Исследование ценностных оснований агрессивности

ИССЛЕДОВАНИЕ ЦЕННОСТНЫХ ОСНОВАНИИ АГРЕССИВНОСТИ*

Аннотация: В статье содержатся результаты проведенного автором исследования, позволившего обнаружить связи между агрессивностью и ценностями и описать механизм действия враждебной картины мира. Рассмотрены данные, полученные при изучении психологических особенностей людей, принимающих ценности, входящие в группы так называемых метаценностей — Сохранения, Самоутверждения, Открытости и Толерантности (портретный ценностный вопросник Ш. Шварца Portrait Values Questionnaire). В ходе исследования применялся широкий спектр личностных опросников: агрессивности Басса — Перри; эмоционального интеллекта; тест Кеттелла; черт характера; шкала базисных убеждений; конструктивного мышления; нарциссических черт личности; перфекционизма, а также проективный тест враждебности; методика дискриминации свойств понятий; методика ценностного семантического дифференциала. Исследование проведено в группе образованных или получающих высшее образование законопослушных городских жителей (258 испытуемых в возрасте от 18 до 65 лет). Обнаружилось, что приверженность ценностям Сохранения, Самоутверждения, Открытости не связана с личностной агрессивностью — между группами с высокими и низкими баллами по каждой из этих трех метаценностей нет различий по опроснику агрессивности Баса — Перри. Об-

Н. В. Чудова

наружены, однако, высокая корреляция между предпочтением ценностей Универсализма и Выхода за пределы своего Я (метаценность Толерантности), а также повышенные значения уровня враждебности, гневливости и склонности к физической агрессии в группе с высокими показателями приверженности этим ценностям. Кроме того, в группе повышены показатели склонности к категорическому мышлению. Полученные результаты позволяют сделать вывод о существовании аффективно-когнитивно-ценностного комплекса, в котором в роли легитиматора враждебности выступают идеи защиты прав человека, охраны природы, поддержки толерантности. Обнаружено, что выявленные отношения образуют замкнутый контур с положительной обратной связью, что означает неизбежное нарастание выраженности всех трех признаков. Усиление толерантности, роствраж-дебности и снижение конструктивности мыслительного процесса взаимно «подпитывают» друг друга и делают саму систему аффективно-когнитивной регуляции неустойчивой. Ценности в этом комплексе, по-видимому, играют роль идеологии, предписывающей определенные суждения и оценки.

Ключевые слова: метаценности, ценностные образования, агрессивность, враждебная картина мира, нарциссизм, перфекционизм, конструктивное мышление, базовые убеждения.

* Работа выполнена при поддержке РФФИ (грант №13-06-00641).

Ценности выступают как внутренние носители социальной регуляции, укорененные в структуре личности, и реализуют высший, личностно-смысловой уровень регуляции его познавательной активности [1]. Согласно Д.А. Леонтьеву [8], под личностными ценностями понимаются идеалы, задающие конечные ориентиры индивидуальной деятельности субъекта. Генетически они произво-дны от ценностей социальных общностей разного масштаба. Селекция, присвоение и ассимиляция индивидом социальных ценностей опосредуются его социальной идентичностью и ценностями референтных для него малых контактных групп [7]. При этом они представляют собой обобщённый результат опыта взаимодействия с миром, что дает повод для установления связей между предпочтением определённых ценностей и наличием тех или иных психологических особенностей. Особый интерес представляет в подобном исследовании возможность проследить отношение к агрессии людей с разными типами ценностных приоритетов. Актуальность такого рода данных связана как с новыми задачами изучения агрессивности [3] и сферы ценностей [10], так и задачами практической, в том числе психологической, работы с людьми, чья агрессия привела их в места лишения свободы [4, 5, 11].

Под ценностями понимаются критерии выбора и обоснования действий, оценки других людей и себя, а также событий [6]. Мы вслед за Ш. Шварцем [13] рассматриваем их как систему, которая связана в первую очередь с такими переменными, как установки, поведение, членство в группах. В связи с этим ключевой методикой в нашем иссле-

довании стал портретный ценностный вопросник Ш. Шварца Portrait Values Questionnaire (в модификации ESS, описание PVQ-21 дано в литературе [9]). Эта методика построена на основе разработанной Шварцем классификации ценностей, где выделяется 10 типологических ценностных индексов (шкал): Безопасность, Конформность, Традиция, Самостоятельность, Риск-новизна, Гедонизм, Достижение, Власть-богатство, Благожелательность, Универсализм. В данной модификации испытуемый оценивает 21 описание людей,характеризующихся теми или иными ценностями, по 6-бальной шкале — от «очень похож на меня» до «совсем не похож на меня».

Психологические особенности, определяющие появление тех или иных ценностей как регуляторов деятельности, могут иметь своим источником как характерологические механизмы, так и способы переработки информации и специфичные для определённых представлений о мире и о себе личностные проблемы. В учетом этого применялся широкий спектр личностных опросников: агрессивности Баса — Перри (BPAQ) в адаптации С. Ениколопова, Н.П. Цибульского; эмоционального интеллекта (ЭмИн) Д. Люсина; тест Кет-телла; черт характера (ОЧХ) О.Н. Мано-ловой, В.М. Русалова; шкала базисных убеждений Янофф — Бульман (ШБУ] в адаптации М.А. Падун; конструктивного мышления С. Эпштейна (ОКМ) в адаптации С.Н. Ениколопова, С.В. Лебедева; нарциссические черты личности (НЧЛ) Н.М. Клепиковой, О.А. Шамши-ковой; проективный тест враждебности (ПТВ); перфекционизма (ОП) Н.Г. Гара-нян, А.Б. Холмогоровой; методика дискриминации свойств понятий В.В. Плот-

никова, Л.А. Северьяновой, Д.В. Плотникова, Д.В. Бердникова (МДСП); методика ценностного семантического дифференциала Ю.М. Кузнецовой (ЦСД).

Исследование проведено в группе образованных или получающих высшее образование москвичей (258 испытуемых в возрасте от 18 до 65 лет). Достоверность различий между группами с высокими и низкими баллами по каждой из четырех метаценностей для всех показателей методик устанавливалась с помощью критерия Манна — Уит-ни, корреляции — с помощью критерия Спирмена.

Рассмотрим данные, полученные нами при изучении психологических особенностей людей, принимающих ценности, входящие в группы так называемых метаценностей — Сохранения, Самоутверждения, Открытости и Толерантности.

Личностные особенности «охранителей»

В группу «охранителей» входят люди, выбирающие такие ценности, как безопасность, традиция и конформизм (ме-таценность Сохранение РУ13-21) и предпочитающие ценности самостоятельности (метаценность Открытости), благожелательности и универсализма (мета-ценность Выхода за пределы своего Я). Согласно ЦСД эти люди воспринимают Принципиальность, Жалость и Уважение как нечто бесполезное, что вполне соответствует ориентации на коллективизм. При этом как Принципиальность, так и Уступчивость для них не выступают как побуждающие к активности ценности.

В этой группе чаще встречаются люди со склонностью к дерзкому и за-

носчивому поведению (НЧЛ), ощущающие собственную ценность (ШБУ). Это, однако, не результирует у «охранителя» в высокие оценки себя как агрессивного и не связано с наличием неосознаваемой враждебности (нет отличий по ВРАО и ПТВ).

Объединяет людей, выбравших ценности сохранения, сниженная, склонность к педантичности (ОЧХ) и к селекти-рованию негативной информации о себе (ОП). Видимо, эти люди уверены в себе и не терзаются сомнениями в верности выбранного пути (за счет характерологически обусловленной нечувствительности к ошибкам в деятельности), поэтому могут позволить себе легко относиться к любой, даже негативной, информации о них и плодах их деятельности.

Корреляционное исследование подтверждает эти выводы: чем увереннее человек узнаёт себя в портрете «охранителя», тем слабее у него выражены психастенические и эмотивные тенденции (ОЧХ), а также подозрительность (ПТВ). Уточним, что речь идёт о таких чертах: 1) сниженный самоконтроль и чувство ответственности, ощущение вседозволенности и безнаказанности; 2) несклонность к сострадательности, чуткости, созерцательности; 3) несклонность видеть других людей как доминантных и завистливых, презирающих слабость.

Личностные особенности

«самоутверждающихся»

В портрете, предлагаемом методикой Шварца, может узнать себя не только по-настоящему богатый человек, облечённый к тому же большой властью, но и амбициозный студент и уверенный в себе заведующий кафедрой.

Приверженец метаценности Самоутверждения (ценности Достижений и Власти-Богатства РУ13-21) — это, во-первых, человек, реже испытывающий гнев и не стремящийся к физическому насилию (ВРАО). Возможно, для окружающих он предстаёт деспотом или грубияном, но он сам воспринимает весь объём своих агрессивных действий только как средства разрешения проблемы: если он кого-то и принуждает к чему-то, то отнюдь не из-за того, что злится и негодует — для него это «лишь бизнес, ничего личного». К тому же такие сущности, как Агрессия, Сила и Власть, не кажутся ему позитивными.

Во-вторых, это человек, любящий получать удовольствия, — третья ценность РУО-21, которую разделяет большинство «самоутверждающихся», описывается следующим образом: «Для него важно хорошо проводить время. Ему нравится себя баловать. Он ищет любую возможность повеселиться. Для него важно заниматься тем, что доставляет ему удовольствие».

В-третьих, такая ценностная ориентация базируется на здоровой почве. Эта группа отличается от своих оппонентов, отвергающий ценности самоутверждения, отсутствием нарциссиче-ских проблем (НЧЛ) и перфекционизма (ОП): им не свойственны ни обостренное чувство самозначимости, ни поглощенность фантазиями о величии, ни завышенные притязания, характерные, как выяснилось, для презирающих власть, богатство и успех. Помимо этого, «самоутверждающиеся» не страдают отсутствием эмпатии и не стремятся к манипуляциям в межличностных отношениях. Эти люди не так открыты и общительны как те, кто обесценивает самоутвержде-

ние, но менее жестки, чем они (А, I, L по тесту Кеттелла).

В-четвертых, необходимо отметить, что отвержение ценностей самоутверждения связано с наличием определенных характерологических особенностей: застревания, возбудимости, педантизма и демонстративности.

Таким образом, скорее можно говорить об особенностях тех, кто обесценивает желание быть успешным, чем о каких-то особых качествах «самоутверждающихся».

Анализ корреляций показал наличие еще одной интересной связи — между выбором ценностей самоутверждения и психологическими особенностями. Чем выше принятие этих ценностей, тем выше способность к эффективной переработке информации — растёт конструктивность мышления, преимущественно за счет снижения склонности к категоричным суждениям (ОКМ). Так что принятие собственных желаний быть «здоровым и богатым» опирается на когнитивное и личностное благополучие, а отвержение подобных желаний связано с развитием на почве определенных черт характера категоричности и неконструктивности, нарциссических тенденций, агрессивности.

Личностные особенности «открытых»

В группе «открытых» (метаценность Открытость РУ13-21) чаще принимаются метаценность Самоутверждения и Выхода за пределы своего «Я». Применение ценностного семантического дифференциала (ЦСД) позволило немного дополнить представление о ценностях людей, поддерживающих метаценность «Открытость изменениям»: Достоинство

оценивается такими людьми значимо чаще как нечто хорошее, а Принципиальность — как нечто побуждающее.

В этой группе не наблюдается ни особой агрессивности, ни особой мягкости — значимых различий между группами высоко-«открытых» и низко-«открытых» по шкалам опросника агрессивности ВРАО нет. На уровне личностных черт (по тесту Кеттелла) «открытые» проявляют себя как замкнутые (-А] и озабоченные (-Р). В этой группе ниже показатели Эмотивности (по ОЧХ), но и ниже Потребность в восхищении и Вера в собственную уникальность (по НЧЛ). У них значимо ниже склонность к Перфек-ционизму (по ОП) и склонность верить в удачу (по ШБУ).

Обнаружились следующие связи между предпочтением метаценности Открытости и личностными особенностями. Выбор ценностей открытости положительно коррелирует с эмоциональным интеллектом (по ЭмИн) и с дистим-ностью (по ОЧХ). Отрицательны корреляции со склонностью к физической агрессии (по ВРАО), демонстративностью (по ОЧХ), верой в собственную уникальность и потребностью в восхищении (по опроснику НЧЛ), перфекционизмом (за счет общей шкалы ОП и шкалы Восприятие других как делегирующих высокие ожидания), открытостью, беспечностью и смелостью (шкалы А, Р и Н теста Кеттелла).

Как можно видеть, открытость в данном случае есть характеристика не коммуникативной, а интеллектуальной и эмоциональной сфер, то есть это открытость новизне и изменениям в сфере познания — интеллектуального и эмоционального. Равно и удовольствие от риска такой человек получает не в ситуа-

ции физической опасности и моторного напряжения — его, скорее, привлекают приключения в сфере интеллектуального поиска и яркие душевные переживания. Приняв это уточнение, можно констатировать, что ценностные предпочтения этого человека довольно точно отражают особенности его эмоционального реагирования, черты характера и специфику мотивации, то есть репрезентируют самому человеку и окружающим его реальные устремления и желания.

Личностные особенности «толерантных»

В группе «толерантных» чаще принимаются метаценность Сохранения и ценности Самостоятельности и Риска, входящие в метаценность Открытость изменениям (РУО-21). Применение ЦСД позволило уточнить отношение людей, поддерживающих ценность Выхода за пределы своего «Я» к ряду понятий, которые имеют в культуре ярко выраженную ценностную окраску. Оказалось, что Безопасность и Принципиальность такими людьми значимо чаще оцениваются как нечто полезное, Жестокость — как бесполезное, Агрессия и Обман — как плохое, а Уважение — как хорошее, Уступчивость воспринимается как нечто побуждающее.

В этой группе значимо выше показатели (по сравнению с группой тех, у кого принятие данной ценности ниже групповой нормы) по всем шкалам опросника агрессивности ВРАО — склонность к физической агрессии, гневу и показатель враждебности. Кроме того, в этой группе выше показатели Эмоциональной нестабильности, Твердости и Подозрительности (- С, — I, L по тесту Кеттел-ла), выше склонность к Возбудимости и

ниже — к Эмотивности (по ОЧХ), выше склонность Ожидать особое отношение к себе (по НЧЛ).

Выбор ценностей заботы и толерантности положительно коррелирует с враждебностью и склонностью к гневу (за счет корреляции показателей ВРА13 с ценностью Универсализма РУО-21), с возбудимостью как чертой характера (по ОЧХ), категоричностью мышления (по ОКМ), подозрительностью (шкала L теста Кеттелла). Значимые отрицательные корреляции обнаружены со способностью оперировать родо-видовыми связями (по МДСП), с эмоциональной стабильностью и чувствительностью (шкалы С и I теста Кеттелла), эмотивностью (по ОЧХ; за счет корреляции с ценностью Благожелательности).

Как можно видеть, полученные взаимосвязи дают вполне согласованную картину. Чем увереннее человек разделяет ценности толерантности, чем более он беспокоится о правах людей и защите природы, тем скорее он:

• склонен к подозрительности и обидчивости;

• склонен к вспышкам гнева, иногда разряжающимся в физическую агрессию;

• ревнив, замкнут, задумчив, тверд, раздражителен, обладает излишним самомнением, направлен на «себя», независим;

• реалист, надеется на себя, берет на себя ответственность, суров, жесток, действует по практическим соображениям, самостоятелен, циничен, не чувствителен к своему физическому состоянию, скептичен, самоуверен; нетерпим, нетерпелив, раздражителен, склонен к озабоченности и огорчениям, откладывает решение сложных вопросов;

• импульсивен, обладает высокой моторной активностью и скоростью, интенсивностью и амплитудой эмоциональных реакций, имеет устойчивую, определенную самим индивидом в результате жизненного опыта систему ценностей, отличается стремлением к соперничеству, для него характерны эгоцентризм и четко очерченные границы собственного «Я», при этом отличается внушаемостью;

• не обладает высокой эмоциональной чувствительностью и впечатлительностью, не склонен к рефлексии;

• при установлении сходства или различий выносит суждения на основе случайных, эмоциональных или латентных признаков, пользуется допонятий-ными формами обобщений;

• склонен видеть мир только как черно-белый, без различения деталей, ригиден, склонен к максимализму, часто судит предвзято, решителен, быстро раздражается и злится при столкновении с ситуациями, не вписывающимися в его стереотипы.

Очевидно, что в данном случае выбор ценностей обусловлен действием такого личностного защитного механизма, как отрицание: чем выше у человека враждебность и гневливость, тем больше он верит в свою терпимость, а чем он бесчувственнее и грубее, тем скорее он выбирает ценность благожелательности.

Столь яркое проявление работы механизма отрицания вынуждает нас при интерпретации полученных данных обратиться к схемам психоаналитического подхода. Как указывается в литературе [12], «Фрейд обнаружил, что работа бессознательного определяется не логикой и разумом, но примитивным, направляемым импульсами мышлением,

названным им первичным процессом». Фрейд же установил, что первичный процесс не выделяет целостные объекты. Из этого следует, что в ситуации замены обычного интеллектуального процесса, инспирированного аффектом отражения реальности, нарушается константность восприятия. Это объясняет невозможность субъекта первичного процесса удерживать в диалоге предмет разговора — один и тот же обсуждаемый предмет при каждом новом повороте дискуссии представляется ему новым предметом. Для здорового человека это выглядит как субразорванность или как продвижение по связям синкретических обобщений.

Процесс категоризации предмета, проходящий в условиях аконстантно-сти, сокращается за счет этапа проверки признаков, поскольку эти признаки при фиксации внимания на них утрачивают связь с исходным предметом и выступают уже как самостоятельные предметы. Это заставляет человека делать процесс вынесения суждения быстрым и не отвлекаться на нюансировки. Использованный нами опросник ОКМ С. Эпштейна [2] направлен как раз на измерение характера так называемого опытного мышления, которое автор описывает как некий третий, промежуточный между первичным процессом и логическим интеллектом, способ работы с информацией. Одна из шкал методики характеризует близость опытного мышления к первичному процессу по скорости и категоричности суждений. Как было указано выше, обнаружено, что именно эта шкала — Категорического мышления ОКМ — значимо связана не только с предпочтением ценности Универсализ-

ма РУО-21, но и с уровнем враждебности ВРАО.

Таким образом, можно утверждать: получены эмпирические данные о том, что то примитивное, направляемое импульсами мышление, которое Фрейд назвал первичным процессом, действительно направляется импульсами агрессии, но не любыми, а теми, что легитимированы субъектом в рамках враждебной картины мира. Другие способы принятия собственной агрессивности, которые могут быть измерены с помощью опросника (физическая агрессивность и склонность к гневу), с категоричностью суждений оказались не связаны. Следовательно, такую когнитивную переработку опыта, которая приводит к развитию представлений о враждебности мира, нельзя признать эффективной — именно она консервирует агрессивный импульс, что и провоцирует развитие первичного процесса относительно широкого круга потенциально угрожающих объектов.

Итак, полученные данные позволяют говорить о существовании аффективно-когнитивно-ценностного комплекса, в котором в роли легитиматора враждебности выступает ценность толерантности. Отметим, что выявленные отношения образуют замкнутый контур с положительной обратной связью, что означает неизбежное нарастание выраженности всех трех признаков. Усиление толерантности, рост враждебности и снижение конструктивности мыслительного процесса взаимно «подпитывают» друг друга и делают саму систему аффективно-когнитивной регуляции неустойчивой. Ценности в этом комплексе начинают играть роль идеологии, предписывающей определенные суждения и оценки.

Литература

1. Величковский Б.М. Когнитивная наука: основы психологии познания. Т. 2. М. : Смысл, 2006.

2. Ениколопов С. Н.,Лебедев С. В. Адаптация методик исследования посттравматических стрессовых расстройств // Психологическая диагностика. 2004. № 3. С. 19-38.

3. Ениколопов С.Н. Актуальные проблемы исследования агрессивного поведения // Прикладная юридическая психология. 2010. № 2. С. 37-47.

4. Датий А.В., Казберов П.Н. Создание базовых (типовых) психокоррекционных программ для работы с осужденными // Прикладная юридическая психология. 2011. № 1. С. 216-218.

5. Датий А.В., Дикопольцев Д.Е., Федосеев А.А. Интернет-конференция «Преобразование воспитательных колоний в учреждения для содержания лиц, совершивших преступления в несовершеннолетнем возрасте» // Прикладная юридическая психология. 2011. № 3. С. 181-182.

6. Карандашев В.Н. Методика Шварца для изучения ценностей личности: концепция и методическое руководство. СПб. : Речь, 2004.

7. Кузнецова Ю.М. Психосемантический подход к описанию влияния эмоционального выгорания на

ценностный контекст педагогической деятельности // Психологическая диагностика. 2007. № 5. С. 36-58.

8. Леонтьев Д.А. Психология смысла: природа, строение и динамика смысловой реальности. М. : Смысл, 2007.

9. Магун В., Руднев М. Жизненные ценности российского населения: сходства и отличия в сравнении с другими европейскими странами // Вестник общественного мнения. 2008. № 1 (93). С. 33-58.

10. Сочивко Д.В. Психология молодежных субкультур, или «Хлеба и зрелищ» на современный лад // Прикладная юридическая психология. 2008. № 1.

11. Сочивко Д.В., Полянин Н.А., Голышева Ю.А. Мужской и женский путь духовности в местах лишения свободы // Прикладная юридическая психология. 2012. № 1.

12. Шарф Дж.С, Шарфф Д.Э. Основы теорий объектных отношений : пер. с англ. М. : Когито-Центр, 2009. С. 23-24.

13. Уточненная теория базовых индивидуальных ценностей: применение в России / Ш. Шварц [и др.] // Психология / Высшая школа экономики. Т. 9. 2012. № 2. С. 43-71.

ПСИХОЛОГО-ПЕДАГОГИЧЕСКОЕ СОПРОВОЖДЕНИЕ СЛУШАТЕЛЕЙ ПЕРВОНАЧАЛЬНОГО ОБУЧЕНИЯ УЧЕБНЫХ ЦЕНТРОВ ФЕДЕРАЛЬНОЙ СЛУЖБЫ ИСПОЛНЕНИЯ НАКАЗАНИЙ КАК УСЛОВИЕ ФОРМИРОВАНИЯ ПРОФЕССИОНАЛЬНО ВАЖНЫХ КАЧЕСТВ

Аннотация: развитие профессионально важных качеств сотрудников уголовно-исполнительной системы (далее — УИС) продолжает оставаться актуальной проблемой. Внимания ей со стороны сотрудников, которые обеспечивают режим и безопасность в учреждениях УИС, уделяется недостаточно. Главная особенность профессиональной деятельности сотрудника — ежедневный контакт со спецконтингентом. Условия и правила такой коммуникации требуют

Я. Н. Полякова

соблюдения правовых норм. Безусловно, указанные особенности предъявляют определенные требования к развитию профессионально важных качеств сотрудников УИС.

В развитии указанных качеств большую роль играет установка на сам процесс, которая должна происходить ходе подготовки сотрудников в учебных центрах Федеральной службы исполнения наказаний (далее — ФСИН России). В статье рассмотрены результаты эм-