Пермь: политологическое сообщество ьber alles

Л.А. ФАДЕЕВА

ПЕРМЬ: ПОЛИТОЛОГИЧЕСКОЕ СООБЩЕСТВО ÜBER ALLES

На мой взгляд, трудно задать более каверзный вопрос, нежели вопрос о том, «происходит ли в вашем регионе становление научных политологических школ». Проблема научных политологических школ имеет по меньшей мере три измерения: репутационное, самоидентификационное и методологическое. Первое отражает формирование реноме политологического сообщества, второе - его саморефлексию, а третье - методологическое разнообразие подходов к понятию «научная школа». Можно, разумеется, выбрать из десятков существующих в науке дефиниций и подходов один какой -то и провести в соответствии с этим некую инвентаризацию российской политической науки. Так обычно и происходит, когда пытаются сопоставить идеальные западные модели и далеко не идеальную российскую реальность.

Например, можно прибегнуть к количественному или статистическому подходу, согласно которому наличие научной школы подтверждается формальными показателями: количеством защищенных диссертаций, индексом цитируемости трудов руководителя в трудах учеников. Не самый ли это простой и одновременно формальный показатель? Как при таком подходе возможно оценивать создание профессиональных групп, объединенных общим научным интересом?

Так, одной из самых сплоченных и продвинутых групп в российской политической науке являются элитологи, у которых есть общий объект и инструментарий исследований, общие основания для анализа. Несмотря на то что им трудно претендовать на «уникальность научной проблематики», элитологи остаются на протяжении последних 15 лет самой профессионально интегрированной

и, без преувеличения, одной из самых креативных групп российского политологического сообщества.

Или представьте, что мы выбираем в качестве критерия генерационный аспект. В этом случае научное направление приобретает статус школы лишь при условии, что в его рамках выросло три поколения исследователей, разделяющих научный интерес лидера и продолжающих исследования в данном проблемном поле. Есть ли у нас шанс найти хотя бы одну политологическую школу на всем пространстве необъятной России?

Кто-то из основателей политической науки в нашей стране сказал, что все мы, теперешние лидеры политологических кафедр, вышли «из разных шинелей» - историков, философов, социологов. Я часто вспоминаю также слова Андрея Мельвиля, что мы не получили того полноценного политологического образования, которое теперь получают наши студенты-политологи.

Впрочем, существует еще один подход к понятию «научная школа», который мне представляется заслуживающим внимания. Согласно ему, научная школа рассматривается как неформальное творческое содружество исследователей разных поколений, сплоченных общим стилем исследовательской деятельности и добившихся значительных научных результатов. Если следовать логике данного подхода, то и в регионах России, и в столичной политологической среде можно выделить целый ряд научных школ.

Особенностью Пермской области является то, что костяк политологического сообщества сформировался из выпускников и преподавателей исторического (с 1998 г. - историко-политологического) факультета Пермского государственного университета. Их учителями были такие люди, как Лев Ефимович Кертман, известный англовед, так и не допущенный советской властью в Англию, попавший в Пермь в 1948 г. после изгнания из Киевского университета, ошельмованный в Киеве как «космополит», невзирая на боевые награды, контузию, кандидатскую степень. Ректор ПермГУ А. Букирев не побоялся откликнуться на письмо опального преподавателя, в результате чего на историческом факультете появился человек невероятно талантливый в профессиональном и личностном отношениях, ставший основателем пермской исторической школы. Одним из его учеников был Павел

Юхимович Рахшмир, эрудит, чьей особой научной страстью явился крайне непопулярный до недавнего времени консерватизм1.

Оставаясь последовательным и увлеченным исследователем консерватизма, профессор П. Рахшмир в своих работах анализирует его идеологическую трансформацию, обусловленное им политическое взаимодействие, практическое выражение в конкретных политических формах. Анализ сопровождался рассуждениями о факторах, условиях и тенденциях развития данного феномена. В 2005 г. Павел Юхимович параллельно выпускает в свет основательную, снабженную богатейшей источниковой базой, написанную блестящим литературным языком биографию князя Меттерниха и публикует ряд статей о современных перипетиях политической борьбы консерваторов в глобализаци-онном процессе, о консервативных интерпретациях глобализации и глобализма. Не случайно к нему на консультацию приезжают молодые исследователи из США, Финляндии, ФРГ.

Центр исследований консерватизма, созданный в ПермГУ в начале 1990-х годов, был и во многих отношениях остается уникальным феноменом в России. Большинство пермских политологов являются учениками Кертмана и Рахшмира и, что особенно важно, ориентируются на научные достижения и ценностные установки своих учителей. К их числу относятся прежде всего ценность научного знания, научного поиска, профессионализм, стремление исследовать действительно значимые для науки проблемы, добросовестность в работе с источниками. Возможно, из этих исторических корней произрастает особое внимание пермских исследователей-политологов к источниковедческой базе и фундированности научных работ.

Интерес к значимым для науки и общества проблемам обусловил то обстоятельство, что историки пермской школы исследовали проблемы политической мысли, политического поведения, политических традиций, политических элит. Таким образом, когда в России началась институционализация политической науки, стали открываться политологические кафедры и специальности, пермским ученым не пришлось начинать с нуля.

Пионером политологических исследований в Прикамье можно без преувеличения назвать В.П. Мохова, д-ра ист. наук, профессора,

1 Рахшмир П. Вариации на тему консерватизма. - Пермь: Изд-во ПермГУ, 2004; Консерватизм на Западе и в России / Под ред. Рахшмира П. - Пермь: Изд-во ПермГУ, 2005; Рахшмир П. Князь Меттерних: человек и политик. - Пермь: Изд-во ПермГУ , 2005.

зав. кафедрой истории Пермского государственного технического университета. Бывшая кафедра истории КПСС благодаря стараниям В.П. Мохова развивается в один из политологических центров в регионе. Сложившийся еще в русле историко-партийной проблематики научный интерес В.П. Мохова к советской номенклатуре в условиях становления в России политической науки трансформировался в элитологические исследования. Известно, что элитология сформировалась в российской политической науке в числе самых первых политологических школ и достигла за последнее десятилетие значительных результатов. В.П. Мохов давно и прочно вошел в состав ведущих исследователей региональных политических элит1. Его работы отличают скрупулезность, опора на широкую источниковую базу, а самого автора - серьезный научный интерес и стремление развивать и разрабатывать как методологические принципы, так и инструментарий элитологических исследований.

Нет ничего удивительного, что подготовленные В.П. Моховым научные проекты получили финансовую поддержку ряда научных фондов, прежде всего Московского общественного научного фонда, а также Российского гуманитарного научного фонда. В.П. Мохов выступает как организатор Интернет-конференций по проблемам элитологии и редактор ряда сборников. Под редакцией В.П. Мохова вышли в свет коллективные сборники научных трудов «Пермский вариант», «Пермский вариант-2», «Элитизм в России: "за" и "против"», «Власть, государство и элиты в современном обществе». Последние два содержат публикации по результатам Интернет-конференций. При кафедре создан центр элитологии. В.П. Мохов много работает над тем, чтобы расширить предметное поле исследований по элитологии, а также создать новые возможности в плане преподавания для членов своей кафедры. С этой целью на гуманитарном факультете ПермГТУ была открыта специальность «государственное и муниципальное управление», отданная в ведение кафедры В.П. Мохова, которая стала именоваться кафедрой истории и государственного управления.

1 Мохов В. Региональные политические элиты России, (1945-1991). -Пермь: Пермское книжное издательство, 2003; Мохов В. Элиты как руководящая и направляющая сила индустриального общества // Элитизм в России: «за» и «против». - Пермь: Изд-во ПермГТУ, 2002. - С. 114-133; Мохов В. Топология политического пространства. - Пермь: Изд-во ПермГТУ, 2002.

В то же время единственным вузом Перми и Пермской области, где открыта специальность «политология», является Пермский государственный университет. Специальность «политология» была открыта на историческом факультете Пермского государственного университета в 1996 г., кафедра политических наук - в 1998 г. Преподаватели читают курсы по политологии на всех факультетах ПермГУ, которые заявили эту дисциплину как дисциплину по выбору. Поскольку автор данной статьи имеет к кафедре самое непосредственное отношение, пребывая восьмой год в должности заведующего кафедрой, последующая часть текста выстроена максимально формализовано, без эмоций и личностных оценок. Скорее в виде сводного отчета о развитии кафедры, но с тем, чтобы данный отчет позволил ответить на вопросы о факторах развития политологии в регионе, стимулах, благоприятствующих обстоятельствах и т. п.

Итак, за относительно короткий период существования кафедры политических наук произошло становление профессионального кадрового потенциала, который обеспечивает квалифицированную подготовку студентов по политологическим специальностям, создана методологическая и методическая база преподавания политических наук в Пермском университете, кафедра превратилась в своеобразный ресурсный центр для средних школ с углубленным изучением гуманитарных дисциплин.

Успешному развитию кафедры политических наук и специальности «политология» в Пермском государственном университете способствовал ряд факторов, среди которых существенное место занимает активное сотрудничество кафедры и ее преподавателей с учеными из ведущих политологических центров России - МГИМО (У), МВШСЭН, МГУ, Европейского университета, а также вовлеченность пермских политологов в деятельность РАПН и Академии политической науки. Включенность кафедры в политологическое сообщество была активизирована с помощью проектной деятельности, участием кафедры в проектах РГНФ и РФФИ, Института «Открытое общество» и ряда других фондов. Особую роль сыграло участие пермских политологов в Программе поддержки кафедр мегапроекта «Развитие образования в России» (Институт «Открытое общество») и «Создание модели интегрированного политологического образования (на региональном уровне)» (Национальный фонд подготовки кадров НФПК, финансирование Мирового банка). Ресурсным цен-

тром кафедры по первому проекту была межкафедральная группа факультета политологии МГИМО (У) во главе с профессором И.М. Бусыгиной. В результате все преподаватели кафедры политических наук ПермГУ прошли стажировки на факультете политологии в МГИМО (У), некоторые из них - неоднократно. Консультации и рекомендации профессоров МГИМО (У) Т.А. Алексеевой, И.М. Бусыгиной, М.В. Ильина, А.Ю. Мельвиля, А.И. Никитина, В.И. Пантина помогли преподавателям кафедры разработать новые курсы, модернизировать уже читаемые курсы и подготовить к публикации учебно-методические материалы и пособия в соответствии с требованиями современной политической науки. Важным результатом работы в рамках проекта стало вовлечение студентов-политологов в научно-практическую деятельность кафедры. Реализация Программы поддержки кафедр позволила кафедре политических наук ПермГУ подняться на качественно новую ступень во всех сферах профессиональной деятельности. Прежде всего, были выполнены задачи по развитию кадрового потенциала кафедры, что выразилось в защите двух докторских (О.Б. Подвинцев, Д.Г. Красильников) и двух кандидатских диссертаций (Н.В. Борисова, А.В. Михалева) по политическим наукам.

Кафедра также активно включилась в реализацию других программ ИОО, связанных с мегапроектом «Развитие образования в России»: «Молодые преподаватели России: междисциплинарная перспектива», «AUDITORIUM.RU», программа летних школ, программа поездок, семинары «Управление изменениями в высшем образовании».

Позволю себе небольшое лирическое отступление. Оно касается роли факультета политологии МГИМО (У) и в особенности Андрея Юрьевича Мельвиля в становлении целого ряда политологических центров в регионах России. На мой взгляд, есть некий парадокс в том, что МГИМО (У), как один из самых элитных, корпоративных и закрытых во многих отношениях институтов, стал координирующим центром, местом встречи и даже, если можно так выразиться, психологического и эмоционального притяжения для многих политологов из регионов и кафедр, которые МГИМО и Андрей Юрьевич взяли под свое крыло. Трудно сказать, что было важнее, - создание высокого профессионального уровня, которому следовало соответствовать, предоставление возможности знакомиться со всеми учебно-методическими материалами и с практикой

учебного процесса одного из ведущих политологических центров или возможность обсуждать с коллегами профессиональные проблемы как в режиме консультаций, так и в режиме творческих дискуссий, формирование атмосферы сотрудничества, креативности и добрых человеческих отношений, обретение опыта фандрайзинга. Важно также, что двери института не закрылись перед региональными политологами после завершения проекта и не оборвались профессиональные и личные связи, которые продолжают питать творческий потенциал и профессиональные амбиции.

Реализация Программы поддержки кафедр в 2000-2002 гг. в свою очередь обеспечила стартовую площадку для нового масштабного проекта по созданию модели интегрированного политологического образования на региональном уровне. Серьезные предпосылки для формирования региональной модели интегрированного политологического образования на историко-политологическом факультете Пермского государственного университета были заложены обладающей глубокими традициями исторической школой, основными направлениями которой являются междисциплинарные исследования на стыке истории, политологии, социологии и культурологии. Сочетание исторической традиции с интенсивно развивающимися на кафедре политической компаративистикой и компаративной регио-налистикой позволяют рассчитывать на успешное решение исследовательских и педагогических задач, связанных с построением модели интегрированного политологического образования.

Немаловажное обстоятельство заключается в том, что в проект были вовлечены представители всех региональных политологических центров Прикамья: хотя координатором проекта выступала Л. А. Фадеева, его активными участниками были и В.П. Мохов, и О.Б. Подвинцев. В связи с этим мы можем рассматривать проект как значимый для всего регионального политологического сообщества. Более того, вовлеченность исследователей в совместные проекты, подготовку и проведение конференций и семинаров как раз и создает институции сообщества.

Специфика задач, стоявших перед исполнителями проекта, была обусловлена необходимостью обеспечить адекватный современному состоянию политической науки и соответствующий потребностям регионального сообщества уровень политологического образования, разработать и апробировать модель интегрированного

политологического образования на региональном уровне. Значимость поставленных задач определялась как относительной молодостью политологического образования в системе университетского образования России (а также ее явной институциональной недостаточностью), так и региональной диверсификацией, вследствие которой, на взгляд инициаторов и координаторов проекта, общероссийские доминанты политологического образования следовало дополнить региональной системой координат, соответствующей специфике региональных потребностей в высококвалифицированных специалистах в данной профессиональной сфере.

Прежде всего следовало обеспечить тесную связь обучения студентов специальности «политология» с нуждами региона (с учетом его специфики). Предпосылкой стала сложившаяся система связей выпускающей кафедры и руководства факультета с органами власти и общественными организациями Прикамья. Для чтения специальных курсов, имеющих практическую направленность, привлекаются руководители и специалисты властных структур, представители различных политических объединений, обладающие необходимым потенциалом. Сложилась традиция проведения преподавателями-политологами совместных научно-практических семинаров и конференций с областной администрацией. Участники таких конференций - пермские ученые, ведущие столичные специалисты, а также студенты специальности «политология». Студенты последовательно проходят учебную практику в избирательных штабах, политических партиях и общественных организациях, органах государственной власти и местного самоуправления. При этом осуществляется прочная двусторонняя связь между университетом (факультетом, кафедрой) и названными политическими акторами, которые являются основными работодателями для выпускников. Реализация проекта способствовала оптимизации данного процесса.

Модель интегрированного политологического образования на региональном уровне, разработанная в Пермском государственном университете, представляет собой целостную систему курсов и дисциплин теоретического, эмпирического и прикладного цикла. Эта модель включает несколько компонентов:

1) интеграция общих и специальных дисциплин, выстраивание системы взаимосвязанных курсов. Данная интеграция обеспечивает достижение преемственности в процессе обучения по каж-

дой из дисциплин специализации с первого до последнего курса, предусматривает усложнение и конкретизацию материала в ходе учебного процесса на основе совместно выработанных преподавателями научно-методических подходов и рекомендаций;

2) оптимальное сочетание теоретических и прикладных курсов, когда полученные знания закрепляются в ходе соответствующих учебных общественно-политических практик; таким образом, общегуманитарные принципы распространяются на политологическое знание. Первоочередной задачей в этом отношении выступает внедрение качественно нового блока прикладных дисциплин, кото -рые помогают успешно сориентировать будущего выпускника на практическую политическую работу и карьеру;

3) использование в процессе обучения подходов и методов различных наук, формирование взаимодействия как между гуманитарными дисциплинами, так и между гуманитарными и естественнонаучными. Таким образом обеспечивается сотрудничество ученых-политологов со специалистами в области статистики, математического моделирования, муниципального управления. Междисциплинарный подход к анализу политики формировался в ходе обсуждений, дискуссий, теоретических и научно-методических семинаров, а затем воплощался в реформированных учебных курсах и программах;

4) высокий уровень подготовки по иностранным языкам, что помогает сформировать у студентов представление о мире как о едином пространстве во всем многообразии национальных культур, где английский язык выступает в роли основного средства международного общения;

5) активизация научно-исследовательской компоненты в преподавательской деятельности и педагогическом процессе, что позволяет преподавателям основывать читаемые курсы на собственных исследовательских разработках. В учебном плане акцент смещается в пользу авторских программ и методических пакетов.

Как и в предыдущем проекте, важным условием его успешной реализации стало взаимодействие пермских политологов с коллегами из ведущих политологических центров России. За 2002-2004 гг. в Пермь приезжали для чтения лекций, проведения занятий, участия в летних школах и семинарах такие специалисты, как И.М. Бусыгина, Г.Г. Водолазов, Д.А. Данилов, О.В. Гаман-Голутвина, Б.Г. Капустин,

Ю.А. Красин, А.И. Никитин, В.И. Пантин, СП. Перегудов, СВ. Ры-женков, А.И. Соловьев, И.С. Семененко, А.Е. Чирикова.

Это был не просто «звездный десант». В ходе проведения семинаров и летних школ, общения пермских политологов со столичными специалистами шли постоянные профессиональные дискуссии, обсуждались проблемы развития политической науки, преподавания политологии, формировалась система профессиональных и межличностных связей. Постоянное общение преподавателей, аспирантов и студентов ПермГУ с исследователями из ведущих научных центров российской политической науки было своеобразным камертоном и одновременно важным стимулом развития кафедры политических наук.

Участие политологов ПермГУ в международных проектах Фонда Макартуров, Института «Открытое общество», Московского центра Карнеги, Университета Калгари - Горбачев-фонда и др., в работе международных научных конференций и семинаров дает возможность сравнивать, анализировать, сопоставлять научный уровень и стандарты образования.

В российской науке до недавнего времени раздавалось немало стенаний по поводу того, что оборотной стороной «грантоиска-тельской» деятельности являются «проектизация», «семинариза-ция» и «экспертомания» российской науки. Проблема заключается в том, что формальная сторона грантоискательской деятельности превалирует над содержанием работы. Не секрет, что в ряде фондов процедуры оформления документации по грантам настолько сложны и трудоемки, что требуют значительных временных инвестиций. Кстати, это далеко не сугубо российская специфика, аналогичные трудности отмечают сотрудники программы ТАСИС и преподаватели европейских университетов.

«Неприкладная часть современной науки, по крайней мере в области изучения общественной жизни, из поиска истины в значительной степени превратилась в вульгарный поиск грантов, - пишут российские ученые, авторы книги "Практика глобализации: игры и правила новой эпохи". - Исследования выродились при этом в процесс сначала поиска, а затем, выражаясь по-советски, "освоения" выделенных средств. Авторы их вынуждены стремиться не столько к обнаружению и осмыслению новых явлений, сколько к приведению своих отчетов в соответствие с представлениями, а порой и предрассудками конкретных представителей каждого конкретного грантода-

теля»1. На наш взгляд, «ловушки» грантоискательства являются современным преломлением традиционной проблемы бюрократизации. Принципиально новым можно назвать лишь то, что фандрай-зинг все в большей степени обеспечивает российским ученым не дополнительный, а основной источник существования.

Я не разделяю нарастающего скептицизма в отношении грантов и считаю значительно большей угрозой для российской науки в целом и политической в частности сужение пространства грантовой деятельности, ограничение зарубежных фондов в грантовой поддержке, сокращение ее источников. Это толкает политологов на поиск финансовой поддержки у спонсоров. Спонсорская поддержка в России весьма специфична и, как правило, сопряжена с ответной услугой в виде поддержки политической. Такой вариант развития событий способствует ангажированности политологии и политологов, усилению того, что Ю.С. Пивоваров назвал «эстрадной политологией» в противовес политической науке, а также отдалению российской политической науки от международных профессиональных стандартов.

Вряд ли кто-то будет спорить с тезисом, что «интеллект не выживает в нищете и одиночестве», а выживает «в относительно богатом и демократическом обществе, способном обеспечить своим членам достаток, профессиональный рост и, что ничуть не менее важно, профессиональную среду обитания»2. Вопрос в том, может ли современное российское общество обеспечить университетской науке если не богатство и стабильность, то хотя бы профессиональную среду обитания и профессиональный рост.

Из многочисленных программ и проектов последних лет в этом плане выделяется программа поддержки кафедр (ППК), осуществленная Институтом «Открытое общество» (Фондом Сороса) в рамках проекта «Развитие высшего образования в России». Авторы идеи и организаторы программы поддержки кафедр предложили организационную структуру, которая позволила связать столичные и региональные вузы в рамках одного проекта. Ресурсный центр - кафедра ведущего столичного вуза и кафедра-реципиент регионального вуза выступали в качестве партнеров, при этом имея отдельные бюджеты. Сотрудники программы со стороны фонда обеспечивали организацион-

1 Практика глобализации: игры и правила новой эпохи / Под ред. Братимо-ва О., Горского Ю., Делягина М., Коваленко А. - М.: ИНФРА, 2000. - С. 17.

2 Там же.

ные рамки партнерства. Особое значение имело то обстоятельство, что программа способствовала развитию горизонтальных связей. Вовлеченные в программу кафедры составили своеобразные сети, которые сохраняются и после завершения самой программы.

Понятие «сеть» в достаточной степени отражает ту степень взаимодействия, которая сложилась между участниками в процессе реализации программы. Как известно, сеть складывается для выработки соглашений в процессе обмена ресурсами, предполагает взаимную заинтересованность акторов и наличие общего кооперативного интереса, подкрепленного договорной структурой1. Правда, эти элементы обычно приписывают политической сети, однако представляется, что они могут быть присущи и организационно-управленческой структуре, составляющей сеть университетской науки. Сетевой подход особенно важен в этом контексте в связи с тем, что сеть подразумевает отсутствие системы иерархии; с точки зрения возможностей формирования совместных решений по интересующим вопросам участники сети равны. Определенным показателем равенства участников можно считать предложения, с кото -рыми выступили кафедры на завершающем этапе программы. Так, кафедры исторических факультетов, участвовавшие в программе поддержки кафедр, предложили идею виртуального исторического факультета. Политологи выступили с предложением создать межрегиональный центр политических исследований.

Вероятно, с позиции организаторов проекта далеко не все в его реализации соответствовало их первоначальным замыслам. Во всяком случае, на итоговой конференции А.Ю. Мельвиль неоднократно выражал пожелание, чтобы кафедры говорили преимущественно о том, что не получилось, в чем проявились слабые места программы. Руководители кафедр на такой призыв не откликнулись не только по причине того, что для многих кафедр программа стала «лучом света в темном царстве». С точки зрения кафедр-участниц ППК представляет собой модель, которая могла бы быть успешно распространена на другие области и сферы университетского образования и науки. Общий профессиональный интерес, взаимодействие ведущих университетских центров и региональных вузов, вза-

1 Сморгунов Л. Сетевой подход к политике и управлению // Полис. - М., 2001. - № 3. - С. 108.

имная заинтересованность, система горизонтальных связей, координация разных видов деятельности со стороны фонда, раздельное бюджетирование - все это в совокупности позволяло участникам сосредоточиться на содержательной стороне проекта, учитывая при этом и его формат, и приоритеты грантодателей.

Программа поддержки кафедр существенно продвинула российское университетское сообщество в деле преодоления неоднородности образовательного пространства. Еще в большей степени этому будет способствовать включение России в Болонскую систему образования. Вовлечению России в болонский процесс содействует образовательная модель, апробированная Национальным Фондом подготовки кадров в ходе реализации программы «Совершенствование преподавания социально-экономических дисциплин в вузах». Данная модель включает актуальную в настоящее время идею о том, что важная роль должна отводиться ныне существующим и будущим сетям по предметам (профилям, специальностям, направлениям подготовки). Аналитические отчеты экспертов НФПК по специальностям (экономика, политология, социология) дают прекрасный образец независимой оценки качества преподавания, механизмом повышения этого качества является сотрудничество специалистов. Инициирование и поддержка подобных проектов создаст хорошие стимулы для продвижения российского образования на европейский уровень при сохранении лучших отечественных традиций.

Международные связи политологического сообщества во многом опираются на систему межрегионального сотрудничества. Для пермских политологов большой удачей явилось побратимство между Пермской областью и графством Оксфордшир, которое привело к многолетнему сотрудничеству между Пермским и Оксфордским университетами. Многие преподаватели университета не раз бывали в Оксфорде, работали в Бодлеанской библиотеке и в библиотеках университетских колледжей, хорошо знакомы не только с трудами оксфордских исследователей, но и с самими авторами. Так, на протяжении 1999-2000 гг. преподаватели историко-политологического факультета совместно с оксфордскими коллегами историками, политологами, экономистами участвовали в проекте, результатом которого стало издание коллективной монографии «Британия и Россия: в поисках достойного правления» (Пермь, 2000). Уже тогда был наработан хороший опыт взаимодействия и взаимопонимания, который

позже был закреплен в ходе стажировок пермских политологов в Оксфордском университете. Правда, кафедра политических наук приняла до сих пор лишь одного оксфордского стажера - Пола Гуда, специализирующегося на проблемах российского федерализма.

Важной вехой в международном сотрудничестве пермских политологов стали организация и проведение выездного семинара по политической науке и политологическому образованию в Оксфордском университете в ноябре 2003 г. До этого события многие участники семинара посещали Оксфорд, и даже неоднократно, в качестве «учеников» или независимых исследователей. Теперь же впервые в Оксфорде был представлен целый профессиональный коллектив из России. В ходе обсуждений с английскими коллегами рождались новые идеи и предложения по оптимизации учебного процесса.

Дискуссия о современном состоянии политической науки, состоявшаяся в Сент-Энтони колледж, была построена на основе сравнения подходов западной и незападной политической науки. В центре обсуждений был вопрос о применимости понятийного аппарата и аналитического инструментария, выработанного западными политологами, к анализу незападного политического процесса. В дискуссии с британской стороны приняли участие исследователи, которые специализируются на изучении России. Так, доктор Федерико Варезе, автор ряда статей и монографии по проблемам мафии, включил в свою книгу раздел о пермской «мафии».

Российские участники семинара познакомились с системой проверки и оценки знаний, которая практикуется в Оксфордском университете. Она является более гибкой, чем в российских университетах, учитывает различные нюансы учебного процесса. Отдельные ее элементы используются теперь в учебном процессе Пермского госуниверситета. В то же время оксфордским коллегам было интересно узнать, какая система проверки и оценки знаний применяется в Пермском госуниверситете, и насколько она совместима с оксфордской. В ходе обсуждения выяснилось, что в последние годы произошло сближение позиций между российской и западной моделями образования по ряду параметров. В частности, обе модели приблизились к пониманию того, что образовательный процесс должен заключаться не просто в передаче студентам определенной суммы знаний, но и в развитии у них проактивных и креативных качеств. В целом можно сказать, что семинар внес но-

вые черты в имидж российской политической науки у оксфордского научного сообщества и, что особенно важно, явился серьезным стимулом для развития пермской политологии.

Серьезным опытом партнерских отношений ПермГУ с зарубежными исследователями стал совместный проект с университетом Северной Британской Колумбии (Канада) «Консолидация локальной демократии и развитие региональной политической культуры: социальные и культурные аспекты». Проект предусматривал исследование современной специфики взаимоотношений между властью и обществом на локальном уровне, прежде всего в сфере социальной политики. Это исследование имело определенную практическую значимость, поскольку позволило вовлечь различных акторов, включая общественные организации, государственные органы власти и органы местного самоуправления, в обсуждение региональной модели социальной политики. В результате на примере Пермской области было проанализировано состояние локальной демократии в контексте гражданского общества современной России. Практические результаты проекта выразились в создании основ публичного диалога между властью и обществом по проблемам социальной политики в форме проведения публичных экспертных дискуссий, презентаций, «круглых столов», публикаций в региональных СМИ, консультаций для представителей общественных организаций, предоставления экспертных оценок региональным властям.

Можно утверждать, что в Прикамье сложился круг динамичных ученых, способных эффективно интегрироваться в новые научные структуры, активно откликаться на запросы науки и практики, регионального сообщества, а также находить зарубежных партнеров. Так, созданный в 2003 г. исследовательский центр «Пермский филиал по исследованию политических институтов и процессов» Института философии и права УрОРАН получил поддержку ЮТА8 по проекту «Евразийская сеть политических исследований: развитие сравнительных исследований режимов трансформаций в мультикультур-ных обществах и процесс национального строительства в постсоветских регионах». В рамках проекта в июле 2005 г. был проведен «круглый стол» «Трансформация национально-конфессиональной идентичности на постсоветском пространстве». Координаторами проекта являются Олег Подвинцев и Ричард Саква.

Все эти проекты стимулируют вовлечение пермских ученых в контекст мировой политической науки, позволяют соотносить поиски и достижения региональных исследователей с основными политологическими трендами. Большинство пермских политологов в той или иной степени обращаются к региональной проблематике, что обусловлено определенным социальным заказом, потребностями в анализе региональных политических процессов. В предисловии к монографии «Региональная политическая элита России (1945-1991 гг.)» В.П. Мохов пишет: «У этой книги могли бы быть и другие названия, например, "Восхождение элиты", или "Мятежные бароны", или "Молчаливая власть"... Региональная власть долгое время существовала как власть молчаливая, послушная воле Центра... но за показным смирением чувствовалась власть большинства - огромной массы лидеров регионов»1. Он рассматривает такие функции региональных политических элит, как воспроизводство основных параметров социума в данном регионе, управление контролируемой территорией, социальная и политическая коммуникация, стабилизация социума. Автор анализирует проблемы элит и элитизма в российском обществе ХХ в., факторы эволюции региональной политической элиты России, региональную номенклатуру и политическую элиту, динамику социального происхождения и становления региональной политической элиты.

Интерес к проблеме региональных политических режимов родился в российской политологии, как известно, на стыке транзитоло-гии и политической регионалистики. Концепция «регионального политического режима» была создана политологами (В. Гельманом, С. Рыженковым, М. Бри) на основе известных западных теоретических моделей, но с учетом российской специфики. Этот концепт оказался востребованным российскими политологами.

Так, одним из исследовательских направлений кафедры политических наук ПермГУ стал анализ регионального политического режима в Пермском регионе. В рамках данного направления осуществлялось изучение форм и каналов доступа к важнейшим управленческим позициям. Существенное внимание при этом уделялось акторам политического процесса, ресурсам и стратегиям борьбы за власть, а также политическим институтам, понимаемым

1 Мохов В. Региональные политические элиты России, (1945-1991). -Пермь: Пермское книжное издательство, 2003. - С. 3.

как совокупность установлений, норм и правил политической деятельности. Изучалось их влияние на формирование политической власти в Пермском регионе и на характер политического управления в разных его областях.

Различным сторонам регионального политического режима посвящены публикации преподавателей кафедры политических наук Пермского государственного университета Н.В. Борисовой, П.В. Панова, О.Б. Подвинцева1. В них рассматриваются такие проблемы, как процесс институциализации взаимоотношений между региональными органами государственной власти и конституционных рамок их взаимодействия, динамика качественного состава законодательного собрания Пермской области, его политической структуры, практика взаимоотношений между региональным парламентом и исполнительными органами власти, формы и методы взаимодействия ветвей власти в процессе подготовки, принятия и реализации решений, в разрешении конфликтных ситуаций, в том числе в случае использования губернатором области права вето.

Особый интерес исследователей привлекли изменения в региональной политической жизни, связанные с избирательной кампанией по выборам губернатора Пермской области 2000 г., обусловившие значительный сдвиг в конфигурации взаимоотношений внутри пермской региональной элиты и повлекшие за собой существенные перемены в функционировании политических институтов. Эти процессы обсуждались непосредственно после выборов в ходе научно-практического семинара «Губернаторские выборы и гражданское общество в 2001 г. на границе между Европой и Азией», материалы которого были опубликованы Московским центром Карнеги. Проведенные исследования позволили дать анализ новой расстановки сил и формирования новых «правил игры», которые способствуют закрытости и снижению публичности политики ре-

1 Панов П. Региональный политический режим Пермской области: «сообщество элит без доминирующего актора»? // Политический альманах Прикамья. -Пермь: Пушка, 2002. - Вып. 2; Борисова Н. Институционализация региональных политических систем: теоретические аспекты // Там же. - С. 41-47; Борисова Н. Трансформация российского политического режима: проблемы институционального развития // Там же. - Вып. 3; Борисова Н., Фадеева Л. Региональная легислатура как институт согласования интересов // Куда идет Россия? Формальные институты и реальные практики / Под общ. ред. Заславской Т. - М.: МВШСЭН, 2002. - С. 71-75.

гиона. Особое значение для развития региональных политических исследований имеет сотрудничество пермских политологов с ведущими российскими специалистами в области политической регио-налистики И.М. Бусыгиной, Л.В. Смирнягиным, В.Я. Гельманом, С.И. Рыженковым, А.Е. Чириковой, Н.Ю. Лапиной, профессиональные контакты с коллегами из Кубанского, Самарского университетов и из Нижнего Новгорода.

Проблема региональных элит подвергается анализу пермскими учеными в нескольких измерениях. В поле их зрения находятся не только политические, но и бизнес-элиты, а также механизмы их взаимодействия1. Исследователи анализируют весь комплекс экономических, социальных и социокультурных показателей, определяющих внутриэлитное развитие. Изучение процесса становления пермской региональной элиты в 90-е годы включает характеристику распределения властных ресурсов в Пермской области, роли государственных органов в проведении социально-экономических преобразований на территории области (переход к рыночной экономике, приватизация и т.д.). Такое исследование позволило ученым определить степень и механизм воздействия характера внутри-элитных отношений на функционирование политических институтов в Пермской области.

Пермские политологи широко используют методы сравнительных региональных исследований, кроссрегиональные сравнения и обобщения, соотнося политический режим Прикамья с политическими режимами других регионов, вписывают его в общероссийский политический контекст. Так, в коллективном сборнике трудов «Региональные политические режимы Приволжского феде-

1 Панов П, Подвинцев О, Пунина К. Воздействие изменений в характере внутриэлитных отношений на функционирование региональных политических институтов Пермской области // Политический альманах Прикамья. - Пермь: Пушка, 2002. - Вып. 3; Бойко С. Влияние корпоративного сектора на региональный политический режим (на примере Пермской области) // Там же. - Вып. 2; Бойко С. Современные политические процессы в региональных политиях как отражение корпоративной модели российского общества // Там же. - Вып. 3; Панов П., Ехлаков А. НК «ЛУКОЙЛ» и органы власти в Пермской области: теоретические модели и политическая практика // Там же; Бойко С. Предприниматель как агент регионального политического рынка // Тезисы межрегиональной научно-практической конференции «Предпринимательство Прикамья: история и современность». - Пермь: Изд-во ПермГУ, 2002.

рального округа»1 внимание авторов сосредоточено на анализе совокупности элементов институционального, социокультурного и социоэкономического порядка, способствующих формированию политической власти в субъектах Российской Федерации, входящих в Приволжский федеральный округ (ПФО) и определяющих характер политического управления в нем.

Региональный политический процесс рассматривается учеными как последовательная смена состояний изменения региональной политии и ее элементов. Полития в данном контексте понимается в качестве особой формы коллективной политической деятельности, посредством которой в регионе решаются наиболее важные проблемы, общие для всего населения, проживающего на данной территории. Региональная власть организует коллективное действие и тем самым обеспечивает «порядок». Понятие «полития» делает акцент на отношениях внутри всего «политического сообщества» (П.В. Панов и Л.А. Фадеева). В.П. Мохов предложил концепт регионального политоида (в развитие определения политоида, данного Э.Я. Баталовым), определяемого им как «множество взаим-ноупорядоченных элементов политической власти, отношения между которыми определяются на основе метрики», и топологическую модель регионального политоида применительно к 1990 г.2

Представляется, что такого рода исследовательские поиски выходят за рамки собственно регионалистской проблематики, поскольку связаны с такими фундаментальными проблемами политической науки, как функционирование политических сообществ и организация политического пространства. Ежегодно выпускаемый в ПермГУ «Политический альманах Прикамья» представляет собой сборник, в который включены статьи, посвященные анализу различных - и не только региональных - аспектов политических процессов в Европе и в России. В состав авторов альманаха входят ученые из Перми, Москвы, Петербурга, Самары, Сыктывкара, а также из Великобритании, Украины и Польши.

О разнообразии научных интересов и подходов пермских политологов можно судить по пятому номеру журнала «Полис» за

1 Региональные политические режимы Приволжского федерального округа / Под ред. Красильникова Д., Борисовой Н. - Пермь: Изд-во ПермГУ, 2002.

2 Мохов В. Топология политического пространства. - Пермь: Изд-во ПермГТУ,

2002.

2005 г., где собрана подборка статей пермских авторов. Сам факт такого рода публикации также можно оценивать как показатель признания профессионального уровня регионального политологического сообщества.

В настоящее время в качестве приоритетного направления исследовательской деятельности кафедры политических наук выдвигается проблема политического сообщества. Предполагается комплексное и междисциплинарное изучение оснований и механизмов (социокультурных, этнокультурных, политико-правовых и иных) институциализации, функционирования и развития политического сообщества.

На выбор научной проблематики влияет ряд факторов, иерархия которых зависит от научной и политической ситуации. Так, проходящие в последние годы реформы (укрепление вертикали власти, сужение электорального поля) не только ставят под сомнение сохранение региональных политических режимов и, соответственно, целесообразность их изучения, но и переводят в плоскость риторического вопрос о соотношении формальных и неформальных институтов. Зато научную и политическую актуальность приобретает проблема демократии в современном мире, в особенности в глобализационном контексте, которая отнюдь не случайно была выдвинута Международной ассоциацией политической науки для обсуждения на очередном Всемирном конгрессе в июле 2006 г.

Следует упомянуть о том, что наряду с региональными отделениями РАПН и АПН в Перми действует Ассоциация политических экспертов и менеджеров, которая объединяет многих полит-технологов региона. Из членов РАПН в нее входят О.Б. Подвинцев и С.В. Неганов. О.Б. Подвинцев является одновременно директором Центра развития политической и правовой культуры, созданного в соответствии с Целевой программой развития политической и правовой культуры населения Пермской области на 2002-2006 гг. С.В. Неганов руководит Управлением внутренней политики областной администрации. В рамках реализации программы был проведен целый ряд мероприятий и выпущены сборники «Панорама исследований политики Прикамья».

В целом администрация Пермской области охотно идет на контакты с учеными-политологами, проводятся совместные научно-практические семинары и конференции, конкурсы научно-

исследовательских и креативных работ по актуальным для региона проблемам. Так, в 2005 г. был проведен конкурс студенческих креативных работ о Пермском крае и (совместно с РАПН) конкурс работ по региональной политической культуре. Пермские политологи поддерживают определенный баланс взаимоотношений с региональными властями: с одной стороны, стремятся не утратить связь и необходимую поддержку, с другой - оберегают свою независимость и самостоятельность.

В последние годы пермские ученые включились в процесс развития гражданского образования. В ПермГУ был создан Центр гражданского образования (руководитель доц. А. А. Борисов). Политологи вошли в состав общественного совета по гражданскому образованию при областной администрации, инициировали и провели ряд конкурсов для учителей области по теме «Власть и общество», которые способствовали выдвижению наиболее ярких и креативных учителей, интересующихся общественно-политической проблематикой, и их сплочению. В сфере гражданского образования политологи сотрудничают с такими организациями, как Общественная лаборатория «За гражданские ценности в образовании», Центр гражданского образования и прав человека, Мемориальный центр истории политических репрессий «Пермь-36».

К позитивным факторам развития политологии в регионе можно отнести благоприятный климат внутри научного сообщества Прикамья, для которого характерна низкая степень конфликтно -сти - возникающие противоречия разрешаются в ходе общепринятой практики научных дискуссий и обсуждений. До недавнего времени политическая атмосфера региона не была конфронтационной, расстановка политических сил отличалась плюрализмом, а удельный вес демократических сил был довольно велик, выше, чем по России в целом. Администрация предпочитала находить общий язык с представителями разных партий, сохранять консенсус во внутриэлитном взаимодействии. Доминировали тенденции преемственности и следования традициям. В такой ситуации и сложилось профессиональное разделение труда на технологов и политологов (исследователей, аналитиков, преподавателей и т.д.). От политологов при этом не требовалась демонстрация приверженности и даже лояльности к тем или иным политическим группам и к власти.

В последний год политическая ситуация стала быстро меняться, возникла конфронтация между политическими игроками, появилась ярко выраженная оппозиция губернатору. Радикально рыночные, тэтчеристские ориентации и стиль управления губернатора способствовали разрушению модели социальной политики в области. Из политического посредника и менеджера губернатор все больше превращается в единоличного руководителя края. Это создает принципиально иную политическую обстановку, интересную для анализа, но не слишком благоприятную для сообщества, в том числе политологического.

Надеюсь, региональное политологическое сообщество выдержит это испытание, подтвердит и свой статус, и свою институ-циализированность, и свою систему профессиональных и межличностных связей. Для этих надежд есть серьезные основания, заложенные предшествующим опытом.

В настоящее время более угрожающим для региональной политической науки представляется ослабление связей с коллегами из России. Масштабные и системные программы, поддерживаемые фондами, завершаются и пока не видно новых перспектив. Насколько мне известно, НФПК планирует обширную программу по Болонскому процессу. Однако не ясно, будет ли в нее вовлечен широкий круг университетских центров. Серьезные проблемы представляют включение России в Болонский процесс и разрабатываемые Министерством образования России планы составления реестра вузов, их формального деления по статусу. Это может перечеркнуть результаты всех предыдущих программ и прервать и без того тонкие связи между российскими политологическими центрами.

На данный момент единственным институтом, объединяющим политологов России, является РАПН. Ее конгрессы остались уникальным местом встречи для членов политологического сообщества страны. Виртуальные мастерские, к сожалению, до сих пор не развились в институциональную сеть. Финансовая поддержка научных проектов становится все более трудноразрешимой проблемой. Из-за особенностей правил европейских программ крайне трудно найти стимулы для сотрудничества с европейскими партнерами. Наибольшую сложность представляют вовлечение молодых кадров в исследовательскую и преподавательскую деятельность и сохранение их в этой сфере.

Складывается впечатление, что российская политическая наука оказалась на очередном витке развития, который характеризуется борьбой за выживание школ, направлений, институтов, политологического сообщества в целом. К счастью, сохраняются межличностные профессиональные связи. С них начиналось политологическое сообщество в России, на них до сих пор держатся РАПН и все еще хрупкая конструкция российской политической науки.