Принципы гражданского законодательства стран Евразийского экономического союза

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2016. № 3 (48). С. 91-96.

УДК 347.1

ПРИНЦИПЫ ГРАЖДАНСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА СТРАН ЕВРАЗИЙСКОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО СОЮЗА

PRINCIPLES OF CIVIL LAW OF THE EURASIAN ECONOMIC UNION Н. Л. БОНДАРЕНКО

Проанализированы общие черты и специфические особенности основных начал гражданского законодательства государств - членов Евразийского экономического союза, внесены отдельные предложения по формированию понятийного аппарата и эффективно действующей системы принципов гражданского права в контексте унификации гражданского законодательства.

Ключевые слова: Евразийский экономический союз; законодательство; гражданское право; принципы права; система принципов гражданского права; унификация.

General lines and specific features of the basic beginning of civil legislation of states-members of Eurasian economic union are analyzed in the article, suggestions are brought in on forming of concept vehicle and effectively operating system of principles civil law in the context of the unification of civil law.

Key words: Eurasian Economic Union; legislation; civil law; principles of law; the principles of civil law system; the unification.

Распад СССР, с одной стороны, позволил бывшим социалистическим республикам обрести суверенитет и начать процесс формирования собственного национального законодательства, а с другой - обострил общие для них социально-экономические проблемы. Вследствие этого возникла потребность поиска новых форм и способов взаимодействия для совместного поиска путей их преодоления. На смену СССР пришло Содружество независимых государств (далее - СНГ), в которое вошло большинство бывших республик. В связи с тем, что создание любого объединения, формирование единого экономического пространства и налаживание хозяйственных связей предполагают создание единого правового пространства, насущной потребностью стала унификация законодательства, в первую очередь гражданского. Государствами - участниками СНГ был разработан модельный Гражданский кодекс (далее -ГК), который был взят за основу в Республике Армения, Республике Казахстан, Кыргызской Республике, Российской Федерации и

Республике Беларусь. Названные страны в настоящее время являются государствами -членами Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС).

В модельном ГК содержалась отдельная статья «Основные начала гражданского законодательства», в качестве которых были закреплены общепризнанные в современном цивилизованном мире принципы частного права: неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты (ст. 3 ГК) [1]. Названные принципы нашли закрепление и национальных ГК вышеназванных стран. Так, основные начала гражданского законодательства закреплены в ст. 2 ГК Беларуси [2], ст. 1 ГК России [3], ст. 2 ГК Казахстана [4], принципы гражданского права в ст. 3 ГК Армении [5]. В ГК Кыргызстана принципы размещены в ст. 2 ГК «Гражданское законодательство» [6].

© Бондаренко Н. Л., 2016

Анализ перечисленных статей ГК позволяет сделать вывод, что общими для всех стран ЕАЭС принципами гражданского законодательства являются: автономия воли, равенство участников гражданских отношений, неприкосновенность собственности, свобода договора, недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты. В то же время обращает на себя внимание наличие некоторых страновых особенностей в перечне законодательно закрепленных основных начал гражданского законодательства. Так, в числе принципов гражданского права Армении и Кыргызстана названа имущественная самостоятельность участников регулируемых гражданским законодательством отношений. Общим для ГК Армении, России и Казахстана является принцип свободного перемещения товаров, услуг и финансовых средств. Вместе с тем полагаем, что выделение этого принципа уместно лишь для ГК России, принимая во внимание её федеративное устройство, но вряд ли целесообразно для Казахстана и Армении, являющихся унитарными государствами. Российский и белорусский законодатели сочли нужным закрепить в числе основных начал гражданского законодательства принцип добросовестности участников гражданских правоотношений.

Поскольку среди стран ЕАЭС наиболее специфична система принципов гражданского права Республики Беларусь, ей будет уде -лено особое внимание. Прежде всего в ст. 2 ГК Беларуси закреплен ряд положений, имеющих важное методологическое значение. Во-первых, это указание на системность гражданско-правовых принципов: «под основными началами гражданского законодательства понимается система принципов, определяющих и регламентирующих гражданские отношения». Во-вторых, это закрепление открытого перечня принципов гражданского права путём указания на то, что гражданское законодательство основывается также на иных принципах, закрепленных в Конституции Республики Беларусь, других актах законодательства, а равно следующих из содержания и смысла гражданско-правовых

норм. Таким образом, белорусский законодатель подтверждает, что, с одной стороны, принципы гражданского права являются составными элементами системы общеправовых, конституционных принципов, а с другой - указывает на открытость этой системы, возможность её совершенствования, дополнения и расширения за счёт включения дополнительных элементов. В-третьих, белорусский законодатель раскрыл содержание закрепленных принципов.

В ст. 2 ГК Республики Беларусь указывается на системность принципов, однако анализ вышеназванной статьи позволяет выдвинуть тезис о том, что в ней содержится не система, а скорее простая совокупность законодательно закрепленных основных начал. Как известно, формирование любой системы начинается с выделения системообразующего критерия. Системообразующим критерием гражданского права как правовой отрасли, общим условием существования каждого его структурного подразделения служит предмет правового регулирования, поэтому в систему принципов гражданского права должны быть включены только те принципы, которые находятся в органичной связи с предметом гражданско-правового регулирования. Тем не менее в систему отраслевых основных начал оказались включенными общеправовые принципы верховенства права и социальной направленности регулирования экономической деятельности, являющиеся элементами другой системы - системы общеправовых принципов. Такое выборочное закрепление в нормах гражданского законодательства отдельных общеправовых принципов, не отражающих непосредственно специфику гражданско-правового регулирования и находящихся в структурной связи не с какой-либо одной отраслью права, а со всей системой правовых норм, представляется нецелесообразным [7]. Ещё более серьёзные возражения вызывает включение в систему основных начал белорусского гражданского законодательства принципа приоритета общественных интересов: «осуществление гражданских прав не должно противоречить общественной пользе и безопасности, наносить вред окружающей среде, историко-культурным ценностям, ущемлять права и защищаемые законом интересы других лиц». С тем чтобы

не вступать в противоречие с гражданско-правовыми принципами свободы договора, равенства участников гражданских отношений и недопустимости произвольного вмешательства в частные дела, а также коррелировать с конституционным принципом соразмерности (пропорциональности) и сбалансированности при ограничении субъективных прав (ст. 23 Конституции Республики Беларусь), принцип с таким содержательным наполнением мог бы именоваться принципом баланса частных и общественных интересов. Однако вряд ли в нем есть необходимость по изложенным выше соображениям.

Системность проявляется в возможности элементов системы эффективно взаимодействовать. В. Н. Хропанюк проиллюстрировал этот тезис на примере взаимодействия общих принципов права: если действует принцип социальной справедливости, то устанавливаются и гуманные отношения между людьми. И наоборот, реализация принципа гуманизма означает в то же время установление справедливых отношений в общественной жизни [8]. Аналогичную взаимосвязь можно наблюдать и на примере основных начал гражданского законодательства. Например, принцип недопустимости произвольного вмешательства в частные дела в нормах вещного права коррелирует с принципом неприкосновенности собственности, в нормах обязательственного права - с принципом свободы договора. Принцип равенства участников гражданских правоотношений гарантирует неприкосновенность собственности и свободу договора и т. д. Являясь элементами системы правовых принципов гражданско-правовые принципы, в свою очередь, тесно взаимосвязаны и взаимодействуют с конституционными принципами. Следовательно, система принципов гражданского права представляет собой не простую совокупность элементов, а целостное, структурно упорядоченное единство принципов, находящихся во взаимодействии между собой, а также с принципами других отраслей права и обеспечивающих эффективное правовое регулирование гражданско-правовых отношений. Важно также отметить, что для функционирования системы количество элементов определяющей роли не играет, важно чтобы перечень основных начал действительно яв-

лялся системой принципов (как её позиционирует законодатель).

В ст. 2 ГК Республики Беларусь закреплен открытый перечень принципов гражданского права: наряду с законодательно закреплёнными принципами белорусское гражданское законодательство основывается также на иных принципах, закрепленных в Конституции Республики Беларусь, других актах законодательства, а равно следующих из содержания и смысла гражданско-правовых норм. Однако, как свидетельствует анализ правовой доктрины и правоприменительной практики, и в других странах ЕАЭС, несмотря на отсутствие на этот счёт прямого указания в законе, принципы не исчерпываются лишь закреплёнными в ГК. В частности, авторы учебника по гражданскому праву под редакцией М. К. Сулейменова и Ю. Г. Басина к числу принципов гражданского права относят как принципы, прямо закреплённые в ст. 2 ГК Казахстана, так и не нашедшие текстуального закрепления принципы защиты предпринимателей и потребителей как основных субъектов гражданско-правовых отношений, защиты прав и правомерных интересов кредитора, а также защищенность гражданских прав [9]. Другой представитель казахской цивилистики - А. Г. Диденко, полагая, что принципы могут вытекать из концепции законодательного акта и формулироваться его текстом, к числу принципов гражданского законодательства относит защиту прав предпринимателей и потребителей и защищённость гражданских прав [10]. Аналогичные подходы обнаруживаются и в ци-вилистической доктрине Кыргызской Республики и Республики Армении. В частности, Т. А. Ибрагимова относит к числу принципов кыргызского гражданского права не нашедшие текстуального закрепления в ГК принципы добросовестности и защиты доверия участников гражданского правоотношения, указывая, что их сущность «распределена по иным категориям и институтам гражданского права» [11]. В свою очередь, С. Хачатрян выводит принцип добросовестности из анализа текста ст. 275-276 ГК Армении [12]. Однако наиболее широкий спектр мнений по этому вопросу обнаруживается в работах российских авторов. Так, наряду с принципами, закреплёнными в ст. 1 ГК Рос-

сии, к числу гражданско-правовых принципов О. Н. Садиков относит принцип уважения общественных интересов [13], Е. Г. Комиссарова - недопустимость злоупотребления гражданскими правами [14], О. А. Кузнецова - необходимость исполнения гражданско-правовых обязанностей [15], Е. А. Суханов - запрет злоупотребления правом и иного ненадлежащего осуществления гражданских прав, а также самостоятельность и инициативу (диспозитивность) в приобретении, осуществлении и защите гражданских прав [16], Е. И. Орешин и И. И. Суспицына -принцип содействия сторон в исполнении обязательства [17] и т. п. Сказанное даёт основание для вывода о том, что нормативное закрепление принципов гражданского права может быть двояким: во-первых, принципы могут быть прямо зафиксированы в нормах гражданского законодательства; во-вторых, они могут выводиться из содержания ряда норм гражданского законодательства логическим путём.

Несомненным достоинством подхода белорусского законодателя является также попытка содержательного наполнения закрепленных принципов. В то же время отдельные положения ст. 2 ГК Республики Беларусь нуждаются в корректировке. Так, некорректным следует признать содержание закрепленного в ст. 2 ГК принципа добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений (добросовестность и разумность участников гражданских правоотношений предполагается, поскольку не установлено иное), сформулированного в виде презумптивной нормы. Правовые принципы имеют фундаментальный характер, содержат в себе требование, обращенное к участникам гражданских правоотношений, нормотворче-ским и правоприменительным органам, в то время как презумпции носят предположительный, прогностический характер. Поэтому принцип добросовестности и разумности должен закрепляться в белорусском гражданском законодательстве не в качестве презумпции, а наряду с ней, должен быть наполнен следующим содержанием: «при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и разумно».

Неудачной является и формулировка принципа беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты: «граждане и юридические лица вправе осуществлять защиту гражданских прав в суде (хозяйственном суде) и иными способами, предусмотренными законодательством, а также самозащиту гражданских прав с соблюдением пределов, определённых в соответствии с гражданско-правовыми нормами». Непонятна логика законодателя, текстуально слившего воедино, по сути, три самостоятельных начала гражданского законодательства, каждое из которых имеет свое собственное содержание и реализацию в нормах гражданского законодательства, и сопроводившего комментарием только один из них.

Требование корректировки гражданско-правового принципа недопустимости произвольного вмешательства в частные дела связано с необходимостью её приведения в соответствие с конституционными положениями. Названный принцип имеет своим источником нормы ст. 23 Конституции Республики Беларусь, в которой закреплено: «Ограничение прав и свобод личности допускается только в случаях, предусмотренных законом, в интересах национальной безопасности, общественного порядка, защиты нравственности, здоровья населения, прав и свобод других лиц» [18]. Согласно ст. 2 ГК Республики Беларусь вмешательство в частные дела не допускается, за исключением случаев, когда такое вмешательство осуществляется на основании правовых норм в интересах национальной безопасности, общественного порядка, защиты нравственности, здоровья населения, прав и свобод других лиц. Основополагающее значение конституционных норм исключает их вольную трактовку посредством замены термина «закон» термином «правовая норма».

Общеизвестно, что назначение правовых принципов состоит в обеспечении правильного применения гражданско-правовых норм и содействии более глубокому пониманию содержания и целей гражданско-правового регулирования. Содержательное наполнение принципов будет способствовать более глубокому пониманию их сути нормотворчески-ми и правоприменительными органами, субъ-

ектами гражданского права и одновременно позволит правильно истолковывать и применять гражданско-правовые нормы, корректировать ныне действующие и формировать новые для достижения целей гражданско-правового регулирования. Поэтому полагаем целесообразным раскрыть содержание принципов гражданского права в соответствующих статьях ГК стран ЕАЭС. При этом отдельные решения белорусского законодателя могут быть взяты за основу в процессе унификации законодательства ЕАЭС, в то время как другие нуждаются в корректировке.

Однако проблема формирования понятийного аппарата принципов гражданского права не исчерпывается только их содержательным наполнением, её важной составляющей является законодательное закрепление понятия принципов. Поскольку в ГК отсутствует определение понятия «принципы гражданского права», не ясно какое законоположение следует считать принципом, а следовательно, определяющим для всех остальных норм. Названный законодательный пробел приводит также к тому, что в правовых актах различного уровня обнаруживается смешение правовых понятий: в качестве принципов называются права и обязанности, юридические гарантии, правовые презумпции. Отсутствие искомой дефиниции затрудняет понимание основных начал гражданского законодательства участниками гражданского оборота, субъектами нормотворческой и правоприменительной деятельности, препятствуют их правильному толкованию и применению, а следовательно, снижает их социальную эффективность. Поэтому необходимо выявить сущностные признаки, присущие принципам гражданского права, и сформулировать понятие, которое целесообразно закрепить в ГК всех стран ЕАЭС. Синтезируя высказанные в правовой науке в целом и в цивилистике в частности мнения, можно сделать вывод о том, что законодательно закрепленное понятие принципов гражданского права должно удовлетворять следующим требованиям: отражать отраслевую принадлежность принципов гражданского права; содержать указание на признаки, позволяющие идентифицировать то или иное положение гражданского законодательства в качестве его принципа; в нём должно быть

заключено требование их императивного применения субъектами гражданского права, а также нормотворческими и правоприменительными органами. Специфические черты и многогранный характер принципов гражданского права усложняют задачу выработки дефиниции, однако законодателю предстоит её решить. С ростом количества актов гражданского законодательства, усложнением общественных отношений, составляющих предмет гражданско-правового регулирования, потребность выработки дефиниций существенно актуализируется. Принимая во внимание открытость системы принципов гражданского права, было бы целесообразным на законодательном уровне закрепить признаки, позволяющие идентифицировать то или иное положение гражданского законодательства в качестве его отраслевого принципа. Совокупность данных признаков целесообразно сконцентрировать в едином понятии, которое необходимо закрепить в ГК.

Выдающийся французский ученый Рене Саватье, говоря о возможности создания Европейского Союза, отмечал, что барьеры создаются отнюдь не только таможенными правилами или запрещением ввоза определённых товаров. Такие барьеры было бы легко преодолеть юридическими средствами. Эти барьеры в гораздо большей мере обусловлены тем, что в каждой стране существует свое внутреннее право. Следовательно, без унификации гражданского законодательства достижение целей интеграции может быть поставлено под сомнение. Сказанное в полной мере относится и к интеграционным процессам, в которые были вовлечены государства -участницы ЕАЭС.

1. Гражданский кодекс (часть первая). Модель. Рекомендательный законодательный акт Содружества Независимых Государств : принят на пятом пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств - участников Содружества Независимых Государств 29 октября 1994 г. - URL: http://online.zakon.kz/ Document/?doc_id=30073642#pos=14;-327&sel _link=1000542532 (дата обращения: 15.04.2016).

2. Гражданский кодекс Республики Беларусь : принят Палатой представителей 28 октября 1998 г. : одобр. Советом Респ. 19 ноября 1998 г. - URL: http://www.pravo.by (дата обращения: 15.04.2016).

3. Гражданский кодекс Российской Федерации. (Часть 1) от 30 января 1996 г. № 14-ФЗ (в ред. от 31 января 2016 г.). - Доступ из справ.-правовой системы «КонтультантПлюс».

4. Гражданский кодекс Республики Казахстан (Общая часть) от 27 декабря 1994 г. № 269-XII (в ред. от 24 ноября 2015 г.). - URL: http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=10060 61&doc_id2= 1006061 (дата обращения: 15.04.2016).

5. Гражданский кодекс Республики Армения от 28 июля 1998 г., № ЗР-239 (в ред. от 30 декабря 2015 г.). - URL: http://base.spinform.ru/ show_doc.fwx?rgn=2998 (дата обращения: 15.04.2016).

6. Гражданский кодекс Кыргызской Республики (Часть II) от 5 января 1998 г., № 1 (в ред. от 30 июля 2015 г.). - URL: http://online. adviser. kg/Document/?doc_id=30212538 (дата обращения: 15.04.2016).

7. Бондаренко Н. Л. Проблема формирования эффективно действующей системы принципов гражданского права Республики Беларусь // Вестник Пермского университета. Юридические науки. - 2012. - Вып. 4 (18). - С. 1621.

8. Хропанюк В. Н. Теория государства и права : учебное пособие / под ред. В. Г. Стрекозова. -М., 1995. - С. 216.

9. Гражданское право. Том I : учебник для вузов (академический курс) (главы 1-15) / отв. ред. М. К. Сулейменов, Ю. Г. Басин. - URL: http://online.zakon.kz/Document/?doc_id=30002 463#sub_id=10103 (дата обращения: 15.04.2016).

10. Гражданское право. Общая часть : курс лекций / под ред. А. Г. Диденко. - Алматы : Нур-

пресс, 2006. - 722 с. - URL: http://enu.kz /repository/history/ %D0 %9A %2093 .pdf (дата обращения: 15.04.2016).

11. Ибрагимова Т. А. Общие принципы и конституционные основы гражданского права. -URL : http ://www. cac-civillaw.uni-bremen.de /beitraege/allg-prinzip-kir.ru.rtf (дата обращения: 15.04.2016).

12. Хачатрян С. Общие принципы и конституционные основы гражданского права. - URL: www.cac-civillaw.uni-bremen.de/beitraege/allg-prinzip-arm.ru.rtf (дата обращения: 15.04.2016).

13. Гражданское право России. Общая часть : курс лекций / М. И. Брагинский [и др.] ; под общ. ред. О. Н. Садикова. - М. : Юристъ,

2001. - 779 с.

14. Комиссарова Е. Г. Принципы в праве и основные начала гражданского законодательства : дис. ... д-ра юрид. наук. - Екатеринбург,

2002. - 303 с.

15. Кузнецова О. А. Нормы-принципы российского гражданского права. - М. : Статут, 2006. -269 с.

16. Гражданское право : учебник : в 4 т. / В. С. Ем [и др.] ; отв. ред. Е. А. Суханов. - 3-е изд., пе-рераб. и доп. - М. : Волтерс Клувер, 2005. -Т. 1 : Общая часть. - 720 с.

17. Орешин Е. И., Суспицына И. И. Принцип содействия сторон в исполнении обязательства: советский анахронизм или эффективный правовой инструмент? - Доступ из справ.-право-вой системы «КонтультантПлюс».

18. Конституция Республики Беларусь 1994 г. -Минск, 2005. - 48 с.