Трансформация жанра политического комментария в современной массовой коммуникации

МАТЕРИАЛЫ И СООБЩЕНИЯ

УДК 81'42 + 801.7 : 321.019.5

Н.Н. Кошкарова

ТРАНСФОРМАЦИЯ ЖАНРА ПОЛИТИЧЕСКОГО КОММЕНТАРИЯ В СОВРЕМЕННОЙ МАССОВОЙ КОММУНИКАЦИИ

Статья посвящена анализу жанра политического комментария как новой дискурсивной практики современной действительности. Анализ проводится с точки зрения конфликтности / кооперативности процесса коммуникации.

Ключевые слова: политический комментарий, дискурсивная практика, перклокутивный эффект, конфликтность, кооперативость.

Современная политическая действительность предоставляет ученому неисчерпаемый источник поводов и событий, которые становятся основой для создания новых лингвистических теорий и введения в терминологический аппарат исследования не существовавших до настоящего времени понятий. Так, в научном мире в настоящий момент широко обсуждается такой социолингвистический и когнитивный феномен, как новая дискурсивная практика, к числу основных характеристик которой О.С. Иссерс [Иссерс 2011: 50-51] относит следующие параметры: 1) новый коммуникативный канал или носитель информации; 2) изменение установки или модальности; 3) интеркодовость - совокупность единиц разных семиотических систем в определенном типе дискурса.

На наш взгляд, в список релевантных параметров новой дискурсивной практики следует добавить следующие характеристики: 1) изменение целевой аудитории речевого произведения, созданного в рамках того или иного типа дискурса; 2) сочетание в рамках новых дискурсивных практик элементов массовой, межличностной и межкультурной коммуникации; 3) расширение жанровых рамок существующих форм за счет изменения прагматической цели создания текста.

Остановимся более подробно на характеристике выделенных критериев. Если в 2000 г. в своей докторской диссертации «Семиотика политического дискурса» Е.И. Шейгал [Шейгал 2000: 128] в качестве одного из конститутивных признаков анализируемой формы интеракции выделяла преобладание массового адресата, то на современной этапе развития политической коммуникации мы не можем говорить

о неопределенности адресата. На это указывает и Н.Б. Руженцева [Руженцева 2012: 54], которая считает, что в современном политическом дискурсе имеет место тенденция дифференциации массового адресата. Так, например, по справедливому замечанию Т.И. Стексовой [Стексова 2013: 78], материалы исследуемого нами жанра политического комментария обращены всегда к человеку, группе лиц, профессиональному или социальному объединению. Так, автор выделяет следующие группы адресатов в интернет-комментариях:

журналисты, авторы комментируемого материала;

- герои комментируемого литические деятели, чиновники;

интернет-коммуниканты тавившие свой комментарий);

- «третьи» лица, которые напрямую не упоминаются в комментируемых текстах.

Как видно из приведенного списка целевой аудитории интернет-комментариев, она представляет собой весьма разнородную группу - от отдельного индивида до социальной группы, что позволяет нам говорить о сочетании в рамках новой дискурсивной практики элементов межличностной и массовой коммуникации. На необходимость противопоставления индивидуального и массового адресата указывает А.П. Чудинов [Чудинов 2012: 53], различая следующие виды текстов в политической коммуникации:

- тексты, ориентированные на индивидуального адресата;

- тексты, ориентированные на группового адресата;

материала, по-(читатели, ос-

- тексты, ориентированные на массового адресата;

- тексты со смещенным адресатом.

На наш взгляд, жанр политического комментария в зависимости от формы его существования (письменная У8. устная), изначально комментируемого материала (выступления или действия союзников или противников), моно- или поликультурного характера может представлять собой любой из указанных выше текстов.

В современной коммуникативистике выделяют следующие формы коммуникации: межличностная, внутригрупповая, массовая и межкультурная. Межличностная коммуникация означает процесс обмена сообщениями и их интерпретацию двумя или несколькими индивидами, вступившими в контакт друг с другом. Внутригруппо-вая форма коммуникации представляет совокупность различных видов общения, происходящих в массовых группах. Массовая коммуникация представляет взаимодействие различных субъектов, осуществляемое посредством обмена массовой информацией с помощью специальных технических средств, в результате чего в процессе коммуникации участвуют одновременно большие группы людей. На современном этапе развития политического дискурсивного пространства актуальным и востребованным является также и межкультурный подход к исследованию различных форм межличностной, внутригрупповой и массовой интеракции. Межкультурная коммуникация представляет форму общения двух и более представителей различных культур, в ходе которого происходит обмен информацией и культурными ценностями взаимодействующих культур. Межкультурный вектор представляет собой интересный ракурс исследования и анализируемого нами жанра политического комментария, а именно его новой жанровой разновидности, которую мы определяем как межкультурный политический комментарий, причиной создания которого могут стать информационные события, происходящие в другой лингвокультуре (например, авторские статьи и политическое интервью).

Прагматическая цель созданных в жанре межкультурного политического комментария речевых произведений заключается в выражении собственной точки зрения на события, происходящие в данном случае за пределами государства, которое представляет комментатор, и привлечении внимания к своей позиции, чувствам и эмоциям, часто отличающихся от высказанных автором текста, инициирующего комментарий. С из-

менением прагматики сообщения расширяются и его жанровое пространство. Как видно из приведенного списка параметров новой дискурсивной практики, речь в данном случае не идет о появлении не существовавшего до настоящего времени типа дискурсивной реальности, а мы имеем дело с трансформацией способов ее отражения и описания с использованием новых каналов, в условиях измененной модальности, смешении дискурсов, кодов и жанров. Таким образом, при анализе новых дискурсивных практик в политической коммуникации неизбежным является обращение к вопросу о традиционных жанрах анализируемого типа дискурса.

К традиционным и самым продуктивным жанрам политической коммуникации в зависимости от формы существования (диалог ув. монолог) относятся: I. Монологические жанры: 1. новостные жанры (короткая новость, расширенная новостная заметка, информационное интервью); 2. Послание Президента; 3. инаугурационная речь; 4. партийная программа; 5. политическая реклама. 6. авторские статьи. II. Диалогические жанры: 1. политическое интервью; 2. теледебаты; 3. Общественно-политическое ток-шоу; 4. Политическая дискуссия; 5. круглый стол.

Общественно-политические события последнего времени вызвали появление к жизни новых форм политической коммуникации, которые вполне правомерно характеризовать как эффективные инструменты связи между государственными структурами и обществом, средства усиления политической активности рядовых граждан, каналы доставки «месседжа» политиков до целевой аудитории.

В своих предыдущих работах [Кошкарова 2011: 331] мы уже обращались к тем лингвистическим исследованиям, которые изучают различные стороны языковой личности в тех или иных аспектах ее проявления. В частности, работы М.К. Дементьевой [Дементьева 2009; 2011] посвящены анализу языковой личности политика на материале его профессиональной речи, а именно Посланий Президента РФ к Федеральному собранию. При этом автор делает акцент на прагматическом уровне в структуре языковой личности Ю.Н. Караулова [Караулов 2006] и анализирует оценочные средства, используемые для речевого воздействия на целевую аудиторию.

На наш взгляд, прагматический уровень в структуре языковой личности с особой успешностью реализуется в таком новом жанре политической коммуникации, как авторские статьи, под

которыми понимаются тексты, написанные руководителями нашего государства и опубликованные в российских и зарубежных изданиях. События последнего времени стали причиной создания статьи для американской газеты New York Times «Россия призывает к осторожности», в которой В.В. Путин обсуждает проблему военного вмешательства США в конфликт в Сирии (материал вышел в свет 12 сентября 2013 г.). В ответ на последнюю статью В.В. Путина в Интернет-СМИ «Правда. ру» была опубликована статья экс-кандидата в президенты США Джон Маккейна "Russians Deserve Better than Putin" (Россияне заслуживают большего, чем Путин), в которой сенатор-республиканец обвинил действующего российского Президента в коррупции и тирании. Естественно, что статья с таким тенденциозным названием не смогла не привлечь внимание специалистов экспертов в области политологии, самих политиков и рядовых граждан. В данном случае мы становимся свидетелями не столько зарождения нового жанра политической коммуникации (публицистический комментарий как жанр выделился из краткого аналитического сообщения в начале XX в.), сколько изменений традиционной дискурсивной практики и трансформации основных структурных компонентов в зависимости от потребностей, диктуемых событиями в области политики.

Одной из характерных особенностей современного политического комментария является изменение адресанта сообщений в рамках этого аналитического жанра в сторону увеличения числа создателей аналитических материалов. Современные политические комментарии в зависимости от индивидуально-личностного компонента можно разделить на следующие группы:

1) комментарии политиков и представителей соответствующих властных структур по актуальным вопросам современной общественно-политической жизни;

2) комментарии политических консультантов, политологов, т.е. экспертов в области политики;

3) комментарии рядовых граждан, тех, кто интересуется политикой не в силу профессиональных интересов, а по причине активной жизненной позиции.

Рассмотрим перечисленные виды политических комментариев более подробно. Как и другие виды комментариев, мнение политиков по тем или иным вопросам является следствием каких-то резонансных событий или действий политических

оппонентов. Однако в отличие от других типов политических комментариев данная разновидность анализируемого информационно-аналитического жанра, как правило, лишена конфликто-генного потенциала. В этом смысле комментарии политиков обладают характеристиками данного жанра в англоязычном газетно-публицистическом дискурсе, выделенными С.Л. Васильевой [Васильева 2013]. По мнению автора, англоязычный комментарий в достаточной степени дистанцирован от сообщаемых фактов, а автор стремится максимально объективно представить событие, оставаясь при этом нейтральным сторонним наблюдателем. Так, например, 19 октября 2013 г. на официальном сайте Министерства иностранных дел Российской Федерации был размещен официальный комментарий Уполномоченного МИД России по вопросам прав человека, демократии и верховенства права К.К. Долгова в связи с заявлениями официального представителя МИД ФРГ по следам беспорядков в Бирюлево. Напомним, что поводом к массовым выступлениям на межэтнической почве в московском районе Бирюлево Западное послужило произошедшее 10 октября 2013 г. убийство местного жителя Егора Щербакова, в совершении которого подозревался мигрант-азербайджанец. В ответ на беспорядки последовали комментарии как от руководителей нашей страны, так и от дружественных государств. 22 октября 2013 г. на заседании Совета по меж-национальным отношениям Президент России В.В. Путин заявил, что «недовольство жителей накапливалось годами. Обращения были и в полицию, и в местную управу, и к руководству округа». Руководитель страны обратился к присутствующим на заседании с вопросом: Зачем нужна власть, если она не хочет знать ситуацию такой, какая она есть на местах, не принимает никаких мер и не слышит людей? Однако озабоченность по поводу событий в Бирюлево высказали не только российские политики, но и представитель МИД ФРГ, который напомнил о заверениях российских властей относительно неприятия выражения враждебного отношения к иностранцам. В ответ на такую озабоченность последовал комментарий официального представителя МИД России К.К. Долгова, который обратил внимание немецких коллег на то, что в самой Германии, как и в других частях «демократической Европы», продолжают расти и укрепляться правоэкстре-мистские, неонацистские и ксенофобские настроения. Далее К.К. Долгов заметил, что немецким коллегам, мягко говоря, есть чем заняться по

части соблюдения прав человека и принципа верховенства закона в своей стране. Как видно из приведенного фрагмента, данный комментарий не содержит в себе эксплицитного выражения негативного отношения к заявлению немецких коллег, а лишь носит рекомендательный характер и не представляет собой инструкцию к действию или поучительную сентенцию.

Комментарии же специалистов в области политической жизни, напротив, отличаются преобладанием эмоционального компонента над рациональным. М.Ю. Кочкин [Кочкин 2003: 61], не разделяя политический комментарий на три группы, выделенные нами, считает, что исследуемый жанр относится к разряду оценочных, где ярко выражен образ автора. Однако при этом автор не отрицает высокой степени информированности жанра политического комментария, но не «по горизонтали», а «по вертикали», когда автор обладает сведениями о подковерных интригах, тайных сговорах, неявных рычагах тех или иных изменений. Анализ нашего материала показывает, что иллокутивное намерение текстов политических комментариев, созданных специалистами, заключается в информировании о последних событиях текущего дня, развернутом или экспресс-комментировании политических процессов, а также выражении собственной точки зрения по обсуждаемому вопросу. Такая характеристика вполне присуща экспертным материалам, расположенным на русскоязычном информационном сайте политических комментариев «ПОЛИТКОМ^Ш, основная цель создания которого заключается в возможности иметь трибуну для выражения своей точки зрения политиками, экспертами и журналистами. Из англоязычных сайтов политических комментариев хотелось бы выделить следующие: www.national-review.com, www.realclearpolitics.com, www.drudge-report.com, www.politico.com,www.spectator.org, www.townhall.com,www.reason.com, www.ame-ricanthinker. com, www.dailykos.com. Комментарий в отличие от других аналитических жанров (корреспонденция, статья, рецензия, обзор, обозрение) представляет собой «актуальное публицистическое выступление, которое объясняет факты и явления с политических позиций, на которых стоит автор», и отличается «оперативной и гибкой формой» [Грабельников 2004: 175]. Находим подтверждение этому на вышеупомянутом сайте политических комментариев «ПОЛИТКОМ^Ш. Так, из самых последних комментариев, опубликованных на сайте 29 января 2014 г., следует отметить два аналитических материала Александра

Голубова «Война и мир Виктора Януковича» и Ивана Преображенского «Соглашение на пустой желудок», посвященные событиям в Украине и протестам против неподписания соглашения ассоциации Украины с ЕС и власти. Несмотря на присущую политическому комментарию лаконичность и большую фактическую основу, как следует из названия анализируемых текстов, они не лишены эмоциональности, в них более четко прослеживается образ и позиция автора, в текстах превалирует лексика с оценочным компонентом. Среди речевых средств выражения эмоциональности следует отметить использование метафоры (словно по мановению волшебной палочки), использование прецедентных имен в трансформированном виде («драконовские» законы), употребление иронии как средства выражения отношения к комментируемых событиям (Ведь страшно представить, каких бы результатов достигли евродвойка и Путин, если бы их лишили еще и завтрака, с учетом того, до чего они смогли договориться, оставшись без ужина).

Не вызывает сомнения тот факт, что наибольшей степенью эмоциональности отличаются тексты политических комментариев, принадлежащие рядовым гражданам. Во многом это объясняется формой существования таких комментариев - пространство Интернета. Компьютерно-опосредованная коммуникация как новая форма интеракции может и является в настоящее время объектом многих научных исследований. Так, Л.Ю. Щипицина [Щипицина 2010: 82] в качестве одной их характеристик компьютерно-опосредованной коммуникации выделяет анонимность общения, что является следствием дистанциро-ванности коммуникантов, отсутствия визуального контакта между ними, простоты системы регистрации. На наш взгляд, именно анонимность общения позволяет сделать комментарии рядовых граждан максимально экспрессивными с явным преобладанием индивидуально-личностного компонента. Так, например, на российском новостном интернет-издании Lenta.ru к статье комментатора Ивана Яковины «Из шейха возгорелось пламя» (которое, в свою очередь, является аллюзией на знаменитую строчку из стихотворения «Струн вещих пламенные звуки» А.И. Одоевского «Из искры возгорится пламя») находим следующие комментарии: пролистал вниз. посмотрел автора. читать не стал, спасибо, что поделился с нами этой важной информацией. Если в последнем комментарии его автор находит материал действительно важным и полезным, то при

употреблении этого слова в кавычках мы наблюдаем нарушение семиотических отношений между обозначаемым и обозначающим: «Лентой» никак не могу назвать объективным и поддерживающим нейтралитет в освещении событий. Зачем читать статью которая точно не расскажет реальной обстановки? А твоя информация точно очень «важная». Спасибо что и меня ты прочитал.

Отдельную группу составляют так называемые фальшивые комментарии - термин, заимствованный из маркетинговой сферы, когда пользователи Интернета специально оставляют отрицательные отзывы о товаре, которым никогда не пользовались. В этом случае, по нашем мнению, трудно провести границу между фальшивыми комментариями и заведомо ложным распространением информации, задевающей честь и достоинство политика. В своих предыдущих работах [Кошкарова 2011] мы уже обращались к проблеме разграничения клеветы и диффамации. Представляется, что указанные феномены тесным образом связаны с фальшивыми комментариями, однако при их юридической и лингвистической интерпретации необходимо делать акцент на временных рамках появления текста фальшивого комментария и сообщения, содержащего заведомо порочащие сведения. Клевета определяется как распространение заведомо ложных сведений о каком-либо лице, умышленное сообщение неверной информации о конкретных фактах, касающихся потерпевшего. Диффамация - это распространение порочащих сведений в СМИ. Диффамация может содержать истинные сведения, тогда как клевета содержит заведомо ложные данные. В зависимости от соответствия распространяемых сведений действительности и субъективного отношения распространителя к своим действиям можно выделить следующие ее виды: 1) распространение заведомо ложных порочащих сведений -собственно клевета, о которой речь шла выше; 2) неумышленное распространение ложных порочащих сведений - неумышленная недостоверная диффамация; 3) распространение правдивых порочащих сведений - собственно диффамация. Так, например, в той же Украине на митинге в Дрогобыче депутат от партии «Свобода» Ирина Фарион заявила, что действия украинской певицы Русланы на Майдане - это «технология власти». В ответ на это заявление в Интернете была распространен якобы ответ украинской певицы депутату Ирине Фарион, но он оказался фальшивым.

Как видно из приведенных выше определений, клевета и диффамация представляют собой фактическое сообщение информации (соответствующей действительности или нет), а фальшивый комментарий является оценочным суждением о тех или иных событиях. В клеветнических и диффамационных сообщениях мнение, не соответствующее реальному положению дел, выражается априори, тогда как в фальшивом комментарии такая оценка дается постфактум. Таким образом, интенции создателя клеветнического и диф-фамационного сообщения, а также текста политического комментария являются различными. Возможно предположить, что в данных сообщениях будет различаться спектр языковых и речевых приемов, направленных на достижение перлоку-тивного эффекта высказывания.

Таким образом, политические события современной действительности вызывают к жизни новые жанры, которые, с одной стороны, представляют собой трансформацию давно существующих форм коммуникации, а иногда являются совершенно новыми жанровыми образованиями, обладающими своими речевыми и структурными особенностями.

Список литературы

Васильева С. Л. Особенности жанра комментария в русском и английском газетно-публицистическом дискурсе: сопоставительный аспект // Молодой ученый. 2013. № 2. С. 207-210.

Грабельников А.А. Работа журналиста в прессе. М., 2004.

Дементьева М.К. Языковые средства выражения оценки в современном российском официальном политическом дискурсе // Политическая лингвистика. Екатеринбург, 2009. Вып. 4 (30). С. 82-92.

Дементьева М.К. Языковая личность политика // Вестник Московского государственного областного университета. Серия «Русская филология». 2011. № 2. С. 72-78.

Иссерс О.С. Дискурсивная практика: к определению понятия // Современная речевая коммуникация: новые дискурсивные практики. Омск, 2011. С. 37-61.

Караулов Ю.Н. Русский язык и языковая личность. М., 2006.

Кочкин М.Ю. Политический скандал как лингвокультурный феномен: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Волгоград, 2003.

Кошкарова Н.Н. Языковая личность Д.А. Медведева (на материале Посланий Президента 2008,

2009, 2010 гг.) // Вестник Брянского государственного университета. № 2 (2011): История. Литературоведение. Право. Языкознание. Брянск, 2011. С. 331-335.

Кошкарова Н.Н. Клевета, оскорбление, диффамация: критерии разграничения и пути преодоления // Юрислингвистика-11: Право как дискурс, текст и слово: межвузовский сборник научных трудов. Кемерово, 2011. С. 250-252.

Руженцева Н.Б. Адаптационная стратегия и фактор адресата в газетно-журнальном и политическом дискурсах: заголовочный комплекс и основной текст // Политическая лингвистика. Екатеринбург, 2012. Вып. 1 (39). С. 51-56.

Стексова Т.И. Речевая агрессия в интернет-комментариях как проявление социальной напряженности // Политическая лингвистика. Екатеринбург, 2013. Вып. 3 (45). С. 77-81.

Чудинов А.П. Дискурсивные характеристики политической коммуникации // Политическая лингвистика. Екатеринбург, 2012. Вып. 2 (40). С. 53-59.

Шейгал Е.И. Семиотика политического дискурса: дис. ... д-ра филол. наук. Волгоград, 2000.

Щипицина Л.Ю. Компьютерно-опосредованная коммуникация. Лингвистический аспект анализа. М., 2010.

Источники

Голубов Александр. Война и мир Виктор Яну-ковича. URL: http://www.politcom.ru/17103.html

Заседание Совета по межнациональным отношениям. URL: http://kremlin.ru/transcripts/19475 Ответ Уполномоченного МИД России по вопросам прав человека, демократии и верховенства права К.К. Долгова на вопрос СМИ в связи с заявлениями официального представителя МИД ФРГ. URL: http://www.mid.ru/brp_4.nsf/newsline/ D0469D4688E6B9F644257C0900395EA4

Преображенский Иван. Соглашение на пустой желудок. URL: http://www.politcom.ru/17101.html

Яковина И. Из шейха возгорится пламя. URL: http://lenta.ru/articles/2014/01/10/isil/

N.N. Koshkarova

POLITICAL COMMENTARY AS NEW GENRE OF MODERN REALITY

The paper is devoted to the analysis of political commentary as a new genre of modern reality. The political commentary is viewed as a new discursive practice to which we attribute the following characteristics: 1) The change of the target audience. 2) The combination of the elements of mass, interpersonal and intercultural communication. 3) The extension of the genre framework due to the change of the pragmatic purpose.

The analysis of the political commentary takes into account conflict / cooperative character of the communication process. The following kinds of political commentary serve as a basis for the analysis: 1) politicians and power structures representatives' commentaries on the urgent issues of social and political life; 2) political scientists and consultants' commentaries; 3) common people's commentaries.

The conclusion of the paper is that politicians and power structures representatives' commentaries lack conflict potential. In political scientists and consultants' commentaries the emotional component prevails over the rational one. The greatest extent of emotionality is observed in common people's commentaries.

Key words: political commentary, discursive practice, perlocutive effect, conflict character, cooperativity.