Актуальные проблемы развития семейно - имущественных отношений по обычному праву кыргызов в конце XIX - начале XX вв

Раздел II

ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

УДК 340.141 (=512.154)© Д М. Байгазиева

Д.М. Байгазиева

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ РАЗВИТИЯ СЕМЕЙНО-ИМУЩЕСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ ПО ОБЫЧНОМУ ПРАВУ КЫРГЫЗОВ В КОНЦЕ XIX - НАЧАЛЕ XX ВВ.

В данной статье рассматриваются основные проблемы развития имущественных отношений в семье у кыргызов по нормам обычного права в дореволюционный период, анализируются имущественные права и обязанности членов кыргызской семьи, а также исследуются вопросы права собственности, порядок выдачи приданного и энчи. Дается понятие наследования по адату и завещанию.

Ключевые слова: кыргыз, обычай, имущество, адат, семья, права и обязанности, наследование.

До вхождения Кыргызстана в состав России (вторая половина Х1Х-го века) общественные отношения кыргызов в большинстве регулировались обычаями. После вхождения в состав России на территории Кыргызстана наряду с обычаями действовали законы Российской империи, а после революции 1917 года - законы Советского государства. В современный период правовая система Кыргызской Республики формируется на основе романо-германской правовой семьи, объединяющей правовые системы всех стран континентальной Европы и СНГ. В то же время на развитие общественных отношений кыргызов оказывают ощутимое влияние исторически сложившиеся нормы обычного права, которые в отечественной правовой науке были мало исследованы. В данной работе мы постараемся осветить основные положения развития имущественных отношений в кыргызской семье в соответствии с нормами обычного права в Х1Х-ХХ вв.

«Имущественные семейные отношения между - это отношения между членами семьи по взаимному материальному содержанию (так называемые алиментные обязательства), а также отношения супругами по поводу их имущества, нажитого в браке (общего имущества супругов)» [7, с. 143]. По нормам обычного права кыргызов в XIX-XX вв. отношения, складывающиеся между супругами по поводу имущества и содержания в семье, регулировались в соответствии с патриархальными устоями общества. С заключением брака адат связывал возникновение между супругами не только личных неимщественных, но и имущественных отношений.

Основные сведения относительно

имущественных отношений в семье кыргызов содержатся в трудах Н. И. Гродекова, Г. С. Загряжского, П. И. Кушнера, А. Джумагулова, Б. И. Борубашова, Ж.Ч. Тегизбековой и др. [2].

Все совместно нажитое имущество семьи являлось семейной собственностью, которая по замыслу адата должна была переходить из поколения в поколение по линии отцовского родства, в связи с чем, право ее распоряжения принадлежало только главе семьи, у остальных членов семьи была лишь возможность иметь право пользования и владения семейным имуществом. Такое положение в обычном праве было направлено на защиту и сохранение семейной собственности. Институт частной

собственности имел место быть только по отношению конкретного личного имущества членов семьи, однако институт частной собственности носил временный характер, поскольку он все равно в дальнейшем становился частью семейной собственности. К примеру, имущество, выделенное для сыновей (энчи) принадлежало им на праве частной собственности, однако далее становилось частью общего имущества при создании своей семьи. Адат намеренно ограничивал правовую дееспособность членов кыргызской семьи для сохранения в целостности всего общего имущества семьи. Необходимо отметить, что в обычном праве кыргызов не практиковалась такая норма, как выморочное имущество, то есть даже вследствие смерти главы семьи семейное имущество не могло выйти за пределы одного родового союза.

В связи с чем глава семьи являлся полноправным субъектом имущественных отношений; обладал всей триадой правомочий, вытекающих

из права собственности, а именно правом владения, пользования и распоряжения семейной собственностью. Жена по отношению к семейному имуществу имела право владения и пользования, однако право распоряжения полностью принадлежало ее мужу: «Муж имеет право располагать, по своему усмотрению, имуществом жены; но после развода со своей женой муж должен возвратить ей все, ей собственно принадлежащее» [5, с. 33]. В отсутствии мужа она управляла домашним имуществом, но не могла отчуждать и заключать какие либо договора и совершать сделки. Лишь в случае развода по вине или воли мужа, женщина получала определенную имущественную самостоятельность, поскольку муж обязан был возвратить ей все приданное и даже был обязан содержать (статья 2 Эреже Аулиеа-тинского уезда от 1907 года) [13, с. 460, 433].

Относительно имущественных отношений между родителями и детьми, адат предусматривает определенные положения, в первую очередь в зависимости от пола ребенка и от его возраста; далее адат различает сыновей не отделенных и отделенных (выделенных). По этому поводу Загряжский указывал: «Отец имеет право располагать имуществом детей совершеннолетних и не совершеннолетних, хотя бы это имущество было приобретено ими самими» [5, с. 34]. Нормы обычного права устанавливали, что до 15-ти лет дети не имеют право на имущество, не могут заключать по нему никаких юридических сделок. Они еще «не обладают серьезным умом, а потому что все их юридические сделки - купля, продажа, заем и пр. - считаются не действительными» [3, с. 47]. Продажа, купля, заем, совершенные несовершеннолетними, рассматривались как не действительными. По желанию и по просьбе родственников бии могли назначить опеку и над имуществом расточителей.

Об имущественных правах дочери Абрам-зон С.М. отмечал, что «дочери же получали свою долю имущества не скотом, а вещами, большей частью изделиями своих собственных рук, которые включались в состав приданого при выходе их замуж. Впрочем, дочери получали все же некоторое дополнение - энчи к приданому при первом посещении ими своих родителей после свадьбы» [1,с.274].

Относительно прав приемного ребенка адат постановлял, что поскольку права усыновленного в новой семье приравнивались к правам родного сына, то он также имел право на энчи. Порядок раздела имущества одинаков с разделами между родными братьями.

Адат по поводу имущественных прав вне-

брачных детей определял следующее: в случае признания их отцом они пользуются правами состояния отца, от щедрости и воли которого зависит количество их выдела.

Обычное наследственное право кыргызов (т.е. регулирование порядка перехода прав и обязанностей частноправового характера после умершего кыргыза к другим лицам) самым тесным образом было взаимосвязано с институтами брачно-семейных отношений. Родство наследника с наследодателем являлся важным фактором, предоставляющим право на наследство. Институт наследования (мураздоо) регулировался обычно-правовыми нормами.

Предметом наследования являлось имущество, где важное место, безусловно, занимало право собственности. Основанием открытия наследства являлась смерть главы семьи (здесь имеется в виду непосредственно мужчина).

Через год после смерти наследодателя наследники собирали родственников для проведения поминок и решения вопроса относительно судьбы вдовы или вдов и раздела наследства, в случае если сами наследники не могли прийти к единому решению. «Собравшись, родственники помещаются в юрте. Киргиз, желающий взять вдову, режет собственного барана, угощает и говорит собравшимся: «Я хочу взять на себя жену покойного». Общество посылает спросить согласия вдовы, ожидающей решения своей судьбы в другой юрте, и при согласии мулла тотчас же и обвенчает» [6, с. 394]. Такие же положения относительно казахской вдовы рассматриваются в Записках Оренбургского отдела императорского русского географического общества 1881 года: «после годовых поминок, по окончании всех церемоний, к жене умершего собирались ближайшие родственники... Если жена покойного еще молода, предлагали ей добровольный выбор себе жениха, при том непременно из ближайших родственников покойного мужа ее, а в случае ее несогласия, брали и насильно» [4, с. 105].

Адат предусматривал два способа наследования: по адату и по завещанию.

По нормам обычного права кыргызов «законными наследниками считались жена, сыновья, близкие родственники. Однако умирающий, при всем желании, не мог нарушить этот обычай, то есть он не мог лишить наследников наследства, и если даже он завещал свое имущество кому-либо, то завещание не исполнялось, и все поступало в собственность прямых наследников» [4, с.394].

Порядок наследования происходил по ус-

тановленным адатом правилам, согласно которым наследство переходило в равной доле ко всем сыновьям. Если при жизни отец не осуществлял выдел сыновей, то перед смертью он собирал всех своих сыновей и при свидетелях завещал, кому что должно отойти после смерти. Воля завещателя могла быть выражена, к примеру, следующей фразой: «завещаю такую-то часть своего имущества такому-то на такую-то сумму» [12, с. 42]. Таким образом, в оборот входил обычай устной формы завещания, а затем появилась и письменная форма.

Рассмотрим институт завещания (керез менен калтыруу). Форма завещания могла быть устной или письменной; в обоих случаях, для его законности требовалось, чтобы воля завещателя была объявлена в присутствии членов семьи, большинства сыновей-наследников и двух свидетелях из числа старших родственников завещателя или посторонних лиц с авторитетной репутацией. Данная форма составления завещания практиковалась среди кыргызского населения и в период Российской империи, хотя уже в данный период времени представители других национальностей на территории Кыргызстана за составлением завещания обращались к нотариусу. Об этом свидетельствует архивные материалы относительно практики нотариусов в составлении завещаний: «Дело ошского нотариуса Г.В. Кукона о совершении нотариального духовного завещания жены подполковника А.Э.Топориной от 1907г. » [14, с. 1], «Дело ошского нотариуса Г.В. Жукова о совершении духовного завещания ошскому сарту С.Рузыбаеву от 1907г.» [15, с. 1], «Дело нотариуса Г.И, Ульянова о совершении духовного завещания Ивану Николаевичу Нименскому от 16 сентября 1914 года» [16, с. 1].

Само завещание мог отменить только наследодатель при своей жизни. По адату исполнителями завещания должны были быть сыновья, братья или иные близкие родственники наследодателя. Исполнение завещания лежало на обязанности законных наследников завещателя, но последний вправе был назначить для исполнения завещания особое лицо из среды родственников.

Наследниками по завещанию могли быть как «физические лица и, притом, независимо от национальности, возраста и пола, так и юридические» [11, с. 392]. «В отдельных случаях киргизы перед смертью распоряжаются, завещают (керезин айтып) по своему усмотрению часть имущества или определенную вещь передать

постороннему. Такое распоряжение внешне носило форму дарения» [9, с.81]. После смерти завещателя исполнитель завещания был обязан передать вещь указанному лицу. Однако свободному завещательному распоряжению подлежало треть завещаемого имущества, оставшаяся после у платы долгов завещателя и расходов на погребение. «В состав завещания не могли быть включены: недвижимое имущество, находящееся в пределах родовых стойбищ, юрта, в которой жили предки, со всем ее убранством и утварью, а также доспехи предков» [11, с. 391-393].

Адат также предусматривал случаи недействительности завещания, так если наследуемое имущество приходило в негодность, и ели это был скот, и он погибал раньше смерти завещателя, то такое завещание считалось недействительным.

Наследование по адату. По материалам Н.Изразцова общий «порядок наследования у кыргызов выглядит следующим образом: 1) первыми правом на наследство обладали сыновья, внуки, правнуки и так далее; 2) затем братья, племянники и их потомство 3) и только потом дяди и их потомство, и так далее. Причем, вторая категория имела права наследовать, когда нет никого из первой, третья - когда нет никого из первой и второй. В каждой степени наследство делилось между всеми поровну» [6, с. 394].

Наследство распределялось, по обычаю кыргызов, между неотделенными сыновьями, если их не было - между отделенными. Если же у умершего не было детей, то его имущество поступало к его родственникам со стороны отца: 1) поровну к его родным братьям; 2) если такие отсутствовали, то к родным дядям; 3) далее к двоюродным братьям и т.д. Если у умершего не было родственников мужского пола, то его имущество переходило в равных долях его родным сестрам, тетям и т.д., сообразно мужской линии. В случае отсутствия у покойного наследников по нисходящей и боковой линиям, то имущество переходило родственникам по восходящей линии.

Согласно исследованиям Палена К.К., по адату, отцу, матери и мачехам наследодателя предоставлялись определенные наследственные доли. «Так, наследники участвовали в наследстве в следующих долях: 1) вдовы наследодателя -в 710; 2) отец - в 7^; 3) жены отца - в 7^; г) остальная часть распределялась между сыновьями и дочерьми наследодателя, причем мать получала вдвое больше дочери» [10, с. 444].

Права на наследство родственников женского пола. Согласно статьям 129, 130 Сбор-

ника киргизского обычного права: «Из числа родственников женского пола правом наследования пользовались жившие при нем дочери, вдовы, родная мать и мачехи причем и эти лица, за исключением дочери, жившей у отца, приобретали только право пользования наследственными долями до выхода замуж или, если этого не последовала, - пожизненно. После выхода замуж или после их смерти их наследственные доли поступали к сонаследникам мужского пола» [11, с. 393]. «Лица женского пола, за редкими исключениями, завещали лишь одежду или предметы домашнего обихода, которые поступали в их исключительное пользование» [11, с. 395].

Так, по адату в общих случаях наследодателем был всегда мужчина [4, с. 396] и в некоторых случаях и женщины, но в силу патриархального устоя общества женщины наследовали меньше, чем мужчины.

Схожие ограничения женщин в наследовании имущества были и в русском обычном праве: «женщина вообще не рассматривалась как член двора, поскольку женщины семьи продолжать не могут. Поэтому женщина не получала владельческих прав в отношении двора, пока в семье оставались мужчины. С другой стороны, некоторые предметы домашнего обихода, одежда, а также приданое считались сугубо женской частной собственностью и передавались от матери к дочери» [8, с. 90].

Таким образом, на основании материалов обычного права кыргызов относительно имущественных отношений в семье в конце XIX -начале XX вв., можно выделить следующие аспекты:

- Нормы обычного права по поводу регу-

лирования данного вида отношений были императивного характера, которые защищали имущественные интересы всей семьи и базировались на принципе семейной собственности.

- Обычай предусматривает имущественные права и обязанности детей, в зависимости от пола ребенка и от его возраста; далее обычай различает сыновей не отделенных и отделенных (выделенных). Дочери имели право на приданое, на соответствующее энчи и на наследство.

- По нормам обычного права кыргызов в общих случаях наследодателем был как мужчина, так и женщина, но в силу патриархального устоя общества женщины наследовали меньше, чем мужчины.

- После смерти отца отделенные сыновья уже не имели никаких прав на наследство, но только если были другие, не отделенные, обычно неотделенным сыном был младший. Согласно принципу минората младший сын являлся правопреемник всего оставшегося имущества отца: юрта, скот и другое имущество отца после выделения старших сыновей. Данный обычай у кыр-гызов сохранился и в современное время.

- У кыргызов наследство не переходило за пределы одной родовой группы, поскольку имущество каждого кыргыза являлось общим достоянием того рода, к которому он принадлежал.

- Тесные взаимоотношения личного и имущественного характера внутри одной большой семьи (то есть между отцом и отделенными сыновьями, либо между отделенными сыновьями) являлось одним из основных факторов поддержания патриархальных традиций в обществе.

Библиографический список

1. Абрамзон, С.М. Киргизы и их этногенетические и историко-культурные связи [Текст] / С. М. Абрамзон. - Бишкек, 1990. - 480 с.

2. Борубашов, Б.И. Государственно-правовое регулирование общественных отношений кыргызов в составе Российского государства (1855-1917г.г.) [Текст] / Б.И. Борубашов. - Бишкек, 2009. - 284 с.; Гродеков, Н.И. Киргизы и кара-киргизы Сыр-Дарьинской области (Юридический быт) [Текст] / Н.И. Гродеков. - Т. I. - Ташкент, 1889. - 503 с.; Загряжский, Г. Юридический обычай киргиз [Текст] / Г. Загряжский // Материалы для статистики Туркестанского края, 1876. - вып. IV.; Кушнер, П. [Текст] / П. Кушнер. - Горная Киргизия, 1929. - С. 68-69.

3. Гродеков, Н.И. Киргизы и кара-киргизы Сыр-Дарьинской области (Юридический быт) [Текст] / Н.И. Гродеков. - Т. I. - Ташкент, 1889. - 503 с.

4. Даулбаев, Б. Записки Оренбургского отдела императорского русского географического общества. Рассказ о жизни киргиз Николаевского уезда Тургайской области с 1830 по 1880 год [Текст] / Б. Даулбаев. - Выпуск 4. - Оренбург, 1881. - С. 98-169.

5. Загряжский, Г. Юридический обычай киргиз [Текст] / Г. Загряжский // Материалы для статистики Туркестанского края, 1876. - вып. IV. - С.27-34.

6. Изразцов, Н. Обычное право киргизов // Древний мир права казахов: Материалы, документы и исследования [Текст] / Н. Изразцов. - 6-т. - Алматы, 2005. - 568 с.

7. Муратбекова, С.М. Семейное право. Учебное пособие [Текст] / С.М. Муратбекова, Р.Т. Иб-раимов. - Бишкек, 2010. - 285 с.

8. Мухин, В. Обычный порядок наследования у крестьян [Текст] / В. Мухин. - С.-Пб.: Ред. Ко-мис. по сост. гражд. Уложения. - 1888. - 333 с.

9. Нурбеков, К. История государства и права Киргизской ССР [Текст] / К. Нурбеков. - Бишкек, 1999. - 129 с.

10. Пален, К.К. Обычное право кочевников [Текст] / К.К. Пален. // Древний мир права казахов. - Алматы: 6-том. 2005. - 568с.

11. Сборник обычного права киргизов [Текст] / Материалы по казахскому обычному праву. -Сборник I. - Алматы, 1948. - 360 с.

12. Тегизбекова, Ж.Ч. Наследование по обычному праву кыргызов [Текст] / Ж.Ч. Тегизбекова // Вестник КРСУ. - Бишкек, 2009. - Том 9, №4. - С. 41-46.

13. Хрестоматия по истории государства и права Кыргызстана: учебное пособие [Текст] / Сост. Б.И. Борубашов. - Том 1. - Бишкек, 2008. - 657 с.

14. ЦГА Кыргызской Республики [Текст] / Ф.151. оп. 1. дело № 29. л.1.

15. ЦГА Кыргызской Республики [Текст] / Ф.151. оп. 1. дело № 28. л.1.

16. ЦГА Кыргызской Республики [Текст] / Ф.151. оп. 1. дело № 71. л.1.

ACTUAL PROBLEMS OF FAMILY PROPERTY RELATIONS DEVELOPMENT UNDER KYRGYZ CUSTOMARY LAW IN XIX-XX CENTURIES

Damira М. Baygazieva,

postgraduate student, Kyrgyz-Russian Slavic University

Abstract. This article considers the main problems about property relations within the family in accordance with the Kyrgyz customary law, analyzes the property rights and duties of the members of the Kyrgyz family, and researches the topical questions of the property, the order of dower and enchi. The concept of the inheritance and the will according to adat is given in this article.

Keywords: Kyrgyz, custom, property, adat, family, rights and obligations, inheritance.

Сведения об авторе:

Байгазиева Дамира Мамыткановна -ениверситета (г. Бишкек, Кыргызская Республика), Статья поступила в редакцию 29.10.2014.

аспирант Кыргызско-российского cлавянского e-mail: damira103@mail.ru.