Философско-гуманитарные аспекты проблемы клонирования человека

ПЕРСПЕКТИВЫ ЧЕЛОВЕКА

ФИЛОСОФСКО-ГУМАНИТАРНЫЕ АСПЕКТЫ ПРОБЛЕМЫ КЛОНИРОВАНИЯ ЧЕЛОВЕКА

Е.Н. ГНАТИК

Кафедра онтологии и теории познания факультет гуманитарных и социальных наук Российский университет дружбы народов 117198 Москва, Россия ул. Миклухо-Маклая, д. 6

В статье рассматриваются некоторые аспекты проблем, возникающих в связи с развитием генной инженерии. Особо острые дискуссии возникают в настоящее время вокруг проблемы клонирования человека. Реальность осуществления клонирования вида homo sapiens порождает социальный запрос на правовые и этические регламентации научных разработок в этой области. В статье обсуждается вопрос о том, допустимо ли клонирование человека с морально-этической, религиозной, юридической и философской точек зрения.

В последнее время в средствах массовой информации распространяется много различных предсказаний, пожеланий, догадок и фантазий о клонировании живых организмов, в том числе и человека. После сообщения британских ученых о появлении на свет овцы, генетически идентичной другому животному, но не являющейся ему однояйцовым близнецом и существенно отличающейся от него по возрасту, во всем мире начались оживленные дебаты, касающиеся различных аспектов клонирования млекопитающих. Особенно остро дискутируется эта тема в связи с существующей (пока что, правда, теоретически) возможностью клонирования человека. Средствами массовой информации обсуждаются этические, юридические, религиозные, психологические и другие (порой самые невероятные) проблемы, которые могут возникнуть при внедрении в практику такого способа воспроизводства человека. Однако, как это нередко бывает в подобных случаях, во многих публикациях стремление к сенсации подменяет суть проблемы, особенно когда дискуссия ведется неспециалистами, или людьми, недостаточно глубоко знающими и понимающими данную проблематику. В то же время серьезность поставленного вопроса не вызывает сомнений. Поэтому представляется небезынтересным осветить некоторые философско-гуманитарные аспекты проблемы клонирования.

Расшифровка структуры генетической молекулы в 1953 году способствовала возникновению генной инженерии. За пятьдесят лет эта дисциплина, пройдя через изучение влияния на организм в целом, его органы и клетки, перешла к изучению влияния на такие элементарные единицы как гены. Ритм научных исследований все время увеличивается, и современная биология открывает новые пути для терапии, которая, видимо, уже в самые ближайшие времена будет способна справиться с болезнями, на сегодняшний день считающимися неизлечимыми. Генная инженерия, в отличие от методов скрещивания, стирает межвидовые барьеры, позволяя создавать организмы с принципиально новыми комбинациями наследственных свойств. Данные технологии позволяют выделять индивидуальные гены и последовательности ДНК, а затем направленно изменять их, создавая рекомбинантную ДНК с новыми свойствами. Генная инженерия является наиболее перспективным направлением биотехнологий. Возможности генной инженерии ошеломляющие.

Но, вместе с тем, развитие генной инженерии и методов клонирования ставит ряд очень непростых общественных, этических, правовых, религиозных и философских

проблем. Манипуляции с генетическим материалом связаны с появлением новых, в частности медико-биологических, рычагов управления и власти над человеческой жизнью и, следовательно, с новым набором средств ограничения человеческой свободы. Но биологическое ограничение свободы - это наиболее эффективное ее ограничение, связанное с возможностью ее необратимой утраты. Этим определяется острота этической рефлексии современных биогенетических исследований.

Современная наука с понятием «клонирование» связывает технологию размножения живых организмов, в результате которой из одной клетки получаются генетически идентичные особи. Эта технология соединяет методы искусственного оплодотворения in vitro и генетическое «проектирование» или моделирование наследственности. Другими словами, если с помощью искусственного оплодотворения осуществляется борьба за возможность возникновения жизни, а с помощью генетики пытаются решить вопрос о ее качестве (например, освобождение с помощью молекулярной хирургии от неизлечимых болезней), то клонирование «призвано» бороться за возможность возникновения жизни с определенными качественными параметрами.

Клонированием называют метод создания клонов (организмов или клеток, генетически идентичных одной родоначальной клетке), путем переноса генетического материала из одной (донорской) клетки в энуклиированную яйцеклетку (клетку, из которой удален ядерный материал).

Первая задача процедуры клонирования заключается в получении стволовых (недифференцированных, или первоначальных) клеток. Ведь каждая клетка взрослого организма имеет свою особую задачу, она специальна, или дифференцирована. Для получения нового организма годится не любая клетка, а лишь та, которая находится на первоначальной, ранней стадии дифференциации. Вторая задача - пересадка клеток: получение «культуры» первоначальных клеток, удаление ДНК из яйцеклетки, получение «пустой» яйцеклетки, введение «первоначальной» ДНК в яйцеклетку, получение эмбриона. Третья задача - имплантация эмбриона в «суррогатную мать»1.

С помощью клонирования могут быть разработаны новые подходы к диагностике и лечению серьезных наследственных заболеваний человека. Использование данной технологии в научно-исследовательских работах может ускорить понимание таких проблем, как рак, формирование организма, проблема старения и др.

В феврале 1997 года биомедицинская наука зафиксировала факт искусственного создания млекопитающего. В журнале Nature появилась научная статья, посвященная успешному эксперименту британских ученых (И. Уилмут и его коллеги) по клонированию, завершившемуся появлением на свет овцы.2 Овца Долли - генетическая копия матери, полученная путем клонирования. Своей работой - созданием овцы из клетки взрослого животного - Уилмут с коллегами открыли путь к клонированию любого биологического вида, включая человека.

1997 г. стал принципиальной вехой на пути реализации идеи о создании существ с заданными свойствами с помощью генетических манипуляций. Эксперименты дают вполне конкретный ответ на вопрос о возможности человеческого соавторства биологической эволюции. Именно поэтому они обостряют этические проблемы. Если опыты по клонированию животных из клеток взрослого организма - это осуществление мечты нескольких поколений селекционеров, то осуществлением «мечты» какого «селекционера» могут стать опыты по клонированию человека, т.е. по дублированию людей с определенным набором качеств? Поэтому неудивительно, что вокруг проблемы клонирования человека возникают особо острые дискуссии. Существуют ли возможности клонировать человека в настоящее время? Пока, судя по всему, такие технологии отсутствуют.

1 Силуянова И В. Биоэтика в России: ценности и законы. - М.: «Грантъ». 2001. - С. 116.

2 Wilmut I. et al. Nature. 1997. 385: 810-813.

Хотя с технической точки зрения клонирование человека выглядит вполне выполнимым проектом. Недавно в средствах массовой информации даже прозвучало известие о рождении первого клона человека. Хотя пока сложно сказать, имело ли место это событие на самом деле, ведь вся информация о ребенке и его матери строго засекречена.

В связи с реальностью осуществления клонирования вида homo sapiens возникает ряд чисто научных, этических, философских и юридических проблем. Во-первых, имеющаяся научная информация указывает на то, что данный метод нельзя считать абсолютно безопасным для человека. Так, не совсем ясно, как скажутся на клонах старение организма и клетки, а также возможные мутации в ядрах клеток-доноров. Эксперимент с Долли оказался в этом смысле не слишком удачным: животное страдало артритом, ожирением и признаками преждевременного старения, и совсем недавно ученые сообщили о гибели первой клонированной овцы. Добавим, что ни одна исследовательская группа не смогла пока получить второе такое животное. Также не стоит забывать, что для того, чтобы клонировать Долли, ученым понадобилось осуществить 277 попыток, не увенчавшихся успехом. Во-вторых, возникает вопрос: должен ли вообще ряд экспериментов с животными быть продолжен клонированием человека? Допустимо ли это с моральной, религиозной, философской и правовой точек зрения? Мнения здесь расходятся.

Сегодня исследователи генома человека говорят о блестящих перспективах клонирования. Тем не менее, многие из них все же признают степень риска своей деятельности. Профессор Жан Доссе, лауреат Нобелевской премии по физиологии и медицине (1980) констатирует: «В области генетики человека неразумное использование новых технологий может привести к катастрофическим последствиям» 3. Возможно, это предчувствие катастрофы связано с библейским миропониманием. В «Книге Бытия» описываются два древа - древо жизни и древо познания добра и зла. Что произошло с человеком, когда он, нарушив запрет, вкусил плод с древа познания добра и зла, известно - началась человеческая история. Что может произойти с человечеством, если люди прикоснутся к плодам с древа жизни? Этот вопрос нередко задается сегодня деятелями Церкви. Он имеет глубинный онтологический смысл, на который нельзя не обратить внимание даже человеку, далекому от религиозного понимания мира. С ним и связан слой социальных ожиданий, в данном случае катастрофических.

В начале XXI века ученые-генетики, философы, политики, религиозные деятели, социологи встают перед необходимостью решения целого комплекса реальных этических проблем генных технологий. Может ли человек (ученый, исследователь-генетик, политик) стать соавтором биологической эволюции? Может ли и должна ли реальность биогенетического неравенства (способности, здоровье) стать основанием для социального неравенства? Могут ли государство и общество регулировать процесс научных исследований, и если «да», то «как»? Этично ли создавать «запасные части» для рынка органов, тканей, генов, используя внутриутробные зародыши? Допустимы ли подобные процедуры с эмбриональным материалом вообще? Можно ли и нужно ли улучшать или «гармонизировать» человека и род человеческий путем клонирования? Да и обладает ли человек правом на селекцию себе подобных и «проектирование» тех или иных качеств человека? Подобные вопросы составляют суть гуманитарно-философской проблематики генных технологий. Каждый из них является сегодня не произвольной конструкцией изобретательного и пытливого человеческого ума, а естественным следствием уже существующей научной практики.

Либеральная позиция, оценивая эту технологию сквозь призму безусловной ценности «прав индивида» и «прав» прогресса научно-технических исследований, склоняется к положительному ответу. Один из аргументов - запреты на научные исследования всегда имеют ограниченный временем характер. Приверженцы этой точки зрения считают, что

’ Доссе Ж. Научное знание и человеческое достоинство.//Курьер ЮНЕСКО. 1994. Ноябрь. - С. 5.

появление человеческих генетических копий безопасно. Не надо бояться возможности клонирования, в данном смысле тиражирования гениев преступного мира, маньяков -ведь душа генетически не обусловлена, и именно поэтому в клонировании нет ничего аморального. Представитель либеральной идеологии Э. Сулейман считает, что государство «должно оставаться сторонним наблюдателем там, где дело касается научных исследований; не должно ... вмешиваться в определение направлений научных поисков или осуществлять контроль за применением научных открытий; вмешиваясь в дела науки, государство способно превратить ее из объективного поиска знаний в инструмент государственной идеологии»4. Эта позиция может быть Оценена как крайняя.

Сторонники консервативной точки зрения напоминают, что реализация таких проектов означает претензии человека на роль Бога. В «Декларации о проекте «Геном человека»» отмечается: «Определенная озабоченность возникает из-за опасения, что исследователь, занятый работой по проекту, может взять на себя роль своеобразного «бога» или попытается вмешаться в действия законов природы»5. На сегодняшний день известна «опальная тройка» ученых, дающая из недр своих лабораторий обещания в самом ближайшем будущем воспроизвести клон человека. Имена этих клонмейкеров - Северино Антинори, Панайотис Завос и Бриджит Буаселье. Мир воспринимает их заявления с тревогой. Не случайно, многие общественные организации заявляют о том, что в настоящее время морально неприемлемы любые попытки создания детей методом клонирования. ООН готовит международное соглашение о запрете клонирования людей. Идея соглашения возникла как реакция на заявление итальянского ученого Северино Антинори, объявившего о намерении стать первым, кто осуществит клонирование человека.

Представители Церкви считают, что «целью генетического вмешательства не должно быть искусственное «усовершенствование» человеческого рода и вторжение в Божий план о человеке»6. Религиозные деятели во всем мире остаются верными строгости понимания сакральности человеческой жизни: каждый человек создан как уникальная личность «по образу Божию». Поэтому подавляющее большинство православных специалистов по этике настаивает, что все формы евгеники, включая манипулирование с человеческим генетическим материалом вне терапевтических целей, в нравственном отношении неприемлемы и угрожают человеческой жизни и благополучию. Считается, что в нашем современном мире использование клонирования человеческих клеток неизбежно приведет к злоупотреблениям: коммерциализации «первичных» ДНК, производству детей с целью получения «запасных частей», к движению в направлении создания «высшего» класса человеческих существ.

Представляется, что в поддержку консервативной позиции могут быть высказаны и другие опасения. Во-первых, существует опасность формирования околонаучных полу-криминальных исследовательских групп, стремящихся к незаконному личному обогащению через обещание «чуда» клонирования. Во-вторых, клонирование может создать угрозу человеческому достоинству, уникальности и личной неприкосновенности, делая наследственность человека беззащитной перед посторонним вмешательством. В-третьих, широкомасштабное клонирование может означать вторжение в наследственное разнообразие человеческой популяции - естественную основу ее социального и биологического благополучия, включая устойчивость к неблагоприятным внешним воздействиям и различным заболеваниям; а это грозит возможным вырождением и деградацией человечества. Наконец, тиражирование определенных генотипов может быть использо-

4 Сулейман Э. Границы дозволенного.//Курьер ЮНЕСКО. 1994. Ноябрь. - С. 17.

5 Врачебные ассоциации, медицинская этика и общемедицинские проблемы. Сборник официальных документов. -М. 1995. - С. 74.

6 Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. Информационный бюллетень ОВЦС Московского Патриархата - 2000. № 8. - С. 78.

вано злонамеренными людьми для реализации криминальных и/или милитаристских планов, отрицательные последствия которых окажутся соизмеримыми с последствиями геноцида целых народов. Большинство религиозных деятелей в различных странах считают необходимым ввести мораторий на эксперименты по производству человеческих клонов.

Однако разработка и использование данных методов сулит большие перспективы в медицине. Сегодня довольно быстро развивается технология клонирования изолированных клеток и тканей живых организмов, как метод врачевания многих тяжелых болезней, ныне практически неизлечимых, таких как диабет, лейкемия, болезни Паркинсона и Альцгеймера, заболевания сердца и др. Основа этой технологии - изучение стволовых клеток7. Стволовые клетки являются предшественниками всех клеток организма. В разных условиях они способны превращаться в любые другие клетки. Причем способность к таким превращениям у них сохраняется и при выращивании колонии из одной единственной так называемой стромальной клетки. Это значит, что принципиально возможно вырастить большое количество стволовых клеток, а затем направить их «по нужному пути» - для восстановления поврежденных тканей. Стромальные клетки в клинической практике - это уже реальность. Осознана необходимость создания индивидуальных или донорских банков стволовых клеток для восстановительной медицины будущего. Для этих целей могут быть использованы и эмбриональные стволовые клетки. Это клетки человеческого зародыша, обладающие способностью образовывать различные типы тканей. Стволовые клетки клонируемых эмбрионов и предполагается использовать для терапевтических целей. Однако исследования в этой области во многих странах сейчас «заморожены». Основная причина - морально - этическая. Сторонники так называемой абсолютистской позиции, основываясь на моральных и религиозных принципах, требуют запрета любых манипуляций с эмбрионами на любых стадиях развития, поскольку считают, что эмбрион - это существо, имеющее душу с момента оплодотворения. Высказывается мнение о том, что дальнейшие исследования в этой области могут нести опасность генофонду, здоровью человечества, поскольку отдаленные последствия данных методов еще не изучены. Выдвигаются требования установления жестких критериев, ограничивающих применение таких технологий. Приверженцы противоположной точки зрения призывают к широкому использованию эмбриональных стволовых клеток.

Более умеренная (градуалистическая) позиция (которую занимают многие ведущие специалисты - в области медицины, эмбриологии, генетики, а также философы, социологи и законодатели) исходит из того, что в правовой защите нуждается лишь развивающийся эмбрион, когда он приобретает черты и свойства, характерные для личности. Согласно этой позиции, в терапевтических и исследовательских целях эти работы допускаются при строгом соблюдении регламентирующих законодательных актов, широком контроле и информировании общественности и одобрении специальными контролирующими институтами. Примером такого регулирования может служить специальный правительственный комитет, созданный в Англии в 1982 г., а затем и институт (в 1990 г.), целью которого является контроль за эмбрионами человека, их использованием с терапевтическими и исследовательскими целями и разработка рекомендаций правитель-

о о Ш

ству для специального законодательства .

Ключевой морально-этической проблемой подобных исследований является статус эмбриона человека. С одной стороны, клонирование человеческих эмбрионов позволяет

7 Смирнов В. Восстановительная терапия будущего. //Наука и жизнь. - 2001. N 8.

Baird D.T. Biological data, medical indications and statutory aspects of assisted conception. Report - Council of Europe's Third Symposium on Bioethics 1996;Strasbourg.

5 Wamock M. Report of the Committee of Inquiry into Human Fertilization and Embryology. HMSO.CMND.9314.1984.

10 Wamock M. Do Human cells have right? Bioethics - 1985:1:1:1-14.

спасти жизни живущих, с другой стороны, отдав стволовые клетки, эмбрион погибает. С какого момента развития эмбрион человека должен рассматриваться как личность? По каким критериям необходимо решать проблему определения личности, статуса эмбриона и/или гамет? Проблема определения возраста, с которого эмбрион человека можно рассматривать как личность, обладающую правами (в первую очередь - на жизнь) и защищаемую законодательством, возникает в ходе обсуждения вопроса о возможности осуществления различных манипуляций с эмбрионами. Под понятием «манипуляции с эмбрионом человека» подразумевают: культивирование их in vitro для терапевтических (лечение бесплодия) и исследовательских (улучшение условий культивирования, разработка новых методов диагностики и пр., изучение закономерностей оплодотворения и развития) целей, отработка условий и проведение глубокого замораживания гамет и эмбрионов и хранение их в таком состоянии с последующим их использованием для выполнения практической программы ЭКО (экстракорпорального оплодотворения), или в научных целях. Правомочность выполнения таких манипуляций и степень допустимого воздействия на эмбрионы человека широко обсуждаются в специальной и популярной литературе и правительствами ряда стран 11 1213.

Одним из главных в определении возраста эмбриона человека как личности является вопрос о том, когда плод человека приобретает способность чувствовать? Согласно научным данным, первые движения плода зафиксированы на 6-й неделе развития 14, в это же время плод реагирует на прикосновения. На основании данных исследований центральной и периферической нервной системы 15 высказано мнение о том, что плод человека начинает чувствовать в возрасте 18-25 недель, но до 30-й недели развития отсутствуют доказательства способности плода перерабатывать полученные ощущения. Автор указывает на 30-ю неделю развития как границу между плодом и человеческим существом. Поскольку полноценное функционирование мозга (а по каким критериям это определяется, где граница перехода в неполноценную функцию?) наступает у человека после первых 2 лет жизни (определение психиатров), некоторые исследователи считают, что разговор об эмбрионе как личности - не состоятелен. Другие предлагают как личность рассматривать плод после 7 месяцев, когда он приобретает способность жить самостоятельно (вернее - изолированно) вне тела матери. С. Глобштейн 16 в качестве критерия определения возраста, с которого эмбрион можно рассматривать как личность, предлагает учитывать его способность реагировать на раздражение или причиняемую ему боль, что проявляется у 6-8-недельного эмбриона. Другие ученые считают неправомочным принимать за такой критерий реакцию плода на раздражение, так как полагают, что бессознательное состояние и нечувствительность к боли не могут служить основанием для отказа в защите прав личности ,7.

Итак, при всестороннем обсуждении проблемы определения статуса эмбриона человека, прежде всего встает вопрос о том, с какого момента эмбрион человека становится личностью? Жизнь человека начинается с момента оплодотворения. А душа? Душа - это Божий дар, и она вселяется в эмбрион также с момента оплодотворения, согласно хри-

" Курило Л.Ф. Право родиться. //Человек. - 1995. №4 - С. 112-119.

12 Курило Л.Ф. Некоторые морально-этические проблемы репродукции человека. Биомедицинская этика. Ред. В.И.Покровский. - М.: Медицина, 1997. - СЛ51-171.

13 Лопухин Ю.М. Биоэтика. - Вести. РАМН, 1993. № 9,- С. 41-47.

14 Remold Е. Fetal motor behaviour during pregnancy as a dynamic criterion of embryofetal health. Invest. Ultrasonol.

2 Clin. Adv.- London 1981,- P.78-86.

15 Tawia S. When is the capacity for sentence acquired during fetal development? J Maternal- Fetal Med -1992;1:3:153-165.

16 Olobstein C. External human fertilisation. Sci Amer - 1979;240: 6:33-43.

17 Evans D. Pro-attitudes to preembryos. In: Conceiving Embryo. Martinus Nijholff Publ., The Hague. - Boston - 1996; 358: 3-7.

стианской вере. По Корану, вселение души, которая превращает живое существо в личность, происходит на 40-й день (или позднее...).

А как быть со следующими вопросами. Ранний эмбрион - это начало жизни или начало жизни человека, личности? Ранний эмбрион - это масса недифференцированных клеток или душа? К понятию душа могут ли быть приложимы биологические критерии или это понятие морали, этики? Зарождение эмбриона - это один случай из множества случайных или неосуществленных возможностей (вследствие естественной селекции на уровне гамет, зигот, эмбрионов и т.д.) или дар Бога (догмат предопределения)? Если жизнь священна, то моральная дилемма - определение статуса эмбриона человека - безнадежна. Этично ли обсуждать право эмбриона человека на жизнь и не говорить об охране права животного на жизнь?

При обсуждении медико-биологических, морально-этических аспектов определения предельного возраста эмбриона, допустимого для использования в эксперименте, ведущие эмбриологи мира называют, как правило, период от момента оплодотворения (стадия зиготы) до 14-го дня развития (до начала формирования первичной полоски и появления элементов нервной системы)18 или срок до 30-го дня развития (начала дифферен-цировки структур головного мозга). Отмечают, что эмбрион человека в системе in vitro не является законоправным субъектом и не имеет защиты. Эмбрион является общественным объектом, принадлежащим поставщикам гамет, и судьбу эмбриона решают они (или их наследники), хотя нельзя говорить об обычной, в общепринятом понимании, собственности. JI. Хоннефельдер19 полагает, что начало жизни, как и ее конец, не может рассматриваться как точка (момент) во времени, но как процесс.

Большая часть среди участвующих в обсуждении этой проблемы специалистов, учитывая невозможность в настоящее время решить вопрос о статусе эмбриона человека и невозможность (нецелесообразность?) остановить использование некоторых аспектов биотехнологии (клонирование животных и пр., но не человека), придерживаются умеренной позиции. Согласно последней, в основе начала жизни лежит природа последовательных биологических процессов, и защита эмбриона человека должна соответствовать степени его развития20. Указывается, что в силу прогресса биологических знаний могут меняться стандарты этических правил, в том числе относительно статуса эмбриона. Научная ценность исследований на эмбрионах in vitro (до 14-го дня развития) признается несомненной.

Таким образом, широкое обсуждение проблемы статуса эмбриона человека, проводимое в мире в последние годы с привлечением медиков и биологов, философов и социологов, юристов и теологов, свидетельствует о сложности, противоречивости, на сегодня - неразрешимости этого вопроса.

Вполне возможно, что клонирование человека из клетки взрослого организма может стать реальностью в ближайшие пять - десять лет. Если это случится, то новые генетические технологии породят и множество юридических проблем. Спектр возникающих вопросов довольно широк, и среди них можно выделить самые «животрепещущие». Будет ли клон обладать правами человека и гражданина? Кто должен являться родителями ребенка, если клонируется живая клетка, а в процедуре участвуют три особи: донор клетки, донор яйцеклетки и суррогатная мать? Нужно ли будет пересматривать разделы конституционного, гражданского, семейного и наследственного права?

18 McLaren A. Research on embryos in vitro. The various types of research. Report - Council of Europe's Third Symposium on Bioethics - Strasbourg. 1996.

19 Honnefelder L. Nature and status of the embryo: Philosophical aspects. Report - Council of Europe's Third Symposium on Bioethics. - Strasbourg. 1996.

Hermeren G. Nature and status of the embryo: Philosophical aspects. Report - Council of Europe's Third Symposium on Bioethics. -Strasbourg. 1996.

Также возникают вопросы правового статуса, относящиеся к клону и клонируемому (например, проблема установления родственных связей между ними), проблемы, связанные с правом собственности на ДНК и многие другие. Как, предположим, ответить на вопрос, кто является матерью ребенка: вынашивающая и рожающая его женщина или же донор яйцеклетки? Может ли суррогатная мать быть законной матерью клонированного ребенка? С одной стороны, эта женщина имеет большую часть очевидных признаков материнства. В то же время ребенок, рожденный от этой вынашивающей матери, не имеет к ней генетического отношения, ведь он будет идентичен генетическому набору донора (доноров) ДНК. На генетическом уровне это похоже на то, как если бы лицо, предоставившее ДНК, произвело на свет однояйцового близнеца много лет спустя после того, как само родилось. А какие юридически значимые родительские права имеет «вкладчик генетического материала»? Ведь, в отличие от типичной матери, которая поставляет лишь половину генетического материала, эта женщина поставляет весь материал, и, таким образом, должна иметь большие права на материнство. А если донор генетического материала - мужчина, то тогда кто является матерью? Эти и другие подобные вопросы могут доставить немало сложностей в определении понятий материнства и отцовства. Может быть, «отцом» следует считать поставщика ДНК, вне зависимости от того, является этот индивидуум мужчиной или женщиной? Ведь поставка даже половины генетического материала - достаточное условие для того, чтобы признать отцовство. Вероятно также возникновение иного вопроса: может ли ребенок иметь две или больше матерей?

Отношения между клоном и клонируемым можно рассматривать и под другим углом, если предположить, что они представляют собой отношения между родными братьями (сестрами), а не отношения между детьми и родителями. Ведь отношения между клоном и клонируемым очень напоминают отношения между однояйцовыми близнецами, один из которых родился значительно позже другого. С одной стороны, генетически они идентичны. С другой, если пользоваться трактовкой, что индивиды должны иметь общую мать или общего отца (или того и другого), чтобы считаться детьми одних родителей (родными братьями или сестрами), то трудно принять, что отношения между клонируемым и клоном могут являться отношениями детей одних родителей (родных братьев или сестер), при полном отсутствии общих родителей.

Есть еще третий вариант: рассматривать вероятность того, что между клонируемым и клоном нет никаких родственных отношений. Представляется, что эти проблемы требуют глубокого изучения специалистами в области семейного права.

Ученые считают, что технически также нет препятствий процессу клонирования с использованием клеток умершего человека. Если это так, то кто должен распоряжаться генетическим материалом умершего для последующего воспроизводства этого человека? Может ли индивидуум, чьи клетки были клонированы после смерти, являться отцом (матерью)?

Если попытка клонирования человеческого существа осуществится, то, безусловно, существующее право будет стремиться к четкому описанию семейных отношений, которые последуют. Вполне возможно, что юристам придется рассмотреть и вопрос о праве собственности на свою ДНК, ведь клетки могут быть взяты без согласия человека. С одной стороны, человек должен иметь исключительные права на свой генетический материал. Вместе с тем, в законах заложены понятия патента, авторского права, что не позволяет использовать идеи другого человека. Правомерно задаться вопросом: если донор имеет исключительные права на свою ДНК, то будет ли он иметь те же права на органы клона? Ведь клон есть генетическая копия своего донора.

Также отметим, что сегодня невозможно сказать с определенностью, будет ли клонирование трактоваться по закону как основное право. Относительно свобод, таких, как вынашивание и рождение детей и принятие решения по поводу того, иметь или не иметь

детей, возможны две точки зрения. С одной стороны, если считать, что клонирование является средством, служащим воспроизводственным целям, то его следует расценивать как деторождение. С другой позиции можно рассматривать клонирование как радикально новое явление, которое следует классифицировать скорее как создание копий, нежели воспроизводство. Таким образом, если клонирование окажется реальностью, юристам придется немало потрудиться, определяя в связи с этим рамки законодательства.

Многие утверждают, что проблемы клонирования не имеют ничего общего с технической стороной клонирования, что эти проблемы, скорее, связаны с опасением, что индивиды - продукты этой технологии не будут считаться обществом людьми. А это, в свою очередь, приведет к ряду серьезных нарушений гражданских законов и этики, таких, как использование органов этих людей для трансплантации, использование их в целях эксперимента, в качестве рабов или использование в других запретных видах деятельности. Правильность или неправильность данного мнения о возможном (в будущем) этическом нарушении человеческих прав людей-клонов оценить сложно.

Представляется, что, в случае одобрения процедуры клонирования человека мировой общественностью, человек-клон должен считаться отдельной неповторимой полноценной личностью, обладающей правом на то, чтобы с ней обращались как с уникальным человеческим существом. Но, вероятно, не следует спешить с введением практики клонирования человека, пока не будет проведена соответствующая просветительская работа, разъясняющая людям, что клоны - человеческие существа, к которым следует относиться с полным уважением.

Однако на сегодняшний день многие закономерности клонирования ученым попросту пока неизвестны. С таким научным багажом стремиться создавать клон человека, видимо, преждевременно. Ныне, возможно, как никогда ранее, необходимо соблюдать основной тезис медицины «Не навреди».

Как уже упоминалось, технология клонирования затрагивает не только гражданско-правовые, но и философские и этические проблемы. Например, опасение нанести вред ребенку, являющемуся результатом клонирования; страх перед упрощением смысла личной индивидуальности, неповторимости и перед таким понятием, как деградация семьи в традиционном смысле слова. Помимо этих проблем возникают и теологические, которые могут ущемить святые чувства верующих людей.

Следует отметить, что, хотя потенциальная возможность клонирования людей породила обширную дискуссию, на сегодняшний день нет государства, чье законодательство включало бы в себя полный перечень основ правового регулирования проблем, связанных с данными генными технологиями. Во многих европейских государствах наложен временный запрет на исследования и разработки по клонированию человека. По ряду причин этических, нравственных, философских, религиозных клонирование человека в этих странах в настоящее время недопустимо.

Европейское сообщество пока не готово к дальнейшему продолжению штурма этой области генетики человека. Американцы не запрещают законодательно такие опыты, но и не финансируют их из федеральных фондов. При этом утверждается, что клонирование противоречит этическим нормам США. В 2002 г. в России также обсуждался законопроект о временном запрете на клонирование человека. Запрет введен сроком на пять лет. Впрочем, законопроект «О временном запрете на клонирование человека» не запрещает российским ученым «доступ к освоению и разработке новейших технологий клонирования, необходимых для целей медицины», но предусматривает запрет на ввоз на территорию России и вывоз клонированных человеческих эмбрионов. Понятно, что любые манипуляции с генетическим материалом человека вызывают серьезные возражения этического характера. Однако положительный эффект подобных экспериментов очень велик. Исследователи полагают, что стволовые клетки взрослого человека, а не только эмбрионов, могут оказать неоценимую услугу медицине.

Особую позицию в этом вопросе занимают Япония и Китай. В Китае клонирование получило государственную поддержку. Правительство этой страны выделило средства на строительство первого государственного Центра терапевтического клонирования. В китайском Центре будут выращивать стволовые клетки, чтобы в дальнейшем использовать их для профилактики и лечения болезней. Планируется создание банка стволовых клеток. Страна восходящего солнца также одобрила исследования по клонированию человека.

Можно констатировать, что проблема клонирования предоставляет некий геополитический срез современного мира. Европейское сознание не готово к появлению новой медицинской технологии. Большая часть общественности согласна отказаться от терапевтической пользы клонирования, связывая его с проявлением цивилизованного каннибализма - поглощения себе подобных. Европейский консерватизм по-прежнему находит поддержку в религиозных кругах. «Восточная медицина» более хладнокровно наблюдает за развитием генных технологий, понимая, что в чистом виде клонирование -все еще миф. Ведь коэффициент эффективности и повторяемости в эксперименте по-прежнему слишком низкий, чтобы считать технологию клонирования освоенной. Однако, по-видимому, уже сегодня назрела необходимость всестороннего компетентного обсуждения этой проблемы, создание законодательной базы и выработки соответствующих международных правил действенного лицензирования учреждений и специалистов, занимающихся в области генной инженерии, и проведения регулярного контроля за их работой со стороны независимых организаций.

Бесспорно, научный прогресс не остановить. По-видимому, исследования в области эмбриологии человека вполне допустимы, очень важны и должны проводиться. Хотя клонирование человека во многих странах пока что неприемлемо, сопутствующие научные знания и подходы могут быть уже сейчас полезными в разработке современных методов лечения бесплодия, а также тяжелых, пока что неизлечимых заболеваний. Кроме того, использование методик, разрабатываемых в проблематике клонирования человека, может привести к созданию новых технологий клонирования тканей и органов человека, банка «запасных частей» для конкретных людей и обеспечить весьма значительное продление их жизни.

Вероятно, рано или поздно все равно настанет время, когда, по крайней мере, данные, полученные в области клонирования людей или на основе его принципов, войдут в повседневную жизнь. Хотелось бы только, чтобы общественное мнение, способное сдерживать развитие вспомогательных репродуктивных технологий, базировалось не на поверхностных представлениях о них, а на глубоком знании предмета, и было направлено на благо как сегодняшнего человека, так и будущих поколений. И, может быть, несмотря на то, что есть вечные, непреходящие этические ценности, не стоит слишком настойчиво экстраполировать на отдаленное будущее всю систему идеалов и норм современной морали. Нам сейчас трудно судить, какую конкретную форму примут общечеловеческие, в том числе нравственные, ценности, если человечеством - через немыслимо большое время - будет все-таки принята идея о необходимости вмешательства в эволюцию вида homo sapiens путем искусственного отбора.

PHILOSOPHICAL AND HUMANITARIAN ASPECTS OF THE HUMANE CLONING PROBLEM

E.N. GNATIK

Department of Ontology and Epistemology, Faculty of Humanities and Social Sciences, Russian Peoples’ Friendship University 117198 Russia, Moscow, Miklucho-Maklay Str., 6

In this article some aspects of problems arising in gene engineering are considered. The question about permissibility of humane cloning are discussed from philosophical, religious, moral and juridical points of view.