Категория ‘начало’ в русском и других славянских языках

Н. Е. Ананьева

Категория 'начало' в русском и других славянских языках

В статье анализируются составляющие концепта 'начало' в польском и русском языках. Рассматривается проблема десе-мантизации и грамматикализации глагола со значением 'начало'.

Ключевые слова: концепт, начало, ингрессив, способ глагольного действия, будущее время.

Концепт (или концептологическое поле) понимается в данной статье как ментальная структура (смысл, идея), выражаемая как совокупностью разноуровневых языковых средств, так и невербальными средствами. Языковые средства могут номинировать концептуализируемое явление или объект видимого или невидимого мира в виде отдельных лексем (смысл концепта передают фразеологические сочетания и паремиология), а также выражать идею концепта, образуя грамматические или лексико-грамматические классы (смысл концепта передают словоизменительные или словообразовательные морфемы).

Концепт 'начало' не имеет невербальных средств выражения, но относится к концептам, имеющим наряду с лексическим и фразеологическим контентом лексико-грамматические средства выражения (показатели характеризованного начинательного способа глагольного действия — далее СГД, — входящего наряду с другими фазовыми СГД в категорию аспектуальности).

Наша статья состоит из трех частей. Первая (I) и вторая (II) опираются на материал главным образом современных литературных польского и русского языков. В первой части исследуются отдельные лексические и фразеологические составляющие концепта 'начало' в этих языках, а во второй анализируются в сопоставительном плане средства начинательного СГД. В третьей части статьи (III) на примере формирования синтетического будущего времени в украинском языке и особого будущего времени глаголов движения в словацком идиоме рассматривается проблема грамматикализации лексемы (в украинском) и словообразовательной морфемы (в словацком) со значением начинательности.

Смысл 'начало', как и противостоящий ему 'конец', относятся к основополагающим понятиям человеческого бытия, как в его онтогенезе, так и филогенезе. Начало человеческой жизни (и человечества вообще, и какого-либо социума) и его конец закреплены в мифотворчестве всех народов, в их религии. Окружающий человека мир мыслится как «имеющий начало» (польск. odpoczqtku swiata), всякое деяние и событие имеют начало (bierze poczqtek z czegos i od czegos). Христианская религия, возводящая все к изначальному «слову Божию» («Вначале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог». От Иоанна 1. 1) и обещающая конец жизни человечества, «Страшный Суд» (ср. польск. Sqd Ostateczny с прилагательным, входящим в лексико-семантическое поле 'конец') со вторым приходом Мессии и «начало Царства Божия», вся пронизана смыслами «начала» и «конца».

I. Центр лексического контента (лексико-семантического поля — далее ЛСП) концептуального поля 'начала' в польском и русском языках образуют существительные начало, poczqtek, глаголы начать(ся), начинать(ся), zaczqc siq, zaczynac siq, находящиеся в антонимических отношениях с существительными конец, koniec, глаголами кончать(ся), кончить(ся), konczyc (siq), хотя восходят эти противостоящие в настоящее время лексемы, как известно, к разным морфонологическим вариантам одного и того же индоевропейского корня: *ken / *kon. В состав ЛСП 'начало' в обоих языках входят также другие префиксальные существительные и глаголы с тем же корнем, имеющие различные оттенки смысла 'начала'. Ср. русск. зачать — польск. poczqc (специализированное значение 'начала'), существительные зачатие, poczqcie, русск. почин, зачин, польск. глаголы wszczqc, rozpoczqc и др. Составляющими ЛСП 'начало' являются также прилагательные первый, pierwszy (антонимы 'конца' — последний, ostatni, ostateczny), заимствования старт (^ финиш), start (^ meta), стартовать, wystartowac и др. При этом лексема, представленная в настоящее время в одном из двух современных сопоставляемых литературных идиомов, могла быть известна второму языку в более ранний период или функционировать в его диалектной разновидности. Ср. соврем. русск. начать и др.-польск. naczqc, соврем. польск. rozpoczqc (например: rozpoczqc studia na uniwersytecie «начать учебу в университете») и диалектн. русск. распочать (ср. у носителя смоленского диалекта А. Т. Твардовского причастие распочат).

О важности в обыденной жизни смысла 'начало' свидетельствуют многочисленные названия населенных пунктов Починок (ср. Починковский район Смоленской области и др.). Сакрально-культурологически мотивировано возникновение урбанонимов (годонимов) типа Зачатьевский переулок, Зачатьевская улица (по церкви Непорочного Зачатия Девы Марии — ср. польск. №ерока1а-nego Pocz%cia Ма^ Раппу).

Противостоящие друг другу смыслы 'начала' и 'конца', помимо прототипических лексем начало-poczqtek, конец-^тес и одно-коренных с ними, могут выражать их метафорические субституты. Это могут быть вторичные номинации из сферы названий временных периодов (время суток, время года), природных явлений. Например: утро (жизни)-^вечер (жизни), весна (жизни)^осень/зима (жизни) (ср. «Осень жизни, как и осень года, надо благодарно принимать» Э. Рязанов), заря (на заре туманной юности)^закат (на закате жизни/лет). Ср. польск. zaranie «заря, начало, начальная пора (чего-л.)»: ^ zaraniu dziejдw — на заре истории; м> zaraniu ¿уаа — на заре жизни; od zarania — с самого начала. Это может быть метафорическое употребление каких-либо мероприятий (в частности, богослужения), связанных с определенным временем суток. Ср. (за)утреня^вечерня у Е. Шварц: Как утреню, вечерню жизни без страха надо отслужить. Культурными традициями обусловлены субституты прототипических лексем «начала» и «конца» во фразеологизмах «od А do Ъ» (первая и последняя буквы латинско-польского алфавита), аналог «Альфа и Омега», польск. «od deski do deski», раскрывающее структуру древних книг, листы которых помещались между двумя скрепленными деревянными досками. Идея 'начала' и 'конца' перевоплощена в пространственное 'снизу-доверху'^ 'основание-вершина' во взятом из соматической области «od stдp do glдw».

Не имея возможности подробно исследовать лексическую сочетаемость основных составляющих ЛСП 'начала' в польском и русском языках, остановимся только на некоторых ее различиях и сходствах между центральными субстантивными компонентами этого поля: польск. poczqtek и русск. начало. Как poczqtek, так и начало, сочетаются с адъективами ^оЬгу, zfy, trudny, Iatwy, ciekawy, nudny poczqtek — хорошее, плохое, трудное, легкое, интересное, скучное начало), существительными идентичной семантики (poczqtek powiesci, sztuki, drogi, иИсу, ргасу — начало романа, пьесы, пути / дороги, улицы, работы).

Поскольку в русск. начало представлен, в отличие от польск. poczqtek, начальный сегмент на, для него невозможно сочетание с предложно-префиксальным на при образовании наречий или предложно-падежных словосочетаний: Ср. русск. вначале, сначала — польск. na poczqtku, na poczqtek (Na poczqtku zarabiai niewiele «Вначале он зарабатывал немного», Na poczqtek zabrala siç do sprz^tania «Сначала она начала убираться»). Польск. poczqtkowo соответствует, наряду с вышеуказанными образованиями, также первоначально. Глагольным конструкциям dac poczqtek, brac poczqtek соответствуют аналогичные русские, но в русском отсутствует однословный аналог польск. zapoczqtkowac «быть / стать началом чего-л.», «явиться началом / причиной чего-л.». Отсутствует в русском форма плю-ратива, аналогичная польск. w poczqtkach (какого-либо периода): w poczqtkach lipca, jesieni и т. п. «в начале июля, осени» и т. п. Польск. адъективу, произведенному от poczqtek, poczqtkowy соответствуют русск. первый, начальный, первоначальный. В зависимости от сочетаемости с тем или иным субстантивом употребляется либо одно из этих определений, либо возможны все три, либо два из них. Например: poczqtkowe sukcesy — первые успехи,poczqtkowe niepowodzenia — первые неуспехи, poczqtkowa szybkosc /prqdkosc (samochodu) — начальная скорость, poczqtkowe litery alfabetu — первые / начальные / первоначальные буквы алфавита, poczqtkowy kurs (jqzyka francuskiego) — начальный (элементарный) курс (французского языка) и под.

Естественно, что и русскому начальный не во всех контекстах соответствует польск. poczqtkowy. Ср. начальная школа — польск. szkoia podstawowa. Второй адъектив, мотивированный лексемой poczqtek, причастие на -qc-y poczqtkujqcy, которому соответствует русск. аналог начинающий (poczqtkujqcy dziennikarz, lekarz, literat, polityk — начинающий журналист, врач, литератор, политик).

В паремиях смысл 'начала' часто (хотя и не всегда) сопровождается смыслом 'конец'. При этом в дихотомии 'начало' — 'конец' каждый из членов может представляться в пословицах как более существенный, то есть аксиологическая оценка «начала», как и «конца», амбивалентна. Так, например, большую значимость «конца» по сравнению с «началом» выражают такие пословицы, как: Не верь никому, а верь концу; Не стращай началом, покажи конец!; Начиная дело, о конце помышляй; Не смотри начала, смотри конца!; Не бойся начала, а жди конца; Начать — не кончать; Зачать легко, а родить трудно; перевод латинск. Finis coronat opus — Конец — делу венец, Конец венчает дело, Добрый конец всему венец; Начал за здра-

вие, а свел за упокой; Горяч на почин, да скоро остыл; Начать — не то что кончать; Остатки сладки; Последочки милы и многие др. При этом смыслы 'начала' и 'конца' вовсе не означают обязательного присутствия этих лексем. Ср.: Хвали (зови) день по вечеру; Красному утру не верь; Не видав вечера, и хвалиться нечего; Хорошо летаешь, да где-то сядешь; Как веревочке не виться... — все эти пословицы передают значимость 'конца'.

О ненадежности «начала» (чего-то «первого») свидетельствуют такие паремии, как польск. Pierwsze koty za ploty — русск. Первый блин комом.

С другой стороны, с понятием 'начало' связаны и положительные коннотации (zrobic dobry poczqtek «успешно начать что-л.»), оно может представляться и более существенным, чем «конец», предопределять его: Почин всего дороже; Все дело в почине; Почином торг стойт; Где не было начала — не будет и конца; Dobry poczqtek — polowa pracy; Почин дороже рубля / денег; Мал почин, да дорог; Зачин (начин, почин) дело красит; Лиха беда начало; Лиха беда почин; Доброе начало — полдела откачало; Доброе начало — половина дела; Благослови Бог почин!; Плохое начало — и дело стало (все назад помчало); Каково начало, таков и конец; Звоном началось, звоном и кончилось; Путному началу, благой конец.

Положительной коннотацией может обладать и «первый» (= лучший): Kto pierwszy, ten lepszy; Первый парень на деревне; ср. прецедентное высказывание Юлия Цезаря, ставшее пословицей — Lepiej bycpierwszym w miescinie niz ostatnim w Rzymie. «Лучше быть первым в деревне, чем последним в Риме»; Pierwsza mysl najlepsza. «Начало» сопряжено с трудом, но тем оно ценнее: Poczqtek najtrudniejszy; Poczqtek zawsze trudny; Najciqzej pierwszy krok zrobic; Pierwszy krok najtrudniejszy. «Начало» и «конец» уравновешиваются в следующих пословицах: Не нами началось, не нами и кончится; Nie ja pierwszy, nie ja ostatni.

II. Лексико-грамматические составляющие концепта 'начало' в современном польском и русском языках — это глаголы фазисного начинательного СГД, образуемые главным образом префиксами за- / za- и no /po-, хотя и не только ими (то есть смысл 'начало' передается здесь не корневой морфемой, а префиксальной).

В древнепольском языке существовали формальные предпосылки для континуации разнообразных средств выражения начинатель-ности, о чем свидетельствует наличие в нем изобилия префиксов,

оформляющих глагол-образец с лексическим значением 'начала': zaczqC, ро^^дс, naczqC, wszczqC (<*vъzъ-), часть из которых сохранилась до настоящего времени, но в современном польском литературном языке эти глаголы уже отличаются семантическими нюансами и, соответственно, лексической сочетаемостью. Наиболее древним средством образования ингрессивов является континуант префикса *vъzъ-, который Ю. С. Маслов относит к генетически первичному средству выражения ингрессивности (Маслов 1958). Префиксальные формации с w(e)z(e)- широко представлены в древнепольском языке в различных функциях, в том числе и в начинательной, при этом такая активность данного префикса не в последнюю очередь обусловлена воздействием древнечешского языка-эталона. Но в современном польском языке основным средством выражения идеи 'начинатель-ности', как уже было нами замечено, является префикс za-.

Хенрик Врубель (Wr6bel 1984: 475-476) выделяет 3 разновидности начинательных (в полонистике — инхоативных) глаголов в современном польском литературном языке (так называемые модификации):

1) Чистые инхоативы, обозначающие начальный момент далее развивающегося действия. Это глаголы с префиксом za- типа zabolec «заболеть» (у кого-то что-то), zachorowaC «заболеть» (кому-то самому), zakuleC «захромать», zaкwitnqC «зацвести» и под., особенностью которых является их возможная эквивалентная замена сочетанием фазового глагола zaczqC / zaczynaC с инфинитивом базового бесприставочного глагола (например: zakuleC = zaczqC ки1ес). Надо сказать, что эта интерпретирующая формула («начать + инфинитив») исторически (до формирования префиксальных средств начинательности) была реальным средством выражения начала (приступа к действию) и в древнепольском, и в древнерусском языках (аналитический способ передачи начинательности в глаголе).

2) Инхоативы с префиксом za-, обозначающие непродолжительные действия, в которых, тем не менее, выделяется начальная стадия. Как правило, эти глаголы мотивированы основами, номинирующими акустические явления. Об их непродолжительном характере свидетельствует их близость к семельфактивам (ср. zakaszleC и kaszlnqc).

3) Глаголы, образуемые разными префиксами ^а-, ро-, и-), которые, подчеркивая начальный момент действия, одновременно указывают на приобретение признака, выраженного основой: zapamiqtaC «запомнить», poznaC «узнать», poczuC «почувствовать», pokochaC «полюбить», uwierzyC «поверить» и под. Эти глаголы не интерпретируются

сочетанием «zacz^c + инфинитив базового бесприставочного глагола» и близки к членам так называемых чистовидовых пар, хотя отношение между ^^ас-ро^^ас и чистовидовыми отличается тем, что во второй паре базовая основа называет действие / состояние, являющееся результатом реализации действия, обозначенного дериватом ^егш-кагеЫ 1969: 138) (тендентивный результат по А. В. Бондарко).

Ц. Перникарский ^егшкагеЫ 1969) к глаголам непродолжительного действия, не интерпретируемым формулой «начать + инфинитив базового бесприставочного глагола», относит, помимо номинаций акустических явлений, также названия оптических явлений (типа zabfysnqC «заблестеть») и глаголы движения, совершаемого при наличии одной точки опоры (zachwiaC siq «заколебаться», zahustaC siq «закачаться» и под.). Именно этим глаголам, а не интерпретирующимся сочетаниям фазового «zacz^C + инфинитив» Ц. Пер-никарский уделяет главное внимание, анализируя польские фазовые формации со значением начинательности, поскольку этот класс глаголов численно преобладает над Ьой группой Х. Врубеля в современном польском языке. Глаголов типа zaboleC Ц. Перникарский насчитывает не более 13, в то время как число приводимых им глаголов типа zaszczekaC «залаять» превышает 50 (не считая неучтенных потенциальных образований ономатопеического характера). Если Ц. Перникарский относит к ингрессивам также глаголы типа rozpaliC (хотя и без подробной их характеристики), то у Врубеля формации с конфиксом roz... (rozpaliC siq, rozkochaC siq, rozpiC и редкие формации без — rozboleC, rozkwitnqс) размещены не в инхоативах (инхоативные модификации), а в мутационных названиях эволютивных (постепенно развивающихся) действий. Х. Врубель полагал, что в этих образованиях не выделяется начало действия, а акцентируется его развитие. Каузативы же типа rozpaliC, rozgniewaC по Х. Врубелю — обратные дериваты от соответствующих процессуальных рефлексивов ^гоЬе1 1984: 488).

В современном русском языке по традиции, восходящей к Г. К. Ульянову и Ф. Ф. Фортунатову, выделяется 2 вида начинатель-ности: ингрессивная и инхоативная. В отличие от польской традиции, где термин «инхоатив» охватывает, как правило, все глаголы начинательного СГД (или 3 вида модификаций по Х. Врубелю; иначе лишь у Цоцкевича (Cockiewicz 1992)), инхоатив в русистике имеет более узкое значение: не начинательность вообще, а та ее разновидность, которая представлена в глаголах с выделением «начального момента в длительном времени признака» (Ульянов 1895: 61) «при-

ступа к длительному действию» (Авилова 1976: 278). Эта группа (соответствующая 1-ой у Х. Врубеля) противостоит ингрессивной разновидности, выражающей «исчерпанность начального этапа действия». Инхоативную и игрессивную разновидности образуют глаголы с двумя префиксами: бифункциональным в отношении оттенков начинательности за- и типовым средством ингрессивности no-. Кроме этих префиксов к средствам выражения ингрессивной разновидности начинательности в русском языке Н. С. Авилова относит также следующие: префикс вз-, префикс воз- (если вз- добавляет к значению ингрессивности оттенок интенсивности и экспрессивности, то воз--архаичности, торжественности или иронии), конфикс

вз-ну (типа вскрикнуть), префикс раз-, конфикс раз-ся (имеющий дополнительное значение интенсивности), а также отмечаемые в отдельных лексемах и контекстах префиксы о-, об(о)-, у-. Некоторые исследователи называют начинательные глаголы с дополнительным оттенком интенсивности (типа разволноваться, расхохотаться, встревожиться) эволютивами (Stawnicka 1998: 237), у других в понятие «эволютивный начинательный глагол» вкладывается несколько иное содержание: «наличие начальной переходной фазы», в течение которой «происходит (постепенное) накопление определенных свойств, ведущее к изменению, к появлению ситуации, обозначаемой коррелятом начинательного глагола: Сосед засыпает. Белье сохнет» (Недялков 1987: 188-195). Некоторые исследователи выделяют в особые типы начинательных глаголов вторичные имперфективы от ингрессивов и их инхоативов (Stawnicka 1998: 237).

Лексикографическая практика показывает, что интерпретировать формулой «начать + инфинитив» можно не только приставочные с префиксом за- /za-, но и производные от глаголов однонаправленного движения, образуемые с помощью префикса no-: побежав = начать бежать, полететь=начать лететь (в отличие от префиксальных с no- типа полюбить). В связи с этим представляется убедительной точка зрения А. А. Караванова, который отрицает начинательный характер (ингрессивный подтип начинательности) у глаголов с префиксом no- типа поцеловать, отмечая, что из всех формаций современного русского языка с приставкой no- начинательное значение (сема ingr.) представлено только в глаголах, мотивированных определенно-моторными глаголами движения, в которых эта сема сосуществует с семой направления (сема dir) (Караванов 1991: 12).

Традиционному представлению значения только одной из двух (или трех) основных групп польских глаголов начинательного СГД

с помощью фазового глагола zaczqC / zaczynaC противостоит интерпретация В. Цоцкевичем содержания глаголов типа pokochaC uwierzyC, usfyszeC, zainteresowaC poznaC-poznawaC («комплексных» по Ц. Перникарскому, глаголов с нетендентивным результатом по А. В. Бондарко) также сочетанием zaczqC / zaczynaC + бесприставочный инфинитив базового глагола (то есть poznaC=zaczцc znaC, poznawaC= zaczynaC znaC и т. д.). Все эти глаголы В. Цоцкевич называет ингрессивами, или инитивами (Cockiewicz 1992: 52-53).

Ситуацию с определением ингрессивного акционального значения усложняет распространенная в современных аспектологических работах трактовка семантики любого перфектива с помощью компонента метаязыка семантических интерпретаций 'начать'. Трудность выделения акциональной семантики начинательности обусловлена также исторически: формированием начинательного СГД (как и многих других) на базе общерезультативного СГД. Этим обусловлено то своеобразие современных глаголов начинательного СГД с префиксом за- (составляющих центр данной категории), на которое указывал еще Б. Н. Головин: наличие в них двух семантических идей — начала и окончания. Эта генетическая связь с результативностью проявляется в тех глаголах, в которых исследователи с синхронной точки зрения выделяют начинательно-результативное значение, определяют такие глаголы как «комплексные», причем в первую очередь это касается претеритальных темпоральных форм, с которыми наиболее естественным образом соотносятся понятия результата и завершения действия. Указанные обстоятельства приводят к неоднозначной квалификации аспектологами видовых партнеров типа видеть-увидеть, слышать-услышать (чистовидовые партнеры, отличающиеся семантикой начинательности и др.), продемонстрированной, в частности, в ответах на вопросы Анкеты Аспектологиче-ского семинара филологического факультета МГУ им. Ломоносова (Труды 1987: 140-233).

Кроме близости к семельфиктивам польских глаголов типа zakaszleC и отказе им (в отличие от русск. заговорить, зашуметь) в возможной интерпретации формулой «zaczqC + инфинитив базового бесприставочного глагола», различия между польским и русским идиомами в отношении выражения смысла 'начинательность' заключаются также в следующем: для русского языка в большей степени репрезентативен синтетический (характеризованный) способ представления инициальности действия, что выявляется при сопоставлении параллельных текстов на русском и польском языках, где

русским начинательным глаголам с префиксом за- в польском чаще соответствует не префиксальный ингрессив, а аналитический (с генетической точки зрения более древний) способ передачи начина-тельности: zaczqc / zaczynac + инфинитив бесприставочного глагола. Ср. др.-польск. Naczql sny0 mul [wiczi], naczocz pylne prossiczi, naczql karac (а не ukaral и под.). При этом в польском языке аналитический способ выражения начинательности (особенно в формах прошедшего времени) может заменять не только приставочные с префиксом za-, но и глаголы движения с ингрессивным po-. Ср. пример из произведения О. Токарчук: Cofnql siq kilka krokow i zaczql biec w strong miejsca, gdzie wedlug Ruty byla granica — «Отпрянул на несколько шагов и побежал в сторону места, где вдоль Руты была граница». Несмотря на наличие в польском языке ингрессива pobiec, он реже используется, чем сочетание фазового глагола zaczqc c бесприставочным biec.

III. В славянских языках существовала возможность грамматикализации глаголов со значением 'начало', с помощью которых, как и с помощью глаголов *chotëti, *imëti, образовывалось futurum I (наряду с глаголом *byti): *nacçti, *jçti, *pocçti, *vbcçti «начать». Семантика употреблявшихся для образования будущего времени вспомогательных глаголов свидетельствует о том, что средневековому славянину (а возможно, и индоевропейцу — ср. will, wollen) действие в будущем представлялось как начинающееся (глаголы nacçti, pocqti, jqti, начать и т. п.), следующее быть (модальное значение *imëti), желаемое (*chotëti) и как предстоящее (*стать, быть). В русском и польском языках не произошло грамматикализации глаголов zaczqc / naczqc — начати / почати, они сохраняли свое лексическое значение, не преобразовались в грамматические морфемы. На материале древнерусского языка это было убедительно показано в диссертации И. С. Юрьевой (Юрьева 2009). В южнославянских языках произошла грамматикализация глагола желания *chotëti, который преобразовался в словоизменительную морфему в сербохорватском (cu, ces, ce, cemo, cete, ce) и грамматические показатели ke в македонском и ще в болгарском. Но в одном славянском языке — украинском — глагол со значением начинательности *jçti > яти десемантизировался и преобразовался в грамматический показатель будущего времени глаголов несовершенного вида, если считать, что будущее время образовывалось при помощи именно этого глагола, а не *imëti. Синтетическое будущее время глаголов несовершенного вида употребляется

наряду с аналитическим. От глагольных форм осталась изменяемая по лицам и числам морфема м: носитиму, носитимешь, носитиме, носитемемо, носитемете, носитимуть.

Наконец, в словацком языке одно из древнейших префиксальных средств начинательного СГД (приставка по-) грамматикализовалась в качестве показателя будущего времени для глаголов определенного лексико-семантического класса — глаголов движения ^оШт ^ к^е^).

Итак, мы показали неоднородность и многокомпонентность содержания концептологического поля 'начало', связь этого концепта с концептом 'конец' и на примере истории формирования синтетического будущего времени в украинском языке продемонстрировали взаимодействие лексического и грамматического уровней.

ЛИТЕРАТУРА

Авилова 1976 — Авилова Н. С. Вид глагола и семантика глагольного слова. Москва, 1976.

Караванов 1991 — Караванов А. А. Семный состав ингрессивных глаголов и проблема генезиса ингрессивной приставки по- // Вестник Московского университета. Сер. 9. Филология. 1991. № 3. С. 11-18.

Маслов 1958 — Маслов Ю. С. Роль так называемой перфективации и имперфективации в процессе возникновения славянского глагольного вида. Москва, 1958.

Недялков 1987 — Недялков В. П. Начинательность и средства ее выражения в языках разных типов // Теория функциональной грамматики. Введение. Аспектуальность. Временная локализованность. Таксис. Л., 1987. С. 180-195.

Труды 1987 — Труды аспектологического семинара филологического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова. Москва, 1987. Т. 2.

Ульянов 1895 — Ульянов Г. К. Значение глагольных основ в литовско-славянском языке. Варшава, 1895. Ч. II. Основы, обозначающие различия по видам.

Юрьева 2009 — Юрьева И. С. Семантика глаголов имети, хотети, начати (почати) в сочетаниях с инфинитивом в языке древнерусских памятников XII-XV вв. АКД. Москва, 2009.

Cockiewicz 1992 — Cockiewicz W. Aspekt na tle systemu slowotworcze-go polskiego czasownika i jego funkcyjne odpowiedniki w j^zyku niemiec-kim. Krakow, 1992.

Piernikarski 1969 — Piernikarski C. Typy opozycji aspektowych cza-sownika polskiego na tle slowianskim. Wroclaw, 1969.

Stawnicka 1998 — Stawnicka J. O niektorych sposobach wyrazania fazowosci akcji w j^zyku rosyjskim w konfrontacji z j^zykiem niemieckim (faza inicjalna akcji) // Wschod-Zachod. Slowianie i Niemcy. Kultura. J^zyk. Dydaktyka. Materialy z I Mi^dzynarodowej Konferencji Naukowej. 1998. Slupsk, 1998.

Wrobel 1984 — Wrobel H. Slowotworstwo czasownikow // Grama-tyka wspolczesnego j^zyka polskiego / Pod red. R. Grzegorczykowej, R. Laskowskiego, H. Wrobla. Warszawa, 1984. S. 467-512.

Ananieva N. E.

The Category of «Beginning» in Russian and Other Slavic Languages

The article is concentrated at the analysis of elements of the category of «beginning» in Polish and Russian languages. The author turns to the problem of desemantization and grammaticalization of the verb which means «beginning».

Key words: concept, beginning, ingression, method of verb action, future tense.