Гигант Конституции

По случаю Дня Конституции 12 декабря президент России Владимир Путин встретился с председателем Конституционного суда Валерием Зорькиным и поощрил его к дальнейшей деятельности, считает специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников.

Владимир Путин начал листать «кирпич» Валерия Зорькина с конца

Фото: пресс-служба президента РФ

Владимир Путин несколько дней назад выслушал Валерия Зорькина на X Всероссийском съезде судей, причем очень внимательно. Этот человек, представляющий старую школу и присягнувший на верность новой, безусловно симпатичен Владимиру Путину.

Да и просто интересно, что тот скажет: в конце концов Валерий Зорькин в своем деле один из немногих, кому есть что сказать. Плюс он юрист, а это отдельная тема для господина Путина. Наверняка он даже и учился чему-нибудь и как-нибудь по материалам, навеянным если не трудами, то словами (а то и мыслями) Валерия Зорькина, с которыми, как выясняется, надо быть нынче максимально осторожным.

К тому же гореть своим энтузиазмом Валерий Зорькин начал во времена Бориса Ельцина, а этот период новейшей истории интересует Владимира Путина, кажется, даже не меньше, чем азовский период Петра I: слишком много упустили из того, что следует, как выяснилось, непременно наверстать.

И сейчас к тому же Валерий Зорькин, пожалуй, единственный человек, оставшийся во власти (пусть и в третьей, и в такой, какая она есть) как раз с тех времен, то есть, кажется, еще с петровских, а не борисовских. А казалось, после Анатолия Чубайса и Алексея Кудрина и поговорить не с кем. Или только казалось.

Так или иначе встреча с Валерием Зорькиным для Владимира Путина если и не праздник, то отдохновение.

А не то что нескончаемая эта череда бесконечных этих губернаторов.

— Что удивительно, Владимир Владимирович,— рассказал Валерий Зорькин президенту,— у нас же произошло существенное изменение после внесения изменений в Конституцию и федеральный конституционный закон! Сделали так, что в Конституционный суд можно обратиться только тогда, когда гражданин прошел все инстанции, то есть и Верховный суд. Раньше было... как-то так можно было, и без Верховного суда. Мне кажется, это лучший вариант, потому что гражданин в ординарных инстанциях получает защиту. Так вот я хочу сказать, что количество жалоб не уменьшилось, несмотря на то что, казалось бы, все говорили, что вот, затруднен доступ.

Впрочем, ведь ничего странного, что при затрудненном доступе количество жалоб только увеличивается.

— Да-да,— согласился Владимир Путин, для которого любое подтверждение его правоты в деле перемены Конституции является хорошим знаком, если не бесценным жестом.

— С этой точки зрения мы довольны, работа есть,— еще раз подтвердил Валерий Зорькин.

— И свыше 50 дел рассмотрено,— уточнил господин Путин.

— Это постановления — это серьезные решения, когда практически определяется судьба закона: то есть мы или его изымаем из действующей правовой системы, то есть признаем неконституционным это положение, или даем такое толкование, которое делает невозможным применение его в прежнем смысле,— подтвердил свои грандиозные на самом деле полномочия Валерий Зорькин, дай Бог ему здоровья.

А то как представишь на их местах других людей... Это же непонятно, как будет и как быть. А так по крайней мере все предельно ясно.

— Таким образом,— продолжил Валерий Зорькин,— гражданин, который обращается, кажется, в своем интересе по своему личному делу, на самом деле решает судьбу тысяч, если не сотен тысяч дел таких же, которые разрешались раньше.

— По прецеденту, получается,— дал себе труд обнаружить свое знание Владимир Путин.

— Получается, что он получил бонус, а дальше уже все остальные в последующем тоже…— еще расшифровывал между тем Валерий Зорькин.

— В таких же ситуациях…— поддерживал, если не подначивал (нет, не подначивал) Владимир Путин.

— И с этой точки зрения, конечно, Конституционный суд — это как бы уникальный инструмент в рамках судебной системы,— постановил господин Зорькин.

— Больше всего обращений по каким случаям, по каким делам? — интересовался президент.

— Много социалки,— честно признавался Валерий Зорькин,— много связанных с защитой прав, когда назначаются наказания уголовные или административные. Что удивительно, законодательство по банкротству...

Он имел в виду, видимо, что оно вызывает вопросы. Правда, не очень понятно, что тут удивительного.

— Мы даже написали специальный обзор для законодателя, для правительства, потому что там, конечно, есть несостыковки,— господин Зорькин и сам согласился в конце концов, что ничего удивительного, ибо есть несостыковки.

У него было еще много соображений:

— Но это я почему сказал в качестве примера? Мне даже трудно было бы назвать темы, которые не попали в поле зрения Конституционного суда! Это и трудовые права, пенсионные, уголовные наказания, административные штрафы. Не сидим без дела! Хотя не хочу сказать, что мы не можем разогнуть спину!

И Валерий Зорькин так виновато и даже светло улыбнулся, что захотелось ему чем-нибудь помочь. Между прочим, очень хорошо, что он еще может разогнуть спину.

И важно, что нет-нет, он не переоценивал не только свои возможности, но и свои деяния.

— Конечно же, мы понимаем, что, может быть, на низовых инстанциях, в других судах — в районных или когда мировой судья — им не легче,— оговорился он.— Я знаю, например, там столы завалены бумагами и так далее.

— У вас другая специфика работы,— помог ему президент.— Те решения, о которых вы сказали, 50 с лишним постановлений, имеют значение для большого круга лиц.

— Да,— не стал отрицать Валерий Зорькин и передал президенту книгу, которая в корешке была, кажется, шире, чем по диагонали. К 12-му числу (каждого года.— А. К.) Конституционный суд изготавливает «кирпич»!..

Речь шла о сборнике постановлений Конституционного суда. Российский президент сразу начал листать его, и сразу с конца, видимо с оглавления. Ну конечно, так понятнее.

— Но это не все наши решения,— предупредил Валерий Зорькин,— потому что вы сами сказали сколько (не все даже 50.— А. К.)... Но дело в том, что здесь собраны наиболее значимые решения, которые как раз и определяют судьбу законов. Или они их признают неконституционными, или дают такое толкование, которое направляет практику. Там подписи всех наших судей.

Если что, ответственность коллективная. Тоже ясно. Судьи все же лучше многих знают, как срока в случае чего скостить. Тем более себе.

— Я вижу,— кивнул господин Путин, долистав «кирпич» уже почти до начала.

— Вам — самые добрые пожелания... Как гаранту Конституции...— не сразу договорил Валерий Зорькин.— Прежде всего...

Нет, не как человеку. Да, как гаранту.

То есть пожелал здоровья, конечно, в корыстных целях.