Иран расщепился на консерваторов и прагматиков

Власти Ирана добиваются скорейшего возращения к ядерной сделке с шестеркой мировых держав, договорившись с Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ) о продолжении проверок своих ядерных объектов. В ходе визита гендиректора МАГАТЭ Рафаэля Гросси Тегеран продлил мониторинг еще на три месяца, сообщив, что в ответ ждет снятия санкций, введенных предыдущей администрацией США. Отказавшись сворачивать работу с МАГАТЭ, правительство бросило вызов консерваторам, ранее принявшим закон о приостановке с 23 февраля инспекций международных экспертов. Будущее ядерной сделки становится главным вопросом намеченных на июнь президентских выборов в Иране, в ходе которых консерваторы намерены взять реванш после восьми лет правления президента-реформатора Хасана Роухани.

Глава МИД Ирана Джавад Зариф

Фото: File Photo, Reuters

Незапланированный визит в Тегеран гендиректора МАГАТЭ Рафаэля Гросси, завершившийся в воскресенье, стал новым драматичным поворотом в отношениях агентства с Тегераном, к концу прошлой недели подошедших к точке замерзания.

После того как 15 февраля Исламская Республика официально уведомила руководство МАГАТЭ об исполнении принятого парламентом закона «Стратегическая мера по отмене санкций», с 23 февраля ограничивающего инспекции иранских ядерных объектов, времени на то, чтобы спасти прежнее многолетнее сотрудничество, практически не оставалось.

Однако дипломатический марш-бросок Рафаэля Гросси в Тегеран, совершенный на падающем флажке — накануне введения ограничительных мер Тегерана, кардинально изменил ситуацию. «Интенсивные консультации дали хорошие результаты. У нас есть временная договоренность. МАГАТЭ продолжит необходимые операции по мониторингу и верификации в Иране»,— написал Рафаэль Гросси в Twitter по итогам переговоров с главой МИД Ирана Джавадом Зарифом.

В принятом в Тегеране совместном заявлении говорится, что МАГАТЭ будет и дальше вести беспрепятственный мониторинг ядерных объектов Ирана, который планировалось свернуть уже в ближайший понедельник. Впрочем, достигнутые договоренности — это еще не хеппи-энд, а временная мера, которая вовсе не гарантирует продолжение долгосрочного сотрудничества Тегерана с МАГАТЭ в прежнем объеме, если в трехмесячный срок администрация США не снимет санкции против Тегерана, введенные президентом Трампом.

На этом моменте сделала особый акцент Организация атомной энергии Ирана, разъяснившая, что МАГАТЭ получит доступ к информации, которую будут записывать установленные на ядерных объектах камеры, не сразу, а только в случае снятия санкций. Если же по истечении трехмесячного срока санкции останутся в силе, записи с камер будут стерты (до внепланового визита Рафаэля Гросси в Тегеран сообщалось, что камеры МАГАТЭ на иранских объектах, список которых не разглашается, могут быть демонтированы уже на этой неделе).

Более того, уже после достижения новой договоренности с МАГАТЭ верховный лидер Ирана Али Хаменеи пригрозил «пойти еще дальше и довести уровень обогащения урана до 60%, если этого потребуют интересы страны».

Демонстрация решимости иранских властей переломить негативную ситуацию, сложившуюся после одностороннего выхода США из Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД), подписанного в 2015 году в Вене с пятью членами СБ ООН и Германией, встретила незамедлительный позитивный отклик России, Китая и руководства ЕС.

В свою очередь, госсекретарь США Энтони Блинкен, выступая в понедельник перед участниками Конференции по разоружению в Женеве, назвал дипломатию «лучшим средством добиться того, чтобы Иран никогда не получил ядерного оружия».

Заявив о решимости «работать с союзниками и партнерами и добиться продления и укрепления СВПД», Энтони Блинкен, впрочем, говорил о том, что должен будет для этого сделать Иран. При этом он обошел стороной главный волнующий иранских политиков вопрос, готова ли будет новая администрация в Белом доме для возвращения к СВПД снять односторонние санкции, введенные предыдущей администрацией США в тот момент, когда Тегеран еще неукоснительно следовал условиям ядерной сделки.

Что нужно знать об иранской ядерной сделке

Между тем в самом Иране решение правительства президента Хасана Роухани в последний момент отсрочить действие закона «Стратегическая мера по отмене санкций» и выиграть еще три месяца для достижения компромисса вызвало громкий политический скандал. Консерваторы, задающие тон в парламенте, обвинили исполнительную власть в действиях, идущих вразрез с интересами национальной безопасности страны. «Соглашение Организации атомной энергии Ирана с МАГАТЭ является прямым нарушением закона, принятого парламентом, и противоречат его духу»,— заявил председатель комитета национальной безопасности и внешней политики парламента Моджтаба Зульнури. По сообщению иранских СМИ, группа депутатов уже подала жалобу в судебные органы на правительство, обвинив его в уклонении от выполнения закона «Стратегическая мера по отмене санкций».

В ответ правительство предупредило парламент, что в случае продолжения попыток сорвать новые договоренности с МАГАТЭ, дающие шанс на снятие санкций, ответственность за это ляжет на законодателей. «Уважаемый парламент будет нести ответственность перед людьми за последствия и издержки, если сочтет этот разумный шаг противоречащим закону и аннулирует совместное заявление с МАГАТЭ»,— говорится в заявлении иранского правительства.

В противостояние исполнительной и законодательной власти, разворачивающееся вокруг новых договоренностей с МАГАТЭ, был вынужден лично вмешаться верховный лидер Ирана Али Хаменеи, заявивший о том, что «правительство и парламент должны устранить возникшие противоречия».

«Вокруг иранской ядерной программы складывается парадоксальная ситуация. Руководители США и Ирана (включая верховного лидера Али Хаменеи) готовы к возвращению к СВПД на тех условиях, на которых он был согласован в 2015 году. И в американской, и в иранской администрации есть сотрудники, вырабатывавшие соглашение шесть лет назад. Но вместо того чтобы просто вернуться к сделке или хотя бы договариваться, в какой последовательности начать выполнять свои обязательства, Тегеран и Вашингтон занимаются перетягиванием каната»,— пояснил “Ъ” старший научный сотрудник Центра перспективных американских исследований МГИМО Андрей Баклицкий.

«И американская, и иранская стороны играют в четыре руки. Администрация Байдена вынуждена оглядываться на критиков соглашения с Ираном в Конгрессе США. Это заставляет ее не торопиться с возвращением к СВПД, повторять мантры о национальных интересах США и демонстрировать максимальное взаимодействие с партнерами. В свою очередь, в Тегеране жесткая линия парламента, требующего надавить на Запад снижением ядерных обязательств, играет на руку президенту Роухани, давая ему козыри на переговорах с Вашингтоном. Однако с учетом приближающихся президентских выборов консерваторы не упускают случая атаковать президента и показать, что он не контролирует ситуацию»,— резюмирует Андрей Баклицкий.

«Не вызывает сомнения, что продление сотрудничества с МАГАТЭ в прежнем объеме не было исключительно инициативой правительства реформаторов. На такой шаг президенту Роухани явно дал свое добро лично верховный лидер Ирана Али Хаменеи, также рассчитывающий найти решение, которое позволило бы снять санкции с Тегерана»,— продолжает старший научный сотрудник Института востоковедения РАН, доцент кафедры современного Востока РГГУ Лана Раванди-Фадаи.

По словам эксперта, в снятии санкций заинтересованы не только реформаторы, но и умеренные консерваторы, в ходе намеченных на июнь президентских выборов рассчитывающие взять реванш после восьми лет правления президента-реформатора Хасана Роухани. «Президентская гонка в Иране еще не стартовала, пока самым популярным кандидатом остается бывший президент Махмуд Ахмадинежад, в то время как в лагере реформаторов еще не появилось заметной фигуры, способной победить на выборах и продолжить реформаторский курс президента Роухани. Между тем в случае снятия санкций реформаторы получат сильный аргумент, дающий им шанс на сохранение своих позиций после ухода президента Роухани»,— резюмирует госпожа Раванди-Фадаи.