К вопросу о соотношении понятий «Событие» и «Факт»

2013

ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

Сер. 9

Вып. 4

ЯЗЫКОЗНАНИЕ

УДК 811.111 А. М. Гробицкая

К ВОПРОСУ О СООТНОШЕНИИ ПОНЯТИЙ «СОБЫТИЕ» И «ФАКТ»

В данной статье предполагается рассмотреть вопрос о соотношении понятий «событие» и «факт». Эти понятия тесно связаны между собой. Вместе с тем для целого ряда лингвистических исследований актуальным является размежевание и более четкая характеристика этих понятий. Рассмотрим более подробно, как определяются данные понятия в рамках различных научных дисциплин, в том числе и в лингвистике.

Определение понятия «событие» относится к числу сложных теоретических проблем. Для наук, оперирующих понятием «событие», одним из его определяющих признаков является выделенность из потока происходящего. Например, в исторической науке событие — важное явление общественной жизни, приводящее к её качественному изменению. Наделение некоторого явления статусом исторического события осуществляется с точки зрения его наполненности историческим смыслом, что предполагает наличие фигуры историка, который придает какому-либо явлению, зафиксированному в источниках, определенную событийную ценность.

В философии осмыслению подвергаются как онтология, так и феноменология события. В онтологическом аспекте событие рассматривается как форма бытия (М. Хайдеггер, А. Н. Уайтхед, Р. Ингарден, М. М. Бахтин, Ж. Делез, А. Бергсон). В феноменологическом аспекте событие определяется как сложноорганизованная сущность, для которой характерны засвидетельствованность (наличие наблюдателя, благодаря которому появляется описание события) и консеквентность (наличие последствий, обладающих личностной либо социальной значимостью) [1, с. 226].

Богатая традиция осмысления события как лексико-семантической категории существует в лингвистике (Н. Д. Арутюнова, В. З. Демьянков, В. Я. Шабес, З. Вендлер, О. К. Ирисханова, Г. С. Романова и др.). В лингвистических работах событие обычно определяется через понятие изменения, под которым понимается «различие между состояниями мира, или ситуациями» [2, c. 15]. По мнению З. Вендлера, событие представляет собой родовой термин, который охватывает такие понятия, как процесс, действие, условие, ситуация, изменение, положение дел [3, с. 141]. Неодно-

Гробицкая Анна Матвеевна — аспирант, Санкт-Петербургский государственный университет; e-mail: anna.grabitskaya@yandex.ru

© А. М. Гробицкая, 2013

родность понятия события обусловливает целесообразность различения события в широком и узком смыслах слова. В широком смысле «событие» является родовым понятием, которое охватывает перечисленные выше понятия с общим значением событийности [4, с. 325]. В узком смысле слова следует говорить о событии как таковом, собственно событии, выделяя его специфику в ряду видовых понятий событийного значения.

На базе исследования семантики событийных имен Н. Д. Арутюнова [5, с. 481— 527] выделяет ряд признаков, отличающих категорию собственно событий от других категорий событийного ряда. Для события характерно следующее: отнесенность к жизненному пространству; динамичность; кульминативность (наличие «точки осуществления»); полная или частичная неконтролируемость; слабая структурированность; цельность; единичность/счётность; функциональность обозначения конкретных событий, подводимых под родовое понятие «событие» и др.

Под отнесенностью события к жизненному пространству Н. Д. Арутюнова подразумевает «троякую локализацию» события:

а) «в некоторой человеческой (личной или общественной) сфере»;

б) в некотором реальном времени;

в) в некотором реальном пространстве.

Совершаясь в определенный момент времени в определенной точке пространства в результате какого-либо действия или процесса, событие в своей целостности ассоциируется с завершенностью и относится, как правило, к плану прошедшего. Поскольку события чаще всего датируются, время считается более важным по сравнению с пространством параметром событий. Категория события в концепции Н. Д. Арутюновой содержит консеквентное и качественное ограничения: событием признается лишь то, что имеет последствия, которые способны кардинальным образом изменить дальнейшую жизнь человека.

Важнейший признак события — функциональность. Одно и то же действие некоторых субъектов в некоторой ситуации может рассматриваться одновременно как несколько разных событий. Действие наделяется событийным значением по выполняемой им функции в жизни человека или общества: «...пожатие руки не то же, что прощание или прощение. В парах такого рода первое обозначение является описанием происходящего, второе указывает на его функцию в жизни человека или общества». По мнению Н. Д. Арутюновой, события могут быть обозначены только вторым способом [5, с. 513-514].

Проведенный междисциплинарный обзор концепций события позволяет сделать вывод о том, что событие представляет собой комплексное явление, идентифицируемое по признаку выделенности из потока происходящего в пространстве и времени. Представляется целесообразным рассматривать в качестве основополагающих признаков события динамичность, консеквентность и причастность к жизни человека. Как проявление динамической характеристики мира, событие является синонимом изменения, движения между двумя состояниями мира, при котором «последующее состояние является отрицанием предыдущего» [6, с. 324]. Консеквентность события предполагает наличие определенных результатов/последствий и проявляется на фоне отнесенности события к жизненному пространству. Причастность к жизни человека предполагает отнесенность события к субъекту, то

есть событие не может состояться как таковое в отсутствие человека, наделяющего явление действительности событийным статусом.

Учитывая взаимосвязь базовых признаков события (динамичность, консек-вентность и причастность к жизни человека), предлагаем понимать под событием любое изменение состояния социальной и природной реальности, локализованное в определённых пространственно-временных координатах, воспринятое субъектом и оцененное им как обладающее личностной либо социальной значимостью.

Что касается такого понятия, как «факт», то основная проблема в его определении состоит в выявлении соотношения факта и действительности. На обыденном уровне мышления факт соотносится с фрагментом действительности (событием). Объективная действительность наделяет факт «объективностью, а вместе с этим — достоверностью и убежденностью в том, что видимое и воспринимаемое и есть единственно возможное существующее, следовательно — объективное» [7, с. 191].

На научном уровне мышления факт рассматривается 1) в онтологическом аспекте — как фрагмент действительности, существующий независимо от человеческого познания (факт — действительность), 2) в гносеологическом аспекте — как форма познания, отражающая фрагмент действительности как объект познания, т. е. как гносеологический феномен (факт — знание), 3) в единстве онтологического и гносеологического аспектов [8, с. 11].

Понятие «факт» является предметом исследования философии, логики (Б. Рассел (1957), Л. Витгенштейн (1958), Р. Карнап (1971) и др.), лингвистики (З. Вендлер (1970), Н. Д. Арутюнова (1988; 1999), А. А. Зализняк (1990) и др.) и других научных дисциплин.

В философии ставится вопрос об отнесенности факта к онтологии или гносеологии. Философы-позитивисты в своем стремлении сохранить «чувство реальности» рассматривали факт как сущность онтологического порядка и, вследствие этого, отождествляли факты с событиями действительности. Б. Рассел называл «фактом» «все, что имеется во вселенной» [9, с. 177]. «Фактом» для Б. Рассела оказывается непосредственно наблюдаемая «порция пространства-времени», при этом факты как то, что делает утверждения истинными либо ложными, первичны, а истинные утверждения (соответствующие фактам), вторичны, производны от фактов, так как для соответствия высказывания факту факт должен уже существовать до высказывания.

Позиция Б. Рассела в плане признания независимости фактов от суждений представляется спорной, поскольку очевидно, что именно суждение, истинность либо ложность которого устанавливается путем прямого соотнесения с действительностью, задает факт, а не наоборот (например, суждение «Снег бел» истинно, если, и только если, снег бел (А. Тарский, 1972)). Процедура получения человеком факта включает в себя выделение определенного фрагмента действительности, его концептуализацию, структурирование по модели суждения (т. е. введение значения истинности) и верификацию. Другими словами, «факт» представляет собой результат переработки человеком информации о действительности, т. е. относится к миру знания.

Отнесенность фактов к логическому пространству, т. е. к миру знания, а не к миру действительности, была отмечена Л.Витгенштейном [10, с. 34-36], который указывал на необходимость аналогии в структуре мыслительного образа выделен-

ного человеком фрагмента действительности и факта. Утверждения раннего Л. Витгенштейна о том, что «мир определен фактами», что «совокупность всех фактов определяет как все то, что имеет место, так и все то, что не имеет места», что «факты в логическом пространстве суть мир», относятся к концептуальной картине мира, а не к «сырой» реальности. Речь идет о мире в той мере, в которой он может быть воспринят и познан человеком. Другими словами, все познанное в мире формально, т. е. принимает форму факта.

В лингвистике рассматривается вопрос о соотношении понятий «факт» и «событие». Данный вопрос решается, в частности, путем изучения употребления слов «факт» и «событие» в естественном языке. Так, З. Вендлер противопоставляет факты событиям на том основании, что слова «факт» ("fact") и «событие» ("event") имеют различную сочетаемость: слово «факт» подчиняется тем же ограничениям на сочетаемость, что и не полностью номинализованные группы, тогда как ограничения на сочетаемость слова «событие» совпадают с ограничениями, характерными для полностью номинализованных групп. Например, группа That he sang the song и группа His having sung the song— это факты, а не события, тогда как группа His beautiful singing of the song — это событие, а не факт [11, с. 269-270]. Таким образом, наиболее адекватной языковой формой для факта является неполная номинализация предложения-высказывания, для события — предложение-высказывание или его полная номинализация [12, с. 50].

Лингвофилософский анализ семантики имени «факт» в совокупности с сопоставительным анализом различия между фактом и событием проведен Н. Д. Арутюновой. Согласно Н. Д. Арутюновой, суть различия события и факта заключается в онтологической природе события и гносеологической природе факта. События и факты относятся к сущностям разных миров: если факт «ориентирован на мир знания, т. е. на логическое пространство, организованное координатой истины и лжи», то событие «ориентировано на поток происходящего в реальном пространстве и времени» [5, с. 505]. Н. Д. Арутюнова указывает на то, что событие принадлежит к числу имен онтологического плана (ситуация, происшествие, случай и др.), которые составляют «среду погружения человека в мир», в то время как факт — к числу имен ментального плана (сообщение, утверждение, предположение и др.), которые составляют «среду погружения мира в сознание человека» [5, с. 405].

С указанными рядами имен соотносятся два типа значения: событийное (ситуативное) и фактообразующее (пропозитивное), которые чаще всего выражаются номинализациями предложения. Вслед за З. Вендлером, Н. Д. Арутюнова подчеркивает, что фактообразующее значение выражается неполной номинализацией, референтом которой является истинная пропозиция (То, что розы приятно пахнут, известно всем) [5, с. 406].

Следует отметить, что понятие «факт» тесно связано с понятием «пропозиция». Пропозиция является языковой формой выражения факта. При решении вопроса о различии между фактом и пропозицией как языковой формой выражения факта З. Вендлер приходит к выводу, что «факты референционно прозрачны, тогда как пропозиции, даже истинные, референционно непрозрачны» [13, с. 272].

В понимании З. Вендлера факт представляет собой абстрактную единицу, объединяющую набор истинных пропозиций, содержащих эквивалентные по своей референции именные выражения. Предложения «Эдип женился на Иокасте» и «Эдип

женился на своей матери» выражают разные пропозиции, но констатируют один и тот же факт, так как именные выражения «Иокаста» и «мать Эдипа» совпадают по своей референции [13, с. 272-273]. Таким образом, в теории З. Вендлера «факт» трактуется как результат представления некоторого действительного «положения дел» в системе данного языка. Комплексная природа факта обнаруживается, с одной стороны, в неразрывной связи факта с миром действительности, и, с другой стороны, с миром языка, описывающего мир действительности.

Следует подчеркнуть, что факт соотносится только с истинной пропозицией. Истинность замещаемой именем «факт» пропозиции предполагает её верифициро-ванность. Верификация, или сопоставление пропозиции с действительностью, возможна лишь тогда, когда речь идет об актуальном положении дел или о свершившихся событиях. Однако и при соблюдении данного условия верификация может быть затруднена в силу как объективных, так и субъективных причин. В частности, к последним относятся субъективные оценки и коннотации, обнаруживающие связь с личностью говорящего1. Факт требует нейтральной лексики, отвечающей условию «прозрачности», а также исключает вводные слова и конструкции, которые представляют собой «вклад» говорящего.

Кроме значения истинности, факты характеризуются недескриптивностью. Факты призваны устранить все частные характеристики события и сохранить только его суть. Недаром говорят о «голых» или «неприукрашенных» фактах. В отношении данного свойства факта А. А. Леонтьев замечает, что факт всегда выделяет в событии определенные стороны. Одно и то же событие (например, освобождение заложников) может быть представлено в форме различных фактов в зависимости от того, что мы трактуем как суть события, а что считаем частностью (Заложники освобождены, При освобождении заложников никто из атаковавших не пострадал и т. д.). Следовательно, можно описывать, как развертываются события, но не как происходят факты, которые, в отличие от событий, не происходят, а констатируются [16].

Подводя итог рассмотренным выше трактовкам содержания понятия «факт» в рамках различных областей научного знания, следует отметить, что к основополагающим свойствам факта относятся:

1) «ментальный характер» факта, свидетельствующий о гносеологической природе факта как формы познания, содержанием которой является достоверное знание о фрагменте действительности (событии);

2) значение истинности факта, которое является конституирующим для факта и устанавливается путем верификации утверждения о событии.

Природа факта противоречива: с одной стороны, факт как достоверное знание о событии изначально объективен; с другой стороны, факт как элемент познавательной деятельности, которая обладает субъективным характером, изначально субъек-

1 В. В. Ученова выступает против изначальной «объективности» факта, которая является следствием отождествления факта и действительности (события). Исследователь указывает на то, что действительность, становясь фактом, «неизбежно приобретает примесь субъективности познающего разума» [14, с. 80]. По мнению В. В. Ученовой, формирование факта происходит одновременно с «оцениванием» фрагмента действительности. Факт изначально несет в себе оценочность, поскольку «задан» определенной системой взглядов и представлений человека, которые «включают» механизм интерпретации. Одно и то же событие не может быть описано одинаково и полно потому, что «свидетели этого события всегда интерпретируют его согласно собственным представлениям, которые далеко не всегда адекватны реальному положению вещей» [15, с. 203].

тивен и представляет собой определенную интерпретацию фрагмента действительности.

Базовое отличие события от факта заключается в онтологической природе события (принадлежность к миру действительности) и гносеологической природе факта (принадлежность к миру знания). Как сущность онтологического плана, событие представляет собой явление действительности, которое оценивается человеком как обладающее личностной либо социальной значимостью. Факт, как сущность гносеологического плана, представляет собой достоверное знание о событии, которое получает языковое выражение в форме истинной пропозиции. С учетом вышесказанного можно прийти к выводу о том, что отождествление понятий «событие» и «факт» является неправомерным.

Литература

1. Руднев В. П. Феноменология события // Логос. 1993. № 4. С. 226-238.

2. Шабес В. Я. Событие и текст. М.: Высшая школа, 1989. 175 с.

3. VendlerZ. Linguistics in philosophy. Ithaca, N. Y.: Cornell University Press, 1967. 203 p.

4. Lyons J. Introduction to Theoretical Linguistics. Cambridge: Cambridge University Press, 1968. 519 p.

5. Арутюнова Н. Д. Язык и мир человека. М.: Языки русской культуры, 1999. 896 с.

6. Демьянков В. З. «Событие» в семантике, прагматике и в координатах интерпретации текста // Изв. АН СССР. Серия литературы и языка. 1983. Т. 42, № 4. С. 320-329.

7. Поелуева Л. А. Массовая информация в культурной парадигме переходного периода: дис. ... д-ра филос. наук. Саранск, 2005. 305 с.

8. Хаджаров М. Х. Факт науки в системе оснований научного исследования: автореф. ... дис. канд. филос. наук. Саратов, 1992. 21 с.

9. Рассел Б. Человеческое познание. Его сферы и границы. М.: Издательство иностранной литературы, 1957. 555 с.

10. Витгенштейн Л. Логико-философский трактат. М.: Наука, 1958. 133 с.

11. Вендлер З. Причинные отношения // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 18. М.: Прогресс, 1986. С. 263-276.

12. Степанов Ю. С. Альтернативный мир, Дискурс, Факт и принцип Причинности // Язык и наука конца ХХ века: сб. статей. М.: РГГУ, 1995. 432 с.

13. Вендлер З. Иллокутивное самоубийство // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 16. М.: Прогресс, 1985.

14. Ученова В. В. Три грани теории журналистики: гносеологические проблемы публицистики. М.: МГУ, 1999. 557 с.

15. Лекторский В. А. Гносеология в системе философского мировоззрения. М.: Наука, 1983. 133 с.

16. Леонтьев А. А. Психолингвистические особенности языка СМИ // Язык СМИ как объект междисциплинарного исследования. М.: Изд-во Моск. ун-та, 2003.

Статья поступила в редакцию 31 октября 2013 г.