Семантика движения в языке поэзии Тютчева

СЕМАНТИКА ДВИЖЕНИЯ В ЯЗЫКЕ ПОЭЗИИ ТЮТЧЕВА*

А.Л. Голованевский

Глаголы движения (перемещения) в поэзии Тютчева являются одним из тех лексико-семантических, грамматических, прагматических средств, которые характеризуют одну из граней его поэтической личности и в значительной мере подтверждают общепринятое мнение о единстве поэтического текста, основанному на дублировании и цикличности тем.

Ключевые слова: глаголы движения (перемещения), поэтическая личность, однонаправленные и

ненаправленные глаголы движения, объект, субъект, способ движения, семантика глаголов.

...Как ненавистны для меня Сей шум, движенье, говор, крики Младого, пламенного дня!...

(«Как птичка, с раннею зарей...» с. 125) Но сей порыв, сие и выспрь и вдаль стремленье...

У всех людей оно в груди...

(Из «Фауста » Гете, с.116)1

В приведенных стихах отражена такая особенность поэзии Тютчева, как противоположный взгляд на решение одних и тех же вопросов. Исследователи поэзии Тютчева приводят эту противоположность при оценочности тех или иных философских понятий, многочисленные примеры из его стихотворений. Прежде всего, рассмотрим оценку поэтом самого понятия движение и семантически родственных слов.

Движение (15)2 у Тютчева употребляется в двух значениях: 1. То, что непосредственно связано с бытом жизни, ее зрительным восприятием. 2. Философское осмысление как способа существования всего живого не живого, противоположного покою.

Зрительные восприятия движения чаще всего связаны с ситуацией общения, результатами конкретных наблюдений за тем, что происходит в незамкнутом пространстве. Такое движение всегда оценочно, но оценочность не обязательно выражается вербально.

Все тот же вид рассеянный, бездушный,

Движенье персей, взор, улыбка та ж...

Порой мой взор, движенья, чувства, речи Твоей не смеют радоваться встрече - Душа моя!

Все в ней так искренно и мило,

Так все движенья хороши...

(«Как ни бесилося злоречье.», с. 224).

Как над беспокойным градом,

Над дворцами, над домами,

Шумным уличным движеньем ... Звезды чистые горели...

Но долго, долго не забыть...

Ту негу стройную движений и стан, оправленный в магнит...

Движение человека, частей его тела (это всегда женщины) прекрасные, движение в незамкнутом пространстве (улицы города) беспокойно и шумно и противопоставлено «выспренному пределу» - сияющим и чистым звездам, еще не тронутым разрушающей и созидающей деятельностью человека.

Если движение у Тютчева связано с человеком, оно обязательно противопоставлено движению в природе, как в стихотворении « Кончен пир.» (1850). Но в более раннем стихотворении («Как сладко дремлет сад темно-зеленый.» (1835) такое противопоставление отсутствует, так как, по сути, отсутствует и сам человек. Здесь только намек на его присутствие (а это сам автор-

* Работа выполнена при финансовой поддержке РГНФ, проект 11-14-3200 (а/ц).

1 Весь иллюстративный материал из поэзии Ф.И. Тютчева приводится по [1; с указанием названий стихотворений].

2 После слова в скобках указывается по [2] частотность данной лексемы.

наблюдатель), еще не понявший (в отличие от более позднего стихотворения), откуда над спящим градом, как в вершинах леса, Проснулся чудный еженощный гул.... Этот чудный гул - не шумное уличное движение после окончания пира, а результат того, что «на мир дневной спустилася завеса, изнемогло движенье, труд уснул...» (с. 125). В этом стихотворении, как и в некоторых

стихотворениях, написанных в начале 1830-х годов (« Над виноградными холмами.»), «Поток сгустился и тускнеет.»), уже выражается противопоставление горнего - земному, но самого человека и его движения нет. Там есть только неизбежное движение природных сил (струя воздушная, бессмертный ключ).

Движение как способ существования живого и неживого философски осмысливается Тютчевым на уровне жизни и смерти. Это, прежде всего, относится к одухотворенной природе, с которой неразделим человек. Таинственная жизнь, бессмертное движенье, Где, что ни брось во глубь, и все они в броженье... (Из «Эрнани» Гюго, с.109). Тени сизые смесились, цвет поблекнул, звук уснул - жизнь, движенье разрешились. В сумраках зыбкий, в дальний гул... («Тени сизые смесились.», с.127). Как грустно полусонной тенью, с изнеможением в кости навстречу солнцу и движенью за новым племенем брести... («Как птичка, с раннею зарей», с.125).

Имеется движение - отсутствует смерть, отсутствует движение - отсутствует жизнь. Это относится как к природе, так и к человеку.

О, первых листьев красота,

Омытых в солнечных лучах,.

И слышно нам по их движенью,

Что в этих тысячах и тьмах Не встретишь мертвого листа.

Ни звуков здесь, ни красок, ни движенья-Жизнь отошла - и, покоряясь судьбе,

В каком-то забытьи изнеможенья Здесь человек лишь снится сам себе

Глагол двигать (2) выступает в значении «Руководить чем - либо, направлять, приводить в движение какие-либо силы». [2, с.178]. Такое движение исходит от человека, поэтому у Тютчева оно трагическое.

Волшебный жезл не выпадал из длани,

Но двигал он лишь адскими властями

И с высоты, как некий бог,

Казалось, он парил над ними,

И двигал всем, и все стерег очами чудными своими...

(«Неман», с. 187). О Наполеоне.

Движение всегда происходит в пространстве, вернее, в пространствах: земном, подземном, водном, подводном, воздушном и определяется способом перемещения в них объектов. Перемещаясь по воде, живые объекты плывут, природные текут; по воздуху живые летят, природные текут. В подземном и подводном пространстве объекты перемещаются так же, как по земле и по воде, но человек с помощью приспособлений-артефактов.

«И над всем этим множеством» частных» глаголов в языке царит идти» [3, с.303]. Это в языке. А теперь посмотрим, как в поэзии Тютчева.

Глагол идти относится к той группе бесприставочных глаголов движения, которая, во-первых, специфически выражает способ движения и, во-вторых, характеризуется своеобразием при выражении грамматического значения вида. Специфика выражения способа движения заключается в том, что каждый из 14-18 глаголов движения имеет такую же видовую бесприставочную пару несовершенного вида, отличающуюся направленностью движения: один ряд из глаголов этой группы (идти, лететь, плыть, бежать и др.) понимается как глаголы однонаправленного движения, другие (ходить, летать, плавать, бегать и др.) - разнонаправленного движения. Видовая особенность этих глаголов заключается в том, что «приставки с однонаправленными глаголами имеют всегда пространственное значение (за исключением приставки по-). Приставки с разнонаправленными глаголами не имеют пространственных значений [4, с.486]. Пространственная семантика глаголов, как правило, способствует образованию видовых пар у соответствующих приставочных глаголов, отсутствие пространственного значения препятствует образованию видовых пар. В свою очередь приставочные глаголы однонаправленного движения, выступающие в качестве глаголов совершенного вида, образуют при помощи суффиксов -ыва-, -ива-, -а- глаголы

несовершенного вида ненаправленного движения: идти - пройти - проходить, нести - вынести -выносить и др.

Проведя наблюдения над использованием глаголов движения в поэзии Тютчева, мы можем констатировать. 1. Из 18 пар глаголов движения (с учетом возвратных глаголов) у Тютчева представлены только 4 пары: бежать(21) - бегать(1), нести(11) - носить(2), нестись(5) -носиться(1), бродить(13) - брести(6). 2. В таких парах представлен однонаправленный глагол при отсутствии разнонаправленного: идти (21) - ходить (нет), лететь (15) - летать (нет), вести (7) -водить (нет), гнать (6) - гонять (нет), нести (13) - носить (нет), плыть (11) - плавать (нет), ехать (2) - ездить (нет), катить (2) - катать (нет), лезть (2) - лазить (нет). 3. Отсутствуют такие пары: 1) везти - возить, 2) гнаться - гоняться, 3) ползти- ползать, 4) тащить- таскать, 5) тащиться-таскаться. Из этих данных напрашивается первый и главный вывод, представляющий в этом аспекте Тютчева как языковую личность: движение в поэзии Тютчева характеризуется

однонаправленностью. Но чтобы этот вывод был более убедительным, необходимо сделать следующий шаг - провести наблюдения над использованием приставочных глаголов движения.

К наиболее продуктивным приставкам, образующим однонаправленные глаголы движения совершенного вида, относятся, по-нашему, первообразные предлоги-префиксы [5, с.325-326] и близкие им по структуре только префиксы: в-, во-, вы-, до-, из-, на-, за-, об- (обо-), по-, под-, при-, про, пере-, у-. Такие наблюдения подтверждают вывод об однонаправленности глаголов движения у Тютчева: пробежать (4) - пробегать (нет), пройти (22) - проходить (4), провести (3) - проводить (нет), пронестись (1) - проноситься (нет), прибежать (1) - прибегать (нет), прийти (19) -приходить (нет), привести (2) - приводить (нет), принести (10) - приносить (нет), но, заметим, -приноситель (1) связано с другой особенностью языковой личности Тютчева.

В поэзии Тютчева встретилось только два ненаправленных глагола несовершенного вида: пролетать (3) и проезжать (1) при отсутствии однонаправленных пролететь и проехать. В ней, как и в русском языке в целом, по частотности и семантической загруженности среди всех глаголов движения (бесприставочных и приставочных) выделяется глагол идти (21) и его дериваты уйти (27), прийти (19), пройти (22), отойти (4), пойти (15) с частотностью 89 употреблений, намного превосходящей дериваты других глаголов.

Теперь рассмотрим, в чём проявляется тютчевская специфика семантики однонаправленного глагола идти и его глагольных дериватов, как она связана со значением перемещения в различных пространствах. Прежде всего, отметим, что пространственное значение тесно переплетается с временным, и это непосредственно проявляется в семантике глаголов, их сочетаемости с временными существительными век, столетие, весна, глаголом жить.

За нашим веком мы идём,

Как шла Креуза за Энеем:

Пройдём немного - ослабеем,

Убавим шагу - отстаем

(«За нашим веком мы идём.», с.75).

Здесь пространственное и временное значения не разделимы, они переливаются одно в другое, при этом на первый план выходят временные значения, а пространственные имплицируются, утрачивая конкретную семантику движения. ...Весна идёт ...весна идёт!.. («Весенние воды», с.106). Столетья шли, ему прощалось много... («ENCVCLГСA», с.215). Всегда он уровнем шел с веком... («Враг отрицательности узкой.», с. 261). Временные значения преобладают и в дериватах глагола идти, пройти, прийти, а также в видовых парах уйти- уходить (6), пройти- проходить (4), обозначая 'исчезнуть, прекратить существование’ [2, с.850]. Это относится к человеку и природным явлениям. Не будь крохи любви в предмете, Давно б из мира вон ушел («Из Гейне», с.74). Так грустно тлится жизнь моя и с каждым днем уходит дымом («Как над горячею золой.», с.104). Как уходят клубы дыма, Так уходят наши дни! ( «Поминки» (Из Шиллера, с. 173) Яркий снег сиял в долине, Снег растаял и ушел Внешний злак блестит в долине - Злак увянет и уйдет («Яркий снег сиял в долине.», с. 135). Брат, столько лет, сопутствовавший мне, И ты ушел, куда мы все идем... («Брат, столько лет сопутствовавший мне.», с.257). Как верно здравый смысл народа, Значенье слов определил: Недаром, видно, от «ухода» Он вывел слово «уходил». («Как верно здравый смысл народа.», с.220). Здесь каламбурный случай обыгрывания значений слов уход - присмотр за больным и уходить - прекратить существование, умереть. С этим же значением выступают глагольные формы прошедшего и будущего времени глагола прийти. Когда ж сей мир покинуть. Пришел его черед, Он делит все наследство, - Но кубка не дает. («Кубок», с.91). Придет и твой черед, и поздно или рано Ты ими ж будешь побежден! («Наполеон III», с.271).

Глаголы идти, прийти, пройти в различных формах могут выражать значение прибытия куда-либо с определенной целью. В таком случае способ пространственного движения абстрагируется, на первый план выступает сам факт прибытия, а способ движения остается за текстом, но он сохраняется в сознании читателя (наблюдателя). Приведем такие контексты. 1. ...Много их пришло под Трою, Мало их пойдет назад («Поминки», с. 170). 2. Победно шли его

полки... Мосты под пушками гремели... («Неман», с.186).

3. .Погулять на счет пророка Все они сюда пришли. («Современное», с.249). В первом и во втором контекстах способ движения может быть только пеший или конный. Это определяется экстралингвистическими факторами, отраженными в истории Троянской войны и войны России с Францией 1812 года. Стихотворение «Современное» вызвано торжествами, проходившими в октябре 1869 года в Турции в связи с завершением строительства Суэцкого канала [6, с.416]. На эти торжества «пришли» разным способом перемещения из своих государств в Турцию высокие гости, в их числе и Наполеон III. Перемещение в данном случае может осуществляться и по воде и по железной дороге, но важен сам факт прибытия.

Контекст может и конкретизировать способ движения, обозначенным глаголами идти и его дериватами. По равнине вод лазурной Шли мы верною стезей... (с. 156) Лучи побледнели, Зефиры ушли («Листья», с.111). ...Приди, мой красавец, в объятья мои!» (Из «Шиллера», с.182). В данном контексте реализуются три способа движения: по воде, воздуху и земле.

Движение у Тютчева может осуществляться как по горизонтали, так и по вертикали. Все рассмотренные случаи с семантикой непосредственного (не метафорического) перемещения, за исключением «зефиры ушли» обозначают горизонтальное перемещение по земле и воде. Одно из значений глагола идти: 'выпадать ’ (об осадках) связано с вертикальным перемещением сверху вниз. И в божьем мире то ж бывает, и в мае снег идет порой... (с. 226). Дождь у Тютчева брызнул, т.е. тоже совершил движение сверху вниз. Вот дождик брызнул, пыль летит. Здесь тоже есть глагол, движение которого является следствием дождя.

Даже этот, далеко не полный, семантический анализ глаголов идти - ходить и их дериватов свидетельствует о том, что у Тютчева семантика пространственного перемещения выражена довольно слабо. Если обобщить данные словарных статей ПСТ по глаголам идти, пойти, прийти, пройти, то можно констатировать, что основным значением этих глаголов является темпоральное, а из пространственных - перемещение по воде. Так, из 7 отмеченных в ПСТ значений глагола идти 2,

3, 4, 6, 7 выражают различные временные периоды: 'следование во времени за кем- чем-, навстречу кому-, чему-либо’, 'продолжение, приближение, завершение существования во времени’. В глаголе уйти также 'прекращение существования’ является основным значением и употребляется в 15 контекстах из 27. Причем, обратим внимание, - от первых переводов (20-е годы) до стихотворений, написанных в последний год жизни поэта. Другие значения связаны или с перемещением в воздушном пространстве: ...И вот ушел за небосклон («С поляны коршун поднялся. », с. 130); Один конец в леса вонзила, Другим за облака ушла... («Как неожиданно и ярко.», с.223. О радуге) или с особенностями расположения какого-либо объекта, напоминающего такое же перемещение: Там, где на высоте обрыва, Воздушно-светозарный храм Уходит ввыспрь - очам на диво, Как бы парящий к небесам... («Андрею Николаевичу Муравьеву», с.247). Только в одном значении ('покидать место своего пребывания, нахождения’) движение может быть связано с физическим перемещением человека или явлений природы). ... Уйдем скорей, уйдем, родитель мой. (Из «Гете», с.180). Небо так ушло глубоко, Звезды светят так высоко... («Святые горы», с. 28).

Следующая по частотности пара глаголов движения бежать (21) - бегать (1) представлена в поэзии Тютчева такими дериватами с приставками про-, при-, по -, - у: пробежать (4), прибежать (1), побежать (2), убегая (1). Значение перемещения, обозначаемого этим глаголом, в основном относится к водной и воздушной стихиям(11 из 21). Уже в одном из самых ранних произведений «Урания» (1820г.) используется бегущий образ реки Тамизы (Темзы): Куда восторженны бегут Тамизы воды? (с. 53). Тютчев запечатлял классический образ весны в известных со школьных лет стихотворениях: «Весенние воды», «Весенняя гроза». Еще в полях белеет снег, А воды уже весной шумят - Бегут и будят сонный брег, Бегут, и блещут, и гласят... («Весенние воды», с.105). С горы бежит поток проворный. (с.77).

Известно, что Тютчевские стихотворения принято рассматривать как единый текст, и доказательств тому немало в том числе и такие строки из различных стихотворений, объединенные общим образом бегущих водных и воздушных струй. И с главы большого брата На меньших бежит струя... («Альпы», с. 112). Но струя бежит и плещет, И, на солнце, нежась, блещет, И смеется над тобой... («Что ты клонишь над водами..?», с.123). Ко мне навстречу ключ бежит - Он в дол

спешит на новоселье... («Какое дикое ущелье!», с.130). Так с юных роз Авроры луч бежит С их чистою душою ароматной (K.N.N., c.84). ...Но чувствую порой и я, Как животворно на вершине Бежит воздушная струя... («Хоть я и свил гнездо в долине. », с. 203).

Бежать, перемещаясь по земному пространству пешим или на конях, чаще означает 'убегать от себя в неизвестность по каким-либо причинам’. Сии сердца, в которых правды нет, Они, о друг, бегут, как приговора, Твоей любви, младенческого взора... («К N.N.», с.68). Зачем бежал ты собственного крова... («Байрон», с.94). Куда бежать, зачем бежать? («Из края в край.», с.132). ... И вдруг, смутясь, бежит, как бы почуя Передрассветный ветерок. («Наполеон», с.161).

Лишь в одном случае бежать и прибежать - это перемещение с конкретной целью: Король сказал, и паж бежит... («Певец», с.89). Я прибежал, зову... (Из «Федры» Расина, с.100).

Единственное употребление глагола бегать относится к символическому образу огня в стихотворении «Дым». ...И бегают по сучьям обожженным С зловещим треском белые огни... (с.232).

С огнем, водой, воздушной средой связано и значение перемещения в префиксальных глаголах побежать, пробежать. От лиры искры побежали («К оде Пушкина на Вольность», с.55). ... Пробираясь меж кустами, пробежит огонь живой! («Пожары», с. 238) ...Ив нижнем слое

костра огонь предательский сквозит. Дым побежал («Гус на костре», с.253). И сладкий трепет, как струя, По жилам пробежал природы... («Летний вечер», с.79). Вдруг все смутилось: судорожный трепет По ветвям кипарисным пробежал... («Итальянская villa», c.147).

Значение природных перемещений в глаголах бежать - бегать дополняют и деепричастные формы. Зима еще хлопочет и на Весну ворчит... Взбесилась ведьма злая И, снегу захватя, Пустила убегая, В прекрасное дитя... («Зима недаром злится.», с.134). Там, где горы, убегая, В светлой тянутся дали, пресловутого Дуная Льются вечные струи (с.126).

В глаголах лететь (15), прилететь (1), полететь (1), пролетать (3), улететь (7), полететь (1), пролетать (3) преобладает движение абстракций (душа, дух жизни, Мудрость, весть, тени, Фортуна). Лететь - это в то же время 'очень быстро перемещаться по воздуху на крыльях, нестись по воздуху с помощью ветра’ [2, с.327]. Рассмотрим контексты с этими значениями. О, как тогда с земного круга Душой к бессмертному летим! («Проблеск», с.71). ... Дерзну ли взор туда поднять, Откуда весть летит благая. (Из «Фауста», с.115). С временщиком Фортуна в споре к убогой Мудрости летит. (Из «Шиллера», с.194) ..и сладко жизни быстроточной над нами пролетала тень. («Я помню время золотое.», с.137). («Еще шумел веселый день.», с.85). К протекшему душою улетал... (Друзьям при посылке «Песни Радости» из Шиллера, с. 65). Стыдливости румянец невозвратный, Он улетел с младых твоих ланит. (K.N.N., с.84). И от вас дух жизни улетел! («Одиночество». (Из Ламартина), с.57). В данных и других контекстах субъект или объект перемещения воспринимается лишь мысленно, он незрим и в этом отношении он противопоставляется движению видимых объектов: пыль, листья, стая гусей, кони, горы, замки, ворон, облака, искры. Приведем некоторые контексты с ними. Страх обуял коней - они помчались ... летят, багря удила пеной... Летят по камням, дебрям... Бегут, летят с истерзанной возницей (Из «Федры» Расина, с.100). Троекратное повторение глагола летят в сочетаниях с другими глаголами движения градуирует движение до его высшей точки. Близка к этой ситуации из древней истории, оказывается, и бытовая картина, наблюдаемая поэтом в его родном доме. Если в переводе из «Федры» кони были напуганы страшным чудовищем, то стаи деревенских уток и гусей привело в такой же страх буйство домашнего пса - Не пес, а бес четвероногой, Бес, обернувшийся во пса. Поэтому: Ручных гусей и уток стая Вдруг одичала и летит, Летит - куда, Сама не зная, и, как шальная, голосит («В деревне», с.245). Итак, трагическую картину нелепой гибели бесстрашного воина Ипполита и комическую, вызванную и беспорядочным полетом домашних птиц, объединяет одна и та же реакция субъектов движения на опасность: перемещение, удаление от нее с наибольшей скоростью, что и возможно в полете, по земле или в воздухе. Между прочим, отглагольное существительное полет (9) употребляется у Тютчева в тех же значениях, что и образующий его глагол. Глагол лететь, обозначающий перемещение по земле, всегда оценочный. Здесь, возможно, действует закон экономии, когда метафора (пусть даже стертая) предоставляет возможность употреблять слово вместо словосочетания мчаться стремительно, с очень большой скоростью и т.п. Лететь и его дериваты в значении 'перемещаться по воздуху’ могут быть как оценочными, так и безоценочными. В данном случае оценочность может создаваться дополнительными лексикограмматическими средствами (как у одичалых домашних птиц) или за счет метафорического переноса полета на непредметные объекты. Сравним: ... и ко мне летят с утеса гор.Сребристые веков минувших тени... (Из «Фауста» Гете, с.117). Вот с поляны ворон черный Прилетел и сел на

ней... («от от моря и до моря.», с.191).

Рассмотренные нами глаголы движения очень ярко подтверждают «одну замечательную черту поэзии Тютчева <.> - обилие в ней повторений, дублетов. Почти все лучшие стихи свои Тютчев повторил с различными изменениями, в иной, так сказать, редакции, по крайней мере два раза, а весьма часто и больше». Л.В. Пумпянский считал, что «полный анализ всего этого явления возможен только в специальном филологическом исследовании» [7, с.9]. Проведение такого специального исследования определит и некоторые важные черты языковой личности поэта, и «Поэтический словарь Ф.И. Тютчева» при решении такой задачи будет незаменимым фактографическим источником.

Verbs of motion (moving) in Tyutchev's poetry are one of those lexico-semantic, grammatical, pragmatical means which characterize one of the aspects of his lyric personality and considerably confirm the standard opinion on the unity of a poetic text based on duplication and recurrence of themes.

The key words: verbs of motion (moving), lyric personality, unidirectional and nondirectional verbs of motion, object, subject, way of movement, semantics of verbs.

Список литературы

1. Тютчев Ф.И. Полное собрание стихотворений. Л., 1987.

2. Голованевский А.Л. Поэтический словарь Ф.И. Тютчева. Брянск, 2009.

3. Рахилина Е.В. Когнитивный анализ предметных имен: семантика и сочетаемость. М., «Русские словари», 2000.

4. Шелякин М.А. Видовые пары приставочных глаголов движения // Современный русский язык. Под общей редакцией Л.А. Новикова. С.-Пб., 2001.

5. Краткая русская грамматика. Под ред. Н.Ю. Шведовой. М., 1989.

6. Николаев А.А. Примечания. // Ф.И. Тютчев. Полное собрание стихотворений. Л., 1987.

7. Пумпянский Л.В. Поэзия Ф.И. Тютчева // Урания. Тютчевский альманах. 1803-1928. Л., 1928.

Об авторе

Голованевский А.Л. - доктор филологических наук, профессор Брянского государственного университета имени академика И.Г. Петровского