Лептоспирозы людей и животных: тенденции распространения и проблемы профилактики

14. Ткаченко Е.А., Бернштейн А.Д., Дзагурова Т.К. и др. Сравнительный анализ эпидемических вспышек геморрагической лихорадки с почечным синдромом, вызванных вирусами Пуумала и Добрава/Белград // Эпидемиология и вакцинопрофилактика. 2005. № 4. С. 28 - 34.

15. Ткаченко Е.А., Дзагурова Т.К., Морозов В.Г. и др. Особенности геморрагической лихорадки с почечным синдромом, вызываемой генетическими подтипами вируса Добрава/Белград в России // Тихоокеан. мед. журн. 2008. № 2. С. 10 - 14.

16. Транквилевский Д.В., Платунина Т.Н., Дзагурова Т.К. и др. Вспышка геморрагической лихорадки с почечным синдромом зимой 2006 - 2007 гг. в Воронежской области // Мед. вирусол. 2007. Т. XXIV. С. 145 - 156.

17. Ходякова И.А., Щукина И.А., Мурашкина А.Н. и др. Особенности очагов ГЛПС на территории Липецкой области // Мед. вирусол. 2009. Т. XXVI. С. 203 - 205.

18. Ходякова И.А., Щукина И.А., Мурашкина А.Н. и др. Совершенствование надзора за природными очагами ГЛПС // Мед. вирусол. 2009. Т. XXVI. С. 209 - 211.

19. Якименко В.В., Гаранина С.Б., Малькова М.Г. и др. Итоги изучения хантавирусов Западной Сибири // Тихоокеан. мед. журн. 2008. № 2. С. 20 - 26.

20. Якименко В.В., Деконенко А.Е., Малькова М.Г. и др. О распространении хантавирусов в Западной Сибири // Мед. паразитол. 2000. № 3. С. 21 - 28.

21. Bernshtein A.D., Apekina N.S., Mikhailova T.V. et al. Dinamics of hantavirus infection in natural infected bank voles {Clethrionomysglareolus) // Arch. Virology. 1999. V. 144. P 1 - 14.

22. Clement J., Maes P, Van Ranst M. Hantaviruses it the old and new world emering viruses in human population: perspectiv in medical virology. 2007. P. 163 - 178.

23. Gavrilovskaya I.N., Apekina N.S., Bernshtein A.D. et al. Pathogenesis of hemorrhagic fever with renal syndrome virus infection and mode of

horizontal transmission of hantavirus in bank voles // Arch. Virology. 1990. (Suppl 1). № 1. P. 57 - 62.

24. Gavrilovskaya I.N., Gorbunova E., Mackow N.A., Mackow E. Hantaviruses direct endothelial cell permeability by sensitizing cells to the vascular permeability factor VEGF, while angiopoietin 1 and sphingosine 1 -phosphate inhibit hantavirus-directed permeability // J. Virol. 2008. V. 82 (12). P. 5797 - 5806.

25. Heyman P., Vaheri A. Situation of hantavirus infections and hemorrhagic

fever with renal sindrome in European countries as of december //

Eurosurvllance. 2008. V. 13. № 7 - 9. P 1 - 7.

26. Lee H.W., Lee P.W., Baeck L.J. et al. Intraspecific transmission of

Hantaan virus, the etiologic agent of Korean hemorrhagic fever, in the rodent Apopdemus agrarius // Am. J. Trop. Med. Hyg. 1981. № 30. P. 1106 - 1112.

27. Kallio E., Klingstrom I., Gustafsson E. Prolonged survival of Puumala hantavirus outside the host: evidence for inderect transmission via the enviroment // J. of General Virology. 2006. V. 87. P. 2127 - 2134.

28. Klempa B., Tkachenko E., Dzagurova T. et al. Hemorrhagic fever with renal syndrome caused by 2 lineages of Dobrava Hantavirus, Russia // Emer. Infect. Dis. 2008. V. 14. № 4. P. 617 - 625.

29. Lundkvist A., Apekina N., Myasnikov Y. et al. Dobrava hantavirus outbreak in Russia // Lancet. 1997. V. 350. P 781, 782.

30. Mills J., Schmidt K., Ellis B.A. et al. A longitudinal study of hantavirus infection in three sympatric reservoir species in agroecosystems on Argentine Pampa // Vector Borne Zoonotic Dis. 2007. № 7 (2). P. 229 - 240.

31. Plyusnin A., Morzunov S. Virus evolution and genetic diversity of hantaviruses rodent hosts // Curr. Top. Microbiol. Immunol. 2001. V. 256. P. 47 - 75.

32. Plyusnin A.,Vapalahti O., Zankineen H. et al. Tula virus: a newly detecty hantavirus carried by European common voles // J. of Virology. 1997. V. 68. № 12. P. 7833 - 7839.

Лептоспирозы людей и животных: тенденции распространения и проблемы профилактики*

Ю.В. Ананьина

Научно-исследовательский институт эпидемиологии и микробиологии им. Н.Ф. Гамалеи РАМН, Москва

Резюме

Представлен анализ механизмов и современных мировых тенденций распространения возбудителей лептоспирозов за пределы эндемичных территорий, а также эпидемического проявления природных и хозяйственных очагов в Российской Федерации. Приведены данные о новых методах профилактики и диагностики этой группы природно-очаговых зоонозов. Ключевые слова: лептоспирозы, природные и хозяйственные очаги лептоспирозов

Human and Animal Leptospiroses: Prevalence Trends and Preventive Measures

Ju.V. Ananyina

N.F. Gamaleya Research Institute of Epidemiology and Microbiology, Academy of Medical Sciences, Moscow Ab^ra^

The present-day trends and mechanisms in global emergence of leptospiroses agents in non-endemic territories as well as epidemic manifestations of natural and man-made foci in Russia are analysed. The data are presented on novel vaccines and tools for laboratory diagnosis of leptospiroses.

Key words: leptospiroses, natural and man-made leptospiroses foci

Лептоспирозы занимают одно из ведущих мест среди зоонозов по широте распространения природных и хозяйственных очагов, а также по тяжести клинического течения инфекции и частоте летальных исходов. Согласно ориентировочным оценкам международных экспертов, ежегодно в мире более 100 тысяч людей заболевают инфекциями этой группы. Относительно низкие показатели регистрируемой заболеваемости в большинстве

стран мира, включая Россию, как правило, обусловлены неудовлетворительным состоянием дифференциальной клинической и лабораторной диагностики. По этой причине многие авторы не только в развивающихся, но и в экономически развитых странах относят лептоспирозы к группе «незамечаемых» {«neglected») инфекционных болезней [11].

Наиболее высокий уровень эпидемического проявления очагов лептоспирозов характерен для

* Докладывалось на Всероссийской конференции с международным участием «Актуальные проблемы природной очаговости болезней» (к 70-летию теории академика Е.Н. Павловского о природной очаговости болезней), ноябрь 2009 г., Омск.

Эпидемиология и Вакцинопрофилактика № 2 (51)/2010

Эпидемиология и Вакцинопрофилактика № 2 (51)/2010

стран субтропического и тропического климатических поясов, где периодически возникают вспышки, охватывающие сотни и даже тысячи людей [15]. Вероятность внезапного осложнения эпидемиологической обстановки многократно возрастает в условиях чрезвычайных ситуаций (наводнений, землетрясений и др.). Одна из крупнейших за последние годы вспышек (2158 случаев заболеваний, в их числе 167 - летальных) произошла на Филиппинах (в Маниле) вскоре после двух мощных тайфунов и последующего наводнения в сентябре - октябре 2009 года.

Нередко спорадические случаи или групповые вспышки лептоспирозов возникают при проведении соревнований, связанных с водными видами спорта. Примером может служить «международная» вспышка в Малайзии (на о. Борнео) в 2000 году, когда тяжелой формой лептоспироза заболели атлеты из 27 стран мира - участники многоборья, включавшего греблю на каноэ [14].

В последние два десятилетия риск заражения лептоспирозами значительно возрос в связи с ростом популярности отдыха в странах тропического и субтропического поясов, туризма, спортивной и любительской рыбной ловли, виндсерфинга, каяуинга, рафтинга и других видов спорта, связанных с риском контакта с водой, контаминированной выделениями (мочой) животных-лептоспироносителей. Последнее дало основание причислить лептоспи-розы к группе «рекреационных» зоонозов [10].

Развитие интеграционных процессов, расширение торгово-экономического сотрудничества, современные быстрые средства транспортировки продуктов питания и кормов ликвидировали прежние географические барьеры для выноса возбудителей болезней человека и животных за пределы эндемичных территорий, в страны, где они либо отсутствуют, либо имеют ограниченное распространение. Нередки случаи непреднамеренного заноса опасных возбудителей зоонозных инфекций с импортируемыми сельскохозяйственными животными, животными-компаньонами, при легальной и нелегальной торговле представителями дикой фауны, продуктами животного и растительного происхождения [1].

Лептоспиры относятся к возбудителям группы высокого риска в отношении вероятности трансграничного перемещения с представителями дикой фауны, так как более 130 родов животных могут служить их потенциальными носителями [1, 13].

Подтверждением реальности этой угрозы служит сообщение о профессиональных случаях заражения лептоспирозом служащих компании, занимающейся торговлей дикими животными в Японии. Источником лептоспир серогруппы Grippotyphosa оказались белки-летяги, привезенные из США (Майами, Флорида) в 2005 году [12].

В последние три десятилетия в ряде стран Европы (в Великобритании, Италии и др.) в поголовьях свиней регистрируется лептоспироз, вызывае-

мый возбудителями серогруппы Australis (серовар muenchen). В 2002 году впервые на территории России диагностированы тяжелые случаи этого лептоспироза среди людей [5]. В связи с данным настораживающим фактом представляется целесообразным проведение исследований по выявлению в нашей стране природных и хозяйственных очагов лептоспироза (Australis muenchen), оценке их эпидемиологического и эпизоотического проявления.

Убиквитарное распространение лептоспиро-зов в мире обусловлено широким спектром хозяев патогенных лептоспир и восприимчивых к ним видов животных, равно как и высокой степенью биоразнообразия возбудителей. К настоящему времени идентифицировано более 250 серова-ров патогенных лептоспир, отнесенных к 11-ти геномным видам.

Мировые данные по заболеваемости людей и животных указывают на повсеместное распространение, а также на выраженное эпидемиологическое и эпизоотологическое проявление (в том числе в России) инфекций, возбудители которых относятся к трем геномным видам лептоспир: L. interrogans -серовары copenhageni, icterohaemorrhagiae, canicola и pomona, L. kirschneri - mozdok и grippotyphosa и L. borgpeterseni - tarassovi и hardjo.

Особую опасность в отношении угрозы распространения новых возбудителей за пределы эндемичных территорий представляет многочисленная группа экзотических высоковирулентных лептоспир (lai, huanuco и многие другие), антигены которых не представлены в диагностических тест-системах и вакцинных препаратах.

В Российской Федерации лептоспирозы относятся к числу широко распространенных природно-очаговых инфекций человека, что обусловлено наличием почти на всех территориях, как в сельской местности, так и в городах, их природных и хозяйственных очагов. Продолжительный подъем заболеваемости лептоспирозами в России в 80 - 90-х го-дах минувшего столетия сменился в начале нового века периодом относительной стабилизации, а в последние годы

- и резким снижением заболеваемости. Согласно официальным данным, ежегодно на территории более 50 субъектов Российской Федерации регистрируется от 619 (2008 г.) до 2339 (2004 г.) случаев лептоспироза среди людей. Показатель заболеваемости колеблется соответственно от 0,43 до 1,63 на 100 тыс. населения. Всего за 2002 - 2006 годы зарегистрировано 7173 случая, подтвержденных лабораторными методами.

Высокая заболеваемость лептоспирозами людей, превышающая средние по стране показатели, отмечается в субъектах Центрального, СевероЗападного, Южного и Приволжского федеральных округов. На фоне спорадической заболеваемости периодически регистрируются групповые случаи и вспышки этой инфекции, как правило, «купального» характера (Ставропольский край, Ульяновская

область и др.). Наиболее распространенные возбудители - лептоспиры серогрупп Grippotyphosa, Pomona, Sejroe и Canicola.

Низкие показатели или отсутствие регистрируемой заболеваемости на «молчащих» территориях Российской Федерации, особенно в Уральском, Сибирском и Дальневосточном федеральных округах, являются следствием недостаточных объемов лабораторных исследований на лептоспироз и, соответственно, низкой выявляемости больных. По указанной причине лептоспирозы пополняют статистику других инфекционных болезней со сходной клиникой.

Снижению заболеваемости на отдельных «ги-перэндемичных» по лептоспирозам территориях (например, в Краснодарском крае) способствовало внедрение в практику высокоэффективных вакцин нового поколения. Для специфической профилактики лептоспирозов людей с 1999 года используется концентрированная корпускулярная поливалентная вакцина, разработанная Ростовским НИИ микробиологии и паразитологии Минздравсоцразвития России. В ее состав входят антигены лептоспир четырех эпидемиологически значимых серологических групп: Icterohaemorrhagiae, Grippotyphosa, Pomona и Sejroe [8]. За последние пять лет профилактическими прививками было охвачено более 500 тысяч человек из групп повышенного риска заражения в 24 субъектах Российской Федерации. Большая часть (80%) доз вакцины была использована на эндемичных по лептоспирозам территориях субъектов Южного федерального округа. С 1999 по 2006 год в этом округе была проведена иммунизация более 400 тысяч человек, что способствовало многократному снижению показателей заболеваемости.

Приказом № 229 от 27.06.2001 года Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека вакцинация против лептоспироза включена в Календарь профилактических прививок по эпидпоказаниям.

В арсенале средств специфической профилактики лептоспирозов в области ветеринарии - поливалентная вакцина ВГНКИ для вакцинации сельскохозяйственных животных, собак и пушных зверей, а также ряд ассоциированных вакцин [4].

Среди зоонозных инфекций лептоспирозы занимают одно из первых мест по тяжести клинического течения, частоте летальных исходов и отдаленных клинических последствий [2]. При среднем показателе летальности в Российской Федерации 3,4% на отдельных территориях (как правило, эндемичных по иктерогеморрагическому и каникулез-ному лептоспирозам) она значительно превышает этот уровень (Калининградская и Ленинградская области - более 12%, Санкт-Петербург - до 20%). Неблагоприятные исходы заболеваний, как правило, являются следствием поздней обращаемости больных, неудовлетворительной подготовки клини-

цистов (инфекционистов, в том числе первичного звена) в отношении зоонозных инфекций.

Обращает на себя внимание широкое распространение в последнее десятилетие лептоспироза, вызываемого возбудителями серогруппы Canicola, основной резервуар которого - собаки [4, 7]. Эпидемиологическая опасность этой этиологической формы лептоспироза заключается в тесном постоянном контакте человека с источниками возбудителя инфекции - собаками, у которых заболевание часто протекает в форме бессимптомного лепто-спироносительства и долгое время может оставаться невыявленным. Особую опасность в домашних очагах представляют последствия лептоспирозной инфекции для беременных женщин (особенно во 2 - 3-м триместре беременности), у которых при заражении могут происходить самопроизвольные аборты, выкидыши, мертворождения, рождение младенцев с «врожденным» лептоспирозом. При дифференциальной диагностике острых лихорадочных заболеваний у беременных необходимо в обязательном порядке обследовать их и на лептоспироз, особенно при эпидемиологических показаниях (наличие в доме собак, крыс, мышей, а также профессиональный риск и т.д.) [9].

Согласно данным последних лет, «возвращение» штутгартской болезни сопровождается расширением спектра эпидемиологически значимых источников инфекции. В эпизоотический процесс помимо основного хозяина - собаки вовлекаются и некоторые виды сельскохозяйственных животных (крупный рогатый скот, свиньи). Зарегистрированы водные, «купальные» вспышки лептоспироза серогруппы Canicola, при которых роль главного источника инфекции играл не основной хозяин -собака, а крупный рогатый скот [1, 7].

В этиологической структуре лептоспирозов у людей остается высоким удельный вес иктерогемор-рагического лептоспироза, превалирующим резервуаром которого является серая крыса. В Санкт-Петербурге в этиологии лептоспироза у собак произошли изменения, характеризующиеся увеличением доли лептоспир серогруппы Icterohaemorrhagiaе до 65,2% [7]. Рост распространенности этого лептоспироза отмечают и у других животных - свиней, овец, коз, лошадей [3, 4].

Таким образом, патогенные лептоспиры при определенных условиях способны преодолевать барьер гостальной специфичности, что может иметь неблагоприятные эпидемиологические и эпизоото-логические последствия.

В последние два десятилетия диагностический арсенал пополнился новыми молекулярногенетическими технологиями, открывшими новые возможности для проведения эпидемиологического, эпизоотологического и клинического анализа, в том числе при лептоспирозах. На основе ПЦР разработаны тест-системы с различной таксономической специфичностью, позволяющие не только проводить диагностику заболевания, но и иденти-

Эпидемиология и Вакцинопрофилактика № 2 (51)/2010

Эпидемиология и Вакцинопрофилактика № 2 (51)/2010

фицировать лептоспиры (даже на уровне серовара) в исследуемом материале без выделения чистой культуры.

На основе фрагментов гена, кодирующего синтез липопротеина LipL32 внешней мембраны леп-тоспир, разработана «nested» («гнездовая») ПЦР-тест-система, позволяющая проводить индикацию всех известных геномных видов и сероваров патогенных лептоспир и дифференцировать их с сапро-фитами [6]. На экспериментальном и клиническом материале, полученном при расследовании вспышек лептоспирозов среди людей на юге России и спорадических случаев в Москве и Московской области, определены диагностическая эффективность данной тест-системы и сфера ее возможного применения, включающая:

• индикацию патогенных лептоспир в объектах окружающей среды и их дифферен-

циацию со свободноживущими (в таксономических целях и при эпидемиологическом анализе);

• ПЦР-диагностику лептоспирозов людей и животных, вызываемых патогенными лептоспирами всех известных геномовидов, включая «новых» возбудителей (серогруппа Australis, серовар muenchen).

Последнее представляется особенно важным в контексте разработки методов контроля и снижения угрозы трансграничного завоза на территорию страны ранее неизвестных лептоспир и дает основание продолжить испытание «nested» ПЦР-тест-системы не только в клинической, но и в ветеринарной практике, в том числе для прижизненного обследования животных на лептоспиро-носительство. ш

Литература

1. Ананьина Ю.В. Природно-очаговые бактериальные зоонозы: современные тенденции эпидемического проявления // Журн. микробиол. 2002. № 6. С. 86 - 90.

2. Лебедев В.В., Авдеева М.Г., Шубич М.Г. и др. Иктерогеморрагический лептоспироз. - Краснодар, 2001. - 208 с.

3. Лебедева В.В., Соболева Г.Л., Алипер Т.И. Этиологическая структура лептоспироза лошадей в различных регионах Российской Федерации // Ветеринария. 2009. № 5. С. 8 - 11.

4. Малахов Ю.А., Панин А.Н., Соболева Г.Л. Лептоспироз животных. -Ярославль: ДиаПресс, 2001. - 584 с.

5. Петров Е.М., Захарчук Л.И., Петрова Н.Д. и др. Редкий случай желтушной формы лептоспироза Australis у человека в России / Лептоспироз. - М. - Краснодар, 2003. С. 114 - 116.

6. Самсонова А.П., Петров Е.М., Аляпкина Ю.С. и др. Распространенность гена, кодирующего липопротеин наружной мембраны (LipL32) у лептоспир различных таксонов // Журн. микробиол. 2006. № 4. С. 29 - 32.

7. Стоянова Н.А., Бадра Б., Токаревич Н.К. и др. Эпизоотическая ситуация по лептоспирозу и ее эпидемические проявления в условиях Санкт-Петербурга / Диагностика, профилактика и лечение лептоспироза людей и животных. - М., 2007. С. 63, 64.

8. Яговкин Э.А., Костина Н.И., Ананьина Ю.В. и др. Совершенствование иммунобиологических противолептоспирозных препаратов // Журн. микробиол. 1990. № 2. С. 47 - 51.

9. Эпидемиология, диагностика и профилактика заболеваний людей лептоспирозами. Методические указания МУ 3.1.1128-02. М.: Минздрав России, 2002.

10. Cutler S.J., Fooks F.R., van der Poel W.H.M. Public health threat of new, reemerging, and neglected zoonoses in the industrialized world // Emerg. Infect. Dis. 2010. V. 16. № 1. P. 1721 - 1725.

11. Ko A.I., Goarant C., Picardeau M. Leptospira: the dawn of the molecular genetics era for an emerging zoonotic pathogen // Nature Reviews Microbiology. 2009. № 7. С. 736 - 747.

12. Masuzawa T., Okamoto Y., Une Y. et al. Leptospirosis in squirrels imported from United States to Japan // Emerg. Infect. Dis. 2006. V. 12. № 7. P. 1153 - 1155.

13. Pavlin B.I., Scholorgel L.V., Daszak P. Risk of Importing zeonotic diseases through wildlife trade, United States // Emerg. Infect. Dis. 2009. V. 15. № 11. P. 1721 - 1726.

14. Sejvar J., Bancroft E., Winthrop K. et al. Leptospirosis in «eco-challenge» athletes, Malaysian, Borneo, 2000 // Emerg. Infect. Dis. 2003. V. 9. № 6. P. 702 - 707.

15. Terpstra W.J. Human leptospirosis: guidance for diagnosis, surveillance and control / Geneva: World Health Organization and International Leptospirosis Society, 2003. - 110 p.

Официальная информация

Об итогах пандемии гриппа А(Н1Ж)/09 в мире и Российской Федерации в эпидсезон 2009 - 2010 годов и прогнозе на эпидсезон 2010 - 2011 годов

Письмо Роспотребнадзора № 01/5578-10-32 от 13.04.2010 г.

Анализ эпидситуации по пандемическому гриппу в мире показал, что в 2009 году зарегистрированы две волны заболеваемости: в период пика первой волны (вторая половина июля - первая половина августа 2009 г) еженедельно регистрировалось от 25 до 30 тыс. лабораторно подтвержденных случаев заболевания, далее отмечалось снижение заболеваемости с еженедельной регистрацией до 2,5 тыс. случаев. Начиная с октября 2009 года вновь отмечался рост заболеваемости - до 29 тыс. лабораторно подтвержденных случаев еженедельно.

Всего, по официальной информации, представленной ВОЗ, ECDC, CDC, количество летальных случаев от пандемического гриппа (лабораторно подтвержденных) в мире составляет более 17,4 тыс.

Наиболее пострадавшими регионами являются: Американский (более 8,1 тыс. случаев смерти) и Европейский

(более 4,6 тыс. случаев смерти) с хорошо налаженной лабораторной службой.

К началу января 2010 года в большинстве стран мира отмечены низкие уровни заболеваемости пандемическим гриппом.

Практически во всех странах, за исключением Китая, заболеваемость гриппом имела моноэтиологичный характер, участие других вирусов гриппа было низким.

С начала пандемии выделено более 551 тыс. вирусов гриппа, из них 77,6% относятся к подтипу А(НШ1)/09.

В связи с доминирующей ролью вируса пандемического гриппа и антигенным дрейфом вируса A(H3N2)/Брисбен/10/2007, с увеличением доли вирусов, антигенно подобных A(H3N2)/Perth/16/2009, для стран Северного и Южного полушарий на сезон 2010 - 2011 годов ВОЗ рекомендовала включить в состав противогриппозных вакцин следующие штаммы:

- А(Н1Ж)/СаН^згта/07/2009 - пандемический вирус

- A(H3N2)/Perth/16/2009

- В/В^Ьапе/60/2008.

Руководитель - Г.Г. Онищенко