Архитектура в центре: снести или оставить?

Как известно, у новой застройки в историческом центре города существуют проблемы в архитектурном, правовом и политическом аспектах. Условно весь круг вопросов можно свести к следующим: "Сносить или не сносить?" и "Строить или не строить?". О возможностях сосуществования исторической застройки и современной архитектуры рассуждают эксперты.

1 / 4

На городском педсовете, состоявшемся 28 августа в Михайловском театре, губернатор города Георгий Полтавченко назвал Петербург одним большим наглядным пособием по культуре и наукам. Пожалуй, архитектуре город тоже может научить, по крайней мере, заложить основы понимания классических архитектурных закономерностей. Правда, в этом есть и неизбежный минус: все новое воспринимается горожанами если не в штыки, то через сравнение с идеальными образцами. Между тем новые материалы и технологии позволяют архитекторам не ограничивать ни свою фантазию, ни запросы заказчиков. Фантазировать в спальных районах оказывается не так интересно, хотя на окраинах Петербурга немало исторических объектов, в том числе и домов-памятников. Соседству с ними почему-то никто особенно не радуется, и постепенно исторические здания окружаются типовыми многоэтажками.

Но дворцы и дома исторического центра Петербурга заставляют с собой считаться. Актуальности проблеме добавляет проект обновления двух территорий в центре города — "Конюшенная" и "Северная Коломна — Новая Голландия": с одной стороны, вместо нескольких тысяч коммуналок непременно должно появиться что-то комфортное для жилья, тем более что в сорока с лишнем домах там нет горячего водоснабжения, а в четырнадцати — ванных комнат; с другой — инвесторов не оставляет мысль об участках, которые, вполне вероятно, могут освободиться (хотя официально пока об этом речи нет).

Какую стратегию выбрать — можно ли допустить архитектурное соседство исторических и современных объектов? Если да, то на каких условиях, если нет — то что делать с уже построенным? На какие примеры стоит ориентироваться? Кроме ответов на эти вопросы, эксперты высказывают собственное мнение по поводу стилизации городских объектов под исторические здания, говорят о потенциале современных архитекторов и называют удачные, на их взгляд, примеры синтеза нового и старого.

Олег Рыбин, председатель комитета по градостроительству и архитектуре, главный архитектор Санкт-Петербурга:

— Полагаю, возведение объектов современной архитектуры в районах с исторической застройкой не только допустимо, но и необходимо, если считать, что современная архитектура — это архитектура "своего времени". Каждое время оставляет след в истории, и наслоение времен и эпох и есть суть исторического города — многослойного, информативно и образно богатого. Способность предъявить современную архитектуру, с которой не стыдно заходить на территории исторической застройки, должна стать основной заботой архитекторов. Однако следует помнить, что "подделка под старое убивает старое". Эта фраза Дмитрия Сергеевича Лихачева разъясняет многое. Стилизаторство, как правило, хуже образцов стиля и является признаком неспособности предъявить новое, свое, современное. Вот здесь и возникает вопрос качества и соответствия. И это должно зависеть не только от талантов архитектора и застройщика, но и от полноценности городских законов, регламентов, не только параметрических — высота или протяженность, но и требований к характеру пропорций и членений, соотношений применяемых материалов и их комбинаций, цвета и света, прозрачности, рекламы, установки технических устройств и многого другого, что позволяет сохранить и приумножить целостность среды исторического города. При этом ориентация на лучшие европейские практики, на мой взгляд, была бы самым органичным решением для Санкт-Петербурга.

Дмитрий Бобенчик, архитектор, дизайнер, член Союза дизайнеров России:

— На сегодняшний день моя позиция по вопросу существования современной архитектуры в исторической части такого города, как Санкт-Петербург, или похожих на него, радикальна: новые элементы здесь появляться не должны. Все, что можно делать здесь, — это бережно реставрировать старинные постройки и ухаживать за ними, в том числе с применением новых технологий, материалов — это пожалуйста. Говоря конкретно о Петербурге, я бы приветствовал конные экипажи для развлечения туристов (но не бутафорские, как сейчас), общественный транспорт (но не маршрутки) и велосипеды, для прочих видов транспорта центр нужно закрыть — никаких автомобилей, а также никаких интернет-проводов между домами, рекламы на фасадах, спутниковых тарелок и наружных блоков кондиционеров. Все, что было построено после войны, следует снести, а на освободившихся площадках разбить скверы, парки и сады — у нас их в городе не хватает, заодно решим и эту проблему. Кому-то не хватает комфорта в центре, поэтому переделываются квартиры, строятся мансарды? Пусть эти люди переезжают за город или же в спальные районы — по крайней мере, у наших северных соседей, на которых я рекомендую в этом вопросе ориентироваться, в Стокгольме, в Хельсинки, как раз так все и сделано. Центр — для туристов, для истории, остальное — для жизни. И еще несколько слов о современной архитектуре в исторических городах: она должна быть незаметной, невидимой! Всякий архитектор своим трудом хочет заявить о себе миру, но это хорошо для новых пространств, для "чистого поля", а в контексте исторической среды правилом архитектора должен быть отказ от личных амбиций. Сделай настолько хорошо, чтобы никто и не увидел. Такой вот парадокс!

Алексей Сколдинов, главный архитектор компании Honka, член Союза архитекторов России:

— Мне нравятся финские города, где современная архитектура вплетена в ткань города. Это главное — не рвать ткань города, соответствовать его духу. В Осло и Стокгольме современные дома не пытаются мимикрировать, они возводятся с применением современных материалов, таких как стекло, металл, но результат заслуживает положительной оценки, так как они вписаны с учетом масштаба окружающей застройки, а целью имеют не удивить или напугать задумкой архитектора, нет, они создают комфортную среду. Если для этого нужна и технически допустима постройка четырехэтажной мансарды и этажа без окон — будет и мансарда, и этаж. Насчет центра Петербурга скажу так: нельзя выписывать индульгенцию объектам только на том основании, что они были построены до войны или вообще — были построены. Не обязательно сносить неудачные здания, существует же масса приемов реконструкции — полторы тысячи и триста из них гениальные, — которые могут исправить ситуацию. Почему это не происходит? Не потому, что некому это предложить или воплотить, — у нас чудесные архитекторы! Но есть два фактора: деньги и власть. Точнее, даже один — власть и ее позиция: запретить или не запретить, разрешить или нет. Вы же понимаете, что если бы в центре Осло можно было построить небоскреб, он бы уже завтра там стоял.

Валентин Гаврилов, руководитель Творческой архитектурной мастерской В. А. Гаврилова, заслуженный архитектор России:

— Сосуществование возможно при условии грамотного заказчика и квалифицированного исполнителя. Найти таких сейчас трудно. Остановите любого современного архитектора и спросите его, какова высота Зимнего дворца? А ширина Дворцовой площади? Думаете, ответит? Рожденный в Ленинграде должен быть архитектором с рождения! Должен мыслить категориями архитектуры. Еще Николай Васильевич Гоголь в арабесках "Об архитектуре нынешнего времени" писал о важности окружающего пространства, о том, что значимость имеет и то, что не застроено. Необходимо уметь думать с перспективой, как Николай II, который считал, что окна на боковом фасаде не могут быть маленькими, даже если они выходят на маленькие улочки, ведь завтра эти улочки могут стать большими. В этом смысле я бы посоветовал поехать в Сеул, в Берлин, в Хельсинки — посмотреть и поучиться. Петербургу же необходим главный архитектор, который будет направлять его развитие. Хорошо, что пришел Олег Рыбин — я знаю его давно, человек солидный. Но все-таки нужны грамотные заказчики и архитекторы, которые не будут строить "на красной линии". Что же касается примеров... Давно вы видели дом, построенный со скромностью? Органично вписанный в ансамбль? Вместе с тем дурацких домов масса еще с дореволюционных времен. Так что решение о судьбе исторических зданий нужно принимать особое в каждом отдельном случае.

Никита Явейн, руководитель архитектурного бюро "Студия 44", заслуженный архитектор России:

— Я бы сформулировал стратегическую линию так: деликатная трансформация с приспособлением к современным функциям. По поводу примеров: за то, что делают в Барселоне, нас бы тут всех четвертовали. Вообще, каждый исторический город выбирает свой путь: в Риме — запрет на новое строительство в центре; в Лондоне — если не абсолютная свобода, то что-то в этом роде; в Берлине — довольно жесткие регламенты, в рамках которых делают достаточно современные вещи. Петербург пока бросает из стороны в сторону — от призывов строить авангардную архитектуру в центре до требований объявить полный мораторий на строительство. По моему мнению, главный критерий должен быть один — надо создавать качественную жилую среду, а не торговать квадратными метрами. Для этого нужен прежде всего адекватный заказчик, который понимает, что архитектура не может быть одновременно дешевой и красивой. В Петербурге наиболее удачными постройками последних лет считаю жилой дом напротив Михайловского замка по проекту Юрия Земцова и Михаила Кондиайна и административное здание на улице Чайковского, 44, работы Михаила Мамошина. Обе эти вещи отличает выверенная точность архитектурного приема.