Судебное санкционирование как особое производство

ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

УДК 343.3

Л.Г. Татьянина, Э.А. Адильшаев

СУДЕБНОЕ САНКЦИОНИРОВАНИЕ КАК ОСОБОЕ ПРОИЗВОДСТВО

Рассматриваются вопросы и основные критерии выделения судебного санкционирования в качестве особого производства по уголовным делам. Анализируются точки зрения по поводу понятий процессуальной формы, особого производства. Обосновывается авторский подход к вопросу выделения судебного санкционирования в отдельное производство.

Ключевые слова: уголовно-процессуальный закон, процессуальная форма, судебное санкционирование, дифференциация уголовно-процессуальной формы, особое производство по уголовным делам.

В настоящее время особую актуальность приобретают вопросы определения сущности института судебного санкционирования в уголовном процессе.

Не рассматривая вопрос о даче определения судебного санкционирования, хотелось бы отметить, что судебное санкционирование является особым производством. В обоснование своей точки зрения можно привести следующие аргументы.

Понятие «производство» является не достаточно устоявшимся. Ю.К. Якимович рассматривает его в двух аспектах - как деятельность, урегулированную нормами уголовно- процессуального права, и как институт уголовно-процессуального права, разновидность порядка судопроизводства [1. С. 4]. Надо полагать, то или иное производство в уголовном процессе отличает от другого не что иное, как специфика процессуальной формы.

Целый ряд авторов определяют процессуальную форму как условия или порядок производства по уголовному делу.

Так, М.С. Строгович отмечал, что процессуальная форма регламентирует порядок деятельности органов расследования, прокуратуры, суда и иных участников процесса, вовлеченных в орбиту уголовного судопроизводства, а также непременно должна быть урегулирована уголовно-процессуальным законом [2. С. 51].

М.А. Чельцов понимал под процессуальной формой установленный законом порядок производства отдельных процессуальных действий или их совокупности [3. С. 33], П.А. Лупинская придерживается той же точки зрения [4. С. 49, 50].

Н.С. Алексеев, В.Г. Даев и Л.Д. Кокорев под процессуальной формой понимают формы деятельности по уголовному делу, то есть саму процедуру расследования и судебного рассмотрения уголовных дел [5. С. 31, 32].

Весьма полное определение дал Ю.А. Иванов. Он определил процессуальную форму как регламентированную уголовно-процессуальным правом систему и структуру уголовно-процессуальных институтов и правил, процедуру и последовательность стадий уголовного процесса, условия, способы и сроки совершения процессуальных действий, непосредственно и косвенно связанных с собиранием и исследованием доказательств на предварительном следствии и в судебном разбирательстве, их закреплением в правовых актах, а также порядок принятия и оформления решения по отдельным вопросам и по делу в целом [6. С. 21].

На наш взгляд, наиболее удачное и емкое определение понятия уголовно-процессуальной формы дал Д.П. Великий, объединив в нем существенные ее элементы и обозначив взаимосвязь между ними: «Под уголовно-процессуальной формой следует понимать систему предъявляемых к субъектам уголовного процесса установленных уголовно-процессуальным законом и основанных на его принципах требований, выполнение которых приводит к наиболее точному и рациональному достижению задач уголовного судопроизводства» [7. С. 15]. В данном определении ключевым является указание на совокупность требований, установленных законом, которые направлены на определение порядка производства по уголовному делу, при этом процессуальная форма совершенно справедливо не отождествляется с уголовно-процессуальными правоотношениями.

А.Д. Бойков справедливо утверждает, что дальнейшая дифференциация процессуальной формы способствует повышению эффективности правосудия и решение этой проблемы непосредственно

2011. Вып. 4 ЭКОНОМИКА И ПРАВО

связано с идеей защиты прав и интересов личности в сфере уголовного судопроизводства [8. С. 67]. Дифференциация процесса является необходимым условием эффективного и рационального построения процесса, последовательного осуществления демократических начал правосудия.

В юридической литературе нет единства относительно понятия дифференциации процессуальной формы. Под дифференциацией уголовно-процессуальной формы можно понимать и свойство процессуальной формы, и тенденцию ее развития, и способ построения уголовного процесса и принцип уголовно-процессуального права [7. С. 27]. Одни ученые отождествляют дифференциацию уголовного судопроизводства с упрощением уголовного процесса [9-16]. Другие рассматривают дифференциацию процессуальной формы как сосуществование в рамках уголовного процесса обычного производства и особых производств - упрощенных и усложненных [17-22 и др].

Представляется возможным согласиться с мнением Т.В. Трубниковой, которая понимает под дифференциацией уголовного судопроизводства «существование в системе уголовного процесса ряда самостоятельных производств, приспособленных для различных потребностей. В таком понимании дифференциации она включает в себя как классификацию производств в зависимости от их направленности (основные, дополнительные, особые), так и классификацию в зависимости от степени сложности процессуальной формы (обычное производство, упрощенные производства, производства с более сложной процессуальной формой)» [23. С.8].

Далеко не всякая особенность в производстве по определенным категориям уголовных дел свидетельствует о дифференциации уголовного судопроизводства. В противном случае следовало бы признать, что в действующем уголовном процессе существует значительное число производств, различающихся зачастую лишь мелкими деталями. О дифференциации же следует вести речь только тогда, когда в системе судопроизводства имеются производства, существенно различающиеся между собой [24. С. 32, 33].

В большинстве исследований вопрос об особых процессуальных формах традиционно сводится лишь к выделению специфических процессуальных форм рассмотрения отдельных категорий уголовных дел по существу в зависимости от степени упрощения или усложнения процедуры производства. Применительно же к иным видам деятельности суда вопрос о дифференциации процессуальной формы и выделении на этой основе различных видов производств ставится крайне редко.

Полагаем, что сведение вопроса о дифференциации уголовного судопроизводства исключительно к упрощению или усложнению процессуальной формы является необоснованным. Дифференциация уголовного процесса есть не что иное, как наличие в его составе различных производств, отличающихся друг от друга по каким-то критериям [23. С. 27].

Возникает вопрос: насколько существенными должны быть отличия в построении различных производств внутри уголовного процесса для того, чтобы считать их именно самостоятельными? Что должно включаться в понятие самостоятельного производства, какие черты его характеризуют? Т.В. Трубникова пришла к выводу, что это должны быть очень серьезные различия, заключающиеся в изменении конкретных форм деятельности правоохранительных органов, изменении правоотношений, исчезновении одних и появлении других процессуальных гарантий. Вместе с тем она совершенно справедливо замечает: «Затруднительно, однако, предложить формализованные критерии такого признака самостоятельного уголовно-процессуального производства, как «существенные различия» в порядке деятельности... Этот признак, как представляется, носит оценочный характер. О выделении самостоятельного уголовно-процессуального производства можно говорить лишь в тех случаях, когда изменения в порядке, формах деятельности в уголовном судопроизводстве в их совокупности дают новый качественный уровень» [23. С. 18].

Д.П. Великий предлагает выделять несколько уровней дифференциации. Он пишет: «Допрос несовершеннолетнего с участием педагога - дифференциация, возможность не проводить предварительное следствие - дифференциация, разбирательство в суде присяжных - тоже проявление дифференциации уголовно-процессуальной формы. Таким образом, о дифференциации уголовнопроцессуальной формы на самом низшем уровне мы можем говорить в любом случае, когда норма УПК носит альтернативный характер (например, вручение свидетелю повестки на допрос под расписку или с помощью средств связи (ч. вторая ст. 188 УПК), а на самом высшем уровне, когда те или иные отступления от обычных правил приводят к появлению различных порядков ведения производства, которое в рамках этих порядков осуществляется уже в ином процессуальном режиме... целесо-

образно выделять три уровня дифференциации уголовно-процессуальной формы: дифференциация на уровне стадий процесса: дифференциация на уровне этапов процесса и дифференциация на уровне процессуальных действий» [7. С. 41].

Таким образом, основные производства направлены на установление и разрешение уголовноправового отношения, дополнительные производства направлены на досрочное изменение или прекращение уголовно-правового отношения, а особые производства связаны с применением специальных уголовно-процессуальных норм, непосредственно не связанных с реализацией уголовно-правового отношения (т.е. по вопросам, лежащим вне сферы регулирования уголовного права) [1. С. 7-22].

Следует заметить, что понимание смысла терминов «основное производство», «особое производство», «дополнительное производство» весьма различно у разных авторов, как и сам перечень производств, входящих в ту или иную группу. В некоторых работах под термином «особые производства» объединяются особый порядок судебного разбирательства (гл. 40 УПК), производство по уголовным делам, подсудным мировому судье, производство с участием присяжных заседателей, производство по уголовным делам в отношении несовершеннолетних и в отношении отдельных категорий лиц и даже производство о применении принудительных мер медицинского характера! [25] По-видимому, авторы отнесли к особым производства, связанные с рассмотрением дел по существу, но регулируемые с определенными особенностями специальными главами УПК. Отсюда можно сделать вывод, что все остальные производства являются основными, что вряд ли можно поддержать. Правильно пишет Ю.К. Якимович, что «производство, порядок которого установлен разделом 10 УПК РФ, на самом деле никаким особым не является. Оно, хотя и существенно упрощено в сравнении с другими (обычными), является основным производством» [26. С. 8-10].

Т.В. Трубникова предлагает дополнить классификацию производств в зависимости от их направленности классификацией в зависимости от степени сложности процессуальной формы (обычное производство, упрощенные производства, производства с более сложной процессуальной формой). В результате автором предлагается весьма удачная трехмерная модель структуры уголовного процесса как системы уголовно-процессуальных производств. В соответствии с такой моделью положение каждого производства в системе уголовного процесса можно охарактеризовать с помощью набора признаков, позволяющих одновременно отнести его к одному из видов производств в зависимости от его направленности (основное, дополнительное, особое), к одному из видов в зависимости от сложности его уголовно-процессуальной формы (обычное, упрощенное, производство с более сложной процессуальной формой) и к одному из видов в зависимости от этапа движения дела (досудебное или судебное производство) [23. С. 8].

Ю.К. Якимович пишет: «В последние годы появляются новые самостоятельные особые производства. Их специфика заключается в том, что существуют они лишь при наличии основного производства. Эти особые производства «нанизываются на дерево» основного производства - производства по уголовному делу. Их существование немыслимо без основного производства. Вместе с тем, эти производства самостоятельны и полистадийны. Они проходят предварительное досудебное производство, производство в суде первой инстанции, а в силу ст. 127 УПК РФ по ним возможно кассационное и надзорное обжалование» [27. С. 163, 164].

А.В. Ленский, Ю.К. Якимович и Т.В. Трубникова совершенно справедливо рассматривают деятельность суда, связанную с санкционированием меры пресечения в виде заключения под стражу, как вид особого производства по уголовным делам [28. С. 70, 71]. Ю.К. Якимович относит судебное санкционирование к числу контрольных производств, выделяя два вида таких производств: «особое контрольное производство по получению согласия суда на проведение определенных процессуальных действий» и «особое контрольное производство по рассмотрению жалоб на действия (бездействие) дознавателя, следователя, прокурора и принимаемые ими решения» [27. С. 164].

Р.Ф. Зиннатов пишет, что «правосудие в уголовном процессе в настоящее время осуществляется через различные производства: основное и особые». Рассматривая судебное санкционирование в качестве одного из видов особых уголовно-процессуальных производств, он совершенно обоснованно отмечает, что «особое производство предполагает рассмотрение спорного уголовно-процессуального правоотношения... которое возникает между сторонами в процессе производства по уголовному делу. Предметом спора является вопрос о применении либо отказе в применении, либо законности применения конкретных уголовно-процессуальных норм» [27. С. 14].

2011. Вып. 4 ЭКОНОМИКА И ПРАВО

Т.В. Трубникова весьма удачно, на наш взгляд, выделила признаки, характеризующие уголовно-процессуальное производство как самостоятельное.

Первый признак - это наличие определенной материально- правовой базы, существование определенного круга дел, обладающих некоторыми существенными особенностями, объективно требующими отличий в порядке производства по этим делам. При этом она делает оговорку о том, что уголовно-процессуальный закон далеко не всегда непосредственно связан с реализацией норм уголовного права - он регламентирует также деятельность по разрешению вопросов, возникающих в процессе исполнения наказания, а также производство по некоторым вопросам, вообще лежащим вне сферы регулирования уголовного права (применение принудительных мер медицинского характера и мер процессуального принуждения, проверка законности и обоснованности действии и решений органов уголовного преследования). Особенности вопросов, подлежащих разрешению при осуществлении каждого из этих видов деятельности, диктуют, по мнению автора, и наличие значительных различий в порядке ее осуществления.

Второй признак самостоятельного уголовно-процессуального производства, по мнению Т.В. Трубниковой, это его комплексность, то есть наличие определенных особенностей в деятельности правоохранительных органов на всех (или хотя бы на нескольких) стадиях уголовного процесса. «Разовые» особенности, характерные лишь для одной стадии уголовного процесса, не могут считаться признаком наличия самостоятельного производства, проявлением дифференциации процесса.

И наконец, третьим признаком самостоятельного уголовно-процессуального производства является наличие существенных отличий в самом порядке процессуальной деятельности [23. С. 8, 14-16].

Не претендуя на исчерпывающее освещение данного вопроса, считаем возможным отнести к числу особых уголовно-процессуальных производств: производство по применению принудительных мер медицинского характера, производство по реабилитации; судебный контроль (понимаемый нами как рассмотрение судом жалоб в порядке ст. 125 УПК) и судебное санкционирование.

Для судебного санкционирования как особого производства характерна вся совокупность специфических черт, отличающих его от других уголовно-процессуальных производств и характеризующих как особое.

Во-первых, судебное санкционирование характеризуется тем, что в отличие от основных уголовно-процессуальных производств оно непосредственно не направлено на реализацию норм уголовного права, лежит вне сферы его регулирования и связано только с реализацией непосредственно норм Конституции РФ и группы специальных процессуальных норм, установленных УПК и регулирующих вопросы принятия судом решений о применении мер процессуального принуждения и производстве следственных действий.

Во-вторых, судебное санкционирование характеризуется комплексностью, или, пользуясь удачным выражением Ю.К. Якимовича, полистадийностью, так как особенности данного вида судебной деятельности проявляются на всех стадиях уголовного судопроизводства, являются «сквозными» для процесса в целом.

И наконец, в-третьих, судебное санкционирование имеет существенные отличия от других видов уголовно-процессуальных производств. Самостоятельность процессуальной формы судебного санкционирования очевидна - оно принципиально отличается от рассмотрения уголовного дела по существу, прежде всего по предмету и пределам рассмотрения судом вопросов, подлежащих разрешению. Судебное санкционирование характеризуется уникальной комбинацией процессуальных условий производства и процессуальных действий, являющихся составной частью данной процессуальной формы.

Таким образом, изложенное позволяет сделать вывод о том, что судебное санкционирование обладает всеми необходимыми признаками самостоятельного вида уголовно-процессуального производства, специфика которых позволяет его отнести к группе особых производств. Вместе с тем, судебное санкционирование подчинено единому процессуально-правовому режиму уголовного судопроизводства, его назначению и принципам и в конечном счете призвано обеспечить рассмотрение и разрешение уголовного дела по существу.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Якимович Ю.К. Дополнительные и особые производства в уголовном процессе России. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1994.

2. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 1968. Т. 1.

3. См.: Чельцов М.А. Советский уголовный процесс. М.,1951.

4. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации / под ред. П.А. Лупинской. М., 2004.

5. Алексеев Н.С., Даев В.Г., Кокорев Л Д. Очерк развития науки советского уголовного процесса. Воронеж: Изд-во Воронеж. ун-та, 1980.

6. Курс советского уголовного процесса: Общая часть / под ред. А.Д. Бойкова, И.И. Карпеца. М., 1989.

7. Великий Д.П. Единство и дифференциация уголовно-процессуальной формы: история, современность, перспективы. Оренбург: Южный Урал, 2005.

8. Бойков А.Д. К проекту Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации // Гос-во и право. 1992. №3.

9. Строгович М.С. О единой форме уголовного судопроизводства и пределах ее дифференциации // Социалистическая законность. 1974. № 9. С. 50-53.

10. Строгович М.С. Уголовно-процессуальная форма и обеспечение прав обвиняемого // Развитие и совершенствование уголовно-процессуальной формы. Воронеж, 1979. С. 83-92.

11. Каз Ц. О единстве и дифференциации уголовного судопроизводства // Социалистическая законность. 1975. №1. С. 65.

12. Элькинд П.С. К вопросу о суммарном судопроизводстве // Сибирские юридические записки. Иркутск; Омск, 1973. Вып. 3. С. 143-159.

13. Элькинд П.С. Цели и средства их достижения в советском уголовно- процессуальном праве. Л.: Изд-во Ле-нингр. ун-та, 1976. С. 68-85.

14. Алексеев И.С., Лукашевич В.З. Претворение ленинских идей в советском уголовном судопроизводстве (стадия судебного разбирательства). Л.: Изд-во Ленингр.ун-та, 1979.

15. Пашкевич П.Ф. Процессуальный закон и эффективность уголовного судопроизводства. М.: Юрид. лит., 1984. С. 8-48, 65.

16. Пашкевич П.Ф. О процессуальной экономии в досудебных стадиях советского уголовного судопроизводства // Проблемы совершенствования советского законодательства: тр. ВНИИСЗ. М., 1974. С. 160-173.

17. Арсеньев В.Д., Метлин И.Ф., Смирнов А.В. О дальнейшей дифференциации порядка производства по уголовным делам // Правоведение. 1986. № 1. С. 78-83.

18. Арсеньев В.Д. О едином порядке производства по уголовным делам и пределах его дифференциации // Вопросы борьбы с преступностью: тр. Иркут. гос. ун-та. Т. 85. Сер. Юридическая. Вып. 10, ч. 4. Иркутск, 1970. С. 63-71;

19. Гуляев А. Единый порядок предполагает дифференциацию // Социалистическая законность. 1975. №3. С. 64, 65.

20. Маршев С.А. О дифференциации форм уголовного судопроизводства // Развитие и совершенствование уголовно-процессуальной формы. Воронеж, 1979. С. 141-147.

21. Рахунов Р.Д. Проблемы единства и дифференциации уголовно- процессуальной формы //Вопросы борьбы с преступностью. М., 1978. Вып.29. С. 83-91.

22. Якуб М.Л. О совершенствовании уголовно-процессуального законодательства // Вестн. Моск.ун-та. 1964. Сер. 10. Право. С. 11-19 .

23. Трубникова Т.В. Упрощенные судебные производства в уголовном процессе России :автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Томск, 1997.

24. Якимович Ю.К. Структура советского уголовного процесса: система стадий и система производств. Основные и дополнительные производства. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1991.

25. Особые производства в российском уголовном процессе: учеб.-метод. комплекс для студентов судебноследственного факультета / сост. М.Ш. Буфетова. Иркутск: Изд-во БГУЭП, 2007.

26. Якимович Ю.К. Особые производства в уголовном процессе // Вестн. Том. ун-та. Сер. Экономика. Юридические науки. Приложение: «Материалы научных конференций, симпозиумов, школ, проводимых в ТГУ». Томск: Изд-во Том. ун-та, 2003. №4. С. 8-10.

27. Якимович Ю.К. Дифференциация уголовного судопроизводства по УПК Российской Федерации // Проблемы совершенствования правовых средств и механизмов противодействия преступности в современном обществе: материалы Междунар. науч.-практ. конф. Минск, 13-14 октября 2006 г. / отв. ред. А.В. Барков. Минск: БГУ, 2006.

28. Якимович Ю.К., Ленский А.В, Трубникова Т.В. Дифференциация уголовного процесса. Томск, 2001.

Поступила в редакцию 12.06.11

2011. Вып. 4 ЭКОНОМИКА И ПРАВО

L. G. Tatianina, E.A. Adilshaev

Judicial authorization as special proceedings

The article covers the issues and basic criteria for the allocating judicial authorization as special proceedings on criminal cases. Views concerning concepts for a form of action and for special proceedings are analyzed. The author's approach to a question of the allocation of judicial authorization in a separate form of proceedings is proved.

Keywords: the criminally-remedial law, the remedial form, judicial authorization, differentiation of the criminally-remedial form, special manufacture on criminal cases.

Татьянина Лариса Геннадьевна,

доктор юридических наук, профессор

ФГБОУ ВПО «Удмуртский государственный университет»

426034, Россия, г. Ижевск, ул. Университетская, 1

Адильшаев Эмиль Айдерович,

следователь следственного отдела

Следственного комитета РФ на комплексе «Байконур»

Tatianina L.G., doctor of law, professor Udmurt State University

426034, Russia, Izhevsk, Universitetskaya st., 1/4 Adilshaev E.A.,

crime investigator of the investigating department RF Investigating Committee at the «Baikonur» space launch complex