Деривационно-фреймовая парадигма как единица когнитивного описания системных отношений на уровне словообразования

М. С. Косырева

ДЕРИВАЦИОННО-ФРЕЙМОВАЯ ПАРАДИГМА КАК ЕДИНИЦА КОГНИТИВНОГО ОПИСАНИЯ СИСТЕМНЫХ ОТНОШЕНИЙ НА УРОВНЕ СЛОВООБРАЗОВАНИЯ

Стремление описать языковую систему с опорой на категории когнитивной и психической деятельности языкового носителя требует разработки специальных единиц лингвистического моделирования. Автором излагаются основные принципы фреймового моделирования деривационных отношений и процессов, предлагается методика моделирования деривационно-фреймовой парадигмы как формата когнитивной системности на уровне словообразования.

Ключевые слова: языковая система, словообразование, когнитивная системность, лингвистическое моделирование, деривационно-фреймовая парадигма.

1. Фреймовое моделирование в дериватологии

В современной дериватологии фреймовое моделирование применяется в отношении как отдельных производных, так и комплексных единиц словообразования (словообразовательных типов и гнезд). К исследованиям первой категории мы относим концепцию Н. Б. Лебедевой, разработавшей методику фреймового моделирования семантики префиксальных глаголов; к исследованиям второй категории следует отнести работы исследовательской группы под руководством Л. А. Араевой, М. А. Осадчего, а также работы М. В. Вяткиной и М. Г. Шкуропацкой.

Н. Б. Лебедева в качестве единицы моделирования семантики производного префиксального глагола избирает ситуатему, которую соотносит с категориями «фрейма» и «сценария», но не уравнивает в полной мере. «Ситуатема вытекает из представления о полиситуативной (полисобытийной и полипропозициональной) природе глагольной семантики. Ситуатема - открытая единица плана содержания, со сложной архитектоникой, включающей ряд ситуаций (событий, пропозиций), маркированных лексическими и морфемно-деривационными элементами плана выражения глагола»1.

Основной параметр, по которому Н. Б. Лебедева дистанцируется от собственно фреймового анализа, заключается в степени ориентированности модели на лингвистический материал. Если фрейм не обязательно в полной мере ориентирован на языковую материю, не все участки фрейма получают вербальное выражение, то ситуатема относится к собственно сфере языка. Ситуатема - это лингвистическая единица - когнитивно-коммуникативная, функционально-семантическая. Ее характеристики ограничиваются тем, что, «во-первых, она лексикализована, то есть соотносится с одной лексической (глагольной) единицей (отсюда стоит проблема разграничения ее с лексическим значением). Во-вторых, она органически связана с разворачиванием текста <.. .> и семантическими процессами в лексической системе»2.

Модель семантики производного префиксального глагола приобретает вид по-липропозициональной структуры фреймового типа. Помимо выстраивания полипропозициональной структуры, моделирование ситуатемы включает этапы анализа состава участников, конфликтного стержня, динамики протекания ситуатемы3. В результате такого анализа формируется модель, позволяющая полноценно судить о глубине семантики производного префиксального глагола, потенциалах его лексического и дискурсивного функционирования.

Особым направлением в дериватологии является анализ полисемии производных единиц. В отечественной лингвистике представлены исследования, выполненные на типологически различном материале, приведшие к идентичным выводам о конститутивной роли фрейм-структуры для развития полисемии производного.

М. Г. Шкуропацкая в ходе изучения отсубстантивных полисемантов словообразовательного типа «С + ниц(а)» приходит к выводу, что импульсом к развитию вторичных значений производного является актантная метонимия в пределах фрейма. «Основой фрейма является пространственно-временная соотносительность (метонимическая последовательность) действий, связанных с приготовлением и использованием одного и того же предмета <.. .> Например, одно из самых многозначных в словообразовательном типе «С + -ница» слово блинница объединяет следующие значения (по данным толковых, диалектных словарей и диалектологических записей), находящиеся в метонимических отношениях: «горшок для приготовления теста для блинов», «маленькая кадочка, в которой разводят тесто для блинов», «мелкая поварешка, которой наливают тесто в сковородку, когда пекут блины», «поднос для готовых блинов», «мастерица готовить определенный вид пищи», «пирог из ячменных блинов»4.

Исследования на материале отглагольных производных приводят к специфическим выводам: в данном участке лексико-словообразовательной системы развитие полисемии направляется фреймом мотивирующего глагола, его валентностными свойствами. «Валентные свойства глагола определяются принадлежностью его к конкретному полю, подполю. <...> Актантный репертуар глаголов того или иного подполя является потенциальной рамкой, возможность оформления которой зависит от суффиксальной категории»5.

Фреймовый анализ множественности семантики на более высоком уровне абстракции становится задачей исследований, направленных на фреймовое моделирования семантической структуры словообразовательного типа. Доказано, что словообразовательный тип является структурой крайне неоднородной в семантическом отношении, и причиной этой неоднородности является фрейм. Словообразовательный тип направлен на заполнение слотов фрейма, пока некоторые из них остаются

немаркированными за счет деривационных средств - словообразовательный тип име-

6

ет тенденцию к росту, сохраняется тенденция к семантическому расширению типа .

Гнездо однокоренных слов также стало объектом фреймового моделирования. Такого рода исследования выполняются И. В. Евсеевой и М. А. Осадчим7. Необходимо отметить, что гнездо однокоренных слов парадоксально поздно стало объектом фреймового анализа. Казалось бы, очевидно, что гнездо однокоренных слов по своему составу и внутренней организации является калькой с фрейм-структуры, наиболее наглядно и конкретно выражает фрагмент языковой картины мира. Причем, фрагмент типовой и стереотипный, так как знания, маркированные кодифицированными однокоренными, вряд ли могут оказаться нестереотипными, периферийными для языкового сознания. Однако приходится констатировать, что большая часть современных диссертаций, объектом которых стали гнезда однокоренных слов, не реализуют данный исследовательский потенциал.

М. А. Осадчим разработаны теоретические основания и методика пропозиционально-фреймового моделирования гнезда однокоренных слов. «Пропозициональнофреймовое моделирование позволяет выявить в русском диалектном гнезде однокоренных слов внутреннюю системность, основанную на динамических, деятельностно-семантических связях между однокоренными словами. В основании предложенного аспекта лежит гипотеза о том, что сам феномен гнезда порожден “сюжетным”, “ситуативным” характером человеческого мировидения. В процессе своей культур-

но-осмысляющей деятельности человек “связывает” мир, замечая и фиксируя в нем “очевидные” отношения между вещами (объектами). Носитель языка интуитивно ощущает в гнезде систему “очевидных” ролевых связей между словами-явлениями»8.

Модель М. А. Осадчего основана на том, что каждое из однокоренных слов в речемыслительной деятельности «устанавливает с другими однокоренными словами особые ролевые отношения, изоморфные взаимосвязи членов денотативной ситуации. Полное описание таких потенциально-типовых ролевых связей между однокоренными словами позволяет представить гнездо в виде комплексной ситуации, или фрейма (в значении ‘комплексное знание, заданное в форме стереотипных значимо-стных ситуаций’). Единицей фреймового моделирования гнезда однокоренных слов является пропозиция как схема элементарной ситуации. А модель в целом, таким образом, представляет собой пропозициональную сеть»9.

Таким образом, фреймовое моделирование в дериватологии демонстрирует действенность универсальных принципов данного метода: применение фреймового анализа требует обращения к надсистеме - точке зрения познающего субъекта, носителя языка, что исключает системоцентристские исследовательские интенции; фреймовый анализ выполняется преимущественно в сцепке с пропозициональным анализом, понятийный и терминологический аппарат пропозиционального анализа становится основой для структурного прочтения фрейма.

2. Принципы моделирования деривационно-фреймовой парадигмы

Разрабатывая методику моделирования деривационно-фреймовой парадигмы необходимо учитывать, что данная единица должна интегрировать в себе сущностно различные явления - деривационный процесс и фрейм-структуру. Деривационный процесс, во-первых, является феноменом языкового уровня, во-вторых - явлением области внешних проявлений (суть деривационного процесса заключается в эволюции языковой материи). Фрейм-структура, во-первых, является феноменом ментального уровня и не обязательно во всем своем объеме коррелирует с языковыми структурами, во-вторых - явлением «глубинным», функционирующим на уровне интенций, суппозиций. Кроме того, уровень деривационной парадигматики и уровень фрейм-структуры не идентичны на уровне тенденций внутренней организации, в связи с чем абсолютно обоснованно возникают сомнения в том, что моделирование на основе деривационной парадигматики и моделирование на основе фрейм-структур приведут к сходным версиям системности на уровне однокоренной лексики и словообразовательных моделей. В таком контексте следует определить меры по взаимной адаптации деривационной парадигмы и фрейм-структуры с целью выработать основу для интегрального моделирования системных отношений на уровне словообразования.

Адаптация деривационной парадигмы к фрейм-структуре происходит по двум параметрам: степень типизированности и принцип внутренней организации. С точки зрения первого параметра деривационная парадигма представляет собой единицу, довольно близкую по своим характеристикам фрейм-структуре: деривационная парадигма, как и любая парадигма, представляет собой структуру, аккумулирующую типовые, системно значимые тенденции в организации языковых единиц (их варьирования и взаимодействия). Вместе с тем, не следует забывать о том, что деривационная парадигма как лингвистическая модель теснейшим образом связана с конкретно-лексическим измерением: существуют опыты моделирования конкретных словообразовательных парадигм, деривационных слов, системно представляющих сообщества конкретных однокоренных. В контексте адаптации к фрейм-структуре

данный конкретно-лексический план становится подготовительным и служебным относительно типового, стереотипного плана. Вторым важным аспектом адаптации деривационной парадигмы к фрейм-структуре является изменение основы внутренней организации: на смену вектору производности (мотивации) приходит логика фрейма, логика пропозициональной структуры. Иными словами, осью системной организации деривационно-фреймовой парадигмы является не линия усложнения морфодеривационной структуры однокоренных (от производящего к производному), а логические связи между компонентами пропозиции, репрезентирующими функциональные позиции ситуации. Таким образом, вместо формально-

словообразовательной логики утверждается естественная логика события, понятная и адекватная сознанию языкового носителя.

Что же касается адаптации фрейм-структуры к деривационной парадигме, то основная трансформация связана с переводом модели из разряда глубинных, интенцио-нальных в разряд материально-ориентированных, классификационных. Деривационнофреймовая парадигма является матрицей развития языковой материи, потому потенциально направлена на конкретный языковой продукт. В итоге деривационно-фреймовая парадигма является единицей классификации и систематизации конкретного языкового материала. Вместе с тем деривационно-фреймовая парадигма сохраняет большую долю свойств фрейма как интенциональной модели, поскольку разрабатываемая единица имеет статус системного алгоритма, системной матрицы деривационного развития участков лексики, то есть сохраняет определенную степень абстракции.

Таким образом, совмещение деривационного и фреймового моделирования связано с целым рядом взаимных «уступок» и трансформаций этих моделей, в результате чего в деривационной парадигме гипостазируется типизированность, данная модель становится более естественной, приближенной к стандартам мыслительной деятельности языкового носителя, а фрейм приобретает большую конкретность, потенциальную ориентированность на фактический языковой материал.

3. Общий вид и свойства деривационно-фреймовой парадигмы

В основании настоящего исследования лежит гипотеза о том, что фрейм является матрицей деривационного развития. Это означает, что фрейм позиционируется как стереотипный алгоритм когнитивного освоения действительности, мыслительная сетка, элементы которой по мере необходимости маркируются на вербальном уровне деривационными средствами. Деривационно-фреймовая парадигма совмещает в себе элементы фреймовой и деривационной системности и представляет собой систему деривационных средств и механизмов, маркирующих на вербальном уровне определенный когнитивный алгоритм освоения действительности, то есть фрейм. Фреймовые элементы системности задают деривационно-фреймовой парадигме внутреннюю структурную логику, а также логику развития. Деривационные элементы системности указывают на средства и механизмы вербального маркирования фрейма.

Если принять, что ведущей операциональной единицей фреймового моделирования является пропозиция, то деривационно-фреймовая парадигма может иметь следующий общий вид (см. схему):

Пропозициональные 8

позиции

Фреймовый уровень системности

Деривационные СК1 СК2 0

единицы

Деривационные 1 2 0

механизмы .____________

Деривационный уровень системности

Общий вид деривационно-фреймовой парадигмы

Фреймовый уровень системности репрезентируется пропозициональными позициями и их функциональными корреляциями, деривационный уровень системности репрезентируется типами морфодеривационных структур слов, маркирующих пропозициональные позиции, а также их деривационными корреляциями. Читаться модель может следующим образом: фрейм, задающий когнитивный алгоритм освоения действительности как стереотипной ситуации выполнения субъектом специфического действия в определенном месте, на вербальном уровне маркируется в полном объеме как серия деривационных операций, предполагающая номинирование субъекта на основе номинации места в соответствии со словообразовательной категорией 1 и номинирование предиката на основе номинации субъекта в соответствии со словообразовательной категорией 2.

При этом очевидно, что системное прочтение фреймового уровня проектируемой модели радикально отличается от системного прочтения деривационного уровня. Данное радикальное отличие заключается в наличии/отсутствии иерархии компонентов.

Пропозициональное моделирование в дериватологии отличается от пропозиционального моделирования в синтаксисе, прежде всего, отсутствием предикатоцентризма: деривационные отношения не обязательно выстраиваются как радиальная структура вокруг предиката, вербализация пропозициональных позиций словообразовательными средствами может проходить по линии Б-О, Р-О, Б-Ь и т. д. В соответствии с этим пропозиция понимается как система функциональных элементов, коррелирующих на основе дополнительной дистрибуции: все пропозициональные позиции маркируют самостоятельные и в равной степени специфические компоненты ситуации, между которыми не существует отношений логического вывода. Такое понимание пропозиции в полной мере усваивается деривационно-фреймовым моделированием, с той лишь поправкой, что в крупном фрейме могут выделяться ядерные зоны, опорные элементы, маргинальные (периферийные, неустойчивые, переходные) элементы, что осложняет фрейм иерархическими отношениями. Однако обосновываемая нами модель опирается на фреймы очень высокой степени абстракции и типизации, что закономерно влечет за собой уменьшение объема фрейма. В итоге фрейм, находящийся в основании деривационно-фреймовой парадигмы, состоит из небольшого количества равноправных коррелирующих компонентов, между которыми отношения иерархии не наблюдаются (на схеме это отражено с помощью разнонаправленных стрелок).

Напротив, уровень деривационной системности базируется на феномене иерархии. На данном уровне выделяются направленные отношения словообразовательной производности. В состав деривационно-фреймовой парадигмы входит производящее слово, а также его производные, задействованные в вербальном маркировании компонентов определенного фрейма. Деривационно-фреймовая парадигма может включать производные нескольких ступеней производности, что создает в этом случае многомерную иерархическую структуру деривационного уровня системности модели: линии производности выходят не из одной, а из нескольких точек.

Деривационный уровень системности деривационно-фреймовой парадигмы имеет два подуровня - подуровень деривационных единиц и подуровень деривационных механизмов. Первый подуровень описывает те словообразовательные категории (в схеме «СК1» и «СК2», непроизводное слово - «0»), к которым относятся производные, маркирующие ту или иную фреймовую позицию; второй подуровень указывает на последовательность и направленность словообразовательных процессов, классифицируя вербальные заполнители фреймовых позиций (производные слова) по ступеням деривации. На схеме это отражено цифрами, обозначающими ступени деривации, и стрелками, указывающими на направления словообразовательных процессов.

В качестве примера конкретных участков словообразовательной системы, которые реализованы в соответствии с выстроенной демонстрационной моделью, можно привести ряд лес - лесничий - лесничествовать. Лексема лес маркирует локальную фреймовую позицию, лексема лесничий - субъектную, лексема лесничествовать - предикатную. На деривационном уровне отношения производности устанавливаются в направлении от локальной позиции к субъектной (1-ая ступень деривации), затем от субъектной к предикатной (2-ая ступень деривации). Нельзя не отметить, что приведенный пример является хрестоматийным для иллюстрации отношений полимотивированности. Нам представляется, что деривационно-фреймовая парадигма является моделью, имеющей в этом аспекте большую объяснительную силу: тенденция к полимотивированности особенно сильна в сообществах однокоренных, маркирующих позиции одного и того же фрейма. Данная закономерность давно замечена дериватологами: так, Р. З. Резановой пропозициональная идентичность расценивается как «основание широкого развития явления множественной мотивации, которая базируется на денотативной, ситуативной тождественности, языковыми средствами осуществляется лишь различная аспектация, представление ситуации»10. Мы полагаем, что разрабатываемая нами модель является средством для систематического обоснования и описания данного феномена: множественная мотивация возникает как результат давления фреймового уровня системности на деривационный, в результате чего иерархическая организация сменяется организацией по принципу свободной коррелятивности и дополнительности.

Однако множественность мотивации и другие лексические процессы являются следствием некоторых системных фактов, отображаемых деривационно-фреймовой парадигмой, но не являются ее предметом. Деривационно-фреймовая парадигма -модель высокого уровня абстракции и типизации, фиксирующая лишь ядерные, стереотипные тенденции деривационного развития лексики. При этом нельзя недооценивать и значимость конкретного уровня: типовая модель может быть выстроена только на базе массы конкретных наблюдений.

4. Деривационная пропозиция как основная операциональная единица

На стадии первой фазы моделирования (анализ массива конкретных однокоренных) в качестве основной операциональной единицы вслед за М. А. Осадчим нами обосновывается деривационная пропозиция, которая отвечает двум условиям: «(а) указанная структура образована отношениями двух (или более) компонентов

ситуации, среди которых обязательными являются позиции субъекта и предиката; (б) посредством данной пропозиции устанавливается корреляция между двумя (или более) однокоренными номинациями»11. В рамках первой фазы анализа мы будет анализировать конкретные гнезда однокоренных и записывать их в виде пропозиционально-фреймовой структуры.

Состав пропозициональных позиций в осуществляемом моделировании устанавливается в соответствии со следующей номенклатурой (см. таблицу):

Номенклатура пропозициональных позиций

Символ позиции Название Фреймовая функция Типовые способы вербализации

£ субъект совершитель действия одушевленные существительные, сочетания ‘ существительное с прилагательным’

О объект объект направленного действия существительные, как одушевленные, так и неодушевленные; сочетания ‘ существительное с прилагательным’

Р предикат действие, совершаемое субъектом глагол

Мой модус способ совершения действия в аспекте периодичности, интенсивности наречия

I инструмент инструмент, средство, с помощью которого совершается действия одушевленные и неодушевленные существительные; сочетания ‘ существительное с прилагательным’

Ь локус место совершения действия неодушевленные существительные со значением ‘пространство’, предложнопадежные сочетания

Я результат эффект от совершения действия разнородные единицы, включая вложенные пропозиции

Ргой продукт материальный продукт, на получение которого изначально направлено действие неодушевленные существительные; сочетания ‘существительное с прилагательным’

К конъюнктор не обозначает участника ситуации, условная единица, символизирующая ситуацию в целом отглагольные существительные, синтаксические дериваты

Приведем примеры конкретных деривационных пропозиций:

S P L К

трансформатор трансформировать трансформаторская трансформация

S P К

реализатор реализовать реализация

S P Prod К

ароматизатор ароматизировать аромат ароматизация

S P R К

инвестор инвестировать инвестиция инвестирование

Как видно из приведенных примеров, деривационная пропозиция записывается как схема, лишенная признаков высказывания: компоненты пропозиции не имеют элементов грамматического согласования и записаны в исходных грамматических формах, что расходится с имеющейся традицией пропозиционального моделирования в дериватологии. В работах Е. С. Кубряковой и М. Н. Янценецкой деривационно значимые пропозиции формулировались как коммуникативные высказывания: гитарист - тот, кто играет на гитаре, фельетонист - тот, кто пишет фельетоны12; возможны и более сложные случаи: дипломник - студент пишет работу, работа выполняется для получения диплома; травник (диал. заяц) - заяц родился летом, летом растут травы; медведник (диал. человек) - медведь сильный, неуклюжий, человек сильный, неуклюжий: человек подобен медведю13. Наш отказ от записи пропозиции в виде коммуникативного грамматически согласованного суждения обусловлен тем, что деривационная пропозиция в рамках нашего исследования призвана указать на фреймовый базис сообщества однокоренных и не направлена на установление направлений мотивации посредством операций логического вывода. Для нас важно определить, какие позиции фрейма маркируют однокоренные номинации. Сам факт отнесенности однокоренных к единому фрейму является свидетельством наличия между однокоренными отношений логического вывода, логической соотнесенности. В контексте нашего исследования нет необходимости в экспликации путей логического выведения производного из производящего, выявления в производном логических отсылов к производящему. Деривационная пропозиция в принятом нами виде является суммой всех этих операций вывода и схематической их экспликацией. Дабы дистанцироваться от сложившейся традиции пропозициональной записи деривационных отношений, мы будем именовать деривационную пропозицию в принятом нами понимании деривационным фреймом.

Выше были приведены деривационные фреймы с полным заполнением: все позиции маркированы однокоренными лексемами, однако такая ситуация не является обязательной. Зачастую в деривационном фрейме имеются пропуски - позиции, не заполненные однокоренными, то есть не освоенные деривационными средствами. Строго говоря, позиции, не освоенные деривационными средствами, существуют в любом фрейме - даже в тех, которые мы привели в пример выше и отнесли к категории полностью заполненных. Любая стереотипная ситуация имеет специфического

субъекта, специфический предикат, объект, место, время, результат, продукт и т. д. Так, приведенный выше деривационный фрейм [реализатор - реализовать - реализация] не содержит заполненных однокоренной лексемой позиций места (хотя на понятийном уровне она предполагается - рынок сбыта), результата (совершенная логистическая операция), способа (денежный расчет, бартер), хотя все эти компоненты актуальны для ситуации торговли. Вместе с тем фрейм относится к категории заполненных: это обусловлено тем, что заполнены все основные позиции, без которых не существует ситуации - позиции субъекта и предиката. Фрейм, где заполнены данные позиции, есть основания считать в целом заполненным, но не остановившемся в своем развитии по линии вербального заполнения деривационными средствами, так как вполне допустимо образование новых номинаций, которые заполнят другие позиции - объекта, места и т. д. К категории незаполненных относятся деривационные фреймы с отсутствующими заполнителями для позиции субъекта, предиката или субъекта и предиката одновременно.

Рассмотрим пример:

S P Mod R К

новатор делает нечто по-новому новинка новаторство

новация инновация2

инновацияt

Как видно из схемы, в ходе деривационного развития слова новый не «освоенными» остались фреймовые позиции предиката и модуса. Вполне понятно, что позиция предиката пустовать не может, в этом случае не состоится фрейм. В связи с этим для заполнения пустующей позиции водится условный метаязыковой некорневой заполнитель «делает нечто». Такой способ деривационного освоения фрейма ‘новаторство’ не является универсальным. Так, в английском и испанском языках имеются специальные лексические дериваты, имеющие значение ‘совершать инновацию’:

S P Mod R К

англ. innovator; англ. novate англ. anew, англ. innovation англ. innovation

нем. neuerer; исп. innovar newly; исп. innovacion франц. innovation

исп. innovador, нем. neu итал. innovazione

novador; франц. innovation

итал. innovatore; франц. novateur, innovateur

В целом данные основных европейских языков убеждают в универсальности анализируемого деривационного фрейма: все его позиции получают в той или иной степени полное вербальное заполнение.

Таким образом, нами разработаны основные принципы и приемы моделирования деривационно-фреймовой парадигмы как единицы когнитивного описания системных отношений на уровне словообразования. Предложенная методика анализа пропозиционально-фреймовых отношений на уровне однокоренной лексики далее может быть применена к моделированию массива конкретных деривационных фреймов, обобщение которых позволит сформулировать ряд универсальных деривационно-фреймовых парадигм в масштабах языка или языковой группы.

Примечания

1 Лебедева, Н. Б. Полиситуативность глагольной семантики (на материале русских префиксальных глаголов) / Н. Б. Лебедева. - Томск, 1999. - С. 5.

2 Там же. - С. 52.

3 Там же. - С. 103.

4 Шкуропацкая, М. Г. Деривационное измерение лексики : системный аспект / М. Г. Шкуропацкая. - Барнаул, 2003. - С. 341-342.

5 Вяткина, М. В. Полисемия словообразовательной формы (на материале русских говоров) : дис. ... канд. филол. наук / М. В. Вяткина. - Кемерово, 2004. - С. 265.

6 Араева, Л. А. Мотивирующее пространство как экспликатор внутренней формы словообразовательного типа / Л. А. Араева, А. А. Проскурина // Наука и образование : материалы V Междунар. науч. конф. (26-27 февраля 2004 г.). Ч. 4. - Бело-во, 2004; Белогородцева, Е. В. Словообразовательный тип «Глагол + -тель» (син-хронно-диахронный аспект) : дис. . канд. филол. наук / Е. В. Белогородцева. - Кемерово, 2002; Евсеева, И. В. Словообразовательный тип как экспонент когнитивных процессов (на материале отсубстантивов с -ница) : дис. ... канд. филол. наук / И. В. Евсеева. - Кемерово, 2000; Жукова, Т. В. Словообразовательный тип и многозначное производное слово как системные взаимодетерминанты (на материале отыменных существительных с суффиксом -ник) : дис. ... канд. филол. наук / Т. В. Жукова. - Кемерово, 2002; Ковалева, Т. В. Производные с -атор/-тор в деривационной системе русского языка : дис. . канд. филол. наук / Т. В. Ковалева. - Кемерово, 2004; Проскурина, А. В. Внутренняя форма словообразовательного типа : на примере словообразовательного типа «С+ин(а)» / А. В. Проскурина // Актуальные проблемы современного словообразования : тр. Междунар. науч. конф. (Кемеров. гос. ун-т, 1-3 июля 2005 г.). - Томск, 2006.

7 Евсеева, И. В. Словообразовательное гнездо как фрагмент языковой картины мира / И. В. Евсеева // Лингвистика как форма жизни : сб. науч. тр., посв. юбилею Л. А. Араевой. - Кемерово, 2002; Осадчий, М. А. Пропозиционально-фреймовое моделирование гнезда однокоренных слов (на материале русских народных говоров) : дис. ... канд. филол. наук / М. А. Осадчий. - Кемерово, 2007.

8 Осадчий, М. А. Пропозиционально-фреймовое моделирование. - С. 5.

9 Там же. - С. 6.

10 Резанова, З. И. Функциональный аспект словообразования (русское производное имя) / З. И. Резанова. - Томск, 1996. - С. 123.

11 Осадчий, М. А. Пропозиционально-фреймовое моделирование. - С. 83.

12 Кубрякова, Е. С. Язык и знание / Е. С. Кубрякова. - М., 2004. - С. 402.

13 Янценецкая, М. Н. Пропозициональный аспект словообразования (обзор работ сибирских дериватологов) / М. Н. Янценецкая // Актуальные направления региональной лингвистики и истории Сибири : материалы Всерос. науч. конф. «Говоры и разговорная речь» (март 1991 г.). - Кемерово, 1992. - С. 14.