Но дело Сильвио живет

Политический кризис, в котором Италия находилась с начала декабря, формально завершен. Неформальным победителем в долгой борьбе за власть вышел Сильвио Берлускони, которому еще полгода назад прочили политическую смерть.

Новое правительство далось Италии нелегко. В битве надломилась формально победившая на февральских парламентских выборах крупнейшая в стране Партия демократов и сгорела политическая карьера ее теперь уже бывшего лидера Пьера Луиджи Берсани. Сначала его публично унизило отвергнувшее его движение "Пять звезд", а затем предали однопартийцы, которые в отличие от "пятизвездочников" прокатили предложенную Берсани на пост президента страны кандидатуру Романо Проди.

В этот день стало ясно, что идея Италии без Берлускони, осуществление которой казалось таким близким, бесповоротно похоронена. Оказалось, что закрыть Кавалеру дверь в большую политику, что неизбежно произошло бы с появлением его исторического антагониста Романо Проди в Квиринальском дворце (см. "Власть" N15), его соратники из правого центра не хотят, а левоцентристские противники побаиваются.

86-летнему Джорджо Наполитано вопреки собственному желанию пришлось согласиться на второй президентский срок, когда стала очевидна неспособность парламента к согласию. После этого родилось правительство широкого единства Энрико Летты, второго лица в Партии демократов. Правительство, в которое вошли девять министров от левого центра и пять от правого,— это именно то, что Берлускони предлагал на протяжении всего послевыборного периода. Он догадался протянуть руку "заклятым врагам — коммунистам" (так он именует левый центр) "во благо родины". Пока левые выверяли своих сторонников, застопорившаяся перед лицом требующих срочного решения проблем страна жаждала хоть какого-нибудь правительства. И она его получила.

Сложившаяся ситуация, как считает колумнист газеты La Repubblica Эудженио Скальфари, содержит в себе явный парадокс: проклиная технический кабинет ненавистного всем теперь Марио Монти, Италия одобрила правительство, опирающееся на все то же "странное парламентское большинство", что и предыдущее, с той разницей, что раньше в нем не присутствовал незримо вездесущий Сильвио. То, что для Берлускони в новом кабинете не нашлось места, только играет на его имидж. "Пусть в правительство идут молодые",— сказал он, добившись должности вице-премьера и министра внутренних дел для своего молодого соратника, секретаря партии "Народ свободы" Анджелино Альфано. Чтобы добиться для Альфано этого стратегического поста, новому премьеру даже пришлось потеснить с него Анну Марию Канчелльери, даму столь авторитетную, что ее прочили на пост президента. Все понимают, что для Берлускони свой человек на посту главы МВД важен еще и ввиду непрекращающегося судебного преследования.

Для себя бывший премьер выбрал стратегическую должность президента учрежденной Энрико Леттой неправительственной Конвенции по реформам, которая должна разработать комплекс давно назревших конституционных изменений. В нескольких интервью Берлускони прямо говорил, что именно он с его 20-летним государственным опытом — наиболее подходящая кандидатура на этот пост. Некоторые политологи объясняют желание Берлускони возглавить конвенцию тем, что он хочет потом оказаться в кресле пожизненного сенатора. Именно это почетное звание могло бы навсегда оградить его от общения с прокурорами. Как считают политологи, исполнить этот план трудно, но не невозможно. Разрабатываемый стратегами бывшего премьера сценарий предполагает одновременное производство в пожизненные сенаторы Сильвио Берлускони и Романо Проди. Знаковое примирение заклятых врагов закрепило бы столь модную сегодня идею широкого согласия, которое пока держится на честном слове и может рухнуть в любую минуту.

Желание Берлускони возглавить Конвенцию по реформам не находит понимания не только в Партии демократов, но и среди его собственных союзников из "Лиги Севера". "Мы должны найти на этот пост фигуру, отвечающую интересам всех политических сил. Боюсь, господин Берлускони не из таких",— заявляет заместитель министра экономики демократ Стефано Фассина. А по словам несклонного к дипломатичным выражениям лидера "Лиги Севера" Роберто Марони, "назначить Берлускони на этот пост значит все провалить".

Однако жизнь научила бывшего премьера проводить в жизнь свои идеи, несмотря ни на что. "Если есть что-то хорошее в Берлускони,— заявил "Власти" его бывший соратник Пьер Фердинандо Казини,— так это настойчивость в достижении цели". Вот и сейчас Берлускони тактически отступил, заявив, что готов не настаивать на своей кандидатуре на пост главы конвенции, однако требует, чтобы разговоры о его непригодности прекратились. "Недопустимо, чтобы ко мне, человеку, председательствовавшему в "восьмерке" и ЕС, было применено вето как к кандидатуре, неспособной возглавить конституционную комиссию",— заявил он. По словам соратников, Берлускони не намерен из-за этого развалить парламентское большинство и, если возглавить конвенцию не удастся, согласится на пост главы парламентской комиссии по правосудию и коммуникациям. И хотя, скорее всего, многим и этот план придется не по нраву, в конце концов противникам Берлускони придется уступить. Широкое единство подразумевает необходимость компромиссов.

Дороже политических обходятся компромиссы экономические, на которые новому правительству тоже придется идти. Главным сейчас является вопрос об отмене налога на первое находящееся в собственности жилье. Он для Берлускони абсолютно принципиален. Политологи уверены, что именно телевизионное обращение бывшего премьера, в котором он обещал в случае победы отменить этот крайне непопулярный налог, введенный правительством Монти, и вернуть населению уже уплаченные средства, переломило настроения избирателей и позволило блоку Берлускони набрать практически равное с левым центром количество голосов. Так что отказаться от популистского лозунга Берлускони не может, и правительству Энрико Летты придется выполнить обещание своего партнера, грозящего в противном случае выйти из коалиции.

Именно поэтому новый премьер уже в ходе первого обращения к парламенту включил пункт об отмене налога в программу своего правительства, хотя необходимых для выплаты компенсации €3 млрд в бюджете нет. Ситуация осложняется тем, что у правительства есть и другие приоритеты, на которые тоже не хватает средств. К июню в срочном порядке нужно изыскать €6 млрд, чтобы не повышать НДС (это тоже было одним из обещаний), а также чтобы пополнить опустевшие в связи с многократным ростом безработицы так называемые интегральные кассы, из которых идут выплаты уволенным трудящимся. Если этого не сделать, к 12-процентной армии безработных в самом ближайшем будущем прибавятся еще 700 тыс. "Италия может рухнуть, если не урегулировать проблему занятости" — это опасение лидера весьма умеренного профсоюзного объединения Раффаэле Бонанни разделяет глава правительства Энрико Летта. И все же его первым декретом станет отмена налога на первое жилье. Партия демократов предлагает дифференцированный подход к налогообложению первого жилья в зависимости от доходов его владельцев, размера и местонахождения. По мнению политологов, от того, как будет урегулирована эта проблема, будет зависеть не только жизнеспособность нового правительства, но и степень влиятельности его правого и левого полюсов.

У Берлускони есть и другая жизненно важная проблема. Это приближающиеся к развязке процессы по так называемому делу Руби, ожидаемое решение кассационного суда по делу о махинациях в компании Mediaset, по которому Берлускони приговорен к четырем годам заключения судом первой инстанции, а также начатый против него недавно процесс о подкупе сенаторов. Участие в предвыборной гонке, а затем исполнение сенаторских обязанностей пока позволяли бывшему премьеру добиваться отсрочки процессов.

Тем не менее защите Берлускони не удалось добиться перевода процессов по "делу Руби" и Mediaset из Милана в Брешу, что на практике означало бы их перенос в бесконечность. На днях кассационный суд решил, что оба процесса останутся в Милане. Решающая для Берлускони битва с прокурорами еще впереди.