Не место для парковки

Техническое помещение с «грязным прошлым» со временем стало местом, где «человек получил возможность противостоять миру». Вот о чем книга «Гараж», написанная Оливией Эрлангер и Луисом Ортегой Говелом. Оттолкнувшись от того, что дверь гаража «символизирует упадок американского среднего класса и зарождение Кремниевой долины», а сам гараж – это «инкубатор предпринимательского труда и главного героя ипотечного кризиса 2008 года», авторы начали докапываться до истоков: кем, когда и где был построен первый гараж в качестве интегрированного в жилой дом помещения. И обнаружили эту точку отсчета в небольшом примечании к биографии Фрэнка Ллойда Райта, самого влиятельного из всех архитекторов США. В этой книге систематизирована, обобщена и разделена на периоды вроде бы история американского гаража, но на самом деле – препарировано американское общество, подарившее миру такие явления, как «гаражный рок» и «гаражный стартап», популяризировавшее движение «гаражное вино» и «гаражную распродажу». Книга, вне всяких сомнений, достойна прочтения целиком – на наших страницах лишь фрагменты того, что Оливия и Лиус хотят нам сообщить о таком, казалось бы, привычном нам помещении, как гараж.

Джон Дивола, фотографическая серия «Долина Сан-Фернандо»

Гараж – самое приземленное из всех архитектурных сооружений. Пускай он не был создан для того, чтобы быть возведенным на пьедестал, однако страницы нашей книги взирают на гараж как на подлинную икону Американской иллюзии.

Мы двое – не те, кому предназначалась мечта о пригороде. Наш голос – тот, от которого туда и бежали: голос мексиканцев, евреев, женщин, квиров. Наше «мы» проникает в психоз американского пригорода снаружи и изнутри. Это третий голос, образованный соитием двух наших позиций, голос, написавший эту книгу, говорит поверх субъективного опыта и памяти. Оливия выросла в американской субурбии, проломив гаражную дверь, когда ей было тринадцать. Луиса крестили в гараже его бабушки, и он познакомился с пригородной жизнью США, находясь по ту сторону границы на севере Мексики и потребляя узнаваемо амбициозный образ через фильмы и телевизионные передачи. Мы недоверчиво относились к гаражным дверям, мы хотели не столько проникнуть в помещение, сколько попасть внутрь символа, взломав его, и этот подход мы стали называть «хардкор-реализм».

1 / 3

Если верить Райту, автомобиль и дом были впервые интегрированы в единое целое в 1908 году, за несколько месяцев до выпуска «Модели Т» Генри Форда – первого доступного автомобиля конвейерного производства. «Модель Т» резко увеличила количество автовладельцев в Америке, и страстно увлеченный новой технологией Райт призывал к ее полному слиянию с остальным домом и его жителями.

Присоединив гараж к дому, Райт провел архитектурную разведку постепенно формирующегося отношения Америки к автомобилю. Поместив гараж в передней части земельного участка, превратив его в элемент главного фасада, он как бы заявлял: автомашина – центральный герой вашего дома. Ей не место на конюшне или общественной парковке. Примите ее как члена семьи.

Туалет первоначально был просто ведром в спальне. Позже его формализовали согласно соображениям гигиены, нагрузив комплексом труб и керамических приложений, эргономически продолжающих логику пищеварения и поддерживающих чистоту. Как только он был изобретен, дом без туалета стал чем-то немыслимым. Или, например, спальни традиционно были совместными: одна кровать на всех членов семьи. Когда же размеры кроватей были стандартизированы, появился тип моногамной двойной кровати, а вслед за этим изменился и размер комнаты; ее служебной целью был уже не только отдых, но и продолжение рода. Подобным образом и гараж появился лишь потому, что автомобилю, самой этой технологии, нужно было как-то влиться в структуру дома. Пришлось вскрывать стены, прокладывать в них трубы и проводку, чтобы начать процесс доместикации, одомашнивания, превращения этого технического приспособления в часть привычной жизни обитателей дома.

С пришествием автомобиля изменилась и среда домашней жизни как таковая. Технология позволила отделить дом от его окрестностей. Он более не был привязан к земле, скорее строился с учетом потребностей автомобиля, а значит, с привязкой к бесконечной сети улиц и автодорог. Гладкость асфальта обеспечивала распространение человеческой жизни, расширяя торговлю и обеспечивая продовольствием места, ранее остававшиеся безлюдными; территории за пределами городов напитались новой кровью, окрасившей рассвет субурбии. Продукты уже не выращивались на семейном участке, их стали покупать, везти через всю страну. Семена начали модифицировать на генном уровне, выращивать в теплицах и транспортировать. Автомобиль – грузовое судно, превратившее тихий заброшенный порт в центр торговли.

Коллаж Луиса Ортеги Говелы: «Фольксваген-Жук» 1978 года выпуска, вид на субурбию с воздуха, логотип компании Tesla

Соединенные Штаты разглядели в автомобиле технологию, способную поддерживать экономические спекуляции с землей: застройку за пределами городского центра, заселение территорий, связность которых обеспечивается созданием национальной системы хайвеев. Гараж – это продукт индустриального общества, управляемого принципами фордизма, и распространение гаража как особой архитектурной формы стало началом современной концепции пригородов. Сплетенные друг с другом биографии гаража и пригородов писались законодателями под давлением экономики на национальное правительство в период первых финансовых кризисов XX века.

Пусть пригородные поселения существовали и раньше, но внедрение гаража породило новую субурбию. Чисто жилая зона, не городская и не сельская, стала страной американской мечты, землей индивидуального домовладельца. Этот новый жилой ландшафт при помощи автомобиля представил антигородскую стратегию, отрицавшую промышленность, торговлю, этническое разнообразие и перемешивание социальных классов в жилой среде.

Одновременно с тем, как Федеральное управление жилищного строительства производило законы и правила зонирования, запрещавшие использование жилых домов в производственных целях, оно же выпустило предписание, согласно которому каждый дом должен иметь гаражную пристройку: стоимость жилья значительно повысится, если к нему добавить безопасное место для автомобиля, не так ли?

Гараж служит декорацией для многих корпоративных сказок XX столетия, повествующих о том, как простой водитель становится успешным предпринимателем. Место, предназначенное для размещения автомобиля, стало символом, мифом, банальной частью домашнего пейзажа, взрастившим новую высокотехнологическую промышленность. Принято считать, что Walt Disney, Google и Amazon были основаны в гаражах калифорнийских пригородов. С этой позиции гараж смотрится памятником становлению новой субъектности в труде. Он стал культурным маркером, раскрывающим сдвиг в чувствах к дому c чисто бытового восприятия в сторону актуальных способов производства.

Стив Возняк, который непосредственно построил первый персональный компьютер, но оказался в тени харизмы, энергичности и, несомненно, уникального таланта Джобса, выпустил книгу «iWoz»* – автобиографию, разоблачившую миф о гараже Apple. В ней компьютерный гений, ставший культовой фигурой, утверждает, что гараж никогда не использовался для проектирования, планирования или производства какого-либо из первых продуктов компании. Но вопреки этому именно романтизированное, поэтически выстроенное Джобсом представление о гараже уверенно доминирует в культурном сознании. Гараж сыграл себя в двух художественных фильмах, посвященных Джобсу, и в его биографии, ставшей самой читаемой книгой в Китае, буквально пропитал собой поп-культуру. Факты не имеют значения, если именно сказочная, фальшивая реальность Джобса принимается сегодня за правду.

Гараж – архитектурная технология, разработанная для защиты машин. Однако за прошедший век исходная функция этого пространства постепенно становилась избыточной; машины все чаще стали ставить во дворе, так что гаражи превращались в поливалентные помещения со множеством назначений и смыслов, а первоначальной функции было отведено лишь по несколько часов в день.

1 / 2

Пройдя эволюционный путь от возни под машиной на холодном промасленном полу к появлению первого персонального компьютера, гараж стал обитаемым порогом – как только его занял человек, а не машина. Лишившись автомобиля, гараж утратил предписанную цель и стал депрограммированным помещением, жилым пространством, которое легко приспособить под новую систему норм поведения, не являющихся, строго говоря, домашними.

В фильме «Красота по-американски» Лестер Бернем, глава семейства, которого играет Кевин Спейси, занимает гараж, поскольку тот совсем не нужен семье. Постепенно между его собственной идентичностью и этим пространством завязываются тесные отношения. Гараж работает в качестве аппарата отстранения, убежища, защищающего от дома.

Мужское логово – маскулинное святилище в пределах дома. Здесь мужчине позволено укрыться от присутствия и господства женщины. Жить в гараже – это реакция на обретенную женщиной власть, это признание ее силы и влияния на повседневную жизнь. В замкнутом креативном пространстве гаража, принадлежащем исключительно мужчине, последний играет роль строителя: конструирует модели самолетов или новый смысл собственной самости, потеет в толстовке, орудует молотком с ловкостью пещерных людей, чтобы создать новые инструменты жизни.

В начале 1990-х, когда появились интернет и электронные деньги, гараж приютил беспокойного подростка, в очередной раз став платформой пригородных изгоев. Это была плодородная почва, позволявшая взращивать альтернативные самости и укреплять их в таком изолированном состоянии. В гараже люди бунтуют против истории, их создавшей, и в этом бунте пытаются создать новый пригородный рай. Пространство, в котором пристало ненавидеть пригород.

Группы, подобные Nirvana, стали продавать новый, оригинальный вариант самовыражения, оказавшись на одной волне с поколением, которое устало от глэм-рока и тяжелого металла. Новым сценическим костюмом стала повседневная одежда, фланелевые рубашки, джинсы и рабочие ботинки – в противовес блесткам и прическам с начесом, которыми славились восьмидесятые.

Гараж – единственное помещение, вечно погруженное во тьму, независимо от времени суток. Для дома это Фрейдово «Оно». Правила дома, его чистота и предустановленный порядок здесь не работают. Когда нет окон, можно исследовать темные пятна собственной души; успех и отказ – вот что может привидеться во сне.

Реальность гаража столь же темна, как и его сценарная конструкция; он укрывает тайные и незаконные желания своих пользователей – в нем прячет оружие стрелок из школы Колумбайн, а телевизионный социопат Декстер вскрывает тела. Латентным психопатам стены гаража служат полотном, на котором можно писать свои кровавые желания.

Фотография из альбома Билла Оуэна «Субурбия», наложенная на изображение работы группы åyr «Предупреждение: прекратить и воздерживаться», 2015: пепельница дизайнера Рика Оуэнса из нитрата бронзы, терескен шерстистый из каньона Топанга, сожженное письмо-предупреждение от Airbnb, окурки

Гараж стал центром демонстративного потребления отживших свой век предметов постиндустриального упадка – пассивным сопротивлением производству, когда потребление превращается в акт повторного использования. Гаражная распродажа создает новую стоимость в ненужном, и потребительская ценность становится воспоминанием. Страх забвения хорошо прослеживается, когда гараж уподобляют кунсткамере, призванной вести учет прошлому: помещение заполняется полками с тряпьем, которое все еще дышит утраченной любовью, сувенирами первых и последних свиданий, так и не вскрытыми письмами.

Движение «гаражистов» – панк-подход к виноделию, берущий истоки в перенасыщенном, тщательно контролируемом винном регионе Бордо. Гаражное вино создается по принципу антитерруара, переопределяя способы виноделия в сложных регионах, и, вопреки историческим правилам и условностям, добивается признания на рынке. Тренд зародился во Франции, но быстро перекинулся на калифорнийский округ Напа. Винодельческое оборудование стоит дорого, поэтому дешевле давить виноградную лозу в гараже своими руками и ногами, что, конечно, вызывает критику сомелье старой школы.

Гараж уже стал пережитком, руиной, пристройкой к иной эпохе. Дома людей были привязаны к одному месту, точно так же семейная машина, как домашний питомец, заслуживала собственного дома. Но благодаря новым опциям с подпиской машины сегодня не обязательно размещать в гараже. Uber, Lyft и мириады других автомобильных сервисов добились того, что машина может подкатить к любому месту, какое укажете, и уехать, доставив в нужное место. Разве кому-то хочется платить за дополнительную площадь?

* В русском переводе носит название «Стив Джобс и я».

Гараж. Оливия Эрлангер, Луис Ортега Говела
Первое совместное издание Музея «Гараж» и Института медиа, архитектуры и дизайна «Стрелка».
Книгу можно купить в онлайн-магазинах store.strelka.com и bookshop.garagemca.org