ПРОБЛЕМА МОРАЛИ В МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЯХ

5. Бевзенко Р. С. Проблемы владения и держания в кн. Гражданское право: актуальные проблемы теории и практики / Под общ. ред. В. А. Белова. - М.: Юрайт-Издат, 2007. - С. 535-561.

6. Алланина Л. М. Процессы становления института исключительных прав недропользования // Известия высших учебных заведений. Социология. Экономика. Политика. - 2014. -№ 3(42). - С. 58-61.

7. Скловский К. И. Собственность в гражданском праве. Учебно-практическое пособие. - М., 1999. - С.119-122.

8. Рябов А. А. Отрицательные сервитута и сервитут вида в российском гражданском праве // Журнал российского права. - 2007. № 5.-С. 67-75.

9. Архипов С. И. Проблема права собственности // Правоведение. - 2007. - N° 1. - С. 53.

10. Алланина Л. М. Особенности взаимодействия государства и недропользователей на современном этапе // Известия высших учебных заведений. Социология. Экономика. Политика. - 2013. -№ 2 (37). - С.15-18.

11. Агарков М. М. Обязательства по советскому гражданскому праву. - М., 1940. - С. 29.

12. Райхер В. К. Абсолютные и относительные права (К проблеме деления хозяйственных прав). В особенности применительно к советскому праву // Вестник гражданского права. 2007. № 2. Том 7. С. 144-204.

13. Райхер В. К. Абсолютные и относительные права (К проблеме деления хозяйственных прав) // Известия экономического факультета Ленинградского политехнического института им. М. И. Калинина. - Л., 1928. Вып. I (XXV). - С. 298.

14. Попондопуло В. Ф. Абсолютные (монопольные) права предпринимателя // Правоведение. - 1994. -№ 1. - С. 16.

15. Постановление Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 02 декабря 1999 г. N Ф04/2496-538/А70-99.

16. Суханов Е. А. К понятию вещного права // Гражданское право. - 2004. - № 1. - С. 7-12.

Сведения об авторе

Алланина Лилия Мансуровна, к. ю. н., доцент кафедры социологии, Тюменский государственный нефтегазовый университет, г. Тюмень, тел. 8(3452)453526, e-mail: wildorchids9@yandex.ru

Allanina L. M., Candidate of Law, associate professor of the chair of sociology Tyumen State Oil and Gas University, phone: 8(3452)453526, e-mail: wildorchids9@yandex.ru

УДК 327

ПРОБЛЕМА МОРАЛИ В МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЯХ

MORALS PROBLEM IN THE INTERNATIONAL RELATIONS

М. С. Жулева

M. S. Zhuleva

Ключевые слова: международные отношения; международная политика; императивы международной морали Key words: international relations; international policy; imperatives of the international morals; justice

Рассматриваются основные подходы к проблеме соотношения политики и морали. Подчеркивается сложность этического измерения международных отношений. Выявляются основные императивы международной морали. Приводятся мнения ученых и политиков о характере нового мирового порядка, о необходимости соблюдения моральных норм и ценностей в международных отношениях.

The main approaches to the problem of the policy and morals ratio are considered in the article. The complexity of ethical measurement of the international relations is emphasized. The main imperatives of the international morals are revealed. The scientists and politicians' arguments about the character of the new world order, about the necessity to adhere to the moral standards and values in the international relations are adduced.

«Сегодня мы наблюдаем почти ничем не сдерживаемое, гипертрофированное применение силы в международных делах, военной силы, силы, ввергающей мир в пучину следующих одного за другим конфликтов... Мы видим все большее пренебрежение основополагающими принципами международного права. В международных делах все чаще встречается стремление решить тот или иной вопрос, исходя из так называемой политической целесообразности, основанной на текущей политической конъюнктуре. Доминирование фактора силы неизбежно подпитывает тягу ряда стран к обладанию оружием массового уничтожения. Больше того, появились принципиально новые угрозы, которые и раньше были известны, но сегодня приобретают глобальный характер, такие как терроризм», — эти слова были сказаны Президентом Российской Федерации В. В. Путиным на Мюнхенской конференции 10 февраля 2007 г. [1]. Прошло уже почти 8 лет, а ситуация не изменилась. По-прежнему мы видим разжигание конфликтов по всему земному шару, вмешательство стран Запада в дела суверенных государств, неуважение к правам и свободам граждан. «Существующая система глобальной и региональной безопасности. серьезно ослаблена, раздроблена и деформирована. Вместо урегулирования конфликтов — эскалация; вместо суверенных, устойчивых государств — растущее пространство хаоса; вместо демократии — поддержка весьма сомнительной публики: от откровенных неонацистов до исламских радикалов. Насколько всем нам комфортно, безопасно, приятно жить в таком мире, насколько он справедлив и рационален..?», — это выдержки из выступления В. В. Путина перед участниками заседания Международного дискуссионного клуба «Валдай» 24 октября 2014 г. [2]. По сути, Президент обозначил в своих выступлениях проблему соотношения морали и политики на международной арене.

Должны ли субъекты политики руководствоваться моралью в своей деятельности? Применимы ли моральные ценности и нормы к международным отношениям? Рассмотрим, как на эти вопросы отвечает наука.

Проблема соотношения политики и морали привлекает умы мыслителей на протяжении тысячелетий. Необходимость для политики нравственных ориентиров отмечалась в работах многих выдающихся философов. Согласно Аристотелю, научное понимание политики предполагает развитие представлений о нравственности (добродетелях), знание этики (нравов). Именно через политику во взаимоотношениях между людьми утверждается справедливость и достигается благо каждого. «Справедливость, — писал он, — имеет место только в политической жизни, потому что весь строй политического общежития держится на праве» [3]. По мнению И. Канта, «истинная политика не может сделать шага, не присягнув заранее морали...» [4]. Выдающийся русский философ В. С. Соловьев обращал внимание на недопустимость отделения политики от нравственности. «Здравая политика есть лишь искусство наилучшим образом осуществлять нравственные цели в делах народных и международных» [5]. Известный австро-британский политический философ XX в. К. Поппер в своей книге «Открытое общество и его враги» особо подчеркивал значимость такого аспекта политики, как неотделимость нравственных начал от демократических институтов. Он проводил мысль о том, что обществу губительно рассчитывать только на личные нравственные качества политиков, а необходимо создавать, развивать и охранять политические институты, которые могли бы оградить граждан от возможных моральных изъянов политиков, проявлений их своеволия и деспотизма [6].

Наряду с морализаторским подходом к политике широко распространено мнение о значимости для нее только результата. Отделение политики от морали характерно для традиции, заложенной итальянским мыслителем Н. Макиавелли. В его работе «Государь» политика исследуется как область столкновения личных и групповых интересов, свободная от нравственности. Морали отводится роль регулятора частной жизни политиков [7].

Реалии политики, нередко противоречащие нравственным ценностям, отнюдь не свидетельствуют о неприменимости к ней моральных оценок. Разведение политики и морали всегда негативным образом воспринималось общественным мнением. Полностью оторваться от морали политика не может, так как рано или поздно это скомпрометирует саму политику и ситуация в конечном итоге может привести к потере власти, распаду системы, деградации всего общества в целом.

Отмечая, что политика и мораль — автономные сферы жизнедеятельности, имеющие принципиальные отличия, многие современные ученые и политики отстаивают идею компромиссного подхода к взаимоотношению политики и морали. Одним из видных сторонников данного подхода был немецкий социолог, экономист, политический философ М. Вебер. Он считал, что не следует полностью разделять этику и политику, хотя необходимо принимать во внимание особенности последней. Этика должна учитывать особенности политики, главной из которых является применение насилия. «Именно специфическое средство легитимного насилия. в руках человеческих союзов и обусловливает особенность всех этических проблем политики» [8]. Политик в силу своей профессиональной занятости должен противостоять злу, в противном случае он несет ответственность за его победу.

Чтобы очертить границу влияния нравственности на политику, Вебер разделяет мораль на «этику убеждения» и «этику ответственности». «Этика убеждений» означает неотступное следование нравственным принципам независимо от того, к каким результатам это приведет, не считаясь с затратами и жертвами. «Этика ответственности», наоборот, предполагает учет конкретной обстановки, ориентацию политики в первую очередь на ее последствия, внутреннюю ответственность политиков за результаты своих действий. Соотношение «этики ответственности» и «этики убеждений» в реальных действиях должен определять сам политик.

Идеи Вебера имеют свои слабые стороны: автор фактически сводит политику к легитимному использованию насильственных средств, оправдывая тем самым необходимость установления границ влияния нравственности на политику. Задачи же политики, особенно в современных демократических государствах, намного сложнее, чем применение насилия.

Из вышеизложенного видно, что проблема сочетания политики и морали сложна, многогранна, в различных ситуациях она проявляет себя конкретным содержанием.

Еще более сложной выглядит проблема морали в международных отношениях. Уникальность морали в том, что она является одновременно и общечеловеческой, и глубоко этнически и религиозно окрашенной. Народы и цивилизации часто дают оценку моральности (этичности) или аморальности того или иного внешнеполитического решения партнеров на основе своей системы ценностей. «Хорошим примером является, — как отмечает директор Центра комплексных международных и европейских исследований НИУ ВШЭ, заместитель декана факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ

Т. В. Бордачев, — история с обещанием не расширять НАТО на Восток, которое представители американского внешнеполитического истеблишмента сначала дали Михаилу Горбачеву, а затем пересмотрели. В России такое поведение воспринимается как исключительно аморальный акт обмана. В Соединенных Штатах — как нормальное решение, принятое исходя из рационального выбора в изменившихся обстоятельствах. США, отмечал Збигнев Бжезинский, «воспользовались ситуацией, в которой необходимо было принять некоторые решения по поводу будущего статуса Центральной Европы. Не будь ясности в вопросе о принадлежности Центральной Европы и ее самоопределении, мы могли бы сегодня снова столкнуться с серьезными проблемами в самом сердце Европы»» [9].

Драма международных отношений, как подчеркивает известный американский исследователь Стэнли Хоффман, состоит в том, что и сегодня не существует никакой общепринятой замены макиавеллевскому пониманию морального долга государственного деятеля (допуская возможность нравственного и просвещенного поведения индивидов и социальных групп в стабильном и процветающем обществе, Макиавелли настаивал на том, что государственный деятель, призванный защищать общие интересы данного общества, не может выполнить свою задачу, не прибегая ко лжи и обману, насилию и злу). Более того: макиавеллевская мораль обладает вполне определенной притягательной силой. Она отнюдь не представляет собой некий «закон джунглей» и не является полной противоположностью христианской или демократической морали. Скорее, речь идет о том, что другой американский ученый, Арнольд Уолферс, называет «этикой, не претендующей на чрезмерное совершенство», нравственностью, руководствующейся принципом «мы против них», «которая требует от человека не следовать абсолютным этическим правилам., а выбирать наилучшее из того, что позволяют обстоятельства», то есть выбирать то, что допускает возможность как можно меньше жертвовать ценностями [10] .

Таким образом, нормы морали носят противоречивый характер. Каковы же главные императивы международной морали? Исходным при рассмотрении данного вопроса является тезис о том, что моральные императивы определяются принципами международных отношений. Резюмируя их, можно сказать, что минимальный моральный императив международно-политического поведения требует от каждого государственного актора (субъекта) руководствоваться необходимостью сохранения других легитимных участников международных отношений, ибо это то «минимальное добро, без которого все исчезнет». Речь идет, таким образом, прежде всего о сохранении мира, так как именно в войне находит свое наиболее полное проявление национальное высокомерие, презрение к общечеловеческим нормам и правам других [11]. Это тем более важно, что изменился и сам характер вооруженных конфликтов: сегодня они лишены традиционного разделения фронта и тыла, а потому неизбежно сопровождаются несоразмерными жертвами и лишениями среди мирного населения. Иначе говоря, новые проблемы в международной жизни порождают новые явления и новые моральные вызовы. В связи с этим встают следующие вопросы: каким должен быть новый современный мировой порядок? Может ли мораль выполнять регулирующую функцию в международных отношениях, если сами ее критерии имеют двойственный характер?

Т. В. Бордачев говорит, что «мы не знаем, каким будет новый мировой порядок». Политолог отмечает: «Сейчас можно утверждать, что развитие мира обусловят три фактора: сила, мораль и справедливость. Они не являются выражением наших возможностей — сила государств неизменно относительна, моральные принципы пока не играют определяющей роли в международной политике, а мир имманентно несправедлив. Сила, мораль и справедливость выражают устремления, присущие индивидуумам и государствам... Сила исторически была для народов важнейшим стремлением. Относительная сила государства всегда выступала в качестве универсального критерия для понимания реальной значимости военных, экономических и идеологических ресурсов. Все эти субъективные признаки приобретали объективный характер, преломляясь через их влияние на силу государства в конкурентоспособной борьбе в хаотичном международном окружении» [12]. Далее автор продолжает свою мысль, утверждая, что относительная сила нескольких участников международной системы является материальной основой для построения баланса сил — наиболее надежного средства поддержания мира и возможности сотрудничества на региональном и глобальном уровнях [13]. Эту же проблематику, но с противоположной стороны, рассмотрел В. В. Путин на заседании клуба «Валдай» 24 октября 2014 г.: «Момент однополярности убедительно продемонстрировал, что наращивание доминирования одного центра силы не приводит к росту управляемости глобальными процессами. По своей сути однополярный мир — это апология, апологетика диктатуры и над людьми, и над странами» [14].

Таким образом, оптимальное решение сложной международно-политической ситуации должно быть нацелено на относительное усиление всех вовлеченных игроков или по меньшей мере тех из них, кто принципиально значим для стабильности системы.

Сила не должна применяться безгранично. В качестве естественного ограничителя применения силы в международных отношениях испокон веков выступала мораль. Еще Фукидид писал о том, что «высшей добродетелью является умеренность в использовании силы». Опора только на силу привела бы к тому, что положение дел на международной арене полностью копировало бы догосударственное состояние «войны всех против всех», о котором писал Томас Гоббс.

«Другими словами, государства, как и индивидуумы, — пишет Т. В. Бордачев, — вынуждены принимать основополагающий мировой этический принцип — «золотое правило нравственности» — «относись к людям так, как хочешь, чтобы относились к тебе». Мораль институционализируется, становится для государств инструментом обеспечения некоего минимума безопасности. Гуманизм оказывается не только естественным проявлением человеческой природы, но и средством регулирования отношений между народами, поддержания некоего относительного порядка. Базовая функция морали — быть вторым после силы эффективным фактором, ограничивающим масштабы и применимость насилия в международной политике. Поэтому мы вполне можем рассматривать мораль в качестве аналитической категории, характеризующей одно из базовых устремлений государств» [15].

Справедливость или несправедливость того или иного международного порядка традиционно рассматривается учеными — как реалистами, так и либералами — в качестве важнейшего условия, от которого зависит стабильность и нестабильность в мире. Именно несправедливость, проявленная победителями в Первой мировой войне, Великобританией и Францией, в первую очередь по отношению к Германии, стала, по общему мнению, причиной агонии Веймарской республики и торжества реваншистских настроений. Результатом этой несправедливости оказался крайне шаткий Версальский мировой порядок и чудовищная по масштабам человеческих жертв и разрушений Вторая мировая война [16] .

Таким образом, как отмечают авторитетные исследователи международно-политической проблематики, этика международных отношений требует от их участников взвешенности в определении целей, отказа от категоричности в выборе средств, постоянного соотнесения своих действий как с их возможными последствиями для данной социальной общности, которую они представляют, так и с общечеловеческими нравственными императивами, опоры на интересы, не ограниченные соображениями собственной силы и безопасности, при учете потребностей и интересов других субъектов и международного сообщества в целом. В дополнение к вышесказанному актуально и правильно звучат слова В. В. Путина, которыми он завершил свое выступление перед участниками валдайского клуба: «Международные отношения должны строиться на международном праве, в основе которого должны быть и моральные принципы, такие как справедливость, равноправие, правда. Пожалуй, главное — это уважение к партнеру и его интересам. Очевидная формула, но простое следование ей способно в корне изменить ситуацию в мире» [17].

Список литературы

1. Официальный сайт Президента РФ. [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http: // kremlin.ru /transcripts/ 24034.

2. Российская газета. - 2014. - 27 окт. - С. 2.

3. Аристотель. Сочинения. В 4-х т. - М.: Мысль, 1983. - Т. 4. - С. 380.

4. Кант И. К вечному миру. Философский проект // Собр. соч. В 8 т. - М.: Чоро, 1994. - Т. 7. - С. 49.

5. Соловьев В. С. Сочинения. В 2-х т. - М.: Правда, 1989. - Т. 1. - С. 260.

6. Поппер К. Открытое общество и его враги. В 2-х т. - М.: Феникс: Международный фонд «Культурная инициатива», 1992. -Т. 1. - 448 с.

7. Макиавелли Н. Государь: трактаты. - М.: АСТ: Профиздат, 2005. - С. 66-69.

8. Вебер М. Избранные произведения. - М.: Прогресс, 1990. - С. 701.

9. Бордачев Т. В. Международная политика в XXI веке. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://globalaffairs.ru /number/Sila-moral-spravedlivost-16584.

10. Цыганков П. Политическая социология международных отношений: учебное пособие. - М.: Радикс, 1994. - С. 141-150.

11. Цыганков П. Указ.соч.

12. Бордачев Т. В. Указ.соч.

13. Бордачев Т. В. Указ. соч.

14. Российская газета. - 2014. - 27 окт. - С. 2.

15. Бордачев Т. В. Указ. соч.

16. Бордачев Т. В. Указ. соч.

17. Российская газета. - 2014. - 27 окт. - С. 3.

Сведения об авторе

Жулева Мария Сергеевна, к. и. н., доцент кафедры «Социология», Тюменский государственный нефтегазовый университет, г. Тюмень, тел. 8(3452) 453523

Zhuleva M. S., Candidate of Science in History, associate professor of the chair of sociology, Tyumen State Oil and Gas University, phone: 8(3452)453523