Предпочтения в получении образования российского дворянства: на примере генералитета второй половины XVIII - первой четверти XIX века

Вестник ПСТГУ.

Серия II: История. История Русской Православной Церкви.

Феофанов Александр Михайлович, канд. ист. наук, доцент кафедры истории России исторического факультета ПСТГУ Российская Федерация, 115184, Москва, ул. Новокузнецкая, дом 23Б. aleksandr-feofanov@yandex.ru

2017. Вып. 77. С. 66-77

Предпочтения в получении образования российского дворянства:

НА ПРИМЕРЕ ГЕНЕРАЛИТЕТА ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XVIII — ПЕРВОЙ ЧЕТВЕРТИ XIX ВЕКА*

В статье на примере генералитета второй половины XVIII — первой четверти XIX века анализируются предпочтения в получении образования российского дворянства. Автор приходит к выводу, что постепенно возрастает интерес к получению западного образования, в том числе и у рядового, нечиновного и незнатного, дворянства. Впрочем, дороговизна и отсутствие прямых преимуществ для службы (в отличие от кадетских корпусов) делает заграничное обучение менее привлекательным для массы служилого дворянства, в то время как возможность получить воспитание в Сухопутном и Артиллерийском корпусах пользуется стабильно высоким интересом. Дети рядового дворянства гораздо чаще получали образование в российских учебных заведениях (прежде всего в Сухопутном шляхетном корпусе), чем за границей. Для детей элиты видно обратное: заграничное обучение на первом месте, из российских образовательных учреждений предпочтение отдается Пажескому корпусу и артиллерийским учреждениям. Если Петр I заставлял дворян получать знания, рассматривая обучение как государственную службу, то в период дворцовых переворотов настало некоторое «расслабление» благородного сословия, которое, получив возможность не служить, также не желает и образовывать себя в казенных учебных заведениях, а предпочитает домашнее воспитание. Век Просвещения порождает моду на европейскую культуру и учебу за границей, но далеко не все (даже дворяне) в состоянии себе это позволить. Тем не менее число людей, получивших высшее университетское образование за границей или в России, понемногу растет. Так происходит культурно-духовное воспроизводство верхнего слоя общества.

Проблема образовательных и воспитательных стратегий российского дворянства, за исключением описания отдельных представителей российской аристократии, весьма слабо изучена1. В настоящее время фактически осуществлена

* Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта № 17-31-01010 «Образование как социальный лифт в России XVIII века: межпоколенная социальная мобильность учащихся Академии наук».

1 См.: ЧудиновА. В. Французские гувернеры в России конца XVIII в.: стереотипы и реальность // Европейское Просвещение и цивилизация России. М., 2004. С. 330—340; Берелович В.

А. М. Феофанов

только постановка этой проблемы2. При анализе общей образованности и грамотности дворян практически не использовались массовые источники. Как исключение можно отметить работу, посвященную кадетам Сухопутного шляхет-ного кадетского корпуса3. Про обучение россиян в университетах Европы говорится в работах А. Ю. Андреева, П. И. Хотеева и Э. Г. Кросса4.

Попробуем показать предпочтения в образовании благородного сословия на примере элиты Российской империи, генералитета, как военного, так и статского и придворного, а конкретно носителей первых трех чинов по Табели о рангах на примере получивших эти чины за время трех царствований — Екатерины II, Павла I и Александра I.

Всего с 1762 по 1825 г. получили чины 1—3 классов 1270 человек. Всех этих людей можно разделить на несколько поколений.

Под поколением понимается общность людей, объединенная социокультурными условиями жизни; при этом границы поколений определяются только через одновременное, неформализованное применение сразу двух критериев — временного (возраст) и семантического (содержание исторической эпохи)5. В нашем случае в поколения выделены группы, объединенные двумя главными критериями — временем рождения (на одно поколение 25—40 лет) и временем вступления в службу. Деление поколений по времени вступления в службу определено социальной и образовательной политикой российского правительства. Так, важнейшими вехами в этом отношении стали открытие Сухопутного

Образовательные стратегии русских аристократов: воспитание сирот Голицыных (1782— 1790) // Там же. С. 318—329; Он же. Гувернеры в семье Голицыных. 1760—1780 гг. // Французский ежегодник 2011: Франкоязычные гувернеры в Европе XVII—XIX вв. М., 2011. С. 190—199; Кузнецов С. О. Путешествие в Европу 1752—1757 гг. Ж. Антуана и барона А. С. Строганова // Там же. С. 164—177; Ржеуцкий В. С. Французские гувернеры в России XVIII в. Результаты международного исследовательского проекта «Французы в России» // Там же. С. 58—80; Соло-дянкина О. Ю. Феномен иностранного гувернерства в России (вторая половина XVIII — первая половина XIX в.) // Отечественная история. 2008. № 4. С. 9—23; Карп С. Я. Путешествие графов Н. П. и С. П. Румянцевых с Ф. М. Гриммом по Италии (1775—1776) // Век Просвещения. Вып. V: География эпохи Просвещения, между воображением и реальностью. М., 2015. С. 308—322; Лер С. Воспитание российского дворянства: от практики образовательных путешествий в Западную Европу к национальным корням культуры (семейства Голицыных и Апраксиных в 1780-1812 гг.) // Quaestio Rossica. 2015. № 2. С. 158-171.

2 Кусбер Ян. Какие знания нужны дворянину для жизни? Провинциальные и столичные воспитательные дискурсы второй половины XVIII и начала XIX века // Дворянство, власть и общество в провинциальной России XVIII века. М., 2012. С. 269-291.

3 Fedyukin I., Gabdrakhmanov S. Cultural capital in an early modern elite school: The Noble Cadet Corps in St Petersburg, 1732-1762 // Journal of Interdisciplinary History. 2016. Vol. 46. No. 4. P. 485-516.

4 См.: Андреев А. Ю. Русские студенты в немецких университетах XVIII — первой половины XIX в. М., 2005; Хотеев П. И. Русские студенты в университетах Германии в первой половине XVIII века // XVIII век. Сб. 24. СПб., 2006. С. 71-81; Кросс Э. Г. У Темзских берегов: Россияне в Британии в XVIII в. СПб., 1996.

5 См.: Мангейм К. Проблема поколений // Новое литературное обозрение. 1998. № 30; Зенкин Н. С. «Поколение»: опыт деконструкции понятия // Поколение в социокультурном контексте XX века. М., 2005; Постникова М. И. Межпоколенные отношения в контексте культурно-исторической концепции // Мир науки, культуры и образования. 2010. № 4 (23). С. 125-128.

шляхетного кадетского корпуса (1731), давшего тысячи образованных дворян, пополнивших российскую элиту, и Манифест о вольности дворянства (1762), снявший необходимость записывать дворянских недорослей на службу или в государственные учебные заведения, что также считалось прохождением службы. Исходя из этого, верхней границей первого поколения является 1731 год, верхней границей второго — 1762 год. К третьему поколению относятся поступившие на службу после издания Манифеста.

Генералы, получившие чины первых трех классов во время правления одного из трех монархов, могли относиться к разным поколениям. Для таких случаев будет употребляться термин «когорта»: например, вторая когорта екатерининских генералов, первая когорта павловских генералов, которые одновременно относились к одному — второму — поколению. Вначале будут даны численные характеристики генералитета по правлениям, с указанием наличия (или отсутствия) и характера образования и социального происхождения представителей генералитета, а в заключительной части будут объединены люди, получившие генеральские чины во время трех царствований, в три поколения со сравнительной характеристикой образовательного уровня поколений, с учетом происхождения. Особое внимание будет уделено детям элиты (генералов) и сравнению их с детьми рядового, т. е. нечиновного, небогатого и незнатного дворянства.

Образование является важным социальным лифтом, одним из каналов рекрутирования элиты. Для сословного общества важнейшим каналом также являлось происхождение человека. Поэтому получение образования будет рассмотрено в связи с социальным предписанным статусом будущего генерала, чтобы выявить образовательные предпочтения разных социальных групп, выходцы из которых пополнили чиновную элиту Российской империи.

При Екатерине II чины 1—3 классов получили 494 человека, из них 50 остзейцев и 64 иностранца. Исходя из задачи исследования, мы сосредоточим внимание на 370 россиянах. К россиянам будут причислены также дети иностранцев, поступивших в российское подданство и получивших чины на русской службе.

Подавляющее большинство представителей старшего поколения (1696— 1715 годов рождения) вступили в службу в петровское правление и получили генеральские чины в эпоху дворцовых переворотов. Среди получивших чины первых трех классов в екатерининское правление таких совсем немного — 25 человек. Регулярное, «правильное» образование из них получили чуть менее половины — 12 человек. Самый возрастной, Петр Гаврилович Кашкин, был единственным, кто учился за границей из этой когорты.

В России представители старшего поколения, ставшие генералами, учились преимущественно в военно-морских учебных заведениях артиллерийскому и инженерному делу. Илья Александрович Бибиков так описывает начало своего учения: «С смотру блаженные и вечнодостойные славы Государя Императора Петра Великого с "715" ноября "25" при Московской академии6, а в 1718 Именным указом определен "во инженерную команду"», с 12 августа 1719 «обретался

6 Очевидно, имеется в виду московская Навигацкая школа, влившаяся в Морскую академию.

при генерале маиоре Деколонге у починки Ревельской крепости»7. В Морской академии учились еще шесть человек, один из них (Ф. С. Милославский) был отчислен из нее в штурманские ученики «за непонятием морских наук»8. Трое человек получили артиллерийское образование. Студентом Академического университета был В. Е. Адодуров. В гимназии Академии наук учился Н. Г. Жеребцов, взятый вскоре в пажи к Высочайшему Двору.

Генералы второго поколения (1710-1750-х годов рождения) начинали службу в эпоху дворцовых переворотов. Таковых россиян насчитывается 320 человек. Кроме домашнего обучения, в разных учебных заведениях воспитывались 164 человека, т. е. чуть более половины. За границей учились 14 человек (чуть более 4%). Это дети очень богатых, родовитых и чиновных родителей. У всех было более тысячи душ, у многих более десяти тысяч. Только у двоих родители не имели генеральских чинов. Отец кн. Г. П. Гагарина скончался в скромном чине капитана, но был родственником князей Куракиных. У князя П. А. Голицына отец был в еще более скромном чине поручика, но был сыном комнатного стольника и принадлежал к высшей знати по происхождению и родственным связям. Единственный нетитулованный дворянин, В. Н. Зиновьев, был сыном генерал-поручика, владельца более чем тысячи душ. Кроме того, он был двоюродным братом Г. Г. Орлова.

Таблица 1

Генералы второго поколения, учившиеся за границей

ФИО Титул Чин отца Душевладение Где учился

Воронцов Александр Романович граф Генерал-аншеф Более 3 тыс. душ Версальская кавалерийская школа

Гагарин Гаврило Петрович князь Капитан 1.500 душ Лейденский университет

Голицын Николай Алексеевич князь Действительный тайный советник Более 9 тыс. душ Страсбургский университет

Голицын Петр Алексеевич князь Поручик За дедом было 829 дворов В Германии

Гудович Иван Васильевич граф Генеральный под-скарбий, тайный советник Более 5 тыс. душ Университеты Кенигсберга и Галле

Зиновьев Василий Николаевич Генерал-поручик Более 1 тыс. душ Лейпцигский университет

7 ВИМАИВиВС. Ф. 2. Оп. ШГФ. Д. 905. Именной список Инженерного корпуса. 1746. Л. 1 об.

8 Общий морской список. Ч. 2. СПб., 1885. С. 257.

ФИО Титул Чин отца Душевладение Где учился

Румянцов Николай Петрович граф Генерал-фельдмаршал Более 20 тыс. душ Лейденский университет

Румянцов Сергей Петрович граф Генерал-фельдмаршал Более 20 тыс. душ Лейденский университет

Строгонов Александр Сергеевич граф Камергер в ранге генерал-поручика Более 20 тыс. душ Женевская академия

Черкасов Александр Иванович барон Действительный тайный советник Более 1 тыс. душ Кембридж

Черкасов Иван Иванович барон Действительный тайный советник Более 1 тыс. душ Кембридж

Шереметьев Николай Петрович граф Генерал-аншеф Более 100 тыс. душ Лейденский университет

Шувалов Андрей Петрович граф Генерал-фельдмаршал Более 4 тыс. душ Париж

Юсупов Николай Борисович князь Действительный тайный советник Более 20 тыс. душ Лейденский университет

Пажами при Дворе воспитывались четыре будущих генерала. Еще четверо начали службу юнкерами при Сенате, Синоде, Военной и Иностранной коллегиях, и еще один был студентом последней. Характерно, что двое (А. И. Васильев и Д. В. Волков) вели свое происхождение из подьячих, а двое других были детьми чиновников из поступивших на российскую службу иностранцев. Единственный из пяти вышеупомянутых, потомственный новоторжский дворянин С. И. Рожнов, записанный на шестом году жизни в службу синодальным юнкером, продолжил обучение в Сухопутном шляхетном кадетском корпусе.

23 человека учились в гимназии Академии наук, 13 их них продолжили обучение в Сухопутном корпусе и один — в Московской артиллерийской школе. Кроме него артиллерийское образование получили 17 человек и девять — инженерное.

В духовных учебных заведениях воспитаны четыре генерала: в Славяно-греко-латинской академии учились С. И. Шешковский и князь Н. М. Голицын, в Киево-Могилянской академии — П. В. Завадовский и А. С. Милорадович и, возможно, в Смоленской семинарии учился Г. М. Осипов, сын генерал-майора, выходца из духовного звания; он также учился и в гимназии Академии наук. М. М. Философов получил образование в частном пансионе. 15 человек учились в Московском университете (двое продолжат службу в артиллерии). В Казанской гимназии учился Г. Р. Державин.

22 человека получили военно-морское образование (из них двое были переведены из Сухопутного кадетского корпуса). Более всего, а именно 62 человека (19%), учились в Сухопутном шляхетном кадетском корпусе9.

137 человек (42% от генералов второго поколения) были детьми генералитета или думных чинов. К ним нужно прибавить двух внуков генерал-аншефа Барятинского, внука «верховника» князя А. А. Долгорукова, внука Я. Н. Репнинского (незаконный сын генерал-фельдмаршала), двух внуков комнатных стольников и одного внука окольничего. Итого 144 человека.

Недомашнее воспитание из представленных выше 144 человек получили 62 (43%, из них 9% (13 человек) — за границей) человека. Этот процент меньше, чем у детей нечиновного и незнатного дворянства. Родители тех, кто получал артиллерийское или инженерное образование, чаще всего служили в тех же войсках. Только 20 человек учились в Сухопутном корпусе (из них двое — после Академической гимназии).

В павловское царствование получили искомые чины 404 человека, из них 284 россиянина. Первую когорту, 113 человек, можно отнести к предыдущему, второму, поколению, получившему образование в эпоху дворцовых переворотов. 171 человек поступил на службу после 1762 г., т. е. относятся к третьему поколению.

Из первой когорты павловских генералов (113 человек) вне дома учились 52 человека (46%), детьми чиновной элиты из них были 32 (28%). Из этих 32 генералов 13 человек (41%) учились вне дома и только двое — за границей. Но общие параметры этой когорты и второго, екатерининского, поколения совпадают — внедомашнее образование получают более 40%, дети генералов получают его менее охотно, чем дети рядового дворянства.

Ко второй когорте (171 человек) павловских генералов, поступивших на службу после 1762 г., можно прибавить третью когорту екатерининских генералов. Это 25 человек, получивших чины при Екатерине II, но того же поколения по возрасту и времени вступления в службу, что и вторая когорта павловских генералов. Из этих 196 человек вне дома учились 67 (35%), из них за границей 15 (менее 8%) будущих генералов. Из последних только двое не были детьми чиновной элиты — пажи Ф. П. Ростопчин и О. П. Козодавлев.

Детьми генералов из этого поколения (196 человек) были 98 человек. Из них внедомашнее образование получили 34 (35%), за границей училось 13 будущих генералов (13%).

Генералы третьего поколения (1750-1780-х годов рождения) получили чины 1—3 рангов в эпоху Александра I. Это 372 человека. Российских подданных из них насчитывалось 314. В их числе девять грузин, из них шесть князей, один царевич и один владетельный князь. В Финляндии родились барон Р. И. Ребиндер из древнего вестфальского рыцарского рода шведской службы и Д. М. Алопеус, сын пастора, или, как он указал в формулярном списке, «сын президента Выборгской консистории»10. Сербского происхождения были сын действительно-

9 Двое продолжили обучение в Морском корпусе.

10 РГИА. Ф. 1349. Оп. 6. Д. 739. Формулярный список Коллегии иностранных дел 1822 года. Л. 60 об.

го статского советника, известного педагога И. Ф. Янкович де Мириево, сын генерала от кавалерии И. Г. Шевич и Н. В. Вуич, «сербского шляхетства из обер-офицерских детей»11. Греками были сын откупщика М. И. Комбурлей и К. К. Родофиникин. Сыном архангелогородского купца голландского происхождения был Ф. А. фан-Брин. Сыном генерал-майора «из ирландских дворян в вечном России подданстве» был И. К. О'Рурк. Также сыном генерал-майора русской службы был И. И. Дибич, происходивший из силезских дворян. Уроженцем Гессена и сыном российского действительного статского советника был Е. Ф. Канкрин.

У 120 человек отцы принадлежали к генералитету, имели чины 1—5 классов. Чины с первого по третий носили родители 69 человек. Еще 19 человек были связаны тесными узами с чиновной элитой. Внуками сановников 1—3 классов были шесть генералов, трое — 4 и 5 рангов, четверо — племянниками (первых трех классов). Граф Д. А. Толстой был двоюродным братом генерал-фельдмаршала Н. И. Салтыкова. Барон Шёпинг — двоюродный брат жены генерала П. А. Палена. Отец князя А. А. Долгорукова, полковник, был внуком члена Верховного тайного совета. А. С. Лавинский — внебрачный сын гофмаршала С. С. Ланского, Н. Н. Новосильцев — сестры графа А. С. Строганова. Происхождение И. Н. Ин-зова покрыто тайной, но, вероятно, родителем было некое высокое лицо, вероятно императорской фамилии (молва приписывала материнство самой Екатерине).

Самым пожилым был мастер ластовых судов А. С. Катасонов. Генеральский чин обер-сарваера он получил в 1797 г. в возрасте 60 лет, а генерал-лейтенантом стал спустя еще четыре года. В. Г. Лизакевич, ровесник Катасонова, получил чин статского советника в 1793 г. в возрасте 56 лет, чин 4-го класса — через шесть лет, а тайного советника — только в 1810 г., 73 лет от роду.

147 человек из 314 (чуть менее 47%) получили образование вне дома. Из них за границей учились 20 человек (чуть более 6%). Это дети элиты (или близкие родственники), за исключением четырех человек: сын пастора («президент Выборгской консистории») Д. М. Алопеус, А. Я. Италинский из малороссийского шляхетства, курляндский дворянин А. Ф. Корф и Р. И. Ребиндер, сын майора русской службы из Финляндии.

33 генерала получили военно-морское образование. В Сухопутном кадетском корпусе учились 22 человека (один будет переведен в Пажеский корпус), 14 воспитывались в Пажеском корпусе (включая переведенного из Сухопутного). Артиллеристами стали 16 человек. Двое учились в Горном училище и по одному человеку — в Гродненском кадетском корпусе и Корпусе чужестранных единоверцев. Семь человек прошли стажировку при Коллегии иностранных дел, еще один был титулярным и коллегии юнкером Сената.

В Московском университете учились 17 человек, из них А. Ф. Малиновский учился только в университетской гимназии, пять стали студентами, остальные 11 воспитывались в Благородном пансионе. В частных пансионах (аббата Нико-ля, Жоли, Масона, Шадена, Девильнева, г-жи Ленк) и в немецкой школе Петра и Павла (Петришуле) учились семь человек (менее 5%). В гимназии Академии

11 РГИА. Ф. 549. Оп. 1. Д. 401. Выписки из формулярного списка 1826 г. Л. 74.

наук занимались трое, в духовных учебных заведениях (Харьковский коллегиум и Александро-Невская семинария) — двое. Лейб-медик И. Ф. Рюль окончил Санкт-Петербургское медико-хирургическое училище. Князья П. И. Тюфякин и А. Н. Голицын воспитывались вместе с великим князем Александром Павловичем.

Из 139 генералов внедомашнее обучение прошли 49 человек (35%), из них за границей учились 16 (11,5%).

К генералам Александровского царствования относятся первые министры (после создания министерской системы) и члены Государственного совета. Общее их число (с 1801 по 1825 г.) 91 человек12. По нашим подсчетам, 38 человек получили лишь домашнее образование. В кадетских корпусах учились 15 человек, из них пять — в Сухопутном, четыре — в Артиллерийском и шесть — в Морском. За границей учились 24 человека, в университетах — 17 (из них шесть будущих генералов 1812 г., ставших потом министрами или членами Государственного совета). И. Н. Неплюев учился в Швеции, К. В. Нессельроде — в Берлинской военной академии. Ю. П. Литта получил образование в Коллегии Св. Климента в Риме. Граф А. Р. Воронцов учился в школе французской гвардии в Версале (Ecole des Chevaux-Legers).

А. Д. Балашев окончил Пажеский корпус, П. В. Завадовский — Киево-Могилянскую академию. А. И. Васильев учился в юнкерской школе Сената, Ф. В. Остен-Сакен — в Дерптской школе, М. М. Философов — в частном пансионе, Г. Р. Державин и В. С. Попов — воспитанники Казанской гимназии.

Три члена Государственного совета учились в Московском университете: Петр Васильевич Лопухин, министр юстиции, впоследствии сенатор и председатель Кабинета министров Российской империи, Иван Андреевич Вейдемейер и Аркадий Иванович Морков. В пансионе профессора Московского университета И. М. Шадена учился Иван Иванович Дмитриев.

Дмитрий Прокофьевич Трощинский, судя по данным формулярного списка, умел лишь читать и писать по-русски. По некоторым источникам, он учился в Киевской академии, хотя это вызывает большие сомнения. Правда, уже будучи в отставке, зимой 1800 /1801 гг. он слушал лекции в Московском университете (в возрасте 50 лет).

Соотношение домашнего и регулярного воспитания у александровских генералов сохраняется. При этом дети рядового дворянства преимущественно получали воспитание в российских школах, дети же генералитета по-прежнему предпочитали западное образование.

Представляется возможным объединить людей, получивших генеральские чины во время трех царствований, в три поколения. Ко второму екатерининскому поколению прибавлены генералы первой когорты павловского правления, а вторая его когорта объединена с александровскими генералами, поступившими на службу после 1762 г. В таблице отражены цифры, касающиеся только второго

12 Подсчитано по: Шилов Д. Н. Государственные деятели Российской империи. Главы высших и центральных учреждений. 1802—1917: Биобиблиографический справочник. СПб., 2002; Шилов Д. Н., Кузьмин Ю. А. Члены Государственного совета Российской империи, 1801—1906: Биобиблиографический справочник. СПб., 2007.

и третьего поколений, поскольку первое, самое раннее, весьма малочисленно и достаточно описано в начале текста. В таблице 2 учтены только получившие недомашнее образование; проценты приведены по отношению к общему числу образованных генералов.

Таблица 2

Образовательный уровень генералов второго и третьего поколений

Поколение МШКК СШКК МУ, АН За границей Арт Инж КК Пажи Юнкера Коллегий КМА, СДС, Харьков Частные пансионы

второе 42 19% 79 35,5% 4613 20% 19 8,5% 40 18 % 7 3,1% 6 2,7% 6 2,7% 1 0,5%

третье 30 15% 3114 15% 24 12% 35 17 % 33 + 2 обучавшихся в Горном училище 17 % 23 11 % 11 5,5% 5 2,5% 9 (включая Петришуле) 4 %

Таблица 3

Сравнение образовательного уровня детей генералитета и рядового дворянства второго поколения

й К , -н

МШКК СШКК МУ, АН е иц гр а К 1 т Пажи Юнкера Коллегий МА, СДС Харьков ыноис Ш1 ЭНН1Э1

З Ар К а Ч

Дети 39 56 18 3 24 3 5 4 0

негенералов 26 % 37% 12% 1,8 % 16 % 1,8 % 3 % 2,4 %

Дети 4 24 11 1615 16 4 1 2 1

генералов 5% 30% 14% 20% 20% 5% 1,25% 2,5% 1,25%

13 Из 23 учеников гимназии Академии наук 13 продолжили обучение в Сухопутном шля-хетном кадетском корпусе и один — в Московской артиллерийской школе.

14 Включая Гродненский кадетский корпус и Греческую гимназию.

15 Включая П. Г. Демидова.

Таблица 4

Сравнение образовательного уровня детей генералитета и рядового дворянства третьего поколения

МШКК СШКК МУ, АН За границей Арт Инж КК Пажи Юнкера Коллегий КМА, СДС, Харьков Частные пансионы

Дети 28 19 18 6 22 11 4 5 4

негенералов 24% 16% 15 % 5% 19% 9,5% 3,5% 4,5% 3,5%

Дети 2 10 6 29 12 12 7 0 5

генералов 2,4% 12 % 7,2% 35% 14,4% 14,4% 8,4% 6%

Примечание: СШКК — Сухопутный шляхетный кадетский корпус; МШКК — Морской шля-хетный кадетский корпус, Морская академия, Навигацкая школа; МУ, АН: Императорский Московский университет, Казанская гимназия, гимназия при Академии наук и Академический университет; Арт. Инж. КК: Артиллерийский и Инженерный кадетский корпус, Артиллерийская и Инженерная школы; СГЛА, КМА, СДА, Харьков: Славяно-греко-латинская академия, Киево-Могилянская академия, Смоленская духовная семинария, Харьковский коллегиум.

Из этих достаточно сухих данных видно, что постепенно возрастает интерес к получению западного образования, в том числе и у рядового дворянства. Впрочем, дороговизна и отсутствие прямых преимуществ для службы (в отличие от кадетских корпусов) делают заграничное обучение менее привлекательным для массы служилого дворянства, в то время как возможность получить воспитание в Сухопутном и Артиллерийском корпусах пользуется стабильно высоким интересом.

Дети рядового дворянства гораздо чаще получали образование в российских учебных заведениях (прежде всего в Сухопутном шляхетном корпусе), чем за границей. Для детей элиты наоборот — заграничное обучение на первом месте, из российских образовательных учреждений предпочтение отдается Пажескому корпусу и артиллерийским учреждениям.

Тем не менее постепенно изменяется отношение общества к получению образования, происходит осознание важности просвещения, хотя и достаточно медленно. Если Петр I заставлял дворян получать знания, рассматривая обучение как государственную службу, то в период дворцовых переворотов настало некоторое «расслабление» благородного сословия, которое, получив возможность не служить, также не желает образовывать себя в казенных учебных заведениях, а предпочитает домашнее воспитание. Век Просвещения порождает моду на европейскую культуру и учебу за границей, но далеко не все (даже дворяне) в состоянии себе это позволить. Тем не менее число людей, получивших высшее университетское образование за границей или в России, понемногу растет. А люди, вкусившие плодов науки, по-другому смотрят на ценность образования и стараются приобщить к нему и детей. Так происходит культурно-духовное воспроизводство верхнего слоя общества.

Ключевые слова: образование, элита, генералитет, шляхетство, карьерные механизмы, социальная мобильность, кадетские корпуса.

Список литературы

Кусбер Ян. Какие знания нужны дворянину для жизни? Провинциальные и столичные воспитательные дискурсы второй половины XVIII и начала XIX века // Дворянство, власть и общество в провинциальной России XVIII века. М.: Новое литературное обозрение, 2012. С. 269-291. Шилов Д. Н. Государственные деятели Российской империи. Главы высших и центральных учреждений. 1802-1917: Биобиблиографический справочник. СПб., 2002 Шилов Д. Н., Кузьмин Ю. А. Члены Государственного совета Российской империи, 1801—

1906: Биобиблиографический справочник. СПб., 2007. Fedyukin I., Gabdrakhmanov S. Cultural capital in an early modern elite school: The Noble Cadet Corps in St Petersburg, 1732—1762 // Journal of Interdisciplinary History. 2016. Vol. 46. № 4. P. 485—516.

St. Tikhon's University Review.

Series II: History. Russian Church History.

2017. Vol. 77. P. 66-77

Feofanov Aleksandr Mihajlovich, Candidate of Science in History Associate Professor of the department of History of Russia at St. Tikhon's Orthodox University. 23B Novokuznetskaya, Moscow 115184, Russian Federation aleksandr-feofanov@yandex.ru

Educational Preferences of Russian Nobility: The Case of Generals' Families of the Second Half of the 18th and the First Quarter of the 19th Centuries

A. Feofanov

This article deals with educational preferences of Russian nobility of the second half of the 18th and the early 19th centuries, exemplified by generals' families. We come to a conclusion that there was an increasing interest in obtaining Western education, which was also the case for the ordinary gentry. However, its high cost and absence of clear advantages for the career (unlike cadet corps), made study abroad less attractive for the bulk of the gentry, whereas the opportunity to obtain education in cadet corps was very desirable. Children of the ordinary gentry much more often obtained education in Russian educational institutions (primarily in the Cadet Corps of Land Forces) than abroad. Children ofthe higher-rank gentry show the opposite trend, as education abroad was very popular among them. As for Russia, Page Corps and artillery institutions were favoured. While Peter i forced noblemen to obtain knowledge and regarded education as state service, during the period of palace coups d'état a certain slackening of the noble class took place, as they were given the opportunity to be nursed at home and not to serve nor obtain education in state institutions. The Enlightenment Era gave birth to

the custom of studying abroad, but not everybody, even representatives of the gentry, could afford foreign education. However, the number of such persons was gradually increasing, which was the way how the upper class of society tended to develop.

Keywords: education, elite, general officers, nobility, career advancement, social status, cadet corps.

References

Fedyukin I., Gabdrakhmanov S., "Cultural capital in an early modern elite school: The Noble Cadet Corps in St Petersburg, 1732— 1762", in: Journal of Interdisciplinary History, 4, 2016, 485-516.

Kusber, Jan, "Kakie znanij a nuzhny dvorja-ninu dlja zhizni?," in: Dvorjanstvo, vlast' i obshhestvo vprovincial'noj Rossii XVIIIveka, Moscow, 2012, 269-291.

Shilov D. N., Gosudarstvennye dejateli Ros-sijskoj imperii. Glavy vysshih i central'nyh uchrezhdenij. 1802—1917. Biobibliogra-ficheskj spravochnik, St. Petersburg, 2002.

Shilov D. N., Kuz'min Ju. A., Chleny Go-sudarstvennogo soveta Rossi skoj imperii, 1801—1906: Biobibliograficheskij spravoch-nik, St. Petersburg, 2007.