Венеция посмотрела «Правде» в лицо

В среду мировой премьерой фильма «Правда» каннского лауреата японского режиссера Хирокадзу Корээды открылся 76-й Венецианский кинофестиваль. О его атмосфере и первых событиях рассказывает Андрей Плахов.

Катрин Денев (слева), по существу, играет в «Правде» Корээды себя сам

Фото: 3B Productions

Фестиваль в Венеции уникален тем, что начинается за день до своего официального открытия. Для синефильского зачина на Лидо показывают ту или иную реставрированную старую ленту. На сей раз был выбран «Экстаз» чешского режиссера Густава Махаты, сенсационно прозвучавший в 1933 году: то был последний глоток эротической свободы перед тоталитарной ночью, в которую уже погружалась Европа.

В тот же самый вечер в историческом венецианском отеле Danieli прошла вечеринка, устроенная журналом Variety и посвященная по традиции президенту жюри. Это кресло, в котором восседали, как правило, знаменитые мужчины от Бернардо Бертолуччи до Сэма Мендеса и Гильермо дель Торо, на сей раз заняла известная в более узких кругах режиссер из Аргентины Лукресия Мартель. Выдающийся автор и совсем не светский персонаж, она сама (пришедшая с перевязанной шарфом рукой) не вполне отвечала гламурному духу вечеринки. Организаторы подкрепили его цветистым антуражем из фильмов Педро Альмодовара, который продюсировал многие значительные аргентинские фильмы, в том числе и Лукресии Мартель. Испанскому режиссеру вручат «Золотого льва» за карьеру и покажут его картину «Женщины на грани нервного срыва», которая три десятка лет назад в Венеции была отмечена скромным призом за сценарий.

Другой знаменитый фильм Альмодовара — «Все о моей матери» — вспоминался на официальном открытии фестиваля, где представляли картину «Правда». Как вспоминались и Бергман с его «Осенней сонатой», и «Все о Еве», и «Бульвар Сансет» — классические фильмы об актрисах на закате карьеры. Еще до принесших ему в прошлом году каннский триумф «Магазинных воришек» Корээда принялся за первый зарубежный проект с вызывающе звездным актерским составом.

Фильм целиком снят в Париже и сфокусирован на отношениях матери, суперзвезды французского кино (Катрин Денев), и ее не столь успешной дочери-сценаристки (Жюльетт Бинош), живущей за океаном с американским мужем — второразрядным актером, склонным злоупотреблять алкоголем (Итан Хоук).

Когда этот сюжет был анонсирован, у многих возник вопрос: хватит ли Корээде знания европейских реалий? Так вот: с этим все в порядке, режиссер обжил французскую столицу очень естественно и даже нашел в ее умиротворяющих пригородных пейзажах сходство с родной Японией. Достаточно знаком ему и жанр элегической семейной драмы с чеховскими подтекстами. И все равно остается не до конца ясным, что побудило его построить сюжет вокруг образа французской кинозвезды, и конкретно Катрин Денев, которая с тонким чувством юмора и отстранения обыгрывает собственный миф.

Например, когда она говорит от имени своей героини Фабьен, что Хичкок собирался ее снимать, но вскоре умер, это правда: Денев едва не вошла в число хичкоковских блондинок. В другом эпизоде Фабьен замечает, что у многих больших звезд — Мишель Морган, Даниэль Дарье, Греты Гарбо — имя и фамилия начинались с одной и той же буквы. Когда собеседник напоминает ей про Брижит Бардо, Фабьен делает скептическую гримасу: все знают, что Бардо и Денев соперничали в свое время и на экране, и в жизни.

Одна из сюжетных линий фильма связана с судьбой вымышленной соперницы главной героини: Сара сошла с дистанции и погибла, потому что Фабьен оказалась сильнее. И хитрее: она переспала с режиссером, и тот предпочел ее Саре, дав возможность Фабьен сыграть лучшую роль в ее карьере. Это актуальный комментарий к теме, которая сегодня муссируется в связи с разоблачительными заявлениями голливудских и европейских актрис. Катрин Денев сдержанно относится к новейшим феминистским инициативам, а фильм Корээды проливает свет на другую сторону той же коллизии.

«Правда» отличается качеством всех актерских работ — не только главной, но особенно хороша Жюльетт Бинош в роли дочери Фабьен, живущей с чувством недолюбленности, ревности и обиды на эгоистичную мать.

Все эти эмоции вырываются на поверхность, когда из печати выходит книга мемуаров Фабьен под провокативным названием «Правда». Что касается Корээды, скорее всего, этот выход за пределы японской культуры останется отдельным казусом в его фильмографии.

Музыкально оформил «Правду» композитор Алексей Айги — и сделал это с полным ощущением материала и стиля. Других наших соотечественников обнаружить в венецианских программах не так просто, и все же они есть. Полное или частичное отношение к России имеют фильмы «Преступный человек» Дмитрия Мамулии (программа «Горизонты») и «Государственные похороны» Сергея Лозницы (вне конкурса). В программу «Венецианская классика» включена «Калина красная» Василия Шукшина. В дни фестиваля работает Global Campus of Human Rights: в его рамках пройдет показ и обсуждение документального фильма Аскольда Курова «Процесс» о деле Олега Сенцова.