Хорошие часы приятно носить

Правнучка одного из основателей часовой мануфактуры из Ле-Брассю Жюля Луи Одемара Жасмин Одемар много лет занималась журналистикой, а потом возглавляла влиятельную газету Le Journal de Geneve. Однако этот пост Жасмин Одемар пришлось сменить на не менее ответственный часовой: сегодня она занимает позицию председателя совета директоров Audemars Piguet.

1 / 2

— Есть ли у вас любимая модель Audemars Piguet?

— Творческая и техническая сила нашей марки заключается в том, чтобы изготавливать высококлассные часы для любого случая жизни. Хотя, конечно, когда говорят об Audemars Piguet, все вспоминают в первую очередь о великой модели Royal Oak, созданной дизайнером Джеральдом Джентой в 1972 году. Вне сомнений, это не просто великие, это культовые часы. Но мне не хотелось бы, чтобы кто-то думал, что мы, Audemars Piguet, марка одних часов. Поэтому я люблю Royal Oak, но все-таки мои самые любимые часы — это Millenary. Причем с корпусом из розового золота. Дело в том, что я люблю сладкое, поэтому и золото предпочитаю такого сладкого оттенка. Совершенно восхитительные, на мой вкус, часы Audemars Piguet Millenary — с оригинальным корпусом из розового золота, который украшен сверкающими белыми бриллиантами.

— Вы правнучка Жюля Луи Одемара. Первыми часами в вашей жизни были Audemars Piguet?

— Нет. Это были какие-то недорогие часы с круглым корпусом. Самая обыкновенная вещь. Часы нашей марки, которые я помню лучше других,— это модель из самой первой коллекции Royal Oak. В те годы я предпочитала практичность, мне нравился суровый, практичный и одновременно очень романтичный облик Royal Oak. Сейчас, вероятно, я больше люблю шик, элегантность.

— Часто ли вы бываете на мануфактуре Audemars Piguet?

— Я живу в Женеве, но стараюсь выбираться в горы как можно чаще. Я сама вожу автомобиль, это старая модель Free Lander: на джипе в Альпах гораздо безопаснее. Конечно, мануфактура — это эмоциональное и техническое сердце нашей старой марки, я слежу за тем, чтобы это сердце билось все так же хорошо, как когда-то. Но, как и много лет назад, я часто путешествую. Я люблю Арктику, Антарктику. Мне очень нравится Гренландия. Много раз я была и в России, правда, не в холодных ваших регионах, а в Средней Азии — Самарканде, Бухаре. Я воспользовалась этим маршрутом, чтобы доехать поездом до Пекина. Так что из-за множества других дел присутствовать на мануфактуре постоянно я не могу.

— Многие говорят, что в связи с развитием компьютерной промышленности, мобильной связи механические часы уже не имеют такого функционального значения, как раньше. Что вы по этому поводу думаете?

— Конечно, мир очень бурно развивается, прогресс — это прекрасно, многое из того, о чем раньше мы могли только мечтать, сегодня стало реальностью. Я имею в виду и средства передвижения, и средства связи. За какие-то несколько часов полета вы можете оказаться на другом конце земли, как путешественница с огромным стажем, я могу это оценить! Плюс мобильная связь, интернет: вы можете из какого-нибудь заброшенного домика в Альпах связаться с Нью-Йорком, Москвой, Пекином или Сиднеем. Раньше на такую коммуникацию уходило куда больше времени. Молодежь сегодня живет в мире сложнейшей электроники, это помогает им общаться друг с другом, узнавать много новостей. Но я считаю, что сделанное человеческими руками, представляющее собой техническую и эстетическую традицию никогда не исчезнет. Это ведь наследие, и мы в Швейцарии очень внимательно относимся к тому, чтобы его сохранить! Я не соглашусь с тем, что механические часы сегодня — вещь бесполезная. Для меня они живой, почти одушевленный объект. А главное — хорошие часы действительно приятно носить, они могут стать вам другом на всю жизнь.