Заслуженные мигранты РФ

29 августа президент России Владимир Путин встретился с главой Федерального агентства по делам национальностей Игорем Бариновым и согласился, что стране нужны адаптационные центры для мигрантов. Специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников считает, что эта идея по крайней мере рискованная.

1 / 2

Владимир Путин, встретившись с Игорем Бариновым в своем рабочем кабинете в Кремле, предложил начать с обсуждения глобальных вопросов. То есть господин Баринов пошел на карантин, который в этом случае не назовешь принудительным. Он в данном случае именно добровольный: участнику встречи с президентом предлагают разные форматы, и такой формат — его личный выбор. И не надо думать, что каждый собеседник Владимира Путина, если в нем есть капля здравого смысла, выбирает встречу с глазу на глаз, или вернее глаза в глаза. Есть люди, которые избегают именно этого. Для них существует видео-конференц-связь. Впрочем, есть смельчаки (они есть), которые ради встречи с президентом не готовы вычеркнуть десять дней из своей жизни, в том числе и личной.

— Если оценивать ситуацию в этноконфессиональной сфере в целом, то она стабильная,— сообщил Игорь Баринов.— Об этом говорят и результаты социологических исследований.

Игорь Баринов готовился, похоже, рассказать то, о чем вслух вообще, как правило, не говорят. Слишком уж деликатная это тема. Слишком уж лучше об этом не надо.

— В период коронавирусных ограничений,— тем не менее продолжал господин Баринов,— некоторые наши показатели понизились, и это, наверное, было объективной ситуацией. Мы оцениваем это как общее социальное ухудшение самочувствия наших граждан.

Тут весь вопрос, какие показатели он, глава агентства по делам национальностей, считает «нашими». Какие они у него?

— Но сейчас,— заверил он,— мы вышли вновь на позитивную, положительную, динамику, и 80,7% населения оценивают межнациональные отношения (очевидно, между россиянами.— А. К.) позитивно, а 81,4% — этноконфессиональные. Есть еще такой очень важный показатель, как общероссийская гражданская идентичность. Он тоже вернулся на достаточно высокий уровень — 93,4%.

Такой показатель, как общероссийская гражданская идентичность, по идее сейчас вообще должен зашкаливать. Ведь те, кто против нас, уже не с нами.

Между тем, оказывается, в агентстве занимаются мониторингом и самого чувствительного в человеке, то есть, к примеру, этноконфессионального и межнационального.

Что это в точности такое, вряд ли те, кто занимаются, смогут объяснить. Достаточно того, что занимаются.

— Мы понимаем, что наша сфера очень чувствительная для людей, и не собираемся почивать на лаврах,— добавил между тем Игорь Баринов (с ударением на первом слоге в слове «почивать», поэтому оно звучало в точности как «потчевать»; а может быть, Игорь Баринов его и имел в виду и хотел сказать, что на этих лаврах, которые, скорее всего, являются какой-то просто отдушкой, у него нет даже в мыслях сидеть и закусывать.— А. К.).— Потому что негативные моменты, негативные аспекты, риски в нашей сфере никуда не делись, а с началом специальной военной операции добавились и новые! Мы видим, как наши оппоненты на Западе пытаются дискредитировать государственную национальную политику.

— Они всегда пытаются это сделать,— к сожалению, приободрил его Владимир Путин.

Не надо было этого делать, ибо Игорь Баринов внезапно и окончательно воодушевился. К тому же, наверное, отсутствие живого слова, обращенного к нему в прошедшие десять дней, давало о себе знать. То есть мы сейчас имели перед собой расчувствовавшегося Игоря Баринова (нет, не мы, а господин Путин).

— Да, они изменили акценты, терминологию поменяли и сейчас говорят уже не об «экспорте демократии», а о «деколонизации» России! — воскликнул Игорь Баринов.— Уже посчитали, на сколько частей нас поделить, какое предельное количество граждан должно на этих частях проживать. Но только, видимо, они плохо знают историю Российской Федерации!

Голос его, если можно так выразиться, зазвенел:

— Мы никогда не были колониальной державой и формировались на совершенно других принципах и по другим принципам жили. О них, кстати, очень хорошо написал русский философ Иван Ильин (Игорь Баринов, очевидно, полагал, что он знает, кого процитировать.— А. К.): «Всех соблюсти, всех примирить, каждому дать возможность молиться по-своему, трудиться по-своему, а лучших отовсюду привлечь к государственному и культурному строительству». Кстати, эту цитату тоже использовали десять лет назад, когда вышла ваша статья о национальном вопросе.

Могло показаться, что эту цитату использовали против Владимира Путина. На самом деле ее использовал для себя сам Владимир Путин.

— В нашем обществе мало находится людей, которые подвергаются этому влиянию,— продолжил господин Баринов.— Идут обратные процессы — консолидации! Видимо, это такая особенность нашего народа: когда страна сталкивается с серьезными вызовами, мы забываем о каких-то проблемах, личных обидах, негативных стереотипах и становимся единым целым, консолидируемся.

И даже особого мнения быть не может? А про себя подумать можно? А, позже...

— И подтверждение этих процессов в обществе на сегодняшний момент — та работа, которую мы проводим с нашими крупнейшими национально-культурными и общественными объединениями по гуманитарной помощи республикам Донбасса,— могло показаться, что Игорь Баринов в своих рассуждениях метнулся куда-то в сторону, но это было не так.— Фактически с самого начала специальной военной операции мы начали формировать гуманитарную помощь, гуманитарные конвои... Я бы хотел рассказать про Лисичанск, туда мы гуманитарную помощь доставили вообще первыми буквально через несколько дней после освобождения и вместе с «Единой Россией» открыли гуманитарный центр. Общественники из Волгограда привезли все необходимое для плова — два огромных казана, накормили всех, кто в этот день пришел к гуманитарному центру. И потом мы во дворе школы развернули стометровый флаг Российской Федерации!

Надеюсь, дело было не в том, что собрать достаточное количество людей для развертывания флага без плова могло не получиться.

— И я вам скажу,— продолжал он,— что это объединение и консолидация проходят не только внутри страны, они еще более быстрыми темпами идут там, на передовой, между ребятами, которые плечом к плечу борются с нацизмом на Украине. Да, они разных национальностей, из разных субъектов, разных религий. Вообще, есть такая поговорка, что в окопах атеистов нет. Наверное, она правильная.

Игорь Баринов говорил таким образом ни много ни мало о новой религии.

— Для меня ярким таким примером был ролик,— добавил глава федерального агентства,— который записали бойцы полка специального назначения имени Героя России Ахмата-хаджи Кадырова из Чечни и казаки отдельного казачьего полка имени Матвея Платова — это, если не ошибаюсь, было после освобождения Северодонецка. Они, обнявшись, скандировали: «Ахмат — сила! Казаки — сила! Вместе мы — сила!» Вместе мы на самом деле сила, и никому нельзя дать возможность это единство разрушить!

Попробуй тут возразить. Я вот, например, даже пробовать бы не стал.

— Миграционные процессы, они сложные, важные, мы понимаем, что экономика нуждается в притоке иностранной рабочей силы, но, к сожалению, эти процессы иногда формируют, фактически меняют этнокультурный ландшафт на отдельных территориях,— так же внезапно, как делает, видимо, и все остальное, перешел к новой и очень острой теме Игорь Баринов.— Возникают риски формирования анклавов, растет этническая преступность, некоторые направления рынка труда испытывают очень серьезное давление. Естественно, идет обратная реакция, часто она негативная от принимающего сообщества, от наших граждан. И здесь, мне кажется, очень важно усилить работу по социокультурной адаптации мигрантов.

Интересно было, как удастся объяснить борьбу с этими тревожными тенденциями с точки зрения укрепления единства силы.

— Мы с коллегами по правительству, это девять федеральных органов исполнительной власти, и Генеральной прокуратурой сейчас начали работу над новым комплексом мер по недопущению пространственной и социальной изоляции мигрантов и считаем, что надо эту работу усиливать с привлечением общественных, религиозных организаций,— объяснил Игорь Баринов.

— Начинать нужно еще на родине потенциальных мигрантов,— рискованно заметил господин Путин.

— Да. В странах исхода тоже нужна эта работа, вы правы абсолютно! — поддержал Игорь Баринов.

В его словах звучали уже библейские нотки.

— Коллеги наши согласны с этим, они готовы подключаться,— одобрительно заметил президент.— Я со многими коллегами разговариваю, многие уже подключились, нам нужно просто больше активности в этом отношении проявлять (насчет недопущения пространственной и социальной изоляции мигрантов.— А. К.). Там никто не против, никто не возражает! Наоборот, в Узбекистане, в Таджикистане, в Кыргызстане — пожалуйста, они все с удовольствием это делают! Нам нужно только активнее там себя вести, они даже в этом заинтересованы. Они прекрасно отдают себе отчет в том, что люди, когда уезжают с родины и приезжают к нам, должны быть адаптированы, должны знать нашу культуру, язык, знать российское законодательство. Конечно!

На самом деле Игорь Баринов получал сейчас добро на очень серьезные действия.

— На сегодняшний момент мне кажется, что эту работу надо усиливать, и мы смотрим, что по практике, как правило, один из наиболее эффективных механизмов — это все-таки (то есть были дискуссии.— А. К.) создание адаптационных центров, а у нас сейчас этой инфраструктуры нет.

— Имеется в виду в России? — словно бы удивился господин Путин.

А может быть, и в самом деле хотел уточнить.

— Да! — воскликнул Игорь Баринов.— И если вы позволите, то мы бы с коллегами начали эту работу, может быть, на нескольких пилотных регионах...

— Давайте,— согласился президент.— Люди должны понимать: если они приезжают в Россию, они должны уважать наши обычаи, наши традиции, знать и соблюдать российские законы.

Это прозвучало еще жестче. Дмитрий Рогозин стоял на таких фразах, в свое время создавая не «Роскосмос», конечно, а партию «Родина».

— И когда это все можно сделать в одном месте — и узнать о традициях, обычаях, культуре, и получить правовую поддержку и даже психологическую, потому что, как говорят психологи, мигрант испытывает очень большой стресс…— кажется, Игорь Баринов даже не верил, что его сейчас так торжественно и публично благословляют.

— Конечно, отрыв от родины, от семьи, от близких, от друзей,— сочувственно заключил Владимир Путин.— Это понятно.

Именно с точки зрения максимального сочувствия к мигрантам, таким образом, в стране появятся адаптационные центры, и сразу найдутся желающие, которые назовут их трудовыми, а вернее фильтрационными.

И не центрами, а лагерями.

И тут уж хоть будет понятно, на что расходовать такие высокие показатели российской гражданской идентичности, межнационального и этноконфессионального единства.

На святую идею создания адаптационных центров.

Ибо показатели эти просто рухнут.