Навстречу пленуму ЦК ЕС

Подведя итоги выборов в Европарламент, страны—члены ЕС вступили в соперничество за руководящие посты в самом влиятельном региональном интеграционном объединении. Согласование кандидатов на пять ключевых позиций будет непростым — придется учитывать интересы всех 28 стран ЕС. При этом времени остается немного: списки кандидатов должны быть готовы к саммиту Евросоюза 20 июня. В Москве за этой «битвой» европейских стран следят отстраненно. Как пояснил постпред РФ при ЕС Владимир Чижов, курс в отношении России как определялся не коллективным Брюсселем, а отдельными странами—членами объединения, так и будет ими определяться.

Открывающаяся в Брюсселе ярмарка вакансий — главная политическая тема недели в европейской политике. На кону — пять основных портфелей. Их получат те, кто сменит Жан-Клода Юнкера на посту председателя Еврокомиссии (его можно сравнить с «премьер-министром ЕС»), Дональда Туска во главе Европейского совета (он среди прочего курирует европейские саммиты), председателя Европарламента Антонио Таяни, главу Европейского центрального банка (ЕЦБ) Марио Драги, а также Федерику Могерини — верховного представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности.

В 2014 году, перед прошлыми выборами в Европарламент, можно было подумать, что во главе Еврокомиссии — как это бывает после национальных выборов — встанет кандидат от победившей на голосовании партии. В тот раз так и вышло: ключевой пост занял лидер европейских правоцентристов, экс-премьер Люксембурга Жан-Клод Юнкер. По той же логике ему на смену теперь должен был прийти немец Манфред Вебер от Европейской народной партии, сохранившей первенство в Европарламенте по итогам голосования 23–26 мая. Эту схему сейчас поддерживают парламентарии и лично канцлер ФРГ Ангела Меркель.

Но в европейском законодательстве формулировки по этому вопросу весьма расплывчаты: Евросовет должен предложить Европарламенту кандидата на пост председателя Еврокомиссии, «принимая во внимание выборы в Европарламент и проведя необходимые консультации».

Учитывая, что крупнейшие центристские партии в Европарламенте потеряли контроль над большинством голосов (см. “Ъ” от 28 мая), а позиция Берлина не всем в ЕС кажется убедительной, ясно, что будут рассматриваться и другие варианты.

Особенно категорично выступает президент Франции Эмманюэль Макрон, у которого на этот пост есть свой кандидат — главный переговорщик по «Брекситу» от ЕС француз Мишель Барнье. Господин Макрон предлагает сперва прописать политическую программу для руководства ЕС, а потом уже найти людей, готовых ее реализовывать. В результате Дональд Туск на правах «старосты» объявил по итогам прошедшего на этой неделе саммита ЕС: автоматизма в назначении нового главы Еврокомиссии не будет, а список кандидатов нужно будет согласовать и подготовить к следующему саммиту 20 июня.

«Мы здесь собрались не для того, чтобы выбрать "Мистера Европа" или "Мисс Европа", а чтобы обозначить профиль кандидатов, которых мы хотели бы видеть во главе Еврокомиссии и на других постах»,— объяснил по итогам прошедшего саммита премьер Люксембурга Ксавье Беттель.

Требования к кандидатам действительно должны учитывать целый ряд параметров. Во-первых, итоги выборов в Европарламент и распределение голосов среди представителей различных политических групп (для утверждения в должности нужно одобрение со стороны депутатов). Во-вторых, вес должности (глава Еврокомиссии важнее, чем глава ЕЦБ или внешнеполитической службы ЕС). В-третьих, пол кандидата: сейчас из пяти портфелей один — у итальянки Федерики Могерини, но все согласны, что хорошо бы наконец увидеть даму и в тройке лидеров ЕС. В-четвертых, география: кандидаты должны устроить как богатые страны севера Европы, так и менее зажиточный юг, а также представлять «старых» западноевропейских членов и «новых» восточноевропейских. В-пятых, на должность руководителя ЕЦБ надо все-таки назначить человека компетентного, имеющего опыт управления финансами, поэтому этот портфель официально не привязывают к пакетному соглашению, но держат в уме.

Наконец, торг надо вести с оглядкой на будущий расклад в Еврокомиссии, где каждая страна к ноябрю получит один портфель.

При всем этом, по словам Эмманюэля Макрона, Евросоюзу нужны «сильные руководители, лучшие, компетентные, харизматичные, которые будут пользоваться поддержкой большинства».

Учитывая многоступенчатую систему принятия решений, в числе вероятных кандидатов на пост главы Еврокомиссии помимо Манфреда Вебера и Мишеля Барнье называют еврокомиссара по конкуренции датчанку Маргрете Вестагер и первого заместителя главы Еврокомиссии социал-демократа Франса Тиммерманса (Нидерланды).

Окончательное решение за Европейским советом и Европарламентом: будущий «премьер Евросоюза» должен получить поддержку минимум 15 лидеров стран ЕС, а затем 376 евродепутатов. «Нельзя исключать и того, что на одном из этапов первый кандидат не будет одобрен, и тогда на сцене может появиться политик, не фигурировавший ранее в списке»,— отметил в связи с этим один из собеседников “Ъ” в структурах ЕС.

От людей, занимающих ключевые посты в ЕС, зависит многое. Но, например, в том, что касается отношений с Россией, эксперты изменений не ждут.

Диалог с Москвой не станет кардинально иным раньше, чем качественные изменения произойдут на российско-украинском треке. Напомним, среди уходящих европейских лидеров открытость к диалогу демонстрировал Жан-Клод Юнкер — в 2016 году он даже принял участие в Петербургском международном экономическом форуме. Кроме того, в Восточной Европе критиковали пять лет назад и Федерику Могерини — за якобы активное налаживание контактов с РФ в условиях украинского конфликта. Однако решения по России в конечном счете принимали не они и не глава Евросовета Дональд Туск (бывший премьер Польши, которому было бы что предъявить Москве), а лидеры государств-членов сообща.

Эту мысль в четверг высказал постпред РФ при ЕС Владимир Чижов, заявивший: «По большому счету внешнеполитический курс Евросоюза как определялся его странами-членами, так и будет ими определяться. А разделение стран-членов на крупные и влиятельные и некрупные и менее влиятельные никуда не делось».

«Пять лет, которые вновь назначенные политики проведут на своих местах,— это значительный промежуток времени, который попадет и на президентские выборы в России 2024 года. И с долгосрочной точки зрения, конечно, важно, кто будет во главе ЕС, насколько они будут готовы разговаривать и искать компромисс, когда для этого откроется возможность,— заявила “Ъ” доцент кафедры европейских исследований СПбГУ Татьяна Романова.— Но пока что назначение того или иного политика на ключевые должности может иметь для диалога с Москвой только тактическое значение: где-то они могли бы смягчить риторику, на что-то закрыть глаза, внести в черный список двоих, а не пятерых новых фигурантов… Глобально в Евросоюзе давно уже сложился некий консенсус по России, который в ближайшее время едва ли изменится». «Никакого долгосрочного плана взаимодействия у Брюсселя с Москвой пока нет — есть требование сперва выполнить минские договоренности,— напомнила эксперт и добавила: — Более того, нет и стремления такой план выработать, потому что в Брюсселе, как и в Москве, считают, что время на их стороне. И поэтому откладывают принятие какого-либо стратегического решения».

Результаты выборов и новый расклад сил в Европарламенте