"Германия не стремится доминировать в Европе"

Вице-канцлер, министр иностранных дел Германии Франк-Вальтер Штайнмайер, находящийся с визитом в Москве, сегодня встретится с российским руководством и проведет переговоры с главой МИД РФ Сергеем Лавровым. Германия традиционно является одним из ведущих европейских партнеров России. Об актуальных аспектах двусторонних отношений ФРАНК-ВАЛЬТЕР ШТАЙНМАЙЕР рассказал в интервью специальным корреспондентам агентства "Интерфакс" РЕНАТУ АБДУЛЛИНУ и ОЛЬГЕ ГОЛОВАНОВОЙ — специально для "Ъ".

— Германия является ведущим деловым партнером России. В каких сферах вы видите потенциал для расширения двустороннего сотрудничества?

— В 2008 году двусторонний торговый оборот составил €68 млрд. 4600 германских предприятий ведут активную деятельность в России, и это несмотря на кризис. Это хороший знак.

Естественно, мы хотим еще большего, прежде всего в таких стратегических отраслях, как жилищное строительство, здравоохранение, образование, энергетика. То есть в секторах, имеющих решающее значение для модернизации наших обществ. Важно также создать благоприятный инвестиционный и рабочий климат для иностранных предприятий, обеспечить правовую защищенность и сократить бюрократические препоны.

— Остаются ли в двусторонних отношениях неразрешенные вопросы, как например реституция культурных ценностей, перемещенных вследствие Второй мировой войны, или калининградский фактор?

— По многим сложным международным вопросам, например иранская ядерная программа, мы тесно сотрудничаем. Сюда можно отнести и связи на уровне общественности — свыше 90 городов установили партнерские отношения, около 500 высших учебных заведений также стали партнерами и многое другое.

Это не означает, что нет нерешенных вопросов. Конечно, проблема культурных ценностей остается на повестке дня, невзирая на достигнутый прогресс. После кризисов с поставками газа мы совместно должны работать над построением стабильных и надежных отношений в сфере энергетики между Россией и ЕС. И, конечно, у нас были и есть существенные разногласия в вопросе о Грузии. Партнерство означает работать открыто и честно, в том числе над сложными вопросами. Это мы и делаем.

— В ряде стран постсоветского пространства предпринимаются попытки героизировать собственных соотечественников, воевавших на стороне нацистов. Как относятся к таким попыткам в Германии, которая сама пострадала от фашизма и решительно его осудила?

— Историю нельзя переписывать, ее нужно осмыслять. Я понимаю, сколь болезненны воспоминания о Второй мировой войне. Мы должны решительно противостоять реваншистским заимствованиям из нацистской идеологии, где бы они ни встречались. Рекомендую очень бережно обращаться с историей. Не думаю, что при помощи указов можно насадить определенную точку зрения. Гораздо важнее идти на прямой диалог, чтобы снять разобщающую стороны остроту воспоминаний.

Недавно по инициативе министров иностранных дел в Варшаве встретились польские, российские и германские историки и обсудили с учеными из стран Балтии и других начало Второй мировой войны. Состоялись открытые и очень откровенные дебаты. Возможно, это небольшой шаг, но в правильном направлении.

— Насколько соответствуют действительности утверждения ряда экспертов о том, что некоторые из ваших союзников по НАТО различными способами пытаются помешать Германии стать лидером Европы?

— Мы не стремимся к какому-либо доминированию, и ни один из наших партнеров не пытается "сдерживать" нас. Такие представления — это проявление старого мышления. Ясно одно: наш голос имеет вес, мы самое крупное государство--член ЕС, и относительно таких тем будущего как защита климата или бережное обращение с энергоносителями мы с удовольствием играем роль первопроходца.

— Согласны ли в Германии с мнением о том, что Украина и Грузия на данный момент гораздо дальше от вступления в альянс, чем два-три года назад?

— Считаю не слишком эффективным в этом вопросе оперировать сроками. Фактом является то, что и Грузия, и Украина на пути сближения с евроатлантическими структурами должны проделать еще немалый объем работы.

На прошедших саммитах мы однозначно решили продолжить интенсивное сотрудничество. Но и установили, что еще не пришло время для определенных ступеней сближения, как например для так называемого плана действий по членству в НАТО.

— Как оценивают в Берлине перспективы отношений между НАТО и Россией, особенно учитывая недавние военные учения НАТО в Грузии и высылку двух российских дипломатов из Брюсселя?

Сомнений нет, за нашими плечами сложные времена, новое недоверие, а по грузинскому вопросу — фундаментальные разногласия. Но ни один вопрос мы не сможем разрешить путем молчания. Неоспоримый факт, что НАТО и Россия по многим вопросам имеют общие интересы, будь то борьба с терроризмом или пиратством, стабилизация в Афганистане или предотвращение распространения ядерного оружия.

Общеевропейская безопасность будет обеспечена лишь в том случае, если мы будем сотрудничать. Поэтому я всегда выступал за то, чтобы мы как можно скорее снова собрались в рамках Совета НАТО--Россия. Мы будем вести дискуссии с разных точек зрения, сталкивающихся между собой. Целью, однако, должно оставаться создание эффективного органа сотрудничества в сфере безопасности.

— Какое значение в Германии придают старту программы ЕС "Восточное партнерство"? Не станет ли она раздражающим фактором в отношениях ЕС с Москвой, так как ряд наблюдателей в России расценивают ее как попытку перекроить "сферы влияния" на континенте?

— Во-первых, "Восточное партнерство" — важный проект. Во-вторых, оно не направлено против кого-либо. А в-третьих, речь не идет о "сферах влияния". Речь, наоборот, идет о сотрудничестве, кооперации, сближении. Там, где оно напрашивается само собой, вовлечение третьих сторон настоятельно приветствуется. Это относится и к России.

Целью всего этого дела являются стабильность и благосостояние наших соседей, которые являются и вашими соседями. В этом отношении и в интересах России, чтобы удалось совместно осуществить этот проект.

— Как Германия смотрит на идею введения безвизового режима с ЕС, учитывая, что у России есть на это политическая воля? Есть ли такая же воля в ЕС и, в частности, в Германии?

— Экономические отношения, культурный обмен и личные контакты существуют за счет того, что люди могут ездить. Ограничения могут быть лишь там, где они оправданы по причинам безопасности или для того, чтобы предотвратить нелегальную иммиграцию.

Евросоюз, в том числе по настоянию Германии, заключил с Россией соглашение, которое существенно облегчает выдачу виз. Мы будем продолжать работу в этом ключе.