«Позиция Улюкаева является косвенным, если не прямым, признанием факта преступления»

Алексей Улюкаев обвинил Игоря Сечина в провокации взятки в ходе первого слушания по делу бывшего министра экономического развития в Замоскворецком суде. Улюкаев заявил, что версия обвинения о том, что экс-чиновник лично потребовал вознаграждение у главы «Роснефти», строится исключительно на показаниях топ-менеджеров нефтяной компании. Официальный представитель «Роснефти» Михаил Леонтьев в интервью «Коммерсантъ FM» заявил, что слова Улюкаева лишь подтверждают его виновность.

— Как вы могли бы прокомментировать заявления господина Улюкаева о том, что была провокация взятки со стороны Игоря Сечина?

— Суду представлены исчерпывающие материалы, доказывающие факт преступления. Что касается тактики защиты, которую избрал Улюкаев, мы ее комментировать не будем с учетом его сложного положения. Но обращаем внимание на факты, которые заключаются в том, что Улюкаев сам — исключительно сам — требовал незаконного вознаграждения за исполнение своих прямых служебных обязанностей. Сам за ним приехал и сам уехал с деньгами. Это факт. И позиция Улюкаева является косвенным, если не прямым, признанием факта преступления.

— Воспринимаются ли такие заявления господина Улюкаева как, может быть, ущерб репутации компании или лично Игоря Сечина?

— Почему? На каком основании? Еще раз говорю — это тактика защиты. Обвиняемый ищет оправдывающие обстоятельства в преступлении, в котором он практически признался. Оказавшись на месте Улюкаева, вы будете пытаться изобразить ситуацию так, чтобы она наносила вам, с точки зрения адвокатов, работающих на защиту, меньший ущерб.

— Игоря Сечин все же будет выступать в суде в качестве свидетеля?

— Никаких повесток мы не получали. Диспозиция та же: повесток не было, суд решает. Мы же не АФК «Система», мы же не пытаемся руководить судами.