Факторы риска развития сердечно-сосудистых заболеваний у пациентов с ревматоидным артритом

© СМАКОТИНА С.А., ЗЕЛЕНДИНОВА А.Р., БОНДАРЕВА И.Н., ФОМИНА Н.В. - 2014 УДК: 616.72-002.77:616.1-036

факторы риска развития сердечно-сосудистых заболеваний у пациентов с ревматоидным артритом

Светлана Анатольевна Смакотина1, Асия Рашитовна Зелендинова1, Ирина Николаевна Бондарева2, Наталья Викторовна Фомина1

Резюме. Цель настоящего исследования состояла в оценке наличия традиционных факторов риска развития сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ), показателей воспаления и липидного профиля у пациентов с ревматоидным артритом, без ССЗ в анамнезе. Всего в исследование была включено 150 женщин, средний возраст 50,2±9,9 лет. Сформировали 3 группы: первую группу составили пациентки с РА; вторую - пациентки с наличием ССЗ (ишеми-ческая болезнь сердца (ИБС) и АГ), третью группу - здоровые лица. Все группы были сопоставимы по возрасту, росту, весу. Пациентки не курили ни в прошлом, ни в настоящем. Оценивали показатели липидограммы, аполипо-протеин А (Апо-А) и В (Апо-В), неоптерин, фактор некроза опухоли альфа (ФНО-а), С-реактивный белок (СРБ). Пациентки с РА характеризуются выраженными нарушениями липидного профиля и не отличаются от пациентов с ССЗ без РА. Более половины пациенток с РА имели повышенную массу тела и склонность к абдоминальному ожирению. Иммунное воспаление с высоким уровнем цитокиновой активности, длительность ревматоидного артрита у данной категории пациентов, наряду с традиционными факторами, могут играть определенную роль в становлении и прогрессировании атеросклеротического процесса.

Ключевые слова: ревматоидный артрит, сердечно-сосудистый риск, системное воспаление.

RISK FACTORS FOR CARDIOVASCULAR DASEASES IN PATIENTS WITH RHEUMATOID ARTHRITIS

S.A. Smakotina1, A.R. Zelendinova1, I.N. Bondareva2, N.V. Fomina1

Summary. Purpose is to evaluate the presence of traditional risk factors for cardiovascular diseases (CVD), indicators of inflammation and lipid profile in patients with rheumatoid arthritis without a history of CVD. A total of 150 women were included in the study, the average age was 50,2 ± 9,9 years old. Three groups were formed. The first group consisted of female patients with RA; the second group included patients with the CVD (coronary heart disease (CHD) and AH), and the third group consisted of healthy individuals. All groups were compared by age, height, and weight. The patients did not smoke either in the past or present. Indicators of lipidogram, apolipoprotein A (Apo-A) and B (apo-B), neopterin, tumor necrosis factor alpha (TNF-alpha), C-reactive protein (CRP) were assessed. Patients with RA are characterized by severe impaired lipid profile and do not differ from patients with CVD without RA. More than half of the patients with RA had increased body weight and disposition to abdominal obesity. Immune inflammation with high levels of cytokine activity, duration of rheumatoid arthritis in these patients along with the traditional factors may play a certain role in the development and progression of atherosclerotic process.

Key words: rheumatoid arthritis, cardiovascular risk, systemic inflammation.

Несмотря на непрерывное совершенствование методов диагностики и лечения пациентов с РА, отмечается снижение продолжительности жизни у данной категории больных и это является актуальной проблемой современной ревматологии. Одной из основных причин летальности при РА являются сердечно-сосудистые катастрофы: инфаркт миокарда, инсульт, внезапная сердечная смерть, обусловленные ранним развитием и прогрессированием атеросклеротического поражения сосудов [1]. Существуют работы, подтверждающие важность традиционных факторов риска (ФР) в развитии ССЗ у больных РА - гиперхолестеринемии, сахарного диабета (СД), курения и др. С другой стороны существует мнение, что повышение риска развития ССЗ у больных РА не связано с традиционными факторами риска [2]. Относительный риск развития ССЗ у пациентов с РА значительно выше, чем в общей популяции и у больных с высоким кардиоваскулярным риском - сахарным диабетом и артериальной гипертонией [3]. Иммунные нарушения и системное воспаление считается неотъемлемой частью ускорения атерогенеза при РА [4].

При РА большое значение в развитии ССЗ имеет индекс массы тела (ИМТ) [5]. Например, дефицит массы тела обусловлен активностью и тяжестью аутоиммунного процесса, повышенная масса тела связана с приемом антиревматических препаратов и, прежде всего, с применением глюкокортикоидов. В том и другом случае ИМТ рассматривается как фактор риска кардиоваску-лярных заболеваний. Цель настоящего исследования состояла в оценке наличия традиционных факторов риска развития ССЗ, показателей воспаления и липидно-

го профиля у пациентов с ревматоидным артритом, без ССЗ в анамнезе.

Материалы и методы

Исследование проводилось на базе Кемеровской областной клинической больницы. Всего в исследование была включено 150 женщин, средний возраст 50,2±9,9 лет. Все пациенты были разделены на 3 группы: первую группу составили пациентки с ревматоидным артритом, которые имели вторую степень активности заболевания, оцененную по индексу DAS28, II-III рентгенологическую стадию (эрозивную), все пациенты были серопозитивны (табл. 1), вторую группу составили пациентки с наличием сердечно-сосудистых заболеваний (ИБС и АГ), третью - здоровые лица, проходившие профилактический осмотр в поликлинике областной больницы. Все группы были сопоставимы по возрасту, росту, массе тела. Пациентки не курили ни в прошлом, ни в настоящем, не имели сахарного диабета. Пациенты с РА принимали в течение последнего года стабильную дозу метотрексата 10-15 мг в неделю, НПВП в течение последних 3 недель. Глюкокортикоидную терапию, в том числе, внутрисуставные инъекции больные не получали в течение как минимум 6 месяцев. Диагноз РА верифицировался на основании критериев ACR (1987). Все пациенты подписали информированное согласие на участие в исследовании, одобренное Комитетом по этике и доказательности медицинских исследований КОКБ.

Изучение липидного обмена заключалось в определении концентрации общего холестерина (ОХС), три-

Примечание: р>0,05.

глицеридов (ТГ), липопротеидов высокой плотности (ЛПВП), липопротеидов низкой плотности (ЛПНП) в негамолизированной плазме крови соответственно холестеринэстераз-ным, колориметрическим и методом осаждения. Уровень ХС липопро-теидов низкой плотности (ЛПНП) вычисляли по формуле Fridwald: ХС ЛНП=ХС-ТГ/2,2-ХС ЛВП. Показатели липидограммы оценивали в соответствии с рекомендациями [2]. Для определения неоптерина, ФНО-а использовались иммунофермент-ные наборы для количественного определения в человеческой сыворотке (Med Systems GmbH Austria). Для определения Апо-А и Апо-В использовали им-муноферментный набор для количественного определения аполипопротеина-А и -B (ASSA Max, USA). Концентрацию СРБ измеряли с использованием имму-нофелометрического метода.

Формирование базы данных осуществлялось с использованием Microsoft Office Excel 2003 (лицензионное соглашение 74017-640-0000106-57177). Для статистического анализа материала использовался пакет прикладных программ Statistica 6.1 (лицензионное соглашение BXXR006B092218FAN11). Характер распределения признака оценивали с использованием критерия Шапиро-Уилка. Для описания количественных данных использовали медиану (Ме) и интерквартильный размах (25-й; 75-й процентили). При обработке данных, применяли методы непараметрической статистики для двух независимых выборок - критерий Манна-Уитни (U), критерий Вилкоксона. Критическое значение уровня статистической значимости, при проверке нулевых гипотез, принималось равным 0,05. В случае превышения достигнутого уровня значимости (р) статистического критерия этой величины, принималась нулевая гипотеза. При проведении множественных сравнений вводилась поправка Бонферрони при оценке вычисленного р-значения. Анализ связи (корреляции) двух признаков проводили с использованием метода Спирмена.

Результаты и обсуждение

На сегодняшний день одним из традиционных факторов риска развития ССЗ является масса тела. У взрослых избыточная масса тела соответствует значению ИМТ (кг)/м2 от 25 до 29,9 кг/м2 [6]. Увеличение ИМТ связано с риском ССЗ.

Показано, что у больных РА при сопоставлении ИМТ с массовой долей жира в организме границы избыточной массы тела имеют различные градации. Для пациентов с РА они составляют более 23 кг/м2, для лиц без ревматических заболеваний - более 25 кг/м2 [7]. Жировая ткань обладает выраженной метаболической активностью и вырабатывает целый ряд цитокинов и гормонов, влияющих, в том числе на развитие атеро-тромбоза. К ним относятся воспалительные цитокины (СРБ, ИЛ-6, ФНО), фибриноген, ингибитор плазминоге-на, ангиотензиноген, адипонектин и др. Жировая ткань в организме человека является источником примерно 30% ИЛ-6, одного из главных активаторов воспаления.

У обследованных пациентов с РА 22 (44%) человека имели нормальную массу тела, 16 (32%) - повышенную массу тела, 12 (24%) - ожирение. Показано, что метаболическая активность характерна, прежде всего, для жировых клеток, находящихся в районе живота, так называемый центральный или абдоминальный тип ожирения. В связи с этим большое прогностическое значе-

Таблица 1

Клиническая характеристика больных, Ме

Показатели Группы

1 - РА

Возраст, лет 53,00

ИМТ, кг/м2 27,00

ОБ, см 103,50

ОТ, см 86,50

ИТБ 0,81

АГ - 50 -

ИБС: стенокардия - 24 -

DAS28 4,2 (3,50;4,90) - -

ние имеет даже не общее увеличение массы тела, а соотношение окружности талии к окружности бедер и даже просто окружность талии [8]. У 19 пациенток с РА (38%) окружность талии (ОТ) превышала 80 см (оценивалась как фактор риска АГ), индекс талия/бедро (ИТБ) оставался в норме. Таким образом, более половины пациенток с РА имели повышенную массу тела и склонность к абдоминальному ожирению (табл. 1).

Анализ значений липидограммы показал, что уровень ОХС у всех пациенток с РА был выше нормы и составил 5,81 (5,2;6,58), ТГ - 1,81 (1,24;2,26), ЛПВП - 1,49

Таблица 2

Показатели липидограммы у обследуемых групп, Ме

Показатели, ммоль/л РА - 1

ОХС 5,81 (5,26; 6,58) 5,60 (5,20;6,40) 5,20 (5,10;5,70) рЬ2=0,368 Рьз =0,003 p2, <0,001

ТГ 1,81 (1,24;2,65) 1,90 (1,82;2,00) 1,80 (1,70;1,90) Р ТРТЗ = = = ,,, 000 ООО

ЛПВП 1,49 (1,23;1,81) 1,15 (1,11;1,20) 1,2 (1,18;1,20) р = <0,001 Р12 =<0,001 Р„ =<0,001

ЛПНП 3,41 (3,03;4,02) 3,45 (3,14;4,34) 1,17 (1,02;1,68) р,-2 =0,303 Рьз =0,002 Р„ =0,001

(1,23;1,81), ЛПНП - 3,41 (3,03;4,02) ммоль/л. При сопоставлении показателей в группах, выяснилось, что наибольшее значения ОХС и ЛПВП имели пациентки с РА по сравнению с пациентами с ССЗ и здоровыми лицами, различия достоверны. Уровень ЛПНП в 1 и во 2 группах не различались, но были значимо выше, чем в группе здоровых (табл. 2). Таким образом, пациентки с РА, не имеющие ССЗ, характеризуются выраженными нарушениями липидного профиля и не отличаются от пациентов с ССЗ без РА.

Роль холестерина в развитии коронарной болезни сердца была доказана в США в знаменитом Фремингемском исследовании в середине XX века, а затем подтверждена в Европе [14]. ХС и ТГ связаны с различными белками (аполипопротеинами) и участвуют в образовании липопротеинов. Апо-А - это атероген-ная частица с плотностью 1,051-1,082 г/мл, со средним диаметром 26 нм. Показано, что первичная структура активных участков Апо-А имеет высокую степень гомологии (до 98%) с белками каскада коагуляции: плаз-миногеном, тканевым активатором плазминогена и фактором XII. Последние исследования показали, что Апо-А конкурируют с плазминогеном за связывание его с рецептором [8]. Концентрация Апо-А в крови человека напрямую зависит от тяжести атеросклероза. Однако в настоящее время нет рандомизированных исследований, которые бы показали, что снижение концентрации Апо-А снижает сердечно-сосудистый риск. Апо-В - главный транспортер ТГ из кишечника в жировые клетки, поэтому он получил название «боль-

шой грузчик». Повышение содержания Апо-В в крови обычно сочетается с высокой концентрацией ЛПНП и свойственно семейным гиперлипидемиям. В настоящее время определение уровня апо-В рассматривается как один из наиболее надежных маркеров уже имеющегося или развивающегося атеросклероза.

У пациенток с РА отмечались статистически значимо высокие величины Апо-А (мг/дл) 503,20 (418,60;667,00) и Апо-В (мг/дл) 160,00 (112,80;195,20), которые в несколько раз превышали норму для данных показателей у здоровых женщин 118,12 (115,00; 200,11) и 82,23 (64,11;119,28) мг/дл соответственно. Различий по уровню аполипопротеинов в группе с РА и в группе с ССЗ выявлено не было. Повышение коэффициента Апо-В /Апо-А свидетельствует о высоком риске развития сердечно-сосудистых заболеваний у пациентов с РА.

Возраст пациенток коррелировал с показателями липидограммы в виде умеренной положительной связи ОХС (г=0,35; р=0,010), ЛПВП (г=0,41; р=0,0025). Кроме того, получены корреляционные взаимосвязи ИМТ с ОХС (г=0,31; р=0,02), ТГ (г=0,34; р=0,01) и ЛПВП (г=0,39; р=0,004). Таким образом, возраст пациентов, высокая масса тела напрямую взаимосвязаны с нарушением ли-пидного профиля пациенток с РА.

Сердечно-сосудистые осложнения, связанные с ате-росклеротическим поражением сосудов, при РА имеют особенности, характеризующиеся множественным поражением коронарных сосудов; ранними рецидивами острого коронарного синдрома; увеличением летальности после первого ИМ; высокой частотой «бессимптомного» ИМ; увеличением риска ИМ (в том числе «бессимптомного») до развития клинических проявлений РА; ассоциированы с активностью воспаления (частое выявление внесуставных проявлений, стойкое увеличение СОЭ, СРБ и других маркеров воспаления) [9]. Системное воспаление играет важную роль в развитии нарушений, связанных с системой транспорта холестерина крови [10].

Огромную роль в прогрессировании атеросклероза и развитии сердечно-сосудистых осложнений уделяют высокочувствительному СРБ [11]. В общей популяции даже небольшое повышение концентрации СРБ, может быть предиктором сосудистых катастроф. При РА высокая степень активности заболевания является мощным фактором как раннего развития атеросклероза, так и сердечно-сосудистых осложнений [12].

Средняя величина СРБ у пациенток с РА составила 6,32 (0,99;18,03) мг/л, что статистически значимо (р<0,001) выше, чем у пациенток с ССЗ, у которых концентрация СРБ составила 1,9 (1,2;1,5) мг/л, и в группе здоровых лиц (показатель СРБ был в пределах нормальных значений). Кроме того, имелась четкая ассоциация между уровнем СРБ и показателями липидного спектра крови, подтверждая концепцию о вкладе хронического воспаления в развитие дислипидемии при РА. Выявлена прямая взаимосвязь между уровнем СРБ у пациентов с ревматоидным артритом и показателями липидограм-мы: ОХС (г=0,42; р=0,002) слабая связь ТГ (г=0,7; р=0,58). При изучении нетрадиционных факторов риска развития ССЗ и влияния длительности РА на ОХС установлена прямая взаимосвязь (г=0,38; р=0,007) и с ТГ (г=0,46;

р=0,0002) и обратная с ЛПВП (г=-0,41; р=0,002). Таким образом, чем выше продолжительность заболевания РА, тем более выражены нарушения липидного обмена. Кроме того, при рассмотрении корреляционных взаимосвязей стажа РА с традиционными факторами риска развития сердечно-сосудистых осложнений была выявлена статистически значимая положительная связь с ИМТ (г=0,55; р<0,001) и ИТБ (г=0,37; р=0,007).

В последние годы уделяется огромное внимание активности цитокинов и их роли в развитии системного воспаления и атеросклероза. Наиболее информативным показателем, отражающим активацию клеточного иммунитета при РА, является неоптерин, лучше коррелирующий с рядом показателей активности и тяжести РА, чем ряд других цитокинов [13].

Повышенные концентрации неоптерина обнаруживаются у больных с атеросклерозом аорты, сонных, коронарных и периферических артерий. Уровень нео-птерина у этих больных коррелирует с распространенностью атеросклеротического процесса, степенью сте-нозирования артерий, концентрацией гомоцистеина, фибриногена, мочевой кислоты и др. [13,14].

У всех пациенток с РА уровень неоптерина был высокий и составил 15,49 (8,25;18,03) нмоль/мл, в группе с сердечно-сосудистыми заболеваниями данный показатель был также высоким, но значимо не различался с группой пациенток с РА - 16,84 (10,25;19,08) нмоль/ мл; в группе здоровых лиц уровень неоптерина оставался в пределах нормальных значений и составил 9,53 (7,20;11,22) нмоль/мл. Корреляционный анализ показал положительную взаимосвязь неоптерина с ТГ (г=0,46; р<0,001).

Возрастает интерес к изучению роли «ключевого» провоспалительного цитокина - ФНО-а в развитии иммунного воспаления при различных заболеваниях, в том числе и при РА. Установлено, что при РА имеет место его неконтролируемая гиперпродукция, ФНО-а накапливается в суставной жидкости и увеличение его концентрации коррелирует с развитием атеросклероза и его осложнений [14]. ФНО-а не определяется в сыворотке крови здоровых людей. Среднее значение ФНО-а у пациенток с РА составило 6,78±2,54 пл/мл, что свидетельствует о высоком уровне воспалительного ответа.

Таким образом, несмотря на созданные прогностические модели оценки суммарного сердечнососудистого риска, в последнее время все чаще говорят о существующих нетрадиционных факторах риска, которые способствуют прогрессированию атеросклероти-ческого процесса. К таким нетрадиционным факторам риска относятся факторы системного воспалительного ответа, особенно данная проблема, очень актуальна у пациентов с аутоиммунными заболеваниями, у которых отмечается мультисосудистое поражение [15]. Полученные нами данные свидетельствуют о том, что у пациентов с РА, не имеющих в анамнезе ССЗ, наряду с традиционными факторами риска, выраженные нарушения липидного профиля в сочетании с высоким уровнем цитокиновой активности (ФНО-а, неоптерина, СРБ), а также длительностью ревматоидного артрита, могут играть определенную роль в становлении и про-грессировании атеросклеротического процесса.

ЛИТЕРАТУРА

1. НасоновЕ.Л., Самсонов М.Ю., Тилз Г., Фукс Д. Неоптерин: новый иммунологический маркер аутоиммунных ревматологических заболеваний // Клиническая медицина. - 2000. - №8. - С.43-46.

2. Национальные клинические рекомендации: сборник / Под ред. Р.Г. Оганова. - 3-е изд. - М.: Милицея-Полиграф, 2010. - 592 с.

3. Шпектор А.В., Васильева Е.Ю. Кардиология: клинические лекции. - М.:АСТ: Астрель, 2008. - 765 с.

4. Chia S., Qadan M., Newton R., et al. Intraarterial tumor necrosis factor-a impairs endothelium-dependent vasodilatation

and stimulates local tissue plasminogen activator release in humans // Arteriol. Thromb. Vasc. Biol. - 2003. - Vol. 23. - P.659-665.

5. Del Rincon I.D., Williams K., Stern M.P., et al. High incidence of cardiovascular events in a rheumatoid arthritis cohort not explained by traditional cardiac risk factor // Arthritis Rheum. -2001. - Vol. 44. - P.2737-2745.

6. Dessein P.H., Joffe B.I., Veller M.G., et al. Traditional and nontraditional cardiovascular risk factors are associated with atherosclerosis in rheumatoid arthritis // J. Rheumatol. - 2005. -Vol. 32. - P.435-442.

7. Gazi I.F., Boumpas D.T., Mikhailidis D.P., et al. Clustering of

cardiovascular risk factors in rheumatoid arthritis: the rationale for using statins // Clin. Exp. Rheumatology. - 2007. - Vol. 25. -P.102-111.

8. Gonzaiez-Gay M.A., Gonzalez-Juanatey C, Martin J. Rheumatoid arthritis: a disease associated with accelerated atherogenesis // Semin. Arthritis Rheum. - 2005. - Vol. 35. - P.8-17.

9. Leuven S.L., Franssen R., Kastelein J.J., et al. Systemic inflammation as a risk factor for atherothrombosis // Rheumatology. - 2008. - Vol. 47. - P.3-7.

10. Maradit-Kremers H., Crowson C.S., Nicola P.J., et al. Increased unrecognized coronary heart disease and sudden deaths in rheumatoid arthritis: a population-based cohort study // Arthritis Rheum. - 2005. - Vol. 52. - P.402-411.

11. Maradit-Kremers H.M., Nicola P.J., Crowson C.S., et al. Prognostic importance of low body mass index in relation to cardiovascular mortality in rheumatoid arthritis // Arthritis

Rheum. - 2004. - Vol. 50. - P.3450-3457.

12. Retterstol L., Eikvar M., Bohn L., et al. C-reactive protein predicts death in patients with previous premature myocardial infarction - a 10 year follow-up study // Atherosclerosis. - 2002. - Vol. 160. №2. - P.433-440.

13. Sattar N., McCarey D.W., Capelletal H. Explaining how «high-grade» systemic inflammation accelerates vascular risk in rheumatology arthritis // Circulation. - 2003. - Vol. 108. -P.2957-2963.

14. Stavropoulos-Kalinoglou A., Metsios G.S., Koutedakis Y., et al. Redefining overweight and obesity in rheumatoid arthritis patients // Ann. Rheum. Dis. - 2007. - Vol. 66. - P.1316-1321.

15. Van Halm V.P., Peters M.J.L.,Voskul M.J., et al. Rheumatoid arthritis versus diabetes as a risk factor for cardiovascular disease: a cross-sectional study // Ann. Rheum. Dis. - 2009. - Vol. 68. -P.1395-1400.

REFERENCES

1. Nasonov EL, Samsonov MY, Tilz G. Fuchs D. Neopterin: new immunological marker of autoimmune rheumatic diseases. ///Klinicheskaja Meditsina. - 2000. - №8. - P.43-46.

2. National clinical guidelines: compilation / Under. Ed. RG Oganov. - 3rd ed. - M: Militseya-Polygraph, 2010. - 592 p.

3. Shpektor AV Vasilyev EJ Cardiology: Clinical lectures. -Moscow: AST: Astrel, 2008. - 765 p.

4. Chia S., Qadan M., Newton R., et al. Intraarterial tumor necrosis factor-a impairs endothelium-dependent vasodilatation and stimulates local tissue plasminogen activator release in humans // Arteriol. Thromb. Vasc. Biol. - 2003. - Vol. 23. - P.659-665.

5. Del Rincon I.D., Williams K., Stern M.P., et al. High incidence of cardiovascular events in a rheumatoid arthritis cohort not explained by traditional cardiac risk factor // Arthritis Rheum. -2001. - Vol. 44. - P.2737-2745.

6. Dessein P.H., Joffe B.I., Veller M.G., et al. Traditional and nontraditional cardiovascular risk factors are associated with atherosclerosis in rheumatoid arthritis // J. Rheumatol. - 2005. -Vol. 32. - P.435-442.

7. Gazi I.F., Boumpas D.T., Mikhailidis D.P., et al. Clustering of cardiovascular risk factors in rheumatoid arthritis: the rationale for using statins // Clin. Exp. Rheumatology. - 2007. - Vol. 25. -P.102-111.

8. Gonzaiez-Gay M.A., Gonzalez-Juanatey C., Martin J. Rheumatoid arthritis: a disease associated with accelerated atherogenesis // Semin. Arthritis Rheum. - 2005. - Vol. 35. - P.8-

17.

9. Leuven S.L., Franssen R., Kastelein J.J., et al. Systemic inflammation as a risk factor for atherothrombosis // Rheumatology. - 2008. - Vol. 47. - P.3-7.

10. Maradit-Kremers H., Crowson C.S., Nicola P.J., et al. Increased unrecognized coronary heart disease and sudden deaths in rheumatoid arthritis: a population-based cohort study // Arthritis Rheum. - 2005. - Vol. 52. - P.402-411.

11. Maradit-Kremers H.M., Nicola P.J., Crowson C.S., et al. Prognostic importance of low body mass index in relation to cardiovascular mortality in rheumatoid arthritis // Arthritis Rheum. - 2004. - Vol. 50. - P.3450-3457.

12. Retterstol L., Eikvar M., Bohn L., et al. C-reactive protein predicts death in patients with previous premature myocardial infarction - a 10 year follow-up study // Atherosclerosis. - 2002. - Vol. 160. №2. - P.433-440.

13. Sattar N., McCarey D.W., Capelletal H. Explaining how «high-grade» systemic inflammation accelerates vascular risk in rheumatology arthritis // Circulation. - 2003. - Vol. 108. -P.2957-2963.

14. Stavropoulos-Kalinoglou A., Metsios G.S., Koutedakis Y., et al. Redefining overweight and obesity in rheumatoid arthritis patients // Ann. Rheum. Dis. - 2007. - Vol. 66. - P.1316-1321.

15. Van Halm V.P., Peters M.J.L.,Voskul M.J., et al. Rheumatoid arthritis versus diabetes as a risk factor for cardiovascular disease: a cross-sectional study // Ann. Rheum. Dis. - 2009. - Vol. 68. -P.1395-1400.

Информация об авторах:

Смакотина Светлана Анатольевна - д.м.н., профессор кафедры факультетской терапии, 650029, Россия, г. Кемерово,

ул. Ворошилова, 22А, тел. (3842)396458, e-mail: smak67@mail.ru; Зелендинова Асия Рашитовна - аспирант, e-mail: asiya861@rambler.ru; Бондарева Ирина Николаевна - к.м.н., врач-кардиолог, ревматолог, e-mail: ktnj75@mail.ru; Фомина Наталья Викторовна - д.м.н. профессор кафедры факультетской терапии, e-mail: natafomin11@mail.ru

Information About the Authors:

Smakotina Svetlana Anatolievna - PhD, MD, department of Intermediate Level Therapy, Kemerovo State Medical Academy, e-mail: smak67@mail.ru; Zelendinova Asiya Rashitovna, rheumatologist, postgraduate student; Bondareva Irina Nikolayevna -PhD, MD, cardiologist, rheumatologist, cardiology department; Fomina Nataly Victorovna - PhD, MD, department of

Intermediate Level Therapy.

© НИКИТИНА А.К., САРАЕВА Н.О. - 2014 УДК: 616.1/4

почечная функция у больных хроническим лимфолЕЙкозом на этапах опухолевого процесса

Анна Константиновна Никитина, Наталья Орестовна Сараева

Резюме. В статье представлен анализ функционального состояния почек у больных с хроническим лимфолей-козом (ХЛЛ) на этапах опухолевого процесса. Определены группы больных ХЛЛ без почечной и с почечной недостаточностью в момент диагностики заболевания до начала лечения. Выявлено, что в процессе лечения в группе больных без почечной недостаточности в момент диагностики заболевания у 51,0% развивалась почечная недостаточность. В группе больных с почечной недостаточностью в момент диагностики заболевания у 70,6% сохранялась почечная недостаточность на фоне лечения. Анализ функционального состояния почек в зависимости от вида химиотерапии показал, что среди больных без почечной недостаточности в момент диагностики ХЛЛ на фоне