Статус «Понимания права» в отечественной юридической науке

ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ ПРАВА И ГОСУДАРСТВА

УДК 340.11

Шапсугов Д.Ю.

Директор юридического института Северо-Кавказской академии государственной службы, д.ю.н., профессор, Заслуженный юрист РФ

СТАТУС «ПОНИМАНИЯ ПРАВА»

В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ЮРИДИЧЕСКОЙ НАУКЕ

В статье анализируется состояние исследований по проблеме понимания права с точки зрения уточнения статуса «понимания права» в юридической науке, выявляются особенности понимания права как единства рационального и интуитивного, подчёркивается односторонний характер имеющихся концепций правопонимания, преодолеваемый на основе диалектического метода познания. Обращается внимание на необходимость изучения внутренней структуры правопонимания и его функции - обеспечения единства и целостности юридического знания.

In the article the state of the research on the problem of understanding law from the view of specifying the status of «understanding law» in the law science, the peculiarities of understanding of law as a unity of the rational and the intuitive are revealed, a one-sided character of the existing concepts of understanding law which can be eliminated on the basis of the dialectical method of cognitive process is emphasized. Attention is attracted to the necessity ofstudying the structure of under-standing law and its function — providing the unity and integrity of the legal knowledge.

Ключевые слова: понимание права, рациональное и иррациональное в понимании права, статус «понимания права» в юридической науке, юридические знания как целостность.

Key words: understanding of law, the rational and irrational in the understanding of law in the legal science, juridic knowledge as integrity.

В последние годы в отечественной юриди- В научных публикациях, в названиях которых

ческой литературе большое внимание уделяется употребляется этот термин, обычно, отсутствует классификации типов правопонимания, с чем свя- специальный его анализ, чаще он рассматривается зана необходимость обсуждения вопроса о статусе как тождественный познанию права. Имеющиеся и содержании самого термина «понимание права». классификации типов правопонимания, по суще-Накопленный опыт изучения данной проблемы по- ству, представляют собой произвольные группи-зволяет переосмыслить полученные результаты и ровки политико-правовых или правовых учений, наметить новые подходы к ее дальнейшему иссле- которые традиционно описываются в учебниках по дованию. истории политических и правовых учений. В них,

В обширной научной литературе, посвящен- как правило, даже не ставится вопрос о статусе и ной этой теме, обоснован ряд оригинальных по- содержании понятия «понимание права», не рас-ложений, типов правопонимания, изложенных в сматривается его внутренняя конструкция, которая различных концепциях права. Разумеется, в одной должна учитываться как основной критерий клас-журнальной статье невозможно дать ее подробный сификации типов правопонимания. анализ [1]. Тем более, что этот анализ представлен В ряде работ, в которых предпринимается

уже в ходе взаимной критики основных положений попытка анализа данного понятия, осознается логи-отдельных концепций правопонимания. Наверное, ческая необходимость отграничения данного поня-трудно найти новые аргументы, которые не были тия от таких понятий, как правовое мышление, пра-бы использованы их оппонентами во взаимной по- вовое познание, правовое регулирование и т.п. [2] лемике в процессе отстаивания или самоутвержде- Можно выделить несколько подходов к анализу

ния отдельных концепций правопонимания. проблемы понимания права. Наиболее распростра-

ненным является подход, в соответствии с которым понимание права не рассматривается как самостоятельная исследовательская проблема, а отождествляется со сложившимися или складывающимися политико-правовыми концепциями.

Данный подход характеризуется критической оценкой существующих политико-правовых концепций и обоснованием единственно правильного понимания права в виде определенной конкретной концепции.

Другой подход к проблеме понимания права отличается стремлением определить специфическое содержание понимания права и установить его статус в системе знаний о праве. Так, в автореферате кандидатской диссертации А.В. Юшко обосновывается понимание права как метода «конструирования или порождения смысла права, дорефлексивное (иррациональное) схватывание смысла правовых явлений, предваряющее любую аналитическую познавательную деятельность, связанную с реконструкцией личностных измерений объектирован-ных явлений» [3, с 8].

Типичной является для современного отечественного правопонимания ситуация, когда каждый исследователь, подвергая более или менее убедительной критике другие концепции или подходы к пониманию права, сам аксиоматически утверждает собственный взгляд как единственно верный.

Достаточно вспомнить фундаментальный труд В.М. Сырых, предисловие к которому автор начинает с утверждения: «Современное правопонимание может быть только материалистическим» [4], работу В.В. Сорокина, в которой содержится научная критика существующих типов правопонимания и делается вывод о том, что сущность права и особенности его понимания следует искать в духовнокультурной сфере и прежде всего в православии [5].

Очевидно, что современное состояние в пра-вопонимании характеризуется конкурентностью аксиоматически утверждаемых односторонних подходов к пониманию права, из которых можно сделать два вывода: один из них связан с формированием универсального понимания права, в основе которого лежит определенная парадигмальная установка, демонстрирующая его односторонность. Другой проявляется в утверждении не только допустимости, но и неизбежности существования разных подходов к пониманию права, каждый из которых отражает лишь отдельные стороны реально существующего права. Этот подход, по существу, является юридическим проявлением скептицизма и характеризуется в ряде работ как правовой плю-

рализм, для которого достижение истины перестает быть ведущим принципом при определении права.

Очевидно, что эти подходы взаимно исключают друг друга и свидетельствуют о кризисе право-понимания, одной из причин которого является изъятие, исключение диалектики из современного правопонимания.

Одним из выражений этого кризиса является то, что традиция, в соответствии с которой государственный строй, законодательство, право должны соответствовать основным свойствам человека, существующего в данном обществе и государстве, является основой существующего порядка и стабильности, либо предполагаемого в будущем, постепенно была утрачена в связи с обоснованиями самодовлеющего характера государства.

Вследствие этого законодательство, отождествляемое с правом, утратило свою естественную связь с человеком, превратившись лишь в инструмент манипулирования обществом и его составными частями. Это обстоятельство предопределило содержание правосознания и правовой культуры, стало основой социальных ценностей, в том числе и правовых.

Понимание права охватывает весь спектр подходов к его осознанию - от обыденного до теоретического, от иррационального до рационального - в то время как научное познание права предполагает прежде всего рациональную деятельность мышления, осуществляемую в форме понятий, научных принципов, конструкций, реализации научной методологии.

С этой точки зрения научное познание права является особой разновидностью понимания права.

Однако этот подход обнаруживает сомнительную познавательную ценность «понимания права» в отличие от его познания. Введение данного понятия в теорию права оказалось насильственным, искусственным. К научно-исследовательному характеру познания права оно ничего не добавляет, а за его рамками остаются ненаучные формы обретения смысло-образа права, носящие самостоятельный характер и не нуждающиеся в искусственных обобщениях в форме понимания права. Таким образом, этот термин как обобщение ненаучных форм осмысления, осознания права вряд ли дает юридической науке что-либо существенное, а отождествляясъ с процессом научного познания права, он лишается своего самостоятельного значения.

Таким образом, бурные споры о типах право-понимания оказались «бурей в стакане», который остается целым потому, что в нем нет такого содер-

жания, которое могло бы его разбить. Такое противопоставление понимания и познания права является непродуктивным. Научные и ненаучные формы знания при всей их обособленности не разделены абсолютно и могут взаимо дополнять друг друга.

Ненаучные, не укладывающиеся в прокрустово ложе логики способы получения знания на самом деле имеют в качестве одной из своих основ рационально полученные знания, а в тех случаях, когда рациональное знание оказывается формально бессильным, нахождение нового знания становится возможным с помощью интуитивных способов. Недостаточная их изученность не должна служить поводом для признания их несостоятельными. С этим «чудом человеческой природы» надо обходиться весьма вежливо. Здесь наглядно проявляется фактическое игнорирование диалектического метода в правовом познании, представленного в историко-политученческом материале весьма серьезным образом.

В одном из своих главных проявлений развитие диалектики можно представить себе и как постоянное порождение потребности в новых методах познания и как постоянное воспроизводство целостности познания. Разумеется, возникающие методы часто рассматриваются как универсальные, всеохватывающие (системный, синергетический и др.) хотя на самом деле, выступают как односторонние подходы к познанию, расширяющие возможности познания, но ценные как новая часть, элемент диалектики.

В теории правового познания этот вопрос не получил необходимой разработки, хотя юридическая практика всегда широко вынуждена была исходить из недостаточности строго рационально установленных правил поведения, юридических норм, вынуждена была заниматься их толкованием, искать справедливое решение по конкретному делу, для чего, как правило, оказывается не достаточным голый рационализм.

Примерно так же обстоит дело и с другими общими принципами права. Строго рационалистическое понимание свободы тоже демонстрирует свою ограниченность. Объективно возможные правовые формы свободы человека, поскольку он является частью природного мира, заданы природой как объективно существующей, включая и искусственный окружающий мир - творение самого человека. В социальной практике ощущение свободы далеко не всегда полно воспроизводится рациональным мышлением. Здесь сказывается обособленность рационального сознания от природных и социальных

процессов, неспособность его полностью определяться ими в своем их восприятии или в воздействии на них.

Рациональное и иррациональное - две стороны понимания права - в своей разделенности не могут претендовать на полное выражение права.

Отсюда возникает проблема понимания права как исследовательской проблемы, требующей четкого определения предмета познания.

Предмет правового познания выходит за пределы законодательства, охватывающего преимущественно- формальную сторону права. Он включает содержание и сущность права, отражающие определенные этапы в становлении, развитии свободы, справедливости, равенства и ответственности человека как индивида и рода, находящие свое отражение в системе его прав, свобод и обязанностей, правовых стимулов, правовых запретов и правовых ограничений. Правовое познание, не доходящее до этого, не обнаруживающее тем самым сущностных основ права, не может считаться полноценным и завершенным. Отсутствие такого понимания предмета правового познания представляется весьма серьезным недостатком предшествующего правового познания, в рамках которого не создана необходимая для этого методология.

Положения дел в методологии правового познания, к сожалению, не исправляет принятая в современном мире и закрепленная в национальных и международных правовых системах достаточно развернутая система прав и свобод человека, правовых запретов, ограничений и стимулов, когда они рассматриваются как отражающие содержание права

Во-первых, такая система носит во многом характер искусственного построения, в котором не учтены объективные возможности для их осуществления.

Во-вторых, внутри системы не согласовано содержание прав, свобод, обязанностей, запретов, стимулов, ограничений. Причем обязанности, запреты, стимулы и ограничения преимущественно не имеют правового характера, хотя и получили юридическое закрепление.

В-третьих, в этой системе содержание права дано в статике, что не позволяет учитывать динамичный характер права как в процессе его становления, так и осуществления.

Весьма актуальным при определении предмета познания является изучение мыслительных процессов, взаимодействие которых порождает понимание права.

Условия протекания этих процессов, взаимодействие включенных в них элементов, знания, содержащие информацию об этих процессах, являются неотъемлемой частью предмета познания, без которых понимание права ограничивается аксиоматическими утверждениями, из которых с помощью непосильных формально-логических потуг насильственно рождается очередная претендующая на универсальность односторонняя концепция пра-вопонимания.

Этот аспект рассматриваемой проблемы для юристов оказывается чрезвычайно сложным по ряду объективных причин, но дальнейшее развитие юридической науки, безусловно, требует тщательного изучения и данной проблематики. Таким образом, определение предмета понимания права как единства названных выше двух сторон предопределяет в значительной степени полноту понимания права при качественном проведении исследовательских процедур.

Современное правовое познание должно учитывать глубоко укорененное в юридической практике и законодательстве отождествление правового и юридического, недостаточно полно обоснованное в современной правовой теории и совершенно не учитываемое в существующих методологиях правового познания.

При характеристике предмета правового познания, как нам представляется, нельзя допускать изоляции права, как исключительно независимой и самостоятельной сферы жизнедеятельности человека, не только от других ее сфер, но от всего окружающего мира. Правовое познание не может не опираться на знание этих возможностей, иначе оно рискует исключить из предмета познания глубинные, сущностные основы своего бытия, предопределяющие реальное содержание права. Например, как можно определить объем права человека на отдельные природные ресурсы без реального учета их количества и качества, возможностей воспроизводства.

Право, как факт жизни, выступает в единстве его материализованных субстратов (прав и обязанностей человека) и духовно- нравственных основ, проявляющихся в его общих основных принципах справедливости и свободы, конкретизируемых в принципах равенства и ответственности.

Попытки найти иные основы из других сфер жизни общества вряд ли могут быть признаны основательными в тех случаях, когда эти отдельные сферы рассматриваются как единственные источ-

ники духовно-нравственных основ права, ибо названные принципы имеют всеобщий характер.

Современное законодательство в тех случаях, когда оно не считается с этой проблемой, становится легальной базой хищнического уничтожения природных ресурсов. Надо преодолеть стереотипы вторичности правового сознания, понять ограниченность применявшихся до сих пор, так сказать, замкнутых методологий познания, выйти на разработку динамичной и комплексной методологии. Следует признать, что в известной мере в рамках замкнутых методологий правовое познание не являлось динамичным и комплексным. Сегодня требования динамизма и комплексности правового познания приобретают новое содержание, прямо связанное с изменением представлений о предмете правового познания.

Содержание права таково, что, в отличие от других социальных явлений, оно охватывает практически все, что является особо важным для человека.

Речь идет лишь о том, что социальная и, можно сказать, природная роль правового познания оказалась осознанной таким образом, что она более не соответствует стоящим перед человечеством задачам.

Правовое познание не может не занять приоритетного места в системе сложившихся видов и форм познания, ориентированных главным образом на регулятивную функцию, свойственную не непосредственно праву, а нормативной юридической системе, включающей и законодательство.

К сожалению, приходится констатировать, что сегодня имеет место методологическая необеспеченность такой функции правового познания. Отсюда возникает задача - поднять методологический уровень правового познания настолько, чтобы можно было бы сказать: методология правового познания вобрала в себя все методологические достижения всех наук.

Таким образом, мы видим изначальную разобщенность предмета исследования, неизбежным следствием которой является односторонность обоснованных на основе этой разорванности предмета различных концепций права и правопонимания. Способом преодоления этой разорванности в современной ситуации может служить диалектическая методология познания, реализуемая через систему динамично развивающегося знания.

Из сказанного вытекает вывод: современная методология правового познания должна быть ди-

намичной и комплексной, а не замкнутой в себе или эклектичной.

В научной литературе высказаны две точки зрения по вопросу о соотношении понимания и научного познания права. Первая исходит из того, что процесс понимания права служит первичным (выделено нами. - Д.Ш.) этапом создания теории, отличающимся формированием интуитивной убежденности исследователя в смысле первичных понятий. Понимание права, даже научно-теоретическое, не столько теоретический процесс, не процесс познания права, а процесс интуитивного постижения права (выделено нами. - Д.Ш.)» [3, с. 16].

Другое содержание в «понимание» вкладывает В.В. Розанов. По его мнению, понимание представляет собой особое знание, выступающее как конечный результат деятельности разума, законченное познание. В этом качестве понимание предполагает образование (создание) разумом системы идей об объекте познания, из которых слагается понимание: «Идея существования, идея сущности, идея свойств, идея происхождения (или причины), идея следствия (или цели), идея сходства и различия и идея числа» [6, с. 647]. С окончанием процесса образования этих идей, то, чего они касаются, не возбуждает более к себе любопытства разума. Это означает возникновение понимания.

Объектом познания выступают «существование, сущность, свойство, причина, следствие, сходство и различие и число, рассматриваемые как стороны бытия, элементы, из которых образуется все в нем и все оно как единое целое» [6, с. 647]. Названные идеи и стороны бытия определяют внутреннюю структуру понимания.

В.В. Розанов определяет статус «понимания» в ряду форм деятельности человеческого разума: «наука-философия-понимание» [6, с. 645].

Наука, как содержание знания отдельных наук, философия, как знание об общих основах бытия, получают свое завершение в понимании, которое выступает как конечный результат общей познавательной деятельности, когда выполнены все процедуры познания (схемы разума) и охвачены все стороны бытия, характеризующие достижение разумом своей цели - истины.

Такой высокий по сравнению с наукой и философией статус понимания обусловлен стремлением разума к истине, о которой можно говорить, когда достигнуто понимание [6, с. 646]. «...Это третье по отношению к науке и к философии, что должно быть и целью и результатом деятельности человеческого разума...

Понимание не есть только знание, потому что нередко, много зная, мы ничего не понимаем; и оно не есть также наука, как система знаний об одном, или философия, как система знаний о другом... Знания такие и так соединенные, чтобы они соответствовали всем схемам разума и обнимали все стороны бытия, мы признали как понимание» [6, с. 647].

С этой точки зрения понимание предстает не как первичный этап создания теории, не как процесс интуитивного постижения права, не как иррациональное, дотеоретическое схватывание смысла правовых явлений, предваряющее познавательную деятельность, и даже не как сам процесс познавательной деятельности, а как ее законченный целостный результат, подготавливаемый предшествующей структурированной, целенаправленной работой разума.

Сравнительный анализ названных выше двух подходов позволяет обнаружить ряд внутренних противоречий, содержащихся в них, а также выявить новые аспекты в осмыслении правопонима-ния.

В первом подходе сомнение вызывает интуитивный характер постижения права, иррациональное, дотеоретическое схватывание смысла правовых явлений, достигаемое методом конструирования и порождения смысла права.

Что является в этом случае предметом понимания? Отдельные правовые явления или совокупность интуитивно воспринимаемых воздействий этих явлений на сознание человека. Пока этот процесс не проанализирован, вряд ли есть основание называть его пониманием права. Остается открытым вопрос о тождественности понимания права и отдельных правовых явлений, что понимается при этом: право или отдельное правовое явление и сколько таких явлений должно находиться в поле интуитивного восприятия, чтобы можно было говорить о понимании права, а не отдельных правовых явлениях.

Можно поставить еще целый ряд вопросов, ответы на которые будут убедительно свидетельствовать об абсолютизации роли интуитивного и иррационального в понимании права. Нельзя не заметить также и отсутствие конкретной, предметной их характеристики.

Сказанное, однако, не должно сводиться к полному отрицанию роли интуитивного в познании права. Надо только рассмотреть вопрос о том, каково его содержание, необходимы ли какие-либо предпосылки для его проявления. Возможно ли это

схватывание смысла права без предварительно тем или иным образом возникшего и реально существующего знания о праве.

И хотя, видимо, нет оснований отрицать участие интуитивного и иррационального во всем процессе осмысления права, нельзя не учитывать и роль рационального в этом процессе, без которого понимание права будет обязательно ущербным и не технологичным.

Источником интуитивного являются потребности человека, сопоставляемые с имеющимися возможностями их удовлетворения.

С помощью рационального человек упорядочивает свое видение, поведение, социальную организацию. Искусственное разведение интуитивного и рационального, односторонняя абсолютизация их роли в поведении человека и в процессах познания им самого себе и окружающего мира недопустимы, чреваты серьезными негативными последствиями.

В современном познании интуитивное без рационального в той или иной форме невозможно. Само постижение интуитивного не лишено рационального, точно так же невозможно и рациональное без интуитивного. Можно даже утверждать, что понимание права возникает в наиболее полном виде тогда, когда возникает ситуация полной исчерпанности возможностей интуитивного и рационального познания. Понимание права становится озарением, прорывом в развитии знания о праве как результат диалектического взаимопроникновения интуитивного, рационального в познании права как его предмета. Здесь уместно вспомнить оригинальную формулировку общего закона развития политикоправовых учений выдающегося отечественного ученого, профессора Б.Н. Чичерина, который исходя из конечности количества форм человеческого общежития (государство, общество, церковь, семья) и наличия в каждой из них конечного числа элементов (власть, закон, свобода, цель) пришел к выводу о конечном числе групп повторяющихся политико-правовых учений (общежительная, нравственная, индивидуалистическая, идеальная), постоянно существующих в каждый период истории политико-правовых учений и различающихся тем, какой из элементов каждой формы человеческого общежития преобладает в данной группе учений над другими элементами.

Рассматривая названные выше элементы формы человеческого общежития как реально существующие явления и проявления сознания, он обосновал и соответствующие им методы познания: рационализм, эмпиризм, универсализм.

Этот интересный прием классификации можно было бы использовать и при обосновании типологии правопонимания, если бы была разработана внутренняя структура правопонимания.

Характеризуя с этой точки зрения существующие в отечественной литературе трактовки понимания права, можно прийти к выводу, что они, во-первых, ограничивают понимание права сферой рационального познания, сведенной к предмету одной из юридических наук- теории права, хотя и претендующей на роль обобщающей юридической науки, но фактически не выполняющей такой роли.

Понимание права является категорией другого уровня, по статусу своему выходящей за пределы современной теории права. Этим можно объяснить неудающиеся попытки втиснуть ее в прокрустово ложе понятий теории права как системы субординированных сугубо рационалистических правовых понятий, претендующей на истину в последней инстанции.

Одной из особенностей современного этапа обсуждения проблем понимания права, как нам представляется, является относительная исчерпанность критического потенциала конкурирующих концепций правопонимания, убедительность аргументации каждой концепции, наиболее четко фиксирующей тупиковость ситуации и необходимость поиска новых подходов к пониманию права.

О выработанности «методологического ресурса естественно- правовой позитивистской доктрины даже в условиях Запада» достаточно убедительно пишет В.В. Сорокин. Отметив массу недостатков всех существующих в настоящее время типов пра-вопонимания, обосновав недопустимость игнорирования духовно-культурного подхода к праву, он приходит к выводу, что к истине в вопросе право-понимания можно прийти через религию и мораль [5, с. 8; 16].

Одним из очевидных путей выхода из этой проблемной ситуации является, на наш взгляд, перевод исследований рассматриваемой проблемы в другое русло, связанное с уточнением предмета данных исследований.

Как уже отмечалось, понимание права не может ограничиться попытками поместить его в теорию права.

Само появление этого термина есть выражение потребности в обеспечении целостности всего юридического знания, которое сегодня выступает в лучшем случае как очень формальная целостность. Понимание права в единстве всех его разновидностей и способов осуществления выступает терми-

ном, стоящим у истоков формирования целостного юридического знания в отечественной научной литературе, потребность в котором уже была осознана в виде обоснования основ историко-теоретической эпистемологии государства и права [7].

Однако оно касалось исключительно историкотеоретического цикла юридических наук. В настоящее время целостность всей юридической науки становится важным условием ее дальнейшего развития и обеспечения ее социальной эффективности.

В связи с тем, очевидно, что юридические знания в каждой стране, государстве, каждом народе имеют собственную историю становления, свои уровни и формы целостности, специфические особенности содержания, они выражают особенности формирующегося в каждом отдельном случае правопонимания. Это не означает абсолютной невозможности универсального правопонимания для всего человечества. Надо только при этом не забывать, что для его достижения необходим высочайший уровень исследовательской культуры, а также понимание того, что универсальное право-понимание по необходимости в его рационалистической части будет предельно абстрактным, а в до и над теоретическими формами знания не может ограничиваться «дамой с завязанными глазами». Как справедливо заметил В.В. Сорокин, «существо идеи права не может основываться на нравственном императиве, определенном рационально», формирование модели бытия возможно «сквозь мировоззренческие и ментальные предельные смыслы» [6, с. 15, 17].

Вряд ли возможно или целесообразно интегрировать односторонние концепции в одну общую, как это пытается сделать ряд ученых интеграторов. Но вот объединить произвольно и искусственно разделяемый ими целостный предмет познания - право, и исследовать его в его целостности представляется первой задачей, решение которой позволит преодолеть имеющийся кризис в понимании права.

В свете сказанного вся обоснованная взаимная критика существующих в отечественной юридической литературе концепций права, содержащиеся в ней достоинства и недостатки в своей подчеркнуто рационалистической односторонности не могут дать общего объективного понимания права, природа которого связана не только с рациональным, но и с нерациональным, интуитивным, не только с материалистическим, но и с идеалистическим, духовнонравственным компонентами человеческой жизни. Знание о праве, получаемое на уровне понимания права, синтезируя все имеющиеся подходы к его

осмыслению, на основе полного использования диалектики позволяет решать проблемы его эффективности, которые не решаются на обособленно теоретической или прикладной, материалистической или идеалистической основе.

Понимание права позволяет преодолеть разорванность юридического знания, подчеркнуть его целостность в полном составе его частей, ставит вопрос об этой целостности в повестку дня современных исследований.

Литература

1. См. например: Алексеев С.С. Тайна права. Его понимании, назначение, социальная ценность. М., 2001; Байтин М.И. Сущность права. Современное нормативное понимание права на грани двух веков. Саратов, 2006; Веденин В.С. Методология исследования правопонимания // Юридическое образование и наука. 2007. № 4; Графский В.Г. Понимание права: некоторые актуальные аспекты традиционной темы // Государство и право. 2003. № 5; Лейст О.Э. Три концепции права // Государство и право 1991. № 2; Мальцев Г.В. Понимание права. Подходы и проблемы. М., 1999; Мартышкин О.В. Совместимы ли основные понимания права? // Государство и право 2003. № 6; Нерсесянц В.С. Философия права: либертарно-юридическая концепция // Вопросы философии. 2002. № 3; Овчинников А.И. Правовое мышление; Овчинников А.И. Процедуры понимания и объяснения в правовом познании // Северо-Кавказский юридический вестник. 2008. № 4; Сырых В.М. Логические основания общей теории права. М., 2005. Т. 1. 2008; Толстик В.А. От плюрализма правопонимания к борьбе за содержание права // Государство и право 2004. № 9; Четверкин В.А. Основы либертарного правопонимания // Государство и право. 2003. № 5.

2. Овчинников А.И. Правовое мышление: теоретико-методологический аспект. Ростов-на-Дону. 2001.

3. Юшко А.В. Понимание права: теоретико-

методологический аспект. Автореф. дис. канд. юрид. наук. Ростов-на-Дону, 2007.

4. Сырых В.М. Логические основания общей теории права. Т. 3. Современное правопонимание. М., 2007.

5. Сорокин В.В. Понятие и сущность права в духовной культуре России. М., 2007.

6. Розанов В.В. О понимании. М., 1994.

7. Шапиро Е.А. Основы историко-теоретической эпистемологии государства и права. Ростов-на-Дону, 2005.