Война до последнего свитка

Между библиотеками с античных времен существует острое соперничество. Порой оно приводило к неожиданным результатам. Так, например, конкуренция между Александрийской и Пергамской библиотеками помогла изобрести пергамент. В борьбе за право считаться лучшей греческой библиотекой в ход шли все средства. Соперники, как на войне, не гнушались ничем, чтобы завладеть особенно древним свитком или переманить знаменитого ученого...

Расцвет Востока

Термин "эллинизм" ввел в науку немецкий историк Иоганн Дройзен в классическом труде "История эллинизма". Эллинизм имеет четко очерченные рамки: 323 г. до н. э. (смерть Александра Македонского) и 30 г. до н. э. (падение эллинистического Египта). Это были три века бурного развития и процветания восточного Средиземноморья, упадка Афин и греческих колоний на западе. Этому способствовало распространение в регионе греческого языка, ставшего государственным, языком литературы, дипломатии, образования и науки.

Александр Великий оставил потомкам империю, простиравшуюся от Македонии до Индии. После пяти кровопролитных войн диадохов в 321-301 гг. до н. э. империя Александра распалась на несколько царств. Главными из них были Македония, управляемая династией Антигонов, Азия во главе с Селевкидами и Египет, который возглавил Птолемей и его потомки.

Каждый из соратников Александра Великого считал себя его единственным законным наследником. Эта борьба проходила не только на полях сражений, но и во всех сферах жизни. Соперничество в сфере культуры стало катализатором для развития новых библиотек, необходимость в создании которых объясняется резко возросшим количеством книг в те времена.

Гелле Когеньо, специалист по античной истории из университета Эксетера, указывает, что "библиотеки были одним из средств, при помощи которых эллинистические цари выставляли напоказ свои богатства, власть и, что самое главное, доказывали право считаться единственным законным наследником Александра Великого".

Первые библиотеки появились в глубокой древности, в Египте и Месопотамии. В подавляющем большинстве они были частными и чаще всего находились в храмах. Наиболее яркий пример — библиотека ассирийского царя Ашшурбанапала, жившего в VII веке до н. э. Ученые нашли 25 тыс. глиняных табличек с клинописными текстами.

Согласно легенде, Александр Великий, увидев таблички Ашшурбанапала, решил создать библиотеку, которая объединила бы книги всех завоеванных им народов и стран. Осуществить план создания всемирной библиотеки вместе с другими грандиозными замыслами ему помешала ранняя смерть.

Жемчужина в короне Птолемеев

Духовной столицей античного мира с III века до н. э. до V-VI веков н. э. считалась египетская Александрия, один из 19 городов древнего мира, основанных Александром Великим и носивших его имя. Ее первенство объясняется географическими, экономическими и политическими причинами. Египет в те времена был самым, пожалуй, богатым царством древнего мира. Все его богатства стекались в столицу.

Древнегреческий историк и географ Страбон, продолжительное время живший в Александрии, утверждал в "Географии", что город вытянулся на 4,5 км в длину и полтора — в ширину. По подсчетам древнеримского историка Плиния Старшего, длина городских стен составляла 24 км. На рубеже III и II веков до н. э., пишет в энциклопедической "Жизни Греции" (1939) Уильям Дюрант, население Александрии достигало полумиллиона человек, примерно столько же, сколько жило в ней в 1927 г.

Страбон утверждает, что Аристотель первым начал собирать книги и что именно он посоветовал египетским царям создать библиотеку. Основателем библиотеки в Александрии был один из его учеников — государственный деятель и философ Деметрий Фалерский. Его выслали из Афин, где он десять лет был единоличным правителем. Последние полтора десятилетия своей жизни Деметрий провел при дворе Птолемеев.

Наиболее раннее упоминание об Александрийской библиотеке встречается в письме александрийца Аристея афинянину Филократу примерно в 100 г. до н. э. Из него мы знаем знаменитую историю о 72 ученых евреях, призванных из Иерусалима для перевода Библии Деметрием Фалерским.

Деметрий действовал по приказу Птолемея II Филадельфа. Филадельф, к слову, бросил его в тюрьму, заподозрив в заговоре. Деметрий, по словам современников, был большим интриганом. Считается, что он умер во сне от укуса змеи, которую подложили ему в постель недоброжелатели.

Раньше музеи были не собранием экспонатов, как сейчас, а культурными центрами, "домами муз", местом поклонения музам. Когда к религиозной функции прибавилась интеллектуальная, библиотеки стали непременной составной частью Мусейонов.

Главное помещение библиотеки — читальный зал — служило местом исследований, дебатов, церемоний и лекций. В нем хранилась лишь незначительная часть свитков. Собственно хранилищами были значительно меньшие по размеру комнаты, обычно без каких-либо архитектурных украшений, пишет в книге "Библиотеки древнего мира" знаток античной истории Лайонел Кассон. Они достраивались по мере увеличения библиотечного фонда.

Библиотека вместе с академией Мусейон, царским дворцом и главными храмами находилась в северо-восточном районе Александрии — Брухейоне. Библиотеку начал строить Птолемей I Сотер, основатель династии правителей Египта, а закончил его сын Птолемей II. Филадельф же открыл и библиотеку поменьше в храме Сераписа (Серапиуме), на юго-востоке города. Она состояла из 42 тыс. свитков. Эта библиотека, в отличие от главной, где могли работать только ученые, была открыта для всех александрийцев.

К середине III в. до н. э. Александрийская библиотека насчитывала 532 тыс. свитков. К концу века она превзошла по своей значимости Мусейон, частью которого первоначально считалась, и вместе с ним сделала Александрию интеллектуальной столицей греческого мира. В ней хранились наиболее ранние тексты Еврипида, Софокла и Гомера.

Споры о размерах библиотечного фонда не стихают до сих пор. Не исключено, что количество свитков в Александрийской библиотеке завышено. Например, Сенека считал, что их порядка 40 тыс. С другой стороны, встречались и более высокие оценки. К примеру, древнеримский писатель Авл Геллий оценивал библиотечный фонд в 700 тыс. свитков, а отдельные авторы — и того выше: порядка 900 тыс.

О значимости библиотеки говорит и то, что должность главного библиотекаря считалась одной из самых престижных при дворе. Главные библиотекари отвечали за создание и преумножение книжного фонда, его систематизацию и сохранность и благодаря страсти царей к книгам имели доступ к почти неограниченным средствам. Им часто доверяли учить царских детей.

Список директоров Александрийской библиотеки пестрит именами самых известных ученых того времени. Зенодот Эфесский, Аполлоний Родосский, Эратосфен Киренский, Аполлоний Александрийский, Аристофан Византийский, Аристарх Самофракийский — далеко не полный перечень.

Аристофан Византийский получил это место, если верить римскому ученому Витрувию, запомнив большую часть содержания книг библиотеки и поймав нескольких плагиаторов. Последним известным ученым, возглавлявшим библиотеку, был знаменитый греческий филолог Аристарх Самофракийский. После 145 г. до н. э. во главе библиотеки стояли люди, далекие от науки,— царские подхалимы и друзья.

От ранних библиотек, занимавшихся коллекционированием и сохранением книг, Александрийскую отличала четко выраженная исследовательская направленность. Неудивительно, что она быстро стала центром научной и культурной жизни Египта.

При античных библиотеках существовали научные школы. Ученые не только работали, но и жили в Мусейоне и библиотеке. Их заманивали бесплатным жильем и питанием, обилием прислуги, освобождением от налогов и, конечно же, высоким жалованьем.

В разное время в Александрии жили и работали Архимед, Аристофан, Эратосфен, Эвклид, Герофил, Страбон, Зенодот. Минусом была закрытая жизнь. Критики называли Мусейон золотой клеткой.

Александрийская библиотека специализировалась на Гомере. Поскольку его поэмы предназначались для чтения вслух, существовало несколько письменных версий. Библиотеки стремились завладеть всеми вариантами "Илиады" и "Одиссеи", чтобы сравнить их и найти наиболее древние и подлинные. Зенодот, Аристофан и Аристарх критически исследовали тексты гомеровских поэм. Именно им мы обязаны вариантом, дошедшим до нас.

Чтобы библиотекой таких размеров можно было пользоваться, свитки необходимо было не только разместить, но и систематизировать. Первым профессиональным библиотекарем считается Зенодот Эфесский.

При нем книги начали хранить в разных комнатах по жанрам. У Зенодота их было три. Первый состоял из литературных произведений, исторических трудов и работ времен Птолемеев. Во второй входили труды, используемые для сравнения, а также письма и карты. Третий составляли свитки на иностранных языках, которые переводили на греческий профессиональные переводчики.

Книги расставлялись по алфавиту. Зенодот прикреплял в конце каждого свитка ярлычок, содержащий имя автора, название труда и жанр.

Изобретателем первого каталога считается Каллимах из Кирены. Он расширил деление на жанры (поэзия у него, например, состояла из шести поджанров, а проза — из пяти) и расставил все книги по имени авторов в алфавитном порядке.

Каллимах создал и первый каталог (Пинакотеку), состоявший из 120 свитков. Как и сейчас, к каждой книге прилагалась первая строка текста, ее краткое содержание и несколько наиболее важных выдержек. В каталоге можно было найти и информацию об авторе: место рождения, имя отца, имена учителей, краткую биографию и список трудов.

Александрийская библиотека просуществовала свыше 900 лет и сумела пережить неоднократные попытки разрушения. Самой серьезной историки считают пожар, который устроили римляне под предводительством Цезаря в 48 г. до н. э. В огне, охватившем весь город, серьезно пострадала и библиотека.

В 273 г. Александрийская библиотека сильно пострадала во время осады города императором Аврелием. По словам историка Аммиана Марцеллина, жившего в IV веке, легионы разрушили почти весь Брухейон.

Большой ущерб библиотеке наносили и частые религиозные беспорядки, особенно в эпоху христианства (например, в 391 и 415 гг. н. э.).

Руководители Александрийской церкви негативно относились к огромному собранию языческой литературы. Считается, что окончательно Александрийская библиотека перестала существовать после завоевания Александрии арабами в 642 г.

Соперник великой Александрии

Конечно, библиотеки имелись и в столицах других эллинистических государств: в Антиохии, Измире, на Родосе и т. д. Археологи из Австрии в прошлом веке нашли остатки большой библиотеки в Эфесе. Древнеримские историки много писали, что при разрушении Карфагена в середине II в. до н. э. было уничтожено очень много книг.

Александрийская библиотека считалась главной в античном мире. И все же Птолемеи не могли чувствовать себя в полной безопасности, потому что у них был один достаточно серьезный конкурент — Пергамская библиотека.

Пергам (сейчас Бергама) находился на территории Турции в 26 км от Эгейского моря. Пергамское царство было одним из самых ярких эллинистических государств и одним из самых недолговечных. Оно существовало всего полтора столетия: с 283 г. до н. э., когда Пергам получил независимость, до 133 г. до н. э., когда царство по завещанию Аттала III было присоединено к Риму.

Правители Пергама Атталиды были известны как покровители искусств и наук. Они тратили богатства, получаемые от рудников, ремесел и торговли, не только на укрепление армии и флота, но и на науки с искусствами. Аттал I, к примеру, собрал огромную коллекцию картин и скульптур, а Аттал II выделял большие деньги на образование подданных.

В течение полувека Пергам был одним из самых блестящих городов античного мира. Он славился красивыми кирпичными домами с черепицей, зелеными парками, орошаемыми каналами, роскошными дворцами, банями и отличными общественными уборными, театром на 10 тыс. зрителей и, конечно же, знаменитой библиотекой, слава о которой гремела по всему Средиземноморью.

Пергамская библиотека обладает перед остальными библиотеками античного мира одним большим преимуществом: ее существование доказано учеными.

Последним совсем недавно это сделал немецкий археолог и историк Вольфрам Хофнер. Что касается Александрийской библиотеки, то об ее устройстве и даже месте нахождения сохранились лишь отрывочные сведения, не подтвержденные раскопками.

Пергамская библиотека на целый век моложе Александрийской. Когда Евмен II закончил ее строительство, Александрийская библиотека уже считалась главной в греческом мире. Это, однако, не помешало пергамским царям, людям очень честолюбивым, поставить задачу догнать конкурентов. Решить ее Атталидам помешал дефицит времени.

К потере независимости Пергамская библиотека была второй в эллинистическом мире и насчитывала примерно 200 тыс. свитков. Судя по размерам раскопанных в Бергаме развалин, цифра сильно завышена и, скорее, должна быть около 30 тыс.

Библиотека располагалась на крепостном холме в здании с колоннадой, примыкавшем к храму Афины, покровительницы Пергама. Кроме гигантской статуи Афины читальную залу размером 16х14 м украшали бюсты Гомера, Геродота и других известных ученых того времени.

Остальные три комнаты были меньше и служили для хранения свитков. Они лежали на деревянных полках, протянувшихся вдоль стен. Для борьбы с грибками и плесенью между внешними стенами и полками было оставлено пространство для циркуляции воздуха. Свет проникал через боковые окна, защищенные от пыли и дождей специальными экранами.

Так же как в Александрии, в Пергаме при библиотеке существовали школы ученых. Философ и грамматик Кратет Маллосский создал школу грамматики и, возможно, какое-то время возглавлял и всю библиотеку. Он также известен как изобретатель глобуса. Его теории противоречили идеям александрийских ученых, что еще больше усиливало соперничество между библиотеками.

Пергамские цари причастны и к легенде о библиотеке Аристотеля. О ее размерах и важности дает представление сумма, уплаченная Аристотелем за свитки Спевсиппу, сменившему Платона во главе философской школы. Согласно расчетам У. Дюранта, Аристотель заплатил за свитки сумму, эквивалентную $18 тыс. в ценах 30-х годов XX века, то есть целое состояние.

Аристотель завещал книги своему любимому ученику Феофрасту, а тот передал их вместе со своими книгами другому философу — Нелею. Нелей привез свитки на свою родину, в городок Скепсис, и передал на хранение родственникам.

Как утверждает Страбон, во время строительства Пергамской библиотеки временные владельцы библиотеки Аристотеля, испуганные рассказами о страсти к книгам царя Евмена, закопали их в землю.

О свитках вспомнили только через сто лет, когда они были изрядно изгрызены червями. Библиотеку купил афинянин по имени Апелликон. Он решил восстановить свитки и взялся собственноручно заполнять испорченные места.

Дальнейшая судьба "испорченного" Аристотеля не менее удивительна. Римский диктатор Сулла захватил Афины в 86 г. до н. э. и конфисковал библиотеку Апелликона. В Риме ее опубликовал Андроник Родосский как собрание сочинений великого Аристотеля, не догадываясь, что изрядная часть трудов принадлежит Апелликону.

От Плутарха известно, что после новых приключений книги Аристотеля попали к полководцу Фавсту Сулле, который после поражения был вынужден продать все свое имущество, включая библиотеку. После этого книги Аристотеля исчезли навсегда.

Такая же судьба ждала и Пергамскую библиотеку. Пергам сильно пострадал от землетрясения в 262 г. н. э. и вскоре после этого был разграблен готами. В IV веке его разрушили персы.

Затем его отстроил, только в значительно меньших размерах, византийский император Констанций II. Последний, роковой удар городу нанесла в 717 г. армия арабского полководца Масламы ибн Абдул-Малика, двигавшаяся осаждать Константинополь.

По царскому произволу

Главными местами поисков книг в античности были Афины и остров Родос. Драматург Евполид писал, что книгами торговали на афинской агоре (площади). Сократ у Платона добавляет, что книги Анаксагора можно там купить по драхме за штуку.

Библиофилы голубых кровей были полны решимости собирать абсолютно все книги, начиная от героических эпопей и трагедий и заканчивая кулинарными справочниками. Особенно усердными коллекционерами были Птолемеи, которые по совету Деметрия Фалерского хотели собрать "все книги всех народов на Земле". Они часто писали коллегам-монархам письма, в которых выпрашивали книги.

"Птолемеи хотели сделать свою коллекцию самым большим вместилищем греческой литературы и средством для научных исследований,— пишет историк Лайонел Кассон.— Для этого они воспользовались деньгами, царской властью, находчивостью и откровенным произволом".

Для пополнения коллекций Птолемеи и Атталиды были готовы на все. Собрания Александрийской и Пергамской библиотек создавались и пополнялись в целом одинаково. Цари без стеснения прибегали к банальным кражам и конфискациям.

Древнегреческий врач и философ Гален много писал о произволе Птолемеев, не гнушавшихся ничем. Во время правления Птолемея III Эвергета на корабли, входившие в гавань Александрии, поднимались царские чиновники. Они конфисковывали все имеющиеся на борту книги и копировали их. Затем копии отдавали морякам, а оригиналы или "корабельные" книги — в библиотеку.

Афиняне одолжили египетскому царю оригиналы пьес Еврипида, Эсхила и Софокла под залог колоссальной суммы — 15 талантов серебра. Царь без колебаний отказался от денег, чтобы завладеть заветными книгами. Египтяне, правда, вернули в Афины копии пьес, написанные на самом лучшем и дорогом папирусе.

Конечно, книги часто и просто покупались. Если же драгоценные свитки принадлежали городам, то цари нередко выменивали их на продовольствие. Известно, что египетские послы воспользовались голодом, возникшим в Афинах в результате Хремонидовой войны (261 г. до н. э.), и выменяли немало древних свитков на продовольствие.

Особенно важные и ценные книги обычно становились предметом яростных торгов между Птолемеями и Атталидами. Острейшая конкуренция привела к скачку цен и появлению рынка подделок.

Нашлось немало умельцев, которые искусственно старили книги, чтобы их можно было продать втридорога, и шли на другие махинации. Гален, к примеру, писал о мошенниках, которые объединили два маленьких и поэтому дешевых свитка о человеке и здоровой еде в один и выручили за него большие деньги.

Торговцы книгами в целях экономии нередко нанимали недобросовестных писцов, которые ленились сравнивать копии с оригинальным текстом. Поэтому в Александрии, пишет Страбон, книги сначала отправлялись не в библиотеку, а на специальные склады для тщательной проверки.

Александрийская и Пергамская библиотеки боролись за одни и те же свитки. Ученые из Александрии и Пергама часто по-разному трактовали и редактировали одни и те же тексты, что нередко приводило к путанице.

Перевес в целом был на стороне Александрии, но случались победы и у Пергама. Пергамской библиотеке, например, удалось привлечь группу известных ученых для редактирования гомеровских поэм.

Соперничество древних библиотек напоминает конкуренцию между современными спортивными командами. И те, и другие всячески заманивали и заманивают профессионалов: одни — ученых, а другие — спортсменов. Главным орудием конкуренции 2 тыс. лет назад так же, как сейчас, были деньги. Чем выше было предлагаемое египетским или пергамским царем жалованье, тем больше шансов было получить знаменитого ученого.

Говорят, что Птолемей V Эпифан, узнав о том, что его главный библиотекарь Аристофан Византийский подумывает о переезде в Пергам, велел бросить ученого в темницу, где тот через какое-то время скончался.

Одним из наиболее известных эпизодов библиотечных войн был запрет Эпифана в 197 г. до н. э. вывозить из Египта главный писчий материал древнего мира — папирус, который производили в Египте и который в немалой степени способствовал доминированию Александрийской библиотеки.

Запрет в первую очередь, конечно, был направлен против Пергама. Птолемей надеялся, что искусственный дефицит на папирус помешает процветанию Пергамской библиотеки, но он просчитался. В Пергаме нашли выход из затруднительного положения. По словам древнеримского писателя и ученого Марка Теренция Варрона, эмбарго на торговлю папирусом привело к изобретению пергамента, что в дословном переводе с латыни означает "листы из Пергама".

Легенда красивая, но далекая от правды. Археологи неоднократно находили тексты на овечьей или козьей коже, датируемые первой половиной первого тысячелетия до нашей эры. С другой стороны, очевидно, что дефицит папируса подтолкнул пергамских царей расширить сферу его использования и применять его в качестве материала для книг.

Свадебный подарок

Конец соперничеству между главными библиотеками античности положил Марк Антоний. Как следует из плутарховских "Жизнеописаний", полководец подарил Клеопатре на свадьбу в 41 г. до н. э. все 200 тыс. пергамских книг для Александрийской библиотеки. Плутарх ссылается на друга Цезаря и Октавиана — Кальвия, который в числе прочих обвинений против Антония выдвигает и передачу свитков.

По версии английского историка Эдуарда Гиббона, свитки отсылались в Александрию в качестве возмещения за урон, причиненный Александрийской библиотеке Цезарем семью годами ранее. Следует также добавить, что иных подтверждений этой истории, кроме упоминания у Плутарха, нет.

Александрийскую и тем более Пергамскую библиотеки нельзя отнести к чудесам древнего мира, но все же это были удивительные научно-культурные учреждения. Несмотря на то что соперничество между ними принесло в научный мир политику, средства и усилия, направленные на их развитие, изменили состояние научного мира и ситуацию с хранением книг. Без соперничества за право считаться единственным наследником Александра Великого и пиететного отношения к греческой культуре и ученым библиотеки никогда бы не получили того внимания, в котором они нуждались.