Структурно-семантический анализ испанских агиоантропонимов

УДК 81'373.231

СТРУКТУРНО-СЕМАНТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ИСПАНСКИХ АГИОАНТРОПОНИМОВ

Лаврентьева А.С.

В данной статье производится структурно-семантический анализ испанских агиоантропонимов, то есть имен святых. Выделяются характерные признаки структуры испанских имен святых в сравнении их с русскими агиоантропонимами. Выявляются особенности семантики испанских агиоантропонимов, которые отличают их от других разрядов имен собственных: например, актуализация верующими испанцами сем, связанных с житием святого. Особый характер семантики агиоантропонимов позволяет рассматривать имена святых как прецедентные имена. Кроме того, в семантике имени святого воплощены не только канонические представления, сформированные Церковью, но и народные представления, так называемые народно-агиографические. Используются примеры функционирования агиоантропонимов в испанском фольклоре и паремиях. Ключевые слова: агиоантропоним, имя собственное, святые, испанский язык, семантика, народная агиография

STRUCTURAL-SEMANTIC ANALYSIS OF SPANISH AGIANNITOPOULOS

Lavrenteva A.S.

The article is dedicated to the semantic structure analysis of the Spanish hagioanthroponyms, i.e. the names of saints. We reveal the peculiarities of the structure of the names of saints in the Spanish language comparing them with the hagioanthroponyms in the Russian language. Also the article reveals the characteristics properties of the semantics of the Spanish hagioanthroponyms, that distinguish them from other types of the proper names, e.g. the variety of connotations, concerned with the hagiography of saints. The nature of the semantics of the hagioanthroponyms enables us to consider the names of saints as precedent names. Moreover, the semantics of the names of saints contains not only semes that represent the canonical and classical image of the saint, but also the semes that reflect the popular image, named popular hagiographical semes. In the article we use the examples of the functioning of the names of saints in the Spanish folklore and the proverbs.

Keywords: hagioanthroponym, proper name, saints, the Spanish language, semantics, popular hagiography

Данная статья посвящена анализу особенностей семантики и структуры агиоантропонимов, то есть имен святых, в испанском языке. Этот разряд имен собственных только в XXI веке стал объектом исследований и обрел терминологическое обозначение. Термин «агиоантропоним» был введен в 2010 году исследовательницей религиозной лексики русского языка И.В. Бугаевой. В её системе агиоантропоним является одним из типов агионимов (сакральных имен собственных) и обозначает «апеллятивно-антро-понимический комплекс, служащий для номинации прославленных христианских святых» [1, с. 238].

Структура испанского агиоантропонима отличается от русского. Основная модель агиоантропонима в русском языке минимум двухкомпонентна: чин святости + имя (пророк Иеремия, апостол Фома, мученик Серапион, мученица Ирина) [1, с. 240]. В испанском языке основная двухкомпонентная модель состоит из существительного, обозначающего лик (лик

святых или лик блаженных) и имени святого: «san»/«santa» (ж. р.) /«beato»/«beata»1 (для ж. р.) + имя (San Lorenzo, Santa Lucía, Beato Sancho de Córdoba, Beata Juliana de Collalto). Для различения имен святых с одной и той же двухкомпонентной основой добавляются дополнительные наименования, или дифференциаторы. Классификация дифференциаторов, предложенная И.В. Бугаевой, в своей основе может быть применена и к испанским агиоантропонимам. В речи чаще всего используется двухкомпонентная модель. В литургических календарях используются трех- и четырехкомпонентные модели, с обязательным указанием либо чина святости2, либо церковного чина святого (например, Santa Claudia, vírgen y mártir, Beato David de Himmerod, monje cisterciense) [17]. В качестве третьего и четвертого компонентов может быть использован любой из следующих дифференциаторов (см. табл.):

'В католицизме перед канонизацией (причислением к лику святых) сначала производят беатификацию (причисляют к лику блаженных). В Испании блаженные почитаются местными церквями в провинциях, откуда был святой родом.

2 Используется термин православной терминологии "чин святости". Различают следующие чины святости: пророки, апостолы, праотцы, святители, мученики, страстотерпцы, исповедники, преподобные, благоверные, великомученики, праведные, бессребреники, юродивые Христи ради [6].

Таблица. «Дифференциаторы агиоантропонимов по И. В. Бугаевой»

№ Дифференциатор Комментарий Пример агиоантропонима на русском языке Пример агиоантропонима на испанском языке

1 номинатор свидетельствует о том, чем при жизни занимался святой: указывает на государственные или церковные титулы/ должности или взятый на себя подвиг священномученик Зотик пресвитер; Благоверный князь Даниил Московский; преподобный Амон Печерский, странник, затворник San Alberto obispo, San Dámaso Ipapa San Ludano peregrino; San Novato anacoreta

2 дескриптор характеризующие святого прилагательные святой Василий Великий San Basilio Magno, San Beda el Venerable

3. локализатор указывает на место рождения святого, на место его служения, подвига или погребения праведный Иоанн Кронштадский San Agustín de Cantorbery; San Leandro de Sevilla

4. агномен прозвище, связанное с каким-либо особым событием в жизни святого священномученик Игнатий Богоносец San Dimas, el buen ladrón; San Domicio el Médico

5. когномен фамилия святитель Игнатий (Брянчанинов) San David Gavián Bermúdez; San Luis Gonzaga

б. этноним Указывает на национальную принадлежно сть преподобный Максим Грек San Davino armenio

Нами были выделены следующие особенности функционирования дифференциаторов в испанском языке:

1) расположение чина святости или церковного чина как перед агиоантропонимом, так и после него, но чаще после (el santo mártir Juan Nepomuceno; San Narsétes mártir; San Andrés apostol);

2) в случае перечисления церковного чина и чина святости, церковный чин стоит на первом месте: San Daniel, diácono y mártir;

3) в календарях нередко под одним агиоантропонимом значится несколько (а иногда и несколько десятков) человек, которые пострадали за веру вследствие одного и того же события и почитаются за свой мученический подвиг в один и тот же день: Santo Miki y compañeros mártires, San Cristóbal Magallanes y compañeros mártires, San Saturnino y compañeros mártires de Abitinia1.

Известно, что в католицизме Папы и монахи берут себе «ритуальное» имя в честь особо почитаемого святого, который является для них нравственным ориентиром, или в честь своего предшественника, чтобы продолжать начатое им дело [5, с. 69; 8, с. 135]. «Избирая имя, Папа выбирает себе судьбу, опираясь на опыт предыдущих отцов католической церкви» [5, с. 69]. Священнослужители допускают возможность смены имени даже для мирян при желании. Некоторые имена особенно популярны, поэтому их повторяемость велика среди святых, и дифференциаторы в та-

ком случае просто необходимы. К примеру, имя одного из самых высоко почитаемых святых Испании покровителя страны святого Иакова носят одиннадцать святых и блаженных (см. ниже некоторые из них, в скобках дана дата почитания). Если хотя бы один дифференциатор не упомянут в тексте, то трудно понять, ограничиваясь контекстом, о каком конкретно святом идет речь.

Santiago el Mayor, apostol (25.07) Santiago el Menor, apostol (03.05) Beato Santiago (06.11) Beato Santiago Benfatti (19.11) Beato Santiago de Jesús (06.11) Beato Santiago Meseguer Burillo (25.11) Beato Santiago María (06.11) [17]. Одиннадцать агиоантропонимов — это не максимальное количество: так, имя San Severo принадлежит восемнадцати (18!) святым.

Отметим, что если в православии фамилия — это довольно редкий дифференциатор и появляется лишь в XX веке при массовой канонизации святых [1, с. 245], то в католицизме этот способ дифференциации агиоантропонимов использовался на протяжении всего существования церкви: например, среди вышеперечисленных святых с именем Santiago двое были беатифицированы на рубеже XIX-XX веков: блаженный Сантьяго Бенфатти, прозванный «отцом бедняков», — в 1859 году, а блаженный Сантьяго Салес (19.01) — в 1926 году [17].

1 К примеру, святой Сатурнино и его товарищи по вере были замучены по приказу Диоклетиана, поскольку праздновали евхаристию несмотря на запрет властей. Во время допроса в Карфагене отказались отречься от своей веры в Бога, вследствие чего были убиты. Полный список имен «святых товарищей» (santos compañeros mártires), почитаемых в этот день, выглядит так: «estos son los nombres: santos Saturnino, presbítero, con cuatro hijos: Saturnino junior y Félix, lectores, y María e Hilarión, aún niño; Dativo o Sanator, Félix, otro Félix,

Emento y Ampelio, lectores; Rogaciano, Quinto, Maximiano o Máximo, Telica o Tacelita, otro Rogaciano, Rogato, Januario, Casiano, Victoriano, Vicente, Ceciliano, Restituía, Prima, Eva, otro Rogaciano, Givalio, Rogato, Pomponia, Januaria, Saturnina, Martín, Clautos, Félix junior, Margarita, Mayor, Honorata, Victorino, Pelusio, Fausto, Daciano, Matrona, Cecilia, Victoria, Berectina, virgen cartaginesa, Secunda, Matrona y Januaria» [17].

Обратимся к семантике агиоантропонима. Агиоан-тропонимы как подвид антропонимов, то есть личных имен, не обладают привычным соотношением трех составляющих лексического значения, которое наблюдается у имен нарицательных [7]. В них слабо выражено сигнификативное значение (выделяется лишь сема «человек»), а денотативное (информация о конкретном носителе имени, денотате или референте) наоборот, перегружено: «имя имеет смысл, если оно соотнесено с реальным человеком». «Сигнификативная бессодержательность и денотативная насыщенность определяют природу имени - обозначать только того, кого оно обозначает, и больше никого» [7]. Вслед за исследователем имен собственных Д.И. Ермоловичем мы отмечаем важность характеризующего компонента в семантике имени собственного, то есть «набора признаков референта, достаточных, чтобы собеседники понимали, о чем или о ком идет речь» [2, с. 12]. Характеризующий компонент значения передает всю фоновую информацию о референте, которая включает и эмоционально-оценочные семы имени — коннотации. В широком смысле в коннотациях заключается так называемая «прагматика имени»: вся культурная информация, которая понятна носителям языка, однако скрыта для инофонов.

Если имя закрепляется за определенным денотатом, то за именем закрепляются и все коннотации, связанные с денотатом. Например, имя Judas в испанском языке несет в себе остро негативную оценку испанцами, так как оно ассоциируется в культурной памяти с определенным денотатом - Иудой, предателем Христа. То же самое происходит и с именем Иуда в русской лингвокультуре. Интересно, что имена San Pedro и San José также порой отягощены неоднозначной или явно отрицательной оценкой, что проявляется в испанской народной поэзии. По-видимому, причиной такого отношения является тот факт, что испанские католики помнят и не могут простить святому Петру предательство Христа [5, с. 69; 16, с. 138], а святому Иосифу — подозрения в неверности его супруги Девы Марии1 :

1. En el patio de Pilatos Habló Pedro y dijo así:

- Yo no conozco a tal hombre, Ni su discipulo fui2 [16].

2. San José tomó celos Por lo divino;

¡Hasta los santos tienen sus desatinos!3 [16].

Характеризующий компонент значения особенно важен при рассмотрении агиоантропонима как концепта, который можно определить как «содержательный знак (семантический комплекс), имеющий ярко выраженные национально-культурные ассоциации в общехудожественной и индивидуально-авторской картинах мира» [10, с. 14], а также в национальной языковой картине мира.

Эмоционально-оценочные семы наделяют агиоантропонимы «прецедентностью». Многие испанские агиоантропонимы (Jesús, María, San José, María Magdalena, Santa Lucía, San Fermín) соблюдают три условия «прецедентности» Ю. Н. Караулова:

1) они значимы «для той или иной личности в познавательном и эмоциональном отношениях» [3, с. 216], так как несут информацию о связанных с именем прецедентных ситуациях и различных характеристиках денотата (пол, национальность, социальный статус, особенности внешности и поведения); также они эмоционально значимы, так как передают оценку денотата социумом;

2) они имеют надындивидуальный характер, то есть знакомы всему обществу и используются в нём;

3) обращение к ним периодически возобновляется в дискурсе данной языковой личности [3, с. 216].

К примеру, имя святого Антония Великого (San Antón Abad) в народных представлениях испанцев стойко связано с легендой о том, как святой спас детенышей кабанихи (по другой версии, свиньи). Это находит отражение и в иконографии (кабаниха или свинья часто изображаются у ног святого), и в традициях праздника в день почитания святого Антония: в современной Испании повсеместен обычай выводить на церковную службу животных и разыгрывать в лотерее поросенка — «el marrano de San Antón». В религиозном сознании испанских католиков каждый святой связан с определенной прецедентной ситуацией, что подкрепляется церковной иконографией; например, святые мученики изображаются с атрибутом мученичества (святая Екатерина — с колесом; святой Лаврентий — с решеткой; святая Агата — с отрезанной грудью). Таким образом, испанские агиоантропонимы обладают прецедентностью.

В семантике агиоантропонима отражаются как сформированное церковью каноническое житие святого, так и народные представления о святом, — последние являются результатом интерпретации народом жития. К примеру, в народной легенде о святой Луции Си-ракузской есть эпизод мученичества, в котором святая лишается зрения: ей выкалывают глаза или в одной из

1 Этот эпизод встречается в апокрифах: «И, узнав, что Дева, Мать Моя, имеет в чреве, он (святой Иосиф - примечание А.Л.) смутился духом и помышлял тайно отпустить Ее. Объятый страхом, ужасом, тоской и тревогой, он не мог ни пить, ни есть в тот день» [9].

2 Во дворе дворца Пилата

Сказал святой Петр так:

Я этого человека не знаю,

И учеником его не был (здесь и далее перевод А.Л.).

3 Святой Иосиф приревновал

Жену свою к священному;

Даже у святых

бывают свои странности!

версий она сама себе их выкалывает, увидев духовную слепоту молодого человека, который хотел её насильно на себе женить. В каноническом житии такого эпизода нет [18]. Однако несмотря на это святой Луции была приписана сфера покровительства, связанная со зрением: святая стала считаться помощницей в лечении болезней глаз, а также покровительницей людей, в работе которых важно иметь хорошее зрение (например, швей, окулистов). В иконографии святая Луция традиционно изображается держащей в руках блюдце с глазами. Образ незрячей святой и сфера её покровительства отражены в народных испанских паремиях:

1) después del ojo afuera, no hay Santa Lucia que valga [13] (букв. «если уже потерял глаз, то и святая Луция не поможет»; «потерявши голову о волосах не плачут»);

2) por la ciega Santa Lucia, si sembraras, no cogerías [15] («если посеешь на день слепой святой Лу-ции, то урожай не соберёшь»), поскольку день почитания святой Луции — 13 декабря;

3) Santa Lucía, ¡siquiera el que tenía! («святая Луция, (отдай) хотя бы тот (глаз), что имел!»). Данной фразой заканчивается народное шуточное стихотворение про одноглазого, который хотел вернуть себе потерянный глаз, но чуть было не потерял здоровый, в результате чего взывает к святой Луции. Эта фраза стала народной поговоркой, — так говорят про людей, которые не ценят того, что имеют [14].

Кроме того, во фразеологизмах и паремиях был переосмыслен образ шипа, которым по легенде святой выкололи глаза, — в современной испанской лингво-культуре он стал символом худобы:

1) ser como la espina de Santa Lucía; ser más seco que la espina de Santa Lucía («быть как шип святой Луции», то есть «быть очень худым как жердь») [4];

2) estar (quedarse) uno en la espina (de Santa Lucía) («сильно похудеть, дойти до крайнего истощения)» [4].

Связь святой со сферой покровительства настолько крепка в национальном сознании, что послужила причиной названия именем святой одной из самых крупных сетей оптик в Испании - «Santa Lucía». Исследователь испанского фольклора Х. Сендин Бласкес приводит в пример одну из интерпретаций образа глаз как символа духовного видения святой [18, p. 334]. По-видимому, на формирование народного жития святой повлияла внутренняя форма её имени: Lucía ^ лат. «lux» («свет»).

Антропонимы, которые закрепились за определенными денотатами, могут использоваться носителями языка для номинации ряда предметов, вследствие чего происходит «деантропонимизация» (термин Ю.А. Ры-лова) и семантический переход имени собственного в

нарицательное, что сопровождается написанием не с заглавной, а с прописной буквы [2, с. 13]. Так, например, от агиоантропонимов образуются сложные слова, состоящие из имени святого и формантов «santo»/«san»/«santa»: агиоантропоним Santa Bárbara стал сложным словом «santabárbara» со значением 'пороховой погреб' (поскольку святая спасает от удара молнией); а имя нарицательное «sanmartín», образованное от имени святого Мартина Турского, приобрело значение 'забой свиней' (поскольку забой скота начинается в период празднования дня святого Мартина)1.

Нужно признать, что имена святых являются именами «сингулярными», то есть они имеют лишь одного референта, в то время как другие антропонимы могут отсылать к разным референтам: например, имя Anna может принадлежать какой угодно девушке, в то время как имя святого, распространенное дифференциаторами, принадлежит лишь одному святому или святой (например, Santa Rita de Cascia). Таким образом агиоантропоним становится «воплощенным» (т.е. в терминологии А. Гардинера «привязанным к определенному референту» вне любого текста и контекста). По мнению И. В. Бугаевой, с которым трудно не согласиться, имена святых всегда «воплощены», то есть при упоминании имени всегда понятно, о какой святом идет речь.

Для испанцев-католиков агиоантропоним «всегда имеет внутреннюю форму и является "говорящим"» [1, с. 233], поскольку в процессе использования имени святого в его семантике актуализируются семы, связанные с житием святого. По мнению И.В. Бугаевой, житие святого становится тем понятийным содержанием, которое «представляет сигнификат, делает его семантически мотивированным» [1, с. 233]. Кроме того, нужно добавить, что в семантике имени святого находят свое воплощение не только канонические представления, сформированные церковью, но и народно-агиографические представления. Богатая семантика агиоантропонимов создает особый «эмоциональный ореол» [1, с. 208], для таких имен в тексте характерна «повторяемость, концептуальная и образная значимость» [10, с. 16].

В данной статье мы постарались дополнить изучение имен собственных в испанском языке новыми аспектами, осветив вопросы, связанные с описанием структурных и семантических особенностей испанских агиоантропонимов, наличие которых обусловлено своеобразием конфессиональных и культурных традиций Испании. К сожалению, объем работы позволяет нам осветить лишь некоторые стороны такого сложного явления, как структура и семантика испанских агиоантропонимов.

1 «Santabárbara»: f. Mar. Pañol o paraje destinado en las embarcaciones para custodiar la pólvora. «Sanmartín»: m. Matanza de cerdo [11].

Список литературы

1. Бугаева И.В. Язык православной сферы: современное состояние, тенденции развития: дисс. ... д-ра филологических наук. Государственный институт русского языка им. А.С. Пушкина. Москва. 2010. 454 с.

2. Ермолович Д. И. Имена собственные на стыке языков и культур. М.: Р. Валент, 2001. 200 с.

3. Караулов Ю. Н. Русский язык и языковая личность. М.: Изд-во ЛКИ, 2007. 264 с.

4. Левинтова Э. И., Вольф Е. М., Мовшович Н. А. и др. Испанско-русский фразеологический словарь / под ред. Э. И. Левинтовой. М., 1985.

5. Оболенская Ю.Л. О роли антропонимических мифов в испанской культуре. // Вестник Российского Университета Дружбы народов. Лингвистика. №3. 2007. С. 69-76.

6. Православие. Словарь-справочник. [Электронный ресурс] // http://podsosino.prihod.ru/users /20/1101420/editor_files/file/Slovar_-spravochnik.pdf (дата обращения: 21.03.2016).

7. Рут М. Э. Антропонимы: размышления о семантике. Известия Уральского государственного университета. 2001. № 20 [Электронный ресурс] // http://www.philology.ru/linguistics1/rut-01.htm (дата обращения: 6.03.2016).

8. Рылов Ю. А. Имена собственные в европейских языках. Романская и русская антропонимика. М.: АСТ: Восток - Запад, 2006. 311 с.

9. Свенцицкая И., Скогорев А. Апокрифические сказания об Иисусе, Святом Семействе и Свидетелях Христовых. Книга Иосифа Плотника, [Электронный ресурс] // http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/apokrif/Kn_IosifPlotn.php (дата обращения: 21.03.2016).

10. Соломонов М. А. Христианский теоним в структуре фольклорного текста (на материале прикамских духовных стихов): дисс. ... кандидата филологических наук. Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Пермский государственный педагогический университет». Пермь. 2011. 232 с.

11. Calendario Litúrgico-Pastoral 2014-2015, Libros Litúrgicos, Conferencia Episcopal Española, Madrid, 2014, 367 p.

12.DRAE (Diccionario de la lengua española). [Электронный ресурс] // http://dle.rae.es/?w=diccionario (дата обращения: 21.03.2016).

13.Frases de refranes. [Электронный ресурс] // http://www.frasesycitas.com/verfrase-despu-ojo-afuera-hay-santa-luciavalga/cita-refranes-11671.html (дата обращения: 30.05.2016).

14.Junceda, Luis. Diccionario de refranes, dichos y proverbios. Espasa Calpe, S.A., Madrid, 1998, 750 p.

15.Revista del aficionado a meteorología. [Электронный ресурс] // http://www.tiempo.com/ (дата обращения: 30.05.2016).

16.Rodríguez Marín, F., Cantos populares españoles, recogidos, ordenados e ilustrados por Francisco Rodríguez Marín, V.4, Francisco Álvarez y C. Editores, Sevilla, 1883.

17. Santorales españoles. [Электронный ресурс] // http://santopedia.com, http://catholic.net (дата обращения: 26.02.2016).

18. Sendín Blázquez J., Santos de leyenda, leyendas de santos, Biblioteca de Autores Cristianos, Madrid, 2000, 335 p.

Об авторе

Лаврентьева Анастасия Сергеевна — аспирант кафедры иберо-романского языкознания филологического факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова, anastasia.lavrentyeva@mail.ru