Игра в монополию

Игра в монополию

13 января 2014
Материал опубликован в № 12 корпоративного журнала «Газпром»

Кто боится либерализации газового рынка

Подготовленный Федеральной службой по тарифам проект постановления Правительства, который даст возможность «Газпрому» реализовывать газ покупателям, чей годовой объем потребления превышает 100 млн куб. м, со скидкой до 20% от регулируемой цены, всколыхнул газовый рынок России. Его участники и эксперты по-разному отреагировали на эту инициативу, высказывая самые противоречивые мнения. Общим в них было то, что предлагаемая правительством мера рассматривалась исключительно как тактическая, вызванная текущей ситуацией в экономике. Мало кто увидел в проекте постановления один из очередных и важных этапов на пути создания в России полноценного цивилизованного рынка газа.

Вопрос, когда в России появится полноценный рынок газа, скоро перейдет в разряд риторических, поскольку попытки сформировать рыночные отношения в газовой отрасли предпринимаются уже полтора десятилетия, но до искомого результата пока далеко. Недавно об актуальности этой проблемы вновь напомнили участники круглого стола «Законодательное обеспечение совершенствования рынка газа в Российской Федерации», проведенного комитетом Государственной думы по энергетике, а также форума «Газ России — 2013». На обоих мероприятиях (а оба они проходили в середине ноября) в унисон звучали призывы разработать целевую долгосрочную модель рынка газа в России.

Цели ясны, задачи определены

В создании такого рода стратегического документа, возможно, действительно имеется необходимость, если не забывать только, что принципиальные моменты, касающиеся совершенствования рынка, уже неоднократно были озвучены, в том числе и в официальных документах (постановлениях Правительства, к примеру). Искомая целевая модель должна собрать воедино и систематизировать все планируемые мероприятия, а не изобретать велосипед, выдвигая некую принципиально новую концепцию, поскольку по определению нет и не может быть никакого иного рынка газа, кроме как базирующегося на трех ключевых элементах, трех китах, если можно так выразиться. Первый — отказ от государственного регулирования оптовой цены, то есть переход на рыночное ценообразование (государственное регулирование распространяется только на монопольные виды деятельности — транспортировку по сетям, хранение в подземных хранилищах газа, ПХГ). Второй — создание системы торгов, предполагающих параллельную торговлю финансовыми производными и физическими объемами газа с использованием бирж и торговых систем, как это предусмотрено Федеральным законом «Об организованных торгах». Третий момент — создание рынка мощностей по транспортировке, обеспечивающего доступ всех участников газового рынка к единой системе газоснабжения на условиях равноправной конкуренции.

В отношении необходимости появления такой триады российское Правительство и участники газового рынка уже давно пришли к консенсусу, но воплотить ее в реальность пока не удается (при благоприятном развитии событии эта модель должна была бы заработать еще пару лет назад). Все время находятся сдерживающие факторы и разного рода «овраги», не позволяющие сделать былью полноценный рынок газа. Количество препятствий постепенно уменьшается, и сейчас остается устранить (на уровне государственных решений) последние препоны и приступить к запуску всех трех механизмов. Однако принятие подобного рода решений осложняется деятельностью антигазпромовского лобби, которое уже много лет пытается навязать точку зрения, согласно которой созданию полноценных рыночных, то есть основанных на равной конкуренции, отношений препятствует «Газпром», стремящийся удержать свое монопольное положение в газовой сфере. Факты и цифры, однако, достаточно красноречиво опровергают этот идеологизированный подход.

Начать с того, что именно «Газпром» является автором ряда инициатив, направленных на развитие рынка газа. В первую очередь стоит отметить запуск в 2006 году спотовой торговли физическими объемами газа на электронной торговой площадке ООО «Газпром Межрегионгаз». Работа площадки получила высокую оценку всех без исключения участников рынка (производителей и потребителей газа). С 2009 года торги на площадке прекратились по причине отсутствия необходимых решений Правительства, которые бы санкционировали их продолжение. Поэтому не вина «Газпрома», что разработанная им программа электронной спотовой торговли уже несколько лет остается невостребованной.

Доля независимых производителей газа на российском рынке и объемы их добычи с 2000 по 2012 годы выросли втрое.

Монополия на долги и убытки

Следующий момент — доля независимых производителей газа (НП) на российском рынке и объемы их добычи с 2000 по 2012 год выросли втрое. Да, за «Газпромом» сохраняется более 70% от общего объема поставок российским потребителям, и вроде бы монополизм налицо. Только какой-то он своеобразный получается. Посмотрим для примера на такие цифры. В структуре потребления газа категориями российских потребителей доля населения составляет 11%, но в объемах газпромовских поставок на внутренний рынок абоненты — физические лица составляют уже 20%. На коммунально-бытовые нужды идет 8% от общего объема потребляемого газа, но в доле газпромовских поставок эта цифра опять в два раза выше, то есть свыше 90% социально значимых потребителей России обеспечивает газом «Газпром» (НП работают с ними лишь в нескольких регионах). Здесь он и вправду выступает монополистом, но имеет от этого только головную боль. Цена газа для населения, как известно, на 20% ниже, чем для промышленности, а расходы на сбытовые услуги заметно выше (поэтому во всех странах газ для населения стоит дороже). Коммунальный же сектор славится своей невысокой платежной дисциплиной (с населением, кстати, тоже имеются такие проблемы) и накопил долгов перед «Газпромом» на сотни миллиардов рублей.

Зато в премиальном сегменте поставок голубого топлива на отечественные электростанции и промышленные предприятия НП (по итогам 10 месяцев текущего года) застолбили за собой уже свыше 40% реализуемого газа и не намерены на этом останавливаться. О «географическом» неравенстве, связанном с наличием в России регионального перекрестного субсидирования (когда в ценах на газ для субъектов РФ не учитываются объективные затраты, связанные с транспортировкой голубого топлива от основных газовых промыслов), можно даже и не вспоминать. Уже многократно говорилось о том, что независимые предпочитают работать на «коротком плече», то есть в местах, не столь отдаленных от основных газовых промыслов (75% их поставок приходится на четыре субъекта РФ), что обеспечивает им наибольшую маржу.

Таким образом, надо понимать, что основная часть достижений НП на ниве газоснабжения в первую очередь обеспечена лояльностью к ним со стороны «Газпрома» (ежегодно увеличивающего объемы доступа независимых к единой системе газоснабжения) и государства (изначально предоставившего НП возможность продавать газ по нерегулируемым ценам, а также льготная ставка налогообложения и т. д.), что позволяет НП чувствовать себя на российском «неполноценном» рынке весьма комфортно. Обласканы они также СМИ (отечественными и зарубежными) и значительной частью экспертного сообщества, которые объясняют успехи независимых их большей эффективностью в сравнении с «Газпромом». В этих условиях дальнейшее совершенствование газового рынка является для НП вопросом второстепенным, поскольку статус-кво их вполне устраивает. Независимых производителей теперь больше интересует вопрос максимизации прибыли за счет увеличения своей доли в поставках газа крупным отечественным потребителям, а также выход на зарубежные рынки.

Неудивительно, что идея разрешить «Газпрому» продавать газ ниже цены Федеральной службы по тарифам (ФСТ) не получила одобрения у НП. Казалось бы, чего им, эффективным, беспокоиться, ведь предоставленная «Газпрому» возможность проявлять гибкость (за которую так хвалят независимых) лишь ставит его в равные с НП конкурентные условия. Но главный плюс здесь заключается в другом. В условиях неразвитости конкуренции на отечественном газовом рынке, на котором присутствует лишь несколько крупных производителей газа, один из которых доминирующий, и где в настоящее время предложение существенно превышает спрос, разрешением продавать «Газпрому» газ ниже цены ФСТ государство фактически осуществляет политику либерализации рынка газа. Основную выгоду извлекут потребители, получающие возможность расширить выбор поставщиков на приемлемых для себя условиях и одновременно гарантирующие себе защиту от ценового сговора нескольких крупных производителей газа. Наверняка НП это понимают, но коммерческие интересы превалируют над общим долгосрочным интересом всех участников газового рынка — созданием на нем цивилизованных правил игры.

Если же смотреть дальше, то принятие данного постановления позволит снять проблему регионального перекрестного субсидирования для большой группы регионов на севере и востоке Европейской части России, а также Западной Сибири. Стоимость газа в них выйдет на объективные параметры (добыча + транспорт + прибыль), после чего госрегулирование оптовой цены голубого топлива (кроме поставок населению) в данных регионах окончательно станет анахронизмом. Однако в западных и южных регионах цена газа будет оставаться искусственно заниженной, то есть там по-прежнему будет доминировать «Газпром» — не потому что ему так нравится, а потому что у НП по-прежнему будет отсутствовать интерес к этим территориям. Получится, что на востоке страны мы получим относительно конкурентный рынок, а на западе и юге сохранится старая распределительная система. Противоестественность такой ситуации станет дополнительным стимулом для окончательного решения проблемы региональной газовой «перекрестки», к которой государство подступается уже много лет, но пока безуспешно.

Вопрос цены

Уход от государственного регулирования цен на газ в целой группе регионов неизбежно обострит вопрос объективного и прозрачного ценообразования уже на рыночных условиях, которое бы исключило возможные манипуляции и недобросовестную конкуренцию. Рациональное решение этой проблемы возможно через систему организованных торгов (ОТ), включающих и спотовые продажи физических объемов газа, и торговлю финансовыми производными. ОТ в режиме спот позволяют потребителям не только оперативно приобретать дополнительные объемы газа, необходимость в которых возникает в случае неожиданных изменений погоды или рыночной конъюнктуры, но также дают ценовую индикацию для покупателей и продавцов, работающих на основе прямых долгосрочных договоров. Торговля же финансовыми производными создает условия для хеджирования контрактов на поставку физических объемов, заключенных по прямым контрактам. То есть ОТ выступают в двух ипостасях: торговые системы как инструмент рыночной торговли газом и биржи как инструмент ценообразования и хеджирования.

В целом, если брать структуру договоров поставки газа, классифицируя ее по срокам поставки, то наиболее рациональная модель торговли газом должна выглядеть следующим образом. Долгосрочные договоры (от одного до пяти лет); годовые договоры; сезонные договоры; договоры спот (поставка в течение месяца, недели, следующих суток, текущих суток). Такая модель к настоящему времени уже работает в ряде стран.

Долгосрочные договоры и годовые договоры в мировой практике являются предметом двусторонних отношений. Формулы цен по ним определяются экспертами компаний, заключающих договоры, которые используют различные индексы, ориентируясь в первую очередь на стоимость нефтепродуктов, а также на форвардные и фьючерсные контракты торговых систем. Кроме того, привлекаются консалтинговые компании, которые на основе собственных опросов и расчетов определяют оптимальную цену для обеих сторон.

Иное дело у нас. В России долгосрочные и годовые договоры поставки газа в настоящее время подписываются НП преимущественно с дисконтом к регулируемым государством региональным ценам. Комфортность таких контрактов для независимых очевидна, поскольку ежегодная индексация государством регулируемых цен автоматически приводит и к увеличению стоимости реализуемого независимыми газа. В результате это порождает монополизацию наиболее выгодных рынков и консервирует систему государственного регулирования цен, поскольку она позволяет НП получать хорошую прибыль, не тратя силы на конкурентную борьбу. Как уже отмечалось, идея разрешить «Газпрому» тоже использовать дисконт к регулируемой цене вносит в эту схему момент конкуренции, делая цену немного рыночнее, но понятно, что это лишь предварительный этап. В долгосрочной перспективе все четыре группы договоров должны прийти к описанной выше модели.

Теоретически, вроде бы все газовое сообщество (поставщики и крупные потребители) за строительство полноценного цивилизованного рынка газа, но на практике единственным последовательным его сторонником выступает «Газпром».

Нерыночная анархия

С этим, кстати, никто из участников рынка не спорит, только с запуском организованных торгов возникла заминка, которая длится уже несколько лет (так же, как и с отменой госрегулирования цен на газ), хотя соответствующий документ вступил в силу еще весной прошлого года (Постановление Правительства РФ №323). Проблема упирается в два фактора. Первый, так сказать, теоретический — дискуссия между ведомствами, отвечающими за запуск ОТ, — об организационных формах и принципах работы торговых систем по продаже/покупке газа, которой мы здесь касаться не будем. Второй фактор — физическая неготовность рынка к спотовой торговле, вызванной действием Постановления Правительства РФ № 311 от 10.05.2010, которое предоставило потребителям газа право выбирать газ в интервале от 110 до 80% договорных объемов. Это привело к тому, что десятая часть всего голубого топлива, потребляемого в России, выбирается с отклонениями от установленных лимитов (в плюс и в минус). При таком раскладе ни спотовые, ни фьючерсные торги потребителю не нужны. Хеджируется он регулируемой государством ценой (тем более что на следующий год она и вовсе заморожена), а проблемы недостающих физических объемов решает узаконенными переборами газа.

В Минэнерго хорошо понимают пагубность такой ситуации, поэтому еще год назад там было подготовлено предложение об отмене 311-го постановления, однако решить проблему так и не удалось. Надо полагать, что возымел действие лоббизм крупных потребителей газа, которых такая анархия вполне устраивает.

Складывается парадоксальная ситуация. Теоретически, вроде бы все газовое сообщество (поставщики и крупные потребители) за строительство полноценного цивилизованного рынка газа, но на практике единственным последовательным его сторонником выступает «Газпром». Это происходит потому, что, работая на внутреннем рынке в значительно менее комфортных условиях, нежели другие производители газа, и имея в дополнение к этому еще и ворох социальных обязательств, «Газпром» неизбежно должен идти по пути оптимизации затрат, связанных с деятельностью по реализации газа отечественным потребителям. Решить эту проблему без создания нормального рынка, стоящего на тех самых трех китах, весьма затруднительно. Только развитие новых форм торговли газом, основанных на рыночных принципах, позволит внедрять более эффективные механизмы и методики взаимодействия участников газового рынка (электронные и интернет-технологии, к примеру) и заставит их более рачительно относится к голубому топливу.

К сожалению, остальных участников газового рынка эти вопросы, похоже, волнуют куда меньше. Им и так хорошо живется. Поэтому НП активно рвутся на внешние экспортные рынки и уже готовы торговать газом на бирже в бананово-лимонном Сингапуре, который им вдруг стал милей родных осин. Крупные же потребители направляют усилия на получение максимально выгодных условий по цене и условиям поставки газа. Эти старания вполне логичны и уместны с коммерческой точки зрения, но они ведут к консервации того недоразвитого газового рынка, который мы имеем сейчас, что в перспективе может обернуться неприятными последствиями. Дальнейшим ростом энергоемкости российской промышленности и, как следствие, снижением ее конкурентоспособности. Нарастанием энергетического дисбаланса в отсутствии межтопливной конкуренции (отечественная угольная отрасль уже страдает от чрезмерно высокой доли газа в экономике РФ). Снижением инвестиций в развитие газотранспортных мощностей. Сохранением теневых операций и «серых схем» в торговле ресурсами. Также на неопределенный срок будет отложена давно вынашиваемая руководством страны идея организации Россией аукционной торговли газом и финансовыми производными на газ на международных рынках. Ее внедрение позволит крупнейшей газовой державе продавать голубое топливо за национальную валюту, влиять на газовые цены на мировых рынках, а также расширить продажи газа зарубежным клиентам за счет спотовой торговли в дополнение к долгосрочным договорам.

Обозначенные выше негативные явления станут особенно заметны после преодоления имеющих место сейчас кризисных явлений, когда потребление газа в стране и в мире начнет расти. Радует лишь то, что данные риски понимают в государственных структурах, занимающихся регулированием российского газового рынка. Это дает надежду на то, что, несмотря на противодействие заинтересованных лиц, все препоны, стоящие на пути полноценного рынка газа, будут преодолены.

Николай Хренков