Синтез искусств и изображение сознания в рассказе К. Мэнсфилд «Miss Brill»

Т.С. Алешина

СИНТЕЗ ИСКУССТВ И ИЗОБРАЖЕНИЕ СОЗНАНИЯ В РАССКАЗЕ К. МЭНСФИЛД «MISS BRILL»

Предметом исследования в статье явился рассказ К. Мэнсфилд «Miss Brill». Основная цель статьи - раскрыть понятие синтеза искусств, выявить его особенности и продемонстрировать его роль в изображении сознания. Метод исследования - комплексный анализ художественного текста. В результате удалось сделать выводы о том, как раскрываются приемы музыки, кинематографа, театра и живописи в контексте изображения сознания.

Ключевые слова: синтез искусств, повествование, сознание, пространство, время.

Необходимо остановиться на том, что понимается под синтезом искусств в целом и что будет иметься в виду применительно к творчеству К. Мэнсфилд. Научная и справочная литература дает немало толкований данного понятия. Если суммировать различные определения, то их главная мысль заключается в следующем: синтез искусств - это соединение разных искусств в одном произведении таким образом, что появляется новое органически связанное уникальное целое. Такое произведение именно в данном виде воздействует на адресата1.

Исследователи связывают появление термина с именем Р. Вагнера, который определил художественные изыскания музыкальной драмы именно как «синтез искусств»2. Вообще же об этом явлении, как правило, говорят в двух случаях: имея в виду пространственные искусства (архитектура, монументальное искусство, садово-парковое искусство и т. д.) и затрагивая область пространственно-временного искусства (театр в самом широком смысле слова).

© Алешина Т.С., 2010

Сознательно творческое и бессознательно традиционное соединение разных видов художественной деятельности характерно практически для всех стадий истории искусства и культуры человечества. Безусловно, истоки синтеза искусств можно искать в мифе и обряде, основанных на первобытном синкретизме.

В XIX и ХХ вв. возникли новые возможности для творчества. Кризис рубежа веков вылился в поиск воплощения новых идей на фоне переосмысления старых. Думается, что именно в этот период литература максимально впитывает возможности других искусств, к числу которых следует отнести музыку, кинематограф, обновленный театр и важнейшую для последней трети XIX в. живопись импрессионистов.

Применительно к творческому методу К. Мэнсфилд уместно говорить как раз о синтезе четырех упомянутых видов искусств в литературе. Мэнсфилд не просто экспериментирует с формой ради формы, ее проза далека от авангардистских тенденций. Привлекая внешние, доступные музыке, театру, кинематографу и живописи приемы, она создает новый принцип объемного изображения сознания и психологии человека. Повествование становится многоплановым, появляется все больше возможностей для предоставления права голоса, оценки, точки зрения герою, а не автору. При этом писательница отмечает в своем дневнике в 1920 г.: «I should always be trying to tell the truth»3. Именно синтез искусств позволяет Мэнсфилд быть максимально правдивой, давать возможность говорить, видеть и чувствовать другому, одновременно сопереживая ему.

Огромный интерес представляет то, каким образом использование приемов и принципов музыки, кинематографа, театра и импрессионистической живописи расширяет границы изображения сознания.

В дневниках Мэнсфилд акцентирует внимание на огромном значении звука и ритма для ее художественного метода. Звук и ритм - это основополагающие компоненты музыки. Особенно четко писательница сформулировала свою позицию в записи, посвященной рассказу «Miss Brill» (сборник «The Garden Party and Other Stories»): «In "Miss Brill" I choose not only the length of every sentence, but even the sound of every sentence. I choose the rise and fall of every paragraph to fit her, and to fit her on that day at that very moment. After I'd written it I read it aloud - numbers of times - just as one would play over a musical composition - trying to get it nearer and nearer to the expression of Miss Brill - until it fitted her»4.

Действительно, ритмический рисунок рассказа выражен как на фонетическом, так и на лексико-синтаксическом уровнях.

Начало и конец рассказа обрамляют похожие по своей фонетической и синтаксической структуре фразы: «No, not sad, exactly -something gentle seemed to move in her bosom»5 [С. 97], «not sadness - no, not sadness - a something that made you want to sing»6 [С. 102]. С помощью двойного повтора выделено одно из наиболее значимых в рассказе слов - sadness. Повторы отрицательных частиц no и not показывают, как мисс Брилл сама убеждает себя в том, что предстоящий день подарит ей ощущение счастья.

Соположение сонорных или мягких согласных или же, наоборот, соединение в одной фразе глухих или шипящих звуков также не является у Мэнсфилд случайным совпадением. Рассказ «Miss Brill» изобилует сонорными звуками, присутствующими как во фразах, описывающих пейзаж: «the slender trees with ye//ow /eaves»7, так и в характеристиках персонажей: «old, silent, nearly all old, and from the way they stared they looked as they'd just come from dark little rooms or even - even cupboards» [С. 99]. Сонорные звуки в английском языке создают ощущение спокойствия, плавности, мягкости. Используя их в несобственно-прямой речи героини, Мэнсфилд подчеркивает светлое настроение мисс Брилл, радостное восприятие ею окружающего мира.

В самом конце рассказа, когда мисс Брилл испытывает тягостное ощущение разочарования и обиды, звуковая организация текста кардинальным образом меняется: «She sat there for a long time. The box that the fur came out of was on the bed. She unclasped the necklet quickly» [С. 103]. Появляются глухие звуки, причем их плотность в одном коротком предложении настолько велика, что при прочтении фразы создается определенная резкость и отрывистость.

На лексико-синтаксическом уровне Мэнсфилд не только создает ритмический рисунок с помощью различных лексических повторов, но и разрывает предложения знаками препинания (тире, многоточиями, восклицательными знаками), соединяет в одном фрагменте короткие восклицания и развернутые высказывания. «Now everything, her hair, her face, even her eyes, was the same colour as the shabby ermine, and her hand, in its cleaned glove, lifted to dab her lips, was a tiny yellowish paw. Oh, she was so pleased to see him -delighted!»8 [С. 100]. Пятикратный повтор сочетания местоимения her c определяемым словом, а также очевидное различие в структуре и длине двух предложений фразы создают особую ритмическую мозаику несобственно-прямой речи. Сочетание коротких фраз внутри одного предложения, соположение коротких предложений, присущих разговорной речи, или построение повествования с помощью длинных размеренных фраз характерны для

несобственно-прямой речи. Выбор структуры предложения в несобственно-прямой речи напрямую зависит от чувств, испытываемых персонажем произведения, от его мыслей и эмоций.

Так, мисс Брилл с неподдельным интересом наблюдает за событиями, происходящими вокруг. Поэтому любое новое движение, жест, взгляд окружающих людей так трепетно и живо воспринимается героиней. Таким образом в повествовании изображается ход мысли мисс Брилл.

Лексические повторы в рассказе передают и нарастающее звучание музыки оркестра: «And the band sounded louder and gayer... And he scraped with his foot and flapped his arms like a rooster about to crow, and the bandsmen sitting in the green rotunda blew out their cheeks and glared at the music»9 [С. 99]. Во фрагменте особый ритм создается пятикратным повтором союза and и троекратным повторением структуры предложения с подлежащим на первом месте и следующим за ним сказуемым. С помощью ритмического рисунка создается атмосфера радости.

Музыкальность рассказа проявляется и в буквальной имитации звуков оркестра (звукописи): «Tum-tum-tum tiddle-um! tiddle-um tum tiddley-um tu ta! blew the band»10 [С. 99], которая придает повествованию специфический эмоциональный колорит. Интонация звучания выражается с помощью восклицательных знаков, также обозначающих и паузы. Интересно, что звуковая имитация появляется в рассказе в момент наиболее полной гармонии мисс Брилл с окружающим миром: героиня наслаждается окружающим пейзажем, цветом неба, деревьев, наблюдает за проходящими мимо людьми.

Музыка в творчестве Мэнсфилд часто имеет сюжетообра-зующую функцию. Так, в рассказе «Miss Brill» героиня по воскресеньям выходит в городской сад, где играет оркестр. Наблюдение за окружающим миром, событиями, происходящими в жизни других людей, наслаждение звучащей музыкой помогают мисс Брилл почувствовать себя в центре жизни, осознать себя частью общества.

Музыка оркестра звучит в рассказе на протяжении всего повествования. Часто именно с ней соотносится реакция мисс Брилл на происходящее. Подмечая различные детали в поведении окружающих людей, мисс Брилл мысленно находит параллели между ними и музыкой в исполнении оркестра.

Так, героиня наблюдает сцену общения дамы и джентльмена, в процессе которой мужчина пускает спутнице в лицо клубы сигаретного дыма. В этом эпизоде негативная оценка, которую дает мисс Брилл увиденному, усилена с помощью изменения музыкального

фона: «But even the band seemed to know what she was feeling and played more softly, played tenderly, and the drum beat "The Brute! The Brute!11 [С. 100].

Появление в оркестре звуков нового инструмента сразу же отражается в повествовании, причем мисс Брилл склонна к ярким ассоциациям, безусловно, демонстрирующим ее настроение: «Now there came a little "flutey" bit - very pretty! - a little chain of bright drops»12 [С. 98]. Сравнение мелодии флейты и ярких капель делает звуковой образ более красочным.

Итак, музыкальность присуща рассказу «Miss Brill» как на фонетическом и лексико-синтаксическом, так и на сюжетном уровне. Сознание героини и музыкальный фон взаимосвязаны. Настроение мисс Брилл передается с помощью музыки, но наряду с этим музыка оказывает влияние на перепады настроения героини. Фонетический и лексико-синтаксический уровни ритмической организации текста переплетаются характерным для несобственно-прямой речи образом.

Синтез искусств у Мэнсфилд не только имеет своей целью всестороннее изображение сознания героев, но и обеспечивает возможность адекватного эмоционального отклика адресата художественного высказывания, у которого появляется возможность не только читать текст, но видеть и представлять изображаемые события в собственном воображении. «Непрерывный поток впечатлений и реакций»13 разного уровня, предлагаемый читателю, делает его и зрителем, и участником происходящего, заставляя следить не только за событиями, но и за тем, как герои воспринимают эти события. Данное предположение подтверждается, в частности, непосредственным обращением к читателю, призывом прочувствовать на тактильном и вкусовом уровнях то, что чувствует героиня: «When you opened your mouth there was just a faint chill, like a chill from a glass of iced water before you sip, and now and again a leaf came drifting - from nowhere, from the sky»14 [С. 97] (Курсив мой. - Т. А.).

Мэнсфилд придает огромное значение и пространственной организации повествования, в чем тоже можно усматривать применение принципов синтеза искусств. Зрительное расширение пространства от комнаты мисс Брилл (в самом начале рассказа) до городского парка и снова сужение пространства до комнаты в конце рассказа создает внешнюю кольцевую композицию произведения.

С помощью такого композиционного кольца Мэнсфилд выстраивает последовательность смены декораций в рассказе. Мисс Брилл - актриса в прошлом, и все происходящее в парке она вос-

принимает как театральное действо, каждого человека - как актера: «It was like a play. It was exactly like a play. Who could believe the sky at the back was not painted?»15 [С. 101]; «they were all on the stage. They weren't only the audience, not only looking on; they were acting. Even she had a part and came every Sunday»16 [С. 101]; «she was on the stage»17 [С. 101]. Мисс Брилл видит мир как мозаику: перед зрителями играет оркестр, но и оркестр, и зрители, и она сама тоже играют - друг для друга, каждый для себя лично и в том числе - для читателя, который становится одновременно и зрителем. Интересно и то, как читатель узнает о том, что мисс Брилл -актриса. Эта мысль приходит в голову одному из действующих лиц рассказа, старому инвалиду, которому мисс Брилл четыре раза в неделю читает газеты, неожиданно (курсив мой. - Т. А.): «But suddenly he knew he was having the paper read to him by an actress!»18 [С. 101]. Мэнсфилд мельком упоминает об этом факте, и читатель узнает такую важную деталь жизни героини внезапно, удивляясь не меньше старого инвалида. Писательница часто использует прием намека, а именно она обращает внимание читателя на незначительные детали, сказанные невзначай фразы, для того чтобы между строк сказать самое главное.

Цвет неба, звуки оркестра, прогуливающиеся пары, пожилой мужчина в «dreadful Panama hat»19 [С. 98], крестьянки в соломенных шляпках, важная бледная монахиня, мальчишка - продавец фиалок и, конечно, мисс Брилл в меховой накидке - все являются участниками большого воскресного спектакля. У каждого есть своя, пусть и маленькая, роль. Даже место, на котором сидит мисс Брил, названо «her "special"»20 [С. 98], словно нет ничего случайного в этом спектакле. Природа служит декорацией, музыка в исполнении оркестра - заранее продуманным фоном действия.

Мисс Брилл размышляет над каждым эпизодом спектакля, она одновременно и актриса, и режиссер. В ее сознании проносится множество вариантов развития того или иного события, она мысленно ставит себя на место героев: «Miss Brill didn't know whether to admire that or not!»21 [С. 100]; «What was going to happen now?»22 [С. 100]. Она пытается угадать, как поведет себя предмет ее наблюдения в следующую секунду: «And wouldn't he, perhaps?»23 [С. 100].

Помимо приемов, имеющих непосредственное отношение к драматическому искусству, в рассказе можно выделить характерные для живописи принципы создания пейзажей. Импрессионисты по-новому видели мир, основываясь на зрительном впечатлении во время наблюдения природы. Соединяя разные цвета друг с другом и сознательно размывая контуры, они делали акцент на индивидуальном взгляде на природу и индивидуальное ее

восприятие24. В 1880-х гг. работы импрессионистов выставлялись в Лондоне, т. е. английская публика была знакома с основными тенденциями их живописи.

В рассказе «Miss Brill» цветовые описания неба вполне соответствуют импрессионистическим принципам, в них присутствует размытость контура и цвета: «The blue sky powdered with gold and the great spots of light like white wine splashed over the Jardins Publiques»25 [С. 100]. Важно, что индивидуальность восприятия передается с помощью цветовой семантики: голубой и золотистый цвет ассоциируется со сказкой, это традиционное сочетание, имеющее положительные коннотации.

Рассказу «Мисс Брилл» присуща также удивительная кинема-тографичность повествования («camera-eye narration»)26. Обзор происходящего в городском саду представляет собой разрозненные кадры, увиденные героиней. Мэнсфилд использует технику приближения и удаления от объекта: «little boys with big white silk bows <...> little French dolls <...> people sat on the benches and green chairs <... > two pleasant women with funny straw hats passed <... > a cold, pale nun hurried by <... > a little brown dog trotted on solemnly <... > a funny old man with long whiskers hobbled along»27 [С. 99]. Каждому увиденному мисс Брилл персонажу дается краткая оценка-характеристика, обозначается манера его движения перед «камерой», затем взгляд переносится на другой объект, в силу чего создается панорамность изображения. Как объектив видеокамеры может быстро охватывать различные плоскости пространства, так и повествование в рассказе молниеносно переключается с одного объекта на другой. Этот прием дает возможность охватить максимум пространства и создает впечатление его объемности и многомерности.

Выбор персонажей и эпизодов, которые представляют несомненный интерес для мисс Брилл, разнообразен. Вначале ее внимание привлекает безобидная пожилая пара, сидящая рядом, затем она переводит взгляд на счастливых бегающих вдалеке детей. Кульминационным моментом в этой сцене становится появление молодой пары, оскорбившей мисс Брилл. Такую перемену можно считать неслучайной: на место старых актеров приходят новые, на место пожилых людей приходит молодежь. Именно молодежь прогоняет мисс Брилл не только с ее законного места на сцене и в зрительном зале, но и не оставляет ей места в жизни, ибо разрушает в героине тлеющую иллюзию сопричастности к происходящему.

Мисс Брилл воспринимает подсевшую к ней молодую пару как очередных персонажей спектакля; она в своей привычной манере тут же домысливает, что было в их жизни до этого момента:

«The hero and heroine, of course, just arrived from his father's yacht»28 [С. 100]. Мэнсфилд снова дает читателю возможность увидеть то, что происходит в сознании героини, настроенной на продолжение спектакля: «Miss Brill prepared to listen»29 [С. 102].

Казалось бы, в этот выходной день в городском саду мисс Брилл увидела множество судеб, придумала для каждой из них прошлое и будущее, и судьба пришедшей только что пары подверглась только что воздействию ее фантазии. Но именно в этот момент Мэнсфилд обрывает спектакль: юноша говорит, что мисс Брилл мешает ему и девушке, называет мисс Брилл «stupid old thing»30 [С. 102]. Грань, отделяющая пожилую одинокую женщину от старой меховой накидки, стерта.

Происходит «нарушение единства доминирующей картины мира»31, плавный переход от радостного, открытого жизни настроения мисс Брилл к полному краху ее внутреннего мира, к ощущению беспросветного одиночества и существования за пределами жизни: «Why does she come here at all - who wants her?»32 [С. 102].

С изменением настроения героини меняется и ощущение ею пространства и времени. Раньше мисс Брилл казалось, что люди вокруг, участники спектакля в городском саду, «come from dark little rooms or even - even cupboards» [С. 101], а теперь она сама вернулась в такую каморку, словно стала вещью, а пространство сузилось до предела темной комнатки, и более того - до предела коробки, где хранится мех.

Насколько тщательно описывается то, как мисс Брилл вытаскивает меховую накидку из коробки в начале воскресного дня, не предвещающего ничего дурного, настолько быстро и резко описано, как она кладет ее обратно: «She unclasped the necklet quickly; quickly, without looking, laid it inside»33 [С. 103].

В конце рассказа Мэнсфилд ранее прозвучавшие темы приобретают кульминационное звучание: «when she put the lid on she thought she heard something crying»34 [С. 103]. «Katherine Mansfield used the technique of turning people into things - and things into sentient beings»35, - так оценивает этот прием исследователь С.А. Хэн-кин. Финал рассказа дает повод для размышлений о том, насколько едины старая меховая накидка и старая, никому не нужная актриса в своей обиде на мир, закрывший перед ними двери, в своем маленьком одиночестве и беззащитности перед жизнью.

Итак, рассказ «Miss Brill» зрелого периода творчества писательницы позволил продемонстрировать, каким образом в ее произведениях нашли отражение такие виды искусства, как музыка, театр, кинематограф и живопись. Музыкальность включается в повествование на самых разных уровнях и способствует более

глубокому постижению психологии героини. Элементы драматической организации текста не только позволяют предоставить персонажам максимальную свободу высказывания, но и наполняют пространство, интерьер дополнительными коннотациями. Кинема-тографичность повествования дает читателю возможность видеть мир с точки зрения героини, следить за направлением ее взгляда, тем самым погружаясь в изображенное сознание. Приемы импрессионистической живописи обнаруживают себя в описании пейзажей. Цвета и краски в произведениях Мэнсфилд призваны сохранить впечатление, полученное героиней в конкретный момент времени, а следовательно, запечатлеть ее ассоциации и мысли. Таким образом, прием синтеза искусств делает повествование в прямом смысле объемным.

Примечания

1 См.: В мире искусства. М., 2001; История мирового искусства. М., 1998.

2 См.: Вагнер Р. Избранные статьи. М., 1978.

3 Mansfield K. Letters and Journals. L., 1977. P. 183. «Я всегда должна стараться говорить правду».

4 Mansfield К. Letters and Journals. P. 213. «В рассказе "Мисс Брилл" я выбирала не только длину каждого предложения, но и звуки каждого предложения. Я выбирала подъем и снижение интонации в каждом параграфе, чтобы он наиболее подходил ей, и подходил в конкретный день в конкретный момент. После того как я писала, я много раз прочитывала все вслух, так, как кто-то играет музыкальную пьесу, стараясь максимально приблизиться к выражению ощущений самой мисс Брилл, и наконец у меня это получалось».

5 «Нет, не печальное, а что-то спокойное шевельнулось в ее груди».

6 «Не печаль, нет, не печаль - что-то, из-за чего хочется петь».

7 MansfieldK. Selected Stories. M., 2002. P.101. В дальнейшем ссылки на это издание даются в тексте с указанием страницы. Данное явление показательно исключительно на языке оригинала, поэтому цитата дана без перевода.

8 «Теперь ее волосы, ее лицо, даже ее глаза - все было цвета выцветшего меха горностая. И рука в потертой перчатке, приподнятая, чтобы прикоснуться к губам, казалась похожей на желтоватую лапу. О, она была так рада видеть его - просто в восторге!»

9 «И оркестр звучал громче и радостнее... И он притоптывал ногой в такт, и взмахивал руками, как готовящийся запеть петух, и музыканты, сидевшие в зеленой беседке, надували щеки, и появлялась музыка».

10 «Там-там-там тиддл-ам! Тиддл-ам там тиддли-ам ту та! - выдувал оркестр».

11 «Но, казалось, даже оркестр знал, что она чувствовала, и играл мягче, играл нежнее, и барабан бил: "Грубиян! Грубиян!"».

12 «Наступила очередь флейты - это было прелестно - маленькая цепь ярких капель!»

13 Гинзбург Л. О психологической прозе. М., 1999. С.17.

14 «Если бы вы открыли рот, то почувствовали бы слабый холодок, как холодок от воды со льдом, которую вы собираетесь выпить, снова, и снова опускались, кружась, листья - ниоткуда, с неба».

15 «Это было похоже на спектакль. Действительно похоже на спектакль. Кто бы мог подумать, что небо на заднем плане не было нарисовано?»

16 «Они все были на сцене. Они были не только публикой, не только смотрели пьесу; они играли. Даже у нее была роль, которую она играла по воскресеньям».

17 «Она была на сцене».

18 «Но вдруг он понял, что газеты ему читала актриса!»

19 «В ужасной панаме».

20 «Ее "особое"».

21 «Мисс Брилл не знала, восхищаться этим или нет!»

22 «Что же должно было сейчас произойти?»

23 «А может быть, он...»

24 См.: Малая энциклопедия импрессионистов. М., 2003.

25 «Голубое небо, покрытое золотом и огромными пятнами света, словно белое вино пролилось над городским садом».

26 См.: Manfred J. Narratology: a Guide to the Theory of Narrative. Cologne, 2003.

27 «Мальчики с белыми шелковыми бантами, завязанными под подбородком... маленькие французские куколки... люди сидели на лавках и зеленых стульях... прошли две приятные женщины в смешных соломенных шляпках... неподалеку быстро прошла холодная бледная монахиня... коричневая собачка торжественно протрусила рядом... смешной мужчина с большими бакенбардами прошел хромая».

28 «Герой и героиня, конечно, только что прибыли с яхты его отца».

29 «Мисс Брилл приготовилась слушать».

30 «Старая глупая штуковина».

31 Кудрина М.В. Жанровая структура рассказа: Дис. на соиск. уч. ст. канд. филол. наук. М., 2003. С. 7.

32 «Зачем она вообще сюда пришла - кому она нужна?»

33 «Она быстро расстегнула ожерелье; быстро, не глядя, положила его вовнутрь».

34 «Когда она закрыла крышку, ей показалось, она услышала плач».

35 Hankin C.A. Katherine Mansfield and Her Confessional Stories. L., 1983. P. 45. Кэтрин Мэнсфилд