Правовые последствия решений Конституционного Суда Российской Федерации: попытка классификации 99

УДК 342.1

ПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ РЕШЕНИЙ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: ПОПЫТКА КЛАССИФИКАЦИИ

© Петров А. А., 2013

Институт законодательства и правовой информации им. М. М. Сперанского, г. Иркутск

Правовые последствия решений Конституционного Суда Российской Федерации исследованы в статье посредством их классификации по ряду оснований (уровень нормативного закрепления, категория дела, сфера приложения и т. д.).

Ключевые слова: решения Конституционного Суда Российской Федерации; правовые последствия решений Конституционного Суда Российской Федерации; судебное решение.

Решения Конституционного Суда Российской Федерации (далее — Конституционный Суд) являются правовыми актами и как таковые характеризуются юридической силой, под которой, на наш взгляд, следует понимать ограниченное во времени и в пространстве действие решения Конституционного Суда, определяемое с учетом его статуса как судебного органа конституционного контроля, самостоятельно и независимо осуществляющего судебную власть в Российской Федерации посредством конституционного судопроизводства.

Обладая юридической силой, решения Конституционного Суда способны воздействовать на общественные отношения, регулировать их. Эта способность проявляется прежде всего через определяемые в соответствии с Конституцией Российской Федерации (далее — Конституция) и Федеральным конституционным законом от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» [1] правовые последствия решений Конституционного Суда. Как пишет С. П. Нарыкова, «способность к регулированию общественных отношений выступает центральной характеристикой механизма правового регулирования, позволяющей рассматривать его в качестве системного образования... Функционирование правового механизма происходит в результате последовательного воздействия нормативной подсистемы на формирование правового сознания, которое, в свою очередь, детерминирует поведение субъектов правоотношений, а возникающие

таким образом реальные общественные отношения представляют собой материальный источник новых правовых норм» [2]. Сказанное относится к механизму правового регулирования в целом, но в равной мере справедливо и для отдельных видов правовых актов — включая, соответственно, и решения Конституционного Суда.

Правовые последствия решений Конституционного Суда весьма многообразны, что порождает множественность возможных подходов к их анализу, включая выбор оснований для их классификации. В настоящей статье предпринята попытка сформулировать эти основания.

1. В соответствии с ч. 3 ст. 128 Конституции полномочия, порядок образования и деятельности Конституционного Суда устанавливаются федеральным конституционным законом. Статья 2 «Законодательство о Конституционном Суде Российской Федерации» Закона о Конституционном Суде, по сути, воспроизводит эту норму, устанавливая, что полномочия, порядок образования и деятельности Конституционного Суда определяются Конституцией и данным законом. Это позволяет выделять правовые последствия решений Конституционного Суда в зависимости от уровня их нормативного закрепления.

Так, непосредственно в Конституции установлено, что акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу; не соответствующие Конституции международные договоры Российской Федерации не подлежат введению в действие и применению (ч. 6 ст. 125).

Многие другие правовые последствия решений Конституционного Суда в Конституции закрепления не получили и предусмотрены Законом о Конституционном Суде. Например, в соответствии с ч. 3 его ст. 79 решения судов и иных органов, основанные на актах или их отдельных положениях, признанных постановлением Конституционного Суда неконституционными, не подлежат исполнению и должны быть пересмотрены в установленных федеральным законом случаях. В силу ч. 2 ст. 87 Закона о Конституционном Суде признание не соответствующими Конституции федерального закона, нормативного акта Президента Российской Федерации, нормативного акта Правительства Российской Федерации, договора или отдельных их положений является основанием для отмены в установленном порядке положений других нормативных актов либо договоров, основанных на признанных неконституционными полностью или частично нормативном акте либо договоре либо воспроизводящих их или содержащих такие же положения, какие были признаны неконституционными.

В отдельных случаях правовые последствия решений Конституционного Суда определяются самим Конституционным Судом. Правовой основой для этого является положение п. 12 ч. 1 ст. 75 Закона о Конституционном Суде, согласно которому в решении Конституционного Суда в зависимости от характера рассматриваемого вопроса могут устанавливаться порядок вступления решения в силу, а также порядок, сроки и особенности его исполнения и опубликования. Конституционный Суд, используя эту возможность и действуя, прежде всего, в целях обеспечения надлежащего баланса конституционных ценностей, определяет в своих конкретных решениях их специальные, т. е. свойственные только этим конкретным решениям, правовые последствия. Например, признавая своим Постановлением от 29 мая 1998 г. № 16-П [3] не соответствующей

Конституции ч. 4 ст. 28 Закона Республики Коми от 25 марта 1996 г. № 12-РЗ «О государственной службе Республики Коми» [4], согласно которой запрет государственным служащим быть депутатами Государственного совета (законодательного органа) республики не распространялся на государственных служащих, избранных депутатами этого органа до вступления названного

Закона в силу, Конституционный Суд предписал органам законодательной и исполнительной власти Республики Коми принять незамедлительные меры к прекращению, в соответствии с данным Постановлением Конституционного Суда, совмещения государственной службы с осуществлением депутатских полномочий (абз. 1 п. 2 резолютивной части Постановления). Особенностью этого примера является то, что содержание указанных мер в самом Постановлении Конституционного Суда не конкретизировано, из чего следует, что они могли иметь совершенно различный характер, но в своей совокупности в любом случае должны были привести к полному устранению правонарушающей ситуации, которая создалась на основе ч. 4 ст. 28 названного Закона Республики Коми.

2. Правовые последствия решений Конституционного Суда дифференцируются в зависимости от того, к каким категориям относятся соответствующие дела. Круг дел, которые Конституционный Суд вправе рассматривать, определяется положениями ч. 2—5 и 7 ст. 125 Конституции и ст. 3 Закона о Конституционном Суде. Каждая категория дел, подведомственных Конституционному Суду, обладает собственной спецификой, что обусловило появление в Законе о Конституционном Суде «особенной части» (раздел 3 «Особенности производства в Конституционном Суде Российской Федерации по отдельным категориям дел», главы IX—XV Закона). В данных главах, среди прочего, содержатся положения, определяющие характерные для данных дел правовые последствия решений Конституционного Суда. В частности:

• с момента провозглашения постановления Конституционного Суда о признании не соответствующими Конституции не вступившего в силу международного договора Российской Федерации либо отдельных его положений международный договор не подлежит введению в действие и применению, т. е. не может быть ратифицирован, утвержден и не может вступить в силу для Российской Федерации иным образом (ч. 2 ст. 91 Закона о Конституционном Суде);

• в случае если Конституционный Суд своим постановлением, принятым по итогам рассмотрения спора о компетенции, признает издание акта не входящим в компетенцию издавшего его органа государственной власти, данный акт утрачивает

силу со дня, указанного в решении Конституционного Суда (ч. 2 ст. 95

Закона о Конституционном Суде)1;

• в случае если Конституционный Суд по итогам рассмотрения жалобы на нарушение конституционных прав и свобод законом, примененным в конкретном деле, принял постановление о признании закона либо отдельных его положений не соответствующими Конституции, а равно о признании оспариваемых заявителем положений нормативного правового акта аналогичными нормам, ранее признанным не соответствующими Конституции постановлением Конституционного Суда, сохраняющим силу, и поэтому также не соответствующими Конституции либо о констатации факта, что примененная в конкретном деле норма ранее признана неконституционной постановлением Конституционного Суда, сохраняющим силу, данное дело во всяком случае подлежит пересмотру компетентным органом в обычном порядке (ч. 2 ст. 100 Закона о Конституционном Суде);

• правовые последствия решений Конституционного Суда по делам о проверке конституционности законов по запросам судов в порядке конкретного нормоконтро-ля Законом о Конституционном Суде не определены; ст. 104 этого Закона лишь предусматривает, что виды итоговых решений Конституционного Суда по таким делам устанавливаются ст. 100 этого же Закона, а согласно его ст. 103 принятие постановления Конституционного Суда по делу влечет возобновление приостановленного судом-заявителем производства по делу либо исполнение вынесенного судом по делу решения;

• в случае принятия Конституционным Судом решения о несоблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президента Российской Федерации в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления предусмотренное Конституцией рассмотрение обвинения прекращается (ч. 2 ст. 110 Закона о Конституционном Суде);

• правовые последствия постановлений Конституционного Суда по делам о толковании Конституции Российской Федерации в Законе о Конституционном Суде не регламентируются, что, вероятно, может быть объяснено уникальностью каждого такого дела и вытекающей отсюда невозможностью «стандартизации» соответствующих реше-

ний Конституционного Суда (в том числе и с точки зрения их правовых последствий).

Кроме того, в соответствии с Федеральным конституционным законом от 28 июня 2004 г. № 5-ФКЗ «О референдуме Российской Федерации» [5] в случае принятия Конституционным Судом по запросу Верховного Суда Российской Федерации решения о признании вопроса (вопросов) референдума не соответствующим (не соответствующими) Конституции процедуры по реализации инициативы проведения референдума прекращаются (ч. 17 ст. 15); если же Конституционный Суд по запросу Президента Российской Федерации признал инициативу проведения референдума по предложенному вопросу (предложенным вопросам) референдума соответствующей Конституции, Президент Российской Федерации не позднее чем через 15 дней со дня поступления решения Конституционного Суда назначает референдум, а если указанная инициатива признана не соответствующей Конституции, процедуры по ее реализации прекращаются с момента вступления в силу решения Конституционного Суда (ч. 2 ст. 23).

Что касается решений Конституционного Суда по делам, которые рассматриваются им в порядке абстрактного нормоконтроля, то содержащееся в Законе о Конституционном Суде регулирование особенностей рассмотрения дел этой категории создает проблему. Заключается она в том, что правила о недопустимости применения и необходимости отмены (либо соответствующего изменения) правовых актов (договоров) и их отдельных положений, основанных на признанных неконституционными полностью или частично нормативном акте либо договоре либо воспроизводящих их или содержащих такие же положения, какие были признаны неконституционными, формально относятся только к постановлениям Конституционного Суда, принимаемым по делам о соответствии Конституции нормативных актов органов государственной власти и договоров между ними, т. е. в порядке абстрактного нормоконтроля (ч. 2—5 ст. 87 Закона о Конституционном Суде). Однако идея, заложенная в этих правилах, имеет более широкое значение и должна, как представляется, относиться к любым делам, которые рассматриваются Конституционным Судом в сфере нормоконтроля. Конституционный Суд — во всяком случае,

такой вывод можно сделать из некоторых его решений — также придерживается мнения о том, что сфера применения указанных положений ст. 87 Закона о Конституционном Суде не ограничена лишь абстрактным нормоконтролем. Например, в 1996 г. им было принято решение по делу о проверке конституционности некоторых положений избирательного законодательства Республики Башкортостан [6]. Поводом к рассмотрению дела явился запрос Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Башкортостан, т. е. дело было рассмотрено на основании ч. 4 ст. 125 Конституции и главы XIII Закона о Конституционном Суде. Несмотря на это, Конституционный Суд в своем Определении от 22 октября 1999 г. № 162-О [7] при оценке аналогичных по содержанию положений Закона Республики Ингушетия от 1 октября 1998 г. № 14-РЗ «О выборах депутатов Народного Собрания — Парламента Республики Ингушетия» [8] сослался одновременно и на свое Постановление от 21 июня 1996 г., и на ч. 2 ст. 87 Закона о Конституционном Суде, которая на момент вынесения этого Определения действовала в своей первоначальной редакции и гласила: «Признание нормативного акта или договора либо отдельных их положений не соответствующими Конституции Российской Федерации является основанием отмены в установленном порядке положений других нормативных актов, основанных на нормативном акте или договоре, признанном неконституционным либо воспроизводящих его или содержащих такие же положения, какие были предметом обращения. Положения этих нормативных актов и договоров не могут применяться судами, другими органами и должностными лицами».

В связи с этим следует отметить, что в главах XII и XIII Закона о Конституционном Суде не установлено специальных правил, определяющих воздействие постановлений Суда по жалобам на нарушения конституционных прав и по запросам судом на акты, которые непосредственным предметом рассмотрения Конституционного Суда не были. Поэтому при принятии Определения Конституционного Суда от 22 октября 1999 г. № 162-О, как и в других аналогичных случаях, по существу, имеет место применение положений ст. 87 Закона о Конституционном Суде по аналогии.

Представляется, с учетом чрезвычайно высокой значимости адекватных правовых решений по вопросам осуществления судебного конституционного контроля, что отмеченная проблема должна получить решение не в порядке правоприменения, а законодательным путем, для чего положения ч. 2—5 ст. 87 Закона о Конституционном Суде следует перенести в ст. 79 этого же Закона. Такие предложения уже высказывались, в частности, Н. В. Витруком [9]. Выявленная проблема на практике разрешается за счет положения п. 3 ч. 1 ст. 43 Закона о Конституционном Суде, согласно которому Конституционный Суд принимает решение об отказе в принятии обращения к рассмотрению в случае, если по предмету обращения им ранее было вынесено постановление, сохраняющее свою силу. Однако, во-первых, данное правило относится все же не к реализации итоговых решений Конституционного Суда, а лишь к одной из предварительных стадий конституционного судопроизводства, когда решается, по сути, процессуальный вопрос о принятии (либо об отказе в принятии) к рассмотрению обращения, поступившего в Конституционный Суд. Во-вторых, в связи с изменениями, внесенными в Закон о Конституционном Суде на основании Федерального конституционного закона от 3 ноября 2010 г. № 7-ФКЗ [10], сфера действия п. 3 ч. 1 ст. 43 Закона о Конституционном Суде была сужена, и теперь этот пункт не распространяется на дела, которые, согласно ст. 47.1 того же Закона, подлежат рассмотрению и разрешению Конституционным Судом без проведения слушаний в заседании. Поэтому оптимальным выходом из положения представляется все же не расширение сферы действия положений ч. 2—5 ст. 87 Закона о Конституционном Суде с помощью правоприменительных приемов, а внесение в Закон о Конституционном Суде изменений, предусматривающих перенос этих положений в «общую часть» этого Закона (конкретно — в ст. 79).

3. Правовые последствия решений Конституционного Суда могут быть предметом рассмотрения также с точки зрения сферы их приложения. Как следует из Конституции и Закона о Конституционном Суде, одни из них проявляют себя через изменения в правовом регулировании, а другие — непосредственно в отношении актов правоприменения.

К последствиям первой группы относится:

• утрата силы актами или их отдельными положениями, признанными Конституционным Судом не соответствующими Конституции (ч. 6 ст. 125 Конституции, ч. 3 ст. 79 Закона о Конституционном Суде);

• невступление в силу для Российской Федерации признанных неконституционными международных договоров Российской Федерации (ч. 6 ст. 125 Конституции, ч. 3 ст. 79 и ч. 2 ст. 91 Закона о Конституционном Суде);

• возникновение обязанностей по принятию правовых актов (в том числе в целях отмены актов (положений), признанных неконституционными, или основанных на них, или воспроизводящих их, или содержащих такие же положения), а также по внесению проектов правовых актов и по рассмотрению вопросов о принятии правовых актов (ч. 4 ст. 79, ст. 80, ч. 2 и 3 ст. 87 Закона о Конституционном Суде).

Вторую группу правовых последствий решений Конституционного Суда составляют:

• запрет исполнения и необходимость пересмотра в случаях, установленных федеральным законом, решений судов и иных органов, основанных на актах или их отдельных положениях, признанных постановлением Конституционного Суда неконституционными (ч. 3 ст. 79 Закона о Конституционном Суде);

• необходимость непосредственного применения Конституции до принятия нового нормативного акта в случае, если решением Конституционного Суда нормативный акт признан не соответствующим Конституции полностью или частично либо из решения Конституционного Суда вытекает необходимость устранения пробела в правовом регулировании (ч. 4 ст. 79 Закона о Конституционном Суде);

• необходимость учета правопримени-

тельными органами выраженной в постановлении Конституционного Суда его позиции относительно того, соответствует ли

Конституции смысл нормативного правового акта или его отдельного положения, придаваемый им правоприменительной практикой (ч. 5 ст. 79 Закона о Конституционном Суде);

• недопустимость применения правовых

актов, договоров и их отдельных положений, которые основаны на признанных неконституционными полностью или

частично нормативном акте либо договоре либо воспроизводят их или содержат такие же положения, какие были признаны

неконституционными (ч. 4 ст. 87 Закона о Конституционном Суде);

• возникновение у уполномоченных федеральным законом государственных органов и должностных лиц правомочия приносить протесты либо обращаться в суд с требованиями о признании таких актов либо договоров недействующими (ч. 5 ст. 87 Закона о Конституционном Суде);

• в случае принятия Конституционным Судом по жалобе на нарушение конституционных прав и свобод законом, примененным в конкретном деле, постановления о признании закона либо отдельных его положений не соответствующими Конституции или о признании оспариваемых заявителем положений нормативного правового акта аналогичными нормам, ранее признанным не соответствующими Конституции постановлением Конституционного Суда, сохраняющим силу, и поэтому также не соответствующими Конституции либо о констатации факта, что примененная в конкретном деле норма ранее признана неконституционной постановлением Конституционного Суда, сохраняющим силу, — безусловная (наступающая, во всяком случае) необходимость пересмотра компетентным органом данного конкретного дела (ч. 2 ст. 100 Закона о Конституционном Суде);

• в случае принятия Конституционным

Судом решения о несоблюдении установленного порядка выдвижения обвинения — прекращение предусмотренного Конституцией рассмотрения обвинения Президента Российской Федерации в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления (ч. 2 ст. 110 Закона о

Конституционном Суде);

• в случае принятия Конституционным Судом по запросу Верховного Суда Российской Федерации решения о признании вопроса (вопросов) референдума не соответствующим (не соответствующими) Конституции, а также в случае принятия Конституционным Судом по запросу Президента Российской Федерации инициативы проведения референдума по предложенному вопросу (предложенным вопросам) референдума не соответствующей Конституции, — прекращение процедур по реализации инициативы проведения референдума (ч. 17 ст. 15 и ч. 2 ст. 23 Федерального конституционного закона от 28 июня 2004 г. № 5-ФКЗ «О референдуме Российской Федерации»).

Необходимо отметить, что оба приведенных перечня не являются исчерпывающими, поскольку не учитывают возможности наступления специфических правовых последствий решений Конституционного Суда, обусловленных положением п. 12 ч. 1 ст. 75 Закона о Конституционном Суде.

4. Существенное практическое значение имеет оценка правовых последствий решений Конституционного Суда в зависимости от времени их проявления. Сами по себе эти последствия возникают после вступления решений Конституционного Суда в силу. Вместе с тем действие решений Конституционного Суда практически во всех случаях отражается на обстоятельствах, возникших до указанного момента.

Так, ч. 2 ст. 100 Закона о Конституционном Суде устанавливает, что если Конституционный Суд по итогам рассмотрения жалобы на нарушение конституционных прав и свобод законом, примененным в конкретном деле, своим постановлением признал оспоренный закон не соответствующим Конституции, то данное конкретное дело во всяком случае подлежит пересмотру компетентным органом в обычном порядке. При этом в Определении Конституционного Суда от 6 июня 1997 г. № 59-О [11] указано, что поскольку в силу ч. 2 ст. 79 Закона о Конституционном Суде решение Конституционного Суда действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами, исполнение указанного требования не может ставиться в зависимость от усмотрения каких-либо должностных лиц, управомоченных в иных случаях выступать с инициативой или давать согласие на пересмотр дела; единственным поводом к началу пересмотра дела является собственно постановление Конституционного Суда о признании некон-ституционности закона, примененного в этом деле (абз. 2—5 п. 2 мотивировочной части). Очевидно, что в данном случае речь идет о необходимости пересмотра правоприменительных актов, вынесенных до принятия постановления Конституционного Суда, тем более что в результате изменений, внесенных в Закон о Конституционном Суде Федеральным конституционным законом от 3 ноября 2010 г. № 7-ФКЗ, жалоба на нарушение законом конституционных прав и свобод может быть подана лишь после того, как обжалуемый закон был применен в конкретном деле, рассмотрение которого завершено

в суде, — т.е. как раз при наличии вступившего в силу судебного акта (п. 2 ст. 97 Закона о Конституционном Суде).

То же самое относится и к последствиям, предусмотренным во втором предложении

ч. 3 ст. 79 Закона о Конституционном Суде, где установлено, что решения судов и иных органов, основанные на актах или их отдельных положениях, признанных постановлением Конституционного Суда неконституционными, не подлежат исполнению и должны быть пересмотрены в установленных федеральным законом случаях.

Совершенно очевидно, что предусмотренное ч. 6 ст. 125 Конституции правовое последствие решения Конституционного Суда в виде утраты силы актами (их отдельными положениями), которые признаны Конституционным Судом не соответствующими Конституции, также относится к правовым актам, принятым до вступления в силу соответствующего решения Конституционного Суда2. Однако связанные с этим обязанности правотворческих органов по внесению изменений в ранее принятые правовые акты, а также по принятию новых правовых актов реализуются уже после того, как решение Конституционного Суда вступит в силу.

Ситуации, когда решение Конституционного Суда, напротив, не оказывает воздействия на уже сложившиеся обстоятельства правовой действительности, на практике встречаются нечасто. Как правило, это происходит при признании оспариваемых актов соответствующими Конституции без каких-либо дополнительных оговорок или условий (в частности, без выявления конституционно-правового смысла таких актов) [12, п. 1 резолютивной части]. Кроме того, в отдельных случаях Конституционный Суд, руководствуясь стремлением обеспечить разумную правовую стабильность, сопровождает свои решения специальными указаниями на их неприменимость к ранее возникшим обстоятельствам. Например, в Постановлении от 12 апреля 1995 г. № 2-П [13, п. 3 резолютивной части] Конституционный Суд дал толкование конституционных положений об общем числе депутатов Государственной Думы, а также об общем числе членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы, и одновременно постановил, что решения Государственной Думы, принятые ранее в соответствии с иным порядком под-

ведения итогов голосования, пересмотру в связи с данным толкованием не подлежат (п. 3 резолютивной части).

5. Правовые последствия решений Конституционного Суда могут заключаться как в необходимости совершения определенных действий, так и в необходимости воздерживаться от их совершения, т. е. осуществлять бездействие.

К последствиям первого вида можно, среди прочего, отнести:

• пересмотр правоприменительных решений в связи с признанием законов неконституционными по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод этими законами, примененными в конкретных делах;

• обязанность по внесению проектов правовых актов в случае, если решением Конституционного Суда нормативный акт признан не соответствующим Конституции полностью или частично либо из решения Конституционного Суда вытекает необходимость устранения пробела в правовом регулировании;

• обязанность Президента Российской Федерации назначить референдум Российской Федерации в случае, если Конституционный Суд по его запросу признал инициативу проведения референдума по предложенному вопросу (предложенным вопросам) референдума соответствующей Конституции.

Правовые последствия решений Конституционного Суда реализуются в форме бездействия, в частности, в следующих случаях:

• при неприменении судами, другими органами и должностными лицами положений правовых актов либо договоров, основанных на признанных неконституционными полностью или частично нормативном акте либо договоре, либо воспроизводящих их или содержащих такие же положения, какие были признаны неконституционными;

• при невведении в действие и неприменении признанного не соответствующими Конституции не вступившего в силу международного договора Российской Федерации либо отдельных его положений;

• при прекращении предусмотренного Конституцией рассмотрения обвинения Президента Российской Федерации в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления в случае дачи Конституционным Судом заключения о несоблюдении установленного порядка выдвижения указанного обвинения.

Кроме того, в отдельных случаях правовые последствия решений Конституционного Суда наступают и реализуются вне зависимости от совершения какими бы то ни было субъектами правоотношений определенных действий или бездействия. Сказанное относится, прежде всего, к утрате силы правовыми актами или их отдельными положениями, которые признаны Конституционным Судом не соответствующими Конституции. Как подчеркивается в Постановлении Конституционного Суда от 11 апреля 2000 г. № 6-П [14], вынесенное в порядке конституционного судопроизводства решение Конституционного Суда о признании закона неконституционным действует непосредственно, и потому отмена не соответствующего Конституции закона органом, его принявшим, не требуется, так как этот закон считается отмененным, т.е. недействительным, с момента оглашения постановления Конституционного Суда (абз. 3 п. 7 мотивировочной части).

6. Свойство общеобязательности решений Конституционного Суда, закрепленное в ст. 6 Закона о Конституционном Суде, предполагает, что правовые последствия решений Конституционного Суда — независимо от того, в чем они выражаются — должны наступать вне зависимости от чьей-либо воли. Иными словами, по общему правилу, правовые последствия решений Конституционного Суда являются обязательным элементом их реализации. Вместе с тем в отдельных случаях правовые последствия решений Конституционного Суда носят факультативный характер.

Так, по итогам рассмотрения дела о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президента Российской Федерации в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления Конституционный Суд дает заключение о соблюдении либо о несоблюдении указанного порядка, при этом в последнем случае рассмотрение обвинения прекращается (ст. 110 Закона о Конституционном Суде); это означает, что Совет Федерации при наличии отрицательного заключения Конституционного Суда по указанному вопросу не вправе принимать предусмотренное ч. 1 ст. 93 и п. «е» ч. 1 ст. 102 Конституции решение об отрешении Президента Российской Федерации от должности. Однако в ином случае, т. е. если порядок выдвижения обвинения признается соблюденным, такое

решение тоже может быть не принято (либо в результате того, что за него не будет подано требуемого согласно ч. 2 ст. 93 Конституции количества голосов членов Совета Федерации — не менее двух третей от их общего числа, либо в результате бездействия Совета Федерации, которое, как следует из ч. 3 ст. 93 Конституции, является в данном случае конституционно допустимым). Таким образом, в данном случае правовым последствием решения Конституционного Суда является не конкретный юридически значимый результат, а лишь возможность достижения такого результата.

Аналогичный подход выражен законодателем в отношении постановлений Конституционного Суда по делам о проверке конституционности не вступивших в силу международных договоров Российской Федерации: признание такого договора соответствующим Конституции само по себе не означает его вступления в силу для Российской Федерации, а лишь подтверждает соответствующую правовую возможность (которая, в зависимости от позиций Государственной Думы, Совета Федерации и Президента Российской Федерации может и не быть реализована, поскольку формой принятия решения в данном случае является федеральный закон — п. «г» ст. 106 Конституции, ст. 14 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации» [15]).

7. Наконец, правовые последствия решений Конституционного Суда могут быть общими, т. е. касаться неопределенного круга субъектов правоотношений, но могут носить и индивидуальный (персональный) характер.

Наиболее отчетливо это различие проявляется на примере принимаемых по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод постановлений Конституционного Суда о признании не соответствующими Конституции законов, примененных в конкретных делах. Если решения по конкретным делам лиц, обратившихся в Конституционный Суд с соответствующими жалобами, подлежат в случае принятия таких постановлений Конституционного Суда пересмотру «во всяком случае» (ч. 2 ст. 100 Закона о Конституционном Суде), т. е. вне зависимости от воли каких-либо органов и лиц и от иных обстоятельств, то основанные на тех же законах решения по делам иных лиц, не являвшихся участника-

ми конституционного судопроизводства, могут быть пересмотрены лишь «в установленных федеральным законом случаях» (ч. 3 ст. 79 Закона о Конституционном Суде), т. е. при наличии процессуальных возможностей для такого пересмотра [16—18]).

Таким образом, правовые последствия решений Конституционного Суда весьма разнообразны. Они образуют сложную систему, находясь в различных взаимосвязях друг с другом. При этом каждая из предложенных выше классификаций имеет как теоретическое, так и практическое значение.

1. О Конституционном Суде Российской Федерации : федер. конст. закон от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ (ред. от 2 июня 2009 г.) // Собр. законодательства Рф. 1994. № 13. Ст. 1447.

2. Нарыкова С. П. Системный подход к исследованию механизма правового регулирования : дис. ... канд. юрид. наук. М., 2006. С. 15—16.

3. По делу о проверке конституционности части 4

статьи 28 Закона Республики Коми «О государственной службе Республики Коми» : постановление

Конституц. Суда РФ от 29 мая 1998 г. № 16-П // Собр. законодательства РФ. 1998. № 23. Ст. 2626.

4. Ведомости нормативных актов органов государственной власти Республики Коми. 1996. № 4. Ст. 493.

5. Собр. законодательства РФ. 2004. № 27. Ст. 2710; 2007. № 1 (ч. 1). Ст. 2; 2008. № 17. Ст. 1754.

6. По делу о проверке конституционности отдельных положений статьи 20 Закона Республики Башкортостан «О выборах депутатов Государственного Собрания Республики Башкортостан» в связи с запросом Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан : постановление Конституц. Суда РФ от 21 июня 1996 г. № 15-П // Собр. законодательства РФ. 1996. № 27. Ст. 3344.

7. По жалобе граждан Зурабова Муссы Алиевича и Оздоева Бейэла Джабраиловича на нарушение их конституционных прав положениями Закона Республики Ингушетия «О выборах депутатов Народного Собрания — Парламента Республики Ингушетия» : определение Конституц. Суда РФ от 22 окт. 1999 г. № 162-О // Собр. законодательства РФ.

1999. № 51. Ст. 6361.

8. Ингушетия. 1998. 6 нояб.

9. Стенограмма круглого стола «Федеральный конституционный закон «О Конституционном Суде Российской Федерации»: опыт применения и перспективы совершенствования. К 15-летнему юбилею» (Москва, Рос. академия правосудия, 1 дек. 2009 г.) // Журн. конституц. правосудия. 2010. № 1. С. 9.

10. Собр. законодательства РФ. 2010. № 45. Ст. 5742.

11. Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Бадреевой Гульфиры Нутфулловны : определение Конституц. Суда РФ от 27 сент. 1995 г. № 59-О // КонсультантПлюс [Электронный ресурс]

: справочная правовая система.

12. По делу о проверке конституционности положения п. 2 статьи 7 Федерального закона «Об ауди-

торской деятельности» в связи с жалобой гражданки И. В. Выставкиной : постановление Конституц. Суда РФ от 1 апр. 200З г. № 4-П // Собр. законодательства РФ. 200З. № 15. Ст. 1416.

13. По делу о толковании статей 10З (часть З), 105 (части 2 и 5), 107 (часть З), 108 (часть 2), 117 (часть З) и 1З5 (часть 2) Конституции Российской Федерации : постановление Конституц. Суда РФ от 12 апр. 1995 г. № 2-П // Собр. законодательства РФ. 1995. № 16. Ст. 1451.

14. По делу о проверке конституционности отдельных положений п. 2 статьи 1, п. 1 статьи 21 и п. З статьи 22 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» в связи с запросом Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации : постановление Конституц. Суда РФ от 11 апр. 2000 г. № 6-П // Собр. законодательства РФ. 2000. № 16. Ст. 1774.

15. Собр. законодательства РФ. 1995. № 29. Ст. 2757; 2007. № 49. Ст. 6079.

16. По жалобе гражданки Петровой Ираиды Валерьяновны на нарушение ее конституционных прав части второй статьи 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» : определение Конституц. Суда РФ от 14 янв. 1999 г. № 4-О // Вестн. Конституц. Суда РФ. 1999. № 2.

17. По жалобе открытого акционерного общества «Северные магистральные нефтепроводы» на нарушение конституционных прав и свобод частями первой и третьей статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» : определение Конституц. Суда РФ от 4 мая 2000 г. № 101-О // Вестн. Конституц. Суда РФ.

2000. № 6.

18. По ходатайству Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации об официальном разъяснении Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 1999 г. по жалобе гражданки И. В. Петровой на нарушение ее конституционных прав ч. второй статьи 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» : определение Конституц. Суда РФ от 5 февр. 2004 г. № 78-О // Вестн. Конституц. Суда РФ. 2004. № 5.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Здесь следует обратить внимание, что признание издания акта не входящим в компетенцию издавшего его органа государственной власти не тождественно признанию данного акта неконституционным в смысле ч. 6 ст. 125 Конституции — в том числе по причине несовпадения набора критериев оценки конституционности правовых актов в порядке нормоконтроля (ст. 86, 99 и 104 Закона о Конституционном Суде) и набора критериев разрешения споров о компетенции (ст. 94 Закона о Конституционном Суде).

2 Вопрос о правовых актах, принятых после такого решения Конституционного Суда, урегулирован

ч. 2 ст. 79 Закона о Конституционном Суде, согласно которой юридическая сила постановления Конституционного Суда о признании акта неконституционным не может быть преодолена повторным принятием этого же акта. Иными словами, если акты, признанные неконституционными, утрачивают силу, то аналогичные акты, принятые позднее решения Конституционного Суда, свою силу обрести не могут.

Legal Effects of Decisions of the Constitutional Court of the Russian Federation: an Attempt to Classify

© Petrov A., 2013

Legal effects of decisions of the Constitutional Court of the Russian Federation are researched in the article by means of classifying them on the basis of different criteria (level of normative fixation, type of case, sphere of applying etc.).

Key words: Decisions of the Constitutional Court of the Russian Federation; legal effects of decision of the Constitutional Court of the Russian Federation; court decision.