Каменная архитектура Каргополья конца XVIII века

Каменная архитектура Каргополья конца XVIII века

Л.К.Масиель Санчес

Каменная архитектура Каргополья XVIII века очень своеобразна. Она выделяется даже на пестром фоне весьма многочисленных и ярких региональных традиций, разнообразием которых блистало зодчество столетия. Изолированность Каргополья стала причиной особой консервативности, практически полного отсутствия взаимодействия с соседними архитектурными школами. Прежде мало изученному каменному строительству региона [3, 7] посвящены две предыдущие статьи в журнале [9, 10] — о начале и середине столетия соответственно. Здесь же анализируются произведения его последней трети, никогда прежде не бывшие предметом специального исследования. Это время связано с завершением местной архитектурной традиции, совпавшим с распространением в регионе форм классицизма. Для лучшего понимания представляется необходимым предварить рассказ кратким обзором основных местных памятников и тенденций.

Первый каменной постройкой Каргополя был городской собор Рождества Христова, освященный в 1562 году. После него каменное строительство возобновилось лишь в конце XVII века, когда к собору сделали пристройку и возвели стилистически близкие ей и друг другу храмы Рождества Богородицы (1678-1682), Воскресения (конец XVII века - около 1710) и Благовещения (1692-1723). Они принадлежали к разным типам, но имели сходный декор — роскошную белокаменную резьбу в лучших традициях московского узорочья. Откуда приехали первые мастера — точно не известно, но исследователи отмечают близость этих зданий к некоторым постройкам Нижнего Подвинья рубежа веков [4. С. 52-53]. Большое влияние на дальнейшую местную типологию оказала Благовещенская церковь — монументальный кубический храм с пятью главами и тремя полуциркульными апсидами, вмещавший шесть престолов на двух этажах (рис. 1).

Несмотря на то что три первые постройки XVIII века были заложены еще до завершения строительства двух больших храмов предыдущего столетия, они отличаются резко сниженным качеством исполнения и практически полным отказом от декора. Зато одна из них — Успенский монастырский собор в Ошевенске (1707-1734) — получила уникальную композицию в подражание Преображенскому собору Соловецкого монастыря (1558-1566): низкий двухэтажный четырехстолпный объем был завершен небольшим четвериком с пятью главами.

В 1730-1740-е годы было построено еще несколько храмов, также отличавшихся почти полным отсутствием декора.

Тогда впервые появились храмы, четверики которых имели деревянные перекрытия — черта, свидетельствовавшая о низкой квалификации мастеров и еще не раз встречавшаяся затем в Каргополе. Типология их разнообразна, наиболее интересны варианты весьма редкого в России двустолпия. Строители Троицкого храма одноименного погоста (1744) избрали ориентиром Соловки, но интерпретировали его архитектуру иначе, чем в Ошевенске: одноэтажный храм был завершен пятью глухими главами, причем боковые были поставлены на самые углы четверика; не исключено, что первоначально стены завершались невысокими щипцами. Другой, городской Предтеченский храм (1751) продолжил местную традицию монументальных кубических столпных приходских церквей. Весьма эффектен его просторный интерьер с двумя тонкими столпами, залитый светом множества окон, в том числе восьмиугольных. Последние были использованы также в более ранней Входоиерусалимской церкви (1731) и стали первой и единственной не относящейся к допетровской архитектуре формой в консервативном Каргополе.

После завершения упомянутых построек в каменном строительстве наступило затишье, и лишь последствия опустошительного пожара 1765 года стали, по-видимому, новым толчком к его возобновлению.

В 1766 году в Каргополь, бывший уездным городом Новгородской губернии, приехал губернатор Яков Сиверс. Он был впечатлен величиной причиненных пожаром опустошений и активно поспособствовал восстановлению города. В 1767 году он велел построить соборную колокольню, которая «подобно Траяновой, спустя 2000 лет будет возвещать потомкам, что Екатерина II царствовала человеколюбиво и славно от Балтийского моря до пределов Китая и что город этот принадлежит числу тех, которые она подняла из пепла» [цит. по: 6. С. 91]. Колокольня была построена подрядчиками купцом В. Г. Кережиным и мещанином Ф. С. Шушериным в 1772-1778 годах. Контракт предполагал надзор архитектора Комиссии городского строения за следованием проекту, автор которого нам неизвестен. Колокольня имеет три четвериковых яруса и увенчана шпилем (рис. 2). Декор преимущественно плоскостной, весьма типичный для раннего классицизма: легкий руст, филенки, лепные херувимчики, вазоны. Формы, не имеющие никаких аналогий в предыдущей традиции, свидетельствуют о том, что не только проект был со стороны, но и декораторы были приезжими: известно, что одно время строительство задержалось именно из-за отсутствия последних [6. С. 89].

Стиль каргопольской колокольни был тогда довольно современен и, воспринятый каргопольской архитектурой как нечто совершенно чужеродное, не повторился в дальнейших постройках, мастера которых обращались преимущественно к образцам из местного прошлого, лишь иногда создавая грубоватые имитации классических форм.

Изображения пристроенного в 1770 году к собору придела, в верхнем этаже которого разместилось два престола, пока не обнаружены. Лишь в самых общих чертах можно описать Воздвиженскую церковь, заложенную в 1765 году и еще не оконченную в 1785-м [12. С. 53]. Шестипрестольный двухэтажный храм был кубообразным, с широкой двухэтажной трапезной и колокольней. Четверик имел три яруса окон, причем верхние, возможно, были восьмигранными в подражание Входоиеруса-лимской и Предтеченской церквам. Четверик был перекрыт четырехскатной кровлей с завершением небольшим восьмериком, возможно деревянным, с главкой. Если он одновременен церкви, то это первый в Каргополе пример использования такой формы, а храм — первый, где строители отказались от обязательного для Каргополя пятиглавия; он и останется редким исключением из этого правила. Храм является также первым примером постройки «кораблем», то есть двухэтажного храма с колокольней, трапезной и четвериком примерно одной ширины по оси; к такому типу постройки была близка, но не полностью его повторяла Входоиерусалимская церковь. Таким образом, можно сказать, что Воздвиженская церковь соединила ориентацию на местные образцы (многопрестольность, четверик с восьмигранными окнами) со следованием широко распространенному на всем Русском Севере типу храма «кораблем» с малым восьмериком в завершении.

Наиболее ранним сохранившимся зданием рассматриваемого периода является Троицкая церковь (1767-1790) [12. С.

53]. Двухэтажный храм строился как храм Иоанна Богослова, но затем получил название по единственному престолу верхнего этажа; Богословским стал южный придел нижнего храма, в котором главный престол посвящен иконе Богоматери «Живоносный источник», а северный — Александру Ошевенскому. Завершение храма было перестроено в 1878 году в византийском стиле: возвели огромный купол, опирающийся на мощные подпружные арки и тромпы.

В целом храм весьма близок по композиции к предыдущему: это широкий двухэтажный «корабль» с трехапсидным алтарем, правда без колокольни. В отличие от Воздвиженской церкви, Троицкая была пятиглавой. Любопытно построение пространства храма. Нижний этаж имеет вид обширного четырехстолпного зала с низкими сводами (рис. 3, 4). Его можно трактовать как местный тип теплого бесстолпного храма с вытянутым в ширину четвериком и двустолпной трапезной (Никольская церковь, 1733-1741), где проходы из четверика в трапезную сильно расширены. Верхний этаж сейчас бесстолпный, с небольшим низким притвором. Стена, отделяющая притвор от основного объема, опирается на западную пару столбов нижнего храма. Если основной четверик был бесстолпным изначально, то он мог быть перекрыт только деревянной кровлей. Если же он имел каменные своды, опорами им могли служить только два сдвинутых к западу столба, опирающихся на западную пару столбов нижнего храма. Примеры подобной двустолпной конструкции со сдвигом столбов к западу в Каргополе (или где-то еще) неизвестны, но ее экспериментальный характер как раз мог стать причиной изменения типа перекрытия после пожара 1878 года.

Уникальна композиция фасада храма: четверик разбит на пять прясел (рис. 5). Едва ли не единственным приме-

Рис. 1. Каргополь. Церковь Иоанна Предтечи (1751), колокольня (1772-1778), собор Рождества Христова (1562) и Введенская церковь (до 1785-1802). Фото автора. 2007

Рис. 2. Каргополь. Соборная колокольня. Фото автора. 2007

ром такой композиции был Преображенский собор в Твери (1689-1696, не сохранился), где, однако, прясел, по сути, было не пять, а шесть: восточное по ширине соответствовало парам западных и имело две закомары. В целом прясла соответствовали внутренней четырехстопной конструкции. В Троицкой церкви все прясла имеют одинаковую ширину. Представляется, что мастера разместили их так, чтобы увязать два элемента: три восьмигранных окна верхнего света, которые превратились уже в узнаваемый иконографический мотив и должны были располагаться по центру, и соответствие лопаток столбам, нестандартно расположенным в интерьере.

Несмотря на общую архаичность (старомодное трехап-сидное решение алтаря, пятиглавие, многопрестольность и т.д.), храм вряд ли был построен местными мастерами, связанными с традицией середины столетия, — по крайней мере их вклад не был решающим. Исчезли бегунцы и поребрики, вместо простых рамок окна обрамлены многослойными тонкими обводками, появились не ведомые Каргополю треугольные очелья наличников и филенки над окнами нижнего этажа. Но есть и ряд узнаваемых местных черт: тонкий фриз из поставленных на угол ширинок, килевидные наличники, те же восьмигранные окна и пятиглавие. Представляется, что перед принадлежавшими какой-то, скорее всего тоже весьма провинциальной, традиции мастерами была поставлена задача имитировать узнаваемые местные черты, причем взятые из построек разного времени (окна и ширинчатый фриз — из памятников середины столетия, килевидные наличники конца XVII века). Таким образом, речь идет о сознательной архаизации: новые формы в Каргополе

уже известны — там только что построили эффектную колокольню в стилистике раннего классицизма.

Весьма своеобразен и следующий по хронологии памятник города — церковь Сошествия Св. Духа (1772-1797) [12. С. 54]. Строительство каменного храма имело длинную предысторию, поскольку прошение на постройку было подано еще в 1750 году [1. Л. 317-318 об.]. Храм дошел до нас несколько перестроенным и лишенным завершений, изображения которых пока не обнаружены (рис. 6). Это четы-рехстолпный одноэтажный храм (сейчас он имеет два этажа, отраженных на плане [3. С. 77]) (рис. 8). Первоначально храм, видимо, был пятиглавым, центральный барабан — световым. Церковь имеет невысокий притвор, отделенный скругленными столпами, и полуциркульную паперть. Алтарь трехчастный, боковые апсиды прямоугольные, центральная имеет дополнительный полуциркульный выступ, симметричный относительно паперти. Верх каждой из апсид перекрыт бочкообразной кровлей (рис. 7). Световой барабан уже подкупольного квадрата и опирается на дополнительные продольные подпружные арки, при том что столбы и так немного сдвинуты к центру. В результате купол и барабан почти не заметны в пространстве храма, но зато четко выделяются нефы, подчеркнутые продольными цилиндрическими сводами (рис. 9).

В целом храм ориентируется на каргопольскую Пред-теченскую церковь как образец: повторены система ее цилиндрических продольных сводов (при замене двустолпия четырехстолпием) и особенно узнаваемые бочкообразные покрытия алтарных апсид. Данью местной традиции являются и тонкие фризы поребрика, и «пилы» в завершении

Рис. 3. Каргополь. Троицкая церковь. План первого этажа [3. С. 78]

Рис. 4. Каргополь. Троицкая церковь. План второго этажа [3. С. 78].

Рис. 5. Каргополь. Троицкая церковь (1767- 1790). Фото Н.И.Рыбина. 2008

четверика и притвора. В то же время стилистика постройки совсем иная, основанная на частом использовании грубовато воспроизведенных элементов барокко («ушастые» наличники, руст, филенки). Выделение полуциркульных апсиды и паперти также ново для Каргополя.

Последним каменным храмом Каргополя XVIII века стала церковь Введения (до 1785-1802) [12. С. 52], построенная в качестве теплой при городском соборе. Она представляет собой внушительное сооружение «кораблем» с небольшим узким притвором перед трапезной и без колокольни. Престолы были размещены в верхнем этаже — по некоторым сведениям, помимо главного в храме был придел почитаемой Казанской иконы. Нижний храм изначально создавался как хозяйственный подклет и потому разделен на пять изолированных компартиментов с отдельными выходами. Верхний храм имеет большую двустолпную трапезную (что не ново

для Каргополя) и растянутый в ширину четверик. Сейчас в храме плоские деревянные перекрытия, однако четверик раньше имел свод [2. Вкл. 1]. Четверик перекрыт высокой трехскатной кровлей, увенчанной деревянным восьмериком с нарисованными окнами. Весьма примечательно устройство апсид: они полуциркульные, центральная вынесена на восток относительно боковых и имеет проходы как из них, так и напрямую из четверика (рис. 10, 11).

Параллели такому странному устройству алтаря неизвестны. Можно предположить, что подобное расположение объясняется желанием соединить привычный каргопольцам трехчастный алтарь с удлиненным типом храма «кораблем». Образцом для храма послужила, по-видимому, Воздвиженская церковь, также приписанная к собору, в которой как раз и был трехчастный алтарь. Она была единственным храмом «кораблем» в Каргополе, но в силу шестипрестольно-

Рис. 6. Каргополь. Духовская церковь (1772-1797). Фото автора. 2007

Рис. 8. Каргополь. Духовская церковь. План [3. С. 77]

Рис. 7. Каргополь. Духовская церковь. Апсиды. Фото автора. 2007

Рис. 9. Каргополь. Духовская церковь. Интерьер. Фото автора. 2007

сти значительно шире обычных северорусских «кораблей». Во Введенской церкви не было необходимости размещать несколько престолов, но сохранение трехапсидности, по-видимому, было важным. Храм объединяет с образцом и венчание деревянным восьмериком, и дополнительный ряд небольших окон верхнего света. Во Введенской церкви они, круглые и восьмигранные, выходили на чердак, поскольку пяты свода располагались под ними; практическая бесполезность является дополнительным аргументом в пользу чисто иконографических причин их создания.

Декор храма архаичен, в нем использованы местные допетровские формы: сильно заглубленные окна, сдвоенное окно западного фасада (в притворе), килевидные наличники и «коруны», фризы из поребрика, городка и ромбовидных ширинок. Судя по формам, храм строили те же мастера, что сооружали Троицкую церковь. В целом Троицкая церковь представляет собой удивительный образец крайнего консерватизма рубежа ХУШ-Х1Х веков — ориентации на формы допетровской архитектуры.

Рис. 10. Каргополь. Введенская церковь. План второго этажа [3. С. 49]

Рис. 11. Каргополь. Введенская церковь (до 1785-1802). Фото автора. 2007

После 1800 года в городе было построено всего два храма: Зосимо-Савватиевский (1819) и кладбищенский Феодора Стратилата (1864). Они никак не связаны с местной традицией XVIII века и выходят за рамки нашей темы.

Прервавшееся с середины 1740-х годов строительство сельских каменных храмов на Каргополье возобновилось не позднее 1790-х. Как и городские постройки, они различались по своим размерам, типам и художественным качествам.

Первым был совсем небольшой двойной храм Введения и Святителя Николая, построенный в 1790 году [13; 14. С. 192] в почитаемом Макарьевском Хергозерском монастыре и простоявший до 1960-х годов. Он был интересен своей типологией: кубическое здание имело две апсиды с бочечными завершениями, уже известными нам по городским памятникам. Не совсем понятно его внутреннее устройство. Исследователи предлагают несколько вариантов: одностолпную каменную конструкцию [14. С. 192] — явление почти уникальное, единственной аналогией которой видится Никольский собор Чернеевского монастыря (1738-1751); каменный свод [5]; не имеющее аналогов в каменном зодчестве ку-боватое перекрытие — по образцу онежских деревянных церквей [3. С. 180]. Все три варианта представляются менее вероятными, чем более простое решение, подсказанное местным опытом предшествующего периода: четырехскатная деревянная кровля с подвесным потолком. Возможно, этот потолок имел четыре ската, сходящихся к центру (по аналогии с «небесами» деревянных храмов и Вознесенской каменной церкви в Каргополе, около 1734-1751); именно он мог быть обозначен на плане Г.В. Алферовой квадратом, вызывающим недоумение исследователей (рис. 12). Треугольные наличники апсид позволяют предположить здесь работу мастеров Троицкой и Введенской церквей.

Весьма архаична церковь Рождества Христова на погосте Троица (1790-1799), точно воспроизводящая формы близлежащего Успенского собора Ошевенского монастыря (1707-1734), уже бывшего предметом исследования [11. С. 68-77] (рис. 13).

Не позднее 1790-х годов была построена холодная Вознесенская церковь в Тихманьге, освященная в 1800 году и не дошедшая до нашего времени. Храм следовал местной традиции столпных кубообразных церквей. Он имел три апсиды, четверик был двусветным, с пятью главами, центральная была световой. Ее наличие, а также правильная цилиндрическая форма барабанов позволяют предположить, что они были каменными, а храм, соответственно,

столпным (рис. 14). Скорее всего, у него было четыре столпа, что отражено и в разделении стены на три прясла. Декор, наряду с известными в Каргополе рустованными лопатками (Духовская церковь) и треугольными наличниками (Троицкая и Введенская церкви), имел формы барокко устюжского типа в виде завитковых наличников и бровок.

Храм Сошествия Св. Духа в крупном селе Усть-Моша (1799-1806) не сохранился и известен только по нечеткой фотографии (рис. 15). Это был внушительный кубообразный храм, двухэтажный, с шестью престолами. Формы плоского фронтона на западном фасаде и колокольни свидетельствуют о влиянии классицизма. По описанию начала XIX века, он имел лишенное столпов обширное и светлое внутреннее пространство, перекрытое деревянным сводом [8] с малым восьмериком в завершении. Небольшие главки на краях восьмерика говорят об ориентации строителей храма на собор в Ошевенске и только что завершенный храм в Троице, в

Рис. 12. Макарьевский Хергозерский монастырь. Николо-Введенская церковь. План [3. C. 179]

то время как восьмигранные окна верхнего света подражают традиции каргопольских городских храмов.

До нашего времени сохранилась Троицкая церковь в селе Ухта (деревня Песок), освященная в 1797 году. Храм одноэтажный, с тремя полуциркульными апсидами, двустолпной трапезной и притвором (рис. 16). Он вмещал в себя пять престолов, два из которых находились в трапезной по сторонам от узкого прохода в четверик. Нижний ярус полностью лишен декора и тем самым сходен с постройками Каргополя 1730-1740-х годов. Верхний ярус четверика выполнен в иной манере и другими мастерами. Он перекрыт крутым каменным сводом, некогда завершавшимся небольшим восьмериком с главкой; дополнительные главы были поставлены на углах четверика. Стены украшены полуглавиями (не сохранились) и рустованными пилястрами с примитивными базами и капителями, окна завершены нарышкинскими наличниками в виде лучковых разорванных фронтонов. Колокольня построена, по всей видимости, позже и имеет грубоватый, но весьма своеобразный классицистический декор.

Формы храма необычны для Каргополья. Тип храма с малым восьмериком на высоком своде с полуглавиями часто встречается в разных местах Русского Севера, однако сочетание восьмерика с боковыми главами очень редкое и может быть приписано в случае ухотской церкви каргопольской традиции пятиглавия. Формы декора близки (хотя и не идентичны) к устюжским и особенно вологодским памятникам середины XVIII века, например Димитриевской церкви в Ши-рогорье (1754), Воскресенской в Усть-Кубенском (1763-1773) и Петропавловской в Новинках (1769). Причастность к строительству ухотского, самого южного храма Каргополья мастеров из относительно близкой Вологды вполне вероятна.

Рис. 13. Троица. Рождественская церковь (1790-1799). Фото Н.М.Леонтовского. 1918. Архив ИИМК РАН

Рис. 14. Тихманьга. Вознесенская церковь (1800). Фото начала ХХ века. Архив ИИМК РАН

Итак, каргопольское зодчество последней трети XVIII века представляет собой весьма неоднородное явление.

Прежде всего следует отметить его предельно скромные строительные показатели, причем не столько относительно других, более населенных и развитых регионов Русского Севера, сколько по отношению к местному строительству середины столетия. Храмы Каргополя последней трети века строились беспрецедентно долго: как минимум четыре из них возводились около или более 20 лет, что напоминает темпы местного строительства конца XVII - начала XVIII века. К тому же строили вообще мало, особенно в 1750-1780-е годы, отчасти из-за дороговизны восстановления города после пожара 1765 года. В период от завершения Предтеченской церкви (1751) до освящения Троицкой (1790) точно известно лишь об освящении одного сельского храма, постройке колокольни и закладке четырех городских церквей. Правда, к 1802 году все они были достроены и к ним прибавилось еще шесть сельских храмов.

В регионе работали мастера из разных артелей, установить происхождение большинства которых пока не представляется возможным. Типология храмов тоже разнообразна — это целый ряд уникальных изводов, выделяющих Каргополь среди других регионов, не блиставших в то время при всей многочисленности построек типологическим разнообразием. В этом можно видеть проявление местной традиции, всегда ориентированной на новые объемно-пространственные решения. Наряду с типичными для других мест Русского Севера храмами «кораблем» здесь широко представлены вариации столпных храмов, давно не строившихся к тому времени, за исключением, пожалуй, архангельского региона. В области декора начинается, наконец, освоение форм нарышкинского стиля, барокко и даже классицизма, как правило, в грубовато-примитивной манере. Допетровские формы при этом не исчезают и продолжают использоваться вплоть до 1800-х годов.

Важно подчеркнуть, что подобный консерватизм имел очень яркую региональную окраску. Независимо от стилистики построек мастера обязательно воспроизводили в храмах какие-либо местные объемные, композиционные или декоративные решения. Часто они заимствовали их «через голову» предшествующей архитектуры середины века из памятников рубежа XVII-XVIII веков. Понятно, что заказчики не могли не знать о смене архитектурной моды и стиля жизни в целом — хотя бы потому, что в самом центре их собственного города стоял образец новой архитектурной моды. В их упорном стремлении строить «по старине» видится не бесплодная попытка обратить время вспять, но мудрое решение собрать и зафиксировать стремительно уходящее милое прошлое. Такая сознательная архаизация, нуждающаяся в специальном осмыслении, проявилась во многих региональных архитектурных школах России. И Каргополье по праву может считаться одним из самых ярких ее примеров.

Литература

1. ГОУ «ГАНО» (Государственное областное учреждение «Государственный архив Новгородской области», Великий Новгород). Ф. 480. Оп. 1. Д. 731.

2. Паспорт объекта культурного наследия «Введенская церковь, г. Каргополь»: http://kulturnoe-nasledie.ru/ monuments.php?id=2910038003.

3. Алферова Г.В. Каргополь и Каргополье. М., 1973.

4. Вдовиченко М.В. Архитектура северных соборов XVII в. // Памятники русской архитектуры и монументального искусства XVI-XX вв. Вып. 7. М., 2006. С. 27-62.

5. Земляков И.С. Николо-Введенский храм Макарьев-ской Хергозерской пустыни. Реконструкция: www.muvz. livejournal.com/5527.html.

6. Крючкова М.Н. Соборная колокольня города Каргополя: легенды и факты // Каргополь. Историческое и культурное наследие. Каргополь, 1996. С. 87-93.

Рис. 15. Усть-Моша. Духовская церковь Рис. 16. Ухта. Троицкая церковь. Фото автора. 2007 (1799-1806). Фото начала ХХ века [8]

64 3 2015

7. Кудряшов Е.В. О каргопольской архитектурной школе XVII-XVIII вв. // Проблемы синтеза искусств и архитектуры. Вып. 19. Л., 1985. С. 85-94.

8. Макаров Н.А. Церковные приходы и монастыри Кено-зерья и Среднего Поонежья. Архангельск, 2007.

9. Масиель Санчес Л.К. Каменная архитектура Каргопо-лья начала XVIII века // Academia. Архитектура и строительство. 2015. №1. С. 41-48.

10. Масиель Санчес Л.К. Каменная архитектура Каргопо-лья середины XVIII века // Academia. Архитектура и строительство. 2015. № 2. С. 38-45.

11. Масиель Санчес Л.К. Троицкий погост на Онеге и его архитектурный контекст // Памятники русской архитектуры и монументального искусства XVI-XX вв. Вып. 8. М., 2010. С. 59-79.

12. Уткин Н.Н. Церковно-архитектурная топография Каргополя XVIII - сер. XIX в. // Христианство и Север. М., 2002. С. 50-59.

13. Шайжин Н.С. Сведения о церквах Олонецкой епархии, построенных ранее XIX в. // Древности. Труды комиссии по сохранению древних памятников Императорского московского археологического общества. Т. 5. М., 1914. С. 83-96.

14. ШаповаловаЛ.Г. Влияние каменного зодчества уездного Каргополя на архитектуру окрестностей // Уездные города России: историко-культурные процессы и современные тенденции. Каргополь, 2009. С. 192-198.

Literatura

1. GOU «GANO» (Gosudarstvennoe oblastnoe uchrezhdenie «Gosudarstvennyj arhiv Novgorodskoj oblasti», Velikij Novgorod). F.480. Op. 1. D. 731.

2. Pasport objekta kulturnogo naslediya «V vedenskaya tserkov, g. Kargopol»: http://kulturnoe-nasledie.ru/monu-ments.php?id=2910038003.

3. Alferova G.V. Kargopol i Kargopolje. M., 1973.

4. Vdovichenko M.V. Arhitektura severnyh soborov XVII v. // Pamyatniki russkoj arhitektury i monumentalnogo iskusstva

XVI-XX vv. Vyp. 7. M., 2006. S. 27-62.

5. Zemlyakov I.S. Nikolo-V vedenskij hram Makarjevskoj Hergozerskoj pustyni. Rekonsrtrukciya: www.muvz.live-journal.com/5527.html.

6. Kryuchkova M.N. Sobornaya kolokolnya goroda Kargopolya: legendy i fakty // Kargopol. Istoricheskoe i kulturnoe nasledie. Kargopol, 1996. S. 87-93.

7. Kudryashov E.V. O kargopolskoj arhitekturnoj shkole

XVII-XVIII vv. // Problemy sinteza iskusstv i arhitektury. Vyp. 19. L., 1985. S. 85-94.

8. MakarovN. A. Cerkovnye prihody i monastyri Kenozerjya i Srednego Poonezhjya. Arhangelsk, 2007.

9. Masiel SanchesL.K. Kamennaya arhitektura Kargopoljya nachala XVIII veka // Academia. Arhitektura i stroitelstvo. 2015. № 1. S. 41-48.

10. Masiel SanchesL.K. Kamennaya arhitektura Kargopoljya serediny XVIII veka // Academia. Arhitektura i stroitelstvo. 2015. № 2. S. 38-45.

11. Masiel Sanches L.K. Troitskij pogost na Onege i ego arhitekturnyj kontekst // Pamyatniki russkoj arhitektury i monumentalnogo iskusstva XVI-XX vv. Vyp. 8. M., 2010. S. 59-79.

12. Utkin N.N. Cerkovno-arhitekturnaya topografiya Kargopolya XVIII - ser. XIX v. // Hristianstvo i Sever. M., 2002. S. 50-59.

13. Shajzhin N.S. Svedeniya o cerkvax Olonetskoj eparhii, postroennyh ranee XIX v. // Drevnosti. Trudy komissii po sohraneniyu drevnih pamyatnikov Imperatorskogo moskovskogo arheologicheskogo obshchestva. T.15. M., 1914. S. 83-96.

14. Shapovalova L.G. Vliyanie kamennogo zodchestva uezdnogo Kargopolya na arhitekturu okrestnostej // Uezdnye goroda Rossii: istoriko-kulturnye processy i sovremennye tendentsii. Kargopol, 2009. S. 192-198.

The Masonry Architecture of Kargopol in the Late

18th Century. By L.K. Masiel Sanches

The article deals with one of many regional architectural traditions of Russia. In this period, about ten churches were built in Kargopol and its surroundings, very few as compared with other regions. None of this buildings have ever been an object of detailed research. The churches represent different architectural trends and were constructed possibly by different building teams, the author argues. Nevertheless, each of them borrows something from previous Kargopol architectural tradition. The cathedral bell tower (1772-1778) is the only example of fine Neoclassical taste, whereas all churches are characterized by old-fashioned Mannerist and even Medieval features. The author concludes, that the Kargopol architecture remains the most conservative regional school in Russia, some buildings still representing Post-Byzantine tradition in the Age of Enlightenment.

Ключевые слова: Русский Север, Каргополь, Соловки, церковь, иконография, консервативный, узорочье, региональный, архитектурная школа.

Key words: Russian North, Kargopol, Solovki, church, iconography, conservative, uzorochie, regional, architectural school.