Логико-правовой анализ понятия «Легализация»

ЛОГИКО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ ПОНЯТИЯ «ЛЕГАЛИЗАЦИЯ»

Данная статья посвящена логико-правовому анализу понятия «легализация», определению его юридической сущности. Автор рассматривает видовые понятия легализации -«узаконение» и «отмывание», указывает основные нормативно-правовые акты, непосредственно касающиеся такого преступления, как легализация преступных доходов.

Ключевые слова: легализация, легализация преступных доходов, правомерная деятельность, противоправная деятельность, отмывание, узаконение, преступление.

Необходимой предпосылкой успеха в деле установления содержания нового или уяснения имеющегося термина является ясное понимание соотношения обозначающего его слова или словосочетания, термина и понятия, отражающего предмет или класс однородных предметов. Исследуя понятие легализации, мы обязательно рассмотрим применительно к нему указанные элементы логической цепочки, но прежде обратимся к его этимологическому значению. Этимологический анализ полезен в том отношении, что позволяет установить исходное слово, от которого произошел данный термин, его изначальную форму и значение. Etymon в переводе с греческого - истина, основное значение слова.

Слово легализация происходит от лат. legalis - относящийся к законам, законный [1, с. 298]. Латинский словарь юридических терминов переводит legalis как «правовой, юридический» [2, с. 159]. Современный словарь иностранных слов, опираясь на латинское legalis, приводит следующую интерпретацию слов легальный, легализация, легализировать. Легальный - значит законный, признанный, разрешенный законом. Легализация трактуется как узаконение, придание законной силы, переход на легальное положение, в международном праве - подтверждение подлинности и юридической силы документа, выданного в иностранном государстве. Слова легализировать, легализовать наделяются аналогичным смыслом и означают «узаконить, признать законным, придать законную силу, перевести на легальное положение» [3, с. 334-335]. Таким образом, этимологически (по своему происхождению и изначальному значению) слово легализация имеет правовую «родословную» и является юридическим термином.

Указанный юридический смысл данного слова воспринят и закреплен в словарях русского языка. Вне сферы юриспруденции - в художественной литературе, политике, обыденной речи - его использование сопровождается наделением смыслов, не имеющих строгого правового характера. Здесь его синонимами будут явный, гласный, открытый незамаскированный, а антонимами - тайный, скрытный, негласный, замаскированный. Однако в речевой практике семантическим центром тяжести данного понятия является преимущественно правовой смысл. Это дает основание рассматривать легальность и легализацию как специфически правовые термины, что и закреплено в справочной и энциклопедической юридической литературе. Так, в Юридической энциклопедии, подготовленной под общей редакцией академика Б.Н. Топорнина, А.И. Ковлер пишет: «Легальность (от лат. legalis - законный, сообразный с законом) - существование каких-либо общественных отношений, процедур, а также какого-либо общественного объединения на законных основаниях, т. е. условиях, предусмотренных законом. В противном случае нарушение или обход предписаний ведет к нелегальности (пример - существование запрещенных законом антиконституционных, расистских, фашистских организаций, действующих в нарушение предписаний международно-правовых актов и действующих конституций). Понятия Л. и нелегальности применяются также в гражданском, уголовном и других отраслях права (нелегальные сделки, нелегальное приобретение имущества и т.п.). За действия и акты, квалифицируемые как нелегальные, предусмотрена юридическая ответственность» [4, с. 478]. Большой юридический словарь раскрывает термин «легализация» следующим образом: «Легализация - 1) разрешение деятельности какой-либо организации, ее узако-

нение, придание юридической силы какому-либо акту, действию; 2) подтверждение подлинности имеющихся на документах подписей. Л., как правило, подлежат документы, составленные за границей или предназначенные для действия в зарубежном государстве. Производится в форме удостоверительной надписи консула (“консульская Л.”)» [5, с. 334]. Несмотря на большое число отраслей права, нормативно-правовых актов и документов, использующих термин «легализация», до настоящего времени не достигнута ясность в его понимании, равно как и единая, общепринятая трактовка. Понятие «легализация», имеющее общеправовой статус, по существу, еще только становится самостоятельным предметом юридического исследования.

Логико-правовой анализ легализации мы ограничим уровнем ее юридической сущности, состоящей в том, что она есть узаконение. Интересующий нас основной вопрос состоит в том, соответствует ли в полной мере используемое в современном правовом дискурсе понятие легализации его этимологической и сущностной интерпретации? Выскажем предположение о том, что многие ученые-юристы в своих исследованиях, посвященных феномену легализации, нередко проявляют весьма нестрогое, можно даже сказать, не вполне корректное отношение к использованию обозначающего его термина. Так, например, ряд представительных международных научно-практических конференций и проект, в рамках которого они проводились, включают в свое название словосочетание «легализация преступных доходов». Авторы многих докладов и научных сообщений, сделанных на этих конференциях, использовали это словосочетание [6]. Отмечаются даже случаи отождествления легализации с одним из ее видов - легализацией преступных доходов. Так, например, свою научную статью «Легализация и экономика» Н.Г. Иванов начинает следующим высказыванием: «Легализация, или, как принято называть данное явление на мировом сленге, отмывание денежных средств или иного имущества, является важнейшей составляющей, фундаментом функционирования организованной преступности как в экономике, так и в политике и в социальной сфере» [7, с. 66]. В связи с этим возникают два вопроса. Во-первых, обоснованно ли сводить все многообразие видов легализации только к легализации преступных доходов? Во-вторых, и это один из принципиальных вопросов учения о легализации, допустимо ли легализацию преступных доходов считать легализацией в изначальном смысле этого правового понятия как обозначающего признание легализуемого феномена законным, соответствующим закону? Нам представляется, что в данном случае имеет место квазилегализация, поскольку, строго говоря, этим термином здесь обозначается явление, не входящее в круг феноменов, очерченных правовым понятием «легализация». Данное понятие, адекватное этимологическому смыслу термина legalis, отражает специальным образом организованную и урегулированную правомерную деятельность уполномоченных государством субъектов права по узаконению предмета легализации. Преступный доход, по определению, не должен быть узаконен, а следовательно, он не может стать и предметом легализации.

Необходимо отметить и тот факт, что многие участники указанных выше конференций в своих выступлениях и научных публикациях, излагающих их содержание, предпочитают использовать строгую терминологию, установленную отечественным законодателем, и ведут речь о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенного преступным путем. Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенного преступным путем, является, согласно действующему российскому уголовному законодательству, преступлением в сфере экономической деятельности (ст. 174, 1741 УК РФ). Объективная сторона преступления, предусмотренного указанными статьями УК РФ, включает совершение финансовых операций и иных сделок с денежными средствами или имуществом, приобретенными другими лицами либо самим лицом в результате совершения преступления. Проведя научное исследование понятия и генезиса легализации преступных доходов, П. Н. Кобец приходит к следующему выводу: «Под легализацией (отмыванием) денежных средств и иного имущества понимаются любые финансово-хозяйственные операции, осуществляемые с двоякой целью: во-первых,

утаить или сокрыть происхождение или наличие, а иногда и целевое назначение имущества и денег, имевших преступное происхождение; во-вторых, извлечь из этого имущества доходы, как правило, уже вкладывая эти средства в легальный бизнес» [8, с. 382]. Отметим терминологическую непоследовательность цитируемого автора, выражающуюся в том, что в названии статьи он использует словосочетание «легализация преступных доходов», а в самом тексте речь ведет об отмывании и легализации (отмывании) денежных средств и иного имущества. Возможно, упреждая упрек в свой адрес в терминологической непоследовательности, П. Н. Кобец обосновывает логическую равнозначность терминов «отмывание» и «легализация»: «В наименовании статей 174 и 1741 УК РФ термин “легализация” употребляется наряду с термином “отмывание” и последний при этом взят в скобки, помещен сразу за термином “легализация”. Такое сочетание названных терминов позволяет вести речь об их тождественности в уголовно-правовых нормах» [8, с. 382]. Если даже с этой аргументацией условно согласиться, то все равно нужно объяснить, с какой целью законодатель использует данные синонимы, создавая в тексте терминологическую избыточность.

Термин легализация в конструкции «легализация преступных доходов» обозначает противоправную и преступную деятельность. В связи с этим возникает вопрос: можно ли, не впадая в формально-логическое противоречие, термин, специально предназначенный для обозначения правомерной деятельности, использовать и для обозначения неправомерной деятельности, т.е. явления с противоречащим признаком? Отрицательный ответ на него очевиден.

В диссертационном исследовании, посвященном отмыванию доходов от преступной деятельности, В. А. Тагирова делает вывод о том, что использование термина легализация для обозначения рассматриваемого преступления не только некорректно, но и вредно, поскольку порождает иллюзию о возможности узаконения преступно приобретенного имущества и невозможности его истребовать у лица, его отмывающего [9, с. 16-17]. Автор считает более обоснованным использовать для обозначения указанного преступления термин отмывание. Заметим, что именно им, а не понятием легализация обозначается аналогичное преступление международного характера в странах с рыночной экономикой. В качестве примера приведем Страсбургскую конвенцию Совета Европы «Об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности» [10, р. 3]. Уголовный кодекс ФРГ содержит ст. 261 «Отмывание денег. Укрывательство незаконно полученных имущественных выгод». В УК Швейцарии ст. 305 bis «Отмывание денег» определяет ответственность того, «кто совершает действие, предназначенное для того, чтобы сокрыть установление происхождения, нахождение или конфискацию имущественных ценностей» [11, с. 158].

В научных исследованиях, посвященных легализации, указанное нами противоречие, связанное с использованием понятия «легализация преступных доходов», иногда просто игнорируется. Возможно, это происходит потому, что оно как бы не замечается. Приведем конкретный пример. Обосновывая понимание легализации как правоприменительной процедуры, Д.Г. Манько проводит сравнительно-правовой анализ множества определений легализации, содержащихся как в общетеоретических источниках, так и в действующих нормативных актах. Делает вывод о несогласованности и алогичности имеющихся определений. Некоторые из них прямо противоречат друг другу. В этой ситуации автор разрабатывает самостоятельное, универсальное определение понятия легализации. Рассматривая ее виды, он обосновывает новационное определение легализации денежных средств и иного имущества. «В соответствии с предложенным подходом, - пишет исследователь, -необходимо различать понятия “узаконение” и “отмывание”, где под узаконением понимается введение государством в законный оборот денежных средств и иного имущества, временно находящихся вне официальной экономики. Данная процедура может осуществляться либо в форме амнистирования, либо декларирования. В свою очередь, “отмывание”, следует рассматривать как виновное, противоправное деяние, связанное с введением

в законный оборот денежных средств и иного имущества, полученных преступным путем» [12, с. 20]. Нам представляется, что в силу указанных выше аргументов логически невозможно разработать универсальное, т.е. родовое, определение легализации, имеющее своими видовыми понятиями «узаконение» и «отмывание». В онтологическом плане легализация - деятельность законная, правомерная, тогда как отмывание есть преступление. Поэтому в принципе нельзя отмывание именовать легализацией.

Словосочетание «легализация преступных доходов», рассматриваемое в качестве понятия, является логически пустым в силу его внутренней противоречивости. Однако, невзирая на логику и вопреки, а точнее, помимо установленного государством механизма легализации, преступные доходы нередко становятся легализованными. Возможно, именно это практическое обстоятельство и побудило законодателя использовать термин легализация для обозначения данного вида преступлений. Этим самым «грубая» практика создает проблему для «утонченной» теории.

Насколько постоянен законодатель в использовании словосочетания «легализация (отмывание)» в нормативных актах, касающихся преступлений, предусмотренных ст. 174 и

1741 УК РФ, настолько же настойчиво некоторые ученые-юристы пытаются доказать синонимичность, тождественность, логическую равнозначность понятий «легализация», «отмывание» и «легализация (отмывание)».

В качестве основных нормативно-правовых актов и официальных источников, непосредственно касающихся указанных преступлений и опирающихся на понятие «легализация (отмывание)», следует указать:

- Федеральный закон от 7 августа 2001 года № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» [13];

- распоряжение Правительства РФ от 17 июля 2002 года № 983-р «Об утверждении Рекомендаций по разработке организациями, совершающими операции с денежными средствами или иным имуществом, правил внутреннего контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем» [14];

- приказ Минфина РФ от 25 октября 2005 года № 132-н «О создании Межведомственной комиссии по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» [15];

- постановление Пленума Верховного суда РФ от 18 ноября 2004 года № 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» [16].

Тождественность понятий «легализация» и «отмывание» В.С. Комиссаров обосновывает, опираясь на положения Федерального закона от 7 августа 2001 года № 115-ФЗ. Отмечая отсутствие в литературе четкого определения понятия «легализация (отмывание) доходов, полученных преступным путем» и принципиальную теоретическую и практическую значимость формулирования его юридической сущности, ученый констатирует: «Исследование законодательных положений, а также доктринальных разъяснений подтверждает вышеизложенное. Так, в статье 3 Федерального закона “О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма” содержится норма, отождествляющая понятия “легализация” и “отмывание” и понимающая под ними “придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами или иным имуществом, полученными в результате совершения преступления”» [17, с. 82]. Мы полагаем, что приведенное толкование ст. 3 указанного Федерального закона некорректно.

В тексте данной статьи определяются не легализация и отмывание, а легализация (отмывание), из чего никоим образом не следует вывод о тождественности первых двух указанных терминов. По тексту ст. 3 Федерального закона № 115-ФЗ: «Легализация (отмывание) доходов, полученных преступным путем, - придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами или иным имуществом, полу-

ченными в результате совершения преступления, за исключением преступлений, предусмотренных статьями 193, 194, 198 и 199 Уголовного кодекса Российской Федерации, ответственность по которым установлена указанными статьями». В приведенном законодательном определении легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, отдельные исследователи усматривают достаточное основание для вывода о равнозначности понятий «легализация» и «легализация (отмывание)». Так, например, П. Н. Кобец утверждает, что «... между приданием правомерного вида владению имуществом, приобретенным преступным путем, и узаконением данного имущества можно поставить знак равенства. Придание правомерного вида владению практически неизбежно влечет за собой узаконение указанного имущества» [8, с. 382].

Понимание легализации (отмывания) не как узаконения, а как придания правомерного вида преступному доходу заслуживает пристального внимания. Эти способы понимания данного термина весьма существенно различаются. Придание явлению правомерного вида не гарантирует законность его содержания. Аналогом подобного несоответствия можно привести такие правовые феномены, как фиктивное банкротство, мнимая сделка, фиктивный брак. Статья 170 ГК РФ определяет мнимую сделку как сделку, совершенную формально, без намерения создать соответствующие правовые последствия, и поэтому являющуюся ничтожной.

Под видом правомерного может совершаться и действительно нередко совершается противозаконное и преступное по своему содержанию деяние. Если отмывание - это вид сокрытия, то, как совершенно верно утверждает А.Г. Безверхов, «его сущность состоит в придании правомерного вида теневым капиталам, во включении криминального имущества в легальный оборот в целях возвращения незаконным владельцам под видом правомерного нередко для дальнейшего вложения в преступную деятельность». В этом случае «самому имуществу придается видимость законных доходов» [11, с. 159-160]. Следовательно, придание правомерного вида владению имуществом, приобретенным преступным путем, никоим образом не равнозначно его узаконению, а является как бы узаконением, т.е. видимостью узаконения. Ситуация, представленная вымыслом посредством конструкции «как бы», обозначается в логике и философии термином «фикция». Не вовлекая в анализ фикцию как прием юридической техники, ограничимся пониманием фиктивного как незаконного. Легализация есть действительное узаконение, отмывание преступного дохода, преступление, а легализация (отмывание) является фиктивной, мнимым узаконением, поэтому она тоже - преступление.

Легализация (отмывание) - это самостоятельное понятие. По своему логическому содержанию данная конструкция представляется весьма сложной. Можно обсуждать целесообразность и эффективность использования ее в отечественном законодательстве вместо близкого или равнозначного ей по смыслу (что само по себе заслуживает специального рассмотрения) термина «отмывание». Однако придать ей смысл, заключенный в правовом понятии «легализация», не представляется возможным ни по логическим, ни по правовым основаниям. Затронутые остродискуссионные вопросы свидетельствуют о настоятельной необходимости дальнейшей научной разработки теоретических и практических аспектов правовой легализации.

Литература

1. Латино-русский словарь. Ростов н/Д, 2000.

2. Латинский словарь юридических терминов и выражений. Ростов н/Д, 2000.

3. Современный словарь иностранных слов. М., 1999.

4. Ковлер А.И. Легальность // Юридическая энциклопедия. М., 2001.

5. Большой юридический словарь. М., 1999.

6. Легализация преступных доходов и коррупция в органах государственной власти: теория, практика, техника противодействия: Сб. статей. Н. Новгород, 2010.

7. Иванов Н.Г. Легализация и экономика // Легализация преступных доходов и коррупция в органах государственной власти: теория, практика, техника противодействия: Сб. статей. Н. Новгород, 2010.

8. Кобец П.Н. Понятие и генезис легализации преступных доходов // Легализация преступных доходов и коррупция в органах государственной власти: теория, практика, техника противодействия: Сб. статей. Н. Новгород, 2010.

9. Тагирова В.А. Уголовная ответственность за отмывание доходов от преступной деятельности и ее предупреждение: Вопросы теории и законотворчества: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Казань, 2005.

10. Convention on laundering, search, seizure and confiscation of the proceeds from crime. European Treaty Series. Strasbourg, 1990. № 141.

11. Безверхов А.Г. Отмывание преступных доходов: вопросы теории и практики // Легализация преступных доходов и коррупция в органах государственной власти: теория, практика, техника противодействия: Сб. статей. Н. Новгород, 2010.

12. Манько Д. Г. Легализация как правовая процедура: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. Одесса, 2010.

13. Собрание законодательства РФ. 2001. № 33. Ч. 1. Ст. 3418.

14. Собрание законодательства РФ. 2002. № 29. Ст. 2995.

15. Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 2005. № 45.

16. Бюллетень Верховного суда РФ. 2005. № 1.

17. Комиссаров В.С. Проблемы совершенствования правовой базы противодействия легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем // Легализация преступных доходов как угроза экономической безопасности России: теория, практика, техника гармонизации международно-правовых и национальных механизмов противодействия: Сб. статей. Н. Новгород, 2009.