Особенности педагогических теоретических исследований, изучающих мусульманские религиозные первоисточник

УДК 378.048.2

ОСОБЕННОСТИ ПЕДАГОГИЧЕСКИХ ТЕОРЕТИЧЕСКИХ

ИССЛЕДОВАНИЙ, ИЗУЧАЮЩИХ МУСУЛЬМАНСКИЕ

РЕЛИГИОЗНЫЕ ПЕРВОИСТОЧНИКИ

Р.Л. Саяхов

Аннотация. Накопленный опыт классических наук оказывается недостаточным для решения отдельных возникающих проблем, особенно в сфере этноконфессиональных взаимоотношений. Это обуславливает необходимость научного изучения религиозных первоисточников. Являясь ценным культурным наследием человечества, они содержат богатые потенциалы для расширения перспектив развития общечеловеческого знания. Однако специфичность подобных источников затрудняет научные исследования и ведет к необходимости разработки новых методологических решений. В статье обобщен опыт изучения потенциала мусульманских религиозных первоисточников в педагогической науке за последние двадцать лет.

Ключевые слова: мусульманские религиозные первоисточники, Коран, хадисы, корановедение, хадисоведение, алгоритм исследования первоисточников, педагогические исследования.

PECULIARITIES OF TEACHING THE THEORETICAL

STUDIES INVESTIGATING MUSLIM RELIGIOUS PRIMARY SOURCES

R. Sayakhov

Abstract. The experience of classical science is insufficient to solve specific problems encountered, particularly in the field of ethno-confessional relations. This necessitates the scientific study of religious primary sources. As a valuable cultural heritage of humanity, they provide rich potential for the expansion of the development prospects of human knowledge. However, the specificity of these sources makes it difficult to research and leads to the need of development of new methodological solutions. The article summarizes the experience of exploring the potential of Muslim religious primary sources in teaching science in the last twenty years.

Keywords: Muslim religious primary sources, Quran, Hadith, study of Quran, Hadith, Quran studies, hadith studies, algorithm of the research of sources, pedagogical research.

Современные мировые процессы объективно порождают множество новых проблем. Одной из них является вопрос взаимопонимания и мирного взаимодействия представителей различных

этноконфессиальных сообществ [3]. Когда подходы и накопленный потенциал классических наук оказывается недостаточным [4], исследователи ищут новые, альтернативные источники и пути, среди которых и обращение к опыту мировых религий. Последнее обусловливает

необходимость научного исследования религиозных первоисточников. Вместе с тем поскольку столь специфичные материалы не отвечают отдельным критериям научности, их изучение сталкивается сегодня с рядом затруднений. В статье приведены некоторые обобщения относительно степени

разработанности потенциала мусульманских религиозных первоисточников в

педагогической науке, отмечены ключевые особенности их исследования и дан оригинальный алгоритм для работы с ними. Считаем, что подобного рода рекомендации

будут способствовать формированию новых методологических возможностей [5] при изучении и использовании столь специфичных с точки зрения науки источников.

Мусульманскими религиозными

первоисточниками являются священный текст - Коран, а также своды особых преданий -хадисы (сунна). Они выступают первоисточниками в том смысле, что именно из них черпают сведения по ключевым вопросам мировоззрения, практике

поклонения, правовым вопросам, по вопросам нравственного и этического характера. О месте и соотношении Корана и хадисов (суннов) российский востоковед Д.В. Фролов отмечает, что Коран для мусульманской общины есть источник всякого знания, а сунна - это разъяснение Корана [11].

Известный британский востоковед-арабист Уильям Монтгомери Уотт (1909 - 2006 гг.) сказал, что «в этом странном мире, мире конца XX века <...> все острее ощущается потребность в изучении Корана, в том числе и новыми научными методами; эта работа может быть проделана как мусульманами, так и

приверженцами других религий» [6].

Для ведения исследований, претендующих на адекватное понимание, анализ и выводы, необходима осведомленность об особенностях их научного изучения. Эти особенности, прежде всего, заключены в необходимости работы с первоисточниками посредством особых разделов знаний, именуемых корановедением (коранистикой) и

хадисоведением.

Среди специалистов, оставивших значительный вклад в развитии западного корановедения, упоминают известных востоковедов Фридриха Швалли (1863 - 1919 гг.), Г. Бергштрассера, Теодора Нёльдеке (1836 - 1930 гг.), Отто Претцеля (ум. 1941 г.), Артура Джефри (ум. 1959 г.), Ричарда Белла (1876 - 1952), Джона Эдварда Уонсбро (1928 -2002 гг.), Уильяма Монтгомери Уотта (1909 -2006 гг.). В становление отечественной школы корановедения внесли свой вклад советские востоковеды А.Е. Крымский (1871 - 1942 гг.), И.Ю. Крачковский (1883 - 1951 гг.), Б.Я. Шидфар (1928 - 1993 гг.), А.А. Долинина (1923 г.р.), ОБ. Фролова (1926 г.р.). В постсоветский период российское

корановедение развивается трудами видных арабистов М.Б. Пиотровского, В.Д. Ушакова, Е.А. Резвана, А.Р. Гайнутдиновой, М.Ф. Муртазина [15] и др.

Под корановедением понимают комплекс знаний, помогающих понимать Коран, раскрывая его слова и смыслы. По мнению современных востоковедов (Д.В. Фролов, М.С. Мейер, Г.М. Габучан, А.Б. Куделин), ключевой фигурой корановедческих исследований являлся египетский ученый-энциклопедист Джалал ал-Дин ал-Суйути (1445 - 1505 гг.), которого Е.А. Резван назвал выдающимся экзегетом мусульманского средневековья [12]. Его фундаментальный труд «Совершенство в коранических науках» представляет по выражению Д.В. Фролова своего рода подведение итогов всего классического периода развития классического мусульманского корановедения в течение восьми веков (VII - XV вв.). Данный труд является одним из самых авторитетных для мусульманской традиции трактатов по корановедению [9], без знания которого невозможно глубоко изучить смысл и историю Писания ислама [10]. Согласно этому труду классическое корановедение включает в себя учение о толковании Корана - экзегетику, учение о его ниспослании, учение о его своде, учение о понимании его смыслов, учение о его

неподражаемости и достоинствах.

Что касается учения о толковании Корана, то, по мнению востоковедов, «пока наша читательская аудитория знает о мусульманской экзегетике намного меньше, чем об экзегетической составляющей иудаизма и христианства» [9, с.8]. Вместе с тем, современный исследователь должен быть осведомлен хотя бы о ключевых ее составляющих.

Что касается правил толкования, то в самом общем виде они заключены в следующем. Сначала толкование ищется в самом Коране, ведь изложенное в одном месте писания сжато может быть растолковано в другом месте более развернуто. Когда исследователь исчерпает этот метод, он обращается к сунне (сводам хадисов), которая разъясняет и проясняет Коран. Если комментатор-толкователь не находит ответа и в сунне, он обращается к высказываниям сподвижников Пророка, которые были более всех после Пророка сведущи в толковании, поскольку знали ситуации и обстоятельства, в которых ниспосылался Коран [9, с.60].

Относительно ниспослания Корана исследователи должны быть осведомлены, что оно осуществлялось последовательно в течение двадцати трех лет пророчества (610 или 612 - 632 гг.). Особенностью процесса откровения является его соотнесенность с обстоятельствами пророческой миссии. Как пишет Д.В. Фролов, «отдельные фрагменты -единичные айаты, группы айатов, части сур или даже целые суры часто ниспосылались в связи с каким-то событием в истории ислама, обстоятельством жизни Пророка ислама, в ответ на сомнения, вопросы обратившихся в ислам, на вопросы или полемические возражения оппонентов ислама из числа язычников или «людей писания»: иудеев и христиан» [10, с.10]. В связи с этим невозможно толковать айат, не узнав связанной с ним истории и не выяснив о его ниспослании.

Весьма важным обстоятельством рассмотрения группы айатов, посвященных одной теме, является необходимость учета хронологии их ниспослания. Это позволяет установить временное соотношение между разными суждениями по одной и той же теме, что встречается в Коране неоднократно. Такая ситуация разрешается согласно принципу «последнее слово - верное» и связывается со специфическим учением об «отмене», когда более поздняя версия «отменяет» все, что не соответствует ей в ранних версиях.

Хронология и связанная с ней периодизация коранического текста сопряжена с понятиями «мединский» и «мекканский» период.

Осведомленность о своде Корана подразумевает знакомство с историей его письменной комплектации, с его структурой и композицией, а также со сложением традиции канонических чтений Корана [10]. Данный раздел корановедческих знаний, кроме перечисленных выше, связан с рассмотрением вопросов об именах Корана и сур; о порядке сур; о количестве сур, айатов, слов и харфов в Коране; о хранителях и передатчиках; о зачинах и концовках сур; о соответствиях в айатах; о неочевидных (неоднозначных) айатах.

В учение о понимании смыслов Корана входит знание так называемых бесспорных и неочевидных мест в Коране, а также знакомство с указателями к кораническому тексту, «позволяющими точно установить, кто или что имеется в виду в том или ином айате, или к кому он обращен» [10, с.14].

Раздел о неподражаемости и достоинствах Корана чрезвычайно важен и, как отмечает Д.В. Фролов, недостаточно изучен в европейском корановедении [11].

Специалисты отмечают, что неподражаемость Корана коренится, прежде всего, в его языке и стиле. Как замечает Е.А Резван, «язык Корана уникален, в ряде позиций он принципиально несопоставим с абсолютным большинством современных ему языковых материалов, которые дошли до нас» [12]. В этой связи для исследователя совершенно необходима осведомленность о формах коранического стиля, среди которых - притчи, клятвы, логическая аргументация.

Учение о достоинствах Корана, как пишет Д.В. Фролов, — «не менее важная часть мусульманской корановедческой науки, чем учение о его неподражаемости» [11, с.12]. Данный вопрос, прежде всего, связан с проблемой возможности превосходства одних структурных частей Корана (суры или айаты) перед другими.

В дополнение к приведенным выше разделам знаний, необходимым исследователю для работы с Кораном, нужно отметить еще одно обстоятельство, естественным образом осложняющее работу со столь специфичным первоисточником. Это проблема языка и, соответственно, проблема перевода на русский язык. Данная проблема связана не только со знанием арабского языка Корана, но и со знанием специфики арабской культуры времен ниспослания. Как отмечает У.М. Уотт,

будущность Корана арабским подразумевает, не только то, что он ниспослан на арабском языке, но и то, что в нем представлены понятия, близкие арабам» [6, с.212], того времени в частности.

Исследователи отмечают, что на сегодняшний день существует 18 полных и более 10 фрагментарных переводов Корана на русский язык [15].

Относительно переводов Корана на русский язык мы согласны с позицией Э.Р. Кулиева. Ни один из переводов не в состоянии полноценно передать содержание и смыслы религиозных откровений вообще и Корана в частности. Данный источник специфичен, содержит множество иносказательных значений, не имеет единой сюжетной линии (за редким исключением), множество фрагментов связаны с конкретными обстоятельствами их ниспослания. Эти обстоятельства затрудняют знакомство и работу со Священным Писанием ислама, поскольку предполагают, как пишет М.Б. Пиотровский, «наличие у слушателей и читателей некоторого предварительного знания предмета».

Таким образом, мы считаем, что вести первоначальное знакомство с содержанием Корана возможно посредством прямых его переводов. Однако анализировать текст и осуществлять научные изыскания (как в подлиннике, так и в переводе) возможно лишь посредством знакомства с его толкованиями.

Хадисоведением называют науку, которая занимается исследованием содержания хадисов, а также определением степени достоверности хадисов и их передатчиков. Хадисы представляют значительно большую по объему информацию, чем Коран. Очевидно, именно объем и разнородность второго по значимости мусульманского религиозного первоисточника и являются причиной его меньшей изученности со стороны западных и российских востоковедов. Среди западных востоковедов - исследователей хадисов XIX -XX веков упоминают венгерского исламоведа Игнаца Гольдциера (1850 — 1921 гг.) и немецкого арабиста и исламоведа Йозефа Шахта (1862 — 1969 гг.). Современными западными специалистами по хадисоведению считаются Джон Бёртон (Эдинбургский университет), Герберт Берг (Университет Северной Каролины Уилмингтон) и др. [7]. Малоизученность данной области у нас накладывает на отечественных

исследователей, занимающихся анализом мусульманских религиозных первоисточников,

особую ответственность и требует тщательной подготовки.

Наряду с термином «хадис», определение которого дано выше, используется термин «сунна». Их отличие состоит в том, что хадисом именуют сообщение как таковое, а сунной - правило (или свод правил), описанного в этом сообщении (или хадисах). Подлинность происхождения каждого хадиса в отдельности подтверждается перечнем имен передатчиков (от более позднего к более раннему), сообщавших информацию друг другу из поколения в поколение. Эта цепочка передатчиков называется иснад. Иснад берет начало от пророка ислама, его сподвижника или последователя и следует до ученых, составивших сборники хадисов. Основной частью хадиса является так называемый «матн». Он представляет собой непосредственную информацию о том, что говорил и совершал пророк.

По степени достоверности хадисы делят на «достоверные», «хорошие» и «слабые».

Знатоками хадисов были составлены шесть сводов, которые пользуются наибольшим авторитетом и приобрели известность в мусульманском мире. Приведем их перечень и краткие характеристики.

1) Сборник хадисов «Ал-Джами' ал-сахих» Мухаммада ибн Исма'ила ал-Бухари (810 — 870 гг.), известного как имам ал-Бухари. Данный сборник считается самым надежным источником, поскольку он содержит только достоверные хадисы. Данный сборник состоит из 7563 хадисов, некоторые из которых в той или иной форме повторяются (без повторов -4000), объединенных в 97 глав - «книг».

2) Сборник хадисов «Ал-Джами' ал-сахих» Муслима ибн ал-Хаджжадж ал-Найсабури (821 — 875). Он считается вторым по надежности сборником хадисов. Он включает 12000 хадисов (без повторов - 3033), в то время как по Джону Бёртону - около 4000, объединенных в 54 главы - «книги».

Относительно них Джон Бёртон пишет: «за исключением Корана, ни одна другая книга на арабском языке не удостаивалась таких похвал, как эти два сборника».

3) Сборник хадисов «Сунан» Абу Дауда ал-Сиджистани (817 — 888 гг.). Он состоит из 5274 сообщений (по Джону Бёртону - около 4800), среди которых есть не только хадисы пророка ислама, но и высказывания сподвижников и их учеников. В данный сборник автор включил не только достоверные, но и «почти достоверные», а также слабые, объединенных в 36 глав -

«книг».

4) Сборник хадисов «Ал-Джами' ал-сахих» (известен как «Сунан») Мухаммада ибн 'Исы ал-Тирмизи (824 — 892 гг.), в который вошли 3956 хадисов, объединенных в 47 глав -«книг». В данный сборник вошли достоверные, хорошие, слабые и даже так называемые «не признаваемые» большинством специалистов по хадисам.

5) Сборник хадисов «Сунан» Ахмада ибн Шу'айба ал-Насаи (830 — 915 гг., у Бёртона: 829 — 915 гг.), содержащий 5758 хадисов, объединенных в 51 главу - «книгу». Этот свод считается самым достоверным после сборников ал-Бухари и Муслима.

6) Сборник хадисов «Сунан» Мухаммада ибн Йазида (824 — 887 гг.), известного как Ибн Маджа, содержащий 4341 хадис, объединенных в 37 глав - «книг», среди которых немало недостоверных. По своей надежности сборник Ибн Маджа не может сравниться с предыдущими, однако он приобрел большую популярность.

К сожалению, ни один из приведенных сборников до настоящего времени не был подвергнут полному переводу на русский язык отечественными востоковедами. Исключение могут составлять лишь фрагментарные переводы, выполненные в ходе каких-либо специализированных исследований, где отдельные хадисы используются в качестве обоснования определенных точек зрения.

Следует отметить, что, подобно Корану, при изучении хадисов необходимо учитывать обстоятельства запечатленных высказываний или событий, а также хронологию материала. Выделив несколько хадисов, объединенной одной тематикой, они должны сопоставляться по степени достоверности и рассматриваться в хронологической перспективе. Только в этом случае исследователь может претендовать на получение адекватных результатов.

Таким образом, с какой бы отраслью знания не было связано научное исследование мусульманских религиозных первоисточников, оно непременно должно опираться на осведомленность об особых правилах, изучаемых корановедением и хадисоведением, а алгоритм исследования может быть представлен следующим образом:

1) Формулировка проблемы исследования.

2) Постановка цели и задач исследования.

3) Изучение взглядов современных ученых на сформулированную проблему, в том числе и в свете исследования мусульманских религиозных источников.

4) Исследование содержания Корана и

определение фрагментов, которые имеют прямое или косвенное отношение к проблеме исследования.

5) Выстраивание выделенных фрагментов в соответствии с хронологией их ниспослания (насколько это возможно). Определение «исключающих» и «исключаемых» фрагментов.

6) Исследование выделенных фрагментов на предмет выяснения обстоятельств их ниспослания.

7) Работа с толкованиями (тафсирами) с целью определить все известные смыслы выделенных фрагментов.

8) Изучение всего комплекса выделенных коранических фрагментов с целью определить их общую логику по рассматриваемой проблеме. Возможно, выстроить логику формирования конечного суждения.

9) Исследование хадисов во всех шести классических источниках и отбор тех из них, которые имеют прямое или косвенное отношение к проблеме исследования.

10) Если возможно, то выстраивание отобранных хадисов в соответствии с их хронологией. Определение «исключающих» и «исключаемых» хадисов.

11) Исследование отобранных хадисов на предмет истории обстоятельств их появления и запечатления.

12) Исследование отобранных хадисов на степень их достоверности.

13) Рассмотрение классических комментариев к отобранным хадисам.

14) Изучение всего комплекса отобранных хадисов с целью определить их логику по рассматриваемой проблеме. Возможно, выстроить логику формирования конечного суждения.

15) Сопоставление логики коранических фрагментов с логикой отобранных хадисов по рассматриваемой проблеме.

16) Подведение итогов, выдача заключений.

Для исследования уровня изученности мусульманских религиозных первоисточников с точки зрения педагогической науки было рассмотрено более 1000 разнообразных научно-исследовательских (диссертационных) работ, так или иначе связанных с религиозной (мусульманской) тематикой. Анализу были подвергнуты диссертации, защищенные за последние 20 лет, которые прямо или косвенно связаны с мусульманскими религиозными первоисточниками. Педагогических

исследований подобного плана оказалось совсем немного. Среди них были выделены

десять работ, являющихся, на наш взгляд, наиболее типичными:

1. Использование общечеловеческих ценностей Корана в формировании нравственной культуры студентов высшей технической школы [13].

2. Использование нравственного потенциала ислама в воспитании учащихся подросткового возраста [1].

3. Педагогические условия ответственности родителей за воспитание детей в исламе, созвучные современным нравственным нормам светского общества [19].

4. Педагогический потенциал ислама в светских образовательных практиках [14].

5. Использование духовно-нравственного потенциала монотеистических религий в профилактике девиантного поведения подростков [8].

6. Религиозно-культурологические традиции как средство нравственного воспитания младших школьников [20].

7. Формирование толерантности у будущих психологов в процессе изучения основ традиционных религий [16].

8. Воспитание духовной культуры старших школьников [18].

9. Формирование духовно-нравственных ценностных ориентаций старшеклассников на основе этнокультурных традиций [2].

10. Национальные и общечеловеческие ценности и их роль в нравственном воспитании подрастающего поколения [17].

С целью выявить особенности исследования мусульманских религиозных первоисточников были изучены списки литературы и их основное содержание. Анализу было подвергнуто наличие в них ссылок как непосредственно на Коран и хадисы, так и на источники по корановедению и хадисоведению.

В работе Р.И. Зинуровой из 229 источников 69 связаны с исламской тематикой. В основном это взгляд на ислам с точки зрения этики, эстетики, культурологи, истории, арабистики, социологии. Непосредственно к мусульманским первоисточникам относятся 6 источников, лишь 2 из которых считаются известными — это переводы Корана И.Ю. Крачковского и В.М. Пороховой. Вместе с тем в списке литературы присутствуют 7 источников по коранистике. Это работы по таджвиду, научным знакам, неподражаемости, сказаниям, преданиям и притчам, по вопросам эстетики и проблеме русского перевода Корана. Данный перечень не охватывает весь

комплекс коранических проблем, но осведомленность автора с частью из них значительно укрепляет работу. Ссылки на хадисы незначительны, а работы по хадисоведению отсутствуют.

В работе А.И. Халил из 133 источников 40 связаны с исламской тематикой (этика, философия, социология). При этом автор использует только 2 перевода первоисточников, из которых лишь перевод Корана И.Ю. Крачковского можно отнести к фундаментальным научным работам. Вместе с тем автор приводит два источника, связанных с коранистикой. Ссылки на хадисы незначительны, а работы по хадисоведению отсутствуют.

В работе Ф.А. Ходжиевой из 188 источников 45 связаны с исламской тематикой (мусульманская педагогическая мысль), основная часть которых изданы не на русском языке. В списке литературы присутствует 1 перевод первоисточника.

Работа А.А. Койчуева основана на проработке 190 источников, 57 из которых связаны с исламской тематикой. Несмотря на прямую связь темы исследования с исламом (Педагогический потенциал ислама в светских образовательных практиках), в списке литературы присутствуют лишь два источника по хадисам неизвестных изданий. Две упомянутые в списке работы по корановедению не затрагивают ключевых проблем предмета. Сам Коран среди источников не приведен.

В списке литературы работы М.М. Гильманова приведено 290 источников, 22 из которых связаны с исламской тематикой (вопросы исламского права, нравственности, воспитания). Первоисточники приведены двумя переводами Корана - И.Ю. Крачковского и В.М. Пороховой.

Р.И. Шаяхметова использовала в своей работе 227 источников, 62 из которых связаны с исламской тематикой (история, философия, социология, экономика, педагогика, межконфессиональные отношения, обряды, корановедение). Мусульманские религиозные первоисточники представлены 5 книгами. Это переводы Корана И.Ю. Крачковского, В.М. Пороховой, Г.С. Саблукова, толкование Корана «ал-Мунтахаб», а также некоторыми хадисами.

Т.В. Кутурга использовала в своей работе 261 источник, 5 из которых связаны с исламской тематикой (сопоставительное религиоведение, исламоведение, исламское право). Ссылка на первоисточник лишь одна -

перевод Корана Г.С. Саблукова.

В работе Н.М. Романенко представлен список из 342 источников, 5 из которых связаны с исламской тематикой (жизнеописание пророка ислама, коранистика, исламоведение). Несмотря на то, что работа связана с воспитанием духовной культуры, в работе присутствует лишь одна ссылка на христианский религиозный первоисточник и ни одной ссылки на мусульманские религиозные первоисточники.

Н.Т. Абидова использовала в своей работе 242 источника. Несмотря на то, что работа посвящена формированию духовно-нравственных ценностных ориентаций, в ней присутствует лишь одна ссылка на мусульманские религиозные первоисточники -перевод Корана И.Ю. Крачковского.

А. Нуров использовал в своей работе 208 источников, 3 из которых связаны с исламской тематикой. Среди ссылок на мусульманские религиозные первоисточники - перевод Корана И.Ю. Крачковского и две некорректные ссылки на хадисы на иностранном языке.

Таким образом, количество современных научно-исследовательских работ по педагогике, изучающих мусульманскую культуру, весьма незначительно. Это обусловлено, на наш взгляд, тем, что подобные работы подразумевают проведение, наряду с педагогическими, еще и специализированных религиоведческих изысканий, что требует знания особых дисциплин - корановедения и хадисоведения.

Анализ списков литературы показал, что в указанных диссертационных исследованиях мусульманские религиозные первоисточники использованы весьма ограниченно (не более 2% от указанных источников). В основном это переводы Корана на русский язык (наиболее часто встречается перевод И.Ю. Крачковского). Среди ссылок на хадисы академические востоковедческие издания отсутствуют. Книги по хадисоведению не приведены, работы по корановедению весьма ограниченны, разнородны и не отражают знания ключевых проблем предмета, позволяющих рассчитывать на обоснованность выводов. Работы современных западных и отечественных ученых-корановедов и хадисоведов практически не отражаются. Такие разделы корановедения, как правила чтения Корана, неподражаемость Корана (в работе Р.И. Зинуровой), научные знаки в Коране (в работе Р.И. Шаяхметовой), несомненно, входят в прикладные его разделы,

но их, с одной стороны, нельзя считать ключевыми, а с другой - достаточными для заявленной тематики.

Таким образом, в имеющихся исследованиях непосредственно

мусульманские религиозные первоисточники рассмотрены весьма ограниченно и без учета особенностей их научного исследования. Об этом говорит, в частности, отсутствие либо ограниченность в перечне источников специализированной литературы по корановедению и хадисоведению. Ссылки на первоисточники представлены одиночными, вырванными из контекста фрагментами; делать всеобъемлющие выводы на базе которых не вполне корректно. Такие работы не

могут обеспечить полноту охвата рассматриваемых проблем в свете религиозных первоисточников.

Учитывая важность религиозного фактора и возрастающее внимание к исламской культуре, в том числе и с педагогических позиций, вполне очевидным представляется необходимость продолжать исследования заключенных в мусульманских религиозных первоисточниках потенциалов. Расширение педагогических изысканий с учетом особенностей данных источников,

несомненно, послужит обогащению педагогических знаний и дальнейшему развитию педагогики.

Литература:

1. Абед Халил А.И. Использование нравственного потенциала ислама в воспитании учащихся подросткового возраста: дис. ... канд. пед. наук: 13.00.01 / Ибрагим А. И. Абед Халил. -Казань. - 1996. - 196 с.

2. Абидова Н.Т. Формирование духовно-нравственных ценностных ориентаций старшеклассников на основе этнокультурных традиций: дис. ... канд. пед. наук: 13.00.01 / Абидова Нелля Тафаровна. - Владикавказ. - 2010. -214 с.

3. Аминов Т.М., Аминова Л.Я. Мусульманское педагогическое образование в дореволюционной Башкирии / Т.М. Аминов, Л.Я. Аминова // Педагогика. - 2002. - № 1. - С. 89-93.

4. Аминов Т.М. Теоретические и методологические основы историко-педагогического исследования / Т.М. Аминов // Педагогический журнал Башкортостана. - 2007. -№ 2. - С. 42-62.

5. Аминов Т.М. Развитие системы профессионального образования в Башкирии (начало XVII века - до 1917 года): дис. ... доктора пед. наук: 13.00.01 / Аминов Тахир Мажитович. -Уфа. - 2012. - 447 с.

6. Белл Р., Уотт У.М. Коранистика: введение: пер. с англ. / Р. Белл, У.М. Уотт. - СПб.: «Издательство «ДИЛЯ», 2005. - 256 с.

7. Бёртон Дж. Мусульманское предание: введение в хадисоведение: пер. с англ. / Дж. Бертон. - СПб.: «Издательство «ДИЛЯ», 2006. -304 с.

8. Гильманов М.М. Использование духовно -нравственного потенциала монотеистических религий в профилактике девиантного поведения подростков: дис. ... канд. пед. наук: 13.00.01 / Гильманов Мухамат Мухаматюнусович. - Казань. -2004. - 192 с.

9. Джалал ад-Дин ас-Суйути. Совершенство в коранических науках / Джалал ад-Дин ас-Суйути // Учение о толковании Корана. - М.: ИД «Муравей», 2000. - Вып. 1. - 240 с.

10. Джалал ад-Дин ас-Суйути. Совершенство в коранических науках / Джалал ад-Дин ас-Суйути // Учение о ниспослании Корана. - М.: ИД «Муравей», 2001. - Вып. 2. - 272 с.

11. Джалал ад-Дин ас-Суйути. Совершенство в коранических науках / Джалал ад-Дин ас-Суйути // Учение о неподражаемости и достоинствах Корана; под общ. ред. Д.Ф. Фролова. - М.: Муравей, 2006. -Вып. 5. - 192 с.

12. Резван Е.А. Коран и его толкования: тексты, переводы, комментарии / Е.А. Резван // Серия «Культура и идеология мусульманского Востока», I. - СПб.: «Петербургское Востоковедение», 2000. - 208 с.

13. Зинурова Р.И. Использование общечеловеческих ценностей Корана в формировании нравственной культуры студентов высшей технической школы: дис. ... канд. пед. наук: 13.00.01 / Зинурова Раушания Ильшатовна. -Казань. - 1996. - 265 с.

14. Койчуев А.А. Педагогический потенциал ислама в светских образовательных практиках: дис. ... доктора пед. наук: 13.00.01 / Койчуев Айтек Алим-Джашарович. - Ставрополь. - 2008. - 326 с.

15. Кулиев Э.Р., Муртазин М.Ф. Корановедение: учебное пособие / Э.Р. Кулиев, М.Ф. Муртазин; под общей ред. М.Ф. Муртазина. -М.: Агентство печати «Столица», 2011. - 528 с.

16. Кутурга Т.В. Формирование толерантности у будущих психологов в процессе изучения основ традиционных религий: дис. ... канд. пед. наук: 13.00.08 / Кутурга Татьяна Валерьяновна. -Чебоксары. - 2010. - 227 с.

17. Нуров А. Национальные и общечеловеческие ценности и их роль в нравственном воспитании подрастающего поколения: дис. ... доктора пед. наук: 13.00.01 / Нуров Абдулбоки. - Душанбе. - 2004. - 328 с.

18. Романенко Н.М. Воспитание духовной культуры старших школьников: дис. ... доктора пед. наук: 13.00.01 / Романенко Надежда Михайловна. - Москва. - 2003. - 337 с.

19. Ходжиева Ф.А. Педагогические условия ответственности родителей за воспитание детей в исламе, созвучные современным нравственным нормам светского общества: дис. ... канд. пед. наук: 13.00.01 / Ходжиева Фируза Абдукодировна. - Душанбе. - 2009. - 169 с.

20. Шаяхметова Р.И. Религиозно-

культурологические традиции как средство нравственного воспитания младших школьников: дис. ... канд пед. наук: 13.00.01 / Шаяхметова Роза Искандаровна. - Казань. - 2003. - 206 с.

Сведения об авторе:

Саяхов Руслан Линицевич (г. Уфа, Россия), аспирант кафедры педагогики Башкирского государственного педагогического университета им. М. Акмуллы (г. Уфа), заместитель председателя-муфтия по вопросам образования, внешних связей и связей с общественностью Централизованной религиозной организации Духовное управление мусульман Республики Башкортостан, e-mail: ruslan030271@hotmail.com

Data about the author:

R. Sayakhov (Ufa, Russia), postgraduate student at the Department of Pedagogy of Bashkir State Pedagogical University named after M. Akmullah (Ufa), deputy mufti-chairman for the issues of education, external and public relations of the Central Spiritual Board of Muslims of the Republic of Bashkortostan, email: ruslan030271@hotmail.com