Игроки

Игроки

Нефтяники сами себя высекли

       Страны--члены ОПЕК попали на прошлой неделе в дурацкое положение. В начале лета они обещали друг другу сократить добычу нефти и тем самым вытащить мировой рынок из кризиса. Но оказалось, что ни одна из них не сдержала обещания.
       На встрече в Вене в конце июня министры топлива стран--экспортеров нефти клятвенно обещали друг другу, что члены ОПЕК, а также присоединившиеся к ним Мексика и Россия сократят поставки на 1,4 млн баррелей (около 200 тыс. тонн) в день. Это спасло бы нефтяников от разорения: $13, которые в условиях перепроизводства углеводородов давали покупатели за баррель нефти, на жизнь явно не хватало. А сокращение добычи должно было к концу года поднять цены на нефть до $17 за баррель.
       Но на прошлой неделе авторитетная Международная энергетическая ассоциация (МЭА) раскрыла масштабный обман. Оказалось, что каждая из договорившихся стран рассчитывала на то, что сокращать добычу нефти будут другие, а она продолжит поставки в прежних объемах и при росте цен заработает больше других. В результате все обманули всех. Страны ОПЕК лишь наполовину выполнили принятые на себя обязательства по снижению объемов добычи и экспорта. Мексика и Россия тоже не сдержали данных на венской встрече обещаний. Результат — цены на нефть так и не выросли.
       Иначе как катастрофой это назвать нельзя: если даже решения столь влиятельной организации, как ОПЕК, остаются на бумаге, значит, рынок перестает быть рынком — он становится неуправляемым. А от стихии хорошего не жди. Очевидно, что цены на нефть в ближайшие несколько лет не дорастут до рекордных $18-20 за баррель (уровень середины 90-х годов), а в лучшем случае стабилизируются на отметке $14-15. А это значит, что многие страны, чья экономика почти целиком питается "нефтедолларами", в том числе Россию, ждут нелегкие времена.
       Для России это особенно серьезно: мы не только можем не получить планировавшихся ранее доходов от продажи нефти, но и не сможем пополнить бюджет средствами от приватизации нефтекомпаний (в частности, "Роснефти"). Ну какой инвестор в разгар кризиса вложит деньги в нефтяную компанию, для которой из-за трудных условий нефтедобычи и изношенности оборудования экспорт нефти становится убыточным уже при $13 за баррель?
       Но самое печальное, что после скандала с ОПЕК делать прогнозы относительно того, когда все это кончится, уже невозможно. Очевидно, что от игроков на рынке уже ничего не зависит. Спасти производителей углеводородов может только форс-мажор — небывало лютая зима на всех обитаемых континентах или небольшая война в Персидском заливе.
       
BP и Amoco взялись за руки
       
       Два столпа мирового рынка углеводородов решили, что нефтяной кризис лучше пережить вместе. На прошлой неделе было объявлено о грядущем слиянии British Petroleum и Amoco.
       Представлять эти компании излишне: Amoco является крупнейшим разработчиком газовых месторождений в Северной Америке, а British Petroleum занимает третью позицию в списке мировых нефтяных компаний.
       BP покупает Amoco за $48 млрд. Для сравнения: наделавший не так давно много шума союз Daimler-Benz и Chrysler обошелся в $36 млрд. Нынешняя сделка будет проведена путем обмена акций: акционеры американской компании получат за каждую свою акцию по 3,97 акции объединенной компании. 60% альянса отойдет акционерам BP.
       Новорожденная компания получит название BP Amoco PLC. Бензоколонки и сервис BP в Америке будут переименованы в Amoco. Возглавит компанию исполнительный директор BP сэр Джон Брауни. Совместные нефтяные и газовые резервы объединенной компании составят около 14,8 млрд баррелей, а ежедневная добыча — около 3 млн баррелей. Подсчитано, что обоюдное сокращение издержек слившихся компаний позволит им экономить около $2 млрд в год. Очевидно, что это важное в условиях падения цен на нефть и газ обстоятельство сыграло не последнюю роль при принятии решения о слиянии BP и Amoco.
       
Мятеж на фондовом рынке
       
       На прошлой неделе совет директоров РТС в очередной раз отложил перевод акций, котирующихся в РТС, на обслуживание в Депозитарно-клиринговую компанию. Решение принималось непросто: из-за него поссорились старые друзья — президент РТС Дмитрий Пономарев и президент одного из крупнейших инвестиционных банков Brunswick Warburg Марлен Манасов.
       Сейчас участники Российской торговой системы могут рассчитываться по совершаемым сделкам любым удобным для них способом — с поставкой акций в любой российский депозитарий, с регистрацией покупателя в реестре и т. п. Понятно, что такой подход к расчетам позволяет некоторым компаниям, мягко говоря, не соблюдать своих обязательств перед другими участниками рынка. Связанных с этим скандалов на фондовом рынке множество. Но, как это ни парадоксально, пока такой порядок устраивает большинство членов РТС.
       Руководство же РТС намерено постепенно ввести в системе принцип "поставка против платежа", который возможен только в том случае, если у партнерства будет один расчетный депозитарий, через который будут рассчитываться абсолютно все участники сделок. Таким депозитарием в начале этого года стала Депозитарно-клиринговая компания (ДКК). И совет директоров РТС решил все акции, котирующиеся в РТС, постепенно перевести на обслуживание в ДКК. Вначале это коснется только акций АО "Татнефть" (с 16 февраля), ОАО "Сургутнефтегаз" (с 1 июня), РАО ЕЭС и РАО "Ростелеком" (с 3 августа) — предполагается, что перерегистрация этих ценных бумаг должна осуществляться только со счета в ДКК на счет в ДКК. Казалось бы, такой порядок расчетов удобен участникам рынка. Однако 21 компания потребовала от президента РТС отменить его. Письмо Дмитрию Пономареву подписали представители компаний "Альфа-Капитал", "Абсолют-Инвест", "Дженерал секьюритиз", "Индекс ХХ", "Инком-Капитал", "ИФК-Метрополь", "Раймен энд Гор секьюритиз", "НИКойл", Brunswick Warburg, Credit Suisse First Boston, UFG, Диалог-банка, банка "Зенит", Металлинвестбанка, банка МЕНАТЕП, Московского международного банка, банка "Московский деловой мир", банка "Олимпийский", Промрадтехбанка, Промстройбанка, Руссобанка.
       В своем письме представители компаний объясняют, почему их не устраивают нововведения. Главных претензий две. Во-первых, схема расчетов, предложенная РТС, предполагает кредитование "брокером-покупателем" своего клиента. Во-вторых, если брокер совершает сделку в РТС по поручению клиента на основании договора комиссии и при этом клиент желает быть напрямую зарегистрированным в реестре акционеров, такая сделка не может быть проведена в депозитарии. Это формальные претензии.
       На самом деле у конфликта между участниками рынка, РТС и расчетным депозитарием РТС — ДКК есть три причины.
       Первая: по мнению большинства членов РТС, ДКК не может предоставить всех тех услуг, что предоставляют другие российские депозитарии. Вторая причина состоит в том, что участники рынка не доверяют ДКК — по их мнению, ее финансовые риски слишком высоки. Третья причина носит исключительно личностный характер и заключается в том, что многие члены РТС терпеть не могут президента ДКК Михаила Лелявского. Почему — непонятно (корреспондент Ъ, давно знакомый с Лелявским, дал ему такую характеристику: "Весьма уравновешенный человек, всем напиткам предпочитающий стакан чистой водки со льдом). Так или иначе, но обратившиеся к Дмитрию Пономареву компании предложили ввести такую схему, при которой участники в момент совершения сделки имели бы возможность выбирать, рассчитываться ли им через депозитарий РТС или через какой-то другой депозитарий.
       На прошлой неделе совет директоров РТС был вынужден частично удовлетворить требования компаний. В правила торговли был включен следующий пункт: покупатель вправе требовать перерегистрации акций на счет в реестре именных ценных бумаг. Впрочем, по нашим сведениям, эта уступка не вполне устраивает компании. А идейный вдохновитель письма Марлен Манасов даже обещал корреспонденту Ъ, что его компания уменьшит объем своих операций в РТС до нуля. Brunswick Warburg оплачивает свыше 20 терминалов Российской торговой системы, в июле оборот компании в РТС превысил $72 млн. Так что это будет ощутимая потеря для Дмитрия Пономарева.