Причины и условия незаконного оборота оружия в Вооруженных силах Российской Федерации

АН. ЕЖОВ

ПРИЧИНЫ И УСЛОВИЯ НЕЗАКОННОГО ОБОРОТА ОРУЖИЯ В ВООРУЖЕННЫХ СИЛАХ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Криминогенные детерминанты преступности, в том числе отдельных видов и категорий преступлений, - одна из ключевых проблем криминологии, имеющая как теоретическое, так и практическое значение. Еще в 1961 г. А.Б. Сахаров справедливо отмечал, что нельзя выработать и осуществить необходимые практические мероприятия по устранению определенного социального явления, не зная всех питающих его истоков [9]. Соответственно необходимо учитывать, что если правонарушения не имеют четко очерченного круга причин, то профилактическая работа превращается в беспорядочную [4].

В теории криминологии причины определяются как социальнопсихологические явления, непосредственно порождающие преступность и преступления как свое закономерное следствие, условия - как явления, сами не порождающие преступность и преступления, а способствующие, облегчающие, интенсифицирующие формирование и действие причины [3]. При этом в научной литературе признается, что различие между причинами и условиями относительно, они могут меняться местами в зависимости от содержания отношения. В связи с этим в теории криминологии широко используется понятие «криминогенные факторы», которые охватывают причины, условия, а также некоторые иные детерминанты преступности [1].

Рассматривая причинный комплекс незаконного оборота оружия в России, С.А. Невский выделяет следующие криминогенные факторы незаконного оборота оружия: социально-экономические; социально-культурные; воспитательные; политические; правовые; организационно-управленческие и технические [6].

По нашему мнению, указанный автор достаточно исчерпывающе раскрыл основное содержание этих факторов, которые оказывают свое воздействие на все сферы общественных отношений, в том числе и на воинские. Основные причины, условия и другие детерминанты незаконного оборота оружия в обществе в целом и в его Вооруженных силах в частности представляются нам едиными. Вместе с тем представляют интерес особенности реализации этих общих криминогенных факторов в условиях Вооруженных сил, что имеет важное значение для предупреждения преступлений против порядка оборота оружия.

Так, основным криминогенным фактором незаконного оборота оружия в России признается неудачное осуществление экономических реформ и связанные с этим социальные последствия [2, 5, 7]. Применительно к Вооруженным силам России это выразилось в крайне недостаточном финансировании войск и воинских формирований, в силу чего объективно в полной мере не обеспечиваются надлежащие условия хранения оружия.

Проверками, проведенными Главной военной прокуратурой на объектах вооружения Министерства обороны РФ, а также в районах их дислокации, установлено, что до настоящего времени не только не обеспечены надлежащие условия обеспечения сохранности оружия, но и зачастую не соблюдаются требования взрывопожарной, ядерной, радиационной, экологической безопасности. Загруженность баз, складов и арсеналов превышает установленные нормы. Значительное количество мест хранения не соответствует установленным техническим требованиям, что позволяет проникновение в них посторонних лиц. Более того, в ряде случаев оружие хранится в неприспособленных для этой цели помещениях. Мало пожарной техники, имеется дефицит пожарной сигнализации, недостает или требует замены в связи с исчерпанием ресурса значительное количество технических средств защиты. Не обеспечено надежное их срабатывание.

Всего треть арсеналов и баз Минобороны России соответствует нормам безопасности, однако их загруженность превышает нормативы в среднем в 1,3 раза. По состоянию на сентябрь 2001 г. половина объектов хранения вооружения нуждалась в текущем, 40% - в капитальном ремонте, 5% находилось в аварийном состоянии.

В районах размещения 40 таких объектов построены жилые массивы, промышленные предприятия, нефте- и газопроводы, склады горючего. Ряд крупных складов и баз боеприпасов, недостаточно оснащенных средствами физической и технической защиты, охранной и пожарной сигнализации, располагается в пределах населенных пунктов, что делает их источником постоянной опасности для военнослужащих и гражданского населения.

Для надлежащего укрытия вооружения необходимо построить новые хранилища. Ветхость складов и ненадлежащая их охрана (48% технических средств охраны отсутствуют или требуют замены в связи с выработкой ресурса) облегчают преступные посягательства на них.

Все более сложным становится положение с хранением ядерных боеприпасов, гарантийный срок эксплуатации которых истек: допускаются нарушения правил защиты ядерных установок и материалов вследствие физического и технологического старения систем охраны, многочисленных отступлений по причинам финансово-экономического характера от действующих норм безопасности.

По поручению Президента РФ и Правительства РФ еще в 1992 г. была разработана Программа повышения живучести и взрывопожаробезопасности арсеналов, баз и складов Вооруженных сил Российской Федерации на 19932000 гг., которая не была реализована из-за консолидированной позиции Минфина и Минэкономики России в вопросе ее финансирования - только за счет средств, предусматриваемых в федеральном бюджете на национальную оборону.

В 2000 г. по поручению Президента РФ указанная программа была переработана в Федеральную программу повышения живучести и пожаровзрывобезо-

пасности арсеналов, баз и складов боеприпасов и взрывчатых веществ Вооруженных сил Российской Федерации на 2002-2011 гг., которая не утверждена по той же причине: по мнению Минфина РФ, потребность в финансовых ресурсах не приведена в соответствие с возможностями федерального бюджета. По расчетам же Минобороны РФ, для выполнения этой программы требуется более 27 млрд руб., т.е. с учетом указанной позиции Минфина и Минэкономики РФ на реализацию мероприятий, намеченных только на 2002 г., необходимо использовать практически все бюджетные средства, которые могут быть выделены на строительство военных объектов Минобороны России. Предусмотренные в Программе сроки строительства новых (2006) и перебазирования действующих арсеналов (2010) не соответствуют складывающемуся положению дел, так как технический ресурс систем безопасности объектов хранения боеприпасов ввиду длительного недофинансирования мероприятий по их модернизации и ремонту в значительной степени исчерпан.

Начиная с 1990 г., в местах хранения произошло около 30 крупных пожаров, в которых уничтожено более 15000 вагонов боеприпасов и другого имущества, погибли люди, государству причинен значительный материальный ущерб. К примеру, 22 июня 2001 г. в Сибирском военном округе по техногенным причинам случились пожар и взрыв боеприпасов на 1321-й артиллерийской базе. Ущерб составил более 3 млрд руб. По аналогичным причинам 20 июня того же года произошли взрывы боеприпасов в войсковых частях 25937 и 05656, повлекшие крупный материальный ущерб и человеческие жертвы. По указанным фактам были возбуждены и расследованы уголовные дела, но устранить причины ненадлежащего обеспечения безопасности при хранении вооружения, способные повлечь за собой непредсказуемые последствия, мерами прокурорского реагирования невозможно.

Имеются факты, когда отдельные командиры пытаются объяснить грубые нарушения сохранности оружия лишь следствием недостачи денежных средств. Между тем результаты расследования уголовных дел и рассмотрения их в судах свидетельствуют о том, что в основном причины и условия, способствовавшие хищениям, и незаконному обороту оружия, - субъективного характера и повторяются из года в год. К ним относятся:

1. Допускаемые в воинских частях нарушения требований ст. 160, 169171 Устава внутренней службы ВС РФ по организации сохранности вооружений и оборудованию мест хранения оружия (особенно в полевых условиях: опорных пунктах и на временных пограничных постах). Обращает на себя внимание недостаточная обученность командного состава (особенно звена «взвод-рота») деятельности по организации исполнения названных требований.

Например, если в 1998 г. на различные склады приходится 59 %, а на другие места хранения - 16 % похищенного оружия, то в 1999 г. 37 % оружия похищено со складов, 20% - из караулов и 35 % вооружений похищено из других мест хранения.

Так, военнослужащие Кондратьев, Пиндюр и другие (всего 6 человек) в ноябре 1999 г., воспользовавшись ненадлежащими условиями хранения ору-

жия, неоднократно похищали в пункте временной дислокации части вблизи н.п. Червленая Чеченской Республики оружие сослуживцев и продавали его неустановленным лицам. На момент возбуждения уголовного дела выявлены 2 эпизода этой деятельности, в результате которой похищены автомат, два гранатомета ГП-25, сбытые в последующем за 4500 руб.

2. Оставление оружия без присмотра, незакрепление его за конкретными лицами, передача другим военнослужащим без соответствующего документального оформления, в том числе при убытии в служебные командировки и отпуск.

3. Ненадлежащая организация несения службы суточным нарядом (ст. 296-298 УВС ВС РФ и инструкций, изданных в их развитие). Так, около 60% случаев хищений совершено военнослужащими при несении службы в суточном наряде.

Например, в ходе расследования уголовного дела в отношении младшего сержанта Попосяна установлено, что сменившись с наряда по роте, он не сдал ключи от комнаты хранения оружия. Воспользовавшись отсутствием сигнализации и плохой организацией службы суточным нарядом, Попосян похитил автомат АК-74.

4. Упущения в организации караульной и пограничной служб, осуществление охраны складов, арсеналов и баз личным составом ВОХР, укомплектованной, в основном, гражданами престарелого возраста.

К примеру, военной прокуратурой одного из гарнизонов расследовалось уголовное дело в отношении рядового Лещева и других, которые в июле 1999 г. совершили хищение 60 гранат Ф-1 и 2160 патронов из хранилища части. Как установлено в ходе следствия, личный состав караула во главе с прапорщиком Тарандой организовали пьянку в караульном помещении. Воспользовавшись тем, что караульные вследствие алкогольного опьянения должным образом продолжать охрану не могли, Лещев отключил сигнализацию и затем совместно с гражданскими лицами совершил хищение боеприпасов. О совершенном преступлении командованию стало известно лишь через месяц после задержания Лещева работниками милиции и военной прокуратуры.

Другой пример. В одной из воинских частей, где хранилища авиационных средств поражения охраняются отрядом ВОХР, на должности стрелков назначены гр. Глухов в возрасте 60 лет, гр. Коровушкин в возрасте 68 лет, которые на момент проверки в октябре 1999 г. состояли на этих должностях.

5. Запущенность учета, невыполнение контрольных функций командованием и должностными лицами служб РАВ (ст.90-91,118,138-139,146-149,152-153 УВС ВС РФ), которые нарушают установленные порядок и периодичность проверок.

Так, военной прокуратурой Рязанского гарнизона расследовалось уголовное дело в отношении прапорщика Корнева и других, которые в период с 1996 по октябрь 1999 г. неоднократно проникали на охраняемую территорию склада авиационных средств поражения и похищали из хранившихся на открытой площадке бомб тротил. Всего ими похищено 35,7 кг этой взрывчатки,

которую они сбывали гражданским лицам. В ходе расследования уголовного дела и проведенной прокурорской проверки выявлено, что должностные лица части устранились от исполнения своих обязанностей по обеспечению сохранности вооружений. Склады техническими средствами охраны не оборудованы. Качественный отбор военнослужащих для несения службы в карауле по охране склада не производился, в результате этого часовые беспрепятственно пропускали на охраняемую территорию посторонних лиц. Территория склада площадью 6 гектаров охранялась всего одним часовым, что явно недостаточно для охраны и обороны объекта. В период с 1996 г. условия хранения и количество средств поражения неоднократно проверялись внутрипро-верочной комиссией, однако фактов хищения тротила из авиабомб выявлено не было, что свидетельствует о формальном отношении членов комиссии к исполнению своих обязанностей.

6. Недостатки в подборе кадров на должности лиц, ответственных за хранение вооружений.

К примеру, в ходе расследования военной прокуратурой одного из гарнизонов уголовного дела в отношении прапорщика Захарова и других, установлено, что Захаров, принимая должность начальника склада артвооружения и боеприпасов, выявил излишки патронов калибра 5,45 мм. В результате того, что внутрипроверочная комиссия реально при просчете боеприпасов не работала, Захаров скрыл эти излишки. Всего им и другими военнослужащими похищено более 2 тыс. патронов. В последующем похищенное изъято сотрудниками ФСБ.

7. Отсутствие контроля за личным составом при выполнении им служебных обязанностей с оружием, а также при производстве работ в складских помещениях.

Так, в ходе расследования военной прокуратурой Балашихинского гарнизона уголовного дела о самовольном оставлении воинской части в октябре 1998 г. рядовым Борисовым и хищении им оружия из караульного помещения выявлено, что подбор личного состава для несения службы в карауле был организован ненадлежаще. Более того, солдаты несли службу в карауле несколько суток подряд, необходимого времени для отдыха им не предоставлялось. В результате усталости было ослаблено внимание к сохранности оружия и боеприпасов. Караульные имели бесконтрольный доступ к оружию. Воспользовавшись этим, Борисов похитил пистолет начальника караула и самовольно оставил часть.

В другой воинской части при производстве работ по перемещению ящиков с оружием с одного склада на другой был грубо нарушен порядок допуска лиц в хранилища, оружие после его перемещения не пересчитывалось. Воспользовавшись этим, старший прапорщик Миков похитил 6 пистолетов ПМ.

8. Личная халатность и недисциплинированность военнослужащих, их неподготовленность к несению службы в нештатных ситуациях.

Например, дежурный по воинской части капитан Буш, будучи в состоянии алкогольного опьянения, заснул и утратил контроль за оружием. Воспользовавшись этим, рядовой той же части Пивень похитил у него пистолет.

9. Недостаточная организующая роль и формализм в работе постоянно действующих комиссий по проверке сохранности оружия.

Помимо этого все чаще выявляются обстоятельства, определяемые экономическими и социальными условиями жизни войск - хищениям вооружений способствует неудовлетворительное оборудование хранилищ средствами сигнализации и техническими средствами охраны.

С 1995 г. в числе условий, способствующих незаконному обороту огнестрельного оружия и боеприпасов, отмечаются недостатки в работе командования по пресечению незаконного вывоза из «горячих точек» трофейного, а также необоснованно списанного на боевые потери оружия и боеприпасов с их последующим хищением, перевозкой и хранением. Причем в таких действиях уличаются не только солдаты, но и офицеры.

В 1999 г. органами военной прокуратуры расследовалось уголовное дело в отношении полковника Лежибокова, который в 1997-1998 гг., во время командировок в Чеченскую Республику, вывез оттуда бесхозное вооружение: 30-40 штык-ножей, 2250 шт. различных патронов, гранаты, которые дарил своим знакомым. 29 января 1999 г. боеприпасы изъяты у него в гараже в ходе обыска.

11 января 1999 г. в военную прокуратуру гарнизона из отдела ФСБ поступили материалы оперативной проверки о хищении в 1995 г. в воинской части 5 пистолетов ПМ и пистолета ТТ в период нахождения части в Чеченской Республике. В ходе следствия установлено, что во время боевых действий на базе воинской части создавался склад, куда поступало оружие, изъятое у членов незаконных вооруженных формирований. В последующем оружие передавалось в различные части ВВ МВД РФ. Отвечал за получение оружия на склад и его передачу старший офицер управления артиллерийского вооружения округа ВВ МВД РФ полковник Козлов. Воспользовавшись своим положением, он лично получил 5 пистолетов ПМ и пистолет ТТ якобы для сдачи на склад воинской части. Однако в эту часть оружие не поступало. В ходе следствия он пояснил, что использовал пистолеты в качестве подарков для должностных лиц в целях создания благоприятных условий для прохождения службы. В ходе следствия похищенное оружие изъято.

Как показывает практика работы следственного аппарата военных прокуратур, оперативное сопровождение раскрытия и расследования преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия, осуществляется практически по всем уголовным делам о хищениях оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ.

Однако ряд преступлений остается нераскрытым зачастую из-за отсутствия в результате ведомственной разобщенности должного оперативного сопровождения. В некоторых случаях оно прекращается сразу после раскрытия преступления, но до надлежащего процессуального закрепления информации, позволившей установить виновных лиц.

Причинами такого положения, как показывает анализ, являются: недостаточная инициатива прокурорско-следственного состава военных прокуратур в организации взаимодействия с органами, уполномоченными на проведение

оперативно-розыскной деятельности (ОРД); отсутствие у следственного аппарата основ необходимых знаний о методах и возможностях оперативнорозыскных мероприятий (ОРМ) и, как следствие, - отсутствие навыков по составлению поручений о проведении ОРМ и организации их выполнения в условиях поднадзорных воинских частей; отсутствие поднадзорных органов, осуществляющих ОРД (кроме органов обеспечения безопасности государства с их специфической подведомственностью), а также фактическое отсутствие у оперативных работников МВД и других органов, являющихся субъектами ОРД, доступа в воинские части и учреждения.

Нередко препятствием служит правовая неурегулированность вопросов взаимодействия между военными прокуратурами и субъектами ОРД. Так, органы военной контрразведки осуществляют свои задачи, определенные Федеральным законом «Об органах Федеральной службы безопасности в Российской Федерации». Вследствие этого военные прокуроры и следователи, с правовой точки зрения, до октября 1999 г. были лишены оперативной поддержки раскрытия и расследования ряда преступлений. Такое положение вызвалось отсутствием нормативной базы, регулирующей сотрудничество, несовпадением подследственности органов ФСБ и военной прокуратуры. В настоящее время издан совместный приказ Директора ФСБ РФ и Главного военного прокурора № 233/522/ДСП от 06.10.1999 г., которым утверждена Инструкция о порядке взаимодействия органов военной прокуратуры и органов безопасности в войсках в борьбе с преступностью, что решило организационные и ряд правовых вопросов по организации оперативного сопровождения следствия по делам рассматриваемой категории.

Возникают проблемы, связанные с оперативным сопровождением следствия и органами МВД РФ. Как отмечено выше, зачастую существенным препятствием для проведения оперативно-розыскных мероприятий работниками криминальной милиции является невозможность работы на территории воинских частей. Особенно острая необходимость в проведении таких мероприятий возникает при раскрытии и расследовании преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ. Это обстоятельство влияет как на раскрытие, так и на профилактику преступлений. Необходимость проведения службами криминальной милиции ОРМ среди военнослужащих вызвана ростом совершаемых ими побегов с оружием, в их числе: дезертирство группы военнослужащих воинской части, дислоцированной в Чукотском автономном округе, когда был убит начальник караула, похищено большое количество стрелкового оружия; захват в заложники семьи из 5 человек, совершенный военнослужащим другой воинской части Шировым в Дагестане, и другие. Проведение в последующем силами уголовного розыска ОРМ в отношении этих лиц в условиях ИВС позволило установить, что преступления совершались после длительной и тщательной предварительной подготовки, причем о намерениях преступников было известно сослуживцам.

Таким образом, при нормально организованной на территории воинских частей ОРД в ряде случаев имелись возможности для предотвращения таких преступлений.

Одним из решений рассматриваемой проблемы могло бы стать создание органов военной полиции и соответствующее законодательное закрепление их полномочий в сфере оперативно-розыскной деятельности, о чем говорится уже несколько лет.

Проведенный комплекс надзорных и организационных мероприятий позволил военным прокурорам и следователям наладить эффективное взаимодействие с органами криминальной милиции и военной контрразведки (ВКР) в вопросах пресечения незаконного оборота оружия, раскрытия преступлений указанных категорий. Результаты совместной деятельности свидетельствуют об улучшении работы органов ВКР в вопросах оперативного обеспечения предварительного следствия.

Так, в сентябре 1999 г. офицерами отдела ФСБ одного из гарнизонов получена оперативная информация о готовящемся хищении взрывчатки военнослужащими. В результате организованных оперативными работниками совместно с офицерами военной прокуратуры мероприятий при сбыте 5 кг взрывчатого вещества задержаны и изобличены в хищении младший сержант Рогачев, рядовые Конаков и Ануфриев. В результате организованного постоянного оперативного сопровождения следствия выявлены другие эпизоды хищений, изъято еще 7 кг взрывчатки.

Характерен опыт одной из военных прокуратур ФПС России в Республике Таджикистан. Так, 28 марта 1999 г. туда поступило сообщение от командира воинской части об обнаружении недостачи 16 различных гранат с запалами, 6 штык-ножей на складе РАВ пограничной заставы «Сари-Гор», расположенной в труднодоступной горной местности. На следующий день, на указанную заставу прибыли следователь военной прокуратуры старший лейтенант юстиции Н.М. Исхаки и старший оперуполномоченный ОФСБ по ПГ ФПС России в РТ капитан Н.Л. Фоменко. В ходе спланированных и умело проведенных оперативно-следственных действий в совершении хищения изобличен рядовой Изатов, боеприпасы изъяты.

В эту же прокуратуру 22 января 1999 г. поступило сообщение о хищении подствольного гранатомета ГП-25 в оружейной комнате 3-й пограничной заставы мотоманевренной группы одной из воинских частей. Работа по раскрытию хищения гранатомета проводилась в тесном взаимодействии с оперативными работниками отдела военной контрразведки и ССБ по ПГ ФПС России в РТ. В результате этого в совершении преступления изобличен рядовой Очилов. Установлено, что, будучи дежурным по мотоманевренной группе, он вошел в оружейную комнату и похитил оттуда гранатомет ГП-25, который передал гражданину Игболшеву, попросив за него 2000 руб. В результате проведенных ОРМ похищенный ГП-25 возвращен.

Таким образом, анализ расследования уголовных дел, связанных с незаконным оборотом оружия, позволяет назвать следующие его причины и условия:

- недостаточный контроль за работой должностных лиц служб ракетноартиллерийского вооружения (далее служб РАВ) со стороны отдельных командиров, что позволяет некоторым морально неустойчивым, склонным к стяжательству офицерам, мичманам и прапорщикам совершать хищения оружия с использованием своего служебного положения. Количество возбужденных уголовных дел по таким преступлениям в 2000 г. возросло почти в 8 раз. К уголовной ответственности привлекались не только младшие, но и старшие офицеры;

- ненадлежащая организация несения службы суточным нарядом (ст. 296298, 305, 307, 308, УВС и инструкций, изданных в их развитие). Как правило, нарушаются требования настоящего устава при приеме, выдаче, выносе оружия и обращении с ним;

- запущенность учета, невыполнение контрольных функций должностными лицами служб РАВ (ст. 90, 91, 118, 138, 139, 146-149, 152, 153 УВС), непринятие ими должных мер по сохранности оружия;

- недостатки в подборе и подготовке кадров на материально ответственные должности начальников складов, хранилищ. В некоторых случаях это влекло за собой активное их участие в криминальном обороте оружия. В большинстве таких случаев от момента хищения до установления преступления проходит значительное время, что затрудняет розыск оружия;

- серьезные упущения в организации караульной и пограничной служб, особенно в части подбора лиц для несения службы и снижении качественного уровня подготовки военнослужащих к этому, что приводит иногда к неспособности их противостоять нападениям преступников, а порой и к совершению ими хищений оружия. Имеются нарушения в осуществлении охраны складов, арсеналов и баз личным составом подразделений ВОХР, укомплектованных, в основном, гражданами пенсионного возраста;

- отсутствие контроля за личным составом при выполнении им служебных обязанностей с оружием (более 60% хищений боеприпасов совершается во время проведения учебных стрельб), во время производства работ в хранилищах и складских помещениях, транспортировки и перевозки оружия и его утилизации;

- слабый контроль со стороны соответствующих командиров и начальников за деятельностью должностных лиц довольствующих органов военного управления, осуществляющих планирование отгрузки оружия воинским частям и т.д., и его движением;

- личная халатность и недисциплинированность военнослужащих, их неподготовленность к несению службы в нештатных ситуациях;

- невыполнение некоторыми командирами и начальниками, внутрипрове-рочными комиссиями своих функций по периодической и качественной проверке обеспечения учета и сохранности оружия, выполнению требований руководящих документов по данным вопросам. Низкая организующая роль, формализм и беспринципность в работе указанных комиссий в этой важной работе, недочеты в проведении инвентаризации и отсутствие полного номерного учета оружия;

- недостатки в работе командования по пресечению незаконного вывоза из «горячих точек» трофейного и необоснованно списанного на боевые потери оружия и, в частности, в организации досмотров военнослужащих при посадках на самолеты, воинские эшелоны и т.д. и принятии мер по обнаружению оружия по прибытии их в места постоянной дислокации;

- незнание некоторыми должностными лицами морально-деловых качеств подчиненных, а также непринятие надлежащих мер по устранению негативных явлений в воинских коллективах, особенно фактов пьянства во время исполнения служебных обязанностей с оружием;

- ненадлежащая правовая воспитательная работа со всеми категориями военнослужащих и, в особенности, с офицерами, которые по своему служебному положению обязаны предупреждать преступления (подобные факты отмечаются при расследовании и рассмотрении в судах большинства уголовных дел).

Следует учитывать, что последние годы отмечается тенденция к увеличению удельного веса корыстных мотивов хищений и незаконного приобретения оружия. Военнослужащие из-за ухудшающегося материального положения стремятся реализовать оружие и получить денежные средства. Поэтому правильная организация правового воспитания военнослужащих, наряду с другими мерами, будет способствовать улучшению ситуации в сфере оборота оружия.

Литература

1. См. подробнее: Алексеев А.И. Криминология: Курс лекций. М., 1998. С. 58.

2. Карпец И.И. Преступность: иллюзии и реальность. М., 1992. С. 137.

3. См.: Криминология / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой, Г.М. Миньковского. М., 1994. С. 137.

4. См.: КудрявцевВ.Н. Причины правонарушений. М., 1976. С. 64.

5. Мацкевич И.М., Эминов В.Е. Преступное насилие среди военнослужащих. М., 1994. С. 3-6 и др.

6. См.: Невский С.А. Криминологические и уголовно-правовые проблемы борьбы с незаконным оборотом оружия: Дис. ... докт. юрид. наук. Краснодар, 2001. С. 159.

7. См., напр.: Петров Э.И., Марченко Р.Н., Баринова Л.В. Криминологическая характеристика и предупреждение экономических преступлений. М., 1995. С. 3.

8. Российская юридическая энциклопедия / Под ред. А.Я. Сухарева. М., 1999. С. 791 и др.

9. См.: Сахаров А.Б. О личности преступника и причинах преступности в СССР. М., 1961. С. 49.

ЕЖОВ АНАТОЛИЙ НИКОЛАЕВИЧ - ректор российско-белорусско-украинско-итальянского Международного «Института управления», почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации, почетный работник юстиции России, почетный адвокат России, академик РАЕН, доктор экономических наук, профессор.