К вопросу о совершенствовании уголовно-правовых норм о мошенничестве

УДК 343.72 ББК 67

© 2016 г. О. М. Иванова,

адъюнкт Нижегородской академии МВД России. Тел.: 8 (960)311-23-75.

К ВОПРОСУ О СОВЕРШЕНСТВОВАНИИ УГОЛОВНО-ПРАВОВЫХ НОРМ

О МОШЕННИЧЕСТВЕ

В статье проанализированы уголовно-правовые нормы о мошенничестве, содержащиеся в Уголовном кодексе Российской Федерации. Затронуты проблемные вопросы, возникающие в теории и на практике по поводу внесенных Федеральным законом от 29 ноября 2012 года № 207-ФЗ поправок в уголовный закон.

Ключевые слова: преступления, собственность, мошенничество, уголовный закон, общие и специальные нормы.

O. M Ivanova - Adjunct, Nizhny Novgorod Academy of the Ministry of Internal Affairs of Russia.

THE ISSUE OF IMPROVING THE CRIMINAL LAW OF FRAUD

The article analyzes the criminal law standards of swindling containing in the Criminal Code of the Russian Federation. The problematic issues, arising in the theory and practice with regards to the amendments of the criminal law made with the Federal Law № 207-FZ of November 29, 2012, are discussed.

Key words: crimes, property, swindling, criminal law, general and special provisions.

Исследование истории российского уголовного закона о мошенничестве показывает, что впервые на законодательном уровне понятие «мошенничество» было определено в УК РСФСР 1922 года как получение с корыстной целью имущества или права на имущество путем злоупотребления доверием или обмана. Кроме того, в нем впервые было дано определение обмана, который выражался как в действиях, так и в бездействии, направленных на введение в заблуждение потерпевшего.

Следует отметить, что уголовные законы стран Содружества Независимых Государств также содержат нормы об ответственности за мошенничество, которое в российском понимании в большинстве кодексов трактуется одинаково. Правда, признак злоупотребления доверием в Уголовном кодексе Литовской Республики не указан. В качестве специфического обстоятельства необходимо отметить, что некоторые страны СНГ обязательным условием возбуждения уголовного дела за совершение простого мошенничества в отношении близкого выделяют заявление потерпевшего или его близких родственников (Армения, Беларусь). Положительным моментом уголовного законодательства Беларуси является то, что за совершение простого мошенничества преступник может быть освобожден от уголовной ответственности. Условиями освобождения преступника от уголовной ответственности являются: 1) явка с повинной в правоохранительные органы; 2) актив-

ное способствование выявлению преступления; 3) полное возмещение причиненного ущерба. Думается, что данные положения, безусловно, подлежат инкорпорации в Уголовный кодекс РФ.

Исследование уголовно-правовых признаков ст. 159 УК РФ «Мошенничество» продолжается и по сей день, они не раз становились предметом обсуждения со стороны видных теоретиков и практиков, поэтому мы не будем останавливаться на подробном анализе указанной нормы. Считаем необходимым лишь отметить тот факт, что на сегодняшний день по числу совершенных преступлений против собственности мошенничество находится на третьем месте, это свидетельствует о крайне неблагоприятной динамике их развития. С момента вступления в силу Уголовного кодекса РФ 1996 года количество мошеннических действий увеличилось в несколько раз. Для сравнения следует указать, что в 1997 году было зарегистрировано 77 763 преступления, а в 2006 году их число возросло практически в 3 раза и составило 225 326 преступлений. В последующем же, начиная с 2007 года, их динамика приобрела тенденцию к снижению. Например, в 2014 году зарегистрировано всего 1 60 214 преступлений, но и они более чем в 2 раза превышают статистические данные 1997 года.

Итак, Федеральным законом от 29 ноября 2012 года № 207-ФЗ [5], наделавшим много шума, не только изменена и дополнена ст. 159 УК РФ, но и порождено целое семейство норм

об ответственности за различные виды мошенничества (ст. 159.1-159.6 УК РФ). В дополнение к основному составу мошенничества криминализированы и внесены в действующий Уголовный кодекс РФ такие, как: мошенничество в сфере кредитования (ст. 159.1), мошенничество при получении выплат (ст. 159.2), мошенничество с использованием платежных карт (ст. 159.3), мошенничество в сфере страхования (ст. 159.5), мошенничество в сфере компьютерной информации (ст. 159.6), мошенничество в сфере предпринимательской деятельности (ст. 159.4).

В последующем в соответствии с постановлением Конституционного Суда РФ от 11 декабря 2014 года № 32-П «По делу о проверке конституционности положений статьи 159.4 Уголовного кодека Российской Федерации в связи с запросом Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа» [2] ст. 159.4 УК РФ с 12 июня 2015 года утратила силу, а уголовную ответственность за мошенничество в сфере предпринимательской деятельности с указанной даты представляется логичным квалифицировать по ст. 159 УК РФ. Вместе с тем деяния, подпадающие под признаки состава преступления, предусмотренного ст. 159.4 УК РФ, совершенные до 12 июня 2015 года, целесообразно квалифицировать не по ст. 159 УК РФ, устанавливающей за них более строгое наказание, а по ст. 159.4 УК РФ.

В изученном нами уголовном законодательстве стран СНГ и дальнего зарубежья такое деление мошенничества по отраслям человеческой деятельности отсутствует. Однако Уголовный кодекс КНР, принятый 5-й сессией Всекитайского собрания народных представителей 6-го созыва 14 марта 1997 года и вступивший в силу 1 октября 1997 года, выделяет в качестве самостоятельных составов преступлений накопление капитала мошенническими противозаконными способами в целях незаконного владения данным капиталом в сравнительно крупном размере (ст. 192), получение в банке или иной финансовой организации мошенническим путем кредита на сравнительно крупную сумму в целях незаконного владения капиталом (ст. 193), осуществление мошеннической деятельности с финансовыми векселями (ст. 194), с аккредитивами (ст. 195), с кредитными карточками в сравнительно крупном размере (ст. 196), осуществление мошеннических действий с использованием фальсифицированных, поддельных государственных облигаций и иных

выпущенных государством ценных бумаг в сравнительно крупном размере (ст. 197), мошенничество в области страхования в сравнительно крупном размере (ст. 198), хищение специальных квитанций об уплате НДС или других квитанций, которые могут быть использованы для возврата обманным путем экспортной пошлины и для компенсации (возврата) налогов (ст. 210) [1]. Китайский законодатель, так же как и российский, выделил их в отдельные статьи с целью придания значимости указанным составам ввиду распространенности их совершения и общественной опасности.

Представляется, что основанием дифференциации уголовной ответственности за различные формы проявления мошеннических действий являются объекты преступных деяний, указанные в вышеперечисленных нормах и совпадающие со сферами деятельности, например банковской, ипотечной, страховой. Однако имеются отрасли, в которых также совершается мошенничество, причем весьма изощренными способами и с большим размахом. Это и здравоохранение, и ЖКХ, и строительство, и образование, и другие не менее важные сферы деятельности, касающиеся большинства граждан Российской Федерации. В связи с этим возникает вопрос к законодателю: почему не были выбраны данные сферы деятельности? Были ли проведены как криминологические, так и социологические исследования по обоснованию принятого решения в отношении обстоятельств совершения правонарушений и их криминализации?

Для уяснения выдвигаемых предположений обратимся к приемам логического анализа. Известно, что специальные нормы вводятся либо с целью усиления ценности охраняемого объекта или изменения наказания в сторону его ужесточения. Думается, что для большинства граждан страны выбранные законодателем сферы деятельности вряд ли являются значимыми, в отличие от страховых компаний, предпринимателей, банков. Конечно, банкир несколько лучше чувствует себя, когда в Уголовном кодексе РФ имеется норма, защищающая его интересы. Использование государственных средств защиты более эффективно, чем самостоятельное осуществление защиты своих нарушенных прав. В первом случае речь идет о возбуждении уголовного дела правоохранительными органами и его расследовании, а во втором - защита будет осуществляться своими силами путем

привлечения высококвалифицированных юристов, требующих больших материальных затрат. Зачастую гражданские или арбитражные процессы затягиваются на годы, а время, как известно, - деньги. Поэтому невольно возникает мысль о том, что принятие новых норм о специальном мошенничестве есть лоббирование чьих-то интересов.

Что касается «ужесточения» санкций, предлагаемых законодателем для правоприменения специальных норм, то при сравнении санкций частей 1 ст. 159 и ст. 159.1-159.6 УК РФ складывается следующая картина: практически во всех частях 1 специальных норм установлены такие же сроки наказания, как и в части 1 основного состава, и все преступления отнесены к категории преступлений небольшой тяжести. В части 2 указанных статей максимальное наказание в виде лишения свободы предусмотрено, как и в общей части 2 ст. 159 УК РФ, и все преступные деяния отнесены к преступлениям средней тяжести. Кроме того, ч. 3 ст. 159 УК РФ относится к тяжким преступлениям, а ч. 3 ст. 159.1159.6 УК РФ - к преступлениям средней тяжести. Санкции части 4 всех норм о мошенничестве одинаковые.

Следовательно, санкции общей нормы, предусматривающей уголовную ответственность за мошенничество, строже, чем за совершение специальных его видов. Отсюда следует, что и вторая вероятная цель введения специальных норм о мошенничестве оказалась провальной.

Весьма противоречивыми являются и положения, содержащиеся в примечании к ст. 159.1 УК РФ, в котором определены крупный и особо крупный размеры ущерба: стоимость имущества, превышающая один миллион пятьсот тысяч рублей и шесть миллионов рублей соответственно, относящиеся только к специальным нормам, за исключением ст. 159.2 УК РФ. Однако особо крупный и крупный размеры ущерба, определенные в примечании к ст. 158 УК РФ, составляют свыше двухсот пятидесяти тысяч и один миллион рублей соответственно. Данные положения примечания к ст. 158 УК РФ касаются всех преступлений главы 21 УК РФ, за исключением ст. 159.1, 159.3-159.6. Так, например, при совершении мошенничества в сфере кредитования на сумму 1 500 000 рублей деяние следует квалифицировать по ч. 1, а не по ч. 3 ст. 159.1 УК РФ, так как сумма ущерба не превышает 1 500 000 рублей. Таким образом, путем введения примечания к ст. 159.1

законодатель существенно смягчил уголовную ответственность за совершение преступлений, предусмотренных ч. 3 и 4 ст. 159.1, 159.3-159.6 УК РФ.

Как уже отмечалось, в примечании к ст. 159.1 УК РФ законодателем не предусмотрена ст. 159.2 УК РФ «Мошенничество» при получении выплат». На этот счет существует особое мнение, заключающееся в том, что при совершении указанного вида мошенничества в крупном или особо крупном размерах ущерб причиняется бюджету Российской Федерации. В связи с этим можно предположить, что законодателем снова предпринята попытка дифференциации уголовной ответственности в зависимости от вида собственности: частной или государственной, с ужесточением последней. Вообще, при сравнении диспозиций и санкций ст. 159 и 159.2 УК РФ видится мало различий. Только в диспозиции ч. 2 ст. 159.2 УК РФ упоминается один квалифицирующий признак - «по предварительному сговору», а в ч. 4 указано, что преступление будет считаться совершенным организованной группой либо в особо крупном размере только в случае совершения простого мошенничества (ч. 1) либо особо квалифицированного (ч. 3). А разве не может быть совершено мошенничество группой лиц по предварительному сговору в особо крупном размере? Думается, что может. Тем не менее законодателем такой вероятный случай на практике не учтен.

Итак, из анализа примечаний к ст. 158 и

159.1 УК РФ следует, что законодатель, сам того не подозревая, уже давно делит размер ущерба в зависимости от того, кому он причинен. Так, мы установили три категории потерпевших лиц: 1) физическое лицо (ст. 159 УК РФ); 2) юридическое лицо (ст. 159, 159.1, 159.3, 159.5, 159.6 УК РФ); 3) государство (ст.

159.2 УК РФ). Таким образом, ст. 159 УК РФ является как бы общей нормой, защищающей интересы всех указанных групп потерпевших, в случаях, если преступления совершены не в сферах, обозначенных в ст. 159.1159.6 УК РФ. Здесь опять наблюдается нарушение конституционного права на защиту равным образом частной, государственной, муниципальной и иной формы собственности (ст. 8 Конституции РФ), что, на наш взгляд, является абсолютно не допустимым. Думается, решение здесь может быть только одно: предусмотреть примечание к главе 21 УК РФ, где будут указаны размеры ущерба для физических и юридических лиц. Только после предоставления всем категориям потер-

певших внутри групп равных условий можно будет говорить об эффективности уголовно-правовой защиты их интересов.

Наличие в Уголовном кодексе РФ ст. 159.2 также является вряд ли обоснованным, так как ее положения практически дублируют положения ст. 159 УК РФ. Кроме того, здесь законодатель снова смягчает уголовную ответственность путем запутывания правоприменителя, используя средства и способы юридической техники. Аналогичные выводы напрашиваются и при сравнении ст. 159 и 159.1 УК РФ.

При рассмотрении диспозиций ст. 159 и ст. 159.1-159.6 УК РФ также можно отметить определенные сходства и различия в объективной стороне их характеристики. Так, в диспозициях ст. 159.1, 159.2, 159.3, 159.5 УК РФ мошенничество определено только как хищение чужого имущества. В ст. 159.6 УК РФ мошенничество в сфере компьютерной информации трактуется как хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество. Представляется, что диспозиции специальных норм о мошенничестве практически повторяют положения общей нормы (ст. 159 УК РФ), следовательно, ничего нового ни в практику, ни в теорию они добавить не могут. Вместе с тем без уголовно-правовой оценки остаются мошеннические действия, совершенные с использованием статуса юридического лица, его реквизитов [3], и другие аспекты, которые действительно требуют адекватного законодательного вмешательства.

Кроме того, на практике возникают дополнительные проблемы разграничения специальных видов мошенничества и общей ст. 159 УК РФ. Согласно ч. 3 ст. 17 УК РФ, если преступление предусмотрено общей и специальной нормами, совокупность преступлений

Литература

1. Уголовный кодекс Китайской Народной Республики. URL: http://law.edu.ru

2. Вестн. Конституционного Суда Российской Федерации. 2015. № 2.

3. Иванов М. Г., Каныгин В. И. Преступления против собственности: науч.-практ. коммент. Н. Новгород, 2004.

4. Пояснительная записка к проекту Федерального закона «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и иные законодательные акты Российской Федерации». URL: http://base.consultant.ru

5. Собр. законодательства Российской Федерации от 03.12.2012. № 49. Ст. 6752.

отсутствует, и уголовная ответственность наступает по специальной норме. Следовательно, необходимо применять специальные нормы о мошенничестве. Но возможны и другие варианты, когда действия преступника, казалось бы, и совпадают с указанными в диспозиции одной из статей 159.1-159.6 УК РФ, однако под признаки составов преступлений они не подходят. Тогда необходимо применять общую норму, то есть ст. 159 УК РФ. Возможна и конкуренция норм общей, специальной и специальной, а также специальной и специальной. В этих случаях также необходимо применять ту норму, которая охватывает все признаки совершенного преступления.

В момент принятия Уголовного кодекса РФ 1996 года существовал только один состав о мошенничестве, включающий все способы совершения преступления. Однако со временем на практике стали возникать все новые и новые способы совершения мошенничества, например с использованием компьютерных технологий или в различных сферах, которые для правоприменителя могли быть не совсем понятными. Так, цель принятия Федерального закона от 29 ноября 2012 года № 207-ФЗ заключалась именно в снижении числа ошибок и злоупотреблений при возбуждении уголовных дел о мошенничестве, способствовании повышению качества работы по выявлению и расследованию таких преступлений, правильной квалификации содеянного [4]. Обозначенные ошибки правоприменителей, на наш взгляд, можно устранить путем предоставления Верховным Судом РФ полных комментариев о практике применения нормы ст. 159 УК РФ, которые должны регулярно пополняться в зависимости от появления новых способов мошенничества.

Bibliography

1. Criminal Code of the People's Republic of China. URL: http://law.edu.ru

2. Gazette of the Constitutional Court of the Russian Federation. 2015. № 2.

3. Ivanov M. G., Kanygin V. I. Crime Against Property (Scientific Practical Commentary). N. Novgorod, 2004.

4. Project Summary of the Federal Law «On Amendments Being Made to the Criminal Code of the Russian Federation and Other Laws of the Russian Federation». URL: http://base.consultant.ru

5. Official Gazette of the Russian Federation of December 3, 2012 № 49. Art. 6752.