Коммуникативный акт, речевой акт, иллокутивный акт и схема четырех полей Карла Бюлера

КОММУНИКАТИВНЫЙ АКТ, РЕЧЕВОЙ АКТ, ИЛЛОКУТИВНЫЙ АКТ И СХЕМА ЧЕТЫРЕХ ПОЛЕЙ КАРЛА БЮЛЕРА

Е.А. КРАСИНА

Кафедра общего и русского языкознания Российский университет дружбы народов Ул. Миклухо-Маклая, 6, 117198 Москва, Россия

В статье рассматривается соотношение коммуникативного, речевого и иллокутивного актов через обращение к теории «четырех полей» К. Бюлера, посредством которой раскрывается природа и структура актов в языке и речи.

При рассмотрении соотношения терминов, включающих понятие акт, а именно: коммуникативный акт, речевой акт, иллокутивный акт, пропозициональный акт, референциальный акт и другие, оказывается возможным установить их соотношение с учетом общности и различий, поскольку так или иначе все они принадлежат сфере коммуникации.

В данном ряду коммуникативный акт оказывается общей базой для выявления связей между всеми прочими актами, что обусловлено его социальной значимостью прежде всего для участников общения, которые в пределах коммуникативного акта, даже если он осуществляется невербальными средствами, «порождают высказывания и интерпретируют их» [ЛЭС, 1990, с. 223].

Являясь разновидностью коммуникативного акта, речевой акт в своей основе имеет высказывание, которое его оформляет и означивает, но прежде всего речевой акт трактуется как «целенаправленное речевое действие, совершаемое в соответствии с принципами и правилами речевого поведения, рассматриваемое в рамках прагматической ситуации» [там же, с. 412]. Приведенная характеристика заставляет обратиться к схеме четырех элементов, или четырех полей К. Бюлера, которая, на наш взгляд, разъясняет взаимодействие речевого акта и ситуации, с одной стороны, и речевого акта как действия и языка, - с другой.

К. Бюлер выделяет «речевое действие» (Н - 8ргесЫ1апё1ш^), «языковое произведение» (ЧУ - 8ргасЬ\уегк), «речевой акт» (А - 8ргесЬа]Д), «языковую структуру, языковое образование» (Б - Эрга^еМШе) как четыре элемента, которые позволяют утверждать: «Все языковые феномены являются знако-

РОССИЙСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ДРУЖБЫ НАРОДОВ НАУЧНАЯ БИБЛИОТЕКА

выми» [Бюлер, 1993, с. 38], а также, что наука о языке, теория языка не должна ограничиваться дихотомией В. Гумбольдта energeia-ergon или оппозицией Ф. де Соссюра la langue-la parole, а опираться на четыре элемента и исследовать четыре поля, в которых взаимодействие названых четырех элементов реализуется двумя схемами:

H W

I II

1 Н W

2 А G

В обеих схемах обнаруживаются две перекрещивающиеся дихотомии. При этом «речевое действие Н» и «речевые акты А» принадлежат полю I, поскольку они соотнесены с субъектом, а «языковое произведение \¥» и «языковое образование, или структура в», будучи отвлеченными от субъекта, т. е. межъсубъектными, принадлежат полю П. Учитывая «ступени формализации», «речевое действие Н» группируется с «языковым произведением W», а «речевой акт А» - с «языковым образованием, или структурой в» [Бюлер, 1993, с. 51].

Данные рассуждения показывают, что речевой акт обнаруживается только с помощью высказывания, т. е. только в вербальной форме. Само же высказывание «обладает полевой структурой» [Федосюк, 1997, с. 146], будучи включенным, хотя и различными сторонами, во все четыре поля К. Бюлера.

Внутренняя структура речевого акта имеет три уровня: локуцию, иллокуцию, перлокуцию (Дж. Остин, Дж. Серль и др.). Каждый уровень принято также характеризовать как акт, что связано с реализацией одной из основных семантических функций языка (К. Бюлер), и с некоторым результатом каждого из актов. Так, в результате локутивного акта, включающего и говорение-произнесение, возникает имя или номинативная основа речевого произведения. Иллокутивный акт как реализация интенции и речевое действие говорящего субъекта я, прежде всего стремится выразить некоторое содержание и направить его адресату, слушателю ты, а содержание в свою очередь оформляется в перформативное высказывание. Перлокутивный акт, обусловленный апелляцией к адресату, в целом как бы выходит за пределы речевого акта, в силу чего он часто осторожно именуется перлокутивным эффектом, тем не менее его следы можно обнаружить и в пределах речевого акта, а именно: в предикате перформативного высказывания, в глаголе-перформативе.

Итак, речевой акт можно охарактеризовать как особую разновидность коммуникативного акта: это иллокутивный коммуникативный акт.

Пропозициональный и референциальный акты принадлежать уровню высказывания, в частности перформативного высказывания, оформляющего речевой акт. Они инициируются говорящими субъектами.

Характеристики речевого акта либо его составляющих как речеповеденческого акта, речемыслительного акта, ментального акта (ментального состояния) целиком и полностью обусловлены сферами говорящего субъекта я и адресата ты, их социоречевым поведением и социальными нормами общения: «Язык является самым эксплицитным из известных нам видов коммуникативного поведения. ...Язык - это преимущественно коммуникативный процесс во всех известных нам обществах» [Сэпир, 1993, с. 211].

В теории речевых актов неоднократно отмечалось, что одно и то же высказывание, точнее одна и та же пропозиция, может оформлять различные акты. Например, Я приеду завтра может быть и утверждением, и угрозой, и обещанием. В конечном счете все зависит от речевой ситуации, коммуникативного контекста, которые и показывают, какое изменение положения дел может повлечь за собой та или иная экспликация и интерпретация иллокутивной цели.

Общность физического, непосредственного и речевого действия определяется тем, что их цель и результат приводят к изменению; различие же связано с тем, что по сути наблюдаемые «физические действия (doings) представляют собой экстенсиональные объекты, в то время как акты (acts, actions) суть интерпретации физических действий, т. е. интенсиональные объекты» [Ван Дейк, 1978, с. 285].

Взаимодействие физического действия и речевого акта подобно взаимодействию иллокутивной силы высказывания и интенциональности, по Дж. Серлю: F(p) и S(r). Ментальное состояние (желание, намерение, цель, решение и др.) предшествует собственно действию, которое впоследствии приводит к изменению положения дел. Интенциональность предшествует речевому акту и стимулирует проявление иллокутивной силы высказывания в момент произнесения его говорящим субъектом, а реакция слушателя может вызывать изменение положения дел, новое метальное состояние и/или новый речевой акт. Таким образом, интенциональность как бы создает семантическую основу речевого акта: осуществляя высказывание, говорящий субъект осуществляет речевое действие, а последствие-изменение наступает вне пределов речевого акта как возможная реакция слушателя.

Подобно любому физическому действию, речевой акт имеет иерархию и фазы (J. Austin, J. Searle). Отметим лишь, вслед за Т.А. Ван Дейком [1985, с. 291], что речевой акт содержит две важные переменные - пропозициональный и референциальный акты. С названными аргументами связаны и различия речевых актов: «...наблюдая извне речевой акт любого рода, мы можем назвать или не назвать его сообщением, просьбой или советом и т. д. в зависимости от двух факторов: 1) что было сказано (пропозициональный акт. - Е.К.) и 2) считаем ли мы, что намерения и/или предположения... действительно могут быть приписаны говорящему» [Вежбицка, 1985, с. 255]. При этом фактор намерений говорящего указывает на особую референт-ность - аутореферентность, характерную для любого речевого акта, которая может быть выражена и вне пропозиции.

Наконец, обсуждая результат физического или речевого действия, имея в виду изменения в положении дел, следует исходить из того, что суть любого действия, речевого акта, «самого акта говорения состоит в том, чтобы способствовать успеху взаимодействия между его участниками» [Ван Дейк, 1975, с. 293]. При этом условия успешности составляют особый компонент значения высказывания в речевом акте. Принцип выполнимости, успешности речевого акта осуществим только при условии, что слушающий понял и то, что говорится, и почему это говорится, особенно если достигнута цель «побудить слушающего к действию» [там же, с. 294].

Речевые акты часто называют иллокутивными, как и глаголы-предикаты в них. Это связано с понятием иллокутивной функции, или иллокутивной силы высказывания, соотносимому, с одной стороны, с тем действием, «которое говорящий осуществляет» с помощью высказывания [Апресян, 1992, с. 12]; с другой стороны - это «выражение коммуникативной цели в ходе произнесения некоторого высказывания» [ЛЭС, 1990, с. 412], или иллокутивная цель.

Иллокутивная цель рассматривается как некоторый «ментальный акт, совершения которого добивается от слушателя говорящий, или ментальное состояние, в которое говорящий намерен привести слушающего» [Вендлер, 1985, с. 243]. В большинстве случаев иллокутивная цель обнаруживается благодаря контексту и ситуации. Очевидно также, что иллокутивная цель -это ядро, база иллокутивной силы высказывания; по определению она связана с основными характеристиками речевого акта:

1) иллокутивный акт отличается от локутивного своей целенаправленностью (ср. интенциональность);

2) иллокутивный акт отличается от перлокутивного своей конвенцио-нальностью.

Антиномия интенциональности - конвенциональности речевого акта разрешима в процессе взаимодействия говорящего и слушающего при успешности речевого акта, при наиболее полном соблюдении ими принципа кооперации П. Грайса.

Иллокутивная цель высказывания по своей сути является коммуникативной импликатурой (conversational implicature) [Грайс, 1985, с. 227]. Если импликатура коммуникативная, а не конвенциональная, то в идеале говорящий задает, а слушающий адекватно воспринимает и использует следующую информацию:

«1) конвенциональное значение использованных слов и знание всех их референтов;

2) принцип кооперации и постулаты общения;

3) контекст высказывания - как лингвистический (языковой. - Е.К.), так и любой другой;

4) прочие фоновые знания;

5) тот факт (или допущение), что вся указанная выше релевантная информация доступна для обоих участников коммуникации, и что они оба знают или предполагают, что это так» [там же].

Таким образом, иллокутивная сила высказывания проявляется в речевом акте как некий переход от функции-потенции к функции-реализации, тогда как иллокутивная цель - это один из компонентов иллокутивной силы, который позволяет объединить речевые акты в классы. Кроме того, составляющими иллокутивной силы Р является ее интенсивность, особенности зависимой пропозиции р в Р(р), а также условия употребления или контексты речевых актов. В теории речевых актов все компоненты иллокутивной силы Р упорядочиваются либо через описание семантики иллокутивных глаголов, либо посредством классификации иллокутивных актов.

В целях уточнения понятия иллокутивной силы при сравнении высказывания и предложения вводится понятие иллокутивного потенциала [Паду-чева, 1996, с. 230]. Предложение обладает иллокутивным потенциалом, который задается глагольным наклонением, связан с модальностью и совместим с более или менее широким спектром конкретных функций предложения. Высказывание, в отличие от предложения, обладает иллокутивной функцией: «В высказывании иллокутивный потенциал достраивается до полной иллокутивной функции» [там же, с. 230]. Таким образом, переход к высказыванию и осуществлению речевого акта связан с реализацией иллокутивной силы как функции-потенции предложения.

ЛИТЕРАТУРА

1 .Апресян Ю.Д. Природные процессы» в сфере человека // Логический анализ языка: модели действительности. - М., 1992, с. 17-43.

2. БюлерК. Теория языка. - М.: Прогресс, 1993.

3. Ван Дейк Т.А. Язык. Познание. Коммуникация. - М.: Прогресс, 1989.

4. Вежбицка А. Речевые акты // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 16. - М., 1985, с. 251-275.

5. Вендлер 3. Иллокутивное самоубийство // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 16. -М., 1985, с. 238-250.

6. Грайс П. Постулаты речевого общения // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 16. -М., 1985, с. 217-237.

7. Лингвистический энциклопедический словарь (ЛЭС) - М.: Советская энциклопедия, 1990.

8. Остин Дж. Л. Слово как действие // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 17. - М., 1986, с. 22-130.

9. Падучева Е.В. Семантические исследования. Семантика времени и вида. Семантика нарратива. - М.: Школа «Языки русской культуры», 1996.

10. Серль Дж. Р. Природа интенциональных состояний // Философия, логика, язык. -М.: Прогресс, 1987, с. 96-126.

11. Сэпир Э. Коммуникация // Избранные труды по языкознанию и культурологии. -М.: Прогресс, 1993, с. 209-215.

12. Федосюк М.Ю. Нерешенные вопросы теории речевых жанров Ц Тезисы симпозиума «Современное состояние и перспективы профессиональной подготовки специали-стов-филологов в разных странах», МГПУ-МАПРЯЛ, 28-30 октября 1997 г. - М., с. 146-147.

COMMUNICATIVE ACT, SPEECH ACT, ILLOCUTIONARY ACT AND KARL BUHLER’S FOUR DOMAIN SCHEME

E.A. KRASSINA

General and Russian Linguistics Department Peoples’ Friendship University of Russia

6, Miklukho-Maklay str., 117198 Moscow, Russia

The article treats the structural and semantic correlation of communicative, speech and illocutionary act referring to K. Biihler’s four domain scheme which enables giving proper interpretation of the nature and structure of those acts both in language and speech.