Перспективы социокультурного движения в полиэтничном регионе

УДК 316.7

ПЕРСПЕКТИВЫ СОЦИОКУЛЬТУРНОГО ДВИЖЕНИЯ В ПОЛИЭТНИЧНОМ РЕГИОНЕ

Савченко И.А.

Цель

Выявить наиболее приемлемые формы развития современного многоэт-ничного региона.

Методы проведения работы

Использовались материалы авторского социологического замера, проведенного в форме анкетного опроса представителей различных культурных групп Нижегородской области, и анализ вторичной информации, включая данные переписей населения.

Результаты

Показано, что в современных условиях интеграционная идея, сочетающая в себе культурную дифференциацию и сближение, становится ориентиром для организации межэтнического взаимодействия в многоэтничном регионе.

Область применения результатов

Управление общественными отношениями в сфере межкультурного контакта.

Ключевые слова: полиэтничный регион; социокультурная интеграция; ассимиляция; аккомодация; консолидация; сегрегация; геттоизация; марги-нальность.

PROSPECTS OF SOCIOCULTURAL MOVEMENT IN POLYETHNIC REGION

Savchenko I.A.

Purpose

To reveal the most acceptable forms of development of the modern multiethnic region.

Methodology

The analysis of secondary information (including data of population censuses) and materials of the author's sociological measurement carried out in the form of questionnaire of various cultural groups representatives in Nizhny Novgorod Region were used in the work.

Results

In modern conditions the integration idea combining cultural differentiation and rapprochement becomes a reference point for the organization of interethnic interaction in the multi-ethnic region.

Practical implications

management of the public relations in sphere of intercultural contact.

Keywords: multi-ethnic region; sociocultural integration; assimilation; accommodation; consolidation; segregation; ghettoization; marginality.

Большинство современных обществ характеризуется многообразием вариантов этнокультурного взаимодействия. Для классификации отношений между этнокультурными общностями» целесообразно использовать два критерия классификации этнокультурных отношений: объединение-разъединение и наличие-отсутствие конфликта [8, с. 58].

Эти критерии являются сложными, или интегральными, поскольку содержат внутри себя дополнительное деление. Перекрестное сопоставление дан-

ных критериев выявляет четыре блока социокультурных отношений, каждый из которых имеет особое наполнение (Таблица 1).

Таблица 1

Распределение межэтнических отношений по классификационным

блокам

Интегральный критерий   Объединение/ Разъединение

Объединение Разъединение

Конфликт/ Неконфликт Конфликт Принудительная ассимиляция, аккомодация Г еноцид, криминализированная сегрегация, геттоизация

Неконфликт Добровольная ассимиляция, консолидация Интегр Сегрегация, культурная маргинальность ация

Использование сложных критериев позволяет определить особую роль социокультурной интеграции среди типов межкультурных отношений, выявить ее неконфликтную объединительно-разъединительную природу, детерминирующую дихотомию дифференциации и сближения в интеграционном процессе.

Между тем, в направлении социальной науки, охватывающем многообразие социокультурных процессов в обществе, остаются нерешенными многие вопросы: в частности, не до конца понятно, к какому варианту взаимодействия стремятся современный поликультурный социум и его сегменты. Можно утверждать, что в современной социологии проблема определения приоритетных направлений развития многоэтничного общества, несмотря на свою практическую значимость, оставляет больше вопросов, нежели ответов.

Цель работы - на основе эмпирических данных выявить наиболее приемлемые формы развития современного многоэтничного региона (на примере Нижегородской области).

Материалы и методы исследования. В работе использовался анализ вторичной информации (включая данные переписей населения (1989, 2003, 2010

гг.) и материалов авторского социологического замера, проведенного в форме анкетного опроса «Формы межкультурного контакта» (январь 2008 - октябрь 2010). Целевая выборка - представители 19 нетитульных этнических групп (1009 чел.), проживающих в Нижегородской области. Контрольная группа -русские (141 чел.). Общая выборка - 1150 чел.

Результаты исследования и их обсуждение. Нижегородская область -культурно-разнородный регион. В последние десятилетие полиэтнизация области стала более активной, чем в предыдущие годы. Между тем, полиэтнич-ность для области не является новым и незнакомым феноменом, она обусловлена историческими и географическими особенностями региона [9, с.85.].

Так, Нижегородская область граничит с тремя национальными республиками: на юге - с Республикой Мордовией, на востоке - с Республикой Марий Эл, с Чувашской Республикой. И это соседство на протяжении столетий способствует культурному, экономическому, кадровому обмену.

Можно выделить четыре основных этноса, компактно проживающих на территории области. Самая многочисленная (после русских) - татары (в 1989 г.

- 1,6% населения области, в 2002 и 2010 - 1,4%) [3], [4].

В настоящее время татары живут компактными поселенческими группами в Краснооктябрьском, Сергачском, Спасском, Пильнинском, Сеченовском, Княгининском районах Нижегородской области. Можно заметить отличия татарских сел от соседних мордовских и русских. Татарские поселения многолюдны, здесь интенсивно строится новое жилье, в том числе, молодыми семьями, развиваются фермерские и скороводческие хозяйства, в хозяйствах много рогатого скота и лошадей [6].

Другой компактно проживающей группой является мордва. На юге области мордвины (мокша и эрзя) проживали с раннесредневекового периода, о чем свидетельствуют, помимо прочего, обозначения населенных пунктов. Так, название города Арзамас происходит от этнонима «эрзя». В советский период основная часть территорий бывшей Нижегородской губернии с преимущест-

венно мордовским населением вошла в состав Мордовской автономной советской республики. В современной Нижегородской области мордвины проживают в Сергачском, Пильненском, Шатковском, Большеболдинском, Лукоянов-ском районах. Доля мордвы здесь невелика, и имеет место тенденция снижения численности: 1,4% населения области в 1970 г. [11, с. 19], 1% - в 1989, 0,7% - в 2002 г., 0,6 % - в 2010 г. Мордва раньше других угро-финнских народов приняла православие (XVIII в.) [11, с. 19]. До этого практиковались языческие культы, элементы которых обнаруживаются по сей день. Велико число браков и соседства с русскими. Мордовские села пустеют, жители уезжают в города, где активно ассимилируются. В последнее время эта тенденция становится предметом активной дискуссии [7].

Марийцы, которых на Руси с древности называли черемисами, многочисленны на севере Нижегородской области в Тоншаевском (12,3%, в сельской местности - 22,3%), Шарангском и Воскресенском районах. Общая численность в 2002 и 2010 гг. - 7,8 тыс., при этом она почти не изменилась за последние сто лет [11, с. 102.]. В Нижегородской области преобладают так называемые луговые марийцы, число горных марийцев незначительно. Марийцы, в особенности, луговые, начиная с допетровских времен, сопротивлялись принятию православной веры. Несмотря на то, что большая часть населения к концу XIX в. была крещена, языческие культы распространены и поныне, хотя жрецами все чаще становятся женщины [1]. Смешанные браки, особенности в сельской местности, - редкость. В быту используется диалект марийского языка, однако, литературным марийским языком, распространенным в Марий-Эл, нижегородские марийцы не владеют [2].

Чуваши начали активно переселяться в Нижегородскую область в 60-х гг. XX в. Причины переселения были, прежде всего, материально-экономические. Сегодня во многих селах юго-восточной части области (Княгининский, Пиль-ненский, Сергачский, Бутурлинский районы) проживают от пяти до двух десятков чувашских семей. В 1970 г. чуваши составляли 0,2% населения области, в

1989 и 2002 и 2010 гг. - 0,3%. Типичное явление - села со смешанным русско-чувашским или чувашско-татарским населением (Лопатино Сергачского района и другие). Чуваши нередко работают в качестве наемных рабочих в богатых хозяйствах татар (поселок Рыбушкино и др.). Некоторые усваивают татарский язык. Есть случаи принятия ислама, хотя многие считают себя православными [12].

Динамика населения Нижегородской области в последние 20 лет представлена в таблице 2 [4].

Таблица 2

Этнический состав Нижегородской области

Результат переписи 1989 г. Общая числ. населения -3.714.322. Результат переписи 2002 г. Общая числ. населения -3.524.028.. Результат переписи 2010 г. Общая числ. населения -3.310.597.

Этнос Тыс. чел. % от общ числ Этнос а ч Н Р % от общ чис Этнос Тыс. чел. % от общ числ

Русские 3522.148 94,83 Русские 3346.398 94,96 Русские 3109.661 95,1

Татары 58.603 1,58 Татары 50.609 1,44 Татары 44103 1,4

Мордва 36.709 0,99 Мордва 25.022 0,71 Мордва 19138 0,6

Украин- цы 33.344 0,90 Украин- цы 24.241 0,69 Украин- цы 17657 0,5

Чуваши 12.206 0,33 Чуваши 11.364 0,32 Армяне 13294 0,4

Евреи 12.198 0,33 Армяне 10.786 0,31 Чуваши 9765 0,3

Белору- сы 9.265 0,25 Азербай- джанцы 8.309 0,24 Азербай- джанцы 8494 0,3

Марий- цы 7.942 0,21 Марийцы 7.757 0,22 Марий- цы 6415 0,2

Цыгане 4.316 0,12 Белорусы 6.833 0,19 Др. на-цион-ти 39721 1.2

Азербай джанцы 1.053 0,03 Евреи 5.312 0,15 Не указали нац. принадлежность 42349 1,3

Цыгане 4.373 0,12

Из таблицы видно, что этнический состав области начал меняется в период между переписями 1989 и 2002 г. Так, если в 1989 г. в области было представлено лишь 10 этногрупп, то к 2002 их стало 48 [5]. Уже к 2002 г. численность армян, которых в 1989 г. в Нижегородской области практически не было,

стала равна численности чувашей, а к 2010 г. превысила ее. А количество азербайджанцев, которых 20 лет назад в области было 0,03%, все больше превышает число марийцев. Недавняя перепись показала нарастание тенденции снижения численности аутохронных групп, и роста количества приезжих.

В Нижнем Новгороде и области действуют 34 национально-культурных объединения. Из них еврейских - 5, татарских - 4, русских - 2, мордовских - 2, езид-курдских - 2, азербайджанских - 2, корейских - 2, грузинских - 2. Есть также армянское, белорусское, украинское, марийское, мордовское, финское ингерманландское и некоторые другие объединения [3]. Эти культурные ассоциации выполняют несколько важных функций: 1) обеспечение культурной сохранности этногруппы; 2) помощь в социальной адаптации представителям той или иной культурной группы; 3) развитие межкультурных связей с другими национально-культурными общностями [10, с. 56.].

Для того чтобы понять, какой путь развития полиэтничного сообщества предпочитают сами члены полиэтичного сообщества, был проведен анкетный опрос «Формы межкультурного контакта».

Анкетный опрос «Формы межкультурного контакта» (январь 2008 - октябрь 2010). Целевая выборка - представители 19 нетитульных этнических групп (1009 чел.), проживающих в Нижегородской области. Контрольная группа - русские (141 чел.). Общая выборка - 1150 чел.

Целевую выборку составили татары - 11%, мордва - 5%, чуваши - 7%, марийцы - 5%, украинцы - 5%, белорусы - 5%, евреи - 7%, немцы - 2%, цыгане - 4%, грузины - 2%, таджики - 7%, узбеки - 7%, молдаване - 3%, эстонцы -2%, корейцы - 2%, езиды - 1%, осетины - 1%, армяне - 8%, азербайджанцы -9%. Респонденты проживают в городах и населенных пунктах Нижегородской области: г. Нижний Новгород, г. Шахунья, г. Арзамас, г. Богородск,

пос. Тоншаево, пос. Вача, рабочий пос. Пильна.

Организуя проведение анкетного опроса, мы понимали, что представленная выборка не отражает соотношение коренного населения и других опраши-

ваемых этногрупп в целом по Нижегородской области. Дело в том, что если бы в опросе соотношение титульного и нетитульного этносов было сопоставимо с их соотношением в целом по Нижегородской области, то мы не смогли бы ограничиться общей выборкой в 1150 человек, ее потребовалось бы увеличить в десятки раз, что было несовместимо с нашими исследовательскими возможностями, несмотря на то, что опрос проводился в течение почти двух лет. Так, поскольку в случае соблюдения процентного соотношения представленности разных этносов в Нижегородской области и в нашем опросе контрольная группа, т.е. русские, численно превзошла бы целевую выборку в 18 раз: 95% русских (1090 чел.) и 5% представителей нетитульных этногрупп (60 чел.).

Между тем, нужно учитывать, что русские в опросе представляют контрольную группу, а другие этносы - целевую выборку. А в ней количественное соотношение этногрупп вполне соотносимо с их представленностью в целом по Нижегородской области.

Распределение по сфере деятельности у представителей разных этнических групп неодинаково. Например, среди русских, татар, евреев и армян - гораздо большее, нежели у других групп, количество опрашиваемых оказались заняты в сфере науки и образования (в среднем - около 15%). В то же время среди армян, чувашей, узбеков и таджиков велик процент представителей рабочих и ремесленных профессий (около 30%). Среди татар и цыган многие оказались занятыми в сфере культуры и искусства (примерно 14%).

В целом же, общее распределение респондентов по сфере профессиональной деятельности следующее: наука - 5%, образование - 7%, культура и искусство - 4%, торговля - 13%, ЖКХ - 4%, бизнес - 4%, социальная сфера -6%, охрана правопорядка - 6%, рабочие и ремесленные профессии- 13%, информационные технологии - 3, производственный менеджмент - 2%, фермерство - 3%, сфера услуг - 10%. Безработные составили 2% выборки, студенты -8%, неработающие пенсионеры - 10%.

Гражданство респондентов: Россия - 81%, Украина - 2%, Грузия - 1%, Таджикистан - 3%, Узбекистан - 2%, Молдавия - 2%, Корея (КНДР) - 1%, Армения - 3%, Азербайджан - 5%. Мужчины составили 58% выборки, женщины

- 42%. Возраст респондентов - от 20 до 77 лет (11% - 20-25 лет, 29% - 26-35 лет, 31% - 36-45 лет, 15% - 46-55 лет, 9% - 56-65 лет, 5% - 66-75 лет). Контрольную группу составили русские респонденты (141 чел.). Все они - граждане России. Из них мужчин - 41%, женщин - 59%. Возраст русских респондентов - от 20 до 77 лет (9% - 20-25 лет, 21% - 26-35 лет, 33% - 36-45 лет, 20% -46-55 лет, 9% - 56-65 лет, 8% - 66-75 лет).

Участникам опроса предлагались утверждения, описывающие какой-либо из типов межкультурных отношений:

1. Более прогрессивные народы имеют право заставить другие народы усвоить передовую культуру. Нельзя поощрять культурную отсталость и самобытность - это тупиковый путь (Индекс принудительной ассимиляции).

2. Между разными народами, сосуществующими на одной территории, неизбежны конфликты и противоречия. Можно приспосабливаться друг к другу, «гасить» конфликт, но ликвидировать его невозможно (индекс аккомодации).

3. Есть народы, которые отстали в плане индустриального развития. Для них самый лучший путь - добровольно усвоить культуру народов, ушедших вперед в экономике и технологиях (индекс добровольной ассимиляции).

4. Разные народы должны объединяться в один народ. Разные культуры -сливаться в одну общую культуру. Чем меньше различий - тем лучше (индекс консолидации).

5. В обществе разным культурным группам и их представителям следует активно взаимодействовать друг с другом. Это должен быть диалог и обмен на равноправных условиях. Но при этом каждая группа должна иметь все возможности для сохранения и развития своей родной культуры (индекс интеграции).

6. Есть неполноценные народы и культуры. Их уничтожение и притеснение могу быть оправданными (индекс геноцида).

7. Отдельные этнические группы должны быть «вне общества». Они могут выполнять какую-то работу, но государство не обязано допускать их в сферу общественной жизни, заботиться об их правах, поощрять духовное развитие и т.д. (индекс геттоизации).

8. Представители определенной этнической группы могут жить отдельно от остального общества. Однако чтобы выжить в этом обществе, приемлемы разные пути, и даже - нарушение закона (индекс криминализированной сегрегации).

9. Культурные группы должны жить отдельно и не мешать друг другу. Меньше контактов - меньше конфликтов (индекс сегрегации).

10. Человек - это, прежде всего, личность, индивидуальность. Он свободен от связей с историей и культурой своего народа (индекс маргинальности).

Свое отношение к каждому утверждению респондентам предлагалось оценить по 5-балльной системе: «4» - именно так и должно быть; «3» - это мечта, которую трудно воплотить в жизнь; хотя хотелось бы; «2» - может быть, это не самый лучший, но зато реальный путь; «1» - это допустимо лишь в крайнем случае; «0» - это недопустимо ни при каких условиях. Результаты опроса представлены в таблице 3.

Таблица 3

Отношение к формам межкультурного контакта

Средний балл по индексу

Этническая группа Принудит. ассимиляции Аккомода- ции Добровольн. ассимиляции Консолида- ции Интеграции Г еноцида Г еттоизации Кримтнализ. сегрегации Сегрегации Маргиналь- ности

Русские 1,6 1,9 2,0 2,5 3,6 0,2 0,3 0,1 1,6 3,1

Татары 2,1 2,0 1,3 2,2 3,5 0,2 0,4 0,1 1,5 3,3

Мордва 0,5 1,8 2,5 2,2 2,9 0,0 0,6 0,0 1,6 2,8

Чуваши 1,8 1,7 2,1 2,6 2,9 0,1 0,8 0,0 1,3 3,2

Марийцы 1,1 1,9 1,6 2,8 3,1 0,2 0,5 0,2 1,3 2,1

Украинцы 2,2 2,0 1,4 2,1 2,7 0,6 0,9 0,2 2,1 3,5

Белорусы 1,2 1,4 1,4 3,2 3,5 0,1 0,7 0,0 1,2 2,5

Евреи 1,6 1,1 2,2 2,9 3,8 0,2 0,5 0,0 1,6 2,9

Немцы 2,2 2,0 3,2 1,5 2,5 0,4 0,8 0,0 2,2 3,2

Цыгане 0,2 2,1 0,5 1,0 3,9 0,3 0,2 0,7 2,2 1,2

Г рузины 2,5 2,0 2,1 1,9 2,9 0,4 0,9 0,6 1,9 1,9

Таджики 0,2 1,8 1,5 1,3 3,4 0,3 0,9 0,5 2,0 0,9

Узбеки 0,2 1,7 1,3 1,5 3,4 0,5 0,7 0,5 1,7 0,7

Молдаване 1,0 2,2 2,2 2,4 2,8 0,7 1,1 0,8 1,3 3,7

Эстонцы 2,1 2,0 3,0 1,5 2,5 0,0 1,3 0,0 1,0 3,0

Корейцы 1,2 1,8 1,5 1,3 2,5 0,2 0,9 0,3 1,2 1,8

Езиды 0,8 1,7 0,8 0,4 2,9 0,9 0,3 0,5 2,2 0,7

Осетины 0,7 1,4 1,2 0,9 3,1 0,4 0,3 0,3 1,1 0,4

Армяне 0,3 1,9 1,2 0,9 3,7 0,4 0,0 0,2 1,8 1,1

Азербайджанцы 0,5 1,9 1,5 1,1 3,5 0,4 0,2 0,2 1,6 1,3

Средний показатель 1,2 1,8 1,7 1,8 3,2 0,3 0,6 0,3 1,6 2,2

Опрос показал, что в каждой из опрошенных групп лишь единицы допускают «в крайнем случае» возможности крайних форм этнической дискриминации. И уже эти данные в определенной мере свидетельствуют о внутреннем на-

строе на интеграцию. В качестве «не самых лучших, но реальных», называются аккомодация, добровольная ассимиляция, консолидация, некриминализирован-ная сегрегация и маргинализация, которая среди всех перечисленных форм отношений оказалась самой популярной после интеграции. Выбор «нежелательных, но реальных» форм свидетельствует о неуверенности в возможностях действительной реализации интеграционной идеи, но о явном стремлении полиэт-ничного сообщества к более совершенным формам своего устройства.

Полученные данные показывают, что интеграция является для большинства опрошенных этногрупп самой приемлемой формой социокультурных отношений. При этом представители большинства этнических общностей воспринимают интеграцию как мечту и слабо верят в ее реализацию. Только в семи группах средний балл по показателю интеграции равен или превышает «3,5», то есть стремится к «4» («именно так и должно быть»). К этим группам относятся русские (3,6), татары (3,5), евреи (3,8), белорусы (3,8), цыгане (3,9), армяне (3,7), азербайджанцы (3,5). Указать точную причину, почему именно эти группы считают социокультурную интеграцию не только желательной, но и реальной, достаточно сложно.

Можно лишь предположить, что именно у этих групп имеется многовековой опыт межкультурного взаимодействия, причем в коллективной памяти народа впечатления о положительных сторонах межкультурного контакта доминируют над негативно окрашенными впечатлениями, которых, конечно же, тоже немало. Выбор социокультурной интеграции в качестве приемлемой формы социокультурного взаимодействия имеет значительный «отрыв» от всех других возможных форм взаимодействия.

Проведенное исследование дает основания полагать, что в обозначенных условиях, несмотря на сложности своего воплощения, осознаваемые большей частью населения, интеграционная идея становится ориентиром для организации межэтнического взаимодействия в многоэтничном регионе. Социокультурная интеграция при адекватном основании допускает определенную степень

культурной обособленности, но не изоляцию культурных групп. Выбор такой формы интеграции в качестве ведущего направления социокультурного взаимодействия может обеспечить как культурную сохранность групп этнически разнородного общества, так и его устойчивость и целостность, что приводит к позитивному росту взаимодействующих друг с другом сфер: экономической, политической и духовной. В этом взаимовлияющем друг на друга целого и частей развитии общества состоит новизна новых интегративных процессов, которые позволяют преодолеть различные деструктивные тенденции.

Список литературы

1. Жуков А.П. Христианизация тоншаевских марийцев // Тоншаево.ру. ЦКЬ: http://www.tonshaevo.ru/324-khristianizacija-tonshaevskikh-marijjcev.html

2. Марийцы Нижегородской области // Этнография народов Поволжья.

Нижегородские музеи. ЦКЪ:

http://www.museum.nnov.ru/CultTour/comm/leaf.phtml?lid=1017

3. Национально-культурные объединения Нижегородской области // Сайт национально-культурных объединений Нижегородской области. ЦКЪ: http://www.nizgar.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=1602

4. Национальный состав населения по субъектам Российской Федерации /

Информационные материалы об окончательных итогах Всероссийской переписи населения 2010 г. ЦКЬ:

http://www.gks.ru/free_doc/new_site/perepis2010/perepis_itogi1612.htm

5. Нижегородская область: распределение численности населения региона по национальностям // Лица России. Проект ИА «Росбалт». ЦКЬ: http://www.rusnations.ru/regions/nizhny/

6. Орлов А.М. Нижегородские татары: этнические корни и исторические судьбы. Н. Новгород: Изд-во Нижегор. ун-та, 2001. 242 с.

7. Размахин А. Эрзя требуют автономии от России // Свободная пресса, 8.09.2012. ЦКЬ: http://svpressa.ru/society/article/29858/

8. Савченко И.А. Интегральные критерии классификации социокультурных отношений // Вестник Вятского государственного гуманитарного университета. 2010, №2 (4). С. 57-62.

9. Савченко, И.А. Многоэтничное сообщество в поисках маршрута интеграции: Монография. М.: РИОР, 2011. 185 с., с. 85.

10. Савченко, И.А. Характеристика и перспективы этнокультурных процессов в Нижегородской области // Актуальные проблемы социальной коммуникации. Мат. II междунар. науч.-практ. конф. Н.Новгород: НГТУ, 2011. С. 54-56.

11. Хайретдинов Д.З. Ислам в Нижегородской области. М.: Логос, 2007. 128 с.

12. Хайретдинов Д.З. История нижегородских татар // Московское татарское студенческое. URL: http://www.mtss.ra/?page=history

References

1. Zhukov A.P. Hristianizacija tonshaevskih marijcev [Hristianization of Maris in Tonshaevo]. http://www.tonshaevo.ru/324-khristianizacija-tonshaevskikh-

marijjcev.html

2. Marijcy Nizhegorodskoj oblasti [Nizhny Novgorod Region Maris].

Jetnografija narodov Povolzhja. Nizhegorodskie muzei [Ethnography of Volga region people. Nizhny Novgorod museums].

http://www.museum.nnov.ru/CultTour/comm/leaf.phtml?lid=1017

3. Nacional'no-kul'turnye ob#edinenija Nizhegorodskoj oblasti [National and

cultural associations of Nizhny Novgorod Region]. Sajt nacional'no-kul'turnyh ob#edinenij Nizhegorodskoj oblasti [Site of national and cultural associations of Nizhny Novgorod Region].

http://www.nizgar.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=1602

4. Nacional'nyj sostav naselenija po sub#ektam Rossijskoj Federacii [Population national structure in Russian Federation subjects]. Informacionnye materialy ob

okonchatel'nyh itogah Vserossijskoj perepisi naselenija 2010 [Information materials on the All-Russian population census (2010) adjusted totals]. http://www.gks.ru/free_doc/new_site/perepis2010/perepis_itogi1612.htm

5. Nizhegorodskaja oblast': raspredelenie chislennosti naselenija re-giona po nacional'nostjam [Nizhny Novgorod Region: population distribution of the region on nationalities]. Lica Rossii. Proekt IA «Rosbalt» [Persons of Russia. Rosbalt news agency project]. http://www.rusnations.ru/regions/nizhny/

6. Orlov A.M. Nizhegorodskie tatary: jetnicheskie korni i istoricheskie sud'by [Nizhny Novgorod Tatars: ethnic roots and historical destinies]. N. Novgorod: Izd-vo Nizhegor. un-ta, 2001. 242 p.

7. Razmahin A. Jerzja trebujut avtonomii ot Rossii [Erzyans demand an autonomy from Russia]. Svobodnaja pressa [Free press], 8.09.2012. http:// svpressa.ru/ society/article/29858/

8. Savchenko I.A. Vestnik Vjatskogo gosudarstvennogo gumanitarnogo universiteta 2, no. 4 (2010): 57-62.

9. Savchenko, I.A. Mnogojetnichnoe soobwestvo v poiskah marshruta integracii [Multicultural community in search of an integration route]. M.: RIOR, 2011. 185 p., p. 85.

10. Savchenko I.A. Aktual'nye problemy social'noj kommunikacii. Mat. II mezhdunar. nauch.-prakt. konf. [Actual problems of social communication]. N.Novgorod: NGTU, 2011. pp. 54-56.

11. Hajretdinov, D.Z. Islam v Nizhegorodskoj oblasti [Islam in Nizhny Novgorod Region]. M.: Logos, 2007. 128 p.

12. Hajretdinov, D.Z. Istorija nizhegorodskih tatar [Nizhny Novgorod Tatars History]. Moskovskoe tatarskoe studencheskoe sobranie [Moscow Tatar student's meeting]. http://www.mtss.ru/?page=history

ДАННЫЕ ОБ АВТОРЕ

Савченко Ирина Александровна, доцент кафедры философии, социологии и теории социальной коммуникации, доктор социологических наук

Нижегородский государственный лингвистический университет им. Н.А. Добролюбова

ул. К. Минина, д. 31 «А», г. Нижний Новгород, 603950, Россия teosmaco@rambler. ru

DATA ABOUT THE AUTHOR

Savchenko Irina Aleksandrovna, associate professor of philosophy, sociology and theory of social communication, Doctor of sociological sciences

Nizhny Novgorod State Linguistic University named after N.A. Dobrolyubov 31 «А», Minin St., Nizhni Novgorod, 603950, Russia teosmaco@rambler. ru

Рецензент:

Широкалова Г.С., д-р соц. наук, проф.