Фонетико-акустический параметр актуализации английского разговорного метадискурса

4і

тем практически ничем не ограничено, то все темы предвыборного агитационного дискурса с необходимостью замыкаются на деятельности тех кандидатов или политических объединений, которые участвуют в избирательной кампании. Собственно говоря, именно тематическая направленность текста, порожденного в период предвыборной агитационной кампании, позволяет либо отнести его к рассматриваемому виду дискурса, либо к какому-то другому виду дискурса, поскольку отнюдь не все тексты, порожденные в указанный период, содержат агитационные материалы. Выход за пределы темы конкретной избирательной кампании автоматически лишает агитационный дискурс своего статуса, а потому не имеет смысла так же, как и выход за пределы временнх ограничений предвыборной агитации.

Таким образом, исходя из определения содержания понятия агитация и соотношения его с другими близкими по содержанию понятиями, а также учитывая характерные особенности предвыборной агитации как вида политической деятельности, предвыборный агитационный дискурс можно определить как вид политического дискурса, представляющий собой совокупность текстов, содержащих агитационные материалы, имеющие отношение к конкретной избирательной кампании и распространяемые в период проведения предвыборной агитации; основной функцией данного вида дискурса является функция воздействия на общественное сознание.

УДК 81’42 ББК 81.00

Библиографический список

1. Большой энциклопедический словарь I Гл. ред. А.М. Прохоров. - 2-е изд. перераб. и доп. - М. : Большая Российская энциклопедия, і997. - і456 с.

2. БСЭ - Большая Советская Энциклопедия I Гл. ред. А.М. Прохоров. - М. : Сов. энциклопедия, і969. -Т. і. - 60S с.

3. Василик, М.А. Политология: Словарь-справочник [Текст] I М.А. Василик. - М. : Гардарик, 2000. - 32S с.

4. Даниленко, В.И. Современный политологический словарь [Текст] I В.И. Даниленко. - М. : NOTA BENE, 2000. - і024 с.

5. Данилова, А.А. Манипулирование словом в средствах массовой информации [Текст] I А.А. Данилова. - М. : Добросвет, КДУ 20іі. - 232 с.

6. Жуков, К.С. Азбука избирательной кампании [Текст] I К.С. Жуков, А.Д. Карнышев. - М. : ИМА-пресс, 200і. - 32S с.

7. Петров, А. Предвыборный пиар на телевидении [Текст] I А. Петров II Пресс-служба. - 2003. - №2. -

С. 34-43.

S. СРЯ - Словарь русского языка [Текст] : в 4-х т. I АН СССР, Ин-т рус. яз.; Под ред. А.П. Евгеньевой. - 2-е изд., испр. и доп. - М. : Рус. яз., - ^4. - Т. 3. П

- Р. - 752 с.

9. ССИС - Современный словарь иностранных слов [Текст] : Ок. 20 000 слов. - СПб. : Дуэт, і994. - 752 с.

10. Степанов, Ю.С. Понятие [Текст] I Ю.С. Степанов II Лингвистический энциклопедический словарь. -М. : Сов. энциклопедия, і990. - С. 3S3-3S5.

11. Федеральный закон «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации». - М. : Центральная избирательная комиссия Российской Федерации, 2002. -2SS с.

12. Шейгал, Е.И. Семиотика политического дискурса [Текст] : монография I Е.И. Шейгал. - Волгоград : Перемена, 2000. - 36S с.

Е.Б. Шавалиева

ФОНЕТИКО-АКУСТИЧЕСКИЙ ПАРАМЕТР АКТУАЛИЗАЦИИ АНГЛИЙСКОГО РАЗГОВОРНОГО МЕТАДИСКУРСА

В статье предлагается определение разговорного метадискурса как части сообщения в дискурсе, имеющей субъектоцентричную референциальную отнесенность и вербализующую метасмыслы - смыслы, касающиеся говорящих и их отношений, в том числе их вовлеченности в совместное производство беседы. Метадискурс актуализируется в том числе на нелексическом - фонетико-акустическом - уровне в виде разного рода вокализаций и некоторых междометий.

Ключевые слова: разговорный дискурс; метадискурс; конверсационный анализ; смежная пара; последовательность; фонетико-акустические сигналы

© Шавалиева Е.Б., 20і3

Y.B. Shavalijeva

THE PHONETICO-ACOUSTIC PARAMETER OF THE ACTUALIZATION OF ENGLISH CONVERSATIONAL METADISCOURSE

The article suggests a definition of conversational metadiscourse as part of discourse whose referents are the speakers themselves. Metadiscourse verbalizes metaideas concerning the speakers and their relationship including their engagement in the joint production of conversation. In particular, metadiscourse is actualized non-lexically, or phonetico-acoustically, by means of vocalizations and some interjections.

Key words: conversational discourse; metadiscourse; conversational analysis; adjacency pair; sequence; phonetico-acoustic signals

Целью данной статьи является выработка определения разговорного метадискурса и характеристика его фонетико-акустического аспекта.

Концептуальная структура разговорного дискурса (совокупность тематизируемых концептов) имеет двухуровневую природу: первый уровень - базовый, его референтами является обсуждаемая ситуация и ее объекты; второй - надстраивающийся над базовым метауровень, чьими референтами выступают сами говорящие и их отношения; соответственно, разговорный дискурс, как концептуальная и референтно-тематическая структура, существует и функционирует в рамках разговорного метадискурса [Плотникова, 2009].

В структурном отношении речевые акты разговорного дискурса образуют основную систему коммуникации (the primary system of communication), на которую накладывается дополнительная система коммуникации (the collateral system of communication) [Clark, 2004a]. В структуре беседы, соответственно, выделяются два плана, два идущих параллельно друг другу пути развертывания содержания (tracks): первый состоит из основных коммуникативных актов (basic communicative acts), раскрывающих ее фактуальное содержание, а второй, дополнительный (collateral) - из метакоммуникативных актов, т. е. актов об основных коммуникативных актах (metacommunicative acts - acts about the basic communicative acts) [Clark, 1996]. У говорения, таким образом, неизменно двусторонний характер в том смысле, что говорящий не только говорит о чем-то, но также ведет мониторинг себя и Другого (self-monitoring, other-monitoring) [Clark, 2004b].

Отталкиваясь от широкого определения дискурса как осмысленного сообщения любо-

го типа - непрерывно возобновляемого или законченного, фрагментарного или цельного, устного или письменного [Плотникова, 2005], можно определить метадискурс как любого рода осмысленное сообщение, имеющее субъектоцентричную референциальную отнесенность. Вербализация метадискурса, таким образом, представляет собой выведение вовне метасмыслов - смыслов, касающиеся говорящих и их отношений. Такие смыслы могут выражаться как эксплицитно, в виде развернутых пропозиций, так и имплицитно, например, посредством некоторых междометий и неконвенциональных вокализаций.

Проведем анализ естественных бесед по методологии конверсационного анализа, выявим в них метадискурс и охарактеризуем его с точки зрения его фонетической и акустической природы.

Отметим, что конверсационный анализ представляет собой особое, первое в своем роде, направление в лингвистике, нацеленное на изучение естественного разговора. Данный метод был разработан Г. Саксом в сотрудничестве с Э. Щеглоффом и Г. Джефферсон в США в 60-х гг. XX в. Он исходит из следующих основных предпосылок: і) разговор структурно организован; 2) высказывания контекстуально ориентированы; 3) структурная организация и связь с контекстом отражаются в деталях интеракции, поэтому никакие детали не могут быть отброшены априори как беспорядочные, случайные или нерелевантные [Heritage, 19S4, p. 241]. Конверсационный анализ вносит важный вклад в исследование разговорного дискурса; этот вклад заключается, прежде всего, в понимании действенного характера высказываний в беседе и зависимости контекстуального положения каждого высказывания

от цельной последовательной организации беседы, а также разработке модели внутренней структуры беседы в терминах минимальных репликовых единиц, смежных пар и разговорных последовательностей.

Мы используем примеры из корпуса естественных бесед Talk Bank (talkbank.org). В основном, мы сохраняем транскрипцию источников, иногда упрощая или унифицируя ее. Система нотации, принятая в конверсаци-онном анализе, отражает значимые с точки зрения этого направления фонетико-акусти-ческие явления: особенности произношения и интонации, длительность пауз, наложение речи, слышимое дыхание, смех, плач, неконвенциональные вокализации, удлинение звуков, ускорение и замедление речи и т. п. После каждого примера мы даем краткие пояснения к его нотации.

Рассмотрим фрагмент записи естественной беседы Нэнси и Хилы:

N: What’s doing,,

H: aAh:, noth[i:n

N: [Y’didn’tgo meet Grahame?

H: ’pt’ hhhhhahh Well I got home... (continues on topic) [Button, 1984, p. 186].

Использованные в приведенном примере символы означают следующее: запятая в конце реплики (,) маркирует незаконченную интонацию, в данном случае менее «вопросительную», чем та, которая обозначена обычным знаком вопроса; точка в скобках ((.)) - короткая пауза (не более 0,2 секунды); двоеточие (:) - удлинение предшествующего звука; левые квадратные скобки ([) отмечают начало наложения речи двух говорящих; повторяющиеся буквы hh отражают слышимое дыхание.

С точки зрения конверсационного анализа,

о данной беседе, прежде всего, можно сказать, что она обладает основными свойствами разговорного дискурса как базовой формы системы речевого обмена (the basic form of speech-exchange system) [Sacks, 1974]. В этой беседе имеет место смена говорящих (минимальное требование состоит в том, чтобы таковая происходила хотя бы однократно); как правило, в каждый момент времени говорит только один человек; наложения речи двух и более говорящих случаются, но коротки по времени; чередование реплик происходит гладко, без наложений и пауз, либо сопровождается не-

значительными наложениями или паузами; порядок реплик и их размер не фиксированы; длительность разговора и относительное распределение реплик не устанавливаются заранее; в беседе участвуют двое (вообще, количество говорящих может варьироваться, если их более двух, то они могут использовать различные приемы передачи роли говорящего, также участники могут осуществлять «самовыбор», начав говорить); реплики в данном случае беспрерывны (вообще, они могут прерываться паузами); используются различные виды минимальных репликовых единиц

- здесь от одного предложения до нескольких (в принципе, минимальный размер реплико-вой единицы - одно слово) [Sacks, 1974]. Таким образом, данный фрагмент, несомненно, принадлежит к разговорному дискурсу (conversational discourse) (термин Д. Таннен) [Tan -nen, 1989], который определяется как подчиняющееся указанным регламентациям устное непринужденное общение двух или более говорящих, противопоставленное такому же устному общению, но подвергнутому жесткой регламентации (например, любого рода церемониальному), либо миметическое отображение такого общения в художественной и документальной прозе.

Приведенный фрагмент представляет собой начало развития последовательности (секвенции), порождающей причиной для которой служит вопрос Нэнси (What’s doing,), мотивированный желанием услышать некий рассказ, обозначаемый конверсационалистами как telling. Границы секвенции в конверсацион-ном анализе определяются, прежде всего, через понятие действия: что делает говорящий, производя центральное для секвенции (оно может быть первым, но не всегда) высказывание - просит, оценивает, жалуется, призывает к вниманию или что-либо еще? Разные типы действий требуют определенных ответных действий. Поэтому минимальная секвенция, а, соответственно, и беседа, состоит из двух реплик. Первые две реплики анализируемого фрагмента являются типичной смежной парой вопрос-ответ. Смежная пара - особо тесно связанная пара реплик, произведенных разными говорящими последовательно и примыкающих друг к другу. Высказывания в смежной паре упорядочены и связаны друг с другом определенным образом: первое должно при-

надлежать к классу первых составляющих смежных пар (first pair parts), второе - к классу вторых составляющих (second pair parts), причем не любых, а только соответствующего типа. Например, за вопросом должен следовать ответ, за приветствием - приветствие, за приглашением - принятие или отказ, за жалобой - извинение или объяснение, отрицание, встречная жалоба, рекомендация по улучшению ситуации и т. д. Первое высказывание в смежной паре часто проецирует следующего говорящего и всегда проецирует тип следующего речевого акта, создавая релевантную позицию для передачи хода, формируя ожидание, которому следует второй говорящий. В данном случае ожидание первой говорящей оправдывается не полностью: реплика Хилы (aAh:, nothi:n) структурно завершает смежную пару, но курс действия (course of action), начатый Нэнси, не достигает успеха, так как ожидаемого рассказа она пока не слышит. Это заставляет ее продолжать начатую секвенцию, вводя новую вопросно-ответную смежную пару, причем содержание вопроса на этот раз носит более конкретный характер.

Конверсационный анализ иногда критикуют за чрезмерное усложнение записи разговора, отражающей многочисленные фонети-ко-акустические явления. На первый взгляд, без них действительно можно обойтись. Подобная сложная система нотации не всегда оказывается нужна исследователю: это зависит от конкретных аспектов, на которые он обращает внимание. Например, Г. Баттон и

Н. Кейси используют данный фрагмент для иллюстрации процесса темопорождения (topic generation): Хила при ответе на вопрос не произносит ничего, что могло бы инициировать обсуждение новой темы, поэтому Нэнси перехватывает у нее реплику, номинируя тему (Y’ didn’t go meet Grahame?) [Button, 1984]. Таким образом, анализ процесса генерирования и формулирования тем в разговоре мог бы обойтись без специфической нотации. Вместе с тем есть много работ, в которых обращается внимание на явления фонетико-акустического ряда и их роль в интеракции. Однако традиционный конверсационный анализ не учитывает вводимое нами понятие разговорного метадискурса, определяемое с точки зрения особой референциальной отнесенности и роли в разговоре.

В соответствии с данным нами выше определением метадискурса, мы считаем, что обсуждаемые фонетико-акустические явления следует выделить в отдельный уровень - уровень метадискурсивных сигналов, имеющих неконвенциональную значимость. Такое разделение разговорного дискурса на два уровня - дискурсивный и метадискур-сивный можно представить в виде таблицы.

Метадискурс в составе разговорного дискурса:

Уровень метадискурса Уровень дискурса

Традиционная запись фрагмента, из которой удалены специальные символы, позволяет предложить ту же интерпретацию, что дают Баттон и Кейси: Хила не порождает новую тему, Нэнси делает это за нее, подсказывая собеседнице дальнейшее референтное развитие беседы, и получает положительный ответ в виде развития данной темы Хилой. Такая интерпретация не принимает во внимание фонетико-акустические явления, представленные на уровне метадискурса.

Мы полагаем, что данные явления представляют собой метадискурсивные сигналы, намеренно производимые говорящими для своих собеседников и предназначенные для выражения определенных смыслов. Так, произнося aAh, Хила демонстрирует собеседнице свою нерешительность и сомнение по поводу того, как именно она будет отвечать на заданный вопрос о новостях, а, возможно, и вообще нежелание участвовать в разговоре или в обсуждении этой темы. Нэнси, убедившись в последнем, перебивает Хилу, вводя новый референт (Y’didn’t go meet Grahame?). Ответная реплика Хилы начинается с вокализации ’ pt’ hhhhhahh, которая сигнализирует трудности, испытываемые говорящей при формулировании ответа на вопрос. Данные сигналы не являются конвенциональными, т. е. они не принадлежат определенной языковой системе, в том числе - системе английского языка, в которой им бы придавалось особое значение. Но они, безусловно, являются контекстуально значимыми, выражая метадискурсивные

смыслы, создаваемые и передаваемые в режиме он-лайн - в процессе развертывания беседы.

Таким образом, в разговорном дискурсе можно различить два уровня. Наиболее очевидный, лежащий на поверхности, связан с тем, ради чего, собственно, и предпринимается беседа - это уровень фактуальной коммуникации, фактуального дискурса. Параллельно ему выстраивается второй - метакоммуника-тивный, или метадискурсивный, уровень. На дискурсивном уровне говорящие рассказывают истории, сообщают новости, заключают сделки, планируют ежедневные дела и т. д. На метадискурсивном уровне они обмениваются сообщениями о своей занятости в совместном процессе коммуникации, отслеживая таким образом изменения в текущей ситуации и решая координационные проблемы.

Рассмотрим фрагмент естественного телефонного разговора:

1 A: um, it’s been um (1.0) wel- this was a uh incredibly busy week probably the busiest one I’ve had here yet [this] uh year

2 B: [mmm]

3 A: um had these two presentations, a midterm, and a uh (.) assignment

4 B: [mhm]

5 A: [due] um (0.5) it’s been a relaxing weekend though thus far

6 B: mhm

7 A: huh?

8 B: uh yeah I’m listening eh hh hh

9 A: umm (.) emotionally (.) it’s been oh-kay (0.5) Friday was not very good

10 B: I’m sorry (Talk Bank Eng 6065).

Разговорный дискурс, как и любая другая

форма коммуникации, имеет своей центральной целью достижение понимания между участниками. В связи с этим одной из насущных проблем для говорящих является достижение разделенного знания (grounding) по поводу достаточно успешного (для целей текущей интеракции) взаимодействия на четырех уровнях понимания: достаточного внимания адресата к обращенному к нему поведению адресанта; идентификации им высказывания адресанта; понимания его иллокутивного значения; рассмотрения им вариантов ответной реакции. Поэтому адресаты (в отличие от, например, присутствующих, но не участвующих в разговоре (non-participants, overhear-

ers)) должны не только с неослабевающим вниманием следить за обращенным к ним дискурсом, но и постоянно демонстрировать собеседнику меру успешности/неуспешности своего участия во взаимодействии на указанных четырех уровнях [Clark, 1996].

Каким образом говорящие оценивают степень успешности взаимодействия? Негативного свидетельства - отсутствия заявлений о неуспешности понимания со стороны адресата - часто бывает недостаточно, так как адресат может не осознавать имеющуюся проблему: он может не знать о том, что он чего-либо не услышал, не понял или понял неправильно. Самостоятельно слушающие не всегда могут определить, насколько успешно они взаимодействуют на упомянутых четырех уровнях. Поэтому необходима тонкая и постоянная координация говорящих, совместное отслеживание процесса достижения разделенного знания посредством запроса, предоставления и подтверждения позитивных свидетельств того, что участники слушают, распознают и понимают обращенные к ним высказывания, а также правильно на них реагируют [Clark, 1996; Fox Tree, 2000].

Приведенный отрывок являет собой пример такой тонкой координации. Говорящий А достаточно подробно описывает, чем он занимался и как себя чувствовал в течение предыдущей недели. Он продуцирует расширенную реплику (continuing contribution - термин Г. Кларка), состоящую из нескольких репли-ковых единиц (строки 1, 3, 5). На протяжении его речи собеседница несколько раз производит сигналы подтверждения (у разных авторов

- acknowledgements, continuers, backchannels): в строке 2 - mmm, в строках 4 и 6 - mhm. Эти сигналы служат непрямым свидетельством того, что она, во-первых, правильно (как минимум, с ее точки зрения) идентифицирует обращенное к ней высказывание, распознавая конвенциональные смыслы составляющих его слов, и, во-вторых, что она воспринимает данное высказывание именно как расширенное, требующее от нее соответствующего, продолженного периода внимания. Эти сигналы дают возможность собеседнику вывести импликатуру «Please continue» и продолжать говорить.

Э. Щеглофф, анализируя подобные сигналы, которые он называет continuers, пишет,

что один из механизмов порождения дискурса как интерактивного достижения (interactional achievement) приводится в действие в те моменты, когда слушающие могли бы начать говорить, но довольствуются вокализациями типа uh huh, mm hm, m, yes, yeah, кивком головы, после чего говорящий продолжает реплику. При помощи подобных сигналов слушающий демонстрирует понимание того, что его собеседник продуцирует расширенную реплику (т. е. состоящую из нескольких репликовых единиц) и того, что она (может быть, а, точнее, скорее всего) еще не закончена. «Сигналы продолжать» демонстрируют это его понимание именно в силу того, что произносящий их не пользуется возможностью продуцировать полную реплику - он, так сказать, пропускает ход. Для разговорного дискурса, организация чередования реплик которого такова, что возможное окончание реплики одного говорящего предоставляет возможность для начала реплики другого, эти позиции (с учетом возможного окончания реплик) делают структурно релевантной демонстрацию участниками их понимания текущего состояния разговора [Schegloff, 1982, p. 74, 81]. Иными словами, сигналы подтверждения и продолжения носят метадискурсивный характер, отражая процесс взаимодействия собеседников.

Помимо упомянутых непрямых свидетельств успешного понимания на уровне идентификации, говорящая В предоставляет также и прямое свидетельство такового в рамках побочного обмена, инициируемого говорящим А: huh? - uh yeah I’ m listening (строки 7-8). Междометие huh, произнесенное с вопросительной интонацией, приобретает контекстуальное значение свернутого директивного речевого акта вопроса What did you say? Так говорящий А сообщает о возникшей у него проблеме на первом уровне понимания -он не расслышал того, что сказала собеседница. Говорящая В в ответ эксплицитно вербализует смысл, подразумеваемый ее сигналом подтверждения и продолжения mhm: yeah I’ m listening.

В данном примере также присутствует большое количество хезитационных маркеров, или слов-заполнителей, um и uh (строки

1, 3, 5, 9), и пауз, коррекция в форме замены одного фрагмента другим (строка 1 - it’s

been <.> this was), а также междометие well (строка 1 - wel-), в данном контексте свидетельствующее о том, что говорящий «консультируется с собой», ищет более подходящую формулировку, рассматривая разные варианты [Clark, 1996, p. 273]. Все это подтверждает выводы различных исследователей, касающиеся свойств разговорного дискурса, участники которого вынуждены постоянно искать баланс между необходимостью говорить, а не молчать, и «отчитываться» перед собеседником за долгие паузы, и необходимостью изыскивать временные ресурсы для формулирования своих высказываний, отслеживания их правильности и корректирования в режиме реального времени.

Итак, то новое, что мы попытались привнести в анализ естественной беседы, - это понимание упомянутых фонетико-акустических сигналов как относящихся к уровню метадискурса на том основании, что они отражают отношение говорящего к своему дискурсу и к собеседнику. Таким образом, на метадискур-сивном уровне говорящие решают проблемы координации интересов, ожиданий, социальных обязательств, возникающих с каждой новой репликой. Порождение метадискурса связано с отношениями между говорящими и их вовлеченностью в совместное производство беседы.

Обобщая, можно сказать, что в референтнотематической структуре разговорного дискурса (в широком смысле) выделяются два уровня: разговорный дискурс (в узком смысле) и разговорный метадискурс. Дискурсивный уровень представляет собой уровень передачи фактуального содержания беседы. Мета-дискурсивный уровень - уровень сообщений собеседников о совместном участии в процессе общения, служащих для их координации и решения возникающих проблем. Таким образом, разговорный метадискурс определяется как часть сообщения, передаваемого в разговорном дискурсе, имеющая субъектоцен-тричную референциальную отнесенность. Фонетико-акустические метадискурсивные сигналы, не имея четко зафиксированного конвенционального языкового значения, обретают контекстуальную значимость в каждом конкретном разговоре.

Библиографический список

1. Плотникова, С.Н. Языковая, коммуникативная

и дискурсивная личность: к проблеме разграничения понятий [Текст] / С.Н. Плотникова // Лингвистика дискурса: Вестник ИГЛУ! Сер. Лингвистика и

межкультурная коммуникация. - Иркутск : ИГЛУ, 2005.

- С. 5-16.

2. Плотникова, С.Н. Метаконцептуальная позиция

говорящего [Текст] / С.Н. Плотникова // Современные лингвистические парадигмы: фундаментальные и

прикладные аспекты : сб. науч. ст. по материалам Третьих чтений памяти О.Н. Селиверстовой (17 октября 2008 г.) / Ред. коллегия: Л.Г. Викулова, О.А. Сулейманова, Н.В. Лягушкина. - М. : МГПУ, 2009.

- С. 197-201.

3. Button, G. Generating topic: the use of topic initial elicitors [Text] / G. Button, N. Casey // Structures of Social Action: Studies in Conversation Analysis [Text] / Ed. by J.M. Atkinson, J. Heritage. - Cambridge : Cambridge University Press, 1984. - P. 167-190.

4. Clark, H.H. Using Language [Text] / H.H. Clark. -Cambridge : Cambridge University Press, 1996. - 432 p.

5. Clark, H.H. Pragmatics of Language Performance [Text] / H.H. Clark // Handbook of Pragmatics / ed. by L.R. Horn, G. Ward. - Oxford : Blackwell, 2004а. -P. 365-382.

6. Clark, H.H. Speaking while monitoring addressees for understanding [Text] / H.H. Clark, M.A. Kiych // Journal of Memory and Language. - 20046. - Vol. 50. - P. 6281.

7. Fox Tree, J.E. Coordinating spontaneous talk [Text] / J.E. Fox Tree // Aspects of Language Production / Ed. by L.R. Wheeldon. - Philadelphia : Psychology Press, 2000.

- P. 375-406.

8. Heritage, J. Garfinkel and Ethnomethodology [Text] / J. Heritage. - Cambridge : Polity Press, 1984. - 336 p.

9. Sacks, H. A simplest systematics for the organization of turn-taking for conversation [Text] / H. Sacks, E.A. Schegloff, G.A. Jefferson // Language. - 1974. -Vol. 50(4). - Part 1. - P. 696-735.

10. Schegloff, E.A. Discourse as an interactional achievement: Some uses of ‘uh huh’ and other things that come between sentences [Text] / E.A. Schegloff // Georgetown University Round Table on Language and Linguistics: Analyzing Discourse: Text and Talk / Ed. by D. Tannen. - Washington, DC : Georgetown University Press, 1982. - P. 71-93.

11. Schegloff, E.A. Sequence Organisation in Interaction: A Primer in Conversation Analysis. Vol. 1 [Text] / E.A. Schegloff. - Cambridge : Cambridge University Press, 2007. - 300 p.

12. Tannen, D. Talking Voices: Repetition, Dialogue and Imagery in Conversational Discourse [Text] /

D. Tannen. - Cambridge : Cambridge University Press, 1989. -230 p.

13. Talk Bank [Electronic resource]. - URL : http:// www.talkbank.org (дата обращения : 24.04.2013).