Отношение к экстремизму и социально-психологические характеристики студентов и школьников

других народов прилежанием, трудолюбием и быстрым приспособлением к жизни на новом месте10. Не менее интересно то, что более половины немцев называют себя «тружениками» (62,5 %), «ответственными» (37,5 %), в то время как русскими в самоидентификации не были упомянуты характеристики, относящиеся к труду, а ответственными себя назвали лишь 13,3 %. Эти данные подтверждают сформировавшееся представление о немцах как о трудолюбивой, работоспособной, дисциплинированной нации, несмотря на то что большинство участников нашего исследования с рождения проживают в России и никогда не были в Германии.

Соотнесем данные, полученные по методике «Кто Я?», с результатами, отражающими готовность к риску в двух группах. Корреляционный анализ позволил установить ряд взаимосвязей между характеристиками идентичности и типами готовности к риску в группах немцев Поволжья и русских. Готовность к риску у русских прямо связана с представлением о себе как об ответственном человеке (г=0,367*), в то время как у немцев, наоборот, эта характеристика отрицательно связана с готовностью к риску (г=-0,397*). Другими словами, немцы, называющие себя

ответственными, менее склонны к рискованному поведению. Однако готовность к риску как к инструменту для извлечения материальной выгоды у немцев связана с представлением о себе как о «труженике» (г=0,478**).

В результате проведенного исследования установлено, что немцы Поволжья менее готовы к рискованному поведению, в отличие от русских. Однако готовность к риску, основанная на доверии авторитетным лицам, в большей степени присуща немцам. Русские в самоидентификации гораздо чаще упоминают такую характеристику, как «друг». Немцы же, в отличие от русских, более чем в половине случаев говорят о себе как о «тружениках». Готовность к риску у русских, определяющих себя как «ответственных», выше, чем у немцев. Таким образом, готовность к риску, а также личностные характеристики идентичности находятся в прямой зависимости от принадлежности к определенной национальности.

Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках научно-исследовательского проекта «Этнопсихологические детерминанты взаимосвязи социальной активности и субъективного благополучия личности» (грант № 11-06-00026 а).

Примечания

1 См.: РайгородскийД. Я. Практическая психодиагностика. Методики и тесты. Самара, 2000. С. 632-635.

2 См.: Румянцева Т. В. Психологическое консультирование : Диагностика отношений в паре. СПб., 2006. С. 82-103.

3 См.: Кленова М. А. Самоактуализация личности и склонность к риску // Вестн. ун-та (Гос. ун-т управления). 2011. № 6. С. 50-51.

4 Крысько В. Г. Этническая психология. М., 2002. С. 59.

5 См.: ЛуганскийН. И. Влияние национально-психологических особенностей населения ФРГ на морально-боевые качества личного состава бундесвера : дис. ... канд. психол. наук. М., 1968.

6 Там же.

7 Крысько В. Г. Указ. соч. С. 114.

8 См.: Бороноев А. О., Смирнов П. И. Россия и русские : характер и судьбы страны. Л., 1992.

9 См.: Крысько В. Г. Указ. соч. С. 115.

10 См.: Герман А. А., Плеве И. Р. Немцы Поволжья : краткий исторический очерк. Саратов, 2002.

УДК 593.1

Ю. С. БУЗЫКИНА

Пензенский государственный педагогический университет им. В. Г. Белинского E-mail: ylamart@yandex.ru

Отношение к экстремизму и социально-психологические характеристики студентов и школьников

В статье представлены результаты анализа феномена экстремизма как социально-психологического явления. Приводятся результаты исследования связи между социально-психологическими характеристиками и отношением к проявлениям экстремизма у студентов вуза и учащихся школы.

Ключевые слова: экстремизм, агрессивность, уровень субъективного контроля, ценности, отношение к проявлениям экстремизма, студенты, учащиеся.

© Бузыкина Ю. С., 2011

Yu. S. BUZYKINA

The Relation to Extremism and Socially-psychological Characteristics

of Students and Pupils

In article results of the analysis of a phenomenon of extremism as socially-psychological phenomenon are presented. Results of research of communication between socially-psychological characteristics and the relation to displays of extremism at students of high school and pupils of school are resulted.

Key words: extremism, aggression, level of the subjective control, value, relation to extremism displays, students, pupils.

С началом реформ 1990-х гг. объективировались многочисленные кризисные процессы, охватившие все сферы организации социума. Российское общество в настоящее время озабочено размахом экстремистской и террористической активности. Исследователи констатируют нарастание в обществе настроений, характеризуемых состоянием страха, тревоги, неуверенности, незащищенности и т. д. Поскольку активизация экстремизма в настоящее время представляет серьезную опасность для российского общества, эта проблема приобретает особую актуальность. Следует отметить, что понятия «радикализм» и «экстремизм» достаточно часто употребляются как синонимы, однако между ними есть различия. Понятие «радикализм» (от лат. radix - корень) в современной политической психологии имеет несколько значений, а именно: психологический механизм качественного преобразования политических процессов, предполагающий решительные и бескомпромиссные действия для достижения цели; политическое движение, придерживающееся крайних средств достижения цели; социокультурная традиция, обусловленная соответствующим типом личности и национально-цивилиза-ционными особенностями общества и госу-дарства1. Идеи радикализма лежат в основе политических действий, нацеленных на коренное, радикальное, быстрое изменение существующих социальных и политических институтов. Радикализм - это теоретическое обоснование политического действия, а не само действие, он вообще может быть не связан с политикой, а представлять собой лишь абстрактную теорию. Экстремизм же проявляется в практической политической деятельности в использовании крайних, преимущественно насильственных, средств политической борьбы. Радикализм всегда представляет собой какое-либо идеологическое течение, а экстремизм может быть полностью безыдейным2. В последние годы ведутся активные научные дискуссии относительно сущности экстремизма.

Целесообразно обратиться к этимологии слова «экстремизм». В современные ро-мано-германские языки (а затем - и в русский) слово пришло из латинского языка в XVII в. и происходит от латинского ех^етиэ - крайний. Окончательное значение этого термина оформилось уже в XX в.3 Наиболее четкое правовое определение экстремизма дает В. И. Власов, по мнению которого, это негативное явление, исходящее из крайних взглядов, приверженности к крайним мерам, проявляющееся в деятельности радикальных субъектов по планированию, организации, подготовке и совершению запрещенных законом общественно опасных действий или в деяниях аморальных, совершаемых с политическими, националистическими целями или на почве расовой, религиозной вражды (ненависти)4. Психологический, личностно ориентированный подход дает определение экстремизма как формы политического поведения индивида, характеризующейся сильным эмоциональным компонентом5.

Для того чтобы понять истоки экстремизма, необходимо осознать тот факт, что в самой природе человека заложено стремление к экстремальности, принуждающее его идти по пути постоянного движения и развития. Не случайно понятия «экстремизм» и «экстремальность» происходят от одного латинского слова ех^етиэ. Оба понятия содержат значения интенсивности, напряженности, остроты. Однако экстремальность при этом отличает природный стихийный характер, что проявляется не только в активности человека, но и внешней среды (стихийных бедствиях, природных катаклизмах и т. п.). Все экстремальное имеет свою внутреннюю логику, вызывается необходимостью и подчиняется закономерностям. В отличие от экстремальности экстремизм включает личностное начало, и экстремистское поведение отмечено эгоцентризмом и своеволием. Кроме того, экстремальность - не всегда кризис или конфликт. Экстремальность лишь заостряет проблему, акцентируя внимание на новом, как правило, более значимом, более высоком:

так, творчество невозможно без экстремумов процесса развития. Творческий идеал (экстремум) - оптимум личностного и общественного развития, поскольку стремление к оптимальному пределу (в отличие от экстремистского беспредела крайностей) составляет суть процесса совершенствования. Иное дело - экстремизм, который обостряет ситуацию, доводя ее до крайности, в силу чего спокойное конструктивное решение проблемы, как правило, становится невоз-можным6. На уровне обыденного сознания опасно непонимание места и сущности творчества, неумение отличить истинно творческое от малозначимых новаций. Неспособность соотносить эти вещи нередко ведет к внутренней опустошенности, растерянности перед жизнью, что является питательной средой для возникновения нигилизма, цинизма, чувства вседозволенности, влияет на формирование ложных идеалов или извращение истинных. Ярким примером этому служат такие крайние антисоциальные проявления, как хулиганский инфантилизм, вандализм, немотивированное насилие, представляющие собой извращенные формы удовлетворения потребности в самовыражении, имеющие в основе своей ложно ориентированные и глубоко формализованные идеалы7.

В. Н. Томалинцев рассматривает экстремизм как одну из форм отчуждения, прежде всего, от общечеловеческих, общекультурных ценностей8. О. С. Осипова подчеркивает необходимость противопоставления позитивного или созидательного вида девиации и деструктивного или агрессивного. Основным критерием водораздела должна являться не форма реализации девиантного поведения, в частности наличие атрибута насилия, а уровень справедливости перераспределения источников пополнения жизненной энергии9. Предпосылки экстремистского поведения находятся не только вне, но и внутри самого человека и определяются его психофизиологическими особенностями. Поскольку уничтожение, разрушение нередко становятся для экстремиста самоценностью, наиболее приятным и необходимым психологическим состоянием, экстремизм можно рассматривать как некую способность, истоки которой, как и любой другой способности человека, лежат в природных свойствах субъекта, в особенностях его нервной системы, психики, эмоционально-чувственного склада. Готовность к насилию вообще и террористическо-

му в частности корнями уходит в органически присущую человеку склонность к агрессивности и разрушительным инстинктам. Качества эти с различной силой выражены у разных людей и в той или иной мере обузданы существующими правовыми и нравственными нормами, воспитанием и культурой, но не в одинаковой мере и не одинаково эф-фективно10.

Как творческие (экстремальные), так и экстремистские способности даны человеку в задатках, которые в процессе жизни в зависимости от условий социокультурной среды могут быть раскрыты частично или полностью, либо в большей или меньшей мере сняты, нейтрализованы. Таким образом, человек постоянно находится как бы между молотом и наковальней: между влиянием внешней среды (социокультурный фактор) и воздействием собственной природы (психофизиологический фактор). При изучении экстремума человеческого существования необходимо учитывать оба эти момента в их тесном взаимодействии.

Экстремизм порождают социально-экономические кризисы, деформации политических институтов, резкое падение жизненного уровня, ухудшение социальных перспектив значительной части населения, доминирование в обществе чувства безысходности, пассивности, социальной и личной нереализованности, неполноты бытия, страх перед будущим, подавление властями оппозиции, инакомыслия. Социальную базу экстремизма составляют маргинальные слои, представители националистических, религиозных движений, недовольные существующей политической реальностью, интеллигенция, молодежь, студенчество, военные.

Экстремизм неоднороден: в качестве базовых способов выделения различных его форм можно использовать подходы, обозначенные в работах Н. Н. Афанасьева и В. Н. То-малинцева. Н. Н. Афанасьев предлагает выделять шесть основных форм экстремизма в зависимости от сфер жизнедеятельности общества: экономическую, национальную, политическую, религиозную, экологическую и духовную. Эти формы экстремизма являются идеальными: в социальной реальности они практически не встречаются в чистом виде, а как бы дополняют друг друга, сплетаются11.

Выделяют также левый и правый политический экстремизм. Первый заимствует идеи

революционаризма, анархизма, объявляет себя наиболее последовательным выразителем и защитником трудящихся масс, всех обездоленных, неимущих. Объектами критики левых экстремистов являются социальное неравенство, подавление личности, эксплуатация, бюрократизация в обществе, устранить которые они готовы любыми средствами, вплоть до вооруженных выступлений. Часть левых экстремистских организаций находится на нелегальном положении, ведет партизанскую войну, совершает террористические акты, захват заложников. Правые экстремисты (фашистские, неофашистские, ультраправые, националистические, расистские движения, организации, партии, такие как «Русское национальное единство» в России) критикуют современное общество за «отсутствие порядка», «упадок нравов», эгоизм, потребительство и др.12

Разновидностям экстремизма присущи общие черты: насилие или угроза вооруженного насилия; одномерность, однобокость в восприятии общественных проблем, поиски путей их решения; фанатизм, одержимость в стремлении навязать свои принципы, взгляды оппонентам; бездумное, беспрекословное выполнение всех приказов, инструкций; опора на чувства, инстинкты, предрассудки, а не на разум; отсутствие толерантности, компромиссов либо их игнорирование.

По мнению большинства исследователей мотивации терроризма, явная психопатология среди террористов - достаточно редкая вещь. Вместе с тем можно выделить ряд личностных предрасположенностей, которые часто становятся побудительными мотивами вступления индивидов на путь терроризма: сверхсосредоточенность на защите своего «Я» путем проекции с постоянной агрессивно-оборонительной готовностью; недостаточная личная идентичность, низкая самооценка; сильная потребность в присоединении к группе, т. е. в групповой идентификации или принадлежности; социальная изолированность и отчужденность, потеря жизненной перспективы. При этом нельзя сказать, что приведенный набор характеристик является обобщенным психологическим профилем личности террориста. Важное значение в ряде случаев имеют политико-идеологические мотивы вступления в террористическую группу, но они чаще являются формой рационализации более глубинных личностных мотивов - стремления к укрепле-

нию личностной идентичности и, что особенно важно, потребности в принадлежности к группе.

Существенным признаком экстремизма является злой умысел. Экстремизм характеризуется не наличием насилия как такового, а наличием его крайних, неоправданных форм. Экстремистскими можно называть лишь такие действия, которые превышают необходимую степень воздействия, независимо от используемых средств: физического насилия, морального принуждения, экономического давления и т. д. Так, профессор А. А. Козлов рассматривает экстремизма как феномен, выражающийся в превышении человеком (группой) пределов нормативно допустимого при наличии злого смысла или умысла13.

В. Н. Мясищев в своей теории отношений отмечает, что личность, психика и сознание человека в каждый момент представляют единство отражения объективной действительности и отношения человека к ней. Отношения в развитом виде выступают как целостная система индивидуальных, избирательных, сознательных связей личности с различными сторонами объективной действительности: с явлениями природы и миром вещей; с людьми и общественными явлениями; личности с самой собой как субъектом деятельности. Система отношений определяется всей историей развития человека, она выражает его личный опыт и внутренне определяет его действия, переживания. Отношение как связь субъекта с объектом едино, однако имеет структуру, отдельные компоненты которой могут выступать как частичные отношения, его стороны или виды. Оно определяется рядом признаков: избирательностью, активностью, целостно-личностным характером, сознательностью. Важнейшими видами отношений ученый считал потребности, мотивы, эмоциональные отношения (привязанность, неприязнь, любовь, вражда, симпатия, антипатия), интересы, оценки, убеждения, а доминирующим отношением, подчиняющим себе другие и определяющим жизненный путь человека, - направленность14.

Существенную роль во включении личности в экстремистские организации и в формировании определенного отношения к экстремизму играют устойчивые характеристики, формирующиеся на базе совокупности норм и ценностей, накладывающие отпечаток на поступки, на отношение личности к миру, другому человеку, на выбор способов обще-

ния. Ценности детерминируют процесс познания человеком социального мира и в то же время осуществляют психическую регуляцию поведения в социальной среде. Выполняя различные социальные функции, человек является членом многочисленных социальных групп. К психологическим характеристикам группы должны быть отнесены такие групповые образования, как интересы, потребности, нормы, ценности. Для индивида, входящего в группу, осознание принадлежности к ней осуществляется прежде всего через принятие этих характеристик. Потребность в идентичности способствует самосознанию (конкретного индивида, социальных групп, наций, этносов) и предполагает констатацию различий. Для идентификации человеку требуются другие, по отношению к которым он будет осуществляться, причем некоторые индивиды нуждаются во врагах (или их образах). Потребность в противниках может быть крайним, экстремальным ее проявлением и формировать экстремизм. Подобная идентичность обнаруживает себя различными путями: вызывающим жизненным стилем, отличающейся одеждой, жаргоном и т. д. Ценности каждой группы складываются на основании выработки определенного отношения к социальным явлениям, продиктованного местом данной группы в системе общественных отношений, ее опытом в организации определенной деятельности. Значительная часть аморальных поступков, совершаемых подростками и молодыми людьми, связана с их ориентациями на групповые нормы, которые вступают в противоречия с общественными (экстремистские группы).

Изучая проблему экстремизма в среде молодежи, нельзя обойти вниманием индивидуально-психологический аспект. В этом контексте экстремистское поведение рассматривается как личностный феномен и исследуется в русле жизненных целей, установок, отношений личности, а также ее индивидуальных состояний и свойств, таких как настроение, активность, самооценка, самоконтроль. Основным в идентификации экстремистского поведения является понятие агрессивности. Молодежи свойственна психология максимализма и подражания, что в условиях острого социального кризиса является почвой для агрессивности и экстремизма.

В результате проведенных в 2006-2007 гг. социологических исследований, в которых

анализировалось состояние экстремальности молодежного сознания, был выявлен ряд социально-психологических характеристик, которые играют существенную роль в формировании определенного отношения к экс-тремизму15.

Экстремальность как имманентное свойство молодости может проявляться по-разному. В условиях стабильного общества на групповом и индивидуальном уровнях она реализуется, как правило, в общественно значимых институционально регулируемых формах. В условиях социальных потрясений, неопределенности и риска под влиянием самых разных объективных и субъективных факторов, усиливающих или ослабляющих этот процесс, она приобретает крайние, преимущественно спонтанные проявления. В них доминирует эмоциональный уровень восприятия явлений, часто - в максималистской форме. Такой тип сознания проявляется в специфических формах поведения, характеризующихся импульсивностью мотивации, агрессивностью, склонностью к риску, стремлением обвинить в своих неудачах других, эпатажем, отклонениями от принятых норм либо, наоборот, подавленностью, депрессией, пассивностью. Экстремальные формы реакции на окружающую действительность связаны также с завышенными ожиданиями, присущими молодежи. В постоянном стремлении превзойти окружающих - сверстников, родителей, учителей - формируются индивидуальные проявления ее группового инновационного потенциала. С другой стороны, самоотчуждение, сопровождающее выход из состояния фрустрации, часто приводит к отрицанию идей, мнений, разделяемых общественным сознанием, принятых общественных норм и проявляется в индивидуальном и групповом сознании в форме нигилизма. Как форма самоутверждения подростка нигилизм также встречается во всех сферах жизнедеятельности. При этом не следует считать, что фанатизму присущи исключительно агрессивные проявления, а нигилизму - пассивная саморефлексия. В различных жизненных ситуациях агрессивность, самоотчуждение как проявления экстремального сознания могут приобретать крайние формы.

Целью эмпирического исследования было изучение связи между социально-психологическими характеристиками и отношением к проявлениям экстремизма у студентов вуза и учащихся школ, а также выявление

у них специфики отношения к проявлениям экстремизма. В качестве объекта исследования выступили социально-психологические характеристики и отношение к проявлениям экстремизма, предметом - связь между социально-психологическими характеристиками и отношением к проявлениям экстремизма. Нами были выдвинуты гипотезы о существовании связи между социально-психологическими характеристиками и отношением к проявлениям экстремизма у студентов вуза и учащихся школ и о специфике отношения к этим проявлениям.

Эмпирическое исследование проводилось на базе Пензенского государственного педагогического университета им. В. Г Белинского и школ г. Заречный Пензенской области: МОУ СОШ № 222 с художественно-эстетическим профилем и МОУ СОШ № 225. В эксперименте приняли участие 160 испытуемых - 40 студентов факультета психологии и 40 студентов исторического факультета ПГПУ им. В. Г Белинского в возрасте от 18 до 24 лет; 40 учащихся 8-го класса школы № 222, 40 учащихся 8-го класса школы № 225 в возрасте от 14 до 15 лет. Состав выборки по полу был следующий: 33 (41,25 %) студента мужского пола и 47 (58,75 %) - женского; учащиеся - 37 (46,25 %) мужского пола и 43 (53,75 %) - женского.

Для диагностики уровня агрессивности, показателей и форм агрессии у студентов вуза и учащихся школы была использована методика диагностики показателей и форм агрессии А. Басса и А. Дарки в адаптации А. К. Осницкого; для диагностики уровня субъективного контроля - методика диагностики уровня субъективного контроля (УСК) Дж. Роттера в адаптации Е. Ф. Бажина, С. А. Галынкиной, А. М. Эткинда; для выявления преобладающих ценностей - ценностный опросник (ЦО) С. Шварца. С помощью разработанной нами анкеты изучались представления студентов и учащихся об экстремизме, а также их отношение к проявлениям экстремизма - негативное, равнодушное, нормальное. Для проверки выдвинутых нами гипотез полученные данные были подвергнуты мате-матико-статистическому анализу с помощью коэффициента ранговой корреляции г5 Спир-мена и критерия ф* - углового преобразования Фишера.

По итогам диагностики уровня агрессивности, показателей и форм агрессии были получены следующие результаты (показа-

тель уровня агрессивности был взят из суммарного показателя индекса агрессивности). Среди студентов факультета психологии преобладал средний уровень агрессивности (75 %), высокий уровень характерен для 25 % студентов. У студентов исторического факультета аналогичные показатели - средний уровень агрессивности для 60 %, высокий уровень - для 40 %. Для студентов факультета психологии более характерно проявление косвенной агрессии (17,5 %) и негативизма (17,5 %). У студентов-историков доминирует проявление вербальной (17,5 %) и физической агрессии (17,5 %). Такие проявления агрессии, как раздражение (готовность при малейшем возбуждении выйти из себя, резкость и грубость) и обида (проявление зависти и ненависти к окружающим, обусловленные гневом, недовольством кем-то или всеми из-за действительных или мнимых собственных страданий), не характерны для студентов исторического факультета и в наименьшей степени представлены у студентов-психологов.

Среди учащихся школы с художественно-эстетическим профилем преобладает средний уровень агрессивности (65 %), высокий уровень характерен для 35 %. У учащихся школы № 225 также преобладает средний уровень агрессивности (57,5 %), высокий уровень характерен для 42,5 %. Для учащихся первой школы в наибольшей степени характерны проявления физической и вербальной агрессии, а для тех, у кого высокий уровень агрессивности, характерна косвенная агрессия. Для учащихся второй школы в наибольшей степени характерно проявление косвенной агрессии, а тем, кто наиболее агрессивны, свойственна вербальная агрессия. Такие проявления агрессии, как раздражение и обида, наименее представлены у учащихся, так же как и у студентов.

По итогам диагностики УСК были получены следующие результаты: для большинства студентов-психологов (75 %) и историков (62,5 %) характерен низкий уровень субъективного контроля, т. е. экстернальный тип. Это говорит о том, что они не видят связи между своими действиями и значимыми для них событиями, не считают себя способными контролировать эту связь и полагают, что большинство событий и поступков являются результатом случая или действия других людей. Для 25 % психологов и 37,5 % историков характерен высокий уровень субъективного

контроля, т. е. интернальный тип. Они считают, что большинство важных событий в их жизни является результатом их собственных действий, что они могут ими управлять, и, таким образом, чувствуют свою ответственность за эти события и за то, как складывается их жизнь в целом.

Для большинства учащихся школы с художественно-эстетическим профилем (72,5 %) и учащихся школы без профиля (75 %) характерен низкий уровень субъективного контроля, т. е. экстернальный тип. Для 27,5 % учащихся первой школы и 25 % учащихся второй школы характерен высокий уровень субъективного контроля, т. е. интернальный тип. Таким образом, показатели УСК у студентов вуза и учащихся школы являются схожими.

По итогам диагностики преобладающих ценностей были получены следующие результаты: у психологов доминирующими являются ценности самоопределения, безопасности и зрелости; у историков - безопасность, самоопределение и поддержка традиций. У учащихся школы с художественно-эстетическим профилем доминируют такие ценности, как безопасность, самоопределение и зрелость; у учащихся другой школы - безопасность, наслаждение и самоопределение. Определяющая цель ценностей самоопределения состоит в самостоятельности мышления и выбора способов действия в творчестве и исследованиях. Мо-тивационная цель ценностей безопасности состоит в безопасности для других и себя, гармонии, стабильности общества и взаимоотношений. Важнейшими характеристиками ценности зрелости являются ориентации на автономность личности, признание ценности собственной индивидуальности. Личность, принимающая себя, более способна к принятию других людей такими, какие они есть, к уважению их своеобразия и права быть собой. Такая ценность, как поддержка традиций, связана с уважением и ответственностью за культурные и религиозные обычаи и идеи. Мотивационная цель данной ценности - уважение, принятие обычаев и идей, которые существуют в культуре. Мотивацион-ной целью ценностей наслаждения является наслаждение жизнью или чувственное удовольствие.

Таким образом, можно говорить о том, что у студентов факультета психологии и учащихся школы с художественно-эстетическим профилем доминируют одинаковые

ценности - самоопределение, безопасность и зрелость. Такие ценности, как самоопределение и безопасность являются доминирующими как для студентов вуза, так и для учащихся школы. Можно предположить, что это связано с базовой потребностью личности в безопасности, а в силу возрастных особенностей, стремления найти свое место в обществе такая ценность, как самоопределение, также становится доминирующей.

По результатам проведенной анкеты были получены следующие результаты: из 40 студентов факультета психологии негативное отношение к проявлениям экстремизма было выявлено у 27 человек (67,5 %), равнодушное отношение преобладает у 8 (20 %) и нормальное - у 5 человек (12,5 %). Из 40 студентов-историков негативно относятся к проявлениям экстремизма 24 человека (60 %), равнодушно - 6 (15 %) и нормально

- 10 человек (25 %). Таким образом, у студентов преобладает негативное отношение к проявлениям экстремизма.

Из 40 учащихся школы с художественно-эстетическим профилем негативное отношение к проявлениям экстремизма было выявлено у 14 человек (35 %), равнодушное

- у 23 (57,5 %) и нормальное - у 3 человек (7,5 %). Из 40 учащихся школы без профиля негативно относятся к проявлениям экстремизма 16 человек (40 %), равнодушно - 20 (50 %) и нормально - 4 человека (10 %). Таким образом, у учащихся школ преобладает равнодушное отношение к проявлениям экстремизма.

По итогам математической обработки с помощью коэффициента ранговой корреляции гэ Спирмена были получены следующие результаты: у студентов факультета психологии существуют связи между средним уровнем агрессивности и отрицательным отношением к экстремизму (гэ=0,36 при р=0,05) и между интернальным уровнем субъективного контроля (УСК) и отношением к проявлениям экстремизма (гэ=0,65 при р<0,05), т. е. у студентов с интернальным УСК преобладает негативное отношение к проявлениям экстремизма. У студентов такие доминирующие ценности, как самоопределение (гэ=0,65 при р<0,05) и зрелость (гэ=0,83 при р<0,05), имеют связь с негативным отношением к проявлениям экстремизма. Связи между доминирующей ценностью безопасности и отношением к проявлениям экстремизма выявлено не было. Это может быть связано с

тем, что преобладание данной ценности характерно для студентов с разным отношением к проявлениям экстремизма. У студентов исторического факультета существуют связи между средним уровнем агрессивности и отрицательным отношением к экстремизму (г5=0,46 при р=0,05) и между интернальным уСк и отношением к проявлениям экстремизма (гй=0,53 при р<0,05). У студентов с интернальным УСК так же, как и у психологов с аналогичными данными, преобладает негативное отношение к проявлениям экстремизма. Такая доминирующая ценность, как безопасность (г=0,72 при р<0,01), имеет связь с негативным отношением к проявлениям экстремизма, а доминирующая - поддержка традиций (г=0,73 при р<0,05) связана с нормальным отношением к проявлениям экстремизма.

У учащихся школы № 222 существует связь между средним уровнем агрессивности и равнодушным отношением к проявлениям экстремизма (г=0,40 при р<0,05), кроме того, связаны интернальный УСК и отношение к проявлениям экстремизма (г=0,61 при р<0,05) - преобладает негативное отношение. У них такая доминирующая ценность, как зрелость (г=0,9 при р<0,05), имеет связь с негативным отношением к проявлениям экстремизма. У учащихся школы № 225 связаны средний уровень агрессивности и равнодушное отношение к экстремизму (гй=0,59 при р<0,01). Существует связь между интернальным УСК и отношением к проявлениям экстремизма (гй=0,74 при р<0,05) - преобладает негативное отношение. У этих же школьников такая доминирующая ценность, как наслаждение (гз=0,71 при р<0,05), имеет связь с равнодушным отношением к проявлениям экстремизма.

По итогам математической обработки с помощью критерия ф* - углового преобразования Фишера были получены следующие результаты. Различий в отношении к проявлениям экстремизма среди студентов факультета психологии и исторического факультета выявлено не было, так же, как у учащихся школ № 222 и № 225. Были отмечены различия в отношении к проявлениям экстремизма у студентов факультета психологии и учащихся школы № 222, которые проявляются в том, что у студентов преобладает отрицательное отношение (ф*эмп=2,96 при р< 0,01), а у учащихся - равнодушное (ф*эмп=3,5 при р<0,01). Различий в нормальном отношении к проявлениям экстремизма выявлено не было (ф*эмп = 0,75 при р < 0,05).

Существуют различия в отношении к проявлениям экстремизма у студентов исторического факультета и учащихся школы № 225, которые выражаются в том, что у студентов преобладает отрицательное отношение (ф*эмп=1,80 при р<0,05), а у учащихся -равнодушное (ф*эмп=3,47 при р<0,01). Кроме того, были выявлены различия в нормальном отношении к проявлениям экстремизма: студентов, у которых преобладает нормальное отношение к экстремизму, больше, чем учащихся (ф*эмп =1,80 при р<0,05).

Таким образом, данные выполненного нами исследования свидетельствуют о том, что существуют качественные различия во взаимосвязи между социально-психологическими характеристиками и отношением к проявлениям экстремизма и определенная специфика отношения к проявлениям экстремизма у представителей студенчества и учащихся школ.

Примечания

1 См.: Политическая психология : учеб. пособие для вузов / под общ. ред. А. А. Деркача, В. И. Жукова, Л. Г. Лаптева. М. ; Екатеринбург, 2003.

2 См.: Политическая конфликтология : учеб. пособие / под ред. С. Ланцова. СПб., 2008.

3 См.: Морозов И. Л. Политический экстремизм - леворадикальные течения. Волжский, 2002.

4 См.: Власов В. И. Экстремизм. Сущность, виды, профилактика / под ред. Р. Г. Абдулатипова. М., 2003.

5 См.: ГозманЛ. Я., Шестопал Е. Б. Политическая психология. Ростов н/Д, 1996. С. 141.

6 См.: ВитюкВ. В. Некоторые проблемы терроризма в аспекте современных конфликтных ситуаций // Социальные конфликты : экспертиза, прогнозирование, технология разрешения. 1993. Вып. 4. С. 68.

7 См.: Томалинцев В. Н. Человек в XXI веке : поиск на грани творчества и экстремизма. СПб., 2001.

8 Там же.

9 См.: Осипова О. С. Девиантное поведение : благо или зло? // Социс. 1998. № 9. С. 107.

10 См.: Витюк В. В. Указ. соч. С. 64.

11 См.: Афанасьев Н. Н. Идеология терроризма // Социально-гуманитарные знания. 2002. № 1. С. 233-234.

12 См.: Политическая психология.

13 См.: Козлов А. А. О проблемах профилактики экстремизма и терроризма в сознании молодежи // Социокультурная среда молодежного экстремизма и ксенофобии : сб. материалов Междунар. науч.-практ. конф. Белгород, 2008.

14 См.: Мясищев В. Н. Психология отношений / под ред. А. А. Бодалева. М. ; Воронеж, 2003.

15 См.: Зубок Ю. А., Чупров В. И. Молодежный экстремизм. Сущность и особенности проявления // Социс. 2008. № 5. С. 37-47.

УДК 159.9

С. К. ЛЕТЯГИНА, Н. В. ЕГОРУШКИНА

Институт социального образования (филиал в г. Саратове) Российского государственного социального университета E-mail: let71@mail.ru

О взаимосвязи субъективного благополучия личности и семейных взаимоотношений

В статье анализируются особенности взаимосвязей компонентов субъективного благополучия личности ребенка со стилями семейного воспитания и удовлетворенностью браком их родителей.

Ключевые слова: субъективное благополучие личности, компоненты субъективного благополучия личности, удовлетворенность браком, стиль семейного воспитания.

S. K. LETYAGINA, N. V. EGORUSHKINA About Interrelation of an Individual's Subjective Well-being and the Family Relations

In the article some features of interdependence of children's subjective well-being's components with the family's upbringing style and their parents' satisfaction with the marriage are analyzed.

Key words: individual's subjective well-being, components of an individual's subjective well-being, satisfaction with the marriage, family's upbringing style.

Счастье», «благополучие», «удовлетворенность» - понятия, характеризующие субъективное переживание человеком процессов, происходящих в его жизни. Субъективное благополучие является тем психологическим феноменом, который олицетворяет естественное стремление человека к внутреннему равновесию, комфорту, ощущению счастья. Естественные изменения жизни, вызванные общественным прогрессом, развитием экономики, политическими изменениями, накладывают отпечаток на субъективную оценку личной жизни, характеризующуюся степенью включенности в общественные процессы, поэтому качество жизни предполагает, прежде всего, субъективную оценку уровня своего благополучия в духовном, социальном, психологическом, физическом, материальном и иных планах.

«Субъективное благополучие» - понятие, выражающее собственное отношение человека к своей личности, жизни и процессам, имеющим для нее значение с точки зрения усвоенных нормативных представлений о «благополучной» внешней и внутренней среде, и характеризующееся переживанием удовлетворенности1.

Сегодня исследователей интересует вопрос, из чего складывается ощущение бла-

гополучия, что детерминирует его и как оно влияет на жизнь и деятельность субъекта. С одной стороны, субъективное благополучие

- феномен, целиком относящийся к внутренней системе личности, внутренним критериям адаптированности в социуме, с другой

- оно существенным образом основано на объективных социальных установках, влияет на внешнее поведение индивида и является объективным критерием качества самой жизни и позитивности интегральной детерминации личности2.

На основании теоретических разработок проблемы субъективного благополучия выделяют несколько комплексов, являющихся наиболее важными с точки зрения качества жизни и его субъективной оценки: состояний и свойств (темперамент, свойства личности, эмоциональные состояния); внутриличност-ных процессов (система ценностных ориен-таций, соотношение между внутренними и социальными ценностными ориентациями, самооценка, баланс между притязаниями и самооценкой); интересов (коммуникативные, познавательные, материальные и т. д.); жизненных процессов (потребности, безопасность, здоровье, экология); трудовых процессов (профессия, профессиональная группа, профессиональный интерес, про-

© Летягина С. К., Егорушкина Н. В., 2011