Лицо на фотографии

В И. Васильев

Лицо на фотографии

В марте 2015 г. вместе со старым чёрным чемоданом, принадлежавшим некогда архитектору А.А. Подчекаеву и хранящим неразобранный ворох документов его рабочего архива1, наследники Анатолия Алексеевича передали мне полиэтиленовый пакет, в котором лежали десятка три крохотных (размером 6*9 см) фотографий и негативов. Эти фотографии были т. н. «пробниками», т. е. пробными отпечатками тех снимков, большую часть которых, судя по всему, сделал сам Подчекаев, увлёкшийся фотографированием в конце 1920-х гг.

Отсканировав полученные фотографии с максимально возможным качеством, бережно подправив могущественным фотошопом их утерянную с годами контрастность, я смог, наконец, приступить к трепетному изучению того, что запечатлел подчекаевский фотоаппарат. Судя по качеству изучаемых отпечатков, Анатолий Алексеевич был начинающим фотографом-любителем: некоторые снимки были нерезкими, некоторые были недостаточно хорошо зафиксированы, и со временем утратили контрастность, потускнели, став едва читаемыми. Отдельные кадры были сделаны в недостаточно хорошо освещённых помещениях или в контражуре, поэтому лица людей, изображённых на этих фотокарточках, с трудом различимы. Да и 80 прошедших лет, вобравших в себя войну и несколько переездов, оставили на фотографиях свой след в виде царапин, изломов и пятен.

Но, несмотря на все перечисленные дефекты, как же интересно и безумно увлекательно вглядываться в эти лица, словно перемещаясь на несколько десятилетий в прошлое, в атмосферу первой эстонской республики, окунаясь в жизнь маленького городка, который его жители называют по-разному: то Юрьев, то Дерпт, то Тарту...

Васильев Владимир Иванович — главный архитектор института «Псковгражданпроект», член Союза архитекторов и Союза рестовраторов России.

Ни одно из этих лиц (за исключением, естественно, самого Подчекаева, иногда оказывавшегося в числе фотографируемых) поначалу не было мне знакомо, и я поспешил обратиться за помощью к его дочери, Ирине Анатольевне Калитс. Слава Богу, она ещё благополучно живёт в своём родном Тарту, и, несмотря на свои без малого 90 лет, охотно пытается вспомнить людей из своего далё-о-окого детства. Конечно, имена некоторых людей она помнит нетвёрдо, и честно сразу в этом признаётся. Иных (вероятно, лишь ненадолго появившихся в жизни семьи Подче-каевых) не может вспомнить совсем.

«А вот это — доктор Шофф, крёстный Володи!» — сразу и одного из первых называет Ирина Анатольевна мужчину плотного телосложения, с круглой и почти лысой головой, в очках и, судя по фотографиям, весьма разговорчивого, с оживлённым темпераментом. Она хорошо помнит, что Шофф был другом её покойного отца, а по специальности был врачом отоларингологом. С давно залеченной грустью рассказывает, что именно сын доктора Шоффа помог организовать оперирование архитектора Подчекаева, поражённого раком, в одной из клиник в Германии, куда он, сын Шоффа и тоже доктор, к тому времени перебрался. Старший Шофф, по словам Калитс, тоже уехал в Германию незадолго до 1940 г. и тем самым уберёг себя от репрессий, тяжёлым катком прокатившимся по русской общине Тарту после вхождения Эстонии в СССР.

Друг архитектора Подчекаева! Разве это — не достаточный повод для того, чтобы попытаться узнать об этом человеке как можно больше?

Александр Иванович Шофф был сыном известного псковского купца И. А. Шоффа, который столь многократно и по разным поводам упомянут Н. Ф. Левиным в его краеведческих очерках, что нам, пожалуй, уже более нет необходимости слишком подробно оста-

навливаться на этой фигуре. Заметим только, что впервые «Вольмарский купец Иван Андреевич Шофф» был публично упомянут в 1880 г. в связи с избранием его в состав Псковского сиротского суда2, где он заседал в очень уважаемой компании — вместе с известными псковскими купцами И. Ф. Сутоцким, Я. А. Булынниковым и М. Ф. Балагиным. Его известность и авторитет среди псковичей достигли наивысшего уровня в конце 1880-х гг., когда купец 2-й гильдии И. А. Шофф был избран не только ремесленным головой (т. е. главой ремесленной управы), но и гласным псковской городской Думы3. В художественной, мемуарной и краеведческой литературе довольно часто упоминается и гостеприимный дом Е. Ф. Шофф, псковской мещанки, вдовы Ивана Андреевича и матери Александра Шоффов. Как пишет Н. Ф. Левин, «двухэтажный каменный дом Елизаветы Фёдоровны Шофф с лучшим в городе книжным магазином Юлия Вольфрама располагался в центре пяти домовладений, занимавших всё пространство между шатровой колокольней храма Михаила Архангела и Плоской (Профсоюзной) улицей»4. Помимо упомянутого магазина Вольфрама в 1903 г., например, в доме Е. Ф. Шофф размещалась принадлежащая ей булочная-кондитерская5, а также магазин галантерейных товаров, принадлежавший Е. П. Якобсону6. В этом же доме с 01.02.1898 до 1904 г. размещалась городская Общественная библиотека7. И дом на Великолуцкой улице был отнюдь не единственным недвижимым имуществом семьи. В раскладочных ведомостях упомянут не только флигель к нему, но и двухэтажный деревянный дом на Завеличье, на Продольной улице.

Александр Шофф, родившийся в 1871 г., был старше Анатолия Подчекаева на 8 лет, но есть основания полагать, что знакомы они были с детства. Дело в том, что Владимир Шофф, младший брат Александра, учился в одном классе реального училища вместе с А. Подчекаевым8. А сам Александр Шофф в первой половине 1880-х гг. учился в псковской губернской гимназии вместе с Владимиром Подчекаевым — старшим братом будущего архитектора9. Так что к началу 1930-х гг., когда были сделаны рассматриваемые нами фотографии, стаж знакомства этих

мужчин мог насчитывать 40 лет.

Их жизненные дороги надолго разошлись в конце 1890-х гг., когда закончилась пора ученичества, и каждый из них выбрал себе профессиональное поприще. Подчекаев в 1899 г. стал студентом Варшавского университета, а Шофф несколькими годами ранее уехал в Петербург для учёбы в Императорской Военно-медицинской академии. После успешного завершения обучения в 1897 г.10 судьба молодого врача была связана с военной службой, и мы можем проследить её этапы по страницам «Российского медицинского списка». Это замечательный по своей полноте ежегодный справочник, в пяти разделах которого в алфавитном порядке были перечислены все, кто имел право заниматься медицинской деятельностью, — доктора и лекари, ветеринары, стоматологи, фармацевты и провизоры, а также (в отдельном списке) женщины-врачи. Так вот, в справочнике за 1900 г. Александр-Роберт Шофф указан младшим врачом 10-го Восточно-Сибирского линейного батальона, дислоцированного в Хабаровске11. Кстати, именно там 07 июля 1900 г. родился его сын, тоже Александр12. Тот самый, который, как мы упоминали в начале нашего рассказа, помог устроить больного архитектора Подчекаева на лечение в немецкую клинику, где младший Шофф служил хирургом.

Согласно списку 1903 г. Шофф служил в той же должности, но уже на другом краю Российской Империи — в Ростове-на-Дону, в артиллерийской бригаде13. В списке на 1911 г. мы видим Шоффа уже в Калуге, по-прежнему младшим врачом, но теперь — 10-го пехотного полка. Отныне он — надворный советник, и рядом с его фамилией теперь всегда будет указана врачебная специализация: «горло, нос и уши»14. Этот факт связан с тем, что в 1910 г. Шофф перешёл из категории «лекарей» в категорию «докторов», защитив в своей «alma mater» — Военно-медицинской академии — докторскую диссертацию по теме «О комбинированном действии анестезирующих веществ», разработанную им на основе экспериментальных исследований. Заметим, что тема диссертации вполне естественна для практикующего военного врача.

Наконец, Шоффу удалось перевестись в Псков, и в списке 1912 г. он числится младшим врачом 94-го полка (возможно, опечатка - надо бы просмотреть списки Енисейского полка), а в списке 1914 г. — 93-го пехотного полка в Пскове15.

Вернувшись в родной город, Александр Иванович поселился всё в том же доме Шоф-фов на Великолуцкой, о котором было упомянуто ранее, и открыл частную практику. Об этом свидетельствует «Памятная книжка Псковской губернии на 1913-14 гг.», включившая его в «Алфавитный список проживающих в гор. Пскове врачей, акушерок, повивальных бабок, зубных врачей и дантистов»16 и указав место его жительства: «Великолуц-кая ул., собств. дом». И даже если по какой-то невероятной причине Александр Шофф и Анатолий Подчекаев не были знакомы ранее, то уж теперь-то не могли не познакомиться: ведь Анатолий Алексеевич жил совсем неподалёку — в доме своего тестя, купца Александрова, на той же Великолуцкой улице17.

В те годы помимо частной практики и службы в Иркутском полку, Шофф служил врачом-специалистом в лечебнице при Алексеевской общине Красного Креста18. И в этой своей ипостаси он также не мог не встретиться с Подчекаевым, который в 1911 г. разработал проект, а в 1912-13 гг. руководил строительством нового здания лечебницы на углу Форштадтской (нынешней Кузнецкой) и Бастионной улиц19.

Свидетельством тому, что А. И. Шофф был достаточно известным и уважаемым человеком, является его избрание в гласные Псковской городской Думы на четырёхлетие с 1913 г.20 — т. е. в первые же выборы, состоявшиеся после его возвращения в родной город.

К рассматриваемому периоду относится ещё одно документальное упоминание о Шоффах. Сын Александра Ивановича, тоже Александр Шофф (тот самый, который родился в Хабаровске, а в начале 1930-х гг. уже работал в Германии), упомянут как ученик V класса Псковской гимназии, который 10.11.1914 «выбыл по желанию родителей в гимназию Императорскаго Человеколюбива-го О-ва»21.

Упомянем, что к началу 1910-х гг. в родной город смог перевестись и младший брат

Александра Ивановича — Владимир (тот самый одноклассник Анатолия Подчекаева по Сергиевскому реальному училищу). Владимир Иванович выбрал военную карьеру, и в списках Российской императорской армии на 01.01.1909 он указан как поручик 108-го пехотного Саратовского полка, расквартированного в Вильне22. А в 1911 г. он уже штабс-капитан 96-го Омского полка23. В составе этого полка В. И. Шофф участвовал в Первой Мировой войне, и 19.03.1915 был награждён орденом Св. Анны 4-й степени с надписью «За храбрость»24. О его дальнейшей судьбе пока ничего узнать не удалось.

А. И. Шофф, судя по всему, также вместе со своим Иркутским полком находился на фронте. Несомненно, было бы очень интересно проследить его судьбу в годы Великой войны. Однако, хранящиеся в РГВИА фонды с документами Иркутского и других полков, до 1914 г. расквартированных в Пскове, к сожалению, сейчас временно закрыты для исследователей по причине ремонтных работ, проводящихся в архиве.

Поэтому нам пока неизвестно, и предстоит немало времени провести в архивах, чтобы выяснить, какими путями Александр Иванович оказался в Эстонии. В списках жителей Пскова, составленных в конце декабря 1917 г., обнаружить его не удалось, хотя его мать, Елизавета Фёдоровна, в этих списках указана25. Однако известный российский историк С. В. Волков имел, судя по всему, достаточно веские основания, чтобы упомянуть А. И. Шоффа на своём сайте «Участники Белого движения в России». Вторым фактом, косвенно свидетельствующим о том, какую сторону военный врач Шофф занял в кровопролитном российском противостоянии, говорит упоминание о нём в списке офицеров эстонской армии 1918-40 гг., опубликованном музеем им. Лайдоннера26. На официальной странице этого музея приведены два документа, в которых фигурирует Александр Шофф. Из этих документов мы можем сделать следующие выводы: во-первых, по крайней мере, до апреля 1920 г. Шофф служил младшим ординатором в 1-м Тартуском военном госпитале. Во-вторых, он перенёс некое серьёзное заболевание — настолько серьёзное, что о нём указывал в своём рапорте начальник медицинской службы эстонской 95 -

армии. В-третьих, не позднее 31.08.1922 на основании решения медкомиссии приказом военного министра Эстонской Республики Шофф был освобождён от военной службы.

Попытка хоть что-нибудь узнать об упомянутом 1-м Тартуском военном госпитале дала парадоксальный результат: какая-либо информация об этом госпитале отсутствует, зато из «Перечня русских больниц, образованных в марте 1920 г. Военно-санитарным управлением эстонской армии»27 следует, что в Тарту находилась только одна из этих больниц: 1-я русская больница Красного Креста, преобразованная из 1-го этапного лазарета Красного Креста Северо-Западной армии. Исследователь Ю. Мальцев называет это учреждение «госпиталь русского Красного Креста № 1» и сообщает, что он «находился в Тарту, в здании университетской студенческой корпорации «Livonia». .. .На начало марта 1920 в нем был. в основном балтийско-немецкий персонал»28.

Очень хочется на основании изложенных фактов построить логичную версию, что обрусевший немец Шофф служил военным врачом в Северо-Западной армии, в госпитале, по удивительному совпадению располагавшемся в Дерпте в здании корпорации «Livonia», объединявшей, как известно, преимущественно лифляндских немцев29 (а ведь мы помним, что Иван Шофф был гражданином Вольмара, т. е. современной Валмиеры). Служа в госпитале, Шофф заразился тифом (как и очень многие врачи и санитары) во время эпидемии, свирепствовавшей в 191920 гг. в частях Северо-Западной армии и в ла-

герях беженцев. Выздоровление Шоффа совпало с постепенным затуханием эпидемии и соответствующим сокращением временных больниц, в результате чего Александр Иванович смог перейти к мирному труду.

Всё вроде бы гладко выстраивается, но эта версия должна быть подтверждена документами, которых пока что в нашем распоряжении нет... Точно так же мы не обладаем пока сведениями о жизни А. И. Шоффа в Тарту: где он служил, имел ли других детей (кроме дочери Маргариты и сына Александра), когда уехал в Германию его сын и когда

— сам Шофф. Судя по всему, его дружеское приятельство с А. А. Подчекаевым было настолько искренним и прочным, что даже лютеранское вероисповедание Александра Ивановича (Шофф не обнаружен в исповедных книгах ни одной из православных церквей Тарту) не стало препятствием для того, чтобы он стал крестным отцом маленького Володи.

Дату смерти А.И. Шоффа — 18.07.1944

— нам сообщает всё тот же сайт С. В. Волкова. Произошло это в маленьком городке Креглинген (на сайте Волкова указан г. Кред-линген, но это, вероятно, является опиской) земли Баден-Вюртемберг. Что стало причиной смерти — почтенный 73-летний возраст или бомбёжки — нам не известно. Но известно, что в списках врачей послевоенной Германии указан Александр Шофф, родившийся в Хабаровске 07.07.1900 и живущий в Креглингене30. А значит, у нас ещё есть шанс разыскать потомков доктора Шоффа и рассказать им о превратностях судьбы их предка — урождённого псковича с немецкими корнями.

Примечания

1. Подробнее см.: Васильев В. И. Секреты старого чемодана // Шестые Псковские региональные краеведческие чтения». Книга II. Псков — Москва, 2016. С. 318-332.

2. Памятная книжка Псковской губернии (далее — ПКПГ) на 1880 год. С. 146.

3. ПКПГ на 1889 год. С. 30, 32.

4. Левин Н. Ф. Кто он — «Орест Ц»? // Псков. 2004. № 21. С. 136.

5. ПКПГ на 1903 год. С. 18.

6. Там же. С. 10.

7. Памятники Пскова сегодня // Псков через века / Сост. И. К. Лабутина. СПб., 1994.

8. ГАПО. Ф. 127. оп. 1. д. 41.

9. ГАПО. Ф. 8. оп. 1. д. 21.

10. Приложение к истории Императорской Военно-медицинской (бывшей медико-хирургической) Академии. 1798-1898 гг. СПб., 1898. С. 288.

11. Российский медицинский список (далее — РМС) на 1900 г. СПб., 1900. С. 362.

12. «Landesarchiv Baden-Wuertemberg». [Электронный ресур]: URL: https://www/landesarchiv-bw.de; https://www/deutsche-digitale-bibliothek.de/item

13. РМС на 1903 г. СПб., 1903. С. 386.

14. РМС на 1911 г. СПб., 1911. С. 460.

15. РМС на 1914 г. СПб., 1914. С. 834.

16. ПКПГ на 1913-1914 гг. С. 158.

17. ПКПГ на 1911-1912 гг. С. 130.

18. ПКПГ на 1913-1914 гг. С. 150.

19. Левин Н. Ф. Дореволюционные страницы истории РОКК // Псков. 2008. № 12. С. 129-145.

20. Псковские губернские ведомости. № 19 от 04.05.1913. С. 99.

21. ГАПО. ф. 8. оп. 1. д. 46. л. 40, запись 104.

22. Общий список офицерским чинам Русской Императорской Армии. Составлен по 1-ое января 1909 г. СПб., 1909. С. 294.

23. ПКПГ на 1911-1912 гг. С. 66.

24. Разведчик. 1915. № 1279.

25. ГАПО. ф. 116. оп. 1. д. 100. лл. 13-20.

26. Eesti Söjamuuseum — Kindral Laidonneri Muuseum. [Электронный ресур]: URL: «Eesti ohvitserid 1918-1940». http://prosopos.esm.ee/index.aspx?type=1&id=29845

27. [Электронный ресур]: URL: http://russianestonia.eu/

28. Мальцев Ю. Православное духовенство в эпидемию тифа 1919-1920 гг. в Эстонии // Мир Православия. 2006. № 8

29. Рыжакова С. Фуксы, коммильтоны, филистры...: некоторые предварительные заметки и материалы о студенческих корпорациях Латвии //Антропологический форум». № 19. С. 57).

30. «Landesarchiv Baden-Wuertemberg». [Электронный ресур]: URL: https://www/landesarchiv-bw.de; https://www/deutsche-digitale-bibliothek.de/item.

Все фотографии любезно предоставлены наследниками Владимира Анатольевича Подчекаева

Слева направо: Ирочка Подчекаева, Е. В. Подчекаева, доктор А. И. Шофф, Володя Подчекаев, неизвестная (предположительно — Мария, урожд. Яловец, жена А. И. Шоффа), неизвестная

Стоят (слева направо): Петр Ефимович Зубченков, Маргарита («Муха»), Ирочка Подчекаева (ныне — И. А. Калитс), доктор Александр Иванович Шофф, Ольга Петровна Зубченкова, неизвестный. Сидят: неизвестная (предположительно — Надежда, жена известного эстонского литератора с труднопроизносимой фамилией, вроде Сыйт...), Елена Викторовна Подчекаева (урожд. Родионова, по первому мужу Карабач), Лидия Константиновна Зубченкова, неизвестная (предположительно — одна из дочерей

В. Б. Булгарина)