Нефтяная одиссея

В истории концерна Shell, работающего в России уже без малого 125 лет, было все — и освоение неизвестных месторождений Кавказа, и национализация предприятий после революции, и участие в ленд-лизе, и даже разработка сахалинского шельфа...

1 / 6

Бурный ХХ век с его войнами, революциями и открытиями сделал не одну биографию реальным людям — от политиков до исследователей Арктики. Парадокс в том, что он делал такие "биографии" не только людям, но и целым компаниям...

Вот одна такая история: она началась с британца Маркуса Сэмьюэля, который по делам бизнеса оказался в российском Батуме (ныне — город-порт в составе Грузии) в начале 1890-х. Как гласит семейная легенда, именно там на глаза Маркусу попалось нефтеналивное судно, и он решил построить свой танкерный флот — так началась история Shell в России, которая по накалу страстей и обилию неожиданных поворотов может соперничать с историческим романом или телевизионным сериалом. Судите сами...

Нефтяной детектив

Когда Маркус Сэмьюэль пришел к своему младшему брату, Сэму, с идеей строить нефтяные танкеры, ему не нужно было объяснять, в чем выгода этого проекта. Оба понимали: кто первым наладит транспортировку керосина из России в другие страны, где еще не укрепились конкуренты, тот и покорит мир. Почему керосин? Тогда об этом не спрашивали — в начале ХХ века керосин был на вес золота и использовался буквально всюду, например, в осветительных приборах, в горелках для приготовления пищи и даже для избавления от клопов и вшей. По сути, если сейчас мир зациклен на нефти, то тогда самым желанным и дорогим ее производным был именно керосин...

Почему танкеры? Ответ и на этот вопрос век назад был вполне очевиден: на дворе — эпоха великих технических достижений, так что идея со строительством суперкораблей лежала на поверхности. Ее оставалось только воплотить в жизнь!

Нужно было всего ничего — создать танкерный флот втайне от конкурентов, среди которых были Рокфеллеры, Нобели и даже Ротшильды.

Теперь подробнее: тогдашняя компания-монополист, Standard Oil of New Jersey Рокфеллеров, перевозила керосин на Восток обыкновенными парусными судами, в бочках, огибая мыс Доброй Надежды в Южной Африке. Был еще один, более короткий путь — через Суэцкий канал, однако администрация канала не допускала суда с горючим грузом, справедливо опасаясь, что в случае ЧП горящий корабль просто закупорит стратегическую артерию. Так вот задачей Маркуса Сэмьюэля было создать суда, которые могли ходить в жару и при этом гарантировать безопасность груза (это получилось — в резервуарах предусмотрели возможность изменять объем керосина, подстраиваясь под температуру воздуха, чтобы не допустить воспламенения его паров). Работы шли втайне...

Когда о них все же стало известно конкурентам, против будущего проекта даже развернули информационную войну: мол, на новых кораблях будут работать русские моряки, которые спят и видят, как бы заблокировать Суэц. Однако экономические выгоды оказались сильнее политических фобий, и вот в 1892 году на воду сошел первый танкер Сэмьюэля — "Мюрекс", названный так в честь одного из морских моллюсков. В концерне и дальше будут называть свои корабли экзотическими подводными именами: "Адула", "Рапана", "Миральда"... Кстати, само слово Shell тоже переводится с английского как... "ракушка".

Но вернемся к танкерам Маркуса. К концу XIX века новый концерн уже мог похвастаться самым большим в мире танкерным флотом из 30 океанских наливных судов, а экспортировал из одной только России 190 тысяч тонн нефтепродуктов за год — это примерно миллион рублей прибыли!

В отношениях Shell и Российской империи наступил золотой век: так, именно Shell одним из первых стал разрабатывать месторождения черного золота в районе Грозного. А на конец 1911-го компании, принадлежавшие концерну, добывали у нас каждая порядка 63 тысяч тонн в год. Когда же Ротшильды вышли из нефтяного бизнеса, Shell и вовсе стал крупнейшим международным нефтяным концерном в России — это случилось, напомним, в 1912 году, то есть более века назад!

Занятный факт, характеризующий ту полную надежд и открытий эпоху: в одном из подразделений Shell — "Каспийско-Черноморском обществе" — в качестве главного инженера работал отец будущего Нобелевского лауреата Льва Ландау, Давид Львович. Человек с исключительными математическими способностями (рассказывают, что однажды он был похищен, но запомнил все повороты, которыми его везли, и навел полицию на похитителей), Давид Ландау и после революции оставался в отрасли и даже произвел небольшую революцию в технологии извлечения нефти. Впрочем, это уже тема другой статьи.

Горящие промыслы Кавказа

Если начало ХХ века было эпохой оптимизма и веры в будущее, то с Первой мировой войной настали мрачные времена. Нефтяной бизнес в стороне не остался: закрытые проливы на Черном море и военные действия в Средиземном сразу же поставили под угрозу надежность поставок из России. Однако окончательно "добила" отрасль Февральская революция: уже летом 1917 года на Владикавказской железной дороге начались налеты на поезда, затем — поджоги скважин. Рассказывают, что горящие скважины стали привычной частью пейзажа в окрестностях Грозного. Осенью того же года из Грозненского совета по топливу шли в столицу отчаянные телеграммы с просьбой об охране промыслов... Большинство так и остались без ответа.

Ну а 20 июня 1918 года и вовсе произошла национализация: нефтяные промыслы перешли из частных рук в руки нового государства, многие сотрудники-иностранцы, работавшие в России, были осуждены как шпионы — отрасль, по сути, лежала в руинах. Отношения предстояло выстраивать заново и на новых условиях.

Стоит отметить, что полностью уходить из истерзанной Гражданской войной страны, где остались национализированные промыслы, концерн не хотел: в 1923 году он даже заключил соглашение с тогдашним "Нефтесиндикатом" — речь шла о закупке 70 тысяч тонн керосина и перспективах увеличить объем поставок... В результате Shell все равно рассорился с новыми властями, посыпались взаимные обвинения (Советы, к примеру, считали, что концерн повлиял на разрыв дипотношений Британии и СССР в 1927-м), однако сама попытка сблизиться дорогого стоила.

Ленд-лиз во спасение

Вторая мировая отодвинула прежние обиды и споры в сторону: в драматический момент на первый план вышло то, что объединяло. По договору о ленд-лизе (так называлась государственная программа помощи США союзникам) в Советский Союз поставляли не только продовольствие и технику, но и сырье, в том числе нефтепродукты. Так вот с 1941 по 1945-й в Советский Союз было ввезено 2,9 млн тонн нефтепродуктов, в том числе произведенные Shell или транспортированные на его танкерах. Крайне необходим был, к примеру, бензин с высоким октановым числом — от его качества напрямую зависели жизни бойцов Красной Армии. Так, самолеты, заправленные этим бензином, показывали летные характеристики выше, чем у немецких Luftwaffe — взлетный пробег уменьшался на треть, набор высоты в полете становился быстрее на 40 процентов... В условиях настоящего боя любая такая "мелочь" была жизненно важна!

По ленд-лизу, кстати сказать, поставлялись и сами самолеты: не все знают, что летчик-ас, первый трижды Герой Советского Союза Александр Покрышкин летал на американском истребителе "Аэрокобра" и именно на нем сбил 48 из 59 уничтоженных им немецких самолетов...

Говоря о ленд-лизе, вспоминают про тушенку, обувь и сукно, но стоит помнить и те технологии, которые помогли увеличить выработку качественного авиационного бензина в Советском Союзе: с 1,1 млн тонн в 1941-м до 1,7 млн тонн в 1944 году. И хотя к ленд-лизу у нас в разное время относились по-разному, его значение для победы в Великой Отечественной войне трудно переоценить.

Сахалин стоит нефти

А самая интересная часть истории Shell в России началась уже на излете советской эпохи: в 1983 году концерн открыл в Москве свое представительство, а еще через 10 лет зарегистрировал новую компанию. Напомним: на кону в 1990-х было освоение богатейших нефтегазовых запасов сахалинского шельфа. Однако миссия поначалу казалась невыполнимой: для разработки этих труднодоступных месторождений требовались сверхсовременные технологии вкупе с огромными средствами — у государства тогда всего этого не было.

Помог беспрецедентный шаг — международный тендер на подготовку к разработке двух сахалинских участков, его выиграл крупный консорциум, к которому вскоре присоединился Shell. А вскоре Shell стал одним из акционеров новой компании — "Сахалин Энерджи", которая должна была развернуть работы на шельфе.

Проект "Сахалин-2" оказался уникальным для всей мировой нефтяной отрасли и своим размахом напомнил те самые амбициозные проекты, которыми Shell занимался еще в царской России. Речь, к примеру, о первом в стране заводе по сжижению природного газа... Цифры поражают: для нужд "Сахалина-2" было использовано 700 тысяч тонн стали — это 95 Эйфелевых башен или 11 Эмпайр-стейт-билдинг. Да что там: впервые в истории на восточный рынок вышел российский газ — завод по производству сжиженного природного газа был официально открыт в феврале 2009-го, а в августе 2015-го — отгружена тысячная стандартная партия СПГ. Впрочем, еще в 2008 году была начата круглогодичная добыча нефти.

Вот еще несколько исторических параллелей: когда-то история Shell в России началась с танкеров. В наше время "Сахалин Энерджи" без них тоже не обошлась: в рамках проекта было налажено сотрудничество с "Совкомфлотом", а для транспортировки сахалинского газа построили специальные танкеры-газовозы ледового класса — "Гранд Елена" и "Гранд Анива". Еще три танкера с усиленными ледовыми корпусами — "Залив Анива", "Остров Сахалин" и "Губернатор Фархутдинов" — занялись перевозкой нефтью.

Новый век — новые скорости, и вот уже концерн помогает заправлять самолеты в московском Домодедово и питерском Пулково. Шутка ли: в 2008 году "Shell и Аэрофьэлз" (совместный проект Shell и российской группы компаний "Аэрофьюэлз") за три дня заправили в Домодедово 53 чартерных рейса 30 авиакомпаний — и это в жаркие деньки финала европейской Лиги чемпионов!

Продолжение дореволюционных традиций видится и в сотрудничестве концерна с Большим театром: и там, и там богатая история и при этом — любовь к инновациям. Но вот характерная деталь: один из инициаторов этого партнерства, бывший глава Shell в России Джон Барри, несмотря на все имеющиеся привилегии, всегда покупал билеты на спектакли Большого на общих основаниях, через интернет — Маркус Сэмьюэль, думается, поступил бы так же.

1 Дореволюционные нефтяные промыслы: как и сегодня, Россия в то время была одним из мировых лидеров по поставкам черного золота и его производных

2 Проект "Сахалин-2" оказался для компании таким же амбициозным проектом, как и те, что были еще до революции

3 Один из основателей Shell — Маркус Сэмьюэль

4 Так выглядел самый первый спущенный на воду нефтяной танкер концерна — легендарный "Мюрекс"

5 Уникальный снимок: фотограф запечатлел один из первых нефтепроводов в нашей стране и нефтехранилище того времени

6 Первые советские студенты представляют достижения новой власти в промышленности

Когда Ротшильды вышли из нефтяного бизнеса, Shell стал крупнейшим международным нефтяным концерном в России — это случилось, напомним, в 1912 году