"Переговоры "нормандской четверки" были сложные, но вышли на какой-то позитив"

Идея ввода миротворцев на восток Украины не получила поддержки "нормандской четверки", сообщил министр иностранных дел России Сергей Лавров. По его словам, такую меру предложил глава украинского МИДа Павел Климкин. Однако она не получила никакого развития. Заместитель директора Института стран СНГ Владимир Жарихин обсудил тему с ведущей "Коммерсантъ FM" Оксаной Барыкиной.

Министры иностранных дел России, Украины, Германии и Франции обсудили реализацию минских договоренностей на встрече в Берлине. Одной из тем была возможность проведения местных выборов на территориях, которые контролируют ополченцы.

— Как вы оцениваете прошедшие переговоры?

— Наверное, так же, как и участники переговоров. Переговоры явно были сложные и непростые, но вышли на какой-то позитив. Они говорили дипломатическим языком, но если перевести на обычный, то все-таки Украину пытаются заставить совместно Россия, Германия и Франция выполнять минские соглашения.

Украина все время пытается принять законы, которые блокируют экономические и политические пункты соглашений, стремится ввести миротворцев, которые по известным прецедентам в мире всегда на самом деле изолируют и отталкивают мятежные регионы, а отнюдь не реинтегрируют их обратно в пространство государства. Это совещание показало, что Россия с одной стороны и Германия и Франция с другой настроены на то, чтобы все-таки давить на Украину, требуя выполнения всех пунктов минских соглашений.

— А что нужно дальше делать, какие механизмы выработать, чтобы все-таки достигнуть окончательного прекращения огня?

— Насчет окончательного прекращения огня здесь предложения были. Лавров прямо признал, что нарушение перемирия было и с той, и с другой стороны, коль скоро они обходят соглашения тем, что стреляют из минометов и танков, значит, отвести и минометы, и танки, и орудия менее 100 мм диаметром. Вроде бы с этим согласились.

Что касается других пунктов, которые особенно саботирует украинская сторона, а это экономические пункты, политические, гуманитарные, то все-таки настояли на том, что будут образованы четыре подкомиссии, в которых Украина все-таки будет вынуждена напрямую обсуждать выполнение пунктов соглашения с представителями Донецкой и Луганской республик, от чего они категорически отказывались. Посмотрим, выполнят они это или нет.

— По поводу местных выборов на территориях, которые контролируют ополченцы, как вы считаете, удалось им как-то сдвинуться в этом направлении?

— Мне кажется, удалось сдвинуться в том смысле, что все-таки это тоже предмет для совместного обсуждения Киева с Донецкой и Луганской республиками. Без совместного обсуждения реализация, например, закона об особом управлении некоторыми территориями, редакция которого сейчас принята на Украине, то есть они хотят, чтобы выборы были проведены прямо сейчас, но при этом разоружены все вооруженные формирования на территории Луганской и Донецкой республик, введена украинская милиция на эту территорию, восстановлена деятельность политических партий, разрешенных на Украине, в том числе и "Правого сектора", и "Свободы", которые там разрешены, и в этих условиях проводить выборы. Понятно, что это неприемлемо для представителей Донецка и Луганска.

— Порошенко ко всем этим пунктам все-таки сейчас прислушается?

— Порошенко играет сложную игру. Позиции по перспективам будущего Украины совершенно явно разошлись между Францией и Германией, Россией. Они приняли компромиссное видение, которое отражено в минских соглашениях. Все-таки это реинтеграция Луганской и Донецкой республик в украинское государство при существенном изменении самого украинского государства, по сути, переход к федеральной структуре.

С другой стороны, видение американцев, которые считают, что Украина должна оставаться унитарной. У меня такое впечатление, что они абсолютно не желают реинтеграции Донецкой и Луганской республик со своими, в том числе и геополитическими позициями, снова в украинское государство. Порошенко разрывается между этими разными позициями. С одной стороны, он не отказывается выполнять то, что хотят европейцы, но при этом делает все, чтобы саботировать это выполнение. Вот такую политику он проводит.