С вами говорит телевизор

На платформе Disney+ выходит сериал «Ванда/Вижен» — признание в любви телевидению, которое испокон века через мыльные оперы и ситкомы транслирует нам примеры идеальной жизни, какой никогда не было в действительности

Фото: Marvel Studios Inc.

На вступительных титрах сериала хорошо знакомые нам супергерои из вселенной Marvel — Капитан Америка, Енот Ракета, Железный Человек — парят в небесах, с кем-то яростно дерутся и принимают гордые позы, а потом их изображения сжимаются, становятся меньше, и их засасывает в воронку — и вот они уже заперты внутри логотипа, больших красных букв МАRVEL. Суперы заперты в застенках «Марвел», а у «Марвел» не забалуешь — за каждым персонажем волочится шлейф его комиксовой биографии, подкрепленной фильмами, ее фанаты хорошо изучили и всякое отступление от канона воспринимают как жульничество — но реальность придуманного мира многомерна, и тут всегда есть варианты. Про андроида Вижена (Пол Беттани) нам точно известно, что он погиб. В фильме «Мстители. Война бесконечности» его убил всемогущий Танос. Так что когда он, как ни в чем не бывало, появляется в черно-белых кадрах сериала в роли счастливого молодожена вместе со своей возлюбленной Вандой Максимофф, она же Алая Ведьма (Элизабет Олсен),— даже ребенок понимает: что-то здесь не так. За всем этим скрыта какая-то Тайна.

Итак, Ванда и неожиданно воскресший Вижен существуют внутри черно-белого ситкома 1950-х в духе «Моя жена меня приворожила» (в нем главная героиня была ведьмой, как и Ванда). Это определенно картина потерянного рая: в тихом Вествью, где они поселились, царит пригородная идиллия, будто нарисованная Норманом Роквеллом. «Что скажешь насчет бекона и яичницы на завтрак, дорогой?» — «Скажу, что я не ем еду!» — «Так вот почему у нас в холодильнике всегда пусто!» Звучит закадровый смех — конечно, Вижен «не ест еду», потому что он андроид. Ванда устраивает вечеринку, пользуясь советами из глянцевого журнала. Вижен изображает на работе рубаху-парня, такого, как все,— небольшой сбой происходит, лишь когда он случайно глотает жвачку, и она застревает между шестеренками его железного организма, но и тут он выглядит просто как слегка подвыпивший комический муж.

1 / 4

Но что-то тут не так: посреди черно-белой картинки вдруг появляются вкрапления цвета. На радиоприемнике пульсирует красный огонек, и оттуда доносятся слова: «Ванда, ты слышишь нас?» Да и с соседями, кажется, все не слава богу. Сосед Херб, вместо того чтобы подрезать кусты, почему-то машинально дербанит забор, а председательница женского клуба неожиданно спрашивает Ванду: «Как домохозяйке вывести пятно крови с белой ткани?» Кажется, «Я люблю Люси» встречается тут с «Сумеречной зоной». И не только — в ход идут киношные аллюзии: когда мужья из Вествью собираются своим мужским зловещим кружком, это прямая цитата из «Степфордских жен». Как и история с женой Виженова босса, которую будто заело на званом обеде: она повторяет одно и то же и не может остановиться. В третьей серии черно-белый ситком внезапно расцветает яркими красками во время любовной сцены Ванды с Виженом. Кажется, режиссер Мэтт Шенкман не меньше нашего любит фильм «Плезантвиль» (1998), где попавшие в черно-белый ситком персонажи раскрашивают его силой своих чувств. И вот от 50-х мы плавно мигрируем в 70-е, а потом и в 80-е — каждая серия стилизована под новое десятилетие, когда телевидение уже обрело цвет, но его умиротворяющий, убаюкивающий посыл и пример образцовой придуманной жизни все еще оставались неизменными.

Но умиротворение не может длиться вечно. Сериал то и дело прерывается рекламными вставками, и в кадре появляются кухонные гаджеты под названием «Старк», «Гидра» и «Штрукер» (так звали агента «Гидры», который ставил эксперименты над Вандой и ее братом). Англоязычные обозреватели, посмотревшие три эпизода сериала, с упоением подмечали эти цитаты, искали намеки на то, что Ванда и Вижен живут в ненастоящем мире, и все это какое-то шоу Трумана — а иначе зачем бы Вижену цитировать Шекспира: весь мир, мол, театр, и так далее? Соседи кругом — актеры, кровь бутафорская, и никто не замечает сюрреальщины, которая пронизывает все вокруг,— например, во время диалога Ванды с соседкой по гостиной бродит сошедший с рисунка на обоях аист. Меж тем разгадка, как водится, лежала прямо на поверхности, в названии сериала. Оно ведь неспроста написано в одно слово — «WandaVision», то есть что-то вроде «телевидение Ванды», тщательно наведенная ею галлюцинация. И вот примерно на середине шоу разом вывалило все свои секреты: да, этот мир придуманный, а вокруг городка Вествью, отгороженного от реальности энергетическим куполом, окопались агенты организации «М.Е.Ч.».

Между тем здесь есть кое-что и про нас. В каком-то интервью Элизабет Олсен проговорилась, что одна из тем сериала — западное телевидение в восприятии человека из Восточной Европы (Ванда ведь выросла где-то поблизости, в стране Соковия). Этот человек смотрел «заграничное кино» очарованными глазами, принимал его за чистую монету и вот теперь пытается воспроизвести его в собственной жизни — потерянный рай, которого никогда не существовало в действительности. Но коль скоро «телевидение Ванды» все дальше прорывается через десятилетия, то однажды оно должно упереться в тот момент, где совпадет с телевидением нынешним. Рано или поздно, но это всегда случается: блуждая сквозь иллюзии, попадаешь в настоящее и приходишь к самому себе. И то, что подобные идеи транслирует супергеройский сериал вселенной «Марвел»,— это просто праздник какой-то.

Смотреть: Disney+