Фискальная политика государства как стимулирующий фактор развития винокуренного производства в условиях акцизной системы (на материалах Западной Сибири)

YAK 339.3 ББК 65.422.52

ФИСКАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА ГОСУДАРСТВА КАК СТИМУЛИРУЮЩИЙ ФАКТОР РАЗВИТИЯ ВИНОКУРЕННОГО ПРОИЗВОДСТВА В УСЛОВИЯХ АКЦИЗНОЙ СИСТЕМЫ

FISCAL POLICY OF THE STATE AS THE STIMULATING FACTOR DEVELOPMENTS OF DISTILLING PRODUCTION IN THE CONDITIONS OF EXCISE SYSTEM

Данная статья посвящена вопросу влияния экономической политики государства на развитие винокуренного производства в условиях акцизной системы. Благодаря проведенной в 1863 г. акцизной реформе любой желающий при наличии финансовых возможностей получил право строить и запускать в действие винокуренные, водочные или медо-пивоваренные заводы практически в любом регионе страны. За собой государство оставило функции регулирования и контроля, а также удовлетворение фискальных интересов казны путем взимания питейного налога.

This article is devoted to the question of the impact of economic policy on the development of the distilling industry in terms of the excise system. Thanks in 1863 excise reform anyone in the presence of financial opportunities received the right to build and launch a distillery, vodka distillery or Medo-Breweries in almost any region of the country. The state left the functions of regulation and control, and satisfaction with the fiscal interests of the Treasury by levying liquor tax.

Ключевые слова: Россия, государство, Западная Сибирь, винокурение, акциз, налог, контроль.

Key words: Russia, government, Western Siberia, distilling, excise, tax, control.

В 1863 году в России была проведена акцизная реформа, превратившая производство и продажу алкогольных напитков в сферу свободного частного предпринимательства. Благодаря данной инициативе правительства любой желающий при наличии соответствующих финансовых возможностей получил право строить и запускать в действие винокуренные, водочные или медо-пивоваренные заводы практически в любом регионе страны. За собой государство оставило функции регулирования и контроля, а также удовлетворение фискальных интересов казны путем взимания питейного налога. Последний включал в себя два основных элемента: 1) акциз с производимого количества питей и изделий из вина и спирта, и 2) патентный сбор с винокуренных, водочных и пиво-медоваренных заводов, а также с оптовых или розничных заведений для продажи алкогольных напитков. Главным источником пополнения бюджета являлся акциз. Акцизному сбору подлежали спирт, хлебное вино, водки и настойки, портер и пиво, а также брага, приготовленная промышленным способом на специальных заводах. Не подлежали акцизу виноградные вина, уксус и медовый квас и, кроме того, спирт и вино, вывозимые за границу [12, ст. 2, 3].

Все полномочия по организации акцизной системы были целиком сконцентрированы в Министерстве финансов, а точнее в Департаменте неокладных сборов. По всей территории Российской империи учреждались Губернские акцизные управления, на которые ложился контроль за производством и продажей алкогольных напитков, начисление и сбор питейного

А.М. МАРИУПОЛЬСКИЙ

A.M. MARIUPOLSKY

налога. Непосредственно на местах (в уездах) формировались Окружные акцизные управления, причем территориально и губернские и окружные акцизные управления не обязательно должны были совпадать с административными границами регионов. Все зависело от степени развития и концентрации винокуренного производства. Так, например, Акцизное управление Западной Сибири объединяло 9 округов: Тобольская губ. - МП окр., Омский уезд - IV окр., Томская губ. - У-УП окр., Семипалатинская обл. - VIII окр., Акмолинская обл. - IX окр. [5, с. 140] Штат Акцизного управления Западной Сибири по данным на 1867 г. включал в себя управляющего, 2-х старших и 3-х младших ревизоров, секретаря, бухгалтера и 3-х его помощников. По окружным управлениям: 9 надзирателей, 27 помощников надзирателей, 9 письмоводителей и 9 писцов - всего 65 служащих [10, л. 26-27]. Стоит отметить, что в указанный период времени под их контролем находилось 24 винокуренных, 21 водочный и 10 пиво-медоваренных заводов, а также 175 оптовых складов вина и спирта и 5886 заведений для раздробительной торговли алкоголем [10, л. 27].

Как уже отмечалось выше, основной задачей чиновников акцизного ведомства являлось забота о пополнении государственной казны, что было напрямую связано с неукоснительным соблюдением винопромышленниками и виноторговцами всех правил и требований, установленных законом. Для производства винокурения каждый владелец завода должен был выкупить свидетельство прежде, чем будет сделан очередной затор. Причем, размеры и характер припасов, срок брожения и самого процесса перегонки при этом обязательно указывались. Кроме того, взвешивание и закладка припасов должны были осуществляться только в присутствии акцизного чиновника (надзирателя или его помощника), после чего склады с зерном, солодом и др. сырьем закрывались и опечатывались. Емкость чанов для заквашивания сырья также фиксировалась специальным актом и не могла произвольно меняться. Всякое нарушение или отклонение от установленных правил влекло за собой различные штрафные санкции, вплоть до остановки винокурения. Такая регламентация требовала со стороны государства постоянного контроля. С этой целью за каждым заводом закреплялся чиновник акцизного управления, который значительные промежутки времени находился при указанном ему заводе. Владелец завода обязан был предоставить надсмотрщику помещение для жилья, дрова и прочие услуги за свой счет. В соответствии с Уставом о питейном сборе все должностные лица акцизного управления имели право в любое время свободно входить на территорию любого винокуренного, водочного или пиво-медоваренного завода, а также в места оптовой и раздробительной продажи питей, даже если последние окажутся закрыты для посетителей [12, ст. 32, 33].

Чтобы винопромышленник не смог пустить в оборот значительное количество спирта в обход акцизного ведомства и уклониться от уплаты акциза, государством были установлены нормы винокурения, на основе которых выход спирта из определенного вида и количества припасов заранее оговаривался. Соответственно заранее устанавливался и размер акциза, который заводчик обязан был уплатить, даже если и не смог получить в ходе последующего производства указанного количества продукта.

Первоначально были установлены две нормы винокурения: низшая и высшая. Для пуда ржаной муки и всякого солода они составляли соответственно 32% и 34% выхода безводного спирта, что в переводе на вино равнялось 0,8 вед. и 0,85 вед. в 40°. Для пшеничной муки и кукурузы выход спирта был определен в 34% и 36% или 0,85 и 0,9 вед. вина в 40°. Если количество спирта в ходе винокурения выходило меньше указанного по норме, т. е. получался недокур, то заводчик, помимо затрат на производство, нес еще и дополнительные расходы по оплате акцизом недостающей до нормы части вина. Если же спирта получалось более расчетной нормы, так называемый перекур, то первоначально было определено при высшей норме весь перекур

не облагать акцизом, а при низшей - половину его, т. е. в пользу заводчика отчислялся акциз или со всего перекура или с половины его, смотря по избранной им для винокурения норме. Норму винокурения промышленник выбирал сам, исходя из своих возможностей. Для производства по высшей норме требовалось и наличие соответствующего, более качественного, оборудования, что напрямую зависело от состоятельности предпринимателя. Кроме того, необходимы были и квалифицированные рабочие кадры, могущие со знанием дела налаживать и эксплуатировать такое оборудование.

К середине 80-х гг. XIX в., как отмечал «Вестник финансов, торговли и промышленности», почти все западно-сибирские винокуренные заводы производили спирт при 3-х суточном брожении и по высшей норме (исключение составлял только 1 небольшой завод) [9, с. 298]. Здесь немаловажную роль играла и налоговая политика государства. Так, следует отметить, что размер акцизного сбора постоянно повышался. Изначально в момент введения акцизной системы (1863 г.) он составлял 4 к., но уже в следующем 1864 г. на 1 к. вырос (5 к.). В 1869 г. уже 6 к., с 15 мая 1873 г. - 7 к., с 19 мая 1881 г. -8 к., в 1892 г. - 9 к., а в 1897 г. - 10 к. с градуса (1/100 ведра безводного спирта). Таким образом, если в 1863 г. за каждое ведро произведенного вина крепостью в 400 владелец завода должен был уплатить 1 р. 60 к. акцизного сбора, то в 1897 г. уже 4 р., т. е. в 2,5 раза больше. Параллельно с повышением акциза сокращался размер перекура, т. е. безакцизных отчислений в пользу владельцев заводов. Если в начале акцизной реформы весь перекур освобождался от акциза и поступал в пользу заводчика, то 21 апреля 1869 г. наивысший размер перекура был ограничен 12% (при высшей норме), 30 мая 1876 г. уменьшен до 10%, а 15 мая 1879 г. - до 7% [9, с. 488]. По последнему из указанных законов, в зависимости от того, по какой из трех норм (т. е. низшей, средней или высшей) производилось винокурение, безакцизно отчислялось: при 5-суточном брожении - 2,5%, 3% и 4%; при 4-суточном брожении - 3%, 4% и 6%; при 3-суточном брожении - 4%, 5% и 7%. Те же заводчики, которые выразили желание платить налог в полном объеме за все количество спирта, показанное контрольным снарядом, освобождались от ответственности за недокур и от права премии за перекур (т. е. на безакцизное отчисление). Для покрытия же неизбежных расходов вина и спирта (усушка, утечка и т. п.) им предоставлялась льгота (компенсация) в размере 2,5% от всего количества вина, показанного контрольным снарядом. Иначе говоря, акциз на эти 2,5% не начислялся. Закон от 15 мая 1879 г. установил прямую зависимость размера перекура от нормы винокурения и сроков брожения. Достаточно заметить, что безакцизные отчисления при винокурении по высшей норме, но при 5-суточном брожении составляли тот же процент, что и при курении вина по низшей норме, но при 3-суточном брожении. Последствием такой законодательной меры было то, что 5-суточное брожение перестало применяться на практике и что наиболее употребительными стали 3 и 4-суточные системы. Но такое положение вещей сохранялось недолго. Закон 18 мая 1881 г. еще более сократил размеры перекура: наименьший - 2% (для винокурения по низшей норме при 4-суточном брожении, а равно и для тех заводов, которые курили вино без нормы); наибольший - 5% (при винокурении по высшей норме при 3-суточной системе брожения). Исключение было сделано для небольших заводов, с целью поддержки сельскохозяйственного винокурения. Сокращенное отчисление начиналось лишь с 25000 вед. вина в 40° или, что то же самое, с 1000000 градусов. Причем всем заводам безразлично на первый миллион градусов отчислялось по 7% перекура (при высшей норме и 3-суточном брожении), а на все последующее количество (при тех же условиях производства) - лишь 5%.

Согласно данным Департамента неокладных сборов, в период 1882/83 г. всего по Российской Империи винокуренных заводов насчитывалось 2517. Из них курили спирт по высшей норме - 1861 (74%); по высшей и средней -405 (16%); высшей, средней и низшей - 59 (2,3%); высшей и низшей - 55

(2,2%); средней - 29 (1,1%); средней и низшей - 33 (1,3%); низшей - 17 (0,7%); дрожжево-винокуренных заводов было - 54 (2,1%). В Западной Сибири, включая Акмолинскую и Семипалатинскую обл., было 30 винокуренных заводов (период 1882/83 гг.). Из них курили спирт: по высшей норме - 18 (60%); по высшей и средней - 11 (36,7%); по средней - 1 (3,3%) [7, с. 30].

Важным элементом производственного процесса в винокурении было затирание припасов. В обыкновенных заторных чанах эта работа производилась рабочими при помощи специальных весел. Дело достаточно долгое и трудоемкое. Применение паровых двигателей для приведения в движение мешалок аппаратов усовершенствованных конструкций сокращало использование ручного труда. Как показывают источники, в период винокурения 1888/89 гг. паровые двигатели использовались для затирания припасов на 49,6% заводов Российской империи. В Азиатской России доля подобных предприятий составляла в то же время 20,0% [11, с. 39-40]. Исходя из того, что под Азиатской Россией тогда подразумевались Сибирь и Туркестан, где винокуренных заводов было 50, а всего подобных заводов по России насчитывалось в тот период 2145, можно предположить, что по России в целом затирание припасов при помощи паровых двигателей осуществлялось на 1064 заводах, а в Сибири и Туркестанском крае на 10. На большинстве же винокуренных предприятий в период 80-х гг. XIX в. для затирания припасов использовались простейшие механизмы: конные приводы (как, например, на Николаевском № 17 Кобылина и Засухиной; Яковлевском № 24 купца 1-й гильдии А.Н. Пастухова и т. д.) [4, л. 2; л. 2] и водяные колеса. Кроме паромеханических мешалок, в винокуренном производстве получили применение паровые насосы для подачи воды в водонаполняемые чаны.

Во второй половине 80-х - начале 90-х гг. XIX в. в Западной Сибири, как и в целом по России, наблюдался значительный прогресс в составе перегонных аппаратов, применявшихся на винокуренных заводах. Как показывают данные источников, непрерывно действующие перегонные аппараты начали активно вытеснять все иные приспособления выгонки спирта из браги. Постепенно сокращалось число однокубовых аппаратов, в основном использовались двух- и трехкубовые аппараты системы Писториуса, без ректификационных колонок. К 1889 г. 25 из 50, т. е. 50% винокуренных заводов Сибири и Туркестана, были снабжены непрерывно действующими перегонными аппаратами. Из 2145 винокуренных заводов Российской Империи подобными аппаратами были оснащены 826 предпритий, что составляло 38,5% от общего их числа [11, с. 41-43]. Сибирское винокурение, как мы можем видеть, в этом отношении выглядело очень неплохо. Подобное стало возможным, по оценкам акцизного ведомства, благодаря его крупным размерам.

Сообразно с улучшением техники производства увеличивался и средний выход спирта из каждого пуда припасов при перегонке. Так, по данным Департамента неокладных сборов, в период 1885/86 гг. в Западной Сибири, сравнительно с предыдущим периодом, выход спирта был несколько выше и составил 41,23°. Увеличение размера среднего выхода спирта напрямую связывалось с «...улучшениями в технике производства, вместе с постановкой на многих заводах новых, более совершенных, перегонных аппаратов» [8, с. 288]. Та же причина повлияла и на повышение крепости выкуриваемого спирта. Средняя крепость в 1885/86 гг. составила 83,2°, причем наибольшая доходила до 89,6° (наименьшая была 76,7°).

От совершенствования техники производства напрямую зависит и качество выпускаемого продукта. В первые 20 лет существования акцизной системы слабым местом западносибирского винокурения было наличие в производимом спирте значительной доли сивушных масел и прочих вредных веществ. Очистка же спирта производилась исключительно холодным способом (с использованием древесного угля) и не давала должного эффекта. В конце второй половины 80-х гг. XIX в. на некоторых крупных заводах для улучшения качества выкуриваемого спирта стали устанавливать новые не-

прерывно действующие аппараты систем Ильгеса, Мюллера и К°. А в 1889 г. на двух заводах Западной Сибири появились ректификационные отделения. Одно из них было устроено на Новотроицком заводе братьев Ерофеевых, где был установлен (в декабре 1888 г.) ректификационный аппарат системы Са-валля [6, с. 22]. При помощи этого аппарата из спирта-сырца получался практически безсивушный (этиловый) спирт, крепость которого равнялась 93°. В период винокурения 1889/90 гг. два западно-сибирских винокуренных завода, производивших ректификацию спирта, сдали в подвалы 56,1 тыс. ведер вина в 40°, в готовом для продажи виде [11, с. 133, 143].

Подводя общий итог всему вышесказанному, попытаемся сформулировать некоторые выводы, вытекающие из логики проведенного краткого исторического обзора некоторых аспектов развития западносибирского винокуренного производства во второй половине XIX в. На первый взгляд может показаться, что логика изложения материала в данной работе не является цельной и последовательной. Первая часть работы характеризует некоторые характерные моменты организации и деятельности акцизного ведомства, вторая часть работы в большей степени посвящена сугубо техническим аспектам развития винокуренного производства в регионе с добавлением статистических показателей общероссийского масштаба. Однако это противоречие возникает лишь при поверхностном подходе, более внимательный взгляд позволяет увидеть неразрывную взаимосвязь этих двух явлений.

Отечественная историография, касаясь оценки политики государства в отношении питейного вопроса в России, как правило, видит в ней лишь максимальное стремление в удовлетворении исключительно фискальных интересов. Отсюда широкое распространение таких выражений как «спаивание населения», «пьяный бюджет» и т. п. Действительно, пополнение бюджета всегда являлось главной составляющей государственной алкогольной политики. Тем не менее, считаем нужным заметить, что практическая реализация этой политики в рамках акцизной системы была более многоплановой и продуманной. Так, в частности, повышение размера акцизного сбора, проходило хотя и целенаправленно, но постепенно, сообразуясь с ходом развития промышленного винокурения. В результате, рост акциза не приводил к сокращению производства и скачкообразному росту цен. В то же время, гибкое использование властями системы льгот (утверждение норм винокурения, безакцизные отчисления) стимулировало совершенствование производства. Необходимость изыскания путей повышения доходов вынуждало предпринимателей закупать новое оборудование (непрерывно действующие перегонные аппараты, паровые двигатели), развивать технологии (ректификация), что, в конечном счете, сказывалось и на повышении качества выпускаемого продукта.

В целом, касаясь политики государства в области винокуренного производства, полагаем возможным оценить ее как единство и борьбу противоположностей: фискальные интересы государства и свобода предпринимательства.

Литература

1. Андрющенко, Б.К. Обрабатывающая промышленность Сибири второй половины XIX в. [Текст] / Б.К. Андрющенко // Промышленность и рабочие кадры Сибири в период капитализма. - Новосибирск, 1980. - С. 32-56.

2. Андрющенко, Б.К. Фабричное производство в обрабатывающей промышленности Сибири (1861-1895 гг.) [Текст] / Б.К. Андрющенко // Рабочие Сибири в конце XIX - начале XX вв. - Томск, 1980. - С. 31-45.

3. ГАТО. Ф. 209. Оп. 2. Д. 39.

4. ГАТО. Ф. 209. Оп. 2. Д. 42. Ф. 209. Д. 34.

5. Мариупольский, А.М. Винокурение и виноторговля Западной Сибири в период действия акцизной системы (1863-1902 гг.) [Текст] / А.М. Мариупольский. - Барнаул, 2000. - 158 с.

6. Обзор Томской губернии за 1889 г. Томск, 1891. - 42 с.

7. Отчет Департамента неокладных сборов за 1883 г. - Ч. 2. Приложение. -СПб., 1884. - 143 с.

8. Отчет Департамента неокладных сборов за 1886 г. - Ч. 1. Приложение. -СПб., 1887. - 226 с.

9. Положение акцизного дела в Западной Сибири (Извлечение из отчета управляющего акцизными сборами Западной Сибири за вторую половину 1884 г.) // Вестник финансов, торговли и промышленности. - 1885. - Т. 2. -№ 18. - С. 298-300.

10. РГИА. Ф. 574. Оп. 6. Д. 142.

11. Статистика производств, облагаемых акцизом и гербовых знаков за 1899 г. -СПб., 1901. - 538 с.

12. Устав о питейном сборе. - СПб., 1863. - 126 с.