«Электоральный процесс» vs «Избирательный процесс»: к вопросу об оптимизации понятий

Библиографический список

1. Конфликты в современной России (проблемы анализа и регулирования) / под ред. ЕЙ. Степанова. М., 1999.

2. Сикевич З.В. Социология и психология национальных отношений. СПб., 1999.

3. Дмитриев А.В. Миграция: конфликтогенное измерение. М., 2007.

4. Губогло М.Н. Идентификация идентичности: этносоциологические очерки. М., 2003.

5. Этническая ситуация и конфликты в государствах СНГ и Балтии: ежегодный доклад, 2006 / под ред. В.А. Тишкова, Е.И. Филипповой. М., 2007.

6. Садохин А.П. Этнология. М., 2006.

R.Z. Bliznyak

“Electoral Process” vs “Selective Process”:

the Issue of Concepts Optimization

The specific character of the categories “electoral process”, “selective process” and “election campaign” perception in jurisprudence and political science is analyzed. The peculiarities of the term “electoral” in Russian and foreign scientific traditions are marked out. The author's definition to the concept of “electoral process” is given.

Key words and word-combinations: electoral process, selective process, election campaign.

Анализируется специфика восприятия категорий «электоральный процесс», «избирательный процесс» и «избирательная кампания» в юридической науке и политологии. Выделяются особенности понимания термина «электоральный» в российской и зарубежной научных традициях. Дается авторское определение понятию «электоральный процесс».

Ключевые слова и словосочетания: электоральный процесс, избирательный процесс, избирательная кампания.

УДК 342.843 ББК 67.400.8

Р.З. Близняк

«ЭЛЕКТОРАЛЬНЫЙ ПРОЦЕСС» VS «ИЗБИРАТЕЛЬНЫЙ ПРОЦЕСС»:

К ВОПРОСУ

ОБ ОПТИМИЗАЦИИ

ПОНЯТИЙ

современных политических системах выборам отведена ведущая роль. Выборы как процесс и институт неоднократно становились предметом и объектом научного осмысления. Однако сам процесс выборов в общественных науках трактуется по-разному и, например, в политологии, остается дефини-цированно-неопределенным. Смежные понятия нагружаются аналогичными значениями. Так, взаимозаменяемыми полагаются термины: «электоральное», «избирательное» и «выборное» «законодательство» / «кампания». Часто употребляемый специалистами термин «электоральный процесс» используется ими в качестве синонима тому же «избирательному» [1, с. 14-15], «выборам» [2, с. 145-146], а иногда в него вкладывают самостоятельный смысл [3; 4]. В итоге смыс-

ловая чехарда вызывает путаницу и недопонимание авторами друг друга. В связи с этим представляется необходимым уточнить базовую терминологию данной области политического знания, в частности дать определение собственно «электорального процесса».

Влияние выборов на жизнь современного общества чрезвычайно разнообразно и проявляется в ряде важнейших функций [5, с. 4-14]. Принципиально выборы можно определить как реальный механизм репродукции народовластия. Однако «выборы» как исследовательская категория не раскрывают структуры процесса формирования органов власти и управления в целом, его действующих акторов, отношений, возникающих между ними. В связи с этим более конкретным и удобным для научного анализа представляется понятие «избирательный процесс», под которым прежде всего следует понимать регулируемую социальными и юридическими нормами деятельность по подготовке и проведению выборов в органы государственной власти и местного самоуправления [6, с. 36]. В данной формулировке акцент делается на совокупности отношений между субъектами.

Однако избирательный процесс - это не только деятельность как таковая, но и обеспечение условий ее проведения, а также определенная последовательность этапов, поэтому избирательный процесс возможно трактовать как «технологическую инфраструктуру и форму реализации конституционных принципов организации периодических свободных выборов и обеспечения избирательных прав человека и гражданина в рамках предусмотренной законом последовательности совершения комплекса избирательных действий и избирательных процедур» [7, с. 255-256].

Избирательный процесс, по мнению юристов, должен обеспечивать законный ход выборов и объективные результаты голосования, гарантировать гражданам реализацию их прав на осуществление власти и формировать ее легитимные органы [8, с. 5]. Степенью достижения означенных целей и будет характеризоваться эффективность того или иного избирательного процесса.

Субъектами избирательного процесса действующее законодательство признает, во-первых, государственные и муниципальные органы (в том числе избирательные комиссии) и их должностных лиц, которые наделены правом издавать законы и другие нормативные акты, определяющие порядок подготовки и проведения выборов. Субъектами, в соответствии с действующим избирательным законодательством, также считаются общественные объединения и группы граждан, которые обеспечивают требуемые условия и средства, необходимые для реализации законодательства о выборах. Из них отдельную подгруппу составляют голосующие и баллотирующиеся на выборах граждане России, их доверенные лица, другие участники избирательного процесса, обладающие правом выдвижения и поддержки кандидатов (например, политические партии, общественные объединения, группы избирателей), а также наблюдатели. Наконец, третью группу составляют контролирующие инстанции - органы прокуратуры, которые осуществляют надзор за соблюдением законодательства, и суды, разбирающие соответствующие нарушения.

Политологи несколько иначе оценивают смысл избирательного процесса. Юридический компонент для них становится важным настолько, насколько приобретает политическую значимость: например, принятие Конституции, другого законодательного акта само по себе расценивается как явление политическое. Избирательное право (в значении «законодательство»), выполняя функцию регулятора событий, интересует политологов как в части проработанности норм и установлений, так и с точки зрения выполнения требований законодательства участниками избирательного процесса и ожидаемых политических последствий.

Акценты оценивания действий участников выборов в ходе избирательного процесса меняются, поэтому избирательная система - это не столько «пакет правил и процедур, определяющих условия успеха соревнующихся партий и кандидатов, способ преобразования голосов в мандаты» [9, с. 44], но система общественных отношений, связанных с выборами органов публичной власти. В таком срезе понимания избирательной системы она регулируется не только нормами избирательного права; в ее состав входят отношения, регулируемые корпоративными нормами (уставами политических общественных объединений и др.), а также обычаями и традициями данного общества. Таким образом, «“избирательный процесс” - это интегральная категория, при помощи которой дается общая характеристика всего комплекса разворачивающихся в стране политических (курсив наш. - Р.Б.) событий, связанных с выборами» [10, с. 552].

Политологи с разной степенью успешности и полноты пытаются решить вопрос о временных границах и стадиях избирательного процесса. Причина, как кажется, кроется в неразрешенности проблемы соотношения понятий «избирательный процесс» и «избирательная кампания», особенно в вопросе их стадиального (хронологического) совпадения / несовпадения.

Нередко в средствах массовой информации, выступлениях политиков, научных публикациях происходит отождествление терминов «избирательный процесс» и «избирательная кампания». Сведение «избирательного процесса» к «избирательной кампании» научно некорректно. С точки зрения стадиальной, избирательная кампания - это необходимый и наиболее яркий, запоминающийся элемент любого избирательного процесса.

Если избирательный процесс детерминируется и ассоциируется с неким абстрактным безличным законодательным установлением, а также осуществляется вне зависимости от умонастроений электората и степени готовности его потенциальных субъектов, то избирательная кампания в данном случае есть его прямая противоположность. Во-первых, она, как правило, персонифицирована, что уже придает ей субъективный характер. Все участники кампании, являясь своего рода «творцами истории», стремятся подойти к ее началу «во всеоружии». Присутствующий здесь элемент игры, а следовательно, интриги привлекает к ней особый интерес. Наконец, сам электорат в разных формах принимает более или менее активное участие в состязании кандидатов на протяжении всего периода кампании; его вклад не ограничивается только рамками заключительной стадии - голосованием. Все это приводит к тому,

что степень узнаваемости и понимания сути термина «избирательная кампания» гораздо выше, чем термина «избирательный процесс».

Следует отличать «избирательную кампанию» от кампаний «выборной», «предвыборной» и «агитационной». Так, в соответствии с действующим законодательством избирательная кампания начинается с момента выдвижения кандидата и заканчивается с подсчетом голосов избирателей и установлением результатов выборов, тем самым полностью включая в себя такой вид деятельности, как собственно агитационная кампания. Термин «выборная кампания», или просто «выборы», более адекватен для обозначения избирательной кампании в широком смысле как совокупности мероприятий, предпринятых для обеспечения избирательного процесса в стране. Предвыборная кампания, очевидно, включает предпринимаемые предусмотрительными кандидатами действия, направленные на их избрание задолго до официального старта избирательной кампании. Такие подготовительные мероприятия могут носить обеспечивающий характер и не предполагать непосредственного воздействия на массового избирателя. В отличие от избирательной, сроки предвыборной кампании не связаны с датой выборов, и она может вестись практически непрерывно, превращаясь на момент выборов в избирательную.

Указанное различие носит далеко не просто формальный характер. Безусловно, методы ведения предвыборных кампаний весьма сходны с методами кампаний избирательных, однако их отличает определенная специфика, поскольку действия кандидата (партии) во время предвыборной кампании не регламентируются избирательным законодательством; агитация избирателей во время предвыборной кампании проводится задолго до дня голосования; психологическое восприятие действий кандидата во время предвыборной кампании также разнится с восприятием его поведения во время кампании избирательной [11, с. 336-340].

Анализ англоязычных источников позволяет более четко определить, насколько правомерно различение в русском языке понятий «электорального» и «избирательного» процессов и насколько то и другое соответствует собственно англоязычному определению «electoral».

Прежде всего, не возникает особых разногласий в понимании таких терминов, как «election campaign» («выборная кампания») - «усилия кандидатов и партий, направленные на завоевание голосов избирателей в течение нескольких недель перед выборами» [12, с. 186] и «voting» («голосование») - «действие, посредством которого голосующий отдает предпочтение кому-либо из соревнующихся политиков или кандидатов» [12, с. 631]. Следует отметить, что в приведенном, а также ряде других изданий отсутствует термин «electoral process» [13-15] (исключение было обнаружено в статье Joel Krieger «Elections and Voting Behavior», где говорится о том, что электоральные процессы имеют место тогда, когда правительства вынуждены искать поддержку граждан, создавая формальные каналы для их участия и оппозиционирования [16, с. 261-263]), зато практически везде есть аннотации на «electoral system» (или «voting system» [17, с. 485]). Под последней понимается «совокупность методов, применяемых при переводе голосов, отданных за кандидатов в ходе выборов, в количе-

ство мест или же для определения победителя» [18, с. 101]. Кроме того, «электоральная система» представляет собой совокупность «обычаев, законов, методов и институтов, используемых при выборе представителей в политическую систему» [19, с. 138]. К «электоральной системе» примыкает понятие «electoral laws» («законы»), то есть избирательное право [20, с. 32].

Таким образом, англоязычный термин «electoral» наиболее близок российскому «избирательный». И тем не менее английский исследователь Р.С. Кац в ходе изучения и описания «электоральной системы» пришел к выводу, что правильнее было бы выделять два значения этого явления:

1) в узком значении такие термины, как «выборы», «электоральный закон» и «электоральная система», относятся к тому, что происходит во время и сразу после «дня голосования», то есть означают немногим более чем механизмы отбора и подсчета голосов и объявление победителей [21, с. 107-108];

2) обращаясь к широкому пониманию и признавая некоторую расплывчатость собственных определений, Р.С. Кац утверждает, что при анализе предвыборной ситуации нельзя ограничиваться изучением лишь аспектов избирательного права, электоральной формулы и технологической инфраструктуры; чтобы иметь более или менее полное представление о происходящем, необходимо учитывать и другие, оказывающие серьезное влияние на выборы факторы [21, с. 110-111].

Таким образом, расширенное толкование термина «электоральная система» позволяет не просто констатировать происходящее в ходе выборов и фиксировать полученные результаты. Анализ работы различных подсистем «электоральной системы» дает возможность: а) выявлять глубинные основания тех или иных политических действий и действительные механизмы принятия решений, предпринимаемых участниками электорального процесса; б) обнаруживать факторы, определяющие мотивацию поведения избирателей, интересы и цели избираемых, а также стоящих за ними; в конечном итоге в) оценивать результаты выборов и прогнозировать тенденции развития ситуации в стратегической перспективе.

Развивая мысль исследователя, можно предположить, что указанные подсистемы воздействуют на выборы не только в течение избирательного процесса и выборной кампании, но и много раньше. Именно в это время происходит вызревание структурных предпосылок для совершения тех или иных политических действий. Межвыборный период очень важен для принятия элитами и массами соответствующих решений, поэтому именно его и предполагается обозначить как «электоральный процесс».

Если относительно его процессуальных характеристик не возникает серьезных сомнений, то «электоральность» требует пояснений. Во-первых, термин «избирательный процесс» и без того перегружен значениями смежного порядка (нормативно-правовое и два политологических понимания), что уже вызывает известную долю путаницы. Добавление еще одного вряд ли будет способствовать научной точности.

Во-вторых, разница в сроках. Говоря об избирательном процессе, и юристы и политологи так или иначе имеют в виду временной промежуток, нижней

границей которого является назначение выборов, верхней - подведение их итогов. Электоральный же процесс - это период между выборами; он включает избирательный процесс, но не ограничивается им.

В-третьих, избирательный и электоральный процессы стержневым основанием своим имеют выборы. Разница заключается в оценке деятельности участников процесса. В первом случае она анализируется прежде всего с точки зрения соблюдения (или изменения) избирательного законодательства, во втором - с точки зрения изменения поведения избирателей. Другими словами, меняются акценты в освещении выборов.

Наконец, четвертый момент. Безусловно, избирательная кампания, являясь совокупностью действий, предпринимаемых кандидатами для обеспечения победы на выборах, задачей своей имеет воздействие на поведение избирателей (в необходимой степени), поэтому избирательный процесс есть составная часть процесса электорального. Тогда имеет смысл говорить и о том, что электоральный процесс включает в себя любые действия, имеющие отношение к выборам (а не только направленные на избирателей). Впрочем, в межвыбор-ный период всякое политическое мероприятие, относящееся к выборам, будет иметь электоральный подтекст (другой вопрос, насколько оно значимо).

Таким образом, подводя итоги, необходимо отметить следующие положения.

1. В понимании представителей различных отраслей научного знания сути и смыслов единиц терминологического аппарата, применяемых в исследовании электорально-выборных отношений, существуют серьезные расхождения. Юристы и политологи по-разному трактуют не только понятие «электоральный процесс» и его производные, но даже такие базовые категории, как «избирательный процесс» и «избирательная кампания». Если первые в целом руководствуются «буквой закона» и избирательный процесс, по их мнению, должен обеспечивать законный ход выборов и объективные результаты голосования, гарантировать гражданам реализацию их прав на осуществление власти и формировать ее легитимные органы, то для вторых юридический компонент становится важным ровно настолько, насколько приобретает политическую значимость. Следовательно, избирательный процесс есть интегральная категория, при помощи которой дается общая характеристика всего комплекса разворачивающихся в стране политических событий, связанных с выборами.

2. В отечественной политической науке наряду с непосредственным словарным переводом термина «electoral» - «избирательное» употребляется термин «электоральное». Как это часто случается, иностранные слова, попадая в русский язык, где имеются их переводные аналоги, приживаются, наделяясь отличными смысловыми оттенками. Несмотря на дефиницированную неопределенность данного термина (разные авторы трактуют его по-разному), а может быть, именно поэтому «электоральное» в российском варианте включает в себя более широкую сферу охвата политического, нежели российское «избирательное».

3. На основании проведенного анализа представляется возможным дать определение термина «электоральный процесс». Электоральный процесс включает в себя всю совокупность отношений, событий, явлений и процессов,

возникающих при взаимодействии электоральных акторов по поводу выборов как в предвыборный, так и в избирательный период. При этом электоральными акторами возможно полагать практически действующих субъектов, способных оказывать воздействие на поведение избирателей. Кроме того, можно говорить не только о совокупности действий отдельных акторов, но и о системных взаимодействиях. Совокупность взаимодействий политической системы (ее подсистем) с гражданами, исполняющими роль избирателей, по поводу выборов, предпринимаемых непосредственно перед выборами (избирательный процесс) и в межвыборный период, называется электоральным процессом.

Библиографический список

1. ТрошинаН.В. Фактор имиджа в российском электоральном процессе: автореф. дис. ... д-ра полит. наук. Саратов, 2001.

2. Пищулин Н.П. Политическое лидерство и электоральный процесс // Политические исследования. 1998. № 5.

3. Ильин М.В. Моделирование (Структура и динамика российского электорального пространства («круглый стол»)) // Политические исследования. 2000. №9 2.

4. Бунин И.М. Россия за полгода до выборов: расклад политических сил // Полития. 1999. № 2.

5. Янковский И.Р. Выборы и демократия: подходы современной политической науки. М., 1999.

6. Конституционное (государственное) право зарубежных стран. М., 1995. Т. 2.

7. Избирательное право и избирательный процесс в Российской Федерации. М., 1999.

8. Веденеев Ю.А., Лыгсенко В.И. Избирательный процесс в Российской Федерации: политико-правовые и технологические аспекты // Государство и право. 1997. № 8.

9. Янковский И.Р. На пути к реальному народовластию: избирательные технологии в России XX века. М., 1999.

10. Соловьев А.И. Политология. Политическая теория. Политические технологии. М., 2001.

11. Малкин Е., Сучков Е. Основы избирательных технологий. М., 2000.

12. The Blackwell Encyclopaedia of Political Institutions. Oxford; N.Y., 1991.

13. Evans G., Newnham J. The Dictionary of World Politics. A Reference Guide to Concepts, Ideas and Institutions. N.Y., 1990.

14. Encyclopedia of Government and Politics. L.; N.Y., 1992.

15. Roberts J., Edwards A. A New Dictionary of Political Analysis. N.Y., 1991.

16. Krieger J. Elections and Voting Behavior // The Oxford Companion to Politics of the World. N.Y.; Oxford, 1993.

17. Robertson D. A Dictionary of Modern Politics. L., 1993.

18. Robertson D. The Penguin Dictionary of Politics. L., 1986.

19. Lexicon of Terms and Concepts in Public Administration, Public Policy and Political Science. Kyiv, 1994.

20. Rae D. W. The Political Consequences of Electoral Laws. New Haven, 1967.

21. Katz R.S. Democracy and Elections. N.Y.; Oxford, 1997.