Север - моя жизнь

_Интервью

А.Н. Чилингаров, член-корреспондент РАН, доктор географических наук

СЕВЕР - МОЯ ЖИЗНЬ

Аннотация. Видный полярный исследователь, член-корреспондент Российской Академии Наук А.Н. Чилингаров рассказывает в интервью корреспонденту журнала об организации возглавлявшихся им экспедиций в Арктику и Антарктиду, о значении северных территорий и арктических пространств для развития экономики России.

Ключевые слова: Северный и Южный полюса, экспедиции в Арктику и Антарктиду, регионы Крайнего Севера России, исследования полярных территорий.

A.N. CHILINGAROV

NORTH IS MY LIFE

Abstract. A prominent polar explorer, a member of the Russian Academy of Sciences Chilingarov told d in an interview about the organization of Arctic and Antarctic, expeditions, the importance of the Northern Territories and the Arctic space for the development of Russian economy

Key words: north and South Poles, expeditions i in Arctic and Antarctic, regions of the Far North of Russia, the study glades areas

- С чего началась Ваша трудовая деятельность?

- После окончания Ленинградского Высшего морского инженерного училища работал в Научно-исследовательском институте Арктики и Антарктики, затем работал инженером-гидрологом в Тикси. Я и моя семья - люди южные, но случилось так, что судьба связала меня с Севером. И я удовлетворен, что мне довелось участвовать много лет в изучении и освоении Арктики, нашего обширного и богатого края. В Амдерме - за Полярным кругом, где я был начальником гидрометеослужбы, - у меня родился сын Николай. Интересное было время, государство в тот период не жалело сил и средств на освоение арктических территорий. Чтобы устроиться в Амдерму на работу, надо было выдержать конкурс. В это трудно поверить сейчас, когда люди из регионов Крайнего Севера просто бегут, но так действительно было.

- Вспомним событие двадцатилетней давности, к которому Вы имеете самое непос-

редственное отношение. Тогда, у берегов Антарктиды, оказался в плену дизель-электроход «Михаил Сомов» с сотнями пассажиров на борту. Люди и дорогостоящее судно были спасены. Пожалуйста, расскажите, как это было?

- Около ста восьмидесяти лет назад русские морские офицеры открыли человечеству загадочный, покрытый ледовой шапкой континент. До сих пор он таит в себе немало неизведанного. Окруженный со всех сторон океанами и отдаленный от цивилизации, он по-прежнему привлекает к себе ученых, путешественников и даже туристов. Научно-исследовательское судно «Сомов», направлявшееся в Антарктиду, попало там в ледовый плен. Крепко зажатое льдами, судно не двигалось с места. Полетели встревоженные радиограммы в Москву и Владивосток. Надо было срочно вызволять попавших в беду людей, да и само судно спасать. Операция была крайне рискованной, мало кто верил в успех - это время в

Антарктиде самое тяжелое. Получив правительственное задание, срочно вылетел во Владивосток. С аэродрома сразу же помчался на борт ледокола «Владивосток», который ждал меня в полной готовности. Поход по Тихому океану прошел благополучно, корабль стойко перенес шторма и наскоки тайфунов. Достигнув кромки антарктического льда, ледокол начал прокладывать канал по направлению к попавшему в беду судну. Мы не раз попадали в критические, казалось бы, безвыходные ситуации, но продолжали свой рейс, хотя советов и рекомендаций вернуться обратно было более чем достаточно. В конце концов пробиться к «Сомову» удалось, а затем и вывести его из ледового плена. За эту спасательную экспедицию мне и было присвоено звание Героя Советского Союза.

- А был еще и поход к Северному полюсу на атомном ледоколе «Сибирь».

- Спустя два года после спасения «Михаила Сомова» мне было поручено возглавить экспедицию к полюсу на атомоходе. И вот впервые в мире ледокол достиг заветной точки, где сходятся все меридианы планеты. 8 мая 1987 года атомный ледокол «Сибирь» вышел из порта Мурманск и взял курс на Землю Франца-Иосифа. 13 мая ледокол пересек 85-ю параллель, что вобщем-то уже было немалым достижением. В это время года так далеко ни одно судно не добиралось. Атомоход «Арктика» пересек ее в августе, когда ледовая обстановка была намного легче, а температура воздуха гораздо выше. Когда пересекли 88-ю параллель, сделали остановку для проведения плановых исследований, затем «Сибирь» вновь двинулся к полюсу. 25 мая вертолет «МИ-2» вывел атомоход на ледовую перемычку, пройдя которую, можно было уже по разводью дойти до полюса. Что и было незамедлительно сделано. «Сибирь» стало вторым после атомохода «Арктика» судном, достигшим Северного полюса. На самой северной точке планеты простояли десять часов. Организовали здесь футбольный матч. Играли азартно, с настроением. Было

много голов, крика и смеха. И проигравшие совсем не расстроились. Играли ведь на самой северной футбольной площадке планеты.

- Насколько мне известно, Вы были удостоены и Государственной премии СССР.

- Государственную премию получил за участие в научном обосновании первых экспериментальных плаваний в зимне-весенний период по Северному морскому пути, то есть разработки методики операций по использованию припая для погрузочно-разгрузочных работ. Речь шла об обеспечении проводки ледовых караванов на полуостров Ямал, где впервые была успешно апробирована выгрузка грузов на припайный лед, что позволило сэкономить и время, и значительные средства. Тогда на полуострове Ямал только-только начиналось создание газодобывающих предприятий, так что меня с полным основанием можно зачислять в почетный круг тех, кто стоял у истоков одной из основных экспортных отраслей России, благодаря которой она стала подлинно великой энергетической державой. Сегодня значение арктических территорий для экономики России резко возрастает. Именно сюда перемещаются основные центры добычи полезных ископаемых, прежде всего нефти и газа. И значение Северного морского пути в нынешней обстановке трудно переоценить.

- Нагрузок - и каких! - у вас предостаточно. Вы ведь являетесь специальным представителем Президента РФ по вопросам международного гуманитарного сотрудничества в Арктике и Антарктиде, Президентом Ассоциации полярников. А еще и возглавили Некоммерческое Партнерство по координации использования Северного Морского пути.

- Да, работы хватает. Но от руководства Партнерством я просто не мог отказаться. Появилась, по крайней мере, реальная возможность координации и согласования усилий всех, кто имел отношение к функционированию СМП, что само по себе представляло очевидный про-

-

166 -(И

гресс по сравнению с наплевательским отношением к проблемам Крайнего Севера совсем недавнего времени. Среди основных направлений деятельности Партнерства - а в него входит более 30 организаций - содействие безопасному торговому мореплаванию, защита имущественных, экономических, технических интересов его членов, разработка предложений по тарифной налоговой, страховой и антимонопольной политике с целью стимулирования инвестиционной активности в Арктической зоне и в районе Севморпути. Все эти вопросы мы регулярно рассматриваем на заседаниях Совета Партнерства, проводимых 3-4 раза в год. На выездных заседаниях в арктических городах члены Совета знакомятся с деятельностью предприятий и организаций, имеющих отношение к СМП. Да и в Государственной Думе собираемся регулярно.

- Но все-таки, судя по вашим высказываниям, Крайний Север, арктические территории до сих пор остаются без реального хозяина.

- К сожалению, это так. Были попытки создания уже не общественных, а государственных структур, которые могли бы руководить освоением северных и арктических территорий, но успешными их назвать нельзя. И напрасно - на отсутствии государственного регулирования их развития мы теряем очень многое. Можно было бы, например, создать корпорацию с условным названием «Главсев-морпуть», которая могла бы состоять из государственных (предприятия-поставщики, транспорт, в особенности атомный флот) и коммерческих структур (акционерный банк, предприятия и фирмы-поставщики, фирмы по перевозкам и т. п.) и полностью финансировала бы все операции, связанные с освоением северных территорий. Руководящим органом корпорации мог бы стать наблюдательный совет, в который входили бы и представители северных администраций, что обеспечило бы оптимальное сочетание в ее деятельности федерального и регионального аспектов. Расче-

ты показывают, что входящий в состав «Глав-севморпути» акционерный коммерческий банк, работая с ресурсами, выделенными государством из бюджета для завоза на Север, мог бы получать прибыль в размерах, сопоставимых с затраченными средствами, и вернуть эти деньги государству. Государство, имея контрольный пакет акций, сможет контролировать выполнение главной задачи корпорации. А остальные совладельцы, блюдя свой коммерческий интерес, позаботятся о том, чтобы затраты на выполнение этой задачи были рациональными. Конечно, чтобы серьезные коммерсанты пошли на Север, необходимо предоставить им налоговые и финансовые льготы, как делается в других странах. Пока же российские коммерческие структуры в основном «пенки снимают»: организуют иностранцам дорогостоящие парашютные прыжки на Северный полюс и прогулки на атомных ледоколах... Возможны и иные варианты государственно-частного партнерства, допускаемые федеральным законодательством. Главное не стоять на месте, а искать, пробовать новые подходы. Искать, используя хорошо зарекомендовавший себя и учитывающий специфику Крайнего Севера опыт прошлого.

- Об организованной вами экспедиции на дно Ледовитого океана говорилось и писалось довольно много. И все-таки небезынтересно услышать о ней из первых уст...

- К «макушке» Земли шли атомный ледокол «Россия» и научно-исследовательское судно «Академик Федоров» с глубоководными аппаратами «Мир». В составе экспедиции были сотрудники более десяти научных институтов и представители зарубежных центров. Впервые на дно Ледовитого океана в районе Северного полюса спустились на более, чем четырехкилометровую глубину, аппараты «Мир-1» и «Мир-2». Ими управляли опытные гидронавты из Института океанологии РАН доктор технических наук А. Сагале-вич и научный сотрудник Е. Черняев. На первом из них находился и я. Это было в опре-

деленном смысле нарушение статуса руководителя экспедиции, который по идее не должен был уходить от общего руководства обеими аппаратами. Но рисковать чужой жизнью я не мог - риск был слишком велик. И у нас дважды в ходе погружения и всплытия возникали критические ситуации. Без всякого преувеличения, мы были на волосок от гибели, но все, слава богу, обошлось. Никогда бы не простил себе, если бы кто-либо погиб, в то время как я оставался бы на борту судна. Кстати, гидронавты уже много раз «ныряли» в океанские глубины, обследовали печально известный «Титаник», затонувшие подводные лодки. Но по сложности и трудности то, что мы осуществили, конечно, не имело прецедента. В целом, риск оправдался. Ставилась задача доказать, что подводные хребты «Ломоносов» и «Менделеев», ранее открытые нашими учеными, простираются от Сибирской платформы вплоть до района Северного полюса. Мы, конечно, внесли свой вклад в это важное и нужное для страны дело. Но главные доказательство и аргументы уже многие годы собирают наши ученые и специалисты. Один раз, правда, нашу заявку отклонили. Но надо продолжать эту работу. Вся совокупность изысканий должна быть представлена в специальную комиссию ООН для определения за Россией значительного арктического пространства с его шельфом, богатого природными углеводородами. А это -более одного миллиона квадратных километров. Работы в этом направлении продолжаются. Многие ведь хотели бы прибрать к рукам то, что по праву принадлежит России.

- Вслед за глубоководными исследованиями в Ледовитом океане они были продолжены на озере Байкал вновь под Вашим руководством. С какой целью они проводились?

- Об этом уникальном озере сложено немало легенд. Оно воспето в произведениях писателей и поэтов, композиторов и художников. Широко известна в народе песня «Славное

море - священный Байкал». Но поскольку это одно из глубочайших озер мира, оно было малодоступно для изучения и таило в себе природные тайны. И вот летом 2008 и 2009 годов были организованы глубоководные экспедиции. С помощью тех же аппаратов «Мир-1» и «Мир-2» было обследовано дно Байкала. Ими поочередно командовали Герои России А. Са-галевич и Е. Черняев, а также гидронавт В. Нищета. Участники погружения определили характер дна озера, взяли пробы воды и грунта, нашли железомарганцевые конкреции, газогидраты, и, что самое главное, нашли источники газа и нефти. Подтвердили максимальную глубину - 1637 метров.

- Насколько мне известно, в районе экспедиции прибыл премьер-министр В. Путин.

- Да, Владимир Владимирович не только заинтересовался этой экспедицией, но и в одном из аппаратов погрузился на дно озера. По мере погружения он наблюдал меняющиеся краски толщи воды, новых обитателей озера, внимательно осматривал дно, различные выступы и предметы на нем. Участники экспедиции по достоинству оценили заинтересованность руководителя правительства к этому мероприятию. Но отмечу существенный момент. Экспедиции на Север и на Байкал были организованы за счет спонсоров, и ни копейки из бюджета страны не было использовано. Как и многие другие экспедиции, организованные мной уже в постсоветский период.

- Большое внимание вы уделяли и уделяете исследованию шестого континента -Антарктиды. Экспедиций туда было немало, ряд из них просто уникальны. Чем объясняется интерес к Антарктиде?

- Антарктиду открыли около ста восьмидесяти лет назад русские офицеры Беллинсгаузен и Лазарев на парусных кораблях «Восток» и «Мирный». Наша страна уже более пятидесяти лет изучает Антарктиду на научных полярных станциях. Горжусь тем, что был начальником станции «Беллинсгаузен». На материке органи-

168

зованы подобные станции более десяти стран, и некоторые из них пытаются закрепить за собой значительные участки земли. Ведь в недрах Антарктиды огромные залежи ценных природных ресурсов. Хочу напомнить, однако, что по Международному договору по Антарктике от 1959 года не допускается никакой ее дележ и никакая промышленная добыча полезных ископаемых и предусматриваются только научные изыскания, чем последовательно и занимаются наши ученые. Антарктида - это своеобразные легкие нашей планеты, от ее состояния во многом зависит экологическая обстановка на других континентах.

- Не все знают, что Вы впервые достигли Южного полюса на вертолетах. И все-таки хотелось бы подробней об экспедиции.

- После вылета из чилийского Пунта-Аренас вертолеты взяли курс на российскую станцию Беллинсгаузен. В полете преодолели Магелланов пролив, острова Огненной земли, мыс Горн и, наконец, пролив Дрейка. На станции пробыли недолго и вылетели на английскую базу Ротера, где, прождав двое суток хорошей погоды, направились на ледовый аэродром Пэтриот-Хиллс, располагающийся на высоте 1600 километров. Аэродром этот является по сути перевалочной базой всех экспедиций, отправляющихся на Южный Полюс. Туда мы стартовали, совершив, как было запланировано, техническую дозаправку у пункта Тиль. На самом Южном Полюсе находится американская полярная станция Амундсен-Скотт. Американцы не верили, что мы отважимся на такое путешествие, для них появление российских вертолетов было полной неожиданностью, тем более, что в соста-

ве экспедиции находился тогдашний директор ФСБ Николай Патрушев. Но встретили нас радушно. Я сразу же нашел там своих старых друзей и знакомых. Нам показали станцию, состоялась теплая беседа. Мы подняли на Южном Полюсе флаги России и Москвы. Вместе с Николаем Патрушевым мы позвонили Президенту России В. Путину. На станции пробыли около двух часов, затем отправились обратно тем же маршрутом, и вот тут возникли главные трудности. Был момент, когда вертолеты попали в сильное обледенение и с высоты почти в 4700 км. стали терять высоту. Ситуация была критической, высота гор под вертолетами была 3000-3500 метров. Еще немного, и они могли рухнуть вниз. Обледенение ведет к потере управляемости, и угроза этого была вполне реальной. Но командир экипажей, быстро оценив ситуацию, принял единственно возможное решение -направил для обеспечения нужной высоты вертолеты в сторону моря. Но тут возникла другая опасность - нехватка топлива. Ведь маневр в сторону моря привел к непредусмотренной ситуации. Все висело буквально на волоске. Выручили прекрасные летные качества МИ-8 и, конечно же, высочайшее мастерство экипажей. Когда вертолеты благополучно долетели до антарктической станции Ротера, англичане были просто поражены, в каких условиях летают российские вертолетчики. Как говорится, «все хорошо, что хорошо кончается». Мы доказали главное - у нас все еще есть надежные вертолеты, которые могут долететь в любую точку Антарктиды, выполнять как научную, так и транспортную функцию. Кроме того, их можно использовать для оказания экстренной помощи.

Интервью взял В. Лизун.