«Мы все взрослые люди»

«Норникель», основными акционерами которого являются «Интеррос» и «Русал», 6 июня проведет годовое собрание акционеров, на котором впервые с 2008 года может быть утверждено решение об отказе от выплаты дивидендов. О том, почему «Русал» считает это решение неправильным, а также о попытках заключить новое акционерное соглашение с «Интерросом» “Ъ” рассказала член совета директоров ГМК, вице-президент «Русала» Елена Безденежных.

Елена Безденежных

Фото: Владимир Трефилов / РИА Новости

— «Норникель» отказался от выплаты дивидендов за 2022 год. «Русал» говорил, что экономических причин для такого решения нет. Однако с октября палладий подешевел на 25%, родий — почти на 45%, а никель с начала года — на 20%. На ваш взгляд, это не является основанием для отказа от дивидендов?

— Цены на металл постоянно меняются. В моменте они не являются показателем для отказа от выплат. Нужно смотреть более продолжительный период. Динамика в три года, полагаю, более показательна в этом плане. Кроме того, нужно учитывать динамику по курсу валют, производственные показатели, а они неплохие. Что касается бюджета, то он, как правило, у любой компании консервативный. Он обязан быть таким. Поэтому мы не считаем краткосрочные колебания цен на металлы причиной для отказа от дивидендов.

— Как вы можете объяснить отказ от дивидендов?

— Мы можем только догадываться, читая размышления в Telegram-каналах. Пишут, что таким образом можно продемонстрировать, что «Русалу» нужны только дивиденды. Во-первых, не только. Мы, как очень крупный акционер, заинтересованы в процветании «Норникеля» и его регионов ответственности. Но и отдачу на вложенный капитал никто не отменял. Это не то что не зазорно, это правильно, логично и разумно. Все акционеры заинтересованы в дивидендах.

Пишут, что таким образом можно воспитать «Русал», который мешается под ногами. Но это неприемлемо. Что значит «воспитать»? Мы все взрослые люди. Когда вопрос дивидендов обсуждался на совете директоров, мы анализировали финансовую и инвестиционную составляющую, но не увидели причин не платить.

— «Русал» заявлял, что невыплата дивидендов экономически нецелесообразна. Почему?

— Согласно положению о дивидендной политике, размер годовых дивидендов по акциям «Норникеля» должен составлять не менее 30% от EBITDA. В положении оговариваются причины, когда выплата не рекомендуется. Если бы у «Норникеля» была недостаточность прибыли, нехватка денежного потока или невыполнение инвестиционной программы, то тогда речи о дивидендах идти не могло. Но ничего из этого нет. Нам говорят, что не следует выплачивать дивиденды из долга. Почему из долга? Дивиденды выплачиваются из прибыли, а на выполнение инвестиционной программы берутся займы. Все банки дают кредиты под инвестиционную программу, под нормальный CAPEX. Мы редко можем увидеть займы на выплату дивидендов, но постоянно на инвестиционных комитетах банков защищаются программы по CAPEX.

— «Норникель», по сообщениям в СМИ, закладывал в бюджет на 2023 год $1,5 млрд на выплату дивидендов. Куда теперь будут направлены эти деньги?

— Пока непонятно. Менеджментом не было представлено, куда будут направлены эти средства.

— Я правильно понимаю: если в бюджет заложены средства, то они есть?

— Да, вы правильно поняли, так ситуация и выглядела. Хотя денежный поток в компании «Норникель» есть, и он предсказуем.

— Ведутся ли сейчас консультации между акционерами ГМК о новом акционерном соглашении? Нужно ли соглашение «Русалу»?

— Наша позиция остается неизменной: соглашение в той или иной форме необходимо, будь это новое соглашение или модификация действующего. Это нужно не только нам, но и другим миноритарным акционерам. Мы всегда открыты к предложениям по этому вопросу.

— А предложения от самого «Русала» были?

— Да.

— Есть ли у «Интерроса» интерес к акционерному соглашению? На мой взгляд, Владимиру Потанину оно не нужно.

— Ваша точка зрения имеет право на существование, да. Но, во-первых, соглашение акционеров продолжает действовать в части фидуциарных обязательств по прошлым периодам, во-вторых, есть права вето, закрепленные в уставах, никто этого не отменял. У акционеров есть определенные права, и мы будем ими пользоваться, насколько это возможно, учитывая, что пакет у нас, конечно, меньше, чем у «Интерроса».

— Какая схема выплаты дивидендов вас бы устроила?

— Вопрос дискуссионный. Для начала можно было бы оттолкнуться от существовавших ранее договоренностей.

— Менеджмент «Норникеля» не исключил выплату промежуточных дивидендов в случае распродажи накопившихся запасов металла. Представлял ли менеджмент акционерам информацию о продажах запасов?

— Первый квартал не является показательным у любой промышленной компании. В этот период, как правило, делаются выплаты по итогам прошлого года. Будет о чем говорить по итогам полугодия. Тогда и будет видна успешность тех или иных продаж.

— В документах лондонского суда между «Русалом» и «Интерросом» говорится о намерениях «Русала» подать второй иск к Владимиру Потанину и предъявить дополнительные претензии. Подан ли этот иск? В чем заключаются претензии?

— Я могу лишь сказать, что у «Русала» действительно есть дополнительные претензии, кроме тех, что уже были озвучены.

— Акции «Норникеля», которые выкупаются на бирже под мотивационную программу для сотрудников, вернутся на рынок после ее окончания. Снимает ли это опасения «Русала»?

— Мы неоднократно комментировали этот вопрос, но все равно ходит много инсинуаций насчет нашей позиции. Говорят, будто «Русал» хочет зарубить мотивационную программу, но мы голосовали за нее! Она должна быть. Наши претензии касаются схемы реализации. Мне, как человеку, проработавшему в «Норильском никеле» более 20 лет и которому удалось и самому быть участником мотивационных программ «Норникеля», непонятно, почему сотрудников заставляют переходить на зарплатные карты Росбанка. Мне непонятно, почему люди должны регистрироваться на платформе «Атомайз», которая, как и Росбанк, является лицом, связанным с «Интерросом». Почему мотивацию нельзя сделать понятнее для людей: либо акциями, либо деньгами?

В 1990-е годы, когда была дополнительная эмиссия, акции распределялись между сотрудниками в соответствии со стажем. Это была такая премиальная программа, но никто не говорил, что эти акции у тебя потом заберут. Сейчас же через пять лет у человека принудительно выкупят цифровые финансовые активы. Мы полагаем, что это делается, чтобы кому-то передать право голоса по этим акциям. Очевидно, что это мотивационная программа скорее по названию, а в реальности у нее могут быть какие-то другие задачи.

— В 2021 году акционеры «Норникеля» рассматривали вопрос распределения долей в Быстринском ГОКе между акционерами самого «Норникеля». «Русал» в таком случае мог бы получить 14% в ГОКе. Обсуждается ли эта идея сейчас?

— У «Норникеля» контроль над компанией (ГОКом.— “Ъ”). Я считаю, что это правильно, особенно сейчас. На данный момент не время говорить о выделении таких крупных активов и утрате контроля над ними. У нас есть более насущные поводы для разговора с акционерами: инвестиции, CAPEX, дивиденды, мотивационная программа.

— В 2021 году Владимир Потанин говорил, что СП с «Русской платиной» получило необходимые корпоративные одобрения. Будет ли создано это СП?

— Сейчас СП не обсуждается на совете директоров и на уровне акционеров.