Проблемы истории эвакуации населения из Сталинграда в августе сентябре 1942 года: роль местных органов власти

Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 38 (176).

История. Вып. 37. С. 41-46.

М. в. скворцов

проблемы истории эвакуации населения из Сталинграда в августе - сентябре 1942 года: роль местных органов власти

В статье рассматривается вопрос об эвакуации населения из Сталинграда в конце лета 1942 г., деятельности местных органов власти и их роли в организации эвакуации за Волгу. Анализируются устоявшиеся стереотипы относительно указанных событий, вводятся в оборот недавно рассекреченные документы, позволяющие более непредвзято взглянуть на процессы, происходившие в Сталинграде и области летом 1942 г.

Ключевые слова: Сталинградская битва, эвакуация, местные органы власти, население, бомбардировки, Комитет обороны, вермахт, Красная Армия, переправы, Волга.

Сталинградская битва продолжает активно изучаться в отечественной историографии. Работу исследователей облегчает тот факт, что открылся доступ к архивным материалам, рассекречены многие фонды. Это дает возможность более глубоко изучить либо кардинально пересмотреть тот или иной аспект не только Сталинградской битвы, но и всей Великой Отечественной войны.

Актуальность выбранной темы заключается в том, что исследование эвакуации населения и деятельности местных органов власти позволит внести определенную разносторонность в изучение Сталинградской битвы, а также избавиться от устоявшихся стереотипов по этому вопросу.

Цели данной статьи заключаются в исследовании эвакуации гражданского населения и раненых из Сталинграда с конца августа до середины сентября 1942 г., а также установлении роли местных органов власти в указанных событиях.

Реализация поставленных целей предполагает решение следующих задач:

1) рассмотрение устоявшихся стереотипов относительно изучаемых событий;

2) выявление причин, по которым было невозможно провести полномасштабную эвакуацию заблаговременно;

3) привлечение источников, долгое время являвшихся недоступными для широкого круга исследователей;

4) изучение деятельности местных органов власти по организации эвакуации населения за Волгу;

5) исследование состояния переправ и обстановки в Сталинграде в августе-сентябре 1942 г.

В отечественной и зарубежной литературе публицистического характера часто можно встретить такую точку зрения: Сталин запретил эвакуацию, чтобы не подорвать свой престиж и не вызвать панику, эвакуация населения из Сталинграда целенаправленно не проводилась, а началась стихийно уже после жестоких бомбардировок города. Доходит до того, что якобы Сталин вместо полномасштабной эвакуации бросил все население на защиту города, и ярким примером этого может служить трагическая гибель на северной окраине Сталинграда в первые дни битвы подразделения, состоявшего из женщин, которые были зенитчицами ПВО и не умели отражать атаки наземных объектов1. В данном случае имеет место нарушение причинноследственных связей и неверное истолкование фактов. Эвакуация за Волгу в это время уже шла полным ходом. Хотя, действительно. бой немцев с русским женским дивизионом на севере Сталинграда имел место в конце августа 1942 г. Однако, во-первых, это был артиллерийский, а не противовоздушный дивизион из комсомолок Сталинграда, который формировался на заводе «Баррикады» (о котором позже говорилось в Письме Сталинградского обкома ВЛКСМ к комсомольцам и молодежи Сталинградской области от 15 октября 1942 г. с призывом отдать все силы на защиту Сталинграда2). Во-вторых, этот бой произошел там, где немцев в тот день не ждали. Совершив форсированный 50-км марш, передовые отряды 16-й немецкой танковой дивизии уже к вечеру достигли Волги севернее Сталинграда. В штаб XIV танкового корпуса была послана радиограмма: «Боевая группа 79 роты 16 танковой дивизии первой среди

немецких войск в 18:35 ч. достигла Волги. Затем мотопехота заняла Спартановку, встречая вначале слабое, но затем усиливающееся вражеское сопротивление.. .»3.

Подход, при котором эвакуацию из Сталинграда оценивают через личность Сталина, на наш взгляд, слишком упрощает ситуацию. Существовали вполне определенные причины, по которым было невозможно провести своевременно полномасштабную эвакуацию жителей города.

Одной из важных причин была загруженность переправ, т. к. через Сталинград в июле и начале августа непрерывным потоком шли перевозки в глубь страны хлеба, перегонялся скот и техника. На 4 августа на правом берегу Волги в районе Дубовки скопилось 50 тыс. голов скота, 18 МТС с машинами и 500 тракторов, в районе Горного Балыклея - 25 тыс. голов скота, 10 МТС с сельскохозяйственными машинами и 350 тракторов, в районе Каменного Яра - 60 тыс. голов скота, 14 МТС с машинами и 400 тракторов4. В ближайшие дни ожидалось к переправе около 1400 голов скота. Задача эвакуации стратегически важных запасов была в значительной степени решена. По мнению А. В. Исаева, эвакуация населения Сталинграда в августе велась низкими темпами, так как советское руководство, видимо, считало себя в состоянии удержать ситуацию под контролем. К 23 августа из всего населения 400-тысячного города было эвакуировано около 100 тысяч человек. Основная масса жителей Сталинграда оставалась в городе. 24 августа Городской комитет обороны принял постановление об эвакуации женщин, детей и раненых на левый берег Волги, но время уже было безнадежно упу-щено5. Вслед за А. М. Самсоновым, А. В. Исаев указывает, что переправа людей на левый берег Волги производилась судами Сталинградского речного флота и Волжской военной флотилии. 23-24 августа, после того как все причалы были уничтожены ударами с воздуха, сталинградские речники организовали переправу катерами и баркасами. Этот этап эвакуации проходил под ударами с воздуха и даже артиллерийским огнем противника. Санитарный пароход «Бородино» с 700 ранеными был расстрелян прямой наводкой в районе Рынка и затонул, спаслось всего лишь около 300 человек. Такая же участь постигла и пароход «Иосиф Сталин» с эвакуированными жителями. Из находившихся на корабле 1200 человек спаслось вплавь всего около 150 человек6. В даль-

нейшем, чтобы избежать потерь от вражеской авиации, эвакуацию из города и снабжение его защитников стали проводить ночью.

Необходимо отметить, что не все причалы были безвозвратно уничтожены ударами с воздуха, некоторые в кратчайшие сроки были восстановлены, о чем свидетельствует дальнейший ход Сталинградской битвы, когда наши войска, прижатые к берегу Волги, регулярно получали пополнение и боеприпасы с левого берега.

Работая с документами в Государственном архиве Волгоградской области (ГУ «ГАВО»), нами был обнаружен ранее секретный документ, свидетельствующий о состоянии переправ на 20 августа 1942 г. Ниже мы приводим его полностью, с сохранением орфографии оригинала:

« 20.08.1942 г.

ПРЕДСЕДАТЕЛЮ СТАЛИНГРАДСКОГО ОБЛАСТНОГО СОВЕТА ДЕПУТАТОВ ТРУДЯЩИХСЯ.

Сообщаю, что мною произведена проверка выполнения постановления Сталинградского ГОКО и Военного Совета Фронта по строительству переправ предприятиями и учреждениями города Сталинграда.

Проверка показала, что большинство предприятий и организаций данное мероприятие недооценивают и постройкой переправ не занимаются.

На правом берегу причалы начаты строительством, но не закончены, а завод № 264 не приступал. На левом берегу нет ни одного причала.

Зам. Командующего по Тылу ЮгоВосточного Фронта просил передать Вам о принятии мер по ликвидации благодушия среди предприятий и организаций по постройке паромов и довести до сведения предприятия и организации на которые возложено строительство переправ, что в случае необходимости военные переправы для эвакуации гражданского населения представлены не будут.

Прошу дать указание выделить ответственное лицо, которому поручить заниматься строительством имея тесную связь с Управлением Автотранспортной и дорожной Службы ЮВФ.

НАЧАЛЬНИК УПРАВЛЕНИЯ АДС ЮВФ ВОЕННЫЙ КОМИССАР УАДС ЮВФ

ПОДПОЛКОВНИК

СТ. БАТАЛЬОННЫМ КОМИССАР

/СТЕПАНОВ/ /КРЮМИН/»7.

Таким образом, из приведенного документа следует, что готовить причалы для эвакуации начали до 23 августа, после постановления Сталинградского ГКО и Военного Совета Фронта. Из документа видно, что органы власти Сталинграда напрямую взаимодействовали с военными структурами. Однако, по-видимому, строительство необходимых переправ не было завершено в срок. Авторы приведенного документа делают вывод, что во всем виноваты предприятия и организации, которые «данное мероприятие недооценили и постройкой переправ не занимаются», и уже 18 августа, то есть за пять дней до первой крупной бомбардировки города, предупреждают, что «в случае необходимости военные переправы для эвакуации гражданского населения представлены не будут». Документ дошел до адресата 20 августа. Не Сталин препятствовал эвакуации мирного населения, а тяжелая военная обстановка, сложившаяся в городе в конце августа 1942 г. Через три дня город подвергнется особенно жестоким бомбардировкам, продолжавшимся до 29 августа.

Необходимо также учитывать, что в какой-то мере время на эвакуацию было выиграно за счет контрударов советских танковых корпусов в конце августа и начале сентября. От момента выхода противника к Волге 23 августа до выхода собственно на улицы города прошло три недели8.

Нужно отметить, что руководство ЮгоВосточного Фронта возлагало большие надежды на контрудары севернее и южнее Сталинграда в конце августа 1942 г., которыми руководил Г. К. Жуков. Это был еще один аргумент, чтобы не торопиться с эвакуацией гражданского населения (особенно рабочих СТЗ и завода «Баррикады»). Однако указанные контрудары не принесли ожидаемого результата, советские войска понесли большие потери, а в отечественной историографии, за исключением исследования А. М. Самсонова, на долгие годы этот аспект Сталинградской битвы перестал упоминаться. Эта тема заслуживает отдельного глубокого исследования, которое частично было проведено А. В. Исаевым9 и А. Паниным10.

Как отмечал А. М. Самсонов, частичная эвакуация гражданского населения началась при возросшей угрозе Сталинграду. В соответствии с указанием председателя Комитета по эвакуации СНК СССР Н. М. Шверника 15 августа бюро Сталинградского обкома ВКП

совместно с исполкомом областного Совета депутатов трудящихся вынесли постановление «О частичной разгрузке г. Сталинграда». Этим постановлением намечалось вывезти из г. Сталинграда в Куйбышевскую область

15 тыс. неработающих женщин с детьми и 8-10 тыс. разместить в заволжских районах. На следующий день было принято постановление «Об эвакуации гражданского населения из районов боевых действий Красной Армии». В пункте первом этого документа говорилось: «На основании постановления Военного совета 62-й армии до 22 августа с. г. эвакуировать все гражданское население из населенных пунктов районов боевых действий в полосе от станицы Паншино, Дмитриевки, Мариновки, Ср.-Царицынского,

Н.-Царицынского и левого берега Дона». 18 августа бюро обкома ВКП(б) совместно с исполкомом облсовета депутатов трудящихся приняли постановление в соответствии с распоряжением СНК РСФСР об эвакуации детских домов за пределы Сталинградской области. Но нависшая над Сталинградом угроза еще не приобрела тогда полностью своих реальных страшных проявлений. Характерным показателем этого является тот факт, что в тот же день, когда местными партийными и советскими органами было принято решение

об эвакуации детских домов, состоялось также и постановление о работе средних школ в 1942/43 учебному году в городах Сталинград, Астрахань.

В течение июля и 20 дней августа из города было эвакуировано до 100 тыс. человек, из них местных жителей не более 35-40 тыс.11 Основная масса жителей Сталинграда оставалась в городе и активно помогала своим войскам. В трудных условиях, порожденных близостью фронта, в городе продолжали работать заводы, выпускавшие вооружение и боеприпасы для частей, ведущих борьбу с немецко-фашистскими войсками.

Несмотря на сильную бомбардировку, городским органам власти удалось избежать массовой паники и взять ситуацию под свой контроль. В каждом районе были созданы чрезвычайные комиссии во главе с секретарями райкомов ВКП(б), организованы дружины по строительству баррикад, спасению раненых и детей, по эвакуации населения12. Для спасения раненых при МПВО13 города был организован госпиталь, велся розыск раненых в подвалах, дворах, руинах зданий14. За первые

три дня бомбежки медико-санитарные взводы вынесли из горящих госпиталей и переправили за Волгу 1800 тяжелораненых бойцов и командиров, спасли тысячи детей. К 1 сентября эвакуированы все госпитали Сталинграда. За

20 дней силами бойцов МПВО и комендатуры города вывезено 4143 раненых15.

Во время эвакуации, которая началась не стихийно, а проводилась организовано, работало 28 переправ. Эвакуация проходила в труднейших условиях. Город и переправы все время подвергались вражеской бомбежке с воздуха. Огонь пожирал квартал за кварталом. Улицы центра города и Ворошиловского района, идущие к Волге, представляли собой огненные коридоры. Сплошь горел берег Волги. Все причалы и мостки были уничтожены. Население выводилось к берегу небольшими группами. В ожидании переправы оно укрывалось в 100-200 метрах от берега в щелях, блиндажах, водосточных трубах. Когда ослабевал налет вражеской авиации, а это бывало ночами, быстро производилась загрузка катеров. В первую очередь отправляли раненых и женщин с детьми16.

Наиболее значимые участки переправ:

1) от Соляного участка в Красную Слободу катерами «Тринадцатый» и «Четвертый»;

2) от памятника Хользунова до Красной Слободы катерами «2-я пятилетка» и «Лейтенант Здоровцев»;

3) от пристани Камлесосплава в Красную Слободу баркасом «Пожарский» и пароходом «Гаситель»;

4) от памятника Хользунова в Бобыли катерами «Второй» и «Павел Морозов».

28 августа Военный совет фронта приказал облвоенкомату начать отвод из города военнообязанных, работающих на заводах, предприятиях и учреждениях Сталинграда, что и было сделано к 5 сентября17.

Выше мы уже приводили данные М. А. Водолагина и А. В. Исаева, согласно которым до 23 августа из Сталинграда было эвакуировано около 100 тыс. человек. Наибольшие разногласия в историографии возникают по поводу численности населения, эвакуированного после 23 августа. В своих мемуарах М. А. Водолагин отмечал, что с конца августа по октябрь было вывезено из Тракторозаводского, Баррикадного и Краснооктябрьского районов 150 тыс. человек. В Кировском районе к 20 сентября было эвакуировано 30 тыс. жителей. Всего, как счи-

тал М. А. Водолагин, на волжских переправах было перевезено 250 тыс. человек18.

А. М. Самсонов полагал, что с конца августа до первых чисел октября только из Ворошиловского района было вывезено 65 тыс. человек, из Краснооктябрьского - 60 тыс. человек19. И. А. Пиксин, секретарь Сталинградского ГК ВКП(б), отмечал, что с

24 августа по 14 сентября было эвакуировано за Волгу 300 тыс. человек20. Б. С. Абалихин считал, что с 23 августа по 14 октября из города было эвакуировано около 400 тыс. чело-век21. Как видно из приведенных точек зрения, численность эвакуированного населения из Сталинграда не подается точному определению. Во время эвакуации основная задача заключалась не в документальном учете количества вывезенного из города населения, а в том, чтобы вывезти как можно больше женщин, детей и раненых.

Если учесть, что численность населения Сталинграда на июль 1942 г. была около 400 тыс. человек, то утверждение Б. С. Абалихина

о 400 тыс. эвакуированных выглядит несколько странно. Получается, что к октябрю 1942 г. эвакуировали всех жителей Сталинграда, а это, к сожалению, не соответствует действительности. В числе 400 тыс. человек следует учитывать и население из районов Сталинградской области, тогда все встает на свои места.

В городе оставались отряды народного ополчения, деятельность которых подробно освещена Б. Г. Усиком22.

Кроме того, в Сталинграде оставалось около 100 тыс. человек гражданского населения, по разным причинам не эвакуированного за Волгу. Подавляющее большинство населения, оставшегося в городе, стали жить в подвалах и бомбоубежищах. 8 сентября заместитель начальника управления НКВД по Сталинградской области майор милиции Бирюков доносил секретарю обкома ВКП(б) Чуянову:

«Установлено:

а) на Республиканской № 69 в убежище находятся с 24-25 августа около 1000 человек, преимущественно женщин, детей и незначительное количество мужчин. Убежище переполнено, освещения нет, пользуются лучиной. Для питания выдается по 250 гр. муки. Воду берут из Волги. Медобслуживание отсутствует;

б) в бомбоубежище под Драмтеатром им. М. Горького живут с 24-25 августа около 400

человек, в том числе около 200 детей и 40-50 человек престарелых. Для питания организована общая кухня. Один раз в сутки выдается горячая пища и по 200 гр. хлеба. Руководит обслуживанием населения убежища выделенный из них комендант... Проживающие в убежищах и укрытиях граждане не имеют своего крова»23.

Оставшееся население продолжало укрываться в подвалах и бомбоубежищах даже во время оккупации большей части города подразделениями вермахта. Не редко доходило до случаев, когда дом занимали немцы, а в его подвале продолжали жить «по соседству» сталинградцы, оставшиеся в городе. О таком «соседстве» повествуют почти все немецкие мемуары участников битвы на Волге24.

Пока на правом берегу Волги в районе Сталинграда шла эвакуация гражданского населения и раненых, к 29 августа бомбежка центра города ослабла, но одновременно усилилась на западных окраинах, где держали оборону рабочие отряды и части гарнизона.

Таким образом, в заключении статьи мы можем сделать следующие выводы:

1. Эвакуация гражданского населения из Сталинграда во время Сталинградской битвы в историографии до настоящего времени освещена фрагментарно. Упрощенный подход, согласно которому «во всем виноват Сталин», не поможет понять процесс принятия решений местными органами власти и ту сложную военную обстановку, которая сложилась к середине августа 1942 г.

2. Основные причины, по которым эвакуация населения не была своевременно проведена, заключались в загруженности переправ, переоценке собственных сил и быстром продвижении противника к Сталинграду.

3. Значительная часть архивных материалов по данной проблематике была недоступна для широкого круга исследователей из-за грифа «секретно». Документы, которые сейчас становятся доступными для исследования, позволяют более подробно и объективно изучить эвакуацию населения из Сталинграда в конце лета 1942 г.

4. Деятельность местных органов власти в этот период чрезвычайно важна и заслуживает самого глубокого исследования. СГКО, горком и обком ВКП(б) смогли в кратчайшие сроки решить проблему перевозки через Сталинград стратегических запасов. С эвакуацией населения вышло не все так глад-

ко, но мы видим, что этому вопросу уделялось большое внимание. Во время жестоких бомбардировок городские власти сделали все, чтобы избежать паники и больших потерь населения.

5. Переправы до жестоких бомбардировок города находились в удовлетворительном состоянии, однако не обладали достаточной пропускной способностью для одновременной эвакуации стратегических запасов и населения. После авианалетов противника войска Красной армии при помощи сталинградцев в кратчайшие сроки восстанавливали работоспособность переправ. Благодаря деятельности местных органов власти, удалось избежать массовой паники в Сталинграде. Часть населения по разным причинам не смогла эвакуироваться и осталась в городе.

Подводя итоги выше сказанному, следует отметить, что сегодня, более шестидесяти лет спустя, зная цепочку последующих событий, легко рассуждать, как нужно было поступить и когда начать эвакуацию, однако тогда никто не мог предугадать ход дальнейших событий. В мае-июле 1942 г. среди высшего руководства страны и простых граждан была твердая уверенность в том, что немцы до Сталинграда не дойдут. Даже в середине августа, когда над городом действовала авиация противника, советское руководство полагало, что может переломить ситуацию в свою пользу и для этого у него были силы и средства25.

При научном изучении Сталинградской битвы нельзя рассматривать эвакуацию населения из Сталинграда с точки зрения мифов, публицистики и одних эмоций, забывая

0 принципе историзма.

Примечания

1 См.: Carell, Paul. Stalingrad Sieg und Unter-gang der 6 Armee. Ulstein, 1992. S. 125.

2 См.: В дни великого сражения : сб. док. и материалов о Сталинградской битве. Сталинград, 1958. С.145-148.

3 Vukovic, Dusko. Funkverkehr // Der Stern. 26.11.2003.

4 См.: Исаев, А. В. Сталинград. За Волгой для нас земли нет. М., 2008. С. 150.

5 Там же. С. 150-151.

6 Там же. С. 152.

7 Гос. арх. Волгогр. обл. (ГАВО). Ф. Р-71. Оп. 1. Д. 637. Л. 1.

8 См.: Исаев, А. В. Сталинград... С. 152.

9 Исаев, А. В. : 1) Сталинград... С. 139-253; 2) Георгий Жуков. Последний довод короля. М., 2006. С.317-375.

10 См.: Панин, А. Неизвестный Сталинград. М., 2005. С. 9-30.

11 См.: Водолагин, М. А. Сталинград в Великой Отечественной войне. М., 1958. С. 141.

12 Усик, Б. Г. Народное ополчение Сталинграда. Волгоград, 2006. С. 116.

13 Местная противовоздушная оборона.

14 См.: Водолагин, М. А. Народное Сталинградское ополчение. Волгоград, 1970. С. 46.

15 Там же. С. 40-41.

16 См.: Героический Сталинград : сб. воспоминаний и док. / под ред. М. А. Водолагина. Сталинград : Обл. книж. изд-во, 1945. С. 267.

17 Там же. С. 78-79.

18 Водолагин, М. А. Народное Сталинградское ополчение. С.40-41.

19 Самсонов, А. М. Сталинградская битва. М., 1989. С. 175.

20 Пиксин, И. А. Испытание выдержано // Героический Сталинград. С. 26.

21 Абалихин, Б. С. В годы борьбы с фашизмом // Волгоград. Четыре века истории. Волгоград, 1989. С. 209.

22 См.: Усик, Б. Г. Народное ополчение Сталинграда.

23 Самсонов, А. М. Сталинградская битва. С. 180.

24 См.: Шретер, Хейнц. Сталинград. До последнего патрона : пер. с нем. М., 2007; Адам, Вильгельм. Сталинградский кошмар. М., 2007; Видер, Иоахим. За кулисами битвы. М., 2007; Вельц, Г. Солдаты которых предали : записки бывшего офицера вермахта. Смоленск, 1999; Toepke, Gunter. Stalingrad, wie es wirklich war. Stade, 1949; Schuddekopf, Karl. Im Kessel. Erzahlen von Stalingrad. Munchen, 2004.

25 А. С. Князьков одним из первых историков доказал численное превосходство советских войск над вермахтом (по личному составу -в 1,5 раза, по артиллерии - в 2 раза, по танкам - в 3 раза) в большой излучине Дона в июле-августе 1942 г. См.: Князьков, А. С. Новые аспекты истории Сталинградской битвы // Сталинградская битва. Волгоград, 1994. С.44-45.