Встречные векторы приватизации

Весной этого года в стране стала активно обсуждаться тема новой волны приватизации. В условиях санкций рассчитывать на приток инвестиций извне не приходится, а для решения вопросов дальнейшего развития экономики страна остро нуждается в капиталовложениях — и продажа ряда активов могла бы отчасти решить эту проблему. Однако единого мнения по поводу приватизации нет, а оптимизма потенциальным покупателям не прибавляют процессы противоположного характера, направленные на пересмотр итогов приватизации 1990-х годов.

Доходы от приватизации крупных активов не заложены в бюджет РФ на 2023 год и плановый период

Фото: Евгений Павленко, Коммерсантъ

В апреле нынешнего года глава ВТБ Андрей Костин в своей статье, опубликованной РБК, предложил перезапустить приватизацию с целью привлечь в экономику России дополнительные 70 трлн рублей. Господин Костин видит три основных источника изыскания резервов для развития экономики. Первый, как было сказано выше,— возможность возобновления приватизации. Второй — расширение госдолга. Третий — более смелое использование государственных резервов. Финансист уточнил, что приватизация могла бы касаться неконтрольных пакетов крупных госкомпаний. Все вместе это должно помочь экономике страны в строительстве новых логистических маршрутов и транспортной инфраструктуры, разработке инновационных технологий и продуктов для промышленности с целью укрепления обороноспособности и других аспектов жизнедеятельности отечественной экономики.

Представители федеральной власти по-разному отреагировали на выступление господина Костина. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков заявил, что идея перезапустить приватизацию в Кремле не обсуждается.

Спустя некоторое время по теме высказался председатель Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин. Его слова прозвучали на XI Петербургском международном юридическом форуме в Петербурге. «Мы говорим, по сути, об экономической безопасности в условиях войны… А дальше — следующая ступень: давайте пойдем по пути национализации основных отраслей нашей экономики»,— сказал господин Бастрыкин (цитата по «РИА Новости»).

На том же форуме на тему приватизации высказался и замминистра финансов Алексей Моисеев. По его мнению, большая приватизация должна быть, но не сейчас. Сперва потребуется сформировать рынок, исполнить поручения президента для формирования внутреннего активного инвестора. В противном случае все это может быть похоже на приватизацию 1994 года, полагает он. Чиновник также отметил необходимость проведения инвентаризации госсобственности с последующей продажей ненужного имущества.

Практически сразу последовало уточнение Минфина, что вопрос о возобновлении крупной приватизации не стоит на повестке, а доходы от приватизации крупных активов не заложены в бюджет на 2023 год и плановый период.

Депутат и член экспертного совета Комитета по защите конкуренции Государственной думы РФ Дмитрий Тортев так пояснил ситуацию с высказываниями господина Костина и господина Моисеева: «Если сравнить предложение Андрея Костина с инициативой замглавы Минфина России Алексея Моисеева, то, есть кардинальное отличие. Глава ВТБ фактически предлагал передать в частные руки крупные объекты, включая инфраструктуру, принадлежащую госкорпорациям. Моисеев, в свою очередь, предложил устроить распродажу бесхозных объектов».

Все бесхозное на продажу

По данным эксперта, на начало прошлого года в стране насчитывалось почти 45 млн объектов, чьи правообладатели не были установлены. Из них — 10 млн квартир. При этом за 2021 года удалось оцифровать и установить правообладателей всего по 7,6% (3,4 млн).

«Скорее всего, объекты (собственность которых не будет установлена) и будут постепенно выставляться на продажу: инфраструктура, промзоны, земельные участки. То есть речи о распродаже активов, о которых говорил Костин, не идет. И вряд ли этот вопрос будет на повестке, поскольку та же Объединенная судостроительная корпорация — это "оборонка". Предприятия ВПК (даже двойного назначения) государство в частные руки по понятным причинам отдавать не будет»,— добавил господин Тортев.

Депутат, председатель профильной комиссии по инвестициям Законодательного собрания Санкт-Петербурга и председатель петербургского отделения «Деловой России» Дмитрий Панов напоминает, что идея о приватизации неиспользуемых государственных имущественных объектов высказывается на федеральном уровне уже достаточно давно: помимо замглавы Минфина РФ и главы ВТБ, о подобных инициативах говорил премьер-министр России, а также глава Центрального Банка РФ. На необходимость вовлечения в хозоборот неиспользуемого госимущества также неоднократно обращала внимание и «Деловая Россия».

«На наш взгляд, такая масштабная приватизация могла бы преследовать одновременно несколько целей. Во-первых, пополнение федеральной казны, причем не только за счет непосредственной реализации объектов, но также и в результате получаемой экономии бюджетных средств на обслуживание госимущества. Данная цель особенно важна в текущих макроэкономических и геополитических условиях,— говорит господин Панов.— Кроме того, интенсификация инвестиционной и производственно-хозяйственной активности в приоритетных отраслях экономики. Для этого необходимо, чтобы реализуемые объекты имели четкое целевое назначение, соответствующее стратегическим ориентирам нашей страны и направлениям импортозамещения критически значимой продукции».

Спичрайтеры приватизации

Диспут о новом этапе приватизации родился не на пустом месте. Как говорит руководитель отдела продаж АM Capital Илья Мерзляков, разговоры о приватизации велись в научном экономическом сообществе до известной статьи президента ВТБ Андрея Костина.

«Я бы назвал заявление господина Костина кульминацией дискуссий на этот счет. Хотя в основном обсуждение выстраивалось вокруг двух вариантов: проведения новой приватизации или пересмотра результатов старой, которая была еще в 1990-х годах. Однако в 2022 году эти рассуждения не выходили за пределы экспертного сообщества, тогда как в 2023 году к ней подключились публичные личности, в частности, глава ВТБ»,— говорит господин Мерзляков.

Эксперты сомневаются, что в ближайшее время пройдет перезагрузка приватизации. Директор управления продаж и клиентского обслуживания ИК Fontvielle Руслан Спинка обращает внимание, что Андрей Костин не только намекнул на конкретные компании, которые могут попасть под новую волну приватизации (РЖД, «Транснефть», «Почта России», некоторые предприятия «Росатома», «Ростелекома» и «Ростеха»), но и прямо обозначил, что в стране есть бизнесмены, готовые их приобрести.

«Со стороны бизнес-сообщества господин Костин дал понять госструктурам, что предприниматели интересуются отечественными компаниями, которые находятся в ведении государства. Я думаю, если данный механизм и станет реализовываться, то не массово. Другими словами, правительство будет предпринимать точечные шаги: определит отрасли, возможно, даже конкретные компании, которые будут подпадать под действие программы. Вероятнее всего, контрольный пакет будет оставаться в руках государства, тогда как остальные акции могут быть реализованы институциональным игрокам и розничным инвесторам»,— рассуждает господин Спинка.

С учетом того, что правительство заинтересовано в инвестициях россиян в инструменты фондового рынка и российскую экономику, он оценивает вероятность такого сценария как высокую. «Это может стимулировать приток частного капитала на рынок, кроме того, не будет выступать как проинфляционный фактор, так как деньги станут работать "вдолгую", не уходя в реальный сектор экономики для оплаты конкретных товаров или услуг»,— добавил эксперт. Он напомнил, что государство является крупнейшим акционером на российском фондовом рынке.

Свое видение ситуации, отличающееся от многих других, высказал директор по экономике и финансам дочернего общества ГК «ЕвроХим» Артем Таболин. По его мнению, должны проводиться как целевая приватизация, так и национализация. «Ряд предприятий и отраслей, которые эффективнее будут управляться частным бизнесом, следует передать в его руки, а общественно значимые индустрии, важные для суверенитета страны (например, транспортная инфраструктура), должны быть переведены в государственное управление. Ярким примером последних является инфраструктура аэропортов. Это критически важная компонента, и она в руках частных владельцев, что негативно сказывается как на стоимости авиауслуг, так и на карте маршрутов. В экономически непривлекательном регионе аэропорт частным бизнесом построен не будет»,— подчеркивает он.

Эксперты обращают также внимание на отсутствие возможной схемы приватизации долей госкомпаний. Если же продавать лотом или через ваучеры в стране, произойдет еще большая концентрация капитала: у кого было больше активов, у тех станет их еще больше. Соответственно, нужен очень точный и продуманный подход. Однако предпосылок пока для него нет, говорят эксперты.

Перпендикулярный вектор

Тем временем в отсутствие общего понимания «приватизационной стратегии» активизировалась прокуратура, деятельность которой направлена скорее на «деприватизиацию». По состоянию на май 2023 года в разных регионах страны рассматривается не менее 20 споров по фактическому изъятию активов, процессуальным истцом в которых чаще всего выступает Генеральная прокуратура, а в качестве оснований практически везде заявлены обороноспособность и стратегическое значение, что, по мнению юристов, не всегда имеет под собой основания.

Одним из последних громких дел, связанным с пересмотром результатов приватизации, стал суд по поводу стивидорной компании АО «КЦТЛ», подконтрольной семье бывшего бизнес-омбудсмена Санкт-Петербурга Александра Абросимова. Прокуратура оспаривает договор приватизации 1994 года, утвержденный Госкомимуществом. По словам гендиректора АО «КЦТЛ» Юлии Абросимовой, ее компания прошла через несколько проверок со стороны самой прокуратуры. «Государство в лице Росимущества было одним из крупнейших акционеров компании вплоть до 2012 года, когда продало свой пакет (38%) на открытых торгах. Идущее сейчас дело с точки зрения юридической практики РФ уникально, из детально освещенных СМИ оно первое и пока единственное, где под сомнение ставится легитимность приватизационных процедур начала 1990-х, утвержденных ГКИ»,— говорит госпожа Абросимова.

«Арбитражная практика последних нескольких лет показывает, как в случае с АО "КЦТЛ", что государство стремится вернуть утраченный контроль, заявляя требование о восстановлении корпоративного контроля на основании п. 3 ст. 65.2 ГК РФ и изымая у акционеров (как физических, так и юридических лиц) все принадлежащие им акции,— констатирует доцент СПбГУ доктор юридических наук Ольга Макарова.— Представляется, что такой способ защиты является в данном случае ненадлежащим по следующим основаниям. Во-первых, с иском о восстановлении корпоративного контроля обращается участник (акционер) коммерческой корпорации, утративший помимо своей воли и в результате неправомерных действий других участников или третьих лиц права участия в корпорации. Ведь требуя изъятия у акционеров 100% акций, государство само не является акционером. Акции у государства не были утрачены помимо его воли: государство продавало их на основании действовавших приватизационных законов и нормативных правовых актов, принятых в соответствии с ними. Вряд ли можно говорить о том, что в данном случае имели место неправомерные действия других акционеров или третьих лиц».

«В такого рода делах есть несколько серьезных правовых проблем,— замечает Роман Бевзенко, партнер «Пепеляев Групп», член рабочей группы по подготовке ГК РФ, профессор Российской школы частного права при Правительстве РФ.— Пожалуй, самая серьезная — это то, что такие иски подаются через 15–20 лет после выбытия актива из государственной собственности. Однако, увы, суды считают исковую давность с момента, когда прокуратура узнала о нем. Это неправильно, так как исковая давность считается с момента, когда потерпевший (а это государство в лице органа по управлению имуществом) узнал о нарушении».

Эксперты настаивают: должны быть сформулированы профессиональные, адекватные, юридически грамотные и взаимные критерии и подходы по вопросам, касающимся такой деликатной истории, как приватизация. Так или иначе, есть сформировавшаяся модель, возможно, несовершенная, возможно, требующая настройки, но точно не демонтажа, а фактически происходящий сейчас пересмотр итогов приватизации — это и есть демонтаж, причем не только отдельно взятых компаний, а принципов, по которым большая часть бизнеса развивалась последние двадцать лет. В противном случае государству грозят разрушение института частной собственности и полная утрата доверия к заявлениям представителей власти на самом высоком уровне, полагают эксперты.