Коллизии в праве и их преодоление посредством коллизионных предписаний: отраслевой аспект

A.M. Лушников

Лушников Андрей Михайлович — доктор юридических наук, доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой трудового и финансового права

Ярославский государственный университет им. П.Г. Демидова

Коллизии в праве и их преодоление посредством коллизионных предписаний: отраслевой аспект

Представляется, что сложность общественной жизни делает коллизии в праве практически неизбежными и выводит на первый план поиски пути их преодоления. Дело в том, что источники права, в том числе трудового права, должны рассматриваться не просто как некая совокупность актов, содержащих нормы права, а, прежде всего, как целостная система. При этом между нормативными актами могут возникать противоречия, столкновения, которые называются коллизиями или конкуренциями1. К ним относятся коллизии нормативных актов, связанные с их действием во времени, в пространстве, по кругу лиц, коллизии, нормативных актов различной отраслевой принадлежности и т. д.2. Коллизией ей юридических норм, по мнению Н.Г.Александрова, признается такое «состояние в нормативном материале, когда по одному и тому же вопросу существуют несколько норм, расходящихся по содержанию друг с другом»3. Последующие определения оставались в целом в рамках этой концепции «расхождения», «противоречия», «рассогласования» норм.

В рамках данной статьи коллизионные нормативные предписания мы связываем с коллизиями нормативных правовых актов, норм права. Очевидно, что коллизии могут быть и между нормами пра-вореализационных актов, актов толкования права и др. Это касается, например, коллизий норм договоров, судебных решений по конкретным делам, руководящей судебной практики и др. Однако они встречаются реже, а их значение существенно меньше, чем коллизий нормативных правовых актов, норм права. К тому же непротиворечивое законодательство служит реальной основой преодоления всех иных коллизий в праве.

Отметим, что коллизии и порядок их преодоления имеют достаточно большую отраслевую специфика. Это связано не только с делением права на частное и публичное, но и с особенностями даже в рамках отраслей, тяготеющих к частному или публичному праву. В этой связи трудовое право имеет изрядную специфику, обусловленную тем, что частные и публичные начала в этой отрасли находятся в неразрывном единстве4. Как нам представляется, именно отраслевой разрез проблемы позволяет выйти на более глобальные обобщения с опорой на индуктивный метод5.

1 В общей теории права отсутствует единство мнений в отношении понятий «коллизии в праве» и «конкуренции в праве». На наш взгляд, конкуренция норм является одним из видов (разновидностей) коллизий. (См. подробнее: Марченко М.Н. Источники права. М., 2005. С.148—167).

2 См. подробнее об общеправовых аспектах проблемы: Буяков А.П. Юридические коллизии и способы их устранения: дис. ... д-ра юрид. наук. Саратов, 1999; Денисенко В.В. Коллизии правовых актив и механизм их разрешения: дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 2004; Занина М.А. Коллизии норм права равной юридической силы: понятие, причины, виды: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2009; Общая теория государства и права / под ред. М.Н. Марченко. Академический курс: в 3 т. М., 2007. Т. 2. С. 320—336; Толстик В.А. Иерархия источников российского права. Н. Новгород, 2001; Тихомиров Ю.А. Коллизионное право. М., 2000; Юридическая техника / под ред. В.М. Баранова, В.А. Толстика. М., 2012. С. 78—91 и др.

3 Александров Н.Г. Законность и правоотношения в советском обществе. М., 1955. С. 72.

4 См. об этом подробнее: Вестник трудового права и права социального обеспечения. Вып. 5. Оптимизация межотраслевых связей трудового права и права социального обеспечения / под ред. А.М. Лушникова, М.В. Лушнико-вой. Ярославль, 2009.

5 См. подробнее о коллизиях в отраслевом аспекте, прежде всего в трудовом праве: Аленина И.В. Коллизии в трудовом праве: дис. ... канд. юрид. наук. Томск, 2000; Забрамная Е.Ю. Разграничение правотворческой компетенции между Российской Федерацией и субъектами Российской Федерации в области регулирования трудовых отношений: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2009; Иногамова-Хегай Л.В. Конкуренция норм уголовного права: дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1999; Лушников А.М. О системности источников трудового права (коллизионное трудовое право) // Международная научно-практическая конференция «Системный характер трудового права и права социального обеспечения как отрасли и законодательства» (Первые Гусовские чтения): материалы конференции. М., 2016. С. 279—284; Лушникова М.В. Коллизионный метод регулирования трудовых отношений с иностранцами // Законодательство и экономика. 2008. № 7. С. 57—62; Семенова Я.М. Теоретические и практические аспекты коллизий в трудовом праве. Челябинск, 2006; Семенова Я.М. Устранения коллизий в процессе применения норм трудового права: дис. ... канд. юрид. наук. Челябинск, 2006; Синица И.В. Коллизии в российском праве: на примере норм гражданского и налогового права: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2007; Шестерякова И.В. Коллизионные

Для устранения возникающих противоречий в праве и существуют коллизионные нормативные предписания. Коллизионные нормы трудового права устанавливают правила (принципы) снятия противоречий в системе нормативных источников, указывают на те виды нормативных правовых актов, норм права, которые должны действовать именно в данном случае. Таким образом, они призваны устранить несогласованность составных частей системы источников трудового права.

По своей природе коллизионные предписания являются нетипичными нормативными предписаниями1. В отличие от традиционных норм права они не имеют традиционной классической структуры (гипотеза, диспозиция, санкция). Применение коллизионного нормативного предписания не разрешает спорный вопрос по существу. Эти предписания лишь определяют выбор того материального закона (нормативного акта), с помощью которого должны быть урегулированы те или иные общественные отношения. Полагаем, что коллизии нормативных источников, которые преодолеваются с помощью коллизионных нормативных предписаний, следует подразделять на две основные группы.

1) внутренние коллизии национальных (внутригосударственных) источников права;

2) внешние коллизии, назовем их международными, которые возникают из различий в законодательстве стран в случаях правового регулирования международных трудовых отношений2. Последние из них в данной статье рассматриваться не будут.

Основываясь на предложенной выше классификации коллизий, рассмотрим сферу применения основных внутренних коллизионных предписаний в трудовом праве.

К таковым, по нашему мнению, следует отнести коллизионные нормативные предписания, которые содержат следующие правила:

1) применение законов и иных нормативных актов о труде, принятых до введение в действие ТК РФ, в части, не противоречащей названному Кодексу (ст.423 ТК РФ);

2) приоритет международно- правовых источников (ст.10 ТК РФ);

3) приоритет ТК РФ и трудового законодательства в регулировании трудовых отношений (ст.5 ТК РФ);

4) федерализм в сфере правового регулирования трудовых отношений (ст.5,6 ТК РФ);

5) иерархичность источников трудового права в единстве с запретом ухудшать положение работника

6) приоритет специального закона

Рассмотрим по их порядку.

Применение законов и иных нормативных актов о труде, принятых до введения в действие ТК РФ, в части, не противоречащей названному Кодексу (ст.423 ТК РФ). Это проявление общеправового принципа приоритета более позднего закона по отношению к ранее изданному закону. К сожалению, наш законодатель не предпринял даже минимальных усилий хотя бы по утверждению перечня тех нормативных актов о труде Союза ССР и РСФСР (РФ), которые полностью утратили силу в связи с принятием ТК РФ. Бремя решения вопроса о степень не противоречия «прошлых» нормативных правовых актов было возложено на правоприменителей. Отметим, что в нашей недавней истории в этой части законодатель поступал более продуманно. Так, одновременно с принятие Кодекса законов о труде (КЗоТ) РСФСР 1922 г. был утвержден перечень нормативных правовых актов, которые утрачивают юридическую силу одновременно с вступлением в силу данного кодекса. Немаловажно, что одновременно был утвержден и перечень нормативных правовых актов, которые были приняты до вступления в юридическую силу КЗоТ РСФСР 1922 г., но продолжали применяться и после этого3.

Повторимся о том, что в настоящее время зачастую сами работодатели и работники вынужден давать толкование на «не противоречие» прямо не отмененных нормативных правовых актов советского и постсоветского периодов, число которых до сих пор исчисляется сотнями. Самые ранние при этом датируются еще 20- ми гг. прошлого века.

Приоритет международно-правовых источников трудового права (ст.10 ТК РФ).

Коллизионными предписаниями применительно к соотношению международных трудоправовых актов и российского трудового законодательства, по нашему мнению, являются следующие коллизионные нормы:

нормы в Основах трудового законодательства стран-членов ЕврАзЭС // Трудовое право в России и за рубежом. 2010. № 3. С. 34—38; Шестерякова И.В. Международные трудовые нормы и трудовое право России: их соотношение и коллизии. Саратов, 2011; Шведов А.Л. Разграничение полномочий между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов Российской Федерации в сфере отношений, регулируемых трудовым правом: дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2006; и др.

1 См. подробнее: Смирнов Д.А. Нетипичные нормативно-правовые предписания в системе норм трудового права. М., 2015; Чуфаров В.Ю. Нетипичные нормативные предписания в трудовом праве: дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2010.

2 См.: Лушников А.М., Лушникова М.В. Курс трудового права: в 2 т. М., 2009. Т. 1. С. 633—661; и др.

3 См. подробнее: Памятники российского права: в 35 т. / под общ. ред. Р.Л. Хачатурова, А.М. Лушникова. М., 2016. Т. 26: Кодексы законов о труде РСФСР. С. 109—304.

1) приоритет и прямое применение общепризнанных принципов и норм международного трудового права, а равно международных договоров, не требующих имплементации, если они не ухудшают положения работника по сравнению с российским трудовым законодательством;

2) общепризнанные принципы и нормы международного трудового права обладают более высокой юридической силой, чем международные договоры, как в международном, так и в российском праве;

3) нормы ратифицированных международных договоров обладают в национальном пространстве приоритетом применения по отношению к трудовому законодательству и иным актам, содержащим нормы трудового права.

В отечественной науке трудового права в этой части коллизии порой смешиваются с пробелами в праве, хотя на близость, но не тождественность по данной проблематике неоднократно указывалось1. Так, Я.М. Семенова выделила 4 вида коллизий международных правовых стандартов и российского трудового законодательства: 1) национальное трудовое право не содержит аналога международных норм (прямо применяются международные нормы); 2) противоречие международного и национального права (верховенство первого); 3) несовпадение объемов содержания международных и внутренних предписаний (ориентация на первые); 4) национальное законодательство совпадает с международным регулированием, но нарушается субъектами правоотношений2.

Это как раз тот случай, когда не проводится строгого различия между коллизиями и пробелами в праве. Так, прямое применение международные нормы при отсутствии аналогичных отечественных норм может представлять собой преодоление пробела в праве. Весьма сомнительно относить к коллизиям и случаи, когда национальное законодательство совпадает с международным регулированием, но нарушается субъектами правоотношений.

Дело в том, что в данной работе речь идет о коллизиях норм трудового законодательства в широком смысле, как совокупности норм всех источников права. В этой связи вышеназванным автором зачастую не проводится различий между коллизиями трудового права и трудового законодательства. Первые по объему шире и могут включать себя, как уже указывалось выше, коллизии договоров о труде, коллизии судебной практики и др. Однако стоит внимательно отнестись к предложению автора внести в общую часть ТК РФ главу, детально регламентирующую разграничения полномочий, включая коллизионные нормы и механизм их применения3.

Можно отметить и то, что российскими учеными подготовлены достаточно обширные исследования, посвященные соответствию российского трудового права международным стандартам труда4. Определенное место в них уделено и коллизиям, однако реакцию отечественного законодателя в этой части не всегда можно назвать оперативной.

Приоритет ТК и трудового законодательства в регулировании трудовых отношений (ст.5). При этом приоритет Трудового кодекса объявляется не только в отношении нормативных актов о труде, но и комплексных нормативных актов, содержащих нормы трудового права, в части правового регулирования трудовых отношений. В случае противоречия между настоящим кодексом и иными федеральными законами, содержащими нормы трудового права, применяется ТК РФ (ст.5). Эта проблема приобретает особую значимость в связи с экспансией гражданского и административного законодательства в сферу регулирования трудовых отношений, о чем мы уже говорили вше. Однако, принцип приоритета ТК РФ должен опосредоваться конкретным правовым механизмом его реализации. Во-первых, в случае противоречий между ТК РФ с одной стороны, и федеральными законами, подзаконными нормативными актами, содержащими нормы трудового права, применяется кодекс. Во- вторых, федеральные законы и подзаконные нормативные акты, содержащие нормы трудового права должны приниматься только в случаях, прямого на то указания в ТК РФ. О признании такого приоритета в настоящее время свидетельствует и руководящая судебная практика, в частности Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 2 июня 2015 г. №21 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации».

Федерализм также является новеллой в Трудовом кодексе (ст. 5, 6). Конституция РФ ограничилась лишь общим положением о том, что трудовое законодательство находится в сфере совместного ведения федерации и субъектов федерации (пп. «к» п.1 ст.72). С середины 90-х гг. ХХ в. наметилась тенденция расширения нормотворчества субъектов Федерации в регулировании трудовых отноше-

1 См., например: Дресвянкин В.Б. Пробелы в российском трудовом праве: дис. ... канд. юрид. наук. Пермь, 2001. С. 40—41.

2 См.: Семенова Я.М. Теоретические и практические аспекты коллизий в трудовом праве. Челябинск, 2006. Гл. 1.

3 Там же. С. 69.

4 См.: Лютов Н.Л. Российское трудовое законодательство и международные трудовые стандарты: соотношение и перспективы совершенствования. М., 2012; Лютов Н.Л. Международные трудовые стандарты и российское трудовое законодательство. М., 2015; Международные трудовые стандарты и российское трудовое право: перспективы координации / под ред. С.Ю. Головиной, Н.Л. Лютова. М., 2016; и др.

ний. Появились не только законы субъектов Федерации, но и Трудовые кодексы, например, ТК Башкортостана (утратил силу с принятием ТК РФ). В настоящее время ни один субъект федерации не имеет своего Трудового кодекса, но число специальных законов пока достаточно велико. В этой связи важно определить соотношение этих нормативных актов о труде. ТК РФ раскрыл содержание «совместного ведения» в отношении трудового законодательства, разграничив исключительную компетенцию федеральных органов государственной власти и компетенцию государственных органов власти субъектов Федерации и органов местного самоуправления. ТК РФ установил перечень вопросов, которые регулируются только на федеральном уровне. Этот перечень достаточно широкий и охватывает почти весь объем трудового законодательства (обеспечиваемый государством уровень трудовых прав, свобод и гарантий работникам; порядок заключения, изменения и прекращения трудовых договоров; особенности правового регулирования труда отдельных категорий работников др.). К сфере законотворчества субъектов РФ отнесены только два вопроса. Во-первых, — это вопросы, не отнесенные к исключительным полномочиям РФ («остаточный» принцип правового регулирования). Во-вторых, субъекты РФ вправе принять нормативные правовые акты, регулирующие права и гарантии работников, но улучшающие положение работников по сравнению с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ, за счет средств бюджета субъекта РФ. В свою очередь органы местного самоуправления вправе принимать акты, содержащие нормы трудового права, в пределах их компетенции (ст.5 ТК РФ).

Конституционная норма об отнесении трудового законодательства к совместному ведению РФ, субъектов Федерации и органов местного самоуправления представляется нам достаточно спорной по следующим основаниям:

1. Трудовое законодательство регулирует основополагающие права и свободы человека в сфере труда. Согласно требованию Конституции регулирование и защита прав и свобод человека находится в ведении РФ (п.»в» ст.71). В этой связи неслучайно гражданское и уголовным законодательство находятся в сфере исключительной компетенции РФ. Аналогичное решение необходимо было бы принять и в отношении трудового законодательства. Это тем более очевидно, так как в ТК РФ законодатель практически весь массив трудовых прав оставил в сфере исключительного федерального регулирования.

2. В ТК РФ отражена общеправовая нерешенная проблема разграничения предметов ведения РФ, субъектов Федерации и органов местного самоуправления (ст.12, 71-73 Конституции РФ). По сути, отсутствует правовой механизм принятия нормативных актов, отнесенных к совместному ведению. Более того, как мы убедились, в ТК РФ предмет совместного ведения как таковой отсутствует. «Остаточное» и «восполнительное» правовое регулирование на уровне субъектов Федерации и органов местного самоуправления не является сферой совместного ведения. К совместному ведению можно было бы отнести принятие актов субъектами Федерации и органами местного самоуправления, улучшающими положение работника. Но эти вопросы, как уже отмечалось выше, не должны решаться в нормативном порядке, а предполагают социально-партнерский уровень. Последнее соответствует социальному назначению и функциям трудового права. Так, например, было преодолено противоречие федерального уровня установления минимального размера оплаты труда (МРОТ) согласно ст. 133 ТК РФ с желанием и возможностью руководства ряда субъектов федерации увеличить его. Компромиссом стала новая ст. 133.1 легализовавшая возможность установления минимальной заработной платы (МЗП) в субъекте федерации посредством заключения регионального соглашения.

Принцип федерализма также должен найти свое отраслевое проявление в системе социально-партнерских актов (нормативных договоров). К сожалению, в ТК РФ законодатель ограничился только перечислением уровней социального партнерства: федеральный, межрегиональный, региональный, отраслевой, территориальный и уровень организации (ст.26), и не обозначил их соотношения и взаимодействия.

Иерархичность источников трудового права в единстве с запретом ухудшать положение работника (8, 9 ТК РФ). Традиционный принцип иерархии в системе источников трудового права имеет «особую отраслевую окраску». Она обусловлена его применением в единстве с отраслевыми принципами запрета ухудшать положение работников и дозволения улучшать положение работников по сравнению с действующим трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (ст.8,9 ТК) и запрета дискриминации в трудовых отношениях (ст.3 ТК). Принцип запрета ухудшать положение работника, ограничивать его права должен пронизывать все уровни нормативного и договорного регулирования трудовых отношений. Централизованный нормативный уровень регулирования трудовых отношений определяет границы локального, коллективно-договорного и индивидуально-договорного регулирования. В этой связи рассматриваемый принцип имеет особое отраслевое проявление и в определении соотношения нормативного и договорного уровня регулирования трудовых и связанных с ними отношений. «Изюминкой» трудового права является смысловое закрепление в ТК РФ приоритета частно-правовых источников (коллективных договоров, соглашений, локальных нормативных актов), а также индивидуальных трудовых дого-

воров по отношению к публично-правовым источникам (законам, подзаконным актам) при условии улучшения положения работников, повышения уровня гарантий их трудовых прав.

Принцип приоритета специального закона (специальных норм) по отношению к общему закону в единстве с запретом дискриминации в трудовых отношениях (ст. 3, 252 ТК). Это коллизионное правило применяется к нормативным правовым актам равной юридической силы и предшествует коллизионному правилу о приоритете более позднего по дате принятия нормативного правового акта. Специальные нормативные акты о труде, отражающие дифференциацию трудовых отношений, не должны нарушать запрета дискриминации. В результате дискриминации отдельных категорий работников снижается уровень основных (основополагающих) прав, гарантированных каждому работнику. В этом случае приоритет должен предоставляться общей норме трудового права или принципу трудового права.