Социально-демографическая ситуация в России: проблемы и перспективы

Социально-экономические проблемы российского государства

Социально-демографическая ситуация в России:

проблемы и перспективы

А.В. Власов

Представлены и проанализированы данные последних переписей населения России. Показано, что растущие потери населения в результате сверхсмертности являются оборотной стороной ухудшения качества населения. Необходимо вернуть на повестку дня вопрос сохранности здоровья населения России.

Ключевые слова: перепись населения, маргинальный тип смертности, средний возраст мужчин, средний возраст женщин, снижение брачности, неполные семьи, преждевременная смерть мужчин, раннее овдовение, одиночество, демографическая ситуация в России, демографический кризис, численность населения России

Для цитирования: Вестник МИЭП. 2014. № 2 (15). С. 81-89.

Главное богатство любой страны - люди, ее населяющие. Чтобы понять, что и как надо делать для лучшей жизни населения, нужно знать его численность, динамику, особенности состава и воспроизводства, основные тенденции и закономерности, территориальные демографические различия и т.д. Знание социально-демографических характеристик государства, проблем и перспектив в этой области важны для прогнозирования и планирования будущего, проведения действенной социально-экономической политики.

Для повышения эффективности деятельности структур законодательной и исполнительной ветвей власти всех территориальных уровней, организации оптимальной работы учреждений и организаций всех хозяйственных сфер, обоснования целесообразных объемов и состава производства товаров и услуг необходимо обладать объективной и актуальной социально-демографической информацией.

В наши дни потребность в познании азов социально-демографического прогнозирования особенно остро ощущают специалисты в сфере государственного и муниципального управления, градостроители, экономисты, предприниматели, а также занятые в сферах образования, воспитания, культуры, искусства. Задача данного исследования состоит в том, чтобы на основе анализа современной социально-демографической ситуации в России выявить проблемы и показать основные направления приложения усилий для развития страны.

Власов Алексей Владимирович - кандидат военных наук, доцент кафедры государственного и муниципального управления Международного института экономики и права. Адрес для корреспонденции: mon1974@rambler.ru.

По данным Росстата, в России на 01.01.2014 проживает 143 666 931 чел. [9]. За 2013 г. численность населения, живущего в России, выросла на 319,8 тыс. чел. В отчете ведомства говорится, что естественная убыль в 2013 г. по сравнению с предыдущим годом исследований уменьшилась и стала наименьшей за последние 20 лет. Численные потери удалось компенсировать за счет мигрантов - число приезжих превысило естественную убыль в 114,6 раза. Ранее Федеральная миграционная служба России сообщала, что в стране проживает 3-5 млн нелегальных мигрантов. Всего же за год в страну приезжает порядка 12 млн чел. из стран СНГ.

За 2013 г. в России родилось 1 895 822 чел. (на 6262 чел. меньше, чем за 2012 г.), в то же время число умерших составило 1 871 809 чел. (на 34 526 чел. меньше, чем за 2012 г.); прирост - 24 013 чел. (в 2012 г. убыль -4251 чел.). Естественный прирост населения произошел в 43 регионах, в то время как в 2012 г. - в 40. Миграционный прирост населения составил 295 858 чел. (в 2012 г. - 294 930) [1].

Успех государства почти во всех его сферах тесно связан с устойчивым демографическим развитием, обеспечивающим обществу жизненное воспроизводство человеческого потенциала. Эту очевидную истину в разное время настойчиво доказывали многие выдающиеся мыслители: А. Смит, Ж.Ж. Руссо, Ш. Монтескье, М.В. Ломоносов, Д.И. Менделеев и др. Однако в России на протяжении последних лет наблюдается обратная тенденция - население страны непрерывно сокращается (рисунок).

0

150-1 ГП ГП гп

-М

Все население

Городское население

Сельское население

1979г. 1989г. 2002г. 2010 г.

Изменение численности постоянного населения (по данным переписей), млн чел.

Очевидно, что существующая демографическая динамика не сулит российскому обществу ничего хорошего. Как показывают последние прогнозы, численность российского населения в ближайшие десятилетия может сократиться до критического уровня. Так, по данным Института социально-

политических исследований РАН, численность населения Российской Федерации, при сохранении нынешних уровней рождаемости и смертности, может к 2025 г. сократиться с сегодняшних 143,6 млн человек до 122 млн человек [8].

В похожем ракурсе видит будущее и прогноз динамики численности российского населения, представленный демографом В. Архангельским, специалистом Центра по изучению проблем народонаселения МГУ им. М.В. Ломоносова. По наиболее вероятному сценарию этого прогноза, население России сократится к 2025 г. до 124,6 млн чел., а к 2050 г. - до 90,6 млн чел. (таблица).

Прогнозы численности населения России

Авторы прогноза Прогноз к 2025 г. Прогноз к 2050 г.

Институт социально-политических исследований РАН 122 101

Специалисты ООН 136,6 134,5

129,2 111,7

121,7 92,4

125,6 98,2

Кафедра социологии и демографии семьи МГУ им. М.В. Ломоносова 83-107,3

Центр по изучению проблем народонаселения МГУ им. М.В. Ломоносова 124,6 90,6

Особого внимания заслуживают расчеты кафедры социологии и демографии семьи МГУ им. М.В. Ломоносова, представленные заведующим кафедрой профессором А. Антоновым. Все пять вариантов этого прогноза говорят о нарастании депопуляции и снижении численности населения. Рассматривая демографические перспективы России до 2050 г., данный прогноз допускает сокращение численности российского населения, по разным вариантам, от 83 млн до 107,3 млн чел.

Таким образом, при дальнейшем развитии депопуляционных процессов население России к середине ХХ1 в. сократится, по разным оценкам, на 30-60 млн чел.

Россию относят к странам с наивысшими уровнями смертности. Для нее характерен один из самых больших гендерных разрывов в показателе ожидаемой продолжительности жизни при рождении, что является следствием высокой смертности мужчин в трудоспособном возрасте. Только в последние годы ситуация начала несколько улучшаться. Показатель ожидаемой продолжительности жизни при рождении вырос и у мужчин, и у женщин. Рост продолжительности жизни у мужчин произошел в основном за счет сниже-

ния смертности в трудоспособном возрасте, у женщин - в трудоспособном и старше трудоспособного возраста.

Главными проблемами демографического развития России остаются высокая смертность от внешних причин и болезней системы кровообращения. Большое влияние на это оказывает злоупотребление алкоголем. От причин, непосредственно связанных с алкоголем, в 2013 г. умерло 50,5 тыс. мужчин и 18,1 тыс. женщин, однако его влияние на смертность от других причин существенно выше.

Среди всех умерших почти 30% приходится на лиц трудоспособных возрастов (более 560 тыс. чел. в год), из них 80% - мужчины [3].

Первое место среди причин смерти трудоспособного населения занимают причины, связанные с болезнями системы кровообращения, внешние причины - на втором. По уровню смертности от внешних причин выделяются самоубийства, транспортные травмы, убийства, отравления алкоголем. Они составляют более 50% умерших от всех внешних причин смерти.

По средней продолжительности жизни Россия сегодня занимает 129-е место в мире, при этом в стране наблюдается колоссальный разрыв в продолжительности жизни мужчин (59,1 года) и женщин (73 года) - 13,9 года. Такой огромной разницы нет ни в одной стране мира, что является свидетельством не только демографического, но и социального неблагополучия.

В полной мере феномен российской смертности проявляется в трудоспособных возрастах - в отличие от большинства стран, находящихся в сопоставимых с Россией экономических условиях, смертность россиян в 3-5 раза выше для мужчин и более чем вдвое - для женщин. В сравнении же с развитыми странами мужская смертность в трудоспособных возрастах у нас выше в 10 (!) раз, женская - более чем в 4 раза [4].

Позитивную динамику в последний межпереписной период демонстрируют показатели рождаемости. Рождаемость в России растет с 2000 г., однако ее увеличение в 2007-2013 гг. было особенно значительным и, что особенно важно, охватило преимущественно средние и старшие возрастные группы матерей, которые вносят главный вклад в рождение вторых и последующих детей.

В 2009 г. в 30 субъектах РФ было проведено выборочное обследование «Семья и рождаемость». Выборка составила 2000 респондентов. Четверть опрошенных женщин, родивших второго ребенка в 2007-2009 гг., отметили, что на это тем или иным образом повлияло начало реализации мер демографической политики [2].

Суммарный коэффициент рождаемости в 2013 г. составил 1,5 ребенка на одну женщину репродуктивного возраста. В Республике Алтай, Республике Тыва и Чеченской Республике суммарный коэффициент рождаемости превышает значение, необходимое для простого воспроизводства населения (2,3-3,4). Наиболее низкий уровень рождаемости наблюдается в Ленинградской обл. (менее 1,2).

Об изменении ценностных ориентаций на обзаведение семьей свидетельствует и сдвиг рождаемости к более поздним возрастам. Средний возраст матери при рождении ребенка на момент последней переписи населения (2010) достиг 28 лет. В ближайшей перспективе позднее материнство может стать для России детородной нормой, как это имеет место во многих странах Европы, и надо признать, что такой поворот событий только усложнит наше тяжелое демографическое положение.

Резко отрицательную роль в демографическом развитии России продолжает играть рост числа внебрачных сожительств. Так называемых гражданских браков в России, по самым скромным подсчетам, насчитывается около 3 млн или каждый десятый. Демографический эффект этого явления легко оценить, если учесть, что уровень рождаемости в незарегистрированных союзах в 2 раза ниже, чем в легитимных браках.

Зеркальным отражением разрушения семейных ценностей является динамика разводов. Итогом девальвации ценности семейного образа жизни стал почти трехкратный рост числа разводов за сравнительно небольшой промежуток времени: с 1,5 - в 1960 г. до 4,5 в 2010 г. в расчете на 1000 человек [6]. Несмотря на определенные колебания, показатель разводимости держится на достаточно высоком уровне: ежегодно расторгается около 600-700 тыс. зарегистрированных браков, из них более 30% приходится на молодые супружеские пары, состоявшие в браке до 5 лет.

С проблемой демографического старения тесно связана еще одна негативная тенденция: рост демографической нагрузки на трудоспособное население. Демографическая нагрузка может иметь различное значение: положительное - когда нагрузка детьми превышает нагрузку пожилыми, и, наоборот, крайне отрицательное - в случае преобладания нагрузки пожилыми. В российской версии демографической нагрузки, к сожалению, доминирует отрицательный компонент [8]. Показатель общей демографической нагрузки в 2010 г. составил 604 чел. на 1000 чел. трудоспособного населения, в том числе нагрузка детьми - 278 и людьми пенсионного возраста - 326 чел.

Динамика коэффициента демографической нагрузки в России имеет свои отличительные особенности. Если раньше данный показатель вселял надежды на устойчивое социально-экономическое развитие, то по мере снижения рождаемости ситуация менялась не в лучшую сторону. Начиная с 1959 г. на 1000 трудоспособных жителей приходились следующие пропорции нетрудоспособных:

• 1959 г. - 714 чел. (512 детей и 202 пожилых);

• 1970 г. - 786 чел. (511 детей и 275 пожилых);

• 1979 г. - 655 чел. (385 детей и 270 пожилых);

• 1989 г. - 755 чел. (430 детей и 325 пожилых);

• 1995 г. - 760 чел. (404 ребенка и 356 пожилых);

• 2000 г. - 686 чел. (336 детей и 350 пожилых);

• 2001 г. - 663 чел. (320 детей и 343 пожилых);

• 2002 г. - 648 чел. (306 детей и 342 пожилых);

• 2003 г. - 629 чел. (292 ребенка и 337 пожилых).

По данным 2010 г., за период между двумя последними переписями происходило систематическое снижение нагрузки детьми: в 2002 г. их доля в общей нагрузке составляла 57%, но уже к 2010 г. она сократилась до 47%, а доля пожилых, напротив, выросла с 43% в 2002 г. до 53% в 2010 г. [2].

В региональном разрезе данный коэффициент представлен перевесом жителей старших возрастов над численностью населения в дотрудоспособ-ном возрасте в 50 российских регионах. Наибольший перевес в 2010 г. при суммарной демографической нагрузке 537 чел [5] наблюдался:

• в Тульской обл. и Санкт-Петербурге - 1,8 раза;

• в Рязанской обл. и Москве - 1,7 раза;

• в Воронежской, Ивановской, Тверской, Псковской, Ярославской, Московской, Тамбовской и Владимирской обл. - 1,6 раза.

Самая низкая доля пожилых наблюдается в Дальневосточном федеральном округе - 211 чел.

Прогноз относительно демографической нагрузки для России, как и ожидалось, не утешителен: в ближайшем будущем произойдет существенное увеличение демографической нагрузки со стороны людей старших возрастных групп. По расчетам специалистов Института социально-политических исследований, к 2025 г. соотношение пожилых к трудоспособному населению возрастет до 406; при этом суммарная нагрузка (детьми и пожилыми) увеличится до 700 чел. на 1000 трудоспособных.

По данным текущего учета после Всероссийской переписи населения (за 2003-2010 гг.), во внутрироссийских миграциях участвовало почти 15 млн чел. или каждый десятый житель России.

Россия постсоветского периода характеризуется радикальной сменой вектора миграционного движения. Особенно ярко об этом свидетельствуют процессы, происходящие в регионах Севера и Дальнего Востока. С 1926 по 1959 г. население Дальнего Востока за счет внутренней миграции выросло в 3 раза, тогда как население РСФСР за этот же период увеличилось лишь на 27%. В последующие десятилетия (1960-1980-е гг.) миграционный приток увеличил население Дальнего Востока еще на 64%.

Однако со временем миграционные процессы приобрели иную направленность. Два округа образуют миграционные полюса: Центр, который стягивает население со всей территории страны, и Дальний Восток, который во все регионы население отдает. В 2003-2010 гг. на Центральный округ приходилось 86% населения, перераспределенного между округами [2]. При этом практически весь положительный миграционный прирост, получаемый округом во внутрироссийских миграциях, аккумулируют Москва и Московская обл. (93%).

Сибирь и Дальний Восток потеряли более 350 тыс. своих жителей, что составляет более половины (52%) перераспределенного между округами на-

селения. Почти 70% общего сокращения численности населения Дальневосточного федерального округа и 40% - Сибирского федерального округа сложилось за счет миграционного обмена населением между округами [6].

«Оголение» этих территорий усугубляет проблему интенсивной иммиграции из сопредельных стран. Угрожающий вид приобретает проблема «китайской экспансии». Только на Севере Китая проживает около 150 млн чел., в то время как весь Дальний Восток России населяет около 7 млн чел. При

этом плотность населения со стороны российской границы составляет 2 2 1,1 чел ./км , а в приграничных районах Китая - 125 чел ./км .

Между тем неконтролируемая миграция и свойственные ей угрозы присущи не только дальневосточному региону. Известно, что по абсолютному объему иммиграции наша страна занимает 2-е место в мире среди стран -крупных миграционных реципиентов. По приему иммигрантов нас опережает только США - государство с давними традициями иммиграции и лучшей в мире системой ассимиляции мигрантов. По оценкам ряда экспертов, численность незаконных иммигрантов, пребывающих на территории Российской Федерации, доходит до 15 млн (!) чел. Иными словами, численность нелегальных иммигрантов составляет 10,5% населения страны. Учитывая, что основными центрами миграционного притяжения являются крупные городские агломерации (в основном, Московская и Ленинградская обл.), несложно спрогнозировать, чем чревато подобное изменение этнических пропорций для коренного населения этих регионов и для страны в целом.

Внешняя миграция в 2013 г. составляла всего 15% от общего миграционного оборота, однако именно она оказывает влияние на изменение численности населения России в целом.

Неблагоприятная ситуация сложилась и в эмиграционной сфере. С 1992 г. по настоящий момент Россию покинуло более 4 млн чел. В основном это были квалифицированные специалисты, пополнившие экономически активное население и интеллектуальный потенциал других стран.

Растущие потери населения в результате сверхсмертности являются оборотной стороной ухудшения качества населения. Увеличение численности и расширение состава маргинальных групп населения - с одной стороны, и рост преимущественно среди них рисков смертности от предотвратимых причин - с другой, являются основным источником роста смертности в современной России. Речь идет о возвращении на повестку дня проблем здоровья, характерных для развивающихся стран, которые Россия успешно свела к минимуму в советский период.

Еще одним важнейшим социальным следствием превращения маргинального типа смертности в общенациональный является тенденция постепенного формирования практически однополого, а именно - женского населения. В наиболее активных возрастах (20-59 лет) женский перевес к 2025 г. может достичь соотношения 1148 женщин на 1000 мужчин. Среди пожилых

людей старше 60 лет он может превысить двукратный разрыв (2323 женщины на 1000 мужчин).

Социальные последствия этих диспропорций очевидны:

• снижение брачности как фактор дальнейшего падения рождаемости;

• неполные семьи в результате преждевременной смерти мужчин;

• снижение доходов в таких семьях и ухудшение возможности для воспитания детей;

• перспектива раннего овдовения как фактор, ограничивающий число детей в семьях;

• одиночество в пожилых возрастах как фактор ухудшения физического, психического и социального самочувствия пожилых людей и т.д.

Резюмируя, следует подчеркнуть, что анализ демографической ситуации - это реальная картина, показывающая, что Россия уже многие годы находится в демографическом кризисе:

• рождаемость находится на одном из самых низких уровней в мире;

• растет и без того высокая смертность;

• возрастающими темпами сокращается численность населения и соответственно снижается доля страны в мировом населении;

• обезлюживаются геополитически важные территории, что может привести к их потере или увеличению хищнического, браконьерского использования находящихся там ресурсов, к подрыву оборонной мощи государства и безопасности ее граждан, к еще большей незащищенности границ, увеличению проникновения в страну наркотиков, оружия, контрабанды, нелегалов, террористов и др.

Все это ведет к потере государством своего статуса и деградации его населения. Именно поэтому Россия нуждается не просто в оздоровлении демографической ситуации, а в создании условий для стабилизации и роста ее населения.

Литература

1. Демографический ежегодник России. 2013. - М.: Госкомстат РФ, 2014.

2. Итоги переписи населения 2010. www.gks.ru.

3. Российский статистический ежегодник. 2013. - М.: Госкомстат РФ, 2014. - С. 77-109.

4. Россия 2014: статистический ежегодник. - М.: Госкомстат РФ, 2014.

5. Регионы России. Социально-экономические показатели. - М.: Госкомстат РФ, 2014.

6. Социальное положение и уровень жизни в России. 2013. - М.: Госкомстат РФ, 2014.

7. Человеческий капитал России и стран Центральной Азии: состояние и прогнозы: сборник докладов. - М.: Наследие Евразии, 2009. - С. 47-112.

8. Человеческий потенциал РФ: демографический аспект. www.nirsi.ru/66.

9. Численность населения России. www.gks.ru.

Socio-demographic situation in Russia: problems and prospects

Vlasov Aleksey, Candidate of Military Sciences, associate professor of the Department of State and Municipal Management of the International Institute of Economics and Law

In the article data from the last census of the population of Russia are presented and analyzed. Author shows that the growing population losses is a result of high death rate and is the reverse side of the deterioration of the quality of life. It is necessary to return the question of preservation of health of the Russian population on the agenda.

Key words: census, the marginal type mortality, average age of men, average age of women, decline in the marriage rate, single-parent families, premature death, early audouinii, loneliness, demographic situation in Russia's demographic crisis, population of Russia

Address for correspondence: mon1974@rambler.ru.

For citation: Herald of International Institute of Economics and Law. 2014. N 2 (15). P. 81-89.