Советская власть в собственных интересах помогла Церкви выжить

Одним из удивительных последствий Великой отечественной войны, 70-летие начала которой отмечается в этом июне, стало аккуратное, подконтрольное, но возрождение Русской православной церкви.

После вступления СССР в сентябре 1939 г. во вторую мировую войну и оккупации Красной Армией Западной Украины и Белоруссии, Прибалтики, Бессарабии и Буковины религиозная ситуация в стране существенно изменилась. На присоединенных к СССР территориях сохранялась полноценная инфраструктура церковной жизни (3342 действующих храма, 64 действующих монастыря, 8 богословских учебных заведений), которая уже почти полностью была разрушена на остальной территории страны. Начавшиеся уже в первые месяцы советской оккупации репрессиии местного православного духовенства к моменту нападения нацистской Германии на СССР 22 июня 1941 г. еще не успели принять размаха, достигнутого на остальной территории страны.

Германские оккупанты поддержали Русскую православную церковь

Нападение нацистской Германии на СССР обусловило дальнейшие изменения в церковной жизни страны. Оккупационный режим на территории СССР, занятой германскими войсками, первоначально находился под контролем военной администрации. Военная администрация состояла из офицеров Вермахта, а они часто благожелательно относились к религиозному возрождению на оккупированных территориях и помогали стихийному и широко проявившемуся желанию населения восстанавливать церковную жизнь — прежде всего посредством открытия приходских храмов.

Например, в июле 1941 года, через две недели после взятия германскими войсками Смоленска, был ликвидирован атеистический музей из смоленского Успенского собора, а 10 августа, в день памяти Смоленской иконы Божией Матери, в соборе, уже возвращенном Русской православной церкви, был отслужен молебен перед найденным накануне немецкими солдатами и установленным в соборе чудотворным списком этой иконы.

В июле 1941 года Пскове, после ликвидации немецкими властями антирелигиозного музея, находившегося в Троицком соборе Псковского кремля, этот древний храм был передан Русской православной церкви, а 22 марта 1942-го в соборе была торжественно установлена привезенная немецкими солдатами из закрытого и оскверненного коммунистами Тихвинского монастыря чудотворная Тихвинская икона Божией матери.

Всего на территории, занятой германскими войсками, за период оккупации было открыто около 9000 храмов. Военная администрация разрешала русскому православному духовенству преподавание Закона Божия в приходских и общеобразовательных школах, создание детских садов, катехизацию взрослых, просветительскую работу с учителями, миссионерскую деятельность на радио и в газетах. На протяжении всей Второй мировой войны Русская православная церковь оставалась единственным общественным институтом, пытавшимся последовательно и бескорыстно оказывать моральную и материальную помощь советским военнопленным.

Важнейшую роль в возрождении церковной жизни на оккупированной территории сыграл митрополит Сергий (Воскресенский), с начала 1941 года — экзарх в Прибалтике патриаршего местоблюстителя митрополита Сергия (Страгородского). Оставшись в июле 1941-го при отступлении советских войск в Риге, митрополит Сергий заявил о лояльности немецким оккупационным властям и возглавил при их поддержке Русскую православную церковь в Прибалтике и на Северо-Западе, сохранив юрисдикцию Московской патриархии. Одно из наиболее значительных и успешных дел митрополита Сергия — Псковская духовная миссия, возродившая менее чем за три года на территориях Ленинградской, Новгородской и Псковской областей практически уничтоженную коммунистами церковную жизнь. К началу 1944 года Псковская духовная миссия открыла более 400 приходов, в которых служили около 200 священников. Неизбежно осложняя свое положение, митрополит Сергий постоянно убеждал германские власти в целесообразности поддерживать находившиеся на оккупированной территории епархии и приходы, сохранявшие юрисдикцию именно Московской Патриархии. Пытавшийся последовательно проводить политику "сергианского диалога" уже не с коммунистической, а с нацистской властью, митрополит Сергий был убит 28 апреля 1944 года во время поездки из Вильнюса в Каунас диверсионно-террористической группой из сотрудников НКВД.

Пропагандистский ответ на религиозную терпимость нацистов

На территории СССР, не подвергавшейся немецко-фашистской оккупации, положение Русской православной церкви в первый год войны оставалось практически неизменным. Во всего 150 храмах, действовавших на этой территории, наряду с совершением богослужений духовенство уже в первые месяцы войны стало проводить сбор денег и иных материальных средств, вещевых и продуктовых посылок в фонд обороны. К концу войны Русская православная церковь собрала более 300 миллионов рублей, не считая драгоценностей, вещей и продуктов. В подавляющем большинстве случаев материальная помощь, которую Церковь оказывала Красной армии, передавалась без указания источника ее поступления. Одним из редких исключений стала запечатленная в кадрах советской кинохроники передача Красной армии митрополитом Николаем в 1944 году танковой колонны "Дмитрий Донской" — построенной на средства Русской православной церкви и насчитывавшей 40 танков.

Политическая лояльность к коммунистическому режиму, проявленная руководством Московской патриархии в первый год войны, и активная деятельность по сбору средств на нужды обороны способствовали некоторым изменениям в религиозной политике СССР. Нужен был пропагандистский ответ оккупационным властям, нужно было придать цивилизованный вид политическому облику СССР в глазах западных союзников, и советское руководство попыталось идеологически использовать Русскую православную церковь. В 1942 году государственная атеистическая пропаганда была резко сокращена. В конце 1942-го — начале 1943 года советские власти дали согласие на рукоположение митрополитом Сергием новых епископов. А когда Красная армия в 1943-м. начала отвоевывать занятые вермахтом территории, советская власть не стала — в большинстве случаев — закрывать открывшиеся в годы оккупации храмы. Военная контрразведка "Смерш" репрессировала лишь небольшое число священнослужителей — из той части духовенства, которая оставалась на своих приходах после отступления германских войск. Неоднократно осуждавшиеся в посланиях митрополита Сергия за сотрудничество с оккупантами представители православного духовенства оккупированных территорий, как правило, принимались в штат духовенства Московской патриархии.

4 сентября 1943 года состоялась встреча Сталина, Молотова и начальника 4 отдела Третьего управления НКВД по борьбе с церковно-сектантской контрреволюцией полковника Георгия Карпова с митрополитами Сергием, Алексием и Николаем. На этой встрече Сталин согласился на созыв Архиерейского собора для выборов патриарха, разрешил открыть в стране несколько духовных школ и передал для резиденции будущего патриарха бывшее здание германского посольства.

Церковное возрождение под бдительным присмотром

8 сентября 1943 г. состоялся Архиерейский собор, в котором участвовали 19 архиереев, многих из которых доставляли в Москву на военных самолетах прямо из мест заключения. Избрание митрополита Сергия Патриархом происходило даже без формальной процедуры голосования. Патриаршая интронизация митрополита Сергия состоялась 12 сентября 1943 года в Богоявленском соборе в присутствии иностранных дипломатов и журналистов и сопровождалась киносъемкой. Для осуществления государственного контроля над деятельностью церковной иерархии 8 октября 1943 года был образован Совет по делам Русской православной церкви при Совнаркоме, который возглавил полковник Карпов, дослужившийся на этом посту до звания генерал-майора государственной безопасности.

После кончины 15 мая 1944 года патриарха Сергия в должность местоблюстителя вступил митрополит Алексий. 31 января 1945 года в Москве открылся Поместный собор, в котором участвовали 46 архиереев, 87 клириков и 38 мирян, а также несколько восточных патриархов и представители поместных церквей. Открытым голосованием митрополит Алексий был избран патриархом.

В конце войны политика коммунистического режима по отношению к Русской православной церкви осуществлялась так, как решил Сталин на встрече с митрополитами 4 сентября 1943 года. Но советское правительство всячески стремилось сдерживать открытие храмов на территории, не подвергавшейся оккупации. В 1944-45 годах советское правительство получило 12688 заявлений об открытии 4292 храмов, но позволило открыть всего 716. К июню 1945 года в СССР действовало 10243 храмов. Деятельность духовенства на всей территории Русской православной церкви по-прежнему жестко ограничивалась лишь совершением храмового богослужения и сбором пожертвований на нужды Красной Армии.

Четыре причины решительной перемены в судьбе церкви

Поставленная на грань полного уничтожения Русская православная церковь во время Второй мировой войны смогла не только сохраниться, но и несколько расширить присутствие в жизни атеистическим советского общества. Исторические причины этой перемены в судьбе Русской православной церкви представляются вполне очевидными.

Во-первых, возрождение церковной жизни на территории, оккупированной германскими войсками, не только свидетельствовало о сохранившейся у многих советских граждан потребности иметь религиозную жизнь, но и активно использовалось немецко-фашистской пропагандой. Подобная ситуация требовала от коммунистического режима ответных мер пропагандистского характера в религиозной сфере, которые и стали осуществляться уже с 1942 года.

Во-вторых, ощутивший в конце 1930-х годов необходимость обновить скудный арсенал интернационал-большевистской пропаганды лозунгами национал-большевистского характера Сталин еще до войны попытался перейти от идеологической политики замалчивания или поношения исторического прошлого России к политике использования русской истории в целях советской пропаганды. Сыгравшая громадную роль в становлении не только русской культуры, но и русской государственности Православная Церковь не могла не быть использована в этом новом пропагандистском проекте коммунистического режима. Начавшаяся война лишь ускорила этот процесс.

В-третьих, необходимость иметь в войне с нацистской Германией союзников из числа западных демократий, общественное мнение в которых традиционно исходило из признания определяющего значения христианских ценностей, вынуждала Сталина цивилизовать политический облик СССР допущением в стране хотя бы в ограниченных рамках религиозной жизни ведущей христианской конфессии.

В-четвертых, последовательная политическая лояльность, проявленная руководством Московской патриархии по отношению к коммунистическому режиму даже в период жесточайших гонений на Церковь и в годы войны, убедила Сталина в готовности митрополита Сергия и его ближайших сподвижников осуществлять свою деятельность именно в тех рамках, которые определит для Русской православной церкви возглавлявшийся им тоталитарный режим.