Успенский собор Московского Кремля в пожар 1547 года

Д. Г. Давиденко

Успенский собор Московского Кремля в пожар 1547 года 1

© 2022

УДК 726.5.03(470-25)"1547"

ББК 85.11

Д13

Поступила в редакцию 17.04.2022

Успенский собор Московского Кремля, выстроенный в 1479 г. и сохранившийся без существенных переделок, оказал влияние на формы соборов в русских городах и монастырях. По мнению А.Л.Баталова, ориентация на него прослеживается с начала XVI столетия [Баталов, 1996. С. 178-179]. Вл.В.Седов полагает, что в первой половине XVI в. архитектурным образцом выступал в основном Кремлевский Архангельский собор, а Успенский стал таковым с середины столетия, поскольку именно в Успенском храме 16 января 1547 г. Иван IV венчался на царство [Седов, 1996. С. 194-197].

Как кафедре главы Русской Церкви Успенскому собору следовало быть образцом. Посвящение Успению символизировало Вселенскую церковь (что видно на иконографии праздника, представляющей собрание апостолов у ложа Богородицы) [Баталов, 2003. С. 40, 43, 47-48]. А.Л.Баталов обратил внимание на соотнесенность московского храма Успения со всей Русской Церковью, наследницей Римской и Константинопольской, в послании старца Филофея дьяку М.Г. Мисюрю Мунехину, составленном ок. 1523/1524 г.: «вселенскиа апостольскиа Церкве, иже вместо римьскои и костянтинопольскои, иже есть в богоспасеном граде Москве святого и славнаго Успения Пречистыя Богородица, иже едина в вселеннеи паче солнца светится» [Баталов, 2003. С. 42].

Подражание Успенскому собору усиливается с середины XVI в. [Седов, 1996. С. 196-197; Баталов, 2003. С. 43-44] ввиду ряда событий, к числу которых мы относим московский пожар 21 июня 1547 г. и последующее возобновление храма.

Как сказано в Летописце начала царства (ЛНЦ), «загорися в городе у соборные церкви Пречистые вверх» со специальной оговоркой: «Божиим заступлением Пречистыя Богоматери честнаго и славнаго Ея Успения в соборнеи церкви деисус и вся сосуды церковныя сохранены были и молитвами святых чюдотворец Петра и Ионы» [ПСРЛ, 2009. Т. 29. С. 51-52; Жарков, 1962. С. 224].

1 Статья подготовлена при финансовой поддержке Российского научного фонда (проект № 20-18-00218).

Согласно летописному Отрывку, на следующий день после пожара государь молился в храме перед образами Владимирской и Петровской Божией Матери и перед гробами митрополитов Петра, Феогноста, Киприана, Фотия и Ионы, которые, очевидно, пожар пощадил. Там сказано, что «церкви та соборная невредима от бывшаго пожару... Толико во пророцех в верху три иконы загорались были с нижних поль и прилучишася подъяки и угасиша, и образов тех не вреди огнь» [Жарков, 1962. С. 225-226] 2.

В Продолжении Хронографа редакции 1512 г. говорится, что «не горело в городе в Пречистой соборной церкви да во Архангиле, да казна великие княгини не горела в полате у Лазаря святого» [Шмидт, 1951. С. 292].

В повести «О великом пожаре» из Рогожского сборника сказано, что «тоя великия церкви кровли вся огоре и паперть каменная от великаго огня рас-падеся». Митрополиту Макарию, задыхавшемуся в храме, удалось захватить с собой «образ Богоматере, его же великий чюдотворец Петр митрополит на-писа своею рукою, и книгу Божественаго правила, юже Киприян митрополит принес из Царяграда». Были попытки вынести образ Владимирской Богородицы, но он не сдвинулся с места. В целом храм был сохранен заступничеством Богородицы. Также там описывается видение новокрещенному татарину, как Богородица защитила собор от огня [Зимин, 1958. С. 201-202]. Эти сюжеты в сокращенном виде вошли в Степенную книгу [Зимин, 1958. С. 187-188; Степенная книга. 2008. Т. 2. С. 355-356].

Письменные источники свидетельствуют, что собор при пожаре мало пострадал, и почти не противоречат друг другу. Но если в повести «О великом пожаре» говорится о вынесении иконы Петровской Божией Матери и книги Правил из собора во время пожара3, то текст летописного Отрывка о молении государя в соборе перед этим образом на следующий день после пожара, склоняет к мысли, что образ в соборе оставался. Его вынос не подтверждается ранними источниками и маловероятен при спешной эвакуации.

На основании рассмотренных источников исследователи считали, что пострадали только кровля и каменная паперть собора [Зонова, 1964. С. 131; Толстая, 1979. С. 34; Кавельмахер, 1995. С. 215, 226].

Вскоре после пожара в Москве случилось восстание, в ходе которого был убитдядя Ивана IV князьЮрий Васильевич Глинский.СогласноЛНЦ убийство произошло 26 июня 1547 г. на площади Кремля [ПСРЛ, 2009. Т. 29. С. 54].

Продолжение Хронографа 1512 г., Первое послание Ивана Грозного к Андрею Курбскому от 5 июля 1564 г. и приписка к Царственной книге местом убийства называют Успенский собор.

Иван IV в Первом Послании к Курбскому не фиксируя твердой даты пишет, как во время пожара «наши же изменные бояре... аки время благополучно своей изменой злобе улучиша... И тако тех изменников научением боярина

2 Обзор списков см.: [Жуков, 2016. С. 119].

3 Это же отмечено в приписке к Царственной книге [Лицевой Летописный свод, 2010.

Кн. 20. С. 335].

нашего, князя Юрья Васильевича Глинсково, воскричав, народ июдейским обычаем, изымали его в пределе великомученика Христова Димитрия Селун-ского, выволокли его в... церковь Пречистыя Богородицы против митрополича места... его убиша и кровию церковь наполниша и выволокли его мертва в передние двери церковныя и положиша его на торжищи яко осужденника. И сие в церкви убийство всем ведомо... Нам же тогда живущим в своем селе Воробьеве» [Переписка Ивана Грозного, 1993. С. 29, 78, 139, 391. Примеч. 77. Комм.].

Аналогичная картина отражена в приписке к Царственной книге: «А князь Юрьи Глинской... пошел в церковь в Пречистую. Бояре же по своей [...] к Глинским недружбе наустиша черни; они же взяша князя Юрия в церкви и убиша его в церкви, извлекоша передними дверми на площадь и за город и положиша перед того кол, идеже казнят» [Лицевой Летописный свод, 2010. Кн. 20. С. 347, 551, 552]. Согласно Новгородской 4-й летописи по списку Н.К. Никольского (далее — Н1УЛ) Юрия Глинского едва живого извлекли из церкви и тут же убили.

Д.Н.Альшиц отметил содержательную близость рассказа Послания Ивана Грозного Андрею Курбскому и приписки к Царственной книге об убийстве Ю.В.Глинского в церкви, и видел в этом тенденциозное редактирование, предпринятое государем чтобы показать, «что... бояре-изменники безвинно проливали в церквах кровь» [Альшиц, 1947. С. 271-272]. Исследователь, больше доверяя рассказу о восстании, помещенному в первоначальной летописи, чем в Послании и в приписке, считал, что государь, исказив факты, внес в приписку «свой рассказ из письма» [Альшиц, 1957. С. 136-137]. Но Д.Н.Альшиц не объясняет, почему об убийстве Ю.В.Глинского в храме сказано не только в Послании Грозного к Курбскому и в приписке к Царственной книге, но и в Продолжении Хронографа 1512 г., а в Н1УЛ — в связи с храмом.

И.И.Смирнов, отталкиваясь от текста Н1УЛ и Продолжения Хронографа 1512 г., считал, что кровопролитие случилось «в церкве в Пречистеи у митрополита в время обедне», допустив, что службу вел митрополит [Смирнов, 1953. С. 109]. Определение «у митрополита в время обедне», по мнению исследователя, употреблено не для обозначения места служения обедни, т.е. митрополичьего Успенского собора, а в том смысле, что «в Успенском соборе обедню 26 июня служил сам митрополит Макарий» [Смирнов, 1953. С. 109]. Учтя текст Послания Грозного к Курбскому, в котором точкой убийства Ю.В.Глинского в соборном Богородичном храме названо митрополичье место, но не упомянут митрополит, И.И.Смирнов оставил «открытым вопрос о личном участии Ма-кария в обедне в Успенском соборе 26 июня» [Смирнов, 1953. С. 110, примеч. 28].

С.О. Шмидт, комментируя миниатюру Царственной книги на Л. 305, иллюстрирующую убийство Ю.В. Глинского, отмечает, «что в иллюстрируемом тексте (т.е. первоначальном, написанным уставом, а не в тексте приписки. — Д.Д.) ничего не сказано о том, что убийство произошло в Успенском соборе, где пытался укрыться Глинский от обезумевших... черных людей. Однако художник, по-видимому, знал об этом и именно Успенский собор изобразил особенно четко» [Шмидт, 1956. С. 270]. С.О. Шмидт присоединился к мнению

И.И.Смирнова, что 26 июня в соборе шла служба: «Юрий Глинский рассчитывал найти спасение в Успенском соборе (если не находился там еще прежде). Но разъяренная толпа ворвалась в храм... религиозные москвичи пренебрегли даже церковными заповедями и решились на расправу с ненавистным боярином в церкви, да еще во время пения "Иже херувимской"... Вероятно, в храме Ю. Глинский был избит до крови, но убили его уже вне храма: по "Летописцу начала царства" убили камнями. Труп Глинского извлекли на площадь перед торговыми рядами, к месту публичных казней» [Шмидт, 1996. С. 101-103].

Остановимся на вопросе о том, была ли служба в соборе 26 июня 1547 г. и осквернялся ли храм кровопролитием, или же убийство случилось за его пределами? Для этого сопоставим повествования Н1УЛ и Продолжения Хронографа редакции 1512 г. об убийстве Ю.Глинского во время службы с текстом ЛНЦи выскажем предположения о соотношении этих текстов.

Летописец начала царства

Протограф/ предполагаемый итог

Новгородская 4-я летопись по списку Н.К. Никольского

(Н1УЛ)4

Продолжение Хронографа редакции 1512 г.

А митрополита Макария едва вызваша изс церкви, великого для попущении Божия от дымна-го духа мало не позадохнушася в церкви. Поиде митрополит из церкви... а митрополит уиде на город на таиник к реке Москве. И тамо ему бысть дымный дух тяжек и жар великии, и за невозмо-жение от жару и от дымнаго духа начяша его с таиника спущати обязав ужищем, на взруб к реке Москве. И перервася ужище и раз-бися митрополит и едва отдыха, и отвезоша его в его монастырь на Новое еле жива [ПСРЛ. 2009.

Т. 29. С. 52]. [•••]

...А людей згоре-ло 2000 тысячи и семьсот. В церкве в Пречистеи у митрополита в время обедне извлекше из церкви едва жива, извлекоша из града привязана ужем. Бе же князь великыи в то время в Воробьеве 5.

На той же недели... в град к двору к государеву Москвичи, болшие и чорные люди, изымаша князя Юрья Михаиловича

...А людей згоре-ло 2000 тысячи и семьсот. На той же недели6 Москвичи, болшие7 и чорные люди, изымаша князя Юрья Михаиловича Глинского, дядю великого князя по матере, в церкве в Пречистеи у митрополита в время обедне8, извлекше из церкви едва жива, и сконча-ша злою смертию, извлекоша из града привязана ужем 9; бе же князь великыи

И после то[го пожа] ру москвичи черные люди возволнова-лися, что будтося Москву зажигали Глиньских люди, и от тое ко[ро]молы князь Михайло Глиньской с ж[а] лования с Оржовы хоронился по [монастырем, а москвичи черны[е лю]ди, со-брався вечьем, убили бо[яри]на князя Юрья Васильевича Г[линьс]кого в Пречистой в соборной церкв[и на] обедне

4 Археографический комментарий дан по публикации. Жирным шрифтом нами выделены фрагменты, относящиеся к восстанию. — Д.Д.

5 Вариант: «туто же в церкви».

6 Далее на верхнем поле рукописи написана выноска в две строки, причем верхняя строка отрезана при переплете, а на нижней читается: «в град к двору к государеву».

7 Это слово написано позднее, над строкой.

8 Далее было написано и затем зачеркнуто: «перед великим князем».

9 Слова «извлекше из церкви... ужем» приписаны писцом рукописи позже, на левом поле рукописи.

А после пожяру стоял царь князь великим в своем селе в Воробьеве ис своею царицею с великою княгинею Анастасиею и з братом своим с князем Георгием Васильевичем и з бояры [ПСРЛ. 2009.

Т. 29. С. 54]. [•••]

Того же месяца 26, в неделю, на пятый день после великого пожя-ра, черныелюдие града Москвы от великие скорби пожярные вос-колебашеся, яко юроди, и пришед-ше во град и на площади убиша камением царева великого князя боярина князя Юрия Васильевича Глинского, и детей боярских многих побиша, а людей княж Юрьевых безчислено побиша, и живот княжой розбиша, ркуще безумием своим, яко вашим зажиганием дворы наши и животы погореша [ПСРЛ. 2009. Т. 29. С. 54].

Глинского, дядю великого князя по матере, и сконча-ша злою смертию потому што на них зговор пришол, буттось они велели зажигати Москву.

в то время в Воробьеве 10 потому што на них зговор пришол, буттось они велели зажигати Москву [ПСРЛ. 2000. Т. 4. Ч. 1. С. 620-621].

на иже-херувимскои песн[и. А ца]рь и великий князьтого лет[а жил] с великою княгинею в Острове, а после пожару жил в Воробьеве [Шмидт, 1951. С. 292].

В ЛНЦ говорится о спасении митрополита Макария в храме во время пожара 21 июня и об убийстве Ю. Глинского 26 июня под разными статьями; события разведены во времени; убийство локализовано не в храме, а на площади в городе (Кремле. — Д.Д.).

В Н1УЛ не говорится о спасении митрополита в задымленном соборе, а обедня «в Пречистеи у митрополита» и убийство Ю. Глинского представлены как единовременный точно не датированный эпизод, случившийся «на той же недели», что и пожар. Какая версия предпочтительней?

То, что митрополит 21 июня задыхался в соборе от дыма, фиксируется не только в ЛНЦ, но и в Постниковском летописце [ПСРЛ, 1978. Т. 34. С. 29-30] и в летописном Отрывке [Жарков, 1962. С. 225]. Но проходила ли митрополичья служба во время убийства Ю.В.Глинского? Маловероятно, чтобы пострадавший во вторник 21 июня немолодой святитель уже к воскресенью 26 июня мог возглавить богослужение11.

Как заметил И.И.Смирнов, текст Н1УЛ дефектный («первоначальный текст с последующей редакторской правкой того самого лица, которое составляло (или переписывало) основной текст») [Смирнов, 1953. С. 109]. Зачеркивания и вставки текста подсказывают, что перед нами либо небрежный список

10 Слова «в Воробьеве» написаны позже, над строкой, вместо зачеркнутых в строке «туто же в церкви».

11 Иначе думает И.И. Смирнов, полагая, «что ушибы его не были тяжелыми» [Смирнов, 1953. С. 110, примеч. 28].

недошедшего оригинала, либо проект-черновик, итог которого не дошел или не был реализован.

Поскольку в ЛНЦ упомянут канат («уж») как средство эвакуации митрополита из Кремля 21 июня, возможно, что и в источнике (или беловом варианте) Н1УЛ обедня в храме и «уж» также связывались со спасением владыки, а не с убийством Ю.Глинского. Словосочетание «извлекоша из града», обозначающее перемещение за стены Кремля, отнесенное в Н1УЛ к телу убитого Ю. Глинского, в иных источниках по смыслу хорошо согласуется с рассказом о спасении митрополита Макария, перебиравшегося через кремлевскую ограду [ПСРЛ, 1978. Т. 34. С. 30; Жарков, 1962. С. 225]. Словосочетание «едва жива» в Н1УЛ соотносится с Ю.Глинским, а оборот «еле жива» в ЛНЦ — с митрополитом Макарием. В Повествовании Н1УЛ после указания на убийство Ю.Глинского говорится о пребывании государя в Воробьеве, а затем автор, не вполне последовательно, вновь возвращается к ранее затронутой теме восстания, сообщая, что его жертв обвиняли в учинении пожара. Усиливает сомнение в достоверности рассказа Н1УЛ ошибочно названное отчество убитого князя Юрия Глинского (Михайлович вместо Васильевича), а также ее немосковское происхождение. По-видимому, дефектность этого фрагмента Н1УЛ проявилась не только в оформлении рукописи, но и в составлении текста.

Сопоставление текстов источников и логическая реконструкция позволяют предполагать, что последовательность событий, отразившаяся в ЛНЦ, где сначала говорится о пребывании митрополита в соборе под 21 июня, а затем об убийстве Ю. Глинского под 26 июня, могла быть и в протографе (или предусматривалась в окончательном варианте) текста Н1УЛ. В дошедшем же до нас дефектном ее тексте контаминировались разнесенные во времени события — обедня «в Пречистеи у митрополита» и состоявшееся спустя несколько дней убийство Ю.Глинского.

Версия об убийстве Ю.Глинского после пожара, но во время службы в соборе в текст Продолжения Хронографа 1512 г. могла попасть из Н1УЛ, при этом здесь злодеяние уже четко локализовано внутри соборной церкви Пречистой. На близость повествования обоих источников указывал И.И.Смирнов [Смирнов, 1953. С. 108-109, 112 ]. Но в Продолжении Хронографа митрополит не отмечен ни в связи с пожаром, ни в связи с последующим восстанием.

ЛНЦ датируется 1550-ми гг. [ПСРЛ, 2009. Т. 29. С. 3]. Бумага рукописи, содержащей текст Н1УЛ, относится к 1540-м гг. [Жуков, 2016. С. 120-121, примеч. 18], а повествование доведено до 1555/1556 г. [ПСРЛ, 2000. Т. 4. Ч. 1. С. 622]. Список Хронографической летописи датируется началом третьей четверти XVI в. [Шмидт, 1951. С. 256]. Случайно проникшая в летописи середины XVI в. версия об убийстве Ю.Глинского сразу после избиения в Успенском соборе (Н1УЛ), или же прямо в храме (Продолжение Хронографа 1512 г.) могла быть усвоена Иваном IV как наиболее удобная ему. Государь, переработав ее, отразил ее в Первом Послании к Андрею Курбскому и в приписке к Царственной книге. Конкретизировав в Послании точку убийства родного дяди внутри храма —

приделе Димитрия Солунского (единственном в соборе, посвященном мученику), Иван IV усилил в глазах читателя тяжесть злодеяния 12.

Миниатюры Царственной книги (ОР ГИМ, Син.149), сопровождающие текст об убийстве Ю.В. Глинского на Л. 305, 305 об. не подтверждают версии что это случилось именно в храме, и, насколько их можно понять, не фиксируют тело жертвы [Лицевой Летописный свод, 2010. Кн. 20. С. 347, 348]. Миниатюры на Л.683, 683об. того же кодекса, как полагает С.О.Шмидт, были составлены с учетом текста приписки. На них изображено тело Ю.В.Глинского вне храмового пространства [Шмидт, 1956. С. 275. Вклейка между С. 276-277]. На одной из них показано, как труп волочат веревками в пространстве между стенами Кремля и Китай-города. С.О. Шмидт допустил возможность того, что поправки в текст Н1УЛ были внесены редактором после знакомства с миниатюрой Царственной книги на Л.683 [Шмидт, 1956. С. 278, примеч. 1], что маловероятно [Подобедова, 1972. С. 12, примеч. 10]. Усложняет проблему условность изображений, совмещение в одной иллюстрации нескольких эпизодов и сравнительно позднее их происхождение.

Тенденциозность рассказа об убийстве Ю.В.Глинского из Первого Послания Грозного к Курбскому и содержательно зависимой от него приписки к Царственной книге (на что указал Д.Н.Альшиц), восходящего, как нам кажется к контаминированному тексту Н1УЛ, и, возможно, ориентированному на него рассказу Продолжения Хронографа 1512 г., ставит под сомнение названное в этих источниках место убийства — 'Успенский собор. Версия ЛНЦ нам представляется более вероятной. Через несколько дней после спасения митрополита в соборе случилось убийство Ю.В. Глинского на площади в Кремле во внебогослужебной обстановке, т.е. вблизи собора (видимо, закрытого), но за его пределами. Храм, по всей видимости, не был осквернен кровопролитием, почему и сохранил благоговейное к себе отношение.

Как сказано в ЛНЦ, после пожара государь «церкви и полаты на своем дворе велел поделывати, что от огня распалося, а хоромы древяные ставити» [ПСРЛ. 2009. Т. 29. С. 54]. Но основные работы по собору велись, по-видимому, в 1550 г. [Толстая, 1979. С. 34].

18 мая 1550 г. митрополит Макарий венчал князя Владимира Андреевича и Евдокию «в соборной церкви в Пречистой» [ПСРЛ, 1965. Т. 13. С. 160].

В 1550 г. «месяца сентября повелением благовернаго и христолюбива го царя и великого князя Ивана Васильевичя всея Русии самодержца со многим желанием и с великою верою позлащен бысть верх болшои у соборные церкви Пречистыя Владычицы нашия Богородицы и Приснодевы Мария честнаго

12 Трудно согласиться с предположением С.А. Морозова о существовании общего источника у приписки Царственной книги о повествовании о пожаре 1547 г., Первого Послания Грозного к Курбскому«и версий рассказа об убийстве Ю.В.Глинского, читающихся в Хронографической летописи и Летописце начала царства 1-й редакции» [Морозов, 1982. С. 117-118], ввиду отличия в определении времени функционирования храма и места убийства вЛНЦи в трех других повествованиях.

и славнаго Ея Успения царствующаго града Москвы во осмоенадесять лето государства его, а в четвертое лето царства его» [ПСРЛ, 2009. Т. 29. С. 59]13. Починка кровли отражена на миниатюре Царственной книги [Толстая, 1979. С. 23. Ил. VII]. Тогда же главы собора получили луковичную форму и покрыты золоченой медью, а на них были поставлены восьмиконечные кресты [Толстая, 1979. С. 34, 55], очертания которых соответствуют существующим.

И.Я.Качалова полагает, что после пожара 1547 г. паперть была перестроена и украшена живописью, указав на размер кирпича ее сводов, характерный для XVI в. [Качалова, 1985. С. 184, примеч. 58].

Незадолго до пожара, 3 июня 1547 г. «отломишася уши у колокола у бла-говестника, и паде з древяные колокольницы и не разбися. И повеле благоверный царь приделати ему уши железные, и приделаша ему уши после великого пожара и поставиша его на древянои же колоколнице, на том же месте у Ивана Святого под колоколы. И глас звоннои бысть по старому» [ПСРЛ, 2009. Т. 29. С. 51; Жарков, 1962. С. 224]. Сразу после статьи о позлащении верха соборного храма, в ЛНЦ сказано об отлитии нового благовестника: «Тоя же осени октев-рия 23 повелением благовернаго и христолюбиваго царя и государя великого князя Ивана Васильевичя всея Русии слит большии колокол благовесник и поставлен у Архангела за олтарем на древяной колокольнице, генваря 6» [ПСРЛ, 2009. Т. 29. С. 59; 1978. Т. 34. С. 186]. Благовестник 1550 г. оттеснил колокол, у которого в 1547 г. обломились уши, на второй план, при этом оба колокола какое-то время сосуществовали [Кавельмахер, 1993. С. 82-83, 90-91, 100-101]. По мнению В.В. Кавельмахера, статьи ЛНЦ 1550 г. о позлащении верха и об отливке колокола воспроизводят надписи, проходившие, соответственно, на подзоре главы Успенского собора и на самом колоколе (во втором случае, возможно, фрагментарно) [Кавельмахер, 1993. С. 91, 97]. У нас нет прямых сведений о существовании такой надписи на Успенском соборе, но это вероятно. Работы по колоколам велись в рамках той же программы, что и поновление собора, и, по мнению В.В. Кавельмахера, были призваны прославить принятие Иваном IV царского титула [Кавельмахер, 1993. С. 91-92]. Но ближайшей их задачей было восстановление собора и связанных сним атрибутов после пожара.

Неплохая сохранность собора в пожар 1547 г. повысила его значимость, придав статус богохранимой святыни. Это соответствовало миропониманию Средневековья. Сохранность Богородичного образа «за Великим торгом в новом граде, в рекомом Китае, близ Соленого двора в дому» подьячего Третьяка Теплого в тот же пожар обеспечила его почитание и установку в храме Зачатия Св. Анны в Китай-городе [Зимин, 1958. С. 202; Степенная книга. 2008. Т. 2. С. 356-357; Баталов, 2006. С. 58]. Невредимость образа св. Николы Великорецкого в пожар 1553/1554 г. также усилила его почитание [Баталов, 1998. С. 57].

13 В Продолжении Хронографа 1512 г. это известие, изложенное короче, открывает статьи 7058 года [Шмидт, 1951. С. 297]. Предпочтение отдаем дате официальной летописи.

Как писал И.М.Снегирев, государь, «на новопозлащенной главе поставил воздвизальный осмикнечный крест, им же благословляют, по образцу его, согласно с заключением Стоглавого собора, повелел ставить подобные кресты на церквах, вместо четвероконечных» [Снегирев, 1856. С. 3]. В Стоглаве, как и в летописи, прямо указано на позлащение кровли и установку креста, а его форма объявлена образцовой: «Тако же и ныне убо водружен бысть и поставлен святый крест благочестивым царем Иваном на соборной церкви Пре-чистыа Богородици на новопозлащенном верее, яко же есть воздвизальный крест, имже благословляют... и таковыя святые кресты на церквах и впредь да поставляютца же» [Емченко, 2000. С. 306-307]14. Очевидно, ко времени проведения Стоглавого собора (т.е. к февралю 1551 г.) устранили основные дефекты, причиненные зданию пожаром 1547 г. Это один из старейших текстов, не литературно-повествовательных или публицистических, а законодательных, где здание Успенского собора (точнее — его фрагмент) названо в качестве образца. То, что образцом для формы креста был назван тот, который венчал Успенский собор, может косвенно указывать на эталонный статус именно этого храма.

Регламентация формы надглавного креста как образца допускает, что и форма самого храма позиционировалась так же.

Если раньше влияние Московского Успенского собора на другие храмы ограничивалось только общим архитектурным обликом, то теперь требования к копированию предъявляются на уровне конкретных значимых фрагментов, и регламентируются письменно.

Как мало пострадавший в пожар храм, Успенский собор укрепился в качестве образцового примера в середине XVI в., в эпоху регламентации ранее стихийно сложившегося художественного канона, провозглашенного Стоглавом. Для иконописи таковыми стали творения Андрея Рублева, а для форм креста — 'Успенский собор.

14 Допускались и другие формы креста «по древним образцом».

Литература

АльшицД.Н. Иван Грозный и приписки клицевым сводам его времени/УИсторические записки. М„ 1947. Т.23. С.251-289.

АльшицД.Н. Источники и характер редакционной работы Ивана Грозного над историей своего царствования //Труды ГПБ. Л., 1957. Т.1 (4). С. 119-146.

Баталов А.Л. Московское каменное зодчество конца XVI века: Проблемы художественного мышления эпохи. М.: НИИ Российской академии художеств, 1996. 433 с.

Баталов А.Л. О ранней истории собора Покрова на Рву и обретении «лишнего» престо-ла//Сакральная топография средневекового города. М.: Изд-во ИХКС, 1998. С. 51-63.

Баталов А.Л. О традиции строительства Успенских храмов в Московской

Руси XVI в.//Древнерусское искусство. Русское искусство позднего средневековья: XVI век. СПб.: Дмитрий Буланин, 2003. С.38-50.

Баталов А.Л. К вопросу о происхождении крещатого свода в русской архитектуре XVI века //20Ф1А. Сб. ст. по искусству Византии и Древней Руси в честь А.И. Коме-ча. М.: Северный паломник, 2006. С.47-66.

Емченко Е.Б. Стоглав: Исследование и текст. М.: Индрик, 2000. 504 с.

Жарков И. А. К истории московских пожаров 1547 г.//Исторический архив. 1962. № 3. С. 223-226.

Жуков А.Е. Летописные известия о Московских пожарах 1547 г.// Вспомогательные исторические дисциплины. СПб.: Дмитрий Буланин, 2016. Т. 35. С. 118-130.

Зимин A.A. Повести XVI века в сборнике Рогожского собрания //Записки отдела рукописей Государственной библиотеки им. Ленина. Б.м., б.и., 1958. Вып. 20. С. 186-204.

Зонова О.В. Стенопись Успенского собора Московского Кремля//Древнерусское искусство. XVII век. М.: Наука, 1964. С. 110-137.

Кавельмахер В.В. Большие благовестники Москвы XVI — половины XVII вв.//Колоко-ла. История и современность. 1990. М.: Наука, 1993. С.75-118.

Кавельмахер В.В. К вопросу о первоначальном облике Успенского собора Московского Кремля//Архитектурное наследство. М.: Стройиздат, 1995. Вып.38. С.214-235.

Качалова И.Я. История реставрации монументальной и станковой живописи Успенского собора//Успенский собор Московского Кремля. Материалы и исследования. М.: Наука, 1985. С. 174-188.

Лицевой Летописный свод XVI века. Русская летописная история. М.: Актеон, 2010. Кн. 20.1541-1551 гг. 552 с.

Морозов С.А. О некоторых спорных вопросах текстологии средневековых памятников// Археографический ежегодник за 1981 год. М.: Наука, 1982. С. 110-121.

Переписка Ивана Грозного с Андреем Курбским/Подг. Я.С.Лурье, Ю.Д.Рыков. М.: Наука, 1993. 432 с.

Подобедова О.И. Московская школа живописи при Иване IV. Работы в Московском Кремле 40-70-х годов XVI в. М.: Наука, 1972. 208 с.

Полное собрание русскихлетописей. Т.4. 4.1. М.: Языки русской культуры, 2000. 728 с.

Полное собрание русскихлетописей. Т.13. М.: Наука, 1965. 532 с.

Полное собрание русскихлетописей. Т.29. М.: Знак, 2009. 400 с.

Полное собрание русскихлетописей. Т. 34. М.: Наука, 1978. 304 с.

Седов Вл.В. Псковская архитектура XVI в. М.: Б.и., 1996. 304 с.

СмирновИ.И. Московское восстание 1547 года//Вопросы истории.1953. №12. С. 105-113.

Снегирев И.М. Успенский собор в Москве. М.: Изд. А. Мартынов, 1856. 46 с.

Степенная книга царского родословия подревнейшим спискам. Т.2. М.: Языки славянских культур, 2008. 568 с.

Толстая Т.В. Успенский собор Московского Кремля. М.: Искусство, 1979.184 с.

Шмидт С.О. Продолжение хронографа редакции 1512 года//Исторический архив. М.: АН СССР, 1951. Т. 7. С.254-299.

Шмидт С.О. Миниатюры царственной книги как источник по истории Московского восстания 1547 г.//Проблемы источниковедения. М.: Изд-во АН СССР, 1956. Т. 5. С. 265-284.

Шмидт С.О. У истоков российского абсолютизма: Исследование социально-политической истории времени Ивана Грозного. М.: Прогресс-Культура, 1996. 496 с.

Название статьи

Успенский собор Московского Кремля в пожар 1547 года Сведения об авторе

ДавиденкоДмитрий Григорьевич — кандидат исторических наук, специалист Института археологии РАН, 117292, Москва, ул. Дмитрия Ульянова, д. 19; научный сотрудник Российского государственного гуманитарного университета. 125047, Москва, Миусская площадь, д. 6. dgd975@yandex.ru

Аннотация

Успенский собор Кремля был архитектурным образцом в силу своего статуса как храма главы Русской Церкви. В пожар 21 июня 1547 г. он пострадал только в верхних частях и в районе паперти. Источники, заслуживающие, как нам представляется, большего доверия, не говорят, что храм через несколько дней после пожара был осквернен убийством князя Ю.В. Глинского. Относительная сохранность собора в пожар, а также его последующее восстановление усилили значимость святыни. Храм в большей степени стал восприниматься как богохранимый объект, и его значимость подчеркивалась в повествованиях XVI в. о пожаре, а также в деяниях Стоглава.

Ключевые слова

Кремль, Успенский собор, летописи, пожар 1547 г., Иван IV, митрополит Макарий, Ю.В.Глинский, Стоглав.

Title

Assumption Cathedral ofthe Moscow Kremlin in the Fire of 1547 Author

Davidenko, Dmitry Grigor'evich — Ph.D., specialist ofthe Institute of Archeology ofthe RAS, researcher at the Russian State University for the Humanities. Moscow 125047 6, Miusskaya St. dgd975@yandex.ru

Abstract

The Assumption Cathedral of the Kremlin was an architectural model due to its status as a temple ofthe Head ofthe Russian Church. In the fire ofJune 21,1547, it suffered only in the upper parts and in the area ofthe porch. Sources that seem to us to be more trustworthy do not say that the temple was desecrated by the murder of Prince Yu. V. Glinsky a few days after the fire. The relative lack of damage ofthe cathedral in the fire, as well as its subsequent restoration have increased the significance ofthe shrine. The temple began to be perceived to a greater extent as a sacred object, and its importance was emphasized in the narratives ofthe 16th Century about the fire, as well as in the acts ofthe Stoglav.

Keywords

Moscow Kremlin, Assumption Cathedral, chronicles, fire ofl547, Ivan IV, Metropolitan Ma-karii, Yu.V. Glinsky, Stoglav.

References

Al'shits D.N. Ivan the Terrible and the Postscript to the Illustrated Chronicles of his Time. Istoricheskie zapiski (Historical Notes). 1947, vol.23, pp.251-289 (in Russian).

Al'shits D.N. Sources and Nature of Ivan the Terrible's Editorial Work on the History of his Reign. Trudy Gosudarstvennoi Publichnoi BibLioteki (Proceedings ofthe State Public Library). 1957, vol.1 (4), pp. 119-146 (in Russian).

Batalov A.L. About the Early History ofthe Cathedral ofthe Intercession on the Moat and the Acquisition ofthe "Extra" Throne. Sakral'naya topografiya srednevekovogo goroda (Sacred topographyofa medieval city). Moscow, Izdatel'stvo IHKS Publ., 1998, pp.51-63 (in Russian).

Batalov A.L. Aboutthe Tradition ofBuilding Dormition Churches in Moscow Russia of the 16th Century. Drevnerusskoe iskusstvo. Russkoe iskusstvo pozdnego srednevekov'ia: XVI vek. (Old Russian Art. Russian Art of the Late Middle Ages. 16th Century). Saint Petersburg, Dmitrii Bulanin Publ., 2003, pp.38-50 (in Russian).

Batalov A.L. Moskovskoe Kamennoe Zodchestvo Kontsa XVI veka: Problemy Hudozhest-vennogo Myshleniya Epohi. (Moscow Stone Architecture ofthe End ofthe 16th Century: Problems of Artistic Thinking ofthe Epoch). Moscow, Nil Rossijskoi Akademii hudozhestv Publ., 1996. 433 p. (in Russian).

Batalov A. L.On the Question ofthe Origin ofthe Groin Vault in the Russian Architecture of the 16th Century. ZO&IA. Sbornik statei po iskusstvu Vizantii i Drevnej Rusi v chest' A. I. Ko-mecha. (ZO&IA. Collection of Articles on the Art ofByzantium and Old Russia in Honor of A.I. Komech). Moscow, Severnyi palomnik Publ., 2006, pp.47-66 (in Russian).

lemchenko E.B. Stoglav: Issledovanie i Tekst. (Stoglav: Research and Text). Moscow, Indrik Publ., 2000. 504 p. (in Russian).

Kachalova I.Ya. Historyand Restoration ofMonumentaland Easel Paintings ofthe Assumption Cathedral. Uspenskij Sobor Moskovskogo Kremlya. Materialy i issledovaniya. (Assumption Cathedral ofthe Moscow Kremlin. Materials and Research). Moscow, Nauka Publ., 1985, pp. 174-188 (in Russian).

Kavel'maher V.V. On the Question ofthe Original Appearance ofthe Assumption Cathedral ofthe Moscow Kremlin. Arhitekturnoe nasledstvo (Architecturalheritage). 1995, vol.38, pp.214-235 (in Russian).

Kavel'maher V.V. The Great Evangelists of Moscow ofthe 16th - First Half ofthe 17th Century. Kolokola. Istoriya isovremennost'. (Bells. HistoryandModernity). 1990. Moscow, Nauka Publ., 1993, pp.75-118 (in Russian).

Kazakova E.N., Mustafin Kh.Kh. (eds.) Litsevoi LetopisnyisvodXVI veka. Russkaia letopis-naia istoriia. (The Front Chronicle ofthe 16th Century. Russian Chronicle History), vol.20, 1541-1551. Moscow, Akteon Publ., 2010. 552 p. (in Russian).

Lur'e la.S., Rykov lu.D. (eds.) Perepiska Ivana Groznogos Andreem Kurbskim. (Correspondence oflvan the Terrible with Andrey Kurbsky). Moscow, Nauka Publ., 1993. 432 p. (in Russian).

Morozov S.A. On Some Controversial Issues of Textual Studies of Medieval Monuments. Ar-heograficheskiiezhegodnikza 1981 (Archaeographic Yearbookfor 1981). Moscow, Nauka Publ., 1982, pp. 110-121 (in Russian).

Podobedova O. I. Moskovskaia shkola zhivopisi pri Ivane IV. Raboty v Moskovskom Kremle 40-70-h godov XVI v. (Moscow School ofPainting under Ivan IV. Works in the Moscow Kremlin ofthe 1540s-1570s). Moscow, Nauka Publ., 1972. 208 p. (in Russian).

Pokrovskii N.N., Lenchoff G.D. (eds.) Stepennaia kniga carskogo rodosloviia po drevneishim spiskam. (The Powerbook ofthe Royal Genealogy According to the Oldest Lists), vol.2. Moscow, lazyki slavianskikh kul'tur Publ., 2008. 568 p. (in Russian).

Sedov VI. V. Pskovskaia arhitektura XVI v. (Pskov architecture ofthe 16th Century). Moscow, n.p., 1996. 304 p. (in Russian).

Shmidt S.O. Continuation ofthe Chronograph Edition ofl512. Istoricheskii arkhiv (Historical Archive). 1951, vol.1951, pp.254-299 (in Russian).

Shmidt S.O. Miniatures ofthe Royal Book as a Source on the History ofthe Moscow Uprising ofl547. Problemy istochnikovedeniia (Problems ofSource Studies). 1956, vol.5, pp.265284 (in Russian).

Shmidt S.O. U istokov rossiiskogo absoliutizma: Issledovanie sotsial'no-politicheskoi istorii vremeni Ivana Groznogo (At the Origins ofRussian Absolutism: A Study ofthe Sociopolitical History ofthe Time oflvan the Terrible). Moscow, Progress-Kul'tura Publ., 1996. 496 p. (in Russian).

Smirnov I.I. The Moscow Uprising ofl547. Voprosy istorii. (History Issues). 1953, no. 12, pp. 105-113.

Snegirev I.M. Uspenskii sobor v Moskve (Assumption Cathedral in Moscow). Moscow, izd. A. Martynov Publ., 1856. 46 p. (in Russian).

Tolstaia T. V. Uspenskii sobor Moskovskogo Kremlia (Assumption Cathedral ofthe Moscow Kremlin). Moscow, Iskusstvo Publ., 1979.184 p. (in Russian).

Polnoe sobranie russkikh letopisei. (The Complete Collection of Russian Chronicles), vol.13. Moscow, Nauka Publ., 1965. 532 p. (in Russian).

Polnoe sobranie russkikh letopisei. (The Complete Collection of Russian Chronicles), vol.29. Moscow, Znak Publ., 2009. 400 p. (in Russian).

Polnoe sobranie russkikh letopisei. (The Complete Collection of Russian Chronicles), vol.34. Moscow, Nauka Publ., 1965. 304 p. (in Russian).

Polnoe sobranie russkikh letopisei. (The Complete Collection of Russian Chronicles), vol.4, part 1. Moscow, lazyki russkoi kul'tury Publ., 2000. 728 p. (in Russian).

Zharkov I. A. On the History ofthe Moscow Fires ofl547. Istoricheskii arhiv (Historical Archive). 1962, no.3, pp.223-226 (in Russian).

Zhukov A.E. Chronicle News about the Moscow Fires of 1547. Vspomogatel'nye istoricheskie distsipliny (AuxiliaryHistorical Disciplines). 2016, vol.35, pp. 118-130 (in Russian).

Zimin A.A. Stories ofthe 16th Century in the Collection ofthe Rogozhsky Collection. Zapiski otdela rukopisej Gosudarstvennoj biblioteki im. Lenina (Notes ofthe Manuscripts Department ofthe Lenin State Library), 1958, vol.20, pp. 186-204 (in Russian).

Zonova O.V. Wall Painting ofthe Assumption Cathedral ofthe Moscow Kremlin.

Drevnerusskoe iskusstvo. XVII vek. (OldRussian Art. 17th Century). Moscow, Nauka Publ., 1964, pp. 110-137 (in Russian).