Состояние иммунитета у лиц, родившихся и проживающих на Севере

УДК 612.017.1

состояние иммунитета у лиц, родившихся и проживающих на севере

© 2010 г. Е. В. Сергеева, Л. В. Сенькова

Институт физиологии природных адаптаций УрО РАН, г. Архангельск

Длительное воздействие на организм человека в условиях Европейского Севера комплекса неблагоприятных природно-климатических и антропогенных факторов формирует региональные особенности иммунной системы: напряжение иммунного фона и расширение нормативных границ иммунологических параметров [4]. Расширение пределов физиологического отклонения делает грань между физиологической реакцией и патологией хрупкой, прозрачной, увеличивая риск заболевания для лиц, менее приспособленных к дискомфортным условиям [6]. Повышенный уровень метаболических затрат для поддержания гомеостаза и баланса обмена веществ обусловливает напряжение иммунной системы, что проявляется высокими концентрациями в крови активированных иммунокомпетентных клеток, сывороточных ^ и аутоантител [4]. Повышение концентраций аутоантител, активности клеточного взаимодействия, продуктивности механизмов утилизации и выведения аутоантигенов в данных условиях имеет биологический смысл, так как при этом происходит более эффективное связывание, утилизация и элиминация их из организма. Однако длительное напряжение иммунного фона, в свою очередь, приводит к более раннему сокращению резервных возможностей регуляции иммунного гомеостаза [5].

Представляло интерес выявить особенности иммунного ответа у лиц, родившихся и проживающих на Севере.

Методы

Обследованы 112 человек в возрасте от 60 до 93 лет, 106 человек в возрасте 25—55 лет и 298 детей в возрасте 8—16 лет. Все дети имели 1 — 11 группы здоровья по результатам комплексного медицинского обследования специалистами. Среди обследуемых детей девочки составили 48,7 %, мальчики 51,3 %; в группе обследуемых взрослых 59,1 % женщин, 40,9 % мужчин.

Комплекс иммунологического исследования крови включал определение гемограммы, фагоцитоза, содержания фенотипов лимфоцитов CD3+, CD4+, CD5+, CD8+, CD10+, CD16+, CD25+, CD95+, НЬА DR+, CD22+, иммуноглобулинов (^М, IgG, ^Е), аутоантител к двухспиральной ДНК (ds-DNA), аутоантител к нуклеопротеидам (RNP), к кардиолипину, аутоантител класса IgМ/IgG к фосфолипидам (ФЛ), фосфатидил-серину (ФС), фосфатидил-инозитолу (ФИ), фосфатидило-вой кислоте (ФС); антител против окисленных липопротеинов низкой плотности (оЛПНП), антител к катепсину G, эластазе и антител Ло-1, а также цитокинов — интерлейкина-2 (1Ь-2), растворимого рецептора к интерлейкину-2 ^1Ь-2Н), фактора некроза опухоли альфа (Т№-а), растворимого рецептора I типа к фактору некроза опухоли альфа ^Т№а -Ш).

В данной работе проведен сравнительный анализ иммунологической реактивности у лиц, родившихся и всю жизнь проживающих на Севере. Выявлены особенности механизмов регуляции иммунного ответа у лиц различного возраста. Обследованы 112 человек в возрасте от 60 до 93 лет, 106 - в возрасте от 25 до 55 лет, 298 детей в возрасте 8-16 лет. Исследовали периферическую венозную кровь, кал, мочу, отделяемое зева; активность фагоцитоза, содержание иммуноглобулинов, аутоантител.

Ключевые слова: иммунная система, фагоцитоз, аутоантитела, дефицит.

Количество клеток гемограммы подсчитывали в мазках крови, окрашенных по методу Романовского

— Гимзы. Выделение мононуклеаров из периферической крови проводили по методу A. Boyum (1976). Фагоцитарную активность нейтрофилов определяли с помощью тест-набора химической компании «Реа-комплекс» (г. Чита). Для фенотипирования лимфоцитов использовали непрямую иммунопероксидазную реакцию с применением моноклональных антител (НПЦ «МедБиоСпектр», г. Москва). Методом «конкурентного» иммуноферментного анализа определяли концентрацию общего IgE с использованием набора «Dr. Fooke» (Германия); аутоантител к ds-DNA и RNP с использованием набора «Bio Rad» (США); аутоантител класса IgM/ IgG к ФЛ (ФС, ФИ), суммарных антител к кардиолипину, антител против оЛПНП, аутоантител к катепсину G, эластазе и к Jo-1 с помощью наборов фирмы «ORGenTec» (Германия); цитокинов (TNF-a, IL-2 и sTNFa-RI, sIL-2R) с использованием набора «Biosource» (Europe S. A.). Результаты определения учитывали с помощью фотометра Multiscan MS фирмы «Labsystems» (Финляндия).

Результаты исследования обработаны статистически с определением средних величин и представлены как средняя арифметическая + ошибка средней (M + m). Достоверность различий оценивали с помощью t- критерия Стъюдента. Статистическая достоверность присваивалась при значении p < 0,05. Корреляции между показателями определяли с использованием коэффициента ранговой корреляции Спирмена с определением коэффициента корреляции (r) и оценкой его достоверности. Использовался пакет компьютерной программы Statistica 6.0.

Результаты

Установлено, что экологически зависимое изменение состояния иммунной защиты у детей, родившихся на Севере, начинается с торможения возрастного развития иммунной системы. Анализ состояния микрофлоры кишечника детей, находящихся на грудном вскармливании не менее 6 месяцев, свидетельствует о том, что к возрасту одного года 62 % из них не имеют нормативных возрастных параметров микробиоценоза кишечника и содержания sIgA. К пятилетнему возрасту концентрации сывороточных IgM и IgG не достигают минимальных нормативных уровней у 19 и 54 % детей соответственно. В возрасте 10 лет 27 и 32 % детей не имеют нормативных концентраций IgA и sIgA соответственно. С 10-летнего возраста регистрируется отчетливое увеличение числа детей с низкой активностью фагоцитарной защиты. Так, среди детей до 3 лет дефицит активных фагоцитов (< 50 %) выявлен в 3 % случаев; в группе детей 3—5 лет низкая фагоцитарная активность установлена у 5 % обследуемых; у детей 10 и более лет процент недостаточности фагоцитарной защиты увеличивается до 16. Экологическая зависимость указанных закономерностей подтверждается тем, что у детей, проживающих в абсолютной и экстремальной природно-

климатических зонах, уровни выявляемых дефектов иммунной защиты возрастают соответственно в 2 и 1,5 раза. Так, в среднем в возрасте 10 и более лет дефицит фагоцитарной защиты выявлен у 33 % детей, проживающих в Заполярье (Сосногорск и Нельмин Нос). Частота дефицита фагоцитарной защиты среди детей такого же возраста, родившихся в Приморском районе Архангельской области, составляет 26 %.

В среднем частота выявления различных иммуно-дефицитных признаков у детей, родившихся и проживающих на Севере, распределяется следующим образом: дефицит содержания сывороточных ^А, (35,61 ± 0,79) %; вторым по частоте дефектом иммунной защиты у детей является дефицит содержания активных Т-клеток СD3+ в крови (31,04 ± 0,81) %; на третьем месте находится дефицит фагоцитарной защиты, (23,64 ± 1,39) %. О напряжении иммунного фона свидетельствует лимфопролиферация по увеличению содержания в крови СD10+ (38,52 ± 0,76) %, активированных Т-лимфоцитов СD25+, СD71+ и HLADR II, соответственно у (22,15 ± 1,24) %; (24,38 ± 1,11) и (28,67 ± 1,29) %. Повышенные концентрации циркулирующих иммунных комплексов в крови наблюдаются у (21,03 ± 1,37) % обследуемых детей; во всех случаях они совпадают с дефицитом фагоцитарной защиты; дефицит фагоцитарной защиты во всех случаях совпадает с нейтропенией, частота регистрации которой очень велика — (36,22 ± 1,64) %.

Дефекты иммунной защиты обусловливают снижение резистентности не только к антигенам инфекционной природы, но и к аутоантигенам [8]. Антифосфо-липидные антитела выявлены у всех обследованных; частота регистрации повышенных уровней у подростков колеблется в пределах от 2,44 до 32,50 %. Содержание антител к кардиолипину находится в пределах 3,23—11,08 МЕ/мл со средним значением (5,20 ± 0,26) МЕ/мл. Уровень аутоантител к ФЛ колеблется в более широких пределах — 0,25—21,66 МЕ/мл, в среднем составляет (3,20 ± 0,77) МЕ/мл; повышенные концентрации антител к ФЛ класса ^М наблюдали в 7,22 % случаев. Признаки переключения антителообразования с ^М на IgG регистрировали в 65,85 % случаев. Относительно высокие уровни содержания антител к ФЛ IgG (7 и более МЕ/мл) наблюдали у 9,76 % обследованных. Повышенные уровни аутоантител к ФЛ класса IgG, превышающие границу нормы (10 МЕ/мл), регистрировали у 2,44 % обследованных. Подобную закономерность наблюдали относительно выявления антител к ФИ. Содержание ^М данных антител колебалось в пределах 1,39—17,15 МЕ/мл со средним значением (4,57 ± 0,50) ед./мл. Превышение физиологических границ их уровня (до10 МЕ/мл) наблюдали у 9,76 % обследованных. Активный синтез IgG (в ряде случаев в 10 раз выше, чем содержание ^М) регистрировали у 39,02 % обследованных. Среднее значение антител к ФИ класса IgG составило (4,22 ± 0,32) МЕ/мл и находилось в пределах 1,64—12,03 МЕ/мл.

Несколько иную закономерность наблюдали в отношении содержания аутоантител к ФК: концентрации IgG в большинстве случаев были выше, чем концентрации IgM. Их уровни колебались в очень широких пределах 0,12—17,78 МЕ/мл, составляя в среднем (5,59 ± 0,86) МЕ/мл; превышение уровня нормы наблюдали у 7,5 % обследованных. Среднее содержание IgM данных антител статистически достоверно ниже (3,83 ± 0,24) МЕ/мл с колебаниями от 1,01 до 10,86 МЕ/мл, содержание выше физиологических границ отмечали у 2,44 % обследованных.

Единственным вариантом антител данного профиля, уровень которых ни в одном случае не выходил за пределы физиологический нормы, являются антитела к ФС. Эти аутоантитела класса IgM составляют в среднем (2,09 ± 0,22) МЕ/мл с колебаниями 0,73— 7,23 МЕ/мл. Содержание IgG данного типа антител составляет в среднем значении (2,83 ± 0,17) МЕ/мл с пределами колебаний 1,57—6,20 МЕ/мл. Концентрации IgG, превышающие содержание IgM, наблюдаются у 73,17 % обследованных детей.

Установлены пределы колебаний антифосфоли-пидных антител у здоровых подростков и их средние значения (рис. 1). Средние концентрации аутоантител к кардиолипину, ФЛ, ФС, ФИ, ФК у практически здоровых подростков не превышают физиологического уровня (10 ед./мл).

аКЛ аФЛ аФС аФИ аФК

Рис. 1. Содержание антител к фосфолипидам в сыворотке крови у подростков, проживающих на Севере

Известно, что аутоантителообразование ограничено в основном классом ^М; переключение синтеза ^М на IgG, на наш взгляд, является отражением длительного сохранения соответствующих антигенных структур в кровотоке (рис. 2). Выявление данных о переключении синтеза аутоантителообразования с ^М на IgG у практически здоровых лиц свидетельствует о необходимости продления периода синтеза аутоантител и выполнения их регуляторной роли. И действительно, повышение концентрации IgG указанных аутоантител всегда совпадает с превышением нормального содержания изучаемых ФЛ.

Рис. 2. Признаки переключения синтеза ^М на IgG анти-фосфолипидных аутоантител

Сильные корреляции между отдельными типами аутоантител к ФЛ выявляются только в парах внутри класса иммуноглобулинов. Так, содержание 1§М к ФЛ четко взаимосвязано с концентрациями 1§М к серину и 1§М к инозитолу (г = 0,90 и г = 0,77; р < 0,001), а уровни содержания 1§0 антифосфолипидов коррелируют с количеством 1§0 к серину и 1§0 к инозитолу (г = 0,73 и г = 0,45, р < 0,001).

Это свидетельствует о том, что в переключении синтеза 1§М на 1§0 антифосфолипидных аутоантител играет роль не интенсивность инициального антите-лообразования 1§0, а продолжительность антигенного воздействия.

Известно, что на Севере регистрируются повышенные концентрации липопротеинов низкой плотности (ЛПНП), окисление которых приводит к накоплению в организме холестерина, атерогенных эфиров. Проведен сравнительный анализ содержания аутоантител против оЛПНП в возрастных группах 10—15 лет и старше 60 лет. Повышенные концентрации наблюдали даже в средних результатах и достоверно выше в возрастной группе 60—75 лет (р < 0,05) (рис. 3).

13 50-55 56-60 61-65 66-70 71-75

Возраст, лет Возраст, лег

Рис. 3. Содержание аутоантител к оЛПНП в зависимости от возраста

Примечание. * - р < 0,05 по сравнению с показателями детей 12-15 лет.

Как видно из представленных данных, возрастная динамика аутоантител к оЛПНП характеризуется относительно высокими концентрациями в 12-13 лет и

заметным снижением к 14-15 годам (р < 0,05). Эта динамика объясняется нами повышенной потребностью в этот возрастной период в ЛПНП ввиду нарастания активности стероидных гормонов.

У взрослых динамика содержания указанных аутоантител характеризуется их относительно низкими концентрациями в возрасте 50-55 лет, заметным подъемом в 60-70 лет и резким снижением у лиц старше 70 лет.

Для выявления регуляторной роли каталитических аутоантител в нашей работе определяли аутоантитела к эластазе (сериновая протеаза) и к катепсину в (группа внутриклеточных протеаз, локализованных в основном в лизосомах). Нейтральные протеазы (эластаза и катепсин в), играющие основную роль в процессе катализа протеогликанов, имеют, в свою очередь, свой естественный ингибитор (ингибитор а1-протеаз). Вероятно, активизация синтеза аутоантител к эластазе и катепсину в обусловлена увеличением содержания протеогликанов и необходимостью более активного их транспорта и утилизации.

Средние содержания аутоантител к эластазе и к катепсину в у практически здоровых подростков (12-16 лет) и взрослых лиц (50-75 лет) представлены на рис. 4.

2.53

Аутоантитела Аутоантитела

к эластазе к катепсину в

Рис. 4. Средние содержания аутоантител к эластазе и катепсину G у подростков (п = 41) и взрослых лиц (п = 40) г. Архангельска

Примечание. * - р < 0,05 по сравнению с показателем подростков.

Установлено, что среднее содержание аутоантител к эластазе и катепсину О у детей значительно больше, чем у взрослых. Исходя из гипотезы о том, что ау-тоантителообразование прямо зависит от концентрации вещества, выполняющего антигенную функцию, в данном случае от эластазы и катепсина О, можно полагать, что концентрация указанных ферментов в крови у детей выше, что свидетельствует о более высокой каталитической способности и необходимости ее регулирования путем нейтрализации аутоантителами. И действительно, в литературе имеется достаточно фактов, свидетельствующих о снижении с возрастом уровня ферментативной активности и потери резервных возможностей ее регуляции [9, 11, 12].

Средняя концентрация антиядерных антител (1,17 ± 0,49) МЕ/мл у взрослых жителей Архангельской области превышает верхний физиологический предел (1,0 МЕ/мл) с частотой выявления повышенных уровней 57,14 % без существенных различий в зависимости от пола обследуемых. Концентрация аутоантител к ds-DNA в среднем составила (81,52 ±

0,71) МЕ/мл с частотой выявления повышенных пределов содержания 42,8 % без существенных различий среди мужчин и женщин. Содержание аутоантител к антигену рибонуклеазы (SS-A/Ro) у мужчин было выше и в среднем составило (4,35 ± 0,97) МЕ/мл; у женщин их концентрации были значительно меньше - (1,64 ± 0,57) МЕ/мл. Подобные различия установлены относительно содержания SS-B/La, соответственно (3,95 ± 0,82) и (1,56 ± 0,53) МЕ/ мл, и антител к Ло-1, соответственно (3,55 ± 0,82) и (1,18 ± 0,32) МЕ/мл. Частота выявления повышенных концентраций антител к антигенам комплекса РНК значительно ниже, чем аутоантител к ДНК, в пределах 10,3-12,5 % без существенных различий от варианта антигенов, используемых в реакциях.

Особый интерес представляют данные о взаимосвязи особенностей содержания аутоантител и состояния иммунной системы. Имеющееся представление о дефектах активности иммунной системы в случаях аутоантителообразования не совсем объективно, ибо аутоантитела различной специфичности обнаруживаются на фоне нормального уровня функционирования иммунной системы [1, 2, 7, 10].

Установлено, что синтез аутоантител, как и антител, индуцированных экзогенным антигеном, связан с активизацией лимфопролиферации и диффе-ренцировки иммунокомпетентных клеток, что проявляется увеличением содержания CD3+, CD5+, даже CD10+ (лимфоциты, способные к лимфопролиферации), а также реакцией со стороны дифференцированных Т-хелперов и антителообразующих клеток. Выявлены некоторые отличия от активности антителообразования. Например, при низких уровнях аутоантител к ФЛ инициируется активный апоптоз (CD95+) иммунокомпетентных клеток, т. е. развивается торможение этого процесса. Повышенные концентрации аутоантител к оЛПНП также развивают процессы торможения, но в отличие от предыдущих эта реакция обусловливается развитием цитотоксических лимфоцитов (CD8+) и нормальных киллеров (CD16+). Кроме того, появляются обратные взаимосвязи с содержанием сегментоядерных нейтрофилов. Аутоантитела могут выполнять роль санитаров-уборщиков в процессах некробиоза. Было интересно сравнить уровень ау-тоантителообразования с уровнем провоспалитель-ных цитокинов TNF-а и ^-2.

Удалось показать связь между содержанием аутоантител к ФЛ класса и содержанием TNF-a; выявленная зависимость содержания аутоантител к ФЛ от реагинов, по всей вероятности, косвенная,

поскольку зависимость появления ^Е от деструктивных процессов известна. Как и следовало ожидать, установлена четкая зависимость аутоантител к эластазе от ^-2. Наличие отрицательной взаимосвязи между аутоантителами к ФЛ и гистидил-тРНК-трансферазой еще раз подтверждает мнение о том, что аутоантитела активно регулируют синтез белка на этапе транскрипции, в том числе и синтез иммуноглобулина.

Итак, аутоантитела, как любые иммуноглобулины, являясь транспортными белками, выполняют эту функцию, специфически связывая субстрат и транспортируя его к месту утилизации или элиминации. Все реакции связывания субстрата и иммуноглобулина, также как и все ферментные реакции, обратимы. Скорость этой реакции в организме зависит от концентраций участвующих в ней веществ.

Обсуждение результатов

Подводя итоги полученным в работе фактам и закономерностям, можно полагать, что повышение концентраций того или иного метаболитата, обладающего антигенными свойствами, обусловливает активизацию синтеза аутоантител. Длительное нахождение повышенных концентраций тех или иных аутоантигенных структур вызывает переключение синтеза ^М на и продлевает период антителообразования.

Аутоантитела наряду с цитокинами могут быть гуморальными межсистемными регуляторами метаболических процессов при выполнении пластических, трофических и репаративных функций. Активность их синтеза и переключение синтеза с ^М на определяются повышением концентрации аутоантигенов и длительностью сохранения повышенных их концентраций. Естественные аутоантитела направлены чаще всего на распознавание определенного кластера, наиболее часто встречающегося в структуре продуктов метаболизма. Этим объясняется способность многих аутоантител взаимодействовать с большим количеством веществ, имеющих в своем составе данную детерминанту. Механизмы регулирующего влияния аутоантител вряд ли отличаются от таковых при индукции иммунного ответа экзогенными антигенами и зависят от количества аутоантигена. Антитела, выполняя транспортную функцию, осуществляют специфическую взаимосвязь с соответствующей антигенной структурой, способствуя ее транспорту, утилизации или элиминации. В этом смысле по механизму влияния аутоантитела могут быть ингибирующими или активирующими. Ингибирующее действие аутоантител связано с тем, что образующийся комплекс антитело - биологически активное вещество перестает быть активным.

С возрастом увеличивается частота регистрации повышенных концентраций аутоантител и расширяется спектр их разнообразия. Причиной тому, на наш взгляд, является увеличение содержания соответствующего аутоантигена, что может быть обусловлено недостатками утилизации и элиминации, несогла-

сованностью процессов пролиферации и апоптоза, а также повышенным уровнем некротических процессов, связанных с воспалением. Более высокое содержание продуктов некробиоза в организме пожилого человека не обсуждается, ибо повышенный уровень заболеваемости в старшей возрастной группе не вызывает никаких сомнений. Недостаточность элиминации продуктов цитолиза, скорее всего, связана с дефицитом фагоцитарной активности. Так, процент активных нейтрофилов крови с возрастом постепенно снижается, достигая к 60 и 70 годам (41,31 ± 0,62) и (39,45 ± 0,74) % соответственно; подобная закономерность установлена и относительно активности моноцитов (р < 0,01-0,001). О формировании функциональной недостаточности фагоцитов в старости свидетельствует динамика накопления с возрастом циркулирующих иммунных комплексов, соответственно (2,39 ± 0,14) и (4,12 ± 0,15) г/л.

Несогласованность уровней пролиферации и апоптоза, вероятнее всего, тоже имеет место быть в организме пожилого человека. У пожилых людей выше, чем у лиц среднего возраста, уровень лимфо-пролиферации по содержанию CD10+: (0,65 ± 0,03) и (0,34 ± 0,14)*109 кл/л, а концентрации лимфоцитов, индуцированных к апоптозу CD95, фактически не увеличиваются: (0,56 ± 0,04) и (0,55 ± 0,20)х 109 кл/л. Подобная ситуация характерна для соотношения провоспалительных и противовоспалительных цитокинов. У пожилых лиц с возрастом регистрируется увеличение содержания провоспалительных ци-токинов в крови, но реакции со стороны противовоспалительных интерлейкинов не выявлено: содержание ^-6 у пожилых составляет (14,89 ± 3,64) пг/мл против (3,08 ± 0,29) пг/мл у лиц среднего возраста; уровень концентраций ^-10 с возрастом не увеличивается (1,56 ± 0,11) пг/мл.

Влияние природно-климатических условий на процессы старения иммунной системы проявляются несколькими особенностями. У пожилых людей, проживающих в Заполярье, выше концентрации аутоантител к ds-DNA, (107,34 ± 1,25) и (81,52 ± 0,71) МЕ/мл, и RNP, (1,54 ± 0,19) и (0,89 ± 0,11) МЕ/мл. Отмечается более выраженная реакция со стороны реагинов: средние уровни содержания у проживающих на Крайнем Севере выше, (148,55 ± 12,37) и (183,21 ± 18,46) МЕ/мл; частота повышенных (>160 МЕ/мл) их концентраций более значительна (76,22 и 55,86 %).

Список литературы

1. Бурместер Г. Р. Наглядная иммунология / Г. Р. Бур-местер. - М., 2007. -123 с.

2. Васильев Н. В. Общие предпосылки системы иммунитета на фоне адаптационного процесса / Н. В. Васильев, Т. И. Коляда // Иммунный гомеостаз в экстремальных природных условиях. - Фрунзе, 1985. - С. 40-53.

3. Грабар П. Н. Аутоантигены и возможность образования аутоантител / П. Н. Грабар // Врачебное дело. - 1960.

- № 1. - С. 1-12.

4. Добродеева Л. К. Иммунологическая реактивность, состояние здоровья населения Архангельской области / Л. К. Добродеева, Л. П. Жилина. — Екатеринбург : УрО РАН, 2004. - 228 с.

5. Добродеева Л. К. Иммунологическое районирование / Л. К. Добродеева. — Сыктывкар, 2001. — 112 с.

6. Добродеева Л. К. Медико-биологическое районирование территории Севера РФ / Л. К. Добродеева, А. В. Ткачев // Биологические аспекты экологии человека : материалы Всерос. конф. с междунар. участием, Архангельск, 2004 // Приложение к журналу «Экология человека». — 2004. — Т. 1. — С. 164—165.

7. Макинодан Т. Иммунология и старение / Т. Макино-дан, Э. Юнис. — М. : Мир, 1980. — 277 с.

8. Beregnay N. M. В-lymphocyte and pathogenesis atopy / N. M. Beregnay // International Journal on Immuno-rehabilitation. - 1997. - N 6. - C. 101 — 108.

9. Witztum J. L. The oxidation hypothesis of atherosclerosis / J. L. Witztum // Lancet. — 1994. — Vol. 344, N 8925. — P. 793—795.

10. Zanetti M. Idiotypic regulation of autoantibody production / M. Zanetti // Immunol. — 1986. — Vol. 6. — P. 151 — 164.

11. Zitnan D. L. Prophile of antinuclear antibodies in progressive systemic sclerosis / D. L. Zitnan, J. Cebecauer, J. Lukac // Hungarian Reumatol. — 1985.— P. 17.

12. ZwaalR. F. Pathophysiologic implications of membrane phospholipid asymmetry in blood cells / R. F. Zwaal, A. J. Schroit // Blood. — 1997. — Vol. 89, N 4. — P. 1121 — 1132.

IMMUNE STATUS OF PERSONS BORN AND LIVING IN THE NORTH

E. V. Sergeeva, L. V. Senkova

Institute of Environmental Physiology, Ural Branch RAS, Arkhangelsk

A comparative analysis of the immune reactivity of persons born and living all their life in the North has been done. Peculiarities of the mechanisms of the immune response regulation in persons at different age have been detected. There have been examined 112 persons aged 60-93 y. o., 106 persons aged 25-55 y. o., 298 persons aged 8-16 y. o. Peripheral venous blood, faeces, urine, membrane pharynx mucous membrane; phagocytosis activity, immunoglobulins, autoantibodies have been studied.

Key words: immune system, phagocytosis, autoantibodies, deficit.

Контактная информация:

Сергеева Елена Владимировна — кандидат биологических наук, старший научный сотрудник Института физиологии природных адаптаций Уральского отделения РАН Адрес: 163000, г. Архангельск, пр. Ломоносова, д. 249 E-mail: sergeeva0901@mail.ru

Статья поступила 24.05.10 г.