последовавшее т. н. «возрождение» традиционной культуры, которое получило в научной литературе и в публицистике самые разные наименования и толкования, в том числе «этнического ренессанса» или «мульти-ренессанса». Отдельным блоком можно выделить работы кемеровских культурологов, реконструирующих в своих публикациях шорскую кухню, традиционно-праздничную обрядность и хореографическую культуру. Продолжают выходить в свет, поддерживаемые Департаментом культуры и национальной политики Кемеровской области, сборники стихотворений и прозы шорских поэтов и писателей [9].

На современном этапе этнографическое изучение коренных малочисленных народов При-томья принимает разнонаправленный характер: этнографические и этносоциологические исследования, музееведческие, краеведческие и археологические изыскания, этнолингвистические

труды. Работы в каждом из вышеперечисленных направлений по-своему дополнили уже имеющийся материал, позволили сделать некоторые обобщающие выводы.

Не менее важным направлением в деле сохранения и трансляции наследия современных народов Притомья можно считать создание этнографических экспозиций вначале в краеведческих музеях, а начиная с 1990-х годов в музеях под открытым небом, в том числе и в экомузеях. Первые этнографические экспозиции-выставки были созданы в Новокузнецком краеведческом музее его основателем Дмитрием Ярославцевым, на основе случайных сборов 1910-20 гг. у шорцев окрестностей Кузнецка. Большая же часть собранных им предметов охотничьего промысла и быта была отправлена в 1922 г. в Москву на Выставку достижений народного хозяйства и там пропала.

Другая коллекция шорских этнографических предметов для выставки поступила в музей от начальника Управления Южкузбаслага Г. С. Блынского, от личных сборов художника музея К. Е. Евреинова (1930-е годы), научных сотрудников музея Д. Д. Белошицкого (1950-е годы) и Ю. В. Ширина (180-90-е годы). Этнографическая экспозиция в виде диорам и витрин не менялась многие годы, и только к 2015 г. была проведена её модернизация.

В 1950-80-е годы подобные экспозиции выставочного типа в виде витрин и диорам с подлинными предметами быта и культа аборигенов Притомья - шорцев и телеутов - были созданы в Кемеровском, Гурьевском, Прокопьевском, Междуреченском и Мысовском краеведческих музеях. Наиболее удачной трансляцией этнографического материала можно считать диорамные комплексы Музея археологии, этнографии и экологии Сибири Кемеровским государственным университета (КемГУ) (1990-2000 годы), Музея этнографии и природы Горной Шории в г. Таштаго-ле (1990-е годы), историко-этнографического музея «Чолкой» в Доме культуры (ДК) с. Беково Беловского района Кемеровской области. Навык воспроизводства традиционного предметного комплекса был утрачен аборигенами к 1990-м годам и, несмотря на усилия муниципальной власти и ассоциаций шорского и телеутского народов, так до сих пор и не возродился. Для проведения этнокультурных праздничных мероприятий сейчас используются реконструкции, не всегда соответствующие традициям, стилизованные элементы одежды, украшений, предметы быта и религиозного культа, в том числе шаманские бубны.

Новые формы сохранения этнокультурного наследия в местах компактного проживания аборигенов Притомья были разработаны этнографами КемГУ после создания в конце 1980-х нескольких музеев под открытым небом по программе «Культура Кузбасса». Первым стал комплексный музей-заповедник «Томская Писаница», организованный археологом А. И. Мартыновым и этнографом В. М. Кимеевым в 1988 году. Для проектирования экспозиций были привлечены высокопрофессиональные архитекторы из г. Москвы (А. Г. Афанасьев) и г. Новокузнецка (В. Н. Усольцев). Кроме музеефицированного памятника наскального искусства - Томской писаницы, из подлинных, вывезенных из Горной Шории жилых и хозяйственных построек начала XX века в схожем ландшафте заповедника был смоделирован после реставрации этнографический комплекс, получивший название «Шорский улус Кезек». В состав комплекса вошли дом-одноклеть Марфы Кискорой с самцовой желобовой крышей, глинобитной русской печью и полностью восстановленным интерьером из мебели, приобретенной вместе с домом. В состав усадьбы вошли также летняя кухня, двухъярусный амбар, кузница, в которых также восстановлены интерьеры и добавлены выставки орудий труда и предметов быта. Кроме этого, реконструированы баня, свинарник, шаманский каркасный шалаш, крытый берестой, и бревенчатая юрта, кладбище с надмогильными сооружениями и детскими захоронениями на деревьях.

В дальнейшем по заказу областных и местных властей за 25 лет (с 1990 по 2015 гг.), при активном участии творческого коллектива архитекторов, археологов, этнографов, плотников-реставраторов и представителей национально-политических элит, после научных изысканий были спроектированы и частично созданы семь национальных экомузеев народов Притомья, три из которых - шорский «Тазгол», телеутский «Чолкой» и «Тюльберский городок» - в настоящее время действуют в виде Муниципальных бюджетных учреждений [10].

В таких экомузеях Притомья, как «Тюльберский городок» и «Тазгол», а также в музее-заповеднике «Томская Писаница» отрабатывается методика сохранения и музеефикации природной и культурной среды как взаимосвязанных частей единого целого в рамках концепции экому-зея. Одновременно создаются условия для саморегуляции социальных отношений, сохранения и передачи национальных традиций, формирования экологической культуры населения Притомья на основе изучения исторического опыта и современных научных знаний. Результаты таких исследований позволили перейти к проведению совместно с местными жителями практических мероприятий по охране историко-культурного и природного наследия народов Кузбасса и превращению музеев в национально-культурные, учебно-научные и природно-рекреационные центры.

Но, к сожалению, в процессе изучения, сохранения и трансляции этнокультурного наследия народов Притомья наблюдается и ряд негативных моментов. Так, несмотря на то, что проект экомузея татар-калмаков в деревне Юрт-Константиновке Яшкинского района Кемеровской области разрабатывался при непосредственном участии местных жителей, прошел экспертизу и согласование с местными органами власти, он не был реализован. Руководителю фольклорного ансамбля «Дуслык» (Дружба) удалось создать из собранных экспонатов небольшую выставочную экспозицию в одной из комнат местного клуба. Продолжают разрушаться памятники архитектуры: деревянное здание бывшей мечети; деревянная двухэтажная изба-связь - бывшая мусульманская школа-медресе (ныне жилой дом); несколько других жилых домов XIX - начала XX в., сохранившихся в центре поселка.

Вряд ли будут реализованы проекты экомузеев «Ишим» на Московском тракте и «Брюхано-во» на Томско-Кузнецком тракте. Сохранившиеся здесь каменные и деревянные постройки культовой и народной архитектуры быстро разрушаются и никем не охраняются. Только в центре с. Красного (бывшее село Брюханово) в двухэтажном доме-крестовике сельского купца Пьянкова в начале 1990-х годов без подобающей научной концепции и тематико-экспозиционного плана (ТЭПа) создан «Музей истории крестьянского быта» с витринами, диорамами с предметами быта русских старожилов и переселенцев. Рядом на центральной площади находится действующая, отреставрированная стараниями клириков Кемеровской и Новокузнецкой епархии каменная Троицкая церковь, которая, как и в Беково, не используется сотрудниками музея для экскурсий редким посетителям.

Этнографическая экспозиция в экомузее «Тюльберский городок» представлена в интерьере реконструированной «Казачьей караульной избы», в «Георгиевской угловой башне» и выставочном павильоне подлинными предметами быта русских старожилов, шорцев и телеутов. В фонды экомузея вначале были включены, а затем без объяснений изъяты назад этнографические предметы быта и культуры, в основном, русского населения Притомья.

Начиная с 2016 г. более предпочтительной в Кузбассе стала трансляция мифологизированных новых обрядов, таких, к примеру, как празднование шорско-телеутского «нового года» -Чыл Пажи, телеутского «Пардакай», шорского «Ольгудек пайрам».

Таким образом, изучение традиционной культуры предков современных народов Притомья (шорцев, телеутов, татар-калмаков) начали первые Академические экспедиции XVIII в. и продолжили фундаментальными экспедиционными исследованиями советские и российские этнографы и краеведы. Сохранение и трансляция исчезающего наследия в условиях модернизации активизировались с созданием этнографических экспозиций в краеведческих музеях и экомузеях под открытым небом. Однако на современном этапе все более настойчиво осуществляется трансляция мифологизированного нематериального наследия лидерами национально-поэтических элит этих народов совместно с представителями региональных и областных властей.

Список литературы

1. Кимеев, В. М. Шорцы. Кто они? - изд. 2-е. - Кемерово, 2016. - 232 с.

2. Георги, И. Г. Описание всех обитающих в Российском государстве народов: их житейских обрядов, обыкновений, одежд, жилищ, упражнений, забав, вероисповеданий и других достопримечательностей. - Санкт-Петербург, 2007. - 808 с.

3. Записки миссионера Кузнецкого отделения Алтайской духовной миссии священника Василия Вербицкого / сост. прот. Игорь Кропочев. - Новокузнецк : Сретение, 2008. - 372 с.

4. Потапов, Л. П. Очерки по истории Шории. - М. ; Л., 1936. - 260 с.; Дыренкова, Н. П. Шорский фольклор / зап., пер., вступ. ст. и прим. Н. П. Дыренковой. - Москва; Ленинград, 1940. - 448 с.

5. Кимеев, В. М. Тайны Кабырзинской принцессы / В. М. Кимеев, Ю. В. Ширин. - Кемерово : Примула, 2011. - 272 с. : ил.

6. Функ, Д. А. Бачатские телеуты в XVII - первой четверти XX века: историко-этнографическое исследование. - Москва, 1993. - 325 с.

7. Литературный портрет Шории: книга для учителей родной (шорской) литературы / сост. Е. Н. Чайковская. - Кемерово : ООО «Примула», 2009. - 220 с.

8. Патрушева, Г. М. Шорцы сегодня: современные этнические процессы. - Новосибирск : Наука, 1996. - 224 с.

9. Палилей, А. В. Традиции национального танца коренных народов Кузбасса в творческой деятельности балетмейстеров. - Кемерово, 2008. - 179 с.

10. Кимеев, В. М. Экомузеи Притомья в постиндустриальном обществе: генезис, архитектоника, функции. - Томск : Изд-во ТГУ, 2008. - 450 с.

УДК 002::398. 22=512. 1=512. 3

Б. С. Дугаров

Институт монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН,

Улан-Удэ, Россия

ФЕНОМЕН КНИГИ В ТЮРКО-МОНГОЛЬСКОМ ЭПОСЕ: БУДДИЙСКОЕ ВЛИЯНИЕ И АЛТАЙСКО-БУРЯТСКИЕ ПАРАЛЛЕЛИ

В статье ракссматривается сюжетная роль священной книги в текстах бурятского («Абай Гэсэр») и алтайского («Маадай-Кара») эпосов. Автор обосновывает на примерах культовый статус книги в народных сказаниях; указывает на влияние буддизма на фольклорную традицию тюрко-монгольских народов.

Ключевые слова: бурятское эпосоведение, алтайское сказание «Маадай-Кара», фольклорная традиция тюрко-монгольских народов, культурно-исторический феномен священной буддийской книги.

B. S. Dugarov

The Institute of Mongolian, Tibetan and Buddhist Studies of Russian

Academy of Sciences (Siberian Branch), Ulan-Ude, Russia

A BOOK PHENOMENON IN TURK-MONGOLIAN EPOS: BUDDHISM' INFLUENCE AND ALTAIAN-BURYATIAN PARALLELS

The paper is dedicated to comprehension of a narrative role of a sacral book in Buryatian ("Abay Geser") and Altaian ("Maaday-Kara") eposes. The author argues a cult status of a book in traditional sagas, illustrates the thought on examples. Also, the author points out on Buddhism's influence on Turkic-Mongolian peoples' folklore tradition.

Key words: Buryatian eposology, "Maaday-Kara", the Altaian saga, Turkic-Mongolian peoples' folklore tradition, cultural and historic phenomenon of Buddhists' sacral book.

I

Читающие богатыри, читающие монстры, читающие божества - такого, пожалуй, не встретишь ни в одном из героических сказаний народов Евразии. Но подобного рода феномен наблюдается в текстах бурятского эпоса «Гэсэр» (прим. 1), а параллели к нему прослеживаются в ал-