ЗОЖ все проел

В России в последние годы власти пытаются вести борьбу не только с сигаретами и приходящими на их смену альтернативными продуктами, но и с некоторыми другими привычными гражданам товарами, которые потенциально могут нести вред здоровью. Однако предлагаемые меры — прежде всего введение акцизов на сладкие и соленые продукты — в условиях сокращения реальных доходов населения кажутся избыточными и вызывают негатив в обществе. Проявление столь активной заботы чиновников о здоровье граждан совпало с периодом падения доходов населения.

Число жителей России с диагностированным ожирением в 2017 году достигло 2 млн человек, или 1,32% от всего населения страны (в 2013 году эта доля была 0,99%). Такие цифры приводил Минздрав. Необходимость защитить россиян от ожирения и проблем со здоровьем в целом стала одним из поводов расширить перечень пищевых подакцизных товаров, включив в них так называемые вредные продукты с повышенным содержанием сахара, соли и жира. Активная дискуссия об этом ведется последние четыре года. Сейчас из потребительских товаров таким видом налогов облагаются только алкоголь и сигареты.

Президент не убедил

Первым под пристальное внимание законодателей подпал фастфуд. Влиять на его популярность предлагалось по прямой аналогии с табачной продукцией. Так, депутаты от ЛДПР еще летом 2014 года выступили с идеей размещать на упаковках с продуктами фастфуда «устрашающие» изображения, которые бы предупреждали о его вреде. Чуть позднее Российская партия пенсионеров за справедливость предложила взимать дополнительный налог на прибыль с предприятий быстрого питания — речь, правда, шла лишь об иностранных компаниях.

В послании Федеральному собранию в декабре 2014 года президент Владимир Путин отметил, что бизнесмены «справедливо говорят о необходимости стабильного законодательства и предсказуемых правил, включая налоги». В том же выступлении глава государства указал, что на четыре года нужно зафиксировать действующие налоговые условия. О словах президента «забыли» уже к декабрю 2015 года, когда в стране вовсю набирал обороты экономический кризис. В том месяце в Госдуму был внесен законопроект, устанавливающий акцизы на сладкие безалкогольные напитки и чипсы. А уже в феврале 2016 года премьер-министр Дмитрий Медведев поручил проработать расширение перечня подакцизных товаров. В поручении речь шла о введении дополнительных налогов на пальмовое масло, чипсы и газированные напитки с большим содержанием сахара.

Предполагалось, что введение акцизов должно повысить стоимость этих «вредных» товаров и, соответственно, снизить их потребление. Но вынесение этого вопроса на обсуждение объяснялось не только заботой о здоровье нации, но и потребностью пополнить бюджет. Наиболее вероятным казалось установление налогов на пальмовое масло (около $200 за тонну или акциз в 30% от стоимости), которое активно используется в кондитерской и молочной промышленности. Акциз на сахаросодержащие напитки в размере 5 руб. за литр планировалось ввести уже в 2017 году.

Активнее всех инициативы о введении акцизов на «вредные» продукты поддерживал Минздрав, но в самом начале дискуссии расширение списка подакцизных товаров одобряли и другие министерства: Минпромторг, Минэкономики, Минсельхоз и, конечно, Минфин. По подсчетам последнего, только налоги на напитки могли бы увеличить поступления в бюджет в 2017 году на 25 млрд руб., а в 2018-м — на 27 млрд руб.

Против планов ввести новые акцизы выступали производители продуктов, которых поддержала Федеральная антимонопольная служба. В ведомстве отмечали, что плюсы для казны неочевидны: введение акциза приведет к росту цен на продукты питания, сокращению объемов их производства, а также к закрытию предприятий. В Минэкономики позднее изменили свое мнение: министерство категорично заявило, что правительство отказалось от планов введения дополнительных налогов. Минфин, в свою очередь, в конце 2016 года тоже решил взять паузу, сославшись на то, что нужно изучить опыт других стран.

Акцизы оздоровили не всех

Акцизы на «вредные» продукты вводили многие государства. В ходе дискуссии об их введении в России, экспертный совет при правительстве РФ приводил в пример опыт Финляндии. Там благодаря принятой в 1970-х годах программе оздоровления нации за 30 лет удалось снизить смертность от сердечно-сосудистых заболеваний на 80% и увеличить на 13 лет продолжительность жизни. Программа предусматривала комплекс мер по снижению потребления продуктов с высоким содержанием жира, соли и сахара, снижению потребления алкоголя и табака, повышению физической активности.

Но успех у такой фискальной меры был не везде. Во Франции, в Венгрии, Норвегии, Мексике, США (там акцизы вводились в отдельных штатах) и некоторых других странах она принесла больше вреда, чем пользы. Как отмечают в Союзе производителей безалкогольных напитков (СПБН), в ряде государств дополнительные налоги привели к сокращению потребления населением товаров в подакцизных категориях в пределах всего 3–5%, то есть оздоровительный эффект от акцизов оказался минимальным. В 2017 году в интервью “Ъ” президент The Coca-Cola Company в Центральной и Восточной Европе Никос Куметтис, говоря об опыте США, указывал на то, что ни в одном штате введение акцизов не привело к значительному снижению потребления сахаросодержащих продуктов. Напротив, непредвиденным следствием акцизов стало сокращение рабочих мест в отрасли, замедление роста ВВП. «Совокупное потребление в категории остается прежним, но потребители начинают брать продукцию более низкого качества, которую можно купить дешевле»,— сетовал господин Куметтис.

В Мексике акцизы на сахаросодержащие напитки и высококалорийные продукты в 2014 году привели к закрытию в стране более 30 тыс. магазинов, поскольку под налог подпало более 50% ассортимента товаров, отмечает руководитель СПБН Максим Новиков. В ряде стран, в частности во Вьетнаме и на Филиппинах, доходы от акцизов не компенсировали полученные в результате значительные потери государственных бюджетов от недополученного НДС и налога на прибыль. В Дании, например, акциз на сладкие безалкогольные напитки действовал еще с 1930-х годов: последствием его введения стало то, что рынок страны заполнила похожая продукция из других стран Европы. В результате федеральный бюджет Дании, по оценкам ее правительства, ежегодно недополучал около €40 млн из-за сокращения поступлений НДС. В 2013 году акциз отменили.

Минздрав не сдается

Несмотря на негативный международный опыт и отрицательные отзывы внутри страны, российский Минздрав не оставляет попыток действовать именно через ограничения на «вредные» продукты, хотя само это слово под нажимом бизнеса исключили из официальных документов в связи с недоказанностью вредности. В стратегии здорового образа жизни до 2025 года (ее первая редакция стала обсуждаться с января 2018 года) такие продукты теперь указаны как «продукты, способствующие развитию ожирения, сахарного диабета, атеросклероза и гипертонии». Ввести акцизы Минздрав предлагал и на продукты с повышенным содержанием соли. Однако за соленые огурцы и квашеную капусту вступился Минсельхоз, заявив, что данные продукты — часть российского традиционного стола. Кроме того, отмечали в министерстве, их производство и без того падает, а введение акцизов приведет к закрытию части предприятий и замещению товарами из других стран.

В ноябре 2018 года тема «вредных» продуктов и необходимости их регулирования была снова поднята в рамках обсуждения национального проекта «Демография»: экспертный совет при правительстве предложил стимулировать потребление полезных продуктов за счет снижения НДС на них и введения акцизов на потенциально вредные. В очередной список помимо уже традиционной газировки (на нее предлагается установить акциз в 20% от розничной цены) вошли также продукты мясопереработки — колбасы и бекон, потребление которых предположительно может становиться причиной рака. На колбасы, по мнению авторов инициативы, должен действовать акциз в размере 160 руб. за 1 кг.

Риск возникновения некоторых видов рака вызывает только чрезмерное употребление копченостей, говорит, ссылаясь на данные Всемирной организации здравоохранения, руководитель исполкома Национальной мясной ассоциации Сергей Юшин. «В России нет проблемы избыточного потребления: россиянин в среднем потребляет 42–45 г колбасных изделий в день — это значительно ниже, чем в Италии, и этот показатель не растет уже много лет»,— отмечает эксперт. В группе «Черкизово» идею об акцизе называют нелогичной и странной: понятие «вредности» очень субъективно и связано в первую очередь с объемами потребления. В Минздраве уже поспешили откреститься от поддержки данной инициативы. Тем не менее глава министерства Вероника Скворцова призвала россиян все же сократить потребление таких продуктов.

«Говорить о вредных и полезных продуктах — абсолютно антинаучный подход»,— уверен господин Юшин. По его мнению, переходу людей на правильное питание будут способствовать не фискальные меры, а повышение доходов населения, программы поддержки людей с низкими доходами. В качестве примера таких программ эксперт привел давно обсуждаемую идею введения системы продуктовых карточек. Аналогичного мнения придерживается руководитель группы потребительских товаров Deloitte Оксана Жупина. Сейчас, считает она, борьба государства с проблемой ожирения разворачивается в ключе негативной мотивации. Успешным решением проблемы будет не просто отказ от потребления газированных напитков, а переход людей на осознанное потребление и здоровое питание. Такими мерами, полагает госпожа Жупина, могут стать, в частности, снижение ставки НДФЛ для отдельных групп граждан либо предоставление им специальных налоговых вычетов, включение диетолога и психолога в программу ОМС, разработка специальных пособий, нацеленных на повышение расходов на здоровый образ жизни у небогатых людей (например, оплата детских секций).

Как вы относитесь к предлагаемым чиновниками мерам регулирования вредных продуктов?

Прямая речь

Александр Малис, президент розничной компании «Евросеть»:

— Лично мне кажется, что, введя акцизы на «вредные» продукты, государство лишь подстегнет инфляцию. Реальное потребление сильно не снизится, а количество денег у населения реально уменьшится. В том числе и то, которое могло быть потрачено на полезные продукты.

Александр Соркин, ресторатор:

— Я думаю, что эти меры не имеют ни малейшего отношения к борьбе за здоровой образ жизни. Это чисто фискальные меры, которые мимикрируются под борьбу за здоровое питание и образ жизни.

Екатерина Гордон, телеведущая, правозащитник:

— Это, безусловно, не адекватные меры, и отнимать право выбора у людей нельзя. Если кто-то хочет питаться вредной едой, то это его частное право, и влиять на него с помощью подобных мер — большая глупость. Я в такие инициативы не верю, о том, как заботится государство о нашем здоровье, знаю по тому, что происходит с медициной в стране. Давайте оставим нам хотя бы наше право купить дешевый гамбургер.

Тутта Ларсен, телеведущая:

— Любые запретительные меры ни в коем случае не могут быть эффективным методом борьбы за что бы то ни было. Это только создает лишний ажиотаж вокруг этих продуктов, делает из них запретный плод. Я за просветительскую деятельность, за то, чтобы государство не вводило акцизы на алкоголь или какие-то вредные продукты, а повышало качество полезных продуктов и вело просветительскую деятельность в обществе. Чтобы, например, люди не травились паленой водкой, а пили хорошее вино, чтобы у них были на это средства.

Антон Табаков, бизнесмен, актер:

— Если они действительно хотят бороться за здоровый образ жизни, то это можно только поприветствовать. Я руками и ногами за, чтобы дети и взрослые не потребляли то количество вредных продуктов, которые сегодня едят. Я не уверен, что повышение цен — это правильный путь. Думаю, что есть и другие варианты. Если сработает — я буду счастлив. А если это делается, чтобы кому-то заработать, то это неправильный путь.

Борис Акимов, создатель фермерского кооператива LavkaLavka:

— Если смотреть на практику подобных явлений — акцизы на сигареты и алкоголь, наверное, можно сказать, что они снижают количество потребляемых продуктов. Кто-то задумывается о стоимости сигареты и, может быть, их не покупает. Как показывает практика, ограничения работают вкупе: акцизы и активная пропаганда, которая помогает направлять людей. Мне кажется, что в данном случае это просто какие-то отговорки про здоровый образ жизни. Есть много исследований, что если колбаса сделана из качественного мяса и без химии, то в ней ничего вредного нет. И какая колбаса — сыровяленая, вареная? Если копчение не применялось, нет канцерогена — это другой продукт. Если человек вместо колбасы купил кусок свинины, которая выросла накаченная гормонами и антибиотиками,— в этом нет пользы. Для того чтобы помогать людям переходить на здоровый образ жизни, надо на это комплексно смотреть. Если просто повысить стоимость колбасы, все сразу здоровыми не станут.

Ирина Гехт, зампред комитета Совета федерации по аграрно-продовольственной политике и природопользованию:

— На мой взгляд, запретительные меры — а к ним я отношу и повышение акцизов на газированные напитки, чипсы и другие не самые полезные продукты — должны быть элементом системы, а не основным мероприятием, направленным на стимулирование к здоровому образу жизни. Когда появятся системные меры — государственная политика, стратегия в области детского питания, комплекс образовательных мероприятий — тогда можно будет говорить и о введении акцизов как вспомогательного инструмента, направленного на сохранение здоровья наших детей.

Павел Медведев, финансовый омбудсмен:

— Абсолютно аморальная логика. Предлагающие эти меры люди хотят сделать дешевые продукты более дорогими. Для чего? Для того чтобы бедные люди получали более ценное питание? Но у них денег нет! 10% беднейших людей в России имеют на душу чуть более 5 тыс. руб. дохода. Следующие 10% — чуть более 10 тыс. руб. Какое тут здоровое питание — не умереть бы! Мне подобные предложения напомнили выступление на тусовке по закредитованности населения одного крупного чиновника, который предложил простой способ решения проблемы: запретить все виды кредитов, кроме ломбарда. Что идея акцизов на «вредные» продукты, что предложение этого чиновника — все это из серии не технических, а моральных ошибок.

Елизавета Арзамасова, актриса:

— К здоровому образу жизни отношусь с уважением. Сама я не живу в системе запретов и специально не слежу за питанием, но мне повезло, наверное, потому что большинство моих любимых продуктов — те, которые принято называть здоровыми. По поводу увеличения цен на вредные продукты сказать ничего дельного не могу. Вряд ли меня это очень расстроит. Но если говорить об адекватности, то нужно изучить статистику — стало ли меньше курильщиков конкретно после увеличения цен на сигареты, например. Если такая мера будет принята, то мне кажется, что было бы логично понизить цены на все.

Андрей Бильжо, художник, писатель:

— Я не слежу за весом, за едой, не пью газированную воду, никогда не пробовал кока-колу. Массовая еда мне не интересна. К еде отношусь как к дегустации. Про инициативу властей мой ответ: идите в жопу! Сделайте нормальную еду, альтернативу, где есть выбор у людей, у которых была бы нормальная зарплата. Нельзя лишать их удовольствия при их низкой зарплате пить газированную воду и есть чипсы, если они этого хотят.