Вред как условие возникновения обязательств из причинения вреда

ГРАЖДАНСКОЕ, СЕМЕЙНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ ПРАВО

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2008. № 2 (15). С. 43-47.

© Е.Л. Невзгодина, 2008 УДК 347

ВРЕД КАК УСЛОВИЕ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ ИЗ ПРИЧИНЕНИЯ ВРЕДА

Е.Л. НЕВЗГОДИНА

Исследуется категория вреда как условия возникновения внедоговорных охранительных обязательств.

Одним из необходимых условий возникновения внедоговорных обязательств из причинения вреда является причинение вреда как всякое умаление или лишение потерпевшего субъекта охраняемого законом материального или нематериального блага.

В общей теории права и цивилистиче-ской доктрине нет единства мнений по вопросу о том, достаточно ли для возникновения обязанности по возмещению вреда лишь противоправного поведения [1] или необходимо также и нарушение чужого субъективного права [2], либо «основанием гражданско-правовой ответственности (единственным и общим) является нарушение субъективного гражданского права» [3].

А. Курбатов, полагающий, что для возникновения обязательства из причинения вреда достаточно лишь нарушения нормы права и что «обязанности по возмещению вреда наступают и в случае неисполнения причинителем вреда обязанности перед обществом в целом (т. е. публичных обязанностей» [4], в качестве обоснования этого тезиса приводит пример, когда водитель нарушает правила дорожного движения, вследствие чего причиняет вред встречному автомобилю (точнее было бы сказать - его владельцу). При этом нарушитель действует неправомерно потому, что нарушает правила дорожного движения, а не потому, что у потерпев-

шего было право требовать соблюдения нарушителем этих правил [5].

Представляется, что в данном случае речь идет и об административно-правовой ответственности (за нарушение публичной -по терминологии А. Курбатова), применительно к которой потерпевший действительно не является управомоченным, и о гражданско-правовой ответственности за причинение имущественного вреда, и эта ответственность (в рамках внедоговорного обязательства по возмещению вреда) возникает как раз в силу факта причинения вреда потерпевшему и именно потому, что нарушено его субъективное право собственности, которое, вопреки мнению А. Курбатова, в обществе, где господствуют рыночные отношения, вполне может быть защищено не только вещно-правовыми, но и обязательственноправовыми способами (в частности, путём возмещения убытков или предоставлением равноценной вещи в натуре).

Таким образом, в отличие от уголовного права, в гражданском праве применительно к обязательствам из причинения вреда нет «формальных» составов, т. е. если не причинён вред, значит, возмещать нечего, обязательства по возмещению не возникает.

Другое дело, что Гражданский кодекс Российской Федерации (далее - ГК РФ) в ст. 1065 предусматривает меры по преду-

преждению причинения вреда в будущем. Опасность причинения вреда в будущем является основанием для предъявления в суд иска и принятия судом решения о запрещении или приостановлении деятельности, создающей такую опасность, - кроме случаев, когда приостановление либо прекращение такой деятельности противоречит общественным интересам. В этом случае можно лишь требовать возмещения причинённого этой деятельностью вреда.

Представляется, что это слишком «обтекаемая» норма, которую можно толковать по принципу «дышла», ибо соответствующей общественным интересам можно при желании толковать любую производственную, например, деятельность, причиняющую вред загрязнением окружающей среды или явно причиняющую вред отдельным субъектам гражданского права.

Так, в арбитражный суд обратилось производственное предприятие с иском о возмещении ущерба, возникшего от деятельности ответчика, и о прекращении на будущее такой деятельности.

Речь шла о том, что ответчик - горнообогатительный комбинат - производил систематические взрывы в отведённом для этого карьере, находящемся рядом с предприятием истца, в результате чего каждый раз высокочувствительное электронное оборудование истца выходило из строя.

Осуществляя свою деятельность, ответчик на протяжении нескольких лет нарушал права истца, причиняя ему имущественный ущерб.

Однако арбитражный суд причинённые убытки взыскал, разъяснил истцу его право и впредь обращаться в суд с исками о возмещении убытков от будущих взрывов, но отказался запретить на будущее деятельность ответчика, т. е. сами взрывы, мотивируя это тем, что деятельность ответчику разрешена в установленном порядке, является правомерной и полезной для общества и государства [6]. Такая мотивация представляется более чем спорной.

Как известно, понятие «вред» - достаточно широкое и включает в себя вред имущественный и вред моральный.

Имущественный вред - это убытки, предусмотренные в ст. 15 ГК РФ. Такой вред может выражаться в уничтожении или по-

вреждении наличного имущества (реальный ущерб), в неполучении ожидаемой прибыли (упущенная выгода), в том числе в лишении или уменьшении способности потерпевшего к дальнейшему труду, что связано с возможной потерей в заработке или с полной потерей заработка (это тоже своеобразная упущенная выгода), в смерти кормильца, связанной опять же с потерей средств к существованию на будущее время (упущенная выгода). Имущественный вред может выражаться в дополнительных расходах, призванных обеспечить жизнедеятельность потерпевшего (например, расходы по постороннему уходу, на санаторно-курортное лечение, протезирование, приобретение мотоколяски и т. д.), или в расходах на погребение лица, погибшего по вине причинителя вреда (реальный ущерб в имуществе).

Имущественный вред подлежит возмещению в полном объёме, т. е. и в виде реального ущерба, и неполученной выгоды. Причем потерпевшими, а соответственно кредиторами по искам о возмещении имущественного вреда могут быть любые субъекты гражданского права: граждане, юридические лица, публично-правовые образования.

Неимущественный вред выражается в причинении личности физических или нравственных страданий (моральный вред). Такой вред может быть причинён только гражданину и соответственно возмещается только в случаях, когда потерпевшим выступает гражданин, и по правилам ст. 151, 152 и др. ГК РФ.

Моральный вред по закону (п.1 ст. 1101 ГК РФ) подлежит компенсации только в денежной форме, имущественный же вред может быть возмещен в денежной или иной форме, обеспечивающей наиболее полное удовлетворение интересов потерпевшего, будь то физическое или юридическое лицо.

В законе закреплён принцип возмещения имущественного вреда в полном объёме независимо от того, причинён ли вред гражданину или юридическому лицу. Однако из этого принципа есть исключения. Так, закрепляя принцип полного возмещения вреда (абз. 1 п. 1 ст. 1064 ГК РФ), законодатель в то же время устанавливает изъятия из него, предусматривая главным образом выплаты сверх возмещения причинённого вреда.

Так, в п. 3 ст. 1064 ГК РФ в общем виде говорится, что компенсации сверх возмещения вреда могут быть предусмотрены законом или договором, т. е. это бланкетная норма. И такие законы есть - например, о возмещении вреда работникам милиции, военнослужащим при исполнении обязанностей военной службы, работникам правоохранительных органов, если вред причинён им в связи с исполнением своих обязанностей, есть и другие случаи.

Таким образом, выплаты сверх возмещения причинённого вреда могут быть предусмотрены законом или договором и прежде всего распространяются на случаи повреждения здоровья или причинения смерти.

В то же время в законе предусмотрены случаи изъятия из принципа полного возмещения вреда и в сторону его уменьшения. В частности, это может иметь место в случаях:

- причинения вреда в состоянии крайней необходимости (абз. 1 ст. 1067 ГК РФ); при этом, как уже отмечалось, возможно даже полное освобождение от обязанности возмещения вреда;

- предусмотренных п. 4 ст. 1073 ГК РФ (когда вред причинён малолетним причинителем и когда именно он после достижения совершеннолетия привлекается к дальнейшему возмещению вреда в связи со смертью или неплатежеспособностью родителей или опекуна); п. 3 ст. 1076 ГК РФ (при возмещении вреда, причиненного недееспособным, за счет именно его имущества); п. 1 ст. 1078 ГК РФ (когда вред причинен гражданином в состоянии адееспособности).

Возмещение вреда не в полном объёме может иметь место и в тех случаях, когда вред причинён потерпевшему вследствие его грубой неосторожности (п. 2 ст. 1083 ГК РФ).

Кроме того, суд может уменьшить размер подлежащего возмещению вреда в случаях, когда причинителем (и соответственно ответчиком) является гражданин, с учётом его имущественного положения, кроме случаев, когда вред причинен им умышленно, -п. 3 ст. 1083 ГК РФ.

В возмещении вреда может быть вообще отказано, если вред причинён по просьбе или с согласия потерпевшего, а действия причинителя вреда не нарушают нравственные принципы общества (абз. 2 п. 3 ст. 1064 ГК

РФ) (например, забой домашнего животного по просьбе его владельца). Пример же, приведённый в одном из учебников, не представляется удачным. Речь в нём идет о том, как для облегчения страданий смертельно больного человека его близкий друг по просьбе этого больного умышленно, чтобы ускорить летальный исход, даёт ему повышенную дозу снотворного. Авторы соответствующей главы учебника полагают, что в случае предъявления иска к указанному лицу о возмещении вреда, причинённого смертью кормильца, в иске может быть отказано, поскольку вред был причинён правомерным действием [7].

Представляется, однако, что вряд ли этот друг действовал правомерно, лично решив вопрос об эвтаназии, которая у нас запрещена даже консилиуму опытнейших врачей. Поэтому такому другу, который с человеческих позиций, возможно, поступил гуманно, а с правовых - нарушил закон, т. е. практически совершил убийство, чего нельзя делать даже по просьбе убиваемого, лучше об этом никому не рассказывать.

В некоторых случаях конкретный размер подлежащего возмещению вреда определяется заранее законом: в частности, специальными нормативными актами, устанавливающими таксы возмещения вреда, причинённого животному миру или в связи с загрязнением окружающей среды.

Если нет никаких особых правил, то вред подлежит возмещению в полном объёме (т. е. и реальный ущерб, и упущенная выгода).

При определении упущенной выгоды должны учитываться и предпринятые кредитором для её получения меры, и сделанные приготовления - п. 4 ст. 393 ГК РФ, равно как и наличие прямой причинной связи упущенной выгоды с вредоносным действием причинителя.

В Ростове-на-Дону в течение ряда лет рассматривалось дело (с возвратами на новое рассмотрение) о возмещении упущенной выгоды.

Суть дела в следующем. Лидер ростовской правозащитной организации Сергей Потуткин был в своё время посажен на три года за распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский строй. В постсоветский период он был реабилитиро-

ван, а спустя ещё 15 лет обратился в суд с иском о возмещении вреда, причинённого в результате незаконного осуждения. Ответчиком он считает Российскую Федерацию в лице ФСБ как преемницы тогдашнего КГБ. По-туткин требовал компенсации в 300 тысяч рублей. Из них в 150 тысяч он оценил моральный вред, а остальное - потерянная зарплата и главное - стоимость 118 нутрий.

Вот в отношении нутрий он и рассчитал упущенную выгоду, написав в исковом заявлении следующее:

«В моём домовладении на момент ареста содержалось 10 нутрий, которых я разводил для продажи. Из них было шесть котных (беременных) самок. Каждая самка дает в год шесть щенков, за три года - 18 щенков. От шести самок должно было произойти 118 щенков». В результате незаконного осуждения нутрии исчезли неустановленным образом и не получен доход от их продажи, т. е. по вине КГБ одни нутрии погибли, другие не увидели белого света вообще.

Суд первой инстанции отказал ему в возмещении стоимости неродившихся нутрий, так как судья посчитал, что ещё неизвестно, родились бы щенки у тех самых «котных» нутрий и была бы получена от них прибыль.

В отличие от суда первой и второй инстанций потерпевший в плодовитости своих нутрий не имел ни малейших сомнений. Логика в его притязаниях, несомненно, есть. Речь идет об упущенной выгоде, но поскольку здесь отсутствуют предпринятые истцом меры и приготовления для рождения более сотни щенков, что необходимо по п. 3 ст. 393 ГК РФ (арест не позволил ему это сделать), то в иске было отказано вполне правомерно.

По общему правилу, при определении размера причинённого вреда (убытков) принимаются во внимание цены на момент добровольного (и добросовестного) удовлетворения должником требования кредитора, а если же вред возмещается по решению суда, то суд должен принимать во внимание цены на день предъявления иска, а иногда (по просьбе потерпевшего) - на день вынесения судебного решения - п. 3 ст. 393 ГК РФ.

Если после принятия судом решения оно не исполняется должником, а размер убытков в связи с этим возрастает, кредитор

может опять обращаться в суд, требуя увеличения размера возмещения причиненного ему вреда.

Например, по решению суда причинитель должен был возместить потерпевшему стоимость ремонта автомашины - по ценам на момент вынесения решения суда. Если он не возмещал, т. е. не выполнял судебное решение, из-за чего потерпевший не мог произвести ремонт, а затем стоимость ремонта увеличилась в связи с инфляцией, это является безусловным основанием для предъявления потерпевшим в суд требования об увеличении размера возмещения вреда.

Имущественный вред может быть возмещён в натуре

- ст. 1082 ГК РФ, моральный же вред всегда компенсируется в денежном выражении.

Бесспорно, что в условиях рыночных отношений истца, как правило, удовлетворит денежная компенсация причинённого не только морального, но и имущественного вреда. Однако в некоторых случаях для истца важнее компенсация причинённого имущественного вреда именно в натуральном выражении.

Так, по одному судебному спору было установлено, что в связи с неправильным строительством микрорайона в городе на значительную высоту был поднят грунт. Кроме того, с нарушением СНИП были сооружены водовод и канализационный коллектор, в результате чего частные дома истцов постоянно затапливались канализационными отбросами и водой и постепенно разрушились. По акту экспертизы они не поддавались восстановлению.

Ответчики - администрация города и муниципальное предприятие «Водоканал» -соглашались выплатить истцам весьма небольшую (рыночную, но фактически чисто символическую) стоимость их замученных фекальными водами домишек, и суд первой инстанции именно так решил спор. Нереальность приобретения другого жилья на полученные деньги была очевидна.

Кассационная инстанция (областной суд) справедливо постановила возместить истцам вред в натуре, как они этого и требо-

вали, т. е. предоставить другое жильё истцам

- собственникам домов. Наличие имущественного вреда и его размер, а также наличие и размер денежной компенсации морального вреда должен доказывать истец, требующий по суду его возмещения. Подчеркнем ещё раз, что наличие вреда - необходимое условие возникновения обязательств из причинения вреда. Нет вреда - нет и обязанности возмещать.

Так, время от времени пожарные службы пытаются предъявлять в арбитражном суде иски о возмещении ущерба к организациям, чье имущество спасали пожарные команды (затраты на выезд и работу боевых расчётов, эксплуатацию пожарной техники и пожарно-технического вооружения).

Однако предъявление таких исков - напрасная трата средств на оплату государственной пошлины за подачу искового заявления и всех судебных издержек. Суды последовательно отказывают в удовлетворении таких исков, справедливо полагая, что на стороне истца нет и не могло быть имущественного вреда, поскольку вся деятельность пожарных служб финансируется за счёт средств федерального бюджета (за исключением подразде-

лений, создаваемых на основе договоров), т. е. все расходы пожарных служб оплачиваются из бюджета, поэтому вреда у них из их деятельности возникнуть не может. А поэтому выезд подразделений пожарной охраны на тушение пожара и участие в ликвидации пожара осуществляется в безусловном порядке и на безвозмездной основе.

1. См.: Фогельсон Ю.Б. Избранные вопросы общей теории обязательств: курс лекций. -М., 2001. - С. 143-144; Курбатов А. Субсидиарная ответственность руководителей при несостоятельности (банкротстве) возглавляемых ими кредитных организаций // Хозяйство и право. - 2007. - № 7. - С. 7.

2. См.: Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. - М., 1995. - С. 142.

3. Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга первая. - М., 1999. - С. 705.

4. Курбатов А . Указ. соч. - С. 7.

5. См.: Там же.

6. См.: Рожкова М. Некоторые аспекты процесса доказывания по делам о возмещении вреда // Хозяйство и право. - 2000. - № 9 // СПС «Консультант Плюс».

7. См.: Гражданское право: учебник. - 4-е изд. / под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. - М., 2006. - Т. 3. - С. 11.