Хакерам вычисляют наказание

В Кировском районном суде Екатеринбурга началось оглашение приговора предполагаемым участникам хакерской группировки Lurk. Следствие полагает, что ОПГ, состоящая из 22 человек, похитила с помощью вирусов у ряда компаний и банков более 1,2 млрд руб. Гособвинение запрашивает для подсудимых от шести до 18 лет колонии. Никто из обвиняемых свою вину не признает, а предполагаемый лидер группировки Константин Козловский даже обвинил ФСБ в причастности к хакерским атакам. Материалы дела насчитывают порядка 2,5 тыс. томов. Ожидается, что судья будет зачитывать приговор несколько дней.

Фото: Марина Молдавская, Коммерсантъ

Спецоперация по задержанию предполагаемых участников группировки Lurk прошла в конце мая 2016 года. Тогда силовики задержали порядка 40 человек из разных регионов России. Уголовные дела в итоге возбудили только в отношении 23 из них. В зависимости от роли каждого их обвинили в мошенничестве в сфере компьютерной информации (ч. 4 ст. 159.6 УК РФ), неправомерном доступе к компьютерной информации (ч. 3 ст. 272 УК РФ), организации или участии в преступном сообществе (ст. 210 УК РФ), создании, использовании и распространении компьютерных вирусов (ч. 2 ст. 273 УК РФ).

По данным следствия, создали группировку в 2013 году Константин Козловский и Владимир Грицан, который в данный момент находится в розыске.

В Lurk была четкая иерархия, ее члены использовали псевдонимы, не раскрывая друг другу имена, а общались они с помощью мессенджера Jabber и по электронной почте.

Предполагаемые лидеры жили в Екатеринбурге, а остальные участники работали в разных регионах, включая Свердловскую, Тульскую, Саратовскую области.

До 2016 года часть хакеров, по версии следствия, занимались разработкой вредоносного программного обеспечения (ПО). Другие эти ПО тестировали, а остальные внедряли в компьютерные сети вместе с файлами троянскую программу Lurk, что позволяло получать доступ к компьютерам руководства и бухгалтеров организаций.

По оценкам следствия, за несколько лет хакеры похитили 1,26 млрд руб.

Из них у ООО «Стройинвест» были выведены с расчетного счета 7,6 млн руб., у Металлинвестбанка — 677,5 млн руб., у московской «Гарант-Инвест» — 467,4 млн руб., у сибирского филиала банка «Таатта» — 99,7 млн руб., у Ростовской снековой компании — 1,6 млн руб. Как считает следствие, средства выводились с помощью фирм-однодневок или через подставные банковские счета, оформленные на несколько сотен лиц по всей стране. После средства обналичивались, и участники Lurk тратили их по своему усмотрению. Также подсудимых обвиняют во взломе компьютерной сети и выводе информации с серверов екатеринбургского аэропорта Кольцово. Всего материалы дела насчитывают порядка 2,5 тыс. томов.

Один фигурант дела признал вину и согласился сотрудничать со следствием. В октябре 2018 года Кировский райсуд Екатеринбурга приговорил Игоря Маковкина к пяти годам колонии общего режима.

Остальные обвиняемые отказываются признавать свою вину. Предполагаемый глава группировки Константин Козловский назвал дело сфабрикованным.

Ранее его адвокат Федор Акчермышев в беседе с «Ъ-Урал» заявлял, что уголовное дело было создано искусственно для сокрытия незаконных оперативных действий правоохранительных органов России на территории иностранных государств.

Речь идет о доступе сотрудников Центра информационной безопасности ФСБ к серверам, расположенным во Франции, Германии, Нидерландах, Швеции и Великобритании.

Свою позицию он аргументировал тем, что в материалах дела есть информация о том, что сотрудники ФСБ, осматривая сервера, вводили логин и пароль, не указывая, откуда у них есть эти данные. «Из числа подсудимых никто не предоставлял логины и пароли. Сотрудники ФСБ сами имеют доступ к этим серверам, которые находятся на территории иностранных государств, что подтверждается документами из материалов дела»,— рассказывал он.

Во вторник, 8 февраля, в Кировском райсуде Екатеринбурга началось оглашение приговора предполагаемым участникам группировки.

Перед началом заседания Константин Козловский заявил, что не верит, что при «таком обвинительном заключении нельзя вынести решение на основании закона».

Он добавил, несмотря на то, что находясь под запретом определенных действий, он «исполнял поручение определенных лиц», его все равно вернули в СИЗО. «Изначально я придерживался позиции, что дело является провокацией. Я исполнял поручение определенных лиц по достижению целей информационной безопасности в РФ, чтобы закрыть форум Hydra (сайт по продаже нелегальных товаров,— «Ъ-Урал»), чтобы не было сотен тысяч осужденных каждый год. Но как только я этим занялся, меня снова арестовали. А в СИЗО на меня началось беспрецедентное давление»,— отметил господин Козловский.

Федор Акчермышев на суде отметил, что в материалах уголовного дела отсутствуют какие-либо доказательства, указывающие на причастность его подзащитного к инкриминируемым преступлениям. «Например, когда судья оглашала приговор, заявила, что подзащитному якобы принадлежит определенный никнейм (псевдоним), но данных подтверждений в материалах дела нет. Говорят, якобы подсудимые имели доступ к локально-вычислительным системам организаций, скачивали ее и хранили на каких-то серверах. Но нет сведений, что это за подконтрольные сервера и где они находятся. Непонятно, почему Козловского называют организатором группировки. Подзащитный никогда не имел отношения к преступной деятельности»,— отметил адвокат.

Он добавил, что, несмотря на то, что суд рассматривает дело о преступлениях в сфере компьютерной информации, не было исследовано ни одного электронного доказательства, ни одного электронно-вычислительного устройства.

«Это говорит о том, что органам предварительного расследования есть, что скрывать»,— подчеркнул господин Акчермышев.

Адвокат Андрея Сапегина Антон Асокин считает, что его подзащитному «не повезло оказаться не в том месте и не в то время». «Доказательств того, что он что-то сделал, — нет, есть только предположения. Согласно обвинению, он занимался обналом. Но доказательств, что он учреждал юридические лица, какие-то реквизиты списывал, нет»,— добавил он.

Обвиняемым в зависимости от роли грозит от шести до 18 лет лишения свободы. Максимальный срок гособвинение запрашивает для Константина Козловского. Первое заседание по оглашению приговора длилось восемь часов. Ожидается, что читать приговор будут несколько дней.