Принципы модернистской поэтики в творчестве западноевропейских писателей рубежа XIX-XX вв

УДК 82-3

М. И. Марчук

Принципы модернистской поэтики в творчестве западноевропейских писателей рубежа XIX-XX вв.

В статье рассматривается дискуссионный вопрос о стилистической принадлежности западноевропейской литературы рубежа XIX-XX веков, хронологически расположенной между реализмом и модернизмом. В процессе исследования выясняется, что в поэзии заявленного периода присутствуют такие черты, как стремление трансформировать реальность, восприятие реальности как хаоса и бессмыслицы, ощущение краха устоев и традиций, влекущее за собой стремление к обновлению художественных средств, развитие и переосмысление многих принципов романтической поэтики, присутствие модернистского героя, отчужденного от бесчеловечного социума.

Ключевые слова: реализм, модернизм, импрессионизм, символизм, натурализм, авангардизм, поэтика, рубеж веков, герой, конфликт.

M. I. Marchuk

Principles of modernist poetics in western European literature at the turn of XIX-XX centuries

The article deals with the stylistics of Western European literature at the turn of XIX-XX centuries which is chronologically situated between realism and modernism. As the research shows, the poetry of this period possesses such features as the desire to transform reality, perception of reality as chaos and nonsense, sensation of collapsing foundations and traditions leading to the desire to renew artistic means, development and reconsideration of romantic poetry principles, a modernist hero who is alienated from inhuman society.

Key words: realism, modernism, impressionism, symbolism, naturalism, avant-gardism, poetics, turn of the century, hero, conflict.

Модернизм - общее обозначение ряда направлений в искусстве и литературе первой половины ХХ в., для которых характерны отрицание традиционной эстетики, поиск новых художественных путей. Хронологические рамки модернизма, как любого крупного культурного явления, становятся для исследователей предметом дискуссии. Традиционно вторая половина XIX в. считается эпохой реалистической, первая половина ХХ в. - временем модернизма. При таком раскладе позиции рубежа веков - периода с богатой литературной продукцией - остаются дискуссионными. В данной работе мы ставим себе целью проследить постепенное формирование принципов модернистской поэтики в творчестве западноевропейских писателей рубежа XIX-ХХ вв.

Предметом нашего научного поиска станут следующие общеизвестные принципы модернистской литературы и картины мира.

1. Писатель-модернист, в отличие от писателя-реалиста, не заинтересован в реконструкции существующей социальной реальности и связанных с ней проблем. Вместо этого моделируется

© Марчук М. И., 2015

своя, оригинальная, авторская реальность, как правило, с использованием оригинальных художественных средств. Рубеж веков и первая половина ХХ в. - реванш романтического метода отражения действительности: допускаются подчеркнутая условность, художественная деформация, алогизм, что говорит о расшатывании единой и единственно верной картины мира, системы ценностей. Вновь, впервые после романтиков начала XIX в., мир воспринимается как абсурдный и хаотичный. Писатель может вообще лишать мироздание права на какой-либо смысл; в лучшем случае, смысл видится неявным, глубоко сокрытым.

2. Модернизм не в меньшей, а то и в большей степени, чем реализм, опирается на научную базу. Если основой реалистического мировоззрения стал позитивизм и в целом позитивистская концепция науки, то на становление модернизма повлияют неклассическая наука и философия: идеи А. Шопенгауэра, Ф. Ницше, З. Фрейда, А. Бергсона, А. Эйнштейна и др. Мы можем говорить также о том, что зачастую художественное сознание

Принципы модернистской поэтики в творчестве западноевропейских писателей рубежа Х1Х-ХХ вв.

опережает научное в процессе постижения актуальной ситуации и формулирует то, что носится в воздухе, своими художественными средствами.

3. Следует отметить, какие именно характерные настроения эпохи улавливают писатели. Современность воспринимается как эпоха необратимых исторических перемен, сопровождающихся крахом верований и духовных ценностей, следствием чего опять-таки является убеждение в необходимости радикального обновления художественного языка.

4. По образцу выделения исследователями типов романтического героя можно говорить о герое модернистской литературы и связанном с ним комплексе проблем. Главной проблемой становится отчуждение личности от социума, законы жизни которого воспринимаются как непостижимые и бесчеловечные.

5. В целом, подводя итог всему вышесказанному, можно еще раз отметить сущностную укорененность модернизма в романтическом типе культуры и сознания. В модернизме можно обнаружить продолжающуюся рефлексию над противостоянием интересов личности и общества, переосмысление концепции романтической иронии в сторону ниспровержения авторитетов, углубление внутриличностных конфликтов как героев, так и самих творцов.

Одним из первых течений, относимых к числу модернистских, является импрессионизм, который ярко реализовался в живописи и музыке, но в литературе не сформировал отдельного течения, сохранившись на уровне приема. Черты импрессионизма в западноевропейской литературе конца XIX в. обнаруживаются в прозе Эдмона и Жюля де Гонкуров и поэзии Поля Верлена. Импрессионизм одним из первых отказывается от изображения объективной, сложной, всесторонне познанной картины реальности, заменяя ее изображением мгновения, субъективного восприятия, инстинкта. Впечатление приобретает самоценность; дальше этого уровня познание продвинуться не может и не стремится.

«Поэзия Поля Верлена импрессионистична потому, что, разрушая границы между субъективным и объективным, духом и плотью, возвышенным и низменным, отказываясь от рационально-нравственного отношения к действительности, она целиком отдается фиксации непосредственных, сиюминутных впечатлений» [3, с. 19]. Отсюда наблюдаемая нами в текстах Верлена трансформация реальности, например, в стихотворении «Соловей»:

Тревожною стаей, слепой и шальной, Крылатая память шумит надо мной И плещет, и мечется, бредя спасеньем, Над желтой листвою, над сердцем осенним... [3, с. 78]

Соответственно обновлению содержания происходит обновление и художественных форм. Поэзия Верлена делает ставку «не на изобразительно-выразительные возможности слова, а на его суггестивную силу: слово Верлена воздействует не столько своим предметным значением, сколько смысловым ореолом, возникающим как результат фонетико-синтаксической вязи и навевающим те или иные настроения (что, кстати, и побудило символистов назвать Верлена своим предшественником)» [3, с. 20]. В любом стихотворении Верлена обнаруживается специфичный для его поэзии лирический герой: чуждый миру, ощущающий свою слабость, дряхлость, ненужность и неприкаянность. Самый яркий пример такого конфликта с мирозданием, где-то на грани романтизма, декаданса и модернизма, - стихотворение «Томление» («Я - римский мир периода упадка...»). «На первом месте всегда оставалась не опосредованная никакой рациональностью прямая "затронутость" вещами: поэт не хочет их интерпретировать, ибо тайна заключена в самом присутствии вещей здесь и теперь - в присутствии, которое надо углубленно прочувствовать и пережить» [3, с. 21]. Верлен не стремится ни дробить, ни анализировать окружающий мир; он не классифицирует вещи и не осуществляет между ними выбора, ибо всякий выбор неизбежно убивает целостность мироздания. Верлен же хочет собрать его воедино, ибо мир постигается не через рефлексию о нем, а через слияние с ним.

Поэзию Поля Верлена мы рассмотрели в контексте импрессионизма и тех изменений, которые он вносит в картину мира и комплекс средств художественной выразительности. Однако первым поэтом рубежа веков, провозгласившим тот самый поиск нового как цель творчества, стал Шарль Бодлер. «Важнейший урок Шарля Бодлера заключался в том, что им окончательно обозначен перенос упора с преемственности на первопроходчество» [1, с. 286]. Творчеству Бодлер задает нацеленность на постижение сущего. Отсюда знаменитая бодлеровская теория соответствий: перекличка всех вещей друг с другом и преображение через этот процесс окружающего мира. Через призму этой тео-

рии можно рассматривать, скажем, стихотворение «Соответствия»:

Природа - древний храм. Невнятным языком

Живые говорят колонны там от века; Там дебри символов смущают человека, Хоть взгляд их пристальный давно ему знаком [3, с. 69].

Бодлер - предтеча европейского символизма: «видимое является у него символом внутреннего мира, смысловым знаком его душевной жизни» [2, с. 107]. Первый план символа отведен непосредственно данному, эмпирическим деталям и подробностям. Второй план формируется из воспоминаний лирического героя, его жизненного опыта, фантазий. Бодлер более, чем кто-либо другой, близок к романтической культуре. В сборнике «Цветы зла» мы находим романтический прием контраста даже в названиях частей (ср.: «Сплин и идеал»). Лирический герой стихов Бодлера знает, что жизнь представляет собой мрак и боль, что она сложна. Но романтическое по своей природе противостояние героя и мира переносится во внутренний мир героя. В лирике Бодлера едва ли не острее, чем у прочих его современников, воплотилось ощущение краха, гибели, старости цивилизации и культуры: отсюда кладбищенские мотивы, темы разложения, распада, настроения уныния, тоски, меланхолии. Бодлер выступил также одним из родоначальников жанра стихотворения в прозе (сборник «Парижская хандра»).

Унаследовавший многое из поэтических открытий Бодлера Артюр Рембо на свой лад провозглашает трансформацию реальности. По мнению поэта, «мир не сводится к совокупности ощущений. Значительную роль играют глубинные слои психики, апперцепция и воображение» [2, с. 195]. В ранней поэзии Рембо явно превалирует изображение внешнего мира. Символистская структура там получает объективный характер, освобождается от обязательной прикреплен-ности к человеку как к субъекту восприятия. Примером может служить сонет «Гласные»:

«А» черный, белый «Е», «И» красный, «У» зеленый,

«О» голубой - цвета причудливой загадки: «А» - черный полог мух, которым в полдень сладки

Миазмы трупные и воздух воспаленный [3, с. 89].

Так, Рембо, «разрушая привычные формы мира, возвращается к первоматерии, из которой творит свою собстенную, небывалую действительность» [3, с. 22]. Лирический герой Рембо -бунтарь, мятежник, маргинал, в принципиальном расхождении с миром. Знаменитая формула «я -это другой» воплотила желание поэта выйти за рамки даже собственной личности, попробовать вкус другого бытия. Свойственные текстам Рембо постоянная издевка над зашоренным мышлением обывателя, метафизический бунт, эпатаж в адрес благопристойного мышления стали предвестием авангарда ХХ в. Рембо говорит о необходимости изобрести новый поэтический язык, о том, что он называет «алхимия слова».

Позднее творчество Рембо - «декадентское перерождение символизма, где второй план образа очень часто ограничивается прошлым героя, не затрагивая реальности настоящего» [2, с. 223]. Изображаемое в «Озарениях» утрачивает объективную закономерность и подменяется закономерностью сознания, воспоминаний, мечтаний.

Если в творчестве Ш. Бодлера, П. Верлена и А. Рембо мы можем усматривать в разной степени приближение к символистскому видению мира, то Стефан Малларме, бесспорно, стоит у истоков символистской традиции в европейской поэзии. Как и в разной степени его предшественники, Малларме отказывал внешнему миру в каком-либо поверхностно явленном смысле. «Задача поэзии отныне - обнаружить скрытое сходство между предметами, неявленные отношения, скрыто пронизывающие всю явленную действительность» [3, с. 26]. По мнению Малларме, именно поэтому следует отказаться от старого поэтического языка и создать новый, суггестивный - для того, чтобы уловить сокровенный смысл предметов. Следствием стала сознательная затрудненность образной системы. Первым планом образа становится план словесного выражения, глубинный план отводится душевной жизни героя и его сознанию. Объективная действительность вообще исчезает из образа. Символ, двуплановость образа окончательно перестают связывать субъективность переживания с объективностью реального мира. «Способ изображения действительности основан на разрушении объективных связей между явлениями и на установлении чисто психологических закономерностей» [2, с. 251]. Лирический герой поэзии Малларме, как правило, поэт, гений, чей крест - возвещать истину неблагодарной толпе (см., например, стихотворение «Гробница Эдгара По»).

Принципы модернистской поэтики в творчестве западноевропейских писателей рубежа XIX-XX вв.

На основании всего вышесказанного, на наш взгляд, можно утверждать, что постепенное формирование принципов модернистской поэтики начинается уже в литературе рубежа XIX - ХХ вв. Ряд примеров может быть расширен за счет привлечения таких произведений, как, например, «Портрет Дориана Грея» Оскара Уайльда, «Фрекен Жюли» Августа Стриндберга и других.

Библиографический список

1. Великовский, С. И. Умозрение и словесность. Очерки французской культуры [Текст] / С. И. Великовский. - М. ; СПб. : Университетская книга, 1998. - 711 с.

2. Обломиевский, Д. Д. Французский символизм. [Текст] / Д. Д. Обломиевский. - М. : Наука, 1973.- 308 с.

3. Поэзия французского символизма. Лотреа-мон. Песни Мальдорора [Текст] / Поэзия французского символизма. Лотреамон. Песни Мальдорора. - М. : Изд-во МГУ, 1993. - 512 с.

4. Руднев, В. П. Словарь культуры XX века [Текст] / В. П. Руднев. - М. : Аграф, 1997. - 384 с.

В1Ь1^гаПсЬе8к1] $|М$ок

1. УеПкоу8ку, 8. I. ишоЕгеше 1 81оуе8по81'. ОсЬегЫ й-апсигв^ киГйдгу [Текв^ / 8.1. УеНкоуэку. - М. ; 8РЬ. : Universitetskaja \imga, 1998.-711 е.

2. ОШогшеувку, Б. Б. Ргапсигвку зтиоПгт. [Гекй] / Б. Б. ОЫогшс\зк1|. - М. : Каика, 1973. -308 е.

3. Pojezija francuzskogo 8туоП2та. Ьо1геашоп. Реет МаМогога [Текв^ / Pojezija йгапсигвк^о этуоНгта. Ьо1хеатоп. Реет МаМогога. - М. : Ы-уоМви, 1993.-512 8.

4. Яис1псу. V. Р. 81оуаг' киГйдгу XX уека [ГеЫ] / V. Р. Яискюу. - М. : 1997. - 384 е.

Дата поступления статьи в редакцию: 30.10.2015 Дата принятия статьи к печати: 12.11.2015