Геология и археология Южной Тувы

ИСТОРИЯ И АРХЕОЛОГИЯ

Н.И. Дроздов, В.И. Макулов, В.П. Чеха ГЕОЛОГИЯ И АРХЕОЛОГИЯ ЮЖНОЙ ТУВЫ

Введение

Территория Южной Тувы в приграничной с Монголией полосе долгое время оставалась наименее изученной в природном, археологическом плане. В представленной работе впервые наиболее полно приведены результаты геолого-ге-оморфологических и археологических исследований, проведенных совместными полевыми отрядами Красноярского государственного педагогического университета им.В. П. Астафьева и Красноярской лаборатории археологии и палеогеографии Средней Сибири Института археологии и этнографии СО РАН в 2003— 2005 гг. Исследования проводились по северной окраине Убсунурской впадины, примыкающей к хребтам Западный и Восточный Танну-Ола, а также в пределах низкогорий указанных хребтов на протяжении около 500 км — от р. Тэс-Хем на востоке до р. Саглы на западе (рис. 1). Работы проводились при финансовой поддержке грантов КГПУ — 14-1 фп, 12-05-1 фп, 43-04-1 фп.

К истории геоархеологических исследований на юге Тувы

До начала XX в. имелись лишь самые общие представления о геологии, геоморфологии и археологии территории Республики Тува. Не были исключением и ее южные районы, граничащие с территорией Монголии. В первую очередь это объяснялось географической обособленностью и труднодоступностью региона, основную площадь которого представляют горные районы Саяно-Ал-тая и закрытые узкие межгорные долины. Существенную роль играли отсутствие транспортных путей, значительная удаленность от научных и административных центров и то, что многие науки, в том числе география, этнография, археология, геология, в это время переживали период становления, шел процесс постепенного освоения и изучения новых территорий мира.

Начало научных геологических и географических исследований в Туве было положено экспедицией известного географа и путешественника П.А. Чихачева, проведенной в 1842 г. в долине р. Хемчик. Эти работы явились составной частью широкомасштабных исследований, проведенных П.А. Чихачевым в 1842—1845 гг.

на Алтае, в Западном и Восточном Саяне, Минусинской котловине и послужили основой для составления первой геологической схемы обследованных регионов.

Существенный вклад в изучение и описание Тувы внесли участники первой Сибирской экспедиции Русского Географического общества Л.Э. Шварц, руководивший экспедицией, и И.С. Крыжин, являвшийся военным топографом. В 1858 г. во время путешествия по некоторым районам республики участники экспедиции собрали значительную геологическую коллекцию и произвели первую топографическую съемку центральной и восточной частей Восточного Саяна.

В 1877 и 1879 гг. в Монголии и соседнем Урянхайском крае (Туве) работала экспедиция под руководством известного русского географа и путешественника Г.Н. Потанина, которая собрала значительный объем сведений по различным отраслям знаний этого уникального края: геологии, географии, топографии, археологии, биологии и зоологии. Существенный комплекс экспедиционных исследований был проведен в интересующих нас районах — окрестностях озера Убсу-Нур, Западном Танну-Ола и долине р. Торгалык (южный). В 1892 г. ботаник П.Н. Крылов в пределах хребтов Танну-Ола описал 636 видов растений, из них 450 впервые. В составе потанинской экспедиции в 1879 г. впервые принял участие археолог и этнограф А.В. Адрианов (акцизный чиновник, правитель дел Красноярского подотдела Русского Географического общества). В 1881 г.

А.В. Адрианов продолжил исследования на территории Западной Тувы, возглавив первую археологическую экспедицию. В плане археологического изучения его в первую очередь привлекали видимые памятники: курганы, каменные изваяния и древние наскальные рисунки. Эти археологические объекты весьма широко были представлены на обследованных территориях и о них прежде всего рассказывали местные жители при расспросах. Специальными поисками памятников древнего каменного века в Туве А.В. Адрианов не занимался. Это было обусловлено в первую очередь тем, что в то время в России палеолитоведе-ние находилось в стадии зарождения и делало свои первые шаги.

Последователем А.В. Адрианова в изучении археологических памятников Тувы явился археолог и этнограф Д.А. Клеменц, путешествовавший по ее западным районам в 1885, 1887, 1891 и 1892 гг. Как и его предшественники, он отмечал местоположения видимых археологических объектов, относящихся в основном к эпохе палеометалла и Средневековья. Одновременно исследователь проводил геологические, географические и другие виды обследований (отметим, что комплексность и многоплановость исследований были характерны практически для всех экспедиций того времени). Тем не менее при всех успехах отдельных исследователей к началу ХХ в. Тува оставалась слабо изученным регионом во всех областях науки.

В начале XX в. интенсивность исследований территории Тувы, проводимых геологами, географами и археологами, значительно увеличилась. Среди исследователей можно отметить И.П. Рачковского, Б.М. Порватова, Г.Е. Грум-Гржи-майло и др. С именем последнего связывается первое упоминание о каменном веке изучаемого нами региона: «Первое упоминание о наличии памятников ка-

менного века в Северо-Западной Монголии («без ближайшего, однако, указания местности») принадлежит известному географу Г.Е. Грум-Гржимайло и сделано им еще в начале XX в.» [Кудрявцев, 2002 : 142].

В период существования Тувинской Народной Республики (1921—1944 гг.) ведущее значение имели исследования АН СССР. Значительный вклад в изучение геологии и географии Тувы внесли: З.А. Лебедева, В.А. Кузнецов, М.В. Кириллов, С.В. Обручев, И.С. Гудилин, И.Г. Нордега, Л.Д. Шорыгина, И.И. Белос-тоцкий, В.П. Маслов, Э.М. Мурзаев и др. Работы многочисленных экспедиций АН СССР носили, как правило, узконаправленный характер. Широкий размах они приобрели после вхождения Тувы в состав СССР в 1944 г., и особенно в 50— 60-е гг. прошлого века. Отметим капитальные работы по растительности Тувы (К.А. Соболевская), животному миру (А.М. Янушевич, П.П. Сушкин), по почвенному покрову (Б.Ф. Петров, М.В. Кириллов), по геологии, геоморфологии (В.П. Маслов, Н.С. Зайцев, Э.М. Мурзаев, В.А. Обручев).

Что касается археологических исследований, то их интенсификация, упорядоченность и планомерность также связаны с периодом 50—60-х гг. минувшего столетия. Но еще ранее в Туве было сделано весьма примечательное открытие — выявлены памятники каменного века и, в частности, относящиеся к эпохе палеолита. Их первооткрывателем является замечательный советский археолог С.А. Теплоухов. В 1926, 1927 и 1929 гг. он участвовал в работах Монгольской экспедиции АН СССР, проводившей исследования на территории Монголии и Тувы. Первое местонахождение каменных предметов в Центральной Туве было найдено С.А. Теплоуховым вблизи оз. Чедер. Археологический материал был зафиксирован на песчанных выдувах террасы р. Ангачи [Монгуш 1980 : 36; Абрамова, Астахов, Васильев, Ермолова, Лисицын 1991 : 6]. С.А. Теплоухов находил их близкими материалам палеолитических стоянок Монголии. Однако материалы не были опубликованы автором открытия и не привлекли должного внимания специалистов того времени. Собранная коллекция позднее была частично опубликована Г.П. Сосновским [1940 : 87] и Л.Р. Кызласовым [1958 : 71]. Значение открытий, сделанных С.А. Теплоуховым в Туве, было по достоинству оценено его последователями. В частности, академик А.П. Окладников, характеризуя итоги работ А.П. Теплоухова, писал: «Пионером археологических исследований в Туве был, как известно, выдающийся советский археолог С.А. Теплоухов, которому мировая наука обязана фундаментальной периодизацией археологических памятников Южной Сибири, являющейся и до настоящего времени основой всех дальнейших работ. С.А. Теплоухов в своих раскопках и разведочных поисках впервые приоткрыл завесу над загадочной в то время археологией Тувы. Он не только установил факт наличия в Туве памятников скифо-сибирского облика, ввел их в общую систему истории культуры степных племен Евразии, но и первым обнаружил здесь следы деятельности человека несравненно более раннего времени — нашел каменные орудия. Его поиски, открытия и выводы в полной мере сохраняют свое значение. Так началась уже в 20-х гг. нашего века научная, на уровне самых высоких мировых стандартов, археологическая работа в Туве» [Окладников 1980 : 4].

Начало 1950-х гг. для изучения археологического прошлого Тувы было ознаменовано тем, что здесь начали работу сразу две экспедиции. Одна из них была организована Тувинским научно-исследовательским институтом языка литературы и истории (ТувНИИЯЛИ). С 1951 по 1958 гг. ее руководителем был С.И. Вайнштейн, а с 1960 по 1980 гг. ее возглавлял М.Х. Маннай-оол [История Тувы. Т. 1 2001 : 5]. Экспедицией проведен ряд замечательных исследований и сделаны открытия, среди которых особое место принадлежит раскопкам уникального погребального комплекса «царского» кургана Аржан, а также открытию ряда палеолитических стоянок в различных, в том числе южных районах Тувы.

Вторая экспедиция была организована Московским государственным университетом и работала в Туве с 1953 по 1980 гг. под руководством Л.Р. Кызласо-ва [История Тувы. Т. 1 2001 : 5]. Экспедиция достигла весьма существенных успехов в археологическом поиске, в том числе и в накоплении сведений о палеолитических местонахождениях Тувы, но основное внимание она уделяла изучению памятников эпохи палеометалла и Средневековья.

В период 1959—1963 гг. значительный объем работ по изучению древнего металлургического производства Тувы и разработке рудных месторождений провел Я.И. Сунчугашев. Исследователем были открыты и обследованы несколько центров древней металлургии и месторождений руд, которые интенсивно разрабатывались в древности и являлись мощной сырьевой базой для развития металлургического производства.

В 1957 г. начала свою работу Тувинская комплексная археолого-этнографи-ческая экспедиция Института этнографии АН СССР под руководством Л.П. Потапова. Исследования велись несколькими отрядами, которыми руководили С.И. Вайнштейн, В.П. Дьяконова и А.Д. Грач. Одним из наиболее важных итогов работы этой экспедиции было открытие в долине р. Саглы первого палеолитического местонахождения с археологическим материалом леваллуа-мустьер-ского облика [Абрамова, Астахов, Васильев, Ермолова, Лисицын 1991 : 8].

Наиболее масштабные археологические исследования проводились в Туве в 60—90-е гг. XX в. Саяно-Тувинской экспедицией Ленинградского отделения Института археологии (ЛО ИА) АН СССР под руководством А.Д. Грача. Параллельно осуществлялись масштабные геолого-геоморфологические работы, проводимые известным красноярским ученым-геологом, преподавателем Красноярского государственного педагогического института А.Ф. Ямских [Астахов, Ямских, 1995 : 4—9]. Этот этап стал качественно новым в изучении палеолита Тувы, были открыты десятки палеолитических стоянок в различных ее районах [Астахов 1986 : 6—8; Абрамова, Астахов, Васильев, Ермолова, Лисицын 1991 : 8; История Тувы. Т. 1 2001 : 5]. В числе этих памятников были стоянки, относящиеся к эпохе среднего и раннего палеолита.

В 1962 г. в составе Красноярской археологической экспедиции ЛО ИА АН СССР, работающей в Туве, начал исследования научный сотрудник ЛО ИА С.Н. Астахов, который непосредственным образом специализировался на изучении палеолитических памятников. В 1965 г. он возглавил палеолитический от-

ряд Саяно-Тувинской экспедиции. Основные открытия и результаты по изучению палеолитических комплексов на юге Тувы принадлежат именно этому отряду. На южных склонах Восточного и Западного Танну-Ола, в долинах рр. Саглы, Торгалык, Хемчик, Ус, Енисей были обнаружены и частично обследованы несколько десятков местонахождений каменного века, охватывающих хронологический период от раннего палеолита до неолита. Основные итоги исследований были обобщены в десятках научных статей и ряде монографий, где вместе с характеристикой археологических материалов дана их хронологическая интерпретация, выделены памятники, относящиеся к раннему, среднему и позднему палеолиту, неолитическому времени [Астахов 1986; Абрамова, Астахов, Васильев, Ермолова, Лисицын 1991]. Автором открытий особо отмечалась определенная закономерность в расположении археологических материалов, которые, как правило, лежат на поверхности, что не дает возможности привлечь для их интерпретации геостратиграфию [Астахов, 1990 : 40]. В то же время С.Н. Астахов находит много общих черт в облике археологических коллекций местонахождений Южной Тувы и Монголии.

В 70—90-х гг. ХХ века около 90 памятников каменного века были выявлены

В.И. Кудрявцевым в различных участках котловины оз. Убсу-Нур [Кудрявцев 2002 : 144]. В эти же годы несколько десятков палеолитических и неолитических местонахождений на юге Тувы и в прилегающих районах Монголии были открыты отрядами ИИФиФ СО АН СССР, работавшими совместно с археологами Тувы и Монголии [Худяков, Плотников, Данченко 1988 : 54—88; Деревянко, Дорж, Васильевский и др.1986, 1987, 1990].

В 1990—1991 гг. в устьевом участке р. Шалаш значительную коллекцию каменного инвентаря верхнепалеолитического облика собрал геолог В.А. Попов. Он же сделал ряд единичных находок на других местонахождениях в долине р. Торгалык [Кудрявцев 2002 : 144].

В 1999 г. протяженный рекогносцировочный маршрут по южным районам Тувы был проведен отрядом ИАиЭ СО РАН под руководством А.П. Деревянко. В процессе исследований были открыты несколько новых палеолитических местонахождений и обследованы уже известные памятники [Кудрявцев 2002 : 144].

Весьма существенные работы по учету и картографированию археологических памятников Тувы были осуществлены группой тувинских ученых. Важнейшим итогом этих исследований явились составление и публикация Свода археологических памятников Республики Тува [1994].

Сегодня археологические, геоморфологические, палеогеографические исследования в Туве продолжают вести исследователи из различных научных и образовательных центров Санкт-Петербурга, Кызыла, Новосибирска, Красноярска, Германии.

В 2003—2005 гг. на юге Тувы совместными отрядами Красноярского государственного педагогического университета (КГПУ) им. В.П. Астафьева и Красноярской лаборатории археологии и палеогеографии Средней Сибири Института археологии и этнографии (КЛАПСС ИАиЭ) СО РАН были проведены комплексные геолого-геоморфологические и археологические исследования и оценка об-

следованной территории с точки зрения перспектив открытия новых местонахождений палеолита и изучения уже известных памятников, определено их современное техническое состояние.

В процессе работ были открыты и вновь обследованы более 20 разновременных палеолитических стоянок, расположенных в долине р. Тэс-Хем, вблизи устья ее правого притока р. Тыттыг-Хем (Тэс-Хем 1—3), в устье р. Ирбитей (Ир-битей 1—6), в долине р. Торгалык (Торгалык 1—9), в долине р. Улатай (Улатай 1,2), в долине р. Борщоо-Гол (Борщоо-Гол), группа местонахождений в долине р. Саглы и др. [Дроздов, Дроздов, Макулов, Чеха 2003 : 120—126; Дроздов, Макулов, Чеха 2004 : 37—48; Дроздов, Макулов, Чеха, Заика 2005 : 41—45]. Наконец, в 2005 г. нами была детально исследована восточная часть Торгалыкской впадины и получены новые материалы по геолого-геоморфологическому строению и археологии этого района.

Геолого-геоморфологическая характеристика

В современном рельефе выделяется южная горная дуга, которую составляют хребты Западный и Восточный Танну-Ола. Южнее хребтов в пределы Тувы заходит северная часть Убсунурской впадины, которая является составным элементом более крупной бессточной котловины Больших озер Западной Монголии. Танну-Ола служит частью мирового водораздела между бассейном Северного Ледовитого океана и бессточными впадинами Центральной Азии. Этот географический рубеж определяет резкую границу ландшафтов. Севернее развиты горная тайга и степи в межгорных впадинах, южнее — полупустынные степи (ландшафты монгольского типа).

В структурно-геологическом плане Западный Танну-Ола является горстом, образованным на месте синклинория, заполненного дислоцированной мощной толщей позднепалеозойских отложений — песчаников, аргиллитов, конгломератов. Осевую часть хребта слагают пестроцветные песчаники девона, образующие крутую синклинальную структуру, осложненную сбросами. Восточный Танну-Ола в структурном плане является горст-антиклинорием, сложенным главным образом эффузивными кембрийскими толщами с интрузиями гранитов [Геология Тувинской АССР 1990].

Современный рельеф хребтов отражает определенным образом простирания и ориентировку древних структурных элементов. Так, северо-восточное простирание хребта Западный Танну-Ола (Западно-Танну-Ольского синклинория в современной тектонической структуре) совпадает с простиранием в девоне оси позднепалеозойской геосинклинали. Основные геоморфологические черты территории начали складываться в основном в послеюрское время в результате длительного выравнивания (пенепленизации) и срезания древних геологических структур. Остатки пенеплена прекрасно сохранились в вершинных частях хребтов в виде выровненных, всхолмленных поверхностей.

С началом неотектонического этапа развития (миоцен-плиоцен) территория нынешних хребтов Танну-Ола начала испытывать поднятия, причем ограничивающими хребты в пространстве были новые региональные широтные сбросы

северного и южного склонов (Северо-Таннуольский и Южно-Таннуольский разломы). Оживились и древние мериодинальные разломы земной коры. Все это начало создавать достаточно сложную сводово-глыбовую структуру хребтов. В это же время происходили относительное опускание южнее хребтов и формирование Убсу-Нурской впадины с накоплением вдоль фаса хребтов континентальных конгломератов, песков, глин мощностью до 300 м. Содержащаяся в них фауна пресноводных моллюсков позволяет относить отложения к плиоцену [Зайцев 1997]. Речная сеть в этот период, похоже, значительно отличалась от современной. Об этом говорят обнаруженные нами фрагменты древних речных долин субширотного направления на южном склоне хребта Восточный Танну-Ола. В настоящее время реки имеют преимущественно субмериональный характер. Уже в позднем илиоцене — раннем плейстоцене высота Западного Тан-ну-Ола составила 2500—3000 м [Алтае-Саянская... 1969]. В четвертичном периоде поднятие хребтов и обособление Убсу-Нурской впадины продолжались. Произошло глубокое эрозионное расчленение горных сооружений. Более слабые поднятия в виде террас главных рек фиксируются и в области впадины. Горы в это время подвергались в верхнем ярусе оледенению с формированием каров, цирков, трогов, конечных морен. На участках, не охваченных ледниками, образовывались курумы, осыпи, нагорные террасы, прочие криогенные формы, у подножия гор — делювиально-пролювиальные формы, в пределах впадин были распространены процессы аридной денудации и аккумуляции с образованием останцового рельефа, котловин выдувания. В долинах рек, как в пределах гор, так и на равнинах, происходило формирование террас.

В настоящее время в морфоструктурном плане хребты Танну-Ола представляют эпиплатформенные «возрожденные» сводово-глыбовые горы. Водораздельная часть хребта Западный Танну-Ола имеет абсолютные высоты 2500—3000 м. Это выровненные поверхности, лишенные леса (гольцы). По морфологии водораздельные поверхности разделяются на три типа: гольцовые гряды и гребни с крутыми отвесными склонами, обрывающимися в глубокие кары и троги; гольцовые вершины округлой формы; плоские пологонаклонные равнинные поверхности (рис. 2). Реки южного направления, стекающие с хребта, глубоко врезаны и часто имеют вид ущелий. В сторону Убсунурской впадины среднегорный сильно расчлененный рельеф сменяется низкогорным. На крайнем западе (между долинами рек Чаг-Адыр и Саглы), востоке (верховья Чаат-Холь), где абсолютные впадины приближаются к 3000 м, развит альпийский рельеф. Восточный Танну-Ола — средневысокогорный хребет с абсолютными отметками вершинных частей 2000—2600 м (рис. 3). Последние в ландшафтном отношении представляют зону горных тундр или гольцовую (верхняя граница леса располагается примерно на уровне 1700—2000 м). Самая характерная черта этой зоны — наличие обширных пенепленизированных равнинно-холмистых водораздельных поверхностей. Гольцы даже при узости гребней характеризуются плоскими площадками. Характерно обилие курумов, нагорных террас, различных форм мерзлотного рельефа. Расположенные здесь истоки рек, направленных на юг, отличаются очень широкими и неглубокими долинами с отлогими склона-

ми. Небольшие водотоки в долинах имеют равнинный характер. К югу, при снижении абсолютных отметок хребта до 1000—1500 м, постепенно увеличивается степень эрозионного расчленения. Водоразделы приобретают вид узких гребней, острых зубчатых вершин. Долины рек и ручьев имеют облик ущелий. В целом южный склон хребта очень крутой и, по сути, представляет переработанные эрозией тектонические уступы горст-антиклинария. По морфологии речных долин выделяются два участка: 1) перед самым выходом рек из гор, где долины представляют глубокие ущелья; 2) вышерасположенные участки долин с У-образным профилем (например, р. Холь-Ежу). Это следы двух эрозивных циклов, наиболее молодой приурочен к нижним частям долин. При этом обычно две надпойменные террасы (15—20 м и 40—50 м) развиты только на участке позднейшего эрозионного цикла. При выходе горных долин в Убсунурскую впадину верхняя терраса обрывается [Белостоцкий 1958]. От Убсунурской впадины хребты отделены Убсунуро-Таннуольской зоной глубинного разлома, выраженной в рельефе сбросовым уступом [Алтае-Саянская горная область. 1969].

Убсунурская впадина в геологическом отношении является северной частью котловины Больших озер Западной Монголии. В строении впадины участвуют палеогеновые, неогеновые озерно-аллювиальные, неоген-раннечетвертичные и четвертичные аллювиально-пролювиальные отложения общей мощностью до 1000 м. Абсолютные отметки впадины колеблются в пределах 750—1200 м. У подножья хребтов Танну-Ола расположены прекрасно выраженные делювиаль-но-пролювиальные шлейфы и конусы выноса рек. Эти формы в целом создают по периферии хребта Восточный Танну Ола районы мелкосопочного рельефа. Из-под покрова делювиально-пролювиальных отложений выступают островные холмы, низкие горы, гряды, сложенные палеозойскими породами. Река Тэс-Хем и ее правые притоки имеют широкие долины с поймой и первой террасой высотой 10—15 м. Террасы рек, стекающих с хребтов Танну-Ола и рассекающих шлейфы и конусы выноса, имеют высоту до 30—40 м, а на реках Деспен и Холу, где они являются цокольными, высота их достигает 100 м. Аккумулятивные террасы высотой 3—3,5, 8—12 и 15—20 м в долине р. Холу вложены в конус выноса, сложенный дислоцированными третичными отложениями. Террасы рек слагаются грубообломочными, валунно-галечниковыми отложениями. К югу размер аллювиального материала уменьшается, а к центральной части впадины он замещается песками и глинами.

По данным Б.А. Борисова и Е.А. Мининой [Геология Тувинской АССР 1990], к Убсунурской впадине отнесена лишь территория восточнее долины р. Ирбитей. Западнее, в границах Тувы, последовательно выделяются Торгалыкская, Ханда-гайтинская, Саглинская впадины (рис. 1). Полагается, что эти впадины осложняют южное крыло Западно-Таннуольского горста и ограничены разломами. Морфология рельефа этих впадин более сложная, а днища приподняты на большую высоту, чем в Убсунурской котловине. При любом варианте днища впадин представляют большей частью щебнистые, песчаные денудационные цокольные равнины с островными горами, грядами и массивами мелкосопочника. Последние

Рис. 1. Геоморфологическое районирование Южной Тувы (по Б. А. Борисову и Е.А. Мининой, 1989, с изменениями и дополнениями):

1 — эпиплатформенные

сложены главным образом гранитами. Характерную черту рельефа составляют предгорные пролювиально-делювиальные шлейфы и конусы выноса горных рек, почти всюду окаймляющие низкогорье Танну-Ола. Конусы выноса почти сплошь состоят из валунно-галечниковых отложений.

Палеолит Южной Тувы

Исходными материалами при геоархеологических исследованиях служили «Археологическая карта Республики Тыва» масштаба 1 : 1000000 [1995] и «Свод археологических памятников Республики Тыва» [1994].

В бассейне р. Тэс-Хем, вблизи устья ее правого притока (р. Тыттыг-Хем) обнаружены четыре новых палеолитических местонахождения.

Тэс-Хем-1. Местонахождение имеет географические координаты 50°487 северной широты и 092°447 восточной долготы и представляет собой низкую аккумулятивную слабонаклонную поверхность пролювиально-делювиального шлейфа, примыкающего к высокой террасе р. Тэс-Хем. На поверхности среди щебнисто-дресвяного выветрелого материала отмечаются артефакты древнего облика также с выветрелой поверхностью. На территории местонахождения выявлено 9 артефактов со следами первичной обработки и различной степени корразии.

Тэс-Хем-2 и Тэс-Хем-3. Местонахождения расположены также на нижних частях делювиально-пролювиальных шлейфов, опоясывающих отроги хребта Хорумнуг-Тайга и примыкающих к низким террасам р. Тэс-Хем. Местонахождения имеют географические координаты 50°287 северной широты и 094°537 восточной долготы и 50°277 северной широты и 094°557 восточной долготы соответственно. По сравнению с Тэс-Хем-1 эти шлейфы являются более молодыми (по соотношению с более низкими террасами), соответственно, это фиксируется находками на их поверхности артефактов более молодого палеолита. На местонахождении Тес-Хем-2 обнаружено 9 артефактов со следами первичной обработки и рабочей ретушью и слабой степенью корразии. Археологический материал местонахождения Тэс-Хем-3 представлен 7 артефактами с первичной обработкой и рабочей ретушью.

Тэс-Хем-4. Местонахождение расположено в небольшой межгорной котловине, на полгом склоне конуса выноса, севернее автодороги Самагалтай-Эрзин, при строительстве которой значительный участок грунта с площади памятника был перемещен в дорожное полотно. Местонахождения имеют географические координаты 50°277 северной широты и 094°567 восточной долготы.

Археологический материал собран на поверхности конуса, на участке 70 х 80 м и представлен 7 артефактами позднепалеолитического облика.

На участке от п. Самагалтай до п. Ак-Чира на всем протяжении прослеживается четкая граница между горным рельефом Восточного Танну-Ола и равниной Убсунурской впадины, имеющей абсолютные отметки 900—1100 м.

При приближении к долине р. Ирбитей появляется низкогорный ярус Восточного Танну-Ола (1000—1500 м). На абсолютной высоте 1000—1100 м (около 200 м над днищем Убсунурской впадины) на левобережье р. Ирбитей впервые

выявлены фрагменты древней субширотной долины, не связанной с современной речной сетью. Она расчленена временными водотоками, стекающими со склонов Танну-Ола. В рельефе прекрасно выражены три древних террасовых уровня, разделенных уступами высотой в несколько десятков метров (рис. 4). На выровненных площадках террас повсеместно отмечаются маломощные покровы аллювия либо рассеянные галечники, мелкие валуны, гравий. Окатанный материал имеет древний облик, он выветрелый, часто колотый. Петрографический состав материала различен — алевролиты, песчаники, яшмы, эффузивные и интрузивные породы, кварц, кварциты. По предварительным данным остатки древних субширотных долин прослеживаются и далее на запад (бассейн р. Торгалык). Подобные палеоформы ранее исследователями не отмечались. Дальнейшее изучение этого интересного явления может существенно дополнить представления о кайнозойской истории развития хребтов Танну-Ола.

Ирбитей-1, 2, 3. На всех древних уровнях отмечаются артефакты, имеющие столь же древний внешний облик, как и галечники, валуны, из которых они изготовлены. Выявленные местонахождения получили название Ирбитей-1, 2, 3. Наибольшее количество артефактов (49 экз.) было найдено на местонахождении Ирбитей-1, которое имеет географические координаты 50°45/ северной широты и 093°10/ восточной долготы. Они имеют следы первичной обработки, а на некоторых отмечена рабочая ретушь. На местонахождениях Ирбитей — 2 (50°45/ северной широты и 093°10/ восточной долготы) и Ирбитей-3 (50°46/ северной широты и 093°10/ восточной долготы) были обнаружены 5 и 3 экз. артефактов соответственно с первичной обработкой и со следами корразии.

Ирбитей-4. В 0,5—0,7 км к югу, в месте выхода р. Ирбитей из гор на равнину пролювиально-делювиальные шлейфы сочленяются с террасами реки. Наиболее выражена терраса высотой 10—15 м. Ее аллювий представлен галечниками, валунами. Окатанный материал гораздо менее выветрел, чем на высоких террасах. На левобережной площадке террасы отмечаются палеолитические артефакты мустьерского облика. Местонахождение Ирбитей-4 имеет географические координаты 50°44/ северной широты и 093°08/ восточной долготы. Один из пяти обнаруженных артефактов является чоппингом. Материал имеет следы корразии. Судя по расположению этого памятника, он был описан в свое время С.Н. Астаховым как среднепалеолитический.

Таким образом, в бассейне р. Ирбитей выявлены местонахождения очевидно раннего «галечного» палеолита в ранее неизвестной в Туве геолого-геоморфоло-гической обстановке — на высоких террасах древней речной сети, не связанной с современной. Фрагменты этой древней субширотной реки прослеживаются как на восток, к долине р. Холу, так и на запад, от р. Ирбитей. Для реконструкции и изучения этих, не связанных с современными древних рек необходимы в будущем более детальные исследования.

Улатай-1, 2. При исследовании долины р. Улатай (в Монголии р. Дзахайн-Ус) на правобережной террасе высотой около 30 м в ее прибровочной части среди валунно-галечного аллювия выявлены два местонахождения — Улатай-1 (50°44/ северной широты и 092°14/ восточной долготы) и Улатай-2 (50°46/ север-

ной широты и 092°15/ восточной долготы). Артефакты, обнаруженные на местонахождениях (10 и 12 экз. соответственно), с первичной обработкой и следами корразии.

Борщоо-Гол. Интересным является также впервые открытое нами мустьер-ское местонахождение Борщоо-Гол, имеющее географические координаты 50°36/ северной широты и 091°31/ восточной долготы. На правобережье реки Борщоо-Гол в пределах надпойменной эрозионной террасы высотой 15—20 м развита пятнисто-медальонная горная тундра с вымороженными над поверхностью глыбами местных пород и галечником. На поверхности пятен-медальонов рассеян микролитический материал так называемого «зубчатого мустье» (44 экз.). Среди артефактов выделяются скребло и отбойник. Сырьем служили мелкие обломки белых и серых кремней.

Долина р. Саглы была детально исследована в свое время С.Н. Астаховым. Выделены десятки мустьерских и позднепалеолитических местонахождений. Интерес для нас представляла геоморфологическая позиция этих местонахождений. Исследования в районе п. Саглы показали, что палеолитический материал располагается на поверхности двух надпойменных террас (12—15 и около 30 м).

Геолого-геоморфологическое строение и палеолит

Торгалыкской впадины

Впадина является линейной, вытянутой вдоль хребта Танну-Ола на 40 км. Ширина ее около 10 км. Ландшафты в пределах впадины представлены сухими, опустыненными степями с покровом каштановых почв. Рельеф впадины равнинный с абсолютными высотами около 1500 м с отдельными останцами палеозойских пород в виде гряд, холмов. По происхождению равнина относится к аллювиальной и выполнена разновозрастными речными отложениями. Формирование равнины было обусловлено поднятиями хребта Танну-Ола и интенсивным выносом грубообломочного материала по долинам рр. Торгалык, Элегест и характерными для рек аридного климата при выходе их на равнины многору-кавностью и множественными перестройками русел.

Выразительной чертой равнины является ее террасированность. В краевых частях террасы сочленяются с пролювиальными шлейфами. Выделяются следующие уровни террас (средняя часть впадины): I — 1—1,5 м, II — 2—3 м, III — 5 м,

IV — 7—8 м. Для II и III террас характерен ярко выраженный грядово-ложбинный рельеф поверхности, фиксирующий русла бывших водотоков. Гряды сложены галечно-валунным материалом, а в понижениях вскрываются лессовидные субаэральные супеси мощностью до 1 м, подстилаемые галечниками и валунами. IV терраса имеет другой облик. В отличие от сероцветного супесчаного заполнителя грубообломочного аллювия II и III террас заполнитель здесь красновато-коричневый. Грядово-ложбинный рельеф отсутствует, галечники и валуны рассеяны по поверхности. Окатанные породы представлены кварцитами, кремнями, роговиками. Они имеют гораздо более древний облик по сравнению

Рис. 2.

Хребет Западный Танну-Ола. На переднем плане денудационная равнина с участками останцовых гор и мелкосопочника

Рис. 3.

Хребет

Восточный

Танну-Ола. На

переднем плане

денудационная

равнина,

сменяющаяся

к горам

пролювиально-

делювиальными

шлейфами

Рис. 4.

Фрагмент древней субширотной долины в бассейне р. Ирбитей. Видны три террассовых уровня

с аллювием II и III террас — сильно выветрелы, несут следы активной коррази-онной обработки, корочки пустынного загара.

Ниже и выше по течению р. Торгалык высота террас повышается. В районе сочленения равнины с хребтом Танну-Ола р. Торгалык сливается с р. Шалаш. В междуречье прекрасно выражен комплекс надпойменных террас I — 4 м, II — 7 м, III — 10—20 м, IV — 40 м, V — 50 м. Первые три террасы сопоставляются нами с I, II, III террасами, а IV, V террасы с IV террасой на равнине. Верхние террасы (IV и V) сложены валунно-галечниковым материалом. Аллювий перекрывается маломощными (0,5—1,0 м) серовато-коричневыми супесями.

Вопрос о возрасте террас является дискуссионным. Предположительно (по высоте, по характеристике аллювия, по общим геологическим соображениям) можно полагать, что IV терраса (на равнине), IV и V террасы (в предгорьях) не моложе среднего плейстоцена. На площадках указанных террас впервые обнаружены местонахождения палеолита, которые по геолого-геоморфологическим соображениям можно относить к среднеплейстоценовым.

В бассейне р. Торгалык С.Н. Астаховым [1986] был открыт ряд местонахождений мустьерского, позднепалеолитического, раннепалеолитического возраста. По мнению С.Н. Астахова и А.Ф. Ямских, они приурочены к пролювиально-делювиальным шлейфам.

Торгалык-1, 2. По нашим данным, днище долины р. Торгалык в районе одноименного поселка представляет целую серию пересохших русел с накоплениями грубообломочного, валунно-галечного материала, сочетающихся с поймой и фрагментами двух террас высотой 10 и 15—17 м. В предгорьях массива Дус-Даг вдоль поймы р. Торгалык на протяжении 1,5 км отмечается цокольная терраса высотой около 10 м. Ширина ее невелика (до 100 м), а к предгорьям она переходит в делювиально-пролювиальный шлейф. На поверхности террасы отмечаются единичные артефакты (Торгалык-1, 2). Судя по имеющимся, но не очень ясным привязкам С.Н. Астахова, это район выявленных им раннепалеолитических местонахождений Торгалык-1,Б.

Местонахождение Торгалык-1. Расположено на поверхности 10-метровой террасы, открытой на север (левобережье р. Курбун-Шива) и имеет географические координаты 50°48/ северной широты и 092°44/ восточной долготы. Терраса имеет вид небольшого фрагмента (длиной до 200 м и шириной около 150 м), окруженного скальными выступами палеозойских пород и делювиальными шлейфами (рис. 5). У западной оконечности террасы в карьере вскрываются мелкогалечно-гравийные с супесчаным заполнителем плохо сортированные, грубослоистые аллювиальные отложения. Археологический материал отмечается на поверхности террасы в виде отдельных скоплений вдоль бровки в полосе шириной около 70—100 м. Проведены сборы подъемного археологического материала (несколько сот артефактов) на площади несколько сот квадратных метров. Здесь же на вершине небольшой возвышенности выявлены 2 раскопанных кургана с небольшими каменными кладками.

Местонахождение Торгалык-2. Расположено в 300—400 м западнее местонахождения Торгалык-1 и имеет географические координаты 50°48/ северной

Рис. 5.

Местонахождение Торгалык-1

Рис. 6.

Местонахождение Торгалык-3

широты и 092°44/ восточной долготы. Единичные находки каменного инвентаря палеолитического облика на поверхности небольшого фрагмента 10-метровой террасы.

Местонахождение Торгалык-3. Зафиксировано на правобережной 15—17метровой террасе р. Торгалык и имеет географические координаты 50°48/ северной широты и 092°42/ восточной долготы (рис. 6). В прибровочной части на поверхности террасы проведены сборы каменного инвентаря палеолитического облика из галек и мелких валунов аллювия террасы.

Далее на запад начинают отмечаться фрагменты выположенных водораздельных поверхностей, которые, по нашему мнению, являются фрагментами той же субширотной древней долины, описанной в бассейне р. Ирбитей.

Местонахождение Торгалык-4. Обнаружено в 330 м южнее местонахождения Торгалык-1, на поверхности делювиального шлейфа и имеет географические координаты 50°47/ северной широты и 092°44/ восточной долготы. Зафиксированы единичные находки каменного инвентаря (3 экз.) палеолитического облика. Здесь же расположен крупный курганный могильник.

Местонахождение Торгалык-5. Обнаружено на левобережной части долины р. Торгалык в 350 м восточнее ее русла, в 6,2 км северо-восточне п. Торгалык и в 0,6 км севернее местонахождения Торгалык-6 и имеет географические координаты 50°52/ северной широты и 092°40/ восточной долготы. На поверхности среди галечного материала сделаны единичные находки каменного инвентаря палеолитического облика.

Местонахождение Торгалык-6. Расположено на левобережье р. Торгалык, в 5,5 км СВ п. Торгалык, в 0,6 км южнее местонахождения Торгалык-5, на поверхности 5-метровой террасы, прорезанной современными руслами, и имеет географические координаты 50°51/ северной широты и 092°40/ восточной долготы. Отчетливо выражен грядово-ложбинный микрорельеф террасы (рис. 7). При проведении работ определена стратиграфия отложений на площади памятника. Гряды сложены галечно-валунным материалом. Ложбины глубиной до 1 м обломочного материала лишены и несут покров лессовидных супесей мощностью 60—70 см, подстилаемых валунами и галечником. Археологический материал приурочен к грядам, имеет рассеянный характер. На поверхности террасы проведены сборы единичных находок каменного инвентаря палеолитического облика.

Местонахождения Торгалык-7, 8, 9. Все три местонахождения характеризуются сходной геолого-геоморфологической ситуацией. Они расположены на левобережье р. Торгалык на фрагментах самой высокой террасы в Торгалык-ской впадине. Ее высота в средней части впадины около 7—8 м, а к югу повышается до 25 м над уровнем р. Торгалык. Фрагменты этой террасы имеют лентообразный вид, протягиваясь на 1—5 км субмеридионально по направлению современных русел в долине р. Торгалык. Поверхность террасы плоская, выровненная с россыпями мелких валунов, гальки устойчивых к выветриванию пород — кварцитов, роговиков, кремнистых пород (рис. 8). В шурфах (глубина 0,5—0,7 м) вскрываются валунно-галечные отложения с заполнителем из красновато-

коричневых грубых супесей, глинистых разнозернистых песков. Окатанные породы сильно выветрелы, имеют следы интенсивной корразионной обработки, корочки пустынного загара, часто расколоты. В пределах террасы среди россыпей окатанного материала отмечаются скопления артефактов, изготовленных из местных галек и валунов, при этом по составу использовались преимущественно темно-серые кварциты. Артефакты, в том числе их рабочие поверхности (скребла, рубила), также сильно выветрелы и коррадированы, по сути, по указанным характеристикам они почти не отличаются от древних галек и валунов. Наиболее крупные скопления «галечного палеолита» — Торгалык-8, 9. Площади скоплений от 100 до 500 кв. м.

Местонахождение Торгалык-7. Расположено на левобережном участке р. Торгалык в 2,3 км СВВ п. Торгалык и имеет географические координаты 50°49/ северной широты и 092°41/ восточной долготы. На площади памятника проведены сборы единичных находок каменного инвентаря палеолитического облика. Среди артефактов особо выделяются определенной архаичностью крупное скребловидное орудие и широкая пластина с бессистемной эпизодической ретушью.

Местонахождение Торгалык-8. Расположено на левобережном участке р. Торгалык, в 1,2 км СВВ п. Торгалык и имеет географические координаты 50°49/ северной широты и 092°41/ восточной долготы. На площади памятника проведены сборы единичных находок каменного инвентаря палеолитического облика.

Местонахождение Торгалык-9. Расположено на левобережном участке р. Торгалык в 1,3 км СВВ п. Торгалык и имеет географические координаты 50°49/ северной широты и 092°41/ восточной долготы. На площади памятника проведены сборы единичных находок каменного инвентаря палеолитического облика.

Для группы местонахождений Торгалык-3, 5—9 характерны леваллуазские нуклеусы и крупные отщепы, крупные рубиловидные орудия и крупные скребла как с овальным лезвием, так и по краям. Изредка находятся пластинчатые пикообразные сколы. Также встречаются зубчатые и крупные скребловидные орудия с широким рабочим краем, выполненные на галечниках.

Местонахождение Гора Торгалык-1. Расположено в 6,2 км СВ п. Торга-лык, у южного подножия горы-останца и имеет географические координаты 50°52/ северной широты и 092°40/ восточной долготы. Сборы единичных находок каменного инвентаря палеолитического облика проведены на площади памятника, на ровной площадке у подножия останца.

Местонахождение Гора Торгалык-2. Расположено в 6,2 км СВ п. Торгалык, у ЮВ подножия горы-останца и имеет географические координаты 50°52/ северной широты и 092°41/ восточной долготы. Сборы единичных находок каменного инвентаря палеолитического облика проведены на площади памятника, на ровной площадке у подножия останца.

Местонахождение Гора Торгалык-3. Расположено в 6,4 км СВ п. Торга-лык, восточнее горы-останца и имеет географические координаты 50°52/ северной широты и 092°41/ восточной долготы. Сборы единичных находок каменного инвентаря палеолитического облика проведены на площади памятника, на ровной площадке.

Писаница Гора Торгалык-1. На южных фризах небольшой горы-останца (рис. 11), на различных высотных отметках от подножия до самой вершины зафиксированы многочисленные плоскости с выбитыми рисунками (несколько сот). Превалируют изображения горных козлов и козерогов, оленей, хищников, имеются антропоморфные изображения, солярные знаки и др. (рис. 12). Отмечены композиции с батальными сценами и сценами охоты.

Местонахождения Арыг-Бажи-1, 2, 3 расположены на фрагменте древней долины, не связанной с современной речной сетью. Она представляет плоскую поверхность с высыпками валунно-галечного материала с относительной

высотой над уровнем р. Торгалык около 100 м. На севере эта поверхность сопрягается с пролювиально-делювиальными шлейфами от гор Танну-Ола, на востоке прорезается долиной р. Ирбитей.

Местонахождение Арыг-Бажи-1. Расположено в 6,3 км СВ п. Торгалык, на древней террасе, примыкающей к пролювиальному шлейфу и имеет географические координаты 50°51/ северной широты и 092°42/ восточной долготы. Сборы единичных находок каменного инвентаря палеолитического облика проведены среди валунно-галечного материала.

Местонахождение Арыг-Бажи-2. Расположено в 8,6 км СВ п. Торгалык, на древней террасе, примыкающей к пролювиальному шлейфу у подножия останца и имеет географические координаты 50°52/ северной широты и 092°44/ восточной долготы. Сборы единичных находок каменного инвентаря палеолитического облика проведены на поверхности террасы среди валунно-галечного материала.

Местонахождение Арыг-Бажи-3. Расположено в 200 м западнее местонахождения Арыг-Бажи-1, в 8,5 км СВ п.Торгалык, на древней террасе, примыкающей к пролювиальному шлейфу у подножия останца и имеет географические координаты 50°51/ северной широты и 092°42/ восточной долготы. Сборы единичных находок каменного инвентаря палеолитического облика проведены на поверхности террасы среди валунно-галечного материала.

Местонахождение Арыг-Бажи-4 (северное). Расположено в 9,6 км СВ п.Торгалык, у подножия северного склона останца и имеет географические координаты 50°53/ северной широты и 092°44/ восточной долготы. Сборы единичных находок каменного инвентаря (3 экз.) палеолитического облика проведены среди валунно-галечного материала.

Местонахождение Арыг-Бажи-5 (северо-восточное). Расположено в 10,1 км СВ п. Торгалык, в межгорной (останцовой) седловине и имеет географические координаты 50°53/ северной широты и 092°44/ восточной долготы. Сборы единичных находок каменного инвентаря палеолитического облика (2 экз.) проведены среди валунно-галечного материала. Здесь же находятся крупный курганный могильник с каменными плитами могильных оград и округлая каменная кладка из крупных валунов.

Писаница Арыг-Бажи-1. На южных фризах останца на различных высотных отметках от подножия до самой вершины зафиксированы многочисленные плоскости с выбитыми рисунками. Превалируют изображения горных козлов и козерогов, оленей, имеются антропоморфные изображения.

Писаница Арыг-Бажи-2. На южных фризах северного останца на различных высотных отметках от подножия до самой вершины зафиксированы плоскости с выбитыми рисунками. Превалирующие изображения горных козлов и козерогов.

Местонахождения Шалаш-1, 2, 3 приурочены к надпойменным террасам в междуречье рр. Торгалык и Шалаш при выходе их на равнину из гор Танну-Ола.

Местонахождение Шалаш-1. Находится на левом берегу р. Шалаш, в 12,8 км СВ п. Торгалык и имеет географические координаты 50°55/ северной широты и 092°39/ восточной долготы. Местонахождение расположено на поверхности наиболее высокой пятой террасы, высотой около 50 м (рис. 9). Поверхность террасы плоская и покрыта пятнами-медальонами как следами криогенной переработки отложений террасы. Артефакты встречаются в виде скоплений, концентрирующихся в юго-западной прибровочной части террасы на площади более 100 х 100 м (рис. 10).

В процессе работ на памятнике проведены сборы каменного инвентаря и определена стратиграфия памятника.

В центре одного из скоплений был пройден шурф, в котором вскрыты следующие слои (сверху вниз):

0—0,2 м — бурая супесчаная почва с включениями галечника, мелких валунов и артефактов.

0,2—0,4 м — супесь коричневато-серая, серовато-коричневая с новообразованиями карбонатов.

0,4—0,7 м — валунно-галечные отложения с белесым супесчаным заполнителем (20—30 %). Сильная карбонатизация обломков вплоть до образования на нижних частях корочек извести мощностью до 4 см.

Археологический материал представлен предметами первичного расщепления, различного типа орудиями и многочисленными отходами каменной индустрии.

Первичное расщепление представлено нуклеусами и заготовками нуклеусов типа «леваллуа», предназначенных для снятия одной пластины или отщепа. Те пластины и отщепы, которые были получены при предварительной подготовке площадки нуклеуса к снятию одной пластины и отщепа, шли на изготовление скребков и скребел, других орудий.

Другие нуклеусы, более позднего времени, представлены одноплощадочными, коническими небольших размеров, со снятием пластин практически по всему периметру ударной площадки.

Большая часть вторичной обработки по краям пластин и отщепов связана с оформлением рабочего края орудий крутой несплошной ретушью.

Первая группа — это группа высоких скребков небольших размеров и скребел. Последние изготовлены из пластинчатых сколов и овальных отщепов.

Вторая группа — пластины и пластинчатые сколы. Среди них небольшую коллекцию представляют микропластины. По краям они также обработаны крутой эпизодической ретушью.

Крупные пластины имеют на одном и двух краях одностороннюю крутую сплошную ретушь.

Третья группа — пластины типа «леваллуа» (мустьерские наконечники или близкие им по форме). Многие из них имеют ретушь по краям.

Следующая группа — это орудия на отщепах и пластинах, имеющих анкош. Это крупные пластинчатые сколы с бессистемной ретушью, оформляющей рабочий край в виде скребков или режущих инструментов.

Рис. 10. Местонахождение Шалаш-1. Каменный инвентарь поверхностного залегания

Рубящие орудия. В этой группе выделяются:

— чопперовидные и чоппинговидные орудия, напоминающие примитивные рубила, с асимметричным рабочим краем, на которых отмечаются следы забитостей;

— рубиловидные орудия на гальках и крупных сколах;

— орудия с «перехватом», напоминающие топоры для обработки дерева;

— орудия с выделенным шипом (с шипами) небольших размеров.

Большое количество орудий «с выемкой», изготовленных на гальках.

Значительна группа зубчато-выемчатых орудий различных размеров.

На поверхности многих орудий имеются мощные известковые корочки.

Для изготовления орудий использовались такие виды пород, как кварциты, кремнистые вулканические породы, порфириты, кварцитовидные песчаники, группа окремненных вулканических пород, роговики и др.

Особо необходимо отметить тот факт, что многие скребловидные орудия и орудия с подтеской имеют повторную подработку, что свидетельствует об их использовании в более позднее время. Это характерно для данного региона. Чаще всего это обстоятельство объясняется нехваткой (дефицитом) сырья. Для рассматриваемого местонахождения данное обстоятельство не является определяющим. Острого дефицита сырья здесь не наблюдается, но зато значительное количество готовых орудий находится прямо на поверхности террасы. Имеется уникальная возможность проследить на примере конкретного местонахождения повторное использование и обработку орудий носителями культур более поздних эпох.

Местонахождение Шалаш-2. Находится на левом берегу р. Шалаш, в 12,5 км СВ п. Торгалык и имеет географические координаты 50°55/ северной широты и 092°39/ восточной долготы. Местонахождение расположено на четвертой террасе с высотой около 40 м, примыкающей к пятой террасе, где расположено местонахождение Шалаш-1. Здесь также развит пятнисто-медальонный микрорельеф со скоплениями в центральной части медальонов галечника. Имеются полосы грубообломочного окатанного материала, очевидно, также криогенной природы («каменные полосы»).

У тыльного шва террасы в притеррасном понижении был пройден шурф, в котором вскрыты следующие слои (сверху вниз):

0—0,2 м — бурая супесчаная почва, в верхней части которой отмечаются артефакты;

0,2—0,4 м — супесь, серовато-коричневая, в нижней части коричневая, грубая, лессовидная с примесью галечника (до 10—20 %), с новообразованиями карбонатов;

0,4—0,7 м — валунно-галечный материал с супесчаным коричневатым заполнителем.

На поверхности террасы отмечаются локальные местонахождения палеолитического каменного материала. Зафиксированы девять скоплений, которые отчетливо приурочены к прибровочной части террасы (обычно на расстоянии 10— 20 м от бровки).

Проведены сборы каменного инвентаря (около 30 экз.). Материал в определенной степени аналогичен инвентарю местонахождения Шалаш-1.

Отметим, что палеолитический материал местонахождений Шалаш-1, 2 так же, как на местонахождениях Торгалык-8, 9, различается, причем очень отчетливо, по степени выветрелости, корразии. У наиболее древних артефактов грани смягчены, от ретуши остались трудно читаемые следы, слоистость исходных пород (кварциты) подчеркнута селективным выветриванием.

Местонахождение Шалаш-3. Расположено на левом берегу р. Шалаш, на второй надпойменной террасе, примыкающей к комплексу террас, на которых расположены местонахождения Шалаш-1, 2, в 12,5 км СВ п. Торгалык, имеет географические координаты 50°55/ северной широты и 092°39/ восточной долготы. Сборы каменного инвентаря палеолитического облика (4 экз.) проведены на поверхности террасы.

Писаница Шалаш-1. Расположена на правом берегу р. Шалаш, в 6 км ССВ п. Торгалык на южных фризах горы, на различных высотных отметках от подножия до самой вершины выявлены плоскости с выбитыми и выгравированными рисунками. Превалируют изображения горных козлов и козерогов, оленей. Имеются изображения быков и коров, хищников (волков), антропоморфные изображения, колесница, жилища, батальные сцены и сцены охоты и др.

В долине обнаружено несколько оленных камней, расположенных в курганных могильных оградах.

Обследованные наскальные рисунки времени неолита, бронзового и железного веков характеризуют некоторые элементы духовной и материальной культуры древних племен, населявших южные районы современной Тувы и Северной Монголии, и позволяют проводить историческую реконструкцию отдельных элементов материальной культуры этих этнических образований.

Заключение

Основной особенностью памятников палеолита южной Тувы, впрочем, как и соседних регионовх Центральной Азии, является их открытый характер («местонахождения с поверхностным залеганием материала»). Несмотря на ряд негативных факторов, определяющих ограниченность археологической информации (разрушенность, прерывистость культурных слоев, перемещение артефактов и смешение разновозрастных комплексов), преимущество указанных памятников в возможности быстро изучать обширные территории без проведения рас-копочных работ.

Не считая памятников в долинах рр. Саглы, Торгалык многие местонахождения палеолита были обнаружены ранее попутно. Поэтому площади сбора артефактов не всегда совпадают с площадями памятников, полнота сбора материалов ограничена. Привязки многих объектов недостаточно четкие, иногда они не приводятся вовсе [Кудрявцев 2002]. Дополнительно отметим, что в публикациях крайне слабо освещено и геолого-геоморфологическое строение местонахождений палеолита. Нами при геологическом датировании памятников применялись геоморфологические методы, типологический анализ каменного инвентаря, степень сохранности, вы-ветрелости артефактов. В комплексе это достаточно объективно позволяло оценивать относительную геологическую хронологию памятников палеолита.

Рис. 12. Писаница Гора Торгалык. Плоскость с рисунками

В целом проведенные на юге Тувы исследования позволяют сделать следующие выводы:

1. Район является высокоперспективным для выявления и оценки новых местонахождений палеолита (как мустьерских, так и раннепалеолитических).

2. Впервые in situ найдены среднепалеолитические материалы на комплексе стоянок Шалаш.

3. Обнаружена микроиндустрия на местонахождении Торгалык-1 (возможно, среднепалеолитическая).

4. Обнаружен комплекс материалов раннего палеолита и более позднего времени на местонахождениях Торгалык-3—9 и комплексе стоянок Арыг-Бажи.

5. В отличие от ранее существовавшего взгляда о приуроченности палеолитических местонахождений к поверхностям пролювиально-делювиальных шлейфов, нами выявлена исключительная связь местонахождений с речными террасами. Судя по тому, что на отрезке р. Ирбитей — р. Саглы местонахождения обнаруживаются практически во всех долинах рек, стекающих с хребтов Танну-Ола, можно предполагать интенсивные миграции древнего человека вдоль фаса хребтов со стоянками в долине рек.

6. Важным является открытие нового типа местонахождений — в пределах фрагментов древней речной сети, не связанной с современной.

Таким образом, палеолит Южной Тувы различного возраста является «галечным» и связан с террасами среднепозднеплейстоценового и более раннего возраста.

Библиографический список

1. Абрамова, З.А. Палеолит Енисея / З.А. Абрамова, С.Н. Астахов, С.А. Васильев, Н.М. Ермолова, Н.Ф. Лисицын. — Л., 1991.

2. Алтае-Саянская горная область. История развития рельефа Сибири и Дальнего Востока. — М.: Наука, 1969. — 415 с.

3. Археологические памятники Республики Тыва (к карте археологических памятников Республики Тыва) / И.У. Самбу, В.И. Кудрявцев. — Кызыл: Изд-во ТувИКОПР СО РАН, 1995. — 10 с.

4. Астахов, С.Н. Палеолит Тувы / С.Н. Астахов. — Новосибирск, 1986. — 155 с.

5. Астахов, С.Н. Открытие древнего палеолита в Туве / С.Н. Астахов // Хроностратиграфия палеолита Северной, Центральной и Восточной Азии и Америки: доклады международного симпозиума. — Новосибирск, 1990. — С. 40—43.

6. Астахов, С.Н. Новые данные о палеолите Тувы / С.Н. Астахов, А.Ф. Ямских // Южная Сибирь в древности. — СПб., 1995. — С. 4—9.

7. Белостоцкий, И.И. Очерки по истории рельефа Тувы / И.И. Белостоцкий // Материалы по региональной геологии. Геология и геоморфология складчатых отложений Сибири. — М., Госгеолтехиздат, 1958. — 149—186.

8. Геология Тувинской АССР: объяснительная записка к «Геологической карте Тувинской АССР» м-ба 1 : 500000. — Л.: ВСЕГЕН, 1990. — 121 с.

9. Кудрявцев, В.И. История исследования каменного века Убсу-Нурской котловины /

В.И. Кудрявцев // Состояние и освоение природных ресурсов Тувы и сопредельных регионов Центральной Азии. Геология природной среды и общества: научные труды ТувИКОПР СО РАН. — Кызыл, 2002. — С. 142—149.

10. Деревянко, А.П. Археологические исследования в Монголии. Убсунурский аймак, Тэс-сомон, Гурвалзагал, Сагил-сомон (препринт) / А.П. Деревянко, Д. Дорж, Р.С. Васильевский и др. — Новосибирск, 1986.

11. Деревянко, А.П. Археологические исследования в Монголии в 1986 году. Общие сведения (препринт) / А.П. Деревянко, Д. Дорж, Р.С. Васильевский и др. — Новосибирск, 1987.

12. Деревянко, А.П. Каменный век Монгоии: палеолит и неолит Монгольского Алтая /

А.П. Деревянко, Д. Дорж, Р.С. Васильевский и др. — Новосибирск: Наука, 1990. — 646 с.

13. Дроздов, Н.И. Геолого-геоморфологическая характеристика и палеолит Южной Тувы / Н.И. Дроздов, Д.Н. Дроздов, В.И. Макулов, В.П. Чеха // Проблемы археологии, этнографии, антропологии Сибири и сопредельных территорий: материалы Годовой сессии Института археологии и этнографии СО РАН 2003 г., посвященной 95-летию со дня рождения академика А.П. Окладникова. — Новосибирск: Изд-во Ин-та археологии и этнографии СО РАН, 2003. — Т. IX. — Ч. 1. — С. 120—126.

14. Дроздов, Н.И. Геолого-геоморфологические исследования на территории Южной Тувы / Н.И. Дроздов, В.И. Макулов, В.П. Чеха // Научный ежегодник КГПУ им. В.П. Астафьева. Вып. 4. — Красноярск: РИО ГОУ ВПО КГПУ им. В.П. Астафьева, 2004. — Т. 1. — С. 37—48.

15. Дроздов, Н.И. Новое в Палеолите Южной Тувы / Н.И. Дроздов, В.И. Макулов, В.П. Чеха // Археология Южной Сибири: идеи, методы, открытия. — Красноярск: РИО КГПУ им. В.П. Астафьева, 2005. — С. 21—23.

16. Дроздов, Н.И. Комплексные исследования в Южной Туве / Н.И. Дроздов, В.И. Макулов, В.П. Чеха, А.Л. Заика // Природные условия, история и культура Западной Монголии и сопредельных регионов. В 2 т.: материалы VII Международной конференции (19—23 сент. 2005 г., Кызыл). — Кызыл: Изд-во ТувИКОПР СО РАН, 2005. — Т. 2. — С. 41—44.

17. История Тувы. В 2 т. Т. 1 / под общ. ред. С.И. Вайнштейна, М.Х. Маннай-оола. — 2-е изд., перераб. и доп. — Новосибирск: Наука, 2001.

18. Кудрявцев, В.И. История исследования каменного века Убсу-Нурской котловины /

B.И. Кудрявцев // Состояние и освоение природных ресурсов Тувы и сопредельных регионов Центральной Азии. Геоэкология природной среды и общества: научные труды ТувИКОПР СО РАН. — Кызыл: Изд-во ТувИКОПР СО РАН, 2002. — С. 142— 160.

19. Кызласов, Л.Р. Этапы древней истории Тувы (в кратком изложении) / Л.Р. Кызла-сов // Вестник МГУ. — 1958. — № 4. — С. 71. — (Историко-филологическая серия).

20. Монгуш, В.Т. Исследование памятников каменного века в Туве / В.Т. Монгуш // Новейшие исследования по археологии Тувы и этногенезу Тувинцев. — Кызыл, 1980. —

C. 36—42.

21. Окладников, А.П. Археология Тувы (итоги и проблемы) / А.П. Окладников // Новейшие исследования по археологии Тувы и этногенезу тувинцев. — Кызыл, 1980. —

С. 3—16.

22. Свод археологических памятников Республики Тыва / гл. ред. Ю.Л. Аранчын; сост. И.У. Самбу. — Кызыл: Изд-во ТувНИИЯЛИ 1994. — 192 с.

23. Худяков, Ю.С. Археологические работы в зоне строительства автомагистрали Кы-зыл-Самагалтай-Хандагайты на территории Овюрского района Тувинской АССР / Ю.С. Худяков, Ю.А. Плотников, Г.П. Данченок // Древние памятники Северной Азии и их охранные раскопки: сб. научных трудов. — Новосибирск, 1988. — С. 54—89.