Избирательное расследование

документы

Вчера Владимир Путин внес в Госдуму проект закона "О парламентских расследованиях". Он впервые дает парламентариям право проводить официальные следственные действия и создавать комиссии по расследованию. Однако создание и функционирование подобных комиссий обставлено такими условиями и ограничениями, что результат любых парламентских расследований окажется заведомо нулевым.

О намерении внести в Госдуму законопроект "О парламентских расследованиях" сообщил вчера сам Владимир Путин на традиционной встрече с членами правительства (подробнее о встрече см. на стр. 2). Пояснив, что делает это "в соответствии с ежегодным посланием президента Федеральному собранию", господин Путин попросил правительство "подключиться к работе в Госдуме с тем, чтобы в диалоге с депутатами нам этот вопрос до конца года закрыть".

Правда, вчера так и нельзя было сказать наверняка, "внес" президент проект или только "направил" его в Госдуму. Ведь формально любой документ считается внесенным после того, как получит думский регистрационный номер. А такой номер он получает, лишь когда его завизирует председатель Госдумы. И только после этого с содержанием проекта могут ознакомиться депутаты и журналисты. Но спикера Бориса Грызлова вчера в Госдуме не было: у депутатов началась неделя работы с избирателями в регионах. Поэтому даже после того, как пресс-служба Кремля сообщила, что проект внесен, пресс-служба Госдумы не рискнула без визы спикера ни размещать текст на своем сайте в разделе новых поступлений, ни знакомить прессу с единственным экземпляром законопроекта, доставленным в кабинет господина Грызлова.

Президентская же пресс-служба ограничилась кратким изложением основных положений проекта (так называемой пояснительной записки) через информагентства. Согласно этим пояснениям, комиссии по расследованию смогут создавать только обе палаты Федерального собрания вместе. Стоит напомнить, что аналогичный депутатский законопроект (он был одобрен Думой в первом чтении в 2003 году, но неделю назад снят с дальнейшего рассмотрения) позволял создавать следственные комиссии каждой палате в отдельности и налагал запрет как раз на совместные расследования.

По новым же правилам, если, к примеру, Госдума решит создать комиссию, а Совет федерации откажется, парламентского расследования не будет. Точно так же будет решаться вопрос с итоговым докладом комиссии: если депутаты его одобрили, а сенаторы забраковали, то расследование прекращается, как будто бы его и не было вовсе. Это означает, что если вдруг следующая Дума окажется оппозиционной и захочет провести расследование по какому-нибудь неприятному для властей вопросу, то Совет федерации, который при нынешней системе назначения сенаторов стопроцентно лоялен Кремлю, эту инициативу легко заблокирует.

Из иных важных аспектов нового проекта в пояснительной записке упоминается усиление вплоть до уголовной ответственности должностных лиц и за отказ в предоставлении запрашиваемых комиссией документов, и за предоставление заведомо неполной либо заведомо ложной информации. Кроме того, чиновников накажут за отказ от дачи объяснений, дачу заведомо ложных ответов на вопросы комиссии и за неявку на заседание комиссии без уважительных причин.

Ни президент, ни его пресс-служба не уточнили, почему проект вносится лишь сейчас, хотя был разработан еще в начале лета. По крайней мере, глава думского комитета по госстроительству Владимир Плигин еще 9 июня во время круглого стола по проблемам парламентских расследований публично обещал, что новый законопроект депутаты получат для ознакомления перед каникулами (то есть в начале июля). Однако согласование документа с президентскими и правительственными структурами растянулось на все лето.

По сведениям источников Ъ в Кремле и Госдуме, наиболее спорными оказались вопросы полномочий комиссии по расследованию и в особенности перечень событий и обстоятельств, которые могут подлежать расследованию. В итоге долгих дискуссий в проект вошла весьма туманная формулировка: расследовать парламентариям позволительно "факты грубого или массового нарушения конституционных прав и свобод человека и гражданина", а также "обстоятельства, связанные с возникновением чрезвычайных ситуаций природного или техногенного характера" либо их "негативными последствиями".

Кроме того, как сообщали источники Ъ, на одном из заключительных этапов согласования в законопроекте присутствовал отдельный перечень вопросов, которые парламентскому расследованию подлежать не должны. Это деятельность президента РФ, органов судебной власти, следствия и органов дознания, а также "факты и обстоятельства, расследуемые в порядке уголовного судопроизводства". При этом в проекте оговаривалось, что парламентарии обязаны прекращать расследование, если по расследуемым ими обстоятельствам начинается судебное производство.

Если эти нормы остались в окончательном проекте, внесенном вчера в Думу, то парламентские расследования станут невозможными в принципе. Ведь по каждому случаю (будь то теракт, авария в системе РАО "ЕЭС России" или бездействие должностных лиц при ликвидации последствий наводнения) обязательно возбуждается уголовное дело и начинается следствие, которое зачастую кончается судебным разбирательством. А, например, действующую ныне комиссию Федерального собрания по расследованию причин и обстоятельств теракта в Беслане от ликвидации ограждает теперь лишь общепринятое юридическое правило о том, что новый закон обратной силы не имеет.

Впрочем, включены ли эти нормы в президентский проект, вчера в силу вышеназванных причин точно известно не было. В то же время в практике законотворчества, которая сложилась в Госдуме нынешнего созыва, прослеживается одна закономерность. Если законопроект (как правило, правительственный или президентский) вроде бы внесен, но текст его упорно не предается огласке в тот же день — значит, он содержит весьма спорные положения. Так было, например, с новым законом о референдуме, крайне усложнившим процедуру инициирования всероссийского плебисцита. В пользу версии о сознательном "придерживании" закона о расследованиях свидетельствует и тот факт, что президентская пресс-служба, которая, по утверждению источника Ъ в Кремле, вчера днем собиралась разместить текст столь важного законопроекта на президентском сайте, к вечеру от этого намерения отказалась, пообещав сделать это сегодня.

Поэтому нельзя исключать, что наиболее одиозных положений к моменту официального обнародования в документе не окажется.