Эдуард Артемьев: время синтезаторов еще не прошло

Фестиваль музыка

4 июня в пространстве SENSE столичного бизнес-центра "Красный Октябрь" российских энтузиастов электронной музыки и строительства аналоговых синтезаторов уже в третий раз соберет фестиваль Synthposium. Особый гость фестиваля — композитор ЭДУАРД АРТЕМЬЕВ, еще в 1960-е годы сочинявший музыку на легендарном синтезаторе АНС, а позднее создавший с его помощью звуковую дорожку к фильму Андрея Тарковского "Солярис". О синтезаторах как предмете национальной гордости с Эдуардом Артемьевым поговорил БОРИС БАРАБАНОВ.

— Выступление Эдуарда Артемьева на фестивале — редчайшее явление.

— Я исполнять ничего не буду: мне на этом фестивале больше нравится побыть зрителем. На сцене я буду в качестве рассказчика.

— Будете рассказывать об аналоговых синтезаторах?

— Каждое новое поколение начинает с того, что открывает для себя аналоговые синтезаторы. Те, кому сейчас 14, немного подрастут, и аналог им тоже обязательно понравится.

— С чем это связано? Ведь в компьютере сейчас можно найти любой звук и как угодно его обработать.

— Да, но с некоторым допущением. В компьютере все блоки синтезаторов и обработок находятся на одной шине. Она не бесконечна: она имеет ограничения. Компьютер все равно редактирует звук, тембр. Так что время синтезаторов еще не прошло. Но по мере того как растут объемы памяти в устройствах, актуальность синтезаторов в повседневной работе, конечно, снижается. Еще, конечно, очень важна возможность потрогать инструмент руками. Это то же, что играть на скрипке. Тактильные ощущения никто не отменял. Когда ты не просто мышкой двигаешь, а крутишь ручки, шнуры, это некая эмуляция исполнительского приема.

— Когда вы писали свои первые произведения для синтезаторов, вы доходили до всего своим умом? Или западный опыт в этой области был для вас доступен?

— В начале 1960-х музыканты уже начинали потихоньку ездить за границу, дипломаты привозили пластинки и книги, многих зарубежных коллег я знал лично, так что мы скорее шли параллельными курсами. А в начале 1970-х к нам приезжал, например, Роберт Муг и показывал свой синтезатор Moog. Вот тогда я впервые крутил ручки синтезатора. До этого я занимался только на АНС, у которого нет клавиатуры. Творческие связи с зарубежными коллегами были весьма продуктивны, обмен опытом не прерывался. С середины 1990-х годов в московской консерватории регулярно читал лекции Джон Эпплтон. Потом несколько человек он увез с собой в Америку. Даже Джон Уильямс, создатель стилистики и, так сказать, имиджа голливудской музыки, какой мы ее знаем, приезжал к нам читать лекции.