Reorganization of penal system in Russian Empire at the end of the XIXth beginning of the XXth century

РЕФОРМИРОВАНИЕ ПЕНИТЕНЦИАРНОЙ СИСТЕМЫ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ В КОНЦЕ Х1Х-НАЧАЛЕ XX ВЕКОВ

© Колосок С. В., 2006

Колосок С. В. — кандидат исторических наук,

доцент кафедры теории и истории

государства и права Юридического института ИГУ

С развитием капитализма, формированием всероссийского рынка Сибирь перестала быть регионом, отрезанным от Европейской России, и поэтому не могла более служить идеальным местом изоляции преступников. В этой связи ссылка, как основной вид наказания, частично утратила свое карательное значение, показав одновременно свою несостоятельность в нравственном отношении. На данное обстоятельство, в частности, указывал начальник Главного Тюремного управления А. П. Соломон в 1899 г., после своей поездки в Сибирь1. Для сохранения карательной стороны уголовного наказания требовались иные условия. В качестве альтернативы ссылки рассматривалось лишение свободы, поскольку существовавшие места заключения не отвечали целям исправления преступников, и это обстоятельство способствовало проведению реформы в области пенитенциарной системы.

Юридическим основанием реформы стал Закон от 11 декабря 1879 г. «Об основных положениях, имеющих служить руководством при преобразовании тюремной части и при пересмотре Уложения о наказаниях». Закон не содержал конкретных сроков реформирования пенитенциарной системы. В этой связи реформирование проводилось в течение длительного периода, на протяжении которого несколько раз изменялись планы тюремного строительства. В законе были определены основные начала преобразования карательной системы государства, в основу которой были положены следующие виды уголовных наказаний:

1) смертная казнь;

2) каторга, назначаемая бессрочно или на срок с последующим переводом на поселение;

3) ссылка на поселение без срока;

4) заключение в исправительном доме;

5) заключение в крепости;

6) заключение в тюрьме;

7) арест;

8) денежная пеня2.

Впоследствии Уголовное уложение 1903 г., практически без изменений, включило в перечень уголовных наказаний виды наказаний, определенных Законом от 11 декабря 1879 г., заменив лишь денежную пеню на денежный штраф3.

Одной из основных задач реформы пенитенциарной системы в России было совершенствование системы управления местами заключения, повышение роли центрального органа тюремного ведомства в осуществлении контрольных функций, обеспечение единства карательной практики на всей территории империи с целью сохранения и укрепления существующего режима.

Департамент исполнительной полиции министерства внутренних дел, ведавший до реформы тюремными делами, и сложившаяся на местах система тюремного управления оказались не в состоянии решить задачи, которые

царское правительство ставило перед местами заключения. В дореформенный период циркуляры департамента исполнительной полиции касались лишь отдельных мест заключения. Централизация мест управления тюрьмами практически отсутствовала. Поэтому основным достижением тюремной реформы стало учреждение Главного тюремного управления (ГТУ)4. По замыслу его учредителей оно было призвано стать высшей контролирующей и распорядительной инстанцией, осуществляющей непосредственное руководство подчиненными ему местными органами тюремного ведомства. Тем самым был сделан серьезный шаг в централизации тюремной системы империи. Первым начальником ГТУ был назначен бывший саратовский губернатор Н. М. Гал-кин-Враский. Под его руководством осуществлялась тюремная реформа, разрабатывалась правовая база тюремной системы, ее структуры, формировался управленческий аппарат. С первых же дней учреждения Главного тюремного управления руководящий состав управления разъехался по губерниям и областям империи с целью инспектирования и изучения состояния мест заключения.

Содержание деятельности пенитенциарной системы определяли два основных правовых документа: «Устав о содержащихся под стражею» 1890 г. и «Устав о ссыльных» от 1909 г. Уставы заимствовали основные положениях «Свода учреждений и уставов о содержащихся под стражею и ссыльных» 1832 г., нормы отдельных частных инструкций и «Общей тюремной инструкции» 1831 г.

К числу органов управления тюремной системой государства «Свод учреждений и уставов о содержащихся под стражей» относил также Общество Попечительное о тюрьмах, учрежденное еще императором Александром I в 1819 г. Перед обществом была поставлена сложнейшая задача нравственного исправления преступников. Достижение этой цели должно было обеспечиваться следующими средствами: ближайшим и постоянным надзором над заключенными; размещением их по роду преступлений и обвинений; наставлением их в правилах христианского благочестия и доброй нравственности; занятием их приличными упражнениями и заключением

провинившихся или буйствующих из них в уединенное место5.

Совершенно новым институтом, не имеющим аналогов в зарубежной пенитенциарной практике, было создание законом от 31 марта 1890 г. губернских тюремных инспекций для местного заведования тюремной частью. Это было обусловлено тем, что функционировавшие в губерниях тюремные комитеты Общества попечительного о тюрьмах лишь номинально относились к системе управления местами заключения. В действительности их роль была незначительна. Поэтому реформа пенитенциарной системы, не упраздняя эти комитеты, предусматривала создание управленческого звена в губерниях. На этом уровне ранее полномочия по управлению местами заключения гражданского ведомства принадлежали губернаторам, которым предоставлялось право назначения, перемещения и увольнения от должности начальников тюрем и их помощников.

Губернским тюремным инспекциям в управленческой иерархии отводилось особое место, поскольку они выступали в качестве главного организующего звена реализации требований законодательства в сфере исполнения наказания, а также ведомственных инструкций, регламентирующих порядок и условия отбывания тюремного наказания.

Одновременно с созданием института тюремных инспекторов, в целях обеспечения реализации карательной политики государства, совершенствования управления местами заключения, был учрежден новый коллегиальный орган — Совет по тюремным делам. В состав Совета царским указом вводились лица высшего эшелона власти, представляющие различные ведомства. По замыслу учредителей Совета, на его обсуждение, по усмотрению Министра юстиции, могли выноситься проекты смет и расходов, вопросы тюремного устройства, пересылки арестантов, исправления заключенных, управления и отчетности. Кроме того, на Совет были возложены и определенные функции по формированию тюремной системы.

Основу тюремной системы составляли места заключения, виды которых были закреплены в «Уставе о содержащихся под

стражею» 1890 г. и «Уставе о ссыль-ных»1909 г. К ним относились:

1) помещения для подвергаемых аресту (арестные дома);

2) арестантские помещения при полиции;

3) тюрьмы губернские, областные, уездные тюремные замки, где содержались самые разнообразные по правовому положению заключенные под стражу;

4) исправительные арестантские отделения, где содержались лица мужского пола (не моложе 17 и не старше 60 лет) для выполнения физического труда;

5) тюрьмы для содержания осужденных к каторжным работам;

6) пересыльные тюрьмы.

Несомненной заслугой ГТУ было то, что

оно постоянно стремилось разрабатывать и совершенствовать механизм реализации принципов и норм, заложенных в правовых актах по реформе пенитенциарной системы. В 1908 г. в составе ГТУ выделилось особое делопроизводство, в функции которого вменялась разработка законодательных и других принципиально важных для тюремной части вопросов. В 1914 г. ГТУ опубликовало «Перечень законоположений по тюремной части», принятых с 27 февраля 1879 г. по 27 февраля 1914 г., который охватил 35 лет, с перечнем около 500 законов по тюремной части6. ГТУ во многом страдало той же «болезнью», что и ее предшественники, когда абсолютное количество законоположений носило местнический характер. Однако часть законодательных актов носила общеимперский характер, среди которых можно выделить:

1) «Об отмене заключения в смирительном и рабочем домах» (24 апреля 1884 г.);

2) «Об отмене установленного Уложением о наказаниях подразделения каторжных работ на рудничные, крепостные и работы на заводах» (11 июня 1885 г.);

3) «О занятии арестантов работами и о распределении получаемых от него доходов» (6 января 1886 г.);

4) «Сокращение сроков наказания в одиночных тюрьмах» (15 июня 1887 г.);

5) «О некоторых мерах по устройству новых тюрем и усилению тюремного надзора» (18 мая 1889 г.);

6) «Об отмене телесных наказаний для ссыльных женщин» (29 марта 1893 г.);

7) «Об изменении наказуемости малолетних и несовершеннолетних» (2 июня 1897 г.);

8) «Об отмене ссылки на житье и ограничении ссылки на поселение» (12 июня 1900 г.);

9) «О воспитательно-исправительных учреждениях для несовершеннолетних» (19 апреля 1909 г.);

10) «Об условном досрочном освобождении» (22 июня 1909 г.);

11) «О школах для тюремных надзирателей» (3 июня 1913 г.).

Особо следует выделить закон от 6 января 1886 г., согласно которому вводился тюремный труд. В дореформенный период занятие арестантов работами, кроме как на каторге и в арестантских ротах, не было подробно регламентировано законом. Новый закон допускал использование труда заключенных частными подрядчиками и самой администрацией тюрьмы. С 1902 г. в составе ГТУ было открыто специальное отделение по организации труда, и в тюрьмах начинают вводиться виды труда фабричнозаводского типа, регламентация которого достигалась не законами, а специальными циркулярами ГТУ. Только в 1912 г. был введен «проект общей тюремной инструкции», устанавливающей режим в местах заключения, а 28 декабря 1915 г. эта инструкция была утверждена министром юстиции.

Характерной особенностью российского пенитенциарного законодательства являлось наличие ряда правовых актов, нормы которых нередко имели в своей основе один и тот же предмет регулирования, а именно, организацию исполнения мер уголовного наказания. В качестве примера можно указать «Устав о ссыльных» издания 1909 г., который, являясь самостоятельным правовым актом, в то же время был связан с «Уставами о содержащихся под стражею», особенно в части урегулирования деятельности мест лишения свободы ссыльно-каторжных. Для этих правовых документов характерным является отсутствие четкого понятийного аппарата. По этой причине деятельность одних и тех же учреждений, в которых содержались различные категории осужденных, регулировалась одновременно двумя вышеуказанными правовыми документами. Следует отметить, что подобная

практика регулирования порядка и условий исполнения уголовных наказаний в виде лишения свободы использовалась в России и в начале 90-х гг. XX в.

13 декабря 1895 г. в качестве меры, направленной на совершенствование тюремной системы, ГТУ было передано из системы МВД в ведение министерства юстиции. Это должно было способствовать более полной реализации пенитенциарной реформы, поскольку у министерства внутренних дел были совершенно иные функции и задачи. Изменение ведомственной принадлежности тюремной системы многие ученые и практики считали ошибочным и вредным для дальнейшей судьбы тюремного дела, результатом постоянного соперничества ведомственных инстанций. По мнению ряда исследователей пенитенциарной системы, российская государственная система издавна страдала этим неизлечимым пороком. По свидетельству С. И. Тимашева, министра торговли и промышленности в правительстве П.А. Столыпина, «существовавшее издавна соперничество и прения наших ведомственных инстанций между собой» представляли «то великое зло, которое всегда мешало правильному ходу государственного механизма, делая его наименее продуктивным при наибольшей затрате сил и энергии»7.

Особую заботу ГТУ составляло положение дел в Сибири. 11 июня 1885 г. был принят закон о замене каторжных работ каторжной тюрьмой согласно которому рудниковые, крепостные и заводские каторжные работы сводились в один вид работ. В 1904 г. был упразднен Тюменский приказ о ссыльных, его функции по распределению ссыльных по Сибири были переданы ГТУ, а в его составе был учрежден особый архив для хранения дел о ссыльных. После революции 1905—1907 гг. перед ГТУ встал вопрос о замене каторжных работ в Сибири содержанием в тюрьмах губерний центральной России, и прекращении ссылки в Сибирь.

ГТУ, с целью решения сибирской проблемы, открыл ряд каторжных тюрем в центральной России, в соответствии с требованиями пенитенциарной науки, с постановкой в них в широком диапазоне арестантских работ. Была отменена ссылка на житье в Сибирь, а ссылка на поселение

применялась в исключительном случае и, прежде всего, за преступления религиозного и государственного характера. В 1906 г. правительство закрыло каторжные тюрьмы на Сахалине. В то же время судебные органы продолжали приговаривать к каторге и ссылке. Произошел резкий скачок числа приговоренных к каторге, особенно после революции 1905—1907 гг. Правительство вновь обратилось к устройству центральных каторжных тюрем, в результате чего многие из российских тюрем общего назначения и исправительных арестантских отделений были превращены в каторжные централы. В поисках выхода из создавшейся ситуации Иркутский генерал-губернатор, командующий Иркутского военного округа, генерал-лейтенант А. Н. Селиванов подготовил проект «Об устройстве каторжной колонии на острове Ольхон». Этот проект он дважды, в 1908 и 1910 гг., предлагал правительству. Проект получил одобрение, но не был реализован. Назначенный на его место тайный советник, курляндский губернатор, егермейстер его императорского величества Л. М. Князев к этой проблеме не возвращался.

С целью совершенствования тюремной системы начало издаваться «Руководство для попечителей и смотрителей арестных домов», включающее в себя «Правила о помещениях для подвергаемых аресту», «Инструкцию об устройстве арестантских помещений», «Инструкцию Попечителям и Смотрителям арестных домов в развитие правил о помещениях для подвергаемых аресту по приговорам мировых судей»8. В указанных правовых документах детально, на основе действующего законодательства, были изложены основные принципы и требования к организации исполнения ареста, порядок и условия содержания арестантов.

Реформа пенитенциарной системы внесла существенные изменения в содержание деятельности учреждений, непосредственно исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы. В дореформенный период их основной целью являлось обеспечение «возмездия за сделанное зло и ограждение общества от новых преступлений». Об этом свидетельствует содержание функций тюремного аппарата, а также тот факт, что смотрителями тюрем назначались чины по-

лицейского ведомства, в формах и методах работы которого преобладало насилие. Новая доктрина содержания исполнения уголовного наказания в виде тюремного заключения предусматривала, прежде всего, переориентацию деятельности тюремного персонала, в основе которой предпочтение отдавалось исправительным элементам. Организация исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы, наряду с определением главной цели указанного вида наказания, настойчиво требовала от пенитенциарной науки разработки основных средств воздействия на преступника, посредством которых эта цель может быть достигнута. Утверждающаяся в науке и практике точка зрения, что главной целью мест заключения является исправление преступника, вызывала необходимость отказа от ранее широко используемых методов устрашения и насилия. Этой проблеме особое внимание уделял профессор И. Я. Фой-ницкий, который пришел к выводу, что основными мерами тюремной деятельности должны быть тюремная работа, тюремное образование, тюремная дисциплина, тюремное воспитание, тюремная гигиена, тюремная архитектура. Все это предполагало, в свою очередь, реорганизацию системы тюремного управления, создание совершенно новых организационно-управленческих структур9. Этой же проблеме значительное внимание уделял С. В. Познышев, который к средствам исправления арестантов относил тюремное воспитание, тюремное образование, тюремный труд, тюремную дисци-плину10. В этой связи, еще 15 июня 1887 г., вступил в силу закон, согласно которому были приняты некоторые меры по упорядочению управления тюрьмами. К органам управления отдельных мест заключения были отнесены:

1) начальники (вместо смотрителей) тюрем и их помощники;

2) помощницы начальников тюрем или смотрительницы, заведующие женскими отделениями;

3) состоящие при местах заключения священники, дьяконы и псаломщики;

4) врачи, фельдшеры и фельдшерицы.

В больших тюрьмах проводилось четкое распределение функциональных обязанностей между помощниками начальников этих учреждений. Один помощник —

старший — разделял обязанности начальника тюрьмы, заменял его в случае отсутствия или болезни, и, кроме того, специально заведовал какой-нибудь отраслью управления или хозяйства (например, арестантскими работами). Другой — заведовал в тюрьме полицейской частью, т. е. надзором за соблюдением должного порядка в содержании заключенных и в несении службы чинами тюремной стражи. Третий — заведовал тюремной канцелярией. Четвертый — отвечал за тюремное хозяйство, а пятый — заведовал одним из наиболее крупных отделений тюрьмы — больницей, женским отделением, одиночным корпусом и т. д.

Отличительной чертой системы мест заключения царской России являлась приверженность традиционным формам исполнения уголовного наказания. Свидетельство тому — «Общая тюремная инструкция» от 28 декабря 1915 г., утвержденная Министром юстиции А. А. Хвостовым, которая стала последним словом царизма в области тюремного законодательства11. Инструкция по-прежнему включала в систему мест заключения каторжные тюрьмы, исправительные арестантские отделения, губернские, областные, уездные, окружные, следственные, срочные, пересыльные, полицейские и судебно-полицейские тюрьмы. Инструкция обходила молчанием многие важные вопросы нового видения пенитенциарной системы и, в то же время, делала акцент на дисциплинарные наказания в местах лишения свободы. Инструкция не ограничивала область применения телесных наказаний. Один из ответственных чиновников ГТУ Н. Ф. Лучинский вполне оправдывал это положение, предлагая «удовлетвориться сознанием, что действующая система, так или иначе, отвечает требованиям текущей жизни»12.

Оценивая роль и место реформы пенитенциарной системы в России, следует сделать вывод о том, что она связывалась в большей мере с разработкой теоретических законоположений, и лишь некоторые из них получили практические применение. Тюремная реформа, задуманная как наиболее радикальная, оказалась не самой удачной. Это было обусловлено общей социально-политической ситуацией в России, недостаточным финансировани-

ем, известным консерватизмом аппарата при разработке законоположений реформы и их реализации. Объективным показателем, который отражал эффективность тюремной реформы, может служить состояние рецидивной преступности. Известный российский пенитенциарист начала ХХ века С. П. Мокрицкий, исследуя эту проблему, обратил внимание на интенсивный рост рецидивной преступности в империи. Он заметил, что темпы рецидива не только обгоняют прирост населения, но и в целом рост преступности в России13.

Несмотря на принимаемые правительством меры по упорядочению деятельности, тюремная система царской России переживала серьезный кризис. Ее дальнейшее эволюционное развитие требовало кардинального решения вопросов материального, кадрового, организационно-правового обеспечения.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Каторга в Сибири. Извлечения из отчета о служебной поездке начальника Главного тюремного управления А. П. Грана в Сибирь в 1913 г. СПб., 1913. С. 3.

2 Таганцев Н. С. Русское уголовное право. Т. 2. СПб., 1902. С. 965.

3 Таганцев Н. С. Уголовное уложение 22 марта 1903 г. Статьи, введенные в действие. СПб., 1911. С. 59.

4 Гернет М. Н. История царской тюрьмы. Т. 3. М., 1951. С. 9.

5 Гернет М. Н. Указ. соч. Т. 1. М., 1941. С. 72—74.

6 Краткий очерк деятельности Управления за первые 35 лет его существования (1879—1914 гг.). СПб., 1914. Приложение III.

7 Тимашев С. И. Кабинет Столыпина: Из «Записок» министра торговли и промышленности // Русское прошлое: Историко-документальный альманах. СПб., 1996. Вып. 6.

8 Руководство для попечителей и смотрителей арестных домов. Ровно, 1898.

9 Фойницкий И. Я. Учение о наказании в связи с тюрь-моведением. СПб. 1889. С. 363—400.

10 Познышев С. В. Очерки тюрьмоведения. С. 162—217.

11 Маклицова А. Новая тюремная инструкция // Юридический вестник. 1916. Кн. XV.

12 Лучинский Н. Ф. Основы тюрьмоведения. 1909. С.153.

13 Мокринский С. П. Наказание, его цели и предложения. М., 1902. С. 93.