Основные проблемы лингвистического анализа карачаево-балкарского нартского эпоса

МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» № 03-2/2017 ISSN 2410-700Х

year,' Gerald muttered. Глагол mutter передает манеру говорения и эмоциональное состояние говорящего. В приведенных примерах видно, что в большинстве случаев данные глаголы не нуждаются в уточнении своего значения, а сами создают негативный фон высказывания, характеризуя коммуникативную ситуацию.

Как отмечалось выше, многие перечисленные глаголы употребляются лишь в неформальной обстановке с негативной коннотацией значения, что подтверждается пояснениями к определениям глаголов в Cambridge Dictionary как "informal disapproving". Данные глаголы демонстрируют широкий выбор английского языка в передаче эмоционального состояния говорящего, отношения слушающего к речи и к самому собеседнику, манеры говорения, контекста коммуникативной ситуации. Это можно объяснить отсутствием в обыденной разговорной речи жестких рамок и ограничений в использовании языковых единиц, что предоставляет свободу самовыражения и возможность более полной передачи информации. Также следует отметить, что не все глаголы сохраняют особое прагматическое значение употребления при переводе, что может обеднять содержание и смысл высказывания, и ситуацию в целом. Это, в свою очередь, приводит к неполному пониманию («прочувствованию») языка автора.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что экспрессивность является неотъемлемой частью разговорной речи, так как именно в ней человек может использовать разнообразные языковые единицы для выражения своих эмоций и мнений, делая свою речь индивидуальной. Список использованной литературы:

1. Арнольд И.В. Семантика. Стилистика. Интертекстуальность. — СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 1999. 444 с.

2. Вилюнас В.К. Психология эмоций. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1984. 288 с.

3. Виноградов В.В. Русский язык. М., 1972. 616 с.

4. Лукьянова Н.А. Экспрессивная лексика разговорного употребления в семантическом аспекте / Н.А. Лукьянова // Вестн. Новосиб. гос. ун-та. Серия: История, филология. - Новосибирск, 2015. - Т. 14, вып. 9: Филология. - С. 183-201.

5. Словарь Cambridge Dictionary [Электронный ресурс] URL: http://dictionary.cambridge.org/

© Мустафина Р.Ф., 2017

УДК 81-35

З.Р. Уянаева

магистрант, КБГУ г. Нальчик, РФ Е-тай:иуапаеуа^аНпа@тай.ги

ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЛИНГВИСТИЧЕСКОГО АНАЛИЗА КАРАЧАЕВО-БАЛКАРСКОГО НАРТСКОГО ЭПОСА

Аннотация

Данная статья посвящена проблемам лингвистического исследования карачаево-балкарского нартского эпоса. В частности, в ней рассматриваются вопросы, связанные с изучением его особенностей с точки зрения науки о языке. В статье проводится обзор научных работ языковедов в области изучения языка карачаево-балкарского нартского эпоса.

Ключевые слова

Карачаево-балкарский язык, эпический дискурс, язык нартского эпоса.

Одной из важнейших задач, стоящих перед карачаево-балкарским языкознанием, остается изучение языка карачаево-балкарского устного народного творчества, так как фольклор является одним из составных частей культурного наследия карачаево-балкарцев, следовательно, изучение его особенностей с точки зрения

_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» № 03-2/2017 ISSN 2410-700Х_

лингвистической науки актуально и по сей день.

Центральное место в фольклоре карачаево-балкарцев занимает героический нартский эпос. В нем отразились история, мировоззрение, нравы и традиции народа, эпос является своего рода оригинальным творением карачаево-балкарского этноса. Большой вклад в изучение карачаево-балкарского фольклора, в том числе и эпоса, внесли такие ученые, как А.З. Холаев [20], Т.М. Хаджиева [19], Ф.А. Урусбиева [21], А.И. Караева [13]и др.

В лингвистическом плане карачаево-балкарский нартский эпос мало подвергался изучению, до недавнего времени он не был объектом специального исследования, тогда как в тюркологии этим вопросом уже давно занимались, и он успешно решался в трудах различных исследователей. Между тем изучение карачаево-балкарского нартского эпоса с точки зрения языка является наиболее важной проблемой, так как в лингвистическом плане фольклор изучен недостаточно полно.

Первым монографическим исследованием языка и стиля карачаево-балкарского нартского эпоса является работа Л.С. Гергоковой (Этезовой), в которой рассматривается своеобразие эпического языка на уровне лексики, морфологии и фразеологии, а также некоторое внимание уделяется стилистическим особенностям языка эпоса [12].

Важным представляется лингвистический анализ эпического текста в контексте современной парадигмы лингвистики. Так, например, языковеды начали уделять большое внимание изучению теории интертекстуальности, которая возникла на базе научно-теоретических изысканий, посвященных изучению текста и сопряжена с рассмотрением вопроса о включении какого-либо текста в другой. Это дает возможность связывать различные тексты, относящиеся к разным жанрам. В специальных лингвистических исследованиях отмечается, что «элементы таких жанров карачаево-балкарского фольклора, как сказки, благопожелания и зложелания, паремии, песни являются облигаторными для эпического текста и характеризуются значительной функционально-семантической нагрузкой» [10]. В этой связи важным представляется и обращение к текстуальным составляющим нартского эпоса, характеризующимся различной жанровой принадлежностью и вобравшим в себе различные фрагменты карачаево-балкарской национальной языковой картины мира.

В настоящее время особый интерес проявляется к исследованию различных аспектов концептов, так как для современной теории языка немаловажное значение имеют лингвокогнитивный и лингвокультурный подходы к их пониманию. С концептологической точки зрения язык нартского эпоса рассмотрен в работах М.А. Ахматовой и М.Б. Кетенчиева. Ими, например, исследованию подвергается семантическое пространство концепта къан «кровь». По мнению данных авторов, в карачаево-балкарской лингвокультуре концепт «кровь» занимает важное место и наделяется культовым смыслом, кровь так же, как и сердце, является центром человеческих страстей, представляется живой и описывается через антропоморфный код культуры, она как элемент внутреннего мира человека является центром различных его страстей, выступает вместилищем души, воплощением жизни, и присущие ему качества отражают его значимость для носителей карачаево-балкарской культуры, а также наделен различными когнитивными признаками [9]. С таким мнением трудно не согласиться.

Концепты, как вместилище знаний человека о различных фактах действительности, являются частью национальной культуры любого этноса. Так, согласно фактологическому материалу, представленному в текстах нартского эпоса, концепт «жан» полисемантичен. Этот концепт релевантен для выражения различных проявлений состояния и репрезентирует различные типы интерперсональных отношений, а также оценку и различные черты характера [3]. В этом ключе анализу подвергнут и концепт «жюрек» в карачаево-балкарском языке (на материале нартского эпоса), который вбирает в себя различные проявления состояния человека, репрезентирует различные типы отношений, а также в наибольшей степени отражает антропоцентризм языка [5]. Однако автору не в полной мере удалось представить ядерную и периферийную составляющие данного концепта, что существенно для работ данного типа.

Особое внимание необходимо обратить на работы по пространству и времени нартского эпоса. Структурная организация пространства представлена в работах М.А. Ахматовой рядом ключевых пространственных сегментов, которые заключают в себе различные значимые для человека реалии внешнего

_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» № 03-2/2017 ISSN 2410-700Х_

мира. Таковыми для карачаево-балкарцев традиционно выступали гора, степь, вода. Автором сделана удачная попытка интерпретировать категорию пространства как культурную универсалию, которая находит отражение в человеческом миросозерцании и играет важную роль в восприятии человеком окружающего мира [4]. Согласно ее мнению, в нартском эпосе в репрезентации концепта «гора» принимают участие наряду с лексическими единицами со значением пространства и некоторые соматизмы, что отражает наивную карачаево-балкарскую языковую картину мира.

Отдельная статья посвящена концептосфере гидролексемы «суу» в карачаево-балкарском нартском эпосе. Гидроконцепт «суу» представляет собой один из значимых концептов карачаево-балкарской лингвокультуры, в репрезентации которого участвуют лексические единицы типа тенгиз «море», кёл «озеро», шаудан «родник», которые «в эпическом контексте отражают наивную картину мира карачаевцев и балкарцев» [7, с. 81]. В этой связи нельзя обойти без внимания и статью, посвященную репрезентации концепта «огонь» в карачаево-балкарском языке [8]. Анализируя подобные лексемы, можно было бы осуществлять междисциплинарный подход, привлекая к анализу данные исторической науки. Это помогло бы определению ареала расселения предков карачаевцев и балкарцев.

В структуре концепта «пространство» особое место занимает путь, который является его основным элементом. Этот концепт дефинируется как конструкт этнической языковой картины мира. Рассмотрение основных когнитивных характеристик концепта «путь» подводит к правомерной мысли, что он является одной из составляющих макроконцепта «пространство». Тексты карачаево-балкарского нартского эпоса дают возможность авторам выделить следующие когнитивные признаки, присущие данному концепту: судьба, цель, приключение, даль, трудность, смерть, освоение пространства и т.д. [11].

Время относится к базовым концептам, на основе которых происходит осмысление всех остальных явлений. Для нартского эпоса характерна репрезентация времени посредством следующих базовых метафор: «время-пространство», «время-вместилище/контейнер», «время-движение» [6]. Пространственно-временные характеристики картины мира отображаются при помощи чисел [2].

Карачаево-балкарский нартский эпос характеризуется многообразием различных лексических образных средств (метафора, олицетворение, синекдоха, аллегория и др.). К ним можно отнести и сравнение, которое вовлекается в сферу лексических средств несколько условно, потому что оно проявляет себя и на других языковых уровнях. Ахматова М.А. пишет «что сравнение является одним из облигаторных элементов эпического текста, функция которого состоит не только в украшении речи, но и в познании через восприятие окружающей действительности. Сравнение способствует также кодифицированному представлению архетипических образов-символов национальной культуры этноса, выявление описание которых является одной из основных задач современной карачаево-балкарской филологии, что предопределяется современной парадигмой науки о языке» [1, с. 23].

Как явствует из фактологического материала эпического текста, «свои предпочтения этнос, являющийся коллективной языковой личностью» [17, с. 133], часто облекает в форму различных компаративных конструкций.

Нартский эпос изобилует лексемами, отражающими фауну традиционного ареала проживания карачаевцев и балкарцев. Однако эта проблема все еще не нашла должного отражения в современных лингвистических исследованиях, посвященных карачаево-балкарскому языку. Имеет место лишь спорадический анализ этнокультурной составляющей зоолексемы «лошадь». Некоторые исследователи обращаются при этом к эпическому тексту, актуализируя функцию богатырского коня по созданию пространства [18, с. 109].

Невозможно обойти вниманием также эпические тексты, в которых «отмечены различные ипостаси трудовой деятельности и выражаются архетипические представления социума о труде» [14, с. 314].

Пока еще вне поля зрения языковедов остаются проблемы, связанные с синтаксическими особенностями нартского эпоса. Именно эпос дает достоверный фактологический материал относительно конструкций, имеющих «различную синтаксическую устроенность» [15, с. 127], но по своему смысловому содержанию отличающихся семантическим многообразием. Указанное релевантно и для полиаспектного изучения парадигматики простого предложения, в частности парадигм предложения по синтаксическим

_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» № 03-2/2017 ISSN 2410-700Х_

наклонениям. Основные парадигмы предложения и такие формы, как «долженствовательное наклонение, предположительное наклонение, наклонения намерения, возможности, позволения, сожаления, притворства и удивления» [16, с. 395] позволяют отразить основные характеристики героев нартского эпоса, их жизнедеятельность.

Таким образом, как показывает проанализированный выше материал, тексты карачаево-балкарского нартского эпоса различными авторами подвергнуты полиаспектному анализу. Между тем все еще остается целый ряд проблем, связанных с междисциплинарными исследованиями в области гуманитарных наук. Список использованной литературы:

1. Ахматова М.А. Вербализация сравнения в карачаево-балкарском нартском эпосе // Вестник Челябинского государственного университета. - 2011. - №28. - С. 20-23.

2. Ахматова М.А. Символика числа в карачаево-балкарском эпическом дискурсе // Вестник Челябинского государственного университета. - 2012. - № 20 (274). - С. 23-26.

3. Ахматова М.А. Концепт «душа» в карачаево-балкарском языке (на материале нартского эпоса) // Известия Кабардино-Балкарского научного центра РАН. - 2014. - №5 (61). - С. 206-210.

4. Ахматова М.А. Концепт «гора» в карачаево-балкарском нартском эпосе // Современные проблемы науки и образования. - 2015. - №2-3. - С. 68.

5. Ахматова М.А. Репрезентация концепта «жюрек» в карачаево-балкарском языке (на материале нартского эпоса) // Известия Кабардино-Балкарского научного центра РАН. - 2015. - № 1 (63). - С. 239-243.

6. Ахматова М.А. Языковая метафоризация концепта «время» в карачаево-балкарском языке (на материале нартского эпоса) // Известия Кабардино-Балкарского научного центра РАН. - 2015. - № 5 (67). - С. 190-193.

7. Ахматова М.А. Концептосфера гидролексемы «суу» в карачаево-балкарском нартском эпосе // Филологические науки. Вопросы теории и практики. - 2016. - № 11-1 (65). - С. 78-81.

8. Ахматова М.А. Языковые репрезентанты концепта «огонь» в текстах карачаево-балкарского нартского эпоса // Филологические науки. Вопросы теории и практики. - 2016. - № 1-2 (55). - С. 76-79.

9. Ахматова М.А., Кетенчиев М.Б. Семантическое пространство концепта «къан/кровь» в карачаево-балкарском языке // Филологические науки. Вопросы теории и практики. - 2016. - № 6-2 (60). - С. 38-41.

10.Ахматова М.А., Кетенчиев М.Б. Интертекстуальность как облигаторный признак карачаево-балкарского нартского эпоса // Вестник Челябинского государственного университета. - 2013. - № 2 (293). - С. 68-70.

11.Ахматова М.А., Кетенчиев М.Б. Концепт «путь» как конструкт этнической языковой картины мира (на материале карачаево-балкарского нартского эпоса) // Вестник ВЭГУ. - 2014. - № 5 (73). - С. 79-86.

12.Гергокова (Этезова) Л.С. Язык карачаево-балкарского героического эпоса «Нарты» // Кабардино-Балкарский институт гуманитарных исследований. Нальчик, 2015. - 140 с.

13.Караева А.И. О фольклорном наследии карачаево-балкарского народа. - Черкесск, 1961. - 79 с.

14.Кетенчиев М.Б. Вербализация деятельности в карачаево-балкарском языке // Актуальные проблемы филологии и педагогической лингвистики. - 2010. - № 12. - С. 311-315.

15.Кетенчиев М.Б. Парадигма утвердительного/отрицательного простого предложения в карачаево-балкарском языке // Вестник ВЭГУ. - 2013. - № 4 (66). - С. 123-127.

16.Кетенчиев М.Б. Парадигмы простого предложения по синтаксическим наклонениям в карачаево-балкарском языке // Актуальные проблемы филологии и педагогической лингвистики. - 2014. - № 16. - С. 392-396.

17.Кетенчиев М.Б. Карачаево-балкарские компаративные паремические высказывания // Актуальные проблемы филологии и педагогической лингвистики. - 2015. - № 2 (18). - С. 132-136.

18.Кетенчиев М.Б., Аппоев А.К. Этнокультурная составляющая зоолексемы «лошадь» в карачаево-балкарском языке // Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион. Серия: Общественные науки. - 2011. - №2. - С. 106-109.

19.Хаджиева Т.М. Поэтика балкаро-карачаевского нартского эпоса: автореф. дис. ... канд. филол. наук. - М., 1980. -18 с.

20.Холаев А.З. К вопросу о балкарско-карачаевском нартском эпосе // Сказания о нартах - эпос народов Кавказа. - М.: Наука, 1969. - С. 282-294.

МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» № 03-2/2017 ISSN 2410-700Х

21.Урусбиева Ф. А. Карачаево-балкарская сказка. Вопросы жанровой типологии. - Владикавказ, 2010. - 125 с.

© Уянаева З.Р., 2017

УДК 81-21

Т.И. Щелок

канд. филол.наук, доцент АГГПУ им. В.М. Шукшина

г. Бийск, РФ E-mail: tstschelok@rambler.ru Н.Г. Виноградова канд. филол. наук, доцент АГГПУ им. В.М. Шукшина

г. Бийск, РФ E-mail: katipet@yandex.ru

ТЕМАТИЧЕСКИЕ ГРУППЫ В НЕМЕЦКОМ МОЛОДЕЖНОМ ЯЗЫКЕ

Аннотация

В данной статье описаны результаты исследования лексических единиц в современном немецком молодежном языке, являющем собой интересное лингвистическое явление и имеющем широкое распространение. Представлены тематические группы, включающие описываемый лексический материал и выявляющие частотность, а также непродуктивность классов слов, присутствующих в языке молодежи.

Ключевые слова

Молодежный язык, молодежная коммуникация, тематическая группа, продуктивность тематических групп.

Общение - одна из важнейших для молодых людей сфер жизни. От того, как складывается молодежная коммуникация, зависит формирование личности человека.

Речь современной молодежи возмущает и приводит в негодование учителей и преподавателей, родителей, представителей более старшего поколения, остро реагирующих на режущие ухо выражения. На самом деле, как представляется, причина для беспокойства есть: среди молодых людей и подростков степень жаргонизации речи очень высока, «молодежные словечки» вытесняют литературные выражения.

Речь - это специфическая форма отражения действительности. Она следует за изменениями, происходящими в жизни человека, связанными со сменой культурных ориентиров, ценностей, установок. Свойства речи и свойства среды взаимосвязаны. Как человек не существует вне семьи, школы и т.д., так и эти общественные институты не существуют отдельно от индивидов, влияя тем самым на их речь.

Молодежный язык представляет собой интереснейший лингвистический феномен, существование которого ограничено не только определенными возрастными, но и социальными, временными и пространственными рамками. Он создается, активно распространяется и используется в большей степени в среде учащейся молодежи - в отдельных более или менее замкнутых референтных группах.

Молодежный язык - социальный диалект, лексикон, который пользуется материалом общенационального языка, живет на его фонетической и грамматической почве. Поток этой лексики никогда полностью не иссякает, он только временами мелеет или становится полноводным. Такая закономерность может быть связана с историческим фоном, на котором развивается язык. Одним из распространенных способов появления новых слов и словосочетаний является также их возникновение в одной профессиональной группе. Примеры из студенческого языка: «Frittenbunker» - столовая, «Gehirnprothese» -калькулятор, «Lungenbrotchen» - сигарета, «mitmeiseln» - записывать что-то на занятиях. Следует отметить при этом, что молодежные слова, используемые одной группой, могут иметь совершенно другое значение в другой. Таким образом, молодежный язык представляет собой особый жаргон, «язык в языке»,