«Мы давно работаем так, будто завтра наступит кризис»

Потери экономики от пандемии оказались ниже ожидаемых, что позволяет лизинговым компаниям не менять свои стратегии из-за кризиса, а главным конкурентным преимуществом на рынке остается цифровизация, актуальность которой только выросла из-за двухмесячного карантина. Об этих и других тенденциях на мировом и отечественном рынке лизинга рассказал в интервью «Деньгам» генеральный директор компании «Райффайзен-Лизинг» Виталий Милованов.

Генеральный директор компании «Райффайзен-Лизинг» Виталий Милованов

Фото: Предоставлено пресс-службой Райффайзен-Лизинг

— Как лизинговый сектор пережил период жестких ограничений из-за пандемии?

— Глобально говорить о последствиях пандемии еще рано, они могут еще проявить себя в будущем. Пока мы видим только разницу между объемами лизингового финансирования в первом и втором квартале 2020 года: например, в апреле количество договоров у лизинговых компаний в России снизилось по сравнению с мартом на 63%. Здесь сыграли роль несколько факторов — это и переход на удаленный формат работы, и запрет на работу автодилеров в крупнейших регионах, да и сами клиенты пересмотрели свои инвестпрограммы в сторону уменьшения.

Для нашей компании первый квартал был рекордным: мы показали годовой прирост финансирования на уровне 54%. Второй квартал еще не закончился, но мы полагаем, что его объемы окажутся на треть меньше, чем в первом квартале. Весь апрель и мы, и другие лизинговые компании были в основном заняты вопросами реструктуризации действующих договоров с клиентами, но к середине мая уже активно переключились на рассмотрение новых сделок. В июне этот тренд усилился, но говорить о возвращении к докризисным показателям, думаю, пока еще рано, в том числе и потому, что не исключена и вторая волна кризиса.

Тем не менее основания для оптимизма есть, поскольку в основных сегментах экономики, где сосредоточено наибольшее количество лизингового имущества, спад оказался гораздо ниже ожидаемого. Например, в транспортной отрасли — всего около 8%, в строительстве — лишь 2,2%, а сельское хозяйство даже приросло. Причем следует понимать, что эти цифры — «средняя температура по больнице». В том же транспорте, например, очень сильно упали пассажирские перевозки, но при этом некоторые крупные железнодорожные операторы контейнерных перевозок показали рост за счет того, что оттянули часть рынка на себя. Выиграли операторы курьерской доставки, продуктовый ритейл.

— Каков был объем заявок на реструктуризацию лизинговых договоров и какова доля обращений клиентов из отраслей, официально признанных правительством пострадавшими от пандемии?

— Размер запросов на реструктуризацию составил около 15% от нашего текущего портфеля. При рассмотрении этих заявок мы не делили клиентов на пострадавшие и непострадавшие отрасли, ведь в начале пандемии ситуация у всех была разная.

Мы смотрели на каждый бизнес индивидуально и старались оценить, насколько введенные ограничения реально повредили работе компании и где мы можем в этой ситуации помочь.

Здесь, как мне кажется, нам удалось пройти по острию ножа и соблюсти необходимый паритет между поддержкой лизингополучателей и соблюдением интересов нашей компании.

— И сколько заявок в итоге было одобрено?

— Мы одобрили больше 70% запросов на реструктуризацию, но, что интересно, некоторые клиенты в итоге не воспользовались предоставленными смягчениями графика платежей. Судя по всему, они увидели, что ущерб от пандемии оказался не столь сильным, как ожидалось, и они решили не переносить платежи на будущий период.

— Пересматривалась ли в связи с кризисом стратегия вашей компании или группы «Райффайзенбанк» в России в целом?

— Нет, ни наша, ни глобальная стратегия группы из-за кризиса не корректировалась. Я бы сказал, что стратегия «Райффайзен-Лизинг» как раз в том и заключается, чтобы быть готовым к любой турбулентности. Фактически мы уже много лет живем и работаем так, как будто завтра наступит кризис. В части лизинга мы видим два главных драйвера роста бизнеса — это адекватный и прозрачный риск-подход, основанный в том числе на отличиях кредитного и лизингового продукта, а также скорость и простота оформления лизинговой сделки. Буквально неделю назад у нас прошла онлайн-встреча с руководителями всех лизинговых компаний международной группы «Райффайзен», где мы сформулировали лозунг «It’s time to do leasing», понимая под этим то, что в условиях нестабильности лизинг — это более предпочтительный продукт по сравнению с инвестиционным кредитом. Скорость и простота определяются способностью компании правильно выстроить собственные бизнес-процессы, уровнем автоматизации и готовностью к постоянным инновациям.

— Кстати, а как зарубежные компании переживают пандемию? Какой их опыт нам тоже будет полезен?

— Влияние пандемии везде очень похоже. Например, падение продаж автомобилей в европейских странах во втором квартале достигает все тех же 50–70%, похожий спад в других отраслях экономики. Но структура рынка автолизинга в Европе и США несколько другая: там популярен лизинг для физических лиц, который у нас, в России, сдерживается прежде всего за счет особенностей в налоговом законодательстве, и также там высока доля операционного лизинга.

Например, в США популярен лизинг автомобилей для физических лиц: можно купить машину в трехлетнюю аренду, а по окончании этого срока лизингодатель просто меняет автомобиль на новый. В результате клиент все время ездит на новом автомобиле и платит фиксированный платеж. В условиях, когда в стране стоимость финансирования около нуля или даже отрицательная, лизингодатель может предоставить клиенту автомобиль фактически без удорожания, а свой заработок сформировать за счет скидок от производителей и дилеров, комиссий от страховщиков, доходов от автосервиса.

В России процентные ставки хоть и снижаются, но до околонулевых значений вряд ли дойдут. У ведущих лизинговых компаний, имеющих поддержку акционеров в лице банков или других финансовых институтов, фондирование сравнительно дешевое, тогда как независимым средним компаниям привлекать недорогие деньги под новые сделки гораздо сложнее, что выливается в достаточно высокую лизинговую ставку для конечного клиента.

— Какие еще преимущества есть у лизинга как продукта и у вашей компании, в частности?

— Независимо от компании лизинг дает клиентам налоговые преимущества, его получить проще, чем кредит, а для покупателей отечественной колесной техники в лизинг действуют программы господдержки. Мы являемся универсальной лизинговой компанией, помимо классического делаем прямой или возвратный лизинг недвижимости, IT-оборудования, коммуникаций. Конечно, нам очень помогает наша группа «Райффайзен» как в части проверки благонадежности и выторговывания лучших условий от зарубежных поставщиков, так и в части фондирования бизнеса.

— Изменилось ли что-то для самих лизинговых компаний, например, условия привлечения финансирования под новые сделки?

— Мы наблюдали лишь один временный всплеск роста ставок во второй половине марта, причем он был больше связан не с пандемией, а с резким падением мировых цен на нефть и волатильностью на рынке. Тогда стоимость финансовых ресурсов по рынку выросла на 1–2%, но потом быстро вернулась на прежний уровень. А сейчас, с учетом последнего решения Центрального банка о снижении ключевой ставки, мы ожидаем снижение рыночной стоимости финансирования. У нашей компании есть существенное преимущество — мы фондируемся в группе «Райффайзен», что позволяет давать комфортное и прозрачное ценообразование для клиентов: ставки могут быть как фиксированными, так и плавающими, привязанными к ключевой ставке ЦБ РФ или к LIBOR, если речь идет об иностранной валюте. Сегодня группа полностью закрывает наши финансовые потребности, но по мере роста активов мы не исключаем поиск и других рыночных инструментов фондирования, таких как кредиты и облигации. Наш высокий кредитный рейтинг как 100%-й дочки Райффайзенбанка это позволяет.

— Один из позитивных эффектов карантинных мер для отрасли — массовый переход на заключение лизинговых сделок в электронном виде. Каков от этого реальный эффект для лизинговых компаний?

— Если раньше нам приходилось порой упрашивать клиентов и поставщиков переходить на электронный документооборот, с трудом преодолевая известный консерватизм бухгалтеров, привыкших работать только с бумагами, то карантин сделал это вынужденной необходимостью, и теперь почти три четверти документов с клиентами подписывается электронно. Мы научились проводить клиентские и внутренние встречи в Zoom и Skype с еще большей эффективностью, чем живые, госорганы тоже расширяют свой цифровой функционал. Так что именно COVID-19 мир обязан ускорением цифровизации.

— Кто в вашей компании занимается цифровизацией и в каких направлениях идет эта работа?

— В Райффайзенбанке и его «дочках» созданы специальные agile-команды специалистов по всем финансовым продуктам, в том числе и по направлению лизинга. Эти объединенные креативные команды разработчиков и продуктовых менеджеров умеют работать в ситуации неопределенности, хаотичности поступающих задач, постоянно выпускают обновления для улучшения имеющихся сервисов, придумывают новые. У нас в компании работают две таких команды, одна из которых совершенствует наш продукт для корпоративных клиентов, а вторая развивает направление так называемого розничного лизинга — это наш сравнительно новый продукт по лизингу автомобилей и другой колесной техники, в основном нацеленный на компании малого бизнеса.

Уровень цифровизации, особенно в розничном лизинге, сегодня становится одним из главных конкурентных преимуществ. Инновации и автоматизация позволяют минимизировать время на одобрение и оформление сделки, сделать все процессы максимально удобными для клиента. Например, вместо того, чтобы требовать от клиента кучу стандартной отчетности для анализа будущей сделки, мы можем сами получить все эти данные из официальных источников и государственных реестров, причем почти мгновенно. Там же можно уточнить какие-то недостающие сведения о клиенте и фактически полностью автоматизировать анализ финансового положения потенциального лизингополучателя. А для стандартной автотехники лизинговая сделка может осуществляться и вовсе без участия человека, документация может готовиться еще до одобрения предоставленного лимита, а подписать ее тоже можно удаленно с помощью цифровой подписи.

Кстати сказать, в июне мы открыли доступ в нашу внутреннюю платформу «Райффайзен Лизинг Онлайн» автодилерам и лизинговым брокерам, где они могут самостоятельно одобрять лизинговые сделки с автомобилями. Первые такие сделки были подтверждены лизинговой компанией в течение часа, все были в восторге! Если дилеры, в свою очередь, откроют нам доступ к своим стокам, то мы сможем запустить и обратный процесс, став своеобразным маркетплейсом лизинговой техники для клиентов. До конца года мы намерены максимально оцифровать такие этапы, как скоринг, проверка в бюро кредитных историй, оценка предмета лизинга, комплаенс, страхование,— все эти процессы будут проходить автоматически.