Иван Сафронов защитился ВПК

Как стало известно “Ъ”, допросом очередного свидетеля защиты продолжился после месячного перерыва процесс в Мосгорсуде по обвинению в госизмене экс-спецкора “Ъ” и «Ведомостей», советника главы «Роскосмоса» Ивана Сафронова. В свое время контрразведчики записали несколько разговоров этого свидетеля, работающего в военно-промышленном комплексе (ВПК) с журналистом, которые стали затем результатами «оперативно-разыскных мероприятий». Но в суде мужчина пояснил, что вопросы господина Сафронова не касались секретных тем, а после них в СМИ появлялись публикации. При этом допрошенный не исключил, что само уголовное преследование его знакомого связано с критическими оценками автора статей недоработок в оборонной отрасли.

Свидетель из оборонки сказал в суде, что Иван Сафронов не пытался выведывать секретную информацию

Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ

Слушания по делу Ивана Сафронова, обвиняемого ФСБ в госизмене (ст. 275 УК РФ), были прерваны почти на месяц по техническим причинам — в связи с занятостью членов «тройки» судей — и возобновились только 14 июня. Как и планировалось, адвокаты после неожиданного отказа прокуроров продолжать предъявлять улики и вызывать своих свидетелей после очевидно неудачного для них допроса одного из них продолжили предоставлять свои доказательства. Как сообщил “Ъ” один из защитников Ивана Сафронова, президент адвокатской палаты Удмуртии Дмитрий Талантов, во вторник давать показания пришел «сотрудник одного из ведущих предприятий отечественного ВПК». Говорить о нем конкретнее представитель защиты отказался, сославшись на наложенные на него и его коллег ограничения. Он только пояснил, что это отнюдь не лицо из высшего руководства таких предприятий. Адвокат сообщил, что в свое время, как оказалось, контрразведчики записали семь или восемь телефонных разговоров журналиста Сафронова с сотрудником оборонки, которые они якобы посчитали попытками «выведывания и собирания секретной и совершенно секретной информации» и которые стали «результатами оперативно-разыскных мероприятий».

Об обстоятельствах общения с журналистом следователи СУ ФСБ в свое время допрашивали мужчину как свидетеля. Теперь он был вызван в Мосгорсуд. «С разрешения суда мы с коллегами огласили данные "прослушки", после чего порядка трех часов подробно расспрашивали свидетеля»,— сообщил господин Талантов. По его словам, мужчина рассказал, что сам он не являлся носителем данных, содержащих гостайну, а потому раскрыть и передать ее Ивану Сафронову не мог физически. При этом беседы, ставшие частью масштабной «прослушки», целиком и полностью соответствовали журналистской деятельности. Более того, после каждого такого общения в “Ъ” и однажды в «Ведомостях» выходили заметки на темы, которые были предъявлены суду. Как говорят адвокаты, этот факт свидетель прокомментировал в виде шутки, обращаясь к «тройке»: «Вы же видите, как получилось: сегодня в буфете, завтра — в газете!», отметив, что никакого выведывания секретов не было, а единственное, за что ему сейчас неудобно при оглашении давних разговоров,— частое употребление им и Иваном Сафроновым мата.

«Свидетель дал исчерпывающие пояснения, а также сообщил, что Ивана Сафронова интересовало в том числе освоение выделенных госструктурам финансов и эффективность их использования»,— отметил Дмитрий Талантов.

Он также сообщил, что допрашиваемый не исключил — именно критические отзывы журналиста о происходящем в оборонной отрасли и упоминание возможных коррупционных проявлений вполне могли стать причиной уголовного преследования, назвав даже «ряд конкретных названий и фамилий».

Интересно, что сам Иван Сафронов, как уточнил адвокат, в допросе из «аквариума» для подсудимых не участвовал, но, по словам представителей защиты, был явно удовлетворен происходящим. Дмитрий Талантов также сообщил, что во время вынужденного «простоя» в слушаниях связывался с еще одним потенциальным свидетелем. Тот, как говорит защитник, изначально был заявлен свидетелем обвинения, но прокуроры вызывать его не стали. Прийти в суд по просьбе адвокатов он был не против, но сразу оговорился, что, будучи госслужащим, должен получить согласие своего непосредственного руководства или официальную повестку о вызове из суда. «Мы обратились к суду и получили его согласие, в среду, как ожидается, мы получим соответствующую бумагу»,— пояснили защитники. Интересно, что гособвинители были категорически против, заявив, что его показания, как, кстати, и показания предыдущего свидетеля, «не имеют отношения к сути предъявленного обвинения».

«Это просто нонсенс — свидетель сначала был заявлен в списке обвинения под номером 14, а теперь он не имеет отношения к обвинению, которое нам, кстати, так и не разъясняют!» — возмущаются представители защиты.

Впрочем, по их словам, суд в данном вопросе однозначно встал на их сторону. Они также отметили, что ранее судьи не задавали свидетелям никаких вопросов, кроме чисто технических и установочных: фамилия, место работы, отношение к подсудимому, отсутствие поводов для оговора и т. д. Но во вторник тройка по собственной инициативе опросила свидетеля.

Как ожидается, в среду в качестве свидетеля показания даст один из родственников обвиняемого, после чего на процессе будет объявлен очередной перерыв, на этот раз на две недели.