Органы сословного самоуправления русской адвокатуры (1864 -1917 гг. )

может постепенно перерасти в модель широкого конструктивного общественного диалога по насущным и актуальным проблемам жизни общества и государства, которого нам так не хватает в настоящее время. Но самое главное - такая общественно-государственная платформа способна служить не только разрешению конкретных конфликтов и предотвращению их, но и выявлению и согласованию разнонаправленных воль и интересов. Организованный на этой платформе конструктивный диалог способен стать основой для выработки неких «правил игры», общих правил совместной жизни и конструктивного взаимодействия друг с другом участников потенциально конфликто-генных отношений.

Одним словом, идеи И.А. Ильина относительно политической медиации применительно к «болевым точкам» российского общества - национальному и религиозному вопросам (которые в принципе могут быть применены и не только к ним), высказанные им в его проекте Основного Закона Российской империи, не утратили своей актуальности и в наши дни. Хочется надеяться, что эти идеи будут востребованы нашим обществом и смогут принести ему ощутимую пользу.

И.Л. Данилевская

ОРГАНЫ СОСЛОВНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ РУССКОЙ АДВОКАТУРЫ

Отличительной чертой сословного самоуправления в адвокатуре являлось наличие сословных учреждений - советов и общих собраний присяжных поверенных. Их деятельность, руководство, надзор и дисциплинарная власть над адвокатским сословием не только обеспечивали соблюдение этических норм присяжными при выполнении ими своих обязанностей, но и поддерживали независимость адвокатуры, так как адвокатура была «свободным сословием, несущим большую

* Старший научный сотрудник Института государства и права РАН, кандидат юридических наук.

Труды Института государства и права Российской академии наук № 5/2014

общественную обязанность, но лишенным каких-либо преимуществ и

1

привилегии, предоставляемых государством своим чинам» .

Что же представляли собой органы сословного самоуправления и какую роль они играли в профессиональной деятельности адвокатуры?

Присяжная адвокатура как особая социально-профессиональная группа впервые возникла в России в результате проведения судебной реформы 1864 г. Целью реформы было «утвердить в народе нашем то уважение к закону, без коего невозможно общественное благосостояние и которое должно быть постоянным руководителем действий всех и каждого, от высшего до низшего»2. Идеи и содержание судебной реформы определили правовую природу института присяжных поверенных, необходимого для состязательного процесса и организованного как «сословие». Под «сословием» понималась группа лиц, объединенных профессиональными интересами3. Присяжные поверенные были объединены по профессиональному признаку, по своей социальной роли выполнения функции судебного представительства, а их внутренняя организация была построена именно в виде самоуправля-

4

ющегося сословия .

В правилах о присяжных поверенных, которые были разработаны в мае 1859 г., одним из принципиальных был вопрос о необходимости корпоративного устройства адвокатуры5. Отмечалось, что адвокатура может или не иметь внутренней организации, или же быть организованной по одному из трех типов: государственной службы; сословия, подчиненного дисциплинарной власти администрации или судов; самоуправляющегося сословия. Сущность самоуправления заключалась в том, что адвокаты «не знают над собой никакой посторонней власти, а подчиняются общей воле своего сословия, образующейся из общей воли всех членов сословия»; сословное самоуправление гарантировало адвокатуре необходимую ей независимость от судов и администрации в том смысле, что

1 История русской адвокатуры / Под ред. М.Н. Гернет. В 3 т. Т. 2. М., 1916. С. 15.

2 См.: Российское законодательство Х-ХХ веков. В 9 т. Т. 8. Судебная реформа. М., 1991. С. 28.

3 См.: Словарь русского языка / Сост. С.И. Ожегов. М., 1949. С. 794.

4 См.: Адвокатура России / Под ред. С.С. Юрьева. М., 2013. С. 70; ЛагодзинскаяЮ.С. Присяжная адвокатура в эмиграции. М.. 2012. С. 46.

5 См.: Гаврилов С.Н. История адвокатуры в России. М., 2009. С. 240. 148

«непосредственным начальством над нею служат ее выборные органы, а дисциплинарным судом является суд товарищей по профессии»6.

На судебной реформе 1864 г. в весьма значительной степени сказалось значение теории разделения властей, а тем самым и их взаимного обособления. Власть суда и власть обвинения были вручены различным органам; эта независимость суда от прокуратуры и прокуратуры от суда справедливо рассматривалась как гарантия их успешной деятельности. При множественности органов, сотрудничавших в одном деле, самостоятельность их взглядов представлялась условием правильной работы. Те же соображения были применены и к органи-

7

зации адвокатуры .

Как отмечалось исследователями, составители Судебных уставов 1864 г. пришли к выводу, что непосредственный надзор за присяжными поверенными должен быть возложен не на суды, а на советы, избираемые самими присяжными поверенными; «сущность отношений поверенных к суду требует полной независимости первых от последнего... Присяжные поверенные, как представители тяжущихся, по естественной справедливости не должны состоять под надзором судебных мест и не должны состоять ни в какой зависимости от них, так как в противном случае они лишатся той самостоятельности, которая необходима для ограждения прав и интересов доверителей от незаконных и притеснительных действий судебных мест»8.

В подтверждение преимуществ сословного надзора над надзором судебным указывалось также на то, что совет, побуждаемый личным интересом сохранить и поддержать доверие публики к стряпчим, будет не только не преследовать, но и предупреждать противозаконные и неправильные действия своих сочленов.

Присяжные поверенные состояли при судебных местах и приписывались к судебным палатам9. Присяжными поверенными могли быть лица, имеющие аттестаты университетов или других учебных заведений об окончании курса юридических наук или о выдержании экзамена в сих науках, если они сверх того прослужили не менее пяти

6 Ануфриев В.М., Гаврилов С.Н. Организация и деятельность адвокатуры в России. М., 2001. С. 42.

7 См.: История русской адвокатуры. Т. 3. С. 65-66.

8 История русской адвокатуры. Т. 3. С. 1-2.

9 См.: Полный свод Судебных уставов от 20 ноября 1864 г. М., 1866. С. 153.

лет по судебному ведомству в таких должностях, при исправлении которых могли приобрести практические сведения в представительстве судебных дел или также не менее пяти лет состояли кандидатами на должности по судебному ведомству или же занимались судебной практикой под руководством присяжных поверенных в качестве их помощников.

Согласно «Первоначальному образованию сословия присяжных поверенных» принятие в присяжные поверенные относилось к ведению Министерства юстиции. В каждой губернии, в которой вводились Судебные уставы, образовывался, по распоряжению Министерства юстиции, особый комитет для принятия и рассмотрения прошений лиц, которые изъявят желание поступить в присяжные поверенные. После рассмотрения прошений и документов этот комитет, состоявший из председателей и товарищей председателей Палат гражданского и уголовного суда, а также губернского прокурора, представлял министру юстиции информацию о соответствии кандидатов в присяжные требованиям, установленным в законе, после чего министр или утверждал их в звании присяжных поверенных, или отказывал в этом. Такой порядок приема в сословие присяжных поверенных действовал до образования советов

присяжных поверенных и их отделений - органов сословного

10

самоуправления .

Образование совета присяжных поверенных регламентировалось ст. 357-366 Судебных уставов. В частности, в ст. 357 закреплялось избрание совета присяжными каждого округа «из среды себя и для надзора за всеми состоящими в том округе поверенными, особый при судебной палате совет, а также Председателя сего совета и товарища Председателя, который в случае болезни или отсутствия Председателя, занимает его место»11.

Согласно ст. 358 Судебных уставов присяжные поверенные округа Судебной палаты, если их было не менее 20, обращались в Палату с просьбой о разрешении им избрать совет. Палата назначала одного из своих членов для председательствования на общем собрании присяжных поверенных при выборе членов совета. Число членов совета должно было быть, согласно ст. 361, «соразмерно числу

10 См.: Полный свод Судебных уставов. С. 152.

11 Там же. С. 154. 150

подведомых совету присяжных поверенных, не менее пяти и не более

12

пятнадцати» .

Избрание осуществлялось простым большинством голосов, а при равенстве голосов, полученных несколькими кандидатами на одну и ту же должность, избранным считался тот, кто «прежде был записан в список присяжных поверенных».

В соответствии со ст. 110 Судебные палаты учреждались в каждом округе; судебными местами являлись Судебные палаты и окружные суды (ст. 353). Закреплялось, что если в каком-либо городе, в котором нет Судебной палаты, имеют место жительства более 10 присяжных поверенных, то они могут с разрешения состоящего при местной Судебной палате совета присяжных поверенных избрать из своей среды отделение совета при окружном суде, «в таком составе и с теми из принадлежащих совету правами, которые будут ими самими определены»13. Специалисты отмечали, что открытие отделений обусловлено не только объективными причинами - наличием в городе 10 присяжных поверенных, но и субъективными - их соглашением между собой. Но в любом случае совет, исходя из ст. 358 и 366 Судебных уставов, был не вправе отклонить ходатайство об открытии отделения, как и Судебная палата была не вправе отказать в просьбе об открытии совета14. Решение вопроса об учреждении отделения относилось к компетенции совета. Гарантии закономерного и целесообразного функционирования отделения законодатель усматривал в тех же принципах выборности, отчетности и надзора судебных мест, которые определяли деятельность совета; единственной причиной приостановления деятельности отделения предполагалось уменьшение ниже законной нормы числа присяжных поверенных, живущих в городе, где нет Судебной палаты. Таким образом, совет не властен был закрыть однажды учрежденное отделение, а также «упразднить или сократить

15

предоставленную отделению компетенцию» .

На совет была возложена обязанность сообщать Судебной палате о приписке лица к числу присяжных поверенных или об отказе ему в этом (п. 1 ст. 367); он рассматривал жалобы на действия присяжных поверенных и контролировал точное исполнение ими законов,

12 Полный свод Судебных уставов. С. 155.

13 Там же. С. 155-156.

14 См.: История русской адвокатуры. Т. 2. С. 164-165.

15 Там же.

соблюдение установленных правил и всех принимаемых ими на себя обязанностей «сообразно с пользою их доверителей» (п. 2 ст. 367); выдавал присяжным поверенным свидетельства «в том, что они не подвергались осуждению совета» (п. 3 ст. 367)16. Статья 368 гласила: «Совет присяжных поверенных имеет право своею властью подвергать их за нарушение принятых на себя обязанностей: 1) предостережениям; 2) выговорам; 3) запрещению отправлять обязанности поверенного в продолжение определенного советом срока; 4) исключению из числа поверенных; 5) преданию уголовному суду в случаях особо важных». В примечании указывалось, что исключенные из числа присяжных поверенных лишаются поступать в это звание во всем государстве17. Законодательно закреплялось, что никакое постановление совета присяжных поверенных не может иметь силы, «когда в нем участвовало менее половины членов совета» (ст. 375).

В соответствии со ст. 376 на все постановления совета, кроме подвергающих присяжного поверенного предостережению или выговору, могли приноситься жалобы судебной палаты18.

По мнению П.С. Тагера, организационная и распорядительная деятельность советов присяжных поверенных составляли не особые области деятельности советов, «но различные функции управления, осуществляемые ими в любой области предоставленной им деятельности; пользуясь терминологией, принятой в науке административного права, можно сказать, что организационная деятельность Советов есть осуществление ими нормативной функции управления так же как их распорядительная деятельность представляла собой осуществление функции административной»19.

Согласно ст. 379 Судебных уставов желающий стать присяжным поверенным должен был подать прошение в совет, приложив все документы, необходимые для удостоверения в том, что он удовлетворяет всем необходимым для этого условиям. При этом важно подчеркнуть, что ст. 380 Судебных установлений обязывала совет при рассмотрении

таких прошений «принимать в соображение все сведения, которые он

20

признает нужными» .

16 См.: Полный свод Судебных уставов. С. 156.

17 Там же. С. 157.

18 См.: там же. С. 157.

19 История русской адвокатуры. Т. 2. С. 177.

20 Полный свод Судебных уставов. С. 159. 152

К примеру, Санкт-Петербургский совет присяжных поверенных с самого начала своего учреждения держался весьма строгого применения ст. 380, которая предоставляла советам право даже при наличии формальных оснований для принятия в присяжные поверенные принимать решение, руководствуясь всеми имеющимися сведениями о просителе. «Основная, руководящая мысль совета, -сказано в первом его отчете за 1866-1867 гг., - заключалась в том, что в состав сословия присяжных поверенных не должны быть допускаемы лица, позволившие себе такой поступок, который несовместим с призванием адвоката. На Совете лежит, поэтому, нравственная обязанность преграждать с самого начала доступ в присяжные поверенные всем тем, от кого нельзя ожидать честного исполнения обязанностей этого звания»21. Г. Джаншиев называл это право совета присяжных поверенных «самой важной, самой драгоценной прерогативой автономной адвокатуры. Если совет поверенных отказывает желающему поступить в присяжные поверенные, потому что он не подходит под условия, требуемые законом, - писал он, - то считающий этот отказ несправедливым должен иметь право жаловаться суду на такое постановление, но если совет отказал по каким-либо другим основаниям, то жалобы на это допустить нельзя, потому что совету известны нравственные качества

человека, которого он не хочет принять, ведь нравственная

22

ответственность за этого поверенного будет падать на сословие» .

На правительственном уровне высказывалось мнение, что только одна форма организации адвокатуры «соответствует достоинству и интересам правосудия», а именно: поверенные в качестве судебно-общественных деятелей, «совмещая в своем лице разнообразные цензовые условия, образуют точно обрисованную в законе самостоятельную корпорацию, состоящую при судах под их надзором и в постоянном с ними взаимодействии, в качестве их необходимой и

23

существенной принадлежности» .

21 Цит. по: Макалинский И.В. Санкт-Петербургская присяжная адвокатура. Деятельность Санкт-Петербургских совета и общих собраний присяжных поверенных за 22 года (1866-1888 гг.). СПб., 1889. С. 141.

22 Джаншиев Г. К вопросу об автономии сословия присяжных поверенных // Юридический вестник. 1879. № 2. С. 235-238.

23 Комиссия при Министерстве юстиции для пересмотра законоположений по судебной части. Обсуждение вопроса об изменении устройства адвокатуры. СПб., 1897. С. 4.

Важно отметить, что созданной адвокатуре было предоставлено право самоуправления. К.К. Арсеньев писал: «...Всякая корпорация, сколько-нибудь самостоятельная, всегда вырабатывает обычаи, предания, составляющие ее силу, дающие ей нравственное единство, поддерживающие ее как целое и руководящее каждым отдельным ее членом. Корпорация немыслима без самоуправления, без органа, который бы служил ее представителем. Присяжных поверенных мы видим везде, где введены в действие Судебные уставы; но сословие присяжных поверенных является только там, где открыт совет присяжных поверенных. Только совет присяжных поверенных, избираемый корпорацией, обновляющейся настолько, чтобы служить верным ее отражением, может быть в одно и то же время источником и хранителем обычаев корпорации»24. Совет присяжных поверенных осуществлял «дисциплинарную власть над присяжными поверенными» и «корпоративный контроль». К.К. Арсеньев также отмечал, что во Франции и в Бельгии особенно необходимой считалась частая перемена председателя совета (bâtonnier). Начиная с 1830 г. ни один председатель Парижского совета не оставался в этом звании более двух лет; но избрание на второй год составляет общее

25

правило, также не допускающее исключения .

По мнению И.В. Макалинского, для того, чтобы это сословие представляло верные ручательства нравственности, знания и честности убеждений, должно с самого его учреждения держаться строгого выбора лиц на должность поверенных и установить за ними такой надзор, который, не лишая их необходимой для защиты их доверителей самостоятельности, вместе с тем, с одной стороны, способствовал бы скорому и действительному ограждению частных лиц от стеснений поверенных, а с другой - служил бы средством к водворению и поддержанию между ними самими чувства правды, чести и сознания нравственной ответственности перед правительством и обществом26. Он же отмечал, что хотя ежегодное обновление совета, регламентированное ст. 364 Судебных уставов, и зависело вполне от самих присяжных поверенных, которые всегда имели возможность взамен одного лица избирать другое, «но такое обновление в действительности не совершалось», так как при большей

24 Арсеньев К.К. Заметки о русской адвокатуре. Тула, 2001. С. 22.

25 См.: АрсеньевК.К. Указ. соч. С. 60-61.

26 См.: Макалинский И.В. Указ. соч. С. 2. 154

известности уже избранных членов совета внимание избирателей естественно останавливалось больше на членах корпорации, которые уже прежде избирались в состав совета27.

Совету принадлежала инициатива создания комиссий при нем -органов, содействующих совету в его деятельности. Функции первых комиссий (на примере Московского совета присяжных поверенных) носили сугубо исполнительный характер - приведение в порядок архива библиотеки, составление извлечений из состоявшихся решений совета и т. п., но с увеличением количества дисциплинарных дел, подлежащих рассмотрению советом, возникла необходимость учреждения комиссий «о пользах и нуждах сословия», в которых сосредоточивалась бы вся подготовительная деятельность по общим вопросам. Как было замечено на одном из общих собраний петроградских присяжных поверенных, «продуктивность работы комиссий есть прямое последствие темпа сословной и общественной жизни. Чем интенсивнее корпоративное строительство, чем напряженнее организационная деятельность сословия, тем

удовлетворительнее действуют и комиссии - эти вспомогательные

28

органы совета и сословия» .

В ст. 378 Судебных уставов говорилось: «Где нет совета присяжных поверенных или отделения оного, там права и обязанности его принадлежат окружному суду»29. Лучшим показателем отношения адвокатуры к деятельности учреждений, заменявших советы, могут служить многочисленные ходатайства адвокатов тех округов, где не было советов, об их открытии. Так, отмечалось, что «суды, не имеющие никакой связи с адвокатским сословием, чуждые его нравам, обычаям и интересам, не знакомые с условиями его профессиональной деятельности, не заинтересованные в доверии к нему общества и не чувствующие солидарности с ним и нравственной за него ответственности, неспособны в деятельности своей в качестве дисциплинарного суда устанавливать принципиальные положения и руководящие правила профессионального поведения. Подчинение поверенного суду влечет за собой ведение дел так, как этого желает

30 п

суд» . Совет вносил единство во взгляды присяжных поверенных на

27 См.: Макалинский И.В. Указ. соч. С. 121, 125, 129.

28 См.: История русской адвокатуры. Т. 2. С. 156-160.

29 См.: Полный свод Судебных уставов. С. 159.

30 История русской адвокатуры. Т. 3. С. 55.

их права и обязанности; «при существовании совета будет признан

31

принцип законной самостоятельности, принцип корпоративности» .

Органами корпоративной организации присяжной адвокатуры являлись также общие собрания присяжных поверенных, в которых принимали участие все присяжные поверенные одного судебного округа.

Общее собрание избирало совет присяжных поверенных, председателя и товарища председателя совета, как это предусматривалось Судебными уставами. Оно созывалось ежегодно в порядке, установленном ст. 359-364, не позднее чем через 365 дней со дня избрания первого Совета. Решение общего собрания считалось правомочным, если был соблюден порядок его созыва и рассматриваемый вопрос, по которому давалось заключение, включен в повестку дня. Председательствовал на общем собрании либо председатель, либо член совета, за которого проголосовали присяжные поверенные, либо выборное лицо, не являющееся его членом. Избрание происходило простым большинством голосов. Список членов совета присяжных поверенных передавался прокурору Судебной палаты и публиковался для всеоб-

32

щего сведения .

Если на общем собрании присутствовало менее половины подведомственных определенному совету присяжных поверенных, то оно считалось несостоявшимся, и председатель совета извещал повестками всех присяжных поверенных о том, что в случае неприбытия их к назначенному им для выборов новому сроку совет присяжных поверенных остается в прежнем составе (ст. 365 Судебных уставов).

Исследователями отмечается, что постепенно компетенция общего собрания стала расширяться, возникает тенденция перераспределения функций между советами и общими собраниями. Общее собрание постепенно начало приобретать черты директивного органа, а совет -исполнительного органа в области управления корпорацией, продолжая выполнять функции корпоративного суда. К предмету ведения общих собраний относились заслушивания отчета о деятельности совета и обсуждение сословных дел. При этом под «сословными делами» и сословие, и совет понимали не только вопросы внутреннего распорядка сословия, но и все вопросы государственного и обще-

31 Володимиров В. К вопросу об открытии советов присяжных поверенных // Журнал гражданского и уголовного права. 1881. Кн. 5. С. 127, 133.

32 См.: Полный свод Судебных уставов. С. 154-155. 156

ственного порядка, так или иначе связанные с сословными интереса-ми33. По мнению Е.В. Васьковского, общее собрание адвокатов являлось главным органом самоуправления, «единственным выразителем

34

истинной воли сословия» .

«Избирая в совет лучших своих членов, - указывал К.К. Арсень-ев, - сословие не имеет, таким образом, никакого основания не доверять им, стеснять, связывать их какими-либо условиями или обязанностями. Как и всякий судья, член совета должен руководствоваться при решении дела исключительно своим внутренним убеждением и подавать голос, не заботясь о том, что скажут по этому поводу его избиратели. Предупредить вопиющие злоупотребления со стороны адвокатов может и суд, но создать адвокатуру, как общественную силу, может только самостоятельная корпорация, управляемая свободно избран-

35

ным советом» .

Отмечалось также, что вследствие обширности судебных округов России и удаленности от судебного центра отдельных окружных судов иногородние присяжные поверенные или вовсе были лишены возможности посещать общие собрания, или могли их посещать крайне редко. Особенности расселения адвокатуры, как указывали специалисты, составляли основную, но не единственную причину затруднения, возникшего во всех округах, - составлять общие собрания в законном составе, значительную роль здесь играло недостаточное развитие сословной жизни, широко развившийся за последние годы сословный индифферентизм36. «Корпоративная жизнь развита у нас еще не настолько, чтобы быть живым интересом для каждого отдельного чле-

37

на корпорации» .

В 1879 г. Санкт-Петербургский совет присяжных поверенных предложил общему собранию новые правила порядка выборов в члены совета, в соответствии с которым он ежегодно должен был обновляться путем принятия в его состав новых четырех членов. Как отмечалось в литературе, «общее собрание присяжных поверенных, без сомнения, является лучшим судьей того, улучшилась или

33 См.: Адвокатура России / Под ред. С.С. Юрьева. С. 73-75; Гаврилов С.Н. Указ. соч. С. 248.

34 Васьковский Е.В. Организация адвокатуры. В 2 т. Т. 2. СПб., 1835. С. 308.

35 Арсеньев К.К. Указ. соч. С. 68-69.

36 См.: История русской адвокатуры. Т. 2. С. 62-63.

37 Арсеньев К.К. Указ. соч. С. 70-72.

ухудшилась деятельность Санкт-Петербургского совета с введением

38

новых правил...» .

По мнению П. С. Тагера, общение совета и общего собрания являлось необходимостью, властно диктовавшейся потребностями самой жизни. Вместе с тем он подчеркивал, что, определяя исчерпывающим образом функции годичного общего собрания, закон знал только две формы контакта общего собрания с советом: «избрание совета в начале, рассмотрение отчета в конце отчетного года; никакие другие формы общения названных сословных органов в течение отчетного

39

периода закону неизвестны» .

Многие авторы обращали внимание на характерные тенденции развития нормативной и административной деятельности органов сословного самоуправления: нормативная функция распространялась на все расширяющийся круг отношений; происходило перераспределение функций управления между органами сословного управления; общие собрания становились законодательными органами сословия; советы, сохраняя всю полноту власти судебного установления и представительного органа сословия в сфере

Л 40

управления сословием, приобретали черты исполнительного органа .

В границах, намеченных законом, сословие провело трудную и ответственную работу по урегулированию корпоративной жизни, разработав правила своей профессиональной деятельности и создав ряд учреждений и организаций, обслуживающих разнообразные потребности присяжной адвокатуры. Как учреждение с функциями по преимуществу судебно-административными, советы были в состоянии, как указывал В. Д. Спасович, решать только те общие вопросы, которые возникали в определенных конкретных случаях. Но и для их решения они должны были привлекать само сословие, поскольку такие решения для членов сословия носили обязательный характер. Инициатива созыва собрания не для выборов считалась в первое двадцатипятилетие принадлежащей исключительно совету: он собрал сословие, поскольку считал созыв общих собраний соответствующим корпоративным интересам. В то же время совет не был обязан созывать общее собрание, даже если за такой созыв высказалось большинство присяжных поверенных. Тем самым в сословную жизнь вносилось неприми-

38 История русской адвокатуры. Т. 2. С. 133.

39 См.: История русской адвокатуры. Т. 2. С. 77.

40 См.: История русской адвокатуры. Т. 2. С. 177-178. 158

римое противоречие: избрать на общем собрании меру, имеющую свойство законодательной для присяжных поверенных всего округа, могло меньшинство сословия, но добиться созыва общего собрания не могло и его большинство. Сословие могло решать вопросы, но не ставить их на свое обсуждение.

На этой почве в начале 1890-х гг. возникает движение, целью которого было расширение прав сословия. В 1893 г. общее собрание приняло предложение В.Н. Герарда, согласно которому совет был обязан по требованию 25 присяжных поверенных созвать в трехмесячный срок общее собрание. Спустя три года это правило было изменено: теперь в случае требования 25 присяжных поверенных совет должен был назначить собрание не позднее месячного срока со дня принятия заявления или же доложиь ближайшему общему собранию, почему он не счел возможным удовлетворить указанное требование41.

Я. Л. Берман отмечал, что одновременно с утверждением компетенции общего собрания как законодательного органа сословия предпринимались попытки подчинить общему собранию совет присяжных поверенных (речь шла о судебно-административных функциях последнего). С конца 1890-х гг. за общим собранием было окончательно признано право решать внесенные на его рассмотрение общие вопро-

42

сы .

Следует сказать, что Петроградский и Московский округа занимали первое место по числу адвокатов. Соответственно эти же округа играли ведущую роль в процессе организации и развития органов сословного самоуправления в данной сфере43.

В Петроградском округе отношения между советом и общим собранием основывались преимущественно на традиции и обычаях: совету принадлежала инициатива созыва общих собраний, возбуждения вопросов и постановка их на обсуждение общего собрания. По организационным в широком смысле вопросам компетенция Санкт-Петербургского совета присяжных поверенных была ограничена: он мог вносить в общее собрание только проекты решения вопросов, а от общего собрания зависело, принять или отвергнуть проект; принять его в основных чертах, вернуть для доработки в совет или в специально созданную для этого комиссию. Совет действовал по дисциплинар-

41 См.: История русской адвокатуры. Т. 2. С. 77-80.

42 См.: там же. Т. 2. С. 85, 90.

43 См.: там же. Т. 2. С. 27.

ным делам как судебная власть, самостоятельно и независимо от общего собрания оценивая поступок, определяя род и меру взыскания. Такой же свободой совет пользовался в области управления: определения совета, как дисциплинарного, так и распорядительного свойства, подлежали проверке общим собранием лишь при обсуждении отчета совета в связи с рассмотрением вопроса о необходимости изме-

44

нения его состава .

Иначе складывались взаимоотношения совета и сословия в Москве, где сословие первоначально представляло собой «неорганизованную массу, соединявшуюся в одно целое лишь для избрания со-вета»45; личный состав московской адвокатуры был обусловлен правилами о приеме, принятыми Московским советом (в нее входили «не только чуждые, но и враждебные свободному и независимому духу сословия»). 29 сентября 1870 г. общее собрание признало, что присяжные поверенные имеют право собираться и на внеочередные собрания для решения вопросов, касающихся интересов всей корпорации, не отнесенных к предметам ведомства совета. Такой порядок просуществовал три года.

В 1885 г. были изданы правила о чрезвычайных общих собраниях. Предусматривалось, что эти собрания созываются для обсуждения общих вопросов, касающихся сословия в целом, как по инициативе совета, так и по ходатайству присяжного поверенного. Собрание созывалось по постановлению совета и считалось состоявшимся при условии присутствия на нем не менее половины проживавших в Москве присяжных поверенных.

Со 2 сентября 1898 г. раз в месяц по средам в сословном помещении стали собираться периодические собрания, действительные при любом количестве присяжных поверенных. Постановления этих собраний не обладали обязательной силой ни для совета, ни для сословия. Кроме того, периодические собрания даже не рассматривались в качестве совещательного органа сословия, так как совет мог и не вносить на их предварительное рассмотрение вопросы организационного характера. Все это делало нежизнеспособной саму идею периодических собраний, и с 1898 г. их деятельность надолго прекратилась. Но за короткое время своего существования собрания сыграли весьма заметную роль в жизни сословия: все крупнейшие шаги в развитии

44 См.: История русской адвокатуры. Т. 2. С. 91-92.

45 Там же. 160

сословной организации московской адвокатуры за 1890-е гг. (преобразование консультаций, учреждение вспомогательной кассы, обсуждение правительственного проекта реформы адвокатуры) были сделаны по исключительной инициативе и настоянию периодических адвокат-

46

ских собраний .

В дальнейшем взаимодействие органов сословного самоуправления Московского совета и общего собрания присяжных поверенных привело к тому, что за советом осталась власть законодательная, а за сословием же было признано право обязательного участия в постановлении решений, имевших общее для присяжных поверенных значение; затем в область работы совета был введен принцип гласности, а именно заблаговременное оповещение о поднятом в совете вопросе. Но совет был не только законодательным органом сословия, но и единственным органом, постановления которого имели принудительную силу для членов корпорации; совету принадлежало право утверждения обязательного денежного сбора, и в случае столкновения мнений общего собрания и совета перевес имело мнение последнего. Но с 1906 г. вследствие роста обложения и вызванного этим недовольства населения установление денежного сбора отходит к функциям общего собрания47.

В других округах местная адвокатура собиралась часто и регулярно и до учреждения советов для обсуждения своих сословных дел. Общие собрания становились регулярно действующими товарищескими судами, а также выполняли организационную работу. В тех округах (Одесса, Казань, Саратов), где окружные суды как учреждения, заменявшие советы, считали целесообразным запрашивать местную адвокатуру о лицах, принимаемых в сословие, основной задачей адвокатуры являлось собирание и рассмотрение сведений, касавшихся этих лиц. С учреждением советов положение значительно меняется; к советам в силу закона переходят все судебно-административные функции, вся текущая работа по управлению сословием; совет действует самостоятельно и как представительный орган сословия, надзор же за его деятельностью выливается в форму рассмотрения отчета на годичном собрании48. Вместе с тем исследователи отмечали создание системы двойственности

46 См.: История русской адвокатуры. Т. 2. С. 92-101.

47 См.: там же. С. 102-105.

48 См.: там же. С. 109-110.

законодательных органов; с одной стороны, обязательность постановлений общего собрания, с другой - принудительная сила правил поведения и норм процессуального характера, составлявших результат разрешения советом общих вопросов, но при этом от

49

местных условий зависело, как очерчивались пределы власти совета .

Отмечалось также наличие значительной разницы между выборами в политическое собрание и в совет. Так, если кандидат в депутаты мог быть неизвестен большинству избирателей (они могли даже не знать, согласен ли, желает ли он принять на себя звание депутата) и открытое заявление им своей кандидатуры, подкрепленное изложением его взглядов, его программы, могло поэтому быть действительно необходимым, то в небольшой среде присяжных поверенных в этом не было надобности. «Каждый присяжный поверенный - возможный кандидат на звание члена совета; действуя постоянно перед глазами своих товарищей, он имеет, сверх того, полную возможность познакомить их со своими взглядами в общих собраниях, в собраниях членов консультации, на частных сходках перед выборами; постановка кандидатуры при таких условиях представляется или совершенно излишней, или даже вредной, как искусственное средство влияния на убеждение избирателей. Еще менее приличны были бы, конечно, какие-либо усилия членов совета сохранить за собою это звание. Звание члена совета. есть преимущественно обязанность, которой никто не должен искать, от которой никто не должен и отказываться. Само собою разумеется, что никого нельзя заставить вступить в совет или остаться в нем; но сословие имеет право ожидать от своих членов, что они не станут уклоняться без особенно важных причин от службы, возлагаемой на них в видах общей пользы. Хороший личный состав совета, изменяющийся не слишком быстро, но не остающийся и вовсе без перемены, - вот необходимое условие для успешной деятельности совета; но есть еще другое условие, не менее важное - это существование правильных отношений между советом и общим собранием

50

присяжных поверенных» . Сословию присяжных поверенных «дано широкое право самоуправления, оно соединяет в себе черты западноевропейской адвокатуры. В самом устройстве совета заключается вся нужная гарантия против излишней исключительности и пристрастия.

49 См.: История русской адвокатуры. Т. 2. С. 113.

50 Арсеньев К.К. Указ. соч. С. 66-67. 162

Адвокаты составляют организованное целое, пополняемое из среды людей, специально подготовленных к судебному поприщу»51.

Указом от 11 октября 1889 г. было временно приостановлено дальнейшее открытие отделений советов присяжных поверенных «во всех судебных округах, в коих учреждены советы присяжных поверенных»52. Лишь в 1906 г. было разрешено образовать советы при ряде судебных палат53. К 1913 г. органы адвокатского самоуправления были образованы при девяти из 14 сформированных судебных палат: Петроградской (2 мая 1866 г.), Московской (16 сентября 1866 г.), Харьковской (6 мая 1874 г.), Новочеркасской (21 июля 1904 г.), Одесской, Казанской, Саратовской (10 ноября 1904 г.), Омской и Иркутской (24 ноября 1904 г.)54.

Советы присяжных поверенных, ежегодно избиравшиеся большинством сословия, являлись в глазах законодателя с вверенной им обширной властью «условием развития и поддержания достоинства и пользы учреждения присяжных поверенных»55. Практика их деятельности, в том числе и дисциплинарная, подтвердила их жизнеспособность и необходимость. «Корпоративная жизнь процветает и дает плоды только тогда, когда в ней деятельно участвует значительное большинство членов корпорации, - подчеркивал К.К. Арсеньев. - Участвуя в общем собрании, присяжный поверенный чувствует себя частью целого, сознает свою солидарность с этим целым, принимает близко к сердцу дела, непосредственно, лично его не касающиеся, - и приобретает, таким образом, привычку к самоуправлению, в которой мы все

56

так нуждаемся» .

Построение советской судебной системы, начатое принятым 5 декабря 1917 г. Декретом о суде № 1, упразднило все общие судебные установления, включая адвокатуру. В качестве защитников по уголовным делам и поверенных по гражданским делам могли допускаться «не опороченные граждане обоего пола, пользующиеся гражданскими правами»57. Присяжные поверенные потеряли свой социаль-

51 Санкт-Петербургские ведомости. 1889. № 151.

52 См.: ПСЗ РИ. СПб., 1907. Т. 9. С. 580.

53 См.: Гаврилов С.Н. Указ. соч. С. 250.

54 См.: Адвокатура России / Под ред. С.С. Юрьева. С. 72.

55 История русской адвокатуры. Т. 2. С. 58.

56 АрсеньевК.К. Указ. соч. С. 145.

57 Советский государственный строй: реалии, проекты, идеи, споры (19171940 гг.) / Под ред. Ю.Л. Шульженко. М., 2010. С. 336-337.

но-профессиональный и правовой статус, и те из них, кто не разделял принципы, идеи и методы большевистского правительства, покинули Россию. Защита профессиональных интересов и взаимная поддержка стали основой для созданных впоследствии в эмиграции русских адвокатских союзов как профессиональных корпораций, в которых присяжные поверенные стремились сохранить единение, подчеркнуть свою принадлежность к адвокатуре и продолжить служение делу законности и правопорядка. Подтверждением этого служат многочисленные объединения русских юристов (в том числе адвокатов), возникавшие за рубежом в 1920-е гг. Сообществом, объединившим большинство присяжных поверенных, стал созданный в 1920 г. Союз русской присяжной адвокатуры в Германии. Союз постоянно поддерживал связь с другими образовавшимися за границей русскими адвокатскими организациями: Союзом русских адвокатов в Париже; Объединением русских адвокатов во Франции; Союзом русских адвокатов в Бельгии58. Воспитанные на традициях корпоративного единения, русские адвокаты острее всех прочих эмигрантов чувствовали потребность профессиональной группировки. Принцип самоуправления в деятельности адвокатуры и органов сословного адвокатского самоуправления сформировал сословие лиц, не просто юридически сведущих, отвечающих необходимым цензовым условиям, но и нравственно благонадежных судебно-общественных деятелей, понимающих свои высокие общественные задачи.

58 См.: ЛагодзинскаяЮ.С. Присяжная адвокатура в эмиграции. М., 2012. С. 50-53;

205-210.