Ассертивность в структуре профессиональной деятельности сотрудников ОВД

УДК: 159.923.38 : 351.74

Е. В. Саунин

Ассертивность в структуре профессиональной деятельности

сотрудников ОВД

В статье исследуются различные аспекты деятельности сотрудника ОВД с учетом ее содержательных и структурных составляющих. Обозначены особенности эффективной деятельности сотрудников ОВД с точки зрения параметра «ассертивность», который рассматривается как ее системообразующий компонент.

The article deals with various aspects of the activities of the Ministry of Internal Affairs officer, amongst which content and structural components of those activities are studied. Peculiarities of Ministry of Internal Affairs officer performance in the context of assertiveness parameter, which is considered as its system-forming component, are designated.

Ключевые слова: деятельность, поведение, ассертивность, личность сотрудника ОВД.

Key words: activity, behavior, assertiveness, personality of the Department of Ministry of Internal Affairs officer.

В отечественной психологии все внешние проявления человека принято описывать с помощью спектра особенностей, связанных с рядом таких категориальных понятий, как активность, поведение, деятельность, профессия. Каждое из указанных понятий играет существенную роль в жизни человека, определяя специфику его проявлений на разных уровнях. Так, уровень активности субъекта служит основанием для анализа динамической основы личности. Поведение проявляет себя на уровне конкретных операций и действий. Деятельность определяет направленность активности человека.

Как следует из анализа понятия деятельности, она является той сферой активности человека, которая сопровождает практически всю его жизнь, напрямую связана с поведением и способствует его активному развитию и личностному росту. Пытаясь обобщить все имеющиеся исследования в области психологии деятельности (в том числе профессиональной), можно сказать, что определение деятельности существенным образом зависит от таких ее составляющих, как общая структура и состав (морфология), направленность (аксиологический компонент), развитие и функционирование (праксиологический компонент), а также формы существования деятельности (онтологический компонент) [12].

© Саунин Е. В., 2019

При этом максимально важными составляющими любой деятельности, имеющими непосредственное отношение к нашему исследованию, являются праксиологический и онтологический компоненты, отражающие ее функциональный и операциональный аспекты, которые в полной мере проявляют себя в конкретных актах поведения человека.

В свое время к исследованию операциональных аспектов профессиональной деятельности обращались такие авторы, как П.Я. Гальперин, В.Д. Шадриков, В.Е. Гаврилов и др. Последний из указанных авторов полагает, что «каждую профессию или специальность можно представить, как конструкцию, составленную из отдельных типовых элементов деятельности» [9, с. 12]. Данная точки зрения делает каждую профессию понятной с точки зрения анализа ее составляющих и представляет собой так называемый модульный подход, реализующий возможности анализа различных профессий на основе составления ее портрета (модуля).

Однако следует обратить внимание и еще на одну очень важную составляющую профессиональной деятельности. Так, практически все профессии отличаются друг от друга определенным уровнем напряженности, напрямую (или косвенно) определяемым профессией. В зависимости от длительности процесса включенности человека в профессию, можно говорить и о существовании определенных закономерностей в проявлении его профессиональных особенностей, которые складываются под ее влиянием. Связано это с тем фактом, что длительное воздействие деятельности, занимающей значительное место в жизни индивида, способно оказывать влияние не только на структуру жизненного пространства человека, но и в целом на его психику. Теоретический анализ позволяет констатировать следующий факт. Чем больший отрезок времени деятельность занимает в жизни человека, чем в большей мере она предъявляет требования к его личностным ресурсам, тем более эмоционально затратной она является и, как следствие, тем в большей мере человек подвергается риску накапливать изменения под влиянием данной профессии. По мнению В.Д. Шадрикова, существующая тенденция проявляет себя в силу того, что «вступая в профессиональные отношения, человек вырабатывает устойчивые формы поведения, которые становятся постепенно, как и устойчивые мотивы, чертами его характера» [15, с. 23]. В связи с этим исследования в направлении изучения специфики влияния деятельности на человека, а также особенности тех видов деятельности, которые оказывают максимальное влияние на

его индивидуальные характеристики, принято относить к отдельной категории научных знаний, в свое время названной психологией экстремальных видов деятельности.

Под экстремальными видами деятельности на данный момент принято понимать ее виды, которые связаны с воздействием определенных экстремальных факторов, таких как: монотония или чрезмерная изменчивость среды, измененная пространственная и временная структура, ограничение личностно-значимой информации, одиночество, групповая изоляция, угроза для жизни [10], наличие высокого уровня неопределенности и т.д. [14]. При этом, сами профессии, сопряженные с понятием экстремальности, на данный момент принято относить к «профессиям экстремального профиля» [11].

Впервые описание профессиональной деятельности, связанное с высоким уровнем напряженности, было представлено в работах В.Л. Марищука и К.М. Гуревича [8]. Именно последний положил в основу изучения профессиональной деятельности фактор напряженности, разделив профессии следующим образом: профессии, характеризующиеся постоянным уровнем напряжения (вахты, дежурства и т.д.); профессии, характеризующиеся периодическим повышением уровня напряжения (спорт, медицина, военные специальности); профессии, требующие полной мобилизации (отдельные военные специальности, работа пожарных и т.д.). По сути дела, автор полагал, что эмоциональная напряженность может служить основой для описания практически всех современных профессий [5]. Вопросы изучения видов деятельности, связанных с рядом военных специальностей, поднимались в разное время В.Л. Марищуком, Ф.Д. Горбовым, Ф.Б. Березиным, В.Ю. Рыбниковым, В.Н. Смирновым и др.

Ф.Б. Березин указывает, что напряженность представляет собой явление, протекающее параллельно адаптации и сопровождающее ее

[2]. При этом способность всех систем организма функционировать в неразрывном единстве предполагает, что для обеспечения функционирования человека в деятельности, тем более экстремальной, необходимо, чтобы все уровни адаптации были представлены и не имели значительных отклонений. Если адаптивные возможности организма не нарушены, и в структуре адаптивных реакций не имеется нарушений, организм формирует оптимальные для него формы поведения, проявляющие себя как в обычной, так и в экстремальной среде. Как следствие, человек демонстрирует признаки «эффективного выполнения профессиональных обязанностей и психологического благополучия»

[3]. Задачей процесса адаптации является сохранение баланса между

внутренними и внешними условиями жизни и деятельности человека, проявляющимися в рациональном использовании внутренних и внешних ресурсов человека. При полной адаптированности достигается адекватность психической деятельности субъекта заданным условиям среды и его деятельности в тех или иных обстоятельствах.

В.Ю. Рыбников, анализируя понятие собственно экстремальной деятельности, останавливается на анализе не только внешних, но и внутренних факторов, сопряженных со структурой личностных особенностей человека, к которым он относит понятие коммуникативной составляющей, эмоционально-волевого потенциала и т.д. В.Л. Васильев отмечает, что сложность экстремальных видов деятельности обусловлена наличием следующих составляющих ее функций: поисковой (познавательной); удостоверительной (преобразование полученной информации); организационной; реконструктивной; социальной; коммуникативной [4]. Исходя из этого, к группам качеств личности, обеспечивающих эти компоненты деятельности, он относит: коммуникативные и интеллектуальные качества, профессиональную наблюдательность, волевые характеристики, эмоциональные особенности, моторные свойства и поведение субъекта.

Подводя итог, можно сказать, что, по мнению большинства ученых, профессиональная деятельность (в особенной мере, экстремальная), может быть успешной только в случае соблюдения следующего ряда условий. Она должна быть ориентирована на позитивный результат (предвосхищение результата), а также на социально одобряемые цели. Кроме этого, каждая деятельность предполагает наличие определенных компетенций, в том числе операциональных навыков (поведенческие аспекты), отражающих ее атрибутивные характеристики. Коммуникативная составляющая деятельности должна проявлять себя в построении адекватных ситуации отношений с окружающими. Внутренними механизмами осуществления деятельности, в свою очередь, можно считать механизмы саморегулирования, самоподкрепления и самореализации. К внешним механизмам формирования деятельности можно отнести механизмы позитивного подкрепления любого положительного результата.

Кроме этого, каждый человек, сталкивающийся с деятельностью в экстремальных условиях, вырабатывает свои правила поведения, которые зачастую обеспечивают его эффективность не за счет указанных ранее нами параметров, но за счет интуиции, здравого смысла и жизненного опыта. Включаясь в деятельность, сотрудник задействует все свои качества личности, с одной стороны, а также выработанные

навыки и умения в сфере поведения, с другой. Комплекс поведенческих особенностей сотрудников с таким «набором» индивидуальных составляющих принято называть индивидуальным стилем [13]. Группа личных качеств, обеспечивающих подобный стиль деятельности, включает такие составляющие, как активность, уверенность, смелость, самоконтроль, общительность, оптимизм, эмоциональная стабильность, устойчивость к стрессу и фрустрации, оптимальное напряжение и тревожность. В области мотивов это установка на успех, чувство долга, в профессиональной сфере, реалистическое мышление, чувство пространства, времени, а в экстремальных условиях - способность анализировать готовность к действию. Однако не менее важной является и область поведенческих особенностей личности, связанных со структурой вышеуказанных качеств. В последние десятилетия в структуру профессионально важных качеств принято включать так называемые копинг-стратегии или стратегии совладающего поведения.

Впервые понятие совладающего поведения появилось в середине ХХ столетия и было связано с формированием защитных механизмов человека. Однако постепенно данные понятия дифференцировались и составили две противоположные категории исследования, ориентированные на различные цели субъекта - уход или преодоление. При этом преодоление принято определять, как динамический процесс, позволяющий человеку поддерживать определенный баланс в ситуации стресса. В структуре исследований принято рассматривать различные формы преодолевающего поведения, характеризующегося активной, просоциальной, пассивной, прямой и непрямой позицией, а также открыто асоциальными или агрессивными формами (Водопьянова Н.Е. Стратегии и модели преодолевающего поведения / Практикум по психологии менеджмента и профессиональной деятельности; под ред. Г.С. Никифорова, М.А. Дмитриевой, В.М. Снеткова. - СПб.: Речь, 2001. - С. 311). Особого внимания в исследованиях авторов последних десятилетий требует исследование так называемых ассертивных форм поведения, относящихся к группе просоциальных форм активности и являющихся показателем максимально успешной адаптации субъекта.

К первым исследованиям феномена ассертивности можно отнести ранние работы американского психолога Э. Солтера (Andrew Ба^, 1949), который рассмотрел понятие как некую составляющую личности, противопоставляемую агрессивности и манипулятивности [6]. Автор связывает содержание ассертивности с такими понятиями, как ориентация на события реальной жизни, независимость ценностей и поведения,

способность самостоятельно проявлять свое мнение, открытость, вера в себя и т.д.

Несколько позже В. Каппони и Т. Новак выделили два альтернативных подхода в исследовании данного понятия, основанные на выделении волевого компонента. Согласно мнению авторов, человек хоть и может проявлять определенную свободу воли (первый подход), он все же находится в условиях, определенным образом ограничивающих его поведение (второй подход). То есть реальное функционирование любого человека в современном обществе предполагает чрезвычайно высокий уровень заданности его функций, что, по мнению автора, значительным образом, противопоставляется его индивидуальным предпочтениям, мотивам, установкам, всему тому, что принято называть индивидуальностью, которая, по мнению авторов, остается вне поля исследования большинства психологов. Сохранение индивидуальности в подобных случаях является для человека достаточно сложной задачей. Именно эту задачу, по мнению авторов, и призван решить новый подход к исследованию личности, а именно подход с точки зрения ассертивности, позволяющий уравновесить возможности индивидуальности (а не личности, как это происходит в процессе адаптации) со структурой факторов внешней среды, ограничивающими её функциональность. И хотя формирование комплекса ассертивных свойств не позволяет человеку полностью избавиться от давления внешней среды, тем не менее, это способно существенно повысить уровень удовлетворенности как собой, так, в частности, и профессией.

В современной литературе под ассертивностью принято понимать целый комплекс когнитивно-смысловых, аффективных и поведенческих особенностей, позволяющих быстро и качественно овладеть навыками любой деятельности. Так, В.А. Шамиева рассматривает ассертивность как способ повышения адаптивного потенциала человека в агрессивной среде [16]. Л.И. Анциферова связывает понятие совладения с «жизне-творческим дарованием личности» [1]. Как форму максимально адаптивного поведения (в структуре различных видов совладания со стрессом) рассматривают ассертивность такие отечественные психологи, как Г.С. Никифоров, М.А. Дмитриева, В.М. Снетков, Н.Е. Водопьянова, Е.Р. Исаева [9]. Ассертивность со способностью адаптации к стрессу (в частности, механизмом решения проблем) связывает ряд зарубежных авторов [18]. Ассертивность в русле «неприятия зла» рассматривает в своей работе И.В. Лебедева. Раскрывая понятие ассертивности, автор

указывает связь данного феномена с «ненасилием», ориентацией человека на позитивное решение ситуации, свойственное зрелой и сильной личности [7].

Однако главной особенностью ассертивного поведения человека можно считать еще одну составляющую, а именно ту, которая связана cреализацией как собственных прав, так и прав других людей [17]. В связи с активным реформированием системы МВД именно эта особенность может быть выделена как одна из важнейших составляющих деятельности современного сотрудника. Более того, формирование комплекса ассертивных качеств у сотрудника ОВД может позволить субъекту не только проявить себя в профессиональной сфере, стать более эффективным, но и реализовать себя как индивидуальность. Развитие качеств ассертивности может позволить согласовать особенности деятельности сотрудников ОВД со спецификой самой профессии без ущерба для его индивидуальной составляющей. В свою очередь, формирование ассертивных качеств у сотрудников полиции позволит развиваться самой профессии как в содержательном, так и в правовом контексте.

Список литературы

1. Анциферова Л.И. Развитие личности и проблемы геронтопсихологии. - М.: Ин-т психологии РАН, 2006. - 512 с.

2. Березин Ф.Б. Психическая и психофизиологическая адаптация человека. -Л.: Наука, 1988. - 270 с.

3. Беркалиев Т.Н., Кружелева А. А. Влияние травматического опыта на базисе убеждения сотрудников силовых структур. Ананьевские чтения - 2018: психология личности: традиции и современность: материалы междунар. науч. конф., 23-26 окт. 2018 г. / под общ. ред. Н.В. Гришиной, С.Н. Костроминой; отв. ред. И. Р. Муртазина, М.О. Аванесян. - СПб.: 2018. - 496 с.

4. Васильев В. Л. Юридическая психология: учеб. для вузов. - М.: Юрид. лит., 2001. - 640 с.

5. Гуревич К.М. Дифференциальная психология и психодиагностика. Избр. труды. - СПб.: Питер, 2008. - 336 с.

6. Каппони В., Новак Т. Как делать все по-своему, или Ассертивность - в жизнь. - СПб.: Питер, 1995. - 192 с.

7. Лебедева И.В. Мотивационные и ценностно-смысловые детерминанты развития личности // Современные исследования социальных проблем: электр. науч. журн. // Modern Research of Social Problems. - № 4 (24). - 2013. - URL: www.sisp.nkras/ru.

8. Марищук В. Л. Функциональные состояния и работоспособность // Методология исследований в инженерной психологи и психологии труда / под ред. А. А. Крылова. Ч. 1. - Л.: Изд-во ЛГУ, 1974. - С. 87-95.

9. Практикум по психологии менеджмента и профессиональной деятельности / под ред. Г.С. Никифорова, М.А. Дмитриевой, В.М. Снеткова. - СПб.: Речь, 2001. -448 с.

10. Психология. Словарь / под ред. А. В. Петровского, М.Г. Ярошевского. -2-е изд., испр. и доп. - М.: Политиздат, 1990. - 494 с.

11. Рыбников В.Ю. Психологическое прогнозирование надежности деятельности и коррекция дезадаптивных нервно-психических состояний специалистов экстремального профиля: моногр. - СПб.: С-Петерб. ун-т МВД России. 2000. - 205 с.

12. Суходольский Г. В. Введение в математико-психологическую теорию деятельности. - СПб.: Изд-во С-Петерб. ун-та, 1998. - 220 с.

13. Толочек В.А. Психология труда. - СПб.: Питер, 2017. - 480 с.

14. Трофимова Н.С. Психологическое обеспечение деятельности сотрудников патрульно-постовой службы полиции при проведении массовых мероприятий: авто-реф. дис. ... канд. псих. наук. - М., 2018. - 23 с.

15. Шадриков В. Д. Введение в психологию: мотивация поведения. - М.: Логос, 2001. - 136 с.

16. Шамиева В. А. Ассертивность в структуре личности субъекта адаптации: ав-тореф. дис. ... канд. псих. наук. - Хабаровск, 2009. - 25 с.

17. Sheinov V.P. Razrabotka testa assertivnosti, udovletvoriaiushchego trebovani-iam nadezhnos6 ti i validnosti [Development of the test of assertiveness, satisfying the requirements of reliability and validity] // Voprosy psikhologii [Questions of psychology], 2014, no. 2, p. 107-116.

18. Tanck R. H., Robbins P. R. Assertiveness, locus of control and coping behaviors to diminish tension // Educational Gerontology, 2008. Vol. 34, p. 503-519.

Статья поступила: 18.04.2019. Принята к печати: 07.05.2019