Суверенитет как атрибут суверена: субъектно-правовой подход

Шарифов М.Ш. *

СУВЕРЕНИТЕТ КАК АТРИБУТ СУВЕРЕНА: СУБЪЕКТНО-ПРАВОВОЙ ПОДХОД

Углубление научного познания, накопление пласта научных знаний о суверенитете привели к формированию развитой теории суверенитета, объединяющей отдельные концепции и теоретические конструкции. Системообразующим звеном теории суверенитета выступает понятие «суверенитет». По своему смысловому значению слово «суверенитет» происходит от старолатинского «хиреуапих», «хиреуаш», перешедшего в старофранцузское «хоугетх», и означает «самодержавный», «наивысший», «абсолютный», «неограниченный». Имеющиеся в теории конституционного и международного права формулировки суверенитета конструированы на идее абсолютности, а также признаках (атрибутах) суверенной власти. Вместе с тем современные особенности формирования и реализации суверенной власти (будь то общественной или государственной) требуют отхода от данного подхода, так как ассоциативный перенос атрибутов суверенной власти на институт суверенитета уже не позволяет четко и полно определить содержание последнего. Наиболее оптимальным является раскрытие понятия суверенитета через свойства суверена, как источника суверенной власти, а также носителя суверенных прав. С этих позиций суверенитет можно определить как юридическое качество (атрибут) субъекта, способного к полному самоуправлению, самостоятельному определению суверенного правового статуса, обеспечению публичного порядка; проявляющегося в совокупности суверенных прав; характеризующееся неотчуждаемостью, неограниченностью, абсолютностью, неделимостью, верховенством и независимостью суверенной власти. Условно такое определение можно обозначить как субъектно-правововое, так как исследуемый объект раскрывается через атрибуты субъекта-носителя. Рассмотрим основные аспекты данного определения.

На наш взгляд, суверенитет — это юридическое качество (атрибут) субъекта, способного к полному самоуправлению, самостоятельному определению суверенного правового статуса, обеспечению публичного порядка; проявляющегося в совокупности суверенных прав; характеризующееся неотчуждаемостью, неограниченностью, абсолютностью, неделимостью, верховенством и независимостью суверенной власти.

Самоуправление — это форма функционирования субъектов в процессе самоорганизации, т.е. взаимодействия по институализации структур, обеспе-

* Канд. юрид. наук, руководитель юридического отдела ФГУП «Научно-исследо-вательский центр «Планирование. Экономика. Управление», [sharifov_mekhti@yahoo.com]

чивающих удовлетворение интересов и потребностей Самоуправление предполагает, что та область, на которую оно распространяется и в которой применяется, не подвержена внешнему принуждению, а применяемые правовые нормы являются результатом воли самого субъекта самоуправления.

Понятие правового статуса является одним из базовых в науке государства и права. Этимологически слово статус (от латинского «status») означает состояние, положение, правовое положение 2, которое определяется совокупностью прав и обязанностей Общепризнанной дефиниции правового статуса в теории государства и права не создано. В российской юридической мысли существует мнение, что «правовой статус — это юридическое выражение социального статуса субъекта»4. Правовой статус в общетеоретическом смысле определяется посредством правовых норм и институтов, имеющихся в той или иной отрасли права и предопределяющих потенциальные возможности субъекта. Правовой статус субъекта суверенитета предполагает наделение его правами, определяемыми в теории суверенитета как суверенные права: «Суверенными правами может обладать только такое лицо, которое самостоятельно устанавливает собственный правовой статус»5. Такое понимание суверенного правового статуса позволяет провести четкое разделение между суверенитетом и юрисдикцией. В доктрине международного права соотношение суверенитета и юрисдикции традиционно сводится к следующей формуле: юрисдикция есть элемент территориального верховенства государства, которое, в свою очередь, является составной частью его суверенитета. Вместе с тем юрисдикция не ограничивается территориальным верховенством государства, а в ряде случаев выходит за пределы его территории. Юрисдикция — это меньшая, чем объем суверенных прав, некая совокупность прав. Так, если государственный суверенитет характеризует все государство, то «понятие юрисдикции связывается с совокупностью правомочий государственных органов»6.

Термин «публичный порядок» впервые был закреплен в Гражданском кодексе Франции 1804 года. До настоящего момента правовая наука не выработала единого подхода к определению понятия публичного порядка. В конституционном законодательстве многих стран понятие публичного по-

1 Лазарев В.Н. Социальная организация местного самоуправления. Автореф. дис.... Орел, 2005. С. 3.

2 Ожегов С.И. Словарь русского языка / под ред. Н.Ю. Шведовой. М., 1981. С. 680.

3 Словарь современных понятий и терминов / сост., общ. ред. В.А. Макаренко. М., 2002. С.412.

4 Сергевнин С.Л. Субъект Федерации: статус и законодательная деятельность. СПб., 1999.

С. 80.

5 Горюнов В.В. Суверенитет Российской Федерации: сущность, содержание, гарантии. Автореф. дис.... к.ю.н. Екатеринбург. 2007. С. 15.

1Аргунов В.В., Аргунов В.А. О понятии юрисдикции // Законодательство. 2008, № 11. С. 56.

рядка используется для исключения влияния иных суверенов в правовое пространство страны. Оговорка о публичном порядке представляет «основание для отказа в применении иностранной нормы права или в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда»1. Обеспечение суверенитета является одним из оснований обращения к оговорке о публичном порядке2.

Законодательство большинства стран не апеллирует к понятию «публичного порядка», используя такие термины, как «правопорядок», «основы правопорядка», «основные правовые принципы», «публичные интересы» и т.д.3. В российском конституционном законодательстве используется термин «правопорядок». В Конституции Российской Федерации термин «правопорядок» употреблен однажды: в подпункте «б» ч. 1 ст. 72 зафиксировано положение, согласно которому защита прав и свобод человека и гражданина, прав национальных меньшинств, обеспечение законности, правопорядка, общественной безопасности находятся в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов. Содержание и существенные характеристики понятия правопорядка конституционным законодательством Российской Федерации не раскрываются.

В судебной практике нередко употребляют термин «публичный порядок». Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации пришла к выводу, что «под публичным порядком Российской Федерации понимаются основы общественного строя Российского государства» (определение от 25 сентября 1998 № 5-Г98-60). Суд констатировал, что «содержание понятия публичный порядок не совпадает с содержанием национального законодательства Российской Федерации». В последующем определение Верховного Суда Российской Федерации от 25 сентября 1998 № 5-Г98-60 было отменено постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 02 декабря 1998 № 161пв-98, однако Президиум Верховного Суда Российской Федерации не подверг сомнению правильное понимание публичного порядка со стороны Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ подтвердила свою позицию в определении по делу № 5-Г02-37.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 27 мая 2003 года № 5-Г03-39 дается более расширенное понятие категории «публичный порядок»: «под публичным порядком понимаются установленные государ-

1 Афанасьев Д.В. Различные аспекты публичного порядка // Закон. 2008. № 10. С. 37.

2 Курочкин С.А. О практике применения судами норм института публичного порядка // Закон. 2008. № 10. С. 49.

3 Афанасьев Д.В. Различные аспекты публичного порядка // Закон. 2008, № 10. С. 38.

ством основополагающие нормы об общественном, экономическом и социальном устройстве общества, главные устои основ правопорядка». Федеральный арбитражный суд Уральского округа в постановлении от 28 октября 2008 № Ф09-6789/08-С5 по делу № А47-10939/2007-10ГК определяет, что решение нероссийского судебного органа «признается противоречащим публичному порядку Российской Федерации, если в результате исполнения судебного акта будут совершены действия, прямо запрещенные законом, либо наносящие ущерб суверенитету или безопасности государства». Данное решение основано на положениях пп. 1 п. 2 ст. 407 и пп. 5 п. 1 ст. 412 ГПК Российской Федерации от 14 ноября 2002 № 138-Ф3 ‘. Идентичный подход закреплен и в ст. 457 УПК РФ2.

Таким образом, судебная практика закрепила связь между публичным порядком и институтом суверенитета.

В одном из юридических словарей ФРГ, выдержавшем 14 изданий, приводится следующее определение правопорядка: «правопорядок — это совокупность правовых предписаний, которыми регулируются отношения группы людей друг с другом или с вышестоящими инстанциями («zu den ubergeordneten Hoheitstmgern») либо между ними»3. Правопорядок следует рассматривать как особую форму проявления социального порядка, характеризующую степени:

— подчиненности общественных отношений действующим юридическим предписаниям;

— устойчивости государственных и общественных институтов, функционирующих на основе права;

— гарантированности использования участниками социальных отношений, принадлежащих им субъективных прав, надлежащего исполнения возложенных на них юридических обязанностей;

— возможности индивидов и социальных субъектов адаптироваться без серьезного ущерба для собственных интересов к изменяющимся условиям общественной жизни4.

Установление суверенного правопорядка является неотъемлемой характеристикой суверенной власти, так как определяет социально-правовую легитимность последней.

1 ГПК Российской Федерации от 14 ноября 2002 № 138-ФЭ // СЗ РФ, 18 ноября 2002. № 46. Ст. 4532.

2 УПК Российской Федерации от 18 декабря 2001 № 174-ФЗ // СЗ РФ, 24 декабря 2001, №52 (ч. I), ст. 4921.

3 Rechtsw4rterbuch / begr. Von Carl Creifelds. Hrsg. Von Hans Kauffmann. Bearb.: Dieter Guntz... 14., neubearb. Aull. — Munchen: Beck, 1997. S. 1010, 1011.

4 Сауляк О.П. Конституция Российской Федерации и укрепление правопорядка // Российский судья. 2006. № 3.

Содержательный аспект суверенитета раскрывается в суверенных правах и принципах суверенитета.

Теория суверенитета различает понятия «суверенитет» и «суверенные права». И.Д. Левин подчеркивает недопустимость сведения суверенитета к правам: «Суверенитет не состоит из прав; он является основанием прав, выражая вместе с тем и характер осуществления этих прав»1. Категория суверенных прав определяет круг конкретных правомочий субъекта суверенитета по регулированию отношений и действий иных субъектов.

В теории суверенитета разработана презумпция неисчерпаемости суверенных прав 2. Неисчерпаемость суверенных прав — это характеристика правового статуса суверена: «Объем суверенных прав государства не может быть ограничен их конечным числом либо закрытым перечнем. Этих прав у государства должно быть столько, сколько позволяло бы ему действительно пользоваться независимостью в отношениях с другими странами и верховенством на всей своей территории... Образно говоря, данные суверенные права выступают остаточной энергией суверенитета»3. Презумпция неисчерпаемости актуальна и для народного суверенитета.

Презумпция неисчерпаемости суверенных прав дает методологическую основу для разделения суверенитета и компетенции. «Компетенция динамична, в зависимости от условий расширяется или сужается»4, тогда как совокупность суверенных прав у субъекта не подлежит уменьшению. Например, под термином компетенции государственного органа обозначается нормативно закрепленная система направленных на осуществление функций государства государственно-властных и иных полномочий и публичных прав государственного органа, которые необходимы для воздействия на общественные отношения, составляющие предметы его ведения.

Наиболее детальное определение перечня суверенных прав в правовой доктрине выработано в отношении государственного суверенитета. Суверенные права государства традиционно разделяются на «внутренние» и «внешние». «Внутренние» суверенные права реализуются в основном на ограниченной действием суверенитета территории, в то время как «внешние» суверенные права проявляются в отношениях с другими суверенами. В связи с этим, если в правовом регулировании первой группы суверенных прав

1 Левин И.Д. Суверенитет. М.: Госюриздат, 1948. С. 74.

2 Горюнов В.В. Суверенитет Российской Федерации: сущность, содержание, гарантии. Автореф. дис.... канд. юрид.наук. Екатеринбург. 2007. С. 15.

3 Горюнов В.В. Суверенитет Российской Федерации: сущность, содержание, гарантии. Автореф. дис.... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2007. С. 10.

4 Манелис Б.Л. Единство суверенитета Союза ССР и суверенитета Союзных Республик в период развернутого строительства коммунизма // Советское государство и право. 1964. № 7, С. 20.

преобладающую роль играет национальное законодательство, то при закреплении вторых — международные правовые акты .

Предлагаемая трактовка понятия суверенитета не исключает «абсолютистское» понимание суверенитета. Вместе с тем она позволяет вычленить особенности суверенитета как свойство суверена, а не иного субъекта права. Процесс «испарения» государственной власти, конвергенции народовластия и государственной власти, расширения конституционно-правовых и между-народно-правовых оснований для самоограничения власти, распространения самоорганизации и самоуправления, распространения отношений гос-подства-подчинения на виртуальное и сетевое пространства и т.д. — все это требует нового понимания и нового понятия института суверенитета. Трактовка суверенитета через атрибуты суверена позволяет достойно оппонировать представителям теорий «ограниченного суверенитета».

Мамонтова О.В.*

ОБЩЕПРИЗНАННЫЕ ПРИНЦИПЫ И НОРМЫ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА В ПРАВОВОЙ СИСТЕМЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Ключевые слова: Общепризнанные принципы, нормы международного права, принципы международного права, правовая система России, Конституция РФ.

The article deals with the examination of issues concerned with generally recognized principles and regulations of the international law which are the constituent part of the Russian legal system.

In particular there is an analysis of factors that have influence on the increasing role of generally recognized principles and regulations of the International law at the present. One of those factors is the globalization which leads states to closer cooperation and deep interrelationship. The legal result of this joint activity of states is the appearance of principles and regulations of the international law which produce an effect on national law.

The Constitution of the Russian Federation provides that generally recognizedprinciples and regulations of the international law are the constituent part of the Russian legal system. Considering that the author examines question about the place of that principles and regulations among the Russian legal sources.

1 Горюнов В.В. Суверенитет Российской Федерации: сущность, содержание, гарантии. Автореф. дис.... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2007. С. 8.

* Аспирантка Московской государственной юридической академии им. О.Е. Кутафина. [mamontova-olesya@rambler.ra