Закон о фейках пересмотрят

Владимир Путин наложил вето на закон о маркировке сообщений о массовых мероприятиях, в котором ко второму чтению неожиданно появилась норма об ужесточении ответственности журналистов за цитирование недостоверной информации. Закон был одобрен Федеральным собранием и лишал СМИ возможности цитировать, например, Telegram-каналы и форумы, говорят издатели. Это третий за почти 20 лет случай, когда Владимир Путин наложил вето на принятый закон.

Владимир Путин во время проведения пресс-конференции для журналистов

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ / купить фото

Президент Владимир Путин отклонил закон единороссов Сергея Боярского и Евгения Ревенко об ужесточении ответственности СМИ за цитирование других изданий, указано на сайте Госдумы. Законопроект был принят Госдумой в третьем чтении 19 мая и 2 июня одобрен Советом федерации.

У президента появились вопросы к частям закона, «где речь идет об освобождении от ответственности», заявил журналистам его пресс-секретарь Дмитрий Песков.

Авторы доработают проект, заявил “Ъ” Евгений Ревенко.

«Это стандартная процедура. Очевидно, возникли некие соображения, с которыми нам предстоит ознакомиться. И с их учетом законопроект будет доработан в рамках восьмого созыва Госдумы»,— сказал он.

Согласно действующему законодательству, журналисты не несут ответственности за распространение ложной информации, если она представляет собой дословное воспроизведение материалов из СМИ, которое может быть установлено и привлечено к ответственности. Новый закон предполагал, что журналисты не несут ответственность за цитирование только тех СМИ, в которых «главный редактор может быть установлен и привлечен к ответственности».

СМИ «часто пользовались» возможностью цитировать другие медиа, «чтобы что-то выдумать, сослаться на несуществующее СМИ и таким образом запутать след», пояснял Сергей Боярский на радио «Говорит Москва». Если главного редактора установить невозможно, то и СМИ не существует, поэтому ответственность будет нести тот, кто разместил информацию, «прикрывшись, по сути, выдуманным цитированием», указывал он.

Закон содержал серьезные риски для отрасли, говорят опрошенные “Ъ” медиаменеджеры.

Формулировки проекта предусматривали ответственность главредов за любую публикацию, основанную на информации других СМИ, и его принятие в таком виде резко ограничило бы возможность региональных медиа попасть в поле зрения федеральных СМИ, заявил “Ъ” главный редактор объединенной редакции РБК Петр Канаев.

«Быстро проверить достоверность потока новостей и наличия главредов региональных медиа нереально»,— пояснил он. Кроме того, законопроект вводил ответственность главреда за публикации, основанные на данных зарубежных СМИ, напомнил Петр Канаев: «Я фактически мог быть назначен ответственным за то, что пишут СМИ в Индонезии, Египте, на Мальте и т. д. Это гарантированно сузило бы повестку, сократило доступность информации для нашей аудитории».

С одной стороны, нынешняя повестка «очень густо разбавлена фейками» и «логика авторов проекта понятна», с другой — закон фактически лишал СМИ возможности цитировать Telegram-каналы, форумы и другие подобные источники, подчеркивает шеф-редактор сайта АиФ.ру Владимир Шушкин. «Достоверной информации в каналах очень много, даже если они анонимные. Даже самые большие СМИ не могут быть везде, а значит, проигрывают тем же источникам в оперативности, деталях и т. д. Что в конечном итоге подрывает доверие читателя к СМИ, ибо он получает больше информации в других местах»,— предупреждает он.

Нормы о цитировании других источников не было в первой версии законопроекта господ Боярского и Ревенко, изначально посвященного маркировке сообщений о массовых мероприятиях «в целях недопустимости необоснованного привлечения редакций СМИ к административной ответственности, защиты прав представителей отрасли, журналистов». Дополнение появилось во втором чтении и никак не связано с первоначальным текстом проекта, указывает партнер коллегии адвокатов «Делькредере» Максим Степанчук. К законопроекту приложена пояснительная записка, не относящаяся к предлагаемым изменениям в закон о СМИ, указывает юрист коллегии адвокатов «Регионсервис» Алексей Панюшкин.

Это третий с 2002 года случай, когда Владимир Путин воспользовался правом президентского вето. В 2012 году президент не стал подписывать закон о расширении полномочий инновационного центра «Сколково», так как в нем не были определены критерии оценки эффективности. В 2016 году после критики со стороны родительских организаций Владимир Путин отклонил закон о единой системе учета учащихся.

В 2002 году Владимир Путин уже ветировал закон, ужесточавший регулирование работы СМИ.

После теракта в Театральном центре на Дубровке Госдума и Совет федерации приняли закон, запрещающий СМИ распространять информацию, которой могут пользоваться террористы, в частности, детали проведения контртеррористической операции и информацию о технологиях изготовления оружия. Господин Путин отклонил закон после обращения руководителей российских медиа. Впрочем, запрет о публикации в СМИ сведений об изготовлении оружия позднее вошел в закон, принятый в третьем чтении 16 июня 2021 года.

По ст. 107 Конституции, если президент воспользовался правом вето, Госдума и Совфед обязаны снова рассмотреть закон, и если при повторном рассмотрении он будет одобрен 2/3 голосов, то президент этот закон будет обязан подписать, говорит управляющий партнер Enterprise Legal Solutions Юрий Федюкин. «Но в сложившейся парадигме вероятность того, что парламентарии пойдут против президента и попробуют повторно принять законопроект без внесения в него изменений, невелика. Есть даже вероятность того, что к нему вовсе больше не вернутся»,— говорит юрист.