Барковское селище: предварительные итоги исследования (по материалам 2011 г. )

А.И. Михеева, Д.Ю. Ефремова.

БАРКОВСКОЕ СЕЛИЩЕ: ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ИТОГИ ИССЛЕДОВАНИЯ

В статье представлены материалы из противоаварийнъкраскопок Барсковского селища XII-XVвв., описываются планиграфические объекты, вещевой материал, особое внимание уделено характеристике керамики из закрытого комплекса - погреба. Керамика постройки, набор предметов повседневного быта соотносятся с комплексами марийских поселений правобережья р. Волги. Топография памятника: мысовое расположение, «спрятанность» селища, также характерна для марийских поселений XIII-XV вв.

Ключевые слова: археология, эпоха средневековья, Ветлужско-Вятское междуречье, селище, про-тивоаварийные раскопки, керамика

A.I. Mikheeva, D.Yu. Efremova THE BARKOVSKOE SETTLEMENT: PRELIMINARY RESULTS

The paper presents materials of the emergency excavations of the Barkovskoe settlement of the XII-XV centuries. Planigraphic objects and artifacts are described. Special emphasis is made on the characteristics ofpottery from the covered complex - a cellar. Both pottery and objects for daily use could be compared to the Mari settlements of the right bank of the Volga River. The topography of the site -promontory location, “hidden” character of the settlement - is also specific for the Mari settlements of the XIII-XV centuries.

Key-words: archaeology, the Middle Ages, the Vetluga-Vyatka interfluve, settlement, emergency excavations, pottery

Барковское селище - вновь открытый памятник, зафиксированный осенью 2010 года. Поскольку селище сильно разрушается кладоискателями, о чем свидетельствуют многочисленные вкопы, шурфы, траншеи на территории памятника, в рамках республиканской целевой программы «Культурное наследие Республики Марий Эл на 2009-2013 гг.» отрядом Марийской археологической экспедиции (МарАЭ) Марийского научно-исследовательского института языка, литературы, истории им. В.М. Васильева (МарНИИЯ-ЛИ) проводились в 2011 г. спасательные археологические исследования под руководством Д.Ю. Ефремовой.

Барковское селище располагается в 600 м к юго-востоку от Барковского (Чертова) городища, в 600 м к северо-западу от кладбища д. Барковка Березовского сельского поселения Горномарийского района. Селище находится на двух мысах коренной террасы р. Волги вытянутых с запад на восток, разделенных оврагом, по дну которого протекает ручей, впадающей в р. Волгу (рис. 1). Общая площадь селища составляет 12 300 кв. м.

Место расположения селища долгое время археологически не улавливалось. Интерес к этой территории впервые проявился еще в XIX вв. В ряде очерков Н.Н. Оглоблина, опубликованных в промежутке между 1899-1915 гг., содержится описание Чертова городища и его окрестностей (Оглоблин, 2010. С. 111-113).

Целью археологических исследований 2011 г. являлось определение культурной принадлежности, датировки, установление границ селища. Исследованная площадь составила 140 кв. м., из них раскопом в 96 кв. м накрыты «кладоискательские» шурфы вдоль береговой линии селища.

© Михеева А.И., Ефремова Д.Ю., 2012

Рис. 1. Топографический план Барковского селища.

В ходе археологических исследований изучены хозяйственные и столбовые ямы, очаги. Интерес представляет хозяйственная постройка, фиксировавшаяся с уровня современной дневной поверхности в виде небольшой западины, в центре которой располагался кладоискательский шурф. Исследованиями установлено, что хозяйственная постройка является остатками погреба подпрямоугольной формы размерами 256 х 304 м, глубиной 127 см. Вход в постройку прослежен у северной стенки в виде глиняной приступки, усиленной сработанным жерновом. Под жерновом лежала челюсть животного. Вещевой инвентарь погреба представлен керамикой, костями животных, предметами повседневного быта: ножи (4 экз.), пробой, лодочная скоба, замки (2 экз.), пряслице; ядро от пращи (?), гиря.

Среди инвентаря выделяется железная гиря, поскольку находки, связанные с торговым инструментарием, являются достаточно редкими на средневековых поселениях марийского края. На железной гире диаметром 4 см, высотой 3,5 см, весом 112,50 г сохранился фрагмент от петли для подвешивания к подвижному кольцу безмена. По внешним признакам изделие сходно с гирей для безмена, найденной в слое XII в. в Новгороде, но отличается меньшими размерами (Колчин, 1959. С. 99, рис. 81). Следует отметить, что крюки от безмена встречались в Новгороде также в слоях Х111-Х1У вв. (Колчин,1959. С.97).

В плане датировки памятника интерес представляет замок с усиленным донцем и ключевым отверстием, закрытым вертикальными щитками. Прорезь для ключа оформлена в виде щели. Изделие аналогично новгородским замкам типа Г, появившимся в конце XIII в., которые были распространены вплоть до второй половины XV вв. (Колчин, 1959. С. 82, рис. 68/1).

Поскольку одним из характерных показателей этнической принадлежности памятника является совместное местонахождение совокупности керамических материалов, был проанализирован единственный закрытый комплекс выявленной постройки - погреб.

Рис. 2. Керамический комплекс постройки: 1-17 - лепная, 18-51 круговая.

Керамический комплекс постройки представлен 287 фрагментами, из них 98 относятся к лепной посуде, 189 - к круговой (рис. 2).

Лепная керамика (рис. 2/1-17) представлена 12 венчиками, 76 стенками, 10 днищами, и составляет 34% в общем керамическом комплексе постройки. Полных профилей не восстановлено. По крупным фрагментам, дающим представление о форме, выделяется два типа горшков. К первому относятся сосуды с выраженным плечиком (рис. 2/6, 9, 10); ко второму горшки с плавным переходом к слабовыпуклым плечикам (рис. 2/5, 8). Горловина преимущественно раструбовидной формы. Оформление края венчика простое: уплощенный (рис. 2/3), округлый (рис. 2/7-10), приостренный (рис. 2/1, 6), скошенный во внешнюю сторону (рис. 2/2, 4).

Информация о гончарной технологии получена в результате микроскопического изучения 98 образцов. Технологический анализ проводился по методике А.А. Бобринского (Бобринский, 1978).

Для изготовления лепной посуды использовалась ожелезненная глина, которая после обжига приобрела кирпичный цвет. Глина бралась из источников приближенных к водоемам, о чем свидетельствует наличие таких примесей как бурый железняк (до 2,5 мм), окатанные частицы раковины (до 1 мм), известняк. Сравнение исходного сырья с эталонными образцами позволяет выделить два источника добычи исходного сырья: материковая глина и глина из склона берега волжской террасы. Исходное сырье находилось в увлажненном состоянии непосредственно перед составлением формовочных масс, признаков дробления не зафиксировано. На стадии составления формовочных масс отмечены следующие рецепты: глина +шамот (79%); глина+раковина (15%), глина+дресва (2,5%), глина+песок (3,5%). В изломах черепков фиксируются щелевидные пустоты с коричневым или желтоватым налетом, что косвенно свидетельствует об использовании органического раствора. Используемый в качестве примеси шамот, песок, дресва не калибровались, размерность фракций составляет от 1 до 4,5 мм (шамот), до 3 мм песок, дресва. Изучение состава самого шамота каких-то предпочтений не выявил, в шамоте зафиксирована примесь раковины, шамота, песка. Концентрация шамота в тесте составляет 1:3 (на одну часть примеси бралось 3 части глины).

Изучение придонных частей сосудов показало применение донной программы конструирования начина. Начин монолитный (рис. 2/11, 15). На одном днище с примесью раковины прочерчен четырехугольник, разделенный линией. Характерные наплывы глины по периметру днища свидетельствует о том, что в данном случае круг использовался в качестве поворотного столика (РФК-1). Лепная керамика изготовлена спиральным налепом из жгутов (рис. 2/5, 7-10, 14). Размер жгутов 2-3 см.

Обработка поверхностей производилась путем простого заглаживания: вручную, с помощью пальцев, травы. Следы заглаживания носят беспорядочный характер.

Окраска сосудов пятнистая, в основном бурого, коричневого цвета, в изломе трехслойные. Обжиг костровой.

Круговая керамика представлена 189 фрагментами, из них 37 венчиков, 120 стенок, 32 днища и составляет 66% в керамическом комплексе погреба. В круговой посуде также представлены два типа горшков: сосуды с выраженным плечиком, и наибольшим расширением в верхней части тулова (рис. 2/39-40), и слабопрофилированные с плавным переходом венчика в плечо и наибольшим расширением на уровне середины тулова (рис. 2/41-42, 44-45). Сосуды с горловиной раструбовидной или блоко-

видной формы. Оформление края венчика достаточно простое: уплощенный (рис. 2/45), при-остренный (рис. 2/47), округлый (рис. 2/26-27, 32-33, 35, 38), скошенный во внешнюю сторону (рис. 2/21, 28, 34, 41-43). Данные варианты аналогичны оформлению края в лепной керамике. В коллекции также присутствует более сложное оформление края: с наплывом во внутреннюю сторону (по 4 экз. с примесью дресвы (рис. 2/18, 20, 23, 44) и песка (рис. 2/19, 24, 29), 3 экз. с примесью раковины (рис. 2/22, 31), 1 экз. с примесью шамота (рис. 2/40)), с ложбинкой по центру среза (2 экз. с примесью песка (рис. 2/25), 1 экз. с примесью раковины (рис. 2/26)). Диаметр венчика составляет от 14 до 22 см, диаметр днищ от 10 до 12 см. Преобладают сосуды с диаметром венчика 16 см.

Информация о гончарной технологии получена в результате микроскопического изучения 189 образцов.

Как и в лепной керамике при изготовлении сосудов использовалась ожелезненная глина. Естественные примеси в глине соответствуют примесями в лепной, что свидетельствует об использовании одних и тех же залежей глины. Глина находилась в увлаженном состоянии, признаков дробления не зафиксировано. На стадии составления формовочных масс отмечены следующие рецепты: простые: глина+раковина (45,0%), глина+песок (29,0%); глина+ша-мот (14,0%), глина+дресва (5,2%); смешанные: раковина+шамот (5,8%), раковина+дресва (1,0%). Часть сосудов содержит следы использования органического раствора.

Используемые в качестве искусственных примесей шамот, песок, дресва калибровались, абсолютное большинство составляют фрагменты с размерностью зерен до 2 мм. Концентрация шамота составляет в круговой посуде 1:4; песка 1:3, 1:4; дресвы 1:4, 1:5.

Крупность примеси раковины определяется в пределах 1-4 мм, раковина большего размера не встречается. Сохранность раковины различна. В коллекции преобладает группа сосудов, в которых раковина выщелочена или выгорела полностью, ее следы представлены щелевидными пустотами. В другой части сосудов сохранность раковины очень хорошая. Исследования данной группы керамики позволяют судить о том, что раковина использовалась в сыром состоянии (пылевидная фракция отсутствует, нет расщепления по горизонтальным слоям, присутствует остроугольность фракций).

Изучение приемов непосредственного конструирования сосудов позволило выявить две программы конструирования начинов - донную (4 экз.) и донно-емкостную (5 экз.).

Способы изготовления начинов, выполненных по донной программе, различны: один из них представляет собой лепешку из комка глины (монолитный начин), другой делался спиральным налепом из жгутов (составной начин).

По периметру днищ имеются слабовыраженные наплывы глины, связанные с креплением на круге. На днищах сосудов зафиксированы следы подсыпки: в 4 случаях крупный песок, в одном - дресва, в 2 - зола. Клеймо отмечено в 3 случаях, из них 2 в виде фрагментов, в одном случае клеймо читается полностью (рис. 2/46).

Полое тело сосуда изготовлено спирально-жгутовым налепом, размер жгутов не превышал 2 см.

Обработка поверхностей производилась путем простого заглаживания в основном на гончарном круге. Венчики и плечо профилировались на круге. Большая часть сосуда заглажена вручную, с внутренней стороны сосудов следы заглаживания небрежные, спаи между жгутами не заглажены.

Нижние части сосудов имеют признаки частичного ручного заглаживания. Придонные части сосудов подвергались обстругиванию. Основными орудиями заглаживания были руки гончара, мягкий материал и деревянный нож.

Окраска сосудов пятнистая. Цвет черепка может варьироваться на одном фрагменте от светло-желтого до серого, от желтого до бурого. Преобладает посуда бурого цвета, отмечены также фрагменты розовато-коричневого, светло-коричневого цветов. В изломе фрагментов прослежена слоистость: поверхностные прослои коричневые или бурые, а сердцевина темно-серого или черного цвета. Можно предполагать обжиг с непродолжительной выдержкой при температурах каления (650-700?), в закрытых от доступа воздуха условиях. Состояние раковины в черепке керамики говорит о том, что использовался особый режим и условия обжига, при котором не происходило разрушение раковины.

На керамике данной группы орнамент отмечен в 2 случаях на венчике (рис. 2/47) и стенке в виде однорядной волны.

В целом керамический комплекс постройки отличается достаточной однородностью, что проявляется в использовании одних и тех же глин, составе формовочных масс, принципов конструирования сосудов, приемов обработки поверхности и обжига. Керамика постройки, набор предметов повседневного быта соотносится с комплексами марийских поселений правобережья р. Волги: Важнангерского городище, Носельского, Юльяльского, Сауткинского селищ. Топография памятника: мысовое расположение, «спрятанность» селища, также характерна для марийских поселений ХИТ-ХУ вв.

К сожалению, ярких датирующих предметов на селище не найдено. Предварительный анализ материала показал, что нижняя граница памятника, относится к XII-XIII вв. Верхняя граница памятника, по видимому, ограничивается первой половиной XV вв. Помимо замка, в пользу этого свидетельствует и найденный за пределами постройки нательный крест. Крест четырехконечный с расширяющимися боковыми и килевидной нижней лопастями. На верхней лопасти и нижней килевидной помещена короткая горизонтальная перекладина. На лицевой стороне в средокрес-тии находится рельефное изображение контурного креста, по сторонам которого на всех четырех перекладинах расположены рельефные ромбы. Края лопастей украшены двойной рельефной рамкой. Оглавие оформлено в виде широкого плоского ушка. На оборотной стороне в средокрестии находится рельефное изображение контурного креста, концы которого на всех четырех перекладинах завершаются каплевидными рельефными окончаниями. На верхней и нижней лопастях помещены надписи, из которых хорошо читается только нижняя рельефная надпись «КА». Края лопастей украшены двойной рельефной рамкой. По форме подобные кресты встречаются в первой половине XV века (Кутасов, 2010. С. 259-263), по типу изображений полных аналогий в материалах Руси нет. Подобный крест найден на поселении Красное Селище II (XIII-XV вв.).

Барковское селище, безусловно, является перспективным памятником для дальнейших исследований. С выявлением этого селища появилась возможность комплексного исследования большими площадями сохранившегося до наших дней памятника, относящегося к наименее изученному периоду в истории Марийского края. Осмотр памятника осенью 2011 г. показал, что интерес кладоискателей к селищу не иссяк, о чем свидетельствовали новые несанкционированные шурфы и «закопушки». Удаленность территории селища от населенных пунктов, сильная заселенность территории практически исключают возможность поймать кладоискателей с поличным. Соответственно сохранить научный материал памятника возможно только путем проведения дальнейших спасательных работ.

Список литературы:

Колчин Б.А., 1959. Железообрабатывающее ремесло Новгорода Великого //МИА. Т. II. №» 65. Труды Новгородской археологической экспедиции. - М.: АН ССР - С. 7-120.

Кутасов С.Н., Селезнев А.Б., 2010. Нательные кресты, крестовключенные и крестовидные подвески. - М.: ИскателИ. - С. 259-263.

Оглоблин Н.Н., 2010. Речные проселки / Сост. Н.В.Морохин, Д.ГПавлов. - Нижний Новгород: Книги. -312 с.