Административно-правовые средства принуждения, реализуемые органами внутренних дел Республики Беларусь

А.В. Лубенков,

магистр юридических наук, Могилевский институт МВД Республики Беларусь

АДМИНИСТРАТИВНО-ПРАВОВЫЕ СРЕДСТВА ПРИНУЖДЕНИЯ, РЕАЛИЗУЕМЫЕ ОРГАНАМИ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

THE ADMINISTRATIVE AND LEGAL MEANS OF COERCION

REALIZED BY LAW-ENFORCEMENT BODIES OF REPUBLIC

OF BELARUS

В контексте поиска новых подходов к исследованию административного принуждения, реализуемого органами внутренних дел, предпринята попытка рассмотреть его сквозь призму функционально -инструментального подхода.

In the context of search of new approaches to research of the administrative coercion realized by law-enforcement bodies an attempt to consider it through a prism of functional and instrumental approach is made.

Происходящие преобразования в правоохранительной сфере Республики Беларусь характеризуются поэтапным реформированием органов внутренних дел (далее — ОВД), которое, по словам руководства страны и данного ведомства, вступило в завершающую стадию. Эта реформа представляется неполной, если не подвергнуть переосмыслению и переоценке отдельные правовые институты, с помощью которых ОВД решают поставленные перед ними задачи, пересмотреть место и значение этих институтов в деятельности уже обновленного государственного органа, а также определить сегодняшнее их влияние на социальное развитие в будущем. Принимая во внимание, что для выполнения возложенных на ОВД функций сотрудники ОВД наделены определенными принудительными полномочиями, большая часть которых закреплена в административном законодательстве, не вызывает сомнения, что теория и практика

реализации ОВД административного принуждения обязательно должна быть подвергнута подобной ревизии.

Вместе с тем объяснение складывающихся в пространстве и времени административно -правовых явлений, представляющих собой взаимопроникновение административно-правовых и фактических начал, через общепризнанные категории «институт административного принуждения», «реализация принудительной административно-правовой нормы», «применение мер административного принуждения», не вскрывает всех без исключения характеристик, объясняющих механизм принудительного административно-правового разрешения ситуаций, возникающих в служебной деятельности ОВД. Это свидетельствует о том, что исследование проблем осуществления ОВД административного принуждения не может быть сведено к изучению одних лишь только принудительных административно-правовых норм. Как справедливо отмечает

С.С. Алексеев, «правовые средства — это та категория, которая выражает новый (инструментальный) подход к праву с функциональной стороны, ... открывающий путь к его закоулкам и тайникам ..., откуда открывается возможность выяснения более обширного комплекса характерных для права связей и закономерностей, . когда в поле научного анализа наряду с нормами права включаются и иные юридические явления» [1. — С. 242]. Только при таком подходе проявляется диалектическая связь правовых средств и принуждения, потому что «в правовые средства заложены такие возможности, которые позволяют справиться с трудностями, обеспечить решение жизненной ситуации, . они отличаются принудительным характером и выступают по большей части в виде тех или иных принудительных мер» [1. — С. 243].

Указанное обуславливает научный поиск как новых подходов к исследованию данного социально-правового явления, так и ранее не выявленных закономерностей реализации мер, его составляющих, а также обоснования в связи с этим новых правовых категорий, раскрывающих эти подходы и объясняющих выявленные закономерности.

Ведя речь об исследовании административного принуждения, применяемого ОВД, с позиции правовых средств, следует обратить внимание на диссертационное исследование И.Л. Федчука, который, разрабатывая административно-правовые средства противодействия правонарушениям в семейно-бытовой сфере и ссылаясь на В.И. Гоймана, пишет, что «правовые средства позволяют рассматривать право исключительно в его практическом приложении к социальной действительности» и представляют собой адекватный общественным условиям способ цивилизованного, конструктивного и результативного решения задач, стоящих перед обществом [2. — С. 51—52]. Осуществляя анализ содержания средств административно-правового регулирования (не акцентируя внимания на принудительном аспекте), он выделяет следующие их признаки: они предназначены для регулирования общественных отношений путем их создания, изменения или отмены; их применение составляет содержание правовой деятельности соответствующих субъектов, то есть деятельности, влекущей те или иные правовые последствия; они применяются государственными органами преимущественно в сфере управленческой (исполнительно-распорядительной) деятельности [2. — С. 53].

Обобщив эти признаки, автор делает вывод, что под административно-правовыми средствами следует понимать используемые в администра-

тивно-правовой деятельности государственных органов способы формирования, изменения или прекращения общественных отношений в соответствии с задачами и целями, стоящими перед государством [2. — С. 53].

Незначительно отличается мнение С.С. Алексеева. Так, он указывает, что «правовые средства вполне обоснованно рассматриваются в качестве способов правового регулирования, т.е. путей юридического воздействия, которые выражены в юридических нормах» [1. — С. 266].

Принимая во внимание взгляды по обозначенному вопросу С.С. Алексеева и И.Л. Федчука, а также выявленные нами ранее сущностные черты принуждения в целом, представляется целесообразным сформулировать признаки административно-правовых средств принуждения, реализуемых ОВД. К таковым следует отнести следующие:

они закреплены в административном законодательстве в виде правовых норм, содержащих принудительные меры воздействия;

направлены на охрану объектов, определенных в законодательстве;

позволяют императивно регулировать общественные отношения путем ликвидации либо нейтрализации исходной воли и формирования новой, закрепленной в законе воли;

их осуществление влечет те или иные правовые последствия;

они реализуются уполномоченными сотрудниками ОВД в сфере управленческой (внешневластной исполнительно-распорядительной) деятельности.

В свою очередь, определяющим признаком административно-правовых средств принуждения является то, что они закреплены в административном законодательстве в виде правовых норм, содержащих принудительные (императивные) меры воздействия. Частично подтверждает этот вывод высказанное в юридической литературе мнение о том, что содержание понятий «административное принуждение» и «меры административного принуждения» является разным [3. — С. 118]. Так, по мнению А.С. Князькова, эти два понятия соотносятся как содержание и форма. Внешнее проявление административного принуждения и есть та или иная административно-принудительная мера [4. — С. 27].

В связи с этим нельзя оставить без внимания то обстоятельство, что административно-правовые средства принуждения, реализуемые ОВД, закреплены в разных по юридической силе нормативных правовых актах: кодифицированных законодательных актах (например, КоАП, ПИКоАП); законах, регламентирующих общественные отношения в отдельных сферах жизнедеятельности

(например, «Об оружии», «Об органах внутренних дел Республики Беларусь» и др.); подзаконных актах (указах, постановлениях, инструкциях). Такое положение предопределяет возможность субъективного усмотрения сотрудником ОВД при выборе той или иной нормы, содержащей принудительную меру, что в практической деятельности нередко приводит к нарушению прав и свобод человека.

Правовое регулирование отдельных мер административного принуждения имеет межотраслевой характер. Это относится к мерам специального административного пресечения. Основания, порядок и условия их применения закреплены в нормах административного права, а правомерность причиненного в результате их применения вреда оценивается в соответствии с нормами уголовного законодательства, закрепляющего обстоятельства, исключающие преступность деяния. Четко регламентирована реализация ОВД только такого вида мер административного принуждения, как административные взыскания, в меньшей степени — реализация процессуальных мер.

В литературе выражаются различные мнения в отношении путей совершенствования правового регулирования мер административного принуждения [3. — С. 173—175].Так, В.А. Круглов и Л.М. Рябцев полагают целесообразным предусмотреть в ПИКоАП раздел «Исполнение административно-предупредительных мер» [5. — С. 10—15]. В России решение данной проблемы связывают с принятием Административно-процессуального кодекса, в котором должен быть специальный раздел, отведенный административно-предупредительным мерам [6. — С. 37; 7. — С. 26—28], Федерального закона «Об административно-предупредительных мерах» [8. — С. 157], нормативного правового акта об административных мерах воздействия [9. — С. 80] либо предлагают провести систематизацию тематической направленности по отдельным административно-правовым институтам [10. — С. 21, 22; 3. — С. 173—175]. В частности, П.И. Кононов предлагает законодательство, регламентирующее принудительную деятельность ОВД, кодифицировать путем разработки и принятия кодекса, который условно можно назвать «Кодекс внутренних дел» [11. — С. 27, 28]. Однако неясно, как при таком варианте кодификации мер административного принуждения можно избежать дублирования норм, закрепляющих, например, специальные меры пресечения или меры процессуального обеспечения [3. — С. 173—175]. Одинаковый подход к решению данной проблемы предлагают М.И. Селин и Г.В. Елянюшкин [3. — С. 173— 175]. Материальные меры пресечения, применяемые в рамках различных отраслей права, по их

мнению, следовало бы закрепить в отдельном разделе Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, разделив его на следующие главы: «Меры пресечения правонарушений, ограничивающие конституционные права и свободы человека и гражданина»; «Меры пресечения технического характера»; «Меры пресечения финансового характера»; «Меры пресечения медико-санитарного характера»; «Административно-процессуальные меры пресечения» [12. — С. 15; 13. — С. 14], [3. — С. 173—175]. В этом отношении следует поддержать точку зрения А.Н. Крам-ника, который утверждает, что единый правовой акт, регламентирующий применение мер принуждения, вряд ли может быть принят [14. — С. 15].

На наш взгляд, сложившийся в белорусском законодательстве подход к правовому регулированию принудительных полномочий ОВД, не исчерпал своих возможностей, но при условии, что регламентация мер принуждения должна осуществляться только законами. Это условие прямо вытекает из ст. 23 Конституции: «Ограничение прав и свобод личности допускается только в случаях, предусмотренных законом, в интересах национальной безопасности, общественного порядка, защиты прав и свобод иных лиц» [15].

Административно-правовые средства принуждения, реализуемые ОВД, должны быть установлены только в законах, виды которых указаны в ст. 2 Закона «О нормативных правовых актах Республики Беларусь» [16]. Общим должно быть то, что в кодексах и иных нормативных правовых актах, имеющих силу закона, в которых устанавливаются меры административного принуждения, должны четко указываться основания и цель реализации таких мер для обеспечения соблюдения конституционных прав и свобод человека и гражданина. В подзаконных нормативных правовых актах может лишь определяться механизм реализации мер принуждения, но не устанавливаться собственно принудительные меры.

Таким образом, определение административно-правовых средств принуждения, реализуемых ОВД, можно сформулировать следующим образом: это установленные законодательными административно-правовыми актами способы внешнего воздействия принуждающего на волю принуждаемого лица с целью неукоснительного приведения поведения принуждаемого лица к установленному правовой нормой правилу вне зависимости от его воли и желания.

Подводя итог, можно сделать следующие выводы. Традиционный подход к исследованию административного принуждения, реализуемого ОВД для решения поставленных перед ними за-

дач, с использованием таких общепризнанных категорий, как «институт административного принуждения», «применение мер административного принуждения», «реализация принудительной административно-правовой нормы», не вскрывает все без исключения характеристики, объясняющие механизм принудительного административно-правового разрешения ситуаций, возникающих в служебной деятельности ОВД.

Инструментальный подход к административному принуждению, применяемому ОВД, где его содержание — принудительная административно-правовая норма, рассматривается как средство регуляции общественных отношений, позволяет исследовать административное принуждение с функциональной стороны, выходя за рамки норм административного и административно-процессуального права, осуществить его строго научную углубленную теоретическую разработку, отвечающую потребностям современной правоприменительной практики.

К признакам административно-правовых средств принуждения, реализуемых ОВД, следует отнести следующие:

они закреплены в административном законодательстве в виде правовых норм, содержащих принудительные меры воздействия;

направлены на охрану объектов, определенных в законодательстве;

позволяют императивно регулировать общественные отношения путем ликвидации либо нейтрализации исходной воли и формирования новой, закрепленной в законе воли;

их осуществление влечет те или иные правовые последствия;

они реализуются уполномоченными сотрудниками ОВД в сфере управленческой (внешневластной исполнительно-распорядительной) деятельности.

ЛИТЕРАТУРА

1. Алексеев С. С. Восхождение к праву. Поиски и решения. — М. : НОРМА, 2001. — 752 с.

2. Федчук И. Л. Административно-правовые средства противодействия правонарушениям, совершаемым в сфере семейно-бытовых отношений : дис. ... канд. юрид. наук : 12.00.14. — Минск, 2011. —162 с.

3. Каплунов А. И. Административное принуждение, применяемое органами внутренних дел (системно-правовой анализ) : дис. ... д-ра юрид. наук : 12.00.14. — М., 2005. — 498 с.

4. Князьков А. С. Применение и использование огнестрельного оружия сотрудниками милиции как мера административно-правового пресе-

чения : дис. ... канд. юрид. наук : 12.00.02. — Томск, 1998. — 260 с.

5. Круглов В. А., Рябцев Л. М. О проекте структуры Процессуально-исполнительного кодекса Республики Беларусь по делам об административных правонарушениях // Актуальные вопросы охраны правопорядка и борьбы с преступностью : сб. науч. тр. преподавателей, адъюнктов и соискателей / под ред. Л. В. Саленика. — Минск : Акад. МВД Респ. Беларусь, 1998. — С. 10—15.

6. Галаган И. А. Административная ответственность в СССР: процессуальное регулирование. — Воронеж : Изд-во Воронеж. ун-та, 1976.

— 195 с.

7. Салищева Н. Г. К концепции Административно-процессуального кодекса Российской Федерации. Административное право и административный процесс: старые и новые проблемы (по материалам «Лазаревских чтений») // Государство и право. — 1998. — № 8. — С. 26—28.

8. Бочкарев И. Е. Административно -предупредительные меры, применяемые милицией (по материалам органов внутренних дел Нижегородской области) : дис. ... канд. юрид. наук : 12.00.14. — М. : Моск. акад. МВД России, 2001. — 209 с.

9. Коренев А. П. Кодификация советского административного права. Теоретические проблемы. — М. : Юрид. лит, 1970. — 135 с.

10. Студеникина М. С. Пути кодификации административного законодательства. Административное право и административный процесс: старые и новые проблемы (по материалам «Лазаревских чтений») // Государство и право. — 1998. — № 8. — С. 21—22.

11. Кононов П. И. Законодательство об административном принуждении: проблемы кодификации // Журнал российского права. — 1998.

— № 8. — С. 27—28.

12. Селин М. И. Теоретические проблемы правового регулирования мер пресечения в российском праве : автореф. дис. ... канд. юрид. наук : 12.00.01 / СЗАГС. — СПб., 2002. — 19 с.

13. Елянюшкин Г. В. Правовые основы административного пресечения : автореф. дис. ... канд. юрид. наук : 12.00.14 / СПбУ МВД России.

— СПб., 2002. — 17 с.

14. Крамник А. Н. Административно -правовое принуждение. — Минск : Тесей, 2005.

— 208 с.

15. Конституция Республики Беларусь 1994 года (с изменениями и дополнениями, принятыми на республиканских референдумах 24 ноября 1996 г. и 17 октября 2004 г.). — Минск : Амал-фея, 2005. — 48 с.

16. О нормативных правовых актах Республики Беларусь : закон Респ. Беларусь от 10.01.2000 № 361-3 : в ред. от 02.07.2009 // Консультант Плюс : Беларусь. Технология 3000 [Электронный ресурс] / ООО «ЮрСпектр», Нац. центр правовой информации Респ. Беларусь. — Минск, 2016.

REFERENCES

1. Alekseev S. S. Voshozhdenie k pravu. Poiski i resheniya. — M. : NORMA, 2001. — 752 s.

2. Fedchuk I. L. Administrativno-pravovyie sredstva protivodeystviya pravonarusheniyam, sovershaemyim v sfere semeyno-byitovyih otnosheniy : dis. ... kand. yurid. nauk : 12.00.14. — Minsk, 2011. —162 s.

3. Kaplunov A. I. Administrativnoe prinuzhdenie, primenyaemoe organami vnutrennih del (sistemno-pravovoy analiz) : dis. ... d-ra yurid. nauk : 12.00.14. — M., 2005. — 498 s.

4. Knyazkov A. S. Primenenie i ispolzovanie ognestrelnogo oruzhiya sotrudnikami militsii kak mera administrativno-pravovogo presecheniya : dis. ... kand. yurid. nauk : 12.00.02. — Tomsk, 1998. — 260 s.

5. Kruglov V. A., Ryabtsev L. M. O proekte strukturyi Protsessualno-ispolnitelnogo kodeksa Respubliki Belarus po delam ob administrativnyih pravonarusheniyah // Aktualnyie voprosyi ohranyi pravoporyadka i borbyi s prestupnostyu : sb. nauch. tr. prepodavateley, ad'yunktov i soiskateley / pod red. L. V. Salenika. — Minsk : Akad. MVDResp. Belarus, 1998. — S. 10—15.

6. Galagan I. A. Administrativnaya otvetstvennost v SSSR: protsessualnoe regulirovanie. — Voronezh : Izd-vo Voronezh. un-ta, 1976. — 195 s.

7. Salischeva N. G. K kontseptsii Administrativno-protsessualnogo kodeksa Rossiyskoy Federatsii. Administrativnoe pravo i administrativnyiy protsess: staryie i novyie problemyi (po materialam «Lazarev-

skih chteniy») // Gosudarstvo i pravo. — 1998. — # 8.

— S. 26—28.

8. Bochkarev I. E. Administrativno-predupre-ditelnyie meryi, primenyaemyie militsiey (po materialam organov vnutrennih del Nizhegorodskoy oblasti) : dis. ... kand. yurid. nauk : 12.00.14. — M. : Mosk. akad. MVD Rossii, 2001. — 209 s.

9. Korenev A. P. Kodifikatsiya sovetskogo admin-istrativnogo prava. Teoreticheskie problemyi. — M. : Yurid. lit, 1970. — 135 s.

10. Studenikina M. S. Puti kodifikatsii administra-tivnogo zakonodatelstva. Administrativnoe pravo i administrativnyiy protsess: staryie i novyie problemyi (po materialam «Lazarevskih chteniy») // Gosudarstvo i pravo. — 1998. — # 8. — S. 21—22.

11. Kononov P. I. Zakonodatelstvo ob administrativem prinuzhdenii: problemyi kodifikatsii // Zhurnal rossiyskogo prava. — 1998. — # 8. — S. 27—28.

12. Selin M. I. Teoreticheskie problemyi pravovogo regulirovaniya mer presecheniya v ros-siyskom prave : avtoref. dis. ... kand. yurid. nauk : 12.00.01 / SZAGS. — SPb., 2002. — 19 s.

13. Elyanyushkin G. V. Pravovyie osnovyi ad-ministrativnogo presecheniya : avtoref. dis. ... kand. yurid. nauk : 12.00.14 / SPbU MVD Rossii. — SPb., 2002. — 17 s.

14. Kramnik A. N. Administrativno-pravovoe prinuzhdenie. — Minsk : Tesey, 2005. — 208 s.

15. Konstitutsiya Respubliki Belarus 1994 goda (s izmeneniyami i dopolneniyami, prinyatyimi na respu-blikanskih referendumah 24 noyabrya 1996 g. i 17 ok-tyabrya 2004 g.). — Minsk : Amalfeya, 2005. — 48 s.

16. O normativnyih pravovyih aktah Respubliki Belarus : zakon Resp. Belarus ot 10.01.2000 # 361-Z : v red. ot 02.07.2009 // Konsultant Plyus : Belarus. Tehnologiya 3000 [Elektronnyiy resurs] / OOO «Yur-Spektr», Nats. tsentr pravovoy informatsii Resp. Belarus.

— Minsk, 2016.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ

Лубенков Александр Владимирович. Начальник научно-исследовательского отдела. Магистр юридических наук.

Могилевский институт МВД Республики Беларусь. E-mail: Lav-3@tut.by

Республика Беларусь, 212011, г. Могилев, ул. Крупской, 67. Тел. (0222) 72-41-58.

Lubenkov Alexander Vladimirovich. Chief of the research department. Master of Law. The Mogilev Institute of the Ministry of Internal Affairs of Republic of Belarus. E-mail: Lav-3@tut.by

Work address: Republic of Belarus, 212011, Mogilev, Krupskaya Str., 67. Tel. (0222) 72-41-58.

Ключевые слова: административное принуждение; административно-правовые средства; меры административного принуждения.

Key words: administrative coercion; administrative and legal means; measures of administrative coercion.

УДК 342.9