Сбитый гонщик

обновлено 01:00 , 20.12

Сбитый гонщик

«Феррари»: разочаровывающий долгострой Майкла Манна

В российский прокат выходит «Феррари», история трех месяцев из жизни легендарного автогонщика и магната. Долгожданный, первый за восемь лет фильм великого Майкла Манна — с эффектными автомобильными гонками и Адамом Драйвером — скорее обескураживает.

Модена, к северо-западу от Болоньи, весеннее утро 1957 года. «Мама на самом деле не хотела попасть. Она нарочно промахнулась…» Энцо Ансельмо Джузеппе Мария Феррари (Адам Драйвер), знаменитый гонщик, конструктор и основатель автомобилестроительной империи своего имени, сидит — как и во всякое другое утро на протяжении вот уже целого года — в фамильном мавзолее у могилы своего маленького сына Энцо и разговаривает. Сегодня он пытается объяснить мертвому мальчику, почему на рассвете, во время очередного кухонного выяснения отношений, его мама Лаура (Пенелопа Круз) в порыве недобрых чувств выстрелила в папу из револьвера, который ей когда-то выдали для самозащиты. В тот же вечер за ужином с очень похожими отеческими интонациями Феррари рассказывает другому мальчугану, вполне живому и увлеченному рисованием, об устройстве двигателя внутреннего сгорания и обещает взять автограф у известного гонщика. Мальчика зовут Пьеро, его маму — Лина (Шейлин Вудли), и о том, что тайным главой их семьи является Энцо Феррари, еще с войны знает вся Модена — за исключением Лауры. Так, во всяком случае, принято считать. Как принято считать и что Энцо виновен в гибели своего друга, знаменитого гонщика Эудженио Кастеллотти, только что разбившегося на моденской трассе. Газеты пестрят заголовками: «Кастеллотти погиб из-за высокомерия Феррари», «Феррари — индустриальный Сатурн, пожирающий своих детей» и даже «Феррари — делатель вдов» (притом что Кастеллотти даже не был женат). Над компанией со вздыбленным вороным жеребцом на эмблеме и без того нависла угроза банкротства. Чтобы его избежать, нужно продать богачам как можно больше спортивных автомобилей, а для того, чтобы представить их во всей красе, как нельзя лучше подойдет победа в гонке Mille Miglia. «Тысяча миль» — легендарная еще со времен Муссолини трасса, проходившая через всю Италию по общественным дорогам при неизменном скоплении на обочинах восторженной публики, воспринимавшей гонку как чудо (как это позже покажет Феллини в соответствующем эпизоде «Амаркорда»). Обратный отсчет начался. Наматывают тренировочные мили на кардан спортивные автомобили, похожие на рождественские игрушки, элегантно одетые мужчины не сводят глаз с секундомеров, а в глубине скрытых темными очками глаз Энцо Феррари начинает поблескивать угасший было за время утрат и неприятностей огонек «роковой страсти и убийственной радости».

Несмотря на почти вызывающую традиционность, «Феррари» Майкла Манна обманывает большинство наиболее очевидных ожиданий. Это не полноценный байопик в привычном смысле. Действие охватывает всего три месяца из жизни героя (ровно столько длились и съемки самого фильма), поэтому те, кого его биография интересует в несколько более полном объеме, могут обратиться к основательному итальянскому телефильму 2003 года с Серджо Кастеллитто. Что касается автогонок, то, за очень редким исключением, они (как, впрочем, и почти все, что касается автомобилей как таковых) остаются за кадром, так что в равной степени будут разочарованы поклонники всех видов «гоночных фильмов», хоть со Стивом Маккуином, хоть с Вином Дизелем. Да и все остальное преподано более чем сдержанно. Даже залитые солнцем буколические итальянские пейзажи — чуть ли не впервые со времен «Последнего из могикан» (1992) убежденный урбанист Манн полноценно выбрался на природу — сняты Эриком Мессершмидтом («Манк» и «Убийца» Дэвида Финчера) предельно буднично и как будто сквозь дымчатые очки. То есть ровно так, как видел окружающий мир сам Энцо Феррари, который за свою долгую жизнь редко когда без надобности выбирался из родных мест.

1 / 11

Но, пожалуй, меньше всего «Феррари» напоминает фильм мечты, в котором намереваются высказаться о чем-то по-настоящему важном. Притом что история его создания свидетельствует о том, что для Манна это был проект как раз такого рода. Режиссер начал впервые раздумывать о фильме еще на рубеже миллениума, когда две подряд его картины, основанные на реальных событиях и персонажах,— «Свой человек» (1999) и «Али» (2001) — получили в общей сложности девять номинаций на «Оскар». Но в следующий раз о «Феррари» вспомнили только в 2015-м. Изначально на заглавную роль претендовал Кристиан Бейл, но уже в начале подготовительного периода, подкошенного ковидными ограничениями и растянувшегося в итоге на целую пятилетку, его сменил Хью Джекман, а в феврале прошлого года на роль Энцо Феррари утвердили Адама Драйвера, который во второй раз со времени «Дома Гуччи» (2021) Ридли Скотта предстал на экране в роли знаменитого итальянского творца-бизнесмена с божьим даром, семейными проблемами и любовью к темным очкам (жаль, что пока никто не догадался продолжить это направление в карьере Драйвера и не позвал его на роль, скажем, Дино Де Лаурентиса). Пока же проект в очередной раз простаивал, Манн, видимо, чтобы не терять настроя, стал одним из продюсеров фильма Джеймса Мэнголда «Форд против Феррари» (2019), где в роли Феррари ненадолго появляется Ремо Джироне (он же Тано Карриди из сериала «Спрут»). Зная все эти подробности, тем более трудно понять и поверить в то, что великий режиссер последние четверть века был взволнован этой — и именно таким образом рассказанной — историей.

Впрочем, один без всякого преувеличения выдающийся, в прямом (и не самом лучшем) смысле слова сногсшибательный момент в фильме все же имеется. Во время той самой гонки по «Тысяче миль», на которую Феррари весь фильм возлагает большие надежды, неподалеку от деревни Гуидиццоло у машины команды Феррари на полном ходу взорвалось колесо, и автомобиль швырнуло в толпу зевак, в результате чего погибли гонщики и 11 местных жителей, в том числе дети. Авария эта показана во всем чудовищном, отталкивающем и завораживающем великолепии, и наверняка до глубины души и тела потрясла бы как героев кроненберговской «Автокатастрофы», так и каскадера Майка из тарантиновского «Доказательства смерти». Это на самом деле эффектно, жутко и действенно. И дух захватывает, пожалуй, не меньше, чем на классических эпизодах «настоящего» Манна, обсессивно-компульсивного визионера, автора «Вора» (1981), «Схватки» (1995), да хотя бы и «Соучастника» (2004). С той разве что разницей, что авария близ Гуидиццоло занимает в фильме секунд десять. А вот классическая сцена ограбления банка из той же «Схватки» держала зрителя в точно таком же напряжении на протяжении двенадцати с половиной минут.

В прокате с 21 декабря

Подписывайтесь на канал Weekend в Telegram