На штурм неба

— А вот по этим земным часам,— Юрий чуть отвернул рукав кителя и показал обычные "штурманские" часы производства 1-го Московского часового завода,— по этим часам я следил за полетом.

— И как они после космоса?

— Ходят секунда в секунду!

(Из книги журналиста Василия Пескова "Шаги по росе".)

Спросите любого туриста-иностранца, хоть сколько-нибудь интересующегося часами, какие часы советской эпохи ему хотелось бы приобрести. Конечно, "Штурманские"! Те самые "Штурманские", легендарные "Штурманские", что были на руке Юрия Гагарина во время его исторического полета в космос. Часы, которым и повезло, и не повезло.

Повезло им тем, что они навсегда останутся в истории как первые космические часы. Также повезло, что это редкий случай, когда даже при желании к внешнему виду советских часов не придерешься — они великолепны. "Пустой" циферблат с арабскими цифрами меток часов, минутная шкала стиля "железная дорога" без упоминания "Made in USSR", набранная ступеньками надпись "Штурманские", эмблема Первого часового завода "бриллиантом", красные секундная стрелка, метка над "12" и звезда эмблемы дальней авиации, люминесцирующие (наверное, радиевые) часовая и минутная стрелки вороненой стали.

Не повезло с корпусом — он простоват: это хромированная латунь, легко подверженная коррозии. Почему не нержавеющая сталь? Непонятно. Еще этим часам не повезло в том, что их популярность и огромное к ним внимание не подкреплены вызывающей доверие информацией. Как правило, дело ограничивается лишь упоминанием имени Гагарина.

"Штурманские" — это производившиеся на Первом московском часовом заводе им. С. М. Кирова с 1949 по 1954 год наручные часы с механизмом специальной конструкции. Название "Штурманские" нельзя считать торговой маркой — часы не поступали ни в открытую продажу, ни даже в "Военторги" (специализированные военные магазины советских времен), фактически это было обозначение технического типа механизма с ручным заводом, центральной секундной стрелкой и устройством остановки секундной стрелки (если точнее — баланса) при коррекции времени. Заказчиком этих часов было Министерство обороны, и поставлялись они исключительно в ВВС. Именно поэтому один из экземпляров "Штурманских" был вручен Юрию Гагарину, окончившему Первое военно-авиационное училище летчиков им. К. Е. Ворошилова в 1957 году. Возможно, однако, что в космос Гагарин полетел с другим экземпляром "Штурманских".

Главной особенностью механизма "Штурманских" — функцией остановки секундной стрелки — сейчас никого не удивишь, эта конструкция используется во многих современных механических часах. Но для советской часовой индустрии разработка механизма, обладающего этой функцией, была достижением, особенно если учесть тот факт, что "Штурманские" были одними из первых советских часов с центральной секундной стрелкой. Правда, достижение было однобоким — такие механизмы так и не стали применять в "гражданских" часах, а в принятой в советской часовой индустрии системе индексации часовых механизмов не было даже такой позиции: "с центральной секундной стрелкой и устройством остановки секундной стрелки". Наверное, тогда считали, что это лишнее, а вот для авиаторов иметь возможность синхронизировать часы, в том числе и по сигналу точного времени, было очень важно. А как это сделаешь, если секундная стрелка не останавливается?

Возможно, из-за наличия такой функции "Штурманские" иногда называют хронографом, и даже приписывают им наличие кнопки, позволяющей останавливать и запускать секундную стрелку... Этого не было — ни хронографической функции, ни кнопки, и нужно отметить, что "Штурманские" хороши и без дополнительной функции хронографа. Если верить Юрию Гагарину, оказались они хороши и в условиях первого космического полета, который хоть и длился всего 108 минут, но доказал, что, попадая в космическое пространство, человек не погибает. И что часы в космосе не останавливаются, хотя и были определенные по этому поводу сомнения.

Космическую одиссею советских часов, начавшуюся историческим полетом Гагарина и его "Штурманских", продолжили хронографы "Стрела" также производства Первого часового завода. И продолжили не менее достойно: в 1965 году Алексей Леонов совершил первый выход в открытый космос с хронографом "Стрела", надетым поверх рукава скафандра. Советские часы доказали, что они способны показывать верное время и в открытом космосе. В дальнейшем руководство космической отрасли, по-видимому, не посчитало нужным каким-либо образом регламентировать то, какими часами должны были пользоваться на орбите советские космонавты. И они брали с собой в полет часы и отечественных марок, и зарубежных, и "механику", и "кварц". Зарубежные часовые марки — швейцарские Omega, Breitling и Fortis — гораздо более целенаправленно использовали в своих интересах космическую тематику по сравнению с советскими часовыми заводами, и более всего преуспела компания Omega, отправившая свои хронографы Speedmaster на Луну вместе с американскими астронавтами. "Лунные часы" Omega не просто летали туда и обратно, во время полета "Аполлона-13" по хронографу Speedmaster проводилась коррекция орбиты, сделавшая возможным возвращение астронавтов на Землю. Спасение лунной экспедиции стало третьим великим достижением часовой индустрии, связанным с покорением человечеством космического пространства. И вряд ли история космических свершений в часовом деле на этом завершится.

"Стрела" Алексея Леонова

Алексей Леонов родился 30 мая 1934 года в селе Листвянка Тисульского района (в настоящее время Кемеровская область) девятым ребенком в семье. Жил в Кемерово, потом в Калининграде. В 1957 году окончил Чугуевское военное авиационное училище летчиков, в 1960-м был зачислен в первый отряд космонавтов. 18-19 марта 1965 года совместно с Павлом Беляевым совершил полет в космос в качестве второго пилота на космическом корабле "Восход-2". Леонов первым в истории космонавтики совершил выход в открытый космос, его прогулка за пределами корабля длилась 12 минут 9 секунд. Возвращаясь обратно в космический корабль, космонавт застрял — раздувшийся от внутреннего давления скафандр не позволил ему пролезть в шлюз. Стравив воздух из скафандра и наплевав на инструкции, предписывающие залезать в люк ногами вперед, Леонов пролез вперед головой, чем определенно спас себе жизнь. Но на этом приключения Леонова и Беляева не закончились. Во время посадки отказала автоматическая система ориентации, и космонавтам пришлось приземляться вручную. В итоге сесть удалось в глухой тайге в 180 км от Перми, и космонавты две ночи провели на морозе, ожидая, пока спасатели на лыжах пробьются к ним и вырубят площадку для посадки вертолета.

История умалчивает, на какие часы смотрел Леонов, ожидая спасателей в тайге. Но известно, что в открытый космос он выходил с часами 1-го московского часового завода "Стрела" 3017, прикрепленными к рукаву скафандра. Часы имели механизм на 19 камнях, однострелочный секундомер и 45-минутный счетчик минут, все это размещалось в хромированном корпусе. Циферблат был снабжен дополнительной телеметрической шкалой и шкалой тахометра. Часы "Стрела" предназначались исключительно для командного состава ВВС и выпускались с военной приемкой. Они использовались советскими космонавтами вплоть до конца 70-х.