Так исчезают экспонаты

В Кёльне в этнографическом музее Раутенштрауха-Йоста проходит выставка бронзы Бенина. Это один из самых необычных музейных проектов в мире: экспонаты редеют буквально на глазах, чего не скажешь о скандалах, связанных с колониальными войнами и реституцией,— их количество только увеличивается. Рассказывает Алексей Мокроусов.

Фото: Rautenstrauch-Joest Museum

Немного есть на свете выставок, где едва ли не главным экспонатом становится пустая витрина. Еще меньше выставок, где экспонаты исчезают на глазах.

Выставка бронзы Бенина в кёльнском музее Раутенштрауха-Йоста построена по такому непривычному принципу: три витрины уже пусты, хоть и освещены, остальные работы — головы правителей, сосуды, латунные доски с рельефами, скульптурные группы со сценами жертвоприношений или войны — также должны постепенно покинуть выставочные залы к закрытию. И хотя все показываемое — собственность музея, никто не собирается разыскивать исчезающее. Более того, музей расстается с ним добровольно. До конца года в Нигерию, на территории которой раньше находилось Королевство Бенин (не путать с нынешним Бенином!), должно вернуться 52 предмета, остальные 37 будут пока что храниться в Кёльне на условиях долгосрочной аренды.

Происходящее в Кёльне — часть большой программы по возврату в Нигерию сокровищ, вывезенных оттуда англичанами. В 1897 году они бомбардировали, а затем разграбили королевскую столицу, дворец верховного правителя «оба» по имени Омонрамвен тоже не пощадили, сам город был сожжен, а правитель отправлен в ссылку в провинцию. Независимая, порой непоследовательная политика Омонрамвена сильно досаждала англичанам. Тем не менее это была не «обычная» колониальная война, а классическая карательная экспедиция, полномасштабная месть за уничтоженный бенинцами годом ранее английский отряд из 250 человек. Отомстить за его гибель англичане и выслали 1,5 тыс. солдат и несколько кораблей.

Все это позволяет сегодня критикам возвращения ценностей говорить не о «похищенном» искусстве, но о типичных военных трофеях, тем более что и искусством-то это мало кто тогда считал, больше предметами культа. В любом случае первая Гаагская конвенция о законах и обычаях войны была принята лишь два года спустя, в 1899 году; все, что происходило с «перемещением» культурных ценностей прежде — включая печально знаменитые ограбления европейских музеев Наполеоном и затаривание им египетскими сокровищами Лувра,— как бы и не в счет.

Четыре тысячи предметов то ли культа, то ли искусства — по другим оценкам, меньше трех тысяч — вывезли в Лондон, где их начали продавать на аукционах, чтобы покрыть военные расходы. Остальное в течение десятилетий переправили в Европу и Северную Америку торговцы и путешественники. В результате десятки музеев и частных коллекций по всему миру оказались владельцами так называемой бенинской бронзы — на самом деле большая часть ее сделана из латуни. То, что поначалу мало кого интересовало на арт-рынке, сегодня стоит миллионы долларов. Немалую роль в пропаганде африканского искусства сыграл европейский авангард, прежде всего немецкие экспрессионисты и французские кубисты, изображения африканских скульптур можно увидеть на многих полотнах начала века. Среди музеев впереди, конечно же, Англия, в одном лишь Британском музее — 700 бенинских экспонатов. После Второй мировой войны музей даже продавал латунные доски из Бенина, ошибочно считая их дубликатами,— большую часть купило правительство Нигерии, вот пример отношений между колонизатором и колонизируемым.

В нашем веке история этого откровенного грабежа привела сначала к международному скандалу, породившему полемические публикации на всех языках, а затем и к принятию решения вернуть Нигерии ее бывшую собственность.

В прошлом году министры иностранных дел Германии и Нигерии подписали договор о передаче 1130 предметов, часть экспонатов уже вернулась в Африку. Один лишь Этнографический музей Берлина вернет 500 единиц, правда, треть из них останется в немецкой столице на временном хранении в течение десяти лет, их показывают сейчас в Форуме Гумбольдта.

«Прощальные» выставки бенинского искусства проходят по всей Германии, от Гамбурга до Дрездена, от Франкфурта до Лейпцига (там, в музее Грасси, 200 бенинских предметов; всего их в Саксонии — 263), но вряд ли где еще экспонатам уготована участь возвращаться на родину прямо из зала, как в Кёльне. Хотя время возвращения и обозначено 2023 годом, на деле все может затянуться. Немцы готовят за свой счет нигерийских специалистов, в Нигерии должны появиться выставочные залы и запасники, оборудованные по последнему слову техники. А последние новости вновь растревожили общественность — президент Нигерии подтвердил частный характер собственности, возвращенное передается потомкам «оба» в их дворец.

Кстати, 36 из увезенных из Бенина предметов оказались в итоге в петербургском Музее антропологии и этнографии имени Петра Великого, известном как Кунсткамера. Это крупнейшая коллекция бенинского искусства в России. B 1900 году Кунсткамера получила их в дар от профессора Лейпцигского университета Ганса Мейра. Интересно, поднимался ли вопрос о передаче этого дара в последние месяцы, полные повышенного внимания африканских политиков к России и наоборот.