БИНАРНЫЕ ОППОЗИЦИИ В МЕМУАРАХ П.Д. БОБОРЫКИНА «ВЕЧНЫЙ ГОРОД»

Новый филологический вестник. 2020. №4(55). --

Т.П. Попова

БИНАРНЫЕ ОППОЗИЦИИ В МЕМУАРАХ П.Д. БОБОРЫКИНА «ВЕЧНЫЙ ГОРОД»

Аннотация. В статье впервые проанализированы бинарные оппозиции, которые используются П.Д. Боборыкиным в книге о Риме «Вечный город». Выявлены три оппозиции: «обычное - необычное», «итальянцы - русские» и «Рим - другие города Европы»; определена их роль в решении главной творческой задачи мемуариста - создать текст о самобытном городе c ярко выраженной когнитивной функцией. Особое внимание уделено специфике и функции бинарных оппозиций в этих мемуарах. Утверждается, что наличие оппозиций нацелено на обеспечение читателю более благоприятных условий для усвоения изложенной в них информации через привычную для адресата текста картину мира. По известной классификации Д.-А. Пажо оппозиции в этой книге следует отнести к разновидности «филия», которая, скорее всего, является основной для текстов с ярко выраженной когнитивной функцией. Кроме того, исследуется представленный в этой книге механизм взаимодействия между полюсами в бинарной оппозиции и процессы формирования в ней полюса объекта восприятия и полюса субъекта восприятия. Утверждается, что механизм взаимодействия между полюсами нацелен на постепенное укрупнение полюса объекта восприятия до базовой оппозиции «свой - чужой» за счет использования всех трех выявленных оппозиций. При этом полюс субъекта восприятия своего объема не меняет, поскольку активно формируется автором заранее, в том числе по технологии, сходной с современным социологическим опросом. И если укрупнение полюса объекта восприятия в процессе повествования может получить статус устойчивого признака познавательного текста с помощью дальнейших исследований в этом направлении, то активное формирование автором полюса субъекта восприятия, особенно на основе технологии соцопроса, скорее всего, является общим признаком документального дискурса, к которому относятся и мемуары.

Ключевые слова: П.Д. Боборыкин; «Вечный город»; имагология; бинарные оппозиции; взаимодействие между полюсами в биполярных схемах; объект восприятия; субъект восприятия.

T.P. Popova

The Binary Oppositions in P.D. Boborykin's Memoirs "The Eternal City"

Abstract. The article is a first attempt to discover binary oppositions used by P.D. Boborykin in the book about Rome, "The Eternal City". Three oppositions are revealed: "ordinary - unusual", "Italians - Russians" and "Rome - other European cities", their role in solving the memoirist's main task is defined, which is to create a text

about a unique city with a focus on cognitive function. The particular attention is paid to the peculiarities and functions of binary oppositions in these memoirs. It is argued that the presence of oppositions is aimed to provide more favorable conditions for the reader to assimilate the information contained via the worldview more familiar to the addressee of the text. According to the well-known D.-H. Pageaux's classification, the opposition in this book should be attributed to such kind of "filia" as is most likely the main one for the texts with a focus on a cognitive function. In addition, the author presents here the studies of the mechanism of the interaction between the poles in the binary opposition presented in these memoirs and the processes of formation of the pole of the object of perception and the pole of the subject of perception. It is argued that the mechanism of the interaction between the poles is aimed at gradually enlarging the pole of the object of perception unto the basic opposition "friend or foe" through the use of all the three identified oppositions. At the same time, the pole of the subject of perception does not change its contents, since it is actively formed by the author in advance, including the usage of the technology similar to a modern sociological survey. And if the enlargement of the pole of the object of perception in the process of narration can receive the status of an invariable attribute of an educational text with the help of further research in this direction, then the active formation of the pole of the subject of perception by the author, especially based on the technology of opinion polls, is most likely a common sign of documentary discourse, which include memoirs as well.

Key words: P.D. Boborykin; "The Eternal City"; imagology; binary oppositions; an interaction between the poles in bipolar schemes; an object of perception; a subject of perception.

Плодовитый и титулованный писатель и журналист Петр Дмитриевич Боборыкин (1836-1921) на склоне лет создал мемуарную трилогию в надежде на то, что «на его (автора - Т.П.) итогах (выделено П.Д. Бо-борыкиным. - Т.П.) и ближайшие его сверстники, и люди более молодых генераций станут проверять многие из своих собственных впечатлений и воспоминаний...» [Боборыкин 1911, 6]. Открывается трилогия книгой о Риме «Вечный город», изданной в 1903 г. Одной из сквозных тем этих мемуаров является сравнение жизни римлян и подданных других европейских стран. Цель данной статьи - выявить специфику и функции бинарных оппозиций, на которые опирается автор при создании этого текста.

Благодаря открытиям ХХ века в целом ряде научных дисциплин стало уделяться внимание исследованию бинарных оппозиций. В литературоведении выявление и анализ оппозиций проводятся, в частности, в рамках имагологических исследований. В результате определены такие важные для формирования оппозиций факторы, как влияние исторического периода [Земсков 2006; Лукин 2007; Евразийский межкультурный диалог 2007, 77; На переломе 2011; Поляков, Полякова 2013, 5; Алешин 2014; Машуба 2015, 535; Иванова 2016; Камалова 2018] и жанра, который используется автором (авторами) текста [Imagology 2007, 255; Поляков 2013, 83; Поляков, Полякова 2013; Панина 2015; Томберг 2015; Машуба 2015, 534; Рябчикова 2018; Литературная компаративистика], выявлено, что наличие

бинарных оппозиций характерно для массового сознания [Руднев 1997; Степанов 2004; Папилова 2011; Маслова, Усова 2014; Литературная компаративистика]. Но, как справедливо отмечает исследователь С.П. Тры-ков, пришло время обратить внимание и на структуру имагологических схем [Трыков 2015].

Основа для работы в этом направлении заложена в трудах отечественных и зарубежных компаративистов, а также основателей имагологии. Об этом свидетельствуют исследования, нацеленные на изучение особенностей образа в биполярных оппозициях. В работах основателей имагологии Ж.-М. Карре и М.-Ф. Гийяра [см. Рябчикова 2018, 52], а также их последователей Х. Дизеринка и Й. Леерссена [Dyserinck 1966; Imagology 2007; Leerssen 2016] было отмечено не только такое свойство образа в имаго-логической схеме, как существование в ментальном пространстве, но и то, что в бинарной оппозиции он лишен высокой степени наполненности, характерной для образов, созданных по законам художественного целого [Иванова 2016, 74; Кемалова 2018, 26]. Став полюсом в бинарной оппозиции, образ превращается в стереотип, распространяющий свои ценностные ориентиры и на биполярную оппозицию в целом. «Образ "чужого" изучается в имагологии как стереотип национального сознания, т.е. как устойчивое, эмоционально насыщенное обобщенно-образное представление о "чужом", сформировавшееся в конкретной социально-исторической среде», - формулирует на этой основе определение образа в имагологии исследователь Е.В. Папилова [Папилова 2011, 31].

При этом пока остаются неизученными механизмы формирования как каждого из полюсов бинарной оппозиции, так и взаимодействия между полюсами. Если о взаимодействии между полюсами можно судить по работам одного из основателей имагологии Д.-А. Пажо, который писал о сигнале, который получает объект от субъекта восприятия [см. Поляков 2013, 84], а также по культурологической концепции Ю.М. Лотмана, который отмечал важную роль бинарных оппозиций при формировании и усвоении новой информации [Лотман 1992; Лотман 1996], то механизмы формирования полюсов бинарной оппозиции нуждаются в дальнейших исследованиях. Задача эта является актуальной, и не только для литературоведения. Как отмечают исследователи С.В. Маслова и А.В. Усова, обратившись к медиатекстам конца ХХ - начала XXI века, «бинарные оппозиции <...> стали претендовать на статус универсального средства познания мира» [Маслова, Усова 2014, 152].

Книга «Вечный город» является достойным объектом как для выявления бинарных оппозиций в рамках имагологических исследований, так и для изучения их структуры. Это объемный текст с ярко выраженной когнитивной функцией. Автор очень хорошо представлял себе аудиторию своих читателей (соотечественники) и стремился не просто изложить свои впечатления от самобытного города, а сделать его описание привлекательным для массового читателя. Прямой путь, по его мнению, к достижению этой цели - как можно более подробное описание Рима. Неоднократно бывая

в столице Итальянского Королевства, он убедился в том, что итальянцы плохо информированы о России: «Мы для них - слишком чужие (выделено автором. - Т.П.). Они до сих пор очень мало знают, а главное, весьма мало интересуются нами» [Боборыкин 1903, 241]. Вспоминая школьные годы и общение в своем кругу, он пишет, что и россияне в своей массе знают о Риме и Италии «мало, очень мало» [Боборыкин 1903, 1]. На рубеже XIX - ХХ веков Рим стал популярен у туристов, но среди них было еще очень мало россиян. Считая это проблемой, П.Д. Боборыкин стремился представить потенциальному читателю «этот единственный (выделено автором. - Т.П.) по своему содержанию город» [Боборыкин 1903, введение] в том числе и через привычную для адресата текста систему ценностей.

Бинарные оппозиции в книге «Вечный город» выявляются и исследуются впервые. Наибольшее их количество просматривается в главе «Как живется в Риме?». Ее текстологический анализ позволяет выделить 3 оппозиции: «известное - неизвестное», «итальянцы - русские» и «Рим - другие города Европы». Они разнятся по количеству структурных элементов. Самой крупной является вторая. Сравнивая быт итальянцев и россиян, автор предостерегает соотечественников от легкомысленного отношения к климату Италии, проводит сравнительный анализ цен за постой, качества спектаклей оперетты и симфонических концертов, карнавала и масленицы, светских салонов и степени образованности молодых барышень, отмечает различия в организации художественных выставок и оформлении интерьера в аристократических домах, степени оживленности уличной жизни в дневное и ночное время. Оппозиция «известное - неизвестное» просматривается при сравнении благоустройства улиц, бытового и медицинского обслуживания, в характеристике Рима в период «сезонов» и во «внесезонное» время, а также при ответе на вопрос, насколько Рим имеет светский, а не «религиозный вид». Сравнивая столицу Итальянского Королевства с другими столицами Европы, мемуарист отмечает невысокое качество кулинарного искусства, равнодушие путешественников к знакомству с итальянским укладом жизни в противовес интересу к историческим достопримечательностям и церковной жизни, низкое качество актерской игры и скучный репертуар театров.

В целом стремление автора высветить самобытность Рима через оппозиции «обычное - необычное», «итальянцы - русские» и «Рим - другие города Европы» отчетливо прослеживается во всей книге «Вечный город». Если обратиться к структуре выявленных оппозиций, то в первую очередь следует отметить специфику их биполярности. В свое время Д.-А. Пажо на основе анализа художественных текстов создал первую классификацию бинарных оппозиций, обратив внимание на взаимодействие их полюсов. Согласно этой градации имагологические схемы можно разделить на манию (самовозвеличивание наблюдающей стороны), фобию (не исключающую постижения неизвестного), филию (дополнение, изучение второго полюса), а также одновременно лишенную и направленную на обозначенное национальное единство оппозицию с приставкой «пан» (панславизм

и т.п.) [см. Поляков 2013]. Просветительский настрой книги «Вечный город» позволяет говорить о том, что П.Д. Боборыкин опирается в этих мемуарах на третий вариант - филия. Вероятно, он является основным для текстов с ярко выраженной когнитивной функцией.

Взаимодействие между полюсами оппозиции тоже должно иметь свои особенности при формировании текста с новой для читателя информацией, и книга «Вечный город» свидетельствует об этом. Одним из методологических постулатов при изучении бинарных оппозиций является вывод о том, что полюсы в бинарных оппозициях наделяются разными функциями: один из них выступает в роли субъекта восприятия, а второй - в роли объекта восприятия [Руднев 1997, 38]. Выявленные в данной статье оппозиции позволяют обратить внимание на то, что в мемуарах «Вечный город» объект восприятия, на первый взгляд, не меняется, в то время как субъекты восприятия - разные. И действительно, во всех трех выявленных оппозициях объектом восприятия является Рим, с которым знакомится горожанин (первая оппозиция), россиянин (вторая оппозиция) и житель столичного города Европы (третья оппозиция). И все же нельзя сказать, что Рим во всех этих оппозициях равен самому себе. Текст выстроен таким образом, что с использованием каждой новой оппозиции объект восприятия становится более объемным и в итоге достигает масштаба объекта восприятия оппозиции «свой - чужой», которая считается в имагологии базовой. Скорее всего, это также является особенностью текстов с ярко выраженной когнитивной функцией, а точнее, особенностью использования бинарных оппозиций в таких текстах.

Книга «Вечный город» представляет интерес и для анализа процесса формирования полюса субъекта восприятия в бинарной оппозиции. Если полюс объекта восприятия в процессе наррации укрупняется, то полюс субъекта восприятия (сколько бы их ни было) свой объем сохраняет. Но это - одна из его характеристик. Другая состоит в ответе на вопрос: каким образом формируется полюс субъекта восприятия? Для этого обратим внимание на специфику парадигмы «автор - читатель» в этом тексте. С одной стороны, автор, задавшись целью расширить представления своего читателя об объекте описания, аккумулирует вопросы, на которые в процессе повествования и отвечает. С другой стороны, он ведет себя по отношению к читателю активно, поскольку изложением ответов на вопросы стремится расширить представления адресата текста о первоначально заявленный теме, предоставляя ему в комментариях и свидетельствах новую информацию о явлениях, предметах, людях, прежде читателю не известных. Такая специфика парадигмы «автор - читатель» исключает назидательность автора при сохранении текстом просветительского настроя, поскольку в основу взаимоотношений автора с адресатом текста закладывается диалог. Автор может выносить вердикт, а может этого и не делать, оставляя представленное описание без вывода, поскольку оно является новой информацией, а значит, цель представить ее читателю достигнута. Автор может давать совет адресату текста, как происходит, например,

при изложении сути дискуссий о том, стремится ли Ватикан вернуть под свою власть территорию всего Итальянского Королевства: «Нам, русским, можно быть беспристрастными в этой распре» [Боборыкин 1903, 208]. На равноправном диалоге с читателем настаивал и сам П.Д. Боборыкин, представляя свою книгу потенциальному адресату текста. «Называя эти очерки "Итогами пережитого", я желал бы, чтобы те из моих читателей, кто еще не бывал в Риме и стремится туда, имели средства и досуг пожить в нем подольше и, в свою очередь, подвести "итоги" всему, что они переживали», - пишет он [Боборыкин 1903, введение].

При такой организации повествования впору задать вопрос: а где же автор? С одной стороны, он ведет себя активно, формируя перечень вопросов, но при этом становится не равным себе как личности, поскольку не все вопросы принадлежат ему. Отвечая на вопросы, он занимает позицию одного из комментаторов, а значит, опять не равен самому себе как создателю текста. И в первом, и во втором случаях автор, с одной стороны, индивидуален и активен, поскольку ведет повествование от своего лица, а, с другой, выступает как некий «голос» сформированной им социальной группы. По сути, не он задает вопросы, а некое сообщество, и отвечает на них не он, а другое сообщество. Налицо использование биполярности человеческого сознания не только для изложения новой информации в тексте, но и как приема, направленного на более тесную связь автора с читателем. Мастерство автора в этом случае состоит в том, чтобы скрупулезно отобрать «силовые линии» для такого общения - те самые стереотипы, которые тесно свяжут его с читателем. Понятна и цель такого диалога -сделать текст более запоминающимся, ведь при знакомстве с ним читатель находит ответы и на свои собственные вопросы.

Такая специфика парадигмы «автор - читатель» позволяет обратить внимание на активность автора в процессе формирования полюса субъекта восприятия в бинарной оппозиции. Согласно имагологическим исследованиям, этот полюс, как и второй, формируется на основе стереотипов, природа которых трактуется по-разному. Исследователь В.П. Руднев прибегает к характеристике стереотипов в совокупности «как системы интуитивных представлений о реальности» [Руднев 1997, 127]. Исследователь Е.В. Папилова пишет об архетипичности стереотипов, хотя и способной к изменениям в ходе исторического развития [Папилова 2011, 33]. В книге «Вечный город» механизм формирования полюса субъекта восприятия иной: автор не просто использует сложившиеся в обществе стереотипы, а активно формирует их с помощью практики, сходной с проведением современных соцопросов. Об этом он пишет в тексте книги, рассказывая, как зарождался ее замысел [Боборыкин 1903, 31]. Об этом свидетельствуют подзаголовки глав книги, представляющие собой перечни тем, актуальных для периода написания мемуаров. Активное формирование автором полюса субъекта восприятия связано, скорее всего, с принадлежностью книги «Вечный город» к жанру мемуаров, а точнее, к одной из разновидностей этого жанра, выявленной исследователем И. Фрайманом, - объек-

тно-ориентированным мемуарам [Фрайман 2004]. Для текстов с ярко выраженной когнитивной функцией она очень удобна. Вероятно, специфика стереотипов в формулировках В.П. Руднева и Е.В. Папиловой характерна для художественных текстов, в то время как документалистика, к которой относятся и мемуары, не исключает активности автора при формировании полюса субъекта восприятия в бинарной оппозиции.

Таким образом, в книге П.Д. Боборыкина «Вечный город» бинарные оппозиции используются многофункционально. Все три выявленные в данной статье имагологические схемы подчинены главной творческой задаче автора - создать текст о самобытном городе с ярко выраженной когнитивной функцией. При этом используется способ взаимодействия между полюсами оппозиции «филия» как наиболее эффективный для подобных текстов. Специфика повествования, нацеленного на постижение читателем новой для него информации, проявляется и в схеме биполяр-ности оппозиций. Это укрупнение полюса объекта восприятия по мере реализации в тексте биполярных оппозиций с несколькими полюсами субъекта восприятия. Что же касается полюса субъекта восприятия, то в тексте с ярко выраженной когнитивной функцией он своего объема изменять не должен, поскольку формируется автором заранее, в том числе и на основе стереотипов. Второе же его свойство - активность автора при формировании этого полюса - является удобным для подобных текстов, но, скорее всего, спецификой их не объясняется, поскольку способно проявляться и в более широком контексте - документальном.

ЛИТЕРАТУРА

1. Алешин М. Имагология // Теория и методология исторической науки. Терминологический словарь / отв. ред. А.О. Чубарьян. М., 2014. С. 122-123.

2. Боборыкин П.Д. Вечный город. М, 1903.

3. Боборыкин П.Д. Столицы мира. М, 1911.

4. Евразийский межкультурный диалог: «свое» и «чужое» в национальном самосознании культуры: сб. статей / под ред. О.Б. Лебедевой. Томск, 2007.

5. Земсков Б.В. Образ России «на переломе» времен (Теоретический аспект: рецепция и репрезентация «другой» культуры) // Новые российские гуманитарные исследования. Литературоведение. 2006. № 1. URL: http://www.nrgumis.ru/articles/archives/ full_art.php?aid=37&rbinn_mbr_ik_pl_articles=238 (дата обращения 12.11.2019).

6. Иванова А.Д. О понятийном аппарате современной имагологии // Вестник Вятского государственного университета. Филологические науки. 2016. № 11. С. 74-78.

7. Камалова С.Д. Специфика понятийного аппарата имагологии // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2018. № 10 (88). Ч. 1. С. 26-29.

8. Литературная компаративистика. Понятие имагологии в литературе. URL: https://studwood.ru/2492496/literatura/literaturnaya_komparativistika_ponyatie_ imagologii_v_literature (дата обращения 12.11.2019).

9. Лотман Ю.М. Внутри мыслящих миров. Человек - текст - семиосфера -история. М., 1996.

10. Лотман Ю.М. Культура и взрыв. М., 1992.

11. Лукин А.В. Медведь наблюдает за драконом. Образ Китая в России в XVIII-XXI веках. М., 2007.

12. Маслова С.В. Усова А.В. Бинарные оппозиции в современном массовом сознании // Вестник науки Сибири. 2014. № 4 (14). С. 152-155.

13. Машуба Д.А. Проблема классификации сфер исследования имагологии // Молодой ученый. 2015. № 6 (86). С. 532-535.

14. На переломе: образ России в прошлой и современной культуре, литературе Европы и Америки (конец ХХ - начало XXI вв.) / отв. ред. В.Б. Земсков. М., 2011.

15. Панина М.Е. Понятийно-терминологические системы и методологии анализа образа «другого» в художественно-публицистических текстах // Известия Восточного института. 2015. № 2 (26). С. 80-89.

16. Папилова Е.В. Имагология как гуманитарная дисциплина // Вестник Московского государственного гуманитарного университета им. М.А. Шолохова. Филологические науки. 2011. № 4. С. 31-40.

17. Поляков О.Ю. Принципы культурной имагологии Даниэля-Анри Пажо // Филология и культура. 2013. № 2 (32). С. 181-184.

18. Поляков О.Ю., Полякова О.А. Имагология: теоретико-методологические основы. Киров, 2013.

19. Руднев В.П. Словарь культуры XX века. М., 1997.

20. Рябчикова Е.Е. Имагология как раздел литературоведческой компаративистики // Слово.ру: балтийский акцент. 2018. Т. 9. № 2. С. 52-57.

21. Степанов Ю.С. Константы. Словарь русской культуры. М., 2004.

22. Томберг О.В. Изучение литературы в контексте филологической имагологии // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Литературоведение. 2015. № 2 (2). С. 255-259.

23. Трыков В.П. Имагология и имагопоэтика // Знание. Понимание. Умение. 2015. № 3. С. 120-129.

24. Фрайман И. Русские мемуары в историко-типологическом освещении: к постановке проблемы. URL: https://ruthenia.ru/document/422973.html (дата обращения 12.11.2019).

25. Dyserinck H. Zum problem der "images" und "mirages" und ihrer Untersuchung im Rahmen der Vergleichenden Literaturwisstnschaft // Arcadia. 1966. № 1. P. 107-120. URL: http://www.imagologica.eu/dyser (дата обращения 12.11.2019).

26. Imagology: The Cultural Construction and Literary Representation of National Characters: А Critical Survey / ed. by M. Beller, J. Leerssen. Amsterdam; N. Y., 2007.

27. Leerssen J. Imagology. On Using Ethnicity to Make Sense of the World // Iberic@l. 2016. № 10. P. 13-31.

REFERENCES

1. Dyserinck H. Zum problem der "images" und "mirages" und ihrer Untersuchung

im Rahmen der Vergleichenden Literaturwisstnschaft Arcadia, 1966, no 1, pp. 107120. Available at: http://www.imagologica.eu/dyser (accessed 12.11.2019). (In German).

2. Ivanova A.D. O ponyatiynom apparate sovremennoy imagologii [About the Conceptual Apparatus of Modern Imagology]. Vestnik Vyatskogo gosudarstvennogo univer-siteta. Filologicheskiye nauki, 2016, no. 11, pp. 74-78. (In Russian).

3. Kamalova S.D. Spetsifika ponyatiynogo apparata imagologii [The Peculiarities of the Conceptual Apparatus of Imagology]. Filologicheskiye nauki. Voprosy teorii i praktiki, 2018, no. 10 (88), vol. 1, pp. 26-29. (In Russian).

4. Leerssen J. Imagology. On Using Ethnicity to Make Sense of the World. Iberic@l, 2016, no. 10, pp. 13-31. (In English).

5. Mashuba D.A. Problema klassifikatsii sfer issledovaniya imagologii [The Problem of Classification of Areas of Study in Imagology]. Molodoy uchenyy, 2015, no. 6(86), pp. 532-535. (In Russian).

6. Maslova S.V. Usova A.V Binarnyye oppozitsii v sovremennom massovom soz-nanii [Binary Oppositions in Contemporary Mass Consciousness]. Vestnik nauki Sibiri, 2014, no. 4(14), pp. 152-155. (In Russian).

7. Panina M.E. Ponyatiyno-terminologicheskiye sistemy i metodologii analiza ob-raza "drugogo" v khudozhestvenno-publitsisticheskikh tekstakh [The Conceptual and Terminological Systems and Methods of Analyzing the Image of the "Other" in Fiction and Journalistic Texts]. Izvestiya Vostochnogo instituta, 2015, no. 2 (26), pp. 80-89. (In Russian).

8. Papilova E.V. Imagologiya kak gumanitarnaya distsiplina [Imagology as a Humanitarian Discipline]. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo gumanitarnogo uni-versiteta im. M.A. Sholokhova. Filologicheskiye nauki, 2011, no. 4, pp. 31-40. (In Russian).

9. Polyakov O.Yu. Printsipy kul'turnoy imagologii Danielya-Anri Pazho [The Principles of Cultural Imagology by D.-H. Pageaux]. Filologiya i kul'tura, no. 2(32), pp. 181-184. (In Russian).

10. Ryabchikova E.E. Imagologiya kak razdel literaturovedcheskoy komparativis-tiki [Imagology as a Branch of Comparative Studies of Literature]. Slovo.ru: baltiyskiy aktsent, 2018, vol. 9, no. 2, pp. 52-57. (In Russian).

11. Tomberg O.V. Izucheniye literatury v kontekste filologicheskoy imagologii [The Study of Literature Within the Context of Philological Imagology]. Vestnik Nizhegorodskogo universiteta im. N.I. Lobachevskogo. Literaturovedeniye, 2015, no. 2 (2), pp. 255-259. (In Russian).

12. Trykov V.P. Imagologiya i imagopoetika [Imagology and Imagopoetics]. Znani-ye. Ponimaniye. Umeniye, 2015, no. 3, pp. 120-129. (In Russian).

13. Zemskov V.B. Obraz Rossii "na perelome" vremen (Teoreticheskiy aspekt: ret-septsiya i reprezentatsiya "drugoy" kul'tury) [The Image of Russia "at a Pivotal Moment" (A Theoretical Aspect: The Reception and Representation of a "Othef' Culture)]. Novyye rossiyskiye gumanitarnyye issledovaniya. Literaturovedeniye, 2006, no. 1. Available at: http://www.nrgumis.ru/articles/archives/full_art.php?aid=37&rbinn_ rubr_ik_pl_articles=238 (accessed 12.11.2019). (In Russian).

14. Aleshin M. Imagologiya [Imagology]. Chubar'yan A.O. (ed.). Teoriya i metodologiya istoricheskoy nauki. Terminologicheskiy slovar' [The Theory and Methods of Historical Science. A Dictionary of Terms]. Moscow, 2014, pp. 122-123. (In Russian).

15. Beller M., Leerssen J. (eds.). Imagology: The Cultural Construction and Literary Representation of National Characters: A Critical Survey. Amsterdam; N. Y., 2007. (In English).

16. Lebedeva O.B. (ed.). Evraziyskiy mezhkul'turnyy dialog: "svoye" i "chuzhoye" v natsional'nom samosoznanii kul 'tury [The Eurasian Intercultural Dialogue: "Friend or Foe" in the National Cultural Identity]. Tomsk, 2007. (In Russian).

17. Lotman Yu.M. Kultura i vzryv [Culture and Explosion]. Moscow, 1992. (In Russian).

18. Lotman Yu.M. Vnutri myslyashchikh mirov. Chelovek - tekst - semiosfera -istoriya [Inside the Thinking Worlds. Man - Text - Semiosphere - History]. Moscow, 1996. (In Russian).

19. Lukin A.V Medved' nablyudayet za drakonom. Obraz Kitaya v Rossii v XVIII -XXI vekakh [The Bear is Watching the Dragon. The Image of China in Russia in the 18th - 21th Centuries]. Moscow, 2007. (In Russian).

20. Polyakov O.Yu., Polyakova O.A. Imagologiya: teoretiko-metodologicheskiye osnovy. [Imagology: Theoretical and Methodological Foundations]. Kirov, 2013. (In Russian).

21. Rudnev V.P. Slovar'kul'turyXXveka [The Dictionary of Culture of the 20th Century]. Moscow, 1997. (In Russian).

22. Stepanov Yu.S. Konstanty. Slovar'russkoy kul 'tury [Invariables. The Dictionary of Russian Culture]. Moscow, 2004. (In Russian).

23. Zemskov V.B. (ed.). Na perelome: obraz Rossii v proshloy i sovremennoy kul 'ture, literature Evropy i Ameriki (konets XX - nachalo XXI vv.) [At the Turning Point: The Image of Russia in the Past and Modern Cultures, Literatures of Europe and America at the Turn of the 20th Century]. Moscow, 2011. (In Russian).

24. Frayman I. Russkiye memuary v istoriko-tipologicheskom osveshchenii: k postanovke problemy [Russian Memoirs in Historical and Typological Coverage: Towards the Statement of the Problem]. Available at: mirznanii.com/a/3526361/russkie-memuary-v-istoriko-tipologicheskom-osveshchenii-k-postanovke-problemy (accessed 12.11.2019). (In Russian).

25. Literaturnaya komparativistika. Ponyatiye imagologii v literature [Comparative Studies of Literature. The Concept of Imagology in Literature]. Available at: https://studwood.ru/2492496/literatura/literaturnaya_komparativistika_ponyatie_

imagologii_v_literature (accessed 12.11.2019). (In Russian).

Попова Тамара Павловна, Централизованная клубная система города Лесо-сибирска (Красноярский край).

Главный редактор художественно-публицистического альманаха «Радуга» Лесосибирского городского народного литературного клуба; член Союза журналистов России. Научные интересы: образ автора, литературный портрет, городской текст, современная литература.

E-mail: tomus19@mail.ru

ORCID ID: 0000-0002-7844-4272

Tamara P. Popova, Lesosibirsk Centralized Club Network (Krasnoyarsk Region).

Editor in Chief of the artistic and journalistic almanac "Raduga", Lesosibirsk City's People Literature Club; Member of the Russian Federation Union of Journalists. Research interests: author's image, literary portrait, urban text, contemporary literature.

E-mail: tomus19@mail.ru

ORCID ID: 0000-0002-7844-4272