О гнездовании некоторых лесных птиц в Подмосковье

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2003, Экспресс-выпуск 224: 579-586

О гнездовании некоторых лесных птиц в Подмосковье

А.Н.Формозов

Второе издание. Первая публикация в 1956*

Изучение животного мира Подмосковья имеет достаточно большую историю, но и сейчас всё ещё нельзя сказать, что область, расположенная в центре страны, исследована в этом отношении с достаточной тщательностью и полнотой. Более того, можно утверждать, что животный мир ряда отдалённых районов РСФСР изучен лучше, чем район, расположенный по соседству со столицей.

Это объясняется тем, что в Подмосковье до последнего времени совсем не проводились специальные, достаточно длительные и планомерные зоологические исследования; материалы собирались главным образом во время кратковременных поездок и эпизодических экскурсий. В результате видовой состав фауны позвоночных Подмосковья в настоящее время изучен более или менее удовлетворительно, но данные, касающиеся численности особей, основных черт и деталей географического размещения популяций животных разных видов, всё ещё очень бедны. Очень мало сведений и по экологии животных и условиям их обитания.

Между тем животное население очень людной промышленной области изменяется под влиянием хозяйственной деятельности весьма быстро; происходят значительные сдвиги в положении границ ареалов, поэтому изучение указанных вопросов нельзя откладывать.

Изменения границ распространения особенно заметны у лесных видов, не проникающих к югу за пределы Московской области, и степных, вселившихся сюда относительно недавно, уже в историческое время, после вырубания лесов в лесостепи и появления больших участков полей и лугов в приокской части Подмосковья. Большой интерес представляет также вопрос, какое влияние на жизнь и распространение животных окажут участки леса из новых, недавно акклиматизированных в Подмосковье пород, таких как сибирская лиственница, канадский тополь и ряда других.

В данной заметке приведены наблюдения над распространением 4 видов лесных птиц, в частности, 2 видов, связанных с еловыми насаждениями как гнездовым биотопом. Еловые леса при интенсивных рубках нередко сменяются насаждениями из берёзы, осины, ольхи и других мелколиственных пород, что ведёт к сокращению площади, пригодной для жизни ряда таёжных животных.

Юрок Fringilla montifringilla. Сведения, приводившиеся в литературе относительно южной границы гнездового ареала этой таёжной птицы, были в течение долгого времени достаточно неопределённы. Так, например, Г.JI.Граве (1926) указывал, что этот вид на гнездовье в бывшей Смоленской

* Формозов А.Н. 1956.0 гнездовании некоторых лесных птиц в Подмосковье //Бюл. МОИП. Отд. биол. 61, 3: 21-26.

губернии никем не отмечен; в книге П.П.Сушкина (1938) одним из редакторов сделано примечание, что в Европе юрок не гнездится южнее Ленинграда, а это совершенно неверно. В новейшей сводке (Птицы Советского Союза, 1954) сказано тоже довольно неопределённо, что юрок гнездится в Московской и Костромской областях, причём пропущено указание Е.С.Пту-шенко и Н.А.Гладкова (1933) на гнездованье этого вида (правда, довольно редкое) в лесах Переславщины (юго-запад Ярославской обл.) и Э.А.Бекшт-рема (1927) — на гнездование юрка в Мещере, по реке Пре (левобережье Оки) . Ф.К.Лоренц (1894) определённо считал, что юрок в Московской области не гнездится, и уже одно это говорит об относительной редкости описываемой птицы под Москвой в летнее время. Не попадалась она на гнездовье и Г.И.Полякову (1924), который коллектировал под Москвой много лет. Г.И.Поляков указывает только, что в начале 1890-х Д.Н.Кайго-родов нашёл гнездо юрка в Михайловском парке (Подольский р-н) и приводит наблюдения К.А.Воробьёва (1925), который в течение лета несколько раз встречал юрков и наблюдал 1 июня и 2 июля 1920 поющих самцов этого вида близ Расторгуева и Вострякова (Подольский р-н).

В июне 1938 эта птица была отмечена нами близ дер. Луцино Звенигородского р-на, а 8 июня 1950 близ ст. Крюково Октябрьской железной дороги Е.П.Спангенберг добыл самца из пары, державшейся в гнездовом районе (семенники имели 11 мм в диаметре). 2 июня 1951, осматривая колонию дроздов у р. Талицы, близ дер. Щеглово (Пушкинский р-н), мы заметили парочку юрков, которые, прилетев на шум белобровиков Turdus iliacus, вели себя очень беспокойно, что указывало на наличие гнезда. Ближе к реке, в смешанном берёзовом лесу с черёмухой, прилегавшем к заболоченному участку олыиатника, был замечен слёток этого вида, уже хорошо перепархивавший с дерева на дерево, который и был добыт; его вес — 17.5 г, рулевые были ещё очень короткие.

Чириканье молодого юрка напоминает голос слётков зяблика Fringilla coelebs, но несколько громче и ещё более, чем у последнего, похоже на чириканье молодых воробьёв. По голосу мы нашли ещё 2 птенцов юрка, одному из которых самец скормил целый комочек жуков. В желудке добытого птенца оказались также жуки: жужелицы Platisma sp. — 1-2 экз., Amara sp. — 1 экз.; стафилин Philonthus sp. — 1 экз.; навозники-водолюбы Sphaeri-dium — не менее 2 экз.; навозники Aphodius (2 вида) — не менее 5 экз.; дровосек Cerambicidae (ближе не определённый) — 1 экз.; листоед Chryso-mela sp. — 1 экз.; долгоносики Phillobius sp. — не менее 3 экз. и мелко раздробленный хитин жуков, не поддающихся определению.

В тот же день мы видели таких же слётков у зябликов, следовательно, кладка яиц и выкармливание птенцов у юрка под Москвой идёт примерно в те же сроки, как у близкого вида — Fringilla coelebs.

14 июля того же 1951 г. был слышен крик юрка в ельнике у ст. Железнодорожная Горьковской железной дороги (в 23 км от Москвы), а 19 августа 1952 один юрок, вместе с зябликами кормившийся семенами сорняков,

Э.А.Бекштрему принадлежит и незаслуженно забытое орнитологами указание на гнездование в Мещере свиристеля ВотЫсШа garrulus.

был отмечен В.И.Осмоловской на участке дач между станциями Зеленоградская и Софрино Северной железной дороги (в 43 км от Москвы).

9 мая 1953 в солнечный день мы прошли лесными опушками около 20 км с целью выяснить, было ли отмеченное в предшествующем году гнездование юрка единичным или это явление более частое. Маршрут шёл от "Платформы 43-й км" Северной железной дороги к с. Талицы, далеко по краю дубового леса к берегу р. Талицы и по её правобережью смешанным лесом вниз по течению реки мимо деревень Щеглово и Никольское. На этом пути были найдены, несомненно, гнездящиеся юрки в четырёх местах. Первое встреченное нами гнездовье было в разреженном берёзово-осиновом лесу с одиночными елями и сырыми луговинами — к востоку от с. Талицы, где была большая колония дроздов-рябинников Turdus pilaris. Самец юрок непрерывно пел, перелетая в кронах берёз и осин. Его хрипловатое "жжэээ" раздавалось через каждые 15-30 с. Юрок пел много усерднее зябликов, которые среди дня отдыхали. Второе гнездовье было обнаружено не доходя дер. Щеглово в широком сыром лесном овраге с ручьём, где росли осина, берёза и ольха (несколько крупнее, чем жердняк) и одиночные крупные ели. Юрок пел в кронах и, заметив нас, не улетел, а беспокойно перепархивал, издавая звонкое отрывистое чириканье. Третий и четвёртый вьюрки были найдены у долины р. Талицы, близ дер. Никольское, в смешанном ольхово-осиновом лесу и в смешанном осиново-берё-зовом лесу с примесью елей, на левом берегу Талицы, ниже Никольского.

Во всех случаях на месте, облюбованном юрками, были гнездовые колонии дроздов-рябинников. Эти птицы хорошо охраняют участок колонии от соек Garrulus glandarius, сорок Pica pica и других мелких разорителей гнёзд, что, быть может, и привлекает юрков. Мы наблюдали (весной 1950 и 1951 в Харовском р-не Вологодской обл.), что юрки гнездятся в числе значительно большем, чем зяблики, по заболоченным долинам рек с разреженными насаждениями берёзы и ольхи. Сходные сыроватые лиственные насаждения, образующиеся на месте вырубленных ельников, юрок заселяет и под Москвой.

Европейская ореховка Nucifraga caryocatactes caryocatactes L. He только об условиях гнездования, но и о районах, где ореховка гнездится в Подмосковье и соседних областях, известно крайне мало. Г.И.Поляков (1924) отмечает только, что в центральной части Европейской России южная граница её гнездовой области "проходит через губернии Смоленскую, Калужскую и Московскую". Однако Г.JI.Граве (1926) в работе, появившейся двумя годами позднее, о гнездовании ореховки в бывшей Смоленской губернии говорит только предположительно, ссылаясь на наблюдения П.П.Сушкина и сведения В.В.Станчинского.

Е.С.Птушенко и Н.А.Гладков (1933), в течение ряда лет изучавшие птиц района Переяславского озера (Ярославская обл.), пришли к выводу, что типичная форма ореховки "появляется в различных местах района наблюдений в конце осени и начале зимы, притом не ежегодно и в разном количестве" (с. 208). Они, очевидно, не имели данных о её гнездовании. По их же словам, тонкоклювая кедровка — редкая гнездящаяся птица елово-лиственных лесов юго-западной Переславщины. Последнее указание, не-

сомненно, относится к единичным парам, случайно оставшимся в центральных районах после предшествовавшей большой инвазии сибирских кедровок.

По нашим, правда, довольно отрывочным наблюдениям, европейская форма ореховки не особенно редка на гнездовье как в Переславщине, так и западнее — в пределах Московской обл. В конце апреля (19-21 числа) 1953 несколько, несомненно, гнездящихся пар кедровок этой формы были найдены в окрестностях с. Рогозинино, у р. Нерль, в 16-17 км восточнее Пере-славля Залесского, близ шоссе Москва—Ярославль (в 155 км от Москвы). Здесь густые сомкнутые ельники чередуются с вырубками, поросшими лиственным мелколесьем. Как на вырубках, так и в ельниках много лещины Corylus avellana. На пнях и колодах часто встречались кучки скорлупы орехов, расколотых ореховкой.

Как известно, эта птица в гнездовое время очень скрытна, но у неё есть одна привычка, кажется, ещё не отмеченная в литературе, которая очень облегчает поиски ореховки весной. При тихой погоде как на утренней заре, ещё до кормёжки, так и вечером, вскоре после захода солнца, ореховка садится на верхушку большой ели и довольно долго кричит, присоединяя свой хриплый голос к общему весеннему хору. При этом птица долго не слетает с одного дерева, и к ней легко подойти на выстрел.

Три пары ореховок, встреченных нами 19-21 апреля 1953, держались в 2-4 км одна от другой, все на границе высокоствольных тёмных ельников и зарастающих вырубок с лиственным мелколесьем или жердняками и луговыми полянами. В предшествующий год был очень большой урожай лещины, что, видимо, облегчило зимовку кедровок. Зима 1952/53 г. была довольно мягкая, за исключением февраля, в течение которого стояли устойчивые сильные морозы, что в сочетании с многоснежьем вызвало гибель соек под Москвой и Переславлем. (У с. Софрино после схода снега мы нашли остатки 2 замёрзших соек, у с. Рогозинино — 4 соек).

30 апреля 1945 мы слышали на утренней заре частые крики ореховок в довольно большом массиве дубово-еловых лесов с подседом из лещины несколько восточнее ст. Бужениново Северной железной дороги и одну из них добыли. В её подъязычном мешке оказался большой комок земляных червей и несколько насекомых — корм, который она несла птенцам. 18 июля 1952 юго-западнее Яхромы в елово-широколиственном лесу с лещиной слышал ореховку С.В.Кириков (устн. сообщ.).

Утром 1 и 3 мая 1954 в довольно большом еловом массиве, занимающем холмистую местность с ручьями, пересекаемую шоссе Москва—Рогачёв, мы слышали примерно на широте ст. Икши (западнее этой станции) крики ореховки на окраине большой вырубки с порослью лещины и полянами. Ф.К.Лоренцу (1894) самку ореховки с наседным пятном доставили в июле 1892 из района ст. Подсолнечное (Октябрьской железной дороги), т.е. из местности, расположенной на западной окраине того лесистого района, к которому относятся наблюдения наше и С.В.Кирикова.

Г.И.Поляков в примечании к статье С.И.Огнева (1911) указывал, что ореховка в Погонно-Лосином острове держится в течение круглого года. (Все другие приведённые Г.И.Поляковым указания касаются осенних встреч ореховок и могут относиться не только к местным, но и к кочующим или

залётным птицам.) Гнездование ореховок в этом ближайшем к Москве еловом массиве, тоже изобилующем лещиной, наблюдается и в наши дни. И.К.Андреев сообщил мне, что в летние месяцы 1943-1947 ореховки неоднократно прилетали ранними утрами на его дачный участок в посёлке Перловка и истребляли недозревшие лещинные орехи. П.В.Суслова (1937) отметила, что в Желтовских лесах Карачевского р-на, близ южной границы ареала ели, типичная форма кедровки водится тоже в насаждениях с зарослями орешника.

Таким образом, связь гнездования ореховки с распределением лещины устанавливается наблюдениями в ряде точек; поэтому утверждение А.К.Рус-тамова (Птицы Советского Союза, 1954), что типичная форма ореховки экологически тесно связана с елью, не совсем точно. В Подмосковье у южной границы своего ареала ореховка, несомненно, охотнее держится в лесах с подседом из лещины; весной в чистых ельниках мы её не встречали ни разу. Не случайно также, что ельники, избранные для гнездовья, обычно расположены по соседству с вырубками, мелколесьем и полянами. Как известно, ореховка гнездится очень рано, птенцы, видимо, вылупляются тогда, когда в ельниках ещё лежит глубокий снег. Поляны и лиственное мелколесье освобождаются от снега значительно раньше, почва их быстро оттаивает, поэтому и добывание животного корма на таких местах ранней весной идёт значительно успешнее, чем в тёмных и холодных ельниках.

Лесная завирушка Prunella modularis modularis L. Ф.К.Лоренц (1894), много лет изучавший животный мир бывшей Московской губернии, считал эту птицу только пролётной, но позднее выяснилось, что она здесь гнездится, хотя и в небольшом числе. С.И.Огнев (1911) описал гнездо завирушки с кладкой из 6 яиц, найденное им в июне 1908 в Тесовском лесном массиве бывшего Можайского уезда. По его данным, гнездовой биотоп завирушки — спелый сосновый лес с подседом из молодых елей и орешника; гнездо было на молодой ёлочке на высоте около 70 см от земли. Г.И.Поляков в редакционном примечании к указанной статье С.И.Огнева приводит ещё ряд данных о гнездовании завирушки под Москвой.

Мы нашли гнездо этого вида с полной кладкой в густом подросте ели в июне 1938 близ дер. Аниково Звенигородского р-на, а 4 июня 1941 — гнездо с 4 только что вылупившимися птенчиками и 1 яйцом близ дер. Луцино того же района. Эта пара завирушек жила среди довольно большого участка очень густого, почти непролазного елового молодняка 5-метровой высоты, окружённого смешанным лесом. Гнездо было сделано из зелёного мха и отчасти лишаев и хорошо укрыто на высоте 1.5 м от земли в вершине небольшой, очень густой ёлочки. По толщине, плотности стенок и мягкой выстилке гнездо завирушки напоминает постройку зяблика или других вьюрков. Птенцы имеют довольно густой чёрный пух на спине и голове; утолщенные каёмки рта — беловатые. Достаточно густая опушённость спинной поверхности птенцов указывает на приуроченность гнездовий вида к относительно холодным районам .

* У черноголовой славки Sylvia atricapilla, устраивающей в том же ярусе леса гораздо более рыхлые гнёзда и живущей под Москвой рядом с завирушками, вылупляющиеся птенцы совершенно не имеют пуха.

22 апреля 1950 на вечерней заре мы видели несколько поющих, несомненно, местных завирушек в молодых и частых ельниках у ст. Бужени-ново Северной железной дороги (Загорский р-н), а 21 июня — поющего самца у сыроватой травянистой лужайки, окружённой смешанным лесом с чащами молодого елового подроста близ дер. Фомкино Пушкинского р-на. Поющий самец завирушки сидит всегда на одной из вершинных ветвей крупного дерева, тогда как в обычное время эта птичка держится очень скрытно у земли, в густой чаще.

Интересно отметить, что в сомкнутых молодых ельниках в период предзимья снег гораздо позже покрывает землю, чем в других участках леса, и почва успевает сильно промёрзнуть. Весной, особенно при радиационном типе таяния, в таких ельниках снег сходит на 10-18 дней позже, чем в светлых лиственных лесах, и почва долго не оттаивает. Летом в этих еловых чащах всегда тенисто, прохладно при боле высокой влажности. Таким образом, гнездовой биотоп лесной завирушки в Московской обл. представляет участки леса, наиболее приближающиеся по микроклиматическим условиям к типичным таёжным.

Г.Л.Граве (1926), несмотря на имевшееся определённое указание В.В.Станчинского о гнездовании лесной завирушки в бывшей Смоленской губернии, сомневался в регулярности этого явления и соглашался считать этот вид "в крайнем случае... очень редкой гнездящейся птицей..." (с. 57). В Подмосковье она хотя и гнездится регулярно, но далеко не везде и достаточно редка, во всяком случае в несколько раз малочисленнее, чем на хорошо мне знакомом северо-востоке Костромской области (Поназырев-ский район). Поэтому трудно согласиться с утверждением, что завирушка "в областях Новгородской, Смоленской, Московской — обычная гнездовая птица" (Птицы Советского Союза, 1954, с. 626).

Белая лазоревка Parus cyanus cyanus Pall. Замечание Г.И.Полякова (1924), что эта синичка "в качестве гнездящейся птицы в центральной части Европейской России отмечена только для Тверской и Смоленской губерний" (причём для последней со знаком вопроса) указывает на необходимость накопления фактов, касающихся деталей географического распределения этого вида. В Московской обл. гнездящиеся князьки мной встречены только в одном месте: 30 апреля-2 мая 1932 при охоте на уток в пойме р. Дубны, близ дер. Нушполи, мы в течение многих часов наблюдали за двумя парочками этих синиц, жившими в зарослях крупных ив, чередующихся с кустами и тростником, окаймлявшими болота. По поведению это были, несомненно, местные птицы. Выше по течению той же р. Дубны — в районе с. Заболотье — в 1953 и 1954 годах в конце апреля - в первых числах мая несколько парочек князьков наблюдал В.Е.Флинт (устн. сообщ.).

Другая ближайшая к Московской обл. точка, где нам приходилось наблюдать гнездящихся белых лазоревок — болотистая и очень топкая долина реки Нерли ниже выхода её из оз. Сомино, в окрестностях с. Усолье Переяславского р-на Ярославской обл. 23 и 24 мая 1941 мы видели здесь князьков, носивших корм в ольхово-ивовую опушку болотистого луга. Эта местность полосой болотистых лесов соединяется с бассейном Дубны, который расположен немного юго-западнее Нерли. Таким образом, на крайнем се-

веро-востоке Московской обл. имеется район с заболоченными долинами лесных рек, где князёк, видимо, гнездится более или менее постоянно.

Приведённые здесь данные о гнездовании ореховки, юрка и лесной завирушки относятся к последним десятилетиям, что может создать представление о недавнем вселении этих птиц на территорию Московской обл. В действительности, появление новых фактов связано скорее всего не с расселением птиц, а с некоторым повышением точности орнитологических наблюдений за последний период.

В лесах Подмосковья численность видов и особей птиц, характерных для тайги, таких как буроголовая гаичка Parus atricapillus, клёст-еловик Loxia curvirostra, снегирь Pyrrhula pyrrhula, чёрный дятел Dryocopus martius, мохноногий сыч Aegolius funereus, рябчик Tetrastes bonasia, вместе с упомянутыми выше видами довольно велика. Интенсивные рубки леса, образование площадей лиственного мелколесья с отдельными островами еловых насаждений не вызывают заметного сокращения численности и изменения границ ареалов большинства птиц этой группы. Только чёрный дятел, гнездящийся в стволах осин и сосен большого диаметра, в Подмосковье быстро отступает по мере сокращения площади высокоствольных лесов. В дуплах, выдолбленных желной, обычно гнездятся и мохноногий сыч, серая неясыть Strix aluco, клинтух Columba oenas\ поэтому с сокращением числа крупных дуплистых деревьев вытесняются и эти виды. Мохноногий сыч хорошо уживается даже на молодых, возобновляющихся гарях и вырубках, если среди них сохраняются отдельные дуплистые стволы .

Из охотничьих птиц, связанных с хвойным лесом, рябчик хорошо уживается в мелколиственных жердняках, если в них имеются еловый подрост и отдельные семенные ели. (В густых елях рябчики укрываются от непогоды поздней осенью и зимой, когда им ещё нельзя закапываться в снег; эта хвойная порода как укрытие для рябчика совершенно необходима.) Заметное сокращение количества рябчиков под Москвой за последнее столетие вызвано не столько изменением состава лесных насаждений, сколько непрерывным увеличением числа охотников и интенсивности отстрела. Последнее в ещё большей мере относится и к другой таёжной птице — к глухарю Tetrao urogallus, который в Подмосковье без специальной охраны в охотничьих хозяйствах, вероятно, уже был бы полностью истреблён, так как подвергается более настойчивому и постоянному преследованию со стороны охотников.

Заросли лещины, молодого елового подроста, лиственные жердняки, появляющиеся на местах рубок, как было выше отмечено, необходимы для существования ряда таёжных птиц (ореховки, лесной завирушки, рябчика, юрка, гаички). С другой стороны, для желны вырубленные участки теряют своё значение как стация гнездования на период в 80-100 лет; лесосеки привлекают её только в том случае, если на них имеются крупные пни с личинками златок и усачей. Она прилетает долбить эти пни и в гнездовое время и зимой в период кочёвок.

Мохноногий сыч был встречен нами в гнездовое время в Звенигородском районе, где желна ещё достаточно многочисленна.

Приведённые факты указывают на то, что требования к среде у лесных птиц описываемой группы довольно различны, поэтому изменения состава и возраста лесных насаждений под влиянием хозяйственной деятельности людей вызывают несходные реакции популяций гаички или ореховки, юрка или завирушки. Изменения эти не синхронны, могут иметь противоположные направления и развиваться с различной скоростью. Чтобы убедиться в этом, достаточно сравнить быстрое истребление глухаря и вытеснение желны с устойчивостью популяций клеста, гаички и т.п. Дальнейшее изучение вопроса о влиянии лесного хозяйства на фауну птиц Подмосковья представляет несомненный интерес.

Литература

Бекштрем Э.А. 1927. О фауне зверей и птиц Рязанской МещерыИМатериалы к изучению флоры и

фауны Центральной промышленной области. М.: 32-33. Воробьёв К.А. 1925. Орнитологические исследования в Московской губернии//?)?, гос. музея

Центрально-промышленной области 1: 1-23. Граве Г.Л. 1926. Очерк авифауны Смоленской губернии // Тр. Общества изучения природы Смоленского края 3: 1-64.

Огнев С.И. 1911. Орнитологические наблюдения в Московской губернииИОрнитол. вестн. 2: 121-133.

Поляков Г.И. 1924. Птицы Богородского уезда с параллельным списком птиц остальной части

Московской губернии. М.: 1-90. Птицы Советского Союза. 1954. М., 5: 1-803,6: 1-792.

Птушенко Е.С., Гладков H.A. 1933. Материалы к познанию орнитофауны Ивановской области//

Бюл. МОИП. Нов. сер. Отд. биол. 42, 2: 199-213. Суслова П.В. 1937. Материалы по птицам пограничной полосы лесов в пределах Западной области//

Памяти акад. М.А.Мензбира. М.; Л.: 503-550. Сушкин П.П. 1897. В Смоленской губернии И Годичный отчёт МОИП за 1896-1897 гг. М. Сушкин П.П. 1938. Птицы Советского Алтая и прилежащих частей северо-западной Монголии.

М.; Л., 1: 1-320,2: 1-436. Lorenz Th. 1892. Die Vögel des Moskauer Giuvernements II Bull. Soc. Natur, de Moscou 6: 263-321.

Ю GS

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2003, Экспресс-выпуск 224: 586-587

Гнездование вьюрка Fringilla montifringilla на юге Горьковской области

В.И.Аникин

Второе издание. Первая публикация в 1963*

В Горьковской области вьюрок Fringilla montifringilla отмечался на гнездовье лишь в самых северных районах. Он населяет там главным образом сырые елово-пихтовые леса. На юге области вьюрок зарегистрирован только

* Аникин В.И. 1963. Гнездование вьюрка на юге Горьковской области ЦОрнитология 6: 463. С О С Рус. орнитол. журн. 2003 Экспресс-выпуск № 224