Документы и комментарии

Документы и комментарии

Крупнейшие банки: не торгуют семечками, но и не дают в долг

       Рост числа надежных банков всегда приятно констатировать. Не менее приятно, видимо, и самим банкирам ощутить себя более уверенными в завтрашнем дне. Однако, если раньше эта уверенность строилась на щедрости Центрального банка России, без лишней скромности снабжавшего своих коммерческих коллег все новыми и новыми деньгами, то теперь отечественным финансистам приходится полагаться в основном на свои собственные силы. Меньший риск — больший шанс выжить. Да и деньжат прикопить сейчас как раз не мешает: грядущие процессы массовой перекупки неустойчивых банков потребуют значительных средств. Так что нынешняя способность аккумулировать достаточное количество свободных (а потому и надежных) средств должна вскоре окупиться сторицей. Как говорится, деньги — к деньгам. Знаком этот принцип любому банкиру. Хотя есть и исключения.
       
       Хотелось бы сразу оговориться, что проведенный анализ надежности российских банков позволил нам выявить реальную картину их финансового положения на начало текущего года. С того времени утекло уже достаточно воды, чтобы позиции некоторых из рассмотренных нами банков претерпели изменения. Кто-то из них мог не справиться с новыми нормативами обязательного резервирования в ЦБ, кто-то успел предоставить заемщикам дополнительные кредиты, от кого-то ушли крупные клиенты. Эти факторы, как вы сами понимаете, могли подпортить банковские балансы. Некоторые же банки, наоборот, могли подняться в нашем рейтинге, если, скажем улучшили показатели ликвидности (кстати, новые нормативы резервирования этому только способствуют) или увеличили свои капиталы. Так что тем клиентам, которые находятся в стадии поиска своего финансового агента, мы бы хотели посоветовать не пренебрегать банком, который на одно-пару мест в рейтинге ниже какого-нибудь другого. Проще говоря, если у банка 1 января было на три рубля меньше, чем у его коллеги, который обогнал его в нашем рейтинге, то это вовсе не свидетельствует, что ему нужно меньше доверять. Все из попавших в список самых надежных банков, на наш взгляд, обладают достаточным запасом прочности, чтобы не разориться (или не грешить сбоями в работе). А таким запасом по сравнению с третьим кварталом прошлого года стало обладать гораздо больше банков. Если раньше итоговый рейтинг на уровне 40 баллов по методике к.э.н. ВИТАЛИЯ КРОМОНОВА (методика публикуется в конце текста) имело только 30 банков из ста крупнейших, то сейчас их число перевалило за полсотни. А это, разумеется, свидетельствует о том, что надежных банков в нашей стране становится все больше. Хотя, конечно, есть и такие банки, положение которых ухудшилось.
       
Иностранные банки: мы готовы наступать на ваши грабли
       Кто бы мог подумать, что банки со стопроцентным иностранным участием под конец года воспылают страстью раздавать кредиты! Это в то время, как заемщикам большинства российских банков пришлось затянуть пояса: рискованные вложения у наших собственных финансистов сегодня не в чести.
       Между тем иностранные банки были щедры не только по отношению к инофирмам; кредиты раздавались что называется направо-налево, в том числе довольно многочисленным российским организациям. Судя по всему, на такой шаг их сподвигли два обстоятельства. Во-первых, недостаток клиентов (а кредиты, как известно, лучший способ завоевать популярность). Во-вторых, новым русским западникам, похоже, поднадоело отражать в своих балансах убытки. Надо же, в конце концов, платить дивиденды учредителям. А кредитование — хоть и рискованный, но зато самый верный способ заработать деньги.
       Что касается клиентов, то здесь надежды инобанков полностью оправдались. Взять хотя бы дочерние банки американского CITIbank и немецкого BNP-Dresdner Bank. У первого количество клиентов за последний квартал прошлого года увеличилось более чем вдвое (остатки на их счетах в рублевом эквиваленте возросли с 57 до 127 миллиардов), а у второго — более чем втрое (соответственно с 33 до 108 миллиардов). Подобные успехи обошлись банкам в увеличение рискованных вложений с 38 до 155 миллиардов рублей у CITIbank и с 32 до 202 миллиардов — у BNP-Dresdner Bank. Что в свою очередь, отразилось на показателях надежности (не в лучшую сторону, разумеется). Итоговый балл надежности CITIbank упал с 78 до 40 (банк переместился с 10-го на почетное 51-е место), BNP-Dresdner Bank — с 52 до 18 баллов и в результате по надежности оказался где-то в пятой сотне — это с девятнадцатого-то места среди ста крупнейших!
       Кстати, если американские банкиры-конкистадоры сумели все-таки закончить год с прибылью в 1,2 млрд рублей (в третьем квартале у них значились убытки в 2,8 млрд), то немецким финансовым интервентам кредитные забавы обошлись довольно дорого. Их убытки возросли за тот же период с 2,3 до 17,2 млрд рублей. Прибавьте сюда прошлогодние потери банка в размере 3,8 миллиардов, и вы сможете лицезреть картину под кодовым названием "немцы под Москвой". Ее лейтмотивом можно считать откат BNP-Dresdner Bank в пятую сотню по надежности.
       Интересно, что для возросших кредитных потребностей инобанкам уже не хватает собственных денег и средств на клиентских счетах. Этот пробел приходится восполнять, одалживая у других банков. Банк Китая ("Элос"), например, занял у коллег около $ 7 млн, которые и перепродал затем другим банкам и фирмам. Но даже это не помогло ему избежать финансовых катаклизмов. По сравнению с третьим кварталом прибыль банка снизилась с 766 до 247 млн рублей. Итоговый же балл надежности у китайских финансистов упал со 109 до 31.
       Погряз в убытках и еще одни лидер прошлого рейтинга — дочерний банк голландского Internationale Niderlanden Bank. За последний квартал прошлого года его убытки возросли с 1,3 до 7,9 млрд рублей. Однако в отличие от двух уже упомянутых банков Internationale Niderlanden Bank практически не кредитует фирмы и предприятия, предпочитая все излишки вкладывать в государственные ценные бумаги. Поэтому-то голландцы не смогли обзавестись солидной клиентурой. Абсолютное большинство их обязательств "до востребования" (75%) — это деньги, размещенные на бесплатной основе другими банками. Такую "матпомощь" банку, по-видимому, оказали его голландские учредители (невысокая ликвидность вряд ли позволила бы российскому Internationale Niderlanden Bank справиться с обслуживанием корсчетов "чужих" банков).
       Особняком в списке инобанков держится петербургский филиал Credit Lyonnais. Его расчетный балл надежности по-прежнему высок. Оно и понятно: филиал почти не выдает кредитов — большую часть своих капиталов он, судя по всему, вынужден резервировать в головной конторе. Как мы уже писали, французский Credit Lyonnais переживает не лучшие времена (о его убытках журнал "Деньги" писал в N 12). Перипетии французского банка, скорее всего, найдут отражение на его российском филиале. В связи с этим мы решили временно не включать банк в число лидеров рейтинга надежности. Тем более, что размер его убытков за последний квартал возрос с 7,7 до 11,2 млрд рублей.
       
Уроки, которые не учили иностранцы
       Кредитная эйфория иностранных финансистов для российских банкиров — этап уже пройденный. Причем, с немалыми потерями. К вопросам кредитования наши банки подходят куда более осторожно.
       Взять к примеру, государственные предприятия. До поры до времени обслуживающие их банки жили безбедно. Получали централизованные кредиты, крутили их на стороне, а потом уже передавали по назначению, не особенно волнуясь о том, вернутся ли деньги в казну. По крайней мере, у банков всегда была надежда на то, что ЦБ им поможет новой партией кредитов, которыми в случае чего, можно будет расплатиться со старыми долгами.
       Но не все коту масленица... Мало того, что правительство провозгласило курс на жесткую кредитную политику, а ЦБ соответственно сократил объемы кредитования банков, тут еще для предприятий вышло разрешение открывать сколько угодно счетов.
       А теперь представьте себе должника, у которого все поступающие на счет средства списываются в счет погашения задолженности перед банком. Представили? Как вы думаете, ему нужно воспользоваться новым разрешением? Правильно — открыть счет в другом банке и направлять туда все заработанное потом и кровью. Кредитор — вы опять догадались — остается третьим лишним (потому что с госпредприятий взятки гладки, они даже не могут внести под залог кредита ценные объекты — государственная собственность все-таки). Кстати, примерно в такой ситуации оказался Московский Межрегионбанк (о его затруднениях "Деньги" писали в N 14).
       А ведь совсем недавно банки яростно протестовали против решения, ограничивающего открытие предприятиями расчетных счетов (было разрешено иметь только по одному счету в каждой валюте). Как говорится, за что боролись, на то и напоролись.
       Теперь, правда, у банков появилась возможность переманить клиента у соседа. Но кто даст гарантию, что новоиспеченный клиент не поступит аналогичным образом со своим новым партнером?
       Впрочем, разве только государственные предприятия грешат невозвратами кредитов? А чем лучше, например, торговля? Вспомните недавний скандал с "Эрланом" (см. "Деньги", NN 11, 13). Мог ли кто-нибудь ждать от него столь внезапного и почти бесследного исчезновения. Хотя, конечно, ни для кого не секрет, что торговые организации особенно легки на подъем (имея ввиду экстренный сбор чемоданов): основную часть своей прибыли они держат на счетах офшорных фирм. Именно с офшорами и заключаются практически все импортные контракты. Что, в общем, вполне резонно: при существующем налоговом бремени хранить деньги на родине было бы просто неразумно.
       Но что уж там торговля, если даже, казалось бы, беспроигрышные нефтяники частенько грешат с возвратом кредитов. Пример тому — невысокая ликвидность, например, Токобанка, основными заемщиками которого традиционно являются нефтяные организации. И хотя руководство банка отказалось комментировать мотивы недавнего решения о продаже акций немецкого Ost-West Handelsbank — одного из крупнейших совзагранбанков, вполне резонно предположить, что сделка была совершена именно по причине низкой ликвидности Токобанка, а попросту говоря — нехватки у него свободных средств.
       Кстати, статус должников не мешает нефтяникам создавать свои собственные "карманные" банки. А открыл сезон концерн "ЛУКойл", при учредительстве которого примерно год назад был зарегистрирован одноименный коммерческий банк, вскоре, правда, переименованный в Интертэкбанк. Партнерами "ЛУКойла" в создании банка стали его коллеги по "черному золоту" из "Коминефти", "Мегионнефтегаза" и "Сибнефтегазпереработки".
       Несмотря на относительно высокие расчетные показатели банка, из списка самых надежных мы его исключили (на время, конечно): отечественные нефтяные компании традиционно не обладают солидными запасами собственных свободных ресурсов и постоянно нуждаются в кредитах. Поэтому "карманный" банк наверняка вынужден будет выдать учредителям немалые ссуды. Вот тут-то и будет проверена его прочность. Если коэффициенты сохранят свою непорочность, мы с превеликим удовольствием будем констатировать о пополнении в стане самых надежных банков. Хотя, конечно, вряд ли стоит говорить о том, что предприятия из экспортоспособной отрасли (а нефтяная, пожалуй — самая экспортоспособная) окажутся разоренными (не в состоянии погасить свою задолженность перед банком).
       "Испытательный срок" мы решили также установить для Росэксимбанка и Сахабилиибанка, которые только в конце прошлого года резко повысили свои нормативные показатели. Их целомудрие, по нашему мнению, тоже нуждается в проверке временем. Такой проверкой может послужить рост числа клиентов этих банков (если он произойдет).
       Привлечь же дополнительную клиентуру сейчас не так-то просто: сферы влияния банков к настоящему времени можно считать вполне определившимися. Между тем, без посторонних клиентов банк рискует зациклиться: выдавать в долг самому себе, перекладывая деньги из одного кармана в другой — перспектива, согласитесь, не самая заманчивая.
       Выход, правда, есть. Имя ему — ГКО. Однако и к этому "постороннему" способу вложения банкиры в последнее время охладели. Понять их можно: любые финансовые пирамиды, даже государственные, когда-нибудь рушатся. А как государство опрокидывает надежды своих вкладчиков, мы все помним еще со времен замораживания счетов во Внешэкономбанке.
       В поисках применения своих капиталов финансисты и решили предложить правительству кредит на более надежной основе — под залог акций предприятий, находящихся в госсобственности. (Вы, конечно, догадались, что речь идет о союзе банков "Империал", "Национальный Кредит", "Менатеп", Столичный банк Сбережений и др.). Некоторые из банков, входящих в так называемый консорциум, действительно обладают огромным кредитным потенциалом. Другие имеют шанс укрепить свои позиции при помощи посредничества в продвижении бюджета. И те, и другие не без оснований надеются на отдачу от сотрудничества с властями.
       Да и правительство, надо сказать, не пропустило предложение банкиров мимо ушей. Как стало известно, к настоящему моменту полностью подготовлен пакет документов, регламентирующих весь процесс такого кредитования, включая соглашения с отдельными банками. Что из этого получится: поживем — увидим. А на конец прошлого года (повторимся, что именно на эту дату составлен настоящий рейтинг) банкиры еще бурно вкладывались в валюту, которая, по их общему мнению, непременно должна была принести солидный доход.
       
Твердая валюта: камнем под воду пошла
       Да, были у наших банков золотые денечки! В начале этого года доллар резвился на бирже как молодой жеребец, на чем "по-бычьи" настроенные банки могли сколотить целый капитал. Но не сотвори себе кумира. Тот, кто безоговорочно доверился американской валюте, серьезно поплатился в мае этого года. А ведь предупреждали...
       Еще в начале года Центральный банк неоднократно заявлял, что намерен повысить нормативы обязательных резервов от валютных счетов (резервы, уточним, банки формируют в рублях). Самые предусмотрительные восприняли это как сигнал к тому, чтобы пополнять свои рублевые запасы. Но таких оказалось совсем немного. Большинство же предпочло "спрятать" свои валютные авуары на счетах, не подлежащих резервированию.
       Где-нибудь в конце месяца банки обращались ко всем своим крупным клиентам с просьбой дать "липовые" поручения на продажу или покупку валюты. Деньги направлялись на так называемые "транзитные" счета (например, сч. 076), с которых резервы платить не требовалось. В первый же день нового месяца поручения отзывались обратно.
       Однако с 1 мая банки получили предписание платить резервы абсолютно от всех валютных счетов. И неподготовленным финансистам пришлось довольно туго. У большой группы банков приходящие платежи по объему не перекрывали уходящие. Банки попросту оказались не в состоянии нормально выполнять рублевые поручения своих клиентов. Последние все чаще жаловались на задержки платежей. Резко возросло число банков, попавших в так называемую форму 300. Условно ее можно назвать "черным списком" банков, у которых не хватает рублей для нормальной деятельности.
       Впрочем, довольно большая группа банков новые нормативы встретила что называется во всеоружии. Самыми обеспеченными рублевой массой оказались ОНЭКСИМ-банк, Автобанк, "Международный Промышленный", "Еврофинанс", "Империал" и "Восток-Запад".
       Напротив, несколько скудные рублевые корсчета были в "Международном Московском банке", ТОКОбанке и Элбим-банке. Впрочем, все они располагают существенными резервами из ГКО и валюты, которые можно быстро превратить в живые рубли. Поэтому присутствие этих банков в рейтинге вполне оправдано.
       Еще в конце прошлого года ТОКОбанк, например, существенно повысил показатели ликвидности, продал часть принадлежащей ему недвижимости, а также расстался с акциями немецкого совзагранбанка Ost-West Handels Bank.
       К последнему шагу Токобанк, возможно, с подвигло и то обстоятельство, что вложения в ценные бумаги ЦБ почему-то при расчете директивных нормативов заставляет вычитать из капитала. Между тем, такая процедура обоснована лишь в том случае, если считать покупку акций 100-процентно убыточным мероприятием. Тот же факт, что ТОКОбанк сумел быстро эти акции продать, лишний раз свидетельствует о том, что ценные бумаги для банков являются достаточно перспективным видом инвестиций. Кстати, и новое законодательство такую деятельность не возбраняет. А какие доходы мог бы ТОКОбанк получить, оставаясь владельцем немецкого банка! Ost-West Handels Bank сейчас является самым перспективным среди всех бывших совзагранбанков. Большие остатки валюты на открытых в нем банковских корсчетах и расчетных счетах клиентов позволяют зарабатывать весьма высокую прибыль. Ему, по крайней мере, от новых привлеченных средств не нужно бесплатно резервировать сногсшибательные суммы в немецком Центробанке.
       К слову говоря, сколько бы ни возмущались финансисты по поводу повышения норм резервирования, большинство экспертов сходятся во мнении, что на надежности банков, вопреки прогнозам, негативно они не скажутся. Новые меры ЦБ, напротив, обезопасят доверенные банкам средства, а их отчетность сделают более правдоподобной. По крайней мере, банкирам будет уже не с руки "раздувать" свои балансы при помощи взаимных корсчетов (ты — мне, я — тебе, растем и выигрываем мы оба). Но как правило, этот рост — исключительно бумажный, поскольку никаких реальных денег банки друг другу не передавали.
       Нашим экспертам, например, немного подозрительным показался баланс Русского Продовольственного банка, в котором отражены значительные суммы на банковских корсчетах. Одновременно примерно столько же другие банки разместили у него самого (сумма взаимных обязательств составила около 100 млрд рублей). Есть в этом нечто странное: ничем не отличающемуся банку другие банкиры вдруг доверяют очень крупную сумму денег на бесплатное хранение. И это при нынешней-то конкуренции.
       Кстати, не менее подозрительно выглядит ситуация с банковскими корсчетами и у Инкомбанка. Там тоже суммы, хранящиеся в российских банках, приблизительно равны остаткам на корсчетах, открытых у самого банка (эти цифры составляют 2,4 трлн рублей).
       Но здесь задаешься другим вопросом: разве есть у нас в отечестве такие финансовые институты, которые справляются с расчетами лучше самого Инкомбанка? Иначе зачем ему в них задаром деньги хранить? Да и не совсем понятно упорство Инкомбанка при формировании обязательных резервов (газета "Коммерсант-Daily" недавно сообщила, что он недовнес в резервы ЦБ аж 182 миллиарда рублей). Если "живых" денег у Инкомбанка предостаточно, то зачем ему ссориться с Центробанком? Деньги оттуда, по крайней мере, никуда не денутся. Похоже, что это вопрос — чисто политический, и связан в основном с тем, что Инкомбанк ставит во главу угла заботу о дивидендных перспективах своих акционеров. Меньше резервировать денег в Центробанке — больше возможностей для зарабатывания прибыли, из которой акционеры и будут получать свои дивиденды.
       
"Салават Юлаев — тыгынды!"
       От дешевых денег — к деньгам бюджетным. Что, к слову говоря, по нашему мнению, примерно одно и то же (хотя дармовыми, как раньше, их считать уже нельзя).
       И тем не менее. Бюджет всегда был лакомым кусочком, позволяющим получать ощутимые прибыли. Взять, к примеру, Мост-банк. Московская казна позволила ему сильно "подняться" и занять место среди самых уважаемых банков. И тот факт, что банк на конец года еще распоряжался 450 миллиардами бюджетных рублей, позволили "Мосту" показать неплохие показатели ликвидности, которые и вывели его в список банков-лидеров нашего рейтинга. Однако перипетии с перераспределением московского бюджета еще не завершены. А потому не будем загадывать — как-то сложится судьба Мост-банка.
       Впрочем, "Мост" — далеко не единственный банк, причастный к "общественному пирогу". Башкредитбанк, например, на 1 января обладал огромным запасом бюджетных средств — 184 млрд рублей. Они составляли 35% от всех привлеченных им денег. Достававшиеся по дешевке капиталы банк охотно раздавал в кредит другим финансовым учреждениям, в частности, банкам же (77% всех его рискованных вложений). Видимо, поэтому банк широко известен узкому кругу московских специалистов, имеющих дело с покупкой МБК. На протяжении всего прошлого года все они могли поживиться в Башкредитбанке деньгами. И все-таки ищущим свой банк клиентам не стоит забывать о том, что чрезмерное увлечение бюджетными деньгами может быть чревато негативными последствиями. Ведь в одно прекрасное время изменение политического ветра (от него и зависит расположение бюджетных организаций к тому или иному банку) может нагнать столь пасмурную погоду, что чихать придется уже не только самим банкирам, но и их клиентам. Вот тут-то и важно банку, который находится "тыгынды" (по-башкирски — впереди), не пересесть на тыгдынского коня, который — всем известно — куда скачет. Хотя по состоянию на 1 января благодаря башкирскому бюджету Башкредитбанк твердо держался в седле, а над ним была очень ясная погода. Вполне возможно, это объясняется тем, что правительство Башкортостана является одним из главных учредителей этого банка.
       Впрочем, есть и такие бюджетные ресурсы, которые банкам ничего, кроме лишних хлопот, не доставляли. По нашему мнению, это — спецсчета, по которым банки проводят налоговые платежи своих клиентов. При расчете рейтинга мы считали все активные остатки на таких счетах рискованными вложениями. Чисто логически поступить по-другому мы не могли, поскольку вообще непонятно, как можно отражать активные остатки на пассивных счетах (элементарные каноны бухгалтерии напрочь это исключают).
       Однако на самом деле выглядело все приблизительно следующим образом: получая налоговые платежи, банки транзитом переправляли их в бюджет, однако в балансах эти самые проводки "списывать" не торопились, создавая тем самым иллюзию собственной солидности. На это "клевали" клиенты и эксперты некоторых рейтинговых агентств, рассматривающие общую сумму банковских активов как очень показательную величину (чем она больше, тем якобы лучше). Теперь эти счета банки что называется "свернули", от чего их отчетность сбросила лишний жирок и приобрела правдоподобный статный вид. В результате, например, Московский Индустриальный банк в течение последнего квартала прошлого года похудел более чем в два раза (сумма активов упала с 4,15 до 2 трлн рублей). Итоговый же балл надежности возрос с 27,3 до 52,4, так как ликвидированные "дутые" счета уменьшили соответственно расчетные показатели рискованных вложений и обязательств до востребования.
       Аналогичные изменения произошли в банке "Бизнес" и Соцкомбанке, у которых итоговый балл возрос по сравнению с октябрем прошлого года — соответственно с 30,3 до 61,5 и с 21 до 50,3.
       
Европейский Торговый банк прыгнул в ширину
       Обратимся теперь к событиям, не укладывающимся в рамки общих тенденций. Их, как известно, происходит больше всего.
       Вот, скажем, ухудшились показатели ликвидности Кредобанка, что привело к снижению его итогового балла с 43 на 1 октября прошлого года до 39 к январю текущего. Вполне возможно, что это связано с выходом их состава пайщиков некоторых учредителей банка (его уставный фонд снизился на 4 млрд рублей). Что поделать — "разрывы отношений" сказываются на банках не в лучшую сторону. Впрочем, позиции Кредобанка по-прежнему остаются довольно прочными. О чем, кстати, свидетельствует и полное признание этого банка компанией VISA — самой солидной в России по обслуживанию международных кредитных карточек. Президент банка Юрий Агапов даже был назначен председателем правления недавно созданного Регионального управления VISA по Центральной и Восточной Европе, Ближнему Востоку и Африке.
       Но главным разочарованием нашего рейтинга стало резкое падение показателей Европейского Торгового банка: его итоговый балл снизился сразу на 20 пунктов (с 41 до 21), что незамедлительно ввело его в разряд рискованных. Что же произошло? По непонятным причинам руководство банка решило увеличить объем рискованных вложений почти в три раза. Вполне возможно, что таким способом оно пытается переманить к себе кого-нибудь из крупных клиентов. Однако опыт банков, уже упражнявшихся в подобных реверансах, красноречиво говорит о большом риске таких мероприятий (резкие колебания банков в вопросах выдачи кредитов называются у финансистов "прыжками в ширину"). Сцедив с одного банка кредитные ресурсы крупные клиенты-дояры (не путать с донорами), как правило, перекидываются на другой. При этом, как мы уже сказали, практически каждый из них холит и лелеет свой "карманный" банк.
       Особые опасения в отношении финансовой эквилибристики "Европейского Торгового" аналитики связывают, в частности, с тем, что остатки на клиентских счетах этого банка к концу прошлого года претерпели заметное снижение. Вследствие чего банк был вынужден прибегнуть к поиску межбанковских кредитов.
       А вот клиентам Национального Пенсионного банка беспокоиться пока не стоит. Тот факт, что по сравнению с рейтинговыми исследованиями, проведенными нами в октябре прошлого года, к настоящему моменту он не занял лидирующих позиций, еще не свидетельствует о его ненадежности. Покинув сотню крупнейших (уставный фонд банка уменьшился на 18,7 млрд рублей), Национальный Пенсионный банк, например, сумел даже повысить свою ликвидность. Итоговый же рейтинг этого банка несколько повысился (с 52,5 до 52,9 баллов), что лишний раз свидетельствует о том, что за рулем у него стоят высококвалифицированные профессионалы.
       Несколько иная судьба сложилась у Сургутнефтегазбанка и банка "Олимпийский". Помимо того, что они не вошли на этот раз в сотню крупнейших банков (их капитал рос не так быстро, как у других финансовых институтов), они также снизили итоговые показатели. В частности, на результатах банка "Олимпийский" (итоговый рейтинг упал почти вдвое — с 88 до 44,6 баллов) сказалось троекратное увеличение его рискованных операций (объем кредитов возрос с 23 до 68 млрд рублей).
       А Сургутнефтегазбанк (итоговый балл снизился с 61 до 52) сократил свой капитал, поскольку к концу года раздал всю заработанную прибыль, а также увеличил размер сч. 904, на котором обычно скрываются предстоящие убытки.
       И все же коэффициенты ликвидности и надежности "Олимпийского" и Сургутнефтегазбанка можно считать достаточно высокими. Просто в стане "банков-середняков" тягаться намного сложнее.
       
       Дмитрий СИМОНОВ