Дача Гаусвальд: исчезающий модерн

Особняк, вернее, дача Гаусвальд на Каменном острове, построенная в 1898 году, — не только один из ярких образчиков модерна, каких в Петербурге немало. Общепринятым считается, что здание — чуть ли не первая малоэтажная деревянная постройка в этом стиле не только в Северной столице, но и в России.

1 / 2

Необычность и некая декоративность здания определили его кинематографическую судьбу в советские годы. Дом "снимался" у Яна Фрида ("Дон Сезар де Базан" и "Летучая мышь"), а у Игоря Масленникова стал особняком Ирен Адлер в "Приключениях Шерлока Холмса и доктора Ватсона". Да и до этого много всего было. Но больше не будет — есть такие опасения. Сегодня деревянные конструкции дома 32 на 2-й Березовой аллее неумолимо разрушаются, уникальное здание обветшало и являет собой печальное зрелище. Однако охранник имеется — правда, на какую компанию он работает, не знает, и что охраняет — тоже. Если здание постигнет судьба многих безвозвратно потерянных, то на этом месте выстроится несомненно что-нибудь элитное. Каменный остров — в числе самых дорогих и престижных мест Петербурга.

Булочник

Свое название — дача Гаусвальд — дом получил по фамилии первых владельцев. Булочный мастер построил его для своей жены, Евгении Карловны Гаусвальд, по проекту архитекторов Владимира Чагина и Василия Шене.

Уже через два года после строительства этого особняка, в 1900-м, Владимир Иванович Чагин — выпускник Императорский академии художеств, ревизор-техник контроля Министерства Императорского двора, архитектор с несколькими крупными проектами за плечами, позднее — владелец двух собственных доходных домов в Москве, станет служить при кабинете Его Императорского Величества. Что не помешает ему после революции остаться в СССР и работать с крупными проектами: была и реконструкция жилых домов, и восстановление интерьеров Сандуновских бань в Москве. В 1948 году архитектора похоронили на Введенском кладбище в Лефортово.

Большинство своих работ в стиле петербургского модерна, одним из основоположников которого москвич Чагин и является, он реализовал вместе с архитектором Василием Ивановичем Шене. О последнем известно не так много. Собственный особняк и небольшой парк на Крестовском острове у него в 1916 конфисковали за долги. Дата смерти неизвестна, в разных источниках указывается "после 1935?". Но работы Шене пока еще живы: четыре дачи на Каменном острове (включая собственную, так и незаконченную), доходный дом Н. В. Чайковского на Невском, 67, особняк Кельха на ул. Чайковского, 28, еще несколько доходных домов в историческом центре Северной столицы.

Непростым человеком был булочный мастер и счастливый муж Гаусвальд, раз привлек модных архитекторов к постройке собственной дачи на Каменном острове. В то время Каменный — и бывшая собственность императорской фамилии, и суперэлитный коттеджный поселок. Среди его обитателей — купец Елисеев и промышленник Путилов, адвокат Плансон и профессор Бехтерев, основатель Харбина инженер Свиягин.

Но вернемся к даче. Особняк Гаусвальд — редчайший образец петербургского модерна в деревянном зодчестве воплотил многие характерные черты стиля: подчеркнутая асимметрия силуэта здания, сложная, изломанная линии крыши и порталов. К деревянной двухэтажной части здания примыкает одноэтажная часть с полукруглым порталом. С юга комплекс дополняют две деревянные террасы, оформленные четырьмя каменными столбами, а с севера — полукруглая каменная башенка с полуциркульными окнами. Цокольный этаж выполнен из бутовый плиты (бутовый или ломовой камень получается из известняков и песчаников). Кстати, эта плита — своеобразная "визитная карточка" особняков на Каменном, она так или иначе использовалась при оформлении чуть ли не каждого второго здания.

Жилые комнаты хозяев находились на первом этаже, второй был отдан под гостевые и кабинет. Дача делилась на две части: служебную — юго-западную и жилую — северо-восточную. Кухня, буфетная и комнаты для прислуги имели отдельный вход. Считается, что планировка, некоторые элементы декора и функциональное деление здания почерпнуты создателями проекта из архитектуры классических английских коттеджей. Некоторые исследователи истории архитектуры, правда, считают стилем-прототипом дачи Гаусвальд не "английский" а "баварский". Что не меняет дела: стильный и импозантный снаружи, изнутри коттедж оставался уютным и продуманным до мелочей жильем.

Луначарский

После революции Каменный остров, превратившийся в остров Трудящихся, обезлюдел. Прежние жильцы дач исчезли, а собственно трудящиеся еще не появились — война, разруха. Зато у некогда элитного района появились новые "хозяева" — беспризорники. Возможно, именно поэтому советская власть решила разом национализировать особняки и передать их в ведение детской колонии. Чтобы, так сказать, далеко ходить не надо было. Так дача Гаусвальд стала домом для 3-й детской колонии имени Луначарского.

Сам нарком просвещения (а впоследствии академик АН СССР) Луначарский, несмотря на неоднозначность в качестве политической фигуры, был человеком интеллигентным. По свидетельству Льва Троцкого, "Луначарский был незаменим в сношениях со старыми университетскими и вообще педагогическими кругами, которые убежденно ждали от "невежественных узурпаторов" полной ликвидации наук и искусств. Луначарский с увлечением и без труда показал этому замкнутому миру, что большевики не только уважают культуру, но и не чужды знакомства с ней. Не одному жрецу кафедры пришлось в те дни, широко разинув рот, глядеть на этого вандала, который читал на полдюжине новых языков и на двух древних и мимоходом, неожиданно обнаруживал столь разностороннюю эрудицию, что ее без труда хватило бы на добрый десяток профессоров". Несмотря на это и огромный опыт просветительской работы, дело перевоспитания трудновоспитуемых в колонии имени наркома шло неторопливо. И об уюте и внутренних интерьерах дома пришлось забыть.

Мальчишки. Беспризорники. Жильцы элитного особняка. Начиналось все с мелочей. Один из воспитанников, Н. А. Бейнар, пишет: "...Высота окна в столовой была в два этажа, внутренняя рама которого отделана разноцветными стеклышками, изображавшими цветы с зелеными листочками в свинцовой тонкой окантовке. Конечно, эти красивые стекла не давали покоя детским рукам. Они выковыривались из свинцовой окантовки. Свинец шел на грузила к удочкам, а красивые круглые, разного цвета толстые стеклышки находили применение в какой-нибудь игре или на что-то обменивались...". Растаскивание всего, что привлекало пытливые детские умы, продолжалось до 1923 года, когда дача Гаусвальд приняла новых хозяев и стала санаторием-профилакторием Ленинградского металлического завода.

Потекла тихая номенклатурная жизнь. Остров Трудящихся получил кличку "остров высоких заборов", превратившись, по сути, в комплекс номенклатурных дач, и стал довольно далек и от социальных потрясений, и от нужд трудящихся.

Белый гриб

Губительным временем для особняков на Каменном оказались годы "перестройки". Памятник архитектуры местного значения дача Гаусвальд, приобретенная в 1990-х частной компанией, почти двадцать лет простояла заброшенной и холодной. Вспомнили о ней только в 2008-м: на заседании совета по сохранению культурного наследия (КГИОП) при правительстве Петербурга был рассмотрен вопрос о даче Гаусвальд.

Собственно, вопрос к тому моменту уже отпал. Как пояснил тогда заместитель директора компании "Спецпроектреставрация" Михаил Мильчик, около 85% деревянных конструкций уничтожено белым древесным грибом, разрушающим древесину.

Приговор: дача будет снесена. Возможная поправка: будут разобраны, а после воссозданы деревянные конструкции, при этом каменная часть сохранится в первозданном виде. При этом за коттеджем даже может сохраниться статус памятника архитектуры (с внесением соответствующих уточнений в список памятников архитектуры). Сейчас особняк по-прежнему в аварийном состоянии. А внутренние интерьеры дома потеряны безвозвратно.