Кодификация военно-медицинского законодательства в Российской империи конца XVIII века

КОДИФИКАЦИЯ ВОЕННО-МЕДИЦИНСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА В РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ

КОНЦА XVIII ВЕКА

ПЕЧНИКОВА Ольга Г лебовна

Аннотация: статья посвящена кодификационной деятельности императора Павла I в военно-медицинской сфере, что создало необходимые правовые условия для создания эффективного медицинского обеспечения российской армии и флота.

Annotation: the paper related to military and medical codification activity of the imperator Pavel I to establish necessary legal conditions under which the Russian armed forces and Navy have to be medical supplied more effectively.

Ключевые слова: Воинский устав, медицина, лекарь, медицинская коллегия, полк, госпиталь, лазарет, гарнизон.

Key words: Military charter, medicine, doctor, regiment, hospital, small hospital (lazaret), military reservation.

Воинский устав «О полевой пехотной службе» (в дальнейшем Воинский устав), принятый императором Павлом I 29 ноября 1796 года1, имеет непосредственное отношение к военной медицине. В связи с этим ч. VIII, гл. XVI «О принятии в службу Лекарей, о присмотре за больными и о сбережении солдат» вызывает у нас определенный интерес.

В первую очередь отметим, что распоряжение п. 1 гл. XVI «не принимать на службу Лекарей без экзамена Медицинской Коллегии, которая должна давать свои аттестаты и брать надлежащую присягу с приходящих в службу» распространялось на всех медицинских чиновников (п. 2).

Использование цирюльников, не имеющих медицинского образования в качестве лиц, оказывающих медицинскую помощь -архаизм, доставшийся в наследство от предыдущих периодов царствования, обусловленный нехваткой медицинских кадров, бережно переносится и в эпоху правления Павла I.

Разница состояла лишь в том, что Воинский устав2, согласно п. 3, велел полковым лекарям передавать цирюльникам какие-то свои знания, не определяя должного объема, контроля качества полученных знаний и порядка выдачи свидетельств, позволяющих применять их на практике, также определял иерархическую подчиненность цирюльников полковым лекарям. Последним вменялось в обязанность «объезжать роты, а особливо, когда случится

в которой много больных», «если трудные больные случатся, отсылать их в штаб»3.

В каждом гарнизоне, «где полк стоит», организовывался полковой или батальонный лазарет. Полковой лекарь обязан был проводить частые осмотры больных, во время которых делать назначения по лечению и диете (п. 4, 5).

Каптенармус, цирюльник и несколько надзирателей должны были находиться постоянно на территории лазарета, включая ночное время, а представитель офицерского состава посещал больных 1 раз в день (п. 5).

Соблюдение карантинных мероприятий в случае появления «прилипчивых болезней» и необходимость «делать консультацию Медицинскому чину с городскими» (за которую производить оплату «из полковой суммы»), если «окажутся в гарнизоне опасныя болезни», регламентировались п. 6.

Пунктом 7 Воинского устава в целях предупреждения простудных заболеваний предусматривалось «в каждом гарнизоне, с 1 октября по 1 мая, вешать на караулах и постах шубы для часовых и теплые сапоги», а офицерам «смотреть за людьми, чтоб не таили болезней»; «если который человек сумнителен покажется», вызывать «Медицинских чинов» (п. 8).

Лекари обязаны были осуществлять контроль за принимаемой пищей, «смотреть, чтоб люди не объедались, а особливо нездоровыми овощами и недозрелыми плодами (п. 9), а также не злоупотребляли спиртными напитками,

1 ПСЗ РИ. Собр. 1. Т. XXIV. СПб., 1830. № 11588.

2 Там же.

«также бы и не пили вспотевши; для чего после похода или учения держать людей несколько в ружье, дабы простыли», следить, чтобы вне службы «излишно не уставали и не разгорячались» (п. 10).

Глава VI ч. 9 Воинского устава «О полевой пехотной службе»4 имела название «О смотрении за чистотою и опрятностию солдат». В ней подробно описывалось все обмундирование, внешний вид, прическа и прочее. Все это следовало содержать в чистоте и производить особый уход за каждой принадлежностью, мы же остановимся на положениях, представляющих научный интерес для нашего исследования.

Санитарно-гигиенические правила распространялись на белье (п. 1), рекомендовалось «приучать солдат во всех частях круг себя чисту быть, мыть руки и лицо, также каждую неделю посылать оных в баню» (п. 4).

Глава XXXII с названием «О присмотре за больными в поле и о сохранении солдат» регламентировала организацию в близлежащем городе «лазарета для армии, куда и отсылать больных, которых и отправлять при случае дальнего похода армии, от каждого баталиона, при каптенармусе, Лекаре и двух Надзирателях» (п. 1).

Нормативно предусматривалось наличие двух лазаретов: полевого и главного, причем в последнем работали «особливые 8 Лекарей» -отдельный штат медицинских чиновников (п. 1). Полковой лазарет сопровождал войска в походе, а главный имел стационарную дислокацию. Ежемесячный контроль над целевым использованием средств полкового лазарета возлагался на генерал-штаб-доктора и штаб-лекаря (п. 2).

Дополнением к гл. XXXII, на наш взгляд, можно назвать Высочайший приказ, отданный при пароле, от 1 декабря 1799 года «Об учреждении госпиталей при ротах, в случае квартирования оных особо от полка частями»5, предписывающий «отделять все нужное для онаго от положеннаго на то в полку, по пропорции людей в каждой роте, чтоб отнюдь больные не были привозимы в Штаб для пользования».

Возвращаясь к рассмотрению части девятой Воинского устава «О полевой пехотной службе»6, считаем необходимым отметить, что п. 3 этого документа содержал приказ иметь

4 ПСЗ РИ. Собр. 1. Т. XXIV. СПб., 1830. № 17588.

5 ПСЗ РИ. Собр. 1. Т. XXV. СПб., 1830. № 19213.

6 ПСЗ РИ. Собр. 1. Т. XXIV. СПб., 1830. № 17588.

в каждой роте «денщика особого для больных», а п. 5 и 8 предписывали, чтоб ежедневно «для больных и слабых похлебки хорошо варены были» и осуществлялся хороший «присмотр».

Цирюльникам надлежало находиться «во время походов при батальонах» (п. 6), для транспортировки одеял для раненых и больных предназначалась вьючная лошадь (п. 7). Для предупреждения травматизма и инфицирования ног командиры, штаб-офицеры и капитаны обязаны были следить, чтобы «под штиблетами летом шерстяных чулков не носили, но холстинные», все вещи были по размеру и в нужном комплекте (п. 9).

В тот же день, что и рассмотренный нами Воинский устав «О полевой пехотной служ-бе»7, то есть 29 ноября 1796 года, императором Павлом I был принят Воинский устав «О полевой кавалерийской службе»8, где в гл. I с названием «О числе коннаго полку» в составе

1 033 человек полка, а именно в унтер-штабе, мы можем увидеть полкового лекаря, профоса и 5 эскадронных фельдшеров.

Глава XXXIV «О принятии в службу Лекарей, о присмотре за больными и о сбережении рядовых» Воинского устава «О полевой кавалерийской службе»9 дублировала гл. XXXII Воинского устава10 с названием «О присмотре за больными в поле и о сохранении солдат».

Согласно п. 2 гл. XXXIX «Об отставках»; Воинского устава «О полевой кавалерийской службе»11 ежегодно в октябре месяце проводился строевой смотр, где в обязательном порядке присутствовали выслужившие 25 лет, определявшиеся на «инвалидное содержание»; относительно «получивших увечье» за время несения службы повелевалось: выдавать пенсионное содержание «несмотря на лета службы».

25 февраля 1797 года императором Павлом I был утвержден Устав Военного флота12, из которого мы рассмотрим положения, представляющие интерес для нашего исследования. К их числу можно, на наш взгляд, отнести ч. I с названием «Кем флот долженствует быть управляем; о главном его начальнике и о подчиненных ему флагманах», содержащую гл. VII «О Генерале-Кригс-Коммиссаре».

7 ПСЗ РИ. Собр. 1. Т. XXIV. СПб., 1830. № 17588.

8 ПСЗ РИ. Собр. 1. Т. XXIV. СПб., 1830. № 17590.

9 Там же.

10 ПСЗ РИ. Собр. 1. Т. XXIV. СПб., 1830. № 17588.

11 ПСЗ РИ. Собр. 1. Т. XXIV. СПб., 1830. № 17590.

12 ПСЗ РИ. Собр. 1. Т. XXIV. СПб., 1830. № 17833.

Его должностные обязанности включали контроль еженедельных ведомостей «от Лекарей о их медикаментах, о числе больных и о существе болезней» (п. 2); лично докладывать генерал-адмиралу или главнокомандующему над всем флотом (п. 3); контролировать работу лекаря, обеспечение больных лекарствами, чистой одеждой, пищей, «питьем» (п. 5).

Кроме этого, совместно с хозяйственным Советом генерал-кригс-коммиссар принимал меры, чтобы в случае «размножения болезней учреждены были способные для размещения больных госпитальные корабли» (п. 5) или «когда флот будет находиться возле какого-либо берега» организовывались госпитали и лазареты на берегу (п. 6).

Г лава X «О Г лавном Докторе» определила его местопребывание «на госпитальном корабле или на корабле Главного Начальника над флотом» (п. 1), кому передавать полученные от лекарей «ведомости о числе больных, о свойствах болезней каждого, о числе и качестве лекарств».

Ежедневные утренние и вечерние обходы больных госпитального корабля; осуществление контроля над работой лекарей, соблюдением чистоты и порядка, проведением дезинфекции воздуха («окуривание уксусом»), «какова служителям производится пища, разыскивать причины болезней... средства для предупреждения и пресечения оных при самом их еще начале» (п. 2-4, 7).

Следующая гл. XI «О Штаб-Лекаре» предоставляла возможность данному должностному лицу «помогать Доктору, а в небытность онаго заступать его должность» (п. 1), а также «надсматривать за больными» и докладывать доктору о них (п. 2).

В части II «О должности Капитана на корабле и всех подчиненных Офицеров» содержится гл. III с названием «О Капитан-Лейтенанте», регламентирующая его подчиненность и подотчетность капитану корабля, («он повинен каждый день «в 8 утра письменно», в 8 вечера «словесно» рапортовать капитану корабля - п. 1), «смотрение. за чистотой корабля и за больными, чтобы были содержаны чисто, не имели бы ни в чем недостатка» (п. 6).

Глава XIII «О Лекаре» обязывала его «принять из аптеки сундук с лекарствами при Докторах от флота и госпитали и в приеме расписаться» (п.1); вести документацию по расходу лекарственных средств, а при возвращении сдать остатки (п. 2); еженедельно докладывать доктору о числе больных и лечении

(п. 3); обучать и контролировать работу подле -каря и учеников, «иметь крайний присмотр за больными, каждый день посещать их два или три раза» (п. 4); сообщать данные о больных и болезнях (п. 5), а при наличии «опасно больных» и отсутствии госпитальных кораблей -«доносить немедленно Доктору и Штаб-Лекарю» (п. 6).

Лекарю запрещалось брать и требовать с больных оплаты за труд (п. 8) и покидать трюм или кубрик во время сражения, так как основной заботой его было, чтоб «раненым была подаваема всевозможная помощь, почему как подлекарь, так и лекарские ученики должны быть при нем» (п. 9).

Глава XX «О профосе» предписывала этому чину следить за чистотой, особенно «около гальюна», применяя для этого все необходимые методы воздействия на команду, для чего иметь «все инструменты для наказания, как то кошки, линьки, железы и прочее».

Часть III Устава Военного флота13 имела название «О благоустройстве Военного флота». В ней мы рассмотрим гл. IX «О содержании морских служителей на море», куда кроме каждодневного рациона команды, рассмотрение которого мы оставим за пределами нашего исследования, вошли активные мероприятия, направленные на борьбу с цингой - болезнью, связанной с авитаминозом.

Так, п. 16 вышеозначенного документа рекомендовал «послать Лекаря с несколькими служителями для отыскания разных годных к варению трав, как то цикория, дикого кресса, портулака, для варения щей», а п. 17 приказывал «на каждый корабль или судно отпускать нужное количество разных веществ для больных, то есть сухого бульона, манных круп для варения каш, изюму, черносливу, лимонов, сахару» и т.д., что иметь в «северных компаниях» в обязательном порядке.

Глава X «О денщиках» не предусматривала такого рода «услужения» для медицинских сотрудников. В XI главе «О наблюдении распорядка на корабле, вышедши на рейду из гавани» вошли положения, касающиеся несения службы, в частности военно-медицинской, что мы представим далее.

Так, п. 11, 85 и 86 посвящались регламентации соблюдения чистоты на корабле, п. 103 обращал внимание на режим проветривания, а п. 87, кроме этих же требований, ре-

комендовал размещать больных «в нижнем деке» и в 7 часов утра лекарю с учениками их осматривать, подготовив отчет, о котором мы упоминали ранее (п. 88).

В пункте 89 говорилось о необходимости предоставления койки каждому пациенту, «для трудных - с рамками и пяльцами, дабы в оных больные больше имели покоя», в п. 90 - чтобы у каждого был колпак, тулуп или шлафрок, белье, байковое одеяло, хранящиеся у комиссара.

«Присматривать и услуживать» обязаны были престарелые матросы, «коих должно полагать на десять трудно больных по два человека, а в случае малолюдства - по одному» (п. 91, 92); для удобства обеспечения ухода, предусматривались «укрепленные к борту шкапы или столики с прорезанною доскою» и проч. (п. 93); в целях дезинфекции производить уборки помещений, «перестилание постелей», «окуривание

можжевельником и уксусом» (п. 94-96).

Пункт 97 предписывал заготавливать и бережно хранить продукты, «стараться получать всякого рода зелень, а особливо противоцинготную и употреблять как для больных, так и здоровых, равно и свежее мясо (п. 98), рыбу ловить и употреблять в пищу (п. 99).

Еженедельно лекарю рекомендовалось осматривать «у всего экипажа во ртах, что нет ли опухоли и нечистоты около десен, которая есть признаком цинготной болезни», в случае наличия которой, «заставлять каждыя сутки мыть и чистить раза по три во рту и давать противу-цинготныя вещества» и т.д. (п. 100). Пункт 101 также посвящался ежедневной чистке зубов всей командой, а потому «надлежит, чтобы на баке поставлены были образы с водою».

Глава XII «О наблюдении распорядка приготовления к снятию с якоря и выходу с рейды» содержала распоряжение, относящееся к капитану или капитан-лейтенанту: «перед самым снятием с якоря, вызвать всю команду наверх», «больных пред походом переменить и взять из порта здоровых; а паче беречься должно, чтобы не было на корабле одержимых прилипчивыми болезнями и имеющих признаки цинготной болезни; и таковых лучше оставить на берегу».

Продолжением ряда законов по организации военно-медицинской службы сухопутных войск мы считаем Высочайше утвержденный доклад Комитета при Военной коллегии от 12 марта 1798 года, состоящий из закона «Об учреждении при полевых полках лазаретов»14.

Документ представляет иллюстрацию финансирования госпиталя за счет налоговых вычетов «у Штаб, Обер и Унтер-Офицеров, а также у мастеровых по одной копейке с рубля - 151 руб. 52 коп.»; оплата труда состоящих в штате сотрудников лечебного заведения составила по 200 руб. для каждого полка; половина жалованья с каждого рядового по 4 руб. 75 коп., «удерживаемая со всякого больного», с 60 человек составила 285 руб.

Общие затраты (с учетом питания: «на каждого человека - по 15 руб. 23 и 1/2 коп., а на 60 человек - 914 руб. 10 коп.) составили 1 547 руб. 62 и 1/2 коп, что превысило планируемую сумму (1 254 руб. 55 коп. в год) на 293 руб. 7 и 1/2 коп., что было представлено на рассмотрение императора, утвердившего смету.

Восполнить финансовый дефицит надлежало не только из казны, но и из средств, полученных во исполнение Высочайшего Приказа, отданного при пароле от 13 марта 1798 года «О вычете из жалованья с Гвардии Офицеров, сказывающихся больными»15, повелевающем «взыскивать жалованье за столько дней, сколько оные будут больными рапортоваться».

Устройство городского госпиталя на 25 человек кратко отражено в Высочайше утвержденном докладе генерал-майора Обольяни-нова от 12 января 1797 года «Об учреждении в городе Гатчине Городового Правления и го-родоваго госпиталя»16.

Так, в разделе «Городовой госпиталь на 25 человек»17 излагается штатный состав его медицинских служащих: «При оном быть Доктору или Штаб-Лекарю, Лекарю одному, подлекарю одному, лекарским ученикам четырем, цирюльникам двум». В госпитальной аптеке, получающей лекарства из главной аптеки, работали аптекарь и два его ученика.

В госпитальном правлении полагалось присутствовать «Коменданту, Доктору или Штаб-Лекарю, Регистратору и подканцеляристу, да для смотрения чистоты двум надзирателям». Кроме этого, в составе госпиталя были «повивальная бабушка» (не отнесенная законодателем к медицинскому персоналу), «Комиссар, вахтеров 2 над провизией и платьем»;

11 работников; 4 повара и хлебника, 2 столяра, 1 плотник, 3 прачки, служители церкви. На службе в уезде состояли: Лекарь, Подлекарь и ученик лекарской».

15 ПСЗ РИ. Собр. 1. Т. XXV. СПб., 1830. № 18433.

16 ПСЗ РИ. Собр. 1. Т. XXIV. СПб., 1830. № 17725.

17 Там же.

Вопросы финансирования госпиталя не вошли в рассматриваемый закон18, поэтому тем же днем датируется Именной указ, данный государственному казначею от 12 января 1797 года «О ежегодном отпуске сумм на содержание Городоваго Правления и городоваго госпиталя в городе Гатчине»19, в силу которого императором повелевается направлять ежегодно на содержание этих учреждений сумму в размере

26 181 руб. 48 коп.

Улучшить финансирование охраны здоровья населения с дальнейшим перераспределением полученных средств на лекарственное снабжение ставил своей целью Сенатский указ от 12 июля 1798 года «О вычете денег на медикаменты из жалованья штат-

ных воинских команд не с наличного числа людей, а с полнаго комплекта, по штату по-ложеннаго»20, согласно которому «постановлено, чтобы вычитаемую на медикаменты сумму с полнаго комплекта Губернских рот и штатных команд обратить по каждому уездному городу на покупку» всего необходимого для лечения.

Таким образом, в конце XVIII в. в империи была предпринята попытка кодификации разрозненного правового массива, регулировавшего военно-медицинскую сферу, основными источниками которой стали Воинский устав «О полевой пехотной службе», Воинский устав «О полевой кавалерийской службе» и Устав Военного флота.

18 ПСЗ РИ. Собр. 1. Т. XXIV. СПб., 1830. № 17725.

19 ПСЗ РИ. Собр. 1. Т. XXIV. СПб., 1830. № 17726.