Мартин Хайдеггер об экзистенции и экзистенциалах человеческого бытия

человеческого поведения в сфере создания и использования информационно-компьютерных технологий. Заложенное Винером метафизическое и научное основание для информационной этики продолжает быть глубоким и эффективным руководством для понимания и решения этических проблем, вызванных информационной технологией всех видов. Правда великого Мастера в том, что какой бы ни была совершенной техника, использовать ее будет человек, потому что именно он есть та мера всех вещей, которая создает его дерзновенный разум и неуемную фантазию. Оттого нормы общественного бытия с применением информационной технологии должны быть заданы исходя из системы ценностей, которая, прежде всего, сохраняет духовные, нравственные, общечеловеческие ценности и общественные идеалы. Основы подобного общества базируются на таких фундаментальных понятиях, как свобода, равенство, солидарность, толерантность и общая ответственность.

Литература

1. Wiener N. Cybernetics: or control and communication in the animal and the machine. - New York: Technology press/John Wiley & Sons, 1948. - 360 p.

2. Wiener N. The human use of human beings: cybernetics and society. - Boston: Houghton Mifflin, Second Edition Revised; NY: Doubleday anchor, 1954. - 344 p.

3. Wiener N. God & golem, inc.: A comment on certain points where cybernetics impinges on religion. - Cambridge, MA: MIT Press, 1964. - 99 p.

4. Bynum T. Norbert Weiner and the rise of information ethics, in J. van den Hoven and J. Weckert (eds.), Information Technology and Moral Philosophy. - Cambridge: Cambridge University Press, 2008. - 173 p.

5. Bynum T. The foundation of computer ethics // Computers and society. - 2000. - №30 (2). - P. 6-13.

6. Bynum T. Ethical challenges to citizens of the automatic age: Norbert Wiener on the information society // Journal of information, communication and ethics in society. - 2004. -№2(2). - P. 65-74.

7. Bynum T. Norbert Wiener's vision: the impact of the «Automatic age» on our moral lives, in R. Cavalier (ed.), The impact of the Internet on our moral lives. - NY: SUNY Press, 2005. - P. 11-25.

8. Bynum T. Flourishing ethics, ethics and information technology. - 2006. - №8 (4). - P. 157-173.

9. Bynum T., Schubert P. How to do computer ethics - A case study: the electronic mall bodensee, in J. van den Hoven (ed.), computer ethics - philosophical enquiry. - Rotterdam: Erasmus University Press, 1997. - P. 85-95.

10. Moor J. What is computer ethics? // Metaphilosophy. -№16(4)/ - 1985. - P. 75-266.

11. Информационная этика. - [Электронный ресурс]. -URL: http://ru.wikipedia.org.

Манжуева Оксана Михайловна, кандидат философских наук, доцент кафедры информационно -коммуникационных технологий Восточно-Сибирской государственной академии культуры и искусств, г. Улан-Удэ, e-mail: ocydenova@yandex.ru.

Manzhueva Oksana Mikhailovna, candidate of philosophical sciences, associate professor, department of information and communication technologies, East-Siberian State Academy of Culture and Art, Ulan-Ude, email: ocydenova@yandex.ru.

УДК 141.32:1(091) А.Р. Бурханов

МАРТИН ХАЙДЕГГЕР ОБ ЭКЗИСТЕНЦИИ И ЭКЗИСТЕНЦИАЛАХ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО БЫТИЯ

В статье анализируются экзистенция и экзистенциалы человеческого бытия в философской концепции Мартина Хайдеггера.

Ключевые слова: антропология, бытие, мир, онтология, сущность, присутствие, человек, феномен, философия, существование, экзистенция, экзистенциал.

A.R. Burkhanov

MARTIN HEIDEGGER ON EXISTENCE AND EXISTENTIALS OF HUMAN BEING

The article analyzes existence and existentials of human being in the Martin Heidegger’s philosophical concept.

Key words: anthropology, being, world, ontology, essence, presence, people, phenomenon, philosophy, existent being, existence, existential.

Стремясь создать фундаментальную онтоло- на и Аристотеля. Бытие трактовалось непра-

гию, Мартин Хайдеггер (1889-1976 гг.) ставит вильно, поскольку не имело конкретного «чело-

вопрос о смысле бытия. Он считает, что вопрос веческого» измерения. Немецкий мыслитель

о бытии, который является основным философ- стремится придать теме бытия новое понимание.

ским вопросом, оказался незаслуженно забыт в Бытие было и остается главным делом филосо-

истории западной мысли, начиная еще с Плато- фии, поскольку постановка и решение вопроса о

6/2013

нем являются важными для человеческого существа.

На почве греческих подходов к пониманию бытия, рассуждает философ, сложилась догма, объявляющая вопрос о смысле бытия излишним. Согласно традиционному подходу, бытие есть наиболее общее понятие, а потому не поддается никакой попытке определения. Рассмотрение этого «заблуждения» в вопросе о бытии подводит Хайдеггера к задаче построения новой онтологии, которая предполагает прояснение наиболее значимых антропологических смыслов [1, с. 129-134]. Бытие не должно предпосылаться анализу сущего как нечто само по себе разумеющееся. Вопрос о смысле бытия как фундаментальный вопрос должен быть поставлен и решен во всей своей прозрачности: «Почему вообще есть сущее, а не наоборот - ничто?» [7, с. 87].

При этом Хайдеггер стремится рассуждать о «бытии бытующего», а не просто о бытии. Анализ онтологических проблем он осуществляет через интерпретацию конкретного человеческого бытия. Непосредственное бытие индивидов (здесь-бытие, тут-бытие, вот-бытие) Хайдеггер обозначает термином «Dasein». Это слово в немецком языке также означает «жизнь», «существование», причем в аспекте временности, конечности - как «время жизни». Термин «Dasein» содержит в себе корень «Sein», т.е. «бытие», что дает возможность его онтологической интерпретации [3, с. 546].

Экзистенциальная антропология Хайдеггера делает акцент на анализе непосредственночувственной жизни и реальной ситуации, в которой находятся индивиды. По его мнению, рассудочная сила абстракций ведет к игнорированию ценности существования индивида, между тем отдельный человек есть его конкретное бы-тие-в-мире. Специфика человека должна определяться не через разум или сознание, не через специфику деятельности, а через особое положение человеческого сущего в бытии - его присутствие. «Это сущее, которое мы сами всегда суть и которое среди прочего обладает бытийной возможностью спрашивания, - пишет немецкий мыслитель, - мы терминологически схватываем как присутствие» [6, с. 364]. Фундаментальным условием анализа человеческого бытия является нахождение в ситуации: не в той или иной отдельной ситуации, а в ситуации в мире в целом.

Вот почему существование предшествует сущности, подчеркивает Хайдеггер. При этом уразумение, осмысление бытия само есть определенность Dasein. «Экзистенциальное существо человека есть основание того, что человек умеет

представить сущее как таковое и иметь сознание о представленном» [9, с. 55]. Итак, Dasein - это бытие, наделенное сознанием, здесь-бытие, тут-бытие, т.е. человеческое присутствие. Но такое здесь-присутствие, через которое «говорит» само бытие [2, с. 39].

Отправной пункт исследований Хайдеггера -человек, понятийно выраженный как Dasein, поскольку его бытие, соотнося себя с бытием как таковым, отличается пониманием бытия. Более того, человек как единственное сущее, обладающее пониманием бытия, есть своего рода медиум для обнаружения самого этого бытия: «Экзистирующее сущее просматривает, проникает взором “себя” только постольку, поскольку оно, равноизначальное с собою в своем бытии при мире, в со-бытии с другими, проникло взором их как конститутивные моменты своей экзистенции» [5, с. 7].

Мир и Dasein взаимополагают друг друга. Однако «мир» в онтологическом плане, уточняет философ, не является определением бытующего, где Dasein предстает наряду с вещами. Напротив, наш мир - это характер самого Dasein. «Окружение мира», «окружающая среда» (Umwelt) относится к Dasein как его экзистенциальная характеристика, ибо «мир» не является абстрактным пространством или космосом. «Быть-в-мире» (In-der-Welt-sein) для Dasein - прежде всего означает отношение с внутрими-ровым бытием около бытующего, которое является предметом его заботы [10, с. 299].

Каким же способом должен существовать мир, чтобы он отвечал возможностям человека, чтобы в нем приоритетно было человеческое бытие, Dasein? Это возможно, говорит Хайдеггер, если предположить, что человек экзистиру-ет свой мир [6, с. 364]. Мир и человек - не две автономные сущности; это две половинки одного целого, раскрывающиеся навстречу друг другу. Мир - это потенциально возможное человека, его судьба. «Здесь мир введен в отношение к основным способам, какими фактически экзи-стирует человеческое присутствие, - пишет философ. - 1. Мир подразумевает скорее некое как бытия сущего, чем само сущее; 2. Этим как определяется само сущее в целом. <...>; 3. Это как в целом остается известным образом предваряющим; 4. Такое предваряющее как в целом само по себе отнесено к человеческому присутствию. Мир принадлежит тем самым прямо к человеческому присутствию, хотя он охватывает в совокупности все сущее, включая и присутствие» [9, с. 189-190]. Следовательно, мир доступен нам только через Dasein.

Присущий человеку способ существования, основополагающей структурой которого является «бытие-в-мире», немецкий мыслитель именует экзистенцией. Это «.вид бытия, а именно бытие того сущего, которое стоит открытым для открытости бытия, где это сущее стоит, умея в ней устоять» [9, с. 54]. Экзистенция означает бытие Dasein; бытие, которому это сущее (само Dasein) «препоручено», о котором для него «идет речь», до которого ему всегда «есть дело». Existentia, или Existenz, есть бытийный облик конечности человеческого существования, бытийное устроение конечного как конечного [11, с. 406-407, 411].

Человек интенцирует за границы тут-бытия, поскольку «интенциональное устройство отношений Dasein есть именно онтологическое условие возможности всякой трансценденции. Трансценденция, трансцендирование принадлежит сущности того сущего, которое (на ее основе) экзистирует как интенциональное.» [8, с. 83].

По Хайдеггеру, экзистенция - это мы сами. Почему? Потому что у нас, как у сущего, нет что (т.е. наличной вещности), а есть кто (т.е. экзи-стируют всегда люди). Однако «ближайшим образом кто присутствия не только онтологически проблема, но оказывается скрыто и онтически» [6, с. 116]. Экзистенция - это неналичное, сущностно-несубстанциальное бытие человека в качестве его возможности (человек есть то, чем он может стать), выражение единственности, уникальности индивида и его судьбы, потенциальное, возможное существование (а не просто наличное существование). «Поэтому человек есть способ экзистенции» [4, с. 19].

Экзистенция как феномен бытия переживается, подчеркивает философ. Но поскольку она переживается, она понимается. Более того, она понимается именно в переживании. Если мы захотим отстраниться от переживания, попытаемся посмотреть на нее как на объект, у нас ничего не получится. Следовательно, экзистенцию нельзя всего лишь знать, ее нужно «пропускать через себя» и в такой форме понимать. В единстве понимания и переживания раскрываются экзистенциалы - ключевые индикаторы человеческого бытия.

К проблеме определения человеческого бытия, или Dasein, немецкий мыслитель подходит нетрадиционным способом: не через «состав», а через «способ» существования. Экзистенциалы человеческого бытия, попадающие в поле зрения индивида, составляют «онтологию человеческого бытия», которая, по замыслу Хайдегге-

ра, должна стать «фундаментальной онтологией», предопределяющей «универсальную онтологию». «Поэтому фундаментальную онтологию. надо искать в экзистенциальной аналитике присутствия» [6, с. 13].

Экзистенциалы суть бытийные априорные характеристики человеческой экзистенции, т.е. аналитики присутствия, их надо четко отделять от бытийных априорных определений сущего как такового - категорий. Экзистенциалы и категории - две фундаментальные возможности бытийных черт. Предстающее в них сущее всегда требует разного способа первичного опроса: сущее как кто (экзистенция) и сущее как что (наличность в широком смысле) [6, с. 44-45]. «У Хайдеггера... экзистенциалы суть характеристики внутреннего устройства именно существования, т.е. бытия, а не Dasein. <...> Сущность Dasein следует понимать, исходя из его существования» [11, с. 410-411].

Экзистенциалы имеют сложную структуру: в них сплавлены воедино «теоретическое» и «практическое», мысли и чувства, ценностные ориентиры и действия людей. По мнению Хайдеггера, это «бытийные черты присутствия», «модусы черт бытия», «основоструктуры присутствия», «феноменальная данность», «модусы, в которых экзистирует присутствие», «экзистенциальное определение присутствия», «модусы бытия присутствия», «бытийные модусы», «экзистенциальные основофеномены» и т.п. [6, с. 44, 45, 52, 53, 64, 143-144, 182, 188, 211, 225, 230, 240, 226].

Экзистенциалы человеческого бытия конституируют «способ быть», «экзистенциальное ос-новоустройство» мира и человека. Но, будучи мысле-чувствами, в философской рефлексии экзистенциалы предстают как понятия; вот почему в экзистенциальной аналитике присутствия, поясняет Хайдеггер, «требуется конкретная разработка этих экзистенциалов» [6, с. 145, 148].

Dasein может реализовывать свои возможности, «выбирая себя», или, напротив, не реализовывать свои возможности, «теряя себя». Отсюда два модуса экзистенции Dasein - существование «собственное» и «несобственное» («подлинное» и «неподлинное»).

Отношение между «собственным» и «несобственным» способами существования Dasein -основная проблема феноменологической аналитики Хайдеггера. Он ищет собственный модус для каждого из различных способов бытия Dasein: во-первых, бытие в мире (озабоченность, заброшенность); во-вторых, бытие с другими людьми, со-бытие (кто-люди, заботливость); в-

6/2013

третьих, бытие с самим собой (собственно кто), бытие-к-смерти [6, с. 130-133].

Dasein изначально присуща фундаментальная конституция «бытия-в», в корне отличная от других видов сущего. Человеческой экзистенции философ противопоставляет «налично сущее» и «подручное», которые целиком и полностью исчерпываются их действительностью и потому могут быть зафиксированы как «факты». Наличные вещи находятся в чем-то лишь пространственно, Dasein же - в силу того, что оно по своей природе «выступает» из себя и «заступает» в окружающий мир. При этом «вещи» не являются у Хайдеггера чем-то наличным, как у позитивистов, или фактами сознания, как у Э. Гуссерля, поскольку в конечном счете принадлежат человеческому способу бытия.

Dasein конституирует вокруг себя смысловую топику, в которой то, что значимо, то ближе и больше, а то, что не важно, - дальше и меньше. Это смысловое пространство строится Dasein в ходе повседневной деятельности, как универсальная «взаимосвязь отсылок», сеть практических «смысловых связей». Изначальный опыт Dasein - это «несобственное», «потерянное», «падающее» существование, поэтому именно с него начинается аналитика человеческого существования. «Забвение себя» и «падение» сами по себе свойственны Dasein, поскольку конкретное бытие люди заслоняют от себя наличным бытием, стремлением раствориться в сущем, в беспамятстве, в толпе [3, с. 547-549].

Человек на своем опыте ощущает неподлинное существование, главным образом в переживании страха. Страх как состояние есть способ бытия-в-мире, считает Хайдеггер; то, перед чем возникает страх, есть ставшее бытие-в-мире; то, что боятся потерять, есть возможность бытия-в-мире. Поэтому взятое в его полноте явление страха характеризует Dasein как фактически существующее бытие-в-мире [6, с. 140-142], как фундаментальный экзистенциал человеческого существования.

При этом «собственный» способ бытия в мире философ определяет как заботу [6, с. 191-196, 316-323]. Забота - основополагающий феномен Dasein, фундаментальный экзистенциал человеческого существования: «Наше “обобщение”. имеет в виду. одно всегда уже лежащее в основе бытийное устройство, - пишет философ. -Экзистенциально условие возможности “жизненной заботы” и “самоотдачи” должно в исходном, т.е. онтологическом, смысле пониматься как забота» [6, с. 199].

Забота - это прежде всего бытийственная характеристика самого Dasein; именно в состоянии

заботы Dasein наиболее полно включено в мир. Человеческое существование в основе своей -это забота, сущностью которой является «забегание вперед» (sich-vorweg-schon-sein). Как эк-зистенциал забота априорна, т.е. всегда изначально заложена в любом фактическом отношении. В заботе Dasein становится способным забывать себя и выходить за границы собственной самости - к миру, т.е. трансцендировать.

Dasein всегда остается в пространстве между «собственным» и «несобственным», между бодрствованием и повседневностью; более того, эта двойственность, эта возможность выбора и есть способ экзистенции Dasein, отмечает Хайдеггер. Dasein никогда не может перестать быть сущим, причем таким, которое всегда стоит перед выбором того или иного себя; и все, что может сделать философия, - дать ясное осознание самого этого выбора, т.е. свободы.

Немецкий мыслитель рассматривает бытие Dasein с другими людьми. При этом оказывается, что любая интерсубъективность, любое событие и бытие-с-другими есть усредненное, отчужденное бытие, которое Хайдеггер обозначает термином «Man». Бытие-с-другими (Miteinandersein) - такой модус Dasein, для которого философ не находит соответствующего ему «собственного» способа бытия.

Через аналитику смерти Хайдеггер вводит в трактате «Бытие и время» проблему временности Dasein. Человеческое существование берет на себя смерть, коль скоро оно есть. Однако «феноменологическое усмотрение» смерти оказывается невозможным, поскольку своя смерть не может быть предметом опыта, а чужая смерть может, но не в «собственном» смысле: смерть всегда моя и ничья больше. «Подразумеваемое смертью окончание значит не законченность присутствия (Dasein. - А.Б.), но бытие к концу этого сущего. Смерть - способ быть, который присутствие (Dasein. - А.Б.) берет на себя, едва оно есть» [6, с. 245]. Человеческое бытие есть бытие, направленное к смерти, но не бытие во времени, а бытие как время. Dasein обретает целостность не в момент смерти, но имеет эту целостность благодаря присутствию смерти всегда и в каждый момент своей жизни [3, с. 549-550].

Но быть-к-смерти Dasein может либо «собственным», либо «несобственным» образом. «Несобственное» отношение к смерти основано на неопределенности момента смерти и определенности самого факта смерти. Заброшенность в смерть раскрывается в явлении страха перед ней. За этим кроется паническое бегство от собственного конца к тому, что считается бессмертным, или просто к забвению. Но, как и в

других формах «падения», Dasein здесь теряет себя, поскольку страх смерти самый ужасный и самый действенный. «Собственный» подход к смерти, - подчеркивает философ, - диаметрально противоположен: здесь смерть - не ужасное событие, трагически завершающее историю человека как живого существа, но оборотная сторона жизни, т.е. подлинный экзистенциал человеческого существования [6, с. 237-240, 251-252].

Трансцендентальная «всеобщность» заботы и закрепляемых ею фундаментальных экзистен-циалов определяет отбор других феноменов, т.е. множество неосновных экзистенциалов как модусов существования людей, и границы продвижения экзистенциального анализа присутствия [6, с. 44, 54-57, 64, 111, 129-130, 143-145, 148, 182, 211, 226, 242, 295-301, 336].

Мир поручен человеку, резюмирует Хайдеггер, он обретает онтологический состав и антропологические смыслы только через конкретное человеческое бытие. Забота о мире и человеке в нем, гуманизация отношений индивидов - вот те основополагающие ценности, которые немецкий мыслитель предлагает современному обществу.

Литература

1. Моторина Л.В. Философская антропология. - М.: Академический Проект, 2009. - 270 с.

2. Мотрошилова Н.В. Экзистенциализм // История философии: Запад - Россия - Восток. - М.: «Греко-латинский кабинет» Ю.А. Шичалина, 1999. - С. 3-93.

3. Фалеев Е.В. Хайдеггер // История философии; под ред. В.В. Васильева, А.А. Кротова, Д.В. Бугая. - М.: Академический Проект, 2005. - С. 544-557.

4. Хайдеггер М. О сущности истины // Хайдеггер М. Разговор на проселочной дороге: сб. - М.: Высшая школа, 1991. - С. 8-27.

5. Хайдеггер М. Бытие и время // Хайдеггер М. Работы и размышления разных лет: сб. - М.: Республика, 1993. - С. 3-45.

6. Хайдеггер М. Бытие и время. - М.: Ad Marginem, 1997. - 451 с.

7. Хайдеггер М. Введение в метафизику. - СПб.: Высшая религиозно-философская школа, 1998. - 301 с.

8. Хайдеггер М. Основные проблемы феноменологии. - М.: Высшая религиозно-философская школа, 2001. -445 с.

9. Хайдеггер М. Что такое метафизика? - М.: Академический Проект, 2007. - 303 с.

10. Хесс Р. 25 ключевых книг по философии. - Челябинск: Урал-LTD, 1999. - 366 с.

11. Черняков А.Г. Онтология времени. Бытие и время в философии Аристотеля, Гуссерля и Хайдеггера. - СПб.: Высшая религиозно-философская школа, 2001. - 460 с.

Бурханов Александр Рафаэлевич, аспирант кафедры философии и культурологии Уральского государственного университета путей сообщения, г. Екатеринбург, e-mail: byn251@yandex.ru.

Burkhanov Alexandr Rafaelevich, postgraduate student, department of philosophy and cultural studies, Ural State University of Railway Transport, Ekaterinburg, email: byn251@yandex.ru.