Дмитрий Медведев зачел 2010 год

Дмитрий Медведев вчера в прямом телевизионном эфире трех федеральных телеканалов ("Первый", "Россия", НТВ) в третий раз за время своего президентства подвел итоги года. За полтора часа господин Медведев успел оценить успехи и неуспехи модернизации, предложил "Единой России" проявлять ум, такт и силу и активнее вовлекать в активную общественную жизнь оппозицию, а также оценил дело Михаила Ходорковского как президент и как юрист.

Как и в прошлом году, 24 декабря с президентом беседовали гендиректора "Первого" — Константин Эрнст, ВГТРК — Олег Добродеев, НТВ — Владимир Кулистиков. Накануне президент в своем микроблоге в Twitter рекомендовал всем смотреть свое интервью: "Разговор будет о наиболее важных событиях 2010 года, наших проблемах и перспективах. Посмотрите".

В начале беседы господина Медведева предсказуемо спросили, что ему больше всего запомнилось в минувшем году. В ответ президент назвал пять запомнившихся образов. Первым делом — это выход России из кризиса, о чем, по его словам, свидетельствует рост ВВП, прекращение "падения вниз", более того, начало "достаточно устойчивого роста". К этому президент добавил, что в уже имеющемся росте на 4% "есть элементы модернизации нашей экономики, а стало быть, модернизации жизни". Затем пояснил, что с этим тянуть нельзя, иначе "следующая модернизация, которая будет осуществляться, скажем, уже другими людьми, будет иметь уже большую цену. Она будет начинаться с гораздо более низкого уровня. Деградация тогда станет очень серьезной". Достижений в области модернизации, правда, пока, по его словам, "немного", но одним из них можно считать то, что "бизнес стал более внимательно относиться к инновациям". Чтобы внимание к вопросам модернизации не исчезло и в будущем как у бизнеса, так и у власти, Дмитрий Медведев в ходе интервью более эмоционально добавил: "Нельзя упиваться достижениями. Нам в какой-то период удалось достичь многого. Мы стабилизировали ситуацию в стране, взяли под контроль очень тяжелые общественные процессы, которые были деструктивны, которые могли разнести в клочья наше государство. Но одной стабильностью развиваться нельзя. Должен быть драйв. А драйв — это как раз желание что-то делать, это намерение преодолевать себя. Тот, кто считает, что у него все хорошо, должен остаться в Куршевеле (о горнолыжном курорте господин Медведев вспомнил в связи с репликой господина Кулистикова, что на лицах некоторых наших политиков "куршевельский загар сменяется дубайским, дубайский — сардинским".— "Ъ")".

Вторым "образом" 2010 года Дмитрий Медведев выделил постановку в своем послании Федеральному собранию темы "правильной" политики в отношении детей. Третьим "образом" в памяти президента осталась борьба с летними пожарами по всей стране. Четвертым по важности "образом" стала тема глобальной безопасности. В том числе и успехи в этом направлении в отношениях с США, сенат которых на этой неделе ратифицировал Договор об ограничении стратегических наступательных вооружений. Пятым "образом" президент назвал 65-летие победы в Великой Отечественной войне.

Как выяснили интервьюеры, запомнившихся "образов" 2010 года у президента осталось явно гораздо больше. В частности, отставка московского мэра Юрия Лужкова. "Нужно было делом заниматься, а не личным пиаром и политическими разборками. Мы Москву все знаем и любим. Но здесь колоссальное количество проблем — невиданные масштабы коррупции, транспортные коллапсы, не только потому, что президент или премьер на машине проехали, а потому, что понатыкали зданий",— пояснил президент и объяснил, почему господина Лужкова сменил Сергей Собянин. "Собянин же человек дела, без звездной болезни",— заметил он.

Говоря о недавних беспорядках в Москве, президент пообещал, что погромщики "получат по полной программе". Однако, по его словам, "власть должна абсолютно симметрично, сбалансированно относиться к ситуации, нельзя симпатизировать какой-то одной силе, осуждать другую". Президент пообещал, что следственный комитет по его поручению разберется, почему было принято решение отпустить убийц. "Что это: элементарная коррупция, страх перед братками, которые приехали на крутых автомобилях? Почему это было сделано? Надо разобраться с этим",— сказал президент. Если будет установлено, что были доказательства вины, то "следователи должны понести наказания".

Еще одним образом стали некоторые успехи в борьбе с коррупцией. "В этом году приблизительно 1 тыс. человек, по данным на сентябрь, были посажены в тюрьму за получение взятки, 1,7 тыс.— за то, что они взятку давали. Из них около 2 тыс.— это сотрудники правоохранительных органов, в том числе милиция, прокуратура, и даже 18 человек из судебной системы, хотя она очень закрытая. Уже около 3 тыс. уголовных дел с очень высокими перспективами посадок — это все-таки знак",— заметил господин Медведев. Борьбу с коррупцией, как дал понять президент, активизируют и события в Кущевской, где было выявлено системное слияния криминала и власти. Теперь, по словам президента, там, где "еще очень большое количество людей, которые живут по другому кодексу", "нужно проводить, по сути, чистки". Тут президент, правда, оговорился: "Не так, конечно, как это происходило в приснопамятные времена, но этих людей нужно отсекать от власти". В целом Дмитрий Медведев считает, что все-таки за последние годы "удалось серьезно почистить федеральный уровень". "Есть преступность, есть коррупция, но откровенно криминальные элементы все-таки отрезаны",— отметил он.

В деле борьбы с уличными беспорядками и коррупцией, по мнению президента, должны активизироваться партии. Причем не только партия власти, но и оппозиционные партии. "Наша главная политическая сила — "Единая Россия" — должна не просто царствовать, а проявлять ум, такт и силу, должна выдвигать правильных людей, а коррумпированных и тех, кто не хочет работать, соответствующим образом задвигать назад и наказывать",— заявил президент. А по поводу оппозиционных партий добавил: "То, что они в оппозиции, не означает, что они отрезаны от общественной жизни. Они должны откровенно говорить обо всех проблемах". Тут выяснилось, что президент, в отличие от премьера, не склонен оценивать работу известных политиков в 90-е годы, как "поураганили", "унесли вместе с Березовским и другими находящимися сейчас в заключении, о которых мы уже говорили, немало миллиардов" и "хотят вернуться и пополнить свои карманы" (такую оценку дал Владимир Путин в ходе общения со страной 16 декабря). Отвечая на вопрос о том, есть ли в России перспективные политики, Дмитрий Медведев кроме руководителей фракций в Госдуме, назвал и Михаила Касьянова, Бориса Немцова, Эдуарда Лимонова, Гарри Каспарова: "Это тоже публичные политики. К ним по-разному относятся. У них у каждого своя электоральная база".

Президент, отвечая на вопросы, дал понять, что может стать и "образами" будущих годов. Он заметил, что большая вовлеченность гражданского общества в обсуждение вопросов "стране не повредит". "У нас такие глубокие тоталитарные традиции, что нам их изживать и изживать, и пока дергаться по поводу того, что общественность села на шею, мне представляется абсолютно безосновательным",— заявил он. Также из его слов следовало, что он надеется и на преодоление нынешнего пренебрежения к праву. "Это сложилось много веков назад, веры в закон, в суд не было никогда, зато была вера в царя и силу. Но это неправильно. Люди должны соблюдать закон не из-за страха, а потому, что неприлично его нарушать. А власти должны давать им в этом пример",— объяснил президент.

Тема соблюдения закона всплывала в ходе беседы не раз, но особенно ярким получился эпизод обсуждения дела ЮКОСа. Вопрос поднял Владимир Кулистиков: "Дмитрий Анатольевич, я помню, как вы очень широко и полно осветили проблему жилищно-коммунального хозяйства, поэтому я, если позволите, вас о ЖКХ не буду спрашивать. Я вас спрошу об МБХ, о деле Ходорковского".

"Заход интересный",— не растерялся президент.

О деле Ходорковского стоял на своем господин Кулистиков: "Вы знаете: он мне напоминает сейчас портрет Дориана Грея нашего российского бизнеса". По словам гендиректора НТВ, "все бизнесмены творят примерно то, в чем обвиняют Ходорковского. Но "паяют" все только ему да еще его подельнику Лебедеву. Скажите, пожалуйста, не слишком ли жестко жернова нашей судебной системы перемалывают судьбы этих людей? Что вы думаете об этом как юрист и как человек?"

Дмитрий Медведев ответил на это как президент и как юрист. Как президент, он считает, что "ни президент, ни любое иное должностное лицо, состоящее на государственной службе, не имеет права высказывать свою позицию по этому делу или по какому-то другому делу до момента вынесения приговора — или обвинительного, или оправдательного, это совершенно очевидно". Это заявление дало основания комментаторам интервью президента говорить о том, что господин Медведев спорил с Владимиром Путиным, который в ходе своей прямой линии 16 декабря, говоря о деле Ходорковского, отрезал: "Вор должен сидеть в тюрьме".

Затем Дмитрий Медведев продолжил как юрист. Отметив, что "юристы действуют в пространстве возможного", он пояснил, что "если есть доказательства того, что и другие лица совершали сходные преступления, то тогда где эта база? Где эти возбужденные дела?". Президенту хотелось бы, чтобы эту базу достали, принесли ему или генеральному прокурору и "сказали: есть доказательства того, что такие-то крупные бизнесмены совершали такие-то преступления. Давайте дадим этому ход". Президент убежден в том, что "если... никакого движения не будет, тогда... это избирательное правосудие".

"Но я пока таких доказательств у себя на столе не имею",— заключил президент.