«В России большое количество талантливых изобретателей»

«В России большое количество талантливых изобретателей»

Управляющий директор «Сбера» по работе со стартапами Наталья Магидей — в программе «Цели и средства»

В рамках программы «Цели и средства» ведущий Марат Кашин поговорил с управляющим директором «Сбера» по работе со стартапами Натальей Магидей о технологическом предпринимательстве. Какие интересные стартапы сейчас есть в России? Какие технологии наиболее востребованы и перспективны? Где инвесторам и корпорациям искать стартапы в 2023 году?

— Как вы оцениваете российский потенциал с точки зрения количества и качества технологических стартапов, которые, если говорить об инновационном прогрессе, являются его основным двигателем?

— Если посмотреть на топ-20 компаний в мире, у которых самая высокая капитализация, можно заметить, что 15 из них точно — это технологические компании, и они были основаны не так давно, всего несколько десятков лет назад. То есть костяк современной экономики сейчас составляют те технологические компании, которые буквально недавно сами были стартапами.

Это означает, что без усиления частного технологического бизнеса будет сложно достичь амбициозных целей в масштабах всей страны и технологического суверенитета. И для того чтобы такого бизнеса становилось больше, необходимо развивать инфраструктуру поддержки. И я бы сказала, что правильно формировать такие ожидания не только со стороны государства, но и со стороны крупного бизнеса. А он, в свою очередь, может быть не только заказчиком технологических разработок, но также выступать в роли тестовых площадок, источника экспертизы и предоставлять другие ресурсы для стартапа.

Что касается качества стартапов, в России, безусловно, большое количество талантливых изобретателей и технарей, которые подчас создают по-настоящему прорывные решения. Но есть одно большое но — у нас исторически невысокий интерес к предпринимательству.

Согласно данным одного исследования, только треть респондентов в России оценивают свои знания и опыт как достаточные для начала предпринимательской деятельности. То есть люди не верят в свои силы, не видят возможностей, не знают инструментов, при помощи которых можно создавать свой технологический бизнес. И поэтому важно впервые пробовать это сделать во время обучения в школе или вузе, в безопасной среде, где наставники смогут помочь нивелировать эти факторы.

— То есть необходимо повышать привлекательность предпринимательства. Но, с другой стороны, успевают ли уже действующие предприниматели и готовые инвесторы реагировать на потребности рынка?

— Я бы сказала, что скорее не успевают, и многие еще по инерции продолжают работать по прежним устоявшимся правилам. Тем не менее мне кажется, что скоро все участники венчурного инновационного рынка придут к этому пониманию, что имеет смысл пересмотреть свое отношение к зрелости стартапов и вместо привычного поиска суперпроработанных готовых решений обратить внимание на более молодые проекты и на их поддержку.

Несмотря на то, что инвестиции в такие проекты более рискованны, они предполагают самый большой ожидаемый доход и вообще потенциальный эффект. И сейчас для тех, кто хочет стать инвестором или предпринимателем на рынке России, открываются новые возможности. Эти роли очень и очень востребованы рынком.

— Как изменились критерии при привлечении инвестиций к стартапу? Насколько сейчас это сложная история?

— Сейчас инвесторы выдвигают требования о том, чтобы работать со стартапами по дивидендной модели, а это предполагает достаточно зрелую стадию развития бизнеса. А такие проекты в России можно счесть по пальцам. Если инвесторы не переосмыслят свои требования, то, думаю, очень скоро эти несколько десятков развитых проектов закончатся и так или иначе придется смотреть на более молодые стартапы.

— Российским стартапам стало сложнее привлекать деньги из-за рубежа, но варианты все-таки есть. Насколько перспективны, с вашей точки зрения, поиски инвесторов, например, на Ближнем Востоке или в Азии?

— Я уверена, что очень перспективны. И «Сбер» сейчас большими шагами идет в этом направлении, мы активно налаживаем взаимоотношения с рядом стран, в том числе азиатских, и по венчурному инвестированию. И сейчас западных инвесторов интересует как возможность вложиться в стартап, подразумевая, что он вырастет на российском рынке, так и возможность экспансии этого проекта в другие страны

— В этом году на Петербургском международном экономическом форуме было подписано соглашение между «Сбером» и фондом «Сколково» о поддержке университетского предпринимательства. Расскажите, в чем суть этого партнерства?

— Его основной смысл и главная цель заключается в том, чтобы можно было в одном месте создать так называемый реестр студенческих высокоперспективных стартапов, уже заранее отобранных, по которым получен знак качества, в которые инвесторы могут вкладывать свои средства с пониманием пониженности риска, во-первых, а, во-вторых, с возможностью получить часть своих инвестиций, а именно до 50%, обратно.

Зачем мы это сделали? Потому что сейчас очень талантливые студенты, ребята со своими прорывными идеями, новыми технологиями зачастую заперты внутри вузовского инкубатора или лаборатории, и не существует единого места концентрации таких проектов.

Соответственно, инвесторам, которые хотят вложиться в такие перспективные стартапы, зачастую это DeepTech, приходится самостоятельно их искать, обращаться в вузы или госинституты, которые с ними взаимодействуют. Мы хотим вместе с вузами создать такую базу технологических стартапов, единое место, в которое инвесторы смогут обращаться для того, чтобы искать проекты, которые они могут поддержать, еще и минимизировать свой риск, получив значительный кэшбэк.

И так как на реализацию этой программы выделено 3,2 млрд руб., я думаю, это очень значимая часть для развития венчурного и инновационного бизнеса в стране, то есть технологического суверенитета и импортоопережения.

— Платформа для объединения стартапов, инвесторов и корпораций называется SberUnity.

— Верно, это стартап-хаб, который помогает участникам венчурного рынка объединяться и быстрее находить друг друга и работать напрямую. На платформе сейчас уже более 2,7 тыс. технологических стартапов. Они размещают информацию о своих решениях, а представители корпораций либо могут самостоятельно выбирать из них оптимальные, либо опубликовывать собственный запрос на поиск технологий и ждать, когда стартапы ознакомятся с ними, подадут свои проекты, либо же заказывать скаутинг — такая опция тоже есть.

Соответственно, третья сторона этого онлайн-хаба — инвесторы, также могут подобрать для себя интересный проект для вложения капитала. И один из фокусов «Сбера» — это создание инфраструктуры по работе с такими технологическими проектами не только и не столько в интересах самого «Сбера», сколько в интересах всех участников российского рынка инноваций. Поэтому SberUnity — бесплатный хаб для всех стартапов, мы будем рады, если любой технологический проект обратит внимание на эту платформу и зарегистрируется на ней.

— А какие интересные проекты сейчас есть в России? Например, наблюдаете ли вы уклон в сторону использования искусственного интеллекта?

— Да, безусловно, больше трети стартапов, размещенных на платформе, как раз используют технологии ИИ. И это неудивительно, потому что это та технология, которая позволяет серьезнейшим образом оптимизировать процессы, их эффективность в совершенно разных отраслях и областях бизнеса.

Я думаю, что с течением времени эта пропорция будет увеличиваться, и очень скоро и на рынке, и на платформе SberUnity таких проектов будет уже не 30%, а 50% и даже больше. Кроме того, процентов 20 проектов создают разработки в области больших данных и их аналитики. Еще среди топа технологий можно назвать интернет вещей, компьютерное зрение, блокчейн и технологии дополненной и виртуальной реальности.

Что же касается областей применения, то больше всего решений создается для электронной коммерции, маркетинга, управления финансами и человеческих ресурсов, включая обучение. И мы можем делать такие выводы на основании наблюдения не только за российскими стартапами, но и за международными, потому что на SberUnity размещены в том числе проекты из дружественных стран, таких как Индия, Турция или стран СНГ.

— Насколько уместно сравнивать SberUnity с зарубежными аналогами? Сейчас ее называют таким российским Crunchbase, а это самая известная, пожалуй, международная база стартапов и инвестиций, которая недоступна для пользователей из России. Насколько SberUnity удачно эту нишу заполняет, или у нее есть какая-то своя миссия?

— При создании SberUnity мы, безусловно, анализировали рынок имеющихся похожих платформ, но нельзя сказать, что существует ее полный аналог. Среди площадок, которыми мы вдохновлялись и у которых подсматривали какие-то решения, безусловно, можно назвать Crunchbase или AngelList — это база, в которой размещены частные инвесторы, которые работают со стартапами.

Но SberUnity — это такой комбо-вариант, который затрагивает сразу всех игроков рынка венчура и инноваций. Нет такого аналога в мире, потому что каждая платформа сосредоточена на какой-то одной аудитории, то есть либо это база стартапов с подробной информацией о них, либо это база инвесторов, где, соответственно, вторая партнерская сторона выбирает для себя подходящие варианты.

Мы же попытались сделать так, чтобы в одном месте можно было найти и базу стартапов, предлагающих свои технологические решения, и базу корпораций, которые ищут эти технологические решения, и инвесторов, которые готовы вложиться в развитие этих решений.

— Насколько в принципе инвесторы сейчас активны? Наблюдаете ли вы, что по итогам прошлого года их число в стране сократилось, или нет такой тенденции?

— Конечно же, изменилась пропорция инвесторов. Многие венчурные фонды либо изменили географию своих инвестиций и ушли из России, либо закрылись. Но есть и хорошая новость: на фоне такого тренда стали появляться другие инвесторы, частные, их еще называют бизнес-ангелами. Они стали проявлять либо индивидуальную активность, либо объединяться в так называемые клубы, которые проводят синдицированные сделки.

Как мы видим по результатам 2022 года, 40% от общего количества сделок со стартапами было проведено именно такими частными инвесторами. И этот формат набирает популярность, потому что снижается порог входа и степень риска для отдельного бизнес-ангела, и он может инвестировать сразу в несколько интересных стартапов.

— Я слышал, что на вашей платформе появится база университетских стартапов. В чем суть этой инициативы?

— Мы как «Сбер» хотим взять на себя функцию игрока, который смог бы объединить и аккумулировать в одном месте базу интересных технологических студенческих стартапов. Почему мы это делаем? Потому что в наших вузах сосредоточено огромное количество талантливых ребят, которые делают совершенно потрясающие открытия, разрабатывают технологии, может быть, даже упаковывают их в работающий продукт, но зачастую дальше институтских стен этот продукт не выходит.

Наша задача — создать реестр таких продуктов, к которому получат доступ все — и корпорации, которые смогут этими решениями пользоваться для своего бизнеса, и инвесторы, которые смогут в эти решения вкладываться и своей экспертизой поддерживать их развитие. Также отмечу факт, что это будет база проектов, которые прошли серьезные фильтры как Сбербанка, так и фонда «Сколково».

То есть это проекты, на которые, скажем так, уже был поставлен знак качества, что может служить дополнительным индикатором для инвесторов. Это довольно важный фактор для частных инвесторов, особенно начинающих. Таким образом они смогут диверсифицировать и минимизировать риски вложений.