Банку России предложили стать понятнее

Россияне не понимают, о чем говорит Центробанк. Проанализировав публикации и пресс-релизы ЦБ о денежно-кредитной политике, эксперты регулятора пришли к выводу, что разобраться в них может в лучшем случае человек с профильным высшим образованием. Причина — сложная терминология. Хотя последние годы Центробанк пытается упростить коммуникацию с гражданами, ведь от этого зависит эффективность политики, которую он проводит. “Ъ FM” решил узнать у экономистов: должны ли заявления Банка России быть понятными населению? И что для этого делает сам регулятор? Подробности у Владислава Викторова.

Фото: Дмитрий Духанин, Коммерсантъ

«Для расширения возможностей кредитных организаций по управлению собственной валютной ликвидностью было принято решение об увеличении максимального объема предоставления средств на аукционах РЕПО в иностранной валюте на срок 28 дней с $1,5 млрд до $5 млрд, а также о проведении аналогичных операций на срок 12 месяцев на еженедельной основе»,— это была цитата из релиза ЦБ о причинах повышения ключевой ставки в декабре 2014 года. Как считают авторы статьи о ясности коммуникации Банка России, понять смысл этого предложения могут только люди с экономическим образованием. К слову, 2014 год — кризисный, и в такие периоды риторика регулятора кардинально меняется, и разобраться в словах могут уже только доктора экономических наук.

Впрочем, главный экономист консалтинговой компании «ПФ Капитал» Евгений Надоршин считает, что заявления Центробанка и не должны быть понятными обычным гражданам: «Базовая коммуникация по результатам заседаний, например, все-таки не предназначена для человека, который не хочет в этом разбираться. Это характерно и для Федеральной резервной системы (ФРС), и для европейского регулятора.

Целевой аудиторией является профессиональное сообщество, которое и переводит заявления ЦБ на более понятный для различных категорий потребителей язык».

При этом многочисленные исследования показывают, что эффективность монетарной политики, которую проводят любые Центробанки, зависит от того, насколько ее понимают сами граждане. Поэтому эксперты регулятора считают, что Банку России нужно отказаться от сложных терминов и больших предложений. Впрочем, нередко сами профессионалы не могут разобраться в словах ЦБ.

И дело тут не в специфических терминах, отмечает аналитик Райффайзенбанка Станислав Мурашов: «Если говорить именно про последовательность и предсказуемость шагов монетарной политики, то тут и для профессионального сообщества возникают вопросы. И можно посмотреть по истории, что консенсус прогноза по ставке, например, нередко не выполняется.

То есть это означает, что большинство аналитиков не угадывают решения Центробанка. Что касается простых людей, большинство вообще не понимают, как политика Банка России связана с инфляцией».

Есть вопросы у собеседников “Ъ FM” и к одному из последних обоснований повышения ключевой ставки. Регулятор говорит, что сейчас потребительские цены растут в основном из-за политики ФРС и плохого урожая в России. Однако, как повышение ставки влияет на действие американского регулятора и на рост стоимости помидоров и огурцов, непонятно. Впрочем, еще пару лет назад Банк России не делал столь подробных отчетов, так что все меняется в лучшую сторону, отмечает директор финансового центра «Сколково — РЭШ» Олег Шибанов: «В прошлом Банк России был не так понятен, но с течением времени ситуация улучшается. Во-первых, отчеты, которые предлагаются и рынку, и широкой публике, стали гораздо более подробными.

Регулятор начал объяснять очень многие вещи. С другой стороны, пресс-релизы ЦБ стали простыми, насколько это возможно. Надо принимать во внимание, что регулятор очень активно пошел в YouTube. Вот на этой площадке ему стоит давать подробные объяснения, чтобы они, во-первых, достигали широкого круга людей, а во-вторых, были сделаны простым языком».

Тем не менее опоросы фонда «Общественное мнение» (ФОМ) показывают, что россияне сейчас меньше доверяют словам Центробанка, чем еще в 2014 году. Например, сами граждане оценивают реальную инфляцию куда выше, чем регулятор. Впрочем, вопросы могут возникать и к методологии оценки. А тут уже не так важно, насколько просто и понятно это объясняется.