Водородные замки

Экспорт водорода из РФ может достигнуть 2,3 млн тонн в год к 2030 году и 9,4 млн тонн к 2050 году, ожидает Минэнерго в своем проекте комплексной программы развития водородной энергетики. Но без мер поддержки со стороны государства проекты будут убыточными. Для вывода проектов на окупаемость министерство предлагает за счет бюджета компенсировать производителям временные потери при продаже водорода на экспорт, субсидировать капитальные и операционные затраты таких проектов и дать им дополнительные налоговые льготы.

Фото: Василий Шапошников, Коммерсантъ

Минэнерго предлагает ввести механизм компенсирующего контракта и расширить перечень мер поддержки для создания водородного сектора в РФ. Предложения содержатся в последней версии проекта комплексной программы развития водородной энергетики в РФ до 2030 года с перспективой до 2050 года (есть у «Ъ»).

17 февраля сокращенная версия проекта обсуждалась на межведомственной рабочей группе, где она была поддержана с несущественными замечаниями. Документ пока не внесен в правительство. В Минэнерго сообщили «Ъ», что поручение о его разработке выполняется в соответствии с обозначенными сроками.

Развитие водородной энергетики считается одним из основных инструментов снижения выбросов CO2 в атмосферу. Минэнерго в проекте документа описывает сценарии развития производства и экспорта «голубого» водорода, который производится методом парового риформинга метана с утилизацией CO2, и «зеленого», который производится из воды методом электролиза при помощи ВИЭ.

Ведомство строит прогноз развития водородного кластера на основе трех сценариев. Первый — «развитие экспорта водорода», по которому РФ будет поставлять за рубеж 2,3 млн тонн водорода в год к 2030 году и 9,4 млн тонн к 2050 году. Второй — «развитие экспорта и внутреннего рынка» предполагает те же объемы экспорта, при этом внутреннее потребление водорода в металлургии составит 160 тыс. тонн в 2030 году и 4,4 млн тонн к 2050 году (металлургия и удобрения). Те же параметры по экспорту предусмотрены и в последнем сценарии «развитие экспорта и интенсивное развитие внутреннего рынка». Но к 2050 году внутреннее потребление водорода составит 10 млн тонн (6,6 млн тонн для металлургии и 3,4 млн тонн в производстве удобрений). Для создания экспортных кластеров потребуется $33,4 млрд совокупных инвестиций к 2030 году.

Минэнерго предлагает сформировать пять кластеров — Ямал, Восточная Сибирь, Якутия, Сахалин, Северо-Запад. При этом без мер поддержки положительная экспортная маржа формируется только в кластерах Сахалин, Ямал и Якутия, остальные проекты будут убыточными.

Для вывода проектов в положительную зону Минэнерго предлагает ввести механизм компенсирующих контрактов — то есть возмещения затрат производителям водорода с тем, чтобы внутренняя норма доходности (IRR) экспорта была не ниже 15%. Ориентировочно предлагается компенсировать $1 за 1 кг для «голубого» водорода и $3,5 за 1 кг для «зеленого» водорода. Минэнерго предлагает субсидировать стоимость инфраструктуры (CAPEX терминалов, судов и танк-контейнеров), на что может потребоваться до $3,7 млрд, часть операционных затрат, ставку по кредитам, а также давать налоговые льготы.

В материалах ведомства отмечается, что анализ велся путем моделирования типовых проектов. По мнению опрошенных «Ъ» участников рынка, заинтересованных в производстве водорода, расчеты ведомства далеки от реальной ситуации. «Возможно, Минэнерго нужно было обратиться в компании и спросить об экономике проектов, прежде чем говорить о необходимости их субсидирования»,— считает один из собеседников «Ъ».

Спрос на российский водород в мире Минэнерго оценило в 9,5 млн тонн к 2030 году (учитывая логистику, спрос, ограничения по сертификации водорода), основные рынки сбыта — Китай, Япония, Южная Корея, Германия.

По мысли министерства, экспорт водорода должен отчасти заменить в структуре экономики и доходах бюджета экспорт нефти, который будет сокращаться из-за декарбонизации.

Так, ссылаясь по сценарии Международного энергетического агентства, Минэнерго опасается сокращения экспорта нефти: в сценарии устойчивого развития он снизится с 5,4 млн баррелей в сутки до 3 млн баррелей в сутки к 2050 году, а в сценарии достижения углеродной нейтральности к 2050 году — до 1 млн баррелей в сутки.

Доля участия ВИЭ-генерации в структуре генерации РФ может вырасти до 12–23% в зависимости от сценария к 2050 году.

Руководитель направления по водороду и энергоэффективности центра энергетики МШУ «Сколково» Юрий Мельников замечает, что в основу подхода к оценке конкурентоспособности российского водорода на мировых рынках разработчики проекта стратегии положили анализ примерно 200 мировых проектов в сравнении с несколькими российскими инициативами.

На его взгляд, у такого подхода есть существенные риски, которые могут исказить итоговый результат, то есть выводы о том, какую долю рынка водорода действительно смогут занять поставщики из России. «Возможно, концентрация на наиболее вероятных и продвинутых проектах могла бы дать более надежные результаты, даже если доля РФ окажется меньше заявленных ранее 20%»,— считает он.

Неясно, к тому же, добавляет господин Мельников, как в анализе конкурентоспособности учитывался углеродный след и в целом сертификация вырабатываемого водорода по критериям целевых рынков. Например, в ЕС ключевым требованием к «зеленому» водороду является критерий дополнительности, то есть необходимости сооружения новых ВИЭ, специально предназначенных для электролиза, а не использования уже существующих, напоминает он.

Высока вероятность, что аналогичное требование будет предъявлено к водороду от АЭС — нужно будет строить новые станции. Российские проектные инициативы в Северо-Западном кластере, к примеру, этот критерий игнорируют, замечает он. Аналогичный пример с «голубым» водородом — непонятно, как учитывалась сертификация хранилищ СО2 в проектных инициативах: доступность геологических формаций, доля улавливания СО2 и гарантии долгосрочности хранения.