Внедрение цифровых технологий в экономику государств - членов ЕАЭС

Внедрение цифровых технологий в экономику государств — членов ЕАЭС

АНДРЕЕВ ВЛАДИМИР КОНСТАНТИНОВИЧ,

заведующий отделом гражданско-правовых и корпоративных исследований Российского государственного университета правосудия, главный научный сотрудник Института проблем безопасности СНГ, доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации АНДРЕЕВА ЛЮБОВЬ ВАСИЛЬЕВНА,

руководитель Центра экономико-правовых проблем евразийской интеграции Института проблем безопасности СНГ, доктор юридических наук, профессор МГЮА имени О.Е. Кутафина

Аннотация: Переходу на новый технологический уклад в значительной степени способствует внедрение цифровых технологий в национальные экономики и экономику Евразийского экономического союза, интеграционный потенциал которого способен ответить на новые вызовы и обеспечить безопасность государств-членов. В этой связи в статье рассматриваются решения и принимаемые последовательные меры по переходу к цифровой экономике, предусмотренные в национальном праве стран ЕАЭС и принятых документах ЕАЭС. Рассмотрены стратегии, новые правовые понятия и процессы по созданию интегрированной информационной системы ЕАЭС. Анализируются изменения в ГК РФ, связанные с регулированием электронных сделок и цифровых прав.

Ключевые слова: Евразийский экономический союз, цифровая повестка, цифровые технологии, цифровое право, интегрированная информационная система, национальный сегмент информационной системы

Introduction of digital technologies in the economy of the EEC member States ANDREEV VLADIMIR KONSTANTINOVICH,

head of Department of civil law and corporate studies of the Russian Academy of justice, chief researcher of the Institute of security problems of the CIS, doctor of legal Sciences, Professor, honored science worker of the Russian Federation ANDREEVA LUBOV VASILIEVNA,

Head of the Center for economic and legal problems of Eurasian integration Institute of problems of safety of the CIS, doctor of legal Sciences, Professor MSJU after name O.E. Kutafin

Abstract: The transition to a new technological structure is largely facilitated by the introduction of digital technologies in the national economy and the economy of the Eurasian economic Union, the integration potential of which is able to respond to new challenges and ensure the security of member States. In this connection, the article examines the decisions and successive measures taken to transfer to the digital economy, as stipulated in the national law of the EAEU countries and the adopted documents of the EAEU. Strategies, new legal concepts and processes for the creation of the integrated information system of the EAEU are considered. Analyzes the changes in the Civil Code of the Russian Federation related to the regulation of electronic transactions and digital rights.

Keywords: Eurasian economic Union, digital agenda, digital technologies, digital law, integrated information system, national segment of information system

Внедрение цифровых технологий в экономику и управление как стратегический вектор развития стран ЕАЭС

В настоящее время основным вектором и стратегической целью развития экономики государств - членов Евразийского экономического союза является переход к цифровой экономике, понимаемой как внедрение цифровых технологий в экономику, государственное управление и повседневную жизнь.

В рамках ЕАЭС данная цель поставлена в Решении Высшего Евразийского экономического совета от 11.10.2017 г. № 12 «Об основных направлениях реализации цифровой повестки Евразийского экономического союза до 2025 года» (далее - Основные направления), являющимся документом среднесрочного стратегического планирования, в котором установлены цели, принципы, задачи, направления и механизмы сотрудничества государств - членов по вопросам реализации цифровой повестки ЕАЭС на долгосрочный период1.

Необходимость разработки и принятия Основных направлений обусловлена обеспечением гармонизации правового регулирования происходящей цифровой трансформацией в рамках ЕАЭС. При этом учитываются национальные интересы государств - членов ЕАЭС, которые, как указано в Основных направлениях, самостоятельно разрабатывают, формируют и реализуют национальную политику в сферах цифровизации экономики, связи и информатизации, обеспечения устойчивого функционирования и безопасности единого информационного пространства и реализуют национальные мероприятия по развитию цифровой повестки. В целях развития интеграционного процесса в ЕАЭС при разработке мероприятий по внедрению цифровых технологий государства-члены должны проводить согласованную политику, основанную на праве ЕАЭС.

В связи с чрезвычайной актуальностью и новизной происходящих процессов по цифровой трансформации огромное значение имеет разработанный и определенный в Основных направлениях понятийный ряд, поскольку в настоящее время отсутствует единое понимание сущности основных понятий и процессов перехода к цифровой экономике.

Цифровая повестка определяется как «... круг актуальных для Союза вопросов по цифровой трансформации в рамках развития интеграции, укрепления единого экономического пространства и углубления сотрудничества государств-членов, определенный в Заявлении о цифровой повестке Евразийского экономического союза от 26 декабря 2016 года и Основных направлениях». Цифровая повестка реализуется в ЕАЭС в тех сферах экономического сотрудничества, которые определены Договором о ЕАЭС. При разработке и реализации проектов в иных сферах экономики должны быть внесены соответствующие изменения в Договор о ЕАЭС или заключены новые международные договоры2.

Если анализировать главную идею цифровой экономики, то определение цифровой трансформации дается как действительный результат проявленных на технологическом и коммуникационном уровне изменений качества отдельных цифровых преобразований, отражающих принципиально новую систему сегментов экономики, управляющих ее систем, направленную на переведение центров создания экономических эффектов повышения прибыли, на уровень систем производства оцифровывающих коммуникаций с использованием непрерывных процессов оцифровывания.

1 http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_282472/

2 Решение Высшего Евразийского экономического совета 11.10.2017 г. № 12 «Об основных направлениях реализации цифровой повестки Евразийского экономического союза до 2025 года».

Важно отметить, что в результате цифровой трансформации будет осуществлен переход к новому технологическому укладу и созданию новых отраслей экономики, являющихся частью цифровой экономики, в которой процессы производства, распределения, обмена и потребления прошли цифровые преобразования с использованием информационно-коммуникационных технологий.

Цифровые преобразования в ЕАЭС планируется обсуждать и прорабатывать с использованием экспертных площадок под эгидой государственных органов, компаний и предпринимателей из государств - членов ЕАЭС, организованных экспертными центрами, научно-исследовательскими организациями, при поддержке межгосударственных банков развития и корпораций стран ЕАЭС.

В понятийный ряд терминов цифровой экономики введено и такое понятие, как регулятивная «песочница», представляющая собой формат работы, при котором согласуется режим проработки управленческих решений регулирующего, надзорного и координационного типа для выработки действенной модели взаимодействия и построения бизнес-процессов в какой-либо новой сфере.

Реализация цифровой повестки основана на использовании информационно-коммуникационных технологий, применение которых предусмотрено ст. 23 Договора о ЕАЭС и Протоколом об информационно-коммуникационных технологиях и информационном взаимодействии в рамках Евразийского союза (Приложение №3 к Договору о ЕАЭС).

Предусмотренные Протоколом меры по созданию интегрированной информационной системы внешнеторгового оборота ЕАЭС, работы по которому в течение нескольких лет уже проводятся, следует рассматривать в качестве мероприятий по цифровым преобразованиям и необходимой инфраструктурной основы для формирования в перспективе цифровой платформы.

Интегрированная система стран ЕАЭС представляет собой организационную совокупность территориально распределенных государственных информационных систем и коммуникативных структур, созданных уполномоченными органами стран ЕАЭС, а также систему связанных электронно-информационных ресурсных баз данных по программам базовой обеспеченности сведениями стран ЕАЭС, органов ЕАЭС, включая Комиссию ЕАЭС, которые соединены по национальной сегментации государств - членов ЕАЭС и интеграционным сегментом Комиссии.

Система интеграции сведений служит обеспечению обмена между странами ЕАЭС данными, включая организационные меры электронного документооборота, передачу общих для государств - членов ЕАЭС ресурсов информации, достижению общности процессов в рамках ЕАЭС по формированию единого трансграничного цифрового пространства электронной формы взаимодействия участников ЕАЭС.

Применение интегрированной информационной системы ЕАЭС обеспечит информационную поддержку, как предусмотрено Протоколом об информационно-коммуникационных технологиях, по таким важнейшим направлениям, как таможенно-тарифное и нетарифное регулирование; техническое регулирование, применение санитарных, ветеринарно-санитарных и карантинных фитосанитарных мер; зачисление и распределение ввозных таможенных пошлин; зачисление и распределение антидемпинговых и компенсационных пошлин; конкурентная политика; энергетическая политика; валютная политика; интеллектуальная собственность; финансовые рынки (банковская сфера, сфера страхования, валютный рынок, рынок ценных бумаг); промышленная и агропромышленная политика; обращение лекарственных средств и медицинских изделий и другие, а по мере расширения функциональных возможностей интеграционной системы и иных вопросов.

Меры обеспечения согласованности национальных и интеграционных сегментов цифровой повестки дня стран ЕАЭС

Решением Совета Евразийской экономической комиссии от 22.08.2017 г. № 100 утверждена Стратегия развития интегрированной информационной системы Евразийского экономического союза на период до 2025 года1.

Это говорит о поэтапном выстраивании стандартизированного общего технологического пространства информационных ресурсов ЕАЭС, ориентированного на удовлетворение эффективного информационно-обменного пространства ЕАЭС, где создается и структурируется цифровая экономика как форма электронных публичных и частных отношений субъектов, являющихся как уполномоченными органами государства, так и предпринимательскими структурами в ЕАЭС.

Распоряжением Правительства РФ от 30.03.2017 г. № 583-р утверждена Концепция создания национального сегмента Российской Федерации интегрированной информационной системы ЕАЭС2, который является организационной совокупностью государственных информационных ресурсов и информационных систем государственных органов, регулирующих взаимоотношения в рамках ЕАЭС и объединяемых единой системой межведомственного электронного взаимодействия.

Электронный сегмент национального уровня обслуживает транспортировку сведений, пропускаемых в рамках обменных операций с информацией электронного документооборота, оформленного по правилам и стандартам Комиссии ЕАЭС, отвечающих общим условиям ЕАЭС о проверке идентичности оцифрованных сведений их

документальным аналогам бумажного типа, которые заверяются подписью и печатью.

Государственные меры стран ЕАЭС законодательного уровня по цифровой повестке принимаются соответственно Основным направлениям экономического развития ЕАЭС, закрепленным Решением № 28 Высшего Евразийского экономического совета «Об Основных направлениях экономического развития Евразийского экономического союза» (Принято в г. Бурабай 16.10.2015 г.)3.

Реализацию цифровой повестки планируется осуществлять путем разработки проектов на основе взаимодействия государств - членов и Комиссии ЕАЭС по установленным приоритетам. Механизмы реализации инициатив и проектов предусмотрены в Основных направлениях, в том числе путем государственно-частного партнерства и создания консорциумов для осуществления прорывных проектов4.

Реализация цифровой повестки условно разделена на три ключевых этапа. Первый этап (до 2019 г.) - моделирование процессов цифровой трансформации, проработка первых инициатив и запуск приоритетных проектов. Второй

1 Официальный сайт Евразийского экономического союза. http://www.eaeunion.org/, 26.12.2017

2 СЗ РФ. 2017. № 15 (часть VII). Ст. 2254.

3 Официальный сайт Евразийского экономического союза. http://eaeunion.org/, 19.10.2015

4 Важными положениями Основных направлений следует считать определение направлений развития цифровой экономики, к которым относятся цифровая трансформация отраслей экономики и кросс-отраслевая трансформация, цифровая трансформация рынков товаров, услуг, капитала и рабочей силы, цифровая трансформация процессов управления интеграционными процессами, развитие цифровой инфраструктуры и обеспечение защищенности цифровых процессов.

(до 2022 г.) - формирование институтов цифровой экономики и цифровых активов, а также развитие цифровых экосистем. Третий этап (до 2025 г.) - реализация проектов цифровых экосистем и цифрового сотрудничества на глобальном, региональном, национальном и отраслевом уровнях.

Потенциальный экономический эффект от реализации цифровой повестки на основании прогноза увеличит совокупный ВВП государств -членов на 11 % общего ожидаемого роста со-

вокупного ВВП государств - членов к 2025 г. Указанный потенциальный эффект почти в два раза превышает возможный размер увеличения совокупного ВВП государств-членов в результате цифрового развития без реализации цифровой повестки. Рост занятости в отрасли информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) на пространстве ЕАЭС прогнозируется на 66,4 % к 2025 г., а прирост объема экспорта услуг (ИКТ) может составить до 74 % к 2025 г.

Глобальные и национальные стандарты информационного общества

Необходимость развития информационно-коммуникационных технологий, которые становятся жизненно важным стимулом развития мировой экономики, подчеркнута в Хартии глобального информационного общества (принята на о. Окинава 22.07.2000 г.), принятой Великобританией, ФРГ, Италией, Канадой, США, Францией, Японией, а также Россией1.

Согласно Хартии развитие и устойчивость глобального информационного общества основывается на стимулировании в жизни людей таких ценностей, как демократия, свобода, справедливость, которые будут достигаться свободою обмена ресурсами информационных сетей, поощрением научных и культурных обменов знаниями, расширением уважения и терпимости к цивилизаци-онным особенностям других народов.

Исследование информационно-коммуникационных технологий в аспекте прав человека привело Э.В. Талапину к выводу, что в ближайшем будущем будет признано новое фундаментальное право человека - право на доступ в Интернет2.

В качестве рекомендуемых принципов и подходов в Хартии определены:

• обеспечение добросовестной конкуренции на рынках информационных технологий и телекоммуникаций, рассматриваемых как электронные продукты и услуги, что предполагает равенство реализации прав и законных интересов пользователей на доступ для включения в системные телекоммуникационные линии, основанные на неприменении дискриминации и протекционизма;

• защитные меры охраны интеллектуальной собственности на разработанные информационно-технологические процессы, а также стимулирование различных форм электронной коммерции и трансграничных сделок цифрового товарообмена при расширении принципа свободы и открытости торговых сетей, принципа сохранения глобальных торговых цепочек и процедур их финансирования по нормам права ВТО;

• стимулирующее налогообложение доходов международной электронной коммерции, основанное на принципах соразмерности налогового бремени, уплаты налогов бенефициаром, предотвращения агрессивного налогообложения, использовании упрощенных систем уплаты налогов

1 СПС «КонсультантПлюс»

2 Талапина Э.В. Право на информацию в свете теории субъективного публичного права // Сравнительное конституционное обозрение. 2016. N 6(115). С. 81.

и прочих положениях ОЭСР в контексте международной налоговой политики для развития;

• продолжение практики освобождения электронных переводов от таможенных пошлин до тех пор, пока она не будет рассмотрена вновь на следующей министерской конференции ВТО;

• продвижение рыночных стандартов, включая, например, технические стандарты функциональной совместимости;

• дальнейшее развитие и эффективное функционирование электронной идентификации, электронной подписи, криптографии и других средств обеспечения безопасности и достоверности операций и др.

При оценке значения принятой Хартии глобального информационного общества в литературе отмечается, что к информационно-коммуникационным технологиям относятся цифровые способы преобразования данных, современные средства связи и средства передачи данных с помощью глобальных сетей, прежде всего сети Интернет, развитие которых формирует новую среду обитания человечества, определяемого как информационное общество1.

В Российской Федерации развитие цифровых технологий в экономике и социальной жизни провозглашено в Указе Президента РФ в качестве одной из основных национальных целей развития государства и общества на период до 2024 г.2

Правительство РФ совместно с органами государственной власти субъектов Российской Федерации для достижения указанной цели должно решить ряд стратегических задач, включая внедрение цифровых технологий и платформенных решений в сферах государственного управления и оказания государственных услуг, в том

числе в интересах населения и субъектов малого и среднего предпринимательства, включая индивидуальных предпринимателей; преобразование приоритетных отраслей экономики и социальной сферы, включая здравоохранение, образование, промышленность, сельское хозяйство, строительство, городское хозяйство, транспортную и энергетическую инфраструктуру, финансовые услуги, посредством внедрения цифровых технологий и платформенных решений; обеспечение информационной безопасности на основе отечественных разработок при передаче, обработке и хранении данных, гарантирующей защиту интересов личности, бизнеса и государства3.

В системе документов стратегического планирования в Российской Федерации по внедрению цифровых технологий немаловажное значение имеет Стратегия развития информационного общества в Российской Федерации на 2017-2030 годы, утвержденная Указом Президента РФ от 09.05.2017 г. № 2034.

Стратегия выстраивает системные и блоковые параметры достижения целевых показателей, обусловленных внедрением принципиально новых связей операционных систем телекоммуникаций и программного обеспечения оцифрованных управленческих и производственных процессов, объединенных в целостную цифровую систему

1 Международная и внутригосударственная защита прав человека: учебник / А.Х. Абашидзе, З.Г. Алиев, К.Ф. Амиров и др.; под ред. Р.М. Валеева. М.: Статут, 2011.

2 Указ Президента РФ от 07.05.2018 г. № 204 «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года» // СЗ РФ. 2018. № 20. Ст. 2817.

3 Там же.

4 СЗ РФ. 2017. № 20. Ст. 2901.

«информационное общество национальной цифровой экономики», функционирование которой выступает национальной модельной частью об-

щего «роботизированного синтезатора» интегрированных межгосударственных евразийских информационных систем, включая систему ЕАЭС.

Приоритеты Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017-2030 годы и их реализация

Акцентируя внимание на основных понятиях и определениях цифровой информатизации и управления экономикой российского государства, Стратегией выстроены приоритеты, обеспечивающие национальные интересы при развитии информационного общества, к которым отнесены:

• конструирование надежных и безопасных «системных блоков» пространства информационных телекоммуникаций в целях достижения быстрого и достоверного оказания информационных услуг и обеспечения материальных, социальных, культурных и иных потребностей граждан с использованием новейших телекоммуникационных систем предоставления данных;

• развитие информационной и коммуникационной инфраструктуры Российской Федерации;

• создание и применение российских информационных и коммуникационных технологий, обеспечение их конкурентоспособности на международном уровне;

• формирование новой технологической основы для развития экономики и социальной сферы;

• обеспечение национальных интересов в области цифровой экономики (п. 22).

В целях реализации Стратегии развития информационного общества Распоряжением Правительства РФ от 28.07.2017 г. № 1632-р утверждена программа «Цифровая экономика Российской Федерации»1, в которой уточнены и дополнены цели и задачи документов стратегического планирования в области цифровой экономики Российской Федерации и ЕАЭС, сформулированы задачи по пяти основным направлениям разви-

тия цифровой экономики: нормативное регулирование, кадры и образование, формирование исследовательских компетенций и технических заделов, информационная инфраструктура и информационная безопасность, установлены целевые показатели и выделены этапы их достижения по каждому направлению.

Можно констатировать, что система документов стратегического планирования по определению целей, задач, направлений развития, необходимых мероприятий по их достижению и целевых индикаторов создана.

В первоочередном порядке необходимо формировать нормативную основу создания цифровой экономики. В программе «Цифровая экономика Российской Федерации» в направлении нормативного регулирования определены меры по принятию необходимых нормативных актов, в том числе по развитию цифровой экономике на пространстве ЕАЭС, среди которых к IV кварталу 2018 г. предусмотрена подготовка «дорожной карты» по действиям российской стороны в целях формирования общих подходов к развитию цифровой экономики на территории государств -членов ЕАЭС и по гармонизации российского законодательства в соответствии с общими подходами, включая такие направления, как снятие правовых ограничений для развития цифровой экономики, содержащихся в праве ЕАЭС; создание общей цифровой среды доверия на пространстве ЕАЭС, а также общей политики по созданию такой среды с другими государствами и интеграционными объединениями; гармониза-

1 СЗ РФ. 2017. № 32. Ст. 5138.

ция основных понятий и институтов в области цифровой экономики для государств - членов ЕАЭС; изменение технических регламентов, в том числе в части адаптации форм оценки соответствия под задачи цифровой экономики, а равно принятие указанных документов нового поколения; использование технологий децентрализованного ведения реестров и удостоверения прав в рамках ЕАЭС.

Выполнение программы по цифровой экономике потребует тесного взаимодействия государства, бизнеса и науки, так как основным результатом ее реализации должно стать создание не менее десяти национальных компаний-лидеров - высокотехнологичных предприятий, раз-

вивающих «сквозные» технологии и управляющих цифровыми платформами, которые работают на глобальном рынке и формируют вокруг себя систему «стартапов», исследовательских коллективов и отраслевых предприятий, обеспечивающую развитие цифровой экономики.

Изменения в Гражданский кодекс РФ в 2018 г. относительно сделок в электронной форме и гражданско-правовое регулирование «цифровых прав»

К настоящему времени в Российской Федерации разработаны и приняты в первом чтении проект Федерального закона № 419059-7 «О цифровых финансовых активах» (принятый ГД ФС РФ 22.05.2018 г.)1 и проект Федерального закона № 424632-7 «О внесении изменений в части первую, вторую и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации»2.

Законопроект № 419059-7, как сказано в пояснительной записке, подготовлен в целях регламентации вопросов создания, выпуска, хранения и обращения цифровых финансовых активов, создаваемых и/или выпускаемых с использованием цифровых финансовых технологий.

Согласно проекту цифровой финансовый актив - это имущество в электронной форме, созданное с использованием криптографических средств. К таким цифровым финансовым активам относятся криптовалюта, токен. Устанавли-

вается, что цифровые финансовые активы не являются законным средством платежа на территории Российской Федерации. Допускается лишь возможность совершения сделок по обмену токе-нов на рубли или иностранную валюту.

Целью разработки законопроекта № 4246327 является введение в Гражданский кодекс РФ новых понятий и правил для регулирования сделок в электронной форме. Можно сказать, что принятие в первом чтении данных законопроектов свидетельствует об оперативности законодателя в решении задач создания необходимой нормативной правовой базы для внедрения цифровых технологий.

Внесение изменений в Гражданский кодекс РФ предполагает прежде всего уточнение понятия субъективного гражданского права и объекта гражданских прав. В ст. 128 ГК РФ среди прочих объектов гражданских прав указаны иму-

1 http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=PRJ;n=167908#09405310595231859

2 http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=PRJ&n=170238#021187403146492478

щественные права граждан и юридических лиц, законопроектом в перечень объектов гражданских прав включаются также цифровые права. При создании децентрализованной информационной системы зарегистрированному в ней лицу принадлежит цифровой код или обозначение, которое следует рассматривать в качестве цифрового права. Наличие цифрового кода у лица дает ему возможность участвовать в гражданском обороте.

Распоряжаясь своим цифровым правом, его обладатель с помощью информационных технологий и технических средств осуществляет соответствующее гражданское право. В ст. 141 (1) законопроекта цифровой код или обозначение признается, с одной стороны, объектом гражданских прав как совокупность электронных данных, иное имущество, а с другой - цифровым правом, принадлежащим его обладателю. Представляется, что такая редакция в законопроекте представляется удачной, поскольку наличие цифрового кода или обозначения и регистрация его обладателя в децентрализованной информационной системе позволяет ему участвовать в гражданском обороте.

Законопроектом цифровые права отнесены к иному имуществу, однако посредством информационно-коммуникационных технологий осуществляется государственная регистрация прав, закрепляющих принадлежность объекта граж-

данских прав определенному лицу, ограничение таких прав и обременения имущества (ст. 8 (1) ГК РФ), ведутся государственный Единый реестр юридических лиц (п. 8 ст. 51 ГК РФ), единый государственный реестр регистрации прав на надви-жимость (п. 1 ст. 131 ГК РФ), поэтому цифровые права, как представляется, следует рассматривать в качестве самостоятельного объекта гражданских прав.

Цифровое право, как правило, вторично по отношению к объекту, на который оно направлено. Внедрение цифровых технологий предполагает применение смарт-контрактов.

Смарт-контракт рассматривается в качестве договора, существующего в форме программного кода, имплементированного на платформе блокчейн, который обеспечивает автономность и самоисполнимость условий такого договора при наступлении заранее определенных в нем обстоятельств. Исследования перспективы применения смарт-контрактов показало, что автоматизированные технологии имеют большой потенциал для регулирования в сети Интернет дистрибуции объектов авторских прав, структурирования финансовых продуктов, основанных на колебаниях курса криптовалют и т.д. Однако массовое распространение полностью автономных смарт-кон-трактов в этом понимании дело отнюдь не завтрашнего дня и даже не послезавтрашнего1.

Гражданский кодекс РФ содержит ряд норм, позволяющих заключать сделки в электронной форме, для автоматизированного исполнения договоров необходимо внести дополнения в Кодекс, однако предложенные законопроектом дополнения него (ст. ст. 160, 432, 309) нуждаются в дополнительном обсуждении, поскольку скорее всего могут рассматриваться в качестве способа совершения сделки с помощью электронных и иных технических средств.

1 См.: Савельев А.И. Некоторые аспекты использования смарт-контрактов и блокчейн-технологий по российскому праву // СПС «КонсультантПлюс».

Нормативно-правовые акты и литература

1. Договор о Евразийском экономическом союзе. Подписан в г. Астане 29.05.2014 г.

2. Хартия глобального информационного общества. Принята на о. Окинава 22.07.2000 г. http://www. conventions.ru/view_base.

3. Решение №28 Высшего Евразийского экономического совета «Об Основных направлениях экономического развития Евразийского экономического союза. Принято в г. Бурабай 16.10.2015 http://www. eurasiancommission.org/ru/act/integr

4. Решение Высшего Евразийского экономического совета от 11.10.2017 г. № 12 «Об основных направлениях реализации цифровой повестки Евразийского экономического союза до 2025 года». http://www. eurasiancommission.org/ru/act/integr

5. Решение Совета Евразийской экономической комиссии от 22.08.2017 г. № 100 «Об утверждении Стратегии развития интегрированной информационной системы Евразийского экономического союза на период до 2025 года». http://www.eurasiancommission. org/ru/act/integr

6. Указ Президента РФ от 09.05.2017 г. № 203 «Стратегия развития информационного общества в Российской Федерации на 2017-2030 годы». http:// www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_5142/c

7. Указ Президента РФ от 07.05.2018 г. № 204 «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года» // СЗ РФ. 2018. № 20. Ст. 2817.

8. Гражданский кодекс Российской Федерации Часть Первая. Принята 30.11.1994 г.№ 51-ФЗ (ред.

от 03.08.2018 г.). http://www.consultant.ru/document/ cons_doc_LAW_5142/c

9. Распоряжение Правительства РФ от 30.03.2017 г. № 583-р «Об утверждении Концепции создания национального сегмента Российской Федерации интегрированной информационной системы Евразийского экономического союза». http://www. consultant.ru/document/cons_doc_LAW

10. Распоряжение Правительства РФ от

28.07.2017 г. № 1632-р «Об утверждении Программа «Цифровая экономика Российской Федерации» http:// www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW

11. Проект Федерального закона № 419059-7 «О цифровых финансовых активах» (принят ГД ФС РФ

22.05.2018 г.).

12. Проект Федерального закона № 424632-7 «О внесении изменений в части первую, вторую и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации».

13. Международная и внутригосударственная защита прав человека: учебник / А.Х. Абашидзе, З.Г. Алиев, К.Ф. Амиров и др.; под ред. Р.М. Валеева. М.: Статут, 2011.

14. Савельев А.И. Некоторые аспекты использования смарт-контрактов и блокчейн-технологий по российскому праву // СПС «КонсультантПлюс».

15. Талапина Э.В. Право на информацию в свете теории субъективного публичного права // Сравнительное конституционное обозрение. 2016. № 6 (115). С. 81