Христианский эстетический аспект в отечественной культуре и искусстве

ДУХОВНОЕ НАСЛЕДИЕ И КУЛЬТУРА

Шафажинская Н. Е.

Христианский эстетический аспект в отечественной культуре и искусстве

Христианские ценности предопределили новые подходы к пониманию природы творчества, искусства и наполнили принципиально иным духовным содержанием практически все сферы русской жизни, образования, воспитания и культуры в целом 1. Тема духовных и нравственных исканий, стремление человека к совершенствованию, бо-гопознанию, постижению истинного смысла бытия на протяжении многих веков являлась лейтмотивом отечественной культуры и философской мысли. В возвышенном характере русской классической литературы, живописи, музыки отразились глубинные религиозные чувства героев и авторов произведений, что подтверждает исключительную духовно-культурную и психологическую значимость имманентно присущей каждому индивиду сакральной устремлённости в решении важнейших экзистенциальных и онтологических вопросов. Поэтам и писателям, обладающим чуткой восприимчивостью к событиям окружающего и собственного внутреннего мира, а также способностью погружаться в сферу трансцендентных представлений, свойственно художественно-образное, утонченно-эстетическое воплощение субъективных богооткровенных переживаний 2.

Выдающийся поэт Серебряного века О. Э. Мандельштам (18911938) в своих взглядах на природу искусства предлагает несколько неожиданный для представителя светской культуры подход к исследованию природы творческой деятельности личности как сакральному феномену, имеющему религиозное происхождение. Поэт и мыслитель раскрывает сущность эстетики христианского искусства через постоянное действие, основанное на великой христианской

1 Шафажинская Н. Е. Монастырская просветительская культура России. М., 2013.

2 Шафажинская Н. Е. Тема духовного поиска в русской литературе и философ-

ской мысли // Вестник МГУКИ. 2013. № 1. С. 41-46.

идее искупления. Само искусство, в понимании Мандельштама,— это бесконечно разнообразное в своих проявлениях «подражание Христу», «вечное возвращение к единственному творческому акту, положившему начало нашей исторической эре». Христианское искусство само по себе чуждо всякой идее закрепощения творческого духа — оно свободно, и «никакая необходимость, даже самая высокая, не омрачает его светлой внутренней свободы, ибо прообраз его, то, чему оно подражает, есть само искупление мира Христом. Итак, не жертва, не искупление в искусстве, а свободное и радостное подражание Христу — вот краеугольный камень христианской эстетики...» 3 Мандельштам — поэт и философ — прибегает к религиозно-художественным аналогиям, называя искусство «радостным богообщением», а христианских художников — «как бы вольноотпущенниками идеи искупления, а не рабами и не проповедниками». Поэт определяет всю двухтысячелетнюю культуру, сложившуюся и развившуюся «по чудесной милости христианства», через категорию свободы: христианская культура — это «отпущение мира на свободу», а не жёсткое её регламентирование поверхностно и механически воспринимаемой системой догматов. Образность поэта гармонично соотносится с его открытостью и доверительностью Отцу — Божеству, которое «играет с нами» для духовного веселья, для свободного «подражания Христу» 4. По этой причине христианская культура, по мнению поэта, не может быть подвержена «внутреннему оскудению» — она бесконечна, неиссякаема и торжествует над временем. Любое проявление прекрасного в «земном», материальном воплощении с позиций христианской эстетики есть отражение абсолютной гармонии, красоты Божественного творения, поэтому прекрасное в мире в «прямом видении», непосредственно-доступном, чувственном восприятии может выражаться в различных эстетических формах как своеобразных проекциях надмирного бытия.

12 Интересно сопоставить данную точку зре-

ния с позицией религиозного философа и богослова Г. В. Флоровского, высказанной им в работе «Идея творения в христианской философии»: христианская эстетика опредмечивается в акте

3 Мандельштам О. Э. Сочинения: в 2 т. Проза. М., 1990. Т. II. С. 158-159.

4 Там же. С. 158.

свободного выбора субъекта творческой деятельности, при этом его собственная сущность и подлинность бытия подтверждается личной свободой, которая значительно «больше, чем воля предпочесть пассивность или выбор» 5. Как видим, позиция богослова и взгляды светского поэта, признающего религиозный генезис природы художественно-эстетического творчества, совпадают. Именно со свободой связано важнейшее качество человеческой экзистенции — способность к фантазии, творческому воображению — этому уникальному свойству подлинного человеческого разума, которым восхищались все философы прошлых веков и Нового времени 6. О величии одухотворённого человеческого разума писал и Мандельштам: в отличие от внешнего закона Ветхого Завета, христианство утверждает внутреннюю благодать, а именно личную свободу воли, нравственный императив свободного выбора и творческого самовыражения.

Уместно в этой связи вспомнить, что само понятие религиозного творчества, теснейшим образом связанное с понятием духовной культуры, восходит к историко-философским идеям Вильгельма фон Гумбольдта (1767-1832). Согласно сформулированной им теории исторического познания, всемирная история есть результат деятельности духовной силы, лежащей за пределами познания, которая проявляет себя через творческие способности и личные усилия отдельных индивидов. Плоды этого сотворчества составляют духовную культуру человечества, в значительной степени определяя содержание его психологического, морально-нравственного и эстетического мировосприятия. Духовная, а конкретно религиозная культура, формируется благодаря тому, что человек не ограничивает себя лишь чувственно-внешним опытом и не отводит ему преимущественного значения, а признаёт основным и руководящим тот духовно-нравственный опыт, который детерминирует смысл и высшую цель внешнего, чувственного опыта. По красноречивому высказыванию И. А. Ильина, духовная культура — это гимн, всенародно пропетый в истории Творцу всего и всех 7. Именно духовность характеризует, представляет индивидуальность, неповтори-

5 Флоровский Г. В. Вера и культура. СПб., 2002. С. 316.

6 Сапунов Б. М. Из хаоса информации к Логосу культуры: философско-исторические очерки. М., 2012.

7 Ильин И. А. Путь к очевидности. М., 1992.

мость, исключительность человека, его целостность на протяжении всего жизненного пути — это то, что называется идентичностью. Вместе с тем, душа человека и духовность как её производная находятся в постоянном, непрерывном движении. В результате этого, оставаясь в своей сущности постоянной, душа, духовность, наполняется новым содержанием, обогащается, созревает до высших истин, преображается или обедняется, «умирает» раньше тела. Зарождение и обновление духовности, формирование «нового» духовного «внутреннего» человека — это такой же, если не более таинственный процесс, как и рождение физической, телесной жизни. Этот процесс в богословии, в психологии и философии обозначается понятием «духовной жизни». Духовная жизнь не ограничивается лишь внутренним миром человека, его психикой — её сфера значительно шире. По определению И. А. Ильина, «духовность глубже, могущественнее, богаче, значительнее и священнее. Духовный человек научается преклоняться перед Богом, чтить самого себя, владеть и ценить духовность во всех людях и желать творческого раскрытия и осуществления духовной жизни на Земле» 8.

Эти идеи были не только созвучны мироощущению Мандельштама, но явились духов -ным наполнением всей его творческой жизни. Христианское искусство Мандельштам определяет как «чистое искусство», называя его в полном смысле «искусством ради искусства». Поэт обосновывает свою позицию тем, что «никакая необходимость, даже самая высокая, не омрачает его светлой внутренней свободы, ибо прообраз его, то, чему оно подражает, есть само искупление мира Христом» 9. Идея искупления, таким образом, пронизывает всю христианскую культуру, определяя её духовную основу. Однако, нельзя с такой же убедительностью, по мнению мыслителя, указать на то обстоятельство, что своим характером вечной свежести и неувядаемости европейская культура обязана милости христианства в отношении к искусству. Свои рассуждения по этому поводу поэт направляет, в частности, в сферу музыкального творчества, в которой область христианской динамики, эволюция духа в качестве свободной

8 Ильин И. А. Путь духовного обновления. О вере // Ильин И. А. Путь к очевидности. Мюнхен. М., 1993. С. 136.

9 Мандельштам О. Э. Сочинения: в 2 т. Проза. М., 1990.

Т. II. С. 158.

самореализации и полного самовыражения искупительной стихии изучена ещё недостаточно. Во времена античности музыка воспринималась как стихия разрушительная, опасная, оказывающая соблазняющее воздействие на человека, пробуждая его неконтролируемую энергию. Настороженное и недоверчивое отношение к музыке как «тёмной» силе было столь велико, что государственная власть, монополизировав её, стала использовать музыкальный лад в качестве инструмента для поддержания политического порядка и гражданской гармонии — эвномии («благозакония»). Но даже в таком виде в Элладе музыка не обладала самостоятельностью — она обязательно связывалась словом, её постоянным спутником. Именно с приходом христианства, согласно идеям О. Э. Мандельштама, наступает эпоха «чистой музыки», неведомая ранее эллинам. Только глубинные трансформации, превратившие Элладу в Европу, позволили «горному озеру христианской музыки отстояться» и выразить торжество личного спасения. Мандельштам декларирует истинность эстетики христианской гармонии, полагая, что её метафизическая сущность теснейшим образом связана с христианским пониманием времени. При этом гармония квалифицируется поэтом как «кристаллизовавшаяся вечность», находящаяся в «поперечном разрезе времени, который знает только христианство» 10. Христианской идеей воплощённого Логоса проникнуты размышления Мандельштама о природе всего искусства, духовной культуре и духовной жизни человека, даже, если религиозно-христианский дискурс прямо, буквально не выражен в тексте его произведений. Но очевидна возвышенность и его интеллекта, и его поэзии, и его личного подвига.

Эта величественность и значимость духовной жизни, единство внутреннего содержания и внешних форм её воплощения в объективном мире и представляет собой культурно-творческую деятельность, в результате которой создаются все подлинно гуманистические ценности в мире. Такой вывод правомерно сделать о зна- 13 чимости христианского искусства в представлениях о природе культуры О. Э. Мандельштама.

Проиллюстрируем значимость данного подхода фактами эволюции русского музыкального искусства в разные эпохи. Благодаря христианизации Древней Руси, духовное музыкальное

10 Там же. С. 161.

14

творчество, соединённое со словом, его нравственно-смысловым содержанием, сыграло значительную роль в становлении песенной хоровой культуры, в формировании личности и творчества многих церковных и светских деятелей. Кроме того, оно явилось морально-этическим, художественно-эстетическим основанием классической музыки новейшего времени. Православное русское хоровое искусство также создавалось на основе церковного пения. Здесь, как и в храмовом зодчестве, и в иконописи, проявились талантливые творцы. Формы русского церковного песнопения складывались постепенно до XVIII в. включительно. Так, в «Повести временных лет» Нестора Летописца упоминается факт, согласно которому ещё при Киевской Десятинной церкви — первой церкви на Руси — уже были созданы хор и певческая школа 11. Воздействуя на психологию человека наряду с другими составляющими религиозного искусства, церковное песнопение возвышало, облагораживало душу, настраивало личность на глубокие духовные переживания и формировало высокие нравственные чувства. Известно, что один из образованнейших представителей «золотого века» русской святости преподобный Иосиф Волоцкий, благодаря развитию своего певческого таланта, внёс немалый вклад в русскую культуру, развивая церковное хоровое искусство. Как повествуется в жизнеописании святого, его голос «подобно ласточке вился» под сводами храма во время церковной службы, а дошедшие до нас напевы Иосифо-Волоцкого монастыря, записанные крюковой нотацией преподобного Иосифа, в настоящее время являются объектом научного исследования специалистов в области духовной и церковной музыки 12.

Трудно переоценить роль хорового пения в становлении нравственной, профессиональной и всей русской музыкальной культуры в целом. В крупных соборах и монастырях существовали певческие школы, в которых уже в XVI — начале XVII в. музыкально одарённые дети получали музыкальное образование. Церковные хоры, прошедшие долгий путь развития, выросли до уровня коллективов, широко известных во всей России и за рубежом. Этому немало способствовало то, что Византийское

11 Успенский Н. Древнерусское певческое искусство. М., 2001.

12 Александрова Т. Л., Суздальцева Т. В. Преподобный Иосиф Волоцкий и созданная им обитель. М., 2004.

пение пришло в нашу страну, уже обладающую богатой народной музыкальной культурой. В хор приходили люди с высокими духовными потребностями, чьё богообщение и нравственный рост осуществлялись именно через церковное пение. Кроме того, часто хором руководили сами авторы — известные композиторы, заботящиеся о профессиональном совершенствовании исполнителей. В XIX столетии резко возросло число церковных и монастырских хоров, обладающих высоким мастерством. Это были хоры Успенского собора и храма Xриста Спасителя в Москве, хоровые коллективы Александро-Невской Лавры, Исаакиевского и Казанского соборов в Петербурге и многие другие. В них считали для себя честью выступать солисты Большого и Мариинского театров. Глубокое влияние церковное хоровое пение оказало на великого русского поэта А. А. Блока (1880-1921), который после одного из посещений богослужения создал знаменитое лирическое стихотворение «Девушка пела в церковном хоре».

Новый расцвет духовной музыки — это вторая половина XVIII — XIX вв.— тесно связан с именами крупнейших деятелей музыкальной культуры — М. С. Березовского (1745-1777) и Д. С. Бортнянского (1751-1825), чей высокий профессионализм способствовал созданию классического типа русского концерта духовной музыки. Концерт М. С. Березовского (одного из видных выпускников Киево-Могилянской академии) под названием «Не отвержи мене во время старости» — это проникновенная мольба к Богу, глубокое одухотворённое сочинение, ставшее в один ряд с лучшими произведениями отечественной музыкальной культуры. Отдельную эпоху в истории церковной и духовной музыки составляет творчество Д. С. Бортнянского, нравственное и профессиональное становление которого с семилетнего возраста проходило в процессе его обучения в Придворной певческой капелле. В дальнейшем для совершенствования своего мастерства он был направлен в Венецию. Бортнянский стал первым композитором, занимавшимся обработкой старинных церковных распевов. Воссозданные им распевы «Вечная память», «Под Твою милость» и другие стали общественным, народным национальным достоянием. Во многих произведениях Д. С. Бортнянского воплощены философские темы и высокие моральные идеи, близкие рус-

скому народному духу, отражённому именно в церковном музыкальном искусстве. Глубокое психологическое воздействие на П. И. Чайковского (1840-1893) оказал один из лучших концертов Бортнянского «Скажи ми, Господи, кончину мою». Созидательное духовное влияние на формирование нравственности и профессионализма деятелей музыкальной культуры оказало творчество П. И. Турчанинова (1779-1826), принявшего впоследствии сан священника и ставшего регентом митрополичьего хора в Петербурге. Правомерно считать достоянием мировой духовной музыки созданные им ирмосы (греч. «сплетения») Великого Четверга и Великой Субботы. В истории русской культуры, безусловно, памятно и имя А. Д. Кастальского (1856-1926), ученика П. И. Чайковского и С. И. Танеева (18561915), внёсших весомый вклад в духовное музыкальное искусство. Произведения Кастальского «Сам един еси безсмертный», «Свете тихий», знаменитый церковный напев «Ныне отпущаеши», «Милость мира», «Достойно» — остались непревзойдёнными по своему стилю и художественно-эстетическим достоинствам.

Есть свидетельства о том, что когда С. В. Рахманинов (1873-1949) работал над своим знаменитым «Всенощным бдением», то неоднократно обращался за советами к А. Д. Кастальскому. В конце ХК столетия к деятельности в Придворной певческой капелле были привлечены известные композиторы М. А. Балакирев (1836-1910) и Н. А. Римский-Корсаков (1844-1908), трудами которых исполнительская культура хора неуклонно совершенствовалась. Московский Синодальный хор достиг высочайшего уровня благодаря и такому видному деятелю в сфере духовной музыки, как С. В. Смоленский (1848-1909). Осознавая нравственное влияние на слушателей и самих исполнителей церковного песнопения, Смоленский тщательно исследовал и собирал памятники духовного музыкального искусства России и создал при училище богатейшую библиотеку церковных музыкальных произведений. Такую же активную деятельность осуществлял В. С. Орлов (1856-1907), который, будучи сыном дьячка, сам в детстве пел в Синодальном хоре, окончил духовную школу, а в дальнейшем — Московскую консерваторию. Он был одним из лучших учеников П. И. Чайковского.

В 1899 г. Синодальный хор под управлением В. С. Орлова выступал с концертом духовной

музыки в Вене и достойно представил русскую культуру и искусство за рубежом. Успех исполнения хора был огромен, о чём красноречиво писали музыкальные критики: «Ансамбль хора, от первых сопрано до низких, глубоких, как пропасть, настоящих русских богатырей — басов, так хорош, что кажется, будто слушаешь великолепный, замечательно чисто настроенный орган» 13. Концерт хора В. С. Орлова по-новому раскрыл облик русской культуры, утвердил репутацию русского церковного хорового искусства и продемонстрировал шедевры русской духовной музыки в национально-самобытном стиле. Несомненный вклад в нравственную и профессиональную культуру исполнителей и слушателей, осуществлённый благодаря популяризации духовной музыки, принадлежит многим светским композиторам.

М. И. Глинка (1804-1857), творчество которого взросло на почве русской народной песенности и впитало традиции древнерусского церковного искусства, создал немало шедевров, обогативших мировую культуру. К церковной музыке Глинки относятся шестиголосная «Херувимская», «Екти-ния», «Литургия», трио для мужских голосов «Да исправится». В плеяду светских музыкальных художников, опирающихся в своём творчестве на духовные основания национальной культуры, входит и великий композитор России М. П. Мусоргский (1839-1881), оказавший заметное влияние практически на всех видных композиторов ХХ в. Мусоргский является автором целого ряда духовных произведений. В одном из них — «Иисус Навин» — дан психологический музыкальный портрет известного библейского героя, вождя и пророка, в интерпретации автора с позиций двухтысячелетней христианской истории.

Отметим, что в творчестве П. И. Чайковского духовная музыка занимает также одно из центральных мест: известна его «Литургия Иоанна Златоуста», где композитор использует творчески интерпретированные им древнейшие русские распевы. В 1886 г. Чайковским написано «Всенощное бдение», а его утренняя и вечерняя 15 молитвы из «Детского альбома» стали не только образцами гениальной духовной музыки, но и свидетельством того, что ближайший путь к Богу — в молитве и музыке. Велика сила психологического воздействия кантат С. И. Танеева

13 Колбовский Ю. А., Степанова Т. А. Православие и русская культура. Ярославль, 2004. С. 257-258.

(1856-1915) «Иоанн Дамаскин», «По прочтении псалма» и свыше сорока хоровых произведений а саре11а.

В области духовного музыкального искусства более позднего периода XX столетия выделим творчество выдающегося композитора и пианиста С. В. Рахманинова (1873-1943). Его поэма «Колокола» для хора и оркестра, хоры а саре11а «Литургия Иоанна Златоуста», «Всенощное бдение» считаются шедеврами не только духовной музыки, но и русской классики. Следует отметить большой интерес к религиозной теме русского композитора новейшего времени И. Ф. Стравинского (1882-1971), которым были созданы «Симфония псалмов», кантата «Вавилон», «Плач пророка Иеремии», «Священное песнопение» и другие произведения. И ныне живущие композиторы-классики в своём музыкальном творчестве нередко обращаются к теме духовно-религиозных переживаний. Так, один из выдающихся композиторов современности Р. К. Щедрин (р. 1932) создал ряд произведений жанра церковного искусства к 1000-летию Крещения Руси. В его творчестве соединилось замечательное литературное сочинение Н. С. Лескова (1831-1895) «Запечатленный ангел» и русский партесный концерт. Отметим ещё один аспект обсуждаемой темы: на выбор предпочтений художника и исполнителя духовного музыкального произведения оказывает влияние колокольный звон как существенный элемент богослужения. Так, звон 35-тонного, отлитого в 1668 г. лучшим в ту эпоху мастером А. Григорьевым, Большого Благовестного колокола Саввино-Старожевского монастыря, восхищал красотой своего тембра выдающегося, всемирно известного певца Ф. И. Шаляпина (1873-1938), который вслушивался в его звучание и воспринимал его как духовный и музыкальный камертон. Звон этого знаменитого колокола записывал на ноты видный композитор А. К. Глазунов (1865-1936) 14. Несомненное влияние духовной музыки на содержание и развитие своего твор-16 чества испытали видные иерархи Русской Пра-

вославной Церкви, которые сумели органично соединить церковное музыкальное искусство с пастырским служением.

Из когорты выдающихся церковных деятелей незаурядным вокальным талантом обладал Патриарх Московский и всея Руси Сергий (Страгородский) (1867-1944). Ярко проявилась творческая музыкально-эстетическая направленность будущего Патриарха Пимена (Извекова) (1910-1990), реализовавшаяся в церковном певческом хоровом искусстве. Он пел в архиерейском хоре Богоявленского собора, руководил хором в московском храме Пимена Великого, а в дальнейшем управлял церковными хорами в иных московских храмах, продолжая лучшие традиции русских церковных дирижёров. Из современных иерархов Русской Церкви плеяду наиболее одарённых церковных композиторов по праву представляет митрополит Иларион (Алфеев), автор музыкального произведения «Страсти по Матфею». «Страсти по Матфею» митрополит Илларион написал в Вене, когда был епископом Венским и Австрийским. Впервые его оратория была исполнена пять лет назад в Москве, затем в Риме и с тех пор стала одним из знаменитых и признанных произведений своего жанра в современном искусстве.

Обобщая вышесказанное, правомерно сделать вывод о том, что отечественная культура, в частности, музыкальная, обогащённая христианскими идеями и высокими нравственными смыслами, представляет собой уникальную ценность не только как национальное, но и общемировое достояние. Пристальное внимание человека к своей надмирной сущности, внутреннее самоуглубление, возвышенность, устремлённость к истине и подлинно прекрасному свидетельствует о том, что отечественная классическая культура всегда была и остаётся «незримой ступенью» к духовному поиску и нравственному восхождению.

14 Саввино-Сторожевский монастырь. История. Издательский отдел Саввино-Сторожевского Ставропигиаль-ного мужского монастыря, 2006. С. 256.