Изменения костной ткани человека в космическом полете I. феноменология

№ 3/2004 ОСТЕОПОРОЗ И ОСТЕОПАТИИ

ИЗМЕНЕНИЯ КОСТНОЙ ТКАНИ ЧЕЛОВЕКА В КОСМИЧЕСКОМ ПОЛЕТЕ I. феноменология

B.C. ОГАНОВ, А.В. БАКУЛИН, В.Е. НОВИКОВ, Л.М. МУРАШКО, О.Е. КАБИЦКАЯ,1

В.В. МОРГУН, Л.И. ВОРОНИН,2 В. ШНАЙДЕР, Л. ШЕЙКЛФОРД, А. ЛЕБЛАНК '

' ГНЦРФ - Институт медико-биологических проблем РАН, Москва, Россия;

2 РГНШЦШим. Ю.А. Гагарина; 3 Космический центр им. JI. Джонсона, Хьюстон, США

Приведены результаты многолетних исследований изменений костной системы космонавтов после длительных (6-14 мес.) космических полетов на орбитальных станциях (ОС) «Салют», «Мир». Установлена теоретически ожидаемая потеря костной массы (минеральной плотности костной ткани - МПКТ), закономерная лишь в трабекулярных структурах костей низкнеп половины скелета (поясничные позвонки, кости таза, бедренная кость). В костях верхней половины - череп, шейные позвонки - обнаружена отчетливая тенденция к повышению содержания костных минералов (СКМ). Показана прямая зависимость снизкения МПКТ в различных сегментах скелета от их положения в векторе гравитации и структуры ткани. Значения МПКТ после полетов, как правило, не выходили за пределы нормы в соответствии с регламентом ВОЗ (Т-критерий), либо в отдельных случаях они квалифицировались как локальная остеопения. Изменения МПКТ, как и скорость их восстановления, индивидуально крайне вариабельны, что не позволяет выявить их связь с длительностью полета. Ситуация в целом рассматривается как проявление функциональной адаптации костной ткани к меняющимся механическим требованиям.

ВВЕДЕНИЕ

Миллионы лет биологической эволюции в поле земного тяготения принципиальным образом сказались на форме скелета, общей массе, структуре и микроархитектонике костей у человека, как и у всех наземных позвоночных. Результаты эволюционно-физиологических и сравнительно-физиологических исследований показали высокую чувствительность скелета человека к механическим стимулам - статическим (весовая нагрузка) и динамическим (мышечным) [3,10] - и способность костной ткани приспосабливаться к их изменениям, определяемую как функциональная адаптация [12].

Поэтому уже в период подготовки полетов человека в Космос одной из важных проблем было теоретически и практически оценить величину ожидаемой потери костной массы и степень опасности развития остеопороза в невесомости. Используемые с этой целью рентгенологические исследования оказались с метрологической точки зрения недостаточными (запаздывающая диагностика), хотя и, несомненно, сохранили свое значение как инструмент для качественного анализа различных проявлений остеопороза.

В начале 70-х годов прошлого столетия была создана новая технология неинвазивного высокоточного измерения костной массы -остеоденситометрия. И уже с середины 80-х годов эта технология при активной помощи наших коллег из Калифорнийского университета (Сан-Франциско, США) и Космического центра им. Л. Джонсона (Хьюстон, США) была использована при обследовании российских космонавтов - членов экипажей орбитальных станций (ОС) «Салют» и «Мир».

МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЙ, ОБЪЕКТЫ И КРИТЕРИИ ОЦЕНКИ СОСТОЯНИЯ КОСТНОЙТКАНИ

Методы. Медицинская техника, применяемая для диагностики состояния костной ткани, непрерывно совершенствовалась. Обследования космонавтов ОС «Салют-7» выполняли на компьютерном томографе GECT-7800 («Дженерал электрик», США), используя программу, повышающую точность измерения в единицах физической плотности - г/см3 (количественная компьютерная томография -ККТ) [11]. Часть космонавтов ОС «Салют-7» и «Мир» обследовали с помощью костного денситометра ДВ-6000 (Norland, США, двух-фотонная радионуклидная абсорбциометрия - ДФА). С начала 1990-х годов обследования космонавтов ОС «Мир» (начиная с 6-й основ-

ной экспедиции) были выполнены на двухэнергетическом рентгеновском денситометре QDR-1000/W (Hologic, Waltham, MA, США), предоставленном специалистами НАСА.

Целесообразно напомнить, что двухэнергетическая рентгеновская абсорбциометрия (dual energy x-ray absorbtiometry - DEXA) основана на различной проникающей способности излучения разной жесткости (энергии) и позволяет по величине поглощения оценить проекционную минеральную плотность костной ткани - МПКТ, г/см2 (bone mineral density - BMD, g/cm2) - и содержание костных минералов - СКМ, г (bone mineral content - ВМС, g) в любой интересующей области. Наличие двух энергетических областей в спектре излучения позволяет расчетным (программным) путем исключать влияние мягких тканей, а также по специальной программе регионального анализа (Whole Body - «Все тело») проводить раздельное вычисление минеральной плотности крупных звеньев скелета (черепа, рук, грудных и поясничных позвонков, ребер, таза, ног) и рассчитывать состав тела по параметрам СКМ, массы жировой ткани (fat mass, или масса жира - МЖ, г) и тощей массы (lean body mass, ТМ, г).

Исследование клинически наиболее значимых областей (поясничного отдела позвоночника, проксимального отдела бедра, костей таза и некоторых других регионов) проводили с помощью специальной программы с более высокой разрешающей способностью (субрегиональный или локальный анализ).

Обследуемый находился в положении лежа на спине. Продолжительность стандартного исследования составляла 70 мин, суммарная лучевая нагрузка - до 0,01 мЗв. Точность измерения составляла +0,5-1% по локальным программам (поясничные позвонки и проксимальный отдел бедра) и +1,5-2% по программе «Все тело».

Участники экспедиций на ОС «Мир» проводили обследование методом DEXA за 30-45 сут. до старта, на 3-й - 5-е сутки после приземления (обязательная схема) и далее в периоде реадаптации: через 3-4 нед. (в некоторых случаях), 3-6 мес. и 1 год (расширенная циклограмма). В необходимых случаях по показаниям (восстановление МПКТ замедлено) обследования продолжали до 3 лет по индивидуальной схеме.

Объекты исследований. Было обследовано 38 космонавтов в возрасте 33-53 года (российских и зарубежных) - членов экипажей основных экспедиций (ЭО) и экспедиций посещения (ЭП), в том числе после повторных или многократных полетов - 20 космонавтов. Длительность полетов составляла в основном 5-7 мес, но обследования проводили и после полетов меньшей (20-30 сут.) и боль-

ш

iL

ОСТЕОПОРОЗ И ОСТЕОПАТИИ № 3/2004

шей (10-14,5 мес.) продолжительности. Некоторые космонавты участвовали в нескольких экспедициях, поэтому практически проводился многолетний мониторинг состояния их костной системы. Всего было выполнено 58 обследований, включавших по несколько сеансов обязательной или расширенной циклограммы. Напомним, что каждый сеанс обследования содержал от 4 до 6 программ сканирования: региональный анализ по программе «Все тело», локальный анализ поясничного отдела позвоночника, проксимального эпифиза бедренной кости (билатерально) и иногда костей голени и пяточной кости.

В полете космонавты получали сбалансированное по составу и количеству продуктов питание с включением в диету кальция (7001200 мг/сут.). Кроме того, они придерживались определенной системы профилактических мероприятий (СПМ). На разных этапах СПМ включала диуретики и фармакологические препараты для профилактики космической болезни движения; выполнение физических упражнений (бег на третбане, велоэргометр, резистивные упражнения) по 2 часа в день в виде 4-дневного цикла, включающего 1 день отдыха; сеансы облучения ультрафиолетом, ношение специального нагрузочного костюма «Пингвин»; тренировки с воздействием отрицательного давления на нижнюю половину тела [1].

Критерии оценки состояния костной ткани. Для интерпретации результатов DEXA проводили сравнение полученных данных с соответствующими «пиковыми» на кривой популяционной нормы, имеющимися в базе данных денситометра Hologic.

Согласно рекомендациям ВОЗ [13] диагностика остеодефицит-ных состояний проводится по Т-критерию: в пределах нормы находятся значения, отклоняющиеся менее чем на 1 SD; значения менее -1 SD, но более -2,5 SD классифицируются как остеопения, значения менее -2,5 SD как остеопороз, значения менее -2,5 SD - при наличии хотя бы одного перелома позвонка или шейки бедра - как тяжелый остеопороз. В референтных кривых, используемых в современных денситометрах, отклонение -2 SD (Т-масштаб) соответствует примерно 20% пиковой костной массы.

РЕЗУЛЬТА ТЫ ИССЛЕДОВАНИЙ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ

Костная масса скелета и его сегментов (DEXA). Для клини-ко-физиологической интерпретации данных, когда необходимо оперировать абсолютными значениями МПКТ и СКМ, систематическому анализу были подвергнуты только результаты исследований, проведенных на аппаратуре DEXA, имеющей референтную базу и позволяющей использовать международные критерии оценки. Учитывая встречающиеся в литературе разночтения в трактовке понятия «костная масса» [9], особенно для отдельных позвонков, сохраняющих способность в зрелом возрасте (у мужчин до 50 лет) к пе-риостальному росту, далее для каждого сегмента скелета указываются соответствующие версии измеряемых параметров (МПКТ или СКМ).

Результаты исследований в целом подтверждают основные (и ожидаемые) тенденции изменений состояния костной ткани после длительных космических полетов, опубликованные ранее [2, 8,14].

Среднегрупповые значения изменений костной массы за время полета по всей совокупности экспедиций на ОС «Мир» длительностью от 4 до 7 мес. суммированы в табл. 1.

Как можно видеть из табл. 1, наиболее закономерное и достоверное уменьшение костной массы наблюдается в трабекулярных структурах костей нижней половины скелета. При этом кости ног в целом (преимущественно кортикальная структура) теряют существенно меньше, нежели расположенные выше по вектору гравитации поясничные позвонки, кости таза и проксимальный эпифиз бедренной кости.

Основная, впервые выявленная при этом и ожидаемая закономерность состоит в том, что выраженность и даже направленность изменений МПКТ и СКМ в разных сегментах скелета существенно зависит от их положения в векторе гравитации, то есть от их весовой нагруженности в условиях lg (рис. 1).

Менее ожидаема была отчетливая тенденция к увеличению СКМ в костях верхней половины скелета (чаще всего кости черепа и шей-

Таблица 1

Среднегрупповые изменения костной массы у космонавтов ОС «Мир» за время полета длительностью от 5 до 7 мес. (в процентах к предполетному уровню). Региональный и локальный анализ

Сегмент скелета Показатель и М ± ш, %

Кости черепа и шейного

отдела позвоночника МПКТ, г/см2 32 +2,21+0,57

СКМ, г 32 +4,76 + 0,84

Ребра СКМ, г 32 + 1,99 +1,36

Кости рук СКМ, г 32 + 1.30 +1,02

Грудные позвонки МПКТ, г/см2 31 -0,98 + 0,64

СКМ, г 31 -3,14 +2,57

Поясничные |тозвонки МПКТ. 1 с.\г 28 -5,89 + 0,71*

Кости таза СКМ, г 30 -13,07 + 1,24**

Шейка МПКТ, г/см2 31 -8,53 +1,40**

Проксимальный эпифиз бедренной кости Большой вертел МПКТ, г/см- 31 -9,33 + 1,39**

Межвертельная область МПКТ, г/см2 31 -7,12 + 0,85*

Треугольник Варда МПКТ, г/см2 31 -10,08 +1,48*

Суммарно по

эпифизу МПКТ, г/см2 31 -8,00 + 0,99*

Кости ног СКМ, г 32 -2,66 + 0,39

Скелет в целом СКМ, г 32 от-1,5 до-3,0

*р < 0,01; **р 0,05.

Таблица 2

Результаты количественной компьютерной томографии

позвоночника и мышц спины у космонавтов 1-7 (изменения в процентах к исходному уровню) [цит. по: 7]

Минеральная плотность нонсшшнм* потомков Весь позвонок Длительность полета, сут.

150 1 237

1 --2.3 2 -10.8 3 -6,1 4 -0,3 5 -6.0 6 7.0 7 -2.0

Тело позвонка + 1,8 -10,0 4,6 +2.9

Отростки -7,5 -11,9 -8.1 -3.7

Губчатая ткань + 1,7 10.2 +1.9 +12,4 -0,5 -2,0 +Я.0

О&ъем мышц спины -bS -5,8 -0,8 4,3

ные позвонки) (см. табл. 1). Это явление рассматривается как вторичная реакция, в основе которой может быть перераспределение жидкостных сред организма человека как результат неадекватного в невесомости функционирования «земных» антигравитационных механизмов центральной гемодинамики [4]. Таким образом, можно констатировать определенное, по-разному выраженное индивидуально перераспределение минералов в разных сегментах скелета. По-видимому, в связи с этим суммарная потеря костной массы весьма незначительна (см. табл. 1). Однако это перераспределение создает критическую с биомеханической точки зрения ситуацию в активно теряющих костную массу сегментах скелета.

Гиперминерализация поясничных позвонков (ККТ). Не менее неожиданные результаты были получены ранее в первой серии обследований космонавтов ОС «Салют» (1982-1985). Она была проведена с использованием компьютерного томографа СЕСТ-7800 («Дженерал электрик», США) с оригинальными методикой и программой анализа данных [11]. Сканирование выполняют вместе со специальным калибровочным фантомом, после чего проводится объемная реконструкция 20 последовательных сканов в зоне поясничных позвонков Ь1-Ь4. На основании сравнения с фантомом программа позволяет получать значения физической (объемной) минеральной плотности в г/см3. Благодаря этому удалось впервые количественно оценить изменения минеральной плотности поясничных позвонков и избирательно - губчатой костной ткани тел позвонков у космонавтов после полетов продолжительностью от 150 до 237 сут. При этом в ряде случаев выборочно измеряли минеральную плотность костной ткани (МПКТ) передних (тело, концевая пластинка) и задних (поперечные и остистые отростки) элементов позвонков, а

№ 3/2004 ОСТЕОПО!'

'гмм1УШ1ти

i

-Vkoetil., 11КИ1

[IL/IOUA рук» |K'fipa ipvniiKic иоксни- бедро 1*1 MUlt'Hb наги шмвонкн 4MIJC

иоЦЮЙКИ

Рис. 1.

Зависимость скорости изменений минеральной плотности костной ткани (МПКТ) различных сегментов скелета от их положения в векторе гравитации при 1 G. Региональный анализ

Рис. 2.

Динамика восстановления МПКТ поясничных позвонков у космонавтов после космических полетов продолжительностью 5- 7 месяцев: С - старт, П - приземление. По оси абсцисс: сроки наблюдений (сутки) до (-) и после полета

также плотность мышц спины (подвздошно-реберной, выпрямителя спины и межостистой). Некоторые результаты обследований представлены в табл. 2.

Как видно из табл. 2, после полетов длительностью от 5 до 8 мес. у 4 из 7 космонавтов отмечено достоверное снижение МПКТ позвонков в целом, у остальных космонавтов выявлена аналогичная тенденция. При этом у 4 космонавтов в задних элементах позвонков, представленных в основном компактной костью, МПКТ также была достоверно снижена. В то же время отмечены достоверное увеличение МПКТ при селективном сканировании губчатой ткани тел позвонков у 5 космонавтов (достоверно - только у 2). Одновременно у 4 обследованных космонавтов обнаружено отчетливое уменьшение объема мышц спины в зоне L1-L4 в среднем на 4,4% [7].

Квалификация. При клинико-физиологической оценке обнаруженных изменений учитывали упомянутый выше регламент ВОЗ [13]. Обращаясь к табл. 1, можно уточнить, что среднегрупповые значения потерь за полет в сегментах поясничных позвонков (5,89 %) составляют в абсолютных значениях 0,064 г/см2, тогда как «стоимость» (величина) 1 SD для этой зоны у лиц молодого возраста (пик костной массы в 25 лет) равна 0,110 г/см2 (после уточнения по стандартам Национальной инспекции по экспертизе нормативов здоровья и питания - National Health and Nutrition Examination Survey, США - NHANES). Среднегрупповые значения суммарных потерь за полет в проксимальном эпифизе бедра (8,0%) и шейке бедренной кости (8,53%) составляют в абсолютных значениях 0,085 и 0,080 г/см2 соответственно. Абсолютные значения величин 1 SD для лиц молодого возраста в указанных зонах равны соответственно 0,102 и 0,136 г/см2. Другими словами, можно видеть, что послеполетные значе-

ния МПКТ в подавляющем большинстве случаев не выходят за пределы 1 SD, принятой по регламенту ВОЗ за нижнюю границу нормы, а в некоторых случаях потери почти в 2 раза меньше величины 1SD.

Однако индивидуальный анализ выявил случаи, когда у космонавтов с исходно низкой костной массой снижение МПКТ в поясничных позвонках после полета выходит за пределы -1 SD, но не опускается ниже - 2,5 SD по Т-критерию. Эти случаи можно квалифицировать как локальную остеопению. При этом можно заметить, что снижение МПКТ у индивидов с исходно низкой массой не превышает средних значений потерь в группе космонавтов за полет аналогичной длительности.

Вместе с тем исходно низкие значения костной массы можно рассматривать как «индивидуальную норму», и в таких случаях при квалификации состояния следует не только использовать Т-крите-рий, но и учитывать Z-критерий.

С клинической точки зрения предметом особого внимания должна быть также высокая (даже в среднем по группе) скорость развития остеопении, поскольку это обстоятельство увеличивает, как показывают наши клинические наблюдения, риск перелома костей [6].

Индивидуальная вариабельность изменений. Значительные межиндивидуальные различия выявляются уже при оценке изменений общей массы минералов (СКМ) и усредненной МПКТ всего тела. Показано также, что изменения СКМ костей головы и шейных позвонков имеют общую тенденцию к возрастанию: в 19 случаях из 32 изменения положительного знака были достоверны, то есть превышали двойную ошибку метода. Диапазон индивидуальных значений изменений СКМ в этом сегменте составил от -5 до +13%. Изменения МПКТ и СКМв сегментах нижней половины скелета при одинаковой отрицательной тенденции имеют еще более выраженные различия в индивидуальных реакциях. Диапазон колебаний индивидуальных вариантов изменений костной массы за полет составляет, например, для МПКТ поясничных позвонков от +3 до -12% и бедренной кости от 0 до -20%. Еще больший разброс изменений минеральной плотности (от 0 до -23%) обнаружен у 11 космонавтов после 6-месячных полетов на ОС «Мир» в дистальной трети боль-шеберцовой кости .(трабекулярная кость) методом периферической компьютерной томографии (см. рис. 1) [16].

Здесь мы лишь констатируем значительные межиндивидуальные различия реакций, которые, как можно полагать, связаны с генетической детерминированностью пика костной массы и сложившимся фенотипом костного метаболизма. Вопросы о допустимости наследственной предопределенности рассматриваемых ситуаций, в том числе исходно низких значений МПКТ, и возможности их генетического прогнозирования будут предметом обсуждения в последующих публикациях.

В значительной степени в связи с указанной высокой индивидуальной вариабельностью изменений строгой зависимости между амплитудой изменений и длительностью полета не обнаружено.

Динамика восстановления костной массы. Исследования динамики и качества восстановления МПКТ после продолжительных космических полетов требуют большого времени наблюдения и осложняются рядом факторов, среди которых высокая вариабельность исходных значений МПКТ у космонавтов, различия в продолжительности и условиях полетов, существенные различия условий восстановительного периода (в том числе физической активности). По объективным причинам часто не удавалось провести динамические наблюдения в сопоставимые сроки.

На основе результатов динамических наблюдений за весь период работы проведен анализ динамики восстановления МПКТ поясничных позвонков Lj-L4 после полетов продолжительностью 5-14 мес, причем всего использованы наблюдения по 14 полетам с последующей динамикой (см. рис. 2). Поскольку в процессе работы проводили усовершенствование программного обеспечения, в частности программ анализа, была выполнена стандартизация результатов путем повторного анализа с использованием стандартной версии Lumbar Spine V 4.62.

ОСТЕОПОРОЗ И ОСТЕОПАТИИ № 3/2004

За исходную во всех случаях принимали МПКТ по результатам последнего предполетного обследования. Исходная МПКТ у космонавтов варьировала в достаточно широких пределах, поэтому для целей анализа эту величину принимали за 100%. По оси абсцисс показаны сутки наблюдения. Область отрицательных значений даты обследования показывает срок последнего предполетного обследования. Результаты первого послеполетного обследования (как правило, через 3-6 сут. после приземления) располагаются вдоль условной линии нулевых суток (день приземления). Данные предполетного и первого послеполетного обследований являются исходными для анализа динамики восстановления, которая также индивидуально вариабельна.

Как показано выше, у части космонавтов наблюдали отрицательную динамику транзиторного характера в ранний (3-5 нед.) период реадаптации. Как показывает теоретический и экспериментальный анализ, феномен можно объяснить как активацию адаптивного ре-моделирования костной ткани в ответ на «возвращенную» нагрузку [5]. Скорость резорбции при этом (2-4 нед.) превышает формирование кости ( 3 Л мес), что и регистрируется денситометрически. На второй и третий год наблюдений суммарно можно говорить о положительной динамике. Можно констатировать, что восстановление потерь костной массы в периоде реадаптации занимает значительно большее время, нежели длительность полета.

Здесь уместно напомнить, что значения МПКТ пяточной кости у 9 членов 3 экспедиций ОС «Скайлэб», измеренные (методом МФА) спустя 5 лет после завершения программы, были ниже, чем у 7 контрольных субъектов [15].

Отмечены также различия в динамике восстановления костной массы разных сегментов скелета, относительная скорость нормализации костной массы выше в разных зонах проксимального эпифиза бедра, нежели в поясничных позвонках и костях таза.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Как показывают результаты исследований, приведенные в данном разделе, направление и выраженность изменений костной массы в различных сегментах скелета человека зависят от их положения относительно вектора гравитации, биомеханического профиля, структуры ткани и индивидуальных особенностей. Закономерно уменьшение костной массы в трабекулярных структурах костей нижней половины скелета (поясничных позвонках, костях таза, бедренной кости).

В сегментах верхней половины скелета (черепе, руках, ребрах) выявляется тенденция к увеличению содержания костных минералов. Феномен может быть связан с перераспределением жидкостных сред организма в краниальном направлении и, по всей вероятности, отражает обусловленную этим аккумуляцию электролитов в костном интерстиции и, возможно, в мягких тканях головы.

Клинико-физиологическая оценка изменений, обнаруженных в костях нижней половины скелета, на основе регламента ВОЗ по дифференциации остеодефицитных состояний (норма - остеопения -остеопороз) позволяет констатировать, что значения костной массы после космических полетов в среднем по всей выборке остаются в пределах нормы.

Индивидуальный анализ выявил единичные случаи, когда у субъектов с исходно низкой костной массой и при размерах потерь, не превышающих среднюю для группы, состояние костной ткани после полетов следует квалифицировать как локальную остеопению. Такие ситуации требуют специфической коррекции (биомеханической, фармакологической, алиментарной) в послеполетный период.

При денситометрии в ранний послеполетный период (3-5 нед.) у некоторых из космонавтов отмечен дополнительный отрицательный градиент костной массы транзиторного характера, который рассматривается как проявление адаптивного ремоделирования в ответ на «возвращенную» нагрузку.

Изменения костной массы после космических полетов демонстрируют высокую индивидуальную вариабельность, что может быть детерминировано на генетическом уровне. Значительные межиндивидуальные различия изменений не позволяют установить строгой корреляции между их выраженностью и длительностью полетов.

Скорость восстановления костной массы также индивидуально различна и имеет отрицательную связь с величиной потери и возрастом космонавта. В целом явления уменьшения костной массы после космического полета и ее восстановления в период реадаптации рассматриваются как проявление одного из фундаментальных свойств костной ткани - способности к функциональной адаптации в меняющемся «внешнем механическом поле». Некоторые особенности костной динамики в космическом полете и по возвращении на Землю будут обсуждены в последующих публикациях.

SUMMARY

The results of bone tissue study after long duration space flight (614 months) are provided. The decrease of Bone Mineral Density (BMD) was revealed in lower weight bearing parts of the skeleton (lumbar spine, femur proximal epiphysis and pelvis) in long-term study of Russian cosmonauts. BMD was assessed using dual energy X-ray absorptiometry (DEXA). Simultaneously the tendency of increasing BMD was shown in upper parts of the skeleton (skull, cervical spine). The direct relationship was found between BMD in different segments of the skeleton and their position in the gravitation vector. The BMD mean value was generally within the normal limits, according to T-score after,space flight. In some cases changes in the BMD were qualified as a local osteopenia. The individual BMD level changes and the rate of recovery are found to be very variable. Therefore, the relationship between the BMD level and space flight duration can not be established. The situation is considered to be a bone tissue functional adaptation to the different biomechanical requirements.

ЛИТЕРАТУРА

1. Богомолов В.В., Самарин Г.И. Медицинское обеспечение здоровья и работоспособности экипажей орбитальной станции «Мир» // Орбитальная станция «Мир»: Космическая биология и медицина. Т. 1. М., 2001. С. 20-41.

2. Григорьев А.И., Оганов B.C., Бакулин А.В. и др. Клинико-физиоло-гическая оценка изменений костной ткани у космонавтов после длительных космических полетов // Авиакосм, и эколог, медицина. 1998. Т. 32. С. 21-25.

3. Коржуев П.А. Эволюция, гравитация, невесомость. М.: Наука, 1971. 152 с.

4. Оганов B.C. Костная система, невесомость и остеопороз М.;Слово, 2003. 260 с.

5. Оганов B.C., Бакулин А.В., Мурашко Л.М. и др. Изменения массы, структуры и метаболизма костной ткани у мужчин в условиях 120-суточ-ной АНОГ и в раннем периоде реадаптации // Сб. докл. на конф. Гипокинезия: Медицинские и психологические проблемы. 1997а. С. 63А65.

6. Оганов B.C., Бакулин А.В., Чернихова Е.А. и др. Денситометричес-кая оценка частоты переломов поясничных позвонков при остеопении различной выраженности и этиологии // Второй российский симпозиум по ос-теопорозу: Тезисы лекций и докладов. Екатеринбург, 1997. С. 81,82.

7. Оганов B.C., Канн К., Рахманов А.С, Терновой С.К. Исследование костно-мышечного аппарата позвоночника у человека после длительных космических полетов методом компьютерной томографии // Косм. биол. и авиакосм, мед. 1990. Т. 24, № 4. С. 20-22.

8. Оганов B.C., Шнайдер B.C. Костная система // Космическая биология и медицина: Человек в космическом полете. Т. 3. кн. 1. М.: Наука, 1997. С.421-А60.

9. Риггз Б.Л., Мелтон Л.Д. Остеопороз: Этиология, диагностика, лечение. М.;СПб.: БИНОМ, Невский диалект, 2000. 560 с.

10. Смит А. Основы гравитационной биологии // Основы космической биол. и мед. М.: Наука; Вашингтон: НАСА, 1975. Т. 2, кн. 1. С. 141-176.

11. Cann Ch., Genant H. Precise Measurement of vertebral mineral Content Using computed tomography // J. Сотр. Ass. Tomogr. 1980. V. 4. № 4. P. 493— 500. v

12. Carter D.R., Wong M., Orr Т.Е. Musculoskeletal ontogeny, phylogeny and functional adaptation: Proc. of the NASA Symp.on the influence of gravity and activity on muscle and bone // J. of Biomechanics. 1991. V. 24 (Suppl.l). P. 3-16.

13. Kanis J.A. and WHO Study Group. Assessment of fracture risk and its application to screening for postmenopausal osteoporosis: synopsis of WHO report // Osteoporosis int. 1994. № 4. P. 368-381.

14. Oganov VS., Bakulin A.V., Novikov V.E. et al. Result of human bone densitometry after prolonged space flight // Intern. Scientific Cooperation onboard MIR. Proc. Symp. Intern. Lyon. France. 2001. P. 183-188.

15. Tilton F.E., Degioanni J.J., Schneider V.S. Long-term follow-up of Skylab bone demineralization // Aviat. Space Environ. Med. 1980. V. 51. P. 12091213.

16. Vico L., Collet Ph., Guignandon A. et al. Effect of long-term microgravity exposure on cancellous and cortical weight-bearing bones of cosmonauts // The Lancet. 2000. V. 335. P. 1607-1611.