Особенности традиционной культуры ангаро-илимской зоны Предбайкалья

КУЛЬТУРОЛОГИЯ

УДК 398(571) © В.В. Тихонов

ОСОБЕННОСТИ ТРАДИЦИОННОЙ КУЛЬТУРЫ АНГАРО-ИЛИМСКОЙ ЗОНЫ ПРЕДБАЙКАЛЬЯ

В статье анализируются особенности традиционной народной культуры населения, проживающего на территории среднего течения Ангары, 11ли.\ш и Оки, в хронологических рамках XIII - первой половины XX в. Рассматриваются как перспективы сохранения дошедших до нашего времени материальных носителей традиционной народной культуры ангаро-илимской историко-культурной зоны, так и возможность реконструкции утраченного историко-культурного наследия, в том числе методом создания этнографических музейных комплексов под открытым небом.

Ключевые слова: ангаро-илимская историко-культурная зона, «Тальцы», «Ангарская деревня», Илимский острог, деревни-малодворки, волостное село.

V.V. Tihonov

THE PECULIARITIES OF THE TRADITIONAL CULTURE OF ANGARO-ILIMSKOY ZONE

OF PREDBAIKALYA

In article the peculiarities of the traditional and national culture of Angaro-Llimskoy historical and cultural zone of Predbaikalya of 17th-2Oth centuries are analyzed. The author considers questions about saving material and spiritual culture of Angaro-Ilimskaya historical and cultural zone and gets to know methods of founding the ethnographic open-air museums.

Key words: Angaro-Ilimskaya historical and cultural zone, Taltsy, Angarskaya village, Llim Stockade Town. malod-vorka, Volostnoe selo.

Историко-культурное зонирование территории Предбайкалья началось в 70-х гг. XX в., когда встал вопрос об определении экспозиционной инфраструктуры создаваемого музея деревянного зодчества «Тальцы». В 1971 г. Г.Г. Оранская предложила на основе укрупненного историко-культурного зонирования Предбайкалья построить в музее «Тальцы» экспозиции, отражающие восемь историко-культурных зон данного региона, одной из которых является ангаро-илимская.

Ангаро-Илимская историко-культурная зона охватывает северо-западную территорию Иркутской губернии, в основном места расселения русских в ХУШ-Х1Х в. в долинах крупных рек -Илима, Оки, среднего течения Ангары - и в простирающейся в этих пределах таежной полосе [4, с. 18-19]. Экономико-хозяйственная деятельность в данной зоне в большей степени определялась ее природными факторами. За длительный период освоения земель Среднего Прианга-рья под влиянием климатических, природных и социально-экономических условий здесь сложилась земледельческая культура, которая во многом совпадала с земледельческими культурами других территорий региона, но в то же время

имела значительные отличия. Эти отличия и позволили по итогам историко-культурного зонирования Предбайкалья выделить ангаро-илимскую историко-культурную зону.

В Среднем Приангарье в условиях тайги сложилось комплексное хозяйство, сочетающее земледелие и животноводство с промысловой деятельностью: охотой, рыболовством. Для рассматриваемой зоны характерно натуральное крестьянское хозяйство с элементами товарного производства. Занятие земледелием, разведение скота, рыбная ловля и другие домашние промыслы в начале XX в. велись для домашнего потребления. Товарный характер носил охотничий промысел, которым занималось все мужское население зоны. Промыслы, извоз, лоцманство также носили товарный характер, но занимались ими отдельные семьи, особенно лоцманством. Искусство проведения судов через Ангарские пороги передавалось строго по наследству.

Планировка населенных пунктов характеризовалась однорядной застройкой. Редко встречались деревни свободной и гнездовой застройки. Усадьбы были замкнутого типа с преобладанием выхода чистого и скотного дворов на улицу, разделял их между собой дом, также выходящий

торцевой стороной на улицу. Огороды, если позволяла местность (пологий длинный спуск), шли от улицы к берегу, огораживались поскотиной. Вторая поскотина огораживала вкруговую весь населенный пункт. Изолированность региона от транспортных магистралей привела в быту и культуре к консервации традиций, восходящих своими корнями к началу заселения Сибири выходцами с Русского Севера. В земледелии здесь господствовало двухполье, при котором одно поле обрабатывалось, другое пускалось в залежь. Зерно производилось для собственного потребления. В домостроении в конце XIX в. по-прежнему господствовала самцовая крыша, сохранялся подклет. Самой распространенной планировкой усадьбы был выход обоих дворов, чистого и хозяйственного, разделенных домом, на улицу. Однорядная застройка велась вдоль берега реки и повторяла его изгибы. И только крупным административным центрам была свойственна либо уличная планировка с двухсторонней застройкой, либо геометрическая с образованием в центре площади.

Характерные особенности таежного поселения:

1) сохранение в домостроении вплоть до второй половины XIX - начала XX в. высокого подклета и самцовой кровли (три усадьбы де-ревни-малодворки музея «Тальцы»);

2) наличие одноэтажных мангазей средних размеров (] 4 х 6 х 4,5 м);

3) наличие самоловен - однокаменных срубов на среднем подклете. Самоловы устанавливались напротив дома владельца и служили для хранения рыболовных снастей - сетей, фитилей, морд;

4) наличие в небольших деревнях кладбищ с архаичными надмогильными домиками - гоб-цами. Традиция сохранилась с далекого язычества и встречалась только в ангаро-илимской зоне;

5) наличие у части крестьян, занимавшихся извозом, сенокосных заимок.

Освоение Предбайкалья русскими началось в XVII в. Заселение края небольшими деревнями-малодворками (заимками), от одного до десяти домов, осуществлялось довольно быстро, и к середине XVIII в. весь этот огромный регион по долинам крупных и мелких рек, наиболее удобных для земледелия, был занят русскими.

История заселения русскими северозападных территорий Предбайкалья начинается с 1626 г., когда отряд из 15 служилых людей под командованием атамана Максима Перфильева был отправлен из Енисейска в бурятские земли. В связи с практически полным отсутствием су-

хопутных путей продвижение русских в Пред-байкалье осуществлялось по крупным рекам, в частности по Ангаре.

С 1929 г. походы русских из Енисейска в пределы Предбайкалья становились по существу ежегодными, при этом расширяется их география - дальше от места впадения Оки в Ангару, в сторону истока Ангары. Летом 1630 г. 28 казаков под предводительством атамана Галкина плыли на лодках вверх по р.Ангаре. В месте впадения Илима в Ангару их застала зима. Атаман принял решение остаться на зимовку, для этого было выбрано хорошее, возвышенное место на берегу реки, откуда шел главный путь (волок) на р.Лену, и основал здесь зимовье. Место было настолько удачным, что было принято решение построить здесь острог, ив 1631 г. он был построен. Острог очень быстро развивался, но в 1647 г. сгорел. В том же году был построен второй Илимский острог, состоящий из двух башен, тына и внутреннего наполнения. Илимское поселение росло настолько быстро, что вскоре ему был присвоен статус города. Илимское воеводство, центром которого стал Илимский острог, охватывало всю восточную от р.Енисея часть Сибири.

В 1666 г. острог опять не обошла беда - он сгорел. Назначенный в 1667 г. новый илимский воевода Оничков, прибыв на место, увидел вместо острога лишь пепелище и 8 августа 1667 г., по распоряжению правительства, приступил к строительству нового, третьего по счету, острога на обширном лугу, на берегу, в полутора километрах от старого. По замыслу строителя, новый острог должен был не только выполнять роль крепости, но и стать кремлем новой сибирской столицы, во владение которой входила огромная территория, равная площади нескольких европейских государств.

Острог состоял из восьми башен, три из которых были въездными и украшались часовнями «на свесях». Скрываемый поворотом реки и лесом острог представал перед путешествующим неожиданно, поражая его своей красотой, величием и мощью. До наших дней сохранились только фрагменты острога в виде Спасской проезжей башни и раскопанных фундаментов некоторых острожных башен и тыновых стен. В связи с затоплением г.Илимска водами водохранилища строящейся Усть-Илимской ГЭС в конце 60-х гг. XX в. было принято решение о переносе единственных в регионе дошедших до нас памятников истории и архитектуры XVII в. из зоны затопления в создаваемый, по большей части в связи с необходимостью спасения Спасской проезжей башни Илимского острога (1667 г.) и

стоящей рядом Казанской часовни (1679 г.), музей деревянного зодчества «Тальцы». Сейчас острог находится в стадии реконструкции.

В 2010 г., несмотря на скудность материала об Илимском остроге, на основе его чертежа-рисунка, выполненного С.Ремезовым в 1702 г., и подробного описания внутренней инфраструктуры острога с указанием мест расположения всех его объектов и расстояний между ними был составлен генеральный план реконструкции острога и разработана рабочая документация на реконструкцию первых объектов: гостевого двора и приказной избы. К реконструкции гостевого двора реставраторы уже приступили. Особенностью внутренней инфраструктуры острога будет воеводский двор. Воевода Илимского острога князь Гагарин, родственник царю Алексею Михайловичу, стремясь подражать царю, свои покои строил по аналогу дворца царя в Коломенском, но меньших размеров. Практика реконструкции дворца Алексея Михайловича в Коломенском свидетельствует о жизнеспособности и востребованности исторической реконструкции фундаментальных объектов исторического среза для лучшего понимания истории. По завершении реконструкции-реставрации всей инфраструктуры Илимского острога мировая культура получит уникальный объект - единственную в мире сохранившуюся деревянную крепость XVII в. с элементом-оригиналом Спасской проезжей башни.

Вторым уникальным историко-культурным объектом, характеризующим оборонное зодчество ангаро-илимской историко-культурной зоны, стал Братский острог []]. Первый Братский острог, основанный в начале 30-х гг. XVII в., в 1653 г. частично сгорел. Тогда в 1654 г. решено было не восстанавливать острог на старом месте, а перенести на новое. Из старого острога была перенесена угловая северо-западная башня (1648 г.), находящаяся теперь в музее деревянного зодчества «Коломенское» (г.Москва). От нового острога до нас дошла южная угловая башня (1654 г.), размещенная в настоящее время в архитектурно-этнографическом музее «Ангарская деревня» (г.Братск). Сохранившиеся башни Братского острога неоднократно переносили. Северо-западную - в 1958 г. из зоны затопления Братского водохранилища перенесли в музей «Коломенское», а в 2008 г. уже в самом этом музее вновь перенесли с одного места на другое. Южная башня в 1958 г. была перенесена из зоны затопления на Падунский мыс в пос. Падун, а уже в 1980 г. ее перенесли в архитектурно-этнографический музей «Ангарская деревня».

В состав Илимского острога входила и при-вратная Казанская церковь. Официальной датой ее постройки считается 1679 г., хотя некоторые ученые приводят доказательства более ранней даты ее строительства, сопоставимой с датой строительства последнего Илимского острога. Церковь была сооружена рядом со Спасской проезжей башней и играла роль не только культового сооружения, но и оберега для острога, как и часовня «на свесях» [2].

В последующем церковь была перестроена в крупный храм с трапезной. В настоящее время при реставрации церкви в музее «Тальцы» она реконструирована практически в первоначальном варианте, за исключением того, что с северной стороны оставлена вторая дверь в храм, которая появилась на месте ранее существовавшего косящатого окна во время перестроек-расширения здания в конце XVII в.

Особенность быта русских ангаро-илимской историко-культурной зоны середины XIX — начала XX в. заключалась в сохранении архаичного традиционного крестьянского уклада жизни. Земли эти, быстро осваиваемые русскими в первоначальный период заселения края (XVII - начало XVIII в.), с введением в эксплуатацию Московского тракта остались в стороне, сухопутного пути не было, водный путь по Ангаре был из-за мощных порогов, сосредоточенных в ее среднем течении, труднодоступным, поэтому развитие края законсервировалось. Обилие леса, разнообразие занятий - земледелие, животноводство, охота (многие из них велись вдали от жилищ) - привели к образованию сезонных стационарных построек, используемых крестьянами для проживания. Это охотничьи станы, на островах сенокосные заимки, пахотные заимки, рыбацкие зимовья. Стационарные жилища свидетельствуют о подвижном образе жизни крестьян северо-запада Предбайкалья. Размеренность и обустроенность быта, высокие моральные качества русских старожилов, воспитанные христианством, изолированность края от быстро развивающихся регионов Предбайкалья — все это способствовало сохранению традиций. Высокое качество строительного материала и работ обусловило сохранение в этой историко-культурной зоне деревянных памятников XVII -XX вв., посредством которых стало возможным показать историческое развитие края.

Освоение Предбайкалья, и в частности территории среднего течения р.Ангары, шло первоначально казаками, которых постепенно сменили иные вольные люди, крестьяне и промысловые люди с северных территорий Центральной России. В целях закрепления необъятных терри-

торий Предбайкалья к концу XVII в. возрастает роль центральной власти по ускорению развития земледелия на новых землях Российского царства. Одной из основных задач развития земледелия являлось решение насущной проблемы снабжения хлебом осваиваемых бесхлебных районов Предбайкалья и казачьих отрядов, направляемых дальше на восток. Центральная власть требовала от воевод скорейшего выявления пригодных для хлебопашества земель, освоения их и заселения крестьянами.

Переселенческий поток в Сибирь, в том числе в Предбайкалье, с северных территорий Центральной России к концу XVII в. был настолько большим, что, по данным «Статистического обозрения Сибири» H.A. Гегеймейстера, в 1686 г. в отписке архангельского воеводы царю он доносил, что не сможет выполнить разнарядку, наложенную на воеводство по поставке рекрутов, так как две трети населения воеводства ушло на Дон и в Сибирь. Уходили целыми семьями, отчего в Устюжском и Усольском уездах «учинилась великая пустота».

Крестьяне селились в основном по долинам Ангары, Илима, Оки, где были благодатные земли для выращивания пшеницы. После раскорчевки земель заводили пашни, несмотря на го, что сильные морозы в сочетании с малоснежьем являлись большой проблемой для земледелия и были совсем другой природной средой по сравнению с той, к какой крестьяне привыкли на прежнем месте жительства. Наиболее пригодными для земледелия здесь были дерново-карбонатные почвы, по цвету красно-бурые, в народе их называют «столетними». Они обладают большим плодородием, долго не разрушаются. Хотя территория среднего течения Ангары из-за климатических условий попадает в зону рискованного земледелия, плодородная почва и труд крестьян позволяли, как жить в относительном достатке крестьянским семьям, так и практически полностью, за счет налогов, обеспечивать продовольствием все население региона.

Освоение гигантской по размерам территории Предбайкалья шло в основном по рекам (главным путям сообщения на то время) посредством строительства разбросанных на значительном удалении друг от друга (от 80 до 150 верст) небольших деревень-малодворок, насчитывающих в своем составе от одного до десяти дворов. Были деревни однодворки, двухдворки, а далее малодворки. Равномерно, хотя и редко расставленные по всему Предбайкалью, дерев-ни-малодворки к середине XVIII в. стали опор-

ными пунктами колонизации русскими края, окончательно закрепив его за Россией.

Практика показала, что основными носителями строительных традиций являются крестьяне. Приходя на новые земли, переселенцы на первых этапах их освоения, не имея достаточной информации о местном климате, при обустройстве хозяйств, строительстве домов использовали строительные традиции тех мест, откуда они приехали. Большая часть переселенцев была с севера Центральной России, и первоначально на новых местах они строили дома, совмещенные со скотным двором под единой крышей, как делали это на родине из-за обильных снегопадов. В XVII-XVIII вв. таких строений в Предбайкалье было много, однако до настоящего времени о них дошли лишь упоминания в литературе. Историки и этнографы помнят, как в 70-х гг. XX в. такие дома были в пос. Марково и Шаманка.

Климатические условия, характер хозяйственной деятельности (земледелие, животноводство, промысловый уклад) со временем внесли существенные, если не сказать кардинальные, изменения, как в планировку усадеб, так и непосредственно в облик жилых домов. Процесс приспособления к новым условиям происходил эволюционно, растянувшись почти на два столетия (с XVII по XIX в.).

Незначительный по сравнению с севером России снежный покров в Предбайкалье обусловил возможность вначале частично, а потом и полностью отказаться от крытых дворов, совмещенных с домом под одной крышей, и перейти к строительству открытых дворов. Таким образом, с XVIII в. в Предбайкалье формируется новый тип планировки усадеб: в центре усадьбы горницей на улицу - жилой дом, а справа и слева от него - открытые дворы с хозяйственными постройками. Чистый двор выстилался полубревнами и имел набор хозяйственных построек, обеспечивающих хранение продовольствия и имущества. Скотный двор в соответствии со своим названием обеспечивал обслуживание домашних животных и был, как правило, земляным, хотя и здесь встречались исключения. В музее «Ангарская деревня» (г.Братск) автор встретил единичный экземпляр -усадьбу Скри-пова второй половины XIX в. из д.Подъеланка Усть-Илимского района Иркутской области, где чистый двор был земляным, а скотный - вымощен полубревнами.

То обстоятельство, что основная часть историко-культурных объектов, характеризующих разнообразие строений ангаро-илимской историко-культурной зоны, оказалась в этнографических музеях под открытым небом, связано с

тем, что большая часть населенных пунктов среднего течения Ангары и рек, впадающих в нее в этом районе, попала в зону затопления в связи со строительством Братской и Усть-Илимской ГЭС, а оставшаяся часть Ангары с ее поселками, возникшими в ХУН-ХУШ вв. от г.Усть-Илимска до пос. Богучаны, в 20122013 гг. тоже попадут в зону затопления создаваемой Богучанской ГЭС.

Для музеев под открытым небом, а также в целом для науки, безусловно, наиболее интересными и ценными являются этапные моменты, в том числе и в развитии домостроения. К сожалению, в Предбайкалье образца домостроения первого этапа освоения края, каковым был дом с двором под единой крышей, не сохранилось. Для полного восстановления исторической среды в музейном пространстве данный тип домостроения придется полностью реконструировать. Образцов второго типа усадьбы - дом-связь с открытыми дворами - пока достаточно, в том числе уже перенесенных в музеи.

Для музейной науки интересны и переходные варианты от дома с крытым двором к дом) с открытым двором. На удивление, образец такого дома, правда, в несколько измененном виде, сохранился. Это усадьба крестьянина Якова Непо-милуева из д.Гармаика Братского района Иркутской области, перенесенная в 1971 г. в музей «Тальцы», отреставрированная и с 1980 г. включенная в экспозиционный комплекс «Деревня-малодворка». Автор проекта реставрации усадьбы архитектор Г.Г. Оранская. При просмотре составленных ею натурных обмерных чертежей мы обратили внимание на отмеченные на скотном дворе, выходящем на улицу, столбы, которые поддерживали навес полукрытого двора, соединяющего дом со стайками. Однако при проведении реставрационных работ в усадьбе Непомилуева полукрытый двор, вошедший в историю архитектуры как переходный от закрытого к открытому типу, был заменен на открытый, а также были значительно изменены планировка усадьбы и набор хозяйственных построек. Какова же причина столь кардинальных изменений? Думается, нужно обратиться к 6070-м гг. XX в., когда шло формирование музея «Тальцы». В то время в Предбайкалье музейных комплексов под открытым небом еще не было. Музей «Тальцы» - это первый опыт. Основной идеей, господствовавшей тогда среди создателей подобных музейных комплексов, было стремление сохранить в музейном пространстве как можно больше памятников-оригиналов. Реконструкция исторической среды, главным образом в виде крестьянской усадьбы, рассматривалась

как синтез представления об усадьбе вообще, и это характерно не только для музея «Тальцы», но и для многих музеев России. Так, в музее «Ангарская деревня» при полной утере материала оригинала усадьбы Пастухова она все равно была взята за основу, а постройки или были привезены из других деревень, или выполнены в новоделе.

Несмотря на значительные изменения усадьбы Непомилуева из д.Гарманка, усадьба и в дошедшем до нас виде уникальна [6].

Приспособление крестьян к климатическим условиям, ландшафту, развитый в пределах территории вид экономико-хозяйственной деятельности, сложившиеся за столетия традиции размещения и компоновки усадеб к ХУШ-Х1Х вв., определили в ангаро-илимской историко-культурной зоне характер планировки населенных пунктов (деревень) и компоновки усадеб, которые уже в реконструированном виде можно увидеть только в этнографических музеях под открытым небом.

Традиционной планировкой населенных пунктов ангаро-илимской историко-культурной зоны была постановка деревни в однорядную \лицу, лицом (красной линией) на реку, с расположением огородов в зависимости от природного ландшафта, чаще всего в сторону леса, за хозяйственными постройками. Иногда огороды находились между рекой и красной линией деревни. Зимние бани, как правило, располагали в усадьбе, летние - на берегу реки. На берегу реки также ставили самоловни. Мельницы в Сибири в основном были водоналивные и реже подливные, ставили их на маленьких речках и ручьях [3]. Ветряных мельниц в ангаро-илимской историко-культурной зоне не было. Кузницы старались ставить на краю деревни, поближе к какому-либо водоему, это нужно было для того, чтобы после нагрева металла резко производить его охлаждение. Особенно часто это практиковалось, когда ставили железные обода на колеса и ступицу. В этом случае раскаленный обод надевали на деревянное колесо, а чтобы оно от горячего металла не загорелось, его быстро скатывали в водоем, где обод мгновенно остывал и за счет охлаждения металла сокращался, плотно облегая колесо. Еще одну специфическую постройку - мангазею (амбар для хранения страхового фонда зерна деревни на случай пожара или неурожая) - ставили вдали от деревни, на расстоянии от 0,5 до 1 версты, что позволяло в случае пожара в деревне сохранить страховой семенной фонд.

Планировка усадеб приангарских деревень, сложившаяся к концу ХУШ-Х1Х в., определя-

лась положением доминанты усадьбы - жилого дома - и была нескольких типов. Наиболее распространенным типом планировки являлась усадьба, разделенная домом-связью на чистый и хозяйственный дворы, при этом из дома-связи было два одинаковых выхода - крыльца: на чистый и на скотный двор. В чистом дворе чаще всего размещались хозяйственные постройки, амбары, кобрики, завозни, в скотном - стайки с поветями, навесы для скота и лошадей с поветями. Чистый двор, как правило, полностью или частично замащивался тесаными полубревнами, но иногда он застилался деревянным настилом на выходе с крыльца, а в глубине двора был травяной покров. Красная линия строилась по принципу: в центре лицевая часть дома, направо и налево шли главные ворота с калиткой и ворота в скотный двор. По краям усадеб углы формировали торцы хозяйственных построек: амбаров, стаек с поветью, навесов для скота. Наиболее характерными крестьянскими усадьбами с различными архитектурными типами домов (дом-связь, пятистенок с сенями, одноколок и т.д.) ангаро-илимской историко-культурной зоны являются усадьбы: Серышева (из с.Дубынино Нижнеилимского района), Про-копьева (из с.Прокопьевка Нижнеилимского района), одноколок (из д.Едарма Усть-

Илимского района), Московского (из д.Антонова Братского района), Зарубина (из д.Едарма Усть-Илимского района) [5], Непоми-луева (из д.Нижняя Шаманка Усть-Илимского района), Пастухова (из с.Старо-Батурино Усть-Илимского района), Погодаева (из д.Гарманка Братского района), Скрипова (из д.Подъеланка Усть-Илимского района).

Литература

1. Нефедьева А.К. Казанская привратная церковь Илимского острога // Тальцы. — 2000. — № 1 (8). — С. 59-66.

2. Нефедьева А.К. Мукомольный промысел в Среднем Приангарье (конец XIX - начало XX в.) // Тальцы. - 1997. -№ 1(2).-С. 3-9.

3. Тихонов В.В., Нефедьева А.К. Основные направления развития Архитектурно-этнографического музея «Тальцы». - Иркутск, 2006. -216 с.

4. Тихонов В.В. Усадьба крестьянина Зарубина Среднего Приангарья начала XX века // Тальцы. — 2001. - №1 (12). -С. 66-70.

5. Тихонов В.В. Усадьба Непомилуева из деревни Гарманка // Тальцы. - 2000. - № 1 (20). - С. 34-41.

Тихонов Владимир Викторович, кандидат культурологии, директор Архитектурно-этнографического музея «Тальцы»,г.Иркутск, e-mail: talci@irk.ru. Tihonov Vladimir Victorovich, candidate of culturolo-gy, head of Architectural and Ethnographic Museum «Talsy», e-mail: talci@irk.ru.

УДК 24+221.3 © А.К. Хабдаева

ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ БУДДИЗМА И ДАОСИЗМА

Статья рассматривает историю становления буддийского учения в Китае и проблемы его взаимоотношений с даосизмом. В результате тесного взаимодействия с автохтонными традициями, индобуддийская мысль подверглась значительным изменениям. Эволюция буддийской мысли происходила под влиянием даосизма и конфуцианства. Взаимоотношения буддизма с даосским учением были противоречивы и сложны, они пережили стадии от сближения через конфликт до состояния «саньцзяо» — концепции «трех учений».

Ключевые слова: история и культура Китая, буддизм, даосизм, конфуцианство, категории конфуцианской и буддийской культуры.

А.К. Khabdayeva

CHINESE SPIRITUAL CULTURE ISSUES: THE HISTORY OF BUDDHISM AND TAOISM

RELATIONS DEVELOPMENT

The article considers the history of Buddhism docti'ine formation in China and the problems if its relations with Taoism. As the result of close cooperation with autochthonous traditions, indobuddhist idea had considerable changes.