Эмоциональная саморегуляция и личностные факторы стрессоустойчивости

6. Кирхлер Э, Майер-Пести К., Хофманн Е. Психологические теории организации // Психология труда и организационная психология, — Т. 5. — Харьков: Гуманитарный центр, 2005. — 312 с.

7. Кови С. мл., Мерил Р. Скорость доверия: То, что меняет все : пер. с англ. — М.: Альпина Паблишерз, 2010. — 425 с.

8. Купрейченко А.Б. Психология доверия и недоверия. — М.: Изд-во Ин-та психологии РАН, 2008. — 571 с.

9. Резников Е.Н. Психология межличностных отношений // Социальная психология: учеб. пособие / отв. ред. А.Л. Журавлев. — М.: ПЭР СЭ, 2002. — С. 164-178.

10. Родлер К., Кирхлер Э. Управление в организациях / Психология труда и организационная психология. — Харьков: Гуманитарный центр, 2003. — Т. 2. — 128 с.

11. Скрипкина Т.П. Психология доверия. — М., 2000. — 264 с.

12. СочивкоД.В., Савченко Т.Н., БлинниковаИ.В. Журнал «Прикладная юридическая психология»: ответы на вызовы психологической науки и практики // Прикладная юридическая психология. — 2013. — № 4. — С. 8-20.

13. Bigley G.A., Pearce J.L. Straining for shared meaning in organization science: problems of trust and distrust // Academy of Management Review. — 1998. — Vol. 23(3). — P. 405-421.

14. De Jong B, Elfring T. How does trust affect the performance of ongoing teams? The mediating role of reflexivity, monitoring and effort // Academy of Management Journal. — 2010. — Vol. 53 (3). — P. 535-549.

15. Horsburgh H. J. N. Trust and Social Objectives // Ethics. — 1961. — Vol. 72 (1). — P. 28-40.

16. Schoorman FD, Mayer R.C., Davis J.H. An integrative model of organizational trust: past, present and future // Academy of Management Review. — 2007. — Vol. 32(2). — P. 344-354.

17. Tsai Wei-Chi, ChiNai-Wen, GrandeyA.A., Fung Sy-Chi. Positive group affective tone and team creativity: Negative group affective tone and team trust as boundary conditions // Journal of Organizational Behaviour. — 2012. — Vol. 33. — P. 638-656.

18. Weber M. Some categories of interpretive sociology // Sociological Quarterly. — 1981. — 22(2). — P. 151-180.

ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ САМОРЕГУЛЯЦИЯ И ЛИЧНОСТНЫЕ ФАКТОРЫ СТРЕССОУСТОЙЧИВОСТИ

Н. П. Александрова, Е. Н. Богданов

Аннотация: в основу данного исследования положено понимание саморегуляции и стрессоустойчивости как способности личности, представляющей собой управление своим психоэмоциональным состоянием. В настоящее время способность к эмоциональной саморегуляции раскрывается через личностные характеристики индивида в связи с понятием «эмоциональный интеллект». Эмоциональный интеллект выступает в качестве показателя уровня сформированности эмоциональной саморегуляции и в значительной мере обусловливает стрессоу-

стойчивость личности. Такие личностные характеристики, как эмоциональная устойчивость, низкий или умеренный уровень личностной тревожности, интернальный локус контроля, способность вербализации эмоциональных состояний, служат основой для формирования эмоциональной саморегуляции и стрессоустойчивости и связаны с высоким уровнем эмоционального интеллекта.

Ключевые слова: эмоциональный интеллект, стресс, стрессоустойчи-вость, эмоциональная саморегуляция, личность.

Summary: the understanding of self-control and resistance to stress is the basis for this research as abilities of the personality, representing management of the psychoemotional state. Now ability of emotional self-control, reveals through personal characteristics of the individual in connection with the concept "emotional intelligence". The emotional intelligence acts as an indicator of level of formation of emotional self-control and considerably causes resistance to stress of the personality. Such personal characteristics as emotional stability, low or moderate level of personal uneasiness, an internalny locus of control, ability of verbalization of emotional states, are a basis for formation of emotional self-control and resistance to stress and are connected with high level of emotional intelligence.

Keywords: emotional intelligence, stress, resistance to stress, emotional self-control, personality.

На переломных этапах истории, когда напряжение в обществе нарастает, а накал страстей достигает предела, когда человек оказывается в состоянии стресса практически постоянно, перед ним встает проблема выживания не только его самого, но и его детей и членов его семьи.

На таком отрезке развития оказалась последние два десятка лет наша страна. К радикальной смене социально-экономического курса большинство населения оказалось неподготовленным. В результате по неопубликованным, но попадающим в средства массовой информации сведениям из Госкомстата, можно сделать вывод о том, что 70 % населения России живет в состоянии постоянного стресса. Его может вызвать

почти любое неординарное событие, а также обстоятельства, носящие хронический характер: плохие производственные, материальные или жилищные условия, напряженные отношения в семье или на работе.

Термин «стресс», введенный канадским врачом Гансом Селье в 1956 г., рассматривался им с биологической точки зрения «как неспецифическая реакция организма на любое предъявляемое к нему требование», при этом типовую реакцию может вызвать широкий спектр воздействий или стрессогенных факторов [1].

Поскольку человек является социальным существом и в деятельности его интегральных систем ведущую роль играет психическая сфера, то чаще всего именно психический стресс оказывается наиболее значимым для процесса эмоциональной саморегуляции и стрес-соустойчивости индивида.

Эмоциональная саморегуляция — один из уровней регуляции активности живых систем разных уровней организации и сложности, выражающий специфику реализующих ее психических средств отражения и моделирования действительности, в том числе рефлексии. На психологическом уровне саморегуляция представляет собой стихийное и осознанное использование человеком разнообразных приемов и технологий, помогающих нормализовать или настроить нужным образом свое эмоциональное состояние [2, 14].

Эмоциональная саморегуляция принадлежит к широкому классу процессов регуляции эмоций, включающих в себя как контроль над собственными чувствами, так и воздействие на чувства других людей в процессе межличностного об-

щения. Поскольку эмоции разворачиваются во времени, эмоциональная регуляция может остановить эмоцию в самом начале, изменить ее силу, время на-растания,приостановления или запуска определенных поведенческих реакций.

В результате эмоциональной саморегуляции могут возникать три основных эффекта:

• успокоения (устранения эмоциональной напряженности);

• восстановления(ослабления проявлений утомления);

• активизации (повышения психофизиологической реактивности).

С точки зрения психофизиологии эмоциональная саморегуляция выполняет роль универсального механизма, с помощью которого индивид может противостоять стрессу, и чем выше уровень эмоциональной саморегуляции, тем больше стрессоустойчивость личности [4, 9].

В психологическом словаре стрес-соустойчивость характеризуется следующим образом: 1) некоторая совокупность личностных качеств, позволяющих человеку переносить значительные интеллектуальные, волевые и эмоциональные нагрузки (перегрузки), обусловленные особенностями профессиональной деятельности, без особых вредных последствий для деятельности, окружающих и своего здоровья; 2) способность индивида сохранять здоровье и полную эффективность в деятельности и в отношениях при сильных эмоциональных нагрузках [7].

В современной психологии менеджмента вместо термина «стрессоустойчивость» используется «рези-лентность» (от англ. «resilience» -упругость, эластичность, способность бы-

стро восстанавливать физические и душевные силы).

Стрессоустойчивость — это способность сохранять эффективность в условиях стресса. Следовательно, это не борьба со стрессом, а адаптация к нему.

У человека механизмы приспособления значительным образом усложняются, так как ему необходимо реагировать на физические, социальные, психологические события и тратить на это ощутимое количество энергии, которую можно назвать адаптационной.

Исходя из данной трактовки в понятии «стрессоустойчивость» можно выделить два блока показателей, составляющих данный феномен: 1) психофизиологический, включающий в себя эмоциональную устойчивость / неустойчивость, подвижность процессов возбуждения/торможения и силу нервной системы; 2) социально-психологический (экстраверсия/интроверсия, тип и направленность поведенческих реакций и комплекс личностных качеств, проявляющийся в стрессе [12, 19].

В основу нашего исследования положено понимание саморегуляции и стрес-соустойчивости как способности личности, представляющей собой управление своим психоэмоциональным состоянием, достигаемым путем воздействия индивида на самого себя с помощью слов, мысленных образов, управления мышечным тонусом и дыханием. Поэтому целью настоящего исследования было: 1) определение совокупности свойств личности, обусловливающих возможности ее эмоциональной саморегуляции и стрессоустойчивости; 2) выявление взаимосвязи между эмоциональной саморегуляцией и стрессоустойчи-востью личности.

Исследование проводилось на базе муниципальных дошкольных образовательных учреждений — детского сада № 29 общеразвивающего типа, детского сада № 2 комбинированного типа и кор-рекционного образовательного учреждения № 4 г. Железнодорожного Московской области.

В исследовании приняли участие женщины-воспитатели (21 человек) в возрасте от 38 до 50 лет (55 %), от 26 до 38 лет (35 %% и старше 50 лет (10 %). Среди обследованных общее среднее образование имели 20 %, среднее профессиональное — 42 %, высшее профессиональное образование — 38 % воспитателей-педагогов. Все испытуемые проживали в инфраструктуре малого города (г. Железнодорожный Московской области) и работали в системе муниципального образования.

В настоящее время способность эмоциональной саморегуляции раскрывается через личностные характеристики индивида в связи с понятием «эмоциональный интеллект». Профессиональный интерес психологов к проблеме изучения эмоционального интеллекта весьма высок в связи с огромной значимостью эмоций в стрессоустой-чивости человека — об этом свидетельствуют направленность и количество работ, посвященных данной проблеме [3, 6, 18, 11, 5].

Из множества известных черт и свойств личности наиболее мощными факторами повышения уровня ее стрес-соустойчивости являются эмоциональная зрелость (в том числе входящие в данный сложный фактор эмоциональная устойчивость и уровень эмоционального контроля); пластичность (гибкость, готовность личности к изменениям), тип

темперамента (сильный тип высшей нервной деятельности по И.П. Павлову) и уровень развития рефлексии.

В связи с изложенным в использованный в настоящем исследовании психодиагностический комплекс были включены следующие методики: методика оценки подверженности стрессу, методика определения уровня эмоционального интеллекта (опросник ЕQ) Н. Холла; методика диагностики уровня эмпатических способностей В.В. Бойко; Торонтская алекситимическая шкала; методика диагностики уровня субъективного контроля Дж. Роттера; методика диагностики самооценки Ч.Д. Спилбер-гера, Ю.Л. Ханина; тест-опросник Г. Ай-зенка ЕРи методика многофакторного исследования личности Р. Кеттелла (№ 105) 16 РF-опросник [11].

Для обработки результатов использовался математико-статистический метод ранговой корреляции Спирме-на, который позволил определить тесноту (силу) и направление корреляционной связи между признаками, измеренными в одной и той же группе испытуемых.

В современной психологии существует мнение о том, что эмоциональный интеллект выступает в качестве показателя уровня сформированности эмоциональной саморегуляции. Поэтому мы предположили, что степень развития эмоционального интеллекта определяет эффективность процесса эмоциональной саморегуляции и в значительной мере обусловливает стрессо-устойчивость личности: индивид с высоким уровнем эмоционального интеллекта «берт на себя ответственность за собственное эмоциональное состояние» [8, 10, 13, 15].

Проведенные нами исследования продемонстрировали, что среди 47 % испытуемых относительно мало подвержены стрессу, остальные 53 % — подвержены стрессу и испытывают трудности в стрессогенных ситуациях.

Высокий уровень эмоционального интеллекта имеют 43 % педагогов; средний уровень эмоционального интеллекта — 57 %, лиц с низким уровнем эмоционального интеллекта не выявлено (табл. 1).

Высокий уровень эмоционального интеллекта характеризует наивысший уровень развития внутреннего мира субъекта. Это означает, что имеются определенные установки, которые отражают индивидуальную систему ценностей, выработанную субъектом самостоятельно и четко им осознаваемую. Выбор поведения осуществляется без чрезмерных волевых усилий; мотивация поведения осуществляется не снаружи, а исключительно изнутри.

Среднему уровню сформированно-сти эмоционального интеллекта соответствуют: высокий уровень самоконтроля, определенная стратегия эмоционального реагирования; ощущение психологического благополучия и позитивного отношения к себе.

Самому низкому уровню эмоционального интеллекта соответствуют эмоциональные реакции по механизму условного рефлекса; осуществление активности с преобладанием внешних компонентов над внутренними; низкий самоконтроль и высокая ситуативная обусловленность.

В настоящий момент необходимым шагом в исследовании эмоционального интеллекта как фактора, обусловливающего уровень эмоциональной само-

регуляции и стрессоустойчивости индивида, является уточнение структуры данного феномена и включение ее в систему личностных характеристик. В связи с этим особый интерес вызывает изучение таких биологических предпосылок развития эмоционального интеллекта, как уровень нейротизма, самоконтроля, субъективного контроля, тревожности, алекситимии и уровня эмпатиче-ских способностей личности. Результаты исследования уровней эмоционального интеллекта и соответствующих им личностных характеристик испытуемых представлены в таблице 1.

В таблице 1 в каждом столбце числовые показатели, выраженные в баллах, расположены слева, условные обозначения, отражающие характеристики испытуемых — справа.

В столбце «Показатель эмоционального интеллекта»: В — высокий уровень, С — средний уровень, Н — низкий уровень; в столбце «Уровень нейротизма»: Н — нейротизм, эмоциональная неустойчивость, У—эмоциональная устойчивость, нормостеник; в столбце «Уровень развития самоконтроля» (фактор Qз «низкий самоконтроль» — «высокий самоконтроль»): В — высокий уровень самоконтроля, С — средний уровень, Н — низкий; в столбце «Уровень субъективного контроля»: Э—экстернальный локус контроля, И — интернальный локус контроля (в качестве показателей уровня субъективного контроля взято среднеарифметическое значение); в столбце «Уровень личностной тревожности»: В — высокий уровень личностной тревожности, С—умеренная тревожность, Н — низкий уровень; в столбце «Способность вербализации эмоциональных состояний»: В — алекситимический тип, С — проме-

Таблица 1

Показатели эмоционального интеллекта, уровня нейротизма, самоконтроля, уровня субъективного контроля, тревожности и алекситимии, у педагогов дошкольных образовательных учреждений

Испытуемый Показатель эмоц. интеллекта Уровень нейротизма (> 11) Уровень развития самоконтроля (фактор Qз) Уровень субъективного контроля (ср.) Уровень личностной тревожности Способность вербализации эмоциональн. состояний (уровень алекситимии) Уровень эмпатических способностей

№ Код

1 1.1.29 17 С 16 Н 6 С 4,4 Э 48 В 68 С 18 С

2 1.2.29 16 С 11 У 8 В 3,4 Э 49 В 68 С 12 С

3 2.1.29 12 С 16 Н 5 С 3,4 Э 30 Н 70 С 12 С

4 2.2.29 17 С 16 Н 8 В 6 И 44 С 59 Н 17 С

5 3.1.29 20 С 16 Н 6 С 3,6 Э 56 В 79 В 14 С

6 3.2.29 10 С 16 Н 8 В 2,1 Э 53 В 77 В 19 С

7 4.1.29 17 С 9 У 5 С 3,3 Э 39 С 71 С 13 С

8 4.2.29 10 С 18 Н 7 В 4 Э 55 В 61 Н 21 С

9 5.Б.29 42 В 12 У 7 В 5,7 И 53 В 78 В 29 В

10 5.Л.29 44 В 7 У 6 С 7,7 И 30 Н 56 Н 25 В

11 5.М.29 48 В 11 У 8 В 7 И 46 В 39 Н 30 В

12 1.1.2 20 С 7 У 6 С 4,4 Э 53 В 57 Н 15 С

13 1.2.2 14 С 17 Н 5 С 3,3 Э 52 В 87 В 11 Н

14 2.1.2 58 В 19 Н 7 В 6 И 30 Н 72 С 24 В

15 2.2.2 54 В 8 У 7 В 6,1 И 36 С 43 Н 26 В

16 3.1.2 41 В 11 У 7 В 6 И 42 С 66 С 26 В

17 3.2.2 23 С 14 Н 6 С 5 Э 42 С 64 С 8 Н

18 4.1.2 63 В 10 У 10 В 7,8 И 29 Н 48 Н 26 В

19 3.К. 17 С 20 Н 6 С 3 Э 47 В 72 С 21 С

20 4.К. 38 В 13 У 8 В 5 Э 42 С 66 С 20 С

21 2.К. 39 В 5 У 6 С 4,6 Э 41 С 65 С 27 В

жуточный тип, Н — неалекситимический тип; в столбце «Уровень эмпатических способностей»: В — высокий уровень, С — средний уровень, Н — низкий уровень эмпатических способностей.

Как свидетельствуют представленные в таблице данные, испытуемые с высоким уровнем эмоционального интеллекта характеризуются эмоциональной устойчивостью и высоким уровнем развития самоконтроля, имеют низкий или умеренный уровень личностной тревожности, низкий уровень алекситимии, высокие показатели по шкале интерналь-ности (интернальный локус-контроль) и обладают высоким уровнем эмпатиче-

ских способностей.

Респонденты со средним уровнем эмоционального интеллекта имеют схожие по абсолютному значению показатели нейротизма, самоконтроля, уровня субъективного контроля, тревожности и алекситимии и статистически не отличаются от аналогичных показателей в группе воспитателей с высоким уровнем эмоционального интеллекта.

Таким образом, можно заключить, что уровень эмоционального интеллекта в пределах определенных значений обусловлен некоторыми конкретными личностными характеристиками, но не зависит от степени их выраженности.

Особого внимания при рассмотрении вопроса о стрессоустойчивости и эмоциональной саморегуляции личности заслуживают такие ее биологические характеристики, как нейротизм (или тревога) и экставерсия/интро-версия, которые в значительной мере их и обусловливают. Г. Айзенк рассматривал процессы возбуждения и торможения в нервной системе как определяющие экстраверсию/интроверсию. Он предполагал, что для нервной системы экстравертов характерны слабые процессы возбуждения и сильные процессы торможения, что при стрессовых ситуациях приводит к истерическим нарушениям или к маниакально-депрессивному психозу. Интроверты, наоборот, характеризуются сильным процессом возбуждения и слабым процессом торможения и поэтому имеют склонность к психастеническим реакциям на стрессогенные факторы. Причиной подобных проявлений у экстравертов и интровертов являются различия в восходящем активирующем влиянии ретикулярной формации на кору больших полушарий. Различия в уровне нейротизации личности и соответственно в интенсивности реагирования зависят от соотношения тонуса симпатической или парасимпатической нервной системы [1].

Анализ полученных нами результатов полностью соответствует приведенному утверждению, так как свидетельствует о том, что среди стрессоустойчивых личностей с высоким уровнем эмоционального интеллекта 88 % воспитателей являются экстравертами, в то время, как среди воспитателей со средним уровнем эмоционального интеллекта и низкой стрессоустойчивостью 91 % ис-

пытуемых—интроверты. Однако эти результаты не могут служить основанием для утверждения о том, что экстраверты более способны к эмоциональной саморегуляции по сравнению с интровертами, так как анализ показателя эмоциональной устойчивости/неустойчивости внутри групп экстравертов и интровертов продемонстрировал одинаковое соотношение индивидов с эмоциональной устойчивостью и эмоциональной неустойчивостью — 33 и 67 % соответственно.

Таким образом, нейротизм и экстра-версия/интроверсия — это свойства личности, обусловленные ее физиологическими особенностями. Они входят в структуру эмоционального интеллекта и в значительной степени влияют на поведение человека в широком классе стрессогенных ситуаций, определяя возможности эмоциональной регуляции личности.

Среди испытуемых не были выявлены респонденты с низким уровнем сформированности эмоционального интеллекта. Однако примененный нами математико-статистический метод ранговой корреляции позволил установить личностные характеристики потенциальных респондентов с низким уровнем эмоционального интеллекта.

Была выявлена обратная отрицательная корреляционная связь между:

- уровнем эмоционального интеллекта и уровнем нейротизма (п8 =

- 0,543);

- уровнем эмоционального интеллекта и уровнем тревожности (пв =

- 0,616);

- уровнем эмоционального интеллекта и уровнем алекситемии (пв = - 0,539).

Прямолинейная положительная корреляционная связь была установлена между уровнем эмоционального интеллекта и уровнем субъективного контроля (п5 = 0,81).

Не выявлено корреляционной связи между уровнем эмоционального интеллекта и уровнем эмпатических способностей (пв=0,22), между уровнем эмоционального интеллекта и уровнем самоконтроля (пв = 0,37). Возможно, это обусловлено тем, что уровень эмпатиче-ских способностей и уровень самоконтроля входят в структуру эмоционального интеллекта.

На основании полученных данных можно предположить, что психологический портрет представителя с низким уровнем сформированности эмоционального интеллекта будет характеризоваться: 1 ) эмоциональной неустойчивостью, нейротизмом, выражающимся в плохой адаптации, склонности к быстрой смене настроений (лабильности), чувстве вины и беспокойства, озабоченности, депрессивных реакциях, рассеянности внимания, неустойчивости в стрессовых ситуациях и неадекватно сильными реакциями по отношению к вызывающим их стимулам; 2) высоким уровнем показателя алек-ситимии (алекситимический тип), существенными когнитивно-аффективными особенностями которого являются: трудности в идентификации и описании своих чувств; сложность в дифференциации чувств и телесных ощущений; сниженная способность к символизации: недостаток воображения, ригидность и конкретность; 3) преобладанием экстернально-го локуса контроля, при котором субъект не видит связи между своими действиями и значимыми событиями жизни, не

считает себя способным контролировать эту связь и полагает, что большинство событий и поступков — результат случая или действий других индивидов.

Все изложенное в конечном итоге позволило нам сформулировать общий вывод о том, что такие личностные характеристики, как эмоциональная устойчивость, низкий или умеренный уровень личностной тревожности, интернальный локус контроля, способность вербализации эмоциональных состояний, служат основой для формирования эмоциональной саморегуляции и стрессоустой-чивости и связаны с высоким уровнем эмоционального интеллекта. Дальнейшее исследование в данном направлении выдвигает на первый план проблему психологических способов и механизмов эмоциональной саморегуляции — важнейшего системного субъектного качества и личностных детерминант как своеобразных модуляторов индивидуальной активности субъекта.

Перспективными направлениями в этом плане могут стать исследования:

- аффективной толерантности и ее взаимосвязи с показателями эмоционального интеллекта и личностными характеристиками;

- стратегий эмоциональной саморегуляции (способов управления дыханием, тонусом мышц, движением; способов, связанных с воздействием слова и образов);

- разработка тренинговых программ, позволяющих повысить личностную компетентность профессиональной деятельности на основе развития эмоционального интеллекта и способности к эмоциональной саморегуляции.

Литература

1. Айзенк Г. Структура личности. — СПб.; М., 1999. — С. 236.

2. Александрова Н.П. Эмоциональный интеллект как фактор регуляции педагогической деятельности // Вестн. Моск. гос. академии делового администрирования. — 2012. -№ 6. — С. 244-250.

3. Андреева И.Н. Эмоциональный интеллект: исследование феномен // Вопросы психологии. — 2006. — № 3. — С. 78-86.

4. Бодров В.А. Психологический стресс: развитие и преодоление. — М.: ПЕР СЭ, 2006. — С. 352.

5. Гаврина ЕЕ. Специфика проявления агрессии в поведении сотрудников правоохранительных органов // Прикладная юридическая психология. — 2013. — № 3. — С. 51-59.

6. Гоулман Д. Эмоциональный интеллект. — М.: АСТ, 2008. — С.478.

7. Зинченко В.П., Мещеряков Б.Г. Психологический словарь. — М., 2004.

8. Ерохина Е.В. Взаимосвязь компонентов эмоционального интеллекта и профессиональной дезадаптации личности // Вестн. Адыг. гос. ун-та. — Сер. 3. Педагогика и психология. — 2010. — № 1. — С. 183-191.

9. Катунин А.П. Стрессоустойчивость как психологический феномен // Молодой ученый. — 2012. — № 9. — С. 243-246.

10. Краснова В.В., Холмогорова А.Б. Социальная тревожность и ее связь с эмоциональной дезадаптацией, уровнем стресса и качеством интерперсональных отношений у студентов // Вопросы психологии. — 2011. — № 3. — С. 41-58.

11. Лапкин М.М, Казберов ПН, Датий А.В. Медико-психологическое сопровождение граждан в районах пожаров // Прикладная юридическая психология. — 2010. — № 4. — С. 158-163.

12. Леонтьев Д.А. Личностное в личности: личностный потенциал как основа самодетерминации // Учен. зап. кафедры общ. психологии Моск. ун-та им. М.В. Ломоносова. — Вып. 1 / под ред. Б.С. Братуся, Д.А. Леонтьева. — М.: Смысл, 2002. — С. 56-65.

13. Малащук Л.С, Маряшин Ю.Е., Юдин В.Е. Некоторые концептуально-теоретические вопросы повышения стрессоустойчивости специалистов опасных профессий // Вестн. восстановит. медицины. — 2011. — № 4. — С. 44-47.

14. Маттьюс Дж, Кустубаева А.М., Толегенова А.К. Эмоциональная и когнитивная саморегуляция // Вестн. Рос. ун-та дружбы народов. — Сер. 3. Психология и педагогика. — 2013. — № 2. — С. 7686.

15. Панкратова А.А. Практический, социальный и эмоциональный виды интеллекта: сравнительный анализ // Вопросы психологии. — 2010. — № 2. — С. 111-119.

16. Практикум психодиагностики / под ред. Д.Я. Райгородского. — Самара; М., 2007. — С. 672.

17. Селье Г. Стресс без дистресса. — М.,1978.

18. Сочивко Д.В., Савченко Т.Н., Блинникова И.В. Журнал «Прикладная юридическая психология»: ответы на вызовы психологической науки и практики // Прикладная юридическая психология. — 2013. — № 4. — С. 8-20.

19. Судаков К.В., Умрюхин П.Е. Системные основы стресса. — М.: Гетар-Медиа, 2010. — С.112.

ПРОБЛЕМА ПСИХОПАТИЗАЦИИ ЛИЧНОСТИ ОСУЖДЕННЫХ К ЛИШЕНИЮ СВОБОДЫ

Аннотация: в статье рассматриваются вопросы психопатизации личности осужденных, отбывающих наказание в виде лишения свободы, в аспекте социо-демографических, индивидуально-психологических и социо-психологических особенностей их личности.

Д. В. Сочивко, А. О. Бурцев

Ключевые слова: психопатиза-ция, расстройство личности (психопатии), психопатоподобное поведение, психопатоподобные черты личности, психотическая личность, конвергенция, предрасположенность, психиатрическая болезнь (заболевание).

Summary: the article considers ques-