«Революционная армия труда» гражданской войны и «Трудовая армия» периода Великой Отечественной войны как форма организации труда советских граждан в условиях военного времени

Вестник Челябинского государственного университета. 2013. № 18 (309). История. Вып. 56. С. 31-35.

Г. А. Гончаров

«РЕВОЛЮЦИОННАЯ АРМИЯ ТРУДА» ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ

И «ТРУДОВАЯ АРМИЯ» ПЕРИОДА ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ КАК ФОРМА ОРГАНИЗАЦИИ ТРУДА СОВЕТСКИХ ГРАЖДАН В УСЛОВИЯХ ВОЕННОГО ВРЕМЕНИ

Исследование выполнено при финансовой поддержке Федеральной целевой программы «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России на 2009-2013 гг.». Государственное соглашение

№>14.В37.21.0001.

Рассматривается вопрос взаимосвязи использования «революционной армии труда» периода Гражданской войны и «трудовой армии» Великой Отечественной войны. Рассматриваются методы их организации, трансформация состава, условия использования на различных этапах советской истории.

Ключевые слова: «Революционная армия труда» Гражданской войны, «трудовая армия» Великой Отечественной войны, рабочие колонны, состав трудовых подразделений, условия функционирования трудовых подразделений.

Анализ исследований, так или иначе связанных с поднимаемой в статье проблемой, дает основание утверждать, что в отечественной исторической литературе отсутствует оценка использования специальных трудовых формирований в условиях военного времени на различных этапах советской истории1. Осмыслению данного вопроса и посвящена предлагаемая статья.

Первые упоминания о специальных трудовых формированиях в советской истории относятся к периоду гражданской войны. В январе 1920 г. Реввоенсовет 3-й армии Восточного фронта выдвинул предположение о ее преобразовании в «революционную армию труда» для хозяйственного возрождения Урала. Это предложение было поддержано руководителем советского правительства В. И. Лениным. 12 января в телеграмме командованию армии он писал, что приветствует почин, одобряет предложение и предложил перевести дело в практическую плоскость. Причем эта форма организации труда настолько заинтересовала и привлекла вождя, что он предложил уже готовое решение для предстоящего заседания СНК: «... во-первых, одобрить в принципе, во-вторых, распубликовать для поощрения, в-третьих, утвердить основные принципы организации этого дела...»2. Выявляя причины подобной реакции В. И. Ленина, необходимо учитывать, что обстановка после разгрома сил Колчака и Деникина изменилась и, казалось бы, позволя-

ла сократить пятимиллионную Красную Армию. Однако широкая демобилизация была невозможна из-за расстройства транспорта и опасности возобновления военных действий. Возвращение «человека с ружьем» в деревню, разоренную «продразверсткой», было бы политически опасным для советской власти. В этой ситуации руководство советского государства принимает решение использовать организованную военную силу, которую распустить нельзя и опасно содержать без дела на трудовом фронте.

В период с января 1920 г. по январь 1921 г. были созданы Первая Революционная Армия труда, Укрсовтрударм, Кавказская, Петроградская, Донецкая, Сибирская, Вторая революционная, Вторая железнодорожная армии труда. Документы ЦК РКП (б) и советского правительства определили организационные принципы формирования «революционных армий труда», систему управления и взаимоотношений с гражданскими властями, задачи их деятельности. В соответствии с содержанием документов они должны были использоваться без разрушения и дробления аппарата управления и с сохранением полной боевой готовности для выполнения оперативных задач. Руководящим органом определялся Революционный Совет, в состав которого входили представители и гражданских наркоматов. Революционный Совет вносил в распорядок внутренней жизни армии необходимые изменения в той мере, в какой они были обуслов-

лены хозяйственным применением. Сформированные «революционные армии труда» выполняли как хозяйственные задачи (заготовка топлива, строительные, сельскохозяйственные, погрузочно-разгрузочные и другие работы), так и выступали в качестве орудия принуждения (мобилизация дополнительной рабочей силы, установление трудовой дисциплины). Во всех вопросах, касающихся внутренней организации, жизнь армий труда регламентировалась воинскими уставами3. Применение «революционных армий труда» с жесткой военной иерархией планировалось до тех пор, пока была необходимость сохранения армии в целом. По мере изменения военно-политической обстановки предполагалось ликвидировать военизированный аппарат управления армиями труда с частичным сохранением квалифицированного трудового потенциала для его использования в качестве небольших ударно-трудовых отрядов на важнейших промышленных предприятиях4.

Создание в 1920 г. «революционных армий труда» позволило не только использовать их на хозяйственных работах, но и сделать центрами организации по привлечению гражданского населения к массовой трудовой повинности5. На Урале, например, 21 февраля 1920 г. при Совете Первой Революционной армии труда был создан Комитет по трудовой повинности в составе представителей Реввоенсовета Трудармии, Наркомтруда, Наркомв-нудел и окружного военного комиссариата. В своем первом обращении к трудящимся Екатеринбургской, Пермской, Тюменской, Уфимской и Челябинской губерний Комитет по трудовой повинности «...объявил, согласно приказа Совета I армии труда, трудовую повинность всего трудоспособного населения, не занятого другой, не менее важной работой на общую пользу, на предмет вывозки и заготовки дров...». Кроме того, до всеобщего сведения было доведено, что «...исполняя свой долг перед страной и Рабоче-Крестьянским Правительством, он примет все меры к принуждению нерадивых вплоть до предания суду революционного трибунала дезертиров труда...»6.

О том, как решалась эта задача, свидетельствует статистика. В 1920 г. в журнале «Серп и молот» была опубликована статья, где были показаны первые итоги деятельности Первой трудовой армии и приведены данные о численности «трудармейцев». Проанализировав

приведенный материал, мы можем отметить следующее: в среднем с января по август 1920 г. на трудовом фронте в день находилось 44.407 человек. Причем численность работающих постепенно увеличивалась - с 4.389 человек в феврале до 61.961 человек в апреле. С мая 1920 г. начинается переброска воинских частей на Западный фронт, и численность Уральской трудовой армии к середине июля падает до 36.283 человек. Затем начинается увеличение численности и к 31 августа она достигает 58.494 человек. Такой рост был обусловлен работой губвоенкоматов, которые заменили красноармейцев воинских частей мобилизуемыми гражданскими лицами непризывных возрастов или ранее демобилизованными. Они переводились в состояние «трудмобилизованных»7. Это подтверждают и другие данные: по сведениям Уральского областного комитета по трудовой повинности, с конца февраля по 20 апреля 1920 г. было привлечено к труду 154.923 красноармейца из воинских частей и 430.025 гражданских лиц, мобилизованных по трудовой повинности8. Это означало, что количество «трудмобили-зованных» в 2,2 раза превышало численность красноармейцев, «поставленных на труд». На практике была реализована идея Реввоенсовета Первой Революционной армии труда «... объявить все население области на положении призванных к всеобщей трудовой повинности и в мере действительной надобности осуществлять ее путем применения труда населения по месту жительства и путем призыва в трудармию для переброски в другие места»9.

Все это свидетельствует о том, что в годы гражданской войны произошел «де-факто» переход от трактования «революционной армии труда» как военизированного формирования Красной Армии, использовавшегося в народном хозяйстве, к восприятию ее как трудового формирования, включающего такие категории трудармейцев, как «красноармейцы, поставленные на труд», тыловые ополченцы, «трудмобилизованные», и сочетающего в себе элементы военной организации, производственной сферы, принуждения и централизованного управления. Основными формами «новой трудармии» стали трудовые рабочие части в виде батальонов, отдельных рот и команд, колонн и строительных отрядов. В трудовые части переводились красноармейцы, которые подлежали по своему воз-

расту демобилизации из рядов Красной Армии. Они попадали в категорию «трудмоби-лизованные» и оставлялись на исполняемых работах. В категорию «трудмобилизованные» было включено и местное население, входившее в состав трудовых частей. «Трудмо-билизованные» де-факто становились неотъемлемой частью трудовых частей, принимая активное непосредственное участие в их хозяйственной деятельности.

В 1921 г. происходит окончательное «огражданивание» воинских трудовых частей. Секретная переписка Главного управления трудчастей республики с советскими органами власти летом-осенью 1921 г. свидетельствует о том, что трудовые подразделения стали полностью формироваться за счет демобилизованных из Красной армии бывших офицеров и чиновников, участников антисоветских восстаний, дезертиров, нетрудовых элементов, а также крестьян и рабочих10.

«Огражданивание» трудчастей становилось естественным явлением. Руководители Наркомтруда стали считать «нормальным методом укомплектование трудчастей» за счет граждан, привлекаемых в порядке возрастных трудовых мобилизаций. Не менее важным является и то, что рабочую силу для них поставляли два силовых ведомства - военное и ВЧК. Во всех вопросах мобилизации внутреннего распорядка трудчасти руководствовались уставом рабоче-крестьянской Красной Армии.

В годы НЭПа и индустриализации советское правительство отказалось от прямого использования «трудовых армий» в процессе организации социалистического труда. Об этом было заявлено в ноябре 1926 г. И. В. Сталиным на XV партийной конференции ВКП (б)11. Был совершен переход к созданию системы «огосударствеленного» труда.

Возврат к их использованию в народном хозяйстве произошел в годы Великой Отечественной войны. Вступление СССР в войну с фашистской Германией в июне 1941 г. поставило на повестку дня вопрос о мобилизации всех имеющихся сил и средств. Одной из важнейших и сложных проблем явилось обеспечение народного хозяйства трудовыми ресурсами. Отечественная война потребовала, с одной стороны, огромной армии, в связи с чем от общественного производства была отвлечена значительная часть наиболее трудоспособного населения, а с другой стороны -

широкого развертывания военного производства и, следовательно, большого количества работников в тылу. В директиве СНК СССР и ЦК ВКП (б) от 29 июня 1941 г. и речи Председателя ГКО И. В. Сталина 3 июля 1941 г. была намечена программа мобилизации сил страны на борьбу с агрессором, определены направление, характер и масштабы практических мероприятий по созданию в короткие сроки быстрорастущего военного производства. Цель - «...укрепить тыл Красной Армии, подчинив интересам фронта всю ... деятельность, обеспечить усиленную работу всех предприятий.»11.

Для решения возникшей задачи советское государство прежде всего возрождает трудовую повинность. С конца 1941 г. на ее основе начинает осуществляться планомерная, поэтапная мобилизация гражданского населения. Нехватка трудовых ресурсов потребовала привлечение дополнительных источников рабочей силы. В архивах и опубликованных в последнее время сборниках документов содержится большое количество материалов о гражданских лицах, работающих и проживающих в условиях особого режима. Они именовали себя «трудармейцами».

В официальных документах периода Великой Отечественной войны понятия «тру-дармеец» не существовало. Его появление было вызвано народной памятью о гражданской войне, когда действовали «революционные армии труда». Они создавались на базе воинских частей. В их состав включались трудовые формирования из гражданского населения в форме рабочих колонн (отрядов, батальонов, рот, взводов), которые жили и работали в особых условиях: централизованная военизированная система управления, отличный от остального трудового населения режим работы и содержания. Именно те, кто работал в годы Великой Отечественной войны в подобных условиях, и называли себя «трудармейцами», тем самым подчеркивая свою общность с мобилизованным на трудовой фронт гражданским населением.

Формированием рабочих колонн занимались военкоматы и органы внутренних дел. Личному составу присваивался статус военнообязанных. За неявку мобилизованного на призывной или сборный пункт, за самовольный уход с работы или дезертирство устанавливалась уголовная ответственность12. Де-факто была сформирована особая группа лю-

дей, которая должна была работать до конца войны в составе рабочих колонн. Эта группа являлась неоднородной по своему социальному и национальному составу. В нее входили как полноправные граждане советского государства, так и ограниченные в правах. В ней были представители тех наций, государства которых воевали с СССР, и тех кто воевал против фашистской Германии и ее союзников. В рабочие колонны были мобилизованы три категории населения: советские немцы, представители коренных национальностей из Средне-Азиатского военного округа и спецпоселенцы.

Начало привлечения к труду этой социальной группы было положено распоряжением № 322 с грифом «Совершенно секретно» Государственного комитета обороны (ГКО) от 29 июня 1941 г., в котором было объявлено о создании отдельных батальонов. Их формирование возлагалось на Наркомат обороны.

11 сентября 1941 г. ГКО принял постановление за № 660, по которому строительные батальоны были реорганизованы в рабочие отряды и колонны. Одновременно с НКО организацией строительных батальонов с начала войны занимался НКВД. В соответствии с приказом НКВД СССР за № 001388 от 26 сентября 1941 г. они были переименованы в рабочие колонны и сняты с интендантского снабжения. Вместе с тем, уже в ноябре 1941 г. в письме начальникам лагерей последовало уточнение статуса стройбатов и стройбатовцев: «...Стройбаты работают как трудовые колонны. Мобилизованные в эти колонны являются военнообязанными и уйти из колонн самовольно не могут.»13. Совместными усилиями НКО и НКВД СССР во второй половине 1941 г. была создана многочисленная трудовая армия: на предприятия Наркомугля и Наркомэлектростанция было отправлено 108,3 тыс., Наркомстроя - 209,4, Наркомчер-мета и Наркомцветмета 94,6 тыс. человек14.

Весной 1942 г. ГКО СССР приостановил формирование через НКО и передачу рабочих колонн хозяйственным наркоматам, обязав их самостоятельно обеспечивать себя рабочей силой. НКВД, в свою очередь, получил право формировать рабочие колонны из отдельных категорий советских граждан15. Вместе с тем необходимо отметить, что НКО не оказался полностью отстраненным от мобилизации гражданского населения в рабочие колонны. Дело в том, что мобилизация военнообязан-

ных на трудовой фронт продолжала осуществляться через военкоматы, а в формировании рабочих колонн принимал участие НКВД. 14 октября 1942 г. было принято постановление ГКО СССР за № 2409 с грифом «Совершенно секретно», в соответствии с которым НКО и НКВД СССР должны были провести мобилизацию в рабочие колонны НКВД советских граждан национальностей, воюющих с СССР стран. ГКО СССР постановлением за № 2414 от 14 октября 1942 г. поручил НКО провести мобилизацию гражданского населения в Среднеазиатском военном округе (САВО) через местные военные комиссариаты. В состав рабочих колонн были включены мобилизованные из Среднеазиатского военного округа и отдельные категории граждан, объявленных политически неустойчивыми. Часть из них составляли спецпоселенцы16. Работать и проживать они должны были в особых условиях: в основном это были исправительно-трудовые лагеря и промышленные зоны при предприятиях с военизированной охраной.

Анализ создания, состава, условий использования «революционной армии труда» гражданской войны и «трудовой армии» Великой Отечественной войны позволяет говорить о наличии взаимосвязи данных форм. Возникшие на базе воинских частей, впоследствии «огражданенные», работающие в особых условиях, они на различных этапах советской военной истории являлись элементом организации труда и дублировали друг друга с учетом конкретной исторической обстановки.

Примечание

1 Беджанян, Р. М. Коммунистическая партия -организатор активного участия Красной Армии в социалистическом строительстве (19181932 гг.) : автореф. ... д-ра ист. наук. М., 1969 ; Скробов, В. С. Военная деятельность коммунистической партии на Урале в период становления советской власти и гражданской войны (окт. 1917-1920 гг.) : автореф. ... д-ра ист. наук. Свердловск, 1972 ; Герман, А. А. Немцы СССР в «трудовой армии» (1917-1945) / А. А. Герман, А. Н. Курочкин. М., 1998 ; Шефер, Е. А. Немецкая трудовая армия Свердловской области // 50 лет Победы в Великой Отечественной войне : материалы науч. конф. Екатеринбург, 1995. С.99-100 и др.

2 Ленинский сборник. Т. XXIV. С. 33-34.

3 Декреты Советской власти. Т. VII. С. 34-98, 120-135, 233-235; Т. VIII. С. 77, 81.

4 КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. 1898-1386. 9-е изд., доп. и испр. Т. 2. 1917-1922. М., 1983, С. 250-251.

5 Объединенный государственный архив Челябинской области (далее - ОГАЧО). Ф. Р-363. Оп. 1. Д. 216. Л. 3.

6 Серп и молот. 1920. № 4. С 1 ; Челябинская губерния в период военного коммунизма : сб. документов. Челябинск, 1960. С. 446, 450453.

7 Подсчитано по данным: Серп и молот. 1920. № 28-29. С. 14, 17, 18.

8 Подсчитано по данным: Серп и молот. 1920. № 9. С. 8.

9 Российский государственный военный архив (далее - РГВА). Ф. Р-164. Оп. 1. Д. 7. Л. 4.

10 1. Телеграмма начальнику мобилизационного управления штаба РККА от 18 июня 1921 г.: «14 июня 1921 г. тчк... отдан приказ согласно которого все крестьянство 1896 тире 1897 годов рождения тыловых Управлений учреждений и заведений округа... должно быть передано трудчастям тчк ...».

2. Приказ трудовым армиям и трудовым частям РСФСР от 6 июля 1921 г.: «§ 1. Всех переданных гражданским учреждениям по приказу РВСР 101/18 бывших офицеров и военных чиновников из числа военно-пленных перебежчиков бывших белых армий полагать уволенными в бессрочный отпуск со дня передачи гражданским учреждениям. § 2. В разъяснение § 1 сего приказа руководствоваться следующим: бывшие офицеры и чиновники белых армий находящиеся на службе в труд-частях считаются уволенными в бессрочный

отпуск только с военной службы и как подлежащие трудповинности остаются на службе в трудчастях ...».

3. Телеграмма в ВЧК от 23 июля 1921 г.: «Настоящим ГУТР просит срочно «сообщить отправлены ли просимые в количестве 2300 человек рабочие Кавтрудармию...».

4. Телеграмма в ВЧК от 29 августа 1921 г.: «Настоящим ГУТР вторично просит сообщить отправлены ли 2600 дезертиров в Кавтрудармию /Грозный/ ..., а также 4000 там-бовцев...».

5. Телеграмма начальника штаба Кавтрудар-мии начальнику ГУТР от 19 декабря 1921 г.: «... Кавтрудармия нуждавшейся рабсиле получила пополнение две тысячи семьсот двадцать антоновцев ...» (ГАРФ. Ф. Р-486. Оп. 1. Д. 1. Л. 1; Д. 26. Л. 129; Д. 123. Л. 21, 28, 69; Д. 127. Л. 4, 22, 53).

11 XV конференция ВКП (б). М. ; Л., 1927. С. 719; И. Сталин. Соч. Т. 8. М., 1952. С. 300.

12 XV конференция ВКП (б). М. ; Л., 1927. С. 719; И. Сталин. Соч. Т. 8. М., 1952. С. 300.

13 ГАРФ. Ф. 9414. Оп. 1с. Д. 1169. Л. 6-6об.

14 Там же. Д. 1157. Л. 5а.

15 См.: Тельпуховский, В. Б. Обеспечение промышленности рабочими кадрами в период Великой Отечественной войны // Вопр. истории. 1958. № 11. С. 35.

16 Российский государственный архив социально-политической истории (далее - РГА-СПИ). Ф. 644. Оп. 1. Д. 6. Л. 140 ; Д. 12. Л. 161; Д. 25. Л. 12; ГАРФ. Ф. 9414. Оп. 1с. Д. 1157. Л. 5а, 9, 36; Ф. 9479. Оп. 1с. Д. 110. Л. 51, 33, 188.

17 РГАСПИ. Ф. 644. Оп. 2. Д. 102. Л.47, 48, 72, 73.