Куда ставить пробы

Около 5,8 тыс. финансистов, занимавших в разное время руководящие позиции в российских финансовых институтах, занесены в черный список Центробанка. За действия или бездействие, поставившие под угрозу их компании. Попадание в этот список означает запрет на получение должностей топ-менеджеров кредитных и некредитных финкомпаний, вхождение в советы директоров банков, а также приобретение более 10% акций банка. Zaim.com специально для “Ъ” решил выяснить, насколько действенен данный инструмент, и с этой целью опросил ряд экспертов в России, ряде европейских стран и США.

Черный список

К перечню опальных финансистов доступ имеют только работники Центробанка — это закрытая информация. Поэтому собственники финансовой компании могут узнать о запятнанной репутации потенциального кандидата на топовую позицию только при согласовании его назначения с регулятором. Для самого кандидата это также может стать сюрпризом.

Применительно к банковской сфере ЦБ согласует кандидатуру председателя правления банка, при обязательном финансовом или юридическом образовании и опыте работы в банковском бизнесе и возможных репутационных рисках. Регулятор также обращает внимание на кандидатуры зампредов, главного бухгалтера, его зама и руководителей филиалов. Согласования требует назначение главного аудитора, руководителя подразделения контроля рисков и руководителя комплаенс-службы. Все эти специалисты рискуют получить «черную метку» регулятора при «неправильной» работе.

Исполнитель собственника

С одной стороны, выглядит это довольно серьезно. Черный список призван предотвратить распространение недобросовестных практик ведения финансового бизнеса. И создать условия для фильтрации руководителей низкой квалификации, а также просто мошенников, которые приходят в финансовый бизнес для собственного обогащения в ущерб работодателю.

Однако, по мнению опрошенных Zaim.com финансистов, действующая законодательная база недостаточно совершенна. Она требует большой проработки, прежде всего для повышения эффективности данной инициативы и снижения количества специалистов, попадающих в списки по формальным признакам, без веских причин.

«В целом идея правильная, но экстенсивный путь ее развития — расширение списка должностей и увеличение срока возможной дисквалификации (он уже увеличен с пяти до десяти лет), на мой взгляд, не принесет в полной мере желаемого эффекта. Это в некотором смысле может оказаться стрельбой из пушки по воробьям, так как людей, реально влияющих на состояние банка в целом и принимающих судьбоносные решения, немного, более того, преимущественно это собственники. Зачастую топ-менеджмент не имеет полной картины происходящего, а отвечает за отдельный участок и выполняет вполне конкретные указания, спущенные сверху от собственников»,— отмечает Наталия Яшева, управляющий филиалом АКБ «Фора-банк» (АО) в г. Санкт-Петербург.

По данным участников финансового рынка, уже сейчас в списке ЦБ присутствует целый ряд специалистов, которые включены туда по незначительным причинам, например наименованию должности. При этом людям, имеющим отношение к банковскому сектору, очевидно, что эти лица крайне мало могут влиять на общую политику банка и принимаемые решения.

К тому же «данный закон вряд ли является сдерживающим фактором для совершения противоправных действий топ-менеджерами, так как возможная полученная выгода несоизмерима с незначительностью наказания. Скорее данная мера направлена на недопуск провинившихся игроков на банковский рынок и повторения ими незаконных действий»,— считает Юлия Комбарова, генеральный директор «Юридического бюро №1».

Работа всегда найдется

Официально комментировать данную тему банкиры отказались, однако путем анонимного опроса удалось выяснить, что «членство в черном клубе ЦБ» не наносит особого ущерба деловой репутации финансиста. Как показывает практика, выход есть даже из черного списка (и не только в рамках реабилитации).

Если банку нужен специалист, который имеет «черное клеймо», его могут назначить советником, а подписывать важные документы будет кто-то из «беленьких». Так что для профессионалов высокого уровня, которые за какие-то промахи попали в немилость к ЦБ, работа всегда найдется.

«Знаю подписантов на высоких должностях — им все равно, куда они попали, и знаю советников, которые в списках не будут никогда, но которые все решали. Списки были еще до того, как о них стали громко говорить. И все умные, кому платили за мозги, давно числились советниками. А вот то, что в списки попадают такие должности, как начальник по рискам и начальник внутреннего контроля и аудита, считаю несправедливым: их никто никогда не спрашивал, как жить»,— высказался представитель банка, пожелавший остаться неизвестным.

Также финансистов возмущает включение в черный список всех руководителей региональных подразделений банков, у которых отозваны лицензии. Представители банков в регионах не могут нести ответственность за решения, принятые головным офисом или подразделением в другом регионе, они не имеют полномочий на них влиять или каким-либо способом препятствовать в силу того, что просто не знают о них. Тем не менее в случае возникновения проблем у банка эти лица попадут в черный список. Эксперты считают, что включение в перечень должно происходить на основании анализа последствий, ущерба, причиненного конкретным лицом, должен быть индивидуальный подход. Конечно, есть практика оспаривания включения в черный список, но процедура эта не отработана и зачастую неэффективна. По мнению некоторых игроков рынка, подход, основанный на «презумпции виновности», поверхностен и несправедлив.

С одной стороны, можно согласиться с тем, что внесение руководителей среднего звена (начальников по рискам и т. п.) в черный список — это несправедливость, так как всем процессом, как правило, руководят не они. Однако незнание законов не освобождает от ответственности, поэтому любой «виновный» находится в ситуации, когда либо у него де-юре были такие полномочия и он понимал, что потенциально несет, может понести ответственность, либо де-факто его могли подставить. Но это все равно не говорит о том, что у него не было возможности разобраться в ситуации заранее и правильно взвесить все риски.

«Возьмем для примера крупнейшую МФО "Домашние деньги". Ее крах связан не только с Евгением Бернштамом как собственником компании, но и с позицией топ-менеджмента. Никто не заставлял их продолжать работать в компании, если они не разделяли политику акционера. Может быть, даже большая ответственность лежит за такой печальный результат именно на исполнительном органе»,— говорит Олег Гришин, генеральный директор МФК «Мигкредит».

Необходимая публичность

Микрофинансисты считают, что в их секторе черный список также необходим, так как работа с деньгами требует исключительной порядочности. «Крайне важно не допустить на микрофинансовом рынке новых случаев появления недобросовестных компаний, цель которых собрать деньги, вывести их и обанкротить компанию. Для привлечения инвестиций компаниями необходима безукоризненная репутация руководителей — только тогда привлеченные средства станут драйвером развития цивилизованного микрофинансового рынка»,— полагает Роман Макаров, генеральный директор МФК «Займер».

Однако Алексей Лашко, директор КПК «Содействие» и МКК «Содействие XXI», считает, что черный список финансистов работать не будет. «Знаю компании в регионе, которые крутят воровские деньги. Знаю компании, которые де-факто возглавляет руководитель с судимостью. Ничто им не мешает»,— отметил эксперт. Чтобы черный список заработал, необходимо обеспечить его публичность, считают микрофинансисты.

В Национальном банке Сербии Zaim.com пояснили, что они также работают над тем, чтобы не допустить или максимально скоро отстранить недобросовестных лиц от должностей в органах управления банками. Наряду с прочими критериями регулятор проверяет компанию, в которой ранее работал финансист, на предмет того, налагались ли какие-либо санкции на это юрлицо компетентными органами, было ли инициировано банкротство. Оценка проводится не только до назначения финансиста на руководящую должность, но и после — в течение всего срока его пребывания в должности.

Черный список банкиров, действующий в Соединенных Штатах, составляется различными регуляторами: FDIC (Федеральная корпорация страхования депозитов), OCC (Управление контроля за валютой), FRB (Совет федерального резерва), NCUA (Национальная администрация кредитного союза) и SEC (Комиссия по ценным бумагам и биржам). Банкиры могут попасть в список по разным причинам, включая мошенничество, инсайдерский трейдинг, халатность, деятельность в личных интересах или общее несоблюдение банковских правил.

«Черный список работников банковской индустрии, безусловно, хорошая государственная политика, потому что она в первую очередь удерживает человека от совершения преступного деяния. Кроме того, финансисту, занесенному в черный список, предоставляется возможность реабилитировать себя, но только после того как он ощутит на себе все последствия нарушения закона»,— отметил Дэвид Рейшер, представитель LegalAdvice.com.

В Великобритании черного списка финансистов как такового не существует, но банкиры исключаются из реестра, что, по сути, является внесением в черный список. «Хотя черного списка банкиров нет, есть другие списки, составляемые такими организациями, как CIFAS (Система предотвращения мошенничества в сфере кредитования), куда занесены лица, чья мошенническая деятельность подтверждена»,— отметил Алекс Бэлл, директор по продуктам AML.

Подводя итог, можно сказать, что черный список финансистов, безусловно, важный инструмент. Однако он работал бы более эффективно, если бы был публичным. Открытость списка позволит не только ЦБ решать за собственников финкомпаний, кого брать на работу, но и подскажет инвесторам, в какие компании вкладывать деньги.