Русская Православная Церковь как социальный институт постановка проблемы

Вестник Санкт-Петербургского университета. Сер. 6, 2004, вып. 4

ЕЛ. Воронова

РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ КАК СОЦИАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ

ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ

Одной из особенностей функционирования современного российского общества является, на наш взгляд, включение Русской Православной Церкви (РПЦ) в решение многих общественных и социальных проблем, что диктует потребность исследования ее потенциальных возможностей и реальной деятельности в этом направлении. Рассмотрение специфики Церкви как социального института и анализ ее благотворительной деятельности в рамках Санкт-Петербурга позволяет осмыслить по-новому ее место и роль в обществе.

Развитие и жизнь России определялись Православием с момента Крещения Руси в 988 г. Его влияние заметно в истории страны, отечественной культуре и науке. Православие являлось государственной религией Российской империи. Религиозные чувства, тесно переплетаясь с национальными и патриотическими, определяли сознание русского человека. РПЦ в данном контексте может быть представлена в качестве религиозной организации, социального института1, воспроизводящего и транслирующего определенную совокупность социокультурных норм и ценностей, оказывающих непосредственное влияние на уровень религиозности индивида, его поведение в социуме.

Социальный институт — это система учреждений, где заведомо определенные люди получают полномочия для исполнения конкретных общественных и безличных функций, направленных на удовлетворение существующих индивидуальных и общественных потребностей и регулирования поведения членов групп.

Социальные институты дифференцированы и традиционно нацелены на решение определенных общественно значимых задач. Так, институты регулируют: политические — установление, исполнение и поддержание власти; экономические — производство, организацию и разделение труда, денежное обращение, распределение благ и услуг;

общественные — повседневные межчеловеческие контакты; культурно-воспитательные— укрепление и развитие культуры, трансляцию культурных ценностей.

Основная задача религиозных институтов — поддерживать духовно-нравственную связь человека с силами, действующими вне эмпирического контроля.

Как показывает история, роль Церкви не ограничивается использованием только указанной функции. При определенных условиях — экономических, политических и социальных — религиозные институты способны оказывать сильнейшее влияние на различные стороны общественной жизни и умонастроения, мотивацию поведения людей.

Следует выделить следующие социальные функции Церкви, характерные для повседневной жизни общества:

© Е. А. Воронова, 2004

— компенсаторная, предполагающая удовлетворение потребности индивида в духовном утешении, духовном конструировании реальности. Особенностью указанной функции является то, что благодаря регулярно воспроизводимым ритуалам и богослужениям происходит снятие всевозможного рода внутренних конфликтов и противоречий. При этом сильное воздействие на христианина, как правило, оказывают молитва и покаяние (исповедь). В покаянии реализуются две потребности: психологическая — освобождение от нравственного прессинга за содеянное и социальная— общение со священнослужителем, выступающим в качестве заинтересованного лица, что представляется исключительно значимым, поскольку современное общество характеризуется формализацией социальных взаимодействий и общение зачастую становится элементом необходимости. Так же как в молитве, в покаянии осуществляется переход от состояния подавленности к состоянию гармонии с окружающим миром;

— регулятивная и контролирующая, заключающиеся в удовлетворении потребности верующего и общества в регуляции и контроле социального поведения. «Религиозные идеи, ценности, установки, культовая деятельность выступают в качестве регуляторов поведения людей... выполнение данной функции возможно потому, что религия аккумулировала в себе нравственный опыт огромного множества предыдущих поколений людей»2, который в сжатом, афористическом виде можно обнаружить в общеизвестных библейских заповедях: «...не убивай; не кради» (Лк. 18: 20. Библия). РПЦ через проповеди священнослужителей призывает людей жить по христианским заповедям, что является весомым сдерживающим фактором социального поведения. Особенность пастырского контроля и регуляции поведения прихожан, на наш взгляд, заключается в следующем. Храм предоставляет людям надежду, которая по уровню воздействия на психику человека, несомненно, гораздо сильнее, чем любое рациональное рассуждение: за земной жизнью следует жизнь вечная, и момент смерти есть лишь момент перехода. В жизни вечной есть два пути— либо в Рай, либо в /\д. Несомненно, на Высшем Суде судьба каждого человека будет решена: «Многие же первые будут последними, и последние — первыми» (Мк. 10, 31);

— коммуникативная функция. В обыденной жизни общение складывается как в нерелигиозной, так и в религиозной деятельности, равно как в межличностных отношениях, так и в процессах обмена информацией и прочих всевозможных взаимодействиях. Религиозное сознание предписывает две плоскости общения — «верующих друг с другом и верующих с гипостазированными существами (Богом, ангелами, душами умерших, святыми и т.д.), которые выступают в качестве идеальных медиаторов общения». Общению с Богом, ангелами и святыми посвящена, как правило, молитва (медитация, литургия), а что касается межличностного общения, то здесь открывается целый спектр возможностей — от клубов по интересам до пало мни чества;

— интегрирующе-дезинтегрирующая функция заключается в том, что Церковь может объединять и разъединять индивидов (группы, общности). Интегрирующая функция выполняется в тех пределах, в которых признается более или менее единое, общее вероисповедание, если же в религиозном сознании и поведении личности (группы) обнаруживаются несогласующиеся друг с другом тенденции, то Церковь выполняет дезинтегрирующую функцию;

— кулыурообразующая, воспитательная, образовательная функции, которые состояли и состоят в том, что на протяжении всей истории своего существования Церковь обеспечивает сохранение и развитие ценностей религиозной культуры, осуществляет передачу накопленного наследия от поколения к поколению, стимулируя на определенных этапах исторического развития письменность, книгопечатание, искусство, архитектуру и т. д.

Таким образом, перечисленные функции свидетельствуют о том, что в современном обществе Церковь являет собою один из важнейших социальных институ-

Выполнение перечисленных и других функций РПЦ осуществляет совместно с другими социальными институтами. В свете нашей темы важным является рассмотрение взаимодействия таких социальных институтов, как Церковь и государство. Вводя те или иные юридические нормы, государственная власть действовала как охранитель Православия, что отражено в Своде законов Российской империи. Власть реализовывала такой порядок устроения общества, при котором можно было всесторонне помочь человеку и сделать его лучшим.

Конкретные формы взаимоотношений Церкви и государства могут быть различными. Союз Церкви и государства, в основе которого лежит идея не их противопоставления, а гармонии и согласия, вошел в историю под названием «симфония властей»3, сосуществующих, но не сливающихся друг с другом, взаимодействующих, но не стремящихся к подчинению друг друга. Именно «симфония властей» служила той формой церковно-государствепных отношений, к установлению которой так или иначе стремились все православные страны. Важно отметить, что с христианством открывается высшее назначение государственной власти — содействовать условиям духовного спасения людей через устройство мирного общежи-

В православной традиции существует определенное представление об идеальной форме взаимоотношений. Восприняв византийскую идею «симфонии властей», Древняя Русь разрешила для себя вопрос практического взаимодействия Церкви и государства— разделение их сфер и органическое согласовании целей и усилий. Своеобразие русского варианта состояло в том, что Русская Православная Церковь, строясь сама, устанавливая отношения с новым государством, в то же время играла важную, если не определяющую, роль в его устроении4. До 1917 г. она участвовала в формировании многих основных элементов русской государственно-

Русская Православная Церковь для социального служения создала систему религиозных институтов, включающую в себя церковные общины и монастыри5. По Уставу 996 г. были определены источники финансирования самих церквей, монастырей и других организуемых при них благотворительных учреждений. «Десятину» составляли десятая часть от всякого суда, из торгу— десятая неделя по всем городам, от всякого скота па каждый год — десятая част ь, от всякого хлеба на каждый год — десятая доля6. Церковные приходы и монастыри почти целиком взяли на себя функции благотворения7.

Слово «благотворительность» (от благо— добро, польза— славянского по происхождению8 и творить-создавать, созидать, производить) известно в древнерусском

языке с XI в.9 Словари XIX в. толкуют благотворительность как качество, побуждающее

человека или общество помогать бедным, и вместе— это одна из мер, противодействующих распространению бедности и ее явлений10. Понятно, что без созидания добра и каждым человеком, и обществом в целом бедности не изменить. Нравственные принципы христианской благотворительности в широком их понимании необходимы и для развития научного знания как проявление сострадания к ближнему и нравственная обязанность имущего спешить на помощь неимущему11.

Благотворительность как деятельность во благо всегда была основана на нравственных принципах, поскольку была направлена в социум на одухотворение человека (и помогающего, и того, кому помогали). О том, что система ценностей является духовно-нравственным регулятором деятельности, утверждают многие исследователи12.

Благотворительность в форме социальной помощи в России существует на протяжении тысячелетий. Эта складывающаяся парадигма помощи и поддержки нуждающимся имеет сложную совокупность исторических государственных форм защиты, традиций и законов, общественных и индивидуальных действий и поступков. Однако в этом сложном переплетении исторической практики можно выделить доминанты, которые позволяют социальной помощи в цивилизационном пространстве оформиться в особую сферу бытия человека. Такими доминантами являлись: Власть, Закон, Общество, Церковь, Клиентелла.

Личный пример властей в практической благотворительности был важен на протяжении всей истории России. Русские князья, их жены, сестры подавали пример личного нищелюбия. Князь Владимир позволял всякому нищему и убогому приходить на княжеский двор, чтобы кормиться, а для больных, которые не могли приходить, отправляли повозки, груженные хлебом, мясом, рыбой, овощами, медом, квасом. Так было не в одном Киеве, а по всей земле Русской. Владимир Мономах раздавал деньги13 и предметы первой необходимости, по свидетельству современников, «обеими руками». Обращаясь в завещании к сыновьям (1117 г.), он писал: «Самое главное — не забывайте убогих и сколько можете их кормите!»14. Александр Невский тратил значительные суммы на выкуп русских из татарского плена. Иван Данилович был прозван Калитой за мешок, который носил с собой, раздавая из него милостыню. Дмитрий Донской был так внимателен к бедным и страждущим, что кормил их из своих рук. Известна добродетелью и супруга его, княгиня Евдокия15.

Личное нигцелюбие правителей объяснялось, по нашему мнению, тем, что власть на Руси осознавалась ими не как предмет тщеславных вожделений, а как религиозное служение заповедям справедливости и добра, как «Божье тягло»16. «Гордости не имейте в сердце своем, — писал в 1117 г. Владимир Мономах, поучая княжичей, как надо относиться к власти, — смертные все, сегодня живы, а завтра в гробу, что имеем, Ты, Господи, дал. Не наше, но твое поручил нам еси на мало дней»17. Мысль о том, что князь (царь, любой «власть имеющий») лишь распорядитель власти, данной Богом, и ответчик перед Ним за врученную его попечению страну и людей, лежала в основе самовоззрения всякой законной власти на Руси. Александр Невский, вступив на великокняжеский престол в 1238 г., заботясь о бедных и беспомощных, наказывал своим подданным бьгть недремлющими стражами закона, принимать под свою защиту вдов, сирот, всех слабых и гонимых, к правосудию их взывающих. Духовниче-ство нравственно влияло на светское общество. Например, Феодосии Печерский жил

в XI в. и положил начало традиции, по которой в Древней Руси миряне избирали своими духовными отцами преимущественно монахов. Тем самым проблема отношений между церковью и государством оказалась решенной. Они вместе содействовали осуществлению дела Божия на земле: государство — в лице своих князей, воинов и других представителей власти, управляя национальным достоянием, блюдя и защищая его; церковь — через священников и монахов, давая советы (даже в вопросах политики), приобщая к божественной жизни правящих и управляемых, молясь за тех и других, выступая как совесть всех, и осознавая себя за всех ответственной18. Русские правители покровительствовали духовенству, жертвуя на постройки монастырей и церквей, записывали на монастыри богатые вклады. Иные же и сами вступали в иноческий сан, завещая имущество монастырям».

По мере укрепления и централизации Российского государства к исторически сложившимся формам благотворительности прибавляется ее культурная форма — общественное призрение (организованная система помощи со стороны государства)19. Общественное призрение как государственный институт зарождается с Постановления Стоглавого Собора 1551 г., но оформляется как систематическая государственная организация только указом от 7 ноября 1775 г. об «учреждении для управления губерниями» особых приказов общественного призрения. В организацию этих приказов были заложены три замечательных и плодотворных по тому времени принципа: самостоятельность местных благотворительных учреждений, привлечение к управлению ими местного населения и обеспечение их более или менее достойными средствами.

Организация системы общественного призрения диктовалась политическими целями. В то же время введение двух новых видов собственности— частной дворянской и местных губернских администраций имело свои положительные моменты. Развивалась инициатива на местах, децентрализованные средства представлялись в виде самостоятельного хозяйства губерний. Практическое вложение их в социальную сферу разнообразно: постройка больниц, родильных домов, аптек, воспитательных домов, гимназий, пансионатов. Финансовая основа — эксплуатация собственности приказов в виде денежных средств, ценных бумаг, недвижимости (земель), предприятий (заводов, корабельных верфей и т. п.). К перечисленным средствам можно отнести и частные жертвования приказам общественного призрения. Эта система диктовалась сознанием общечеловеческой солидарности, стремлением устраните опасность, грозящую обществу от большого числа нуждающегося населения.

Рост гражданского сознания в обществе постепенно приводит представителей всех сословий к пониманию относительности того, что значит бедность и богатство. Таким образом, к церковной и административной благотворительности прибавляется ее новое направление — гражданское. Частная благотворительность развивается далее в форме благотворительных организаций граждан. В становлении гражданских инициатив были заинтересованы государственные органы. Созданное в 1802 г. Министерство внутренних дел принимает на себя функции государственного контроля за благотворительной деятельностью. В 1816 г. выходит знаменитый Указ № 26532, утверждающий «пожертвования принимать с разборчивостью и не иначе, как от людей, известных своей доброй нравственностью».

В этот период все российское общество принимало участие в процессе формирования социальной политики. Развивается система кредитных и страховых учреждений в России: от крупных частных банков, кредитных обществ, ломбардов, до учреждений мелкого кредита. Формально финансовые учреждения не входили в сферу общественного призрения, но фактически сдерживали переход имущего и дееспособного населения в разряд малоимущего и недееспособного. Эти учреждения инициировали рост общественных возможностей на благотворительные цели развитием как общественного, так и частного богатства. Важным обстоятельством является общественный характер самих учреждений и развитой самоорганизации «взаимного кредита». Для примера, число учтенных на начало 1913 г. финансовых учреждений, не считая страховых и частных и включая кооперацию, составляло 32000, при населении России 178 млн человек.

После 1917 г. традиции церковной благотворительной практики в российском обществе были утрачены. С 1929 г. благотворительная деятельность церкви была законодательно запрещена, произошло почти полное изгнание из официальной лексики даже самих терминов «благотворительность», «милосердие», «филантропия» и милосердно-благотворительная деятельность стала частным делом сострадательных мирян. Между тем сегодня институты государственной защиты населения ищут новые формы работы. В период, когда экономическое неравенство людей стало очевидным, важнейшим направлением социальной политики государства стала социальная защита населения. Она подразумевает под собой учет интересов и потребностей всех социальных групп, так как от этого зависит политическая стабильность в обществе20. В этих условиях на смену длительному противостоянию приходит идея сотрудничества.

Значительные перемены в правовом статусе Русской Православной Церкви как социального института общества произошли после 1985 г. 1 октября 1990 г. был принят Закон СССР «О свободе совести и религиозных организациях», утвердивший за отдельными приходами, церковными учреждениями, в том числе и Патриархией, права юридического лица. У Церкви появилось право иметь в собственности недвижимость, защищать свои интересы в судебном порядке, религиозные организации могли теперь участвовать в общественной жизни и пользоваться средствами массовой информации.

Исключительно важное положение нового Закона содержалось в ст. 6, которая хотя и подтверждала принцип отделения школы от Церкви, тем не менее открывала юридическую возможность для религиозного образования детей. «Религиозные организации, имеющие зарегистрированные в установленном порядке уставы (положения), вправе в соответствии со своими установлениями создавать для религиозного образования детей и взрослых учебные заведения и группы, а также проводить обучение в иных формах, используя для этого принадлежащие или предоставляемые им в пользование помещения». Закон запрещал командованию воинских частей препятствовать участию военнослужащих в богослужениях в свободное время; он дозволял совершение «религиозных обрядов» в больницах, госпиталях, домах для престарелых, в тюрьмах и лагерях, причем администрации этих учреждений предписывалось оказывать содействие в приглашении священнослужителей.

Новый Закон сохранял Совет по делам религий, но менял его функции, лишал властных полномочий по отношению к религиозным организациям: «Государст-

венный орган СССР— Совет по делам религий является информационным, консультативным и экспертным центром». После издания союзного закона был принят российский закон «О свободе вероисповеданий»21, Он не предусматривал уже правительственного учреждения, подобного Совету по делам религий; вместо него в Верховном Совете была образована Комиссия по свободе совести и вероисповеданиям. Положение об отделении школы от Церкви формулировалось в российском законе в более деликатной форме: «Государственная система образования и воспитания носит светский характер и не преследует цели формирования того или иного отношения к религии». При этом, однако, преподавание вероучения па факультативной основе допускалось в любых дошкольных и учебных заведениях и организациях. Преподавание «религиозно-познавательных, религиоведческих и религиозно-философских дисциплин» могло входить в учебную программу государственных учебных заведений.

В 1997 г. был издан новый, ныне действующий Федеральный закон «О свободе совести и о религиозных объединениях», вызвавший острую дискуссию в печати и поддержанный Священноначалием Русской Православной Церкви, православным духовенством и церковным народом (мирянами).

Контакты и взаимодействие Церкви с высшими органами государственной власти осуществляют Патриарх и Священный Синод непосредственно или через представителей из священнослужителей. Взаимодействие с региональными органами власти возложено на епархиальных Преосвященных, которые контактируют непосредственно или через представителей, имеющих письменно подтвержденные полномочия, а с местными органами власти и самоуправления — на благочиния и приходы по благословению епархиальных Преосвященных. Уполномоченные представители церковного Священноначалия для контактов с органами власти могут назначаться как на постоянной, так и на временной, специальной основе.

В случае передачи вопроса, рассматривавшегося ранее па местном или региональном уровне, в высшие органы государственной власти епархиальный Преосвященный ставит об этом в известность Патриарха и Священный Синод и просит их о поддержании контакта с государством по сути данного вопроса. В случае передачи судебного дела с местного или регионального уровня на высший уровень епархиальный Преосвященный письменно информирует Патриарха и Священный Синод о ходе судебных разбирательств. Предстоятели внутренне самоуправляемых Церквей и управляющие епархиями в отдельных государствах имеют специальное благословение Патриарха и Священного Синода на осуществление постоянных контактов с высшим руководством государств пребывания.

В современном обществе РПЦ как социальный институт, решающий острые социальные проблемы, имеет определешгую систему подведомственных ей организаций. По состоянию на октябрь 2004 г., Русская Православная Церковь имела 26 590 приходов, 652 монастыря, 2253 социальных центров (приютов, домов престарелых, благотворительных столовых), 9468 воскресных школ и 441 молодежный центр22. В соответствии со ст. 16 Федерального закона религиозные организации Русской Православной Церкви вправе основывать и содержать культовые здания и сооружения, а также места, предназначенные для проведения богослужений и иной религиозной деятельности. Религиозным организациям предоставлено право осуществлять религиозную деятельность в культовых зданиях и сооружениях, в уч-

реждениях и предприятиях религиозных организаций, на кладбищах, в крематориях, в жилых домах. Кроме того, религиозные организации Русской Православной Церкви вправе проводить религиозные обряды в учреждениях здравоохранения, детских учреждениях, в учреждениях для престарелых и инвалидов, в исправительно-трудовых учреждениях, в воинских частях. Следует еще раз подчеркнуть, что перечисленными правами наделены лишь те религиозные объединения, которые зарегистрированы в качестве юридического лица.

В августе 2000 г. впервые в своей тысячелетней истории Русская Православная Церковь представила официально «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви», принятые юбилейным Архиерейским Собором23. В «Основах социальной концепции» РПЦ изложила свое суждение о современном облике нашего общества, путях его духовно-нравственного возрождения и, выделив круг общественно значимых проблем, добровольно взяла на себя их решение. В областях, касающихся блага человека и помощи нуждающимся, одинаково актуальных и для РПЦ, и для современного государства, намечено сотрудничество этих и других социальных институтов в рамках правового законодательства.

Между тем многие россияне, живущие в постсоветский период, даже не предполагают о социальной направленности церкви, ее предназначении и природе установления. Незнание можно объяснить тем, что в современном мире принцип «свободы совести» перевел религию из «общего дела» в «частное дело» человека. Добровольность исповедания отразилась на менталитете россиян тем, что многие из них исключили религию из личностной системы ценностей. Часто это сопровождалось исключением из числа ценностей всего блока милосердных и духовно-нравственных потребностей. А между тем именно «институт Церкви сыграл свою особую роль в формировании христианских подходов к благотворению и милосердию к ближнему. С принятием христианства в Древней Руси начинается новый этап общественного попечения. Помощь имеет различные стратегии поддержки: от материальных до изменения сценариев жизни нуждающегося. Христианские каноны милосердия расширяют парадигму помощи, выстраивают ориентиры защиты, исходя не только из витальных, но и из духовных потребностей индивида»24.

В Российской империи существовала очень действенная система благотворительной помощи. На примере Отдела по церковной благотворительности и социальному служению РПЦ, учрежденного в 1991 г. с целью «возрождения социального служения на общецерковном, епархиальном, монастырском и приходском уровнях», можно видеть восстановление благотворительной деятельности РПЦ. В структуре отдела есть секторы социального служения, по работе с беженцами, чрезвычайным ситуациям, медицинский и др. При Отделе функционируют общественный совет, патронажная служба, Межцерковный центр по оказанию помощи беженцам и Координационный совет женских благотворительных организаций25. По существу, в постсоветский период начинается новый этап в милосердно-благотворительной деятельности Православия. Он предполагает преемственность традиционных форм и видов благотворительных организаций в объемах и моделях, востребованных обществом, и, несомненно, выработку новых моделей сотрудничества, соответствующих данному историческому периоду, ориентирующих людей на формирование нравственной картины мира, где было бы место взаимопониманию и состраданию.

На примере Санкт-Петербургской епархии рассмотрим возрождение традиций церковной благотворительной деятельности и ее направления. Можно их перечислить: медицинское, детские программы, помощь престарелым и инвалидам, образовательное, помощь заключенным, алкоголе- и наркозависимым, юридические консультации, духовно-просветительское. В таблице приведено число учреждений, уже задействованных РПЦ для работы по некоторым направлениям. Возобновление церковной благотворительности началось на приходах. Сегодня практически каждый приход так или иначе занимается благотворительной деятельностью. Оказывается помощь нуждающимся, раздаются бесплатные обеды, распределяется гуманитарная помощь. На первый взгляд кажется, что это малые дела. Но именно из таких малых дел и состоит социальное служение на приходе. Так, например, при приходе Андрея Критского создана богадельня на 6 мест, где ухаживают за пожилыми людьми и инвалидами, открыта благотворительная столовая на 40 детей. Приход Благовещенской (Пискаревской) церкви оказывает помощь инвалидам-колясочникам. При храме во имя иконы Божией Матери «Неупиваемая чаша» организован клуб «Бодрствование», где оказывается помощь людям, страдающим алкоголизмом.

Учреждения Русской Православной Церкви Санкт-Петербургской епархии

Формы и содержание благотворительной деятельности Кол-во

Монастырские школы Детские 3

Взрослые 2

Церковно-приходские школы Детские 65

Взрослые 55

Дополнительные занятия: ремесла, пение, театральные постановки 46

Паломничество 37

Библиотеки, видеотеки 35

Издание газет при приходах 5

Загородные лагеря для детей во время каникул, летний отдых в монастырях 13

Церквей и часовен при: больницах и «хосписах» 29

детских домах 6

учебных заведениях 14

Церквей и часовен в: учреждениях исправления наказания ГУВД по СПб. (следственный изолятор, исправительная и воспитательная колонии, психиатрическая больница для осужденных) 11

Составлено по: Справочник по Санкт-Петербургской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат). СПб., 2001; Тюремные храмы Санкт-Петербургской епархии. СПб., 2003; Ежегодное собрание духовенства Санкт-Петербургской епархии // Церковный вестник. 2002. № 11. С. 19; № 12. С. 21.

Как и в прежние времена, в Санкт-Петербурге возродилась деятельность братств и сестричеств. Братства и сестричества — это объединение мирян, осуществляющих благотворительную деятельность, направляемую священниками. Так, около 30 сестер из Братства св. Анастасии регулярно причащают и исповедуют больных, ухаживают за тяжелыми больными в Покровской и Мариинской больницах, организуют досуг для детей в детской инфекционной больнице № 3, осущест-

вляют патронаж на дому инвалидов и одиноких стариков. Создана богадельня для лежачих больных па 5 человек. Успешно работают сестричества св. мц. Татианы в Центральной медико-санитарной части № 122 и св. прмц. Елизаветы Федоровны в Хосписе № 1. Православное сестричество помощи онкологическим больным образовано при приходе святого Серафима Саровского в пос. Песочный.

Есть и постоянно действующие небольшие церковные социальные организации: богадельни, церковные больницы, реабилитационные центры и т. д. Возникли они как альтернатива огромным, бездушным государственным учреждениям. Братство Тихвинской иконы Божией Матери открыло ночлежный дом в Тихвине на 20 человек. В поселке Мельничный Ручей общественная организация «Возвращение» создала реабилитационный Центр для наркозависимых на 30 человек, в котором имеется отделение для наркозависимых женщин с детьми на 10 человек, работают производственные столярная, слесарная, швейная, переплетная мастерские, есть приусадебное хозяйство. Другой центр реабилитации наркозависимых действует при храме Коневской иконы Божией Матери в нос. Саперный. В деревне Пе-рекюля создан благотворительный реабилитационный центр «Дом надежды на горе», рассчитанный на 10-15 человек. В богадельне при Новодевичьем монастыре проживает 9 человек, осуществляется уход за пожилыми людьми 60-80 лет, среди которых есть инвалиды и тяжелобольные люди.

Церковные богадельни, как правило, маломестные. Но специфика служения и состоит в том, что Церковь индивидуально подходит к каждому человеку. Человек для Церкви — главный, о ком она печется. Не о массе людей, с которыми можно что-то сделать, поселить тут, перевезти туда. Любой священник чувствует, что он пастырь до тех пор, пока он лично знает по имени каждого своего прихожанина, понимает и вживается в его жизнь, сопереживает, сочувствует. И любой верующий предпочтет помочь одному человеку, но помочь ему по-настоящему, приняв на себя его беды. Ведь все мы знаем, насколько бездушны огромные учреждения, где проживает, скажем, 1000-1500 человек (дома для престарелых, огромные больницы, психоневрологические интернаты и т. д.).

Особо отметим совместные церковно-государственные проекты. Так, в рамках совместного проекта сестричества св. прмц. Елизаветы Федоровны в Хосписе № 1 и государственного образовательного учреждения — межшкольпого учебного комбината Калининского района Санкт-Петербурга на базе медико-социальной станции «Остров-3» создан Реабилитационный центр доя детей, нуждающихся в психолого-педагогической и медико-социальной помощи. Приход церкви св. Иоанна Предтечи активно сотрудничает с детским домом № 31 Московского района, оказывая благотворительную материальную помощь и воспитательно-просветитель-скую, организуя поездки в монастыри и по святым местам, посещения теалров. Социальная программа помощи инвалидам осуществляется в Коневском монастыре совместно с фондом инвалидов «Кедр». Государственное учреждение социально-реабилитационный Центр для несовершеннолетних «Дом милосердия» успешно сотрудничает с Братством св. Анастасии, медицинским училищем № 6, которое готовит сестер милосердия. Организуются летние детские лагеря и др.

Освещая социальное служение Православной Церкви, нельзя не упомянуть о диаконической практике студентов Санкт-Петербургской Духовной академии и семинарии. Диаконическая практика— работа с людьми, нуждающимися как в

духовной, так и в социальной помощи. Это — дети, в том числе с проблемами в развитии, и взрослые, находящиеся в трудной жизненной ситуации. Практику осуществляют 80 студентов в детских домах, психоневрологических интернатах, тюремной больнице, семейных и детских центрах и приютах. Летом студента Духовной академии работают вожатыми в летних лагерях и скаутских отрядах. Планируется организовать работу с Обществом пенсионеров, Александровским лицеем, Педагогическим университетом им. А. И. Герцена.

Опыт сотрудничества церкви в реализации совместных социальных проектов получил высокую оценку городской Администрации. В Санкт-Петербургской епархии соглашения были заключены на местном уровне: меж I)' митрополитом Санкт-Петербургским и Ладожским Владимиром и председателями Комитетов по делам семьи, детства и молодежи, образования, здравоохранения. Соглашения способствовали укреплению позиций церковных благотворительных инициатив, действующих в социальной сфере. На основе этих соглашений и заключаются договора о совместной деятельности с конкретными учреждениями (больницами, медицинским училищем, детскими приютами, психоневрологическими интернатами, центрами социального обслуживания населения и т. п.).

Благотворительная работа осуществляется как бы в два этапа. На первом этапе идет освоение нового поля служения, налаживается дело. Служащая община, как правило, осваивается на новом поле служения. Затем период освоения — сосредоточенности сменяется периодом более интенсивных контактов. На втором этапе работа возникает потребность в обмене опытом и сотрудничестве как с другими общинами, так и с государственными властями. В 1999-2003 гг. были проведены семинары по проблемам церковного попечения о безнадзорных детях и христианском медицинском служении, а также по реабилитации наркозависимых. Во всех мероприятиях принимали участие представители городской Администрации, поддержка которой дала возможность специалистам увидеться, познакомиться и обменяться опытом. Это факт, можно сказа ть, эмоциональный. Но существуют и вполне реальные причины, диктующие необходимость взаимодействия и совместного планирования действий.

Служение в тюрьмах, больницах, детских домах и других государственных учреждениях поставило проблемы продолжения попечения об обратившихся к вере людях после их выхода из-под государственной опеки. Так возникли реабилитационные центры, патронажные службы, прием на жительство и трудничество в приход и монастырь. Отдельная благотворительная инициатива, как правило, представляет собой лишь звено в цепочке, которая позволяет оказать реальную помощь человеку. Координация действий благотворительных церковных организаций, специализирующихся на каком-то одном виде помощи, укрепление связей и сотрудничества между ними и государственными социозащитпыми и медицинскими учреждениями становятся насущной задачей. Мало помочь заключенному, пока он находится в тюрьме, часто еще больше он нуждается в поддержке именно после освобождения. Недостаточно помочь наркоману пройти «ломку», необходимо поместить его в реабилитационный центр, где он сможет обрести новый смысл жизни (в православном центре — воцерковиться), приучиться к систематическому груду, найти новый круг общения. Но и после 3-6 месяцев реабилитации такому человеку лучше не возвращаться в прежнюю среду, а пожить и потрудиться длительное вре-

мя на удаленном приходе или в монастыре. Многие пожилые люди, попавшие в больницу, нуждаются в постоянном патронаже, а некоторые — в помещении в богадельню. Также и молодым людям, вышедшим из детских домов и приютов, требуются психологическая поддержка и юридическая помощь.

Сегодня чрезвычайно важно продумать и выстроить эти цепочки оказания помощи разным категориям нуждающихся: беспризорным детям, пожилым людям, бедным, больным, инвалидам, беженцам, бомжам, наркозависимым и т. д. Так, например, известно, что в наших монастырях проживает большое количество людей, «выпавших» из нормальной жизни общества по причине пьянства и наркомании. Все их немощи ложатся тяжким бременем на монастырь, который не может и не должен специализироваться на наркологических проблемах. Однако если такой человек прожил предварительно несколько месяцев в церковном реабилитационном центре, воцерковился, проявил устойчивую ремиссию, он может с пользой и для себя и для монастыря или сельского прихода жить и трудиться там продолжительное время как трудник. Отдел по благотворительности Санкт-Петербургской епархии подписал обращение к настоятелям сельских приходов и монастырей с просьбой принимать к себе по возможности в качестве трудников выпускников епархиальных реабилитационных центров.

Помощь Церкви должна быть юридически грамотной, профессиональной. Ощущается потребность иметь на каждом приходе социального работника, разбирающегося в тонкостях сегодняшнего законодательства, умеющего работать с людьми и отвечающего за оказание социальной помощи при своем храме. Сегодня можно организовать обучение основам социальной работы, используя знания и профессиональный опыт специалистов, готовых к сотрудничеству с Православной Церковью, и православных людей, работающих в государственных структурах.

Городская Администрация заинтересована в сотрудничестве с Церковью, сама обращается за помощью, привлекает священнослужителей к обсуждению социальных проблем, просит о помощи в тех случаях, когда город не может справиться с серьезными социальными проблемами. Это и реабилитация наркоманов после восстановительного лечения в государственных учреждениях, помощь в реабилитации подростков, совершивших правонарушения, это реабилитация лиц, освободившихся из мест лишения свободы, и многое, многое другое. Формы помощи могут быть самыми разнообразными: организация питания, патронаж на дому, воскресный детский сад, организация досуга школьников, помощь пожилым и больным людям, помощь по уходу за детьми, социальная помощь семьям, организация волонтерского движения. Особенно нужны сегодня помощники для работы с семьей. Так, например, неоценимую помощь в деле призрения сирот могли бы оказать семьи, берущие на воспитание детей (в гости, на каникулы, на определенный срок, под опеку и т. д.). Церковные благотворительные организации могут участвовать и в городских конкурсах проектов по оказанию помощи семье и детям, инвалидам и людям с ограниченными возможностями в организации летнего отдыха и др. Участие в городских программах — новый этап во взаимодействии РПЦ и государства. Финансируя церковные организации, государство признает социальную значимость проектов, реализуемых Церковью, и уровень оказания помощи. Проекты, прошедшие конкурс, со временем могут получать и более стабильную поддержку из городского бюджета.

Здравый смысл подсказывает настоятельную необходимость тесной связи общественной, в том числе религиозной, благотворительности с государственной системой социальной защиты людей. Как свидетельствует опыт других стран, каждая из структур, обладая своей спецификой, взаимно дополняет другую, и по отдельности им не под силу решение всех проблем социального обеспечения и социальной защиты граждан, поскольку они, как правило, обращены к локальным группам людей и к отдельным индивидам. Государственная система социальной защиты, используя бюджетное финансирование, решает проблемы в общенациональном масштабе. Но она не способна охватить каждого отдельного человека, локальную группу с ее специфическими проблемами. Здесь эффективно взаимодействие государственной системы и общественных служб социального вспомоществования, в том числе религиозных.

В настоящее время российское общество испытывает острую потребность в преодолении результатов негативных моральных установок и стереотипов поведения, разрушающих нравственное здоровье народа. Осмысление многовекового опыта церковной благотворительности, основанного на принципах христианского милосердия и человеколюбия, в этой связи представляется весьма актуальным. Благотворительность при этом должна рассматриваться в контексте самоорганизационных процессов общества как важная их составляющая. Без нравственной социальной самоорганизации общества его устойчивое функционирование невозможно. Объективное изучение форм и содержания церковной благотворительной деятельности в социальной истории России как результата реализации определенных функций таким социальным институтом, как Русская Православная Церковь, дает возможность для использования ее потенциала в условиях современного российского общества.

Summary

The Russian Orthodox Church as a social institute exerts influence on différent sides of social life, keeps historical memory, motivâtes people's behavior. Spécial attention is paid to the Church's charitable activity.

1 Социологический энциклопедический словарь / Под ред. Г. В. Осипова. М., 1998. С. 404.

2 Крапивенский С.Э. Социальная философия. М., 1998. С. 252.

3 Термин «симфония» берет свое начало от Шестой новеллы императора Юстиниана (VI в.), адресованной «Епифанию, святейшему архиепископу царского града и вселенскому патриарху». Доктрина о «симфонии властей» определена во Введении к этой Новелле, где говорится, что всеобщая благодать сообщила человечеству два величайших дара: священство и царство. Первое заботится об угождении Богу, второе — о прочих предметах человеческих. Оба же, происходя от одного и того же источника, составляют украшение человеческой жизни. Когда Церковь во всех своих частях благоустроена и государственное управление твердо и путем законов направляет жизнь народа к истинному благу, то возникает добрый и благотворный союз Церкви и государства, столь благодетельный для человечества. Достигнуть этого можно, если будет охраняемо соблюдеггие священных правил, переданных апостолами, сохраненных и изъясненных Отцами Церкви.

4 Николаи А., свящ. Церковь и государство (история правовых отношений). Изд-во Срегенского монастыря, 1997.

5 Зиммелъ Г. К социологии религии / / Вопросы социологии. 1993, № 3. С. 12.

6 Стог А. О общественном призрении в России. СПб., 1818. С. 4.

7 Подробнее см.: Воронова Е.А. Благотворительная деятельность Русской Православной Церкви: история и современность. СПб., 2004.

s Черняк П.Я. Историко-этимологический словарь современного русского языка: В 2 т. М., 1993. Т.1.

С. 92.

9 Там же. Т. 2. С. 231.

10 Необходимое дополнительное приложение к настольному словарю Толля Ф. / Под ред. Ф. Толля СПб., 1866. С. 61.; Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. Том первый. СПб.; М., 1880. С. 96; Словарь церковнославянского и русского языка, сост. вторым отделением Императорской Академии Наук. Т. 1. СПб., 1847. С. 37.

11 Энциклопедический словарь / Под ред. И.Е. Андреевского. Т.4. СПб., 1981. С.55.

12 Вебер A4. Основные социологические понятия / / Западно-европейская социология XIX — начала XX веков. М., 1996; Кузнецов Н. С. Человек. Потребности и ценности. Свердловск, 1992. С. 126-131.

13 Стог А. О общественном призрении в России. С.З.

14 Повесть временных лет. М.; Л., 1950. Вып. 1. С. 157.

15 Там же. С. 4,14,15.

1Й Путь ко спасению: Православие и современность. СПб., 1995. С. 33.

17 Повесть Временных Лет. С. 157.

18 Иоанн Кологрнвов. Очерки по истории русской святости. Брюссель, 1961. С. 43.

19 Энциклопедический словарь товарищества «Бр.' А. и И. Гранат и К° / Под. ред. Ю.С.Гамбарова. 7-е изд., Т.31. М., 1913. С.443.

20 Виноградов В. Д., Головин H.A. Политическая социология. СПб., 1997. С. 27. 2' Ведомости СНД и ВС РСФСР. 1990. № 21. Ст. 240.

22 Сайт Московской Патриархии / / www.mospat.ru.

23 Основы социальной концепции Русской Православной Церкви / / Информационный бюллетень ОВЦС Московской Патриархии. 2000. № 8.

24 300 лет. История российских социальных служб. Хронограф / Под ред. Г. Н. Кареловой. М., 2001.

С. 9.

25 Православная энциклопедия. Русская православная церковь. М., 2002. С. 16-17. Статья поступила в редакцию 23 июня 2004 г.