Ущерб — понятие растяжимое

Власти продолжают точечно корректировать уголовное законодательство для снижения давления на бизнес. Так, депутаты Госдумы инициировали повышение порогов ущерба для привлечения предпринимателей к уголовной ответственности — за налоговые преступления и нарушения антимонопольного законодательства. Правительство уже одобрило законопроект, но опасается «выпадения» заметной части налоговых нарушений из-под действия УК. Эксперты общий тренд на снижение нагрузки поддерживают, но предлагают альтернативные механизмы для более справедливого правоприменения.

Фото: Олег Харсеев, Коммерсантъ

Проект поправок в Уголовный кодекс, призванный повысить пороги «крупного» и «особо крупного» ущерба (дохода, задолженности) для квалификации преступлений в сфере экономической деятельности, внесли в Госдуму депутаты фракции «Новые люди». В частности, при нарушениях антимонопольного законодательства предлагается повысить пороги крупного ущерба с 10 млн до 16 млн руб., а особо крупного — с 30 млн до 47,5 млн руб.

Пороги при уклонении от уплаты налогов, сборов и соцвзносов за три года подряд предлагается повысить с 15 млн до 35 млн руб. (крупный размер) и с 45 млн до 100 млн руб. (особо крупный).

Авторы поясняют потребность в пересмотре пороговых значений инфляцией. Ранее на повышении порогов ущерба на 50% настаивали в РСПП, потому что инфляция с момента последних правок в 2016 году составила почти 35%. Позднее поправки о таком повышении представил Минюст (см. “Ъ” от 5 августа 2022 года). Депутатский же законопроект предполагает более заметное повышение порогов. При этом в Белом доме его одобрили, предупредив, однако, о рисках выведения налоговых правонарушений из-под действия УК, что потребует обоснования.

Эксперты и бизнес либерализацию УК для бизнеса поддерживают, но поправки также вызывают у них вопросы.

Глава экспертного центра по уголовно-правовой политике «Деловой России» Екатерина Авдеева считает целесообразным увеличение порогов в среднем на 50% и более (ст. 170.2, ст. 178, ст. 180 УК РФ). «При этом инициаторы законопроекта предлагают увеличить в ст. 199 порог суммы более чем в 2,3 раза (более чем на 130%), несмотря на чрезвычайный уровень ущерба, который налоговые преступления наносят интересам и общества, и государства»,— говорит она.

Партнер МЭФ LEGAL Александр Ерасов считает справедливее систему двойного теста — учет минимального порога, с которого неуплата налогов криминальна, а затем — сравнение ущерба с совокупной суммой налогов конкретного налогоплательщика. Пока же крупные компании с большим оборотом могут не заплатить всего 1% от своих налогов, но превысить порог ущерба. Небольшие же компании, которые не платят совсем, но не набрали пороговой суммы, нарушителями УК в такой логике не являются. «То есть многие компании могут вносить в декларации заведомо ложные сведения без опасений уголовки, что формирует неправильные установки у бизнеса»,— добавляет руководитель аналитической службы юрфирмы «Пепеляев Групп» Вадим Зарипов. По его словам, повышение порогов в ст. 199 обостряет также проблему дискриминации ИП: для них как для физлиц пороги установлены в ст. 198 — это 2,7 и 13,5 млн руб. «Сейчас это балансируется более мягкими санкциями, меньшим сроком давности, но разрыв становится слишком заметным»,— считает он.

По мнению Вадима Зарипова, логично распространить повышение порогов и на ст. 194 УК (уклонение от таможенных платежей). «Сейчас по налогам одни пороги, а по неуплате таможенных платежей — совсем другие, хотя общественная опасность, по сути, одинаковая»,— соглашается Александр Ерасов. Вице-президент по правовому регулированию РСПП Александр Варварин также рассчитывает на корректировку порогов ущерба и для других преступлений в сфере экономической деятельности, которые не входят в главу 22 УК РФ, но относятся к предпринимательским (см. подробнее «Ъ-Онлайн»).

Что еще смущает в УК бизнес

Член генсовета «Деловой России», руководитель Экспертного центра по уголовно-правовой политике и исполнению судебных актов Екатерина Авдеева полагает, что законопроект пока не в полной мере приблизился к решению системных проблем правоприменительной практики. «Важно оценить степень общественной опасности преступления для установления порога, который позволит квалифицировать деяние с аналогичной степенью общественной опасности с учетом инфляции»,— предупреждает она. В частности, повышение порогов по налоговым составам может существенно снизить охранительную и предупредительную функции уголовного права при квалификации налоговых составов.

Одновременно корректировке порогов целесообразно подвергнуть ст. 198 УК РФ, считает госпожа Авдеева. Несмотря на то что статья предусматривает ответственность за уклонение от уплаты налогов, сборов с физлица, подавляющее число кейсов свидетельствует о привлечении по ней индивидуальных предпринимателей. «То есть в зависимости от выбранной формы ведения бизнеса субъект законодательной инициативы предлагает увеличить разрыв в порогах более чем в десять раз, что не представляется логичным и целесообразным, как и сам пересмотр в таких значительных размерах порогов налоговых преступлений»,— отмечает эксперт.

По ее словам, УК должен изменяться последовательно, логично, с учетом смежных составов, поэтому необходимо в первую очередь сосредоточиться на решении актуальных проблем и вызовов, в частности, обратиться к вопросам пересмотра порогов крупности по ст. 159, ст. 160 УК РФ (мошенничество и присвоение или растрата).

В свою очередь, вице-президент по правовому регулированию и правоприменению РСПП Александр Варварин предлагает пересмотреть пороги для составов, предусмотренных ст. 146 УК РФ «Нарушение авторских и смежных прав» и ст. 147 УК РФ «Нарушение изобретательских и патентных прав», ч. 5 ст. 159 УК РФ «Мошенничество» (преднамеренное неисполнение договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности), ч. 1 и ч. 2 ст. 194 УК РФ «Уклонение от уплаты таможенных платежей, специальных, антидемпинговых и (или) компенсационных пошлин, взимаемых с организации или физического лица». Кроме того, необходимо установить в ст. 201 УК РФ «Злоупотребление полномочиями» размеры крупного и особо крупного ущерба. «Действующая редакция ст. 201 УК РФ, указывая на общественно опасные последствия в виде "существенного вреда правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства", не отвечает критерию определенности уголовного закона и произвольно применяется на практике»,— отмечает Александр Варварин.

Уполномоченный по защите прав предпринимателей Борис Титов напоминает о различных конфигурациях возможного снижения уголовного прессинга на бизнес, предлагаемых как правительством, так и депутатами. Речь идет как о повышении криминализирующих порогов, так и вовсе декриминализации отдельных статей. Что касается ст. 178 УК РФ (ограничение конкуренции), то бизнес-омбудсмен предлагал вывести из-под уголовной ответственности картельные сговоры на товарных ранках. По его словам, уголовные санкции избыточны и пресекать картели на товарных рынках необходимо исключительно экономическими санкциями.