2018. 04. 009. Лошкарева М. Е. Особая страна: из политической и правовой истории средневекового Уэльса (хii-хiv вв. ). - М. ; СПб. : Центр гуманитарных инициатив, 2017. - 203 с

некоторым императорам удавалось максимально заручиться поддержкой легионов, один неверный шаг мог привести к неминуемой гибели.

Н.А. Морозов

СРЕДНИЕ ВЕКА И РАННЕЕ НОВОЕ ВРЕМЯ

2018.04.009. ЛОШКАРЕВА М.Е. ОСОБАЯ СТРАНА: ИЗ ПОЛИТИЧЕСКОЙ И ПРАВОВОЙ ИСТОРИИ СРЕДНЕВЕКОВОГО УЭЛЬСА (Х11-Х1У вв.). - М.; СПб.: Центр гуманитарных инициатив, 2017. - 203 с.

Ключевые слова: средневековый Уэльс; правовая культура; политическая история; мифология; О. Глендур.

Исследование канд. ист. наук М.Е. Лошкаревой сфокусировано на проблемах местной правовой культуры и политической истории и мифологии средневекового Уэльса. В качестве нижней временной границы выбран XII в. - время доминирования в Уэльсе княжеств Гвинеда, Поуиса и Дехейбарта, а также складывания валлийской правовой традиции. Верхней границей автор определяет начало XV в., когда имело место последнее и самое мощное в истории Уэльса антианглийское восстание под предводительством Ойвана Глендура (в английских источниках известен под именем Оуэна Глендауэра. - Прим. реф.). Работа состоит из введения, восьми параграфов и списка библиографии.

Первые два параграфа посвящены истории Уэльса в ХП-ХШ вв. Отмечается, что с 1098 г. весь Уэльс надолго разделился на три части: Марку (область, принадлежавшая англо-норманнским лордам, управлявшуюся по особому законодательству - Обычаю Марки), Коронный Уэльс (валлийские земли, принадлежавшие английской короне), и Исконный Уэльс (земли, оставшиеся под управлением валлийских династий, где применялось традиционное валлийское право).

Отдельная часть исследования (параграфы 3 и 9) посвящена валлийской литературной традиции, в которой одной из главных тем становится противостояние Уэльса Англии. Традиция берет начало в VI в., ее стержнем является вера в непременную победу

бриттов (когда-то властителей всего острова, потомками и наследниками которых считали себя валлийцы) над саксами, изгнавшими валлийцев с родной земли. Именно этот миф определил популярность жанра пророчеств в валлийской литературе. Традиция приписывать поэту роль пророка восходит к кельтским друидам.

Автор выделяет две наиболее важные составляющие данного мифа: память о королевстве Северной Британии (V-VII вв.) и память о завоевании Британии Римом. Триумф бриттов должен был быть связан с возвращением великих героев Кинана или Кадваладра, Овайна или Артура. Их возвращению должны были предшествовать страшные катаклизмы, несчастья, кровопролития. Автор подчеркивает, что «в условиях постоянного страха перед потерей национальной индивидуальности, утратой социальных и культурных ценностей развитие подобного мифа было явлением закономерным» (с. 56). М. Лошкарева отмечает, что ни одна из дошедших до нас валлийских пророческих поэм не датируется временем ранее 1Х в.

Первое из сохранившихся валлийских пророчеств о победе валлийцев содержится в «Historia Brittonum», приписываемой Нен-нию (1Х в.). Юный пророк Амброзий разъясняет королю бриттов Гвортиргерну суть увиденного им знамения: борьбу белого и красного драконов (символы Англии и Уэльса) - и предрекает победу белому дракону. То же пророчество использовано Гальфридом Монмутским в «Истории бриттов». Автор приводит выдержки из поэзии Кэнтелойя Маура (1155-1200) об Овайне Гвинедском и битве за Тегейнгл, где эта битва уподобляется битве драконов: Восточного (символизирует Генриха II Плантагенета) и Западного (символизирует Овайна Гвинедского). К началу ХШ в. Гвинед окончательно занял лидирующее положение в Уэльсе. Принцы гвинедской династии не только подчинили своей власти весь Исконный Уэльс, они предприняли попытки укрепить свой феодальный статус по отношению к английской короне. Проблема статуса княжества Уэльс была ключевой в англо-валлийских отношениях вплоть до завоевания Уэльса Эдуардом I.

Автор отмечает, что консерватизм является характерной чертой валлийской литературной традиции, существовавшей в таком виде вплоть до ХГУ в. Стихотворные формы по большей части представляют собой аллегории и сложны для толкования, посколь-

ку имена реальных или выдуманных героев и их врагов заменены анималистическими символами. Во второй половине XIV в. пророчества обретают нового героя, Овайна Логоха, - последнего представителя гвинедской династии. После потери независимости в 1283 г. все надежды валлийцев были связаны с появлением освободителя, на это, в их понимании, указывали трагичные события XIV в.: неурожаи, связанные с изменением климата, эпидемии чумы. Смерть Овайна ап Томаса ап Родри (при загадочных обстоятельствах) традиционно трансформировалась в миф: Овайн Логох становился «спящим героем», ожидающим часа своего возрождения в своем собственном или ином обличии. «Сыном пророчеств» после Овайна Логоха становится Овайн Глендур. Валлийцы, отмечает автор, считали его «сыном пророчеств» еще при жизни. До наших дней Овайн Глендур остается главным национальным героем Уэльса.

Четвертый параграф посвящен анализу национального права Уэльса - корпуса правовых текстов (Закон Хауэла Доброго), состоящего из 40 манускриптов. Автор обращает внимание на то обстоятельство, что «политически раздробленный Уэльс в правовом отношении выглядел весьма монолитно» (с. 71). Закон Хауэла оставался действующим источником права в Уэльсе вплоть до введения Эдуардом I в 1284 г. Хритланнского статута. После английского завоевания в Уэльсе стало применяться английское уголовное право, а вещное, обязательственное и наследственное право по существу оставались валлийскими. Окончательная отмена закона Хауэла произошла только в 1536 г. с принятием Act of Union. Автор констатирует, что «для исследователей остается спорным вопрос о том, действительно ли при Хауэле Добром был разработан свод законов, но он бесспорен для валлийской традиции» (с. 81).

Закон Хауэла весьма отличается от других кодификаций и «является образцом удивительно устойчивого равновесия символического и рационального в праве» (с. 76). Ему присущи организационная стройность, рациональность и очевидный символизм (повторяющиеся комбинации чисел: 3 и 7 - числа совершенства, подчеркивающие неоспоримость правовых норм, 9 и 12 - числа, традиционно ассоциируемые с судом). Объединение правовых норм в «триады» связано с древней литературной кельтской тради-

цией. М. Лошкарева подчеркивает, что «валлийское право (как ирландское) - это право, созданное профессионалами, здесь не возникло новых форм из конкретных судебных решений, прецедент источником права не являлся» (там же).

Самый ранний нормативно-правовой пласт содержится в книге «Законы двора», которую исследователи относят к периоду, предшествовавшему Норманнскому завоеванию, по крайней мере к концу Х1 в. Вторая книга «Законы страны» начинается трактатом о правах женщин. Анализ Закона Хауэла, а также ряда иных текстов позволяют автору утверждать, что статус женщины в Уэльсе «вполне соответствовал нормам морали и права средневекового общества в целом, но при этом несколько отличался от традиционных представлений об исключительно подчиненном положении женщины» (с. 91): валлийка могла расторгнуть брак по собственной инициативе, получить компенсацию в случае прелюбодеяний супруга, самостоятельно отстаивать свою честь в суде. Что касается регулирования брачно-семейных отношений, то Закон Хауэла резко отличался от канонического права, поскольку значительную часть этого раздела составляют нормы обычного права.

Вопросы земельного права для Уэльса были весьма важны, поскольку средневековый Уэльс не знал майората, и, следовательно, земельные разделы являлись ключевым моментом правового регулирования. «Законы страны» содержат относительно немного норм, связанных с обязательствами. В качестве средств обеспечения по договору Закон признает залог и поручительство. По поводу правового положения иноземцев закон говорил об их неполноправии, что, по мнению автора, свидетельствовало о стремлении предотвратить ассимиляцию населения региона в связи с возрастающей опасностью английского вторжения (с. 101).

«Книга для судей» является сводом уголовного права. В валлийском праве штрафы за причинение ущерба превалировали над наказаниями, предполагающими физическое воздействие, что, по мнению автора, объясняется относительной слабостью государственной власти, а также устойчивостью правовой традиции. «На протяжении столетий после завоевания и введения английских норм уголовного права, валлийские обычаи, связанные с выплатами компенсаций, продолжали применяться на практике» (с. 112-113).

В последующих параграфах анализируются основные этапы инкорпорации княжества Уэльс в состав Английского королевства. Исконный Уэльс был включен в политическую и юридическую системы английской монархии. Как отмечает М. Лошкарёва, процесс «не был безболезненным, несмотря на относительную гибкость английской административной системы, определяемой "Валлийским статутом" Эдуарда I и последующим законодательством» (с. 9). Потеря политической независимости, подчеркивает автор, не означала полной инкорпорации, поскольку завоевание не повлекло за собой полной правовой унификации. Правовое устройство Уэльса после завоевания определялось Статутом 1284 г. Статут являлся ордонансом, ибо не был парламентским актом. Он провозглашал законодательную власть Эдуарда I над Уэльсом, полученную по праву завоевания. Уэльс представлял собой территорию, поделенную на собственно Княжество Уэльс и графства Марки. Последние не подчинялись напрямую власти Эдуарда I и продолжали удерживать свои привилегированные позиции вплоть до правления Генриха VIII.

И.Е. Эман

2018.04.010. ДЕНИСОВ С.А. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЭЛИТА ЭПИР-СКОГО ЦАРСТВА В 1205-1261 гг. - М.; СПб.: Центр гуманитарных инициатив, 2017. - 398 с.

Ключевые слова: Эпирское царство, 1205-1261 гг.; политическая элита; династия Дук.

Монография канд. ист. наук С.А. Денисова посвящена изучению процесса становления политической элиты в Эпирском царстве в период от захвата Константинополя крестоносцами в 1204 г. до 1261 г., когда эпирские правители выступали за восстановление Византийской империи. Нижняя граница исследования - создание независимого Эпирского государства на западе Балкан под властью династии Дук. Верхняя граница - год освобождения никейским императором Михаилом VIII Палеологом столицы Византии от латинян и фактическое прекращение борьбы эпирских правителей за константинопольский престол. Книга состоит из введения, четырех глав, заключения и приложений: географические карты, генеалоги-