Новые правила резервирования

Новые правила резервирования

Бархатная национализация финансового капитала

       Новые правила резервирования заставили коммерческие банки чувствовать себя как в "черный вторник". А то и хуже
       
Прибыль — странная вещь: вот она есть, и вдруг ее нет
       Ассоциация российских банков в минувшую среду провела пресс-конференцию, посвященную архиактуальному вопросу — выходу в свет Дополнения #2 к "Положению о порядке формирования фонда обязательных резервов коммерческих банков, кредитных учреждений в Центральном банке Российской Федерации". Он был передан банкам 14 апреля, а 18 апреля была разослана телеграмма ЦБ #50-95, дополняющая Дополнения #2.
       А дополнения эти таковы, что российские банкиры в ходе пресс-конференции утратили так свойственную им сдержанность. У корреспондента Ъ сложилось впечатление, что даже "черный вторник" 11 октября 1994 года и даже вызванная им волна обвинений в адрес банковского сообщества не приводили российских финансистов в столь решительное настроение.
       
---------------------------------------------------
Правительственная телеграмма
       
       Соответствии решением Совета Директоров Банка России начиная регулирования на первое мая 1995 года устанавливаются следующие нормы отчислений фонд обязательных резервов: по счетам до востребования и срочным обязательствам коммерческого банка до 30 дней — 20%, по срочным обязательствам свыше 30 дней до 90 дней — 14%, свыше 90 дней — 10%, по средствам на счетах в иностранной валюте — 1,5%...
       Росцентробанк, #50-95 Парамонова
       18 апреля 1995 г.
----------------------------------------------------
       
       Центральный банк никак не потрудился публично мотивировать появление новых правил, согласно которым резервированию подлежат теперь средства абсолютно на всех счетах, включая валютные. В ЦБ, возможно, имели в виду, что дополнительное резервирование вводится для повышения надежности и это, мол, должно быть и так ясно. Однако ЦБ не высказал своего мнения относительно того, как подобная мера скажется на состоянии банков. А вот сами банки провели исследования, которые однозначно показывают, что последствия близки к катастрофическим. По банкам в буквальном смысле пронесся стон: "Это была даже не последняя капля, переполнившая наше терпение, а целое ведро", — заявил президент Технобанка Гарегин Тосунян.
       По мнению некоторых финансистов, воплощение в жизнь Дополнения #2 сделает первое мая, день, когда дополнение вступает в силу, днем создания в России "Бухенвальда для банков". Как будет показано дальше, новые правила и в самом деле носят разрушительный характер для банковской системы в целом и потому никак не могут повысить ее надежности. То есть в данном случае средство пришло в явное противоречие с целью.
       
--------------------------------------------------------
       Выступавшие на встрече с журналистами банкиры неоднократно подчеркивали, что существенное изъятие прибыли банков катастрофически скажется на их клиентах и в целом на всей экономике страны.
--------------------------------------------------------
       
       Напомним, что опубликованное ЦБ Дополнение #2 является развитием январского решения ЦБ о создании обязательных резервов по счетам в иностранной валюте в размере 2%. Тогда коммерческие банки восприняли его с глухим недовольством, однако не стали учинять публичных протестов. Как говорят банкиры, им казалось, что с ЦБ возможен разумный компромисс, они надеялись, к их голосу прислушаются. После введения резервирования по валюте Ассоциация российских банков (АРБ) направила свой аргументированный протест в ЦБР, Госдуму, премьер-министру страны и стала ждать ответа. Он не замедлил явиться в виде Дополнения #2, согласно которому под резервирование дополнительно подпадали не только текущие и расчетные счета предприятий (как поначалу поняли банки), но и депозитные счета юридических лиц, счета нерезидентов и, уж полный конфуз, не явленный практикой ни одной страны мира — счета "лоро" (пассивные корсчета).
       
       В официальном заявлении АРБ сообщается, что обязательные отчисления в фонд обязательных резервов по счетам в иностранной валюте уже "сократили на 2 трлн руб. ресурсы коммерческих банков". Цена введения новых поправок, по подсчетам АРБ, составит 25 трлн руб., что практически означает удвоение фонда обязательных резервов комбанков на корсчетах в ЦБ.
       
-----------------------------------------------------
       По оценке президента АРБ Сергея Егорова, дальнейшее расширение базы резервирования выльется в $3 млрд прямых совокупных убытков для российских банков.
-----------------------------------------------------
       
       В выступлении президент АРБ Сергей Егоров мягко назвал ужесточение резервирования ЦБ мерой непродуманной. "Складывается такое впечатление, что ЦБР не просчитал всех последствий для коммерческих банков от ее внедрения, наши же просчеты увенчались печальным итогом", — сказал он. По свидетельству Сергея Егорова, консолидированная балансовая прибыль российских комбанков за прошлый год составила $5 млрд (или 25 трлн руб.), что и так на $1,3 млрд ниже уровня 1993 года. Чистая прибыль банков с учетом уплаты налогов исчисляется $2 млрд (или 10 трлн руб.). По словам президента АРБ, дальнейшее расширение базы валютного резервирования в итоге выльется примерно в $5 млрд, а значит, и в $3 млрд совокупных убытков для российских банков.
       Специфическая особенность валютного резервирования, отмечалось на встрече, состоит в том, что оно вовсе не валютное, поскольку фонды формируются в рублях (видимо, это связано с особенностями системы бухучета ЦБ). То есть коммерческие банки для создания упомянутых резервов при нехватке рублевых средств должны продавать на рынке валюту. А потом, с учетом падения курса рубля, бодро пополнять запасы, потому что инструкция ЦБ отнюдь не предусматривает механизма индексирования резервов (получается такой простенький налог на налог). Несложно догадаться, какие перемены ожидают рынки. Разовый выброс валюты если не опустит курс доллара, то остановит его. Курсовой дисбаланс немедленно отразится на эффективности экспортно-импортных операций. По словам президента Инкомбанка Владимира Виноградова, такой расклад "приведет к краху нефтегазового комплекса".
       Со своей стороны президент межбанковского объединения "Инвесткредит" (куда входят 50 комбанков из разных регионов России) Александр Малышев признался, что остатки на
       расчетных и текущих счетах клиентов "Инвесткредита" составляют 2,5 трлн руб., а для создания резервов потребуются 4,5 трлн руб. Для исполнения требований резервирования банкам придется покупать ресурсы на межбанковском рынке, неизбежно повышение процентных ставок МБК (по подсчетам специалистов минимум на 20%). Кроме того, вполне вероятно, что в какой-то ситуации банки окажутся не в состоянии оплачивать счета предприятий и таким образом неплатежи в народном хозяйстве дополнятся цепочкой неплатежей банков, которые могут вызвать серию их банкротств, и породить столь часто приводимый представителями ЦБ в качестве последнего аргумента "эффект домино". Александр Малышев также выразил опасение, что новация ЦБ способна разорить средние региональные банки, что негативно скажется на экономике регионов. "Самый мелкий банк нашего объединения — адыгейский — в масштабах республики считается лидером", — сказал банкир.
       
------------------------------------------------------
       Естественно, что новые условия резервирования будут по-разному тяжелы для разных банков. Конкретная сумма изъятий в резервы напрямую зависит от структуры портфеля пассивов банка. Можно однозначно утверждать, что наибольший абсолютный прирост резервов потребуется от банков, имеющих в основном валютные пассивы и валютную прибыль, то есть главным образом от банков, обслуживающих участников ВЭД, особенно экспортеров, поскольку специфика их обслуживания требует наличия больших пассивных остатков на корсчетах зарубежных банков. Впрочем, напомним, что банкам, извлекающим в основном валютную прибыль, недавно вышло послабление — отменено налогообложение прибыли по счету валютных разниц.
       В относительно большей степени пострадают банки, работающие на рынке более коротких депозитов, поскольку по ним установлены и более жесткие нормы резервирования, а также банки, имеющие большой портфель коротких депозитов.
       Относительно проще с новой напастью справятся банки, сделавшие ставку на получение не столько "маржевой" (экстенсивной) прибыли, сколько "дилинговой" — от мобильного управления ресурсами.
--------------------------------------------------------
       
       Советник правления Международного московского банка Олег Можайсков указал на то обстоятельство, что коммерческие банки лишены возможности оценить экономическую целесообразность ужесточения норм резервирования (если таковая имеется), поскольку ЦБР последние полгода не публикует сведений по денежной массе. Одновременно он усомнился в экономической обоснованности последних решений Банка России, справедливо полагая, что они вынуждают банки свои издержки хотя бы частично переложить на плечи клиентов. По словам советника ММБ, его банку потребуется дополнительно изыскать $22-23 млн для формирования резерва. Прибыль же банка сократится примерно на 50%. Вместе с тем, по мнению Олега Можайскова, принятые ЦБ меры не повлияют благотворно на снижение уровня инфляции — в значительной степени ее темпы предопределяются избыточными издержками в обороте предприятий (дорогими оборотными кредитами). Банк России же как раз и подхлестывает теперь кредитные издержки предприятий, чем стимулирует инфляцию. Таким образом, политика ЦБР, полагает Олег Можайсков, "демонстрирует удручающую преемственность гайдаровских традиций, а население страны окажется ограбленным вторично".
       Специалиста, много лет проработавшего в валютном дилинге Госбанка СССР, поддержала президент Автобанка Наталья Раевская. "Мне бы не хотелось, чтобы у общественности сложилось впечатление, будто коммерческие банки отстаивают только свои корыстные интересы. Банки будут вынуждены снизить ставки выплат по депозитам, в том числе для физических лиц, до 20-30% годовых". (О дивидендах акционерам вовсе придется забыть.) Подобный провал доходности по сбережениям населения, убеждены банкиры, чреват подрывом доверия со стороны населения к банковской системе в целом, и вкупе с банковскими неплатежами, эффектно сказывающимися на зарплате граждан, способны породить рост социальной напряженности. "Нужно ли это накануне выборов Президента, грамотно ли политически?" — задавались риторическими вопросами финансисты.
       Пытаясь мобилизовать для обеспечения резервирования десятки триллионов рублей, банки из нетто-кредиторов превратятся в нетто-заемщиков. Довольно забавной в этой связи воспринимается ретроспектива многочисленных призывов правительства к банкам об инвестировании в отечественную экономику. Да и с иностранными инвестициями, памятуя распространение "спецналога" на счета нерезидентов, похоже, придется погодить.
       Истощение казны коммерческих банков, считают специалисты, приведет к тому, что они окажутся не в силах создавать внутренние (собственные) резервы против сомнительной задолженности и резервы под обесценение бумаг, в то время как уровень средней просроченной задолженности по банковской системе составляет 20-25%.
       Банкиры акцентировали свое внимание на "бюджетных" аспектах проблемы. Снижение прибыли банков соответственно вызовет уменьшение размеров налоговых поступлений, а они, по утверждению президента Инкомбанка, достигают 40% от объема прибыли банков и 15-30% — от совокупных доходов федерального бюджета (последняя цифра приводится с учетом недобора по другим статьям). И уж полное недоумение у банкиров вызвала судьба программы на 1995 год по ГКО, которая, как известно, предполагала масштабную покупку комбанками этих госбумаг.
       В довершение всего, отвечая на вопрос, каким образом новый порядок резервирования отразится на судьбе банковского консорциума, инициированного Онэксим-банком, Владимир Виноградов сказал, что при вступлении правил в силу об идее консорциума придется забыть, поскольку денег на кредиты правительству у банков также не окажется: "Ну, наберется в итоге миллионов сто долларов — это же несерьезно".
       Присутствовавшие на встрече банкиры в один голос заверили, что они не противятся самой идее резервирования, исповедуемой национальными банками всего мира, но настаивают на взвешенном подходе ЦБР к изменениям в политике
       резервирования, в частности, к установлению норм отчислений. Ряд коммерческих банкиров призывали Банк России либо вернуться к прежнему порядку резервирования, либо, вводя новый, снизить размер резервных отчислений — как валютных, так и рублевых. Казалось, ЦБР услышал призыв подданных своих. В тот же день и. о. председателя ЦБР Татьяна Парамонова подписала телеграмму о снижении размеров отчислений по рублевым счетам с 22 до 20% и по счетам в иностранной валюте — с 2 до 1,5%. Правда, "откат" ЦБР с позиций был расценен банками, как демонстрация доброй воли, а не как стремление решить больной вопрос принципиально. "Это по существу ничего не меняет", — считают они.
       
Большая политика больших резервов
       На пресс-конференции АРБ в адрес ЦБ раздавались упреки: дескать, руководство Банка вовсе отказалось от встреч и консультаций с банкирами. А член правления Токобанка Борис Сергеев выразил удивление тем обстоятельством, что уже после подписания Дополнения #2 на встрече с банкирами министр экономики Евгений Ясин выразил полную неосведомленность о последних инициативах ЦБ.
       Мнение, что ЦБ единолично принял решение об изъятии у банков существенной части ресурсов, пожалуй, не совсем верно: ведь банкиры сами указали, что письмо с изложением их позиции было направлено премьер-министру и в ЦБ. Не затерялось же оно разом у двух адресатов.
       Открытым остается главный вопрос — для каких целей потребовалось заморозить десятки триллионов рублей? Внятный ответ на него вряд ли кто даст, а экспертам остается лишь размышлять. Памятуя, что на резервировании по всем счетам настаивали специалисты МВФ, можно предположить, что таким образом сделана попытка по рецепту Фонда снизить инфляцию в стране до искомой величины. Возможно, деньги потребовались на покрытие "военно-кассовых" расходов на Чечню... Однако хотелось бы верить, что эта война не превращается в мировую и, значит, не требует увеличения расходов в геометрической прогрессии.
       Помимо прочего, из всего вышеизложенного совершенно очевидно, насколько опасен эксперимент подобного "привлечения средств" для работоспособности банковской системы России и жизнеспособности национальной промышленности. Чтобы пойти на подобный шаг, у властей должны были быть очень веские резоны. Какие же цели превыше банковской прибыли? Вопрос излишен. Для России ответ традиционен — политические. Спору нет, найден великолепный источник, могущий в случае чего послужить целям финансирования предвыборной компании. И — что гениально — без увеличения денежной массы в обращении, без срыва обязательств перед МВФ.
       Возможен и другой вариант. Вполне естественно предположить, что переговоры с консорциумом банков, предложившим правительству кредит в 9,5 трлн рублей, могли бы продлиться вплоть до выборов. Ход этих переговоров, каким бы он ни был, вызвал бы в предвыборные времена вал критики в адрес правительства как со стороны противников "распродажи России", так и со стороны радикал-реформаторов, чьи сердца требуют "более решительных перемен". А нет консорциума — нет проблем, и, что существенно — все за те же деньги.
       Не исключено также, что правительство, чье внимание оказалось привлечено самими же банкирами к наличию у крупных банков как минимум 9,5 трлн руб. свободных средств, решило взять под контроль эти, а за заодно и прочие деньги — и прочих банков — без всяких там консорциумов и трастов. Однако, похоже, переборщили...
       Можно предположить также, что наиболее мощные промышленные генералы в принципе не захотели, чтобы их пакеты упоминались в связи с возможной передачей их в траст кому бы то ни было. И опять-таки: нет консорциума — нет проблем.
       В заключение отметим, что если эти наши предположения не лишены оснований, нет оснований разделять и оптимизм некоторых наблюдателей, предрекающих, что ЦБ отступит со своих позиций под нажимом критики.
       
P.S. Спросил как-то Ильич горько плачущего мальчика:
       — Что ты плачешь, мальчик?
       — Хулиганы отняли копеечку!
       — На тебе копеечку, мальчик.
       Мальчик заплакал еще горше. Ильич спросил:
       — Что же ты теперь плачешь, мальчик?
       — Кабы хулиганы не отняли копеечку, было бы у меня теперь две копеечки!
       Осерчал Ильич. Отобрал у глупого мальчика копеечку. И шапку отобрал. И варежки.
       
       Никита Кириченко