2014. 03. 017. Цветков B. C. дворянское самоуправление Московской губернии (вторая половина XIX - начало XX В. ). - М. : старая Басманная, 2013. - 364 с

выплат, при накоплении богатства; в зависимости от времени и места превалировала та или другая их функция.

В десятой, заключительной главе автор подводит итоги своего исследования. В континентальной Европе, отмечает он, взаимодействие и взаимосвязь системы монетного обращения и институтов королевской власти в период раннего Средневековья были неоднозначны, и их не всегда можно проследить. В Англии, как показали проведенные исследования, монетную систему изначально контролировали короли и монетчики, которые со временем все больше становились инструментом королевского правления.

З.Ю. Метлицкая

ИСТОРИЯ РОССИИ И СССР

2014.03.017. ЦВЕТКОВ B.C. ДВОРЯНСКОЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ МОСКОВСКОЙ ГУБЕРНИИ (ВТОРАЯ ПОЛОВИНА XIX -НАЧАЛО XX в.). - М.: Старая Басманная, 2013. - 364 с.

Ключевые слова: вторая половина XIX - начало XX в.; Московская губерния; дворянское самоуправление.

В монографии канд. ист. наук B.C. Цветкова, состоящей из введения, девяти глав и заключения, раскрываются различные направления деятельности сословного самоуправления Московской губернии: финансовая, общественная, опекунская и благотворительная; также анализируются причины изменений в деятельности дворянской корпорации, произошедшие во второй половине XIX -начале XX в.

После дарования вольностей дворянству, пишет автор, это сословие стало единственной группой населения Российской империи, имеющей право на выборные институты. 1785 год автор считает точкой отсчета формирования гражданского общества в России и полагает неслучайным тот факт, что принцип голосования на дворянских собраниях был заимствован в 1864 г. при учреждении земств (с. 347).

Однако, подчеркивается в книге, это не означает, что Екатерина II не стремилась взять под контроль жизнь и деятельность этого сословия. Дворянское самоуправление не было самостоятельным. Разрешение на проведение дворянских собраний давал

губернатор. Самоуправление было намеренно дезорганизовано, уездные предводители не подчинялись губернскому (с. 348). Тем не менее, считает автор, важно иметь в виду, что без участия дворянского самоуправления не проходило ни одно крупное событие в жизни империи (с. 192).

Управление сословной корпорацией, представительство сословия во взаимоотношениях с властью и обществом осуществляли институты губернского дворянского самоуправления, одним из важнейших среди которых являлся корпус предводителей дворянства. «Он возник даже несколько раньше, чем произошло юридическое оформление дворянской корпоративной организации. Предводители дворянства делились на губернских и уездных. Они избирались на губернских собраниях на три года из числа дворян, записанных в родословную книгу губернии. Избранные предводители утверждались властями: уездные - губернатором, а губернские - монархом» (с. 31).

Помимо внутрисословных функций, предводители дворянства играли большую роль в местном управлении. По статусу губернский предводитель был вторым в губернии лицом после губернатора. В Московской губернии на этот пост выдвигались образованные, опытные люди, пользовавшиеся уважением всего дворянского общества губернии. За рассматриваемый период пост московского губернского предводителя дворянства занимали 11 человек.

Губернский предводитель, являясь исполнителем решений дворянских собраний, в период между созывами дворянских собраний наряду с Собранием предводителей и депутатов дворянства был высшей инстанцией сословного самоуправления, вел наблюдение за нравственным поведением членов дворянских обществ и мог применить к ним дисциплинарные меры. Предводитель представлял дворянство губернии при взаимодействии сословной корпорации с властями всех уровней вплоть до императора. Губернские и уездные предводители дворянства являлись председателями многих учреждений сословной корпорации, помимо дворянских собраний они председательствовали в депутатских собраниях и дворянских опеках.

Должности как губернского, так и уездного предводителя были общественными, за них жалованье не платилось. Лишь ино-

гда дворянство, понимая сложность работы своих предводителей, выплачивало им вознаграждение под видом средств на транспортные и представительские расходы. Уездные предводители до Земской реформы Александра II руководили уездами, фактически восполняя отсутствие уездного звена в бюрократическом аппарате, возглавляя практически все уездные учреждения, в том числе и земскую полицию. Даже после Земской реформы уездные предводители входили во многие новые или реформированные учреждения.

Одним из органов дворянского самоуправления было Дворянское депутатское собрание, которое действовало постоянно и решало текущие вопросы между созывами губернских собраний. С конца 1860-х годов в работе Московского дворянского депутатского собрания начали принимать участие уездные предводители, и такой объединенный орган стал называться Собранием предводителей и депутатов дворянства. В Москве подобное объединение произошло намного раньше, чем в других губерниях, где Собрания предводителей и депутатов дворянства появились только в 1880-х годах.

Решения Дворянского депутатского собрания не могли вступить в силу без одобрения губернского дворянского собрания. В некоторых губерниях, например Воронежской, дворянские собрания «редко проходили без шума, брани и самых крупных скандалов», но в Московской губернии подобное не наблюдалась. «Чаще всего съезды московского дворянства проходили без каких-либо нарушений или разногласий между их участниками. Вся борьба разворачивалась вне зала Российского благородного собрания. Упоминания о недовольстве части дворян решением собрания появляются только с 1905 г.» (с. 112).

Полноправным членом собрания был только тот дворянин, который соответствовал многим требованиям, в частности был владельцем недвижимого имущества или имел доход не менее определенного ценза. Имущественный ценз со временем изменялся. В результате Крестьянской реформы многие помещики потеряли часть земли, и особенно эта потеря была значительна для мелкопоместных дворян, рисковавших лишиться своего имущественного ценза. Чтобы избежать недовольства, в 1865 г. государство установило, что потеря даже значительной части прежних земельных владений в результате реформы не должна лишать помещиков их прав.

В ходе Земской реформы Александра II самоуправление дворянства было исключено из системы местного управления. Но само сословие продолжило играть важную роль в местном самоуправлении, так как представители дворянства занимали руководящие должности в земствах. Деятельность сословной корпорации во второй половине XIX - начале XX в. стала более сложной и разнообразной и распространялась на различные сферы жизни, как внутри-сословные, так и внесословные: экономическую, культурную, общественную и благотворительную. Все виды деятельности были тесно взаимосвязаны.

Каждое дворянское общество Российской империи имело в своем распоряжении определенный капитал, которым от его лица распоряжалось дворянское сословное самоуправление. Законом регламентировались источники этих средств, их назначение и способы пополнения. Денежные средства пополнялись из двух основных источников: обязательного сбора на частные дворянские повинности и добровольных сборов дворян губернии в общую казну. Собранию принадлежало право самому определять сметы доходов и расходов, производить распределение средств, не выходя за пределы установленных законом размеров обложения и видов облагаемых имуществ. Распределение средств происходило по решению Собрания предводителей и депутатов дворянства (с. 147).

Важным корпоративным институтом самоуправления высшего сословия, с помощью которого поддерживалось экономическое положение сословия, была дворянская опека. Система опеки тесно переплеталась с благотворительной деятельностью дворянства, так как в одну из ее задач входила помощь вдовам, сиротам и больным дворянам, но помимо этого опека также осуществляла управление имуществом опекаемых (с. 194).

Московское дворянство было одним из самых многочисленных и состоятельных в Российской империи, его сословная корпорация успешно осуществляла свою деятельность. Получаемые доходы шли на финансирование различных видов деятельности сословной корпорации, расходы на которые во второй половине XIX - начале XX в. возросли многократно. Другие дворянские общества России часто были вынуждены ограничивать свою внутри-сословную и общественную деятельность из-за нехватки средств.

Благотворительность была одним из важнейших направлений деятельности дворянского сословного самоуправления Московской губернии. Большая часть средств, находящихся в его распоряжении, шла на благотворительные нужды сословия. Способы и средства осуществления благотворительной деятельности, к которым прибегала дворянская корпорация губернии, были различными. Они находились в постоянном развитии. В дореформенную эпоху значительная часть этих средств шла на устройство балов, на дарственные подношения императору и тому подобное. Но постепенно все более важное место занимала материальная помощь дворянам, по разным причинам оказавшимся на грани разорения (с. 253).

Существовали различные формы благотворительной деятельности. Наиболее простой и наименее затратной для дворянского самоуправления стала система, при которой проводились начисления единовременных пособий, пенсий и стипендий.

Деятельность сословной корпорации во второй половине XIX -начале XX в. стала более сложной, активной и разнообразной в финансовой, общественной и благотворительной сферах. Это стало реакцией дворянского сословия Московской губернии на политические и социальные изменения, происходившие в обществе. Развитие дворянской сословной благотворительности стало результатом расширения социального расслоения высшего сословия и появления большого числа обедневших дворян. В 1870-х годах возникла особая форма благотворительной деятельности, ставшая новым этапом развития всего сословного самоуправления. Дворянство начало создавать специализированные учреждения для помощи «недостаточным» представителям своего сословия и их детям. Благотворительные учреждения дворянства автор разделяет на «именные», созданные по частной инициативе отдельных дворян-благотворителей, и основанные непосредственно сословным самоуправлением, которые автор называет «корпоративными».

Даже крупные благотворительные учреждения, созданные по инициативе сословного самоуправления (пансион-приют и Институт благородных девиц), финансировались не только из средств дворянской корпорации, но и в значительной степени через частные пожертвования. Меньшая часть из московских благотворительных учреждений (четыре из одиннадцати) была создана по инициативе дворянского самоуправления. Это были учреждения,

направленные на образование и воспитание детей из «недостаточных» дворянских семей. Сословное самоуправление первоочередной задачей считало обеспечение образованием будущего поколения дворянства, передавая ему сословные традиции. «Корпоративные» благотворительные учреждения были значительными по своему размеру, так как на их создание шли ресурсы всего сословия. Два из них автор называет средними по размеру - это тесно связанные друг с другом Приют имени наследника (43 места) и Приготовительная школа имени Александра III (36 мест). Также к «корпоративным» относились два крупнейших благотворительных заведения московского дворянства: Петровско-Александровский пансион-приют (150 мест) и Институт благородных девиц в память императрицы Екатерины II (200 мест) (с. 341).

Семь из одиннадцати учреждений были созданы не на средства дворянской корпорации, а на крупные имущественные и финансовые пожертвования состоятельных дворян, где дворянское самоуправление было лишь реализатором проекта, задуманного благотворителем. С помощью меценатов во второй половине XIX в. и особенно в начале XX в. число новых учреждений дворянства значительно выросло (с. 342).

Помимо средств, собранных для помощи неимущим детям, были также и капиталы, направлявшиеся для помощи взрослым неимущим дворянам. Подобная помощь чаще всего выражалась в выплате пособий и оплате содержания в домах призрения. Большинство таких фондов были учреждены в 1890-х годах, что, по мнению автора, свидетельствовало о социальном расслоении сословия. Все учреждения благотворительного характера, принадлежащие московскому дворянству, просуществовали вплоть до 1917 г., что, полагает автор, говорит о способности дворянской корпорации Московской губернии содержать их. Другие губернские дворянские общества, не имевшие в своем распоряжении значительных финансовых средств, были вынуждены отказываться от созданных ими учреждений (с. 341).

Благотворительная деятельность московского дворянства вне рамок своего сословия была не велика и не продолжительна, но дворянства других губерний уделяли намного больше внимания внесословной благотворительности (с. 261).

В. С. Коновалов