Деятельность прокурора по уголовному делу, поступившему с обвинительным заключением, как самостоятельная стадия уголовного процесса Российской Федерации

Гражданский и уголовный процесс

УДК 343.1 И.М. Алексеев*

Деятельность прокурора по уголовному делу, поступившему с обвинительным заключением, как самостоятельная стадия уголовного процесса Российской Федерации

В статье анализируется деятельность прокурора по уголовному делу, поступившему с обвинительным заключением, раскрывается ее правовая природа. Сравниваются различные стадии уголовного процесса с деятельностью прокурора в порядке гл. 31 УПК РФ. Обосновывается необходимость введения самостоятельной третьей стадии досудебного производства под названием «деятельность прокурора по уголовному делу, поступившему с обвинительным заключением».

Ключевые слова: уголовный процесс, уголовно-процессуальный срок, стадии, предварительное расследование, прокурор, действия и решения прокурора по уголовному делу, поступившему с обвинительным заключением.

I.M. Alexeyev*. Activity of the public prosecutor on the criminal case which has arrived with the bill of particulars — an independent stage of criminal trial of the Russian Federation. In article activity of the public prosecutor on the criminal case which has arrived with the bill of particulars is analyzed, its legal nature reveals. Various stages of criminal trial are compared to activity of the public prosecutor as it should be chapter 31 criminal trial code the Russian Federation. Independence specified above activity as the third stage of pre-judicial manufacture of criminal trial of the Russian Federation is proved.

Keywords: criminal trial, criminally-remedial term, stages, preliminary investigation, public prosecutor, actions and decisions of the public prosecutor on the criminal case which has arrived with the bill of particulars.

Реформирование уголовного судопроизводства на современном этапе имеет целью создание целостной системы, позволяющей участникам уголовного процесса в полном объеме реализовать свои права и в то же время сократить сроки расследования уголовных дел. Дискуссионным вопросом является определение момента окончания стадии предварительного расследования.

А.В. Смирнов и К.Б. Калиновский указывают, что стадия предварительного расследования начинается с момента возбуждения уголовного дела и заканчивается утверждением прокурором решения следователя или дознавателя о передаче дела в суд или прекращением уголовного дела или уголовного преследования. По их мнению, основанием для такого вывода может служить включение гл. 31 УПК РФ («Действия и решения прокурора по уголовному делу, поступившему с обвинительным заключением») в состав разд. VIII Кодекса («предварительное расследование») [8, с. 342].

Однако с подобной позицией трудно согласиться. По нашему мнению, это вызвано скорее проблемами законодательной техники, т.к. гл. 31 УПК РФ состоит из двух статей, что не позволяет сформировать из них отдельный раздел. Например, в УПК РСФСР 1922 и 1923 гг. регулированию процесса возбуждения уголовного дела отводилось лишь несколько статей. На органы дознания, следователя, прокурора возлагалась обязанность рассмотреть сообщение о преступлении и без проведения каких бы то ни было проверочных действий принять решение о возбуждении или отказе в возбуждении уголовного дела. После введения УПК РСФСР 1960 г. деятельность по разрешению заявлений и сообщений о преступлениях и порядку возбуждения уголовного дела была сформулирована в гл. 8. Дальнейшее развитие стадия возбуждения уголовного дела получила с принятием УПК РФ, в котором данная деятельность занимала целый раздел, включающий в себя две главы [4, с. 43].

* Алексеев, Игорь Михайлович, адъюнкт кафедры уголовного процесса Санкт-Петербургского Университета МВД России. Россия, 198206 г. Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д.1. E.-mail: Kaspar555@mail.ru.

* Alexeyev, Igor Mikhailovich, adjunct of the criminal proceedings department of the Saint-Petersburg university of the Ministry of internal affairs of Russia. Russia, 198206, Saint-Petersburg, Pilot Pilyutov str.,1. Kaspar555@mail.ru.

© Алексеев И.М., 2012

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 3 (55) 2012

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 3 (55) 2012

Все это позволяет предположить, что в дальнейшем указанная деятельность прокурора будет совершенствоваться, а число статей, регламентирующих данный вид деятельности, увеличиваться.

В соответствии с ч. 2 ст. 162 УПК РФ в срок предварительного следствия включается время со дня возбуждения уголовного дела и до дня его направления прокурору с обвинительным заключением или постановлением о передаче уголовного дела в суд для рассмотрения вопроса о применении принудительных мер медицинского характера либо до дня вынесения постановления о прекращении производства по уголовному делу.

Досудебное производство — это уголовное судопроизводство с момента получения сообщения о преступлении до направления прокурором уголовного дела в суд для рассмотрения его по существу (п. 9 ст. 5 УПК РФ).

Таким образом, срок принятия прокурором решения по поступившему к нему уголовному делу в срок предварительного следствия не входит. УПК РФ делит уголовное судопроизводство на стадии посредством различных средств правового регулирования, основным из которых являются процессуальные сроки, из чего можно сделать вывод, что стадия предварительно расследования заканчивается направлением прокурору уголовного дела с обвинительным заключением, а досудебное производство — направлением прокурором уголовного дела в суд, поэтому деятельность прокурора находится за рамками стадии предварительного расследования.

По данному поводу Г.Б. Петрова пишет, что «при соотношении срока принятия прокурором решения по поступившему к нему уголовному делу со сроком предварительного следствия законодатель не учел, что этот этап с точки зрения стадийного развития процесса выпадает из стадии предварительного расследования, поскольку окончание стадии не совпадает с окончанием течения срока следствия. Все эти доводы позволяют внести предложение об изменении ч. 2 ст. 162 УПК РФ, включив в срок предварительного следствия время со дня возбуждения уголовного дела и до направления прокурором уголовного дела в суд. При этом в ч. 2 ст. 162 УПК РФ необходимо закрепить обязанность следователя направлять прокурору уголовное дело с обвинительным заключением за десять суток до истечения срока следствия» [6, с. 99, 100].

С позицией Г.Б. Петровой нельзя согласиться, т.к. каждая стадия уголовного судопроизводства решает определенный круг задач, а сроки выполняют роль регуляторов времени выполнения этих задач. В связи с этим интересно мнение М. Мешкова, который указывает: «Предлагаемая схема, безусловно, весьма соблазнительна, так как достаточно проста. Но она малопродуктивна, поскольку не вносит необходимой ясности в определение юридического статуса указанного процессуального срока, не отвечает потребностям практики...» [5, с. 34].

С мнением М. Мешкова мы согласны, потому что важнейшей задачей уголовного процесса, несмотря на все изменения, является функционирование всех его институтов как целостной системы. Поэтому требуется четкое уяснение юридического статуса срока деятельности прокурора, по поступившему к нему с обвинительным заключением уголовному делу.

Наличие упорядоченной совокупности юридических норм, регламентирующих участие прокурора в ходе предварительного следствия, позволяет утверждать, что указанные нормы являются самостоятельным правовым институтом отрасли уголовно-процессуального права. Выделение данного структурного элемента отрасли права обусловлено особым характером уголовно-процессуальных отношений (прокурорско-надзорные) и тем, что составляющие его нормы закрепляют такие полномочия прокурора, которые могут быть реализованы только в отношении органов, осуществляющих предварительное следствие, что придает им специфичность, отличает их от иных полномочий данного участника уголовного судопроизводства [2].

УПК РФ до изменений, внесенных в него в 2007 г., предоставлял прокурору для утверждения обвинительного заключения 5 суток. А.В. Смирнов и К.Б. Калиновский указывают, что это время не входит в срок следствия, но включается в срок содержания обвиняемого под стражей [8, с. 460].

В настоящее время этот срок изменился: прокурор рассматривает поступившее от следователя уголовное дело с обвинительным заключением в течение 10 суток (ч. 1 ст. 221 УПК РФ). В случае сложности или большого объема уголовного дела этот срок может быть продлен по мотивированному ходатайству прокурора вышестоящим прокурором до 30 суток (ч. 1.1 ст. 221 УПК РФ).

Для сравнения необходимо отметить, что стадия возбуждения уголовного дела ограничена во времени 3-суточным сроком принятия решения по сообщению о преступлении, с правом продления до 10 и 30 суток соответственно.

Исследуя указанные изменения, Е.А. Буглаева замечает, что новелла, устанавливающая увеличенный до 30 суток срок рассмотрения прокурором уголовного дела, по которому производилось предварительное следствие, порождает пробел законодательства в вопросе продления срока содержания обвиняемого под стражей. Устранить данный пробел представляется возможным посредством дополнения ст. 109 УПК РФ частью 2.1, предоставив прокурору полномочие по заявлению в суд ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, основанием для заявления которого служит невозможность рассмотрения материалов уголовного дела в пределах срока действия меры пресечения [2].

С данным мнением необходимо согласиться, т.к. указанные предложения, с одной стороны, восполнят пробел законодательства, а с другой, ещё больше усилят самостоятельность указанных действий прокурора.

Однако изменения, вносимые в УПК РФ, просто «латают дыры», которые будут появляться постоянно, поэтому необходимо теоретическое обоснование действий и решений прокурора в порядке

гл. 31 УПК РФ как самостоятельной стадии уголовного процесса. В связи с этим А.В. Смирнов и К.Б. Калиновский обоснованно утверждают, что «имеются предпосылки рассматривать действия прокурора в порядке гл. 31 УПК РФ как находящуюся на этапе законодательного оформления новую, третью стадию досудебного производства» [8, с. 342].

В связи с изменениями, произошедшими в УПК РФ, институт прокурорского надзора также претерпел серьезные изменения. Прокурор утратил значительную часть своих функций по осуществлению уголовного преследования, а те из них, которые остались, подчинены функции надзора. Так, Е.А. Буглаева указывает, что прокурорский надзор служит общей цели — обеспечению защиты прав и свобод человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства. Уголовное судопроизводство имеет своим назначением более частные цели: защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений (что соответствует функции уголовного преследования), и защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод (что соответствует правозащитной функции). Таким образом, цели уголовного судопроизводства сообразуются с целью прокурорского надзора, однако носят по отношению к ней частный характер, что указывает на возможность их соотношения как цели и задач. На основании изложенного полагаем, что единственной функцией прокуратуры в предварительном следствии является функция надзора. Уголовное преследование, как и правозащитная деятельность, служат осуществлению прокурорского надзора и выступают задачами прокурора в предварительном следствии [2].

Принятие решения прокурором, с одной стороны, является надзорной стадией по отношению к стадии предварительного расследования, с другой, является своеобразным фильтром на пути уголовных дел, расследование по которым осуществлялось с нарушением требований закона.

Следует отметить, что уголовный процесс складывается из стадий, следующих друг за другом, каждая из которых отличается особыми целями и задачами, процессуальной формой, кругом участников и принимаемыми в итоге решениями [8, с. 17]. Самостоятельность каждой стадии уголовного процесса определяют следующие признаки:

1) непосредственные задачи;

2) итоговое решение;

3) форма процессуальных действий и характер процессуальных отношений;

4) определенный круг участников [7, с. 9].

Рассмотрим каждую из них. Деятельность прокурора по рассмотрению уголовного дела, поступившего с обвинительным заключением, направлена на проверку законности выдвинутого следователем обвинения, на оценку его обоснованности, доказанности, в связи с чем данную деятельность прокурора следует охарактеризовать как надзорную. Вместе с тем реализация принадлежащих прокурору на данном этапе полномочий является одним из средств, обеспечивающих неотвратимость уголовной ответственности лиц, совершивших преступление. Поэтому проявляющиеся в деятельности прокурора признаки уголовного преследования следует рассматривать как осуществление прокурором одной из задач, обусловленных целью обеспечения верховенства закона [2].

Перед предварительным расследованием стоят две основных задачи: а) собирание достаточных доказательств для рассмотрения дела судом; б) обеспечение прав участников уголовного процесса.

Анализ норм УПК РФ подтвердил отсутствие у прокурора полномочий по собиранию доказательств в ходе предварительного следствия. Прокурор производит проверку доказательств не в полном объеме ввиду ограниченной возможности использования способов проверки доказательств. Его деятельность на этом этапе процесса доказывания сводится к логическому анализу доказательств, их сопоставлению между собой и не предполагает производства следственных действий, направленных на устранение выявленных недостатков. Участие прокурора в деятельности по определению свойств доказательств, т.е. в их оценке, неоспоримо. Однако следует учитывать целевую направленность данного полномочия прокурора — обеспечение законности в деятельности поднадзорных субъектов. Именно она определяет назначение деятельности прокурора по оценке доказательств. Изложенное не позволяет отнести прокурора к субъектам доказывания. Вместе с тем надзорная деятельность прокурора служит обеспечением деятельности государственного обвинителя в судебном производстве, поэтому прокурор в стадии предварительного расследования ориентирован как на проверку порядка производства по уголовному делу на соответствие законодательству, так и на оценку законности обвинения, выдвинутого следователем. В связи с этим следует согласиться с мнением Е.А. Буглаевой, что прокурор на данном этапе не является субъектом доказывания [2].

Сравнив задачи прокурора по рассмотрению уголовного дела, поступившего с обвинительным заключением, с задачами предварительного расследования, можно сделать вывод, что задачи предварительного расследования имеют целью осуществление уголовного преследования, в то время как перед прокурором на указанной стадии стоит цель осуществления надзора, что позволяет говорить о самостоятельности деятельности прокурора по рассмотрению уголовного дела, поступившего с обвинительным заключением. Однако самостоятельность указанной выше деятельности прокурора ещё не позволяет утверждать, что она является самостоятельной стадией уголовного процесса. В связи с этим необходимо сравнить задачи, стоящие перед прокурором, с задачами, стоящими перед надзорной инстанцией.

Производство в надзорной инстанции — это исключительная стадия уголовного процесса, заключающаяся в деятельности вышестоящих судов по проверке законности и обоснованности вступивших в законную силу судебных решений нижестоящих судов и возникающих при этом правоотношений [7, с. 421].

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 3 (55) 2012

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России №9 3 (55) 2012

Проанализировав указанное определение, можно сделать вывод, что перед судом надзорной инстанции стоит задача по проверке законности и обоснованности вступивших в законную силу судебных решений нижестоящих судов и возникающих при этом правоотношений. Если сравнить эти задачи с задачами, стоящими перед прокурором, то можно сделать вывод, что они аналогичны, т.к. прокурор реализует надзорную функцию по отношению к досудебным стадиям уголовного процесса, а суд — по отношению к судебным.

В соответствии с ч. 1 ст. 221 УПК РФ прокурор рассматривает поступившее от следователя уголовное дело с обвинительным заключением и в течение 10 суток принимает по нему одно из следующих решений:

1) об утверждении обвинительного заключения и о направлении уголовного дела в суд;

2) о возвращении уголовного дела следователю для производства дополнительного следствия, изменения объема обвинения либо квалификации действий обвиняемых или пересоставления обвинительного заключения и устранения выявленных недостатков со своими письменными указаниями;

3) о направлении уголовного дела вышестоящему прокурору для утверждения обвинительного заключения, если оно подсудно вышестоящему суду.

Если сравнить деятельность прокурора по поступившему к нему с обвинительным заключением уголовному делу с надзорной стадией, можно найти определенное сходство между принимаемыми им решениями. Так, праву суда оставить надзорные жалобу или представление без удовлетворения, а обжалуемые судебные решения без изменения (п. 1 ч. 1 ст. 408 УПК РФ) соответствует решение прокурора об утверждении обвинительного заключения и о направлении уголовного дела в суд (п. 1 ч. 1 ст. 221 УПК РФ). В данном случае суд констатирует отсутствие оснований отмены или изменения судебного решения, вступившего в законную силу, которыми, в соответствии со ст. 409 УПК РФ, являются:

1) нарушение уголовно-процессуального закона;

2) неправильное применение уголовного закона;

3) несправедливость приговора (п. 2—4 ст. 379 УПК РФ).

Прокурор в соответствующей ситуации признает произведенное расследование качественным и достаточным для поддержания обвинения в суде, а само обвинение — подготовленным к судебному рассмотрению (отсутствие оснований для приостановления дела, отсутствие процессуальных нарушений).

Таким образом, в обоих случаях и суд, и прокурор, принимая указанное решение, констатируют отсутствие нарушений в предыдущих стадиях уголовного судопроизводства.

Изучая материалы дела, прокурор должен убедиться в том, что виновность обвиняемых полностью доказана и при подтверждении в суде указанных следователем доказательств будет вынесен обвинительный приговор. При недостаточности доказательств прокурор обязан принять иное решение.

Праву прокурора принять решение о возвращении уголовного дела следователю для производства дополнительного следствия, изменения объема обвинения либо квалификации действий обвиняемых или пересоставления обвинительного заключения и устранения выявленных недостатков со своими письменными указаниями (п. 2 ч. 1 ст. 221 УПК РФ) соответствует право суда отменить приговор, определение или постановление суда и все последующие судебные решения и прекратить производство по данному уголовному делу (п. 2 ч. 1 ст. 408 УПК РФ); отменить приговор, определение или постановление суда и все последующие судебные решения и передать уголовное дело на новое судебное рассмотрение (п. 3 ч. 1 ст. 408 УПК РФ); отменить приговор суда апелляционной инстанции и передать уголовное дело на новое апелляционное рассмотрение (п. 4 ч. 1 ст. 408 УПК РФ); отменить определение суда кассационной инстанции и все последующие судебные решения и передать уголовное дело на новое кассационное рассмотрение (п. 5 ч. 1 ст. 408 УПК РФ).

Таким образом, в случае если прокурор или суд усмотрели нарушение закона на предшествующих стадиях уголовного судопроизводства, они вправе отменить указанные решения и дать указания, обязательные к исполнению, из чего следует, что стадия производства в надзорной инстанции по характеру принимаемых решений соответствует решениям, принимаемым прокурором по поступившему к нему с обвинительным заключением уголовному делу.

Вопрос о процессуальной форме деятельности прокурора в порядке гл. 31 УПК РФ имеет особое значение для определения юридического статуса указанной выше деятельности.

Задачей прокурора при поступлении к нему дела с обвинительным заключением является проверка качества проведенного следствия и решение вопроса о достаточности доказательств для рассмотрения дела в суде. Эта проверка служит процессуальной формой его надзора над производством предварительного следствия. Предметом проверки является выяснение всесторонности, объективности, полноты предварительного следствия, а также отсутствия нарушений процессуального закона во время его производства. Проверка осуществляется путем изучения материалов дела (ч. 1 ст. 221 УПК РФ).

Таким образом, деятельность прокурора в порядке гл. 31 УПК РФ является процессуальной формой его надзора над производством предварительного следствия. Однако прокурорский надзор осуществляется на всех досудебных стадиях уголовного процесса. Сроки указанной выше проверки дифференцируются в зависимости от формы предварительного расследования и составляют 10 суток с возможностью продления до 30 суток в случае производства предварительного следствия и 2 суток при производстве дознания, из чего можно сделать ошибочный вывод, что эта деятельность является заключительным этапом стадии предварительного расследования.

Между тем предварительное расследование в уголовном судопроизводстве Российской Федерации — это урегулированная законом деятельность органов дознания и предварительного

следствия по раскрытию преступлений, изобличению виновных, обоснованному привлечению их в качестве обвиняемых, по установлению всех обстоятельств уголовного дела и решению других задач уголовного процесса [1, с. 13].

Так, предварительное расследование состоит из 3 этапов:

1) общее расследование;

2) выдвижение первичного обвинения;

3) завершающий этап (специальное расследование) [7, с. 198].

Однако А.В. Смирнов и К.Б. Калиновский, на наш взгляд, совершенно правильно указывают, что в российском уголовном процессе существует и четвертый этап досудебной подготовки — деятельность прокурора по делу, поступившему с обвинительным заключением или обвинительным актом (гл. 31 и ст. 226 УПК РФ). Этот этап, как отмечалось выше, формально считается частью предварительного расследования, однако он имеет относительную самостоятельность, т.к. для него установлены специальные задачи, сроки, форма деятельности прокурора и итоговые решения [8, с. 346]. Необходимо обратить внимание, что авторы сознательно используют термин «досудебная подготовка», вынося таким образом этот этап за рамки предварительного следствия и указывая на его специфичность.

Именно сроки, ограничивающие деятельность прокурора в порядке гл. 31 УПК РФ, позволяют провести границу между надзорной деятельностью прокурора на стадиях возбуждения уголовного дела и предварительного расследования от прокурорского надзора после поступления к прокурору уголовного дела с обвинительным заключением.

Уголовно-процессуальные сроки являются элементом процессуальной формы. Включение процессуальных сроков в понятие уголовно-процессуальной формы обусловлено тем, что они устанавливают порядок уголовного судопроизводства, регулируют уголовно-процессуальную деятельность путем регламентации промежутков времени, в течение которых возможно принятие процессуальных решений и производство действий уполномоченными на то субъектами. Тем самым сроки, с одной стороны, обладают характерными чертами, свойственными им как элементам уголовнопроцессуальной формы, с другой, совершенствование сроков вносит определенный вклад в разработку проблемы уголовно-процессуальной формы. В конечном счете нормы о сроках способствуют созданию стабильного, строго обязательного правового режима производства по уголовным делам [6, с. 37], из чего следует, что деятельность прокурора после поступления к нему уголовного дела с обвинительным заключением облачена в особую процессуальную форму, а сроки этой деятельности как элемент формы позволяют сделать вывод о ее самостоятельности.

При принятии прокурором решения по поступившему к нему уголовному делу с обвинительным заключением основными участниками являются прокурор и следователь. И тот, и другой являются участниками со стороны обвинения (гл. 6 УПК РФ). Однако, как нами было указано выше, проявляющиеся в деятельности прокурора признаки уголовного преследования следует рассматривать как осуществление прокурором одной из задач, обусловленных целью обеспечения верховенства закона, а в целом его деятельность необходимо охарактеризовать как надзорную. Таким образом, следователь и прокурор, участвуя на данной стадии, выступают соответственно в качестве субъекта, осуществляющего уголовное преследование, и субъекта, осуществляющего надзор. Особенно отчетливо это прослеживается в случае вынесения прокурором постановления о возвращении уголовного дела следователю, которое может быть обжаловано последним с согласия руководителя следственного органа вышестоящему прокурору в течение 72 часов с момента поступления к нему уголовного дела, а при несогласии с данным решением — Генеральному прокурору Российской Федерации с согласия Председателя Следственного комитета Российской Федерации либо руководителя следственного органа соответствующего федерального органа исполнительной власти (при федеральном органе исполнительной власти) (ч. 4 ст. 221 УПК РФ).

Таким образом, деятельность прокурора по поступившему к нему уголовному делу с обвинительным заключением имеет все свойства присущие самостоятельной стадии уголовного судопроизводства. В связи с этим можно сделать вывод, что принятие прокурором решения по поступившему к нему с обвинительным заключением уголовному делу — это самостоятельная стадия уголовного судопроизводства, следующая за стадией предварительного расследования, на которой прокурор проверяет законность и обоснованность совершения процессуальных действий и принятия решений уполномоченными на то лицами в целях защиты прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а равно защиты личности от незаконного и необоснованного обвинения, ограничения ее прав и свобод, и в результате утверждает обвинительное заключение или выносит постановление о возвращении уголовного дела для производства дополнительного следствия.

Список литературы

1. Бессонов, А. А. Некоторые пробелы действующего уголовно-процессуального законодательства, препятствующие эффективному предварительному расследованию / / Российский следователь. — 2008.

- № 16. - С. 13-17.

2. Буглаева, Е. А. Участие прокурора в ходе предварительного следствия: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. — Челябинск: Изд-во ЮУГУ, 2011. — 23 с.

3. Ксендзов, Ю. Ю. Задержание и заключение под стражу подозреваемого: автореф. дис. канд. юрид. наук. — СПб.: Изд-во СПбУ, 2010. — 26 с.

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России №9 3 (55) 2012

Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России № 3 (55) 2012

4. Маслов, И. В. Актуальные проблемы правовой регламентации процессуальных сроков в досудебном производстве по уголовным делам : дис... канд. юрид. наук. — М., 2003. — 175 с.

5. Мешков, М. Исчисление процессуальных сроков // Законность. — 1998. — № 1. — С. 33—35.

6. Петрова, Г. Б. Сроки как элемент правового регулирования : дис. ... канд. юрид. наук. — Саратов: Изд-во СГАП, 2004. — 219 с.

7. Уголовный процесс: курс лекций. — СПб.: СПбУ МВД России, 2011. — 544 с.

8. Уголовный процесс : учебник / А.В. Смирнов, К.Б. Калиновский; под общ. ред. А.В. Смирнова. — 3-е изд., перераб. и доп. — М.: КНОРУС, 2007. — 704 с.

9. Зеленина, О. А. К вопросу о законодательной регламентации процессуальных обязанностей участников уголовного судопроизводства // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России.

— 2011. — № 1 (49). — С. 81—89.

10. Зеленина, О. А. Реализация общих и частных процессуальных функций в уголовнопроцессуальной деятельности участника уголовного судопроизводства // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. — 2011. — № 4 (52). — С. 55—62.

11. Топчиева, Т. В. К вопросу о назначении российского уголовного судопроизводства // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. — 2011. — № 4 (52). — С. 93—97.

12. Прокофьева, С. М., Роганов, С. А. Пути совершенствования уголовно-процессуального законодательства в российской федерации // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. — 2012. — № 1 (53). — С. 112—116.

УДК 343.12 О. А. Зеленина*

Процессуальное положение потерпевшего в уголовном судопроизводстве

В статье исследуется механизм признания лица потерпевшим, а также содержание его правового статуса как участника уголовного судопроизводства. Уделяется внимание некоторым вопросам обеспечения процессуального положения данного субъекта.

Ключевые слова: потерпевший, пострадавший, следователь, дознаватель, участник уголовного судопроизводства, права, обязанности, правовой статус.

O.A. Zelenina*. Victim’s procedural position in the criminal proceedings. The article investigates the mechanism to recognize the person as the victim as well as his legal status as the participant of the criminal proceedings. It pays attention to some issues of assurance of this subject’s procedural position.

Keywords: victim, sufferer, investigator, interrogator, participant of the criminal proceedings, rights, obligations, legal status.

Для всех участников уголовного судопроизводства определяющее значение имеет решение о возбуждении уголовного дела, при этом роль указанного акта не является однозначной для института процессуального статуса участника уголовного судопроизводства. С одной стороны, постановление о возбуждении уголовного дела не представляет собой границы, разделяющей «участников» и «неучастников» уголовного судопроизводства, поскольку уже на этапе проверки сообщения о преступлении процессуальными правами и обязанностями обладают заявитель и должностные лица, а принимаемые процессуальные решения и производимые действия имеют юридическую силу и влекут процессуально значимые последствия. Соответственно, постановление о возбуждении уголовного дела не следует расценивать как акт, который «разрешает» субъектам, вовлеченным в уголовнопроцессуальную деятельность, обладать официальным процессуальным статусом.

Вместе с тем указанное решение предоставляет должностному лицу широкие властные полномочия по вовлечению в уголовный процесс неограниченного круга лиц в статусе участников уголовного судопроизводства с соответствующими корреспондирующими правами, обязанностями и субъективной ответственностью в рамках уголовного дела. Именно с момента возбуждения уголовного дела у пострадавшего лица появляется реальная возможность обладания процессуальным статусом потерпевшего, вследствие чего процессуальная роль этого участника и характер его функциональной деятельности не только получают свое нормативное удостоверение, но и обеспечиваются соответствующими правовыми гарантиями.

Наибольшие споры в науке уголовного судопроизводства вызывает момент признания лица потерпевшим, поскольку УПК РФ не устанавливает жесткие рамки принятия такого решения. Так, ряд авторов предлагают признавать лицо потерпевшим одновременно с принятием решения о возбуждении

* Зеленина, Ольга Александровна, докторант кафедры уголовного процесса Санкт-Петербургского университета МВД России, кандидат юридических наук, доцент. Россия, 198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова д. 1. E-mail: alizela@yandex.ru.

* Zelenina, Olga Alexandrovna, doctoral student of the criminal proceedings department, Saint-Petersburg university of the Ministry of internal affairs of Russia, candidate of legal sciences, assistant professor. Russia, 198206, St.-Petersburg, Pilot Pilyutov str., 1. E-mail: alizela@yandex.ru.

© Зеленина О.А., 2012