Особенности перевода безэквивалентных башкирских фразеологизмов на русский язык

Вестник Челябинского государственного университета. 2018. № 1 (411). Филологические науки. Вып. 111. С. 5—9.

УДК 8. 81 ББК 6/8. 80/84. 81

ОСОБЕННОСТИ ПЕРЕВОДА БЕЗЭКВИВАЛЕНТНЫХ БАШКИРСКИХ ФРАЗЕОЛОГИЗМОВ

НА РУССКИЙ ЯЗЫК

А. У. Ахмадеева

Башкирский государственный педагогический университет им. М. Акмуллы, Уфа, Россия

Статья посвящена выявлению видов перевода безэквивалентных башкирских фразеологизмов на русский язык, а также выяснению условий выбора видов перевода и частотность их применения на практике. Автор приходит к выводу о том, что в башкирско-русских фразеологических словарях фразеологические единицы переводятся на русский язык с использованием семантического (описательного), лексического, буквального, в некоторых случаях комбинированного видов перевода.

Ключевые слова: безэквивалентные фразеологические единицы, башкирский язык, русский язык, виды перевода.

Во фразеологии любого языка отражается система миропонимания народа, его национальный менталитет, выражающийся посредством различных образных выражений, осмысленных через призму национальной культуры, которую наиболее ярко отражают безэквивалентные фразеологизмы, объединяющиеся в различные тематические группы.

В башкирской фразеологии закрепился жизненный опыт народа, полученный в различных хозяйственных и бытовых ситуациях. Наиболее многочисленными являются тематические группы фразеологических единиц (ФЕ), отражающие описание традиционного образа жизни башкир, типа хозяйствования (наблюдения над природой, кочевое скотоводство, ремесла, промыслы, семейный уклад и др.), а также передающие характеристику качеств человека, оценку его поведения, внешности и др., интерпретацию конкретных жизненных ситуаций, событий, фактов и так далее. Национальную самобытность характеризуют также ФЕ, отражающие народные традиции, обычаи, праздники и закрепившие традиционные речевые формулы народного этикета. Особую модель составляют ФЕ, где используются диалектные и устаревшие слова башкирского языка.

В аспекте межъязыкового взаимодействия и межкультурной коммуникации большое значение имеет практика перевода фразеологизмов с одного языка на другой. Здесь отдельную проблему представляет перевод безэквивалентных фразеологизмов. Трудности перевода определяются самой ментальной и языковой природой фразеологизма как особой единицы языка с об-

разно-переносной семантикой. Феномен фразеологического образа анализируется в ряде работ исследователей [3; 6; 13 и др.], которые рассматривают данное явление как концептосферу, определяющую способы восприятия и познания челове -ком окружающего мира. Так, Р. Х. Хайруллина, М. Айчичек, А. Бозташ пишут: «Под фразеологическим образом следует понимать возникший в результате переносно-образной интерпретации компонентов исходной единицы смысл, который закрепляет миропонимание носителей языка» [10. С. 199]. В данном случае башкирская безэквивалентная лексика, имеющая также в своем компонентном составе иноязычные слова арабского, персидского (фарси), монгольского происхождений, является своеобразным языковым синтезом в культуре народа и вызывает особые трудности при переводе их на русский язык [9]. Ср.: вайран (арабск.) — «сломанный, разрушенный» и вайран булыу (башк.) — «разрушить, сломать что-либо»; рисуай (перс.) — «позор» ирисуай итеY (башк.) — «унижать, позорить кого-либо»; морзах (монг.) — «выехать на коне в путь» и морзах сыгыу (башк.) — «отправиться в путь, в путешествие» и др.

Исследователи проблемы перевода безэквивалентной лексики и ФЕ отмечают сложность их передачи на другой язык, выявляют особенности того или иного языка, предлагают некоторые методы передачи специфических выражений на язык перевода [1; 4; 11; 12 и др.]. Как отмечает А. В. Кунин, «перевод фразеологических единиц, особенно образных, представляет значительные трудности. Это объясняется тем, что многие из

них являются яркими, эмоционально насыщенными оборотами, принадлежащими к определенному речевому стилю и часто носящими ярко выраженный национальный характер» [5].

Проведенный нами анализ двуязычных словарей [2; 8] показал, что безэквивалентные башкирские фразеологизмы могут переводиться на русский язык тремя видами перевода: семантическим (описательным), лексическим (с помощью подбора синонимических лексем или словосочетаний) и реже — с помощью буквального перевода. Последний вид перевода становится средством создания в башкирском языке фразеологических калек с русского языка. Например: буксирга алыу — брать на буксир, аккош йыры — лебединая песня, мэсъэлэне кабырга^1 менэн куйыу — ставить вопрос ребром и др.

Нами было проанализировано 837 ФЕ. По результатам анализа можно судить о том, что выбор вида перевода зависит от следующих свойств ФЕ: 1) типа ФЕ; 2) фразеологической образности; 3) компонентного состава. По нашим наблюдениям выявлено, что ФЕ в башкирско-русских фразеологических словарях переводятся на русский язык с использованием семантического (описательного), лексического, буквального, в некоторых случаях комбинированного видов перевода.

1. Семантический (описательный) перевод — из 837 башкирских безэквивалентных ФЕ на русский язык с использованием данного вида переведены 225 ФЕ, или 43,8 % от общего числа фразеологических оборотов.

Семантический перевод используется для толкования семантики ФЕ, ситуации его употребления в речи. В случае необходимости в словарной статье даются комментарии. Чаще всего с помощью семантического перевода дается толкование ФЕ, закрепивших описание исконного образа жизни башкир, их уклада жизни, культурных и бытовых особенностей, традиций и обычаев, правил этикета, специфических речевых формул и обрядов, то есть всего того, что составляет национально-культурное своеобразие фразеологической картины мира в башкирском языке, отражает особенности миропонимания народа. Толкование типичных жизненных ситуаций, интерпретация обстоятельств, внешних и внутренних качеств башкир необходимо, поскольку несмотря на универсальный характер труда, быта и межличностных отношений в социуме, каждый народ интерпретирует это по-своему и актуализирует только те явления, события и факты,

которые являются для него жизненно важными и типичными. Например: ФЕ, в состав которых входит компонент «юк» («нет»), на русский язык переводятся описательно, а в башкирском склоняются и наделяются особым смыслом: юкка мин дэ тук (букв.: на «нет» и я сыт) — фразеологическое выражение употребляется в ответ на какой-либо отказ; юктыц башын ауырттырыу (букв.: заставлять болеть голову у «нет», на пустом месте) — желать чего-либо недосягаемого, несбыточного и др.

Семантический перевод является наиболее приемлемым в случаях, когда нужно дать толкование ФЕ, закрепивших фразеологическую интерпретацию каких-либо актуальных и информативно значимых предметов и понятий. Например, описание устоев мусульманского социума, семьи, уклада жизни кочевника, особенностей питания и многое другое, что определяет образную интерпретацию отдельных частотных компонентов типа ир/мужчина, егет/джигит, юноша, ат/конъ, бYре/волк, ит/мясо, бYрек/шапка и др. Данные компоненты используются и в русской фразеологии, но в безэквивалентных башкирских ФЕ они выполняют особую национально маркированную функцию. Ср.: Ат колонлатып йврвY (букв.: ходить и ждать, пока кобыла ожеребится) — надолго затягивать дело, и др.; Буре бауыр (букв.: волчья печень) — злобный, немилосердный, и др.; Егет корона кереу (букв.: войти/пополнить круг джигитов) — возмужать, стать взрослым мужчиной, и др.; Ир бауыры (букв.: печень мужчины) — настоящий мужчина, и др.; Бурек кейеY (букв.: надеть шапку) — вырасти, возмужать, повзрослеть; Бауыр ите (букв.: мякоть печени) — о дорогом сердцу человеке и др.

2. Лексический перевод — из 837 единиц переводятся: а) с помощью подбора лексических синонимов 103 ФЕ (20 %); б) с помощью подбора синонимических словосочетаний — 180 ФЕ (35,1 %).

Наиболее частотным видом перевода для адекватной передачи башкирских безэквивалентных ФЕ является лексический перевод. Обычно используется при переводе прозрачных по семантике ФЕ, выражающих понятие, которое передается на русский язык словом или словосочетанием:

а) перевод башкирских ФЕ, представляющих собой словосочетания, с помощью лексического синонима. Например: борсак сэсеY (букв.: сеять горох) — хвастаться; серек сабата (букв.: гнилой лапоть) — плакса; бармак араЫтан Ы1гып сыгара (букв.: выдавливает сквозь пальцы) —

скряга; башка CYп вйвY (букв.: грузить мусор на голову) — обвинять кого-либо; кара корhак (букв.: черное брюхо) — обжора; ком елек (букв.: песчаные кости) — мягкий, пустотелый; ком ку§ле (букв.: песчаные глаза) — жадина и др.;

б) перевод башкирских ФЕ с помощью синонимического словосочетания. В башкирском языке данные ФЕ закрепляют описание более сложных ситуаций, событий, что требует их перевода распространенными словосочетаниями. Например: бэлеш твбвн квтву (букв.: ждать донышка пирога) — не лезть вперед, ходить в задних рядах; вак илэк аша YткэреY (букв.: просеять через мелкое сито) — тщательно проверять; ел ягына кабык куйып йэшэY (букв.: жить, строя лубы на сторону ветра) — жить не утруждаясь, как попало; кэбедтэ hурпаhын а§ эскэн (букв.: мало пил капустного бульона) — жить легко, не зная нужды; кашык-аяк шалтыратыу (букв.: шуметь посудой) — устраивать скандал в доме и др.

3. Буквальный перевод употребляется очень редко, в нашем материале всего 6 ФЕ, переведенных данным способом (1,1 %): кулга hугыу — бить по рукам; у§ квсв менэн — своими силами;

уйнатыу — играть глазами; шул кэрэр — так и надо; hай йв§вY — мелко плавать; арка кYрhэтеY — показывать спину.

4. В словарях используется также комбинированный способ перевода, когда ФЕ переводится описательно и одновременно с помощью синонима или синонимического словосочетания. Как отмечает Е. А. Арсентьева, «гораздо практичнее прибегать к комбинированному переводу, благодаря использованию которого удается более полно и адекватно передать значение безэквивалентного фразеологизма» [7. С. 11]. Такой перевод является наиболее целесообразным, поскольку позволяет передать семантику ФЕ с одного языка на другой с передачей тончайших культурных коннотативных смыслов. В процессе перевода

башкирских ФЕ такой подход также имеет место. Например: балта hораганда кврэк биреY (букв.: когда просят топор, давать лопату) — говорить или делать что-либо невпопад, путать; ике тэкэ башы бер ка^анга Ышмай (букв.: две головы барана в один котел не влезают) — не уживаться с кем-либо, не уметь жить сообща; йомортканан йвй э§лэY (букв.: искать шов на яйце) — придираться, искать изъяны и др.

При переводе безэквивалентных башкирских ФЕ на русский язык необходимо обращать внимание на так называемые «ложные» эквиваленты. Обороты могут совпадать по компонентному составу, но различаться содержанием. Ср.: как пиявка (пристал) — о нудном, неотвязном, надоедливом человеке и Ы1у hвлвгв кеYек (букв.: как водяная пиявка) — о красивой, грациозной девушке; затянуть пояс — бедствовать, урезать питание и бил быуыу (букв.: затянуть пояс) — готовиться с большой охотой к чему-либо; садиться не в свои сани — выбирать что-либо, не соответствующее своему статусу и арбакына ул-тырыу (букв.: сесть в его сани) — подчиниться, не иметь возможности ослушаться кого-либо и так далее.

Таким образом, подводя итоги анализа башкирских безэквивалентных фразеологизмов с точки зрения особенностей их перевода на русский язык, можно отметить, что среди нескольких видов перевода наиболее частотным видом является лексический перевод, представленный двумя разновидностями — переводом с помощью лексического синонима и синонимического словосочетания. Имеет также место комбинированный вид перевода, который считается наиболее целесообразным при передаче специфических особенностей ФЕ. Адекватный перевод безэквивалентных фразеологизмов обусловливает успешность межкультурной коммуникации.

Список литературы

1. Алексеева, М. Л. Проблема лексической безэквивалентности в науке о переводе: исторический, теоретический и лексикографические аспекты : дис. ... д-ра филол. наук / М. Л. Алексеева. — Екатеринбург, 2015. — 414 с.

2. Башкирско-русский словарь / под ред. З. Г. Ураксина. — М., 1996. — 884 с.

3. Волошкина, И. А. Фразеологический образ как отражение характера человека (на материале французского языка) / И. А. Волошкина // Вестн. Новгород. гос. ун-та им. Я. Мудрого. Сер.: Филология. — 2008. — № 49. — С. 55-58.

4. Кочарян, А. Р. Безэквивалентные фразеологические единицы в удинском языке / А. Р. Кочарян // Молодой ученый. — 2011. — Т. 1, № 4 (27). — С. 228-231.

5. Кунин, А. В. О переводе английских фразеологических единиц в англо-русском фразеологическом словаре / А. В. Кунин. — URL: http://samlib.ru/w7wagapow_a_s/transl-book-kunin.shtml.

6. Моисеева, С. А. Фразеологический образ как отражение универсальности и идиоэтничности мировосприятия носителей французского языка / С. А. Моисеева, Ю. Е. Ломоносова // Науч. вед. Белгород. гос. ун-та. Сер.: Гуманитар. науки. — 2011. — Т. 9, № 6 (101).

7. Русско-англо-немецко-турецко-татарский фразеологический словарь / под ред. Е. Ф. Арсентьевой. — Казань, 2008. — 720 с.

8. Русско-башкирский словарь : в 2 т. / под ред. З. Г. Ураксина. — Уфа, 2005. — Т. 1-2.

9. Самситова, Л. Х. Безэквивалентная лексика башкирского языка : автореф. дис. ... канд. филол. наук / Л. Х. Самситова. — Уфа, 1999.

10. Хайруллина, Р. Х. Универсальные культурные концепты в контексте межкультурной коммуникации / Р. Х. Хайруллина, М. Айчичек, А. Бозташ // Вестн. Адыгейс. гос. ун-та. Сер.: Филология и искусствоведение. — 2011. — Вып. 3. — С. 197-202.

11. Цзян, С. Безэквивалентная лексика и фразеология в русском и китайском языках : дис. ... канд. филол. наук / С. Цзян. — СПб., 1995. — 202 с.

12. Чой Юн Хи. Фразеологический образ в коннотативном аспекте (на примере соматических фразеологизмов русского и корейского языков) / Чой Юн Хи // Язык, сознание, коммуникация. — М., 2001. — Вып. 17. — С. 81-97.

13. Шаталов, Д. Г. Метафорическое осмысление перевода : дис. ... канд. филол. наук / Д. Г. Шаталов. — Воронеж, 2014. — 321 с.

Сведения об авторе

Ахмадеева Айгуль Уилдановна — соискатель-экстерн кафедры русского языка, Башкирский государственный педагогический университет им. М. Акмуллы. Уфа, Россия. aidan72@mail.ru

Bulletin of Chelyabinsk State University.

2018. No. 1 (411). Philology Sciences. Iss. 111. Pp. 5—9.

FEATURES OF TRANSLATION OF NON-EQUIVALENT BASHKIRIAN PHRASEOLOGISMS IN RUSSIAN LANGUAGE

A. U. Akhmadeeva

Bashkir State Pedagogical University named after M. Akmulla, Ufa, Russia. aidan72@mail.ru

The article is devoted to the identification of the types of translation of equivalent Bashkir phraseological units into Russian, as well as to clarify the conditions for choosing the types of translation and the frequency of their application in practice. The author comes to the conclusion that in the Bashkir-Russian phraseological vocabulary the phraseological units are translated into Russian using the semantic (descriptive), lexical, literal, and in some cases combined types of translation.

Among several types of translation, the most frequent type is a lexical translation represented by two varieties — a translation with the help of a lexical synonym and a synonymic phrase.

Keywords: nonequivalent phraseological units, Bashkir language, Russian language, types of translation.

References

1. Alekseyeva M.L. Problema leksicheskoy bezekvivalentnosti v nauke o perevode: istoricheskiy, teo-reticheskiy i leksikograficheskiye aspekty [The problem of lexical nonequivalence in the science of translation: historical, theoretical and lexicographic aspects]. Ekaterinburg, 2015. 414 p. (In Russ.).

2. Uraksin Z.G. Bashkirsko-russkiy slovar' [Bashkir-Russian Dictionary]. Moscow, 1996. 884 p. (In Russ., In Bashk.).

3. Voloshkina I.A. Frazeologicheskiy obraz kak otrazheniye kharaktera cheloveka (na materiale frantsuzsk-ogo yazyka) [Phraseological image as a reflection of the character of a person (on the material of the French language)]. Vestnik Novgorodskogo gosudarstvennogo universiteta im. Ya. Mudrogo. Seriya: Filologiya [Bul-

letin of Novgorod State University named after Ya. Wise. Series: Philology], 2008, no. 49, pp. 55-58. (In Russ.).

4. Kocharyan A.R. Bezekvivalentnyye frazeologicheskiye yedinitsy v udinskom yazyke [Equivalent phraseological units in the Udi language]. Molodoy uchonyy [Young Scientist], 2011, vol. 1, no. 4 (27), pp. 228-231. (In Russ.).

5. Kunin A.V O perevode angliyskikh frazeologicheskikh yedinits v anglo-russkom frazeologicheskom slovare [On the translation of English phraseological units in the English-Russian phraseological dictionary]. Available at: http://samlib.ru/w7wagapow_a_s/transl-book-kunin.shtml. (In Russ.).

6. Moiseyeva S.A. Frazeologicheskiy obraz kak otrazheniye universal'nosti i idioetnichnosti mirovospri-yatiya nositeley frantsuzskogo yazyka [The phraseological image as a reflection of the universality and idio-ethnicity of the world perception of French speakers]. Nauchnyye vedomosti Belgorodskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Gumanitarnyye nauki [Scientific bulletins of the Belgorod State University. Series: The humanities], 2011, vol. 9, no. 6 (101). Available at: https://cyberleninka.ru/article/v/frazeologicheskiy-obraz-kak-otrazhenie-universalnosti-i-idioetnichnosti-mirovospriyatiya-nositeley-frantsuzskogo-yazyka, accessed 26.06.2017. (In Russ.).

7. Arsentieva E.F. Russko-anglo-nemetsko-turetsko-tatarskiy frazeologicheskiy slovar' [Russian-English-German-Turkish-Tatar phraseological dictionary]. Kazan, 2008. 720 p. (In Russ.).

8. Uraksin Z.G. Russko-bashkirskiy slovar' : v 2 t. T. 1-2 [Russian-Bashkir Dictionary in 2 vol. Vol. 1-2]. Ufa, 2005. (In Russ., In Bashk.).

9. Samsitova L.Kh. Bezekvivalentnaya leksika bashkirskogo yazyka [The equivalent vocabulary of the Bashkir language]. Ufa, 1999. (In Russ., In Bashk.).

10. Khayrullina R.Kh., Aychichek M., Boztash A. Universal'nyye kul'turnyye kontsepty v kontekste mezhkul'turnoy kommunikatsii [Universal cultural concepts in the context of intercultural communication]. Vestnik Adygeyskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya: Filologiya i iskusstvovedeniye [Bulletin of the Adyghe State University. Series: Philology and Art History], 2011, no. 3, pp. 197-202. (In Russ.).

11. Tszyan S. Bezekvivalentnaya leksika i frazeologiya v russkom i kitayskom yazykakh [The equivalent vocabulary and phraseology in Russian and Chinese]. St. Petersburg, 1995. 202 p. (In Russ., In Chin.).

12. Choy Yun Khi. Frazeologicheskiy obraz v konnotativnom aspekte (na primere somaticheskikh frazeo-logizmov russkogo i koreyskogo yazykov) [Phraseological image in connotative aspect (on the example of somatic phraseological units of Russian and Korean languages)]. Yazyk, soznaniye, kommunikatsiya [Language, consciousness, communication]. Moscow, 2001. Iss. 17. Pp. 81-97. (In Russ., In Korean).

13. Shatalov D.G. Metaforicheskoye osmysleniye perevoda [Metaphorical interpretation of translation]. Voronezh, 2014. 321 p. (In Russ.).