Цифровая экономика как результат информационных революций

ЦИФРОВАЯ ЭКОНОМИКА КАК РЕЗУЛЬТАТ ИНФОРМАЦИОННЫХ РЕВОЛЮЦИЙ

Аннотация. В статье приведен авторский взгляд на процесс возникновения цифровой экономики в контексте превалирующих экономических теорий, на основе анализа процессов информационных революций. Информационные революции рассматриваются как точки бифуркации с использованием понятий кумулятивной и трансформационной стадий развития общества. Автор попытался построить генезис развития экономических знаний на основе работ нобелевских лауреатов в области экономики, которые способствовали появлению цифровой экономики.

Ключевые слова. Информационная экономика, цифровая экономика, коллаборативная экономика, юнит-экономика, информация, знание, нобелевские лауреаты, имплицитные факторы, имплицит-ность.

Nazarov D.M.

DIGITAL ECONOMY AS A RESULT OF INFORMATION REVOLUTIONS

Abstract. The article presents the author's view on the emergence of the digital economy in the context of the prevailing economic theories, based on an analysis of the processes of information revolution. Information revolutions are considered as points of bifurcation using the concepts of cumulative and transformational stages of development of society. The author tried to build the genesis of the development of economic knowledge based on the work of the Nobel laureates in the field of economics, which contributed to the emergence of the digital economy.

Keywords. Information economy, digital economy, collaborative economy, unit economy, information, knowledge, Nobel laureates, implicit factors, implicitness.

Введение

Рассматривая генезис мировой цивилизации поэтапно, можно утверждать, что начало XXI века является своеобразной границей между завершающимся жизненным циклом индустриальной эпохи развития общества и начинающимся циклом ее постиндустриальной эпохи. Ключевой концепцией нового этапа развития цивилизации является «экономика знаний», базирующаяся на таких трендах, как научно-технический прогресс, глобализация потоков инвестиций и информации, инновации, интеллектуальный капитал, развитие сетевых структур и коммуникаций.

Впервые об «экономике знаний», основанной на интеллектуальной деятельности, инструментальным стержнем которой являются данные, информация и информационные технологии, как о новом хозяйственном укладе, породившем тектонические сдвиги в мировой и национальных экономиках, заговорили в 60-е годы прошлого века. Современная эпоха - это логическое продолжение развития концепции «экономики знаний», которая обретает форму нового экономического феномена - «цифровой экономики», основой которого является цифровая трансформация общества, достигаемая за счет

ГРНТИ 06.03.07 © Назаров Д.М., 2018

Дмитрий Михайлович Назаров - доктор экономических наук, доцент, заведующий кафедрой бизнес-информатики Уральского государственного экономического университета.

Контактные данные для связи с автором: 620144, Екатеринбург, ул. 8 Марта, 62 (Russia, Ekaterinburg, 8 Marta str., 62). Е-mail: slup2005@mail.ru. Статья поступила в редакцию 15.09.2018.

внедрения во все сферы хозяйственной деятельности цифровых технологий. В условиях цифровой экономики ключевой характеристикой хозяйственного уклада становится информация, как ресурс практически любой экономической деятельности, наряду с энергетическими, финансовыми и др., включающим в себя полную совокупность сведений, формируемых в бизнес-процессах субъектов хозяйствования и жизнедеятельности в целом.

Рассматривая специфику этого ресурса, необходимо отметить, что, во-первых, информация является практически единственным видом «вечного», в смысле не истощаемого ресурса, во-вторых, она -суть продукт интеллектуальной деятельности наиболее квалифицированной и творчески активной части субъектов хозяйствования, в-третьих, обладая уникальным свойством накопления, она способствует наиболее рациональному и эффективному использованию всех остальных ресурсов, в-четвертых, переработка этого ресурса не только его не уменьшает, но и порождает новые формы его использования и представления.

Таким образом, информация становится интегральным экономическим ресурсом, воздействующим комплексно на общество в целом и на деятельность любого экономического агента, в частности. При этом теоретическое обоснование вклада информации, как особого вида ресурса, в экономическую науку, которая постоянно порождает новые теоретические подходы и смену хозяйственных укладов, требует дополнительного исследования.

Генезис развития экономической мысли в контексте открытий нобелевских лауреатов

В этой статье предлагается применить для такого исследования теорию катастроф, ключевым понятием которой в развитии системной методологии стали точки бифуркации. Применяя именно эту теорию попытаемся синхронизировать процессы развития экономической мысли и информационных революций, чтобы глубже изучить влияние феномена информации, как ресурса, на экономическую теорию и практику с позиции системного и процессного подходов [19].

С позиции теории катастроф точки бифуркации - это точки, в которых исследуемая система становится неустойчивой и трансформируется в результате малейшей флуктуации, приобретая новую структуру, или уничтожается вообще, а бифуркационный период - это время прохождения системой точек бифуркации. Бифуркационный период подразделяют на две взаимосвязанные стадии: кумулятивную (накопление системой «истории») и трансформационную (непосредственное преобразование системы). С учетом этого, представим развитие мировой цивилизации с точки зрения информационных революций (табл. 1).

Даже поверхностный анализ таблицы 1 приводит нас к заключению о том, что последовательность информационных революций обладает свойством временной неравномерности, а ключевой характеристикой бифуркационных периодов является интенсивность информационного обмена. Связь между временными характеристиками развития цивилизации и скоростью информационного обмена фактически каузальная. Действительно, легко видеть, что при низкой скорости информационного обмена последовательная смена бифуркационных периодов информационных революций занимает несколько тысячелетий (первая и вторая информационная революция), переход к третьей информационной революции занимает столетия, а к четвертой - десятилетия.

Это означает только одно: изменение скорости обмена информацией позволяло на порядок изменить время развития общества, то есть увеличить скорость развития человеческой цивилизации в 10 раз в каждом бифуркационном периоде. Обратим внимание на то, что с момента начала эры «бумажной информатики», технологические инноваций в области обработки и тиражирования информации позволили сделать информационный продукт доступным широким массам потребителей, поскольку на него резко упали цены. Возможность многократного тиражирования информации привела к тому, что процесс информационного обмена стал более эффективным, резко повысилась его интенсивность, увеличились темпы социально-экономического развития, что привело к трансформации социально-экономического развития - качественно изменились все институты общества, включая не только экономику, но и системы науки и образования.

Появление ЭВМ привело к зарождению эры «безбумажной информатики», которая является принципиально новой как по своему содержанию, так и по тем последствиям, которые она вызывает практически во всех сферах жизнедеятельности общества. Информационное, или постиндустриальное общество - это и есть продукт четвертой информационной революции и предмет изучения в рамках

трансформационной стадии бифуркационного периода пятой информационной революции, который с точки зрения философии обозначает наиболее высокую ступень развития общества, главной и определяющей ценностью которого является не только материальное благо, но и информационные и электронные ресурсы.

Начало XXI века стало переломным моментом, который явился катализатором появления цифровых технологий, а вместе с ними и цифрового общества, под которым мы понимаем общество, информационный обмен в котором имеет гипервысокую интенсивность и происходит в различных цифровых форматах, а также подавляющее количество услуг оказывается в электронной (цифровой) форме, при этом обеспечивается достаточный уровень информационной безопасности социума.

Таблица 1

Информационные революции в развитии мировой цивилизации

Информационная революция Бифуркационный период

Кумулятивная стадия Трансформационная стадия

Первая информационная революция (изобретение письменности) -5-6 тыс. лет до н.э. Устная фаза информационного обмена, очень низкая степень, накопления, обмена, интенсивности преобразования информации Письменная стадия информационного обмена, очень низкая степень распространения информации, поиск оптимальных форм и методов хранения информации

Вторая информационная революция (1300 г. до н.э.) Изобретение рукописной книги в Китае, низкая степень накопления, обмена, интенсивности преобразования и распространения информации Более совершенная письменная стадия информационного обмена (зарождение процесса тиражирования информации), появление новых форм и методов хранения информации, зарождение формализованной технологии распространения информации (артели писцов), появляется понятие ценности информации, цена единицы информации очень высокая

Третья информационная революция

Четвертая информационная революция (середина XX века) Изобретение ЭВМ, появление информационных технологий, очень высокая скорость распространения и обмена информацией Компьютерная стадия информационного обмена, эра «безбумажной информатики», резкое изменение технологий тиражирования, хранения и обмена информацией, появление компьютерных технологий и электронных ресурсов

Пятая информационная революция (начало XXI века) Изобретение компьютерных сетей, появление интернета и глобальных вычислительных сетей, гипервысокая скорость распространения и обмена информацией Электронная стадия информационного обмена, эра сетевой «безбумажной информатики», резкое изменение технологий тиражирования, хранения и обмена информацией, появление компьютерных технологий обработки больших данных, мобильного интернета, программ интеллектуальной обработки данных и принципиальное увеличение количества видов электронных ресурсов. Появление цифровых ресурсов и технологий

Предметом истории экономической мысли является процесс изучения возникновения, развития и смены экономических воззрений в широком охвате взглядов, доктрин, концепций, с фиксацией хронологически появляющихся источников и их авторов в ходе эволюции человеческого общества. В экономической науке накоплен достаточный потенциал для проведения качественного анализа кон-

цептуальных положений экономической теории с различных точек зрения [27]. Поэтому в нашем исследовании мы кратко остановимся на этапах развития экономики, бифуркационными периодами которых также можно считать соответствующие периоды информационных революций.

Типичные представители этого направления А. Смит [23], Д. Рикардо [22], Дж. Милль, Л. Вальрас, предложили модель экономического поведения исходя из предположений, что хозяйствующему субъекту доподлинно известно, какими производственными факторами он располагает (полная информированность экономического субъекта в собственных делах [27]), его поведение является результатом рационального выбора из множества известных ему ресурсов.

В реальной ситуации предложенная модель может быть адаптирована только для очень ограниченного числа случаев, поскольку в любой экономической системе, помимо трех основных факторов производства - труда, земли и капитала, присутствуют и другие неосязаемые и нематериальные. Впервые это было подмечено неоклассиками, которые абсолютно верно сформулировали постулат монополии - обладание новой информацией становится одним из главных условий поддержания монополии, поскольку порождает неравномерность распределения информации и служит барьером для «легкого» вхождения на рынок.

В частности, А. Маршал пишет: «... иногда представляется целесообразным выделить «организацию» в особый фактор производства» [18]. Ассоциация «организации» у него идет с понятием «информации и знания».

Более поздний последователь неоклассики Ф. Хайек пишет: «Если мы обладаем всей относящейся к делу информацией, если мы можем исходить из заданной системы предпочтений и если мы располагаем полными знаниями об имеющихся средствах, то проблема (определения рационального «экономического порядка», т.е. объемов производства, удовлетворяющих многообразие потребностей наилучшим способом) сводится к логической задаче». То есть он явно указывает на информацию не как на условие процесса, а как такой же экономический ресурс, как труд, земля и капитал [6].

Развитие взглядов в рамках экономической теории, появление новых концепций, направлений научной мысли привели к тому, что предложенная классиками модель сначала подверглась значительным изменениям, а затем полностью была разрушена. Этому способствовали работы К. Шеннона, который на основе вероятностно-статистических методов разработал количественный подход к определению информации, и работы его последователей, предложившие качественный подход к определению этой категории. В качестве основных характеристик здесь выступали: смысл, ценность, полезность, и т.д., что позволило развить аксиологический, семантический и алгоритмический подходы.

Если говорить в целом, то дальнейшие взгляды ученых-экономистов были направлены на выявление сущности информации в рамках различных условий, которые приводили к асимметричности механизмов рыночного равновесия в силу разных причин.

Первые шаги в этом направлении были сделаны исследователями рыночного феномена «информационная функция цены», которые показали, что идеальная модель рынка, основанная на предпосылке информационной полноты экономической системы, мгновенного, беззатратного и симметричного распространения информации, нежизнеспособна, поскольку не учитывает асимметрию распределения информации о товаре.

Исследования нобелевских лауреатов убедительно показали, что концепции классической и неоклассической экономической теории во многом претерпевают изменения с течением времени, изменения скорости информационного обмена и влияния информационных ресурсов на экономические процессы.

Первая нобелевская премия по экономике в 1969 году была вручена Я. Тинбергену и Р. Фришу за исследование причин экономических флуктуаций на различных рынках, связанных с инвестиционным кризисом, с помощью эконометрического анализа данных. В 40-х годах прошлого века впервые, используя статистический аппарат множественной регрессии для анализа накопленных экономических данных, были выявлены факторы, влияющие на флуктуации рынков и получены первые эконометри-ческие модели, позволившие преобразовать эти данные в полезную информацию и знания.

В середине 50-х годов XX века серьезно подверглась трансформации теория общего равновесия. К. Эрроу с позиции обобщенной топологии доказал существование конкурентного равновесия в абстрактной мультирыночной модели экономики, а также показал, что такое равновесие может быть Парето-эффективным в условиях использования рыночных механизмов. Модель позволила получить

важнейшую информацию для реализации рационального поведения в национальных экономиках: государства не должны вмешиваться в функционирование рыночного механизма напрямую через контроль рыночных цен, они могут делать это, если необходимо, опосредованно, используя налоговую систему и трансферты.

В 1993 год Д. Норт и Р. Фогель получают нобелевскую премию за два взаимосвязанных открытия: первый за переосмысления понятия институтов в экономической истории (выделил формальные и неформальные институты, 1968-1970 годы), второй за радикальное обновление методов обработки данных историко-экономических исследований, основанных на новейших методах анализа данных. Норт критикует неоклассическую теорию за неспособность интерпретировать различия в экономическом росте различных национальных экономик, поскольку неоклассики не учитывают особенности использовании рыночных механизмов в различные периоды времени, а также развитие технологий, в том числе и информационных, и институциональное развитие общества (правила игры между экономическими агентами). В своей теории Дуглас Норт сохраняет исходное положение неоклассической теории об ограниченности ресурсов, конкуренции, аналитические инструменты микроэкономической теории, но кардинально меняет предпосылку рационализма, связывая ее с фактором времени.

Главной заслугой Р. Фогеля [3], которого считают одним из основателей «клиометрии», является принципиальное обновление методов исследования и оценки фактов экономической истории на базе методов математической экономики и экономического анализа. В результате анализа он впервые обратил внимание на то, что небольшие нововведения в промышленности в большей степени способствуют её эволюции, чем крупные технологические открытия. Таким образом, было установлено, что ретроспективный анализ экономических данных может позволить получить новую полезную информацию, способную улучшить, с точки зрения рациональности, поведение различных агентов рынка и государства, а также экономические и институциональные изменения на различных уровнях.

Анализируя поведение рыночных агентов в экономике, Джон Нэш (лауреат нобелевской премии 1994 года) отметил, что в условиях жесткой конкуренции результаты хозяйственной деятельности приводят к одному и тому же итогу: всегда есть победитель и проигравший. Одним из важнейших принципов реализации такого поведения смело можно назвать правило А. Смита о «невидимой руке рынка», отвечающей за координацию экономических механизмов. Смысл этого правила заключается в том, что если каждый агент будет стремиться к своей корысти (прибыли), то «невидимая рука» приведет к всеобщему благосостоянию - достаточно устойчивому и рациональному поведению на разных рынках.

Это правило рационального поведения экономических агентов вплоть до середины XX века рассматривалось как своеобразная аксиома экономики и практически ни разу не подвергалось сомнению. Дж. Нэш разработал теоретико-игровые методы анализа и показал, что классический подход А. Смита к экономическому развитию в условиях конкурентной борьбы, при которой «каждый сам за себя», неоптимален. Более эффективными рыночными стратегиями являются ситуации, в которых агенты рынка, стремясь к оптимальному поведению, учитывают рациональное поведение своих конкурентов (они также стремятся к оптимальности действий).

То есть Дж. Нэш сумел определить, какую стратегию должен применять разумный агент рынка в конфликте с разумным конкурентом (или конкурентами), чтобы обеспечить себе в среднем максимально возможный выигрыш, смоделировав ситуацию, в которой обе стороны используют идеальные стратегии конкурентной борьбы, что и приводит к созданию устойчивого равновесия. Такое равновесие было названо равновесием Нэша (КБ): игрокам (агентам) выгодно сохранять это равновесие, так как любое изменение только ухудшит их положение на рынке.

Джон Нэш, по сути, совершил переворот в представлении об отношениях участников экономической деятельности и предложил стратегии решения конфликтных ситуаций на конкурентном рынке путём сотрудничества. Рынок получил новую информацию и знания для решения конфликтов и поиска других компромиссных решений, которая позволила в лице конкурентов искать потенциальных партнеров, увеличивая благосостояние каждого из участников партнёрского соглашения.

В 2001 года премия была вручена за исследования, которые можно условно назвать «информационная экономика» (Джордж Акерлоф, Майкл Спенс, Джозеф Юджин Стиглиц). Дж. Акерлоф обратил

внимание на то, что рыночная информация может быть «частной» или «спрятанной», что может породить ее неравномерное распространение среди двух типов экономических агентов: продавцов и покупателей, в конечном счете, это спровоцирует на рынке ситуацию «обратного отбора» - когда качественный товар остается в руках продавца, а на рынке присутствует в значительной степени только некачественный товар.

К. Эрроу относит неравномерность распределения информации о качестве товара среди экономических агентов-продавцов товара к моральному аспекту: один продавец может, пользуясь невежеством покупателя, снизить качество товаров, то есть сократить свои издержки, а другой, предлагая качественный товар, тратясь на информирование покупателей об этом, увеличивает свои издержки и, собственно, цену, тем самым становясь неконкурентоспособным. К. Эрроу, в частности, пишет: «Чем лучше информированы производитель или потребитель, тем выше его благосостояние (при условии, что сигналы влияют на распределение экономических переменных). Но на практике этот тезис справедлив только тогда, когда экономический агент согласен платить за информационные услуги» [28].

Главной характеристикой, определяющей асимметрию, здесь выступало качество товара на рынке и наличие информации о нем у потенциального потребителя, а также различие в процессах распределения и перераспределения информации среди рыночных агентов (продавцов и покупателей). Дж. Акерлоф [15], К. Эрроу [28], Дарби и Карни [2] показали, что асимметричность информации может приводить к обратному отбору (adverse selection), моральным проблемам (moral hazard) и к доказательству лояльности продавца к потребителю в целом.

Й. Шумпетер - один из основателей теории инноваций - указывает на то, что нововведение - это один из факторов, нарушающих рыночное равновесие, которое способствует экономическому росту и последующему переходу к новому устойчивому состоянию системы под действием механизмов конкуренции. По сути, оно порождает асимметрию рынка [26]. Экономический агент, первым использовавший нововведение, получает избыточную прибыль, величина которой уменьшается по мере распространения информации и применения данного нововведения другими агентами.

Хайек утверждает, что без рационального информационного обмена между производителями и потребителями невозможно предотвращение перепроизводства [6]. А. Харт обращает внимание на то, что производственный цикл невозможен без постоянного притока новой информации [5]. Ф. Найт на основе анализа неопределенности и риска в разработке стратегии поведения фирмы, как экономического агента, предложил интерпретацию асимметрии информации, как колебания состояния рынка в целом, вызванного задержкой между принятием решения и его выполнением [8].

Осознание факта, что на рынке присутствует асимметричность информации, поставило под сомнение возможность достижения глобального равновесия на основании предположений о том, что в экономической системе существует информационная полнота, все информационные ресурсы выявлены априори и распределены эффективно, а сам информационный обмен происходит автоматически, быстро и беззатратно.

Таким образом, принцип неравномерного распределения информации способствовал возникновению идеи ограниченной рациональности в поведении участников рынка.

В 2002 году нобелевская премия была вручена Дэниэлю Канеману и Вернону Ломакс Смиту за исследования в области принятия решений и механизмов альтернативных рынков. Предлагаемые ими модели принятия решений в условиях неопределенности описывали поведение людей при выборе альтернатив на основе критерия «ценность», которую человек определяет субъективным образом, используя определенные эвристики.

Таким образом, экономическая теория обогатилась новым знанием: с целью оптимизации поведения агента рынка необходимо учитывать его «человекоразмерность», то есть решения, принимаемые в реальной жизни и практике управления оптимальны не с точки зрения известных вероятностей известных выигрышей и потерь (модельная оценка альтернатив), а с точки зрения субъективных оценок ценности принятия решения (выбора альтернативы) конкретным человеком; этот факт необходимо учитывать при описании поведения агентов рынка.

Исраэль Роберт Джон Ауманн, Томас Кромби Шеллинг в 2005 году получили нобелевскую премию за углубление нашего понимания сути конфликта и сотрудничества путём анализа теории игр. Ими была дана расширенная интерпретация проблемы конфликта и кооперации в рамках теории игр и

проанализированы варианты стратегий «игр на координацию». Это обусловило введение в научный оборот понятия «фокальные точки». Фокальные точки описывают равновесное игровое (конфликтное) состояние благодаря тому, что игроки из множества вариантов действий выбирают один и тот же вариант, руководствуясь одинаковыми нормами и правилами игры.

Т. Шеллинг пишет: «Лучший выбор для любого игрока зависит от его предположений относительно действий другого, притом он знает, что этот другой руководствуется тем же самым, так что оба они понимают, что каждый пытается угадать мысли другого о предположениях первого относительно догадок второго - и далее по уже знакомой спирали взаимных ожиданий» [29].

Эффект фокальной точки обогатил экономическую теорию новой информацией о том, что состояния наиболее вероятного равновесия в конфликтной ситуации не всегда совпадают с результатами расчетов в рамках классической теории игр, и чем эффективнее действуют институты, принятые в обществе, тем эффект фокальных точек работает надежнее, а значит устойчивые равновесия можно практически достоверно спрогнозировать.

Следующие нобелевские премии можно объединить под одним названием: «дизайн экономических механизмов» (Леонид Гурвич, Эрик Маскин, Роджер Брюс Майерсон, Пол Кругман, Элинор Остром, Оливер Уильямсон, Питер Даймонд, Дэйл Мортенсен, Кристофер Писсаридес). Эти работы нобелевских лауреатов значительно дополняют классическую и неоклассическую экономическую теорию, наполняя уже существующие и проверенные положения новым содержанием, в частности, описывая с разных позиций вопросы обеспечения оптимального поведения экономических агентов. Модели, реализованные в рамках теоретико-методологических исследований различных по своей природе экономических механизмов («дизайн механизмов»), подтвердили более ранние исследования и позволили более качественно объяснить возникающие в практической деятельности проблемы и парадоксы, они по сути представляют собой комплекс правил, позволяющих задавать траектории поведения агентов рынка.

Синхронизация развития экономической теории, основанная на анализе информации об открытиях нобелевских лауреатов и информационных революций представлена в таблице 2. В результате проведенного анализа наиболее значимых работ ведущих экономистов 20 века можно с уверенностью утверждать, что предпосылками появления цифровой экономики явился такой этап развития социума, как информационная экономика.

Таблица 2

Синхронизация развития экономической теории и информационных революций

Период 1776-1870 1871-1935 1936-1970 1971-2000 2000-2017 2017-н.вр.

Название Классиче- Маржина- Кейнсиан- Теория Информацион- Цифроваяэко-

преобла- ская эконо- лизм и ство, ранняя ожидаемой ная и комму- номика

дающей мическая неокласси- теория игр, полезности никативная (Л. Гурвич,

экономи- теория ческая тео- программи- и програм- экономика Э. Маскин,

ческой (А. Смит, рия рование мно- (Дж. Акерлоф, Р.Б. Майерсон,

теории Дж.С. Миль, (У. Джевонс, (Дж. фон игровой М. Спенс, П. Кругман,

К. Маркс) Л. Вальрас, Нейман, подход, Дж.Ю. Стиг- Э. Остром,

К. Менгер) О. Моргеншт (Дж. Нэш, лиц, О. Уильямсон,

ерн, Л. Кан- Р. Зельтен, И.Р. Дж. Ау- П. Даймонд,

торович) Р. Лукас, Т. Сар-джент) манн, Т.К. Шеллинг) Д. Мортенсен, К. Писсаридес)

Матема- Элементар- Математиче- Теория веро- Теория игр Теория игр в Теория игр, Big

тический ная матема- ский анализ ятностей и в экономи- экономике, Data Analisys,

аппарат тика математиче- ке, теория теория нечет- интеллектуаль-

ская стати- нечетких ких множеств, ный анализ

стика, мате- множеств, теория инфор- данных

матическое теория ин- мации, техно-

программи- формации логии Data

рование Mining

Окончание табл. 2

Период 1776-1870 1871-1935 1936-1970 1971-2000 2000-2017 2017-н.вр.

Информационные революции Третья информационная революция (200 лет): изобретение Гуттенбергом печатного пресса и наборного шрифта между 1450 и 1455 годами; кумулятивная стадия: возможность многократного тиражирования информации (бумажная информатика); трансформационная стадия: системные изменения в обществе Четвертая информационная революция (60 лет): изобретение компьютера; кумулятивная стадия: развитие компьютерных технологий, технологические инновации (безбумажная информатика); трансформационная стадия: системные изменения в обществе и концептуальные изменения в парадигмах экономики, информация - материальное благо Пятая информационная революция (17 лет): облачные технологии; кумулятивная стадия: развитие компьютерных технологий и их использования во всех сферах деятельности, высокотехнологические инновации (безбумажная информатика); трансформационная стадия: качественно новый уровень экономических отношений, цифровая трансформация, интеллектуальный анализ данных

В широком смысле информационная экономика рассматривается в контексте эволюции общественных и экономических отношений, как новый их уровень, обеспечивающий рост качества жизни общества и интенсивность развития бизнес-процессов, с преобладающей ролью интеллектуального и творческого труда и информационных продуктов.

В узком смысле, информационная экономика - это особая отрасль экономической теории, основанная на парадигмах информационного общества, занимающаяся изучением роли и воздействия информации, как одного из производственных факторов, а также информационно-коммуникационных технологий и продуктов на выработку и принятие экономических и управленческих решений в новых экономических условиях.

В становлении информационной экономики значительную роль сыграли такие ключевые понятия, как информация и знания. Существует множество научных подходов, детализирующих два очень ёмких понятия «информация» и «знания», которые в современных условиях почти не употребляются раздельно. Рассмотрим их далее более подробно.

Понятие триады: информация-знания-имплицитность в цифровой экономике

Р. Акофф [16] предложил цепочку Б1КЖ - Data-Information-Knowledge-Wisdom, которая связывает такие понятия, как данные, информация, знания и мудрость на основе следующего правила: информация - это данные, имеющие смысл, а знания - информация, которую можно превратить в действия. Нанака и Такеучи предложили декомпозицию знаний на два класса: формализованные и неформализованные, причем основанием для декомпозиции послужил тот факт, что формализованные знания могут превращаться в информацию и передаваться от субъекта к субъекту, а неформализованные - нет [10].

Наиболее удачными попытками разграничить понятия «знания» и «информация» можно считать исследования Д. Белла, М. Шелера и Ф. Махлупа. Они предложили понимать информацию, как категорию потока, а знание, как категорию запаса; то есть применили вполне стандартную технику экономической теории. Действительно, чтобы что-то знать, предварительно нужно получить информацию, а затем новое знание позволит получить доход или снизить расходы. Аналогичной смысловой конструкцией с несколько другой терминологией пользовались Эрроу и Лан-глуа [9]. Из анализа литературы по этой проблеме ясно можно вычленить и третий аспект: знание - это материальный и нематериальный актив, поскольку с определенной вероятностью может приносить доход.

С нашей точки зрения, между информацией и знаниями существует как прямая, так и обратная связь. Первая прослеживается в следующем: информация - это массив данных, выделяемых из внешней среды, наделенных приемником информации определенным содержанием и смыслом, который изменяет знание об этой среде; вторая основана на следующем факте: чтобы воспринять данные в качестве информации, необходимо обладать определенными знаниями. В этом смысле необходимо понимать, что для того, чтобы такой процесс функционировал, нужно, чтобы имелись начальные усло-

вия, то есть первоначальный запас знаний, источник и система или механизм распространения информации, и знаний.

Б. Гейтс говорит следующее: «Управление знаниями - заумный термин для очень простой вещи. Вы управляете данными, документами и усилиями сотрудников. Ваша цель состоит в том, чтобы обогатить возможности совместной работы людей... Необходимо добиться, чтобы весь коллектив сотрудников действовал столь же слаженно, как один целеустремленный работник» [17]. То есть, интерпретируя слова одного из самых успешных менеджеров современности, можно с уверенностью сказать, что управление знаниями на уровне производственных предприятий - это процесс управления информационными ресурсами с целью создания активов и обеспечения с их помощью производства и сбыта продуктов.

Любое предприятие, производящее товары или услуги, может существовать в рыночной системе координат при условии рационального управления своими ресурсами или активами, однако при этом сейчас акцентируется внимание, на увеличение потребительной стоимости информации, произошедшее в тот момент, когда информация стала применяться не только для разработки техники, производственных технологий и организации труда, но и для управления. И тут Б. Гейтс выразился исключительно точно: «Орудия труда индустриального человека служили умножителем мускульной силы человека. Орудия труда века информации приумножают возможности разума» [17].

Воздействие информации на экономический процесс в целом носит двоякий характер. С одной стороны, знание и информация выступают в качестве обязательного первоначального элемента научно-технологических изысканий, а с другой - информационный ресурс используется в экономической системе точно так же, как труд или капитал. Поэтому можно говорить о прямой зависимости между экономическими результатами и количеством информации, введенной в экономическую деятельность.

Вместе с тем, информационный ресурс имеет ряд особенностей, отличающих его от традиционных ресурсов: информация воздействует на эффективность производства без физического увеличения традиционных ресурсов; информация действует на субъективный фактор производства - человека, его характер и способности; информация ускоряет процесс воспроизводства за счет уменьшения периодов производства и обращения.

Современная эпоха отождествляется с компьютерной фазой информационного обмена, которая благодаря технологической составляющей стала еще более интенсивно влиять на развитие экономический отношений и перевела их на качественно новый уровень, обеспечив условия для новой трансформации - перехода к пятой информационной революции. В рамках пятой информационной революции возникает новый феномен, обусловленный невиданным темпом развития цифровых технологий - цифровая экономика.

С нашей точки зрения, основные подходы к пониманию категории «информация» в рамках цифровой экономики можно свести к следующей декомпозиции:

• новые сведения, полученные в результате взаимодействия агентов рыночной системы, которые меняют все или некоторые (в зависимости от качества и количества) параметры результата взаимодействия;

• содержание и семантика, которые возникают и перераспределяются внутри в процессе коммуникации между агентами рыночной системы и меняют их представление о будущем развитии событий;

• «запас» знаний, который необходимо вычленить из самой рыночной системы, коммуникаций внутри нее, оценить и применить для ее совершенствования извне.

Связь двух понятий - «информации» и «знания» - практически очевидна, поскольку характеризует бесконечный процесс, с одной стороны, генерации новых знаний на основе интеллектуальной обработки массивов информации (с помощью технологии обработки больших данных), с другой - переход «устаревших» знаний в разряд общедоступной информации, используемой рынком.

Рассмотрим модель факторов создания стоимости в историко-экономической динамике (от классических взглядов до современных в рамках цифровой экономики) (рис. 1). Обозначим рассматриваемые факторы как А(^) - земля, В(^) - труд, С^) - капитал, где t - это параметр времени, характеризующий динамику поэтапного эволюционного процесса.

Стоимость

Рис. 1. Классическая модель трех основных факторов производства с учетом временного фактора

Выделим следующие этапы: 1=:0 - классические взгляды, 1=4 - неоклассика, 1=2 - информационная экономика, 1=:3 - цифровая экономика.

Действительно, в случае, если А(1:0)=В(1;0)=С(1;0)=1/3, получаем модель Ж.-Б. Сэя; при А(^)=1, В(1:0)=0, С(10)=0 имеем модель физиократов. При переходе от момента времени 1=0 к моменту времени 1=4 можно утверждать, что равновесность факторов будет изменяться в зависимости от той или иной превалирующей экономической идеи.

В частности, с позиции неоклассики В(1:1)>>А(1;1) и В(11)>>С(11), поскольку в неоклассических моделях создания стоимости к категории труда относится, в том числе и предпринимательская способность. При этом ряд экономических школ выделяют предпринимательскую способность, как отдельный четвертый фактор создания стоимости.

Активное развитие коммуникационных (информационных) технологий, в том числе в управлении, а также переход к информационной экономике (1=;2) позволили выделить и пятый ресурс - информацию и данные, являющуюся в настоящее время важнейшим фактором в создании стоимости. По нашему мнению, при переходе к моменту времени (1=3) количество рассматриваемых факторов этим не ограничится: развитие производственных, управленческих и информационных технологий приведет к тому, что будут возникать новые факторы, например, цифровые ресурсы, которые будут существенно влиять на создание стоимости.

Какова же природа этих факторов? В большинстве своем это плохо формализуемые факторы, не имеющие однозначных методик измерения, содержащие неопределенность в семантике и интерпретациях. Такие факторы создания стоимости в экономической теории получили название неосязаемые, нематериальные активы. Исследование проблемы неосязаемости с позиции глобальных изменений в мировой экономике, возникновение четвертого (предпринимательские способности), пятого ресурса (информации), шестого ресурса (цифровые активы), усиливающейся динамики изменения границ между формальными и неформальными рыночными институтами, а также с учетом трансформации традиционной экономики в информационную и цифровую, отождествляемую с «экономикой знаний» и ««шай-экономикой», приводит нас к выводу о существовании неосязаемых факторов и влияний, фактически в любом рассматриваемом экономическом процессе и о принципиально другом понимании их природы.

Какова же природа этих факторов? По сути, природа этих факторов характеризуется одним словом, принятым в отечественной и зарубежной экономической литературе - имплицитность. Зададимся вопросом, а существовали ли эти факторы создания стоимости раньше? Ответ однозначный - конечно, да. Однако, поскольку они не были известны науке и какое-то время не оказывали существенного влияния на хозяйственную деятельность агентов рынка, они были невидимы, не обнаруживаемыми. То есть феномен имплицитности в процессе экономического развития преодолел три этапа, которые мы назовем скрытый, переходный и явный.

На скрытом этапе имплицитные факторы уже включены в процесс производства, но это включение носит не обнаруживаемый характер, их влияние на изменение формальных и неформальных ин-

ститутов не столь заметно, поскольку не оказывает значимого влияния на результаты экономической деятельности; на переходном этапе, несмотря на то, что имплицитные факторы приобрели уже многие современные черты, алгоритм их выявления, толкования и использования до конца не сформирован, а они еще не считаются факторами, оказывающими серьезное влияние на бизнес-процессы и на изменение границ формальных и неформальных институтов, в рамках увеличения транзакционных издержек; явный этап характеризуется возникновением информационной сферы экономики, где имплицитные факторы, основой которых является интеллектуальный капитал, выступают важнейшим фактором бизнес-процессов, их своевременный учет резко снижает трансакционные издержки участников рынка, формирует эффективные институциональные правила.

В связи с этим, в дальнейшем мы предлагаем пересмотреть классическую схему создания стоимости, добавив к ней имплицитные факторы (рис. 2).

Стоимость

Рис. 2. Модель трех основных факторов производства с учетом имплицитных факторов в цифровой экономике

Отметим, что в приведенной модели Б(1;) - имплицитные факторы в момент времени 1=2 и 1=3 оказывают заметное влияние на процесс и результат создания стоимости; пренебрежение ими в процессе управления порождает все больше рисков недостижения планируемых результатов.

Имплицитность в цифровой экономике - это скрытая (неявная) информация, возникающая в хозяйственной деятельности, направленная на глубинное понимание протекающих в ней бизнес-процессов с целью постижения их экономического смысла и интерпретации результата. Имплицитность в цифровой экономике представляется нами в виде двух взаимосвязанных конструктов: имплицитные влияния и имплицитные факторы.

Имплицитный фактор в цифровой экономике- это неявный и нетривиальный фактор, не учитываемый ранее в процессе хозяйственной деятельности, оказывающий значимое влияние (непосредственно или опосредованно) на деятельность организации, выявляемый в результате интеллектуального анализа данных.

Имплицитный фактор в цифровой экономике способен породить новую, практически полезную информацию для совершенствования деятельности организации, способствующую принятию экономически обоснованных решений и, возможно, знания, которые могут быть использованы в рамках перехода от неформальных к формальным институтам деятельности организации в цифровой экономике.

Цифровая экономика - система экономических, социальных и культурных отношений, основанных на использовании цифровых информационно-коммуникационных технологий [23]. Цифровая экономика представляет собой хозяйственную деятельность, ключевым фактором производства в которой являются данные в цифровой форме, и способствует формированию информационного пространства с учетом потребностей граждан и общества в получении качественных и достоверных све-

дений, развитию информационной инфраструктуры Российской Федерации, созданию и применению российских информационно-телекоммуникационных технологий, а также формированию новой технологической основы для социальной и экономической сферы [там же].

Производными от цифровой экономики можно по праву считать: коллаборативная (долевая, совместная) экономика, юнит-экономика, возникшая на фоне развития облачных сервисов и услуг, а также когортный анализ данных.

Коллаборативная экономика представляет собой совокупность бизнес-моделей, в которых агенты рынка (люди, организации, сообщества) получают возможность коллективно использовать какие-либо товары и услуги за счет бартера, аренды, кредитования, дарения, обмена перепродажи и замены [1]. То есть в основе этих моделей лежит парадигма временного (совместного), а не постоянного (единоличного) владения вещью в широком смысле этого слова.

Юнит-экономика (unit economics) - метод экономического моделирования, используемый для определения прибыльности бизнес-модели путем оценки прибыльности единицы товара или одного клиента. Как правило, применяется для оценки прибыльности бизнес-идеи стартапа. Бизнес может быть успешным, только если отдельная единица товара или услуги будет прибыльной [20]. В рамках юнит-экономики используется в качестве базового инструмента когортный анализ данных.

Когортный анализ - это выделение определенной группы пользователей (когорты) и анализ ее поведения во времени. Пользователей в когорте объединяет совершение действия на определенном промежутке времени.

В основе всех представленных выше разновидностей цифровой экономики лежит возможность практически мгновенной обработки информации, появление технологии глобальных сетей, проектирование и повсеместное использование баз данных и знаний, способствующих быстрому принятию оптимальных решений в ходе любой хозяйственной деятельности.

Сущность цифровой экономики состоит в реализации нового типа экономических отношений в рамках современного информационного общества, в котором триада «данные-информация-знания» выступает основным связующим звеном между производством и потреблением, между стадиями материального и нематериального производства. Цифровая экономика при этом является динамической системой нового типа, которая должна продуктивно распределять цифровые ресурсы - данные, средства, ценности, запасы, возможности, источники средств обработки, хранения, распределения и потребления информации в целях создания нового знания. Выводы

Можно достаточно обоснованно говорить о том, что наступает качественно новый этап развития цивилизации, характеризующийся новым типом экономики - цифровой экономикой, сущность которого состоит в освоении и широкомасштабном использовании данных, информации, цифровых ресурсов и ее высшей формы - научных знаний практически во всех сферах социальной активности общества. Заметим, что основными инструментами механизма катализации имплицитности в цифровой экономике являются цифровые ресурсы, объединяющие в себе данные, информацию, знания и интеллектуальные технологии, которые порождают новые имплицитные факторы, не имеющие реальной рыночной стоимости, если их не учитывать соответствующим образом в основных параметрах деятельности предприятия, не обеспечивать им юридическую и экономическую безопасность.

Воздействие таких факторов на экономическую деятельность хозяйствующего субъекта может спровоцировать на траектории его развития появление бифуркационных точек, прохождение через которые может привести к непредсказуемым последствиям. Поэтому один из трендов развития цифровой экономики - это проектирование и внедрение в практику деятельности хозяйствующих субъектов инструментов перевода имплицитных ресурсов или факторов в конкретные активы предприятия.

Концептуальные инновации в развитии современного общества обусловлены невиданными масштабами модернизации традиционной и даже информационной экономики, направленной на становление информационного общества и изменение фокуса всех бизнес-процессов на интеллектуальный уровень на фоне процессов глобализации. Это позволяет сформулировать гипотезу об изменении «мировой экономической архитектуры», где основой становится не материальный ресурс в традиционном его понимании, а цифровые ресурсы и факторы, которые включают в себя информацию, знания и имплицитность.

ЛИТЕРАТУРА

1. Collaborativ eeconomy. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://ec.europa.eu/growth/single-market/servi-ces/collaborative-economy_en (дата обращения 30.08.2018).

2. Darby M.R., Kami E. Free Competition and the Optimal Amount of Fraud // Journal of Law and Economics. 1973. Vol. 16. P. 67-88.

3. Fogel R.W. Railroads and American Economic Growth: Essays in Econometric History. Baltimore: Johns Hopkins Press, 1964. 296 p.

4. Stigler G.J. Textual Exegesis as a Scientific Problem // Economica, New Series. 1965. Vol. 32. № 128. Р. 447-450.

5. Hart A. Risk, Uncertainty and the Unprovability of Compound Probabilities / In: Studies in Mathematical Economics and Econometrics. Chicago: University of Chicago Press, 1942.

6. HayekF.A. The Use of Knowledge in Society // American Economic Review. 1945. V. 35. № 4. P. 519-530.

7. Kahneman D., Tversky A. Prospect Theory: an Analysis of Decisions under Risk // Econometrica. 1979. № 47. Р. 263-291.

8. Knight F. Risk Uncertainty and Profit Preface to the Leisure. London: London School Economics and Political Science, 1933.

9. Langlois R.N. Knowledge, Consumption, and Endogenous Growth. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://ideas.repec.Org/e/pla2.html (дата обращения 30.08.2018).

10. Nonaka I., Takeuchi H. The Knowledge-Creating Company. Oxford: Oxford University Press, 1995.

11. North D.C. Institutions // Journal of Economic Perspectives. 1991. Vol. 5. № 1. Р. 97-112.

12. RothschildM., Stiglitz J.E. Increasing risk II: Its economic consequences // Journal of Economic Theory. 1970. № 3. Р. 66-84.

13. SpenceM. Signalung // Quarterly Jornal of Economics. 1973. Vol. 87. P. 355-374.

14. Winter S. Economic natural selection and theory of firm // Yale Economic Essays, 1964. Р. 224-272.

15. Акерлоф Д.А. «Рынок лимонов» неопределенность качества и рыночный механизм // Thesis. 1994. № 5.

16. Акофф Р. Планирование будущего корпорации. М.: Прогресс, 1985.

17. Гейтс Б. Бизнес со скоростью мысли. М.: ЭКСМО-Пресс, 2001.

18. Дайвард У. Наступление информационного века // Новая технологическая волна на Западе. М.: Прогресс, 1986.

19. Маршал А. Принципы экономический науки: в 2-х кн. Кн. 1. М.: Прогресс--Универс, 1993. 414 с.

20. Минин А. Юнит экономика. Часть 1: история появления. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://marketing-course.ru/unit-esonomiss (дата обращения 30.08.2018).

21. Назаров Д.М. Методология нечетко-множественной оценки имплицитных факторов в деятельности организации. Екатеринбург: Изд-во Урал. гос. экон. ун-та, 2016. 193 с.

22. Нейман Дж. фон, Моргенштерн О. Теория игр и экономическое поведение. М.: Наука, 1970. 708 с.

23. Программа «Цифровая экономика Российской Федерации».

24. Риккардо Д. Сочинения. Том 1. Начала политической экономии и налогового обложения. М.: Наука, 1995. 360 с.

25. Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов: в 3-х кн. Петрозаводск: Петроком, 1993. 319 c.

26. Стоупьер Т. Информационное богатство: профиль постиндустриальной экономики // Новая технократическая волна на западе. М.: Прогресс, 1986.

27. Тайлакова С.В. Развитие представлений об информации как экономическом ресурсе общества. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://lpur.tsu.ru/Public/art99/aO 12699.html (дата обращения 30.08.2018).

28. Хейне П. Экономический образ мышления. М.: Дело, 1997. 701 с.

29. Шеллинг Т. Стратегия конфликта. М.: ИРИСЭН, 2007. 366 с.

30. Шумпетер Й. Теория экономического развития. Капитализм, социализм и демократия. М.: ЭКСМО, 2007. 864 с.

31. Экономическая теория на пороге XXI века / под ред. Ю.М. Осипова, В.Т. Пуляева, В.Т. Рязанова, Е.С. Зотовой. М.: Юристъ, 1998. 768 с.

32. Эрроу К. Информация и экономическое поведение // Вопросы экономики. 1995. № 5.