«Из варяг в греки»: начало исторического пути России

История

В. Я. Петрухин

«Из варяг в греки»: начало

исторического пути России

В начале древнейшей русской летописи— «Повести временных лет» говорится: «Был путь из варяг в греки и из грек по Днепру, и верховьях Днепра волок по Ловати, и по Ловати можно войти в Ильмень озеро великое, из того же озера потечет Волхов, и втече в Озеро великое Нево, и устье того озера вниидет в море Варяжское. И потому морю идти до рима, а от Рима придти по тому же морю ко Царюгороду, а от Царягорода придти в Понт море, в него же втекает Днепр река». «Путь из варяг в греки», из Скандинавии до столицы Византии Константинополя (Царьграда русской летописи), и вокруг Европейского континента до Рима описан Нестором-летописцем в начале XII в. Это описание предваряло рассказ о начале русской истории. По летописному преданию, сам апостол Андрей Первозванный, несший проповедь христианства к северным народам, был первопроходцем на этом пути: из Константинополя он пошел по Днепру, предсказав грядущую славу Киева, и подивился обычаям новгородских славян на Волхове; далее он отправился по Варяжскому (Балтийскому) морю на запад, в Рим.

Такова церковная легенда. История свидетельствует о том, что главные, судьбоносные для начальной Руси события действительно происходили на пути из варяг в греки. Нестор рассказывает под 859 г. о том, как славяне изгнали варягов, бравших с них дань, стали управлять сами, но погрязли в племенных усобицах. Тогда в 862 г. они отправили послов за море, к варягам, чтобы призвать к себе князя, который правил бы, «судил и рядил» в соответствии с их славянскими обычаями, по договору, «ряду». Третейский судья из-за моря нужен был славянам для того, чтобы избежать бесконечных племенных распрей. На княжение согласился пойти Рюрик со своими братьями Синеусом и Трувором: они взяли с собой дружину, именуемую русью, и сели в славянских городах; старший брат Рюрик получил Ладогу, затем Новгород на Волхове, город

64

В.Я.Петрухин

ильменских словен, Синеус — Беоозеро в земле финского племени весь, Трувор — Изборск у славянского племени кривичей.

Это летописное повествование считалось наивным и лишенным реальных исторических корней. Сама летописная дата призвания князей была неточной— ведь Нестор описал первый поход руси на Царьград-Константинополь под 866 г., а на самом деле русь впервые осаждала столицу империи в 860 г., до призвания князей... Однако новые изыскания заставляют с большим доверием относиться к летописному преданию. Люди, называвшие себя русью, действительно стали известны уже в IX в. тем, что на своих легких судах совершали набеги на города Византии и стремились дальше, к богатствам Востока, к Багдаду. Грабежом или торговлей они получали часть своих богатств, и восточные серебряные монеты стали обычными находками в кладах на реках Восточной Европы и в Скандинавии. По данным нумизматики приток этих монет в Скандинавию усилился именно в 60-е годы IX в., когда, по летописи, варяжские князья обосновались в восточнославянских городах. Здесь дружины руси могли кормиться зимой, собирать дань и готовиться к летним походам. Недаром сами скандинавы уже в X в. называли земли Руси «Гардами» — «городами».

Своим собственным именем Русь обязана речным путям Восточной Европы. Первоначально это имя, которое носили дружины скандинавов, означало гребцов, участников походов на гребных судах. На реках Восточной Европы с их порогами и волоками непригодны были длинные корабли викингов, главной движущей силой были весла. На этих весельных судах русь и двинулась на Царьград в надежде взять город «на копье» или получить откуп «на уключину» — на каждого гребца.

В этом предприятии у руси были надежные союзники. Уже наследник Рюрика, Вещий Олег, перенесший свою столицу и имя «русь» из Новгорода в Киев, собрал для похода на Византию все подвластные ему племена славян. Для того чтобы ежегодно осуществлять такое грандиозное предприятие, в котором была задействована в той или иной мере вся Восточная Европа, необходим был устойчивый механизм как внешних, так и внутренних отношений руси — отношений с византийским миром и миром славян. Византийский император Константин Багрянородный в середине X в. описывает этот механизм: походу руси вовне, в Византию, предшествует зимнее полюдье, кормление княжеской дружины среди подвластных руси славян — древлян, дреговичей, кривичей, северян и пр. Эти славяне живут по рекам, впадающим в.Днепр. Именно они весной сплавляют по этим рекам лод-

ки-однодеревки и продают их руси. Значит, между славянами и русыо были установлены не просто даннические, но договорные, взаимовыгодные отношения. У славян русь получает в виде дани те товары, которые она везет в Константинополь.

Очевидно, что не только стремление к созданию «правового государства» питало новгородскую вечевую традицию— призывать князя по договору: славяне, как и варяги, стремились к богатствам Византии. После легендарного похода Олега, описанного в летописи под 907 г., русь в 911 г. заключила выгодный торговый договор с греками. Русские купцы могли 6 месяцев в году жить и кормиться в Царьграде, без ограничения покупать драгоценные товары. Не удивительно, что все три главных города на пути из варяг в греки— Новгород, Киев и Царьград-Константинополь получили у скандинавов наименование, включающее слово «град» — «город», место, где могла кормиться дружина: Новгород варяги звали Хольмгардом, Киев — Кэнугардом, Царьград — Миклагар-дом (Великим городом). ' .

После победы Олега каждые 30 лет, по истечении срока договора, русь во главе славянского воинства ходила в поход на Византию. Конечно, она не обходилась и без дополнительных воинских контингентов из-за моря: скандинавские наемники получили название варягов (т. е. давших клятву верности), которое отличало их от собственно руси — варягами в древнерусской традиции стали называть всех жителей Скандинавии. Имя же «Русь» распространилось не только на славяно-русское войско, но и на все территории Восточной Европы, подвластные русским князьям.

Конечно, и Византия была заинтересована в нормальных договорных и даже союзнических отношениях с русью и варягами. Уже в X в. греки использовали этих опытных воинов в ,борьбе,с врагами империи. В XI в. русь и варяги составили наиболее привилегированный контингент византийской армии — варяжскую гвардию, охранявшую самого императора. , :

Ежегодные торговые экспедиции, многочисленные походы на греков и на Восток, опыт побед и поражений, а главное — договорных отношений с Византией приближали Русь (а с ней и Скандинавию) к миру цивилизации. Княгиня Ольга первая из русских, правителей совершила мирную поездку в Царьград и приняла крещение, чтобы добиться равноправных отношений Русского государства и империи. Греки, однако, не спешили признавать равноправными партнерами тех, кого они считали (и не без оснований с их стороны) «северными варварами». Уже князю Владимиру пришлось завоевывать руку византийской принцессы, за-

3 — 1594

66

В. Я. Петрухин

хватив греческий город Херсонес в Крыму. Последовавшее в 988 г. крещение открыло для Руси путь к византийской культуре. На глазах Нестора-летописца сбывалось пророчество, которое церковная легенда приписывала апостолу Андрею: в Киеве и других русских городах греческие мастера возводили прекрасные церковные здания, а в середине XI в. была построена Киевская София, собор, соперничавший по красоте со Святой Софией в самом Царьграде.

Ныне тысячелетний традиции воссоздаются — восстанавливается единство цивилизованного мира. Не случайно одним из первых мероприятий оживающего после бесконечного ремонта Государственного Исторического музея стала выставка «Путь из варяг в греки», открывшаяся 27 мая в палатах Ирины Годуновой в Новодевичьем монастыре. Естественно и то, что выставка и научная конференция, посвященная той же проблеме, проводились при поддержке посольств Греции и Швеции (особенно хотелось бы отметить роль Шведского института в организации конференции). Экспонаты выставки отражают все разнообразие этнокультурных контактов на пути из варяг в греки — от заклепок, которыми крепились борта ладей, и варяжского оружия до монет и рукописных книг, греческих и древнерусских.

Почти одновременно, 29 мая, в Кремле, в колокольне Ивана Великого открылась выставка «Наследие варягов. Диалог культур», организованная Государственным музеем-заповедником «Московский Кремль». Обе выставки удачно дополняют друг друга. Если первая характеризует, прежде всего, саму деятельность наших предков на пути из варяг в греки, то вторая посвящена в основном высшим достижениям средневекового мастерства, традиции которого складывались на тех же международных путях, связующих Скандинавию, Русь и Византию. Драгоценные изделия в кладах, найденных по преимуществу на острове Готланд на Балтийском море, и в большом кладе, найденном в Московском Кремле, выполнены в одной технике филиграни — украшены мельчайшими шариками (зернью) и напаянными проволочками (скань). Надо признать, что и «наследие варягов» и русский клад в целом относятся к одному культурному кругу — воспроизводят византийские художественные традиции. «Диалог культур», судя по находкам в Скандинавии и на Руси, продолжался и в XI, и в XII вв., и позднее, когда на смену «пути из варяг в греки» пришли другие магистрали.

Обе выставки, в частности обилие на них археологических экспонатов, преследуют, помимо целей знакомства широкой публики

с достижениями средневековой культуры и возрождения музейной работы, еще одну цель: интенсификацию археологических исследований. Именно сейчас, при слабости законодательства по охране памятников истории и культуры и неясности земельного законодательства, под угрозой оказываются памятники археологии. Если в городах, в том числе в Москве, Новгороде и Киеве, есть некоторые возможности для постоянного наблюдения за состоянием археологических объектов, то за пределами городов эти объекты оказываются практически «бесхозными». Беспокойство вызывает судьба Гнездова—крупнейшего поселения на пути из варяг в греки, расположенного как раз между Киевом и Новгородом, под Смоленском на Верхнем Днепре. Большая часть археологических экспонатов выставки, посвященной пути из варяг в греки, происходит из этого поселения и расположенных вокруг многочисленных курганов: один из них содержал и древнейшую русскую надпись, сделанную в начале X в. кириллицей на амфоре, привезенной из Херсонеса. Большая часть гнездовских курганов и поселения еще не исследованы. Если удастся сберечь и исследовать наши памятники, удастся сберечь и тысячелетнюю культуру.