Литература Мордовии как универсальный код социума республики

УДК 82.09(=511.152) Е. А. жиндеева

литература мордовии

как универсальный код социума

республики

Литературоведческие наблюдения касаются функционирования билингвизма как основы художественного творчества ряда писателей Мордовии. Анализируются истоки социокультурного кода литературных образцов на русском, мордовском-мокша и мордовском-эрзя языках.

Ключевые слова: билингвизм, русскоязычие, эволюционные процессы, социокультурный код, этапы развития, поликультурная общность, этническое самосознание.

В связи с рассмотрением художественного материала на русском языке в системе соотношений национальное/инонациональное с опорой на современную методологическую базу основой для исследования изберем разносторонний анализ явления русскоязычия в мордовской литературе. Тесно взаимодействуя с мордовской-эрзя и мордовской-мокша литературой, русскоязычная ветвь естественным образом влияет на общий литературный процесс и является его неотъемлемой частью. Между тем значение и место русскоязычия, его теоретические основы и модификации в художественном процессе региона практически не разработаны. Особую актуальность приобретает эта проблема сегодня, в эпоху этнической идентификации личности и пристального внимания к судьбам взаимодействующих этносов.

Другой важный момент состоит в определении приоритетов дихотомии «культурная компетентность и языковая личность». В системе современных общественных отношений интерес к интернациональному как связующему звену в развитии полиэтнических отношений в социуме России заметно угас, уступив место стремлениям националистического толка, что порождает этнические конфликты и стремление к доминированию национального компонента во многих регионах России. Мордовия в этом отношении, к счастью, благополучна и может быть примером сбалансированного развития культуры многих национальностей.

Интерес к билингвизму в художественной литературе Мордовии как феномену культурного пространства региона породил несомненную трудность для учителей-практиков при школьном освоении прозы Мордовии как межнационального культурного пространства. Мы используем полифункциональный подход к анализу художественных текстов различных жанровых модификаций (роман, повесть, рассказ, новелла, эссе, притча и т.д.), созданных как писателями-билингвами, так и теми, чье творчество следует отнести к русской ветви мордовской литературы (например поэзия и проза А. И. и К. В. Смородиных); особое внимание уделим также авторским переводам.

Признавая бинарный характер языковых и культурных контактов мордовской и русской культуры, основным в работе словесника мы считаем комплексный анализ социокультурных и литературоведческих особенностей развития русскоязычной литературы в советский период и в настоящее время.

Рубеж ХХ-ХХ1 вв. характеризуется поиском новых художественных форм, связанных с философскими идеями, а также с современными процессами общественной жизни России. В период порубежья не только создается новая модель общественного сознания, но и реализуются некоторые идеи, составляющие золотой фонд отечественной мысли и связанные с осознанием культурного противостояния столицы и провинции, характерного и для русской литературы кон. Х1Х - нач. ХХ в. (И. Бунин, И. Шмелев, Б. Зайцев и др.).

Разумеется, сегодня речь не идет о провинциальной литературе, как о художественных произведениях, посвященных деревне. Термин «провинциальный» по-прежнему остается аналогом понятий целомудренности, некоторой простоты и душевности, граничащих с консервативностью, наивностью, искренностью.

В контексте регионального развития культурного пространства рассмотрим языковую ситуацию Мордовии, позволяющую трактовать литературный процесс региона как совокупность национального и инонационального культурных компонентов.

Употребление нескольких языков в пределах определенной социальной общности рождает особую культурологическую систему, существующую в условиях интернационального мышления и представляющую собой, таким образом, особый тип искусства. В данном случае речь идет о художественной литературе, созданной на стыке мордовского и русского языков и называемой русскоязычной (инонациональной) литературой.

Инонациональная литература основана на взаимодействии нескольких пластов культурного пространства нашей республики, в данном случае речь пойдет о языковом компоненте. Формирование парадигматики художественных текстов русскоязычия тесно связано с понятием полилингвизма, поскольку копирующая действительность интерлитературы отражает исторически сложившуюся языковую структуру, основа которой - историко-психологический уклад народа. Она не может быть заменена рационально построенным искусственным языком без существенных невосполнимых потерь.

Функционирование равноценных языковых систем в контексте развития общественных отношений обусловлено персональным выбором в зависимости

от коммуникативной ситуации. Отсутствие жесткой детерминации открывает возможности использования двух и более языков и отдельными членами общества, и группами населения. Таким образом, коммуникативные формы образуют своеобразную иерархию языков - национального и межнационального общения, что реализуется и в словесном искусстве Мордовии.

Русский язык как способ межнационального общения в России имеет обоснования исторические и функциональные:

1) большая часть населения страны;

2) длительное существование устойчивой письменной формы;

3) международный статус;

4) широкая практика заимствований другими языками из русского языка, обусловленная социальными факторами;

5) многофункциональность русского языка (делопроизводство, обучение).

В связи с новым уровнем развития социума как проявления возможных

культурных связей сегодня в основу мультилингвизма заложено овладение несколькими языками практически в равной степени.

Принято считать, что родным является язык той национальности, к которой себя причисляет говорящий. Но в силу целого комплекса причин человек нередко потенциально готов назвать родным языком не тот, на котором говорят его соплеменники (в нашем случае мокша - или эрзя-мордовский язык), а тот, который объединяет его с большей массой людей и которым он владеет в совершенстве (русский язык). В таком случае происходит интерференция, в результате чего большая часть населения считает родным язык не своей национальности, которым практически не владеет, хотя по традиции продолжает причислять себя к мордве.

Многоязычие того или иного общества Ю. Д. Дешериев [6], А. Д. Швейцер [8], Г. А. Зограф [7] определяют как случаи массового владения несколькими языками, отмечая значение функционального статуса употребляемых языков и степень их близости - исторической или типологической. В нашем случае, естественно, речь идет об исторической близости развития русского и мордовских языков.

Говоря о причинах возникновения двуязычия, Л. В. Щерба [9] констатирует тот факт, что по способу усвоения второго языка двуязычие может быть искусственным, когда этот язык усваивается через посредство школы, учителя, учебника, то есть когда применяется диалектически обоснованная система последовательного накопления знаний и навыков. Но билингвизм может быть и естественным, если язык усваивается в процессе непосредственного общения с иноязычной средой. Возможно, адаптационные процессы, положенные в основу инонациональной литературы, и ее влияние на национальную литературу региона свидетельствуют о наиболее высокой степени развития двуязычия в таком обществе.

Существует несколько классификаций двуязычия. Так, Л. В. Щерба по степени экспрессивности различает два типа двуязычия: индивидуальное и массовое. «Массовое, в свою очередь, делится на полное, когда двуязычен весь народ, и частичное, когда двуязычна та или иная часть народа (но не отдель-

ные его представители, подобные подтипы предложено именовать сплошными и групповыми») [9. С. 85-87].

В зависимости от характера связей между сосуществующими языками Л. В. Щерба предлагает различать чистое и смешанное двуязычие, чистым подразумевая автономное, изолированное восприятие двух и более языковых систем. В качестве примера он приводит русских аристократов XIX в., относительно свободно владеющих французским, но, как правило, не умеющих перевести с французского на русский и наоборот.

Опираясь на теорию Л. В. Щербы и Т. А. Бертагаева, мы характеризуем развитие языковой ситуации в Мордовии как массовое (групповое), продуктивное, естественное, смешанное, неблизкородственное двуязычие. Такие социолингвистические условия способствуют стремлению не только к непосредственному общению на двух (реже трех: мордовском-мокша, мордовском-эрзя и русском) языках параллельно, но и выявляют психологическую предрасположенность писателей к созданию оригинальных художественных текстов на родном или на русском языке. Рассмотрение творчества писателей-билингвов - один из важных аспектов исследования литературного процесса Мордовии.

Вместе с тем иной взгляд на возникновение и сферу функционирования двуязычия развивают современные социолингвисты, в том числе Ю. Д. Деше-риев, понимая под двуязычием переходный период в смене одной языковой системы другой, то есть - явление временное, способствующее вымиранию предшествующего языка и расцвету последующего. Но никем из специалистов не доказаны теоретические положения, которые бы лежали в основе темпорального рассмотрения двуязычия как периода, способного исчерпывать себя ввиду поступательного развития полиэтнического общества.

В культуре Поволжья и Приуралья в ХХ в. проявляется возможность устойчивого двуязычия не только как переходного явления, но и как способа сосуществования нескольких языков, получивших равнозначный статус и широкое распространение. Примером тому может служить языковая ситуация в Мордовии. Национальные и русский языки не только функционируют здесь в устной форме, но и становятся фундаментом отдельных ветвей мордовской литературы.

Вместе с тем основные тенденции параллельного развития национального и интернационального языков, если принять во внимание ассимиляционные процессы, которые неизбежны в подобном случае, могут привести к такой ситуации, при которой тот или иной язык начинает доминировать, и, следовательно, второй язык (чаще всего именно национальный) ущемляется в своем развитии, что сказывается на развитии литературы. Для разрешения подобного конфликта необходимы разумное распределение сфер употребления между взаимодействующими языками и толерантное отношение при доминировании того или иного языка на определенном этапе развития творческого потенциала народов республики. Это не означает, что непосредственно общаться следует, например, на одном из мордовских языков (мокша или эрзя), а в деловой сфере - применять только русский. Рациональное, разумное употребление того или иного языка, на наш взгляд, способно уберечь общество от межэтнических конфликтов и катаклизмов. В этом отношении Закон «О языках народов РФ» (1992) закрепляет национально-русское двуязычие, дает

возможность во избежание недоразумений и конфликтных ситуаций устанавливать на определенной территории государственный статус двух языков - национального и интернационального. В Республике Мордовия статус государственного имеют все три языка - русский, мордовский-эрзя, мордовский-мокша.

В области художественной литературы языковая ситуация сказывается в наличии трех разных и равноценных пластов:

- мордовская (мокша) литература;

- мордовская (эрзя) литература;

- русская литература (русскоязычная).

Несмотря на традиционне представление о мордовской литературе как единой (по аналогии с национальным языкознанием), на наш взгляд, следует выделять эрзянскую и мокшанскую ветви. Негласно это давно уже существует, поскольку изучение мордовской литературы на национальных отделениях средне-специальных и высших учебных заведений вынужденно соответствует тому, каким из мордовских языков владеют слушатели. Отметим, что в мордовском литературоведении существует точка зрения о том, что «мокшанская и эрзянская литература отличаются не только языками». Есть серьезные жанрово-родовые различия. Так, в 1933 г. вышел в свет первый эрзянский стихотворный роман «Кинель» А. Лукьянова, открыв дорогу этому жанру вплоть до романа «Ава ды лей» («Женщина и река») И. Калинкина (1995). Эрзянскими писателями созданы также эпопейные романы: «Бурливая Сура» А. Куторкина и «Найман», «Люди стали близкими» и «Дым над землей» К. Абрамова. В эрзянской литературе устойчиво развивается жанр крупной эпической поэмы: «Эрьмезь» Я. Кулдуркаева, «Моро Ратордо» («Песня о Раторе») Н. Эркая, «Литова» П. Кириллова, «Пенза и Сура» и «Сияжар» В. Радаева.

А в мокшанской литературе ярко выражен жанр лиро-эпической поэмы и широкую известность получили социально-бытовой и исторический романы (И. Девина, А. Малькина, М. Сайгина, Т. Якушкина, Т. Кирдяшкина), «классикой стали произведения для детей Я. Пинясова, достигли совершенства жанры лирической поэзии» [5. С. 369].

Приведенная выше типология убедительно показывает, что единства взглядов на мордовскую литературу в целом в настоящее время нет. Но параллельно формируется тенденция рассматривать как собирательный термин «мордовская литература». Таким образом, споры в мордовском литературоведении ведутся не только относительно статуса русскоязычной литературы.

Исследователь мордовской литературы Г. И. Горбунов причисляет к эрзянской и мокшанской литературе художественные тексты, написанные на русском языке («Пенза и Сура» В. Радаева, произведения Т. Якушкина). Это свидетельствует о том, что, несмотря на устоявшееся общее мнение о триединстве мордовской литературы, ее русскоязычная ветвь недостаточно изучена.

Не проводя четкой границы между русской литературой Мордовии и русскоязычной, исследователи нередко рассматривают эти явления в синонимическом ряду на том основании, что та и другая литературы написаны на русском языке.

Предложим некоторые критерии, по которым, на наш взгляд, определяется именно русскоязычная литература:

- в основу текстового материала положен русский язык;

- авторизованный перевод с национального языка на русский;

- авторский перевод на русский язык и т.п.

До появления письменности родные (мордовские) языки по необходимости ограничивались рамками семейно-производственно-бытового общения, а также устного народного творчества. Немногочисленные сферы, занимающие большое место в повседневной жизни, потребовали обращения к языку, выполняющему функции языка межнационального общения, языка культуры и науки.

Соотношение диапазонов действия двух языков (национального и межнационального) далеко не одинаково. В некоторых случаях возникает наложение, и, как следствие, - интерференция как способ неосознанного (реже - в художественной литературе - сознательного) синтеза нескольких языков, что свидетельствует об особом уровне взаимодействия этносов. Но «наивно было бы .. .считать, что двуязычным становится человек, усвоивший какое-то определенное количество слов и грамматических правил второго языка» [1. С. 139].

Степень внедрения полилингвизма, его количественно-качественный эквивалент прямо пропорционально зависит от условий проживания, периода взаимодействия, от обоюдных традиций и т.п. В нашем случае уместнее говорить об органичном дополнении и взаимопомощи национального и инонационального компонентов региональной культуры при условии самодостаточности и самоценности любого отдельно взятого из них.

У литературоведов, так же, как и у лингвистов, сложилось неоднозначное отношение к подобного рода употреблению языков. Мыслительный процесс, положенный в основу создания художественных текстов на неродном языке, требует особого психологического уклада, что и свидетельствует о специфической мотивации развития творческой личности писателя-билингва.

Таким образом, складывается следующая картина. Автор, осознанно выбирая в качестве основы творчества язык межнационального общения, в данном случае -русский, руководствуется несколькими критериями - личными интересами, собственными знаниями, предполагаемым кругом читателей, общественным мнением, тенденциями развития общества и т.п. Вместе с тем он предполагает для себя поочередное употребление языков; постепенный переход с национального на русский; переход с русского на национальный; выборочное обращение к тому или иному языку (например для прозы - русский, для поэзии - мордовский); использование только русского как языка творчества, с последующим авторизованным переводом и т.п.

Культурологический подход (наряду с другими методами) к анализу художественного произведения позволяет сделать некоторые существенные выводы об особенностях функционирования языка в пределах искусства слова. Важнейшей среди них, на наш взгляд, является та, которая позволяет говорить о языке межнационального пространства, обеспечивающем языковые контакты между народами в пределах государства, приобщение к достижениям мирового прогресса и культуры, взаимообмена культурными ценностями. Работы, основанные на подобном рассмотрении регионального литературного процесса, органично включаются в отечественное литературоведение, в то время как изучение языков населения данного региона - прерогатива региональной культуры как составляющей

части российского общества. Специфическая языковая теория, сложившаяся в науке Мордовии на рубеже ХХ-ХХ1 вв., не только не проясняет, но еще больше усугубляет и без того сложную ситуацию. Ведь в художественном творчестве соотношение национального (мордовского) и русского начал не имеет четких границ. Попытки объединения двух мордовских языков (эрзя и мокша) рядом ученых-филологов, вслед за Д. В. Бубрихом, классифицирующим эрзянский и мокшанский языки как наречия единого мордовского языка, - пример неоправданной радикальности в мордовском языкознании.

Однако и отказ от единства мордовского языка влияет на развитие современной литературоведческой науки в Мордовии.

Существует тенденция рассматривать мордовскую литературу не в совокупности, а как самостоятельные проявления мордовской-эрзя и мордовской-мокша литературы: «Много лет работая в области национальной литературно-художественной критики и литературоведения, в области написания программ, учебных пособий и учебников для национальной школы, я пришел к выводу о том, что существуют мокшанская и эрзянская литературы, близкородственные, но самостоятельные» [5. С. 368].

Бесспорно, что одним из базисов выделения национальной литературы является язык ее создания. Ценность нескольких языковых систем, положенных в основу регионального литературного процесса, находящихся в одних условиях функционирования, не одинакова. Равенство языков - родного и неродного -потенциально, но из этого не следует, что значение их идентично для всего населения в целом. В данном случае билингвизм, как одна из разновидностей многоязычия, выступает как компенсирующая система, открывающая доступ к образцам мировой культуры, является условием приобщения к мировым хранилищам знаний. Поэтому билингвизм целенаправленно стимулируется в образовательной, познавательной сферах жизни общества и находит достойное развитие в культуре региона.

Для построения теории полилингвизма в целом и билингвизма в частности, особое значение имеет история сосуществования и взаимовлияния двух или более языков внутри единого культурного пространства. Литературоведы, проявившие интерес к полилингвизму как фундаменту развития национальных и инонациональных литератур одного региона, склонны рассматривать многоязычие как залог успешного функционирования уникальных, сбалансированных систем целого ряда национальных литератур, чье становление приходится на 20-30-е годы ХХ в. и, в частности, объясняет лояльность носителей мордовской культуры к иноязычной литературе в целом и русскоязычной в частности.

Специфическая социокультура самостоятельных национальных республик, входящих в состав Российской Федерации, среди прочих актуальных вопросов требует определения места и значения инонациональной литературы, в данном случае речь идет о так называемой русскоязычной литературе Мордовии.

Современные точки зрения на специфику и закономерности развития и взаимодействия национальных культур в условиях полиэтнического государства позволяют рассматривать инонациональную литературу, с одной стороны,

как воспринимающую этно-стилевые особенности национальной литературы и как воспроизводящую, создающую художественные произведения на русском языке, с другой.

Русскоязычная литература как таковая стала предметом исследований начиная с конца 1980-х годов, когда изменилось в силу преобразований социально-общественных норм отношение к национальному и интернациональному.

Постсоветский период поставил национальное начало на уровень довлеющего, основного, тем самым нарушив один из философских законов бытия -единства общего и частного, национального и интернационального. Интернациональное общее, разработанное с позиций советского государства, уступило место исследованию национального начала во многих областях культуры, в частности в литературе Мордовии. Такое, отчасти оправданное, замещение привело к нарушению баланса культурного пространства только в тех случаях, где увлеченность культивированием национального начала ведется за счет инонационального. В этом отношении культура Мордовии - образец сбалансированного, толерантного развития всех ее видов и форм.

Целый комплекс смежных проблем заставляет современных исследователей мордовской культуры обращаться к данному вопросу. В соответствии с этим пересматривается и теория обучения языкам. В частности, данная проблема находится в поле зрения НИИ ЯЛИЭ при Правительстве РМ (с сер. 2002 г. - НИИ гуманитарных наук при Правительстве РМ), например, в книге «Проблемы мордовско-русского билингвизма» (1985), где вопросы двуязычия рассматриваются в культурологическом аспекте. К сожалению, литературоведческий анализ проблемы в этом издании практически не представлен.

Этнические культурные черты формирования литературы национального региона способствуют появлению ряда отличительных особенностей художественных текстов, в основу которых заложено разнообразие мироощущений, особенностей поведения, мотивация поступков, психологических черт характеров людей, долго проживающих совместно в рамках одного социального организма, каковым является национальная республика.

Это не означает, что произведения мордовских авторов, пишущих на русском языке, изображают устойчивый, повторяемый, самодостаточный стереотип, отличный от изображенного писателями, создающими свои книги на национальном языке. Все-таки следует отметить, что этническая идентификация художественных произведений дает основание для определения динамичного взаимовлияния нескольких национальных культур, для классификации литератур внутри национальной структуры культуры вне зависимости от языка, заложенного в основу повествования.

Рассмотрим некоторые социокультурные основы инонациональной литературы Мордовии. Территориальный фактор, положенный в основу выделения исследуемой литературы, позволяет говорить о литературе Мордовии как о самостоятельном, социально-обусловленном, замкнутом процессе, структура которого подвержена давлению извне в формах: адаптации традиций русской литературы; влияния языкового фактора (в результате чего образуется особая лингвостилевая общность); воздействия национального (мордовского) устно-

поэтического творчества; давления особенностей этнических приоритетов в поведении и мышлении и др.

Национально-культурная специфика этнической общности проявляется, прежде всего, в структуре ценностей. Объектом русскоязычной ветви литературы в регионе являются ценностные ориентиры, представленные как традициями русской литературы, так и наследием мордовского этноса. Степень использования мордовского и русского начал в художественных текстах Мордовии, созданных на русском языке, не поддается количественному анализу и сугубо индивидуально для каждого автора.

Однако к некоторым закономерностям отнесем самобытность, неповторимость повествования в русскоязычных текстах, что, наряду с другими факторами, позволяет говорить об оригинальности даже переведенных авторами на русский язык произведений, созданных ими на мордовском (эрзя или мокша) языке.

Содержание ментальности как духовной субстанции этнического определяется прежде всего такими ценностными конструкциями, как язык народа, произведения культуры (имеется в виду не только литература), идеи, накопленные в ходе исторического развития. Мотивационным ядром ценностной ориентации русскоязычных художественных текстов является, на наш взгляд, вне зависимости от фактического использования национального языка как знаково-смысловой структуры, выявление закономерных связей между внутренним психологическим миром человека и миром внешним, предметным, социальным, этнокультурным. Своеобразие мордвы как представителей финно-угорской группы народов анализируется на фоне особенностей культуры русского народа как этноса.

Содержание архетипа как эквивалента коллективного бессознательного, развития самобытности через приумножение явлений своей культуры, осознание системы ценностей как смыслообразующих переменных ее психики становятся центром повествования русскоязычной литературы, вобравшей в себя традиции и особенности взаимосвязанного развития двух этносов: русского и мордовского. Глубину специфики культуры как адаптационно-адаптирующего механизма обеспечивает взаимодействие языковых и этнических (психо-био-социальных) компонентов. В самом широком смысле, язык - это вся система культуры, посредством которой устанавливаются межэтнические связи и создается локально неповторимое своеобразие этносов, логически вписывающихся в систему народов, проживающих на территории Мордовии.

Если язык - носитель рефлектированного национального сознания, который отражает не только глубину субъективности, индивидуальности его носителей, но и отношений к миру, универсуму, причастность к общечеловеческому мирозданию, то использование русского языка писателями-билингвами свидетельствует о стремлении современной культуры к универсальности - к возможности этноса выйти за пределы локального этнического пространства в мир сложных отвлеченных связей, отношений, уже созданных многими языковыми усилиями.

В связи со сказанным отметим толерантность мордовской культуры, включая ее литературу. Равенство общественно-политических статусов и наличие общих целей национальной и русскоязычной литератур - это и фундамент непростых взаимоотношений двух ветвей единой культуры, в частности довлеющего начала одной из них, ведущего к изменению ценностной ориентации и социальных

установок, что видно в мордовской литературе 1960-70-х гг. на примере производственной темы («Хрустальные колокола» С. Ларионова, «Лысая гора» Т. Якушкина, «А завтра снова понедельник», «Повесть будет продолжаться», «Тревоги и радости Якова Аверкина» А. Косенкова, «Звезда счастья» Н. Учватова и др.), в которой терпимое отношение к «чужой» культуре все же порождает и определенное дистанцирование между национальным и интернациональным началами. С этих позиций русскоязычная ветвь мордовской литературы может рассматриваться именно как интернациональное явление.

Вместе с тем негативное воздействие билингвизма состоит в насаждении идей, враждебных этнокультурному самосознанию, что ведет к частичному разрушению национального языка (сначала в письменной речи, затем в устной), а также к русификации не только языка, но и литературы как системы, основанной, в первую очередь, на языковой норме этноса. Этим отчасти объяснимо некоторое отмежевание национальной культуры от русскоязычной. Как справедливо считает Р. П. Васильева, «.позиция огульного отрицания творческого двуязычия и прежде всего его чисто русскоязычной формы - как наиболее уязвимой в национальном аспекте - настолько же неконструктивна, насколько и недавние неумеренные призывы к ложно понимаемой интернационализации, "эффективным" средством достижения которой в духовной сфере считалось прямое или косвенное подталкивание писателей к творчеству на русском языке» [4. С. 6].

Сопряженное развитие национальных литератур Мордовии требует разграничения таких теоретических понятий, как «национальная литература», «мордовская литература», «литература Мордовии», «русскоязычная литература Мордовии», «русская литература Мордовии» и некоторые другие.

Особая языковая ситуация позволяет литературному процессу развиваться, исходя из двух разновидностей двуязычия: региональная литература и национальная.

Первая связана с взаимодействием и определенным чередованием речевой практики, тогда как вторая, чаще всего основанная на геополитических доктринах государства, подразумевает замену одного языка другим. Параллельное развитие регионального двуязычия способствует возникновению и развитию русскоязы-чия, а вместе с ним и русскоязычной литературы как культурно-общественного явления, требующего изучения, тогда как национальное двуязычие подразумевает постепенное вытеснение и замену одного языка другим. Это явление широко распространено на территории стран ближнего зарубежья, где повсеместное наступление на русский язык приводит к дискриминации русскоязычных граждан. Для этих стран двуязычие - вынужденная мера, переходный этап к возникновению этнически «чистого» государства. Стремление к такому переходу, как правило, не дает однозначного результата, и художественные произведения на русском языке функционируют в культурном пространстве.

В последние годы в культурно-образовательной сфере России усиливается внимание к национально-региональному аспекту развития социума. Специфика Мордовии как региона позволяет рассматривать русскоязычие совершенно с иных позиций. В силу сложившихся обстоятельств

ассимиляционные процессы региона настолько сильны, что литературоведы все чаще объектом своего внимания избирают инонациональную литературу.

Учитывая вышеизложенное, мы разграничиваем русскую и русскоязычную литературы Мордовии, и в основу дифференциации полагаем возможность автора писать на мордовском языке.

К русской литературе мы бы отнесли художественные тексты, написанные не владеющими национальным языком, то есть писателями, для которых ни один из мордовских языков не является родным.

Авторов, которые, относясь к мордовской национальности, не знают своего родного языка, но используют этнические традиции, мы бы назвали русскоязычными.

Русскоязычие по сути предполагает осознанный выбор писателем русского языка для своего творчества. Такая избирательность возможна для тех, кто владеет родным и неродным языком в равной мере.

К особому виду русскоязычия, по нашему мнению, относится творчество писателей-билингвов, которые попеременно переходят с родного на неродной (русский) язык или занимаются автопереводом. Таким образом, в Мордовии развивается несколько разновидностей литературы на русском языке. Иерархия языков позволяет выделить русско-национальное двуязычие (характерное для становления мордовской литературы) и национально-русское, получившее широкое распространение в 1970-1990 гг.

Среди актуальных направлений литературоведения складывается тенденция к анализу национальных литератур с позиций диахронического развития литературы на национальном языке и русскоязычной литературы. Вопросы многообразия языковых форм и систем ставятся не столько исходя из социолингвистических параметров, сколько затрагивая области интересов этнопсихологии, этносенсорики, национального литературоведения и др.

Усложнение языковой ситуации с появлением национального литературного языка сказалось на развитии литературы в регионе: литература существует в трех самобытных формах - русском, мокша- мордовском и эрзя-мордовском языках (некоторые лингвисты республики, впрочем, считают, что мордовский-мокша и мордовский-эрзя языки в древности имели единое начало и поэтому могут восприниматься как диалекты одного языка - мордовского).

Сложившаяся полиэтническая ситуация позволяет говорить о многоязычной системе внутри замкнутого административного формирования, которое представляет собой республика Мордовия. Говоря о литературном процессе, необходимо особое внимание обратить на социокультурные системы, участвующие в формировании литературы региона. Несомненно, многоязычие имеет своей основой глубокие психологические и лингвистические основания.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Аврорин В. А. Проблемы изучения функциональной стороны языка. Л.: Наука, 1975. 276 с.

2. Бертагаев Т. А. К вопросу о взаимовлиянии языков / Т. А. Бертагаев // Взаимодействие и взаимообогащение народов СССР. М., 1969. С. 124-130.

3. Бубрих Д. В. Лингвистические данные к вопросу о древнейших связях между мордовским и восточным славянством // Записки НИИ ПлиЭ. 1947. № 7. С. 7-9.

4. Васильева Р. П. К вопросу о художественном билингвизме // Проблемы жанров современной мордовской литературы. Саранск: Мордов. кн. изд-во, 1987. С. 117-127.

5. Горбунов Г. И. К проблеме единства мордовской литературы // Материалы II Всерос. науч-практ. конф. финно-угроведов «Финно-угристика на пороге III тысячелетия» (филологические науки). Саранск: Мордов. кн. изд-во, 2000. С. 368-369.

6. Дешериев Ю. Д. Закономерности развития и взаимодействия языков в советском обществе. М.: Просвещение, 1966. 285 с.

7. Зограф Г. А. Многоязычие // Лингвистический энциклопедический словарь. М.: Советская энциклопедия, 1990. С. 303.

8. Швейцер А. Д. Современная социолингвистика. Теория. Проблемы, методы. М.: Просвещение, 1988. 296 с.

9. Щерба Л. В. Избранные работы по языку и фонетике. Л.: Наука,1958. 243 с.

Поступила в редакцию 11.01.2012

E. А. Zhindeeva

Mordovian literature as the Universal code of the Mordovian society

This article contains literary observations regarding the functioning of bilingualism as a basis for artistic creativity of a number of writers of Mordovia. An analysis of the origins of social and cultural code of literary samples of three languages (Russian, Mordovian-Moksha and Mordovian-Erzya), the differentiation of a number of concepts allows us to speak about the independence and significance of the study.

Keywords: bilingualism, Russian speaking, evolutionary processes, social and cultural code, development stages, multicultural community, ethnic identity.

Жиндеева ЕленаАлександровна,

доктор филологических наук, профессор, ГОУ ВПО «Мордовский государственный педагогический институт

им. М. Е. Евсевьева» г. Саранск E-mail: jindeeva@mail.ru

Zhindeeva Elena Aleksandrovna,

Doctor of Science (Philology), professor, Mordovian State Pedagogical Institute

Saransk

E-mail: jindeeva@mail.ru