«Новая газета» отложена до прежних времен

Редакция «Новой газеты» в понедельник объявила о приостановке работы — первой за 29 лет существования издания. До окончания «спецоперации РФ на территории Украины» газета не будет выпускать печатные тиражи, а сайт и соцсети перестанут обновляться. Формальная причина для приостановки работы — уже второе за месяц предупреждение Роскомнадзора об отсутствии в материалах издания маркировки иноагентов.

Дмитрий Муратов (слева) едва ли предполагал еще месяц назад, как скоро он и Алексей Венедиктов вынуждены будут объявить об остановке работы своих редакций

Фото: Ирина Бужор, Коммерсантъ

«Мы приостанавливаем выпуск газет в сетях и на бумаге — до окончания "специальной военной операции на территории Украины"»,— заявила в понедельник «Новая газета». Редакция связала это решение с предупреждениями Роскомнадзора, которые ведомство вынесло изданию 22 и 28 марта. Оба случая связаны с нарушением ст. 4 закона «О СМИ», пояснили “Ъ” в пресс-службе надзорного ведомства.

Претензии касаются двух случаев отсутствия маркировки НКО-иноагентов.

Впрочем, Роскомнадзор отказался сообщить, в каких именно публикациях были допущены нарушения и какие именно иноагенты не были промаркированы. Отметим, два предупреждения о нарушении закона «О СМИ» позволяют Роскомнадзору (РКН) через суд отозвать у «Новой газеты» свидетельство о регистрации. Планирует ли ведомство подать такой иск, неясно; в РКН не ответили на соответствующий запрос “Ъ”.

Пресс-секретарь «Новой газеты» Надежда Прусенкова сообщила “Ъ”, что издание получило текст первого предупреждения РКН только в день вынесения второго. «В первом документе идет речь об отсутствии маркировки при указании фонда "Гражданское содействие" (внесен в реестр иноагентов, занимается помощью беженцам.— “Ъ”), конкретных претензий из второго документа мы пока не видели,— рассказала она “Ъ”.— Мы намерены обжаловать оба предупреждения в суде».

Главный редактор «Новой» Дмитрий Муратов сообщил ТАСС о планах редакции «разрабатывать новые проекты в период приостановки выпуска издания».

Госпожа Прусенкова сказала “Ъ”, что коллектив издания пока «не понимает» дальнейших планов, режима и формата работы, однако не намерен отказываться от празднования дня рождения «Новой» — 1 апреля изданию исполняется 29 лет.

«Новая газета» учреждена в 1993 году бывшими сотрудниками «Комсомольской правды» Сергеем Кушнеревым, Павлом Вощановым, Акрамом Муртазаевым, Дмитрием Сабовым и Дмитрием Муратовым. Первые восемь компьютеров купил для редакции экс-президент СССР Михаил Горбачев — для этого он использовал средства от своей Нобелевской премии. Сейчас газета выходит три раза в неделю, в 2022 году тираж издания составил 108,1 тыс. экземпляров. «Новая» известна рядом общественно значимых расследований, публикациями о проблемах коррупции, пытках, нарушениях на выборах. За время работы «Новой» шесть журналистов редакции были убиты. В 2018 году издание запустило краудфандинговый проект «Соучастники». В 2019 году главред газеты Дмитрий Муратов сообщал, что издание финансируется в том числе на средства бизнесмена Сергея Адоньева; контрольный пакет акций издания принадлежит коллективу. В 2021 году господин Муратов стал лауреатом Нобелевской премии мира за «усилия по защите свободы выражения мнений». Премию в размере 40,2 млн руб. он пожертвовал детскому хоспису «Дом с маяком», фондам «Вера», «Круг добра» и «Подари жизнь», Фонду работников СМИ (занимается помощью журналистам в борьбе с тяжелыми заболеваниями), а также частично спонсировал создание фильма о СМИ в РФ. В марте 2022 года господин Муратов объявил, что намерен продать нобелевскую медаль на аукционе, чтобы направить вырученные средства «украинским беженцам и больным украинским детям».

Дмитрий Муратов и пресс-служба редакции не поясняют, почему приостановить работу после предупреждений Роскомнадзора решено до конца «спецоперации РФ на Украине». После начала «специальной военной операции» редакция «Новой» получила шесть писем от Генпрокуратуры и Роскомнадзора.

Как утверждало издание, оба ведомства требовали удалить материалы, связанные со спецоперацией на Украине под угрозой «гигантских штрафов и перспективы ликвидации СМИ».

Редакция попросила подписчиков-«соучастников» проголосовать, как ей поступить: «Продолжать работать в условиях военной цензуры, выполняя требования властей» либо «самим приостановить работу редакции до окончания спецоперации». 3 марта «Новая газета» сообщила, что 93,9% проголосовавших выбрали первый вариант. После этого редакция опубликовала несколько материалов, где часть текста была удалена из-за новых законов о дискредитации вооруженных сил. Некоторые из этих материалов в полном виде публиковались иностранными СМИ на русском языке.

В последние две недели издание несколько раз сообщало о проблемах с распространением. 16 марта тираж газеты с материалом об акции редактора «Первого канала» Марины Овсянниковой в эфире программы «Время» распространители частично вернули редакции. 23 марта два подписчика из Санкт-Петербурга сообщили, что вместо газеты обнаружили в почтовых ящиках записки от имени якобы почтальонов: авторы записок извинялись, что не могут доставить газету, так как «она запрещена руководством». «Почта России» провела внутреннее расследование и заявила, что почтальон из этого отделения не писала записок. 25 марта на сайте «Почты России» временно пропала возможность подписаться на «Новую газету». «Почта России» восстановила ее и заверила, что не давала указаний снимать издание с подписки.

«Если хозяева считают, что издание не нужно на рынке или должно быть остановлено,— это их право. А Роскомнадзор в данном случае действовал в рамках закона и реагировал на нарушения,— сказал “Ъ” глава Союза журналистов Москвы, председатель комиссии СПЧ по правам журналистов, главред "Московского комсомольца" Павел Гусев.— Если иноагент признан иноагентом, по закону его нужно так клеймить. Это может нравиться или не нравиться, но закон следует исполнять. Если они не поняли, в чем претензия, то юрист издания должен был в день получения первого предупреждения сразу ехать в РКН. Мы тоже получали предупреждения, и наш юрист сразу ехал, добивался уточнений, узнавал причину вынесения предупреждения, чтобы мы могли быстро его устранить».

Председатель Профсоюза журналистов России Игорь Ясин полагает, что действия ведомства в отношении «Новой» носят формальный характер, но «по сути являются прямой цензурой». «Конечно, мы опасаемся дальнейшего отзыва свидетельства о регистрации,— говорит господин Ясин.— Приостановка работы "Новой" — это попытка редакции избежать окончательного закрытия издания. Однако даже в случае закрытия заткнуть независимые СМИ не получится. Они уйдут в пока еще работающий YouTube, в Telegram и на другие площадки. В стране произойдет переформатирование журналистики». Профсоюз, по словам господина Ясина, в ближайшее время намерен опубликовать аналитический доклад о блокировках СМИ с начала «спецоперации на Украине»: «Мы не надеемся, что доклад станет поводом для изменения законодательства, но он поможет и нам, и зарубежным коллегам осознать масштабы потерь российской журналистики».