Девиантное поведение молодежи и распространение экстремизма как социально-правовая проблема

Палазян Арутюн Сергеевич

доктор юридических наук, кандидат философских наук, профессор

Городенцев Герман Александрович

кандидат юридических наук, доцент,

заместитель начальника кафедры теории и истории права и государства Краснодарского университета МВД России

Девиантное поведение молодежи и распространение экстремизма как социально-правовая проблема

Авторы отмечают, что в ситуации масштабных трансформаций социума возрастает угроза распространения девиаций в среде молодежи - особой социально-демографической группы, подверженной рискам вследствие неустойчивого социального и социокультурного статуса. Перед государством возникает ряд социально-правовых проблем, успешное решение которых позволит преодолеть дезорганизацию процесса преемственности и смены поколений.

Ключевые слова: молодежь, девиация, экстремизм, право, социокультурный статус, маргинальное положение.

A.S. Palazyan, Doctor of Law, Master of Philosophy, Professor;

H.A. Gorodentsev, Master of Law, Assistant Professor, Deputy Head of the Chair of Theory and History of Law and State of the Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia; tel.: +78612583414.

Deviant behaviour of young people and the spread of extremism as a socio-legal problem

The authors note that in the situation of large-scale transformations of society increases the risk of spread of deviations in the youth environment - specific socio-demographic group is exposed to risks due to the unstable social and socio-cultural status. In this regard, the state faces a number of socio-legal problems, the successful solution of which will allow to overcome the disruption of the process of succession and generational change.

Key words: youth, deviation, extremism, law, socio-cultural status, marginal position.

Молодежь - сложный объект научного анализа и социального управления. Ряд социально-демографических, социально-психологических и социокультурных особенностей молодежи позволяет констатировать уникальность ее положения в социально-демографический и социально-статусной структуре российского общества. А.В. Петров указывает на то, что типичной характеристикой молодежи является переходность как процесс овладения статусно-ролевыми позициями, эффективно помогающими интегрироваться в жизнедеятельность общества. Содержательная сторона переходности весьма неоднородна и подчеркивает уже сложившиеся социально-дифференцирующие основы статуса молодежи в обществе [1, с. 22-23].

По мнению И.М. Ильинского, проблема социального положения молодежи состоит в том, что она зависима и живет как бы «в кредит»,

ее самостоятельность в принятии важных решений ограничена, и в то же время перед ней всегда стоит проблема выбора работы, профессии, нравственного и социального самоопределения [2, с. 108-120]. В исследованиях Н.В. Нарыкова мы находим еще один осложняющий фактор - проблему национального самосознания, которая не нашла адекватного решения в современном российском обществе [3].

Между тем, роль молодежи в процессе преемственности и смены поколений трудно переоценить. Ю.А. Зубок в этой связи обращает внимание на способность молодого поколения унаследовать, воспроизводить на качественно новой основе и передать (транслировать) следующим поколениям всю систему социальных отношений, обеспечивающих внутреннюю устойчивость и целостность общества [4, с. 11].

Однако молодежь в процессе социального взросления подвергается действию ряда риско-

14

генных факторов, в числе которых выделяется и риск распространения девиаций (поведения, отклоняющегося от господствующих в социуме норм). Такое поведение молодежи угрожает нарушить процесс преемственности и смены поколений в обществе, лишает его перспектив и в целом служит дезорганизационно-деструк-тивным целям. Значительное распространение девиации в молодежной среде может привести к непредсказуемым последствиям негативного плана [5, с. 15].

В качестве факторов генезиса и развития де-виантного поведения в условиях трансформирующегося российского общества исследователями выделяются разрушение основ прежней советской государственной системы с ее идеологией, критика и пересмотр структуры комплексного воспитания личности на протяжении всех этапов ее развития, отрицание прежних ценностей и, самое главное, без утверждения новых - путь к мировоззренческому вакууму, при котором возникает опасность порождения «маргиналов» - человекоподобных существ с неразвитыми духовными потребностями, безыдейных инфантильных потребителей, для которых нет святынь [6]. Также в качестве генетического основания современного экстремизма принято выделять дисфункцию и деструкцию основных социальных институтов [7].

В связи с этим необходимо обратить внимание на ошибочность представления о девиации молодежи как проблеме, решаемой исключительно правовыми методами. Как отмечает И.В. Староверова, не оправдались надежды на то, что проблемы девиации в поведении молодежи могут быть решены юридическими и правоохранительными мерами. К тому же сказываются тяжкие последствия для воспитания российского юношества и не изжитые ошибки радикально-либерального развала страны [8, с. 107-117].

В силу ряда причин в российском обществе возник классический духовно-нравственный, ценностный вакуум, соответствующий дюрк-геймовскому пониманию девиации. Ситуация предельно осложнилась вследствие непродуманного реформирования отечественной системы образования и воспитания 1990-х гг. Реформаторы немало сделали, чтобы подменить базировавшуюся на единстве обучения и воспитания российскую классическую зарубежной системой калькулированного, оторванного от воспитания утилитарного образования. К сожалению, эта политика продолжается до сих пор [8, с. 107-117]. Концепция девиантного поведения существенным образом может быть

дополнена концепцией экстремпарантности Е.О. Кубякина, который выделяет особое состояние готовности к экстремальной деятельности, детерминированное социологической ситуацией [9].

Институциональные изменения 1990-х -2000-х гг. привели к тому, что состояние правосознания и правоповедения российской молодежи не только не улучшалось, а последовательно ухудшалось. Главная причина -несостоявшиеся надежды на кардинальное улучшение уровня, качества и образа жизни в стране в целом, в том числе и молодежи. Немаловажной причиной является и то, что в социальной политике в целом, в молодежном ее сегменте господствуют сиюмоментные пиаровские установки и популизм, отсутствует системность, которая проистекала бы из научно обоснованных потребностей формирования правовой культуры населения страны, молодежи в первую очередь [9, с. 107-117].

Распространение девиантного поведения в молодежной среде, нарастающие тенденции деформации ее правосознания и правовой культуры создали условия для генезиса опасных социальных отклонений, в частности экстремизма.

Как полагает В.В. Ревина, экстремизм является спутником существенных деформаций условий и образа жизни граждан, образующегося вакуума социальных ценностей, ухудшения материальных условий жизни и неясностей будущих жизненных перспектив населения. Как сложный социально-правовой феномен, экстремизм базируется на политических, идеологических, национальных и религиозных различиях, но в любых формах своего проявления он угрожает безопасности граждан, оказывая негативное влияние на их жизнь и здоровье, оказывая серьезное психологическое воздействие на ни в чем не повинных людей, влечет за собой весьма существенные политические, экономические и моральные потери общества [10, с. 3].

Вследствие дисфункционально-дезорганиза-ционных эффектов трансформаций 1990-х - начала 2000-х гг., нарастающего кризиса институтов образования, семьи наметилась тенденция к увеличению показателей преступлений экстремистской направленности. По данным МВД России, в 2004 г. в Российской Федерации было совершено 130 актов экстремизма, в 2005 г. их зарегистрировано 152, в 2006 г. - 263, в 2007 г. -356, в 2008 г. - уже 460, а в 2009 г. количество экстремистских преступлений возросло до 548 [10, с. 4].

15

Актуализация проблем проявлений экстремизма в обществе побудило законодателя принять в 2002 г. Федеральный закон № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности». На основании этого закона была введена ст. 282 УК РФ, где приводился перечень преступлений экстремистской направленности. Данный подход не удовлетворил правоприменительную практику, и в 2007 г. законодатель отказался от конкретного перечня деяний и взамен этого в приложении к ст. 2821 УК РФ привел понятие преступления экстремистской направленности. Однако ни в первом, ни во втором случае имевшие место законодательные решения нельзя признать удачными. В.В. Ревина считает возможным совершенствование системы преступлений экстремистской направленности с учетом ее сложного и многогранного характера [10, с. 4].

Стоит отметить, что проблемы антиэкстремистского законодательства связаны не только с собственно правовыми, криминологическими аспектами, но и с принципиально сложной постановкой общественной задачи - противодействия такому комплексному антисоциальному явлению, как экстремизм (виды и формы проявления которого весьма вариативны).

Преступления, отнесенные к экстремистской деятельности, потенциально или реально могут включать следующие общественно опасные деяния: ст. 136 УК РФ (нарушение равенства прав и свобод человека и гражданина); ст. 141 УК РФ (воспрепятствование осуществлению избирательных прав или работе избирательных комиссий); ст. 205 УК РФ (террористический акт); ст. 2051 УК РФ (содействие террористической деятельности); ст. 2052 УК РФ (публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публичное оправдание терроризма); ст. 206 УК РФ (захват заложника); ст. 208 УК РФ (организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем); ст. 212 УК РФ (массовые беспорядки); ст. 278 УК РФ (насильственный захват власти или насильственное удержание власти); ст. 279 УК РФ (вооруженный мятеж); ст. 319 УК РФ (оскорбление представителя власти); ст. 360 УК РФ (нападение на лиц или учреждения, которые пользуются международной защитой), если они совершены по мотивам, закрепленным п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ, а также ст. 280 УК РФ (публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности); ст. 282 УК РФ (возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства); ст. 2821

УК РФ (организация экстремистского сообщества) [10, с. 4].

Несмотря на предпринятые меры законодательного реагирования на проблему экстремизма, стоит отметить, что ситуация в нашей стране продолжает оставаться весьма сложной. При этом исследователи нередко упускают из виду еще одну проблему: учета и регистрации преступлений экстремистской направленности.

С.Н. Фридинский отмечает, что статистические данные не отражают объективную картину распространения экстремистских проявлений в стране, поскольку преступления, совершаемые по мотивам политической, идеологической; национальной, расовой, религиозной, социальной ненависти и вражды, характеризуются достаточно высокой степенью латентности. С одной стороны, сотрудники правоохранительных органов не хотят регистрировать совершаемые преступления в качестве экстремистских, тем самым ухудшая показатели собственной работы, а с другой -потерпевшие от таких преступлений тоже не обращаются с соответствующими заявлениями в правоохранительные органы, поскольку зачастую нелегально находятся в стране, плохо знают русский язык, запуганы и боятся совершения более тяжких преступлений против себя [11].

Таким образом, проблема экстремизма связана с одновременным действием ряда факторов, симбиоз которых исключает успешное ее решение только в рамках институтов государства и права. В частности, проблема распространения девиаций в молодежной среде современной России оказывает непосредственное влияние на рост показателей преступного поведения, в том числе и экстремистского.

В настоящее время наблюдается перегрузка нормативно-правовой системы российского общества. Это происходит потому, что система культуры и продуцируемые ей смыслы, ценности, идеи теряют в силу ряда причин свой «социальный вес» и не оказывают должного влияния на поведение молодежи. Выйдя из сферы культурного и, соответственно, социального контроля, экстремистские действия уже не рассматриваются частью молодежи как аморальные, постыдные, безнравственные. Наоборот, они «героизируются» и распространяются. В такой ситуации юридические нормы уже не являются достаточными для удержания ситуации в стабильном состоянии и недопуще-

16

ния распространения угрозы экстремизма, особенно так называемого «латентного». Как показали события последних лет, произошедшие в Москве и ряде других городов, в молодежной среде наличествует немалая по численности группа сочувствующих экстремистским идеям, которая в случае провоцирующих событий спо-

собна вливаться в ряды активных участников экстремистского движения. В связи с чем становится очевидной необходимость как оптимизации социокультурной работы с подрастающим поколением, так и осуществления ряда действий по преодолению проблем антиэкстремистского законодательства.

1. Петров А. В. Социальные практики молодежи. Краснодар, 2005.

2. Ильинский И.М. и др. Молодежь и молодежная политика. М., 2001.

3. Нарыков Н.В. Социокультурный подход к национальной идее, отечеству, патриотизму // Общество и право. 2014. № 1(47). С. 247-251.

4. Зубок Ю.А. Феномен риска в социологии: Опыт исследования молодежи. М., 2007.

5. Стригуненко И. К. Предупреждение деви-антного поведения курсантов и слушателей учебных заведений МВД России: дис. ... канд. социол. наук. Краснодар, 2013.

6. Коновалова Г.А. Организационно-педагогические условия патриотического воспитания учащихся в современной общеобразовательной школе: дис. ... канд. пед. наук. Томск, 2003.

7. Плотников В.В. Деструкция социальной группы как среда существования экстремизма // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. 2014. № 4. С. 38-41.

8. Староверова И. В. Факторы девиации сознания и поведения российской молодежи // Социс. 2009. № 11.

9. Кубякин Е. О. Основания социологического обоснования феномена экстремизма. Экс-тремпарантность. Краснодар, 2014.

10. Ревина В. В. Экстремизм в российском уголовном праве: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2010.

11. Фридинский С.Н. Противодействие экстремистской деятельности (экстремизму) в России (социально-правовое и криминологическое исследование): дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2011.

1. Petrov A.V. Social practices of young people. Krasnodar, 2005.

2. Ilinsky I.M. et al. Young people and youth policy. Moscow, 2001.

3. Narykov N.V. Sociocultural approach to national idea, fatherland, patriotism // Society and law. 2014. № 1(47). P. 247-251.

4. Zubok Yu.A. The phenomenon of risk in sociology: the Experience of youth studies. Moscow, 2007.

5. Strigunenko I.K. Prevention of deviant behavior of students of educational institutions of the Ministry of the Interior of Russia: diss.... Master of Sociology. Krasnodar, 2013.

6. Konovalova G.A. Organizational-pedagogical conditions of Patriotic education of students in the modern secondary school: diss. ... Master of Pedagogics. Tomsk, 2003.

7. Plotnikov V. V. Destruction of social group as environment of existence of extremism // Humanitarian, social and economic and social sciences. 2014. № 4. P. 38-41.

8. Staroverova I.V. Factors deviation of the consciousness and behavior of the Russian youth // Socis. 2009. № 11.

9. Kubyakin E.O. Bases of sociological study of the phenomenon of extremism. Extremparantivity. Krasnodar, 2014.

10. Revina V.V. Extremism in the Russian criminal law: diss. ... Master of Law. Moscow, 2010.

11. Fridinsky S.N. Countering extremist activity (extremism) in Russia (socio-legal and crimi-nological research): diss. ... Dr of Law. Moscow, 2011.

17