Сбережение недотраченного

Наблюдаемые в опросах инфляция и инфляционные ожидания населения в сентябре 2021 года впервые с начала года начали снижаться. Вопреки предположениям сентябрьские соцвыплаты населению заметного влияния на ожидания не оказали, зато повышение Банком России ключевой ставки и вызванный этим рост доходности депозитов возвращают интерес домохозяйств к сбережениям. Насколько надежной окажется конструкция, неизвестно: одновременно растет и потребительская уверенность, полный набор эффектов выхода из «ковидного» кризиса пока предсказать невозможно.

Банк России опубликовал данные сентябрьского опроса ИНФОМ об инфляции и инфляционных ожиданиях, в которых наконец уверенно отразились предпринимаемые ЦБ повышения ключевой ставки. Впервые с февраля 2021 года «наблюдаемая» населением инфляция снизилась — на 0,9 процентного пункта (п. п.) в августе (медианная оценка — 15,6%). При этом взгляды населения, имеющего сбережения, и без сбережений были однонаправленными: и в той, и в другой группе прямые оценки инфляции (напомним, они находятся в сложной зависимости от индекса потребительских цен Росстата, измеряясь по той же шкале — год к году, в данном случае цены сентября 2021 года к ценам сентября 2020 года) снижались до уровня мая—июня 2021 года.

Инфляционные ожидания на следующие 12 месяцев, по тем же оценкам, по крайней мере не росли (снижение к показателям августа на 0,2 п. п.), причем в группе со сбережениями снижение выражено менее (минус 0,1 п. п.), чем в группе без сбережений (минус 0,6 п. п.).

Можно предположить, что дискуссии о том, в какой степени «предвыборные» выплаты пенсионерам и военнослужащим в состоянии увеличить инфляцию, в сентябре в большей степени имели аудиторией людей с более высокими доходными показателями, среди которых доля сберегающих выше, тогда как в домохозяйствах без сбережений большее значение имели «натуральные» факторы, в первую очередь сезонное (со значимо сдвинутой в 2021 год на осень сезонностью) удешевление продовольствия. В любом случае выплаты оказались пока малозначимым эпизодом в инфляционной истории этого года. Как отмечают аналитики ЦБ, «значение баланса ответов на вопрос о качественном изменении будущей инфляции на месяц вперед в сентябре снизилось, на год вперед — незначительно увеличилось».

Рост депозитных ставок в банковской системе, вызванный предпринятыми ЦБ повышениями ключевой ставки, увеличил и склонность (и декларативную, и фактическую) домохозяйств к сберегательному поведению. «Доля тех опрошенных, кто считает, что свободные деньги сейчас лучше откладывать, возросла до 53% (+2 п. п. к августу). Однако она все еще меньше, чем до пандемии: в январе—марте 2020 года она составляла 55–56%»,— констатируют в Банке России.

Между тем и индекс потребительских настроений в сентябре продолжал расти, увеличившись к августу на 4,2 п. п., в основном за счет улучшения ожиданий.

Напомним, эта часть опроса призвана исследовать готовность населения тратить, а не сберегать, а существенное превышение платежеспособного спроса над предложением в связи с более быстрым, чем ожидалось, «постковидным» восстановлением экономики ЦБ считает базовым механизмом наблюдаемого в 2021 году всплеска инфляции. Какая из тенденций возобладает, неизвестно: очевидно, что в текущей ситуации любые подтверждения рисков «четвертой волны» коронавирусной пандемии в РФ осенью—зимой этого года будут охлаждать спрос и увеличивать сберегательные тенденции, любые свидетельства лучшего, чем ожидалось, положения дел в экономике — действовать наоборот, и предположительно скорость распространения «хороших новостей», исходя из практики 2021 года, существенно ниже, чем у условно «плохих новостей». Иными словами, более поздний рост заболеваемости COVID-19 и в РФ, и за ее пределами будет снижать темпы «остывания» инфляционных ожиданий, фиксируя их около показателей сентября: показатель в РФ неоднократно демонстрировал высокую инерционность, поэтому октябрьские данные почти неизбежно продолжат волну «остывания», вопрос лишь в скорости ее распространения.

Впрочем, реакция экономики на первые три «коронавирусные волны» (они существуют скорее в информационном пространстве, чем в описаниях эпидемиологов, которые более сложны) была различной, исключить, что «четвертая волна» будет так же, как и «вторая волна», иметь проинфляционное влияние, невозможно — хотя в теории оно скорее антиинфляционно. Инерционность же реакции сберегательного поведения домохозяйств на происходящее (как на ставку ЦБ и депозитов, так и ожидаемые колебания спроса) выше: опрос ЦБ аналитиков по-прежнему подтверждает «заякоренность» их ожиданий, они предсказывают возвращение в результате действий Банка России инфляции на уровень 4% в 2022 году, при этом вмененная инфляция по двухлетним ОФЗ непринципиально выше и этих ожиданий, и аналогичных показателей 2019 года.