Россия и США поделили борьбу с терроризмом

Глава МИД РФ Сергей Лавров вчера на министерском заседании Совета Безопасности ООН представил подготовленный Москвой проект резолюции "О координации действий всех сил, которые противостоят "Исламскому государству" и другим террористическим структурам". Среди выдвинутых инициатив — объединение усилий всех, кто готов внести вклад в борьбу с исламистами, совместное противодействие спонсорам террористов, формирование единого списка иностранных боевиков, а также активизация межсирийских переговоров. Днем ранее встречу на эту же тему организовала в рамках 70-й сессии Генассамблеи ООН американская делегация, уделив ей куда больше внимания, чем заседанию Совбеза. За тем, как РФ и США вместе и по отдельности искали пути борьбы с терроризмом, наблюдал в Нью-Йорке корреспондент "Ъ" ПАВЕЛ ТАРАСЕНКО.

Вчерашнее заседание на тему "Поддержание международного мира и безопасности: урегулирование конфликтов на Ближнем Востоке и в Северной Африке и борьба с террористической угрозой в регионе" российские дипломаты заранее называли ключевым событием председательства РФ в Совбезе ООН, продолжавшегося месяц. До начала встречи постпред РФ при ООН Виталий Чуркин рассказал, что тема вызвала ажиотаж: в список выступающих записались представители примерно 60 стран.

Первым после генсека ООН Пан Ги Муна на правах представителя страны--председателя Совбеза выступил Сергей Лавров. Он рассказал, что за год ситуация на Ближнем Востоке и в Северной Африке "деградировала" и "вплотную подошла к черте, за которой можно говорить о разрушении политической карты региона". Причину этого министр видит в том, что игроки на международной арене не хотели или не могли смотреть "хотя бы на два-три шага вперед". Кроме того, к каждому из конфликтов они подходили "без увязки с общим региональным и историческим контекстом". "В свое время так "занимались" Ираком, потом — Ливией, Йеменом, Ливаном, Сирией, каждый раз убеждая друг друга в том, что вот решим эту конкретную проблему и все встанет на свои места",— сказал он.

Результатом такой политики и стал рост "Исламского государства" — запрещенной в РФ группировки, обладающей, по словам министра Лаврова, "отлаженным репрессивным аппаратом, стабильными источниками доходов, хорошо оснащенной армией и элементами оружия массового уничтожения". "Ячейки ИГ обживаются в Ливии, Афганистане, других странах, заявляют, что в их планах захват Мекки, Медины, Иерусалима, распространение своей зловещей активности на Европу, Центральную и Юго-Восточную Азию, Россию",— перечислял глава МИДа. Упомянул он и проблему наплыва в Европу мигрантов, резюмировав: "Останавливать надо не беженцев, а террористов и порождающие их войны".

Выходом из ситуации, как считают в Москве, могла бы стать реализация инициатив, записанных в проекте резолюции СБ ООН "О координации действий всех сил, которые противостоят ИГ и другим террористическим структурам". Разработанный Москвой документ, как рассказал вчера Сергей Лавров, будет обсуждаться в октябре. Ключевые шаги, зафиксированные в нем,— объединение и координация усилий тех, кто "способен внести вклад в борьбу с ИГ", и активизация межсирийского диалога на основе Женевского коммюнике от 30 июня 2012 года.

По первому пункту согласия пока нет: Москва выступает за то, чтобы к участию в коалиции среди прочих были допущены вооруженные силы Ирака и Сирии, США же возможность координации с войсками Башара Асада отвергают. По второму вопросу единства немного больше: ранее собеседники "Ъ" в МИД РФ утверждали, что заявления американского руководства (например, о необходимости немедленной отставки Башара Асада) противоречат женевским договоренностям. Слова госсекретаря США Джона Керри о том, что Вашингтон будет добиваться "плавного перехода" власти в Сирии (см. материал на 3 полосе), этим договоренностям в принципе соответствуют.

Среди выдвинутых вчера Сергеем Лавровым инициатив — совместное противодействие финансированию терроризма (строгое соблюдение санкций против физических и юридических лиц, ведущих торговлю с ИГ, а также "задействование потенциала" группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег), включение ИГ в качестве отдельного фигуранта в антитеррористический список Совбеза ООН, формирование единой базы данных об иностранных боевиках ИГ, а также борьба с "подстрекательством к терроризму". "Многонациональная и многоконфессиональная Россия имеет поистине уникальный опыт успешного сосуществования различных этносов и религиозных общин. Этим опытом мы готовы делиться",— пояснил последний тезис Сергей Лавров.

Глава МИД КНР Ван И инициативы Сергея Лаврова поддержал, попытавшись также донести до участников заседания мысль о том, что "нельзя стоять в стороне от кризиса (на Ближнем Востоке.— "Ъ"), но нельзя и произвольно вмешиваться в ситуацию". Глава МИД Франции Лоран Фабиус, наоборот, занял предельно жесткую позицию: несколько раз назвал Башара Асада "палачом Сирии" и заверил, что именно "при потворстве его режима процветает ИГ". В схожем духе высказался министр иностранных дел Британии Филип Хэммонд.

Госсекретарь США Джон Керри пришел на заседание спустя час после его начала, из-за чего пришлось перестроить изначально согласованный порядок выступлений. Выразив признательность России за то, что она "сочла важным сосредоточить внимание" на теме борьбы с терроризмом, господин Керри рассказал о необходимости выработки общего подхода к проблеме, призвал к усилению борьбы с коррупцией и пропагандой исламистов, упомянул о гуманитарной катастрофе, которая "разворачивается сразу во многих местах". Говоря о начатых Россией авиаударах, Джон Керри заявил: Вашингтон поддерживает их, но только если истинная цель этих ударов — борьба с ИГ, а не поддержка режима Башара Асада. "ИГ победить не удастся, пока Асад остается президентом",— заверил госсекретарь и добавил, что "ответ на гражданскую войну в Сирии" на основе альянса с президентом этой страны найти невозможно. Сергей Лавров слушал выступавшего максимально невозмутимо.

Приняв участие в заседании Совбеза, американцы куда больше внимания уделили другому мероприятию по борьбе с терроризмом — созванному во вторник по их инициативе саммиту, участие в котором приняли представители примерно ста государств. Открывая встречу, президент США Барак Обама призвал к глобальному ответу на угрозу, которая исходит от ИГ, "Боко-Харам" и других террористических организаций. Он признал, что победа в этой борьбе — "непростая задача", а ее выполнение "займет время".

На встрече король Иордании Абдалла II назвал ИГ "величайшей глобальной угрозой нашего времени". Лидеры арабских государств говорили о необходимости усиления военной и финансовой поддержки их борьбы с исламистами. Европейцы делали упор на внутренних проблемах: потоке беженцев из-за войны в Сирии. Сам Барак Обама рассказал, что борьба с ИГ должна включать в себя различные компоненты — как военный, так и экономический,— а также поддержку демократических изменений в странах Ближнего Востока.

Российский делегат на встрече присутствовал, однако Москва изначально выступала против такого формата дискуссии. Особое недовольство вызвало то, что среди участников встречи был представитель Косово — эта частично признанная республика членом ООН не является. Комментируя это, Виталий Чуркин обвинил США в "грубом неуважении" к ООН и генсеку Пан Ги Муну.

Так или иначе, несмотря на прошедшее "соревнование" между посвященными одной и той же проблеме мероприятиями, звучавшие и там и там слова были похожи. Едва ли не все участники 70-го заседания Генассамблеи согласны, по крайней мере публично, что радикальные исламисты — это одна из главных угроз современности, серьезная борьба с которой должна была начаться еще вчера. Но начинается, похоже, только сейчас.