Принудительная кооперация

Регионы Черноземья могут не выполнить поставленную Минсельхозом задачу по массовому созданию сельскохозяйственных кооперативов до конца 2017 года. В большинстве субъектов создано не более четверти объединений от плана, и причину этого власти регионов видят в недоверии фермеров друг к другу. Сейчас руководство ряда областей Черноземья стоит перед выбором — не выполнить целевой показатель и не получить небольшие субсидии или же создавать кооперативы «на бумаге». В Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств и сельхозкооперативов России (АККОР) согласны с наличием психологических барьеров для кооперации, но призывают вести разъяснительную работу и поддерживать различные формы взаимодействия фермеров.

О невыполнении плана создания сельскохозяйственных кооперативов в регионах Черноземья „Ъ“ рассказали сразу несколько источников в органах власти субъектов. По их словам, в среднем в областях, исключая передовую в этом направлении Липецкую, создана лишь четверть объединений от показателей, установленных Минсельхозом на 2017 год. Речь идет о поставленной министром Александром Ткачевым задаче создать в России «не менее» 1200 кооперативов, притом что в 2016 году их появилось всего 300. В 2017 году в каждом субъекте в среднем должно быть создано 10–30 кооперативов. Соответствующие задания были доведены до руководства регионов.

Но областные чиновники констатируют, что исключительно по инициативе фермеров создать такое число объединений невозможно. «Фермеры не доверяют друг другу, — сказал „Ъ“ высокопоставленный источник в одном из регионов. — И сейчас у нас есть несколько вариантов действий. Если мы будем создавать реально действующие кооперативы, мы не выполним целевой показатель по их количеству. Мы можем создать их “на бумаге” сами или довести план до районов — организовать по одному кооперативу. В этом случае мы будем получать сравнительно небольшие, несколько десятков миллионов рублей, субсидии; причем для созданных уже в 2017 году объединений поддержку вряд ли доведут до конца декабря. Эти деньги мы сможем перераспределять на другие нужды, но в чем тогда смысл всего механизма? А в Минсельхозе продолжают его насаждать». В самом министерстве, впрочем, к невыполнению показателей регионами относятся скептически: «На местах не понимают значимость этой формы».

В отдельных регионах уже публично объявили о «разнарядке» по созданию кооперативов в районах. Так, в апреле пресс-служба Орловского облправительства заявила о том, что главы районов получили рекомендации по «безусловному созданию» не менее одного кооператива. При этом пока из запланированных девяти сельскохозяйственных потребительских кооперативов созданы только два — в Орловском и Урицком районах, ведется работа по созданию кооператива в Свердловском районе.

В Воронежской области из 25 кооперативов создано семь. «Мы не можем заставить фермеров идти в кооперативы, это добровольные объединения, — сказал „Ъ“ курирующий АПК областной вице-премьер Виктор Логвинов. — Но те, кто вступает в кооперативы, получают поддержку». В Курской области ситуация несколько иная. «Наш целевой показатель составляет около 30 сельскохозяйственных потребительских кооперативов, мы объявили конкурс. Заявок пока нет, ждем», — пояснил вчера „Ъ“ курирующий АПК курский вице-губернатор Алексей Золотарев. В Тамбовской области, по открытым данным, в середине 2016 года работало всего 30 сельхозкооперативов.

Ольга Башмачникова: «Фермеры опасаются субсидиарной ответственности по долгам кооператива»

Выше средней динамика создания сельхозкооперативов зафиксирована в Белгородской и Липецкой областях. В 2016 году в Белгородской области было запланировано создать 39 объединений, и отдельные сельхозкооперативы занимаются строительством крупных мощностей — вплоть до молочных комплексов стоимостью около 400 млн руб. В Липецкой области, согласно сообщениям обладминистрации, число сельхозкооперативов уже превысило 750, а количество их участников достигло 30 тыс. человек. Такие цифры объясняются реализацией в регионе пилотного проекта расширения кооперативного движения, а также особым вниманием к кооперативам местных властей.

В Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств и сельхозкооперативов России согласны, что у фермеров есть недоверие друг другу. «Во-первых, виной тому исторические психологические барьеры, — отмечает вице-президент АККОР Ольга Башмачникова. — Кооперативы неизбежно вызывают отсылку к колхозам. Во-вторых, фермеры опасаются субсидиарной ответственности по долгам кооператива, а наше законодательство ее закрепляет. Поэтому сейчас АККОР инициирует принятие поправок, которые вводят ограничение этой ответственности».

«Кроме того, для массового создания сельхозкооперативов у нас должно быть больше крестьянских (фермерских) хозяйств, — подчеркивает госпожа Башмачникова.— К примеру, в Германии зарегистрировано 300 тыс. КФХ, а у нас — лишь 210 тыс. Между тем по статистике лишь пять фермеров из 20 доверяют другим. Кроме того, опыт, в том числе и российский, говорит, что целесообразно создавать сельхозкооперативы на базе одного «опорного» фермера, а он будет консолидировать вокруг себя личные подворья, даже не зарегистрированные как КФХ. У нас таких подворий 16 млн. В Краснодарском крае, к примеру, уже принимается нормативная база для поддержки «опорных» фермеров, и практика подтверждает ее необходимость: в частности, в станице Должанской один фермер объединил 47 виноградарских подворий».

Но госпожа Башмачникова предполагает, что и регионы «не всегда уделяют теме сельхозкооперативов должное внимание»: «У нас на всю страну выделено 900 млн руб. на поддержку кооперативов. Это не так много для освоения. Нужно активнее проводить разъяснительную работу, снимать психологические барьеры, а также поддерживать различные способы взаимодействия фермеров — к примеру, КФХ с личными подворьями».