Судьба учёного в вихре времени (Павел Владимирович Серебровский)

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2016, Том 25, Экспресс-выпуск 1289: 1849-1858

Судьба учёного в вихре времени

Н.Ю.Киселёва, У.Алекс

Второе издание. Первая публикация в 2015*

История науки неотделима от создающих её судеб учёных. Судьба Павла Владимировича Серебровского, известного отечественного орнитолога, зоогеографа и палеонтолога, погибшего в блокадном Ленинграде в феврале 1942 года, сложилась парадоксально. Его научным работам была суждена долгая жизнь, он упоминается в переписке В.И. Вернадского и А.Н.Виноградова+, на его исследования опирались биологи разных поколений, до сих пор активно цитируются книги и статьи. А вот биография оказалась утраченной... Позднее сотрудники Зоологического института Российской Академии наук, где Павел Владимирович работал сначала хранителем коллекции музея, потом заведующим отделом орнитологии, не смогли восстановить его жизнеописание — документы погибли в войну. Даже точные даты рождения и смерти были неизвестны. Сохранились несколько фотографий, а также статьи и книги...

В данной статье впервые публикуются биографические материалы, которые удалось восстановить в результате архивных изысканий и неоценимой помощи членов семьи Серебровских, бережно хранящих историю предков. Символично, что биография учёного возвращается в историю науки в год семидесятилетия победы нашей страны в Великой Отечественной войне.

Павел Владимирович родился в семье священника Владимира Васильевича Серебровского 30 января (17-го по ст. стилю) 1888 года в селе Худошино Нижегородской губернии (современный Первомайский район). Его мать, Анна Феофановна, дала жизнь 13 детям, девятерых сумела вырастить и поставить на ноги. Отец, Владимир Васильевич, не только служил в церкви — с 1884 по 1989 год он был учителем, законоучителем и заведующим в устроенной им самим в селе Худошино церковно-приходской школе. Анна Феофановна в девичестве самоучкой научилась читать и писать. Она обладала незаурядным литературным талантом (письма писала в стихах!), знала наизусть все стихи Н.А.Некрасова, формировала у детей интерес к культуре. Все дети пели

* Киселёва Н.Ю., Алекс У. 2015. Судьба учёного в вихре времени (Павел Владимирович Серебровский) // Вестн. Мининского ун-та 2.

+ Переписка В.И.Вернадского и А.П.Виноградова, 1927-1944. М.: Наука, 1995. С. 138.

* Архив ЦИАМ, ф. 415, оп. 321, дело № 1689, л. 3.

в церковном хоре. Члены семьи участвовали в любительских спектаклях, хорошо рисовали, многие писали стихи. Впоследствии один из родных братьев Павла Владимировича, Глеб Владимирович Серебров-ский — оперный бас — стал заслуженным артистом республики, дважды лауреатом государственной премии. Он пел в Ленинграде и Баку, а затем стал солистом Саратовского оперного театра.

Из села Худошина Владимира Васильевича перевели в Большое Мурашкино, а позднее — в Нижний Новгород. Революцию 1905 года Павел Серебровский встретил гимназистом Нижегородской губернской гимназии. Когда занятия в гимназии на время прекратились, отец-священник, не признававший безделья, устроил сына в ученики к сапожнику. В результате Павел ещё школьником научился шить и ремонтировать обувь. Поощряя успехи сына в ремесле, отец купил необходимый инструмент и несколько пар деревянных колодок. Это ремесло не раз пригодилось впоследствии молодому учёному в годы разрухи и гражданской войны (Серебровская 1994).

Гимназию Павел Владимирович окончил в 1907 году. В том же году он стал студентом естественного отделения физико-математического факультета Московского университета. Однако после того, как Серебровский закончил обучение на четвёртом курсе, он оставляет университет. В своей очень лаконичной автобиографии он так пишет о причинах этого: «В 1911 году вследствие увольнения проф. М.А.Мензбира, в лаборатории которого я работал как практикант старшего курса, и демонстративного ухода в отставку всего преподавательского персонала и студентов старшего курса, перешёл в Харьковский ун-т, который окончил в 1915 году с дипломом I степени»*. Интерес к орнитологии у Павла Владимировича отчётливо проявился в студенческие годы. Талантливый ученик М.А.Мензбира и впоследствии П.П.Сушкина не мог не оставить следа в истории науки.

В 1910-1911 годах Павел Владимирович Серебровский совершил ряд поездок по Нижегородской губернии, собрав обширный материал по орнитофауне региона, который стал основой его первой научной публикации (Серебровский 1918). Этой, по сути, юношеской работе была суждена долгая жизнь - книга стала первой научной сводкой по региональной орнитофаунистике, своеобразной точкой отсчёта, с которой начался мониторинг орнитофауны Нижегородской области и сопредельных регионов (Бакка и др. 2014).

Научную долговечность этой работы определили следующие обстоятельства. Впервые для региона был составлен полный орнитофауни-стический список. В основном был установлен характер пребывания, общий уровень численности видов птиц региона, а также принципы

* Архив РАН, ф. 356, оп. 3, дело № 75, л. 94.

1850

географического распределения (выделялись северные и южные виды). Собрана большая орнитофаунистическая коллекция, которая хранится в настоящее время в Зоологическом музее Московского государственного университета и отчасти — в фондах Нижегородского государственного краеведческого музея. Она продолжает активно использоваться учёными из разных регионов для эколого-фаунистических и систематических исследований. Региональные фаунистические сводки середины ХХ века (Зимин 1974; Коблик, Редькин, Архипов 2006) во многом основывались на материалах П.В.Серебровского. В очерках Красной книги Нижегородской области (Ануфриев, Бакка 2003; Ануфриев и др. 2014), посвящённых птицам, данные П.В.Серебровского используются как отправной пункт изучения распространения и численности редких видов этих животных.

Будучи студентом, П.В.Серебровский в 1912 году совершил в составе экспедиции П.П.Сушкина путешествие по Алтаю (от Минусинска до Монголии). В 1916 году он совершил самостоятельную экспедицию в Закавказье. Результаты обработки собранных там орнитологических коллекций были впоследствии опубликованы (Серебровский 1925а).

После окончания университета в 1916-1918 годах Павел Владимирович преподавал в Харьковской гимназии. Он женился на своей коллеге — учительнице Марии Никитичне Каретниковой. С 1917 по 1924 год работал ассистентом при кафедре зоологии Харьковского университета, которую возглавлял в то время известный орнитолог профессор П.П.Сушкин. В 1918 году Серебровский был принят в члены Общества испытателей природы при Харьковском университете. В 1923 году, наряду с работой в Харьковском университете, был избран профессором Харьковского зоотехникума по кафедре зоологии и генетики. В архиве семьи Серебровских хранится фотография 1927 года, на которой запечатлены члены натуралистического кружка имени профессора Се-ребровского при Харьковском зооветтехникуме.

В годы гражданской войны Харьков неоднократно переходил из рук в руки. Как сообщает в своих мемуарах дочь учёного, когда в город вошли деникинцы, П.В.Серебровский был болен тифом. Его «мобилизовали» в деникинскую армию, на носилках унесли ночью. Семья не надеялась увидеть его снова, но Павел Владимирович выжил и вернулся домой в 1921 году уже красноармейцем (Серебровская 1994). Детали биографии этого периода жизни учёного не известны, однако в документах П.В.Серебровский факта службы в белой армии не скрывал — например, в 1929 году в личном листке по учёту кадров профсоюза работников просвещения* на вопрос анкеты «Служили ли в армии (где, когда)» он пишет: «Служил солдатом в армии Деникина и Вран-

* Архив ЦГА, ф. 6307, оп. 15, д. 334, л. 57. Рус. орнитол. журн. 2016. Том 25. Экспресс-выпуск № 1289

1851

геля, потом в Красной Армии, демобилизован в 1921 году». Происхождение из семьи священников и служба в белой армии — поистине убийственное сочетание для того периода истории!

В 1924 году П.П.Сушкин пригласил Серебровского работать в Зоологическом Музее Академии наук в Ленинграде. Сушкин создал там к 1928 году настоящий центр русских орнитологических исследований. С одной стороны, он пригласил опытных учёных: П.В.Серебровского, А.Ю.Тугаринова, с другой — поощрял молодых орнитологов: Б.К.Штег-мана, Л.А.Портенко, Л.М.Шульпина, Е.В.Козлову. Павел Владимирович принял приглашение и в 1924 году переехал в Ленинград, начав работу в качестве учёного хранителя Зоологического музея Академии наук СССР. Предлагаемая зарплата была очень невелика, и Сереб-ровский не забыл взять с собой деревянные сапожные колодки, которые соответствовали размерам обуви его и его жены. В блокаду их сожгли...

Орнитологи Зоологического института АН СССР. Сидят, слева направо: П.В.Серебровский, П.П.Сушкин, А.Я.Тугаринов, Н.Н.Сушкина, Е.В.Козлова. Стоят, слева направо: Л.М.Шульпин, Л.А.Портенко, Б.К.Штегман, А.И.Иванов. 1924 год.

После смерти П.П.Сушкина Павел Владимирович был переведён на должность заведующего орнитологическим отделением Зоологического института АН СССР в 1929 году и 12 лет возглавлял отделение.

1920-1930-е годы были «золотыми» для советской орнитологии. Они были связаны с перечисленными выше учёными «ленинградской школы» и орнитологами «московской школы» (М.А.Мензбиром, С.А.Бутурлиным, Г.П.Дементьевым), а также «сибиряками» (В.А.Хахловым, Х.К. Иоганзеном). Разница между научными направлениями этих школ была такой: ленинградские орнитологи (а также Хахлов и Иоганзен) определили границу «рода» в более узком смысле, понимали «вид» в более широком значении, чем московские учёные, признавали также и

тонкие различия географических форм в качестве «подвидов» и активнее применяли остеологические параметры при определении родства. В этом очевидно влияние П.П.Сушкина, который был не только орнитологом, но и лепидоптерологом. Сушкин изложил свою точку зрения о систематике животных (под влиянием трудов энтомолога А.П.Семёно-ва-Тян-Шанского) в издаваемом Г.И.Поляковым «Орнитологическом вестнике» в 1916 году (Сушкин 1916; Alex 2013a,b). Конкуренция между ленинградской и московской орнитологическими школами снова проявилась в 1950-е годы, когда одновременно были изданы две многотомные сводки по птицам СССР, которые существенно различались в решениях таксономических вопросов. По поводу таксономии птиц сегодня лидирует «московская школа» расщепления «видов»: 90% «подвидов», впервые описанных ленинградскими орнитологами, она не признаёт (Степанян 1990; Коблик, Редькин, Архипов 2006; Коблик, Архипов 2014).

Вклад П.В.Серебровского в систематику птиц, конечно, не сравним с вкладами Б.К.Штегмана или Л.А.Портенко. Он касался — кроме родов Cinclus и Fringilla (Коблик, Редькин, Архипов 2006; Коблик, Архипов 2014; Svensson, Roselaar 2014) - прежде всего белых Lagopus lagopus и тундряных куропаток Lagopus mutus. Впервые на основе обширного сравнительного материала он доказал существование трёх новых подвидов белых куропаток (Serebrowsky 1926), два из которых признаются и сегодня (Serebrovskij 1925; Roselaar 2003; Коблик, Редькин, Архипов 2006). В своей ревизии тундряных куропаток (Serebrowsky 1926, 1929) он описал пять новых подвидов, из которых четыре признаётся и ныне. Там же он дал и ссылки на географическую изменчивость, что привело к тому, что в 1985 году стало возможным выделить тундряную куропатку восточной Камчатки в качестве нового подвида (Потапов 1985; Svensson, Roselaar 2013).

В честь П.В.Серебровского названы юго-восточная сибирская форма белой куропатки Lagopus lagopus sserebrowsky Domaniewski, 1933 и южно-сибирская форма горной овсянки Emberiza cia serebrowskii Hans Johansen, 1944. В 1925 году Серебровский впервые для себя установил различия между горными овсянками южного Алтая/Тарбагатая и закаспийского региона, но не зафиксировал это номенклатурно. То же самое мы видим и в отношении тундряной куропатки, описанной До-маниевским: указания на обособленность этой формы есть уже в статье П.В.Серебровского от 1926 года. Характерной чертой Павла Владимировича было очень критическое отношение к этим вопросам — он считал возможным делать таксономический выводы только на основании больших серий коллекционных экземпляров из изучаемой местности.

Павел Владимирович Серебровский много работал с коллекциями, продолжал исследование влияния внешних условий на распростране-

ние и эволюцию организмов (преимущественно на орнитологическом материале). Президиум АН СССР на своём заседании 25 июня 1936 года постановил: «присудить учёную степень кандидата биологических наук (по зоологии) без защиты диссертации Павлу Владимировичу Серебровскому». Менее чем через год, 15 мая 1937 года, Президиум АН СССР допустил к защите докторскую диссертацию П.В.Серебровского «Этюды по истории птиц Палеарктики». Оппонентами были назначены профессора А.Н.Формозов и А.Я.Тугаринов и член-корреспондент Академии наук Л.О.Берг. В выписке из протокола содержится просьба к комиссии уточнить название диссертации. Защита диссертации с изначальной формулировкой темы состоялась 20 мая 1939, а 17 ноября 1939 года Высшая аттестационная комиссия утвердила присуждение П.В.Серебровскому учёной степени доктора биологических наук*. Как пишет Е.П.Серебровская (1994), Павел Владимирович с 1930 по 1937 год также работал по совместительству профессором Ленинградского университета.

Казалось бы, карьера учёного развивается успешно и стремительно, но в следующем году, осенью 1940 года, Павла Владимировича освобождают от занимаемой должности старшего научного сотрудника Зоологического института Академии наук СССР по сокращению штатов. Почему это произошло? Ни в выписке из решения Президиума АН СССР, ни в трудовой книжке объяснения этому нет... Подобное действие могло объясняться как усилением «классовой борьбы» в науке, так и «наименьшим злом», которое в итоге, возможно, спасло жизнь П.В.Серебровскому в тот период.

Одной из последних работ Серебровского стало обсуждение взглядов Э.Хартерта, О.Клейншмидта и Б.Ренша в рамках анализа развития систематики в орнитологии с 1890 до 1940 года (Серебровский 1941а; Alex 2013a,b). Серебровский критикует расширение категории «рода» Хартертом, в силу исчезновения филогенетических связей птиц перед глазами учёного. На примере синиц он отрицает существование лишь одного рода Parus и предлагает их несколько: Poecile, Lophophanes, Pe-riparus, Cyanistes, Parus и т.д. Далее, он не согласен с чрезмерно подчёркиваемым принципом географического замещения (Vikarianz), потому что другие критерии видов и подвидов (морфологические, физиологические, экологические) при этом становятся вторичными. В противоположность Хартерту и Клейншмидту, Серебровский высказывает мнение, что во время эволюции «виды» раскалываются на «подвиды», из «подвидов» могут возникать «виды», которые могут даже развиваться в «подроды» (Subgenus) и «роды» — то есть чистый дарвинизм! Далее он критикует Клейншидта в отношении его теории «кругов форм» и Рен-

* Архив семьи Серебровских.

1854

ша в отношении дальнейшего развития этих представлений («круг пород», «круг видов») в 1920-х годах, хотя не совсем понял их и отвергает эту теорию без принятия во внимание дальнейшего развития систематики птиц в 1930-х годах Клейншмидтом, Хартертом, Штейнбахером и Майром (концепция superspecies, см.: Alex 2013a,b). К сожалению, Серебровский остался верным своей точке зрения, в отличие, например, от Штегмана (Там же). Для Серебровского категория «вид» представляет собой качественный прыжок филетического развития по сравнению с категорией «подвида», характеризующийся морфологической, физиологической и экологической независимостью. Он требовал ревизии актуальной систематики птиц в направлении примата категории «вида» и номенклатуры, которая в действительности соответствует категориям «подвида», «вида», «подрода» и «рода».

В марте 1941 года Естественно-исторический музей Азербайджанского филиала АН СССР заключил с Серебровский договор, согласно которому тот должен был определить около 630 птичьих костей и их фрагментов из бинагадинских отложений и написать статью о результатах. Сроком окончания договора было назначено 1 июля 1941 года. Серебровский закончил работу уже в начале войны, но статья увидела свет лишь в послевоенные годы (Серебровский 1948).

Когда в 1941 году возникла угроза Ленинграду, Павел Владимирович в качестве добровольца-бригадира пошёл на строительство оборонительных укреплений. В блокаду он вёл себя мужественно, дежурил в противовоздушной обороне. В конце 1941 года он был зачислен профессором Ленинградского университета (Серебровская 1994).

Последнее письмо, связанно с научной деятельностью, было отправлено Павлу Владимировичу из Азербайджана 21 января 1942 года:

«Многоуважаемый Павел Владимирович! Последнее письмо Ваше получил я без даты, где Вы подтверждаете получение от нас гонорара за работу «Птицы из Бинагадин-ских раскопок» для музея. Эту работу я включил в издательский план 1942 г., если выйдет, то отдельной книжкой. Мы Вам должны по этой работе ещё 700 руб., которые я переведу Вам в ближайшие месяцы, когда окончательно выяснится со сметой музея. Привет Вам от всего коллектива и от меня. Прошу не оставлять нас без внимания и временами писать нам. Уважающий Вас Р.Джафаров»*.

Получить эти деньги учёному уже было не суждено. Павел Владимирович умер от голода 5 февраля 1942 года. Его жена, Мария Никитична Серебровская, не позволила вынести тело мужа на улицу, где похоронные команды подбирали тела погибших и хоронили их в братских могилах. Умерший учёный лежал в своём кабинете, выстуженном свирепыми морозами зимы 1942 года. Через несколько недель после его смерти с фронта на побывку приехал зять и привёз с собой продукты — не только армейский паек, но еду, собранную товарищами. Фронтовая

* Архив семьи Серебровских. Рус. орнитол. журн. 2016. Том 25. Экспресс-выпуск № 1289

1855

буханка хлеба - цена отдельной могилы на Серафимовском кладбище в Ленинграде...

У Павла Владимировича было трое детей. Сын Юрий, геолог, в 1941 году окончивший Ленинградский университет, погиб под Сталинградом в звании лейтенанта пехоты. Оставшиеся двое ушли из жизни уже пожилыми людьми : второй сын Владимир — военный моряк, участник Великой Отечественной войны, кандидат технических наук, и дочь Елена — литератор, член Союза писателей, кандидат филологических наук. Семья Серебровских бережно хранит семейные документы и реликвии, благодаря чему удалось восстановить основные этапы биографии Павла Владимировича.

Павел Владимирович Серебровский определял своё место в науке так: эволюционист, зоогеограф и орнитолог. В сфере его основных научных интересов были орнитогеография, история орнитофауны Пале-арктики, изучение влияния климата на эволюцию птиц (Серебровский 1925б; 1935), а также вопросы подвидовой изменчивости пернатых. К числу его важнейших публикаций относятся «The influence of climate on the evolution of birds» (1925), «New races of Palaearctic birds» (1927), «К орнитогеографии Передней Азии» (1928а), «Этюды по истории птиц Палеарктики» (1937), «Новые виды птиц из бинагадинских отложений» (1940а). Много внимания Павел Владимирович уделял вопросам географического изменения окраски птиц. Он утверждал, что количество фактов, подтверждающих известное экологическое правило Гло-гера, тысячи, а отрицающих его — десятки. Некоторые исключения из правила связаны с историческими причинами, в частности с тем, что птицы, обитающие на определённой территории, вселились на неё недавно из местностей с другими климатическими характеристиками. Выявленные изменения П.В.Серебровский объяснял прямым воздействием факторов среды на пигментацию и наследованием вызванных изменений. Такой же точки зрения придерживались и немецкий орнитолог К. Гёрнитц (1923), который изучал не изменения окраски как таковой, а изменения обусловливающих её различных пигментов: меланинов и липохромов.

Перу Павла Владимировича принадлежит также руководство по методике полевых исследований по зоологии позвоночных (Серебров-ский 1928б), важная работа о проблемах орнитологической систематики (1941а), ряд популярных работ по эволюции животного мира и экологическим приспособлениям птиц (1930, 1934, 1935, 1936), а также статьи, посвящённые ископаемым птицам (1940а,б, 1941б,в).

Авторы благодарят за огромную помощь в восстановлении биографической информации знатоков архивных поисков с генеалогического форума ВГД http://forum.vgd.ru/ Юрия Валентиновича Булатова, Владимира Алексеевича Веллинга, Ирину Германовну Лильт. Без их постоянной доброжелательной поддержки изыскания могли бы растянуться на очень долгий срок и оказаться менее результативными! Сотрудник читаль-

ного зала архива РАН Ирина Георгиевна Тараканова дала очень ценные советы, обозначившие дальнейшие направления поиска. В восстановлении истории семьи Серебровских помогали нижегородские краеведы Татьяна Львовна Грачева и Марина Гелиевна Иванова. Неоценимую помощь оказали представители московской и петербургской ветвей семьи Серебровских, бережно хранящие семейные архивы и любезно предоставившие возможность ознакомиться с ними. Помогали в поиске библиографической информации Александр Васильевич Бардин и Ю.Нейман (J.Neumann). Важное содействие в коммуникациях осуществил Евгений Эдуардович Шергалин.

Литератур а

Ануфриев Г.А., Бакка С.В. (ред.) 2003. Красная книга Нижегородской области. Т. 1.

Животные. Нижний Новгород: 1-380. Ануфриев Г.А., Бакка С.В., Киселева Н.Ю. (ред.). 2014. Красная книга Нижегородской области. Т. 1. Животные. 2-е изд., перераб. и доп. Нижний Новгород: 1-448. Бакка С.В., Киселёва Н.Ю., Гучев И.А., Глухих А.Л. 2014. Исследования П.В.Серебровского — отправная точка региональной орнитофаунистики и мониторинга орнитофауны в Нижегородской области // Мордов. орнитол. вестн. 4: 44-51. Зимин Н.И. 1974. Птицы // Природа Горьковской области. Горький: 319-365. Коблик E.A., Редькин Я.А., Архипов В.Ю. 2006. Список птиц Российской Федерации. M.: 1-286.

Коблик Е.А., Архипов В.Ю. 2014. Фауна птиц стран Северной Евразии в границах

бывшего СССР: списки видов. М.: 1-171. Потапов Р.Л. 1985. Отряд курообразные (Galliformes). Семейство тетеревиные (Tetrao-nidae). Л: 1-638 (Зоол. ин-т АН СССР. Фауна СССР. Нов. сер. № 133. Птицы. Т. 3. Вып. 1. Ч. 2).

Серебровская Е.П. 1994. Между прошлым и будущим. Записки свидетеля. Часть первая. СПб.: 1-152.

Серебровский П.В. 1918. Материалы к изучению орнитофауны Нижегородской губернии // Материалы к познанию фауны и флоры России. Отд. зоол. 15: 23-134. Серебровский П.В. 1925а. Результаты орнитологических наблюдений в Закатальском

округе Закавказья в 1916 г. // Новые мемуары МОИП 18, 2: 1-89. Серебровский П.В. 1925б. Роль климата в эволюции птиц // Бюл. МОИП. Нов. сер. Отд. биол. 34: 375-415.

Серебровский П.В. 1928а. К орнитогеографии Передней Азии // Ежегодник Зоол. музея АН СССР 29: 289-392.

Серебровский П.В. 1928б. Методика полевых исследований по зоологии позвоночных

животных. Л.: 1-130. Серебровский П.В. 1930. История органического мира. М.: 1-209. Серебровский П.В. 1934. Происхождение домашних животных. Л. Серебровский П.В. 1935. История животного мира СССР (краткий очерк). Л.: 1-128. Серебровский П.В. 1936. Очерк третичной истории наземной фауны СССР // Животный

мир СССР. М.; Л., 1: 11-78. Серебровский П.В. 1937. Этюды по истории птиц Палеарктики // Изв. АН СССР. Сер. биол. 4: 1185-1210.

Серебровский П.В. 1940а. Новые виды птиц из бинагадинских отложений // Докл. АН

СССР. Нов. сер. 27, 7: 766-768. Серебровский П.В. 1940б. О птицах бинагадинских кировых пластов // Изв. Азерб. фил. АН СССР 3: 71-75.

Серебровский П.В. 1941а. Критика теории «кругов форм» (кризис систематики в орнитологии) // Тр. Зоол. ин-та АН СССР 6, 4: 158-190. Серебровский П.В. 1941б. Остатки плейстоценовых птиц из бинагадинских отложений // Докл. АН СССР 33, 7: 473-475.

Серебровский П.В. 1941в. Птицы из плиоценовых отложений Одессы // Докл. АН СССР 33, 7/8: 476-479.

Серебровский П.В. 1948. Птицы бинагадинских кировых отложений // Тр. Естеств.-

истор. музея АН АзССР 1/2: 21-68. Степанян Л.С. 1990. Конспект орнитологической фауны СССР. М.: 1-728. Сушкин П.П. (1916) 2002. Подвид (subspecies) и племя (natio) // Рус. орнитол. журн. 11 (188): 560-564.

Alex U. 2013b. The Geospecies Concept. Schraplau: 1-195.

Alex U.O. 2013a. Kleinschmidt und die Artkonzepte in der Ornithologie 1890-1990. Teil 1 //

Blätter aus dem Naumann-Museum 30: 1-69. Görnitz K. 1923. Ueber die Wirkung klimatischer Faktoren auf die Pigmentfarben der Vogelfedern // J. Ornithol. 71, 4: 456-511. Roselaar K. 2003. The Palearctic Birds // The Howard and Moore Complete Checklist of the

Birds of the World / E.C. Dickinson (ed.). London: 1-1040. Serebrovskij P. 1925. The influence of climate on the evolution of birds // Докл. АН СССР.

Сер. А. Апр.-июнь: 64-68 Serebrovskij P. 1927. New races of Palearctic birds //Докл. АН СССР. Сер. А. 20: 325-326. Serebrowsky P. 1926a. Neue Formen des Moorschneehuhnes (Lagopus lagopus (L.)) // J. Ornithol. 74, 3: 511-515.

Serebrowsky P. 1926b. Uebersicht der in Rußland vorkommenden Formen von Lagopus mu-

tus Montin // J. Ornithol. 74, 4: 691-698. Serebrowsky P. 1929. Zusätze zur Übersicht der paläarktichen Schneehühner (Lagopus) // J.

Ornithol. 77, 4: 521-524. Svensson L., Roselaar K. 2013. The Palearctic Birds // The Howard and Moore Complete Checklist of the Birds of the World. Vol. 1 Non-Passerines / E.C.Dickinson, J.V.Remsen, Jr. (eds.). Eastbourne: 461. Svensson L., Roselaar K. 2014. The Palearctic Birds // The Howard and Moore Complete Checklist of the Birds of the World. Vol. 2. Passerines / E.C.Dickinson, L.Christidis (eds.). Eastbourne: 752.

Ю ^

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2016, Том 25, Экспресс-выпуск 1289: 1858-1860

Штрихи к биографии академика Ф.Д.Плеске

Н.В.Слепкова

Второе издание. Первая публикация в 2012*

Экстраординарный академик Фёдор Дмитриевич Плеске (1858 -1932) — третий по счету директор, возглавлявший Зоологический музей Академии наук в XIX столетии — оставил значительный след в истории музея. Главным подвигом его академической карьеры стала подготовка музея к переезду в новое здание у Дворцового моста. Считается,

* Слепкова Н.В. 2012. Штрихи к биографии академика Ф.Д.Плеске

// Зоол. ин-т РАН: Отчётная научная сессия по итогам работ 2011 г.: тез докл. СПб.: 28-30.