Переход по наследству права на неприкосновенность(переработку) произведения

Поскольку прямое определение права на неприкосновенность в Кодексе отсутствует, а в п. 1 ст. 1315 введены, по существу, те же критерии, что и в п. 2 ст. 1266 ГК, свидетельствующие о нарушении права на неприкосновенность произведения, то по аналогии закона «право на неприкосновенность исполнения - право на защиту исполнения от всякого искажения, то есть от внесения в запись, в сообщение в эфир или по кабелю изменений, приводящих к извращению смысла или к нарушению целостности восприятия исполнения».

По мнению же профессора Э.П. Гаврилова, право на неприкосновенность произведения - довольно сложный правовой феномен. «Если редактор литературного авторского произведения, включающего фразу: "Казнить нельзя помиловать!", поставит недостающую запятую, то он нарушит право автора на неприкосновенность, произведет переработку произведения или просто исправит небрежность? На этот вопрос Кодекс не отвечает, а потому следует полагать, что право на неприкосновенность затрагивает и элементы имущественного авторского права, то есть не является чистым личным неимущественным правом». Далее указывается: «Более того, второй абзац п. 1 ст. 1266 ГК закрепляет за наследником, получившим исключительное право на произведение, право вносить в него необходимые исправления, то есть осуществлять некоторые правомочия, относящиеся к праву на неприкосновенность. Следовательно, нет причин сомневаться в том, что право на неприкосновенность наследуется, хотя и в усеченном виде» [1, с. 35]. Довод о наследовании права на неприкосновенность произведения в усеченном виде противоречит универсальности наследственного правопреемства.

Профессор О.Ю. Шилохвост высказывает следующую точку зрения на данную проблему: «Недопустимость перехода по наследству или иного отчуждения субъективного права на неприкосновенность произведения не позволяет использовать его в качестве указанного механизма» [2, с. 25-35]. При этом исследователь понимает под новым правовым механизмом регулирования, с одной стороны, идею «сохранения произведения при его использовании в неизменном виде», с другой - «внесение изменений, сокращений или дополнений, которые бы удовлетворяли потребности общества в научной, художественной и культурной информации» и при этом «не противоречили воле автора и целостности восприятия произведения» [2, с. 25-35]. Но автор сам указывает проблему, которая может возникнуть при использовании данного механизма, который, в свою очередь, не учитывает всех возможных коллизий в случае, когда исключительное право на произведение будет отчуждено при жизни автора и, следовательно, не перейдет к его наследникам. Констатируя изначальную нежизнеспособность данного механизма, О.Ю. Шилохвост приходит к выводу о том, что право на неприкосновенность произведения не переходит к наследникам.

Данный прием, строго говоря, не вполне соответствует положениям ст. 1112 ГК, требующим прямого указания закона как раз о недопустимости наследования того или иного имущества, поскольку оговорка о непротиворечии воле автора справедливо не относит, согласно ст. 1112 ГК, данное право к личным неимущественным, т.к. это право является имущественным и обладает свойством отчуждаемости и передаваемости в силу потребительской стоимости.

Четкой позиции по вопросу о передаваемости и отчуждаемости права на защиту произведения от внесения в него изменений без согласия автора придерживается и профессор В.А. Дозорцев, заключающий, что: «...право на обнародование и право на защиту произведения от внесения в него изменений без согласия автора влекут прямые имущественные последствия, но и, безусловно, не соответствуют критерию непередаваемости - по авторскому договору автор может передавать пользователю свое первоначальное право на обнародование (или, другими словами, опубликование) своего произведения, равно как и право на его переделку путем перевода, аранжировки, переработки повествовательного произведения в сценарий и т.п.» [4, с. 277-377].

В п. 1 ст. 1227 ГК РФ прямо закреплено, что интеллектуальные права не зависят от права собственности на материальный носитель (вещь), в котором выражены соответствующие результаты интеллектуальной деятельности. В п. 2 ст. 1227 ГК РФ говорится о том, что переход права собственности на вещь не влечет перехода или предоставления интеллектуальных прав на результат интеллектуальной деятельности, выраженный в этой вещи, за исключением случая, предусмотренного п. 2 ст. 1291 ГК РФ.

При изучении абз. 2 п. 1 ст. 1266 ГК мы видим, что «при использовании произведения после смерти автора лицо, обладающее исключительным правом на произведение, вправе разрешить внесение в произведение изменений, сокращений или дополнений при условии, что этим не искажается замысел автора и не нарушается целостность восприятия произведения и это не противоречит воле автора, определенно выраженной им в завещании, письмах, дневниках или иной письменной форме».

Согласно ст. 1270 ГК, автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со ст. 1229 настоящего Кодекса в любой форме и любым, не противоречащим закону, способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в п. 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение. В абз. 2 ст. 1229 указано, что «...правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации». Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Подпункт 9 п. 2 ст. 1270 указывает на то, что использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без таких целей, считаются, в частности, перевод или другая переработка произведения. При этом под переработкой произведения понимается создание производного произведения (обработки, экранизации, аранжировки, инсценировки и т.п.).

Л.А. Трахтенгерц на этот счет выражает мнение следующего содержания: «В то же время любое производное произведение является результатом переработки оригинального произведения. А в соответствии с пп. 9 п. 2 ст. 1270 ГК право на перевод и другую переработку произведения входит в исключительное право на произведение. Поэтому для создания производного произведения всегда необходимо согласие автора или иного правообладателя на осуществление переработки оригинального произведения, за исключением, естественно, случая переработки оригинального произведения самим автором или иным правообладателем - физическим лицом.

Однако в этом случае нельзя говорить об ущемлении свободы творчества в части создания производных произведений кем-то другим, не автором (правообладателем) оригинального произведения.

Переработка является одним из способов использования произведения. Переработка, как и воспроизведение, и сообщение в эфир или по кабелю, а равно другие способы использования произведения расширяют возможности для вовлечения произведения в имущественный оборот. С этой точки зрения, включение переработки в способы использования произведения является логичным и обоснованным. Другое дело, что при переработке происходит создание нового произведения - производного. В этом специфика данного способа использования, не отменяющего, однако, необходимость получения разрешения на такой способ использования» [5, с. 812].

Однако, как закреплено в п. 1 ст. 1270 ГК РФ, правообладатель (наследник) может распоряжаться исключительным правом на произведение.

В п. 1 ст. 1260 ГК РФ отмечается, что «...переводчику, а также автору иного производного произведения (обработки, экранизации, аранжировки, инсценировки или другого подобного произведения) принадлежат авторские права, соответственно, на осуществленные перевод и иную переработку другого (оригинального) произведения». В п. 3 ст. 1260 ГК РФ сказано: «Переводчик, составитель либо иной автор производного или составного произведения осуществляет свои авторские права при условии соблюдения прав авторов произведений, использованных для создания производного или составного произведения». В данном пункте под автором производного произведения понимается в том числе и автор обработки и аранжировки подобного произведения, которым принадлежат уже «свои» авторские права, но в то же время они являются производными правами права на неприкосновенность произведения, причем не в силу универсального правопреемства.

Заметим, что в п. 4 ст. 1260 ГК РФ говорится о том, что «...авторские права переводчика, составителя и иного автора производного или составного произведения охраняются как права на самостоятельные объекты авторских прав независимо от охраны прав авторов произведений, на которых основано производное или составное произведение». Но п. 3 ст. 1260 ГК РФ содержит иную позицию в отношении прав авторов: «Переводчик, составитель либо иной автор производного или

составного произведения осуществляет свои авторские права при условии соблюдения прав авторов произведений, использованных для создания производного или составного произведения».

Данное противоречие снимается принципом универсальности правопреемства, поскольку наследник (правообладатель) может распоряжаться исключительным правом на произведение, ему, в свою очередь, согласно п. 1 ст. 1270 ГК РФ, принадлежит исключительное право использовать произведение так же, как автору произведения. И поскольку в п. 9 ст. 1270 ГК РФ под использованием понимаются перевод или другая переработка произведения, то подразумевается, что наследник обладает правом на перевод и переработку произведения без согласия автора, в силу равенства, закрепленного законодателем. То есть в данном случае мы наблюдаем слияние правомочий, основанное на принципе универсальности правопреемства. Таким образом, специфика данного использования отменяет необходимость получения разрешения на такой способ использования у автора.

В свою очередь, поскольку в абз. 2 п. 1 ст. 1266 ГК заявляется о том, что при использовании произведения после смерти автора лицо, обладающее исключительным правом на произведение (наследник), вправе разрешить внесение в произведение изменений, то и самому наследнику такое разрешение не нужно, поскольку у него нет нужды спрашивать данное разрешение у самого себя, как и заниматься спиритизмом по распознанию воли автора - в суде такие доказательства просто не принимаются.

Аналогичную позицию исследователь Е.И. Каминская выделяет в зарубежном законодательстве. Так, «Во Франции запрет обходится за счет перестановки акцентов с личного права на неприкосновенность (не подлежащего ни переходу, ни отказу от реализации) на имущественное право автора на переработку произведения» [6, с. 221].

«С юридической точки зрения, это ход, бесспорно, остроумный: автор вправе передать имущественное право другим и разрешить им формально переработать произведение, а фактически адаптировать его. За результатом переработки (которая вообще-то должна вылиться в создание независимого оригинального произведения) следить, кроме автора, никто не будет. Автор вправе предъявить деликтный иск. Но вовсе не обязательно, что он его предъявит на практике (если, конечно, будет материально заинтересован в фактической передаче права)» [3, с. 221].

Подводя итоги, приходим к выводу: поскольку правомочие на внесение изменений в произведение (переработку, под которой понимается использование) входит в состав исключительного права, то, согласно ст. 1241 ГК, оно переходит в порядке универсального правопреемства к наследнику.

На основании вышеизложенного предлагаем внести поправки в действующий ГК РФ и изложить абз. 2 ч. 1 ст. 1266 ГК в следующей редакции: «При использовании произведения после смерти автора лицо, обладающее исключительным правом на произведение, в том числе наследник, вправе разрешить внесение в произведение изменений, сокращений или дополнений при условии, что этим не искажается замысел автора и не нарушается целостность восприятия произведения».

Литература

1. Гаврилов Э.П. Наследование интеллектуальных прав // Патенты и лицензии. 2008. № 4.

2. Шилохвост О.Ю. Наследование прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации // Патенты и лицензии. 2008. № 1.

3. Актуальные вопросы российского частного права: Сб. статей, посвященный 80-летию со дня рождения профессора В.А. Дозорцева / Сост. Е.А. Павлова, О.Ю. Шилохвост. М.: Статут, 2008.

4. Дозорцев В.А. Творческий результат: система правообладателей // Интеллектуальные права: Понятие. Система. Задачи кодификации: Сб. статей. М.: Статут, 2003.

5. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части четвертой (постатейный) / Отв. ред. Л.А. Трахтенгерц. М.: КОНТРАКТ; ИНФРА-М, 2009.

6. Dietz Adolf. The Moral Right of the Author: Moral Rights and the Civil Law Countries // Columbia-VLA Journal of Law & the Arts. Vol. 19. № 3-4. Spring-Summer, 1995.