Корона вируса

14 октября президент России Владимир Путин встретился с членами правительства и выслушал вице-премьера Татьяну Голикову, которая в конце концов заверила, что ситуация с коронавирусом находится под контролем (не у коронавируса) и что дополнительных ограничений в связи с ней не требуется. Специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников считает это известие главным событием дня и допускает, что на следующий день все может измениться ровно наоборот.

Татьяна Голикова дает шанс на то, что меры разобщения не будут усилены и что вакцина безопасна

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ / купить фото

Первые кадры видео-конференц-связи (ВКС) со встречи с членами правительства произвели на меня неожиданное впечатление. То есть я сразу обратил внимание на то, что перед президентом стоят две странные конструкции серебристого цвета, очень похожие на стартующие прямо в экран телевизора ракеты. От ощущения, что Владимир Путин выступает с нацеленными на тебя ракетами, невозможно было отделаться весь ближайший час, пока шла ВКС.

Я потом поинтересовался у пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова, что это было. Оказалось, это были две новые видеокамеры с глазками (в хвостах ракет), нацеленными на самом деле прежде всего на Владимира Путина. Дело в том, что Владимир Путин общался с членами правительства из зала в Кремле, где проходят заседания Совета безопасности, а не из Ново-Огарево или Сочи, как было все последнее время.

Насчет ракеток им бы все-таки подумать. Хотя, может, для заседаний Совбеза такое оформление как раз и годится. Но слишком уж просто и явно.

Между тем Владимир Путин начал встречу с правительством «с приятной информации». Приятная информация состояла в том, что новосибирский Центр вирусологии и биотехнологии «Вектор» зарегистрировал сегодня вторую российскую вакцину против коронавируса — «ЭпиВакКорона».

Трудно сказать, что такого уж приятного было в этом сообщении. Пока что первая российская вакцина принесла, кажется, только хлопоты: конкуренты во всем мире по понятным причинам восприняли известие в штыки и теперь обратят эти штыки тем более и на вторую вакцину. Будут говорить, что мы клепаем вакцины как гвозди (что в целом правда) и что доверия им тем более быть не может и не будет.

На самом деле вторая вакцина — большая радость, хотя и первая себя ничем не запятнала, и с этим и в самом деле надо только поздравлять. Но все-таки ждать, заболеет ли кто-нибудь из вакцинированных тем не менее, например, до весны или нет. Дело же не только в побочных эффектах, которых, похоже, действительно нет, а прежде всего в прямых, то есть в том, защищает она от коронавируса или нет.

Между тем Владимир Путин явно не намерен останавливаться и на достигнутом:

— Насколько я знаю, у нас на подходе еще третья вакцина — центра имени Чумакова Российской академии наук.

И кто, как говорится, больше? Нет, никто.

С таким удовлетворением Владимир Путин сообщал только о создании нового высокоточного российского сверхоружия, оставляющего далеко позади себя все остальные страны (а вернее, то, что от них останется). И конечно, несколько абзацев о создании многоцветья вакцин тоже войдут в послание президента Федеральному собранию, в каком бы виде оно в этот раз ни прозвучало.

Вице-премьер Татьяна Голикова остановилась на ласкающих слух подробностях и деталях:

— Хочу отметить, что клинические исследования проводились на ста добровольцах. В отличие от первой российской вакцины «Спутник V», которая является векторной, то есть произведенной на основе аденовируса, новая вакцина создана на основе одной из перспективных синтетических платформ, является пептидной вакциной, состоит из искусственно синтезированных коротких фрагментов вирусных белков — пептидов, через которые иммунная система обучается и в дальнейшем распознает и нейтрализует вирус.

Незнакомые слова звучали, признаться, музыкой.

— Должна сказать,— от сердца добавила Татьяна Голикова,— что вакцина характеризуется отсутствием реактогенности и достаточно высоким уровнем безопасности.

А вот это было зря. От слова «достаточно» в такой ситуации могли сразу опуститься руки, то есть даже ниже просто высокого уровня безопасности. То есть не совсем безопасная, что ли, вакцина? Не полностью? Да, лишнее это было слово.

— Первые партии вакцины в объеме 60 тыс. доз будут произведены в ближайшее время,— продолжила Татьяна Голикова,— и «Вектор» приступит к пострегистрационным клиническим исследованиям в различных регионах России с участием 40 тыс. добровольцев. При этом я хочу сказать, что одновременно «Вектор» планирует провести клиническое исследование среди 150 лиц старше 60 лет. Хочу подчеркнуть, что появление второй российской вакцины существенно расширяет возможности вакцинации нашего населения, а значит, приближает нас к стабилизации и преодолению ситуации с заболеваемостью ковидом.

Минус тут только в том, что русского человека вообще-то не надо бы ставить перед каким бы то ни было выбором. Выбор обезоруживает его, пленит, а не пленяет, выбор всегда мучителен и чреват горечью поражения… По крайней мере достаточно высоким уровнем его вероятности… Заставить русского человека выбирать — значит обречь его на незаслуженные муки, причем и совести тоже, так как именно она, когда жена все-таки заболеет, будет потом грызть и шептать прямо в ухо: «А вот не надо было брать подешевле… Не на том сэкономил, брат… Не на той…»

— И еще одна вакцина, о которой вы упомянули,— продолжила неумолимая Татьяна Голикова, обращаясь к президенту,— это вакцина научного центра имени Чумакова Российской академии наук. Она инактивированная (то есть «убитая», изготовленная из мертвых микроорганизмов, которые были «убиты в рамках физических или химических процессов и не способны вызвать заболевание».— А. К.), сейчас получено разрешение на клинические исследования первой и второй фазы, которые производятся на медицинских базах в Новосибирске, Санкт-Петербурге и Кирове.

Тут было еще больше вопросов. Убитые микроорганизмы, вакцина, сеющая смерть всему живому… Ведь чтобы ее приготовить, надо убивать и убивать… Да, лучше бы мы об этом не знали…

— 6 октября в рамках первой фазы было привито 15 добровольцев, серьезных (опять не то слово! — А. К.) осложнений и проявлений побочных нет, все добровольцы чувствуют себя хорошо, и 19 октября стартует вторая фаза, в рамках которой будут иммунизированы еще 285 добровольцев. Предполагается, что клинические исследования этой вакцины будут завершены к декабрю, и в этом случае к первым двум вакцинам присоединится еще одна! — сообщила Татьяна Голикова.— Безусловно, мы на это очень рассчитываем. Чем больше мы предоставляем возможностей нашим гражданам (повторю: это же худшее из зол! — А. К.), тем увереннее наша работа в победе над коронавирусом!

Но и на этом Татьяна Голикова не успокоилась и спросила президента:

— Владимир Владимирович, можно несколько слов сказать про эпидемиологическую ситуацию и про готовность субъектов Российской Федерации к работе сейчас в сегодняшних условиях?

Получив разрешение, она продолжила:

— Собственно, как мы и ожидали, с началом осенне-зимнего эпидемического сезона отмечается увеличение числа случаев выявления и заболевания новой коронавирусной инфекцией… Хочу отметить, что среднесуточные уровни заболеваемости за последнюю рабочую неделю у нас в стране составили семь с половиной единиц на 100 тыс. населения. И отмечу в этой связи, что Россия в линейке 189 стран, которые публикуют данные о распространении новой коронавирусной инфекции, по этому показателю занимает 54-е место. Это говорит о том, что ситуация в России хотя и достаточно напряженная и сложная, но тем не менее она находится под контролем…

Это было пока самое главное. Татьяна Голикова не драматизировала ситуацию, и, значит, ее доклад не означал, что следует принимать дополнительные меры безопасности (читай: разобщения населения).

То есть все-таки не Спарта.

Пока не Спарта.

Это, конечно, не означает, что через два дня все еще будет не Спарта (цитата Владимира Путина про Спарту появилась после одной из его встреч по поводу вируса весной.— А. К.), но пока нет, не Спарта.

— Мы неоднократно отмечали, и вы в своих выступлениях это подчеркивали,— Татьяна Голикова по-прежнему обращалась к президенту, причем именно так, как он привык (он ведь привык быть все время подчеркивающим. Он, кстати, и сейчас что-то подчеркивал — в бумагах, буквально уже разбросанных по столу, а потому что за Татьяной Голиковой непросто было успеть.— А. К.),— что важно поддерживать на высоком уровне тестирование населения! Сейчас уровень тестирования достигает почти 52 млн лабораторных исследований, но при этом в шести регионах страны охват тестированием остается ниже установленных нормативов, поэтому я хочу просить субъекты Российской Федерации обратить на это самое пристальное внимание.

Вот это господин Путин, видимо, и подчеркивал — про шесть регионов; ибо после первой волны в предчувствии второй, оказывается, есть еще до сих пор регионы, где тестируют ниже установленных норм. Это было как-то странно. Как минимум странно.

Между тем Татьяна Голикова и в самом деле не была настроена скептически по отношению к способности государства и граждан сопротивляться вирусу. Государство, судя по всему, на одной волне (уже второй) с ним:

— Несмотря на общее увеличение числа случаев, за последний месяц на 3% снизилась доля форм с клиническими проявлениями заболевания — с 73% до 69,8%. За последнюю рабочую неделю отмечено увеличение бессимптомных и легких форм инфекции с 32% до 39% соответственно и снижение госпитализации лиц с острыми респираторными проявлениями COVID с 35,7% до 32,6%.

Да, сопротивляемость государственного и частного организма растет (можно даже говорить о частно-государственном партнерстве в этом смысле), но:

— Тем не менее нагрузка на коечный фонд в регионах достаточно высокая (в прошлый раз она высказалась тревожнее: «Заполняемость койки у нас растет».— А. К.), и регионы сейчас разворачивают зарезервированные койки. По данным мониторинговой сети, на сегодняшний день регионами развернуто 177,7 тыс. ковидных коек (опять плохое, какое-то безутешное словосочетание.— А. К.), из них 103 тыс. коек оснащены подачей кислорода и 24,4 тыс. коек оснащены ИВЛ (аппаратами искусственной вентиляции легких.— “Ъ”). На утро сегодняшнего дня оставались свободными 24%. И я здесь хочу подчеркнуть, что во избежание неправильной трактовки этих цифр — потому что всегда звучат разные цифры — обращаю внимание, что мы пользуемся официальной мониторинговой информацией и 24% — это количество свободных коек, открытых исключительно под COVID.

А то в регионах, видимо, появились независимые подсчитыватели коек — как голосов избирателей.

— В заключение, Владимир Владимирович, уважаемые коллеги, я бы хотела сказать, что ситуация с распространением новой коронавирусной инфекции и, безусловно, осенне-зимний эпидемический период настораживают. Но проведенные весной мероприятия по подготовке, по тому, что сейчас уже появились две российские вакцины, позволяют нам быть достаточно уверенными в проведении всех мероприятий сейчас. И я хочу сказать, что, по нашему мнению, ситуация управляема и не требует введения ограничительных мер для экономики,— заключила Татьяна Голикова.

То есть пока смотрим кино в кинотеатрах, спектакли в театрах и ходим в торговые центры и рестораны, ибо все это тоже часть экономики.

— Татьяна Алексеевна, вы сказали о том, что 40 тыс. добровольцев уже изъявили желание принять участие в проверке эффективности новой вакцины — «ЭпиВакКорона». Но, насколько мне известно, вы сами в числе этих 40 тыс. тоже сделали себе прививку. И вы, и главный санитарный врач России Попова Анна Юрьевна. Вы сделали себе уже вторую прививку, вторую часть этой прививки, да? Как вы себя чувствуете? — неожиданно обеспокоился президент.— И как вы себя чувствовали?

На самом деле он, конечно, хотел подарить гражданам дополнительную уверенность в завтрашнем дне, где по всем признакам уже находится и сама Татьяна Голикова.

— Да, Владимир Владимирович,— откликнулась она,— мы с Анной Юрьевной сделали даже не в рамках 40 тыс., а в рамках проведения клинических исследований, то есть на первой и второй фазе, для того чтобы проверить эффективность и безопасность этой вакцины!

А, то есть они приносили себя в жертву при помощи такой проверки, а не делали себя неуязвимыми для коронавируса. Это же в корне меняло дело. Перед нами была женщина, совершившая дерзкий, а может, даже и безумный поступок во имя дела и людей.

— Действительно, мы прошли уже два этапа,— согласилась Татьяна Голикова.— Ни на первом, ни на втором этапе ни у меня, ни у Анны Юрьевны не было никаких побочных явлений, и в процессе дальнейшей жизни никаких осложнений мы не ощущали. Очень надеемся, что так будет и со всеми теми гражданами, которые будут использовать эту вакцину впоследствии.

— Температура не поднималась, да? — уточнил президент.

— Нет, Владимир Владимирович, не было,— беспечно повторила Татьяна Голикова.

Зря, кстати. Владимир Путин, когда рассказывал, например, про свою дочь, которая тоже приняла на себя вакцину (но все-таки в более утилитарных и скучных целях: чтобы не заболеть), поделился тем, что у нее поднималась температура-то.

— И я хочу сказать, что у всех добровольцев, которые принимали участие в первой и второй фазе, температура не поднималась,— настойчиво повторила Татьяна Голикова, которая, уверен, просто забыла про этот случай, который кроме всего прочего дезавуировал и ее собственный рассказ.

— Понятно. Но титры появились, да? — великодушно переспросил господин Путин.

— Титры появились, и на достаточно высоком и хорошем уровне! — призналась Татьяна Голикова.

Она вообще производила впечатление счастливого человека.

Такими в ближайшее время смогут быть лишь хорошо провакцинированные люди.