Вольтер - историк Северной войны

Сер. 2. 2007. Вып. 3

ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

Т.Н. Гончарова

ВОЛЬТЕР - ИСТОРИК СЕВЕРНОЙ ВОЙНЫ

Российскому читателю Франсуа Мари Аруэ де Вольтер известен прежде всего как философ-просветитель, потом как поэт и автор пьес для театра и уже в последнюю очередь как историограф и еще менее как историк Северной войны. Однако великолепный мастер исторической биографии, Вольтер дал широкую панораму событий этого долгого конфликта, продолжавшегося на разных театрах военных действий с 1700 по 1721 г., в работах посвященных двум главным антагонистам: шведскому королю Карлу XII и российскому императору Петру I. Мысль, которая проходит красной нитью через эти работы, выражена Вольтером в следующих словах: «Карл имел прозвище "Непобедимый", которое мог потерять в одно мгновение; народы прозвали уже Петра - Великим, и он не мог потерять этого прозвища благодаря поражению, так как получил его не за военные победы»1.

«История Карла XII» была написана Вольтером в 1726-1730 гг., а издана в 1731 г., т. е. спустя 10 лет после подписания заключительного Ништадского мира. «История Российской империи при Петре Великом» была начата по заказу фаворита императрицы Елизаветы И. Шувалова в 1757 г., в 1759 г. вышел из печати первый том этого сочинения, в 1763 г. - второй. Упомянутые выше даты публикаций касаются французских изданий. В России обе книги появились более чем с полувековой задержкой, причем биографии Карла XII повезло больше, чем сюжету о царе-реформаторе: после первой публикации в 1803 г. она неоднократно издавалась в дореволюционной и современной России. Полный перевод «Истории Российской империи при Петре Великом» появился в 1809 г., в остальных публикациях предлагались лишь отрывки; не стало исключением и трехтомное собрание сочинений 1998 г.2

Конечно, такая издательская политика далеко не случайна. В советской историографии было принято занижать цифры наличного состава русской армии в проигранных ею сражениях и сведения «Истории Карла XII» о 80 тыс. русских, разбитых под Нарвой в 10 раз меньшими силами шведов, шли вразрез с этой общей линией. Замалчивание «Истории Российской империи при Петре Великом» объясняется, скорее всего, затаенной обидой на пренебрежительное отношение Вольтера к 400 поправкам, составленным М.В. Ломоносовым и Г. Мюллером3.

Между первым и последним историческими произведениями Вольтера, каковыми являются «История Карла XII» и «История Российской империи при Петре Великом», временной промежуток в тридцать лет. За это время Вольтер написал такие крупные исторические работы, как «Век Людовика XIV», «Обзор века Людовика XV», «Опыт о нравах и духе народов», стал историографом и камергером Людовика XV, рассорился с французским и прусским королями и стал отшельником в пограничной с Францией Швейцарии. Столь значительные изменения в жизни автора, взлеты и падения, надежды и разочарования, жизненный и авторский опыт - отразились ли они в какой-либо мере на освещении событий Северной войны?

© Т.Н. Гончарова, 2007

Во французской историографии, начиная с Кондорсе, утверждавшего, что Вольтер произвел революцию в манере написания истории, имя философа связывают прежде всего с пропагандой обновления исторической науки. Это обновление состояло в создании «философской истории», т. е. сочинения, написанного на базе критически осмысленного исторического материала. В сочинениях Вольтера то и дело встречаются нападки автора на своих недобросовестных, легковерных предшественников. Как же сам Вольтер работал над интересующими нас трудами?

В русской и советской литературе было принято рассматривать «Историю Карла XII» как «юношескую», «случайную» работу, в которой «не сказались еще отличительные черты Вольтера-историка»4. Однако этот взгляд не представляется обоснованным. Вольтер, которому, кстати, в 1731 г. было уже 36 лет, столь же щепетильно подходит к работе над «Историей Карла XII», что и над историями последующих лет. К тому же после первого издания он много раз перерабатывал текст, используя новые публикации. Переиздания биографии шведского короля на базе внесенных исправлений имели место в 1733, 1739, 1740, 1768 гг.

Сам Вольтер относил «Историю Карла XII» к жанру эссе. В одном из писем он сравнивал свой душевный настрой при работе над этим произведением с чувствами, испытанными им при создании эпической поэмы «Генриада» (1723). Как и тогда, толчком к написанию послужили интересные факты из первых рук, в данном случае рассказчиком был барон Фабриций, «который провел семь лет рядом с Карлом XII»5. Вольтер записал то, что услышал, к тому же Фабриций предоставил в его распоряжение некоторые документы. Далее круг опрашиваемых лиц расширяется, и «История Карла XII» пишется на основе устных и письменных бесед с участниками Северной войны. Автор часто общается с дипломатами и широко использует дипломатическую переписку, причем очень этим гордится6, что и понятно, учитывая, что Вольтер всегда тяготел к дипломатии.

Родившийся в 1694 г., он был современником описываемых им событий и даже к концу конфликта достиг того возраста, когда был способен принять в нем посильное участие на ниве дипломатических интриг. Об этом участии он сообщает, но не вдаваясь в детали, когда рассказывает о заговоре шведского первого министра Герца против короля Англии Георга I (1717)7. Вольтер был секретарем Герца, после того как провел некоторое время в Гааге во французском посольстве. В 1740-е годы, во время войны за Австрийское наследство, ему неоднократно поручались дипломатические миссии то в Берлине, то в Голландии. Среди дипломатов, информаторов Вольтера, был уже упомянутый барон Фабриций, посол Голштинии при Карле XII и один из основных свидетелей его жизни в Бендерах, французский посланник при турецком султане Фериоль и его преемник Дезалер, маркиз де Бранка, посол в Швеции, свидетель украинского похода Карла XII 1708-1709 гг. и т.д.

Следуя своему стремлению к достоверности, Вольтер читает все, что публикуется по интересующему его сюжету. Так, в основу нового издания 1740 г. он положил исправления, вызванные к жизни появлением военных дневников шведского офицера Адлерфельта и немецкого маршала Шуленбурга, заметок польского генерала Поня-товского, воспоминаний Норберга, капеллана личной гвардии Карла XII. Дневники офицеров позволили исправить ошибки, допущенные в описании некоторых сражений, воспоминания же капеллана, которого Е.В. Тарле называл «фельдфебель в рясе», хотя и предвзятые и написанные для прославления Карла XII, были полезны содержащимися в них деталями повседневной жизни короля8.

Автор «подвергает сомнению все и в особенности анекдоты»9. В 1733 г. он убрал из рассказа о сожжении датского города Альтена оказавшийся необоснованным слух о том, что шведский генерал Стейнбок был подкуплен на это отвратительное действие жителями Гамбурга, которые таким образом хотели избавиться от города - конкурента в торговле10.

Вольтер придерживался принципа, что история не должна быть перегружена деталями, не имеющими непосредственного отношения к трактуемому сюжету. Именно это убеждение и составило основу его полемики с авторами историй Северной войны Ла Мотрэ и Норбергом. В «Истории Карла XII» нет места анекдоту о том, что пленные, захваченные шведами под Нарвой, были отправлены восвояси к своему царю, поддерживая штаны руками, так как шведы разрезали им пояса, чтобы прибавить еще что-то к их унижению: «Остается узнать, такой ли уж это значительный промах не рассказать о приключении со штанами московитов».11

«Перспектива истории не позволяет нам в точности знать незначительные детали»12. Перспектива, палитра, краски... Вольтер относится к своей работе историка как художник, его целью является написание картины, отсюда, по всей видимости, сравнение истории с эссе. И именно потому, что невозможно узнать в точности все детали, Вольтер предлагает разные интерпретации событий, когда его источники противоречат друг другу. Иногда он высказывается в поддержку того или иного источника, но чаще всего предоставляет читателю свободу суждения: «Моя непредвзятость не может быть взята под сомнение: я лишь художник, который старается наложить правдивые краски на рисунки, которые предоставили в его распоряжение»13.

В «Истории Российской империи при Петре Великом» Вольтер признается, что ему не всегда удается избежать повторений того, о чем уже рассказывалось в биографии шведского короля14. Из переписки с Шуваловым за 1757 г. известно также, что 8 тав Российской истории были написаны за 6 месяцев единственно с помощью материалов «Истории Карла XII»15. Таким образом, очевидно не только сюжетное, но и документальное родство двух историй. С русской стороны хотели панегирика царю, прославления его заслуг в пику европейским хулителям. Именно этой перспективе и был подчинен отбор документов, которые посылались Вольтеру из Петербурга: французский перевод некоторых рукописей М.В. Ломоносова с говорящими за себя названиями «Апофеоз Петра Великого», «Параллель Петра Великого с Александром Великим и Ликургом законодателем», не говоря уже о коллекции памятных медалей с изображением великих деяний царя. В переписке с Шуваловым Вольтер стремится отстоять свою авторскую независимость: панегирик чужд историческому мышлению, «только историческая правда может заставить ум верить и восхищаться»16. В то же время он волей-неволей старается подладиться под вкусы заказчика и сосредоточивает внимание на новаторской деятельности Петра, которая сделала из России одну из великих европейских держав, обходя молчанием жертвы, жестокость, излишества.

Как и в «Истории Карла XII», автор постоянно ссылается на свои источники. Первым из них является часто цитируемый «Журнал, или Поденная записка императора Петра Великого». Многие главы снабжены примечаниями: «Полностью заимствовано из документов посланных из Москвы и Петербурга». Среди информаторов Вольтера: шведский офицер Штралемберг, захваченный в плен при Полтаве и проведший 15 лет в Сибири; русские из Тобольска; посланник Польши в Москве Ла Невиль; голландец Корней Ле Брюн путешествовавший по России и лично знавший Петра; рукописные мемуары петровского фаворита генерала Ле Форта; мемуары инженера Пери на службе у Петра I и т. д.17

Но Вольтер не удовлетворен документальной базой, бывшей в его распоряжении. Для рассказа о реформах Петра он нуждался в ворохе информации о мануфактурах, сообщении между реками, общественных работах, монетах, юриспруденции, сухопутной и морской армиях, но был вынужден констатировать с грустью, что «заслуживающее быть известным всем нациям, неизвестно на самом деле никому»18. Русский заказчик не торопился снабжать информацией, малопригодной для панегирика. В результате нехватки документальных материалов «История Российской империи при Петре Великом» содержит ошибки, которые, хотя и отмечены русскими цензорами, были пропущены Вольтером, не довольным высокомерием, с которым они были сделаны. В целом же с Российской историей у Вольтера не получилось той протяженной во времени Работы, как в случае с «Историей Карла XII». По преданию на адресованные ему упреки Вольтер ответил: «Они дали мне хорошие меха, а я зябкий»19.

Ввиду того, что Вольтер пишет в жанре биографии, к традиционным вопросам военной истории добавляется еще личностный, поведенческий аспект Карла XII и Петра I, часто того и другого в сравнении. Петр и Карл, по определению Вольтера, два «самых необыкновенных монарха того времени»20. Кому из двух героев принадлежат симпатии автора? Швеция была союзницей Франции в период Северной войны, поэтому можно предположить, что симпатии Вольтера на стороне шведского короля. Но это не так. Вольтер стремится к объективности, забывая, по собственной рекомендации, о французской национальности: «Я называю великими людьми всех тех, которые прекрасно проявили себя в полезном или в приятном. Разорители провинций для меня не более, чем герои»21. Из этого признания 1735 г. следует, что для Вольтера Петр I - великий человек, а Карл XII - не более, чем герой, разоритель провинций.

Отношение Вольтера к двум монархам неоднозначно: «Было бы желательно для блага человечества, чтобы Петр Великий был менее жестоким, а Карл XII менее упрямым»22. В первые годы войны на территории Дании, Польши, Саксонии судьба благоволила Карлу и Вольтер считает допустимым сравнение своего молодого героя с Александром Македонским23. Но героический период в жизни шведского короля заканчивается в июле 1709 г., а «упрямство Карла в Бендерах, настойчивость, с которой он провел десять месяцев в кровати, и многие из его деяний после несчастливой Полтавской баталии» были «авантюрами скорее экстраординарными, чем героическими»24. Беда Карла в том, что он не сумел вовремя остановиться. Неутомимость его натуры погубила его. Петр I исполнил данное им когда-то обещание, что Карл с его претензиями на славу Александра не найдет в нем Дария25.

«История Российской империи при Петре Великом» воспроизводит, по сути, трактовку Петра-реформатора, которая была уже предложена в биографии Карла XII, лишь делая ее еще более положительной. По мнению автора, Петр совершил революцию, изменив обычаи и законы своего государства26. Вольтер подчеркивает тесную связь реформаторской деятельности Петра с военными нуждами: «Кровавая война долго сопровождала Петра во всех его великих начинаниях и наконец помогла им»27. Первая реформа Петра заключалась в создании постоянных армии и флота. Ценой неимоверных усилий за 9 лет ему удалось сделать из архаичной толпы, которая 6 недель безуспешно осаждала плохо защищенную Нарвскую крепость, дисциплинированное войско. При осаде шведами Полтавы «король заметил, что он научил своего врага военному искусству»28. Генеральное сражение под Полтавой поразило еще больше шведов и сторонних наблюдателей: «В этом последнем деле одна только 10-тысячная шеренга русской пехоты

обратила в бегство шведскую армию, так времена изменились!»29 Русские захватили у шведов пушки, обоз, военную казну.

Вольтер противопоставляет Петра-созидателя Карлу-разрушителю. Война для него не самоцель, как для Карла, поэтому, в отличие от шведского короля, он осторожен, стремится избежать напрасных жертв. Кипучая, деятельная натура Петра требует постоянного движения, поэтому Вольтер употребляет глаголы, передающие стремительность и решительность его действий: «спешит в Москву отливать пушки», «устремляется вновь к театру военных действий»30. Автор подчеркивает благородство Петра, когда после взятия Нарвы русскими 20 августа 1704 г. тот вступается за мирное население, останавливая грабежи. И хотя в «Истории Российской империи при Петре Великом» Вольтер уже далек от своей концепции героической истории, иногда в его описании царь приобретает черты эпического героя: так при взятии Нарвы Петр с мечом в руке завоевал три бастиона под названием Победа, Честь и Слава31.

И все же главное в том, что необходимость повышения эффективности военных действий диктовала внутренние социальные и экономические реформы. Вольтер перечисляет полезные нововведения Петра: издательство с русским и латинским шрифтом, школы геометрии, астрономии, навигации, госпитали, многочисленные мануфактуры. И хотя ему недостает материала для подробного описания финансовых и административных реформ, все же он уделяет им значительное место в тексте своей истории. Рассказывая о негативной реакции населения на нововведения Петра, Вольтер прибегает к эвфемизму, когда пишет: «Жалобы были вскоре подавлены»32. В «Истории Карла XII» он более откровенен: «Автор памфлета был колесован, а автор опровержения был сделан епископом Рязани»33.

В «Истории Карла XII» перед читателем предстает более широкая панорама событий Северной войны, в то время как в «Истории Российской империи при Петре Великом» лишь половина текста посвящена войнам Петра I, включая и военные походы против турок. Как драматический писатель, Вольтер увлекается рассказами о сражениях, ведь именно здесь, как нигде более, есть накал страстей. Численное соотношение войск противников - интересная проблема в историографии войн. Вольтер, конечно, не обошел и ее. К тому же он дает анализ причин победы или поражения двух сражающихся сторон. Вольтер не описывает все битвы одинаково подробно и предлагает свой взгляд лишь на некоторые из них, не обойдя вниманием два эмблематических сражения Северной войны - при Нарве и Полтаве.

В целом в «Истории Российской империи при Петре Великом» цифры наличного состава русской армии пересмотрены в сторону снижения. Так, если в «Истории Карла XII», опираясь в основном на шведские источники, Вольтер определял численность русской армии как 80 тыс. воинов, то в российской истории он склонен принять цифру в 60 тыс.34 Цифры же боевого состава шведской армии, напротив, в биографии Петра пересмотрены в сторону, хотя и незначительного, увеличения. Так, по поздней версии у Карла под Нарвой было 9 тыс. чел., в то время как по ранней версии - 8 тыс. «Дневник царя, который мне отправили из Петербурга, говорит, что, считая солдат, которые погибли при осаде Нарвы и в битве и которые утонули, было потеряно только 6 тысяч человек»35. Осторожное «только» говорит о том, что Вольтер не доверяет дневнику царя, вероятно, зная, что венценосный редактор правил его исходя из политических и пропагандистских соображений.

Поражение русских под Нарвой объясняется в поздней версии необученностью солдат, отсутствием Петра, восстанием против иноземных военачальников и, наконец, метелью, которая хлестала в лицо русских воинов, ослепляя их36. В «Истории Карла XII»

нет речи ни о соперничестве герцога де Круа с князем Долгоруким, ни о восстании, ни о метели. Вольтер считает, что «воспоминание о Нарве было главной причиной несчастия Карла в Полтаве»37.

Вольтер не обходит стороной и драму войны. Жестокой была борьба русских и шведов, не менее жестокой и драматической по накалу была и борьба шведов с датчанами, взять хотя бы уже упоминавшееся сожжение города Альтена. После битвы при Фрауенштад было убито много русских пленных, просивших пощады38. Причем злодеяния творились с обеих сторон: «Осаждавшие входят в город, грабят его и учиняют там всякие жестокости, которые были лишь слишком обычным явлением среди русских и шведов»39.

Вольтер считал, что «История Российской империи при Петре Великом» - «это подтверждение и дополнение первой»40, т. е. «Истории Карла XII». Это так, но у этих историй разные герои, к тому же между ними значительный временной промежуток и потому акценты расставлены по-разному. Сопоставление данных исторических работ позволяет сделать следующие выводы.

«История Карла XII» по времени написания и по замыслу ближе к эпической поэме «Генриада», В центре ее - герой-воитель Карл XII, в ней так же много экстраординарных событий, экзальтации героического, грандиозных сражений, хотя шведский король - герой лишь наполовину, так как терпит неудачу в финале. И уж в любом случае не великий человек, так как величие, по Вольтеру, определяется пользой для родины. «История Карла XII» ярче в литературном плане, в ней меньше досадных ошибок, автор более энтузиаст. Работая над этой историей, Вольтер создавал произведение искусства, поэтому ей предпослано так много деклараций об умении написания исторической картины. Автор провозглашает критический поход к источникам, но правила хорошего вкуса доминируют, он стремится создать нечто, что нравится публике, это не концепция эрудированной истории.

«История Российской империи при Петре Великом», которая написана в тот период, когда от прославления героического Вольтер перешел к истории цивилизации, и которую поэтому можно поставить в один ряд с «Веком Людовика XIV», менее известна, менее хороша с литературной точки зрения. Но ведь по собственному выбору писать всегда приятнее, чем на заказ. Вероятно, поэтому отчасти автор вложил меньше труда и души в свою российскую историю, он ее не перерабатывал, не дополнял. Но и в том и в другом своих сочинениях Вольтер остается человеком своего времени, допуская некоторые неточности в цифрах и тенденциозный подход в изложении. При этом современные специалисты по истории Северной войны считают, что «История Карла XII» «не выходит за строгие рамки фактической истории»41. То же можно сказать и об изображении войны в «Истории Российской империи при Петре Великом».

' Вольтер. История Карла XII // Собр. соч.: В 3 т. Т. 2 / Под общей ред. Б.Т. Грибанова. М., 1998. С. 411.

2 Красиков В.А. Неизвестная война Петра Великого. СПб., 2005. С.459.

3 При переработке первого тома Вольтер принял лишь 20 поправок из 300 рекомендованных, при переработке второго тома - 70 из 200 рекомендованных (Pomeau R. D'une tsarine à l'autre // Voltaire en son temps. Fayard / Voltaire foundation, 1995. T. 2. P. 100).

4 Брокгауз Ф.А., Ефрон И.A. Энциклопедия. СПб., 1890-1907 (Вольтер); Косминский Е.А. Вольтер как историк // Вольтер. Статьи и материалы. М., Л., 1948. С.157.

5 Voltaire. Lettre au Journal des savants // Oeuvres historiques. Pléiade, 1968. P.301-302.

6 Вольтер любил подчеркивать в полемике с оппонентами, что «воспользовался записями самых осведомленных министров» (Voltaire. Notes sur les Remarques de La Motraye // Oeuvres historiques. P. 294).

7 Voltaire. Histoire de l'empire de Russie sous Pierre le Grand // Ibid. P. 531.

8 Voltaire. Lettre à M. le maréchal de Schulenbourg // Ibid. P.299. ' Ibid. P.297.

10 Lettre de M. de Voltaire, écrite de Paris, le 25 avril 1733 // Ibid. P. 280.

11 Voltaire. Notes sur les Remarques de La Motraye... P. 284.

12 Voltaire. Lettre au Journal des savants... P. 303.

13 Ibid. P. 303-304.

14 Voltaire. La Russie sous Pierre le Grand. P. 453, 498.

15 Pomeau R. Op. cit. T. 2. P. 98.

16 Вольтер - Шувалову, 18 сентября 1859 г. Pomeau R, Op. cit. T. 2. P. 98.

17 Voltaire. La Russie sous Pierre le Grand... P. 372,402, 408,426, 446.

18 Pomeau R. Op. cit. T. 2. P, 98-99.

" Voltaire: un homme, un siècle. Paris, 1979. P. 144.

20 Вольтер. История Карла XII II Собр. соч. T. 2. С. 411.

21 Письмо Вольтера к Тьерьо (Thieriot), июль 1735 // Voltaire: un homme, un siècle... P. 136.

22 Voltaire. Lettre à M. le maréchal de Schulenbourg... P. 299.

23 Вольтер. История Карла XII... T. 2. С. 396.

24 Voltaire. Lettre à M. le maréchal de Schulenbourg... P. 299.

25 Вольтер. История Карла XII.., T. 2. С. 402.

26 Voltaire. La Russie sous Pierre le Grand... P. 345.

27 Ibid. P. 417.

28 Вольтер. История Карла XII... T. 2. С. 410. 25 Там же. С. 413.

30 Voltaire. La Russie sous Pierre le Grand... P. 437,439.

31 Ibid. P. 448.

32 Ibid. P. 429.

33 Вольтер. История Карла XII... T. 2. С. 72.

34 Voltaire. La Russie sous Pierre le Grand... P. 434.

35 Ibid. P. 436.

36 Ibid. P. 434-436.

37Вольтер. История Карла XII...1.2. С. 414.

38 Voltaire. La Russie sous Pierre le Grand... P. 454.

39 Ibid. P. 448.

40 Ibid. P. 340.

41 Красиков В.A. Указ. соч. С. 18.

Статья принята к печати 5 мая 2007 г.