Онтология обычного права донских казаков: историко-правовой аспект

Небратенко Г.Г.

Онтология обычного права донских казаков: историко-правовой аспект

Происходящие в настоящее время изменения в российской правовой системе и отход от нормативной концепции права обусловили необходимость выработки новых подходов к осмыслению функциональной роли права в деятельности государства, общества и личности. Поиск путей к достижению целей правовой реформы осуществляется с использованием традиционного наследия Российского государства. В этом смысле идея возрождения казачества, в свое время внесшего серьезный вклад в расширение границ и защиту интересов России, находит поддержку как в правительственных кругах, так и у определенной части населения страны.

Исследование основанных на обычаях, прецедентах и договорах, регулирующих общественные отношения, правил поведения донских казаков представляет собой уникальную возможность проследить эволюцию системы обычно-нормативного регулирования протогосударственного общества. Для выявления историко-правового наследия и возможной его рецепции необходимо с помощью научного анализа реконструировать систему обычного права донских казаков, ибо эта система была использована при разработке законодательства Российской империи, определявшего правовое положение казачьих войск.

Сегодняшняя гражданская позиция официального казачества, добивающегося не льгот и привилегий, а возложения на себя обязанностей по охране государственной границы Российской Федерации, обеспечению правопорядка на территории компактного проживания казаков, обучению и воспитанию молодежи, заслуживает одобрения. Однако расширение сферы деятельности казаков должно обосновываться историко-правовой практикой, имевшей место в давние времена или хотя бы получившей широкое распространение в недалеком прошлом.

Правовое регулирование статуса российского казачества можно условно разделить на два основных периода. Первый - XVI-XVШ вв., в продолжении которого основным регулятором правоотношений у казаков выступало обычное право, и второй - Х1Х-ХХ вв. - законодательство Российского государства. В настоящее время определенную ценность представляют исследования, касающиеся обычного права донских казаков, т.к. именно в хронологический период его активного применения были заложены правовые основы феномена казачества, в последующем воспринятые законодателем при разработке нормативно-правовой базы всего казачества.

Основными субъектами обычного права донских казаков выступали войско Донское, казачья община и индивид, при этом под субъектом следует понимать социального субъекта, выступавшего носителем правового статуса, зафиксированного в нормах обычного права и выраженного в определенных правах и обязанностях. Кроме того, субъект обычного права обладал правосубъектностью, характеризовавшейся правоспособностью, дееспособностью, а в ряде случаев -деликтоспособностью.

Войско Донское являлось «начальственным» субъектом обычного права донских казаков, изначально представлявшим собой протогосударственную, военно-политическую организацию. До конца XVII в. его правовое положение определялось исключительно обычным правом и характеризовалось наличием ряда признаков: политическим суверенитетом; собственной территорией; функционировавшими в форме военной демократии потестарными институтами власти; консолидированным в рамках самоуправляемых общин населением; компенсировавшей недостатки экономического развития агрессивной военно-политической деятельностью; обычным правом как базовым регулятором общественных отношений (правовым суверенитетом) [1, с. 120].

К функциям войска Донского относилась коалиция самоуправляемых общин, защита их населения от военной агрессии, организация захватнических нападений с целью наживы, обеспечение международного диалога, сохранение внутреннего порядка и публичное наказание его нарушителей, предоставление индивидам возможности реализации духовных потребностей. Между тем протогосударство не обеспечивало функции защиты частной собственности зажиточных казаков, сдерживая процесс формирования политической элиты, а также производительного экономического развития, что в совокупности выступало основными причинами невозможности генезиса на Дону государства.

Основными чертами политического суверенитета войска Донского как базового признака протогосударства являлись: наличие независимых легитимных институтов народовластия; существование и применение обычного права; возможность беспрепятственной миграции на Дон населения соседних регионов. В то же время Российское государство, осознававшее свою сопричастность к процессу генезиса донского казачества, постоянно предпринимало попытки к

ограничению, а в последующем - к ликвидации независимости края и уравниванию правового положения местного населения с положением «московских служилых казаков».

В 1671 г., после подавления восстания под предводительством старшины Степана Разина, донские казаки были вынуждены принести присягу на верность московскому царю (чего ранее не бывало), тем самым признав свое подданство российскому монарху и верховенство его законодательства над партикулярным обычным правом. Однако окончательная трансформация правового статуса войска Донского от протогосударственного образования к автономно-территориальному произошла только на рубеже XVII-XVIII вв. и была связана с изменением статуса институтов войскового круга и войскового атамана (от потестарного к публичному), фактическим прекращением казаками международного диалога, а также с ужесточением порядка миграции на Дон неказачьего населения. Но даже после этого в течение XVIII в. обычное право выступало в качестве важнейшего регулятора общественных отношений у донских казаков.

Наличие собственной территории выступает самостоятельным признаком, который тесно связан с обладанием войском Донским в определенный хронологический период политическим суверенитетом. Приобретение коллективного права собственности на донские земли осуществлялось путем «вольной заимки» - захвата находившейся вне юрисдикции какого-либо государства территории. Однако подтверждение этого права, а равно и сохранение суверенитета потребовали от донских казаков ведения постоянной борьбы с соседними нехристианскими народами. В этих условиях граница войска Донского до XVIII в. носила подвижный условно-договорной характер, определяясь текущим состоянием сил противоборствующих сторон [2, с. 39].

С потерей политического суверенитета право собственности на землю получило Российское государство, при этом войско Донское не было лишено его полностью, утратив правомочие владения, ограничивалось в правомочии распоряжения. В 1711 г. край на правах автономии вошел в состав Азовской (Воронежской) губернии, а в 1793 г. был признан полноправным субъектом Российской империи с наименованием «земля войска Донского» [3, с. 128].

Функционирование в форме военной демократии потестарных институтов власти также является важнейшим признаком правового положения войска Донского. Генезис военной демократии у казаков представлял собой один из последних в Европе примеров данной организации власти. Однако ее появление стало не следствием разложения первобытнообщинной, или родовой, демократии, а результатом миграции на Дон и консолидации представителей различных этнических групп, уже проходивших эти этапы организации власти.

Тем не менее у донских казаков отсутствовал свойственный военной демократии институт «совета вождей», но имело место народное собрание - войсковой круг, выборный «вождь» - войсковой атаман, участие всех полноправных казаков в работе войскового круга и возможность баллотировки каждого из них на должность войскового атамана, массовое вооружение населения.

Отсутствие общественно-правового размежевания социума и институтов власти указывает на то, что последняя была облечена в потестарную форму, характеризовавшуюся непосредственным участием в управлении, нормотворчестве и судопроизводстве всех членов социума, отсутствием единоличной или узкогрупповой узурпации власти. В связи с этим публично регулировались только те отношения, которые затрагивали интересы всего общества или существенной его части, а остальные правоотношения «нормировались» партикулярными нормами обычного права казаков, так называемым «станичным правом».

Основными потестарными институтами власти войска Донского являлись войсковой круг, объединявший полноправное мужское население, и войсковой атаман, выбираемый для выполнения решений круга и представления интересов казачества. В начале XVIII в. произошла трансформация потестарной власти в публичную форму, приведшая к возвышению «иерархического начала» управления в лице атамана и войсковой старшины как привилегированной части казачества.

Следующим признаком правового положения войска Донского являлось консолидированное по самоуправляемым общинам население. Появление на Нижнем Дону оседлого казачьего населения, ставшего «ядром» донского казачества, относится к первой половине XVI в. Крайне агрессивные условия существования определили необходимость его консолидации по самоуправляемым общинам, формируемым не по признаку родства или соседства, а по признаку осуществления совместной военно-хозяйственной деятельности. К середине того же столетия относится генезис стационарных казачьих поселений - «городков», число которых постоянно возрастало, а также наличие сведений о существовании казачьих атаманов. В каждом из городков действовали схожие по организации органы местного самоуправления и институты обычного права. В то же время важнейшие управленческие функции были делегированы созданным не позднее 70-х гг. XVI в. органам потестарной власти войска Донского, власть которых до начала XVII в. «обнимала» только Нижний Дон. В период Смутного времени под предводительством «низовых казаков» произошло объе-динение всех донских казачьих поселений.

Очередной признак - компенсировавшая недо-статки экономического развития агрессивная военно-политическая деятельность казачества, ставшая следствием отсутствия у войска Донского экономического суверенитета, восполняемого хищническими нападениями на соседние нехристианские народы, а также за счет гуманитарной помощи Московского царства. Экспроприация имущества у неприятеля осуществлялась как в результате самостоятельно организованных казаками нападений, так и во время участия в войнах в составе русской армии. С конца XVI в. неограниченная военная деятельность донцов стала предметом активного вмешательства российского правительства, полностью взявшего ее под свой контроль только в начале XVIII в. С этого же времени мобилизация и направление старшин и рядовых казаков к местам постоянной дислокации или на войну осуществлялись строго по очереди, за ведение которой отвечало донское правительство, а основным источником получения прибавочного продукта у казаков постепенно становилось сельское хозяйство.

Наконец, последним признаком правового статуса войска Донского являлось применение на территории края обычного права как базового регулятора правоотношений у донских казаков, что указывало на наличие у протогосударства правового суверенитета. Функционирование обычного права основывалось на общенародном убеждении в необходимости следовать выработанным путем неоднократного применения обычно-правовым нормам.

Естественное развитие обычного права у донских казаков осуществлялось в XVI-XVII вв. Однако уже в 1671 г. казаки признали над собой верховенство российского законодательства и начался процесс инволюции обычного права, протекавший с разной степенью интенсивности в течение всего XVIII в. В первой половине XVIII в. в связи с отстранением войскового круга от реальной власти и сосредоточением ее в руках войскового атамана и старшины обычное право приобрело волевой характер, отражая интересы местной аристократии. В целях прекращения злоупотреблений войскового старшины в последней четверти XVIII в. начался процесс создания подотрасли российского законодательства, регулировавшей правоотношения непосредственно в войске Донском.

В последней четверти XVIII в. процесс замены обычного права донских казаков российским законодательством приобрел более стремительный характер. Он не сопровождался «слепым» распространением формально зафиксированных норм права, а характеризовался разработкой целого ряда нормативно-правовых актов, вобравших в себя комплекс правовых обычаев. Нормативно-правовые акты конца XVIII - начала XIX вв., касавшиеся донского казачества, и «полезные» с точки зрения законодателя обычаи были систематизированы в межотраслевой кодифицированный правовой источник - «Положение об устройстве войска Донского», утвержденное 26 мая 1835 г. [4, с. 40].

Что же представляло обычное право с теоретико-правовой точки зрения? В период функционирования догосударственного общества оно представляло собой инволюционную первичную форму права, которая была основана на общественном императиве в необходимости соблюдения выработанных в процессе жизнедеятельности индивидов правил поведения, а также на осуществлении принуждения в отношении субъектов, их нарушающих.

Для определения сущности обычного права необходимо применять особый естественносоциальный подход, не используемый для синтеза сущности позитивного права. По содержанию данный подход наиболее схож с общесоциальным, но в отличие от него естественносоциальный подход рассматривает право не как «законодательный компромисс» в интересах различных общественных групп, а как естественную систему регулирования общественных отношений, основанную на сложившихся в процессе правоприменительной практики обычно-правовых нормах.

Сущность обычного права с объективной точки зрения раскрывает регулятивно-процессуальное назначение данного общественно-правового явления, а также характеризуется наличием обычно-нормативной базы, с субъективной же - заключается в непосредственном обеспечении интересов субъектов обычного права и существовании естественносоциального убеждения в необходимости соблюдения обычаев, прецедентов и договоров. С точки зрения естественносоциального подхода регулятивная сущность обычного права выражается в естественном характере его формирования и обеспечения, наиболее полно отражавшем интересы индивидов правообразующего социума вне зависимости от их социально-экономического статуса, личных качеств и заслуг. В то же время естественность правотворчества и правоприменения не ограничивает реализацию интересов одних субъектов обычного права в ущерб интересам других, предопределяя неизбежную перспективу перехода к формированию позитивного права.

Под признаками обычного права следует подразумевать имеющие юридическое значение характерные черты и особенности обычного права как регулятора общественных отношений у донских казаков. Под свойствами понимаются характерные особенности, отражающие социальное назначение обычного права, отличающие его от иных форм общественного проявления, к примеру, религии, культуры, науки и др.

Различие между признаками и свойствами обычного права заключается в том, что первые имеют юридическую природу и не являются общеобязательными для всех обычно-правовых систем народов

мира, а вторые носят общественный характер и более общеприменимы. Поэтому при изучении обычно-правового наследия конкретного социума необходимо каждый раз вновь определять перечень характеризующих его признаков. Свойства же в основном являются унифицированной доминантой, и при их синтезе нет необходимости постоянно преломлять канву изложения в прикладную плоскость.

К признакам обычного права относится то, что оно производно от общества, а не от государства; носит как естественный, так и волевой характер (в различные хронологические периоды - условно-обязательный, вербальный, ритуальный, бессистемный, нормативный характер). К свойствам права относятся: общественная и международная регулятивность; консервативность; архаичность; инволюционность; регенеративность; общепризнанность; демократичность; моральность; корпоративность; партикулярность; универсальность.

Генезис норм обычного права протекал в одной плоскости с образованием социума, а не государства. У донских казаков нормотворческий процесс начался с момента консолидации индивидов в рамках самобытного социума, т.е. в первой половине XVI в. Нормы обычного права формировались преимущественно следующими способами:

- из имевших элементарную внутреннюю структуру правил поведения казаков - мононорм;

- в результате принятия административных и судебных прецедентов потестарной власти;

- вследствие заключения войском Донским международных договоров с прочими государственными и безгосударственными образованиями региона, а также соглашений между субъектами обычного права донских казаков;

- путем естественного восприятия основных христианских заповедей, канонов и прочих религиозных норм православной церкви;

- в результате рецепции отдельных обычно-правовых норм соседних нехристианских народов;

- на основе нормативно-правовых и нормативных актов Российского государства (грамот, указов, присяги казаков на верность царю).

Норме обычного права донских казаков были свойственны следующие признаки: обладание властным характером, обеспечивавшим регуляцию определенных правоотношений; наличие сложной внутренней структуры, соответствующей структуре нормы позитивного права; казуальность норм, содержавших обязывающие предписания, и преимущественная перманентность норм, включавших дозволяющие предписания; существование естественного порядка образования и прекращения действия обычно-правовых норм, базирующегося не на юридическом акте, а на факте их применения на практике. Кроме того, содержание нормы обычного права передавалось в устной форме, поэтому норма обладала лишь условно определенным содержанием, предоставлявшим возможность различной его трактовки; норма была обязательна для выполнения, но предоставляла субъектам обычного права, в зависимости от их статуса, различный объем прав и обязанностей, т.е. носила дифференцированный предоставительственно-обязывающий характер. Контроль над выполнением норм возлагался на правообразующий социум и формируемые им органы потестарной власти.

В соответствии с этим нормой обычного права являлось обладавшее рядом специфических признаков и обеспечиваемое обществом вербальное предписание, выработанное применительно к непосредственному объекту правового регулирования, регламентировавшее поведение субъектов (или субъекта) обычного права при вступлении в определенные общественные отношения.

Базовыми источниками обычного права донских казаков являлись обычаи, юридические прецеденты и договоры. Каждый из источников обычного права обладал рядом специфических признаков. Так, обычай характеризовался обычно-правовой нормативностью, субинституциональностью, синкретичностью, традиционностью, санкционированностью, публичностью, партикулярностью, непрерывностью, длительностью и многократностью применения. В соответствии с этим обычай в широком смысле представлял собой основанный на многократном применении, санкционированный обществом традиционный источник права, объединявший в каждом конкретном случае несколько взаимосвязанных между собой обычно-правовых и иных социальных норм, действие которых было направлено на регулирование определенной разновидности общественных отношений.

Для юридического прецедента как источника обычного права донских казаков были характерны следующие признаки: нормативность, казуальность, партикулярность, убедительность. Юридический прецедент у донских казаков являлся официальным инструментом саморегулирования обычно-правовой системы войска Донского, обеспечивавшим оперативное устранение нормативных пробелов в обычном праве и упразднение не отвечавших совокупным потребностям социума обычаев. Таким образом, юридический прецедент выступал в качестве традиционного источника права, основанного на содержащих обычно-правовые нормы административных или судебных решениях потестарной власти, которые при условии их общественного санкционирования в будущем становились примером разрешения схожих дел по аналогии. При вынесении соответствующих казуальных решений власть руководствовалась общественными предписаниями, содержавшимися в обычаях или в ранее

заключенных договорах, но могла выступать творцом новых обычно-правовых норм или же инициатором отмены прежних.

Наконец, основными признаками договора по обычному праву донских казаков являлись: регулирование как международных, так и «внутрисоциумных» правоотношений; необязательность условия равенства сторон, заключавших договор; доминирование вербально-символичной формы заключения соглашений; обеспечение выполнения условий международных договоров сторонами, их заключавшими, а «внутрисоциумных» - органами войсковой, станичной администрации и «сторонами». Руководствуясь вышеперечисленными признаками, договор - это источник обычного права, основанный на добровольных преимущественно вербально-символических соглашениях, содержавших правила, предписания общего порядка, выражавшие общность тех или иных интересов сторон, в результате следования которым происходило подтверждение прежних или генезис новых обычно-правовых норм.

Завершив рассмотрение последнего признака правового положения войска Донского, переходим к рассмотрению юридического статуса общины по обычному праву донских казаков. Последний определялся следующими основными признаками: наличием органов местного самоуправления; регулированием общественных отношений обычно-правовыми нормами партикулярного действия; наличием политико-правового межобщинного взаимодействия; существованием военно-корпоративного принципа консолидации местного населения; обеспечением его прироста вследствие миграционных процессов; наличием в пределах общины коллективной собственности на земли, недра, воду и биологические ресурсы.

Органы местного самоуправления общин по конструкции организации властвования были идентичны между собой и схожи с институтами потестарной власти войска Донского. Высшим органом власти, наделенным в пределах общины исполнительными, нормотворческими и судебными функциями, выступал казачий круг, с начала XVIII в. именовавшийся станичным кругом (сбором). В его работе принимали участие только полноправные казаки, хотя в редких случаях в него приглашали и неказачье население.

Исполнительным органом казачьей общины выступала «станичная изба», включавшая атамана, есаула, стариков и писаря. Станичный атаман являлся непосредственным организатором выполнения решений казачьих сходов, есаул выполнял поручения атамана. Станичные старики принимали деятельное участие в рассмотрении административно-судебных и социально-бытовых вопросов, касавшихся местного общества. Писарь реализовывал делопроизводственные функции.

Регулирование общественных отношений в пределах общины осуществлялось при помощи обычно-правовых норм партикулярного действия (станинного права). В различных стационарных общинах донских казаков публичные обычно-правовые нормы, базировавшиеся на обычаях, были практически идентичны, а частноправовые нормы, содержавшиеся по большей части в юридических прецедентах, различались.

Регулирование общественных отношений обычно-правовыми нормами партикулярного действия не стало основанием для политико-правовой разобщенности казачьих станиц, так как межобщинные правоотношения обеспечивались «начальственными» по иерархии нормами «войскового права». При этом если функционирование конкретной общины не затрагивало интересов войска Донского, то она в организационно-правовом плане развивалась практически самостоятельно. В то же время в случае особой необходимости интересы отдельных общин подчинялись интересам всего Донского казачьего войска.

Наличие политико-правового единства казаков определялось тем, что ежегодно большинство из них собиралось в столице края, где на войсковых кругах естественным путем происходило введение в практику юридических прецедентов, применение обычаев и заключение договоров, информация о которых впоследствии проецировалась индивидами на нормативно-регулятивную деятельность стационарных казачьих поселений.

Население стационарных казачьих общин консолидировалось не по признаку родства или соседства, а по признаку принадлежности к казачьей общности, обеспечивавшей на военно-корпоративной основе сохранение внешней безопасности местного населения в условиях окружения враждебными нехристианскими народами. При этом межцивилизационный диалог с последними представлял собой череду военных столкновений с целью физического уничтожения и хищения имущества друг у друга. В этих условиях общинно-образующим фактором выступала принадлежность индивидов к корпорации казаков, спаянной общими целями и задачами.

До вхождения войска Донского в состав Российского государства основным способом прироста населения общин являлась миграция из соседних регионов, а после эти процессы стали регулироваться российским законодательством. Первоначально для получения статуса казака было необходимо положительное решение станичного круга, а с 30-40-х гг. XVIII в. - постановление донского правительства.

Население общины обладало правом коллективной собственности на земли, недра, воду, другие биологические ресурсы. При этом правомочие владения до конца XVII в. сохранялось за войском Донским, правомочие распоряжения - за станичным обществом, которое могло те или иные участки (земельные, лесные, речные и проч.) на определенное время распределить между всеми местными казаками или сдать кому-либо в аренду для пополнения общественных сумм. Правомочие пользования закреплялось за индивидами.

Завершив рассмотрение правового положения общины по обычному праву донских казаков, переходим к рассмотрению правового положения индивидов. Оно формировалось из общего и особенного статусов. Общий статус характеризовал положение физических лиц независимо от их субъективных особенностей (возраста, благосостояния, занимаемой должности, вероисповедания, национальности, семейного положения и проч.) как представителей конкретной социальной общности. Общий статус включал права, а также обязанности, связанные с принадлежностью индивида к соответствующей социальной группе. Особенный статус формировался исходя из нескольких составных критериев, детализировавших правовое положение индивидов, предоставляя им специальные права и возлагая специальные обязанности.

Так, особенный статус донских казаков формировался исходя из нескольких критериев: геополитического, социально-экономического, геронтологического, общественно-политического и религиозного. По геополитическому критерию донцы классифицировались на «верховых» и «низовых» казаков, по социально-экономическому критерию - на домовитых казаков и голытьбу, по геронтологическому - на стариков и молодых казаков, по общественно-политическому - на войсковую старшину и рядовое казачество, по религиозному - на христиан и иноверцев.

Неказачье население в значительном количестве появилось во второй половине XVII в. в городках Нижнего Дона, где не каждый из мигрантов получал право именоваться казаком, но обретал при этом «вид на жительство». Причиной этому являлось нежелание «низового» казачества делить царское жалование с недавно мигрировавшими на Дон индивидами. «Верховые городки», присваивавшие незначительную часть царского жалования, не ограничивали прием в свои ряды новых членов.

Особенный статус неказачьего населения войска Донского формировался исходя из социально-ассимиляционного, семейного и этнического критериев. По социально-ассимиляционному критерию соответствующие индивиды классифицировались на «бродячих», «зажилых» и «оземейных»; по семейному критерию - на лиц, состоявших в браке или не имевших собственной семьи; по этническому - на великороссов, малороссов, «базовых калмык» и представителей иных менее численно представленных национальностей. Индивиды, рожденные в смешанных браках неказаков с казачками, поражались в правах, получая возможность стать полноправным «гражданином войска Донского» в «отроческом» возрасте.

Правовое положение лиц, временно находившихся на территории войска Донского, определялось по критерию наличия или отсутствия у них личной свободы. Если индивид находился в крае в качестве пленника, то он не выступал самостоятельным субъектом обычного права. Захват пленников осуществлялся с целью обмена на невольников-казаков, получения выкупа, вступления в брак (с турчанками, татарками и проч.).

Положение лично свободных иностранцев, временно находившихся на территории Донского казачьего войска, определялось в зависимости от их правового статуса в собственном государстве. В то же время ни чины, ни звания, ни цель визита в войско Донское не давали лицу иммунитета от преследования по обычному праву донских казаков, действие которого распространялось на всех физических лиц, находившихся в крае. Также правовое положение лиц, временно находившихся на территории войска Донского, зависело от их национальности. Если индивид являлся представителем этноса, дружественного донскому казачеству, то он обладал привилегированным статусом (например, великороссы и малороссы). Представители враждебных донцам народов ограничивались в своих правах, так как их нахождение в войске Донском считалось нежелательным, посягающим на безопасность казачества.

Таким образом, обычное право в XVI-XVIII вв. являлось важнейшим регулятором общественных отношений донских казаков. До конца XVII в. оно носило естественный, а в XVIII в. - волевой характер. В конце XVIII - начале XIX вв. обычное право было практически полностью выведено из правоприменительной практики. Однако с его учетом осуществлялась разработка нормативно-правовой базы, регулировавшей деятельность донского казачества. Историко-правовой опыт ее разработки должен учитываться законодателем при разработке юридических актов, направленных на придание функциональности современному российскому казачеству.

Литература

1. Небратенко Г.Г., Куксенко Е.И. Теория и история обычного права донских казаков. Ростов н/Д, 2005.

2. Агафонов А.И. История Донского края. Ростов н/Д, 2001.

3. Куксенко Е.И. Эволюция обычного права донских казаков (XVI - начало XIX вв.): Дис. ... канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2005.

4. Макеев В.В., Небратенко Г.Г. Организационно-правовое становление и развитие общей полиции на территории Донского казачьего войска (середина XVIII - начало XX вв.). Ростов н/Д, 2002.