Советское законодательство о наименованиях географических объектов

арсеналом художественных средств, накопленных в устном народном творчестве и предшествующей лезгинской литературе. «Именно в изображении любовной страсти поэт широко пользуется фольклорными художественными средствами, вдохнув в них новую экспрессию: психологический параллелизм, форму дейишме, романтические образы легендарных влюбленных и т.д.» [9, с. 110].

Библиографический список

Влияние народной поэзии на литературное творчество Ш.-Э.Мурадова было, несомненно, более глубоким, чем это показывают непосредственные отражения фольклорных образов и художественных средств в текстах его произведений. Можно с уверенностью сказать, что традиционное устное народное творчество в определенной мере определило склад поэтического мышления поэта.

1. Горький М. О литературе. Москва, 1955.

2. Мурадов Ш.-Э. Песни горца. Махачкала, 1957.

3. Мурадов Ш.-Э. От сердца к сердцу. Махачкала, 1983.

4. Мурадов Ш-Э. Драгоценные минуты. Махачкала, 1978.

5. Мурадов Ш.-Э. Гранат. Махачкала, 1970.

6. Мурадов Ш.-Э. Горячее дыхание. Махачкала, 1973.

7 Ахмедов А.Х. О фольклорных истоках лезгинского стиха. Самур. 2004; 2 (на лезгинском языке).

8. Мурадов Ш.-Э. Светлые мечты: Сборник стихов. Махачкала, 1988.

9. Гашарова А.Р Лирика Ш.-Э.Мурадова: художественный мир и поэтика. Махачкала, 2013. References

1. Gor'kij M. O literature. Moskva, 1955.

2. Muradov Sh.-'E. Pesnigorca. Mahachkala, 1957.

3. Muradov Sh.-'E. Otserdca kserdcu. Mahachkala, 1983.

4. Muradov Sh-'E. Dragocennye minuty. Mahachkala, 1978.

5. Muradov Sh.-'E. Granat. Mahachkala, 1970.

6. Muradov Sh.-'E. Goryachee dyhanie. Mahachkala, 1973.

7 Ahmedov A.H. O fol'klornyh istokah lezginskogo stiha. Samur. 2004; 2 (na lezginskom yazyke).

8. Muradov Sh.-'E. Svetlye mechty Sbornik stihov. Mahachkala, 1988.

9. Gasharova A.R. Lirika Sh.-'E.Muradova: hudozhestvennyj mir ipo'etika. Mahachkala, 2013.

Статья поступила в редакцию 06.10.15

УДК 81'373.21

Dambuev I.A., Cand. of Science (Philology), senior researcher, Institute for Mongolian, Buddhist and Tibetan Studies of SB

of RAS (Ulan-Ude, Russia), E-mail: igor_dambuev@mail.ru

SOVIET LEGISLATION ON GEOGRAPHICAL NAMES. The article describes stages of formation of the Soviet legislation in the field of geographical names. In the light of the basic legislative acts of the USSR and RSFSR, reflecting the state policy in this field, the author tries to define features of naming, renaming and standardization of geographical names. The work reveals that during the period of the USSR the state has always tried to regulate issues relating geographical names and names of other objects. It was found that from the beginning of the Soviet Union, the authorities tried to legally limit the unjustified renaming, and the practice of geographical naming with names of public figures. When naming a new place the author finds a tendency that the state recommended names choosing them on a basis of geographical, historical, national, regional and other conditions, taking into account wishes of the population. The Soviet legislation was the basis for the new Russian legislation on geographical names.

Key words: naming, renaming, standardization, Soviet legislation, geographical feature.

И.А. Дамбуев, канд. филол. наук, ст. науч. сотр., Институт монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН,

г. Улан-Удэ, E-mail: igor_dambuev@mail.ru

СОВЕТСКОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО О НАИМЕНОВАНИЯХ ГЕОГРАФИЧЕСКИХ ОБЪЕКТОВ

В статье описываются этапы становления советского законодательства в сфере наименований географических объектов. Опираясь на основные законодательные акты СССР и РСФСР, отражающие политику государственной власти в данной сфере, автор пытается определить особенности присвоения наименований, переименования и нормализации наименований географических объектов. Выявлено, что в период существования СССР государство всегда стремилось регулировать вопросы, связанные с наименованиями географических и иных объектов. Обнаружено, что уже с первых лет существования СССР, власти пытались законодательно ограничить необоснованные переименования, а также практику присвоения географическим названиям имен государственных деятелей. При наименовании новых объектов выявлена тенденция рекомендовать названия исходя из географических, исторических, национальных, местных природных и прочих условий с учетом пожелания населения. Советское законодательство стало базой для создания нового российского законодательства о наименованиях географических объектов.

Ключевые слова: наименование, переименование, нормализация, советское законодательство, географический объект.

Стандартизация наименований географических объектов, или, говоря в терминах ономастики, топонимов, на государственном уровне является относительно новым явлением. Оно обусловлено исторически и связано, прежде всего, с такими социолингвистическими и экстралингвистическими факторами, как становление общенационального литературного языка, языковая ситуация в конкретной стране, степень интеграции страны в международное сообщество и т.д.

Преимущества использования стандартизованных названий были осознаны международным сообществом в середине XX века. В 1960 г. проблема стандартизации географических на-

званий была обсуждена группой экспертов, которая рассмотрела вопросы стандартизации географических названий на национальном и международном уровне. Это совещание положило начало последующим конференциям ООН по стандартизации географических названий и сессиям Группы экспертов ООН по географическим названиям. В настоящее время стандартизация географических названий осуществляется во многих странах мира, в том числе и в России.

Под термином стандартизация понимается: «а) принятие соответствующим уполномоченным органом конкретного набора стандартов или норм, например для единообразного употребле-

ния топонимов; б) приведение топонима в соответствие с такими нормами» [1, с. 147]. В действующем ныне российском законодательстве, основанном на Федеральном законе № 152 «О наименованиях географических объектов» и ряде правительственных постановлений, термин стандартизация не употребляется. Вместо него употребляется термин нормализация наименования географического объекта, который обозначает «определение написания наименования географического объекта на государственном языке Российской Федерации и наряду с государственным языком Российской Федерации на других языках народов Российской Федерации в соответствии с правилами русской орфографии и орфографии других языков народов Российской Федерации и в соответствии с традициями употребления наименований географических объектов на указанных языках» [2]. Очевидно, что термины стандартизация и нормализация в данной предметной области не могут быть синонимами, несмотря на то, что англ. standardization и франц. normalisation являются переводческими эквивалентами в текстах по данной тематике.

На наш взгляд, различие между терминами нормализация и стандартизация топонимов заключается в том, что первый связан с вопросами орфографии топонимов, а второй - с вопросами государственной политики в области наименований географических объектов. Таким образом, можно утверждать, что к стандартизации топонимов относятся как их нормализация, так и вопросы наименования, переименования, употребления, регистрации, учета и сохранения топонимов. Косвенным подтверждением такого употребления терминов является тот факт, что в докладе российской делегации на последней Конференции ООН по стандартизации географических названий (31 июля - 9 августа 2012) в разделе, посвященном национальной стандартизации географических названий, перечисляются результаты работы над совершенствованием законодательной базы, созданием Государственного каталога географических названий, работы по согласованию словарей и справочников, по экспертизе предложений по наименованию и переименованию географических объектов и пр.

В данной статье мы рассмотрим советское законодательство в сфере наименований географических объектов как инструмент по их стандартизации и попытаемся определить особенности государственной политики в этой области. Это необходимо как для совершенствования действующего ныне российского законодательства, так и государственной политики в области наименований географических объектов в целом.

После Октябрьской революции 1917 г. началась массовая идеологизация наименований географических объектов, породившая множество похожих названий в честь революционеров и символов новой эпохи. Всё это создавало неудобство для транспорта, почты и т. д. Перед центральными органами Советского государства возникла задача сдерживания и упорядочивания инициатив местных партийных чиновников на законодательном уровне.

Для устранения затруднений, создаваемых в работе правительственных органов переименованиями населенных пунктов, а также во избежание излишних финансовых расходов, Декретом ВЦИК от 9 мая 1923 г. было воспрещено без разрешения Президиума ВЦИК переименовывать населённые пункты. Постановлением ЦИК СССР от 28 декабря 1923 г. было воспрещено переименовывать железнодорожные станции и населенные пункты, имеющие почтово-телеграфные учреждения, на территории всего Союза ССР без разрешения Президиума ЦИК. После смерти В.И. Ленина в целях согласования поступающих с мест ходатайств о присвоении имени В.И. Ленина городам, учреждениям, сооружениям и прочим объектам 5 февраля 1924 г. выходит постановление ЦИК СССР «О воспрещении переименований именем В.И. Ульянова-Ленина без предварительного разрешения Президиума ЦИК СССР».

Несмотря на то, что перечисленные выше постановления ограничили переименования населенных пунктов особо уважительными случаями, на имя Президиума ВЦИК продолжало поступать большое количество ходатайств о переименованиях, мотивированные желанием заменить старые наименования населенных пунктов с идеологически чуждыми новому строю названиями. С целью ограничения подобных ходатайств 8 февраля 1926 г. был издан декрет ВЦИК «Об ограничении возбуждения ходатайств о переименовании населенных пунктов». Данный декрет принципиально ограничил ходатайства о переименовании (ср.: «громадный процент населенных пунктов Р.С.Ф.С.Р. так или иначе связан с именами помещиков и проч. ... переиме-

нование всех старых названий невозможно») и предложил конкретные рекомендации: «ограничить возбуждение ходатайств о переименованиях населенных пунктов только теми случаями, когда переименование вызывается нахождением в одной и той же волости (районе) двух или более одноименных населенных пунктов», при этом «не давать таким населенным пунктам новых наименований, а ограничиться добавлением к существующему уже наименованию, с которым население свыклось, порядковой нумерации»; «желания населения: 1) почтить память революционных деятелей, 2) отметить отдельно революционные эпизоды и т.д. могут быть удовлетворены присвоением новых наименований чисто местным учреждениям и пунктам (фабрики, школы, улицы, площади и проч.)» [3]. Таким образом, уже в первые годы существования Советского государства власти пытались регулировать вопросы переименования населенных пунктов. Идеологически окрашенную мемориальную номинацию, ограничить которую в то время было сложно по понятным причинам, предлагалось направить на рукотворные объекты местного значения, что не создавало бы препятствий для государственного управления и коммуникаций.

Вопросы наименования вновь возникающих населенных пунктов впервые были затронуты в Декрете ВЦИК и СНК РСФСР от 30 августа 1926 г. «О порядке регистрации и наименования вновь возникающих поселений». Декрет распределил полномочия по регистрации и утверждению наименований вновь возникающих населенных пунктов между административными отделами краевых, областных и губернских исполнительных комитетов, народными комиссариатами внутренних дел и центральными исполнительными комитетами. Что касается наименований новых станций и разъездов железных дорог, то они подлежали утверждению Народным комиссариатом путей сообщения. Согласно декрету «наименования вновь возникающим населенным пунктам должны даваться в соответствии с местными географическими, топографическими, бытовыми и прочими условиями и предметами. Присвоение вновь образуемым поселениям наименований, связанных с революционными событиями, или же по имени вождей революции, допускается лишь с разрешения, в каждом отдельном случае, Президиума Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета» [4].

Постановлением ВЦИК и СНК РСФСР от 12 ноября 1928 г. «О порядке переименования населенных пунктов и административно-территориальных единиц» были разграничены полномочия по переименованию: а) административно-территориальных единиц и населенных пунктов, не имеющих почтово-телеграф-ных учреждений, но насчитывающих более 200 жителей; б) железнодорожных станций, а также населенных пунктов, имеющих почтово-телеграфные учреждения; в) остальных населенных пунктов, а равно сельских (аульных, станичных и других соответствующих им) советов. Переименование административных единиц и населенных пунктов допускалось лишь в случаях несоответствия названий государственному строю, национальным и бытовым особенностям населения, а также в случаях, если в данном районе находятся два или более населенных пункта с одинаковыми названиями. При переименовании рекомендовалось давать новые названия исключительно по местным (географическим, топографическим, бытовым и др.) условиям, признакам и предметам.

Особой темой, часто критикуемой в постсоветской России, является присвоение географическим объектам имен государственных деятелей. Справедливости ради следует заметить, что центральная власть не навязывала данную практику, а наоборот, стремилась ограничить ее распространение. Так, для ограничения присвоения личных имен 1 января 1932 г. вышло постановление ВЦИК «О порядке присвоения имен отдельных работников городам, железнодорожным станциям, районам, селениям, предприятиям и т.п.». В нем Президиум ВЦИК постановил «категорически воспретить ЦИК АССР, краевым и областным исполкомам производить переименования и наименования с присвоением имен отдельных работников городов, железнодорожных станций, районов, селений, предприятий и т.п., допуская таковые переименования и наименования только в исключительных случаях, имеющих большое политическое значение, с обязательным представлением соответствующих постановлений на утверждение Президиума ВЦИК» [5].

Практика присвоения мемориальных названий изменилась благодаря Указу Президиума ВС СССР от 11 сентября 1957 г. «Об упорядочении дела присвоения имен государственных и общественных деятелей краям, областям, районам, а также го-

родам и другим населенным пунктам, предприятиям, колхозам, учреждениям и организациям». Этим указом предписывалось присваивать имена географическим объектам только посмертно.

Наряду с деятельностью по наименованию и переименованию объектов, регулируемой государством, шла работа и по нормализации наименований географических объектов. В 1938 г. было создано при СНК СССР Главное управление геодезии и картографии (ГУГК). Одной из задач ГУГК было установление единого написания географических названий, обязательного для всех картографических учреждений в стране. С этой целью в структуре ГУГК было создано Бюро транскрипции, которое в 1946 г. в виде Отдела транскрипции вошло в состав Центрального научно-исследовательского института геодезии, аэросъемки и картографии. Для координации транскрипционной деятельности между ГУГК, Военно-топографической службой и Гидрографической службой в 1950 г. при ГУГК была образована Постоянная комиссия по вопросам транскрипции, в задачи которой входило издание инструкций по русской передаче иноязычных названий, словарей географических названий и географических терминов.

Восстановление промышленности и развитие сельского хозяйства в послевоенный период способствовало появлению новых населенных пунктов. В целях упорядочения регистрации и наименования вновь возникающих населенных пунктов, а также переименования и учёта населённых пунктов Президиум ВС РСФСР издал Указ от 28 мая 1962 г. «Об упорядочении регистрации, наименования и учёта населённых пунктов в РСФСР». Согласно данному указу регистрации и наименованию подлежали все вновь возникшие населённые пункты с постоянно проживающим населением и закрепленной за ними территорией. Временные населённые пункты с непостоянным составом населения (лесные кордоны, полевые станы, железнодорожные будки, метеостанции и пр.) регистрации не подлежали. Рекомендовалось давать наименования вновь возникшим населённым пунктам «исходя из географических, исторических, национальных, местных природных и прочих условий с учетом пожелания населения» [6].

С целью наведения надлежащего порядка в наименовании и переименовании административно-территориальных единиц, населенных пунктов и иных объектов Президиумом ВС СССР было издано Постановление от 25 сентября 1964 г. «О порядке наименования и переименования краев, областей, районов, а также городов и других населенных пунктов, предприятий, колхозов, учреждений и организаций». Во исполнение данного постановления Президиумом ВС РСФСР было издано Постановление от 28 января 1965 г. «О порядке наименования и переименования административно-территориальных единиц, населенных пунктов, предприятий, колхозов, учреждений, организаций, улиц и площадей в РСФСР». Таким образом, в сферу государственного регулирования отныне попадают помимо ойконимов и некоторые другие категории ономастической лексики, а именно, хоронимы, урбанонимы, а также собственные имена предприятий, учреждений, организаций.

В данных постановлениях названия разных объектов, будучи тесно взаимосвязанными в рамках одной топонимической системы, имели разную ведомственную принадлежность. Изменение одного компонента системы каким-нибудь одним ведомством неизбежно отражалось на всей системе. В целях обеспечения единообразия в решении вопросов о наименовании, переименовании, а также транскрипции названий государственных объектов союзного подчинения и физико-географических объектов Советом Министров СССР было принято Постановление от 29 ноября 1966 г. «О порядке наименования и переименования государственных объектов союзного подчинения и физико-географических объектов» и утверждено соответствующее Положение.

В указанном постановлении решение вопросов о наименовании, переименовании и транскрипции названий возлагалось на Главное управление геодезии и картографии при Совете Министров СССР. При ГУГК была создана постоянная Междуведомственная комиссия по географическим названиям в составе представителей ГУГК, различных министерств и ведомств страны. Основной костяк Комиссии составляли ученые, работающие в области топонимики, и специалисты, занимающиеся практической работой с названиями в ведомствах. Междуведомственная комиссия занималась широким кругом вопросов, связанных с рассмотрением и решением проблем методологии и практики наименования и переименования населенных мест и природных объектов, а также передачи иноязычных названий на русский язык. Комиссия рассматривала и представляла на утверждение

ГУГК инструкции и словари географических названий. С этого периода деятельность по упорядочиванию наименований географических объектов была поднята на научный уровень и приобрела общегосударственное значение.

Помимо наименований населённых пунктов и физико-географических объектов законодательному регулированию подверглись наименования и иных объектов республиканского и местного подчинения. Так, Постановлением Совета Министров РСФСР от 14 февраля 1968 г. было утверждено «Положение о порядке наименования и переименования государственных предприятий, учреждений, организаций и иных объектов республиканского (РСФСР и АССР) и местного подчинения, а также колхозов и других кооперативных организаций». Данным Положением определялся «порядок наименования, переименования и уточнения транскрипции названий: промышленных и сельскохозяйственных предприятий, строительных, проектных, научно-исследовательских, геологических организаций, учреждений, высших, средних специальных и профессионально-технических учебных заведений, общеобразовательных школ всех типов, дошкольных, внешкольных и других учреждений народного образования, транспортных, рыболовных судов и иных плавучих средств внутреннего плавания, речных портов, пристаней, гидросооружений, ремонтно-эксплуатационных баз речного флота и других объектов, подведомственных союзно-республиканским и республиканским министерствам, государственным комитетам и ведомствам РСФСР, Советам Министров автономных республик и исполнительным комитетам Советов народных депутатов; улиц, площадей и других составных частей населенных пунктов; колхозов и иных кооперативных организаций» [7].

Здесь также рекомендовалось присваивать простые и немногословные названия, соответствующие требованиям топонимики, «с учётом географических, исторических, национальных, бытовых и других местных условий» [7]. Названия предприятий, учреждений, организаций и иных объектов должны были «отражать их местонахождение, предмет деятельности и подведомственность» [7]. Государственным объектам, улицам, площадям и другим составным частям населенных пунктов, колхозам и иным кооперативным организациям могли «присваиваться названия в ознаменование революционных и других исторических событий, в честь государственных и общественных организаций, а также имена особо выдающихся государственных и общественно-политических деятелей, защитников Родины, героев труда, деятелей науки и культуры» [7]. Переименование предприятий, учреждений, организаций и иных объектов допускалось «в связи с их реорганизацией, перебазированием в другую местность, изменением предмета деятельности или подведомственности, а также в других исключительных случаях» [7]. Переименование улиц, площадей и других составных частей населенных пунктов производилось, как правило, «в случае одноименности, неблагозвучности или когда это было связано с реконструкцией населенного пункта» [7].

Возвращаясь к теме нормализации топонимов, следует отметить, что сотрудниками Отдела транскрипции, а затем Отдела географических названий и картографической научной информации ЦНИИГАиК к 1972 г. было издано 62 инструкции по русской передаче географических названий с языков народов СССР и 48 инструкций по русской передаче географических названий зарубежных стран [8]. С 1968 г. все инструкции приобрели общегосударственный статус, т. е. они стали обязательными не только для картографических предприятий, но и для всех организаций СССР, занимающихся выпуском книг, журналов, газет и другой продукции. В связи с расширением сферы применения данных инструкций в 1970-80-х гг. продолжилась работа по их обновлению с использованием последних достижений в языкознании и топонимике, а также по изданию новых инструкций для языков зарубежных стран. В союзных республиках бывшего СССР издавались свои инструкции по передаче русских и зарубежных топонимов на свои родные языки. При этом республиканские научные учреждения использовали проверенный метод практической транскрипции, и русский язык являлся часто языком посредником при передаче зарубежных названий. Только прибалтийские республики, языки которых использовали латиницу, разрабатывали специальные правила для непосредственной передачи названий с иностранных языков. Для распространения нормализованных форм географических названий в 70-80 гг. прошлого века в СССР активизировалась работа по изданию словарей географических названий зарубежных стран, союзных республик, автономных республик и областей СССР.

В 1979 г. в своем Постановлении «О практике применения законодательства о порядке наименования и переименования административно-территориальных единиц и населённых пунктов» Президиум Верховного Совета СССР отмечал, что практика наименования и переименования значительно стабилизировалась, вместе с тем она требует дальнейшего совершенствования. В связи с этим было рекомендовано рассмотреть вопрос о создании при Президиумах Верховных Советов союзных республик комиссий по названиям административно-территориальных единиц и населенных пунктов с целью предварительного рассмотрения каждого предложения о наименовании и переименовании и подготовки соответствующих заключений. Переименования рекомендовалось осуществлять лишь в исключительных случаях, с учётом общегосударственных интересов, географических, исторических, национальных, бытовых и других местных условий, мнения местного населения, задач коммунистического воспитания граждан.

В 1980-х гг. ГУГК были утверждены «Руководство по сбору и установлению географических названий на топографических картах и планах», «Руководство по нормализации названий под-

Библиографический список

водных объектов Мирового океана», «Практическое руководство по наименованию и переименованию географических объектов СССР», которые вместе с многочисленными инструкциями, также разработанными в стенах ЦНИИГАиК, не потеряли своей научной значимости и сегодня. В настоящее время данные документы представлены на сайте Росреестра в разделе «Законодательство Российской Федерации о наименованиях географических объектов» в перечне актов, действующих в части не противоречащей Федеральному закону «О наименованиях географических объектов» и иным нормативно-правовым актам Российской Федерации в области наименований географических объектов.

Таким образом, история советского законодательства в сфере наименований географических объектов (и не только географических) свидетельствует о создании системы по стандартизации наименований, имеющих государственное значение, в которую входят вопросы присвоения наименований, переименования и нормализации наименований. Советское законодательство легло в основу нового российского законодательства о наименованиях географических объектов.

1. Glossary of terms for the standardization of geographical names. United Nations. New York, 2002. 261 p.

2. О наименованиях географических объектов. Российская Федерация. Федеральный закон от 18 декабря 1997 года №152-ФЗ. Available at: http://docs.pravo.ru/document/view/2933/?not_paid_redirect=1

3. Об ограничении возбуждения ходатайств о переименовании населенных пунктов. Декрет ВЦИК от 08.02.1926. Available at: http:// www.libussr.ru/doc_ussr/ussr_2815.htm

4. О порядке регистрации и наименования вновь возникающих поселений. Декрет ВЦИК, СНК РСФСР от 30.08.1926 Available at: http://www.libussr.ru/doc_ussr/ussr_3017.htm

5. О порядке присвоения имён отдельных работников городам, железнодорожным станциям, районам, селениям, предприятиям и т. п. Пост. ВЦИК 1 января 1932 г. Available at: http://istmat.info/node/22731

6. Об упорядочении регистрации, наименования и учета населенных пунктов в РСФСР. Указ от 28 мая 1962 года. Available at: http:// www.libussr.ru/doc_ussr/usr_5832.htm

7. Об утверждении Положения о порядке наименования и переименования государственных предприятий, учреждений, организаций и иных объектов республиканского (РСФСР и АССР) и местного подчинения, а также колхозов и других кооперативных организаций. Постановление Совмина РСФСР от 14.02.1968 № 91. Available at: http://www.libussr.ru/doc_ussr/usr_6748.htm

8. Progress report on the standardization of geographical names in the Union of Soviet Socialist Republics. National standardization. Available at: http://unstats.un.org/unsd/geoinfo/ungegn/docs/2nd-uncsgn-docs/2uncsgn_econf61_L40.pdf

References

1. Glossary of terms for the standardization of geographical names. United Nations. New York, 2002. 261 p.

2. O naimenovaniyah geograficheskih ob'ektov. Rossijskaya Federaciya. Federal'nyjzakon ot 18 dekabrya 1997 goda №152-FZ. Available at: http://docs.pravo.ru/document/view/2933/?not_paid_redirect=1

3. Ob ogranichenii vozbuzhdeniya hodatajstv o pereimenovanii naselennyh punktov. Dekret VCIK ot 08.02.1926. Available at: http://www. libussr.ru/doc_ussr/ussr_2815.htm

4. O poryadke registracii i naimenovaniya vnov' voznikayuschih poselenij. Dekret VCIK, SNK RSFSR ot 30.08.1926 Available at: http://www. libussr.ru/doc_ussr/ussr_3017.htm

5. O poryadke prisvoeniya imen otdel'nyh rabotnikovgorodam, zheleznodorozhnym stanciyam, rajonam, seleniyam, predpriyatiyam i t. p. Post. VCIK 1 yanvarya 1932 g. Available at: http://istmat.info/node/22731

6. Ob uporyadochenii registracii, naimenovaniya i ucheta naselennyh punktov v RSFSR. Ukaz ot 28 maya 1962 goda. Available at: http://www. libussr.ru/doc_ussr/usr_5832.htm

7. Ob utverzhdenii Polozheniya o poryadke naimenovaniya i pereimenovaniya gosudarstvennyh predpriyatij, uchrezhdenij, organizacij i inyh ob'ektov respublikanskogo (RSFSR iASSR) i mestnogo podchineniya, a takzhe kolhozov i drugih kooperativnyh organizacij. Postanovlenie Sovmina RSFSR ot 14.02.1968 № 91. Available at: http://www.libussr.ru/doc_ussr/usr_6748.htm

8. Progress report on the standardization of geographical names in the Union of Soviet Socialist Republics. National standardization. Available at: http://unstats.un.org/unsd/geoinfo/ungegn/docs/2nd-uncsgn-docs/2uncsgn_econf61_L40.pdf

Статья поступила в редакцию 14.10.15

УДК 82.0

Danilova Yu.Yu., Cand. of Sciences (Philology), senior lecturer, Department of the Russian Language and Contrastive Linguistics, Yelabuga Institute of Kazan Federal University (Yelabuga, Russia), E-mail: danilovaespu@mail.ru Salimova D.A., Doctor of Sciences (Philology), Professor, Head of Department of the Russian Language and Contrastive Linguistics, Yelabuga Institute of Kazan Federal University (Yelabuga, Russia), E-mail: daniya.salimova@mail.ru Krapotkina I.E., Cand. of Sciences (History), senior lecturer, Head of Department of General and National History, Yelabuga Institute of Kazan Federal University (Yelabuga, Russia), E-mail: ikrapotkina@mail.ru

ABOUT GERMANS "BORN IN RUSSIA AND BORN BY RUSSIA" IN THE HISTORY OF RUSSIAN LITERATURE. This article is about famous personalities of the German origin in the history of Russian literature of 18-20 centuries. The authors describe the original vision of the importance of the contribution of the Germans to the development of Russia and to the establishment of its cultural heritage in particular. The article is based on data extracted from the well-known three-volume encyclopedia "Germans of Russia", as well as on historiographical materials. Limited frames of a single article allowed the author to give a brief, but verified and chronologically consistent outline of interesting facts about the ancestry of such well-known writers as D.I. Fonvizin, A.S. Pushkin, A.A. Delvig, V.K. Kuchelbecker, A.I. Herzen, A.A. Fet, L.N. Tolstoy, A. Blok, M. Tsvetaeva, M. Voloshin, Z.N. Gippius, B. Pilnyak, A. Fadeyev and E.A. Yevtushenko. It is concluded that the Russian literature has managed to absorb and embody the best things that the representatives of other nations had. Ethnic Germans, who accepted the Russian language, the Russian culture and the Russian world as the native one, for whom a word in Russian had become part of their lives.

Key words: Russian Germans, Russian literature, Russian writers, biography, ethnicity, migration, history of Russia.