Эстония между i и III Республикой (1988–1992): опыт инклюзивной реконструкции исторического нарратива

Илья Никифоров

ЭСТОНИЯ МЕЖДУ I И III РЕСПУБЛИКОЙ (1988-1992): ОПЫТ ИНКЛЮЗИВНОЙ РЕКОНСТРУКЦИИ ИСТОРИЧЕСКОГО НАРРАТИВА

АННОТАЦИЯ

В современной эстонской историографии периода «поющей революции» исторический нарратив создается в рамках определенного политического дискурса, оставляя за пределами внимания историков и роль русского населения, и возможные альтернативы развития событий. Автор восполняет этот пробел, «включая» русских активистов в историописание. Он также отмечает, что в начале августа 1991 г. ведущая политическая сила страны (Народный фронт Эстонии) сочла необходимым применить для решения проблемы гражданства «нулевой вариант» по образцу литовского. Эстонские политики понимали, что пройдет еще год-другой в вялотекущих переговорах с руководством СССР, истекут полномочия сначала местных органов власти, а затем и парламента Эстонии, придется проводить новые выборы и де-факто, и де-юре признать гражданами всех жителей. Однако сложились чрезвычайные обстоятельства, вызванные путчем в Москве 18-21 августа 1991 г., резко ускорившие и радикализировавшие ход исторических событий.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА

Общественно-политическая история; исторический нарратив; периодизация; политико-правовые коллизии; распад СССР; Эстония; «поющая революция»; НФЭ; русское меньшинство; модели этнополитики.

НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ СТРАН БАЛТИИ в настоящее время является ареной  жарких политических споров. Злободневная политическая дискуссия потеснила необходимость простого исторического описания процессов, происходивших в Эстонии в период с 1988 по 1992 год. В современной эстонской историографии, касающейся периода т.н. «поющей революции», исторический

нарратив создается в рамках вполне определенного политического дискурса1, оставляя за пределами внимания историков и роль в этих событиях доброй трети «нетитульного» населения республики, и возможные альтернативы развития событий2, и придает истории своего рода телеологизм, предустановленное направление развития. Исторический нарратив в значительной степени становится инструментом политического действия и оправдания совершённых действий в рамках господствующего властного дискурса.

В политической практике такое положение вещей приводит к постоянно повторяющемуся аргументу, что, например, проблемы массового безграждан-ства в Латвии и Эстонии избежать было в принципе невозможно. Политика эта-де является исключительно результатом «полувековой оккупации». К тому же принцип континуитета, т.е. правопреемственность и правопродолжение Эстонской Республики, существовавшей до 1940 года, претендуют на истоки всей логики политических решений3. Континуитет определяет дискурс эстонской этнополитики. Также этот принцип по сей день формирует повестку дня во внешней политике страны: от охлаждения двусторонних отношений с Российской Федерацией до видения политики безопасности в Европе и мире исключительно через расширение НАТО и усиление военного присутствия на границах с Россией.

ПЕРИОДИЗАЦИЯ «ПОЮЩЕЙ РЕВОЛЮЦИИ»

Обоснованное и логичное выделение определенных периодов новейшей истории Эстонии — задача отнюдь не банальная. Современная эстонская историография, классифицируя этапы обретения (восстановления) независимости, вынуждена делать предпочтения и ориентироваться на тех или иных политических акторов, которые начинают выступать главными силами в достижении независимости. Остальные либо «всего лишь» помогали, либо даже противились. Так, для политиков и историков М. Лаара и С. Эндре4 историческая периодизация непосредственно связана с деятельностью Общества охраны памятников старины (ООПС), движением Комитетов граждан (КГ) и Конгрессом Эстонии (КЭ). Для политика Э. Сависаара и историка А. Муста, напротив, центр деятельности находился в рядах Народного фронта Эстонии (НФЭ), а после 1990 г. — в правительстве5. А для историка М. Графа периодизация связана с работой Президиума Верховного Совета ЭССР (ЭР)6.

Мы же исходим из гипотезы об активном участии русского населения Эстонии в политических процессах, связанных с формированием новой государственности стран Балтии. Социально и идейно неоднородное русское население, с одной стороны, участвовало в их инициации, активно поддерживало эти процессы, а с другой стороны — не менее активно противодействовало им. Если учитывать и позиции официальных властей республики в виде Компартии (КПЭ), Совмина, Верховного Совета ЭССР, городских и сельских Советов народных депутатов, и хозяйственных элит республики, и общественных организаций (впоследствии партий), и местной эстонской и русской интеллигенции, то можно предложить нижеследующую периодизацию.

4

5

5

На первом (предварительном) этапе в 1986-1987 гг. трафик идей, связанных с перестройкой, осуществлялся, прежде всего, русскоязычной интеллигенцией из столицы Советского Союза Москвы в Таллин и Тарту. Подобного рода идеи воспринимались эстонскими элитами с опаской и оглядкой. Попытка привлечь внимание к т.н. «пакту Молотова — Риббентропа» казалась отчаянной смелостью, а самое радикальное, что могли предложить хозяйственные элиты — идея республиканского хозрасчета как воспоминание о временах относительной хозяйственной самостоятельности республики в конце 1950-х — начале 1960-х годов.

Ёд Второй этап, занявший практически весь 1988 год, опирался на политиче-

скую риторику, которая формировалась в рамках дискурса т.н. «ленинской национальной политики», борьбы с «наследием сталинизма» и, в конце концов, превращения СССР в некое подобие социалистической конфедерации. Лозунг «эстонского национального социалистического государства», по сути дела, прикрывал политическую борьбу за вытеснение из верхних эшелонов власти т.н. «российских эстонцев» (которых олицетворял первый секретарь ЦК КПЭ Карл Вайно) и замену их эстонцами местными (Вяйно Вяляс7, Индрек Тооме8), более ориентированными на запросы местных же хозяйственных элит. Появляется и активно растет движение Народного фронта (НФЭ). Как реакция на страх перед воинственным национализмом появляется Интердвижение. В этот же период, когда влияние ЦК КПЭ существенно уменьшилось, многократно выросла роль Президиума Верховного Совета ЭССР и его административного ресурса.

Третий этап, занявший примерно 1989 год, в Эстонии начался с провозглашения т.н. суверенитета в составе СССР, т.е. явочного перехода к конфедеративным отношениям, к доминированию идей о «советской оккупации» и необходимости восстановления независимости. Центр власти сосредоточился в Президиуме ВС ЭССР, председатель которого А. Рюйтель готов был на самое тесное сотрудничество с Комитетами граждан (КГ). Именно в этот период были вброшены идеи и о создании третьей республики (НФЭ), и о восстановлении первой республики (КГ). К концу периода сформировалась первоначальная многопартийная система, новое демократическое избирательное законодательство, был фактически очерчен широкий круг граждан Эстонской ССР и узкий круг граждан первой Эстонской Республики. Период закончился выборами нового Верховного Совета, который объявил на неопределенное время переходный период к полностью независимой республике.

Четвертый этап — с марта 1990 года по август 1991 года — можно охарактеризовать как самопровозглашенную независимую «третью республику», в которой центры и инструменты политического влияния и власти в значительной степени перешли от рыхлых общественных движений и еще старых советских административных структур в парламент и правительство. Поступательное развитие самопровозглашенной республики было прервано московскими событиями августа 1991 года.

Наконец, пятый этап завершился 28 июня 1992 года на референдуме по принятию новой Конституции ЭР. Дополнительно на нем был поставлен вопрос о расширении круга граждан Эстонии. Этот акт подвел черту под администра-

тивнои революцией, которая полностью отказалась от идеи «третьей республики», взяла на вооружение концепцию континуитета и реституции «первой республики». Круг граждан было решено не расширять, а ограничиться пра-вопреемными гражданами довоенной Эстонской Республики. Общесоюзное имущество было явочным порядком полностью национализировано, а затем акционировано и приватизировано.

Как нам представляется, для изучения возможных альтернатив развития политической системы Эстонии в новейший исторический период и выявления социальных и политических причин, обусловивших господство нынешней модели эстонской этнополитики, целесообразно было бы сосредоточиться на описании именно четвертого этапа из перечисленных выше, как такого периода новейшей истории Эстонии, который содержал несколько возможностей дальнейшего развития республики. Наличие альтернативы демонстрирует, как нам представляется, тот факт, что нынешняя этнополитика Эстонии, политика реституции и политика гражданства ни в коей мере не были предопределены какой-то юридической логикой правового континуитета Эстонской Республики, а стали результатом политической воли в условиях меняющейся внутренней и международной конъюнктуры.

В период 1989-1990 гг. в Эстонии в ходе бескомпромиссной борьбы формируются две взаимоисключающие концепции дальнейшего политического развития республики. В случае Эстонии лозунги «социалистического выбора» и «сохранения Советского Союза и Эстонской ССР» были не более чем фоном, на котором развивалась основная историческая драма. К этому периоду действующим политическим силам было ясно, что основная борьба будет проходить между поклонниками «первой республики» и сторонниками т.н. «третьей республики». Чаша весов могла качнуться туда или обратно. Ставкой была реформа собственности и предстоящее перераспределение национального достояния.

В те же самые годы остро стоял и вопрос легитимации гражданства либо новой, либо восстановленной Эстонской Республики, заимствующей корпус своих граждан от Эстонской ССР или более ранней Эстонской Республики. Эстонский политикум вплоть до референдума по новой конституции, прошедшего в 1992 году, стоял перед выбором той или иной из концепций.

К этому периоду закладываются политические и юридические основы современной эстонской этнополитики, берущей свои истоки еще в эстонском советском социалистическом государстве9. В период 1989-1991 гг. были приняты: первый Закон о миграции, Закон о языке, Закон о национальных правах граждан. Развернулась дискуссия о национально-культурной автономии национальных меньшинств. Переформатируется старая и формируется новая политика исторической памяти.Появляются Законы о реформе собственности и т.д.

В то же самое время, краткий период новейшей истории Эстонии, закончившийся в августе 1991 года, оказался последним временем, когда имело место полное участие, без малейшего изъятия, русского населения республики в политической жизни общества. Прежде всего, на основе механизмов представительной демократии. Внепарламентская политическая активность в т.ч.

4

5

5

русского населения имела свое продолжение в работе парламентских фракций и наоборот. Стремительно осуществлялось вовлечение русского меньшинства и его элит (лидеров) в политическую жизнь Эстонской Республики,как в форме групп «лоялистов» и сторонников эстонских партий, так и, напротив, системных и внесистемных оппозиционеров.

И, наконец, полтора года с начала 1990 по август 1991 оказались единственным периодом, когда в первый и последний раз в Эстонии на государственном уровне присутствовала весьма активная и достаточно эффективная восточная политика. Ведущие же государства Запада поддерживали стремление Эстонии и других стран Балтии покинуть состав СССР только при условии достижения мирным путем договоренностей с Кремлем.

Таким образом, Эстония образца 1990 года представляла собой национальную республику, в которой государственный язык не внедрялся «полицейскими мерами»; среднее образование на русском языке было законодательно гарантировано; миграционное законодательство по своему смыслу и методам мало чем отличалось от еще советских ограничений на прописку; существовал уникальный для СССР Закон о национальных правах граждан, имели место широкие политические свободы, а все постоянные жители республики фактически рассматривались как граждане ЭССР (после мая 1990 г. — ЭР). Разумеется, национальные страсти кипели и в Эстонии, и русскоязычное население не могло смириться, что всех огульно именуют «мигрантами» (в период разработки миграционной политики и Закона об иммиграции) и «оккупантами» (после принятия Декларации о статусе Эстонской Республики и переходном периоде).

Восстановление Эстонской Республики предполагалось, скорее, как правопреемство, а не как правопродолжение и восстановление довоенной Эстонии в первобытном виде. А это, в свою очередь, допускало и «нулевой вариант гражданства», как это было сделано в Литве. Отметим важную особенность: Литва провозгласила восстановление своей полной независимости еще 11 марта 1990 года, что заставило ее тогда же и решить вопрос гражданства. Можно обоснованно предположить, что Эстония образца 1990 года имела все возможности развития в сторону государства с относительно сбалансированными интересами национальных групп, представленных в республике.

СОЦИАЛЬНАЯ ДИСТАНЦИЯ

После смерти И. Сталина в Эстонии по инициативе Л. Берия, поддержанной Н. Хрущевым, стала проводиться политика т.н.«коренизации», т.е. массовое рекрутирование во власть представителей коренного населения, использование местного языка и создание советской эстонской политической элиты. Одновременно на период ранней «оттепели» приходится самая бурная миграция в Эстонию из других регионов СССР. По оценке П. Ахде и Т. Раясалу, пик индустриализации в Эстонии пришелся на конец 1950-х гг.10 В СССР республиканские административные и хозяйственные элиты боролись за финансирование из центра. Охотнее всего выделялись средства на различные проекты по индустриализации, что в эстонских условиях было неразрывно связано с

необходимостью завоза рабочей силы из других регионов Советского Союза. gl Об этом же свидетельствует в советский период и динамика уменьшения доли ^ занятых в промышленности эстонцев11. <»

Для советизации Эстонии важнейшую роль сыграло и то, что 7 июня 1957 г. ^ был создан Совнархоз (СНХ) ЭССР. Главой СНХ стал Арнольд Веймер. Совнархо- § зу подчинялось подавляющее большинство предприятий Эстонии, что делало ^ ее хозяйственную элиту довольно самостоятельной в принятии важнейших g решений. Таким образом, в течение примерно восьми лет сформировалась jp ориентированная на республиканскую жизнь новая советская элита, которая ü увидела возможности и развития, и существования в сложившейся ситуации. ¡J СНХ были расформированы в ходе реформы 1965 г. 1

Русское национальное меньшинство заплатило за достижения советской § эстонской экономики своим социальным статусом. Эстонский социолог и § философ Евгений Голиков полагает, что «в Эстонии в 1960-80 годы в области го

культуры, науки, образования сложилась совершенно эстоноцентристская ............

ситуация. [...] В социологическом разрезе уже к началу 80-х годов структу- о ра населения Эстонии дает основания для утверждения о том, что эстонцы -Л. тогда оформились в социальную группу с более высоким социальным g статусом, и между эстонцами и неэстонцами имели место не просто ^ различия, а социальная дистанция!»12 В рамках СССР это не воспринималось как дискриминация и демпфировалось открытыми административными границами и близлежащим мегаполисом (Ленинград). Однако, как показывают социологические исследования, уверенность в том, что в советское время у русскоязычных были привилегии, разделяют большинство обычных эстонцев13.

Складывавшаяся в советский период национально-демографическая структура населения ЭССР неуклонно приобретала проблемный характер, причем не только для «титульной нации», но и для самих национальных меньшинств. Наличие и осознание данной проблемы не привело к ее решению, но позволило превратить проблему в эффективный инструмент политической мобилизации в «перестроечный» и «постперестроечный» период. По переписи 1989 г. неэстонцы составляли 38,5% всего населения14. Последнее обстоятельство — сформулированное так, что эстонцы составляют чуть больше 60% населения своей собственной страны, — в период «поющей революции» (1988-1991) было одним из важнейших лозунгов, мобилизовавших национально ориентированную оппозицию на сопротивление «промосковским» властям.

Доля эстонцев в населении Эстонской ССР в конце 1980-х гг. составляла 62,5%, их доля среди «руководящих органов» республики была 72%, среди научных работников — 67%, работников культуры и искусства — 84%, в образовании — 71%. Среди студентов эстонских вузов неэстонцы составляли только 20,2%, а эстонцы, соответственно, 79,8%. В 1980-х гг. 70-80% членов Верховного Совета ЭССР были этнические эстонцы, и столько же — в ЦК КПЭ15.

Русское меньшинство в Эстонии подошло к концу XX века как многочисленная (свыше полумиллиона) социально-этническая группа, наполовину состоящая из мигрантов второго-третьего поколения16, хорошо образованная,

4

5

занятая преимущественно в промышленности, ориентированной на народнохозяйственный комплекс СССР, но отстраненная от принятия решений на республиканском уровне. Русские были хорошо интегрированы в общесоюзные социально-политические и культурные процессы, но недостаточно связаны с местной культурной жизнью, в том числе и из-за недостаточного владения эстонским языком, а также в существенной степени отодвинуты от политических инструментов управления страной.

Можно предположить, что истоки и основы такого положения лежат, прежде всего, в прежней советской национальной политике в отношении титульных наций союзных республик и национальной интеллигенции. Догматическая основа такой политики канула в Лету, а инструментальная, техническая составляющая социалистической национальной политики оказалась более жизнеспособной.

ОТ «ЛЕНИНСКИХ ПРИНЦИПОВ НАЦИОНАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ» К «ОККУПАЦИИ» И РЕСТИТУЦИИ

22 марта 1989 г. увлеченные перестроечной политикой жители Эстонии даже не заметили, как астероид с медицинским именем Асклепий пролетел около Земли всего в 680 000 км. Это составляет примерно два расстояния до Луны. На сей раз повезло...

К этому времени относится и т.н. «парад суверенитетов», захлестнувший республики СССР. В Эстонии принято считать, что именно с декларации о суверенитете ЭССР от 16 ноября 1988 г. и следует вести начало процесса восстановления независимости. Однако эта интерпретация появилась задним числом, тогда как для Декларации от 16 ноября имелся совершенно конкретный сиюминутный повод.

16 ноября 1988 года Эстония провозгласила суверенитет, исходя из желания повторить успех начала 1960-х гг., когда самостоятельность управления экономикой, помноженная на бездонный рынок СССР, позволили республике стремительно развиваться. Более того, Декларация о суверенитете появилась как протестная реакция политических элит республики на обсуждение проекта закона СССР «Об изменениях и дополнениях к Конституции (Основному закону) СССР»17. В частности, первый секретарь тартуского ГК КПЭ Тыну Лаак предложил срочно дополнить 74 статью Конституции Эстонской ССР положением о том, что законы СССР вступают в силу на территории ЭССР только после одобрения Верховным Советом ЭССР18.НФЭ по договоренности с Президиумом ВС ЭССР «организовал» 861 987 подписей под требованием остановить обсуждение поправок в Конституцию СССР.

Верховный Совет в конечном итоге внес изменения в Конституцию Эстонии и принял соответствующую Декларацию о суверенитете, по сути дела превращавшую отношения в рамках Советского Союза из федеративных в конфедеративные или даже договорные. Такое решение вызвало протест со стороны Президиума Верховного Совета СССР, который счел решение эстонского законодательного органа не соответствующим Конституции СССР и 26 ноября 1988 г. отменил его. В январе 1989 года Верховный Совет Эстонской ССР не стал

подтверждать свою декларацию от 16 ноября и «принял к сведению» решение Я

«вышестоящего органа», по существу, дезавуировав свое ноябрьское решение. ^

Тем не менее пример Таллина оказался заразительным для большинства со- <»

юзных республик. ^

Многозначное слово «суверенитет» предполагало и многочисленность юри- §

дических формулировок и действий: от деклараций до внесения изменений в ^

Конституцию, от претензии на право «вето» на применение законодательства 5

(и

СССР на территории союзной республики (как это и произошло в Эстонии) до ^ провозглашения независимости от СССР. Поэтому т.н. «парад суверенитетов»

исторически следует рассматривать как демонстрацию политических намере- ¡^

ний, а не как реальное провозглашение независимой государственности. 1

Наряду со всплеском национального самосознания, к середине 1989 г. дефи- §

цит экономических ресурсов и желание ими распоряжаться стал движущим §

мотивом юридического и фактического провозглашения верховенства мест- го

ной власти. Союзные республики, действуя от имени титульных наций, при- ............

давали борьбе за контроль над имеющимися ресурсами политический смысл о

национального самоопределения. Процесс этот, однажды начавшись, уже не -Л.

мог остановиться. Экономические мотивы отошли на второй план. Политиче- |

ские вышли на первый. с

л

с

^

РУССКИЕ НА ПОЛИТИЧЕСКОЙ КАРТЕ ЭСТОНИИ

Весь 1988 г. русские сторонники НФЭ, оказывая активную поддержку этому политическому движению, сознательно отказывались от самостоятельных организационных форм. В среде русскоязычной интеллигенции той поры было сильно влияние советского интернационализма и т.н. «ленинских принципов национальной политики». Русские и русскоговорящие сторонники НФЭ опасались внести раскол по национальному признаку в наметившееся единое демократическое движение. Предполагалось, что именно в объединенном НФЭ легче будет разъяснять свою позицию, достигать политических компромиссов в интересах русскоязычных жителей и противостоять радикальному национализму. Так, на Учредительном съезде НФЭ 1 октября 1988 г. делегат от северо-востока республики Е. Попковская, выражая распространенные в тот момент настроения, в своем выступлении специально подчеркивала вред деления НФЭ по национальному признаку.

С возрастанием влияния КПЭ и НФЭ, с восстановлением национальной символики и исторической памяти пространство для игр радикалов заметно сузилось. Обратной стороной этого процесса стал рост националистических настроений в самом НФЭ.

Кстати сказать, формирующееся Интердвижение Эстонии, а также Объединенный совет трудовых коллективов, созданный на базе крупных общесоюзных предприятий Таллина и северо-востока Эстонии, не были проводниками русского национализма или имперского шовинизма, как это принято считать, а воспроизводили в основном типичные представления о «советском интернационализме», довольно наивные. В Интердвижении первоначально доминировали социалистические космополиты-государственники, уверенные в том,

4

5

что национальный вопрос в Советском Союзе уже решен, а Эстония нуждается в «симптоматическом лечении». Лишь впоследствии, «электризованное» эстонской этнополитикой, Интердвижение расколется на два крыла — более «интернациональное» и более «национальное».

В политической жизни Эстонии в 1989 г. перемены происходили очень быстро. Был провозглашен суверенитет (пусть и в составе СССР), бурно обсуждались появлявшиеся один за другим проекты Закона о языке, поднимался вопрос о гражданстве ЭССР, республиканский хозрасчет становился реальной экономической программой, предлагались идеи особой экономической зоны по примеру КНР и даже собственные деньги. Все эти политические вызовы заставляли именно русских участников НФЭ задумываться, как и какими средствами в ходе реформ отстаивать и защищать интересы и права русскоязычного населения. Стихийно складывалась ситуация, когда в недрах НФЭ оформлялись русские группы, группировки и фракции: в Таллине, Тарту, на северо-востоке Эстонии. Политическое самоопределение закономерно вело к созданию республиканской Русской секции Народного фронта.

Не менее бурно развивалась общественная и культурная жизнь русского и русскоязычного меньшинства. В Эстонии были представлены десятки национальных групп. Процесс возрождения интереса к своим национальным корням и традициям коснулся всех — и армян, и азербайджанцев, и татар, и евреев, и финнов-ингерманландцев, и украинцев. Разумеется, не осталась в стороне и самая многочисленная национальная группа — русские. Уже в 1988 году в Тарту было создано и официально зарегистрировано Тартуское русское культурное общество. Общество опиралось преимущественно на местную университетскую и академическую интеллигенцию. В его работе активное участие приняли профессора Л. Киселева, Л. Вольперт, П. Рейфман, С. Исаков, ученые-физики Ч. Лущик, А. Эланго, А. Кузнецов, журналисты — И. Никифоров, Д. Кузовкин и многие другие. В Таллине культурная жизнь русского меньшинства породила в 1989 г. сразу несколько организаций: и Общество русской культуры (Ю. Мальцев, А. Дормидонтов, Д. Михайлов), и «Русский клуб», и Общество славянских культур. Аналогичные культурные и просветительные организации появились и в Нарве, и в Хаапсалу, и в Пярну, и на острове Сааремаа. С 1988 по 1991 г. русскими культурными организациями были охвачены практически все места компактного проживания русского и русскоязычного населения. Не все организации оказались жизнеспособны, но многие сохранились, добились успехов и оставили заметный след в истории русского населения Эстонии.

Особо следует сказать о созданном в 1989 г. в Таллине Обществе славянских культур (ОСК), которое возглавил отставной полковник, уроженец Печорского края Николай Соловей. ОСК изначально ставило своей задачей восстановить традиции довоенной русской культурной жизни, ориентировалось на т.н. старожильческое население и предполагало восстановить довоенный Союз русских просветительных и благотворительных обществ. Благодаря усилиям Николая Соловья первый русский певческий праздник «Славянский венок» прошел в Таллине уже летом 1991 г. Праздник впоследствии стал традиционным.

5

ИДЕЯ КОНТИНУИТЕТА И РЕСТИТУЦИИ РОДИЛАСЬ В «МОСКВЕ»

В декабре 1988 г. в Конституцию ЭССР была внесена норма, что государственным языком ЭССР является эстонский язык. 18 января 1989 г. Сессия ВС ЭССР большинством голосов (204 голоса «за», 50 «против» при 6 воздержавшихся) принимает и Закон о языке. По сравнению с действующим сегодня законодательством, закон 1989 г. защищал право на использование эстонского языка, а не вменял в обязанность его знание, не предусматривал никаких санкций или требований. Тем не менее и такой закон встретил критику и неприятие со стороны части КПЭ, ИД и ОСТК. Практических последствий принятие закона в редакции 1989 г. не вызвало, кроме утверждения символического приоритета ^ эстонского языка и его носителей на «своей земле». С этого времени можно говорить о дискуссиях вокруг теории приоритета коренной нации. Теория приоритета и дискуссии вокруг нее прекратились в 1992-1993 гг., после принятия новой Конституции и присоединения Эстонии к ряду международных соглашений о правах человека. Эстония не была первой в установлении государственного языка. Еще в 1978 г. подобная норма была внесена в конституцию Грузинской ССР.

Надо отметить, что Верховный Совет, принявший в 1988-1989 гг. законы, превратившие Эстонию в фактически самостоятельное государство, был избран по всем застойным правилам «развитого социализма» 24 февраля 1985 г. Избрано было 285 народных депутатов, из них 192 были члены и кандидаты в члены КПСС. Национальный состав ВС отражал демографические пропорции государства. Примерно треть депутатов были русскими. Судя по списку — не менее 90 человек. Были представлены женщины, колхозники, военнослужащие, руководители партии, крупных заводов и все, кто был предусмотрен советской традицией и практикой.

До 1988 г. ВС безропотно принимал необходимые советские законы. Когда же на голосование стали попадать законы политически неоднозначные, когда возникло политическое противоборство, большинство русскоязычных депутатов последовательно поддерживало курс на экономическую самостоятельность и национальную самобытность республики. Руководство Президиума ВС не доверяло русским парламентариям, в важнейших случаях оно их просто обманывало. А. Рюйтель откровенно писал, что перед голосованием по вопросу о суверенитете ЭССР в 1988 г. он специально заявил собранным отдельно от эстонцев русским депутатам, что все уже согласовано и одобрено в Москве: «Они не хотели в это верить, недоуменно переглядывались, но, видимо, в конце концов, решили, что это, быть может, тактика Москвы»19.

За неделю до очередной годовщины провозглашения независимости Эстонии Президиум ВС ЭССР решил объявить 24 февраля Днем независимости и поднять национальный флаг на башне «Длинный Герман». На пресс-конференции председатель Совмина ЭССР И. Тооме рассказывал о пользе пребывания Эстонии в составе СССР на правах суверенной республики.

Совсем другую позицию заняло Общество охраны памятников старины (ООПС). Общество провело 24 февраля торжественное заседание в театре «Эстония» и митинг на Ратушной площади Таллина. Лидер ООПС Т. Веллисте, выступая на площади и в театре, призвал создавать повсеместно комитеты граж-

4

5

дан (КГ) и регистрировать свое эстонское гражданство. Идея эта в узком кругу обсуждалась в январе 1989 г., рассказывали позже и М. Лаар и Т. Веллисте20, в кафе «Москва». Смысл состоял в том, чтобы попробовать повторить избрание Национального Конгресса Эстонии в 1917 г. Обсуждалось и предложение создать регистр правопреемных граждан ЭР. На всякий случай.

Идея встретила массовую поддержку. В июле был создан 71 Комитет граждан и зарегистрировано примерно 150 тысяч правопреемных граждан Эстонии. На 29 октября был зарегистрирован уже 314 521 гражданин ЭР. В конце года, во время выборов в местные Советы народных депутатов, пункты регистрации Комитетов граждан были открыты, по согласию властей, и на избирательных участках. Кампания по регистрации граждан ЭР стала отличным пропагандистским средством для распространения представлений о полувековой оккупации, о правопреемном гражданстве и о возможности восстановления республики в первобытном виде. Собственно говоря, после этого активисты КГ ни о какой другой Эстонии, кроме как восстановленной право-преемными гражданами первой (и единственной) республики, и слышать не хотели.

1989 год начинался с массового убеждения в том, что для Эстонии реальна и даже полезна конфедерация в составе СССР, а заканчивался представлением о неизбежности то ли восстановления независимости, то ли провозглашения независимости в некотором, пусть и не столь близком, будущем. Для русских сторонников НФЭ это означало перенос центра тяжести с борьбы за политические и экономические реформы на правозащитную деятельность и представительство в политике местного русскоязычного населения.

Появление движения Комитетов граждан встревожило и «политических тяжеловесов». В марте 1989 года по Эстонскому телевидению и радио выступает не растерявший своего авторитета лидер КПЭ В. Вяляс — он призвал к консолидации и осудил экстремистские, по его убеждению, призывы ООПС. Одна из лидеров НФЭ М. Лауристин подвергла Комитеты граждан критике за попытку спровоцировать кризис и создать в Эстонии неуправляемую обстановку. Театральный режиссер и политик Я. Аллик в газете «Sirp ja Vasar» выступил с призывом создать новую республику для всех проживающих в Эстонии людей. Он отрицательно оценил стремление восстановить ЭР с ее гражданством, капиталистическим строем и национальным составом населения.

4-5 марта 1989 г.в Таллине прошел 1-й съезд Интердвижения. ИД выступило против Закона о языке, проекта закона о выборах и «реставрации буржуазного строя», а также за сохранение Эстонии в составе СССР. Но к концу 1989 г. Интердвижение стало терять влияние, т.к. активность организации свелась лишь к «защите завоеваний социализма», что шло наперекор массовым настроениям. Влияние и инициативу у ИД перенял более респектабельный ОСТК.

В марте должны были пройти первые реальные выборы высшего законодательного органа СССР — Съезда народных депутатов. 2250 депутатов должны были представлять в Москве территориальные округа (750 депутатов), национально-территориальные округа (750) и общественные организации (750). Эстония как союзная республика выбирала 32 депутата плюс еще четырех по территориальным округам.

18 марта НФЭ призвал эстонский народ принять активное участие в выборах посланников на Съезд народных депутатов СССР. От Эстонии было избрано 36 делегатов. Из них 27 были поддержаны НФЭ, а 6 — Интердвижением.

18 мая 1989 г.Верховный Совет ЭССР утвердил концепцию республиканского хозрасчета Эстонии. Переход на хозрасчет предполагалось начать с 1 января 1990 г. 21 ноября ВС СССР принял Закон о переходе Литовской, Латвийской и Эстонской ССР на хозрасчет.

Летом 1989 г. НФЭ начал политическую кампанию по отмене решений Государственной Думы Эстонской Республики от 1940 г. о вступлении в Эстонии в состав Советского Союза. Самым ярким и пафосным мероприятием в этом процессе стала организованная совместно с Латвией и Литвой 23 августа 1989 г. т.н. Балтийская цепочка («Балтийский путь»), соединившая в едином рукопожатии все три республики.

1 июня на съезде народных депутатов СССР М. Горбачев объявил о создании комиссии по изучению пакта Молотова — Риббентропа.Уже 19 июля комиссия по изучению пакта согласовала проект выводов, подготовила окончательную редакцию,но М. Горбачев отложил публикацию выводов комиссии. Лишь 24 декабря Съезд народных депутатов СССР заслушал доклад А. Яковлева от имени комиссии по изучению секретных протоколов к советско-германскому соглашению о ненападении и принял резолюцию, осудившую подобную практику. Сам текст секретного протокола был «найден» генерал-полковником Д. Вол-когоновым 30 октября 1992 г. Научная публикация «протокола» состоялась в журнале «Новая и новейшая история» №1, 1993 г.

При Президиуме ВС ЭССР также была создана комиссия по выработке историко-правовой оценки 1940 г. в Эстонии. Руководил комиссией академик А. Кёэрна. В составе комиссии вошли ветеран КПЭ Ольга Лауристин, директор нарвского завода «Балтиец» В. Четвергов, работник ЦК КПЭ Э. Черевашко и ряд других политиков и общественных деятелей. 25 августа комиссия Президиума ВС ЭССР констатировала, что «включение Эстонии в состав СССР было незаконным». Вывод комиссии был первоначально оформлен решением Президиума ВС ЭССР. 12 ноября уже ВС принял решение «об историко-правовой оценке событий, имевших место в Эстонии в 1940 г.» на основании выводов комиссии А. Кёэрна. 188 депутатов поддержали решение комиссии. Согласно выводам комиссии, действия СССР квалифицировались как 1) агрессия, 2) военная оккупация, 3) аннексия. Выборы 1940 г. были признаны неправомочными, а включение в СССР — незаконным.

РУССКАЯ КАРТА. БЕЗ КОЗЫРЕЙ

Весной и в начале лета 1989 г. русские сторонники НФЭ оказались в непростой ситуации. Все более неопределенной по сравнению с решениями I съезда НФЭ стала перспектива русскоязычного населения,да и основной вектор политической активности стал быстро перемещаться от «поддержки перестройки» к достижению независимости республики. Профессор Тартуского университета Р. Блюм в своем политическом дневнике в эти дни пишет о «националистических страстях», глухих к «рациональным аргументам»21. Весной 1989 года

4

5

5

Тартуским НФ было принято решение об издании самостоятельной газеты на русском языке «Тартуский курьер», которая должна была дополнить выходивший в Таллине «Вестник НФ». 1-2 июля 1989 г. в Нарве состоялась конференция русскоязычных секций НФЭ. Конференция обозначила идейный переход русских сторонников НФЭ на правозащитные позиции22.

Лето 1989 г. прошло под знаком дискуссий вокруг Закона о выборах местных органов власти. К тому времени стало ясно, что в ближайшее время не удастся добиться общественного консенсуса по поводу законодательного введения института гражданства ЭССР. Движение Комитетов Граждан отрицало Ёд такую возможность по определению как противоречащую восстановлению института гражданства ЭР. ИД, ОСТК и часть актива КПЭ воспринимали гражданство ЭССР как покушение на существование Советского Союза. В результате в ходе обсуждения законодательства о местных выборах была выдвинута идея ценза оседлости, чтобы таким образом выделить круг постоянных жителей городов и сел Эстонии, ведь «антимигрантские» настроения в республике были очень сильны.

Идея ценза оседлости, особенно в свете распространенной иррациональной враждебности к иноязычным мигрантам, встретила яростное сопротивление ИД и ОСТК, а также критику со стороны русских сторонников НФЭ. Масла в огонь подлила и публикация в шведской газете <^епэка Dagbladet» статьи Т. Маде «Русские». Перевод статьи тут же появляется в газете «Правда», а Т. Маде обвинили в откровенном расизме.

В результате помимо популистского Интердвижения и респектабельного Объединенного совета трудовых коллективов на заводах союзного подчинения при поддержке и попустительстве профсоюзов и администрации были организованы радикально настроенные забастовочные комитеты, которые организовали остановку работы на десятках предприятий. Был сформирован и Объединенный забастовочный комитет, как структура, самостоятельная от ИД и ОСТК.Появились у «забастовщиков» и боевые дружины в форме, но без оружия. Впоследствии на применение ценза оседлости был наложен Верховным Советом ЭССР временный мораторий, но ИД все равно призвал своих сторонников к бойкоту местных выборов.

Чтобы как-то успокоить и сторонников, и противников суверенной Эстонии из числа национальных меньшинств, 15 декабря ВС ЭССР принял Закон о национальных правах граждан Эстонской ССР. Закон гарантировал всем гражданам ЭССР независимо от национальности всю совокупность равных прав и свобод. С другой стороны, этот же закон постулировал право эстонцев на самоопределение на своей этнической территории. Закон, правда, носил декларативный характер.

В сентябре лидер НФЭ Э. Сависаар в выступлении по радио формулирует стратегическую цель — создать новую, третью Эстонскую Республику. Эта идея была поддержана в ряде публикаций в эстонской прессе. Предлагалось считать, что именно 16 ноября 1988 г. в Эстонии возникло новое государство. Следующим шагом, если не прерываются связи с СССР, должен быть союзный договор. Близкий к руководству НФЭ юрист Т. Кырда опять поднимает вопрос о гражданстве ЭР и предлагает дать это гражданство как можно более широкому

кругу жителей ЭССР23. Сторонники движения КГ категорически против такой Я

политической позиции и настаивают на том,что в сложившейся исторической ^

ситуации гражданство Эстонии не дают, а восстанавливают. оо

Общесоюзный экономический кризис заставляет поднимать вопрос о вве- ^

дении в Эстонии карточной системы распределения на продовольственные и §

хозяйственные товары. На это пойти в правительстве И. Тооме пока не реша- ^

ются. Год заканчивается восстановленным праздником Рождества. 5

Ф

ВСЕ НА ВЫБОРЫ! 1

ч

В преддверии выборов нового Верховного Совета по новым правилам эстон- 1 ские политики стали создавать политические партии и объединения. Все эти § организации в той или иной степени носили национальный характер, но про- § возглашались как общенародные. Русские политики в НФЭ или ИД-ОСТК в тот го

момент на создание «этнической партии» так и не решились, а общеполитиче- ............

ские лозунги не стали основой для создания крупных и влиятельных партий о русскоязычного населения. Часть русских и эстонских активистов оставалась -Л в рядах КПЭ, другие не хотели раскалывать Русскую секцию НФЭ по партийно- | му признаку. В КПЭ на тот момент формально числилось 105 614 членов и кан-

.о

дидатов в члены партии, однако часть «коммунистов» уже состояла в других противоборствующих и конкурирующих партиях и движениях. Официально из рядов КПЭ за 1989 г. вышло всего 5504 человека.

ВС ЭССР отменяет статью конституции о руководящей роли компартии 23 февраля.Но уже 11 января в Тарту прошел форум социал-демократов Эстонии. 21 января была создана Консервативная народная партия Эстонии. 27 января по инициативе премьер-министра Индрека Тооме учреждено объединение «Ваба Ээсти» (Свободная Эстония). 2 марта была образована партия предпринимателей Эстонии. 9 марта — создана либерально-демократическая партия Эстонии. Всего в Эстонии появилось более трех десятков больших и маленьких партий.

Выборы нового ВС ЭССР были назначены на 18 марта. Движение комитетов граждан запланировало провести выборы Конгресса Эстонии уже 24 февраля. В этот же день должны пройти парламентские выборы в Литве.

24 февраля состоялись выборы в Конгресс Эстонии. Участвовало в них 591 508 зарегистрированных граждан ЭР, в т.ч. 557 613 правопреемных граждан ЭР и 34 345 ходатайствовавших о гражданстве. В результате на Конгресс Эстонии было избрано 499 делегатов с правом голоса, в т.ч. 109 — независимые кандидаты; 107 депутатов от НФЭ; 104 — от ООПС; 70 — от ПННЭ; 39 — от КПЭ и т.д. В избранном Конгрессе Эстонии были представлены 31 партия, объединение и движение. 11-12 марта состоялось первое заседание КЭ в концертном зале «Эстония». Был избран Комитет Эстонии из 78 человек. Председателем стал Т. Келам. КЭ не стал провозглашать независимость Эстонии — Т. Веллисте объяснил это так, что Конгресс не может провозгласить Эстонскую Республику, так как она уже была провозглашена 24 февраля 1918 года. Также и Госдеп США через зарубежных эстонцев рекомендовал КЭ умеренность и сдержанность. Конгресс Эстонии, как некое представительство правопреемных граждан ЭР, просуществовал в неясном статусе и с расплывчатыми целями до 26 сентября

fî 1992 года, когда он и констатировал восстановление государственности Эстон-

^ ской Республики и самораспустился.

| В тот же день, 24 февраля, в Литве «Саюдис» вчистую выиграл парламент-

^ ские выборы. Верховный Совет Литвы принял Декларацию о восстановлении

§ независимости Литвы. Председателем Верховного Совета стал В. Ландсбергис,

^ а премьер-министром — К. Прунскене. 15 марта Москва объявила это решение

g незаконным. Для демонстрации силы 25 марта в Вильнюс были введены тан-

си

jp ки. Обошлось без эксцессов, но власти СССР начали энергетическую блокаду

IE Литвы.

ÈJ По данным, которые приводят М. Лаар и С. Эндре в книге «Другая Эсто-1 ния», 5 марта литовская делегация встретилась в Москве с послом США Джеком g Мэтлоком. Он-де сказал им, что США не сможет признать новое правительство § Литвы сразу после провозглашения Литвой независимости. В 1990 г. страны m Балтии создали для Запада дополнительную проблему. Вхождение их в состав ....................СССР США, например, никогда официально не признавали, но и односторонне ний выход из состава СССР признавать тоже не хотели.

-Л. 18 марта прошли выборы народных депутатов ряда союзных республик,

g в т.ч. и РСФСР. Выборы в Эстонии проводились в одномандатных округах по

с мажоритарной непартийной системе. Победившим считался кандидат в депу-_0

таты, собравший в своем округе большинство голосов. В новом составе ВС предполагалось иметь не 285 депутатских кресел, а 101 плюс 4 места, выделенных для представителей советской армии и флота. Итого 105 депутатов.

В выборах приняли участие 462 кандидата. Политические партии выставили 234 кандидата, в т.ч. НФЭ — 71. В порядке гражданской инициативы было выдвинуто 156 кандидатов, от трудовых коллективов — 54, собрания представителей по месту жительства — 35 кандидатов. В голосовании приняли участие 1 133 240 избирателей. В результате НФЭ собрал 24% голосов, Ваба Ээсти — 8,8%, СТКЭ — 8,2%, Аграрный союз — 8%, КПЭ — 3,6%, ОСТК — 3,4%. Остальные депутаты формально были непартийными, но примкнули к той или иной фракции.

30 марта Верховный Совет принимает Декларацию о сотрудничестве с Конгрессом Эстонии и подготовленное фракцией НФЭ решение ВС ЭССР «О государственном статусе Эстонии»: провозглашается переходный период и устанавливается порядок управления на это время, декларируется сотрудничество с КЭ во имя восстановления правопреемной ЭР. Или как сформулировал финский историк Сеппо Зеттерберг: «Верховный Совет принял решение не признавать оккупацию Эстонии, тем самым юридически установив, что Эстонская Республика de jure не прекращала свое существование»24.

НЕЗАВИСИМОСТЬ С РУССКИМ АКЦЕНТОМ

В первые месяцы 1990 года, когда стало понятно, что достижение независимости Эстонией не просто «цель желанная», но вполне достижимый результат, для русских сторонников Народного фронта главным политическим вопросом стал формат и характеристики новой суверенной республики. Какое место в ней должны занять национальные меньшинства? Кто и как гарантирует их

5

национальные права? Центр тяжести политических баталий переместился с проблем перестройки и социалистической национальной политики на проблемы устройства будущей республики. Сторонники независимой Эстонии из числа неэстонцев должны были, с одной стороны, вести непримиримую полемику с эстонскими радикалами и националистами, а с другой — разъяснять русским жителям Эстонии, что ситуация изменилась, и только совместными усилиями можно добиться соблюдения прав национальных меньшинств в демократической Эстонии.

Бойкот местных выборов, устроенный Интердвижением из-за пресловутого «ценза оседлости», привел к тому, что сторонников политиков этой на- ¡^ правленности в органах местного самоуправления стало гораздо меньше. Тем не менее бывшие и действующие депутаты — сторонники Интердвижения и Объединенного совета трудовых коллективов из Таллина, Кохтла-Ярве, Нарвы 2 февраля создали т.н. «Комитет защиты советской власти и гражданских прав в Эстонии» во главе с председателем ОСТК директором завода «Двигатель» В. Яро-вым,лидером КПЭ (на платформе КПСС) Л. Аннусом и секретарем Нарвского ГК КПЭ В. Мальковским. В дальнейшем, после восстановления независимости, эту организацию 20 декабря 1991 г. сменило Межрегиональное объединение депутатов от национальных меньшинств в Эстонской Республике. Интердвижение в Эстонии, пользуясь финансовой и организационной поддержкой ОСТК,29 августа 1990 г. запустило вещание собственной радиостанции «Надежда». Радио, на базе старой военной станции, вещало с территории воинской части в Кейла.

В 1990 г. произошли изменения и в деятельности ОСТК. На отчетно-выборной конференции ОСТК 9 июня 1990 г. председателем президиума вместо директора завода «Двигатель» В. Ярового (он возглавил объединение общесоюзных предприятий в Эстонии «Интеграл») был выбран директор завода им. Х. Пегельмана И. Шепелевич. Новый председатель отличался более гибким характером; поддержанный членами ОСТК из Нарвы и Кохтла-Ярве, он стал отказываться от установки на жесткую конфронтацию, пытаться наладить контакты с правительством в интересах трудовых коллективов. Летом 1991 г. ОСТК профинансировал праздник «Славянский венок», создание фильма о поэте Игоре Северянине, заключил договора с ленинградскими вузами на подготовку учителей для русских школ в Эстонии. Можно предположить, что таким образом на практике осуществлялись попытки реализации лозунга о культурной автономии национальных меньшинств.

В республике фактически сложились две противоборствующие политические группировки — сторонники достижения Эстонией независимости в той или иной форме и в течение неопределенного периода времени, и противники выхода Эстонии из состава СССР с неопределенными представлениями о будущем устройстве Союза.

В условиях эскалации идейной конфронтации могли выиграть только радикальные силы как той, так и другой направленности. Как пишет историк Р. Григорян, в начале марта 1990 г. группа русскоязычной интеллигенции (В. Брехов, А. Кузнецов, С. Литвак, В. Мюрк, Ч. Лущик, И. Никифоров, А. Петухов, П. Рейфман, Л. Столович,Ю.Таммару и др.) выступила с инициативой создания нового общественного движения «За гражданский мир» на основе демократии,

?? терпимости и взаимопонимания25. 24 апреля было учреждено объединение «За

^ гражданский мир», стремившееся побудить политические партии и движения

| отказаться от решения спорных вопросов «силовым» способом. Инициатива

^ эта продержалась почти до конца года. За «столом переговоров» впервые оказы-

§ вались представители НФЭ и ИД с ОСТК. Снизился градус противостояния. Но

^ самым главным достижением призывов к терпимости и взаимопониманию

5 стал заметный рост поддержки независимости Эстонии со стороны русско-

ф

3 го населения Эстонии. По данным социологических опросов Майнор-ЭМОР, в апреле 1989 г. независимость Эстонии поддерживало лишь 5% неэстонцев, Ёд в сентябре уже 9%, в феврале 1990 г. — 18%, в мае 1990 г. — 26%, в марте 1991 г. — 1 37%, а в сентябре 1991 года — уже 55% 26.

§ Помимо митинговой политики, общественной и публицистической де-

§ ятельности, русские стали играть самостоятельную роль и в парламентской т политике. Были избраны депутаты ВС ЭР русского происхождения, баллотиро-

.......... вавшиеся по спискам ОСТК или выдвинутые от имени трудовых коллективов

о и по месту жительства. Всего 27 человек. Они составили несколько фракций. -Л Фракция «За равные права» (П. Панфилов, С. Петинов, В. Лебедев, В. Яровой и Л др. депутаты, избранные в Таллине) весьма настороженно относилась к идее с независимости ЭР. Фракции же «Вирумаа» и «Сотрудничество» состояли преимущественно из представителей промышленного северо-востока Эстонии (В. Меньшиков, П. Григорьев, В. Четвергов, В. Андреев и др.) и готовы были искать пути сотрудничества с другими эстонскими фракциями во имя интересов своих избирателей. Во фракцию КПЭ также входили русские депутаты (С. Советников и др.).Таким образом,русские были полноценно представлены в парламентской жизни и много сделали для законодательного решения практических вопросов на пути к независимости. Также они обеспечивали обратную связь Верховного Совета с русскоязычной частью избирателей.

ВОСТОЧНАЯ ПОЛИТИКА

Новый состав Верховного Совета, в котором теперь первую скрипку играли представители НФЭ, 3 апреля 1990 г. утвердил председателем правительства лидера НФЭ Э. Сависаара. За его кандидатуру проголосовали 54 депутата из 105, 32 парламентария были против. Такое неустойчивое большинство предопределило политику Э. Сависаара, который, неоднократно заявляя о создании третьей республики и гражданстве для всех, должен был внимательно учитывать меняющуюся политическую конъюнктуру и, ожидая подходящего момента, воздерживаться от юридического оформления этого момента. Фактически Эстонская Республика образца 1990-1991 гг. и была той самой третьей республикой, а ее жители — гражданами ЭР. Но как показало будущее — ненадолго.

Этот период новейшей истории обычно предстает в научных и публицистических работах как период медленной, но неуклонной эскалации противостояния Москвы и Прибалтики. Вне поля зрения остается тот факт, что в этом противостоянии Прибалтика не смогла бы продержаться почти два года, создав необходимые институты независимой государственности, если бы параллельно не шел процесс противоположной направленности. Эстония начала

вести активную работу по завоеванию и привлечению друзей, партнеров, со- Я юзников в России. ^

I

Председатель правительства Эстонии Э. Сависаар сделал то, что ни до, ни <» после него никто не мог и не хотел делать. Он лично стал вести активнейшую ^ политику на востоке, обеспечив, в конечном итоге, влиятельную и широчай- § шую поддержку Эстонии в 1990-1991 гг. со стороны российских политиков и ^ общественности. Уже через две недели после вступления в должность Э. Са- 5 висаар встречается в Москве с председателем Совмина СССР Н. Рыжковым. На ^ следующий день председатель президиума ВС ЭССР А. Рюйтель, Э. Сависаар, министр без портфеля Э. Липмаа встречаются с президентом СССР М. Гор- ¡^ бачевым, председателем Совета Министров СССР Н. Рыжковым, членом 1 Политбюро ЦК КПСС А. Яковлевым. 11 мая Э. Сависаар ведет переговоры в | Москве с претендентом на пост председателя ВС РСФСР Б. Ельциным, мини- § стром внутренних дел СССР В. Бакатиным, министром обороны Д. Язовым. т

7-8 июня Э. Сависаар ведет переговоры с министром финансов СССР В. Пав- ............

ловым по вопросам формирования бюджета. 28 июня Э. Сависаар встречает- о ся в Ленинграде с председателем Ленсовета А. Собчаком и подписывает со- -Л. вместное коммюнике об отношениях Ленинграда и Эстонской Республики. | Уже 4 августа эстонский премьер встречается с руководством Ленинграда и Ленинградской области. А 1 августа — Э. Сависаар и В. Бакатин подписали в Москве договор о самостоятельности МВД ЭР. Милицейские силы переданы в подчинение МВД ЭР.

5-6 августа в Таллине проходит встреча руководителей правительств Эстонии, Латвии и Литвы с представителями правительства СССР, руководства Москвы и Ленинграда. 17 августа Э. Сависаар и А. Собчак подписывают договор между ЭР и Ленинградским регионом об охране окружающей среды. 14 сентября в Ленинграде заключен договор о прямых связях между ЭР, Ленинградом и областью.

25 сентября Э. Сависаар принимает в столице Эстонии первого заместителя председателя КГБ СССР Ф. Бобкова.27-29 сентября в Таллине проходит встреча и совещание представителей Эстонии,Латвии, Литвы, Армении, Киргизии, Молдавии и РСФСР. 12 октября в Таллине подписывается протокол по результатам встречи между правительством ЭР и Псковским областным советом народных депутатов по вопросам экономического сотрудничества и ввоза — вывоза товаров. И лишь единожды, 10 октября, Э. Сависаар с визитом отбывает в США.Такая активная и открытая «восточная» политика сказалась уже в январе 1991 г., когда многие российские политики выступили категорически против силового решения споров СССР и «республик Прибалтики».

ВЕСНА 1990 ГОДА. НЕУДАВШИЙСЯ ШТУРМ И ЭКОНОМИЧЕСКИЙ КРИЗИС

4 апреля М. Горбачев предостерег А. Рюйтеля: если Верховный Совет ЭССР не отменит свое решение о государственном статусе Эстонии от 30 марта 1990 г., то со стороны СССР последуют санкции вплоть до блокады — такой же, как начата против Литвы. Это была серьезная угроза.

4

5

24 апреля в Москве блокируются банковские счета Литовской Республики. Так как в Литву приостановлен завоз угля, нефти, а также подача газа, уже 24 мая заканчиваются все запасы топлива. 30 мая горсовет Ленинграда потребовал от правительства СССР прекращения блокады Литвы и начала переговоров. В последних числах июня Литва идет на попятную: литовский парламент наложил 100-дневный мораторий на решение о провозглашении независимости. Свою роль сыграл визит М. Горбачева в Вашингтон (30 мая — 3 июня). В столице США был подписан советско-американский договор о режиме наибольшего благоприятствования в торговле. Президент Джордж Буш-старший не стал увязывать этот договор со снятием блокады Литвы.

Как это ни парадоксально, но литовская блокада создала у эстонских политиков впечатление, что Москва пойдет на переговоры о выходе Эстонии из СССР, но не согласится с «восстановлением независимости оккупированной в 1940 году республики». Правительство Э. Сависаара, учитывая конъюнктуру, дистанцируется от Конгресса Эстонии и его видения политики восстановления независимости.

В начале мая ВС Эстонии на основании Закона об эстонской символике переименовал ЭССР в Эстонскую Республику, прекратил использование гимна, флага, герба ЭССР. Последовали протесты, как со стороны Интердвижения, так и со стороны Конгресса Эстонии.

9 мая 1990 г. в Таллине прошел традиционный военный парад на площади Победы, ныне — Свободы. Сторонники забастовочных комитетов устроили потасовку с милицией, пытаясь установить на крыше горисполкома красный флаг. 14 мая М. Горбачев, пользуясь полномочиями президента СССР, отменил решения Верховных Советов Эстонской Республики и Латвийской Республики. Интердвижение, полагая, что Москва их всецело поддержит, устроило массовую манифестацию на площади перед зданием Верховного Совета на Выш-городе.

Манифестанты потребовали встречи с председателем Президиума ВС А. Рюйтелем. К ним вышли лишь несколько депутатов от ОСТК — в т.ч. В. Лебедев и С. Петинов. Разгоряченная толпа сломала ворота, смела невооруженную милицию и влилась во внутренний двор здания Верховного Совета. Э. Сависа-ар, в свою очередь, по радио призвал народ на защиту парламента. К замку на Вышгороде стали стекаться тысячи эстонцев — сторонников независимости. Русскоязычные манифестанты построились в колонну, подняли флаги, транспаранты и ушли. Столкновений, драк и эксцессов удалось избежать.

Зато в Риге в этот же день рижский ОМОН жестко разогнал демонстрацию латвийского Интерфронта. В отличие от Латвии и Литвы, в Эстонии свой ОМОН до 1989 г. создан не был, а после подписания с В. Бакатиным соглашения и не мог быть создан. Зато обеспокоенное митингом Интердвижения правительство создает добровольческую военизированную организацию Ээсти Ко-дукайтсе («Эстонская Защита дома»). Примечательно, что уже восстановлены некоторые дружины старой военизированной добровольческой организации Кайтселийт («Союз защиты»), но этому правительству они не подчиняются.

16 мая ВС ЭР принял Закон о временном порядке управления в переходный период. 19 мая президент СССР М. Горбачев издал указ «Об отмене закона ЭССР

О временном порядке управления в переходный период». 21 мая в Таллине, Я с целью оказать давление на руководство республики, забастовало 21 предпри- ^ ятие, в Кохтла-Ярве — 6 предприятий. В то же самое время Председатель ВС <» СССР А. Лукьянов уговаривал забастовщиков прекратить стачки из-за сложного ^ экономического положения. §

Впрочем, для руководителей СССР большей проблемой, чем Эстония, были ^ политические процессы, развернувшиеся после выборов Верховного Совета 5 РСФСР. 29 мая после трехкратного голосования председателем Верховного Со- ^ вета РСФСР был избран Б. Ельцин. А уже 12 июня Съезд народных депутатов РСФСР принял «Декларацию о государственном суверенитете РСФСР». 907 де- ¡^ путатов голосовали «за» и всего 13 «против». 1

Ухудшение экономической ситуации в Советском Союзе в целом и в Эсто- | нии в частности требовало ускорить реформирование народного хозяйства. § Председатель Совета министров СССР Н. Рыжков выступил на заседании Вер- т

ховного Совета СССР с концептуальной программой перехода к регулируемой ............

рыночной экономике. Эффект от выступления был сродни разорвавшейся бом- о бе. Население, привыкшее к стабильным ценам и редким неожиданным по- -Л вышениям цен на отдельные группы товаров, начало панически скупать все | товары первой необходимости. Начались митинги против повышения цен. Верховный Совет отложил осуществление реформы подготовленной комиссией Л. Абалкина и принял лишь Постановление «О концепции перехода к рыночной экономике».

3 июля в Латвии разразился бензиновый кризис. Эстония тут же ввела меры по строгому ограничению потребления бензина. Но уже 8 июля Москва прекратила экономическую блокаду Литвы. Это не остановило сползание республик Прибалтики в экономическую яму. В начале сентября была срочно создана правительственная комиссия по борьбе со спекуляцией. Понимая, что Эстония не сможет и впредь привычно дотировать производство продуктов питания, правительство Э. Сависаара сделало депутатам Верховного Совета предложение отменить государственные дотации на производство мясной, молочной и рыбной продукции и изыскать возможность компенсировать населению неизбежное повышение цен.Депутаты,пользуясь своим положением, активно занимаются «выколачиванием» из правительства дефицитных телевизоров, холодильников и автомобилей.

Уже 17 сентября Верховный Совет Эстонии ликвидирует государственные дотации на производство продукции из мяса, молока и рыбы.Цены тут же подскакивают вверх. Реакция населения Эстонии не заставила себя долго ждать. «Колбасные поезда», которые еще год назад привозили псковичей в молочные и мясные магазины Тарту, поменяли направление. Теперь жители Эстонии массово везут из Ленинграда дешевую колбасу и масло. Челночники торгуют более дешевыми российскими продуктами на рынках. Дело доходит до того, что 30 октября Ленинградский областной совет выступает с протестом против повышения цен в Эстонии на мясную, молочную и рыбную продукцию.

Лишь в октябре Верховный Совет СССР принял Постановление «Основные направления по стабилизации народного хозяйства и перехода к рыночной экономике». Постановление предусматривало постепенную демонополиза-

5

цию, децентрализацию и разгосударствление собственности, учреждение акционерных обществ и банков, а также развитие частного предпринимательства.

26 июня 1990 г. Верховный Совет принял Закон Эстонской Республики «Об иммиграции». Таки образом, и временные, и постоянные виды на жительство появились в Эстонии еще в составе СССР на основании принятого 26 июня закона. Такие виды на жительство как бы дополняли установленный в 1974 г. Совмином СССР порядок прописки по месту жительства. Постоянные виды на жительство в ЭССР получали все, кто после принятия Закона об иммиграции

Ёд прописывался на постоянное место жительства, и имел такое право, а временные — получали «трудовые мигранты», приехавшие в Эстонию на работу молодые специалисты, и, самое главное, военнослужащие и члены их семей.

ПЕРЕГОВОРЫ ИЛИ «КОНСУЛЬТАЦИИ»?

Летом 1990 г. и в странах Балтии, и в Москве стало ясно, что допустимые силовые методы давления, такие как экономическая блокада и поддержка митингов и демонстраций, эффекта не дадут. Возникла почва для начала переговоров.

27 июля в Юрмале на встрече руководителей парламентов Латвии, Литвы, Эстонии и РСФСР А. Горбуновс,В. Ландсбергис, А.Рюйтель заявляют, что страны Балтии не будут принимать участие в подготовке предложенного Горбачевым союзного договора. А 9 августа в Москве начинаются переговоры между ЭР и РСФСР.

Для ужесточения позиции на переговорах с СССР 7 августа Верховный Совет ЭР принимает решение об урегулировании отношений с СССР на основе Тартуского мирного договора. Парламент утвердил полномочия и состав делегации Эстонии на переговорах с Москвой. А в символический для Прибалтики день — 23 августа — начались сами переговоры. Но московская сторона называет их «консультациями». Переговоры, практически не начавшись, зашли в тупик. 6 сентября Анатолий Лукьянов вообще распорядился прекратить «консультации» с Таллином — до тех пор, пока Эстония не откажется от позиции «суверенного государства».

Выход из этой тупиковой ситуации радикалы видели только в эскалации напряжения, вплоть до конфликта с возможным повторением «Эстонской войны за независимость» 1918-1920 гг. 2 сентября Кайтселийт (тогда — абсолютно самодеятельная организация) провел штабные учения «Государственная гра-ница-90». Ночью десятки членов Кайтселийта попытались выйти на линию бывшей государственной границы в Ленинградской и Псковской областях и установить пограничные столбы. Удалось установить 4 столба у деревни Ко-маровка. В районе Печор «кайтселийтчикам» воспрепятствовали десантники псковской дивизии ВДВ. Правительство Эстонии болезненно отнеслось к этой самодеятельности, подрывавшей усилия наладить переговорный процесс, и заявило, что не имеет к этой акции никакого отношения.

1 октября в Москве продолжились переговоры, но уже между ЭР и РСФСР. А власти Эстонии тем временем продолжали формирование институтов го— 142 -

сударственной власти. 20 сентября Верховный Совет ЭР принял Закон о полиции. 24 сентября правительство передало в Верховный Совет проект Закона об экономической границе. Парламент быстро, почти не раздумывая, утверждает решение о создании экономической границы.

Продолжается и борьба символов. 21 октября происходит торжественное перезахоронение на столичном кладбище Метсакальмисту праха президента довоенной Эстонии,устроителя государственного переворота 1934 г.и создателя авторитарного националистического режима Константина Пятса. Зато М. Горбачев отдает распоряжение провести военный парад 7 ноября и в Таллине. Тем временем 19 ноября в Париже собирается конференция по безопасности и сотрудничеству в Европе. По требованию делегации СССР министр иностранных дел Эстонии Леннарт Мери оставлен за дверями. Эта акция наглядно свидетельствует, что не только США, но и европейские страны не готовы наперекор СССР признать руководство стран Балтии правительствами независимых государств. Тем не менее создание государственных институций продолжается. Правительство ЭР в ноябре одобряет концепцию денежной реформы и создает Государственный департамент языка.

Во второй половине декабря проходит уже IV съезд народных депутатов СССР, который наделяет М. Горбачева дополнительными полномочиями, переподчинят ему Кабинет министров СССР, избирает Г. Янаева вице-президентом СССР. 27 декабря М. Горбачев подписал закон «О всенародном голосовании (референдуме) в СССР». В марте 1991 г. планируется провести референдум о сохранении СССР и союзном договоре. До референдума о переговорах с прибалтийским республиками и речи быть не может.

В Эстонии политики обеспокоены развитием событий в Москве. А. Рюйтель заявляет, что Эстония не подпишет союзный договор. Политические настроения последних дней 1990 г. характеризуются упадническими настроениями. Интерес граждан к деятельности когда-то популярного Конгресса Эстонии упал до рекордно низкого уровня. Верховный Совет тоже ничем похвастаться не может. Прошедший 1990-й год запомнился жителям Эстонии спадом в экономике, опустевшими прилавками магазинов и дороговизной.

«ГОРЯЧИЙ» ЯНВАРЬ

Хорошо известен тот факт, что части СА и КБФ, дислоцированные в Прибалтике, как правило, старались не вмешиваться во внутреннюю политику, сохранять доброжелательный нейтралитет и даже выказывать сочувствие местному населению. Военнослужащие, особенно офицеры, расквартированные в Эстонии, благодаря многочисленным социальным связям, вряд ли стали бы участвовать в каких-либо силовых акциях.

Другую позицию заняли рижский и вильнюсский ОМОН. Бойцы спецподразделений МВД были изначально выведены из подчинения местным органам власти, но взамен, в отличие от армейских и флотских частей, а также погранвойск КГБ СССР, получили довольно путаную систему подчинения, отсутствие единоначалия на общесоюзном уровне, телефонное право и нежелание руководства МВД СССР на себя брать ответственность за отдаваемые приказы.

4

5

4

5

В таких условиях высокопрофессиональные и верные присяге подразделения стали объектами политических манипуляций с одной стороны и провокаций — с другой.

2 января части МВД СССР захватили в Риге Дом печати, а в Вильнюсе здание ЦК КПЛ. 3 января в Риге не вышли газеты. Еще через пару дней командующий Прибалтийским военным округом генерал Ф. Кузьмин уведомляет премьер-министра Э. Сависаара, что в Эстонию направлено 2250 «десантников» для «поимки военных дезертиров». Ф. Кузьмин выполняет указание Д. Язова, а тот — распоряжение М. Горбачева. 9 января Э. Сависаар и Э.-А. Силлари (в тот момент член Политбюро ЦК КПСС от независимой КПЭ) встречаются с маршалом Д. Язовым и А. Яковлевым. После переговоров стороны решили создать совместную комиссию для разрешения проблем прохождения службы и отношений между местным населением и военными. Д. Язов даже высказал мнение, что вполне возможно устроить дело так, чтобы призывники из Эстонии несли службу у себя дома, в республике.

Через пару дней разразился политический кризис в Литве. Правительство К. Прунскене ушло в отставку из-за массового недовольства населения ростом цен и тарифов. Напряжение достигает апогея. 12 января проходит заседание Совета Федерации Верховного Совета СССР и Б. Пуго намекает на силовой сценарий в Литве. Осторожный президент Финляндии Мауно Койвисто публикует заявление, что балтийский вопрос — внутреннее дело СССР. Но Европейское сообщество и НАТО предостерегают Москву от использования силы в Прибалтике.

С заявлением, призывающим воздержаться от применения силы в Прибалтике, выступает Президиум Верховного Совета РСФСР. Вечером 12 января Б. Ельцин и А. Рюйтель подписали в Москве политический договор между РСФСР и ЭР «об основах межгосударственных отношений». Дополнительно экономический российско-эстонский договор подписали Э. Сависаар и первый заместитель председателя Совмина РСФСР Ю.Скоков. Верховный Совет ЭР ратифицировал договор с РСФСР уже 15 января. Россия сделает это только к концу года.

Для поддержки балтийских коллег 13 января вечером Б. Ельцин прибыл в Таллин и там подписал от имени РСФСР договоры с Эстонией, Латвией и Литвой. К сожалению, юридическое значение этих договоров не оказало существенного влияния на последующую внутреннюю политику этих стран. Зато было предотвращено дальнейшее развитие силового противостояния в Прибалтике.

13 января при попытке армейских частей и группы КГБ «Альфа» захватить телебашню в Вильнюсе происходит кровопролитие. 14 человек погибло, в том числе и офицер группы «Альфа» В. Шатских, 26 человек тяжело ранено, 164 — травмировано.По официальной версии генпрокуратуры Литвы, действия ряда должностных лиц сегодня квалифицируются как военные преступления. По другим версиям, гибель людей в Вильнюсе вызвана стрельбой неизвестных провокаторов в безоружных гражданских лиц и бойцов «Альфы».

13 января Президиум Верховного Совета ЭР образовал Чрезвычайный Совет Обороны в составе: председателя президиума ВС Эстонии А. Рюйтеля,премьер-

министра Э. Сависаара, спикера парламента Ю. Нугиса. Политические партии принялись готовиться к подпольной деятельности.

Характерный штрих в описание ситуации внес первый посол ФРГ в Эстонии Хеннинг фон Вистингаузен (тогда генеральный консул ФРГ в Ленинграде) в опубликованных не так давно мемуарах. Единственным реальным рычагом воздействия на руководство СССР в период январского кризиса для Запада были кредиты и материальная помощь. Российские регионы, заинтересованные в западных кредитах, вели отчаянную борьбу за прекращение насилия в странах Балтии. Свою лепту внес и Владимир Путин. Х. фон Вистингаузен вспоминает свои беседы с ним в те дни. По словам немецкого дипломата, Путин ничего хорошего о политике Горбачева сказать не мог, не нравился ему и прибалтийский сепаратизм. Но служба есть служба. 14 января проходило заседание Ленсовета, который обсуждал действия Советской армии в Литве. Правительства стран ЕС внимательно отслеживали ситуацию. В. Путин, работая у А. Собчака, был крайне заинтересован, чтобы достоверная информация о «пробалтийской» позиции Ленсовета быстро попадала на Запад. Для достижения этой цели генконсула ФРГ В. Путин лично провел прямо в зал заседаний Ленсовета и даже усадил на стул секретаря ленинградской организации КПСС Б. Гидаспова27. 16 января в Ленинграде была организована предупредительная политическая забастовка в поддержку стран Балтии. В разных городах СССР также прокатилась волна митингов и демонстраций в поддержку Литвы.

14 января НФЭ организовал в Таллине на площади Свободы митинг в поддержку борьбы за свободу Латвии и Литвы. Понимая, что одной из важнейших причин политического кризиса стали не происки «имперских сил», а экономические неурядицы, рост цен и инфляция, правительство Эстонии тут же принимает решение «О временном замораживании розничных цен и тарифов на услуги». 15 января на таллинском Вышгороде прошел митинг, организованный Интердвижением. Но в отличие от прежних демонстраций, на этот раз собравшиеся «интеры» говорят исключительно о социальных проблемах. Зато Республиканский забастовочный комитет организовал забастовки и в Таллине, и в Нарве. Стачки побудили правительство 18 января начать строить на Вышгороде, где располагались и парламент, и правительство, баррикады. Охрана парламента была поручена Кодукайтсе; баррикады простояли до осени, так и не пригодившись.

23-25 января 1991 г. политические страсти охладила бессмысленная и беспощадная «павловская денежная реформа»: обмен 50- и 100-рублевых купюр на банкноты нового образца. Допускалось к обмену не более 1000 рублей на человека. Также были заморожены вклады в сберкассах, а на руки вкладчикам выдавалось не более 500 рублей наличными.

РЕФЕРЕНДУМ И ЕЩЕ РАЗ РЕФЕРЕНДУМ

16 января Верховный Совет СССР постановил провести референдум на всей территории советского государства 17 марта 1991 г. Вопрос, вынесенный на всенародное голосование, был сформулирован следующим образом: «Считаете ли Вы необходимым сохранение Союза Советских Социалистических Республик как об— 145 —

4

5

5

новленной федерации равноправных суверенных республик, в которой будут в полной мере гарантироваться права и свободы человека любой национальности?» В случае, если в референдуме примет участие больше половины граждан, он будет признан состоявшимся. Результаты голосования предполагалось определить «по Союзу ССР в целом с учетом итогов голосования по каждой республике в отдельности».

Литва тут же решила провести опережающий референдум. Такие же намерения появились в Эстонии. Были и противники референдума среди национально-радикальных партий (ПННЭ). Против референдума выступил также Ёд Конгресс Эстонии. 31 января Верховный Совет ЭР принял решение провести свой собственный референдум уже 3 марта. Руководство ЭР рисковало, понимая, что, при наличии в Эстонии чуть больше миллиона избирателей, будет достаточно, чтобы в референдуме приняло участие около 500 тысяч человек. Если же 250 тысяч из них проголосуют за «обновленную федерацию», то это будет считаться мнением всего эстонского народа.

1 марта 1991 г. вступил в силу закон Эстонии «О полиции», призванный заменить советскую милицию. А 3 марта 1991 г. проходит референдум, на который был вынесен единственный вопрос: «Хотите ли вы восстановить государственный суверенитет и независимость Эстонской Республики?»

Примечательно то, что в Эстонии это был последний случай, когда все жители (постоянно прописанные в городах и селах республики) рассматривались как граждане, имеющие равные избирательные права. Никаких лишенцев-апатридов. Никогда в будущем в списки избирателей Эстонии не вносилось такого числа полноправных взрослых граждан (1 145 000), никогда больше так много людей не приходило к избирательным урнам (почти 940 тысяч). В голосовании приняли участие 82,86% всех внесенных в списки избирателей. Ответили «Да» на вынесенный вопрос — 77,83% (или 737 964 участника референдума), «нет» сказали 21,4% (203 199 человек). Премьер-министр Э. Сависаар оценил результаты референдума как очень хорошие. «В придачу к эстонцам вместе с нами за независимость проголосовали 150 000 неэстонцев. Это была самая большая поддержка, которую в борьбе за независимость мы до сих пор получали»28. Х. фон Вистингаузен в своих мемуарах пишет, что согласно аналитическим расчетам и данным, полученным им из первых рук, в Эстонии не менее трети русских в референдуме участия не приняли, зато каждый третий русский проголосовал за независимость. Особенно он отметил Нарву — город, в котором проживают эстонцев всего лишь 4-5% от всего населения: там 70% взрослых жителей приняли участие в референдуме и 25% из них проголосовали за независимость. Историк Р. Григорян тоже, опираясь на расчеты, полагает, что на референдуме за независимость Эстонии высказались до 40% взрослых, обладающих правом голоса, неэстонцев. В целом эстонские политики оценили тогда участие русскоязычного населения в референдуме как очень хороший результат.

17 марта прошел и всесоюзный референдум. В Эстонии приняло в нем участие 222 240 человек. 95% принявших участие (211 090)29 проголосовали за суверенитет в составе СССР. Эта цифра вполне коррелирует с данными референдума от 3 марта 1991 г.

Пока балтийские политики с жаром обсуждали, как можно уклониться от участия в общесоюзном референдуме, их коллеги из России, Украины, Казахстана решали свои вопросы. Алма-Ата просто сократила вопрос референдума наполовину, отрезав красивую фразу о правах человека независимо от национальности. А Киев дополнил вопрос референдума условием, что республика участвует в СССР лишь «на началах декларации о государственном суверенитете Украины». РСФСР пошел дальше всех. Россияне не меняли вопроса. Они вынесли на референдум еще один собственный вопрос: «О введении поста президента РСФСР».Москвичи дополнили референдум третьим региональным вопросом: об избрании прямым голосованием мэра Москвы.

Одними из самых низких оказались результаты в пользу сохранения СССР среди граждан РСФСР — чуть больше половины от всех зарегистрированных избирателей, или 71,3% от проголосовавших. «За» СССР высказались 56 860 783 человека из 105 643 364 россиян, против было 21 030 753 человека. Остальные граждане референдум игнорировали. За введение поста президента РСФСР высказались почти 70% участников референдума.

САМОПРОВОЗГЛАШЕННАЯ ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ

С начала марта на повестку дня выходит вопрос о Нарвской свободной экономической зоне. Правительство понимало, что промышленный потенциал Нарвы будет утерян без общесоюзного народно-хозяйственного комплекса. С другой стороны, организовать производство и сбыт продукции сама Эстонская Республика не смогла бы. Наконец, предоставление определенной экономической автономии и налогово-таможенных преференций Нарве в составе Эстонии позволяло бы привлечь на свою сторону и горожан, и руководителей промышленных предприятий города. Нарва, возможно, превратилась бы из политической проблемы в политический ресурс. С такой позицией выступал министр А. Кузнецов. Глава правительства такой возможности не отвергал. Однако такое отношение к Нарве премьер-министра эстонского правительства разделяли меньшинство эстонских политиков. 26 апреля на Вышгороде прошел пикет против нарвской свободной экономической зоны. Непримиримые антагонисты в правительстве Э. Са-висаара Э. Липмаа и А. Кузнецов угрожали выйти из состава правительства, но остались оба. Вплоть до конца лета правительственная политика в отношении северо-востока Эстонии проходит под знаком Нарвской свободной экономической зоны.

Весной и летом продолжается рутинная работа по строительству эстонской государственности. Если правительство и Верховный Совет больше были сосредоточены на вопросах экономической реформы, то Конгресс Эстонии, растерявший свой политический вес, 16 марта принимает популистское решение начать выдачу самодельных удостоверений гражданина ЭР. Летом Конгресс Эстонии начал-таки выдачу удостоверений. А 31 июля местные власти на острове Сааремаа признали удостоверение гражданина ЭР (выданное КЭ) официальным документом. Другие государственные и муниципальные институции это удостоверение официальным документом не признавали.

4

5

?? Республиканские власти воздерживались от подобных действий, потому ^ что на тот момент отсутствовало эстонское законодательство о гражданстве. | Фактически все постоянные жители Эстонской Республики, имевшие либо по-^ стоянную прописку, либо постоянный вид на жительство, либо итои другое, § на тот момент обладали полным (без изъятия) набором гражданских прав. По-^ томственные граждане Эстонской Республики, зарегистрировавшиеся в коми-5 тетах граждан и даже получившие «удостоверение гражданина Эстонии», не 3 имели по существу никаких преимуществ по сравнению даже с недавно приехавшими в республику «инородцами». А виды на жительство миграционный Ёд департамент выдавал лишь вновь прибывающим после 26 июня 1990 года. 1 25 марта Верховный Совет принимает решение «О подготовке к реформе | собственности и земельной реформе». А 15 апреля парламент утверждает пен-§ сионный закон, 13 июня — Закон об основах реформы собственности. На слет дующий день правительство решает учредить Нарвский колледж Тартуского .......... университета...

о Государственность приходится защищать подручными средствами. После

-Л бурного всплеска насилия в январе 1991 г. и последующего временного спа-| да накала страстей, политическое насилие стало нарастать медленно, но нес уклонно. 19 мая произошло нападение на пограничный пост в Мурати. 21 мая .0

на пограничном посту в Лухамаа были неизвестными лицами избиты эстонские пограничники. Нападают на пограничников и 23 мая, и 4, и 9, и 14 июня. Э. Сависаар направляет протест по поводу нападений на пограничные посты в адрес президента СССР. Совет балтийских государств обращается к странам мира в связи с непрекращающимися нападениями на пограничные пункты Латвии, Литвы и Эстонии. Тем не менее эскалация насилия продолжается вплоть до августовского путча. 31 июля происходит кровавое нападение на литовский таможенный пункт в Мядининкай на литовско-белорусской границе. Были убиты трое литовских таможенников и четверо полицейских. По версии следствия, нападение совершили бойцы Рижского ОМОНа при поддержке Вильнюсского ОМОНа. Один из бойцов Рижского ОМОНа был приговорен литовским судом к пожизненному заключению, хотя своей вины так и не признал.

9 июля в Таллине на Вышгороде в здании штаба организации Кодукайт-се и Пограничного департамента взорвалась бомба. К счастью, погибших не было. Взрыв подготовил боец рабочей дружины Борис Слепцов, выполняя, по его словам, поручение руководителя Республиканского забастовочного комитета М. Лысенко. На счету Б. Слепцова было еще несколько взрывов, но все без человеческих жертв. Б. Слепцов впоследствии в 1999 г. сам явился с повинной в полицию, где дал показания. Он был освобожден от наказания в связи с истечением срока данности30.

Идея Нарвской свободной экономической зоны, уже завоевавшая своих сторонников среди промышленников северо-востока Эстонии, вызвала неприятие не только среди национальных радикалов в Таллине, но и среди региональных политиков. Свободная экономическая зона предполагала фактическое признание и укрепление эстонской государственности. Так, 26 июня бы открыт таможенный пункт в Нарве. Уже 2 июля горсовет Нарвы

(председатель горсовета — В. Чуйкин) решил ликвидировать этот таможенный пункт. Нарвская полиция выполнила решение горсовета. Упрямое правительство издало 5 июля распоряжение об открытии таможенных пунктов в уезде Ида-Вирумаа. 9 июля таможенный пункт был открыт на шоссе На-рва-Силламяэ. Глава правительства посетил Нарву и побывал на экономической границе, которая пролегла в десятке километров западнее границы административной.

23 июля городские власти Кохтла-Ярве, Силламяэ, Нарвы представили правительству меморандум с требованием придать Северо-востоку Эстонии особый статус. В тот же день министр А. Кузнецов участвовал в заседании горсовета Нарвы. Его ознакомили с проектом предложения о создании Принаровской ССР. За образец местные политики явно взяли Приднестровскую Молдавскую ССР, провозглашенную за год до этого. Но на такой шаг власти Эстонии не пошли бы ни при каких условиях, а региональные русские политики из осторожности, не имея полной поддержки со стороны крупных промышленных предприятий, дальше заявлений тоже не двинулись.

Эстонское руководство продолжало вести активную и разностороннюю дипломатическую работу с Россией. 12 июня Борис Ельцин был избран президентом РСФСР. Со стороны же союзного руководства снова и снова делались предложения подписать союзный договор. 17 июня М. Горбачев подписал, а 8 июня направил в Верховый Совет СССР и в Верховные Советы республик проект договора «О Союзе суверенных государств». 29-30 июня на встрече М. Горбачева, Б. Ельцина и Н. Назарбаева было принято решение о его подписании главами союзных республик 20 августа.

Летом 1991 года, когда парламент ушел на каникулы, Э. Сависаар предпринимает поездку по Сибири, в т.ч. посетив там поселения эстонцев, места гибели и захоронения высланных и арестованных. В Иркутске он подписал политическое коммюнике и экономический договор между Эстонией и рядом сибирских регионов. А в Москве был подписан договор с РСФСР об акватории Чудского озера. 6 августа МИД РСФСР назначил представителем в ЭР Олега Поповича. 12 августа в Таллине прошло двухдневное совещание руководства НФЭ и Демократической России. Политические успехи на «восточном фронте» сопровождались острым дефицитом сахара и бензина.

В конце июля Джордж Буш посетил с визитом Москву. Даже после январских событий США не признали руководство Латвии, Литвы и Эстонии в качестве правительств независимых государств. Да и вообще правительствами стран Балтии «де-юре» в глазах Государственного департамента оставались т.н. «правительства в изгнании». Хотя администрация США, даже на высшем уровне, охотно принимала руководителей самопровозглашенно независимых стран Балтии. 15 июля А. Рюйтель, например, побывал с визитом в США.

Назрела необходимость приступить к решению острого и болезненного вопроса гражданства независимой Эстонии. 4 августа в Таллине прошла конференция НФЭ по национальному вопросу. В тот же день НФЭ принял программу, в которой предполагалось, что гражданство Эстонской Республики, будь она неважно какой — правопреемной или правопоследовательной — предоставлялось бы путем оптации на основе личного волеизъявления без дополни— 149 —

4

5

gi тельных условий в течение 6-12 месяцев после достижения независимости.

^ Таким образом, в начале августа 1991 г. ведущая политическая сила страны и

| фактически правящая партия сочла необходимым применить для решения

^ проблемы гражданства т.н. «нулевой вариант» по образцу литовского. Следует

§ учесть, что это программное заявление так и не было оформлено в законопро-

^ ект и осталось благим пожеланием, отражавшим общественные настроения

g на тот период. Эстонские политики понимали, что пройдет еще год-другой в

_fp вялотекущих переговорах с руководством СССР, истекут полномочия сначала

Ü местных органов власти, а затем и парламента, придется проводить новые вы-

Ej боры и де-факто, и де-юре признать гражданами всех жителей-избирателей.

I Если не сложатся чрезвычайные обстоятельства.

§ Утром 19 августа Центральное телевидение транслировало балет П. Чайков-§ ского «Лебединое озеро». В 17 часов в пресс-центре МИД СССР проходит пресс-го конференция ГКЧП. Политическая история делает крутой поворот, фатальный ....................и для реализации проекта третьей республики в Эстонии.

ш о о.

f ИСПОЛЬЗОВАННАЯ ЛИТЕРАТУРА

s

к 1000 фактов из жизни Советской Эстонии, Таллин: Периодика, 1988.

Блюм Р. Избранные статьи. В воспоминаниях. Таллин: КПД, 2005.

Бойков В., Бассель Н. (сост.) Русские в Эстонии: Сборник статей. Таллин: Русский исследовательский центр в Эстонии, 2000.

Вахтер Т. Эстония: жаркое лето 91-го. Августовский путч и возрождение независимости. Таллинн, 2012.

Вейдеманн Р. О роли представителей духовной элиты местного русского населения и других национальностей в эстонском обществе и в культуре //Анатомия независимости. Тарту-Санкт-Петербург: Крипта, 2004.

Голиков Е. Советская предыстория эстонской национальной политики // Экономические и социальные проблемы развития общества в условиях «глобальной деревни». Материалы научно-практической конференции EABA. Tallinn: EABA, 2008.

Григорян Р. Неизвестные страницы «поющей революции» // Анатомия независимости. Тарту — Санкт-Петербург: Крипта, 2004.

Граф М. Эстония и Россия 1917-1991. Анатомия расставания. Таллин: Арго, 2007.

Зеттерберг С. История Эстонской Республики. Таллин, KPD: 2013.

Зубкова Е. Прибалтика и Кремль. М.: РОССПЭН, 2008.

Исаков С. (ред.) Русское национальное меньшинство в Эстонской Республике (1918-1940). Тарту: Крипта, 2000.

Исаков С. Культура русской эмиграции в Эстонии. 1918-1940. Статьи. Очерки. Архивные публикации. Таллин: Aleksandra, 2011.

Исаков С. О русской диаспоре в Эстонии 1920-1930-х гг. и о возможности использования ее опыта в наши дни. Доклад, прочитанный на Таллинских чтениях Рижского гуманитарного семинара 28 февраля 2008 г.

Лаар М., Валк Х., Вахтре Л. Очерки истории эстонского народа. Таллин: Купар, 1992.

5

Лаар М., Отт У., Эндре С. Другая Эстония. Возрождение независимости Эстонии. 1986-1991. Таллин: SE & JS, 2002.

Мялксоо Л. Советская аннексия и государственный континуитет: международно-правовой статус Эстонии, Латвии и Литвы в 1940-1991 гг. и после 1991 г. Исследование конфликта между нормативностью и силой в международном праве. Тарту: Издательство Тартуского университета, 2005.

Народный конгресс. Сборник материалов конгресса Народного фронта Эстонии 1-2 окт. 1988 г. Таллин: Периодика, 1989.

Никифоров И., Полещук В. Демография русского населения Эстонии в XX веке // Полещук В., Степанов В. (ред.) Этническая политика в странах Балтии. ¡J М., Наука, 2013.

Никифоров И. Политика исторической памяти в странах Балтии. Опыт и современное состояние // Полещук В., Степанов В. (ред.) Этническая политика в странах Балтии. М., Наука, 2013.

Никифоров И. Нарушение прав национальных меньшинств в Эстонии // Демурин М., Симиндей В. (ред.) Современная европейская этнократия: Нарушение прав национальных меньшинств в Эстонии и Латвии М.: Фонд «Историческая память», 2009.

Никифоров И. Эстония и Россия. Эстонцы и русские // Карабешкин Л. (ред.) Региональные перспективы российско-балтийских отношений. Санкт-Петербург, 2004.

Никифоров И., Осипов А. Национально-культурная автономия. Идея и реализация. Эстонский опыт. Таллин, ЦИПЧ, 2008.

Пуллат Р. (сост.) История Таллина с начала 60-х годов XIX столетия до 1970 года. Таллин: Ээсти Раамат, 1970.

Райтвийр Т. (сост.) Разноликий Таллин. Статистико-социологический обзор. Таллин: Институт открытого общества Эстонии, 2009.

Розенфельд И. Национальный вопрос в эстонской «лево-демократической» публицистике конца 1980-х — начала 1990-х гг.//Анатомия независимости. Тарту — Санкт-Петербург, Крипта, 2004.

Розенфельд И. Эстония до и после «Бронзовой ночи». Тарту: Крипта, 2009.

Рюйтель А. Эстония: возрождение будущего. Таллин: Ilo Print, 2003.

Столович Л. «Тартуский курьер». Воспоминания члена редколлегии // Анатомия независимости. Тарту-Санкт-Петербург: Крипта, 2004.

Таннберг Т. Политика Москвы в республиках Балтии в послевоенные годы (1945-1956). Тарту: Изд-во Тартуского университета, 2008.

Шор Т. Проблемы культурной автономии на страницах русской периодики в Эстонии в 1925-1930 гг. // На перекрестке культур: Русские в Балтийском регионе. Ч. 2. Калининград: Изд-во КГУ, 2004.

2000 Population and Housing Census: Citizenship, Nationality, Mother Tongue and Command of Foreign Languages II, Tallinn: Statistical Office of Estonia, 2001.

Ahde P., Rajasalu T. Economic Structures // Lugus O., Vartia P. (eds.) Estonia and Finland: A Retrospective Socio-economic Comparison, Helsinki, 1993.

Eesti A & O (Эстония. А — О). Tallinn: Eesti Entsuklopeedia kirjastus, 1993.

Eesti Kongress. Siis ja praegu, Tallinn: Eesti Vabariigi riigikantselei, 2000.

Eesti majandus. 1989-1999. Tallinn: Aripaeva Kirjastus, 1999.

gi Eesti NSV loominguliste liitude juhatuste uhispleenum 1.—2. aprillil 1988.

- Tallinn, 1988.

00 Graf M. Impeeriumi lopp ja Eesti taasiseseisvumine. 1988-1991. Tallinn: Argo,

— 2012.

§ Hallik K. Eestimaa muulased: ajalooline ja demograafiline taust // Heidmets M.

^ (ред.) Vene kusimus ja Eesti valikud. Tallinn, 1998.

g Hallik K. Rahvuspoliitilised seisukohad parteiprogrammides ja

jp valimisplatvormides // Heidmets M. (ed.) Vene kusimus ja Eesti valikud. Tallinn, * 1998.

Ej Jarve P., Wellmann C. Minorities and Majorities in Estonia: Problems of Integration

1 at the Threshold of the EU. Flensburg: ECMI, 1999.

| Karklins R. Ethnic relations in the USSR: The Perspective From Below. Boston

§ and London: Allen & Unwin, 1986.

m Kirch A. (ed.) The Integration of Non-Estonians into Estonian Society: History,

.......... Problems and Trends,Tallinn: Estonian Academy Publishers, 1997.

о Leping K-O., Toomet O. Emerging ethnic wage gap: Estonia during political and

economic transition // Journal of Comparative Economics 36 (2008). Р. 599-619. g Park A. Ethnicity and Independence: The Case of Estonia in Comparative

с Perspective // Europe-Asia Studies, vol. 46 (1994), № 1.

Rahvakongress. Eestimaa Rahvarinde kongress 1. — 2. X 1988. Materjalide kogumik. Tallinn: Perioodika, 1988.

Savisaar E. Peaminister. Eesti lahiajalugu 1990-1992.Tartu, 2004. Statistical Office of Estonia. Population of Estonia by Population Censuses I, Tallinn, 1995.

Vahtre S. (ed.) Eestiajalugu. v. VI. Vabadussojast taasiseseisvumiseni. Tartu: Ilmamaa, 2005.

Vahtre S. (ed.) Eestiajalugu. Kronoloogia. Tallinn: Olion, 2007. Wiegandt M.H. The Russian minority in Estonia // International Journal on Group Rights, 1995. №. 3.

Wistinghausen, H. von. Vabas Eestis: esimese saksa suursaadiku malestused 19911995. Tallinn: Eesti Keele Sihasutus, 2008.

Zaslavsky V. The Evolution of Separatism in Soviet Union under Gorbachev // Lapidus G.W. (ed.) From Union to Commonwealth: Nationalism and Separatism in the Soviet Republics. New York, 1992.

Zetterbrg S. Eestiajalugu. Tallinn: Tanapaev, 2009.

ПУБЛИЧНЫЕ БАЗЫ ДАННЫХ:

Eesti Keele Instituudi kohanimeandmebaas. URL: http:// www.eki.ee/knab/knab. htm (дата обращения 25.09.2014).

Департамент статистики Эстонии; Исследование иммигрантского населения 2008 г. URL: http://www.stat.ee (дата обращения 25.09.2014).

Департамент статистики Эстонии^И!: http://www.stat.ee (дата обращения 25.09.2014).

1 Эта тема проанализирована нами в работе: Никифоров И. Политика исторической памяти в

странах Балтии. Опыт и современное состояние // Полещук В., Степанов В. (ред.) Этническая ¿

со

политика в странах Балтии. М.: Наука, 2013. ^

2 Настоящая статья подготовлена на основе одной из глав книги о роли и месте русского насе- 'Ц ления Эстонии в событиях 1988-1992 гг., рукопись которой была подготовлена при поддержке |

фонда «Гражданский мир» мэрии Таллина и Таллинского городского собрания.

3 и

3 Мялксоо Л. Советская аннексия и государственный континуитет: международно-правовой ^

статус Эстонии, Латвии и Литвы в 1940-1991 гг. и после 1991 г. Исследование конфликта между = нормативностью и силой в международном праве. Тарту: Издательство Тартуского универси-

Ч

тета, 2005. 5

4 Лаар М, Отт У, Эндре С. Другая Эстония. Возрождение независимости Эстонии 1986 —1991. к

Таллин, 2002. §

ь

5 Savisaar E. Peaminister. Eesti lähiajalugu 1990-1992. Tartu, 2004. $

6 Graf M. Impeeriumi löpp ja Eesti. Taasiseseisvumine 1988-1991. Tallinn, 2012. ............

7 Вяйно Вяляс — первый секретарь ЦК КПЭ с 1988 г. ё

и.

8 Индрек Тооме — председатель Совмина ЭССР с 1988 г.

9 См., например: Никифоров И.В. Политика исторической памяти в странах Балтии. Опыт и со- Л

временное состояние // Этническая политика в странах Балтии. М.: Наука, 2013. С. 92-154. к

.о

10 Ahde P., Rajasalu T. Economic Structures // Lugus O., Vartia P. (eds.) Estonia and Finland: A Retrospective Socio-economic Comparison, Helsinki, 1993. P. 71.

11 Hallik K. Eestimaa muulased: ajalooline ja demograafiline taust // Heidmets M. (ed.) Vene küsimus ja Eesti valikud, Tallinn, 1998. Lk. 23.

12 Голиков Е. Советская предыстория эстонской национальной политики // Экономические и социальные проблемы развития общества в условиях «глобальной деревни». Материалы научно-практической конференции EABA. Tallinn, 2008. С. 306-307.

13 Полещук В. Латентный этнический конфликт в Эстонии на примере ситуации в Таллине // Эт-нополитика, 2005. № 4. С. 26.

14 2000 Population and Housing Census: Citizenship, Nationality, Mother Tongue and Command of Foreign Languages II, Tallinn: Statistical Office of Estonia, 2001. Table 8.

15 Park A. Ethnicity and Independence: The Case of Estonia in Comparative Perspective // Europe-Asia Studies, vol. 46 (1994), № 1. P. 69-87.

16 Согласно данным Всесоюзной переписи населения 1989 г. Из каждых 100 этнических эстонцев, проживающих на момент переписи в ЭССР, 95 родились в Эстонии, а из каждых 100 этнических русских, проживавших в Эстонии — 43 родились в республике (или 203 814 человек). По этому показателю (доля родившихся в Эстонии) русские как минимум вдвое превосходили любую другую национально-демографическую группу. К 2000 году доля «мигрантов» во втором третьем поколении среди молодежи достигла 74%. Подробнее данные переписи 1989 г. см. в Eesti rahvastik rahvaloenduste andmetel. Population of Estonia by population censuses. Y. Tallinn: Statistikaamet. Statistical office of Estonia, 1997. P. 138.

17 Rahva Haal, 25.10. 1988.

18 Edasi, 03.11.1988.

19 РюйтельА. Эстония: возрождение будущего. Таллин, 2003. С. 71.

20 Eesti congress. Siis ja praegu. Eesti Vabariigi Riigikantselei, Tallinn, 2000. Lk. 27.

21 Блюм Р. Избранные статьи. В воспоминаниях. Таллин: КПД, 2005.

„ 22 Григорян Р. Неизвестные страницы поющей революции //Анатомия независимости. Тарту — см

£ СПб., 2004. С.181.

^ 23 Rahva Haal, 21.09.1989. оо

^ 24 Зеттерберг С. История Эстонской Республики. Таллин: КПД, 2013. С. 331.

25 Григорян Р. Неизвестные страницы поющей революции //Анатомия независимости. Тарту —

Л СПб., 2004. С.188. с

^ 26 Там же, С.195. с

0 27 Wistinghausen H. von. Vabas Eestis: esimese saksa suursaadiku malestused 1991-1995. Tallinn: Eesti = Keele Sihasutus, 2008. Lk. 65-67.

— 28 Savisaar E. Peaminister Tartu, 2004. Lk. 524.

j 29 Газета «Время», 16.03.2001. ф

s 30 Вахтер Т. Эстония: жаркое лето 91-го. Августовский путч и возрождение независимости. Тал-гс

1 лин, 2012. С. 95.

НИКИФОРОВ ИЛЬЯ ВЛАДИМИРОВИЧ — историк и журналист, член Русского академического общества. Эстония.