Репрезентация поэтического дискурса в публицистике

универсальная модель дискурса: проблема парадигмы

М.Ю. ОЛЕШКОВ

Институциональный дискурс как специализированная клишированная разновидность общения между людьми имеет свою структуру, параметры которой могут быть четко определены. Типология возможных моделей такого дискурса имеет парадиг-мальную основу. Каждая модель реализуется на прагматическом уровне по определенному образцу, предусматривающему конкретную номенклатуру «составляющих» (стратегий, модулей, речевых актов и др.).

Ключевые слова: дискурс, универсальная модель, прагматический уровень.

UNivERsAL DiscoURsE model: paradigm problem

M.YU. OLESHKOV

Being a specialized cliched variant of communication among people institutional discourse has a structure of its own, the parameters of which can be defined. The typology of all the possible models of such a discourse has a paradigmatic basis. Each model is realized on the pragmatic level according to a definite pattern consisting of a specific set of components (strategies, modules, speech acts, etc.).

Key words: discourse, universal model, pragmatic level.

Коммуникация как обмен информацией между системами с целью «освоения» возможно большего пространства в окружающей действительности (что ограничивается концептуальными характеристиками противостоящих систем) свойственна всем упорядоченным явлениям реальности. Наиболее распространенный и сложный вид коммуникации, свойственный такой сложной системе, как человек, является речевая коммуникация. Речемыслительные процессы, происходящие в концептуальных системах вступающих в коммуникативное взаимодействие людей, представляющих собой одноуровневые антагонистические системы, противопоставлены один другому; реализуясь в речи, в вербальных текстах, они способны отражать особенности концептуальных систем индивидов и влиять на содержательные характеристики сознания людей в процессе интерпретации ими воспринимаемого текста/дискурса.

Сегодня мы имеем целый ряд специальных теорий, затрагивающих отдельные аспекты общения: это теория речевой деятельности, лингвопрагматика в ее многочисленных модификациях, теория речевых актов, теория массовой коммуникации, «компьютерная» теория диалоговых систем, риторика и лингвоэтология, теория аргументации и др. Эта «многоликость» нуждается в выявлении общего предмета исследования, который может быть определен в контексте комплексной теории моделей коммуникациии, позволяющей выявить предмет частных дисциплин. Такая комплексная теория должна быть направлена на исследование деятельностного аспекта языка с учетом социальных, психических и культурологических факторов. Функциональность такой теории обеспечит возможность моделировать процесс реализации коммуникативной функции языка, которая традиционно считается важнейшей.

С одной стороны, наличие «языковой» основы в вышеперечисленных подходах - факт положительный, с другой, - следует согласиться с тем, что в рамках

философско-культурологических и социально-гуманитарных теорий дискурса так же, как и в собственно лингвистических, пока не наблюдается какого-либо единства мнений и взглядов на природу дискурсивного процесса, на параметры и основные категории дискурса.

Таким образом, несмотря на то, что дискурс сегодня является предметом междисциплинарного анализа, ввиду методологической неоднозначности подходов, можно констатировать, что только использование комплекса методов позволяет приблизиться к объективному познанию этой коммуникативной единицы в эмпирическом аспекте. В итоге, одной из основных задач современного гуманитарного знания может считаться построение обобщенной теории дискурса, основанной на исследовании корреляционных соотношений различных параметров дискурсивной деятельности коммуникантов в философском, семиотическом, социологическом, психологическом и прагматическом аспектах.

Лингвистическая прагматика, основывающаяся на функционально-деятель-ностном подходе, является одним из тех направлений, которые посредством анализа дискурса и моделирования процесса дискурсивного взаимодействия позволяют изучать коммуникацию на основе синтеза структурно-семантического и формального анализа с функциональным, что соответствует задачам современной «коммуникативной» философии. При этом направленность лингвопрагматики на изучение социально-культурных и когнитивно-психологических аспектов коммуникативного общения в целом соответствует и современным тенденциям развития отечественного языкознания.

Сегодня теория языка должна исследовать не только продуцируемые и интерпретируемые языковые единицы, но и сосредоточить свои усилия на внимании к когнитивным аспектам, сопутствующим «продуктивной» деятельности коммуникантов. Безусловно, конкретная структура и содержание доступных наблюдению языковых фактов важны, но играют вторичную роль, так как являются результатом используемых в ходе коммуникации соответствующих ментальных процессов. Большое значение приобретает контекст, сущность и природу которого целесообразно определять не только в плане порождаемого коммуникантами языкового текста/дискурса с учетом «ситуативных» фактов, присущих высказыванию (лингвистических, социальных и прагматических), но и в терминах когнитивных структур.

Когнитивно-прагматический подход к языку видоизменяет природу лингвистического анализа, арсенал методов и последовательность используемых процедур. Коммуникативно-когнитивная лингвистика оппозиционна по своей сути «таксономической», так как в изучении процессов вербального взаимодействия использует, наряду с прагмалингвистическими методами, инструментарий психологии, социологии, семиотики, логики, культурологии и других наук. В. Н. Базылев отмечает, «что лингвистика нового тысячелетия открывает новое знание. Однако новое видение, которое при этом возникает, само не является этим знанием. Оно меньше, чем знание, ибо оно есть догадка; но оно и больше, чем знание, ибо оно есть предвидение вещей еще неизвестных, а быть может, и непостижимых в настоящее время. Наше видение общей природы вещей, в том числе и языка, - это наша путеводная нить для интерпретации всего будущего опыта» [1:101].

В рамках новой парадигмы [2] аналитическая философия использует анализ употребления языковых знаков и выражений в качестве источника постановки и

решения философских проблем; более того, философия как наука фактически сводится к такому анализу. Таким образом, происходит переход от одного объекта исследования к другому: от человека и мира - к языку, на котором можно говорить о человеке и мире.

Лингвопрагматический и когнитивный подходы позволяют эффективно изучать широкий спектр языковых фактов в эвристике. Например, гипотетические воззрения на процессы речепроизводства или интерпретации высказываний в прагматическом плане приобретают большую значимость, если они могут быть использованы для объяснения и других когнитивных процессов - таких, в частности, как восприятие информации или принятие решений.

Все вышесказанное следует учитывать при моделировании дискурса как процесса совокупной коммуникативной деятельности взаимодействующих сторон в пределах коммуникативной ситуации как «мягкой системы», как феномена, имеющего лингвопрагматическую основу. Основной задачей исследования дискурса методом моделирования является анализ и описание процесса передачи, восприятия и интерпретации информации, который осуществляется посредством вербальных и невербальных (экстра- и паралингвистических средств).

Следует подчеркнуть, что на современном этапе развития коммуникативной лингвистики и лингвопрагматики разработка и описание «универсальной» модели дискурсивного взаимодействия крайне затруднена. Это объясняется, прежде всего, большим количеством переменных (параметров коммуникативного процесса), которые должны быть учтены, и их «поливалентной» корреляцией, обеспечивающей многоаспектную эвристическую, креативную природу любого коммуникативного взаимодействия индивидуумов в рамках социума. Однако институциональные сферы общения, где коммуникативные процессы более структурированы в связи с высоким уровнем конвенциональности, регламентации, статусной обусловленности участников и т.п., уже сегодня могут и должны изучаться с использованием различных методологических подходов, в том числе и с помощью системного моделирования. Действительно, юридический, религиозный, педагогический, медицинский и другие виды дискурсов обладают «индивидуальной», присущей только им спецификой в пространственно-временном, интенционально-иллокутивном, тезаурус-ном и других аспектах.

В целом можно считать, что природа человеческого языка сопоставима с комплексным искусственным системным объектом, функционирование которого получает объяснение в терминах как общих, лежащих в его основе принципов, так и в понимании специфических конструктивных особенностей данного механизма. Значительная часть исследовательской работы в области когнитологии и процессуальной семантики основывается на изучении системы и структуры процессов, происходящих «в голове» языковой личности. При этом предполагается, что большинство доступных наблюдению регулярностей должны получать объяснение именно на этом, «первичном» уровне, а не как следствия, эксплицитно представленные в продукте речи. Моделирование как анализ процессов, происходящих на когнитивном уровне, позволяет осуществить редукцию в плане описания «идеальных» механизмов (моделей) порождения/восприятия речи с последующей экстраполяцией полученных результатов на реальные коммуникативные действия.

Рассмотрим возможности построения «идеальной» дискурсивной модели на примере такого типа институционального коммуникативного взаимодействия, каковым является дидактическое общение в образовательной среде школьного урока.

Под дидактическим взаимодействием следует понимать систему взаимно обусловленных индивидуальных действий субъектов образовательного процесса, при которой поведение каждого из участников выступает одновременно и стимулом, и реакцией на поведение остальных.

Дидактическое взаимодействие в рамках образовательной среды урока осуществляется с помощью вербальных и невербальных средств коммуникации, причем, в зависимости от структуры или конкретного этапа урока, общение участников коммуникации имеет свои особенности, которые обусловлены дидактической ситуацией - фрагментом урока, имеющим локальную цель. Таким образом, дидактическая коммуникация - это общение, целью которого является установление диалогических отношений между субъектами образовательного процесса. Фактически это своего рода система коммуникационных стратегий и тактик (техник), предназначенная для оптимизации коммуникативного взаимодействия в рамках образовательной среды урока, а также используемые при этом средства связи - формы, способы, каналы общения.

Для построения общей («универсальной») модели коммуникативного процесса в рамках дидактического взаимодействия коммуникантов в образовательной среде урока, по-видимому, следует учитывать ряд существенных признаков (характеристик) инвариантного и «вариативного» плана.

Инвариантные параметры (характеристики) дидактической коммуникативной ситуации: коммуниканты (учитель, учащиеся); «предмет речи» (содержание учебного материала); «канал» общения; сфера коммуникации; хронотоп (время и место) и др.

Переменными («вариативными») параметрами мы считаем такие, которые подразумевают альтернативы в пределах «родового» определения. К ним относятся комплексная дидактическая цель; макроинтенция (коммуникативное намерение, присущее учителю) - коррелирует с «нелингвистическим» параметром дидактической цели; форма коммуникации (монолог, диалог); дискурсивные стратегии и тактики и др. (подробнее см. [3]).

Перечисленные параметры дидактического дискурса не являются равнозначными определяющими в плане построения универсальной схемы дискурсивной модели: их «удельный вес» в контексте разрешения проблемы различен.

Основными (базисными), вероятно, являются три фактора: макронтенция, тип коммуникации и структура дискурса. Фактически речь идет о следующей логической посылке: осознанно спланированнная (и декларируемая, «провозглашенная» в дидактическом аспекте) интенция воплощается в моделируемом типе коммуникативного взаимодействия на уровне реализуемой структуры конкретного текста/дискурса. Этот процесс сопровождается выбором альтернативных вариантов на уровне формы, типологии используемых речевых актов и т.п.

Таким образом, можно говорить о «количественном» показателе потенциально возможных парадигм дидактических дискурсов. Например, макроинтенция (1) «сообщение информации» предполагает использование информационного типа коммуникации (2) в форме линейной структуры (3).

Во всех возможных триадах (макронтенция - тип коммуникации - структурный вариант) существуют как прямые корреляты, так и маловероятные реализации. Например, интенция «консолидация» легко реализуется в консолидирующем типе коммуникации (структура произвольная), а интенция «сообщение» слабо коррелирует с оценочным типом коммуникации, в то время как «запрос» в данном случае имеет большую «валентность».

Представленная универсальная модель дидактического вербального взаимодействия не является самоцелью, а позволяет обосновать такое понятие, как парадигма дискурса. Если считать дискурс «лингвистической» единицей коммуникации, то можно предположить, что типология возможных моделей (количество которых ограничено) имеет парадигмальную основу. Вероятно, каждая модель в сфере статусно-ориентированного общения реализуется на прагматическом уровне в соответствии с некоторыми закономерностями по определенному образцу, предусматривающему конкретную номенклатуру параметров (стратегий, тактик, речевых ходов и др.). Совокупность таких «функциональных» форм дискурса и представляет собой обобщенную универсальную модель коммуникации в институционально-конвенциональном аспекте.

В итоге, если признать, что дискурсивное пространство этноса социально по своей сути (М. Фуко), то можно считать, что структура каждой статусно-обусловленной речевой ситуации подчинена «порядку социального». Таким образом, пространство институционального дискурса как совокупность «ритуализованных» речевых практик является той средой, в рамках которой коммуниканты реализуют языковую систему родного языка на уровне определенной стереотипной модели.

Литература

1. Базылев В.Н. Сублогический анализ языка // Дискурс, текст, когниция: коллективная монография / Отв. ред. М.Ю. Олешков. - Нижний Тагил : НТГСПА, 2010. - 496 с. (Серия «Язык и дискурс». Вып. 2). - С. 76-104.

2. Нугаев Р.М. Смена базисных парадигм: концепция коммуникативной рациональности // Вопросы философии. - 2001. № 1. - С. 114-122.

3. Олешков М.Ю. Дидактическая коммуникативная ситуация: проблема моделирования // Мир образования - образование в мире. - 2008. № 1. - С. 182-194.