Доктор более не рядом

Санкт-Петербургская группа компаний Euromed Group отказалась от дальнейшей реализации проекта создания в Ульяновской области сети центров общей врачебной практики, работающих в системе ОМС.Причина в том, что региональные власти пересмотрели оговоренные ранее условия сотрудничества и предложили компании работать на общих основаниях, которые вели Euromed Group к убыткам. Депутаты Госдумы считают переход на равные с госполиклиниками условия правильным и отмечают, что в условиях недофинансирования региональной медицины проект был изначально обречен. Эксперты указывают, что инвесторам при заключении соглашений на первом этапе необходимо включать принцип «дедушкиной оговорки».

В понедельник стало известно, что группа компаний Euromed Group (Санкт-Петербург) закрывает в Ульяновской области свои центры общей врачебной практики «Полис» и уходит из региона. Исполнительный директор Euromed Group Руслан Сурков подтвердил „Ъ“, что в течение апреля все семь центров общей врачебной практики «Полис» (четыре в Ульяновске и три — в районах области) прекратят свою деятельность, медперсонал уволят, а оборудование продадут клиникам региона, если у них будет к этому интерес.

Проект государственно-частного партнерства (ГЧП) по созданию сети центров общей врачебной практики «Полис. Участковые врачи» (бесплатная медпомощь населению за счет средств ОМС) начали реализовывать в 2014 году по инициативе губернатора региона Сергея Морозова. С 2013 года Euromed Group развивает такую сеть Санкт-Петербурге, где создано 18 центров. Проект ведет компания ООО «Проекты в сфере здравоохранения» (100% — ООО «Евромед Клиник»), его филиал в Ульяновске работает под брендом «Полис». В правительстве Ульяновской области проект назвали «Доктор рядом». По подписанному в 2014 году соглашению регион предоставлял компании помещения на безвозмездной основе, а та делала ремонт, набирала медперсонал, устанавливала диагностическое оборудование.

Изначально объем инвестиций в ульяновском проекте оценивался в 300 млн руб. и планировалось открыть по разным данным от 20 до 48 клиник. Однако в январе компания заявила, что нормативы объемов медпомощи для «Полиса» на 2019 год снижены региональным минздравом и Территориальным фондом ОМС на 49,3%, в связи с чем она вынуждена провести сокращение кадров, изменить расписание работы врачей, мэрия Ульяновска назвала это «шантажом». Региональный минздрав пояснил, что ранее у Euromed Group был завышенный норматив объемов медпомощи (а значит, и финансирование) — так было оговорено при подписании соглашения с правительством региона, но теперь он приведен к единому нормативу, установленному для всех — и государственных, и частных организаций. При этом в минздраве заявляли, что готовы к переговорам и поиску взаимоприемлемых решений, хотя отмечали, что если «Полис» уйдет, то его место займут подразделения государственных клиник.

«Мы готовы были остаться с откорректированным под уровень финансирования штатным расписанием, но это не понравилось властям. Последней каплей было то, что договоренности, которым мы верили последние четыре месяца, что нам будут все-таки платить по факту выполненных услуг, так и не были исполнены, а переговоры ни к чему не привели»,— сказал „Ъ“ господин Сурков, заметив, что в убыток работать компания не может, отказывать гражданам в медицинских услугах — тоже. По его словам, «за счет шаговой доступности и эффективности работы компания реально выполняет значительно больший, чем по нормативам, объем медицинских услуг».

Министр здравоохранения Сергей Панченко за то, чтобы «Полис» продолжал работать в регионе, но — по общим для всех нормативам. Он считает, что это реально. По словам министра, «на таких принципах работают в Ульяновске частные клиники „ВМ-Диагностик“ и „ВМ-Клиник“» (обе принадлежат Вадиму Долгановскому. — „Ъ“). Он также заметил, что в министерстве сомневаются в реальности заявленных объемов услуг «Полиса», «в связи с чем страховые компании провели проверку и выявили приписки» и «направили заявления в прокуратуру и полицию». По мнению господина Панченко, «таким ресурсом такой объем выполнить невозможно».

Господин Сурков с таким утверждениями не согласен и предлагает проверить все по установленным в офисах видеокамерам. В то же время он подчеркивает, что Euromed Group намерена «разойтись мирно», проведя плавный переход от частного к государственному в течение апреля, и «никаких компенсаций из дефицитного бюджета не требует». Он отмечет, что сам по себе проект жизнеспособен и компания уже имеет предложения от ряда других регионов.

В региональном минздраве признают, что «возврат к государству» будет болезненным, «потребует времени и затрат в не один миллион рублей» (расчет необходимых средств еще ведется. — „Ъ“), однако чиновники надеются, что переход «не нанесет заметного ущерба населению».

По мнению члена профильного комитета Госдумы Алексея Куринного, минздрав и ТФОМС «поступили правильно», «потому что нельзя ставить государственные поликлиники в худшие условия в сравнении с частными». В то же время депутат обращает внимание на то, что в Санкт-Петербурге аналогичная сеть Euromed Group действует успешно, «потому что там выше тарифы на услуги по ОМС за счет доплат регионального бюджета». «У нас в бюджете огромная незакрытая дыра, даже по базовым видам, а у них, наоборот, еще пополняется»,— заметил депутат. По его мнению, подобная форма ГЧП жизнеспособна только «в условиях адекватного финансирования, а «для Ульяновской области модель была изначально экономически нецелесообразной».

Директор Института экономики здравоохранения ВШЭ Лариса Попович назвала ситуацию с уходом Euromed Group «печальной историей, которая законодательно никак не урегулирована». «Есть такая норма — „дедушкина оговорка“ (общепринятый в мире термин, означающий принцип защиты инвестора от изменения условий принимающей инвестиции стороны. — „Ъ“), которая предполагает, что если ухудшились условия, необходимо вернуться к началу и перезаключить договор так, чтобы инвестор ничего не потерял. Но есть у нормы свои исключения — они каcаются нацбезопасности и здоровья. И часто под этим исключением понимают программу госгарантий. Это очень плохо, это неурегулированная дырка, влияющая на инвесторов. Надо было включать „дедушкину оговорку“ изначально в соглашение»,— пояснила эксперт.