Глобализация и информационное общество: информационные технологии как один из механизмов глобальной миросистемы

Дмитрий СМИРНОВ

ГЛОБАЛИЗАЦИЯ И ИНФОРМАЦИОННОЕ ОБЩЕСТВО: ИНФОРМАЦИОННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ КАК ОДИН ИЗ МЕХАНИЗМОВ ГЛОБАЛЬНОЙ МИРОСИСТЕМЫ

Значение информации и связанных с нею технологий анализируется на основе ключевых положений миросистемной теории. Рассматривается роль информационных технологий в поддержании глобального характера капиталистической миро-экономики. Делаются выводы относительно трактовки понятий «глобализация» и «информационное общество».

The significance of information and technologies related to it are analyzed on the basis of key points of the world-system theory. The role of information technologies in maintaining the global status of the capitalist world-economy is considered. The conclusions regarding the interpretation of concepts of globalization and information society are done.

Ключевые слова:

глобализация, информационное общество, миросистема, информационно-психологическое противоборство; globalization, information society, world-system, information and psychological struggle.

Базовые понятия, которые в свое время были введены в научный оборот для объяснения актуальных и наиболее существенных процессов глобального масштаба, это понятия «глобализация» и «информационное общество». Не секрет, однако, что данные понятия имеют различные трактовки. Целью данной статьи является прояснение содержательной стороны указанных понятий через рассмотрение ключевых принципов анализа роли информации и связанных с нею технологий в процессах, составляющих суть глобализации.

Целостный анализ того, что представляет собой глобализация и чем она характеризуется, наиболее плодотворен в рамках миросистемной теории И. Валлерстайна. Согласно этой теории современный мир представляет собой глобальную капиталистическую мироэкономику. Мироэкономика является разновидностью миро-системы (world-system) и характеризуется наличием многих политических центров и культур, а также ярко выраженным осевым разделением труда. Миросистема же — «это не мировая система, а система, которая сама есть мир и которая может быть, а фактически почти всегда была меньше, чем весь мир»1.

Капиталистическая мироэкономика не являлась глобальной на протяжении большей части своей истории и изначально занимала лишь некоторые районы Европы и Америки. Расширение капиталистической мироэкономики до глобального масштаба и составляет суть процесса глобализации. Принципиальное значение при этом имеет то, что по мере развития данного процесса происходила не интеграция равных субъектов (обществ и государств) в единую систему, а включение этих субъектов в капиталистическую миро-экономику на неравных условиях.

Причина социального неравенства в рамках капиталистической мироэкономики заключается в характере разделения труда внутри нее. Речь идет о едином осевом разделении труда, которое приняло глобальный масштаб в результате того, что капиталистическая мироэкономика развивалась и расширялась. В процессе этого

1 Валлерстайн И. Миросистемный анализ: Введение / пер. Н. Тюкиной. — М. : ИД «Территория будущего», 2006, с. 211.

СМИРНОВ

Дмитрий

Николаевич —

к.полит.н.,

доцент кафедры

международных

отношений и

политологии

Нижегородского

государственного

лингвистического

университета

им. Н.А. Добролюбова

admdep@lunn.ru

расширения произошло расслоение регионов мира на три части: ядро (или центр), периферию и полупериферию. Суть отношений между данными частями состоит в перераспределении прибавочной стоимости в пользу центра; аккумулирование же прибавочной стоимости есть средство бесконечного накопления капитала, что и составляет суть капитализма.

Необходимо отметить, что миросис-темная теория фактически развенчивает представление о том, что «развивающиеся» страны идут по пути достижения одинакового с «развитыми» странами уровня развития. В новейшей истории существуют лишь единичные примеры перехода стран в зону центра: речь идет о Японии и, возможно, Южной Корее.

Таким образом, процесс глобализации не является принципиально новым для современного мира явлением. Глобализацию можно рассматривать как процесс, протекавший на протяжении веков (зарождение капиталистической мироэкономики произошло, как считается, в XVI в.). Капиталистическая миро-экономика стала глобальной в период колониального раздела мира в конце XIX — начале XX в., что также не делает современную ситуацию уникальной. В связи с этим немаловажным представляется замечание Б. Кагарлицкого о том, что нынешняя глобализация, не будучи абсолютно новым явлением, не является и принципиально необратимой1.

Тем не менее есть, как минимум, одна особенность, которая делает именно нынешнюю глобализацию до определенной степени отличной от предыдущей. Речь идет о той роли, которую играют в современной капиталистической миро-экономике информационно-коммуникационные (ИКТ) и прочие связанные с информацией технологии. Необходимо иметь в виду и то, что отношения между центром и периферией перестали быть чисто колониальными, но между ними, однако, сохраняется неравенство в силу той роли, которую они играют в миросистеме.

Сам термин «капиталистическая миро-экономика» ясно указывает на то, что ключевым субъектом глобализации является буржуазия зоны центра. Главным инструментом ее деятельности в глобальном

масштабе являются транснациональные корпорации (ТНК). И здесь обращает на себя внимание теория информациональ-ного капитализма М. Кастельса.

По Кастельсу, информациональный капитализм сочетает в себе гибкость с глобальным присутствием благодаря информационным сетям. Необходимость быстро адаптироваться к меняющимся условиям глобального рынка требует от ТНК соответствующего эффективного управления, в т.ч. эффективной работы с информацией. Информационные сети не просто были освоены ТНК для решения своих задач, они стали условием структурного перерождения самих транснациональных корпораций, выразившегося в их дебюрократизации, превращении корпораций в сети, или «горизонтальные корпорации».

Необходимо остановиться на достаточно спорном тезисе М. Кастельса об информациональном капитализме как «капитализме без класса капиталистов». У Кастельса эта ситуация обосновывается тем, что роль наемных работников-экспер-тов, эффективно действующих в сетевых связях, повысилась. Они стали реально принимать ключевые решения, в результате чего произошло «перераспределение власти от нанимателей к сетевым работ-никам»2. Тем не менее оценка данной тенденции представляется преувеличенной. На это указывает исследователь теорий информационного общества Ф. Уэббстер, подчеркивая устойчивость класса собственников (т.е. буржуазии), находящегося, как и прежде, на высшей ступени социальной структуры. Буржуазия, сохраняя преимущественное положение в системе образования, прежде всего из своих представителей формирует профессиональных топ-менеджеров, которые по определению вовлечены в процесс принятия ключевых для корпораций решений.

Было бы, конечно, большим упрощением сводить роль информации и связанных с нею технологий исключительно к оптимизации процесса управления транснациональным бизнесом. Возникают и другие вопросы: каков характер влияния информационных технологий на общественное сознание? Какова политическая роль этих технологий? И здесь снова необ-

1 Кагарлицкий Б.Ю. Марксизм: не рекомендо- 2 Уэббстер Ф. Теории информационного обще-

вано для обучения. — М. : Алгоритм, 2006. ства. — М. : Аспект Пресс, 2004, с. 139.

ходимо вернуться к характеру капиталистической мироэкономики и к одной из ее фундаментальных черт — неравенству. Корни неравенства, проявляющегося в уровне технологического развития и компетенции, следует искать как раз в социальном неравенстве внутри миросистемы. В случае с информационными технологиями речь идет об отдельно выделяемом виде неравенства — информационном (digital divide). Неравенство и конкурентная борьба — это фундаментальные черты капиталистической мироэкономики. Тот, кто в таких условиях выигрывает, аккумулирует в своих руках капитал и занимает более высокое социальное положение. Таким образом, информационно-психологическое противоборство является отражением конкурентной борьбы и социального неравенства в современной капиталистической мироэкономике.

Опасность нынешнего состояния миросистемы заключается в том, что, вновь приняв глобальный характер, она исчерпала возможности смягчения внутренней напряженности за счет расширения. Такое положение уже имело место в начале XX в. и привело к Первой мировой войне. В результате двух мировых войн в капиталистической мироэкономике образовалась брешь в виде советского блока1. Развязывание мировой войны в нынешних условиях может вообще стать концом человечества, что лишает ее какого-либо смысла. Логика миросистемы диктует необходимость вести войну безопасным для капиталистической мироэкономики и не фатальным для человечества способом. И здесь информационно-психологическое оружие вкупе с оружием экономическим можно рассматривать как дополнение к «горячей» войне, превращающейся, как следствие, в цепочку эффективных локальных спецопераций. При этом необходимо иметь в виду, что влияние на сознание использовалось

1 Кагарлицкий Б.Ю. Указ. соч.

как инструмент власти еще с докапиталистических времен (власть служителей культа), и в качестве такого инструмента оно не является уникальным явлением даже для капиталистической мироэко-номики в целом. Однако масштабное, а порой и преимущественное использование информационных технологий, в т.ч. технологий влияния на сознание, в качестве инструмента власти и конкурентной борьбы можно рассматривать как одну из особенностей нынешней глобализации.

Другим непосредственно связанным с ролью информации вопросом является значение знания в современной миросис-теме. Роль знания как ключевого ресурса современного общества подчеркивалась такими теоретиками, как Д. Белл, М. Кастельс, Э. Тоффлер. При анализе данного вопроса необходимо исходить из того, что стоимость создается всей совокупностью физических, интеллектуальных и духовных способностей человека, реализуемых в труде. Знание является, таким образом, производительной силой. Однако чтобы являться таковой, знание само должно быть произведено. Само знание, следовательно, тоже является продуктом человеческого труда, претерпевающим изменения в ходе своего исторического развития. Таким образом, знание в качестве производительной силы не является уникальным для современной глобализации явлением.

Что касается понятия «информационное общество», то оно будет более содержательным при описании частных, связанных с информацией вопросов без претензии на всеохватное теоретическое обобщение. Отправной же точкой дальнейшего, более глубокого анализа роли информации и связанных с нею технологий должен стать отказ от технологического фетишизма: информационные технологии, как и любые технологии, это не гипостазированные боги из машины, а, по существу, лишь одно из выражений социальных отношений.