2014.02.004. СЕРРА Д. ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНАЯ ЭКОНОМИКА: ОТ ЗАРОЖДЕНИЯ ДО НАШИХ ДНЕЙ. SERRA D. UN APERçU HISTORIQUE DE L’éCONOMIE EXPéRIMENTALE: DES ORIGINES AUX éVOLUTIONS RéCENTES // REV. D’éCONOMIE POLIT. - P., 2012. - VOL. 122, N 5. - P. 749-786

единственная причина имеющихся различий. Неравномерность движения технологической границы приводит как к превращению периферийных обществ в лидеров, так и к отставанию бывших лидеров. Во-вторых, изменения являются результатом не случайностей, а человеческих действий. Диффузия знаний происходит не только вертикально - от поколения к поколению, но и горизонтально - между популяциями, кардинальные изменения нередко быстро обходят исторические преграды, но они имеют больше шансов на успех, если опираются на более глубокое понимание долгосрочных факторов и традиций. В-третьих, барьеры развитию преодолевались на протяжении истории (примеры - Япония и другие новые индустриальные страны Азии). В эпоху глобализации исторические барьеры развитию снижаются благодаря расширению обмена идеями, проектами, человеческим капиталом, усилению конвергенции норм и ценностей, облегчению горизонтальной диффузии технологических и институциональных инноваций (с. 364).

И.Г. Минервин

2014.02.004. СЕРРА Д. ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНАЯ ЭКОНОМИКА: ОТ ЗАРОЖДЕНИЯ ДО НАШИХ ДНЕЙ.

SERRA D. Un aperçu historique de l'économie expérimentale: Des origines aux évolutions récentes // Rev. d'économie polit. - P., 2012. -Vol. 122, N 5. - P. 749-786.

Статья профессора Университета Монпелье-1 (Франция) посвящена экспериментальной экономике (ЭЭ), историю возникновения и развития которой он условно разделяет на четыре периода.

Первый период: зарождение (конец Второй мировой войны -начало 1960-х годов). Толчок зарождению ЭЭ в послевоенные годы дал целый ряд междисциплинарных исследований. Эти «протоэкс-периментальные» исследования проводились совместно психологами, экономистами, статистиками, математиками и специалистами в области теории организации и менеджмента. Первоначально они были сосредоточены в некоторых университетах и исследовательских центрах США (Гарвардском, Стэндфордском, Колумбийском, Калифорнийском, Мичиганском университетах, «RAND Corporation», университете штата Пенсильвания, Беркли и некоторых других), но также и в Европе, в основном в Германии.

По мнению автора, прародителем ЭЭ является американский психолог Л. Тёрстоун (L. Thurstone), который в 1931 г. впервые провел в Чикаго опыт, касающийся индивидуального выбора. Он попытался экспериментально «узаконить» индивидуальные кривые безразличия, предоставляя индивидам возможность сделать бинарный выбор между различными наборами благ.

Роль катализатора в развитии ЭЭ сыграли опубликованные в 1954 г. результаты семинара, организованного в 1952 г. группой исследователей из Мичиганского университета. Хотя большинство работ участников семинара носили скорее теоретический, чем экспериментальный характер, в них затрагивались проблемы принятия индивидуальных решений и теории игр.

Описывая множество работ, способствовавших формированию ЭЭ, автор прежде всего останавливается на эксперименте известного экономиста Э. Чемберлина (E. Chamberlin), посвященном формированию рыночной цены в условиях совершенной конкуренции, в котором участвовали студенты Гарвардского университета (1948). Все студенты были разделены на покупателей и продавцов, и каждый из них получил билет с обозначением резервированной (низшей, отправной) цены (prix de reserve). Субъекты рынка имели возможность свободно вести переговоры для реализации выгодной сделки. Тестирование 46 рынков показало расхождение результатов эксперимента с предсказаниями теории совершенной конкуренции: средние равновесные цены оказались выше, а количества продаваемых товаров ниже, чем следовало из теории. Такие результаты согласовывались с теорией монополистической конкуренции Э. Чемберлина.

Через несколько лет статистик Ф. Мостеллер (F. Mosteller) и психолог Ф. Ноуджи (Ph. Nogee) провели эксперимент, в ходе которого субъекты должны были сделать выбор между участием и неучастием в лотерее в зависимости от изменения вероятности выигрыша. В целом в 1951-1959 гг. было проведено множество экспериментов, касающихся индивидуального выбора.

В самом конце 1950-х - начале 1960-х годов математики М. Флад (M. Flood) и М. Дрешер (M. Dresher) из «RAND Corporation» провели несколько экономических экспериментов в области теории игр, один из которых привел к появлению понятия «дилемма заключенного». Цель этой новаторской работы состояла в тес-

тировании предсказательной способности концепции равновесия Дж. Нэша (J. Nash). В результате эксперимента был получен отрицательный результат.

Экономист Д. Эллсберг (D. Ellsberg) провел эксперимент, касающийся принятия индивидуальных решений в неопределенном окружении, и выявил парадокс, названный его именем, а психолог С. Сигел (S. Siegel) и экономист Л. Фоурейкер (L. Fouraker) - эксперименты, касающиеся проблемы переговоров в условиях двусторонней монополии, дуополии и олигополии. Последние опирались на существенные методологические инновации и показали, что серьезное влияние на результаты выбора имеют размер вознаграждения и информационные условия: именно на эти переменные экспериментаторы в дальнейшем стали обращать особое внимание.

Психолог У. Эдвардс (W. Edvards) осуществил эксперимент, относящийся к теории ожидаемой полезности, и предложил теорию «поведенческого» решения. Эта теория оказала огромное влияние на его ученика - А. Тверски (A. Tversky), ставшего спустя два десятилетия одним из основоположников «поведенческой экономики».

Среди пионеров ЭЭ 1950-х годов почти никто, за исключением В. Смита (V. Smith), который, будучи студентом, принимал участие в эксперименте Э. Чемберлина, не продолжил исследований по данному направлению. В 1955-1960 гг. В. Смит неоднократно повторял эксперимент Э. Чемберлина. Он изменил условия обмена между продавцами и покупателями и допустил повторяемость ситуации, с которой сталкиваются индивиды. Эксперименты В. Смита показали соответствие полученных результатов теории. Как подчеркивает автор, В. Смит первым отказался от ориентации экономических экспериментов на теорию игр или теорию принятия решений, а также воспользовался техническими и методологическими советами С. Сигела, что и определило дальнейшее направление его исследований и развитие ЭЭ в целом. В частности, речь идет о контроле над мотивацией субъектов через систему финансовых стимулов, к которым С. Сигел первым привлек внимание. Именно после работ В. Смита ЭЭ перестала считаться чем-то совершенно новым, а потому его имя останется в истории ЭЭ, отмечает автор.

Определенное, хотя и косвенное, влияние на зарождающуюся ЭЭ оказал Г. Саймон (H. Simon), который стал инициатором экспе-

риментальных исследований, посвященных «ограниченной рациональности». В этих исследованиях использовались различные методологии, в частности «деловые игры» и моделирование.

В Германии в конце 1950-х годов экспериментальные исследования олигополистических рынков и переговорных процессов проводили экономисты Х. Зауэрман (H. Sauermann) и Р. Зелтен (R. Selten). Несмотря на негативное отношение к такого рода исследованиям со стороны немецкого научного сообщества, они смогли привлечь на свою сторону некоторых молодых экономистов, которые значительно продвинули технику экспериментирования.

Для признания ЭЭ большое значение имел Конгресс по экономическим решениям, организованный М. Алле (M. Allais) в Париже в 1952 г. В нем участвовали все крупнейшие специалисты в этой области, том числе Л. Саваж (L. Savage). На конгрессе был проведен экспериментальный «зондаж» его участников, который выявил один из наиболее известных парадоксов теории ожидаемой полезности.

Подводя итоги периода становления ЭЭ, автор отмечает, что с самого начала исследования касались таких проблем, как принятие индивидуальных решений в условиях определенности и неопределенности и при взаимодействии между ограниченным числом агентов; двусторонняя монополия, дуополия или олигополии, которые рассматривались сквозь призму теории игр; механизм обезличенного обмена через институты рынка в широком смысле слова. Но, как это неудивительно, долгое время какой-либо связи между этими направлениями не существовало.

Второй период: начало развития (1960-1970-е годы). В начале 1960-х годов В. Смит, работая в Университете Пердью (Purdue University, США), провел серию семинаров, посвященных рыночным экспериментам и экспериментам в области индивидуального и группового поведения в форме деловых игр. В 1964 и 1965 гг. он организовал в Технологическом институте Карнеги семинар по ЭЭ, но не смог опубликовать свои работы, поскольку в тот период немногие общеэкономические журналы соглашались публиковать статьи, посвященные этому новому направлению экономических исследований. Первые экспериментаторы публиковали свои работы в узкоспециализированных экономических и психологических

журналах. Постепенно некоторые новые журналы начали принимать статьи по ЭЭ. В 1969 г. Дж. Фридману (J. Friedman) удалось организовать симпозиум по ЭЭ на страницах журнала «Review of economic studies».

В конце 1960-х годов во время работы в Университете Пер-дью В. Смит заинтересовал экономическим экспериментированием молодого теоретика политической экономии Ч. Плотта (Ch. Plott), который впоследствии получил известность благодаря экспериментам в области теории общественного выбора.

В 1975 г. В. Смит переходит в Университет штата Аризона, где с помощью А. Уильямса (A. Williams) создает большую лабораторию. В сотрудничестве с Дж. Коксом (J. Cox) он начинает работы по теории аукционов, параллельно анализируя эксперименты 1960-х годов. В 1976 г. В. Смит публикует статью, которая стала методологическим фундаментом ЭЭ1.

В Германии до начала 1980-х годов ЭЭ развивалась без связи с американскими исследователями, не считая сотрудничества между Р. Зелтеном и О. Хоггаттом (Au. Hoggatt), начавшегося в конце 1960-х годов. Большинство работ касалось вопросов принятия решений и теории игр, в том числе переговоров в рамках идеи «ограниченной рациональности», а также поведенческих процессов. На английском языке было опубликовано очень ограниченное количество этих работ.

Во Франции в середине 1970-х годов М. Алле, вновь заинтересовавшийся проблемой ожидаемой полезности, опубликовал в 1953 г. статью на английском языке2 и провел серию публичных лекций, заложив таким образом основы междисциплинарного сообщества теоретиков и экспериментаторов, некоторые члены которого начали, опираясь на экспериментальные данные, разрабатывать модели, альтернативные модели ожидаемой полезности.

Большое влияние на развитие ЭЭ в 1980-е годы оказала совместная работа А. Тверски и Д. Канемана (D. Kahnemann) в Ев-

1 Имеется в виду: Смит В. Экспериментальная экономика: Теория индуцированной ценности // Смит В. Экспериментальная экономика. - М.: ИРИСЭН: Мысль, 2008. - С. 61-70. - Прим. реф.

Allais М. Le comportement de l'homme rationnel devant le risque. Critique des postulats et axiomes de l'ecole americaine // Econometrica. - 1953. - Vol. 21, N 3. -P. 503-546.

рейском университете в Иерусалиме в конце 1960-х годов, посвященная формированию суждений и принятию индивидуальных решений. Однако работы Д. Канемана и А. Тверски (1974), с одной стороны, и С. Лихтенштейн (8. Ыо^е^ет) и П. Словика (Р. 81о-ую) (1971) - с другой, выявили противоречия в позициях сторонников ЭЭ относительно гипотезы рациональности, что привело к некоторому разделению сообщества, а примерно через 10 лет и к появлению «поведенческой экономики».

Учитывая трудности с публикацией работ сторонников ЭЭ, Х. Зауэрман собрал и издал их ранние работы (1967). То же самое спустя 10 лет сделал В. Смит. Одновременно по мере совершенствования методологических основ ЭЭ и ее признания экономическим сообществом появились новые журналы, которые стали публиковать работы экспериментаторов.

В конце 1970-х годов после размежевания с психологией и разработкой собственных методологических принципов ЭЭ оказалась готовой к тому, чтобы быть принятой в экономический мейн-стрим, чему способствовало состояние экономических исследований того времени. Постепенное исчерпание теории общего равновесия, отсутствие единства в макроэкономике, растущее разочарование в эконометрике создали условия для того, чтобы семена, посеянные в 1940-1950-х годах, дали богатые всходы.

Третий период: взлет (1980-е годы). Факты свидетельствуют о том, что именно 1980-е годы стали решающими для ЭЭ. Во-первых, число сторонников ЭЭ значительно возросло. Многие из них - часто это были бывшие студенты В. Смита или Ч. Плотта -создавали собственные лаборатории. В начале 1990-х годов благодаря созданию европейской группы приверженцев ЭЭ развитие этого направления в Европе получило новый импульс. Во-вторых, увеличился объем научной продукции. Если в 1970-х годах в среднем публиковалось 30 статей в год, то в 1990-е годы - более 100 (с. 764). В-третьих, работы сторонников ЭЭ стали получать признание. Большинство международных коллоквиумов начали включать в программы специальные сессии по ЭЭ, что позволило сторонникам ЭЭ встречаться и обсуждать итоги работы различных команд. В-четвертых, по мере структурирования сообщества приверженцев ЭЭ происходило распространение экспериментального метода. В 1986 г. была создана международная «Ассоциация эко-

номической науки» (Economic science association, ESA), которая стала играть определяющую роль в распространении информации об экспериментах. В этот же период появились первые учебники по ЭЭ.

В то же время начало 1980-х годов ознаменовалось рождением «поведенческой экономики», что нашло отражение в экспериментальных работах ряда психологов. Речь шла в первую очередь о пересмотре экономической теории на более солидной психологической основе с упором на лабораторные эксперименты. Основателями этого подхода являются А. Тверски, Д. Канеман и Р. Талер (R. Tahler), которые впоследствии, опираясь на результаты экспериментов, разработали новые теории ограниченной рациональности.

Некоторые специалисты, в частности Дж. Лёвенштейн (G. Loewenstein) и К. Бинмор (K. Binmore), четко отделяют поведенческую экономику от экспериментальной, относя к последней только эксперименты, касающиеся рынков. Но, по мнению автора, естественнее было бы все экономические исследования с использованием экспериментирования относить к ЭЭ.

Четвертый период: зрелость (с середины 1990-х годов). Последние 15 лет количество публикуемых статей по ЭЭ (в настоящее время в среднем более 200 в год) продолжало расти (с. 766). Большинство журналов публикуют их регулярно; многие посвящают ЭЭ специальные номера. В 1998 г. был основан журнал «Experimental economics», посвященный исключительно работам по ЭЭ. Также произошел «прорыв» работ по ЭЭ в наиболее престижные экономические журналы. По оценкам, только в трех из них («American economic review», «Econometrica», «Quartly jounal of economics») в 1980-е годы среднегодовые темпы роста количества статей по ЭЭ составляли около 1%, в 1990-е годы - чуть более 3%, в 2000-2008 гг. - около 4% (с. 767).

С 1993 г. В. Смит является почетным членом Американской экономической ассоциации, в 2002 г. он совместно с Д. Канеманом получил Нобелевскую премию по экономике «за разработку нового инструмента экономического анализа - лабораторных экспериментов, в частности для изучения различных рыночных структур» (с. 767).

Первый сборник по ЭЭ, изданный в 1995 г. Дж. Кейгелем (J. Kagel) и Э. Ротом (A. Roth)1, содержит обзоры работ, касающих-

1 Удостоен Нобелевской премии по экономике в 2012 г. - Прим. реф.

ся переговорных процессов, финансовых рынков, проблем сотрудничества, индивидуальных решений и т.д. В 2002 г. это издание было дополнено обзорами Ф. Болля (F. Bolle) и М. Лемана-Ваффен-шмидта (M. Lehman-Waffenschmidt). В тот же период появились учебники по ЭЭ второго поколения. Все эти работы служат основой для преподавания экспериментальной и поведенческой экономики. Третья волна публикаций, начавшаяся в 2008 г. с издания Ч. Плот-том и В. Смитом нового сборника, показывает достижения ЭЭ.

Специалисты по ЭЭ сегодня работают в 22 странах. Большинство из 136 лабораторий сосредоточены в шести странах: США -52 лаборатории, Германия - 15, Италия - 12, Великобритания - 11, Франция - 8, Испания - 7 лабораторий (с. 768).

Для современного этапа развития ЭЭ, отмечает автор, характерна растущая диверсификация экспериментов и исследовательских программ. В частности, меняется отношение ЭЭ к так называемым полевым экспериментам (field experiments). Заботясь о надежности результатов, полученных не в лабораторных условиях, ЭЭ все чаще интегрирует элементы «природного» контекста в эксперименты. Развитию полевых экспериментов способствовали распространение ноутбуков и развитие Интернета.

Однако роль полевых экспериментов в обеспечении надежности экспериментальных результатов остается противоречивой. Так, как считают С. Левитт (S. Levitt) и Дж. Лист (J. List), в целом справедливость лабораторных результатов для полевых экспериментов не доказана. Они ссылаются на то, что феномен социальных предпочтений, широко используемый в лабораторных экспериментах как правдоподобное объяснение данных о некоторых социальных взаимодействиях, полевыми экспериментами не подтверждается. Кроме того, они приводят классические возражения против экспериментального метода: эффект присутствия экспериментатора, эффект добровольности и т.д. В свою очередь, К. Камерер (С. Camerer) приходит к выводу, что большинство данных о результатах лабораторных и полевых экспериментов свидетельствуют о слабом влиянии на результаты того, проводились ли эксперименты в полевых условиях или в лаборатории.

В конце 1990-х годов также проявилось новое направление исследований внутри поведенческой экономики - нейроэкономика. Сосредоточиваясь на психологических и неврологических основах

процесса принятия решений, она расширила поле экспериментальных исследований. Нейроэкономисты ориентированы на выявление механизмов, действующих на рациональный выбор; определяющих рациональный выбор; закрепляющих выбор уже введенных в поведенческую экономику переменных и параметров; дающих представление о неявных переменных, недооцененных или отсутствующих в теории рационального выбора. По мнению К. Камерера, Дж. Лёвенштейна и Д. Прелека (Э. Рге1ео), преимущество нейро-экономики состоит в том, что она позволяет избежать негативных и нежелательных эффектов экспериментальных наблюдений, производя обследование непосредственно мозга, а не человека. Эти исследователи полагают, что в будущем нейронные данные, к которым этот подход обеспечивает доступ, произведут революцию в экономической теории.

Во второй половине 1990-х годов произошел «раскол» в поведенческой экономике. Как уже отмечалось, сторонники этого направления вначале регистрировали различия между результатами экспериментов и предсказаниями стандартной теории, выделяя так называемые «парадоксы» или «аномалии». Затем возобладал более конструктивный подход, связанный со стремлением разработать модели, позволяющие объяснить эти «аномалии». В результате новые модели поведенческой экономики, учитывающие некоторые формы «расширенной» рациональности, дали возможность усилить объясняющий потенциал стандартной теории. Данная позиция в корне отличается от первоначального направления исследований Д. Канемана, А. Тверски и Р. Талера, ориентированного на доказательство «иррациональности» принимаемых человеком решений.

В последние годы поведенческая экономика демонстрирует большое разнообразие позиций при отсутствии консенсуса между экономистами и психологами. В частности, как полагают Д. Кане-ман, К. Камерер, Р. Талер, хотя обнаружено множество отклонений от стандартного экономического подхода, это не ставят под сомнение концепцию нормативной рациональности.

Начало 2000-х годов отмечено отчетливой диверсификацией объектов экспериментов. Известно, что наряду с научной функцией проверки гипотез ЭЭ выполняет экспертные функции. В последние 15 лет успешно развиваются экспериментальные работы, отвечаю-

щие на запросы государственных регуляторов или крупных частных компаний.

В заключение автор отмечает, что экономика всегда считалась неэкспериментальной наукой, но за несколько десятилетий картина радикально изменилась. Экспериментальный метод серьезно обновил количественные исследования и расширил возможности проверки экономических теорий. ЭЭ позволила выявить существование ранее неизвестных закономерностей, способствуя тем самым разработке новых теорий.

И.Ю. Жилина

2014.02.005. ЛЕЖАНДР Ф. СОЦИАЛЬНОЕ ЭКСПЕРИМЕНТИРОВАНИЕ В ЭКОНОМИКЕ.

LEGENDRE F. Les expérimentation sociales en économie // Problèmes écon. - P., 2013. - N 3060. - P. 51-56.

В статье профессора Университета Париж Восток Кретей (Paris-Est Créteil)1 анализируются особенности метода социального экспериментирования, используемого в англосаксонских странах при разработке социальной политики.

Суть метода сводится к формуле «экспериментировать, оценивать, обобщать». При этом экономисты придают особый смысл термину «экспериментировать», имея в виду экспериментирование со случайной выборкой участников. Данное научное направление получило признание в академических кругах, о чем свидетельствует присуждение в 2010 г. Американской экономической ассоциацией медали Дж.Б. Кларка (J.B. Clark)2 Э. Дюфло (E. Duflo), проводившей исследования в развивающихся странах в рамках программы борьбы с бедностью.

Экспериментальный подход предполагает выявление причинно-следственных связей и выяснение того, как изменения параметров эксперимента влияют на конечный результат. Хотя экспериментирование в экономике приближается именно к такому подходу, автор считает, что экономистам следовало бы шире ис-

1 Бывший Университет Париж 12 Валь де Марн. - Прим. реф.

2

Медаль Д.Б. Кларка вручается экономистам, не достигшим 40 лет, которые внесли значительный вклад в развитие экономической мысли. - Прим. реф.