Основные тренды, виды и уроки интеграции в условиях формирования региональных мегапроектов

Валовая М.Д.

д.э.н., профессор РЭУ им. Г.В. Плеханова,

Лауреат Премии правительства РФ

в области образования

ОСНОВНЫЕ ТРЕНДЫ, ВИДЫ И УРОКИ ИНТЕГРАЦИИ В УСЛОВИЯХ ФОРМИРОВАНИЯ РЕГИОНАЛЬНЫХ МЕГАПРОЕКТОВ

Ключевые слова: региональная экономическая интеграция, Европейский союз, интеграционные модели, Евразийский экономический союз, НАФТА, МЕРКОСУР, КАРИКОМ, АСЕАН, ЭКОЦАС, закономерности интеграции, опыт региональных интеграционных объединений, мегапроекты.

Сегодня появились новые центры геополитической и геоэкономической мировой архитектуры. Глобализация и интеграция стали основными трендами развития мировой экономики. Важной частью этого глобального процесса, охватившего все регионы мира, стало формирование экономических союзов.

Итогом 20 лет совместных действий евразийских государств, направленных на развитие сотрудничества и интеграции, стало создание Евразийского Союза, который начал функционировать с 1 января 2015 г. Сегодня в него уже входят пять государств: Армения, Беларусь, Казахстан, Киргизия, Россия.

Создание Евразийского экономического союза вывело евразийский интеграционный проект на качественно новый уровень, открыло широкие перспективы для экономического развития, создало дополнительные конкурентные преимущества на глобальной арене. Это позволит нашим государствам эффективно вписаться в современную глобальную экономику, снизить экономические риски и воспользоваться преимуществами международной системы торговли.

Для успешного его развития важно учитывать опыт других интеграционных объединений как успешный, так и негативный. До появления Евразийского союза реально действующей интеграционной моделью был ЕС, на который, несмотря на все трудности им переживающие, до сих пор равняются и в Евразии, и в Латинской Америке, и в других частях света. Ведь в мире существуют различные варианты подходов к интеграции, всевозможные формы региональных объединений (например, НАФТА, МЕРКОСУР, КАРИКОМ, Андское сообщество, АСЕАН, ЭКОЦАС и др.). И их опыт тоже может быть полезен.

Многообразие «форм и видов» региональных объединений

В основе создания Европейского Союза лежало три ключевых мотива - во-первых, обеспечить восстановление разрушенных войной экономик западноевропейских стран, во-вторых, на основе общности экономических интересов обеспечить снижение рисков повторного военного конфликта между странами-победительницами (Великобритания и Франция) и побежденными (Германия, Италия), в-третьих, создать экономический и политический блок против СССР на европейском континенте. Таким образом, в проекте европейской интеграции с самого начала были тесно переплетены военно-политические, политические и экономические факторы.

Уже в первых работах А. Спинелли - лидера европейского федералистского движения, опубликованных в разгар Второй Мировой войны, было сказано, что для объединения Европы необходим резкий поворот в сторону федеративной модели1. А. Спинелли утверждал, что ни одна из властей соответствующего уровня не должна располагать какими-либо преимуществами, а полномочия местных, региональных, национальных органов и органов европейского масштаба должны сочетаться и дополнять друг друга2.

В мае 1948 г. в Гааге состоялась встреча представителей европейских государств, в ходе которой оформилось два подхода к европейскому объединению - федеративный и межгосударственный (были представлены соответственно итальянской и британской делегациями). Для достижения компромисса генеральным комиссаром планирования французского правительства Жаном Монне по заданию министра иностранных дел Робера Шумана был разработан план, публично представленный 9 мая 1950 г. («план Шумана»). Переговоры по плану продолжались с июня 1950 г. по апрель 1951 г. 18 апреля 1951 г. в Париже Франция, ФРГ, Италия, Бельгия, Нидерланды и Люксембург подписали договор (сроком действия 50 лет) о создании Европейского объединения угля и стали (ЕОУС) для содействия разви-

1 См.: Pistone S. Altiero Spinelli and the strategy for the United States of Europe // The European Union: readings on the theory and practice of European integration / Ed. by B.Nelsen and A.Stubb. - Boulder: Reinner, 1994. - P. 69-75.; European integration: theories and approaches / Ed. by H.Michelmann, P.Soldatos. - Lanham (MD): University Press of America, 1994. - P. 8.

2 См.: Fontaine P. Europe in ten points. 2nd ed. - Luxembourg: Office for official publications of the European Communities, 1995. - P.

тию угледобывающей и металлургической промышленности. Рабочими органами ЕОУС, являвшегося наднациональным институтом, были Совет министров и Ассамблея.

Ж. Моннэ - активный сторонник межгосударственной интеграции в рамках ЕС - отмечал: «...политический союз Европы должен строиться шаг за шагом, так же как и осуществление экономической интеграции. В один прекрасный день этот процесс приведет нас к Европейской федерации...»1.

При этом, понимание того, что децентрализация там, «где это необходимо», станет позже одним из основополагающих принципов Маастрихтского договора о Европейском союзе - принципом субсидиарности.

Так как с экономической точки зрения деятельность ЕОУС была весьма успешной, на конференции в Мессине (Италия) 1-2 июня 1955 г. представителями шести стран был поставлен вопрос об углублении и расширении интеграционного взаимодействия. По решению конференции был создан комитет экспертов для подготовки соответствующего плана. В мае 1956 г. глава этого комитета министр иностранных дел Бельгии Спаак выдвинул идею создания Европейского агентства по атомной энергии (Евратом) и Европейского экономического сообщества (ЕЭС). Эти предложения были одобрены, и 25 марта 1957 г. в Риме состоялось подписание договоров о создании Евратома и ЕЭС с неограниченными сроками действия. В 1967 г. путем слияния рабочих органов трех сообществ (ЕОУС, Евратома и ЕЭС) образовалось единое Европейское сообщество.

В феврале 1986 г. в Люксембурге был подписан Единый европейский акт (ЕЕА), вступивший в силу с 1 июля 1987 г. Он предусматривал расширение полномочий Комиссии Европейского сообщества путем увеличения числа вопросов, решения по которым принимаются большинством голосов, а также создание к 1992 г. единого рынка. Также ЕЕА узаконил Европейское политическое сотрудничество (система консультаций с целью проведения согласованной политики в международных отношениях) и определил Европейский Совет как основной инструмент интеграционного процесса, установив периодичность встреч (2 раза в год).

27 февраля 1992 г. был подписан Маастрихтский договор о Европейском Союзе (ЕС), утвердивший структуру «трех опор» ЕС. Фактически ЕС создавался не как полностью единая конструкция (с единой правосубъектностью, компетенцией и т.д.), а как сумма трех автономных правопорядков - трех «опор». Данные «опоры» географически охватывали одни и те же страны, управлялись одними и теми же руководящими органами, но функционировали по разным правилам с большим или меньшим ограничением государственного суверенитета. Первая «опора» ЕС - это Европейские сообщества, функционирующие на основании собственных учредительных документов. Вторая «опора» -общая внешняя политика и политика безопасности (ОВПБ); третья «опора» - сотрудничество правоохранительных и судебных органов в уголовно-правовой сфере (СПСО).

2 октября 1997 г. был подписан Амстердамский договор, вступивший в силу 1 мая 1999 г. Согласно Амстердамскому договору была расширена компетенция ЕС во внутренней политике, регулировалось правовое положение граждан, расширялись функции ЕС в социальной политике, расширялся круг вопросов совместной внешней политики и политики безопасности, предусматривались новые функции по регулированию международных кризисов, а также укреплялись позиции Европейского парламента и Европейской Комиссии. В декабре 2000 г. на саммите Европейского совета в Ницце был подписан Ниццкий договор, который вносил изменения в работу органов ЕС в связи с его грядущим расширением. В силу Ниццкий договор вступил 1 февраля 2003 г. после ратификации его всеми странами-участницами, (ирландское население одобрило его только со второго раза). Параллельно с углублением интеграции шло расширение состава её участников. В 1973 году в ЕЭС вступили Великобритания, Дания и Ирландия. В 1981 г. присоединилась Греция, в 1986 г. - Португалия и Испания, в 1995 г. - Австрия, Финляндия и Швеция, в 2004 г. - Венгрия, Кипр, Латвия, Литва, Мальта, Польша, Словакия, Словения, Чехия и Эстония, в 2007 г. - Болгария и Румыния.

Подписанный на саммите ЕС в 2007 г. «Лиссабонский договор о внесении изменений в Договор о Европейском союзе и Договор об учреждении Европейского сообщества» (Лиссабонский договор) признал единую правосубъектность Европейского Союза, в том числе на международной арене (за счет упразднения Европейских Сообществ и структуры «трех опор»). В соответствии с данным договором, вступившим в силу 1 декабря 2009 г., ЕС получил право заключать международные соглашения по всем аспектам своей компетенции от собственного имени, была значительно усилена роль Европейского парламента, а вопросы внешней торговли (Общей торговой политики) были отнесены к общей сфере внешней деятельности ЕС. Тем самым был сделан важный шаг на пути перехода ЕС к стадии политической интеграции. Но увлечение политикой привело ЕС к тяжелейшему кризису.

И сегодня, ЕС переживает нелегкие времена, ярким свидетельством этому стало решение Великобритании о выходе из Союза. Об уроках, которые следует нам учесть, мы еще поговорим ниже.

Интеграционные проекты в регионе Латинской Америки и Карибского бассейна начали развиваться с февраля 1960 г., когда был подписан договор Монтевидео об образовании Латиноамериканской ассоциации свободной торговли (ЛАСТ). В 1965 г. была создана Карибская ассоциация свободной торговли (КАСТ). Специфика интеграционных проектов в этом регионе связана с разнородностью латиноамериканских государств по уровню экономического развития. Уровни экономического развития стран региона с самого начала существенно различались.

Особенностью региона является географическое соседство с США. Регион включает в себя 33 государства (9 в Латинской Америке и 24 в Карибском бассейне), размеры и уровень экономического развития которых крайне неоднородны. ВВП самой большой экономики региона, Бразилии, более чем в 5 тыс. раз превышает ВВП самой маленькой экономики региона, островного государства Содружество Доминики. По показателям ВВП Бразилия в 2 раза больше Мексики, в 5,5 раз больше Аргентины и в 44,7 раз больше Доминиканской Республики. При пересчете ВВП на душу населения лидером региона становится Содружество Багамских островов, а аутсайдером Республика Гаити.

1 Monnet J. A ferment of change // Journal of common market studies. 1962. - N 1. - P. 211.

120

Первый этап латиноамериканской интеграции, который продолжался примерно 20 лет, с 1960-х по 1980-е гг., характеризовался доминированием протекционистской внешнеэкономической политики. Но попытки построения форматов глубокой интеграции были неудачны из-за политических противоречий между странами-членами и низкой емкости их рынков, обусловливающей отсутствие значимых выгод от экономического объединения.

Кризис в 1980-х гг., связанный с мировым экономическим спадом привел страны региона к отходу от протекционистской внешнеэкономической политики. В ноябре 1991 г. возникла новая интеграционная группировка МЕРКОСУР (Южноамериканский общий рынок), объединивший экономических лидеров региона: Бразилию и Аргентину, а также Уругвай и Парагвай. МЕРКОСУР является исключительно межправительственной структурой, в ней нет наднациональных органов, как в Андском сообществе или КАРИКОМ.

В противовес интеграционным инициативам, объединяющим страны с развивающимися экономиками, США предложили альтернативную модель интеграции, ориентированную на полную либерализацию торговых отношений, но при этом институционально ограниченную форматом зоны свободной торговли. Реализовать данную модель удалось в рамках Североамериканской зоны свободной торговли (НАФТА, 1994 г.). Включив Мексику, в сферу своего интеграционного объединения, США планировали распространить модель NAFTA на всю Америку в рамках проекта Панамериканской зоны свободной торговли, однако в 2000-х гг. данный проект потерпел неудачу.

В регионе Восточной Азии в настоящее время действуют два консолидированных центра реализации интеграционных инициатив. АСЕАН возникла в 1967 г. в результате подписания «Декларации АСЕАН» («Бангкокской декларации»). В качестве задач АСЕАН Бангкокская декларация провозглашала содействие «экономическому росту, социальному прогрессу и культурному развитию» путем налаживания более эффективного сотрудничества в «области сельского хозяйства и промышленности, расширения торговли, включая изучение проблем международной торговли отдельными товарами, улучшения транспортных и коммуникационных возможностей и повышения жизненного уровня своих народов»1. Деятельность АСЕАН в первые годы существования позволяла заключить, что она старалась позиционировать себя как организация многопрофильного межгосударственного сотрудничества на базе солидарности культурно и этнически близких стран.

Главной целью созданного в 1989 г. форума стран Азиатско-Тихоокеанского сотрудничества (АТЭС) стало углубление сотрудничества в области региональной торговли, стремившихся оживить экономическую интеграцию между собой. С 1993 г. основной формой организационной деятельности АТЭС являются саммиты глав государств и правительств стран и территорий, входящих в этот форум.

Спецификой интеграционных процессов в Африке является то, что их участниками являются развивающиеся страны, большинство из которых имеют низкий уровень ВВП на душу населения и преимущественно сырьевую специализацию экономики. Характерным примером является Экономическое сообщество стран Центральной Африки (ЭКОЦАС), создание которого связано с Браззавильским договором 1964 г., провозгласившим создание Таможенного и экономического союза Центральной Африки (ТЭСЦА). На саммите в декабре 1981 г. лидеры государств ТЭСЦА согласились создать более широкое экономическое сообщество стран Центральной Африки. ЭКОЦАС было основано 18 октября 1983 г. странами-членами ТЭСЦА (к которому в декабре того же года присоединилась Экваториальная Гвинея), Сан-Томе и Принсипи и членами Экономического сообщества Великих озер (основано в 1976 г. Демократической Республикой Конго, Бурунди и Руандой). Ангола долгое время оставалась наблюдателем и только в 1999 г. стала полноправным членом ЭКОЦАС.

ЭКОЦАС начало функционировать в 1985 г., но в течение многих лет фактически бездействовало вследствие финансовых трудностей, конфликта в районе Великих озер и гражданской войны в Демократической Республике Конго, в которую Руанда и Ангола были вовлечены на противоположных сторонах.

Стратегической целью ЭКОЦАС является «достижение коллективной автономии, подъём уровня жизни населения входящих в него стран и поддержание экономической стабильности посредством гармоничного сотрудничества». Для этого была поставлена цель создания Центрально-африканского общего рынка, однако движение к достижению данной цели осуществляется не в рамках ЭКОЦАС, а в рамках «параллельной» организации - Центрально-африканского валютно-экономического сообщества (ЦАВЭС), членами которого являются Камерун, Центрально-Африканская Республика, Чад, Республика Конго, Экваториальная Гвинея и Габон.

Уроки интеграции

Закономерности интеграции хорошо известны: этапность, конвергенция экономических показателей, наднациональность, наличие внятной конечной цели, разумный баланс между углублением процесса и расширением его географической сферы. Нарушение этих закономерностей приводит к кризису объединения. Что, например, и произошло с Европейским союзом. Сегодняшние лидеры ЕС своими действиями нарушили все закономерности интеграции, причем все сразу. Известно, что по мере продвижения к все более высоким ступеням интеграции и снятия внутренних барьеров негативные воздействия остающихся барьеров начинают ощущаться все сильнее. Экономическая политика в одной стране все сильнее влияет на партнеров, что может вызывать с их стороны защитные действия.

Среди экспертов нет единства, какая степень конвергенции необходима для конкретного этапа интеграции, ни даже понимания, что первично - конвергенция показателей, или конвергенция политик.

1 Bangkok Declaration // ASEAN Documents Series. 1967-1988. - Jakarta: ASEAN Secretariat, 1988. - P. 28-29.

121

А ведь именно реальные показатели экономического развития определяют цели экономической политики. Как жить с единой валютой, ориентированной прежде всего на низкие темпы инфляции, если в странах совершенно разная ситуация по темпам роста и занятости?

В итоге по таким показателям, как прирост ВВП или промышленного роста степень разобщенности сегодня в Европе выше, чем в 1999-м, а значит, государствам сложно иметь одинаковые цели экономической политики, а соответственно, и единую валюту.

Известно, что во всех без исключения случаях, когда страны по тем или иным причинам заявляли формат интеграции более глубокий, чем это было оправдано в сложившейся политико-экономической ситуации, планы интеграции оказывались не выполненными. Так произошло с попытками построения ТС в Андском сообществе и ЭКОЦАС, ОР и ЭВС в КАРИКОМ и АСЕАН. Даже в тех случаях, когда цели «глубокой» интеграции были достигнуты (ЕС, частично МЕРКОСУР), их реализация заняла значительное время. Быстрый успех может сопутствовать проектам создания ЗСТ в рамках модели «нового регионализма», однако, как показывает опыт АСЕАН, в случае значительных различий в структуре интересов стран-членов и этот процесс может занять существенное время. Постановка реалистичных интеграционных задач и корректный учет фактора времени, таким образом, являются важным фактором успеха интеграционных проектов.

Принципиальным для успеха интеграции является сходство стран-участниц по уровням развития. Это необходимо для обеспечения общности интересов по широкому кругу вопросов экономической политики, что позволяет осуществлять переход к более глубокой интеграции.

Объединение стран с одинаково низким доходом на душу населения (которому часто сопутствует схожая сырьевая структура экономики) на практике оказывается бесперспективным: взаимодополняемость экономик оказывается слишком низкой, что обусловливает невысокие темпы роста объемов торговли. Именно эти факторы во многом и обусловили, неуспех объединений в Латинской Америке и Африке.

Исключительно важным фактором успеха интеграции является высокий уровень взаимодополняемости национальных экономик. Максимальный уровень взаимодополняемости характерен для развитых стран, имеющих диверсифицированную структуру экономики и ведущих между собой активную внутриотраслевую торговлю. Достаточно высокий уровень взаимодополняемости может наблюдаться между экономически развитыми и развивающимися странами, специализирующимися на производстве высокотехнологичных капиталоемких товаров и услуг, с одной стороны, и трудоемкой продукции и сырья, с другой.

Необходимо отметить роль политических мотивов интеграции. Даже самый выгодный в экономическом плане интеграционный проект не будет реализован в ущерб интересам безопасности.

Все это позволяет сделать выводы о том, что формы взаимодействия могут быть различными. Это и интеграция, подразумевающая наличие наднациональных органов, как в ЕАЭС. И экономическое и общегуманитарное взаимодействие государств, не имеющих общих структур, как в БРИКС. И экономическое сопряжение интересов, как ЕАЭС и Экономического пояса великого Шелкового пути (ЭПВШП).

На фоне замедления роста мировой экономики, развитие экономической интеграции, функционирование интеграционных мегапроектов, могут быть ключевыми источниками диверсификации и роста экономик. Расширение торгово-экономических связей, взаимодействие экономик и растущих рынков, формирование новых коммуникаций могут придать большей стабильности мировой экономике.

Происходящие интеграционные процессы во всем мире, в том числе и на евразийском континенте, непосредственно затрагивающие интересы России, обусловливают необходимость в более тесном и глубоком сотрудничестве и партнерстве между региональными интеграционными объединениями. Поиск современных источников роста в сегодняшних кризисных условиях создал бы новый шанс взаимно отказаться от стереотипов, задействовать накопленный потенциал конструктивного, взаимовыгодного экономического сотрудничества.

Глобализация и интеграция - основные тренды современного развития мировой экономики, и формирование экономических союзов является важной частью этого глобального процесса, охватившего все регионы мира.

Мир уже понимает, что устойчивость модели глобального развития будет зависеть как от внутренней эффективности самих структур, так и от эффективности диалога и коммуникаций между ними.