Нефть переливается через потолок

Нефть переливается через потолок

МЭА фиксирует локальный максимум доходов от ее экспорта

Доходы РФ от экспорта нефти благодаря росту цен на нее и восстановлению объема поставок в сентябре достигли максимального значения с июля 2022 года — $18,8 млрд, подсчитали в Международном энергетическом агентстве (МЭА). Сокращение добычи нефти Россией и другими странами соглашения ОПЕК+ продолжает давить на мировые цены. В ближайшей перспективе ситуация может осложниться из-за развития военного конфликта на Ближнем Востоке: пока нападение «Хамаса» на Израиль на потоки нефти существенно не повлияло, однако рынок остается «в напряжении», отмечают эксперты МЭА.

Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ

Доходы России от экспорта нефти в сентябре выросли на $1,8 млрд и достигли $18,8 млрд — это максимум с июля 2022 года, следует из нового обзора МЭА. Общий объем экспорта нефти и нефтепродуктов увеличился на 460 тыс. б/с, до 7,6 млн б/с. Отдельно нефти — на 250 тыс. б/с, до 4,9 млн б/с. Средневзвешенная цена российской нефти в сентябре, по данным МЭА, при этом выросла на $8, до $81,8 за баррель (Минфин, использующий оценки агентства Argus, ранее сообщал о сентябрьской цене $83,1 за баррель Urals). Это заметно выше ценового потолка в $60 за баррель, который очевидным образом на практике не действует. Дисконт Urals к Brent в сентябре опустился до минимальных с марта 2022 года $12,2 за баррель (по Минфину — до $10,9).

В МЭА подсчитали, что в сентябре поставки нефти из России в Китай выросли на 270 тыс. б/с, в Турцию — на 80 тыс. б/с. При этом направление экспорта еще около 190 тыс. б/с нефти по-прежнему неизвестно, отмечают в агентстве.

Добыча нефти в РФ, по подсчетам МЭА, выросла в прошлом месяце только на 10 тыс. б/с, до 9,48 млн б/с.

Мировая же добыча выросла на 270 тыс. б/с, до 101,6 млн б/с — в основном за счет Нигерии и Казахстана. Страны ОПЕК+ в прошлом месяце добывали 36,38 млн б/с нефти при плановом значении в 36,92 млн б/с.

Введение добровольных ограничений на добычу нефти странами соглашения, как ранее отмечали в МЭА, уже приводит к дефициту предложения на мировом рынке (см. “Ъ” от 14 сентября). Серьезное давление на рынок оказывает в том числе решение Саудовской Аравии продлить добровольное сокращение добычи до конца года. Впрочем, ожидаемое снижение добычи Саудовской Аравии и России отчасти будет компенсировано ростом поставок из Ирана. В МЭА прогнозируют, что если в начале следующего года страны откажутся от соглашения об ограничении добычи, спрос и предложение постепенно вернутся к балансу — впрочем, о таких планах члены ОПЕК+ еще не заявляли.

Оценку роста мирового спроса на нефть в 2023 году МЭА в своем новом отчете несколько повысило: до 2,254 млн б/с с ожидавшихся в сентябре 2,243 млн б/с.

Ожидается, что в этом году спрос составит в среднем 101,85 млн б/с. Наиболее серьезный вклад в его рост внесут Индия, Бразилия и Китай, причем на КНР, по прогнозам агентства, придется 77% прироста. Бурный рост спроса в этих странах компенсирует его локальное снижение в отдельных государствах, в том числе в США, где, по предварительным данным сентября, потребление бензина упало до минимума за 20 лет, а также в развивающихся странах (например, в Пакистане и Египте), в которых спрос снижается из-за ослабления национальных валют к доллару.

В 2024 году рост спроса на нефть составит 880 тыс. баррелей в сутки (б/с), полагают в МЭА. В сентябре показатель прогнозировался на уровне 994 тыс. б/с — снижение оценки объясняется сочетанием двух факторов: более рациональным использованием энергоресурсов (речь идет о желании и развитых, и развивающихся стран достичь климатических целей) и сжатием экономической активности. По прогнозам агентства, спрос на нефть в следующем году может составить 102,73 млн б/с (сентябрьская оценка — 102,81 млн б/с).

В отчете отмечается, что хотя нападение «Хамаса» на Израиль пока не оказало прямого влияния на потоки нефти, рынок в ожидании развития событий остается «в напряжении». Ближний Восток — регион, на который приходится треть мировой морской торговли нефтью, поэтому сразу после начала войны трейдеры начали устанавливать премии за риск к цене нефти (около $3–4 за баррель). Сейчас, отмечают в МЭА, цены стабилизировались.