Высшее дистанционное

Эфирное преподавание

Вы сидите на своей кухне в Якутске, к вам входит трехмерная голографическая модель известного столичного профессора и читает увлекательную лекцию. Фантастика? Да. Но к чему-то такому определенно рано или поздно приведут идеи Михаила Карпенко, основателя и президента Современной гуманитарной академии. Уже сейчас использование телекоммуникационных технологий превратило СГА в один из крупнейших вузов мира: более 170 тыс. студентов из десятка стран. А бизнес-модель какова — на всех хватает четырех сотен преподавателей! В МГУ, для сравнения, на преподавателя приходится 4 студента, в Гарварде — 4,7. Принципиальный момент: образование в СГА дистанционное, но именно очное. Студент смотрит в записи лекцию или участвует в видеоконференции-семинаре. В результате получает диплом гособразца.

"В 1997 году по нашей инициативе Минобрнауки запустило эксперимент, доказавший, что дистанционное образование имеет право на существование,— рассказывает Михаил Карпенко.— В законе об образовании появились дополнения, которые позволяют нам проводить "опосредованные занятия"". Остальным вузам по-прежнему не позволено выдавать дипломы гособразца как результат исключительно дистанционного обучения.

У СГА — около 900 учебных центров в России и за рубежом, в которых занятия проводятся "информационно-коммуникационным" методом. Тесты студенты СГА решают при помощи футуристического прибора, напоминающего устройство для чтения банковских карт. Проверяет их — машина. "Контролировать обучение должны роботы, а не профессора",— твердо говорит Михаил Карпенко. Учебные и методические материалы хранятся в электронной библиотеке, студенты и преподаватели получают их по спутниковой связи.

Похоже, правда, что уникальная система СГА особенно хороша для жителей глубинки, получающих возможность посмотреть на столичного лектора. Занятой москвич, который, возможно, предпочел бы тоже сидеть у монитора дома, вынужден, следуя стандартам Минобрнауки, входить в очный контакт с преподавателем, посещать занятия — и так дело обстоит везде, где у академии есть центры. Впрочем, в огромном здании СГА в районе Таганки нет обычных лекционных залов: каждый студент учится в одиночку, сидя за перегородками перед экраном. В свое время Михаил Карпенко запретил читать лекции вживую даже в Москве, чтобы занятия во всех отделениях СГА были идентичными.

"У нас под видом дистанционного образования часто продается заочное",— утверждает Карпенко.

Интересный вебинар

Дистанционное образование предлагают многие государственные и частные вузы, однако в дипломе оно чаще всего называется "заочным с использованием дистанционных образовательных технологий". Например, такая практика есть в известном государственном вузе — РУДН. Институт международных программ (ИМП) университета — одновременно головная организация программы Минобрнауки "Создание системы открытого образования" и базовая организация СНГ по дистанционному обучению. Здесь знания на расстоянии передают будущим юристам, журналистам, управленцам и психологам.

Студенты, информирует сайт РУДН, получают учебные программы, материалы для самоконтроля, письменные контрольные и тестовые задания, списки экзаменационных вопросов по каждой дисциплине, материалы для работы на практиках, а также диски с курсами лекций и трудами классиков. "Передача информации от студента в головной вуз осуществляется как с использованием традиционных средств связи (почта), так и с использованием телекоммуникационных каналов (электронная почта, интернет)",— говорится на сайте. Экзамены проходят очно. То есть и правда отличий от обычной "заочки" не так уж много. Возможно, поэтому вуз в прошлом году был переименован — до этого он назывался Институтом дистантного образования РУДН.

Есть примеры, когда процесс дистанционного образования в большей степени соответствует своему названию. Так, в частном вузе, Московском институте экономики, менеджмента и права (МИЭМП), дистанционное обучение ведется полностью через сайт. Выпускники также получают диплом о заочном высшем. Центр дистанционных образовательных технологий в вузе открылся пять лет назад. "В основном это второе высшее или обучение после колледжей и техникумов, но мы также принимаем студентов на старшие курсы,— рассказывает Павел Каллиников, начальник информационно-методического центра МИЭМП.— Мы осознанно не внедряем первое высшее. По отзывам коллег, есть большие проблемы с тем, чтобы удержать на "дистанционке" молодежь — после первого курса, бывает, уходят девять студентов из десяти".

Технически учебный курс — это сайт. В левой части страницы — оглавление и инструменты управления курсом (методический раздел, информация о пройденных тестах и вспомогательная информация), в правой части — текст, нашпигованный гиперссылками на Wikipedia и разные сервисы Google. "Студенты изучают интерактивные электронные курсы, которые мы для них разрабатываем, по ходу изучения этих материалов они общаются с тьюторами — преподавателями в системе дистанционного обучения,— говорит Павел Каллиников.— В системе — электронные курсы и тесты. У каждого студента — несколько контрольных точек по каждой дисциплине. Тесты можно решать в любом месте, где доступен интернет. Вместо семинаров — дискуссии на учебном форуме и консультации по почте". Называются такие семинары вебинарами.

В вузовской аудитории студент должен появиться однажды — для защиты диплома. "Нормативные документы обязывают нас к этому,— отмечает Каллиников.— Но все прочие контрольные точки — удаленно". Сейчас у МИЭМП около 300 студентов учатся дистанционно, в этом году вуз рассчитывает удвоить их количество. "Мы снизили цены вдвое, надеемся привлечь военнослужащих, людей с ограниченными возможностями",— поясняет Павел Каллиников.

В большинстве случаев, однако, дистанционные формы преподносятся не как основа высшего образования, а как нечто вспомогательное. Пример — концепция системы дистанционного обучения национального масштаба, которую Федеральное агентство по образованию представило в 2007 году. В ее основе — анализ опыта ведущих зарубежных университетов и наработки Санкт-Петербургского госуниверситета (СПбГУ). Программное обеспечение сделала группа "Астерос".

Система Asteros.EDU охватывает 12 вузов в десятке городов, это более тысячи курсов по различным, в основном гуманитарным специальностям. Обучение доступно более чем 30 тыс. студентам. До конца года к системе присоединятся еще восемь вузов. "В российском законодательстве понятия системы дистанционного обучения не закреплено, поэтому при выпуске студенты, посещавшие курсы, получат обычные дипломы",— говорит Андрей Гусев, директор по развитию Санкт-Петербургского филиала группы "Астерос".

Каждый пользователь системы, рассказывает Андрей Гусев, имеет свой сетевой "личный кабинет", где он настраивает необходимые инструменты, например средства общения, способы групповой работы. В системе сохраняется вся история работы в ней, а информация об успеваемости передается в интегрированную систему вуза. Преподаватели разрабатывают там учебные курсы, используя для этого материалы разного формата — тексты, видео, аудио и т. д. Они также публикуют расписания занятий, рассылают задания студентам, проводят тестирование, контрольные работы и даже экзамены. В системе преподаватели выставляют и баллы. Студент в режиме реального времени получает информацию о своей успеваемости. Причем в любой точке мира, где есть интернет. Правда, напомним, речь идет о вспомогательных курсах — традиционные занятия в вузах--участниках программы никто не отменял.

Отметим, поскольку пока дистанционные формы обучения в массовом порядке развиваются как вспомогательные, они более востребованы на различных курсах повышения квалификации или переподготовки, нежели при получении высшего образования.

Курс на дистанцию

В ГУ-ВШЭ дистанционными образовательными проектами ведает Высшая школа бизнес-информатики (ВШБИ) — это шесть программ повышения квалификации в области IT. Если пройти все — выдадут удостоверение ГУ-ВШЭ государственного образца о повышении квалификации по программе "Управление IT-проектами". "Слушатель самостоятельно изучает материалы, проходит тестирование в удобное для него время,— рассказывает директор ВШБИ Александр Олейник.— Есть возможность задавать вопросы преподавателю по электронной почте. Для заочного образования дистанционная модель очень перспективна. Это дешевле для слушателей, позволяет привлечь аудиторию из регионов. Другое преимущество: электронные курсы легко обновлять, отслеживая последние изменения. Заочная бумажная система в этом смысле очень консервативна".

Переводу на дистанционную форму всех программ обучения мешает правовое поле. "Нормативные документы позволяют это делать с короткими программами, но даже курс профпереподготовки на 500 часов мы не можем организовать в дистанционном виде,— говорит директор ВШБИ.— Пока четких юридических документов от Минюста или Минобрнауки не существует. Есть документы, которые говорят, что вузы на свое усмотрение и под свою ответственность могут использовать формы дистанционного образования, но не везде".

Другой пример дистанционных курсов повышения квалификации — программы "Дирекции спортивного обучения": курсы фитнеса, на которых можно получить специальность инструктора-воспитателя детского клуба и тренера тренажерного зала. В разработке — курсы по другим спортивным программам.

Систему вспомогательного дистанционного образования планируется развернуть и для школьников с ограниченными возможностями. В этом году стартовал соответствующий федеральный проект. За реализацию отвечают региональные администрации, которые выбирают в качестве исполнителей местные образовательные учреждения. "Идея — создать учебно-методическое сопровождение процесса по всем предметам общеобразовательного цикла,— рассказывает Эммануил Баграмян, первый проректор Педагогической академии последипломного образования, которая занимается программой в Московской области.— На выходе должна получиться система информационных ресурсов, которые будут помогать детям получать и углублять знания. Задача — не просто обеспечить выход в интернет, а вести по образовательной траектории, помочь этим детям в социализации, выборе будущей профессии".

Аттестации не предполагается: это не замена, а поддержка традиционной системы, в рамках которой дети-инвалиды учатся в одиночку и с педагогами видятся нерегулярно.

Дистанционное образование в России развивается и за счет корпоративных программ. "Если речь идет о большой компании с офисами по всей стране и за границей, дистанционное образование незаменимо",— говорит Павел Каллиников из МИЭМП.

Расширение удаления

Главный футуролог высшей школы Михаил Карпенко не готов останавливаться на достижениях своей СГА. Вместе с Московским университетом экономики, статистики и информатики (МЭСИ), ведущим онлайн-обучение через интернет, СГА обратилась к думским фракциям с просьбой хотя бы в виде эксперимента снять барьеры, мешающие развитию дистанционного образования.

Например, закон об образовании не предусматривает возможности кооперации вузов. У СГА, рассказывает Карпенко, во многих регионах есть партнеры, которые хотели бы развернуть свои образовательные программы на базе филиалов академии. Мешает то, что по закону лицензирован должен быть не только курс лекций, но и помещение, в котором его читают. "У нас есть такие помещения, у региональных учебных заведений — перспективные программы, но объединить усилия не удается",— сетует Михаил Карпенко.

Другой пример: в России не разрешено защищать дипломы о высшем образовании удаленно, вне лицензированного здания,— например, посредством видеоконференции. В СГА это делают — но пока только заключенные, за что академия даже получила награду ФСИН и признание Международной ассоциации по обучению в тюрьмах. Чтобы обучать преступников, приходится обходить правила (руководители исправительных колоний, конечно, не готовы этапировать своих стремящихся к знаниям подопечных в ближайший филиал академии).

Эти и ряд других ограничений вузы, практикующие обучение на расстоянии, рассчитывают снять, благодаря государственному эксперименту в области дистанционного образования, который, возможно, вскоре стартует.

"Депутаты Госдумы нас поддержали и написали письмо президенту,— рассказывает Михаил Карпенко.— Он дал команду Минобрнауки образовать рабочую группу для разработки проекта положения об эксперименте. Я вошел в эту группу". Работа почти завершена: документ одобрили Минобрнауки, Рособрнадзор и Рособразование — очередь за другими заинтересованными ведомствами и премьер-министром.

Эксперимент рассчитан на пять лет, список участников пока не определен. Ими должны стать вузы, соответствующие статусу "распределенных". Подразделения такого вуза находятся в разных местах, объясняет президент СГА, но при этом они связаны телекоммуникационной сетью — через спутники или интернет. Благодаря этому у "распределенного вуза" — единый профессорско-преподавательский состав, общие информационная база и библиотека, единые способы управления.

Такая система, заработай она, и правда могла бы устранить дискриминацию среди вузов, которые всегда делились на столичные и провинциальные.