В гостях Алексей Благирев

В гостях Алексей Благирев

Алексей Благирев

Директор по инновациям банка "Открытие"

Антон Арнаутов

- Доброе утро, уважаемые слушатели и зрители. Мы начинаем очередную передачу «Утро с Банкиром». И у нас в гостях замечательный гость – Алексей Благирев, директор по инновациям банка «Открытие».

Алексей Благирев

- Всем доброе утро.

Антон Арнаутов

- Привет. Во-первых, не в каждом банке есть директор по инновациям. Наверное, мало у кого есть такой специальный директор. И мне хотелось бы понять, во-первых, как ты дошёл до жизни такой, как ты оказался в роли директора по инновациям. Каков твой, что называется высоким словом, «жизненный путь»?

Алексей Благирев

- Ты знаешь, очень необычный. Мне кажется, я в жизни, позанимался всем: и продажами, и даже курьером работал, в видеопрокате тоже работал, фильмы выдавал, был аудитором, был айтишником, работал с данными. В каждой ипостаси пытаешься что-то новое принести, и это все замечают. Постепенно это всё как-то накапливается, и потом тебе говорят: «Слушай, Лёша, надо сместиться и комплексно поделать. Если ты делаешь, давай как-то комплексно поделаем». И как-то получилось очередное движение.

Антон Арнаутов

- Комплексно поделать, что? Инновации – такое слово красивое, круглое. В него можно вложить любой смысл. Что у вас понимают под инновациями? Что, собственно, входит в твои обязанности?

Алексей Благирев

- Ты знаешь, мне очень понравилась история, которая произошла у нас с «Точкой». «Точка» сама по себе классная.

Антон Арнаутов

- Это банк «Точка», бывший «Банк24.ру».

Алексей Благирев

- Да. Но мне понравилось история, как Борис внутри с командой выстроили их отношения к уровню риска. У них есть риск-менеджер, с одной стороны. С другой стороны, каждое звено, каждая цепочка работы с клиентом, она тоже несёт на себе такую ДНК управления риском. Инновации на самом деле и то, как это открытие внутри реализуется, это не один человек в лице меня, который решает, что делать, а что не делать, слава Богу. Это как ДНК присутствует в каждом, и каждый из нас пробует сделать какие-то совершенно интересные вещи.

Антон Арнаутов

- Ты такой генной инженерией занимаешься, вшиваешь им ген.

Алексей Благирев

- На самом деле у нас один из самых продвинутых бардов в управлении (я говорю про руководителей), и они на своём уровне понимают необходимость и важность этих изменений, фактически транслируют «top-down»-подход изменения культуры. Это очень важно само по себе.

Антон Арнаутов

- С головы, скажем так.

Алексей Благирев

- Да. И мне в этом смысле становится достаточно просто обсуждать какие-то интересные, новые идеи, они достаточно просто подхватываются. Я работал в разных банках, как вы понимаете. Европейские банки были, крупные российские тоже. Раньше, допустим, мне нужно было достаточно долго лоббировать идею какую-то. Допустим, я занимаюсь финансами, и есть какая-то интересная идея учётного движка, например, для оптимизации финансовой функции. Я очень долго-долго-долго занимаюсь лоббированием, потому что стандартный процесс. Здесь как-то всё проще.

Антон Арнаутов

- Банк – это же очень иерархизированная структура, это же миллион уровней. Я же помню эту бумагу. Она на обороте исписана больше, чем с этой стороны: там подписи всякие, штампики.

Алексей Благирев

- Мне, знаешь, вспоминается интересная история, когда я был в одном банке, с французами работал, и они прислали большую, толстую служебную записку. Она прошла всех, такая огромная, толстая записка. Я открыл, а там много-много директоров расписалось. Я открываю, а там финансовая отчётность компании одной, и такая записка очень короткая: «Пожалуйста, покажите здесь, где размер собственных средств капитала».

Антон Арнаутов

- Всё остальное – это согласование.

Алексей Благирев

- Да. И там каждый директор расписался. Мне, в принципе, можно было снять трубку, позвонить и спросить: «Алексей, мы не понимаем, где размер собственных средств капиталов, покажи». Но она прошла всех, и официально мне нужно было ещё ответить.

Антон Арнаутов

- У вас, наверное, то же самое?

Алексей Благирев

- Нет. У нас на самом деле есть «board», есть «WhatsApp», есть слэки.

Антон Арнаутов

- То есть ты хочешь сказать, что переписываешься через «WhatsApp» с советом?

Алексей Благирев

- С советом директоров мы не переписываемся.

Антон Арнаутов

- С управлением.

Алексей Благирев

- Да. Многим руководителям из состава управления мы в «WhatsApp» достаточно оперативно вбрасываем какие-то идеи, контент какой-то. Потому что на самом деле мир стал намного быстрее и стандартные формы коммуникации перестали быть основными.

Антон Арнаутов

- Говорят, что «WhatsApp» – это тоже уже отстой, наши уже где-то в «Telegram».

Алексей Благирев

- Да, «WhatsApp» теряет постепенно. Даже появилась интересная культура сама по себе, что «не звони, если можешь написать».

Антон Арнаутов

- Да, это называется малоинвазивные методы коммуникаций, потому что ты же не отрываешь человека, ты ему написал.

Алексей Благирев

- Это очень интересно, потому что не все могут на это решиться. Я вижу сам по себе эффект – он очень интересный. Он не только в банках, он и в городах. Есть Иннополис, где ребята в «Telegram» решают, какую лавочку поставить, голосуют. Я слышал, сам Никифоров модерирует, кого впустить в «Telegram», кого не впустить.

Антон Арнаутов

- Круто. Скажи мне, пожалуйста, банки жили себе хорошо. Они действительно хорошо жили. Мы все верим, что банкиры, это всегда было что-то такое почётное, уважаемое, в общем-то, к чему я испытывал чувство зависти. И они жили себе без всяких инноваций. Всё у них было нормально. Сидели они на своих креслах ровно, и не было у них никаких директоров, никаких «WhatsApp». Что вас заставило, собственно говоря, инновировать?

Алексей Благирев

- Ты знаешь, мне понравилось, как вчера Виктор Орловский на очень интересном форуме рассказал одну вещь.

Антон Арнаутов

- Прорекламируем форум «FinWin».

Алексей Благирев

- Да. Значит, кто-то скажет, что мы собрались там, ничего не делали, вместо того, чтоб заниматься стандартами классическими, идеями и процессами. Но на самом деле он полезен был очень, потому что мы обменялись мнениями и услышали достаточно интересные точки зрения. Например, Виктор Орловский, известный IT-директор Сбербанка, показал интересную историю, когда «Alibaba» фактически все классические сервисы, которые делает банк (выписки, переводы и так далее), может заменить.

Антон Арнаутов

- Легко.

Алексей Благирев

- Легко, да. В принципе, в каком-то ближайшем будущем. И вопрос такой интересный: если классический банкинг в таком понимании можно заменить, а что дальше? И, конечно, это Китай, они быстрее развиваются чуть-чуть, но и мы тоже на самом деле недалеко ушли. У нас очень развита система платежей, де-факто мы один из самых развитых рынков глобально. И в этом смысле мы как бы находимся в неком тренде. И здесь нужно решиться. Знаешь, я вчера ехал на машине, слушал радио «Бизнес FM», где рассказывали про инвестиции в науку. Есть бизнес, а есть инвестиции в науку. Там обсуждали Иосифа Сталина и сказали, что Иосиф Сталин решил инвестировать в атомную бомбу. В принципе, с одной стороны, атомная бомба позволила в какой-то момент стать страной, супердержавой. С другой стороны, привели параллельно пример с «Amazon» и «Ebay». Когда «Ebay» вместо того, чтобы инвестировать в так называемые холдинги, как а-ля «Юлмарт», магазины специальные, решил просто не инвестировать, а сделать стандартную модель е-коммерса. С другой стороны, «Amazon» инвестировал. Разница была колоссальная, потому что «Ebay» зарабатывал миллиарды долларов.

Антон Арнаутов

- Маркетплейс.

Алексей Благирев

- Да, маркетплейс. А «Amazon» не зарабатывал. И спустя некоторое время, естественно, «Ebay» заработал на горизонте 36 миллиардов долларов, а «Amazon» ничего не заработал. Но капитализация «Amazon» в 10 раз больше «Ebay», потому что «Amazon» угадал тренд и вошёл в интересное состояние.

Антон Арнаутов

- Говоря про инвестиции в атомную бомбу, я знаю, что сейчас у нас будут инвестировать в «Hyperloóp», в суперперемещение до Дальнего Востока. У нас есть надежда, что скоро мы все куда-нибудь переместимся. Значит, вопрос такой. Финтех и инновации для меня – два слова практически синонимы. Понятно, что есть инновации в тяжёлом машиностроении или в чёрной металлургии, но для меня инновации – это финтех, это финансовые технологии. Что такого сейчас в финтехе, в мире глобальном происходит, что заставляет заводить директоров по инновациям?

Алексей Благирев

- Ты знаешь, когда говорят директор по инновациям, это конечно…

Антон Арнаутов

- Прости, но я тебя буду уже до конца этой передачи преследовать.

Алексей Благирев

- Троллить, я понял. Действительно, финтех – это отдельная отрасль, это новое направление. Инновация в целом – это подход, который позволяет нам провести трансформацию, переход из одного состояния в другое состояние. Это может быть финтех, это может быть какие-то новые истории, не связанные с финтехом.

Антон Арнаутов

- Например?

Алексей Благирев

- Например, блокчейн. Все говорят про блокчейн, и, может быть, я тоже скажу пару слов. Он в явном виде не связан с финтехом, хотя на нем можно сделать какие-то интересные финансовые сервисы с участием блокчейна. Потом есть сами по себе интересные новые технологии. Например, альтернатива – «NFC»-технология.

Антон Арнаутов

- Это что такое? Это секрет?

Алексей Благирев

- Нет. Наверно, не секрет. Видел один интересный стартап, они делают технологию, Nearsonic называется, это ультразвук. Я, честно, очень удивился. Удивился, что про технологию саму по себе мало говорят, с одной стороны. С другой стороны, задумался о потенциале. Все говорят: «У меня есть технология «NFC»». Все хотят её долго-долго купить и максимально интегрировать во все площадки. А здесь появляется технологии Nearsonic, которая не требует создания отдельного приёма платежей считывания. Ты можешь фактически сделать приложение на стороне мёрчента и принимать транзакцию этим приложением, то есть динамика, условно. Это интересно само по себе. И это тоже инновация, но это пока ещё не финтех. Чтоб это стало финтехом, надо сделать некий продукт, финансовую инженерию. Здесь в понимании того, куда пойдёт финтех, тоже интересно. Как раз вчера я услышал про проект «The way».

Антон Арнаутов

- «WA». Мы их тоже чуть не взяли в программу нашего финтех-«club» на следующей неделе, но они выступили уже на этой.

Алексей Благирев

- Знаешь, они интересные. Чем они интересны? Мы обсуждали идею на рынке «lifestyle banking»: когда ты делаешь сервисы, которые не ограничиваются, это не про деньги, как говорится.

Антон Арнаутов

- То есть деньги – это свидетельство чего-то большего, скажем так.

Алексей Благирев

- Да. Знаешь, я бы сказал, что есть понятие ценности, и ценность представляет собой то, как ты работаешь с клиентом. Деньги – это одна из составляющих этой ценности, безусловно, но это не целиком. Это может быть вау-эффектом. Поздравить с днем рождения – это тоже ценность. Ребята в этом смысле представили очень интересную концепцию, которая показывает некий «lifestyle coach», который показывает, что в течение жизни мы делаем 102 ключевых решения, которые меняют нашу жизнь. Так получается биоритм.

Антон Арнаутов

- Я напряжённо начал подсчитывать, сколько я уже успел напринимать. Я уже лимит выбрал, по-моему, свой.

Алексей Благирев

- Я удивился сильно, увидев статистику, но она интересная.

Антон Арнаутов

- 102 ключевых решения в жизни – это круто.

Алексей Благирев

- У меня много таких решений происходит в жизни. Каждое из них формирует jump, после него такой квантовый скачёк – ты переходишь на некое новое состояние. Оно так и меряет – либо есть, либо нет перехода. И ребята посмотрели, интересно оцифровали. Берут новый тренд, называется «пси-тек» – это психология плюс технология равно некое понимание биоритма. Мне кажется, это очень интересное само по себе направление. Вопрос: где там банк?

Антон Арнаутов

- Ты знаешь, это совпадает. Есть такой Крис Скиннер (ты наверняка знаешь), довольно знаменитый писатель на тему финтеха, банков, дисрапшна. Он как раз сейчас пытается внедрить в общественное сознание своё понятие «вери веб», то есть какой-то «веб», замешанный на ценностях, и там где-то платежи.

Алексей Благирев

- Это та история, которая ещё называется «бим бенкинг» в разных институтах развития.

Антон Арнаутов

- За банкингом.

Алексей Благирев

- За бакингом, да. Есть банкинг, а есть бенкинг – ценность, определяемая сообществом, и одна из составляющих – деньги, но это не главное.

Антон Арнаутов

- Слушай, как интересно мы с тобой беседуем. Я думал, мы с тобой больше про технику будем говорить, про «облака», про KPI, про данные, скрипты, а мы – про ценности, про красивое. Я узнал, что, оказывается, я все свои решения уже принял, у меня лимит исчерпался. Ладно. Всё-таки ещё раз. Тренды. Давай мы ещё раз с тобой чётко проговорим.

Алексей Благирев

- Давай. Есть разные исследования, в этих исследованиях написано а, в, с, d, е. Это всё понятно. Я, наверно, скажу про тренды, как я их ощущаю с точки зрения того, что я вижу. Есть интересный тренд про дизрапшн, когда вы собираетесь в комнате и странным образом друг друга не понимаете, хотя вокруг не дураки, но все слушают разное радио. Почему люди слушают это радио, это было б интересно ответить.

Антон Арнаутов

- Они заходят там рейтинги смотреть, потом – раз, и радио включают.

Алексей Благирев

- Да, в комментариях напишите заодно, почему вы решили включить эту передачу, что вас сподвигло. Будет интересно прочитать нам с Антоном. И, когда есть разное радио, каждый слушает то, что ему нравится по тем или иным жизненным ценностям, которые совпадают, которые вещает та или иная волна. И самое сложное, что на волне диктуют какую-то информацию, получает контент, узнаёт какую-то новость, новый проект. Ему очень сложно с ним поделиться с другим человеком, потому что они не понимают друг друга, нет единого языка или точки соприкосновения. Разная система координат получается.

Антон Арнаутов

- То есть как разрыв.

Алексей Благирев

- Да, это формально разрыв. И получается, что ты вроде сидишь с человеком, вы друг друга понимаете, но у вас разная система координат, вы даже не соприкасаетесь. И это ускоряется и приводит отчасти к тому, что проекты, которые сами по себе очень интересные, они фактически не могут сформулировать, как же им там встроиться.

Антон Арнаутов

- Ты имеешь в виду финтех-проекты, стартапы.

Алексей Благирев

- Финтех-проекты, стартапы, да.

Антон Арнаутов

- И смотри, тут такая глобальнейшая тема: мы поняли, что мир меняется, банки вынуждены перестраиваться, потому что их скоро съест то ли «Alibaba», то ли ещё кто-то, если они не перестроятся, имеется в виду. Кстати, было о том, как перестраивается банк «Открытие». Мы обязательно поговорим, я тебя попытаю. Давай поговорим про эту интересную тему, про стартапы и банки. Я так понимаю, что тебе как директору по инновациям приходится много сталкиваться с новыми проектами. У меня, кстати, на каком-то этапе моей жизни, а я уже лет 5 работаю с этой темой в той или иной степени, появилось некое ощущение, что новых стартапов, новых команд и вообще чего-либо интересного у нас не происходит. Была первая волна 5 лет назад, и эти ребята, они уже успели подрасти. Мы с ними успели уже 10 раз встретиться, поссориться, помириться и так далее, но они одни и те же, и ничего не происходит. И, вообще, есть у нас в России какое-то движение стартапов, финтехов? Именно финтехов, конечно.

Алексей Благирев

- Ты знаешь, я тебе так скажу: я на самом деле с таким же волнением слежу за новостями, поэтому новости перестал читать на отечественных площадках, потому что открываешь, а там одно и то же, одно и то же. Я понимаю, о чём ты говоришь. С другой стороны, у нас есть новые идеи, новые стартапы. Например, воронка ФРИИ, где мы стали партнёром в двух акселераторах: iyota и финтех (недавно об этом объявили). Мы видим порядка 1000 проектов в целом. Они огромны, со всей страны присылают люди проекты. Конечно, дело не в количестве. Как вчера Виктор Орловский сказал, он разговаривал с одним из представителей известного западного банка (синий лейбл на букву «Б», не будем называть). Он спросил: «А как вы работаете со стартапами?», он говорит: «Мы посмотрели 3000 проектов, провели 1000 хакатонов» и так далее». Он говорит: «Понятно. А сколько внедрили?». Ему говорит: «Ноль». Он говорит: «Ладно, встретимся через год». Встретились через год. Он говорит: «Как у вас дела?» «Слушай, мы увеличили воронку почти в 1,5 раза. У нас ещё больше проектов зашло в банк, ещё больше посмотрели, больше интервью, больше хакатонов. Он говорит: «Понятно, а сколько внедрили?». Ему отвечает: «Пока, ни одного».

Антон Арнаутов

- Но, они работают.

Алексей Благирев

- Да. Работа идёт.

Антон Арнаутов

- Слушай, я хочу обратить просто внимание наших слушателей и зрителей, что у нас в гостях в студии директор по инновациям банка «Открытие» Алексей Благирев. На самом деле, если кто-то работает в этой сфере или думает работать в сфере стартапов, стартаповского движения, то есть возможность задать вопрос. Мы никогда ещё этим не баловались, скажем, так. Тут стоит такая красивая табличка. Мне её надо в руки взять, чтоб показать её или как? Давайте я её в руки возьму: «Их разыскивает…».

Алексей Благирев

- Да, чуть повыше.

Антон Арнаутов

- Вот так хорошо. Вот такая вот табличка, на ней написан телефон.

Алексей Благирев

- На правах рекламы – «WhatsApp», «Viber», «Telegram».

Антон Арнаутов

- Да. На них написан телефон, и можно нам в «WhatsApp», «Viber» и в «Telegram» отправлять какие-то вопросы. Видите, какие у нас технологии теперь современные. Берёшь табличку, показываешь её вот так, и тебе пишут через современные блоги. Можно задать вопрос, собственно говоря, Алексею: что нужно банку «Открытие»? Мы постараемся ответить на эти вопросы в плане технологий: как к вам попасть и чего не хватает тем стартаперам, которые это уже пытаются сделать? Так, возвращаемся. Хорошо. Воронка, 40 000 одних стартапов. В мире 4 000 стартапов всего.

Алексей Благирев

- И один Алексей с небольшой командой внутри банка ключевых менеджеров, которые могут эту воронку посмотреть. Физически не хватает у всех времени осилить её, это бессмысленно. Поэтому здесь в первую очередь вопрос качества и, наверное, интуиция. Потому что есть интересные стартапы, но по разным причинам они не могут объяснить идею, которая внутри находится у них. Эта идея, она может быть и сама по себе прорывной, но они её продают не как прорывную. Внутри может отсутствовать некая фундаментальная основа исследований, применения технологий в бизнесе, то есть, условно, говорят про одно, а стартап совершенно про другое. Мне слово нравится во ФРИИ «галлюцинируют». Они пока галлюцинируют о том, что это всё взлетит.

Антон Арнаутов

- Вообще, хорошее слово применительно к нашему вечному рынку – «галлюцинировать». Надо запомнить его.

Алексей Благирев

- Да. Финтех-галлюцинация такая.

Антон Арнаутов

- Хорошо. Я никого не имел в виду. То есть они сами не умеют себя подать. Это всё, что им не хватает?

Алексей Благирев

- Знаешь, подать – это тебе просто нужен коуч, который научит тебя подавать первое, второе блюдо и так далее. А есть ещё принципиальная история – это понимание отрасли, понимание, что собой представляет банк сам по себе и банковский продукт, банковское обслуживание. И когда ты предлагаешь что-то для клиентов, конечно, тут надо какое-то предварительное исследование провести или как-то поговорить, каздев(18:57) такой сделать, но каздев – не просто походить, поспрашивать…

Антон Арнаутов

- Что такое каздев? Поясни нашим слушателям, пожалуйста.

Алексей Благирев

- Конечно, я тут разные точки зрения слышал, что каздев – это, когда за стол сажаешь 25 человек, и они тебе по очереди высказывают своё мнение в отношении твоего сайта, и тебя всё станет хорошо, с одной стороны. Но каздев может проходить на уровне человеческого общения. На самом деле очень важно получить обратную связь на уровне эмоций. А, с другой стороны, можно использовать алгоритм в каздеве, но у нас люди практически не используют алгоритм. Нейронные сети, например, изучать приложения, фотографии – это тоже некий каздев, который помогает оценить существующий рынок.

Антон Арнаутов

- Бедный, несчастный стартап, у него два с половиной калеки. Он даже секретаршу не может себе найти. А ты говоришь: «Нейронные сети». На самом деле, давай реально. Человек что-то хочет банкам продать, себя продать, идею, стать там новым пейпалом, как ему делать каздев?

Алексей Благирев

- Смотри, как я рекомендую. У нас современный мир, я решил поделать стартапы тоже, чтобы понять, что это такое. Зашёл в акселератор, прошел, все эти круги общения и понимаю всю боль и проблемы, которые там сейчас есть, с одной стороны. С другой стороны, у нас в «облаке» есть куча сервисов, куча команд, с которыми надо дружить. И первое, с чего начинается стартап – это «networking внутри команд, которые уже существуют, которые что-то делают.

Антон Арнаутов

- То есть надо посмотреть, кто работает для вас, правильно я думаю?

Алексей Благирев

- Нет, кто вообще работает на рынке, что-то делает полезное.

Антон Арнаутов

- Для банков.

Алексей Благирев

- Для банков, например. Прийти, пообщаться с ними. Если у вас какая-то крутая идея есть, в принципе, идти одним каким-то «Титаником» и пробивать рынок можно, но это бессмысленно само по себе. Вся идея финтеха – это интеграция, интеграция на уровне комьюнити, сообществ, когда вы ищите себе людей, которых у вас нет, секретарша, например. И набирая добровольцев, которые разделяют ваши идеи, взгляды и как-то горят внутри, в хорошем смысле слова, вместе вы делаете какой-то интересный проект. Это некий принцип охлократии, когда вы организуетесь в круг единых ценностей и вместе подаёте. Это не обязательно может быть одна компания, это может быть несколько компаний на уровне договорённостей, что делать. Это вполне возможно, я это сам лично пробовал. У меня последний пример был, мы провели хекатон большой с одним большим телеком-оператором. В выходные просто с друзьями собрались и взяли данные крупной компании, дали студентам, чтоб они вместо летней производственной практики на этих данных нашли какие-нибудь инсайты и продали их крупному телеком-оператору.

Антон Арнаутов

- Да, которого вы не назвали.

Алексей Благирев

- Да. Большой оператор. И в этом смысле всё, как мы работали, строилось на взаимодействии с неким subject matter expert – точки компетенции на рынке, который мы понимаем. Допустим, я знаю, этот человек хорош с точки зрения данных, этот человек хорош с точки зрения понимания телеком-отрасли, этот человек хорош с точки зрения организационной части, этот – с точки зрения маркетинга, этот – с точки зрения инфраструктуры. И ты понимаешь, с одной стороны, что они все делают, ты можешь сам всё сделать, но в сутках 24 часа, поэтому стартапы физически не успеешь. С другой стороны, им нужно ходить, общаться, они сейчас этого не делают.

Антон Арнаутов

- То есть стартаперы не общаются.

Алексей Благирев

- Нет, они, конечно, может быть, смузи пьют и общаются…

Антон Арнаутов

- Но не о том.

Алексей Благирев

- Не о том. И когда ты берёшь стартап, ведёшь к другому стартапу, говоришь: «Смотри, у вас вместе что-то прикольное получиться. А вы что, не знаете друг друга?», они: «Нет, мы друг друга не знаем». И это довольно частые случаи на рынке.

Антон Арнаутов

- Хорошо. Давай ещё раз зафиксируем, что стартапы: а) не умеют себя презентовать, но это такая азбучная истина, и они почему-то упорно не хотят этому учиться, видимо, это входит в их религию; б) значит, они не понимают, чем занимаются банки, что им надо, и не хотят между собой коммуницировать, чтоб понять это. Правильно я понимаю?

Алексей Благирев

- Да.

Антон Арнаутов

- Но есть другая сторона вопроса. Банки, в общем-то, живут хорошо, не нужны им никакие стартапы. Сам говоришь, что они проводят бурную работу, они устраивают хекатоны.

Алексей Благирев

- На самом деле тут две поправки. Первая по поводу «презентует». Это не значит, что плохие навыки, скилы, 10 000 часов нужно тренироваться перед зеркалом, говорить «А, Б, С».

Антон Арнаутов

- Нужно.

Алексей Благирев

- Нет. Статистика вышла, что 10 000 часов добавляет тебе совсем чуть-чуть в матрице навыков. В основном решают многие гены, какая-то внутренняя мотивация, желание, «inspiration», как говорят люди, но не 10 000 часов. Здесь лучше вдохновиться этим и идти на вдохновении. А вторая история: банки, конечно, зарабатывают, с одной стороны, но, с другой стороны, если бы все банки были сыти, то мы увидели бы повсеместно RND-лаборатории, которые строят роботов, потому что им некуда было бы девать средства. Но это не так. Поэтому все стараются достаточно эффективно небольшими командами сделать какие-то интересные проекты, именно небольшими командами. Это один из основных трендов. Поэтому, может быть, это восприятие, что банк – это огромный денежный мешок, который можно прийти и выбить, это мешает в коммуникации. Потому что, когда ты приходишь и спрашиваешь, какая модель ценообразования, они говорят: «Слушай, вот подписка 1 миллион в год и всё». Я говорю: «Понятно, а дальше-то что?». Они говорят: «А дальше мы посмотрим». Я говорю: «Окей, понятно».

Антон Арнаутов

- То есть те слушатели, которые рассчитывают, что в банках есть деньги, они, в общем-то, глубоко ошибаются, в банках ещё и денег нет. Весёлая новость. Хорошо. Это была шутка. Значит, смотри, ещё раз. Есть банки. Ты утверждаешь, что им что-то нужно от стартапов, например. Что банку «Открытие» и в каких областях, в какой области экспертизы вдруг это понадобилось? У вас же есть свой IT, у вас есть открытие «digital», много чего есть на самом деле. Не буду ничего рассказывать, но я знаю. Зачем вам и в каких областях нужны экспертизы чужих команд?

Алексей Благирев

- На самом деле мы здесь идём нестандартной моделью. И на самом деле практика такая, что модели нет. Мы все экспериментируем, смотрим, что вообще работает, что нет, и находимся в поиске самой оптимальной корпоративной модели работы с новыми технологиями, с новыми идеями. Они как внутри могут рождаться, так и вовне. Мы здесь пришли к некой идее, в том числе и с технологической командой, частью которой я долгое время был, о том, что есть два концепта: «usual banking» и «unusual banking».

Антон Арнаутов

- Интересно. «Unusual banking» - необычный банкинг.

Алексей Благирев

- Смотри, я хочу, чтобы ты правильно услышал меня. Всегда есть два полюса в любой организации (это по моим персональным наблюдениям, конечно, люди могут не согласиться со мной, но тем не менее). Один полюс - холодный, он такой, когда ты защищаешь себя с точки зрения процесса, то есть фактически ты хеджируешь риск того, что ты сделаешь неправильно регламентом процесса, и идёшь по процессу. Второй полюс, он такой тёплый, тёплый-тёплый, горячий.

Антон Арнаутов

- Паяльник. Паяет новые микросхемы, скажем так.

Алексей Благирев

- Да. Там постпроцессные организации, когда твоя деятельность или работа определяется твоей осознанностью, ты делаешь это правильно или нет.

Антон Арнаутов

- То есть ты не защищаешься, а осознанно что-то делаешь.

Алексей Благирев

- Да. Ты осознанно что-то делаешь. В этом смысле, конечно, может показаться, что там больше рисков, чем в холодном полюсе, но на самом деле холодный полюс не успевает адаптироваться к изменениям, поэтому там достаточно много рисков. А в горячем, если ты действуешь осознанно, то ты действуешь перед трендами. Вот, у нас «usual banking» – это холодная культура, которая существует, это масс ретейл, остальные блоки и так далее. «Unusual banking» – это те самые стартапы и проекты, которые ты назвал, это «Точка», «Рокет».

Антон Арнаутов

- «Рокет» мы ещё не называли. Сейчас назовём.

Алексей Благирев

- «Digital», открытие «Арены» – интересный проект.

Антон Арнаутов

- Открытие «Арены»? Это цирк?

Алексей Благирев

- Нет, это не цирк. Это первый в России стадион. Кстати, про него очень мало почему-то говорят. Мне так кажется.

Антон Арнаутов

- Открытие «Арены». Давайте расскажем.

Алексей Благирев

- Открытие «Арены». Он принимает Чемпионат мира в 2018 году.

Антон Арнаутов

- То есть это какой-то суперстадион? А зачем банку стадион? В чём там банковский интерес?

Алексей Благирев

- Это не наш личный стадион, это стадион «Спартака». Мы являемся держателем бренда, и наше название носит стадион, с одной стороны. С другой стороны, мы внутри сделали интересную инфраструктуру, которая позволяет систему бесконтактных платежей.

Антон Арнаутов

- Зона без контакта, скажем так.

Алексей Благирев

- Да, это одна из первых глобальных зон - «без контакта». Мы её запустили в 2014 году. Это, конечно, был прорыв на рынке. Мы даже поставили специальные переделанные банкоматы для того, чтоб продавать там «prepay»-карты. Понятно, сейчас тренды все меняются, тем не менее.

Антон Арнаутов

- Все прекрасно понимают, что раз вы их взяли внутрь, то вы их там переварите. Это ж естественно. Корпоративная культура, как говорят, она отличается только уровнем кислотности среды, так скажем. Это ж обычная история. Например, есть маленький такой, быстрый, бравый стартап. Он очень хочет стать богатым, и он идёт в большую структуру. Большая структура хочет стать быстрой. Потом она съедает маленький стартап и всё.

Алексей Благирев

- Слушай, нас сейчас 12 000 человек слушает, я так понимаю. Я как раз хотел сказать этим людям, которые нас слушают, про то, что на самом деле эта классическая схема операций, когда я иду через рот, и это переваривается где-то, и дальше что-то выходит или не выходит, это не так. Мы здесь занимаемся некой генной модификацией, и эти стартапы, как сателлиты, присоединяются, мы их не перерабатываем, внутри остаётся культура. Безусловно, у них есть интерфейс восприятия культуры банка, они вынуждены это делать.

Антон Арнаутов

- Но они сохраняют свою культуру.

Алексей Благирев

- Да, они сохраняют свою культуру. Когда большой кит плывёт, вокруг него есть такая стайка ребят, которые выполняют свои функцию. Мы, с одной стороны, наблюдаем за ними, проверяем те или иные гипотезы, которые происходят на рынке, как они работают с сегментами, с которыми мы не работаем. И успешные, самые интересные истории мы начинаем интегрировать внутри и меняемся сами. Я бы сказал так: ты подсовываешь ген себе и постепенно меняешься сам, то есть ты на уровне генов перестраиваешься сам. У нас есть хороший пример. У нас не было Демо-дней и agile команд. Теперь у нас появились agile команды, которые работают с гибкими разработками в стримах. Их около 10 в общей сложности .

Антон Арнаутов

- Внутри уже банка самого.

Алексей Благирев

- Внутри банка, да. Эти команды вместе с бизнесом совместились и идут вместе в унисон.

Антон Арнаутов

- Это полный джайв такой.

Алексей Благирев

- Да, и у них появился демо-день, который я тоже вместе с коллегами вёл в течение всего сезона первого. Демо-день – это площадка, мы сначала проводили её раз в две недели. Представляешь, раз в две недели команды начинают приходить и рассказывать всему банку внутри. Ты можешь подключиться через «MAINT», «Link» и так далее и посмотреть, что же вообще происходит. И главное – дать обратную связь в комментарии: «Ребята, вы делаете какую-то несуразную историю. Надо немножко по-другому делать. Вот здесь вы не учли такую проблему, когда мы говорили». Очень интересный на самом деле эксперимент оказался и вылился в то, что стал регулярным. Единственно, мы сейчас такт немножко расширили. Недельные такты сохранились, появились недельные релизы, космос.

Антон Арнаутов

- Чтобы просто понимали те, кто не в теме, что обычный релиз банковский – это раз в сколько? Раз в квартал?

Алексей Благирев

- Да, квартал. Все бьются, что вставить в этот релиз, такая джидайская война: все собираются, толпы, через квартал. И все пытаются планировать, что он сможет начать зарабатывать, условно, когда релиз случится, через квартал. Конечно, благодаря интеграции ДНК новой культуры мы смогли перейти на состояние недельных тактов. Это в какой-то части космос сначала был для меня, а потом мы совершаем прыжок в зону зрелости, резко. Это происходит не ступенчато. Условно, сначала мы будем делать это 29 дней, потом 25 дней – такого нет. Значит, мы делаем, условно, месяц, потом: «Давайте быстрее, раз в две недели». Давайте. Понятно, есть определенные сложности, тонкости, какие-то моменты, риски, но мы их хеджируем и влетаем.

Антон Арнаутов

- Интересно ты говоришь. Дестрапшн на конференциях обычно проявляется в двух вещах. В оформлении презентации раньше проявлялся. Выходят два: у одного какие-то фанки-картинки, приятные яркие образы или, наоборот, пугающие, страшные образы. Это как-то бьёт по публике. У другого – квадратики, квадратики, стрелочки, квадратики. Вообще не понятно, о чём 25 пунктов на одном слайде. Сейчас все научились презентации делать яркими: там львы нарисованы, ещё что-то такое интересное. Даже не буду говорить, какая высокая инстанция, регулирующая то, что научилась делать яркие презентации. Но есть теперь другой индикатор для меня лично. Если человек говорит о системах, структурах и так далее, это всё-таки «old school». Если он говорит о времени, можно посчитать, сколько раз человек в своей речи употребляет слова, относящиеся ко времен. Ты говоришь: недельный релиз, ускорение, быстрее. И эта гонка за временем – это одна из ключевых вещей, которую люди должны осознать, что сейчас страшнее сидеть и страшнее ждать, как мне кажется.

Алексей Благирев

- Страх лишает вас смелости принимать нестандартные решения. Поэтому, наверное, должен двигать не страх, а…

Антон Арнаутов

- Любовь.

Алексей Благирев

- На самом деле, любовь не должна требовать каких-то поступков, а просто принимаешь всё как есть, вопреки логике. Это парадокс логики. Ты любишь, и логика здесь не при чём. Я бы сказал, что это интуиция. Это эмоциональный интеллект, это, наверное, одна из новых историй, которую рынку нужно постепенно осваивать. Вчера был интересный доклад Орловского. Прости, что я его третий раз назвал. Был доклад про «generation Z». Я думаю, какой «generation Z», если мы ещё первое не похоронили, ещё здесь. А там уже следующее поколение. И, тем не менее, он говорит: «Оно явным образом выделено, оно по-другому живёт. Они живут совершенно в ином ритме, для них больше «Periscope», чем «WhatsApp». Для них больше нужен стремительный поток, и они фокусированы целиком на успехе». Если первые были немножко про другое, они были про ценности, еще что-то, то вторые – иные, получается. Получается, что здесь наше общество, люди, которые работают – это как бутерброд с разными ценностями. Когда ты стартап, ты физически должен это учитывать. Поэтому, когда ты молодой очень с клёвой идеей, я рекомендую найти на рынке какого-то коуча, который поможет притормаживать некоторые вещи.

Антон Арнаутов

- Можно просто не попасть в ряды.

Алексей Благирев

- Да. Вы думаете: «Я не попал в ритм, из-за этого у меня коммуникация плохая». Здесь персональных восприятий давно уже нет. Просто-напросто нет общей системы координат, но, бывает, меняется мнение.

Антон Арнаутов

- Знаешь, о чём ещё хотелось бы успеть поговорить? У нас 10 минут уже осталось. У нас ещё есть замечательная тема студентов и банков. Я знаю, что ты фанат этой темы. Кстати, очень немногие люди всерьёз к этому относятся. Кончено, кто-то создаёт кафедры и так далее, но, чтобы к этому испытывать именно любовь (я считаю, что любовь движет миром), но я не встречал ещё. Давай об этом сейчас. Что ты вкладываешь в эту тему? Какой потенциал ты видишь в этой теме?

Алексей Благирев

- Смотри, я сам прошёл сложный путь в системе обучения. Я где-то не воспринимал её достаточно серьёзно, поэтому ушёл работать полностью с головой, потом пошёл получать профессиональную квалификацию, которую я получаю уже 9 лет.

Антон Арнаутов

- Да, ты опять в это раз героически сдавал.

Алексей Благирев

- Да, я пересдавал. Люди уже формируют хештеги в поддержку Благирева, чтоб я всё-таки сдал последний экзамен. Поэтому, я скептически отношусь ко всей существующей системе образования, с одной стороны. С другой стороны, я вижу огромный дизрапшн (разрыв) между тем, что ребята делают, как их воспринимают компании: пушечное мясо пришло, пушечное мясо появилось, можно что-то сделать такое. И накидуют их какими-то задачами, которые, в принципе, не имеют какого-то конкретного прикладного характера, не создают какой-то ценности для бизнеса, но их нужно делать. Их сбрасывают студентам, они их делают, уходят с расстроенной головой, потом не возвращаются обычно. А на рынке сейчас нехватка специалистов. У нас ещё есть такой тренд. Мы отставали, как страна, от цифрового развития немного. Сейчас мы догоняющие, с одной стороны, с другой стороны, где-то опережаем – такая странная картинка получается. И технологии на рынке, они есть, но нет людей, которые умеют ими пользоваться физически. То есть, если, допустим, я с практической точки зрения пытаюсь найти команду сайентистов или людей, которые занимаются исследованиями, то их на рынке по пальцам пересчитать можно.

Антон Арнаутов

- Сайентисты – это не саентологи.

Алексей Благирев

- Не знаю. Не люблю слово «сайентист». Мне нравится «датаскаут». На самом деле это исследования, датаскаутёры, которые исследуют рубежи Вселенной. Они путь ищут по хлебным крошкам. Это история, которую нужно вот так воспринимать. Когда ты говоришь «учёный», все думают про белые халаты, еще что-то. И таких людей на рынке очень мало физически, и надо что-то с этим делать. Воронка существующая не позволяет их «штамповать». Есть, конечно, всякие институты типа «Школа анализа данных» у «Yandex». Но мы знаем, какие компании пылесосят эти воронки, а все остальные остаются без людей. Когда мы занимались «big data», я с практической точки зрения начал работать со студентами, потому что мне нужны были кадры в команду, физически, чтобы у меня была всегда возможность привлечь толковых ребят.

Антон Арнаутов

- Хорошо. Если есть толковые ребята, они могут к тебе обращаться, чтоб ты провёл, скажем, тестирование, привлёк к каким-то не рутинным работам?

Алексей Благирев

- Я фанат всякой истории, потому что сейчас у нас есть огромный потенциал, у нас такая страна джейл джаит, по определению. У нас всё меняется, у нас в этом огромное преимущество перед всеми остальными, и мы должны это использовать.

Антон Арнаутов

- Да. Мы с тобой до начала передачи говорили: то бешеный холод, то жуткая жара.

Алексей Благирев

- Завтра, условно, рубль подешевел или взлетел. Знаешь, когда я в Штаты прилетел, в Калифорнии на пляже бомжи какие-то были, ветераны такие жизнерадостные. У них завтра доллар не поменяется - очень стабильная ситуация. Я им говорю: «Ребята, у меня завтра будет всё совсем по-другому».

Антон Арнаутов

- Слушай, у нас осталось буквально 3 минуты. Я понял, что всем студентам надо срочно к Благиреву записываться в ряды скаутов, он им повяжет галстуки специальные, научные, сайентические. Слушай, возвращаясь к стартапам, есть ещё такая объективная штука как регуляторная среда. Она у нас довольно тяжёлая. Прямо скажем, регулятор у нас продвинутый, а среда тяжёлая – обычный русский парадокс. Регулятор, условно говоря, за технологию блокчейна, но при этом 7 лет где-то светят на горизонте. Есть сейчас в Европе такое модное поветрие, как песочница. Насколько ты считаешь это актуально? У нас есть какие-то специальные условия для стартапов, для передовых технологий?

Алексей Благирев

- Мы не успели затронуть тему открытых IP и песочниц. Она очень актуальна, потому что физически внутренняя структура организации не позволяет быстро сервисы делать, потому что всё равно есть некая инертность внутри, с одной стороны. С другой стороны, те риски, которые ты обозначил, они всё равно существуют. Стартапы, их до конца по разным причинам не понимают. Может быть, это даже не их задача. На рынке должен быть Sandbox, который as-a-service, который предоставляет возможность хеджирования этих рисков или, по крайней мере, наблюдение, сработает там риск или нет.

Антон Арнаутов

- С участием регулятора.

Алексей Благирев

- Да, в этом случае регулятор должен поучаствовать и взять на себя, так сказать, некую инициативу допуска на эту площадку: кого-то пускать, кого-то не пускать и перейти от data as a liability в сторону data as an asset.

Антон Арнаутов

- А в чём разница? Украдём ещё полминуты.

Алексей Благирев

- Когда data as a liability и какие-то данные открываются, то проблемы возникают у банка, если какие-то данные случайно откроются. Поэтому банк не открывает свои IP. А data as an asset – это стимулирование финансовых институтов к обмену информацией для того, чтобы создавать совместные продукты и повышать капитализацию банковской системы в целом. Есть такой тренд, он на Западе сейчас появляется, сам по себе интересный.

Антон Арнаутов

- Да, под конец мы зажгли. Чтоб разобраться в последней фразе, мне понадобится немало времени. Но я надеюсь, что мы с тобой не последний раз встречаемся, в том числе в этой студии. Я надеюсь, что лето будет жарким во всех смыслах этого слова. В финтехе будет много чего происходить. На следующей неделе у нас произойдет конференция «Fintech Lab», во вторник. Кстати, кто ещё не успел туда попасть, ищите нас на сайте «банки.ру», у меня в «Facebook». Стартапы и студенты.

Алексей Благирев

- Пользуясь случаем, хочу рекомендовать вам отправить свои заявки акселератор ФРИИ. Там есть профессиональный трекер, который позволяет отобрать заявки. Мы с ним сейчас ещё плотно работаем. В принципе, для нас это некая единая точка входа воронки. Мы оперативно с ними работаем, поэтому имейте в виду, всё нормально. Также вы можете писать мне в «Facebook».

Антон Арнаутов

- Банк «Открытие» по определению должен быть «open». Ещё раз напоминаю, что у нас в гостях был директор по инновациям банка «Открытие» Алексей Благирев. Спасибо тебе огромное, что присоединился к нам в этот жаркий летний день.

Алексей Благирев

- Спасибо, что позвали. Очень интересно.

Антон Арнаутов

- Ещё раз, привет всем.

Алексей Благирев

- Ребята, всем привет. Спасибо большое, что слушаете нас.