Модель Рена-Мейднера в контексте трансформации шведского «Государства всеобщего благосостояния»

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ

УДК 338(09)(485)«19»

А. С. Лебедев

Модель Рена-Мейднера в контексте трансформации шведского «государства всеобщего благосостояния»

В статье рассмотрены структурные изменения социально-политического курса послевоенной Швеции. Модель «фордистского» общества была ключевым элементом в этом государстве вплоть до второй половины XX в. И только после 1950-х годов выделились уникальные аспекты «шведской модели». Экономические меры по борьбе с инфляцией и безработицей Р. Мейднера и Ё. Рена оказали существенное влияние на данный процесс.

In this article the structural changes in the social and politic course of post-war Sweden are analyzed. The model of “fordist” society was the key element in this state up to the second half of 20th century. And only after 1950th the unique aspects of the “Swedish model” were distinguished. Economical measures to prevent inflation and unemployment by R. Meidner and G. Rehn made a great influence on this process.

Ключевые слова: «шведская модель», модель Рена-Мейднера, ЦОПШ, государство, политика, безработица, рынок труда.

Key words: Swedish model, Rehn-Meidner model, LO (Labour Organization), state, politic, unemployment, labour market.

Среди стран Скандинавии Швеция выделяется не только впечатляющими для столь малого государства экономическими показателями и высоким уровнем жизни. Её главной креатурой является весьма специфический социально-политический курс, стоящий в основе этих достижений. В научной литературе его обычно именуют «государством всеобщего благосостояния», или «шведской моделью». На практике - это ряд экономических, политических и социальных мер, ставящих своей целью благополучие отдельного гражданина в пределах национального взгляда на жизнь. Поэтому в монолитной, на первый взгляд, «шведской модели» можно обнаружить одну очень важную черту шведского характера - поиск компромиссов как на социально-бытовом уровне, так и на политическом. Это означает, что внутри «народного дома» находится множество других теорий, под влиянием которых происходили изменения в политической парадигме этого скандинавского государства.

© Лебедев А. С., 2012

В перечне таких теорий особо выделяется модель Рена-Мейднера, расцвет которой приходится на 1960-е годы. Она была выдвинута двумя экономистами Центрального объединения профсоюзов Швеции (ЦОПШ) - Рудольфом Мейднером и Ёстой Реном в качестве альтернативного варианта борьбы с рецессией и безработицей.

В России все ещё существует крайне отдалённое представление о ней. В некотором смысле она упоминается в отечественных пособиях по истории экономических учений. В политической науке модель Рена-Мейднера зачастую отождествляется со «шведской моделью». Присутствуют также научные исследования более поздних разработок Р. Мейднера в области фондов наёмных работников (И.Н. Викторов, например). Ни работы этого экономиста, ни работы шведских авторов, касающиеся анализа модели Рена-Мейднера, так и не были переведены на русский язык. Тем не менее в 2004 г. в России появилась книга Класса Эклунда «Наша экономика. Введение в макроэкономику», приоткрывающая для российского читателя всю суть взглядов Мейднера и Рена по вопросам экономических преобразований в Швеции второй половины ХХ в. В свете сказанного данная статья призвана, с одной стороны, показать отличительные особенности теории экономистов ЦОПШ от первоначальных разработок представителей Стокгольмской школы1, стоявших у истоков особого шведского пути на пересечении капитализма и социализма. С другой стороны, представляет интерес и то, какое влияние Мейднер и Рен оказали на социально-политический курс послевоенной Швеции.

Начало классической «шведской модели» или модели «форди-стского» общества было положено Социал-демократической рабочей партией Швеции (СДРПШ) в 1930-х годах. В то время в стране наблюдался демографический кризис, сопряжённый с низкой рождаемостью, высокими показателями смертности и массовой эмиграцией шведского населения [2]. Положение усугублялось проявившимися последствиями общемировой экономической рецессии. В 1932 г. безработица выросла почти до 25 %. Объём экспорта сократился, а ряд предприятий обанкротился [4, с. 382]. Поэтому модернистская идея «народного дома» получила поддержку в обществе.

Соответствующий концепт, пропагандировавший сплоченность, равенство и отсутствие классовых барьеров, был выдвинут буду-

1 Стокгольмская школа - группа шведских экономистов (Э. Линдаль, Г. Мюрдаль, Б. Улин, Э. Лундберг), работавших в Стокгольме в 1930-х годах. Она действовала в те же годы, что и Дж. М. Кейнс, однако к аналогичным выводам в макроэкономике и теории спроса и предложения пришла самостоятельно.

181

щим премьер-министром Швеции П. А. Ханссоном ещё в 1928 г. С приходом социал-демократов к власти в начале 30-х годов он постепенно получает практическое применение. Реализуются меры по предотвращению безработицы и улучшению общего социального состояния в стране, выдвинутые экономистами Э. Линдалем, Г. Мюрдалем, Б. Улином и Э. Лундбергом. Анализируя рецессию в Швеции и как результат высокий процент безработицы, они независимо пришли к тем же выводам, что и известный английский экономист Дж. М. Кейнс. По их мнению, так называемая экспансионистская политика расширения экономики может рассматриваться в качестве наиболее эффективного способа повышения совокупного спроса. Государство должно воздействовать на общую величину спроса, так как, расширяя его объём, можно существенно снизить уровень безработицы, а сокращая спрос, можно устранить разрыв инфляции. В этом случае главный упор делался на увеличение расходов в государственном секторе, повышение размеров пенсий, пособий на детей и стипендий на обучение.

С другой стороны, предлагалось снизить налоги и тем самым повысить покупательскую способность населения, что и пытались осуществить социал-демократы. Успех политической программы СДРПШ, тем не менее, был бы немыслим без Сальтшёбаденского соглашения.

В 1935 г. Объединение работодателей Швеции (ОРШ) выступило с предложением к ЦОПШ о двухстороннем урегулировании конфликтов и спорных моментов на рынке труда. Государство поддержало данную инициативу, однако уже в следующем году выдвинуло идею трёхстороннего участия в формировании трудового законодательства. Среди представителей ОРШ, предпочитавших самостоятельный диалог с трудовыми коллективами, правительственный замысел не получил должного понимания. Профсоюзы колебались, но в скором времени согласились с тем, что лучше совместно с работодателями решать спорные моменты на рынке труда, чем быть в альянсе с правительством социал-демократического меньшинства и, таким образом, получить законодательство, продиктованное парламентским большинством. В 1938 г. стороны пришли к необходимости совместного ведения коллективных переговоров и разрешению трудовых конфликтов по методу создания комитета по занятости на паритетных началах (Сальтшёбаденское соглашение от 20.12.1938 г.). Договор породил систему переговорного процесса в стране, которая стала важной предпосылкой для быстрого экономического и социального развития Швеции.

Дальнейшие изменения «шведской модели» связаны со Второй мировой войной и доминированием плановой экономики в жизне-

деятельности государства. В послевоенной Швеции не торопились отказываться от её преимуществ. «Программа рабочего движения» (1944 г.), в создании которой принимали участие Г. Мюрдаль и Ё. Рен, предполагала использование хозяйствования такого типа в мирное время. Она ставила своей целью не только заложить основу всеобщей системы социального обеспечения, но и сделать более эффективной и отлаженной частнопредпринимательскую экономику на случай возможной депрессии, аналогичной той, которая последовала после Первой мировой войны [3, c. 258]. Однако разруха в большинстве стран Западной Европы тех времён благоприятствовала шведской экспортной индустрии, специализировавшейся на сырье, полуфабрикатах и инвестициях. Тем не менее экономический подъем сменился в скором времени рецессией. «Экспортный бум вместе с высокими внутренними инвестициями и скрытым спросом на жильё и товары народного потребления, - пишет экономист Л. Эриксон, - привели к перегреву шведской экономики второй половины 1940-х - начала 1950-х годов» [6, p. 10]. Коалиционное правительство СДРПШ и Крестьянского союза было вынуждено начать поиск новых методов противодействия экономическому спаду в стране. К решению проблемы присоединились Р. Мейднер и Ё. Рен.

В 1948 г. они использовали главный журнал шведских социал-демократов «Tiden» для начала дискуссии, которая закончится появлением модели Рена-Мейднера. Каждый из них опубликовал статью, где рассматривалась проблема инфляции, возникающая в ситуации полной занятости (Мейднер), и экономическая политика во времена полной занятости (Рен) [5, p. 18]. А на конгрессе ЦОПШ 1951 г. результаты совместного исследования были представлены в докладе «Профсоюзное движение и полная занятость» (Fackforeningsrorelsen och Full Sysselsattning). Что же собой представляет эта модель?

Оба экономиста ставили своей целью достижение полной занятости, низкой инфляции при высоком экономическом росте и равных доходах. В качестве эффективной меры Мейднер и Рен выдвигали рестриктивную экономическую политику, выражающуюся преимущественно в косвенном налогообложении. Ожидалось, что такая политика даст эффект сдерживания заработных плат как в кризисной обстановке, так и в среднесрочной перспективе, изменит распределение доходов в пользу трудящихся и увеличит государственные сбережения за счёт средств компаний. Данная мера далее будет способствовать реализации принципа «равной платы за равный труд», базирующегося на уже сложившейся системе переговорного процесса между ЦОПШ и ОРШ. Их сотрудничество, кроме того, приведёт к росту и структурным изменениям в экономике, потому как окажет давление на слабые производства и отрасли

промышленности. Возросшая вместе с тем безработица не будет спонтанным, но временным явлением. Благодаря активной политике на рынке труда в виде программы по переобучению и субсидий на мобильность трудовые ресурсы будут перенаправлены на поддержание наиболее устойчивых в период спада производств. При этом достигается равенство в отношении труда и заработной платы в разных отраслях промышленности.

Учитывая все предложения экономистов ЦОПШ, государством была инициирована экономическая перестройка, которую можно разделить на несколько этапов.

Первый этап характеризовался выравниванием заработных плат между отраслями промышленности и заводами, как того требовала модель Рена-Мейднера. Уже с 1948 г. начинается постепенное увеличение государственного присутствия на рынке труда посредством специально созданного Национального агентства по трудоустройству (Arbetsfбrmedlingen). Исходя из принципа «равной платы за равный труд» были уравнены мужские и женские заработные платы (с конца 1951 г.). Однако первое централизованное обсуждение по данной проблематике между ЦОПШ и ОРШ состоялось только в 1952 г., но координация не была постоянной характеристикой этих отношений вплоть до 1956 г. Существенно увеличились расходы на меры по стимулированию производственной и региональной мобильности. В 1961 г. был введён налог с продаж, заменённый в 1969 г. налогом на добавленную стоимость.

На втором этапе целью правительства стало выравнивание заработных плат внутри промышленности и заводов. В конце 1960-х гг. политика в этой сфере приняла более радикальные эгалитарные формы, отойдя от начального замысла выравнивания заработных плат среди работ сопоставимой трудности, риска и навыков в направлении «равной платы за весь труд». Решительным требованием профсоюзов стало улучшение относительных доходов низкооплачиваемых рабочих. В 1968 г. правительством совместно с ЦОПШ была принята «Программа активной экономической политики». Она предусматривала более эффективное посредничество государственных органов при трудоустройстве, увеличение ассигнований на переобучение рабочих, продление сроков выплаты пособий по безработице, включение периода безработицы в стаж. Тем не менее активная политическая программа на рынке труда была результатом неудачной кейнсианской политики «стой-иди»1, нежели чем строгое применение системы Рена-Мейднера [6, р. 16].

1

' Политика «стои-иди» - экономическая политика, при которой попеременно используются меры стимулирования и сдерживания экономического роста.

Начиная с 1970-х годов вышеупомянутая модель теряет всякое влияние на экономическое развитие страны. Но отдельные положения, такие как программа по переобучению, получили дальнейшее применение. Этого явно не хватало для преодоления кризиса середины десятилетия (1975 г.). Вновь проявившаяся инфляция и массовая безработица потребовали более радикальных экономических мер. Казалось бы, предложение, выдвинутое Р. Мейднером насчёт создания фондов наёмных работников, должно придать иной вектор развития национальной экономике. На практике же третий этап закончился крахом всей системы переговорного процесса, а значит «шведской модели», в 1983 г. Фонды наёмных работников поставили под вопрос не только легитимность системы властных отношений, но и заставили ОРШ пересмотреть свои взгляды относительно совместного с ЦОПШ формирования заработных плат, поскольку смысл идеи фондов противоречил и капиталистическому укладу, и самому Сальтшёбаденскому соглашению [1, с. 3]. «Народный дом» в классическом варианте перестал существовать, а противоречия между официальным курсом и моделью Рена-Мейднера были очевидны.

Расхождения с экономической платформой «государства всеобщего благосостояния» были показаны Мейднером в статье «Почему провалилась Шведская модель?» (1993 г.). В ней автор последовательно объясняет свою точку зрения по теме социальнополитического курса Швеции 70-х годов XX в. Его критика направлена, прежде всего, в сторону социалистического движения в этой стране: «Правда состоит в том, что первые шведские социал-демократы были марксистами, а их преемники сто лет спустя имели значительную слабость к рынку. Но марксистские элементы социал-демократической идеологии были исключены на раннем этапе, а идея национализации отброшена первым социал-демократическим правительством в 1920-х» [8, р. 211]. Дальнейшая несостоятельность социально-политической модели Швеции является результатом отхода от идей социализма. В этой связи Мейднер защищает основные его элементы - национализацию и уравнительную политику. Однако его понимание их представляет собой качественно новый подход к содержанию этих терминов. Например, его взгляды на уравнительную политику не шли дальше совместных действий ЦОПШ и ОРШ по стабилизации заработных плат на едином уровне. Государство неизбежно включается в данный процесс, однако знает свои пределы.

Но модель Рена-Мейднера с точки зрения политической ориентации на социализм была незавершённой. Её последней частью предположительно становятся фонды наёмных работников. Не столько очередная рецессия послужила поводом для возросшего

интереса к ним, сколько проблемы с решением вопроса о доходах трудящихся. На практике в 1970-х наблюдалась ситуация, при которой работники малодоходных предприятий получали надбавку, в то время как сотрудники крупных компаний были вынуждены сдерживать требования повышения заработных плат. Это привело к тому, что прибыли наиболее рентабельных предприятий увеличивались и, следовательно, происходило наращивание капитала. Чтобы противодействовать данному явлению, Мейднер в 1975 г. обратил внимание государственных чиновников и руководства ЦОПШ на внедрение новой меры в политике уравнивания заработных плат.

Сама идея создания фондов была не новой. На Конгрессе ЦОПШ 1951 г. уже обращались к ней, но только двадцать пять лет спустя она получила своё подробное описание в книге «Фонды наёмных работников. Подход к коллективному капиталообразованию». «Наши цели, - пишет Мейднер, - дополнить солидарную политику заработных плат, противодействовать концентрации активов, которые проистекают из самофинансирования и расширить влияние трудовых коллективов в промышленности» [7, р. 41]. В этом и состоит весь смысл фондов, куда и должны были, по мнению автора, поступать сверхприбыли от производств.

Однако на этом Мейднер не останавливается. Средства фондов в дальнейшем превращаются в акции, и, таким образом, постепенно экономика переходит из рук частных собственников в коллективное владение. То есть речь идёт о национализации не в привычном понимании, где общенародно государство, как это было в СССР, занимается экспроприацией земли, промышленных и финансовых предприятий. Напротив, «это был структурный реформизм, сфокусированный на условиях собственности и ставивший своей целью разрушение врождённого конфликта капиталистических имущественных отношений в принципиально ином виде, чем чистая национализация или жестокая революция» [9, р. 21].

Кроме того, Мейднер и Рен в отличие от идеологов «шведской модели» предлагали набор взаимосвязанных экономических мер. Власть, работодатели и профсоюзы путем согласованных совместных решений улучшают социальное положение граждан.

Подводя итог, необходимо отметить то важное влияние, которое оказала модель Рена-Мейднера на социально-политический курс Швеции. Приблизительно до второй половины ХХ в. это государство придерживалось так называемой модели «фордистского» общества по образцу США. И только после 1950-х годов выделились исключительные аспекты «шведской модели». В этом огромная заслуга Р. Мейднера и Ё. Рена. Ставя перед собой цель противодействия инфляции и безработице, они пришли к качественно иному пониманию экономических, политических и социальных

процессов, отличному от изначального конструкта «народного дома». Модель Рена-Мейднера более социально-ориентирована. Это своеобразный вариант социализма в либеральной оболочке, где делается упор на трёх моментах: стабилизации (сдерживании) доходов на едином уровне; изменении баланса сил между работодателем и трудящимся в пользу последнего и расширении государственного присутствия на рынке труда. Меры экономистов ЦОПШ для предотвращения рецессии не были новаторскими, но в таком сочетании их можно назвать уникальным вкладом в макроэкономику. Единственной проблемой было лишь то, что они не имели целостного вида. К моменту разговоров о внедрении фондов наёмных работников от предыдущих разработок экономистов ЦОПШ уже отказались. Этот факт, а также то, что по некоторым позициям, таким как, например, солидарная политика заработных плат и идея коллективных переговоров, модель Рена-Мейднера повторяла заявленные СДРПШ ещё в 1930-е годы цели, сделали невозможным их [мер] реализацию. Поэтому неудивительно, что в большинстве случаев модель Рена-Мейднера рассматривают сквозь призму общего социально-политического курса Швеции, и сам Мейднер много позже был склонен видеть в ней модификацию кейнсианства.

Список литературы

1. Викторов И.Н. Борьба вокруг фондов наёмных работников в условиях кризиса шведской модели (1970-е - середина 1980-х гг.): автореф. дис. ... канд. истор. наук. - Екатеринбург, 2005. - 26 с.

2. Карлсон А. Шведский эксперимент в демографической политике. Гуннар и Альва Мюрдали и межвоенный кризис народонаселения. - М.: ИРИСЭН,

2009. - 312 с.

3. Мелин Я., Юханссон А. История Швеции. - М.: Весь Мир, 2002. - 400 с.

4. Эклунд К. Наша экономика. Введение в макроэкономику. - М.: Шк. полит. исслед., 2004. - 528 с.

5. Ekholm E. The Swedish model and the Rehn-Meidner model. A definition of the Swedish model and comparison to the Rehn-Meidner model. - Jonkoping,

2010. - 43 p.

6. Erixon L. The Rehn-Meidner model in Sweden: its rise, challenges and survival. - Stockholm, 2008. - 76 p.

7. Meidner R. Employee Investment Funds. An Approach to Collective Capital Formation. - Oxford, 1978. - 132 p.

8. Meidner R. Why did the Swedish model fail? // Socialist Register 1993: Real problems false solutions. V. 29. - London. - P. 211-229.

9. Sjoberg S. Collective Capital Formation for Economic Democracy; the Ford-ist History in Germany and Sweden and the Post-Fordist future. - Gavle, 2007. -28 p.