Современная научная биография как герменевтическая персональная история: открытый вопрос

ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ

СОВРЕМЕННАЯ НАУЧНАЯ БИОГРАФИЯ КАК ГЕРМЕНЕВТИЧЕСКАЯ ПЕРСОНАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ: ОТКРЫТЫЙ ВОПРОС Николаева А.Б.

Николаева Анастасия Борисовна - кандидат исторических наук, стажер-докторант, кафедра философии, социально-гуманитарный факультет, Омский государственный университет им. Ф.М. Достоевского, г. Омск

Аннотация: предметной областью данной статьи является жизнеописание человека науки, которое в современную эпоху претерпевает ряд содержательных трансформаций. Последние связаны с изменениями стиля повествования, повышением степени психологизма и осмыслением исторических особенностей конкретного периода сквозь личность ученого. На этом основании определяется проблематика предлагаемого теоретического опыта: современная научная биография может быть взаимосвязана с герменевтикой, которая постепенно начинает участвовать и в создании текста жизнеописания, и в его интерпретации. Поэтому основной целью статьи становится стремление трактовать жизнеописание ученого в качестве герменевтической персональной истории. Все дальнейшие рассуждения строятся на этом вопросе.

Ключевые слова: научная биография, персональная история, герменевтика, интертекстуальность, экстернализм-интернализм, нарратив.

УДК 111.6

В настоящее время констатируется факт повышения исследовательского и общекультурного интереса к жанру и тексту жизнеописания ученого: осмысление специфики открытий и личности человека науки оказывается наиболее полноценным и детальным в границах биографии. Следствием такого разностороннего интереса становится обнаружение некоторых текстуальных трансформаций, с которыми столкнулись и исследователи, и читатели современных научно-биографических изданий. Если говорить обобщенно, то к ним относятся: изменение стиля повествования от сугубо научного к полухудожественному, создание психологического портрета ученого (помимо основных акцентов на его открытиях), установление связи между личностью ученого (героя биографии) и конкретно -историческим периодом.

Связь между личностью ученого и его эпохой устанавливалась и в текстах жизнеописания, изданных ранее, однако важно помнить, что они либо создавались в период идеологии (к примеру, советской), либо их авторы ориентировались на строгую научность как основу произведения. Сегодня в научных биографиях данная связь устанавливается путем особой историко-психологической, историко-социальной рефлексии, обнаруживая ценный культурно-когнитивный диалог. Последний возникает и развивается, прежде всего, между ученым и обществом, в котором он работает и проводит свои исследования. На этом диалоге основывается и ставшая известной идея Л.П. Репиной о постижении истории через личность человека, и ее вывод о соотношении индивидуального и коллективного в биографии. Диалог, возникающий на страницах современного жизнеописания, отражает и историчность биографии (выражена в событиях жизни ученого-героя и общества, с которым он связан), и ее психологизм (выражен, к примеру, в концепции Э. Гуссерля о жизненном мире индивида), и стилистические перемены (выражены в нарративизации повествования и создании дискурсивного поля).

Указанные трансформации сопутствуют повышению исследовательского и общекультурного интереса к методам и приемам герменевтики, которая сегодня так же, как и научная биография, переживает существенный подъем. Современная герменевтика стремится анализировать самые разные аспекты текста, а ее методы и приемы легко применяются в проведении разного рода гуманитарных исследований. На этом основании можно вести речь о включении герменевтического анализа в пространство научной биографии. Герменевтическая возможность прочтения научной биографии как персональной истории провоцирует возникновение ситуации внутреннего дискурса, определенного Е.Н. Шульгой как «паранепротиворечивая герменевтика» [6]. Этот дискурс взаимосвязан со сферой интеллектуальной истории, методологически представленной в современном жизнеописании. «Задача историков интеллектуального движения, как писал Февр, заключается прежде всего в том, чтобы заново открыть ускользающую от априорного определения оригинальность каждой системы мышления во всей ее сложности и противоречивости, избавив историю от ярлыков, которые, претендуя на выявление прежних способов мышления, фактически их скрывали» [6, с. 20]. Другими словами, можно вести речь о том, что историческая линия современного жизнеописания ученого согласуется с герменевтической системой интерпретаций и толкований. Интеллектуальная история внутри научной биографии приобретает герменевтический (интерпретационно-рефлексивный) характер и обращена к субъекту деятельности. Все эти особенности раскрываются в направлении персонологии и персональной истории. Как отмечает Д.И. Володихин, если историк ставит цель творческой самореализации, то должен быть способным «переадресовать свои работы социуму» [1, с. 194]. Одной из форм такой адресации и является персональная история, представляющая сегодня сущность научной биографии, позволяющая рассмотреть духовно-ценностные ориентиры личности исследователя в соизмеримости с установками социума и особенностями конкретного периода. «Итог работы историка-персоналиста - реконструкция этических, религиозных, психологических образцов поведения личности в обстоятельствах исторического прошлого» [1, с. 198]. По мнению Володихина, историк такой направленности переадресует свои труды и опыты не только социуму, но уже отдельной личности, т.к. «друг без друга они слабы» [1, с. 198]. На наш взгляд, герменевтическое «возвышение» также провоцировало и рост интеллектуализации исторической науки, выражаемой в методологическом сотрудничестве с философией, социологией, культурологией, психологией, литературоведением и биографикой (а также биографистикой и просопографией). Методологические границы интеллектуальной и персональной истории для научной биографии обусловливают историю идей - эти идеи связывают между собой разные культурные сферы (как отмечает С. Зенкин [2], такими сферами могут быть и философская рефлексия, и политическая демагогия, и литературная игра, и газетная сенсация, и религиозные верования). В результате обнаружения данной связи формируется феномен герменевтической персональной истории. История идей остается автономным научным новообразованием, но вместе с тем может стать и частью научной биографии: под идеями здесь будут подразумеваться открытия ученого, осмысленные и реконструированные биографом. Что касается биографического нарратива, то он выполняет функцию исторического сравнения и герменевтического анализа событий, связанных с жизнью конкретной личности ученого. В итоге герменевтическая персональная история представляет собой междисциплинарный культурно-исследовательский опыт жизнеописания.

Герменевтика проблематизирует научно-биографический текст, ища в нем латентный смысл, кодированную информацию и знаковые взаимосвязи. Соотношение экстерналистских и интерналистских установок в научной биографии может быть понято и словами И. Кукулина, который полагает, что «каждое произведение искусства — это оформленный конфликт между открытостью-свободой («миром») и

«землей» — сферой сокрытия и сокрытого» [4]. Конфликт в данной ситуации не является борьбой и победой одной стороны, а необычным способом установления взаимосвязи: сфера «сокрытого», т.е. индивидуального, контактирует со сферой «открытого», т.е. коллективного. Создание научной биографии в качестве герменевтической персональной истории является логичным результатом произошедших трансформаций и в замысле такого произведения, и в процессе его осуществления. Междисциплинарный характер современного жизнеописания только подтверждает необходимость обращения к герменевтическому осмыслению текста такого произведения и к выявлению связи между индивидуальным и коллективным, конструированию психологического портрета ученого, снижению чрезмерного сциентизма в стиле повествования. Здесь можно остановиться на ценности герменевтической логики, которая позволяет начать масштабное понимание любого текста - именно в этом, по мнению Г. Гадамера, состоит суть самой герменевтики, потребность в которой возникает при столкновении с неясным и необъяснимым. В русле идеи применения герменевтической логики для осмысления научно -биографического текста в авангард выдвигаются такие концепции, как освобождающая логика Т. Липпса, условно герменевтическая методология истории А.С. Лаппо-Данилевского и экстерналистско-интерналистская логика Г. Шпета. Герменевтическая логика Липпса освобождает не только от ограничений бессознательного, но и, вероятно, от излишнего стереотипизма в мышлении. Она также субъектно направлена - в отличие от онтологической логики Г. Миша. В герменевтической логике Г. Шпета отражена взаимосвязь понимания духовных переживаний между индивидуальностью и коллективностью: каждый индивид заключает в себе коллективные переживания (т.е. особенности эпохи, конкретно-исторического периода и соответствующих ему событий), что согласуется с идеей исторического сознания эпохи и отражения последней в отдельной личности.

Подводя итоги рассуждениям, хочется подчеркнуть, что и научно-биографическое пространство обладает собственной логикой, выраженной в процессе исторической реконструкции, особенностях стиля и композиционного замысла повествования, применении особых литературных приемов для повышения интереса читательской аудитории и для детализации событий жизни героя. Однако логика построения текста научной биографии со всеми сопутствующими этому процессу этапами переживает с течением времени определенные и довольно заметные модификации, что может свидетельствовать не только о точечных «нововведениях», но уже и о преобразовании самого процесса научного биографирования - в векторе герменевтической персональной истории.

Список литературы

1. Володихин Д.И. Для кого пишет историк? // Москва, 2011. № 9. С. 192-201.

2. Зенкин С. Русская теория и интеллектуальная история // [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://magazines.russ.ru/nlo/2003/61/zen.html/ (дата обращения: 03.12.2018).

3. Кузнецов В.Г. Герменевтическая логика // Современные проблемы познания в социально-гуманитарных и естественных науках. Воронеж, 2010. С. 197-219.

4. Кукулин И. Вдумчивое непонимание: возвращение герменевтики // [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://magazines.russ.ru/nlo/2003/61/kuku.html/ (дата обращения: 23.11.2018).

5. Стризое АЛ.Исторический текст как научный нарратив // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4: История. Регионоведение. Международные отношения, 2012. Вып. № 2. С. 172-178.

6. Шульга Е.Н. Когнитивная герменевтика. М.: Изд-во РАН, 2002. 235 с.