Konurbaev M. E. The Style and Timbre of English Speech and literature. London: Palgrave Macmillan Ltd, 2016. 208 p

Konurbaev M.E. The Style and Timbre of English Speech and Literature. London:

Palgrave Macmillan Ltd, 2016. 208 p.

Рецензируемая монография написана в русле традиций функциональной стилистики, восходящей к работам одного из основателей Пражского лингвистического кружка Б. Гавранека и плодотворно развиваемой на кафедре английского языкознания МГУ имени М. В. Ломоносова профессором О. С. Ахмановой и ее учениками, к числу которых принадлежит и автор монографии. При этом небезынтересно то, что по ряду аспектов эта традиция выдерживается лингвистами данной кафедры более последовательно, чем их чешскими коллегами.

Напомним, что традиционная как для отечественной, так и для чешской школьной традиции система функциональных стилей восходит к работе Б. Гавранека «Ükoly spisovného jazyka a jeho kultura» (1932), в которой рассматриваются три основные функции литературного языка, а именно функция общения (funkce komunikativni), функция сообщения (funkce sde-lovaci) и функция эстетического воздействия (funkce esteticka), хорошо знакомые отечественному филологу по работам В. В. Виноградова, успешно применившего концепцию Б. Гавранека к русскому материалу.

Для реализации названных функций в чешском языковом пространстве используются наборы соответствующих языковых средств чешского литературного языка, которые Б. Гавранек назвал «функциональными языками»: «разговорный / коллоквиальный язык» (jazyk hovorovy / kon-verzacni) для функции общения, «язык рабочий / деловой» (jazyk pracovni / vecny) для функции «практического сообщения» (funkce prakticky sdelo-vaci = funkce prakticky odborna), «язык научный» (jazyk vedecky) для функции «теоретического сообщения» (funkce teoreticky odborna), «язык поэтический» (jazyk basnicky) для функции эстетической (funkce esteticka). Проведенная в 1954 г. Институтом чешского языка Чехословацкой академии наук конференция по проблемам стилистики утвердила данную классификацию функциональных стилей чешского литературного языка в качестве базовой, предусмотрев возможность ее расширения за счет бурно развивающегося стиля публицистического (styl publicisticky), а также оговорив особый статус разговорного стиля (styl hovorovy) литературного чешского языка, в который в определенных условиях проникают элементы иного структурного образования - так называемого «об-

иходно-разговорного чешского языка» (obecna cestina); ср. написанные на основе выступлений на данной конференции статьи П. Троста, Э. Па-улини, К. Гаузенбласа в номерах журнала «Slovo a Slovesnost» за 1955 г. Эта расширенная классификация функциональных стилей чешского литературного языка стала общепринятой в чешской школьной традиции (и продолжает во многом ею оставаться), в том числе благодаря многократно переиздававшемуся классическому учебнику для гимназий Б. Гавранека и А. Едлички «Чешская грамматика» (Ceska mluvnice). Именно на нее ориентируется разметка электронных (под)корпусов серии SYN Чешского национального корпуса, шестая версия которой включает в себя около пяти миллиардов (4 834 739 998) токенов.

В коллективной монографии «Чешский - речь и язык» («Cestina - rec a jazyk», 1996) М. Чехова в качестве основных функциональных стилей называет разговорный (prostesdelovaci = beznedorozumivaci = hovorovy), специальный (odborny), административный (administrativni = üredni = jednaci), публицистический (publicisticky), ораторский (recnicky), художественный (umelecky) и эссеистский (esejisticky). Эти же семь функциональных стилей названы в качестве наиболее популярных и в разделе «Теория функциональных стилей» («Teorie funkcnich stylü») «Стилистики современного чешского языка» («Stylistika soucasne cestiny», 1997), написанном Э. Минаржовой.

В своей «Стилистике для журналистов» («Stylistika pro zurnalisty», 2011) Э. Минаржова описывает шесть «примарных функциональных стилей» (funkcni styly primarni), к которым она относит разговорный стиль (styl prostesdelovaci nebo bezne dorozumivaci, hovorovy), специальный стиль (styl odborny), административный стиль (styl administrativni), журналистский стиль (styl zurnalisticky), ораторский / риторический стиль (styl recnicky / retoricky), художественный стиль (styl umelecky), а также три «секундарных стиля» (styly sekundarni), а именно эссеистский стиль (styl esejisticky), стиль церковной коммуникации (styl cirkevni komunikace) и стиль рекламы (styl reklamy).

В «Настольной грамматике чешского языка» («Pnrucni mluvnice cesti-ny»), подготовленной в Масариковом университете в Брно под редакцией П. Карлика, М. Некулы и З. Русиновой (1995; переизд.: 2012), автор раздела «Стилистика» М. Елинек приводит более актуальную, по его мнению, таблицу функциональных стилей, которая существенным образом развивает и дополняет классическую четырехкомпонентную классификацию. Появляется эпистолярный функциональный стиль (styl

epistolarni); административно-правовой (styl pravne-administrativni), он же официально-деловой функциональный стиль (styl ¿redni); экономический (styl ekonomicky), он же хозяйственный функциональный стиль (styl hospodarsky); пропагандистский (styl propagaCni), он же рекламный функциональный стиль (styl reklamni); эссеистский функциональный стиль (styl esejisticky); директивный функциональный стиль (styl direktivni); ориентационный функциональный стиль (styl orientacni) и, наконец, набор стилей идеологических (styly ideologicke), из которых в качестве примера назван религиозный функциональный стиль (styl nabozensky). Кроме того, в рамках традиционных четырех функциональных стилей выделяются их варианты: в рамках художественного функционального стиля (styl umelecky) - стили прозаический (prozaicky), драматический (dramaticky) и поэтический (poeticky), в рамках специального стиля (styl odborny) - стили научный (vedecky), специально-практический (odborneprakticky) и популяризаторский (odbornepopularizaCni), в рамках публицистического стиля (styl publicisticky), который обозначен также как журналистский стиль (styl novinarsky), - стили новостной (zpravodajsky), аналитический (wahovy), интервью (interviewovy), пер-суазивный (presvedCovaci). В рамках же традиционно выделяемого разговорного (styl konverzacni) или коллоквиального функционального стиля (styl kolokvialni) различаются стили приватный (soukromy) и публичный (verejny). Отметим, что использовавшегося Б. Гавранеком для обозначения данного «функционального языка» (= функционального стиля) прилагательного hovorovy М. Елинек избегает, чтобы, как мы полагаем, не возникала нежелательная интерференция с понятием hovorova Cestina ('разговорный вариант литературного чешского языка', как переводила этот термин на русский язык ведущий советский богемист А. Г. Широкова). Свою концепцию М. Елинек развивает в написанных им для «Энциклопедического словаря чешского языка» («Encyklopedicky slovnik Cestiny», 2002) статьях. Эта концепция была в целом сохранена и в новом, существенно расширенном издании словаря в 2016 г. («Novy encyklopedicky slovnik Cestiny»).

Наконец, авторы коллективной монографии 2016 г. «Стилистика устного и письменного чешского языка» («Stylistika mluvene a psane Cesti-ny») вообще отказываются от использования понятий «функциональных стилей» и обращаются к понятиям «коммуникативных сфер», а именно к сфере повседневной коммуникации (sfera bezne kazdodenni komunika-ce), сфере институциональной коммуникации (sfera institucionalni komu-

nikace), сфере специальной коммуникации, сфере учебной коммуникации (sféra skolni komunikace), сфере медиальной коммуникации (sféra medialni komunikace), сфере рекламной коммуникации (sféra reklamni komunikace), сфере литературной коммуникации (sféra literarni komunikace).

Как мы видим, чешские лингвисты пошли, во-первых, по пути «умножения данностей» (у некоторых исследователей число функциональных стилей переваливает за два десятка), а во-вторых, в сторону отчетливой социологизации стилистических исследований.

Что же касается исследований, проводимых на кафедре английского языкознания, то развитие концепции Б. Гавранека - В. В. Виноградова здесь велось, если можно так выразиться, не в экстенсивном направлении, а, скорее, в направлении интенсивном, в тесной связи с понятием нормы; см., например, монографию А. А. Липгарта «Основы лингвопоэ-тики» (1999/2007/2010/2013/2016. С. 39 и след.), а также монографию А. А. Липгарта и В. В. Хуринова «Функциональные стили современного английского языка: Наука и журналистика» (2013. С. 7 и след.). Ср. также коллективную монографию под ред. О. С. Ахмановой «О принципах и методах лингвостилистического исследования» (1966), монографии Н. Б. Гвишиани «Язык научного общения: вопросы методологии» (1986). С. Г. Тер-Минасовой «Синтагматика функциональных стилей и оптимизация преподавания иностранных языков» (1986), М. С. Чаковской «Взаимодействие стилей научной и художественной литературы» (1985), диссертации В. Я. Задорновой «Словесно-художественное произведение на разных языках как предмет лингвопоэтического исследования» (1992), Т. Б. Назаровой «Омонимия и квази-омонимия в разных функциональных стилях речи» (1984), Л. Л. Барановой «Единство и взаимодействие устной и письменной форм научного изложения» (1983), И. Л. Кукурян «Английские переводы романа "Евгений Онегин" как предмет лингвопоэтического анализа» (1990), А. В. Рудаковой «Лингвопоэтика многокомпонентных атрибутивных словосочетаний в английской драме XVT-XVH веков» (2001). О роли именно классического варианта рассматриваемой концепции в композиции рецензируемой монографии достаточно красноречиво свидетельствуют уже сами названия последних четырех ее глав: глава 7 -"The Style and Timbre of Everyday Speech", глава 8 - "The Style and Timbre of Official Documents", глава 9 - "The Timbre of Journalism", глава 10 -"The Voices in Fiction". Во-вторых, в проводимых на кафедре английского языкознания преобладает не социолингвистическая, а лингвопоэтиче-ская направленность, ср., в частности, названную докторскую диссерта-

цию В. Я. Задорновой и серию монографий А. А. Липгарта. Не исключением стала и рецензируемая монография, где мы находим великолепные образцы лингвопоэтического анализа английских текстов самых разных жанров и эпох - от классических до современных, от Шекспира до Урсулы Ле Гуин, Стивена Фрая и Кадзуо Исигуро. Однако в качестве наиболее значительного достижения в рецензируемой монографии мы бы отметили детальную разработку проблематики, изучение которой на кафедре также было инспирировано О. С. Ахмановой и продолжено О. С. Мин-друл, Т. Н. Шишкиной и прежде всего М. В. Давыдовым, - просодическом аспекте лингвостилистических исследований. В этом плане весьма интересны, как представляется, прежде всего глава 4, в которой механизм ментального аудирования рассматривается на нейрофизиологическом уровне, и глава 5 о параметрии внутренней и внешней речи. Впрочем, истинное наслаждение получит и читатель главы 6 об индивидуальных авторских стилях, если ему удастся освоить the way to hear timbre.

Подводя итог, горячо рекомендуем данную монографию самому широкому кругу читателей.

А. И. Изотов

Сведения об авторе: Изотов Андрей Иванович, докт. филол. наук, профессор кафедры славянской филологии филологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова. E-mail: a.i.izotov@mail.ru.