Территориальное верховенство как признак государства в русских землях XIII-XV веков

Вестник Челябинского государственного университета. 2013. № 5 (296). Право. Вып. 35. С. 102-106.

ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

И. И. Назипов

ТЕРРИТОРИАЛЬНОЕ ВЕРХОВЕНСТВО

КАК ПРИЗНАК ГОСУДАРСТВА В РУССКИХ ЗЕМЛЯХ ХШ-ХУ ВЕКОВ

В контексте анализа русско-ордынских связей на предмет государственной принадлежности русских земель Орде исследуется проявление признака государства — «территориальное верховенство».

В определенные периоды русско-ордынских связей власть хана была высшей в русских землях, решением хана на Руси создавались ордынские административно-территориальные единицы, по воле хана изменялись границы русских княжеств, Орда защищала русские земли как свои.

Ключевые слова: русские земли, Орда, публичная власть над территорией, признак государства, государственная принадлежность Руси Орде.

Один из спорных и нерешенных вопросов исторической науки и истории государства и права — являлись ли русские земли в ХШ-ХУ вв. государствами или были частью территории государства Орда? Ниже приводится фрагмент работы, в которой автор сделал попытку решить данную научную проблему.

Понятие «государство» многозначно. В упомянутой работе государство определяется как политико-территориальная суверенная организация публичной власти, имеющая специальный аппарат управления и принуждения и способная делать свои веления обязательными для населения всей страны1. Это содержание понятия «государство» взято за основу в исследовании. Государство раскрывается и характеризуется через ряд признаков: 1) наличие публичной власти, располагающей специальным аппаратом управления и государственного принуждения, насилия; 2) организация власти и населения по территориальному признаку; 3) государственный суверенитет, понимаемый как двуединство верховенства и единственности власти государства на определенной территории по отношению к отдельным лицам и сообществам внутри страны и независимость во взаимоотношениях с другими государствами; 4) всеобъемлющий, общеобязательный характер актов, издаваемых государством; прерогатива (исключительное право) государства на издание законов и иных нормативных актов, содержащих общеобязательные правила поведения для населения страны; 5) налогообложение и взимание налогов, пошлин и других сборов2.

Задача данной статьи — выявление признака территориального верховенства, то есть организации власти (хана или русских правителей) над

территорией русских земель. В дальнейшем, при выявлении остальных признаков и синтезе результатов исследований по всем признакам, появится возможность ответить на главный вопрос исследования — были русские земли в XIII-ХУ вв. государствами или частью ордынской государственности?

Принятое в общественных науках содержание признака государства — территориальное верховенство — следующее. В государственно-организованном обществе непосредственно управляются и организуются социальные процессы, происходящие на определенной (государственной) территории: люди и организации подпадают под власть государства в целом или государственного органа, управляющего той или иной административно-территориальной единицей, постольку, поскольку они находятся на их территории. Таким образом, власть государства организуется по территориальному признаку и является по нему универсальной: она распространяет свою силу на всю территорию и на все население страны. Это также означает территориальную неприкосновенность границ: государство само определяет свои границы и защищает их от вторжений; любое изменение государственных границ без согласия на то государственных властей или нарушение границ оцениваются как акт агрессии.

В конкретно-исторических условиях Восточной Европы ХШ-ХУ вв. данный признак обладал некоторыми особенностями. Власть государства ограничивалась церковными территориями и их населением, сдерживалась низким уровнем технического развития общества, средств связи и транспорта и, как следствие, труднодоступ-ностью глухих деревенских и лесных районов.

В этих местах государственная власть была не постоянной, а «приходящей» — в лице сборщиков налогов, приезжавших в отдаленные слабозаселенные районы. Они же выполняли функции судей, решавших наиболее сложные накопившиеся судебные дела. Остальные дела решались «миром» самостоятельно. Но основные элементы признака государства неизменны: распространение публичной власти на территорию, территориальная организация публичной власти, самостоятельное изменение границ, защита территории от внешней агрессии.

Вывод о территориальном верховенстве Орды над Северо-Восточной Русью мы можем сделать, если власть хана распространялась на русские земли, на русское население этих земель, если решением хана на Руси создавались ордынские административно-территориальные единицы, если по воле хана изменялись границы русских княжеств. Если Орда защищает русские земли как свои, то это проявление государственной власти над территорией русских земель Орды и ее правителя. Но если исторические свидетельства дают информацию о том, что над русскими землями присутствовал только территориальный суверенитет русских правителей, то названный признак государства проявляется как свидетельство самостоятельной государственно -сти русских земель.

В разные периоды русско-ордынских отношений признак государства «территориальное верховенство» проявлялся как свидетельство государственной принадлежности русских земель Орде и как свидетельство государственности.

Территориальное верховенство Орды над Северо-Восточной Русью проявлялось в следующем: Русь Ордой делилась на ордынские административно-территориальные единицы — «тьмы», они делились далее по десятичной системе. Г. В. Вернадский и А. Н. Насонов приводят перечень тем в Южной и Восточной Руси3. Ярлык Менгли Гирея 1506-1507 гг. дает перечень тем Южной и Западной Руси с названиями по крупнейшим городам: Киевская, Каменецкая, Черниговская, Курская и др.4 В контексте территориального верховенства Орды над Русью главное для нас в названном документе то, что русские земли в нем представлены не как княжества, а как «тьмы», которых названо шестнадцать. Вероятно, здесь проявилась традиция ордынских и крымских ханов делить Русь по ордынской системе территориально, на тьмы, а не

на княжества, и распоряжаться ее землями как совокупностью темь. В таком случае это подтверждает территориальное верховенство Орды над Русью в тот период, когда данная традиция возникла и утвердилась — в период зависимости Руси от Орды. Северо-Восточная Русь тоже делилась ордынской системой управления на «тьмы». Исторические источники 1360 г. свидетельствуют, что Великое Владимирское княжество состояло из 15 темь: «.. .и насла емоу княжение великое, 15 темь»5. А. Н. Насонов приводит доказательства того, что Великое Владимирское княжение на 1399 г. состояло из 17 темь6. В до-кончании Дмитрия Юрьевича с суздальскими князьями в 1445 г. Нижегородское Великое княжество именуется словом «пятитем», то есть указывается на то, что оно состояло из пяти тем: «.и в Суздаль, в Новгород, в Городець, в Ватку, и во всю патетем Новьгородскую тобъ, господину нашему, кназю Дмитрда и твоему сыну кназю Ивану не въступатисв ничем»7.

В названных выше документах из переписки крымских ханов с великим литовским князем и польским королем содержится информация о том, что крымские ханы даруют Литве принадлежащие ей русские земли. А в ярлыке Менгли-Гирея названы Псков, Новгород Великий, Переяславль, Рязань8. В условиях борьбы за объединение русских земель между Московским княжеством и Литвой, а затем Польско-Литовским государством, подобные ярлыки крымского хана значительно повышали легитимность владения Литвой западными и южными русскими землями и легитимность претензий ее на СевероЗападную Русь и область Рязани, потому что эти ярлыки исходили от представителей династии Джучидов, ранее легитимно владевших Русью и позиционировавших себя как правителей Орды, только изменившей границы и столицу. Ярлык Менгли-Гирея начинается словами, подтверждающими это: «Великоъ Орды великого царя Мендли-Кгиреево слово»9. Сам факт попытки Литвы легализовать свое территориальное верховенство и публичную власть над Западной Русью, формальным правопреемством территориального верховенства и публичной власти над Русью правителей Орды подтверждает данные признаки государства Орда в отношении русских земель.

Одновременно сохранялось и русское деление земель на княжества, но с ханского официального соизволения и верховного распоряжения

землями княжеств и управлением ими. Князья с получением ярлыка получали территорию своих княжеств от хана в условное владение. «Условное» — значит при условии службы хану, как гражданской (сбор налогов, поддержание порядка в землях, обеспечение свободной торговли), так и военной (участие в походах, организуемых ханом, защита земель от внешней агрессии). Соответственно в системе наделения определенной властью князей через ярлыки проявляется территориальное верховенство Орды, ее государственной системы.

Ханы своим решением неоднократно меняли границы русских княжеств, и князья мирились с этим. Например, сильно увеличивалось естественным путем Великое Владимирское княжение. Вымороченные владения (то есть территории, где умершие князья не имели наследника) поступали обычно в распоряжение Великого Владимирского княжения. Не желая излишнего усиления Владимирского великого княжества, хан часто отнимал у него часть земель. Три раздела осуществлялись в 1328 г.10, 1341 г.11 и 1340-50-х гг.12 В результате помимо Великого Владимирского княжества возникли Великое Нижегородско-Суздальское и Великое Тверское княжества. И новые великие князья возили дань с подчиненных им территорий в Орду — так же, как и рязанские князья с 1330-х гг. Древнее обычное право князя на землю было вторично по отношению к воле хана, легко нарушалось ханским решением. Например, в 1392 г. московский князь Василий Дмитриевич получил в Орде ярлык на не свое «по отчине» Нижегородское княжение: «.сложи князь великш Василей Дмитриевичъ целоваше крестное князю великому Борису Косятнтиновичю и приде в Орду къ царю Тохтамышу и нача просити Новагорода Нижняго княжеша князя великаго Борисова <...> и взя Нижний Новагородъ златомъ и се-ребромъ, а не правдою»13. В 1412 г. хан Джелал-ад-Дин восстановил Нижегородско-Суздальское великое княжество. Затем в 1413 г. хан Керим-берды позволил московскому князю ликвидировать это княжество силой. В 1414 г. хан Кепек вновь восстановил его.

То, что изъятие территорий находилось в компетенции хана и русские правители заранее готовы были с этим смириться, иллюстрирует текст духовной грамоты русского князя Ивана Калиты: «А по моим грехомъ ци имуть искати татарове которыхъ волостей, а отоимуться, Вам

сыномъ моимъ и Княгини моей подълити вы ся опять тыми волостьми на то»14. Очень наглядно власть хана над русской территорией (в плане определения границ княжеств) показывает следующая информация из летописи. В 1357 г. в начале «Великой Замятни», когда власть хана над Русью ослабела, московский князь Иван Иванович проявил неподчинение хану: не пустил к себе ханского посла, приехавшего установить межевание между Москвой и Рязанью. Из этого следует, что даже вопросы межевания были в компетенции хана, а не русских князей.

Тезис о том, что хозяином русской земли был хан, подтверждается установлением им в русских землях обязательных для князей изъятий из их полномочий правителей в виде предоставления ханом иммунитетных прав церкви и купцам. В ханских ярлыках русской церкви, например в ярлыке Тюляка Михаилу 1379 г., присутствует не только освобождение церкви и церковных людей от всех видов дани, но и утверждение

о нерушимости и иммунитетных правах землевладения русских церковных землевладельцев. После периода русско-ордынских отношений в русской истории эти права духовных феодалов будут постоянно уменьшаться, вплоть до полной секуляризации церковных земель, что свидетельствует о том, что русские власти не принимали особых прав церкви, и лишь авторитет хана Орды, основанный на легитимности его власти и силе его аппарата принуждения (войска), заставлял их мириться с особыми земельными правами церкви.

Территориальное верховенство, территориальная организация власти включает также защиту границ государства. Орда защищала русские земли на протяжении большей части русско-ордынских отношений с таким постоянством, как защищают собственную территорию. Чем чаще и интенсивнее проявляло себя в этом конкретное западное государство, тем чаще подвергае-лось оно ордынским карательным походам. Вот данные из летописей о татарских походах: на Литву — в 1258, 1260, 1275, 1277, 1279, 1289 гг.15; на Польшу — в 1261, 1280, 1283, 1287 гг.16; на Венгрию — в 1282 г.17 Далекий от Орды Новгород получал помощь ордынцев в защите от немецкой агрессии18. В XIV в. помощь от западной агрессии продолжалась. В конце 1323 г. Литва вторглась на земли Волыни и захватила Волынь19. В ответ в 1325 г. «царь Азбякъ посылалъ князей Литвы воевати; и многа зла сотвориша Литвъ,

и со смногимъ полономъ придоша во Орду»20. В 1337 г. ордынцы и русские предпринимают поход на Польшу (Люблин), союзную в тот момент Литве и самостоятельно стремящуюся к экспансии Галича21. В 1340 г. польско-венгерская армия, собранная для захвата Галича, была разбита ордынцами в превентивном наступлении в самой Польше22. Только в 1367 г. во время «Великой замятни» в Орде, вследствие ее значительного ослабления, победив отряды ордынцев в битве у Синих Вод, литовский князь Ольгерд сумел подчинить себе Южную Русь23. В XV в. государственно-правовые связи Орды и русских земель ослабли из-за оккупации западнорусских земель Литвой и сепаратизма в отношении Орды со стороны Северо-Восточной Руси, в которой стало доминировать Московко-Владимирское княжество. В 1406-1409 гг., в период экспансии Литвы, Северо-Восточная Русь получила эффективную помощь от Орды: «И начашася воевати Русь и Литва, и бывша по три лета во-юючися, и на Плаву приходиша противу собе. Тогда же и Татарове приидоша къ Плаве въ помощь Руси»24.

Вместо защиты русских земель от Орды во время карательных походов русские, до ослабления Орды «Великой замятней» и походами Тамерлана, проявляли пассивность, предпочитая не сопротивляться, а подчиниться воле хана. В карательных походах ордынцев часто участвовали русские отряды, не поддерживавшие нарушителей ханской воли. Более того, отсутствие сопротивления хану обосновывалось князьями верховенством власти хана над ними и русскими землями: «...яко не подобаеть русскым князем противу въсточного царя стояти»25; «.нехотя стати противу самого царя»26; «.не поднимати рукы противу царя»27. Нарушение границ русских земель ордынскими отрядами не расценивалось на Руси как акт агрессии. Это следствие восприятия власти хана над русскими землями и русскими князьями как легитимной.

Но в истории русско-ордынских отношений были периоды, когда русские князья, управляя и владея своими княжествами, не служили при этом хану, правили по русским обычаям, по духовной грамоте предков, и ярлык для них был лишь формальностью. Они не пускали на русские земли ордынских чиновников и ордынские военные отряды, воевали с Ордой, отстаивая неприкосновенность своей земли (примерами могут служить битва на реке Воже, Куликовская

битва, оборона Москвы от Тохтамыша и Едигея, стояние на Угре, многочисленные приграничные военные столкновения). В эти периоды территориальная организация общества и территориальное верховенство в русских землях были собственными, не ордынскими.

Территориальное верховенство как признак государства необходимо исследовать в конкретно-историческом плане применительно к специфическим периодам русско-ордынских отношений. При этом абсолютно верно то, что на значительном протяжении русско-ордынских связей в русских землях на уровне государства проявлялось ханское «территориальное верховенство».

В совокупности с данными исследования других признаков государства при таких же выводах относительно их в те же временные периоды и для тех же русских территорий можно будет с уверенностью говорить о наличии государственно-правовых связей Орды и русских земель, их государственном единстве при сюзеренитете и фактической власти хана Орды.

Примечания

1 Автономов, А. С. Большая Российская энциклопедия : в 30 т. Т. 7 / А. С. Автономов, В. А. Попов. М. : Большая Рос. энцикл., 2007. С. 542.

2 Там же. С. 542-543.

3 Вернадский, Г. В. Монголы и Русь. Тверь : АГРАФ ; М. : ЛЕАН, 1999. С. 224; Насонов, А. Н. Монголы и Русь. М.; Л. : Акад. наук СССР, 1940. С. 98.

4 Акты, относящиеся к истории Западной России собранные и изданные археографическою комиссиею. Т. 2 (1340-1506 гг.). Спб. : Тип. Эдуарда Праца, 1848. С. 4-5.

5 Рогожский летописец, Тверской сборник. Т. 15. М., 2000. Стб. 68 (Полное собрание русских летописей).

6 Насонов, А. Н. Указ. соч. С. 98.

7 Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей (Х^-Х^ вв.). М. ; Л., 1950. С. 119.

8 Акты, относящиеся к истории Западной России. С. 5.

9 Там же. С. 4.

10 Рогожский летописец. С. 45.

11 Там же. С 54.

12 Там же. С. 68-69.

13 Там же. С. 162.

14 Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей. М., 1950. С. 8.

15 Новгородская I летопись. Т. 3. М. : Яз. рус. культуры, 2000. Стб. 56; Ипатьевская летопись. Т. 2. М. : Изд-во Вост. лит., 1962. Стб. 846, 873, 876-878 (Полное собрание русских летописей).

16 Ипатьевская летопись. Т. 2. М., 1962. Стб. 852-855, 881-882, 891-893, 897-899 (Полное собрание русских летописей).

17 Там же. Стб. 888.

18 Новгородская I летопись. Стб. 61.

19 Шабульдо, Ф. М. Земли Юго-Западной Руси в составе Великого княжества Литовского. Киев : Наукова думка, 1987. С. 25-26.

20 Полное собрание русских летописей. Т. 9, 10. СПб. : Тип. Эдуарда Праца, 1862. С. 189 (Никоновская летопись).

21 Насонов, А. Н. Указ. соч. С. 112-113.

22 Шабульдо, Ф. М. Указ. соч. С. 38.

23 Литовско-беларусские летописи. Т. 35. М. : Наука, 1980. С. 138-207 (Полное собрание русских летописей).

24 Симеоновская летопись. Т. 1. Рязань ; Узорочье, 1997. С. 224 (Русские летописи).

25 Памятники Древней Руси: XIV — середина ХУ в. М. : Худож. лит, 1981. С. 157.

26 Софийская первая летопись старшего извода. Т. 6. Вып. 1. М., 2000. Стб. 473 (Полное собрание русских летописей).

27 Никоновская летопись. Т. 12. М. : Яз. рус. культуры, 2000. С. 208 (Полное собрание русских летописей).