"Весь мир-мой храм,любовь-моя святыня. . . "

«Весь мир - мой храм, любовь - моя святыня...»

Н.Е. Князева

Его именем в Карачаево-Черкесии названо село. Тридцать лет назад улица Дальняя г. Черкесска была переименована и также стала носить имя этого замечательного поэта и художника, основоположника осетинской литературы и создателя осетинского литературного языка. Но многие ли из нас знают, что связывало Коста Хетагурова с Карачаево-Черкесией? В республиканском госар-хиве есть интересный материал, рассказывающий о жизни великого сына осетинского народа.

Родился Константин Леванович Хетагуров в октябре 1859 года в селении Нар Северной Осетии в семье прапорщика горской милиции. Мать была простой, неграмотной, но очень трудолюбивой горянкой. Она рано ушла из жизни, оставив сына грудным ребенком. И будущего народного поэта от голодной смерти спасла подруга матери - горянка по имени Чендзе.

Стынет мертвый ворон,

Страшен бури вой.

Спит на круче черной Нар - аул глухой,

- так описывал поэт свою родину в знаменитой поэме «Мать сирот».

Нар располагался в Зругском ущелье, входившем в состав Терской области. В конце шестидесятых годов XIX века жители этого ущелья во главе с подпоручиком Леваном Хетагуровым стали ходатайствовать о переселении их в Кубанскую область, чтобы избавиться от непомерных притязаний князей Мачабеловых, которые взимали десятину с осетин семи ущелий. Начальник Кубанской области ответил согласием. И семья Левана Хетагурова оказалась в числе первых поселенцев, основавших в 1870 году в Карачае селение Георгиево-Осетиновс-кое, ныне носящее имя Коста Хетагурова. Левану Хетагурову как «почетному туземцу» было обещано, помимо 15 десятин поземельного надела на общих основаниях, еще 150 десятин земли.

Начальник Кубанской области М.А. Цакни так описывал переселение: «В половине сентября 1870 г. осетины прибыли в укрепление Хумаринс-кое вместе с семействами; начавшиеся дожди и даже снег навели на них такое уныние, что они собрались было возвращаться обратно. Кроме позднего прибытия и того, что они прибыли с женами и детьми в горы, где у них не было никакого крова от непогоды, главнейшие причины недовольства осетин были: во-первых, то, что им перед отправлением из Осетинского округа было наговорено много чудес о свойстве предназначенного для их поселения края, производящего будто бы орехи в кулак величиной и т. п. нелепости, и, во-вторых, то, что в числе пришедших 150 семейств горных осетин есть много жителей плоскости, прилежащей к Ардонской станице, без всякого сравнения лучшей по удобствам климата и почвы, чем лучшие из земель нагорной полосы Эльбрусского округа...

В настоящее время осетины вырыли себе землянки в балке р. Большая Шоона, выложили стены камнями и живут, защищенные от холода и дождя, но подвержены всем невыгодам сырых и душных помещений».

Тяжелые условия жизни осетин-переселенцев были связаны с неустройством быта на новом месте, пока не были построены жилые дома и хозяйственные постройки, не приобретен скот. В дальнейшем, как писал в своем отношении дове-

Аул Нар

КНЯЗЕВА Н.Е. «ВЕСЬ МИР - МОЙ ХРАМ, ЛЮБОВЬ - МОЯ СВЯТЫНЯ...» 29

Прогимназия, в которой учился Коста

ренный осетинского общества К.Л. Хетагуров, жизнь их наладилась: «В настоящее время население нашего села почти удвоилось. Большая часть построек крыты жестью и лесом. Всеми вопросами сельского хозяйства наши осетины занимаются здесь с большим успехом - хлебопашество, скотоводство, овцеводство, пчеловодство, садоводство и даже огородничество процветают здесь с одинаковым успехом».

На момент переезда семьи Хетагуровых в Ка-рачай Коста было всего 11 лет, и он ходил в Нарс-кую приходскую школу, где получил двухклассное образование. Он остался в Осетии из-за того, что его обещали принять в гимназию г. Владикавказа. Но стать полноправным учеником и продолжить учебу во Владикавказской прогимназии ему не удалось «за отсутствием вакантных мест», и он отправляется в Карачай к отцу.

Приезд Коста к берегам Кубани был неожиданным для Левана Хетагурова, так как он был уверен, что сын учится.

Возмущенный отец пишет начальнику Эльбрусского округа подполковнику Петрусевичу, жалуясь на невыполнение обещаний: «Меня обнадежили как начальник Осетинского округа, так и начальник Терской области, пригласив на переселение, сохранить за мной выгоды, которыми пользовался бы я, оставаясь во Владикавказе... Между тем сына моего в настоящее время вернули ко мне, и он остался непринятым за неимением вакансии. Жалования я не получаю и не имею никакого официального уведомления, что таковое мне будет отпускаться, и земля также еще не дана».

В первый свой приезд Коста в Карачае был недолго. Отец временно устроил его в Калажинское горское училище в ст. Калажинской Майкопского отдела. Позднее пришло распоряжение о приеме Коста в пансион при Ставропольской гимназии, где он учился с 1871 по 1880 годы. Здесь Коста увлекся русской литературой и живописью.

Талант Коста-художника проявился еще в детстве. Потеряв рано мать и не помня ее облика, он часто просил старших рассказать о ней. И по этим рассказам мальчик написал ее портрет. Люди,

знавшие мать Коста, были поражены точным сходством портрета с прототипом.

Способности Коста были отмечены не только его близкими, но и преподавателями. Вот строки из прошения педагогического совета Ставропольской гимназии начальнику Кубанской области о предоставлении гимназисту 6-го класса Хе-тагурову стипендии: «Педагогическим советом Ставропольской гимназии во все время пребывания в гимназии воспитанника Хетагурова, жителя Баталпашинска Пятигорского уезда, укрепления Хумары, замечена в нем преобладающая способность и наклонность к художественной деятельности, в которой он достиг значительного совершенства, его рисунки с натуры посылаются гимназией на Московскую всероссийскую выставку. Независимо от своей специальной наклонности к художеству, Хетагуров представляет недюжинные способности и во всех остальных областях учения и мог бы быть одним из лучших учеников по всем предметам, если бы не отдавал он все свое время и все свои симпатии рисованию и родственным с ним занятиям.

Считая своею обязанностью заботиться о том, чтобы природные, ясно сказывающиеся наклонности ученика получали свойственные им направления, убеждаемся в том, что из Хетагурова может выйти полезный деятель, если ему будет оказано содействие на пути художественного образования».

Одним из преподавателей Хетагурова в гимназии был художник-педагог В.И. Смирнов, окончивший Петербургскую академию художеств. Он оказал исключительно большое влияние на формирование будущего художника-живописца и сыграл немалую роль в дальнейшей его судьбе. Гимназические рисунки Коста с помощью Смирнова были представлены на Всероссийской выставке юных художников и получили признание. Это укрепило уверенность в силах, и Коста еще больше увлекся рисованием. Он называл себя «благодарным и признательным учеником» В.И. Смирнова. Позднее с его же помощью Хетагурову удается поступить в Петербургскую академию художеств.

В академии (1881-1884 гг.) Коста сходится с крупнейшим художником В.В. Верещагиным, который стал его наставником. Изучая мастерство великих художников, он пишет ряд картин из горской жизни: «На школьной скамье жизни», «Дети-каменщики», «Идущая по воду» и другие.

Но все планы на дальнейшее обучение неожиданно рушатся: его лишают даже той маленькой стипендии, которую он получал. Не выдержав лишений, Коста возвращается в Осетию.

Энергичный, настойчивый Коста развернул на родине широкую культурно-просветительскую работу: создавал школы, устраивал выставки картин, организовывал народные спектакли, читал лекции, работал во Владикавказском театре, принимал уча-

ТОН 9

№5

15G ЛЕТ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ КОСТА ЛЕВАНОВИЧА ХЕТАГУРОВА

Петербургская академия художеств, в которой учился Коста

стие в организации общества распространения технических знаний среди горцев, пытался издавать газету на осетинском языке, выступал в судах и печати в защиту горской бедноты.

Дважды поэта высылали за пределы Осетии.

С октября 1891 года по март 1893 года он жил в горных аулах Карачая, работал на серебряносвинцовом руднике. Находился он здесь не по доброй воле, а был в ссылке.

В этот период Хетагуров встречается с одаренным художником и поэтом Исламом Крымшамха-ловым. Дом И. Крымшамхалова в Теберде стал своеобразным культурным центром Карачая. Здесь подолгу проживали его друзья и коллеги - художники Ярошенко, Хетагуров, геолог профессор Мушкетов, инженер Кондратьев, композитор Алябьев, дагестанский революционер Дахадаев и другие. Общение этих людей не могло пройти бесследно -оно взаимно обогащало и развивало их, давало толчок к дальнейшему творчеству.

Именно в Карачае К. Хетагуров рисует свои знаменитые картины и пейзажные зарисовки: «Вид Большого Карачая», «Тебердинское ущелье», «В верховьях Кубани». Здесь он также написал рассказ «Охота за турами», стихи «Желание» и «Раздумье».

В 1892 году в селе Георгиевско-Осетиновском умирает отец Коста - 92-летний Леван Хетагуров. Похоронив отца, Коста провел вторую зиму в Ге-оргиевско-Осетиновском, а весной 1893 года переехал в Ставрополь и снова включился в активную общественно-политическую работу, в борьбу с самодержавием за интересы угнетенных народов Кавказа: на страницах газеты «Северный Кавказ» публикуется его поэма «Кому живется весело». Тема и образы поэмы были навеяны знаменитой некрасовской «Кому на Руси жить хорошо». Современники поэта угадывали в персонажах поэмы реальных прототипов, Так, в Сеньке Людоедове был узнан начальник Терской области генерал Каханов, в Иване Зуботычеве - атаман Баталпашинского округа Братков. Публикация поэмы была запрещена, а газета прекратила свое существование...

Из Ставрополя Хетагуров переезжает в Пятигорск, а потом - вторая ссылка - на этот раз в г Херсон, дальше - работа во Владикавказе...

Наступает 19G3 год. Коста пользуется исключительной известностью и любовью на Кавказе, особенно в Осетии, где в каждой сакле знали его революционные стихи и пели его песни. Коста болен, утомлен - у него развивается неизлечимая болезнь, так как его силы были навсегда подорваны ссылками и преследованиями царизма. Сестра поэта Ольга Левановна Кайтмазова перевозит Коста из Владикавказа в село Георгиево-Осети-новское. И здесь на протяжении трех лет поэт медленно и мучительно умирает. (Трагической была и судьба Ольги Левановны. Она не только ратовала за обучение девочек, но и открыла в своем доме школу для них. За это и за смелые выступления на собраниях неизвестные напали на учительницу, возвращавшуюся из школы, где она занималась со взрослыми, и нанесли ей смертельные удары ножом).

Отвечая на письмо друга Коста в декабре 19G5 года, Ольга Левановна писала: «Прежде всего, вы спрашиваете о Коста - каков он сейчас? Про Коста теперь можно уже сказать, что он погиб окончательно... Его ужасная болезнь делает безостановочно свое дело разрушения... У него отнялись ноги, плохо говорит. Довольно ясно приветствует всех только одной фразой: «Мае эефшымаертае, кэераедзи уарзгаейае цаерут» (Братья мои! Живите, любя друг друга)».

19 марта 19G6 года К. Хетагуров умер и был похоронен в одной могиле с отцом, но осетинская интеллигенция настояла на перезахоронении поэта во Владикавказе. Сотни людей пришли проводить в последний путь своего певца. С тех пор прошло больше ста лет, но так близки и понятны его слова и сегодня:

Весь мир - мой храм,

Любовь - моя святыня...

Вселенная - отечество мое...

«День Республики» (г. Черкесск), 2009, 20 марта (№ 45-47), с. 3.

ТОМ 9

№5