Пётр Константинович Дылёв (1888-1978) - врач и натуралист из Бельгийского Конго

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2018, Том 27, Экспресс-выпуск 1608: 2217-2228

Пётр Константинович Дылёв (1888-1978) -врач и натуралист из Бельгийского Конго

Е.Э.Шергалин

Евгений Эдуардович Шергалин. Мензбировское орнитологическое общество. E-mail: zoolit@mail.ru Поступила в редакцию 6 апреля 2018

Немецко-французский мыслитель-гуманист, теолог, врач и просветитель Альберт Швейцер (1875-1965), удостоенный в 1952 году Нобелевской премии мира за миссионерскую деятельность, известен на всю планету. О русском же его коллеге, занимавшемся абсолютно тем же самым, на том же континенте и в те же годы, до недавних пор знал только узкий круг коллег, учеников и друзей-африканцев в далёком от нас Бельгийском Конго — колонии Бельгии, существовавшей с 1908 по 1960 год на территории современной Демократической Республики Конго (в 1971-1997 годах - Заир). Благодаря стараниями историка русской эмиграции в Бельгии и её бывших колониях Владимира Карловича Ронина справедливость восстанавливается, и доброе имя Петра Константиновича Дылёва возвращается к нам. Об этом замечательном человеке недавно опубликован обстоятельный очерк (Ронин 2009), а также несколько статей (Родионова 2012; Ронин 2014).

Доктор П.К.Дылёв после демобилизации. 1945 год. Из архива В.К.Ронина.

Пётр Константинович родился в Санкт-Петербурге 16 марта 1888 года в семье богатого купца-предпринимателя Константина Петровича Дылёва, владельца мастерской для лепных работ. Он с отличием окончил Военно-медицинскую академию. Обострённое чувство справедливости начало осложнять жизнь будущему врачу и учёному ещё со студенческих лет. В 1910 году «по всей стране прокатилась волна студенческих сходок: равнодушие, с которым правительство отнеслось к кончине Л.Н.Толстого, вызвало в вузах взрыв возмущения. В Военно-медицинской академии "товарищем председателя сходки" был Дылёв. Академия — заведение военное, любые собрания студентов воспрещались, поэтому организаторов посадили на три недели на гауптвахту. К этому добавилось и то, что старшая сестра Дылёва была социал-демократкой и даже хранила у себя архив РСДРП. Молодому медику без объяснения причин дважды отказали в утверждении его в должности земского врача. Лишь заступничество высокопоставленных родителей его сокурсника перед директором Департамента полиции позволило Дылёву, наконец, получить место в земской больнице в селе Огарёвка Богородицкого уезда Тульской губернии» (Ронин 2017, с. 76-77).

Широко распространено мнение, что люди, сочувствовавшие левым идеям, после Гражданской войны остались в России, а противники левых идей и реакционеры были либо уничтожены, либо эмигрировали. Пример П.К.Дылёва показывает, что история знает много исключений из этого правила.

С началом Великой войны Пётр Константинович поступил в действующую армию и работал младшим врачом в прифронтовом лазарете, основанном Государственной думой, на Юго-Западном фронте, в Галиции. «Госпиталь был рассчитан на 50 коек, но, едва его развернули, пришлось сразу же принять более 300 раненых — их разместили прямо на полу, на одеялах. "Работы было так много, — вспоминал Дылёв, — что все мы перегружены и издёрганы. <...> Мы были в передовом лазарете, но транспорт раненых был так медленен, что огромный процент раненых с переломом кости были уже осуждены на ампутацию. Ампутации были без конца". Вместе с армией врачи и медсёстры сначала двигались на запад, затем началось "отступление, проведённое без паники"». (Ронин, 2014, с. 77).

В 1918 году П.К.Дылёв, как и многие кадровые офицеры и врачи царской армии, не изменяя присяге, «оказался в стане белых и проделал с Добровольческой армией генерала Деникина весь её боевой путь. На исходе боёв на Украине воинская часть, в которой состоял военврачом Дылёв, отступила в Румынию, и в изгнание, в Константинополь, доктор отбыл из Констанцы» (Ронин 2014, с. 77).

Оказавшись в Константинополе, П.К.Дылёв был вынужден добывать себе пропитание, работая разносчиком газет. В 1921 году он пере-

брался в Болгарию. И здесь ему удалось вернуться к своему призванию, поступив на работу врачом в Русскую гимназию Земгора (Российский

п о «_» «-»\

Земско-городской комитет помощи российским гражданам за границей) в городе Шумене (Ронин 2014). В гимназии он, не имея своих детей, настолько привязался к ученикам, что впоследствии, уже оказавшись в Африке, он из своей зарплаты отчислял средства на выплату стипендий выпускникам этой школы, перебравшимся во Францию.

После трёх лет жизни в Болгарии Пётр Константинович в 1923 году переезжает в Париж. Однако во Франции он с медицинским дипломом, полученным в России, не имел права заниматься врачебной практикой. В Париже его очень тяготило, как он писал, «жалкое существование ради существования». Спорадические заработки не приносили никакого удовлетворения.

И выход был найден — он решил ехать в Африку. В 1925 году вместе с рядом других безработных русских врачей он поступил на службу во французское Министерство колоний и был направлен в Убанги-Шари — французскую колонию в Экваториальной Африке (ныне Цент-ральноафриканская Республика), где ему и двум его русским коллегам было поручено бороться с сонной болезнью. После первого срока контракта («терма») он остался и на второй. Он полюбил Африку, где имел возможность созидательно трудиться на общественное благо.

Однако в начале тридцатых годов начался мировой экономический кризис. Французское правительство перестало нанимать иностранцев, заменяя их французами. Несколько лет П.К.Дылёв проработал в больнице для чёрных частной «Компани Миньер дю Конго-Ниери», которая начала разработку месторождений медной руды близ границы Французского Конго с Габоном. Но и эта работа закончилась.

Поскольку русский врач приобрёл уже известность в колониальном здравоохранении, его охотно приняли бельгийцы, предложив сначала пройти курс в Институте тропической медицины в Антверпене. В августе 1933 года 45-летний Пётр Константинович снова отправился в Африку, теперь уже в Бельгийское Конго. Его африканские приключения и работа врачом подробно описаны Владимиром Карловичем Рониным (2009, 2014). Для нас же особо интересно следующее обстоятельство.

«Ещё в 1938 году у него, как и у некоторых других русских в колонии, появилось новое увлечение — собирание чучел птиц и мелких животных для Музея Бельгийского Конго в Тервюрене, около Брюсселя. В монотонную жизнь доктора это внесло желанное разнообразие. Служивший у него охотник приносил добычу, а другой специально обученный чернокожий помощник изготовлял чучела. Именно с помощью П.К.Дылёва удалось открыть неизвестного ранее "павлина конголезского". Отправив в Тервюрен шесть экземпляров этого павлина, русский врач попросил послать один из них в музей Академии наук в Ле-

нинград. Посылка не дошла... Сотрудничество с Музеем Бельгийского Конго продолжалось много лет. В общей сложности доктор прислал туда до 8000 чучел» (Ронин 2014, с. 80).

Пётр Константинович добывал для музеев и рыб, например, в 1939 году отправил в Американский музей естественной истории экземпляры пёстрого, или конголезкого многопёра Polypterus ornatipinnis Вои-1е^ег, 1902, а в 1940 году - одного из видов африканских тетр Л1еэ1-idae (СЬагае1£огше8) - Bryconaethiops macrops Вои1е^ег, 1920.

П.К.Дылёв много коллектировал в бассейне Конго — этой великой африканской реки длиной 4374 км, второй по полноводности после Амазонки. Собирал он не только позвоночных, но и животных других типов, прежде всего членистоногих.

Из птиц особого внимания заслуживают собранные П.К.Дылёвым экземпляры конголезского, или африканского павлина Afropavo con-gensis Chapin, 1936 — эндемика конголезских влажных тропических лесов. Впервые этот вид был описан американским зоологом Джеймсом Чэпиным (James Paul Chapin, 1889-1964) в 1936 году, став одной из самых неожиданных орнитологических находок XX века. Именно фотографии чучел этих птиц вынесены на переднюю обложку каталога типовых экземпляров птиц, хранящихся в коллекции Музея Центральной Африки в Тервюрене (Louette et al. 2010). Распространение Afropavo на значительном удалении от Pavo и других фазанов, обитающих в Юго-Восточной Азии, представляет собой одну из биогеографических загадок (Kimball et al. 1997). Теперь конголезский павлин -национальная птица Демократической Республики Конго.

Ещё две шкурки конголезского павлина, отправленные Петром Константиновичем в США, хранятся в Национальном музее естественной Истории (National Museum of Natural History). Они были добыты в марте 1937 и 1940 годов и с их описаниями можно познакомиться на сайте коллекций Смитсоновского Института в Вашингтоне.

Пёстрый многопёр Polypterus ornatipinnis Boulenger, 1902.

Type Specimens of Birds

in the Royal Museum for Central Africa, Tervuren

Revised Edition

Michel Louette. Danny Meirte, Annelics Louage and Alain Rcygel Online publications

Zoological Documentation Series

Королевский Музей Центральной Африки в пригороде Брюсселя — Тервюрене, в котором хранятся сборы П.К.Дылёва.

Самец и самка конголезского павлина А/гораро congensis.

Самец конголезского павлина А/гораро congensis в Варшавском зоопарке.

Самец и самка конголезского, или африканского павлина Л/гораро congensis.

В 1952 году другой бельгийский поданный, тоже эмигрант из России Александр Романович Пригожин (1913-1991) описал подвид мухоловкой цистиколы и назвал его в честь Петра Константиновича Дылёва С1висо1а йптвпв Prigogine, 1952. Этот подвид описан из горного

района к северо-западу от озера Танганьика, к западу от впадающей в него реки Рузизи.

Мухоловковая цистикола ^1ко1а йптет (Ыс^е^ет, 1842).

Помимо мухоловковой цистиколы, в каталоге типовых экземпляров птиц, хранящихся в коллекции Музея Центральной Африки в Тервю-рене, можно найти описания типовых экземпляров оливковой бюль-бюлевой славки МасговрНвпив сопсоХог (Hartlaub, 1857) и синеголовой нектарницы Суапотйга аНиав й,вгоо1 (Prigogine, 1975).

В «Русском орнитологическом журнале» уже рассказывалось о судьбе Александра Романовича Пригожина (Ван Импе, Шергалин 2009). Благодаря любезности его сына Алена Пригожина нам удалось получить новые фотографии этого учёного за работой.

/

А.Р.Пригожин на работе в Экваториальной Африке в середине и на закате жизненного пути. Фотографии из семейного архива Алена Пригожина — сына А.Р.Пригожина.

Когда началась Вторая мировая война, многие русские эмигранты стали просить мобилизовать их на военную службу, это стремление особенно усилилось после нападения Германии на Советский Союз. Русский патриотизм и долг врача привели в колониальную армию и П.К.Дылёва. 4 февраля 1942 года 54-летний Пётр Константинович был принят в сформированный под руководством англичан Конголезский экспедиционный корпус в качестве военного врача. С ним он прошёл от Нигерии до Египта. Сначала Дылёв был приписан к передвижному госпиталю, а позже назначен врачом в артиллерию. Принять участие в активных боевых действиях 10-тысячному Конголезскому экспедиционному корпусу так и не пришлось. До конца 1944 года он почти в бездействии простоял на Ближнем Востоке. В 1943 году, когда они стояли под Каиром, П.К.Дылёв настойчиво просил отправить его на фронт в Россию, но ему в этом было отказано. 3 января 1945 года корпус вернулся в Конго, в феврале капитан Дылёв демобилизовался и вернулся на место прежней работы в провинции Северное Киву в местечко Тетури.

Остаться в Конго пожилой холостяк решил навсегда. Он был повышен по службе, что прибавило утомительной работы, переехал жить в посёлок Бутембо в той же провинции. Как и до войны, значительную часть своего жалования Пётр Константинович тратил на помощь родным и старым знакомым в разных странах.

В эти годы П.К.Дылёв возобновил довоенное сотрудничество с Музеем Бельгийского Конго в Тервюрене. Собирание зоологических коллекций было для него отрадным отвлечением от рутины повседневных служебных обязанностей. Позднее он начал собирать коллекции и для Зоологического института АН СССР в Ленинграде. «В 1961 году он впервые отправил прямо из Конго «морским путём» в родной город на Неве посылку с 34 чучелами африканских птиц, а вскоре и вторую — с птицами и млекопитающими. <. > Посылки благополучно дошли» (Ронин 2014, с. 86).

Большую часть жизни Пётр Константинович прожил холостяком. И вдруг в 1952 году женился. Ему было 64 года, а его невесте Марии Александровне Бушуевой (1878—1965) исполнилось 76 лет. Она была вдовой его товарища ещё по Болгарии в начале 1920-х годов. Мария Александровна жила в Аргентине и очень бедствовала. Старый врач предложил ей переехать к нему в Бельгийское Конго и стать хозяйкой его большого дома. Они прожили в Конго девять лет: с 1952 по 1961 год, когда вместе вернулись в Бельгию. Пётр Константинович старался избавить свою жену от хозяйственных хлопот, да в этом и не было никакой необходимости: в доме было около 60 слуг (боев). Мария Александровна быстро стала в Бутембо другом всех европейских и туземных детей, называвших её бабушкой.

Николай Денисов (слева) и Пётр и Мария Дылёвы. Из архива В.К.Ронина.

Пётр Константинович Дылёв работал в то время главным врачом в золотодобывающей компании «Компани Миньер де Гран Лак». В ней был установлен предельный возраст служащих в 67 лет, и этот рубеж Дылёв «преодолел» в 1955 году. Они с женой могли бы безбедно жить на пенсию, однако Дылёв не мог оставаться без дела и получил заведование правительственным диспансером здесь же, в Бутембо. В нём он продолжал работать до конца своего пребывания в Конго.

Во второй половине 1950-х годов политическая ситуация в Бельгийском Конго резко менялась: страна шла к деколонизации. В 1960 году 30 июня в Леопольдвиле (ныне Киншаса) был спущен бельгийский флаг. Страна получила независимость под именем Республика Конго. Поскольку соседняя французская колония на правом берегу реки Конго по получении независимости также выбрала себе название «Республика Конго», некоторое время эти страны различали по названиям столиц — Конго-Браззавиль и Конго-Леопольдвиль. Первые годы независимости оказались временем политического кризиса, хаоса и вооружённого насилия. Большинство европейцев покинули страну.

Доктор П.К.Дылёв, пользовавшийся уважением и любовью чёрно-кожего населения, остался в независимом Конго. Несмотря на возраст, изо-всех сил помогал стране налаживать здравоохранение. Он вкладывал в диспансер в Бутембо не только все свои силы и время, но и деньги. Однако вскоре начались задержки зарплаты, пенсии. Перестала работать электростанция, заканчивались медикаменты... Пётр Константинович боролся как мог за выживание стационара и налаживание медицинской помощи в громадном округе. Удивительно, что он находил ещё время и силы на собирание зоологических коллекций.

В 1961 году старый врач остался вообще без денег, все его сбережения, вложенные в местные отделения банков, пропали. Друзья звали его с женой в Европу, где он мог бы пережить неспокойное время, пока не появится возможность вернуться в Бутембо. В конце сентября 1960 года супруги Дылёвы на присланные друзьями деньги уехали из Конго, и как оказалось, навсегда. Свой просторный дом в Бутембо они впоследствии подарили католической миссии (Ронин 2014).

Первое время Пётр Константинович ещё надеялся вернуться в Конго к своему любимому делу. Он продолжал переписываться со своими бывшими помощниками в Бутембо, старался помочь, чем мог. Как и многие «русские конголезцы», чета Дылёвых жила в доме престарелых для ветеранов колоний в бельгийском местечке Женваль, под Ватерлоо. Мария Александровна ушла из жизни в 1965 году, а Пётр Константинович скончался в 1978 году, дожив до 90 лет.

За свою долгую жизнь он прошёл две войны, но и в остальное время оставался на фронте — самоотверженно воевал с малоизученными тропическими болезнями на просторах огромной страны. В Африке он провёл 35 лет. В Конго память о нём сохранялась ещё долго.

Судьба отмерила Петру Константиновичу Дылёву длинный жизненный путь. Все свои годы он старался отдавать людям всего себя, помогать бедным, больным и обездоленным. Он был настоящим врачом по призванию и истинным русским интеллигентом, патриотом своей Родины. У него не было своих детей, но свою щедрость и доброту он без устали неустанно рассеивал по всем странам, где ему пришлось жить и трудиться: в России, Болгарии, Франции, Бельгийском Конго и в самой Бельгии, гражданином которой он стал только выйдя на пенсию. Вечная память этому врачу, учёному и гуманисту!

Литератур а

Дылёв П.К. [1970]. Несколько воспоминаний, ещё студенческих и врачебных: 1-12. (рукопись, хранится у Т.П.Корсак-Воронцовой, по просьбе которой и написана). Ван Импе Ж., Шергалин Е.Э. 2009. Александр Романович Пригожин (1913-1991) - русско-бельгийский орнитолог из Заира // Рус. орнитол. журн. 18 (534): 2223-2227. Родинова Н.А. 2012. П.К.Дылёв - доктор Швейцер Русского Зарубежья // Россия и современный мир 2: 205-212.

Ронин В.К. 2009. «Русское Конго» 1870-1970. М., 2: 1-640.

Ронин В.К. 2014. Врач из России в Бельгийском Конго: Пётр Дылёв // История медицины 2, 2: 76-87.

Louette, М., Meirte D, Louage A., Reygel A. 2010. Type Specimens of birds in the Royal

Museum for Central Africa, Tervuren. Dyleff P. 1932. Quelques reflexions sur la disparition spontanee des trypanosomes chez trois

europeens reconnus porteurs des trypanosomes // Bull. Soc. Pathol. Exot. 25: 956-958. Kimball R. T., Braun E. L., Ligon J. D. 1997. Resolution of the phylogenetic position of the Congo peafowl, Afropavo congensis: a biogeographic and evolutionary enigma // Proc. Roy. Soc. London. B. 264 (1387): 1517-1523.

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2018, Том 27, Экспресс-выпуск 1608: 2228-2234

Жизнь во имя орнитологии.

Евгений Семёнович Птушенко

В.Д.Ильичёв

Второе издание. Первая публикация в 1994*

Евгений Семёнович Птушенко по справедливости считается одним из наиболее крупных московских орнитологов середины XX века, оставившим заметный след в развитии отечественной орнитологии. И след этот с годами заметен всё более отчётливо не только из-за его собственных работ, многие из которых по праву признаются классическими, но и опосредованно, как результат научной деятельности многочисленных учеников Евгения Семёновича, поскольку в 1940-1960-е годы он занимал ведущее место в орнитологической педагогике в Московском университете.

Всё это оказалось возможным не только благодаря врождённым способностям Евгения Семёновича, но и той замечательной школе, которую он прошёл сначала в Харьковском университете у профессора Александра Михайловича Никольского, окончив естественное отделение физико-математического факультета по разделу «зоология», а затем в Московском университете под руководством академика Михаила Александровича Мензбира. К учителям Е.С.Птушенко можно с полным правом отнести и академика Петра Петровича Сушкина, с которым он познакомился, будучи студентом Харьковского университета. Позднее П.П.Сушкин пригласил Евгения Семёновича в качестве орнитолога в свою экспедицию на Алтай и в Северо-Восточную Монголию.

* Ильичёв В.Д. 1994. Жизнь во имя орнитологии. Евгении Семёнович Птушенко (1888-1969) IIСовременная орнитология 1992. М.: 246-252.