Фрейм в контексте лингвистической науки

матическом и синтагматическом уровнях языка является не только актуальной задачей современного периода развития лингвистической науки, но и необходимым шагом для дальнейшего продвижения научного поиска в рамках лингвистического анализа речевых актов.

Примечания

1. Лингвистический энциклопедический словарь [Текст] / гл. ред. В. Н. Ярцева. М.: Большая Российская энциклопедия, 1990. С. 389.

2. Кожина, М. Н. О соотношении стилистики и прагматики [Текст] / М. Н. Кожина // Стилистика и прагматика: тез. докл. науч. конф. 25-27 ноября 1997 г. Пермь: Перм. ун-т, 1997. С. 3.

3. Лузина, Л. Г. О когнитивно-дискурсивной парадигме лингвистического знания [Текст] / Л. Г. Лузина // Парадигмы научного знания в современной лингвистике: сб. науч. тр. / РАН. ИНИОН. Центр гу-манит. науч.-информ. исслед. Отд. языкознания; ред-кол.: Е. С. Кубрякова, Л. Г. Лузина (отв. ред.) и др. М., 2006. С. 43.

4. Там же. С. 44-45.

5. Кубрякова, Е. С. Язык и знание: На пути получения знаний о языке: Части речи с когнитивной точки зрения. Роль языка в познании мира [Текст] / Е. С. Кубрякова. М., 2004. С. 325.

6. Лузина, Л. Г. Указ. соч. С. 44.

7. Ирисханова, О. К. О лингвокреативной деятельности человека: Отглагольные имена [Текст] / О. К. Ирисханова. М., 2004.

8. Никонова, Ж. В. Теория фреймов в лингвистических исследованиях [Текст] / Ж. В. Никонова. СПб.: Филологический факультет СпбГУ, 2006.

9. Зернецкий, П. В. Прагмалингвистические параметры связного текста [Текст] / П. В. Зернецкий // Прагматические и семантические аспекты синтаксиса: сб. науч. тр. Калинин: Калинин. гос. ун-т, 1985. С. 174.

10. Солдатова, А. А. Директивные речевые акты в средневерхненемецком языке (на материале «Песни о Нибелунгах», «Парцифаля» Вольфрама фон Эшен-баха, «Тристана» Готфрида Страсбургского) [Текст]: дис. ... канд. филол. наук / А. А. Солдатова. СПб., 2004. С. 62.

11. Зернецкий, П. В. Динамические аспекты семантики и прагматики дискурса [Текст] / П. В. Зернец-кий // Личностные аспекты языкового общения: меж-вуз. сб. науч. тр. Калинин: КГУ, 1989. С. 75-76.

Ж. В. Никонова ФРЕЙМ

В КОНТЕКСТЕ ЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ НАУКИ

В настоящей статье на основе анализа определений основоположников когнитивистики уточняется понятие фрейма, обосновывается конвенциональ-ность языкового знака. Фрейм представляется уникальной структурой репрезентации опытного когнитивного знания человека, соединяющей область когнитивного и языкового в процессе речевой деятельности. Фрейм, соотносящийся с определенной вербальной структурой, обозначается как смысловой каркас стереотипной (т. е. заданной определенным набором компонентов, способным идентифицировать именно её) ситуации или понятия.

In this article on the basis of identification analysis of cognitive science founders specifies the term frame, validates language sign conventionality. Frame is shown as a unique structure of experimental cognitive human knowledge representation, connecting cognitive and linguistic area in the speech process. Frame correlates with defined verbal structure is shown as a meaning former of stereotype (means: given with definite component set that may identify just it) situation or conception.

Понятие фрейма прочно входит в практику современных лингвистических исследований, несмотря на то что семантическая сфера данного понятия до сих пор остаётся достаточно размытой.

Обзор разноплановых трактовок фрейма в современной лингвистике мы находим в освещении Л. А. Нефедовой, которая (вслед за Н. Н. Болдыревым) указывает, что

1) в теории фреймов Ч. Филлмора группы слов представляют собой некоторую единую схематизацию опыта (знание); они (группы) мотивируются, определяются и взаимно структурируются особой конструкцией знания - фреймом. Иными словами, речь идет о том, что фрейм -единица знаний, организованная вокруг некоторого концепта и содержащая данные о существенном, типичном, возможном для этого концепта в рамках определенной структуры (Т. А. Ван Дейк; Р. Богранд и В. Дреслер);

2) фрейм трактуют как структуру данных для представления стереотипной ситуации (М. Минский);

3) фрейм определяют как тип когнитивной модели, репрезентирующей знания и мнения, связанные с конкретными, часто повторяющимися ситуациями (Ф. Унгерер, Х.-Й. Шмидт);

4) фрейм интерпретируется и как структура знания, объединяющая многочисленные области, ассоциируемые с данной лингвистической формой (Дж. Тейлор) [1].

Представленные рассуждения различных авторов о природе фрейма при их сопоставлении и

© Никонова Ж. В., 2008

Ж. В. Никоноба. Фрейм б контексте лингвистической науки

содержательном анализе сквозь призму лингвистических исследований, очевидно, приводят к следующим основным выводам:

1. Фрейм представляется уникальной структурой репрезентации опытного когнитивного знания человека, соединяющей область когнитивного и языкового в процессе речевой деятельности.

Данная мысль с акцентом на последнюю часть тезиса так или иначе прослеживается в размышлениях многих исследователей. Основной отправной точкой при этом является тот факт, что в отличие от других типов когнитивных единиц (например, понятия, образа и т. п.), фрейм представляет собой смысловой каркас будущего высказывания. Это значит, что любая когнитивная единица или структура, являясь результатом мыслительной деятельности человека и проходя вследствие интенционального импульса эмитента процесс вербализации, предстаёт на доязыковом этапе в виде фрейма как смыслового каркаса, совокупности смысловых сгустков (или компонентов) плана содержания когнитивной единицы или структуры, подлежащей вербализации. Объемная ментальная единица «подготавливается» таким образом к процессу материализации через линейную одномерную вербальную структуру. Обратный процесс наблюдается в случае декодирования речи, когда одномерная языковая структура разворачивается через образованную реципиентом фреймовую структуру в многомерную когнитивную единицу, вызывающую в сознании реципиента соответствующие образы и понятия.

2. Фрейм является схемной когнитивной репрезентацией референтной ситуации (сценария) или понятия (скрипта) и - тем самым - набором задаваемых ситуацией или понятием типовых признаков, т. е. того, что отличает в сознании человека представление именно этой ситуации или конкретного денотата от другой/другого, и который закрепляется в сознании как опыт отражения именно этого отрезка реальной действительности через соотношение с определенной единицей языкового тезауруса.

В процессе вербализации когнитивной структуры её объем и содержание фокусируются во фрейме как смысловом каркасе будущего высказывания. При этом смысл многомерной объёмной единицы сознания, подлежащий вербализации, «овеществляется» в слотах (узлах) фрейма, являющегося опосредованной структурой, тем «мостиком», который даёт возможность соединить когнитивный и языковой уровни посредством сопряжения узлов фрейма с компонентами семантической структуры (пропозиции) вербальной единицы или структуры. Это подтверждается многочисленными современными исследованиями порождения высказывания и составляет основу следующего вывода:

3. Фрейм, являясь сущностью когнитивного уровня, представляет собой опосредованную структуру, соединяющую область когнитивного тезауруса с языковым, которая смыкается смысловыми узлами схемы с соответствующими компонентами значения семантической /пропозициональной структуры языковой единицы /структуры (семами), актуализирующей соотносимый с нею фрейм в сознании носителей языка.

Описанный принцип вербализации когнитивной информации является универсальным и не зависит от языка, посредством которого вербализуется простая или сложная когнитивная структура, поскольку данный принцип опирается на определенные закономерности речемыслительных процессов. Однако способ выражения когнитивных смыслов посредством вербальных структур в разных языках происходит по-разному. Из сказанного вытекает следующий тезис:

4. Будучи закрепленным в языковом тезаурусе за соотносимой с ним языковой структурой, фрейм является частью упорядоченной системы опыта отражения сознанием реальной действительности. Упорядоченность данного отдельного опыта состоит в том, что выделеный фиксированный набор смысловых компонентов понятия или ситуации, отраженный, с одной стороны, в структуре фрейма, с другой - в компонентах семантической структуры вербальной единицы, признается прагматически релевантным со стороны носителей языка именно тем, что является принадлежащим к сфере языка, а значит, обладает конвенциональной природой. Стереотипная ситуация предстает здесь не как шаблонная ситуация (или не только как таковая), а прежде всего как фиксированный набор предопределяющих её смысловых компонентов (узлов (слотов) фрейма).

Данный тезис связан с мыслью о том, что номинация в конкретном языке происходит по закону языковой конвенции и вербальную оболочку в конкретном языке получают только прагматически значимые для носителей языка смыслы, которые в этом плане являются стереотипными представлениями о некотором явлении окружающей действительности. Стереотипность представления отражена при этом в фиксированном наборе семантических составляющих (сем) в структуре вербальной единицы. Это касается, в первую очередь, значений лексических единиц, грамматических и прагматических структур.

Всё вышеизложенное позволяет сформулировать следующий тезис:

5. Фрейм, соотносящийся с определенной вербальной структурой, обозначается как смысловой каркас стереотипной (т. е. заданной определенным набором компонентов, способным идентифицировать именно её) ситуации или понятия.

Из этого следует, что он лежит в основе когнитивной структуры другого типа, выражаемой посредством языка, - образа, представления, понятия и т. д. Когнитивная структура, стоящая за фреймом, носит абсолютно индивидуальный характер, зависящий от типа мышления и психологических характеристик носителя языка. Фреймовая структура когнитивных единиц (понимаемая как их смысловой каркас) является при этом необходимым условием их вербальной материализации, так как позволяет «состыковать» область нематериального ментального с областью материального вербального.

Образуясь только как «окно» её будущей материализации в вербальной структуре, как схема, совокупность концептуальных смыслов когнитивной структуры, подлежащей вербализации, фрейм неотделим от данной когнитивной структуры, так как за каждым словом и РА стоит не только определенное понятие как содержание выражаемой мысли, но и связанный с ним образ, причем степень конвенциональности языкового знака здесь обратно пропорциональна индивидуальности мыслительного образа, выраженного данным языковым знаком. Доказательством этому могут послужить результаты психолингвистического эксперимента, проведенного автором настоящего исследования с привлечением 86 информантов-носителей русского языка.

С целью проверить индивидуальность характера когнитивных структур, соотносящихся в сознании отдельных носителей языка с определенными лексемами, было сформулировано следующее задание: «Опишите как можно подробнее, какой образ или какая сцена рисуется в вашем сознании, когда произносится следующее слово...». При обработке данных эксперимента обнаружено, что когнитивный образ, стоящий за той или иной словарной единицей, не совпадает у информантов в 100% случаев. Например, вербальная единица «стул» соотносится в сознании участников эксперимента с такими когнитивными образованиями:

1) «квадратный предмет, высотой около 70 см, на 4 ножках, на котором сидит человек» (Участник № 2); 2) «у стола» (Участник № 14); 3) «драка, чаепитие» (Участник № 26); 4) «полированные изогнутые ножки, мягкая спинка и сидение» (Участник № 41); 5) «совещательная комната, кафе, ресторан» (Участник № 64) и т. д.

Лексема «бежать», имеющая в своей основе более сложный фрейм-сценарий, отличающийся, по данным эксперимента, вариативностью слотов фрейма в 62% случаев, сопряжена также с самыми разнообразными когнитивными структурами в сознании участников эксперимента, несовпадение образов наблюдается также в 100% случаев, например (Форма ответов сохранена. -

Ж. Н.): 1) «Я, совершающий пробежку, в кедах и трениках» (Участник № 6); 2) «Торопящийся человек с огромными глазами»(Участник № 13); 3) «Пробежка, погоня, лёгкая атлетика» (Участник № 38); 4) «Скорость» (Участник № 47); 5) «Бегущий человек» (Участник № 49); 6) «Спортивные соревнования, забег легкоатлетов» (Участник № 51); 7) «Эстафета, забег на время, по дорожке бегут, опережая друг друга, около 10 человек» (Участник № 57); 8) «Спортивный костюм и кроссовки, спортсмен» (Участник № 65); 9) «Человек торопится, быстро передвигается, припрыгивая вверх» (Участник № 79); 10) «Девушка из фильма «Беги, Лола, беги!» (Участник № 85) и др.

Конечно же, такая палитра различных образов, возникающих у информантов в связи с определенной языковой единицей, предопределена психологическими, социальными, гендерными факторами формирования их языкового и речевого опыта в каждом конкретном случае и является предметом особого исследования. Но один из главных выводов состоит в том, что свойство стереотипности, приписываемое многими исследователями фрейму как вызывающему в сознании коммуникантов определённые стереотипные образы, не подтверждается данными проведенного эксперимента. Стереотипность фрейма состоит вовсе не в стереотипности когнитивных структур (чаще всего они даже совсем не похожи!), а в относительно стереотипном наборе узлов (слотов) фрейма данных когнитивных структур, позволяющем соотнести данную когнитивную сущность с определенной языковой единицей и достичь главной цели языкового общения -способности представить своё когнитивное про-станство посредством определенной вербальной структуры и быть относительно правильно понятым в акте коммуникации, т. е. осуществить этот процесс на основе языковой конвенции. Данную мысль можно представить в виде следующего тезиса:

6. Стереотипность набора смысловых компонентов (узлов) фрейма не предопределяет стереотипность концептуальной структуры, наполняющей фрейм. Концептуальный объем ментальной единицы на основе одного и того же смыслового каркаса может быть заполнен носителем языка индивидуально в зависимости от причин разнообразного характера: когнитивных способностей, ситуационной соотнесенности, его национальной, социальной принадлежности, темперамента, менталитета и т. п. Здесь фрейм соотносится с другими когнитивными единицами - образами, представлениями и т. д.

В этом состоит универсальность фрейма и его сущность как структуры, лежащей в основе конвенциональности языка. Стереотипный на-

Е. В. Мякишева. Эстетические оценки внешности в зеркале ценностных доминант.

бор «смысловых сгустков» фрейма, зафиксированных в смысловых компонентах семантической структуры единиц языка, фиксирует прагматически значимые для носителей языка (следовательно - типичные) отрезки опыта (т. е. осознанные, а значит, - схематизированные ситуации/понятия) исходя из постулата, что вербализуется в языке только то, что наиболее значимо для его носителей.

Тем не менее конвенциональность языка не следует из факта вербализации когнитивных структур посредством фрейма, которая может привести к их материализации посредством любой вербальной единицы по желанию её создателя или носителя. Конвенциональность предполагает активизацию соответствующего фрейма посредством конкретной вербальной структуры разными и многими носителями конкретного языка в рамках определенной общности в целях коммуникации.

7. Фреймовая структура (в соотнесении с той когнитивной структурой, в основе которой лежит данный фрейм) может быть как статичной, так и динамичной. В данном случае не имеется в виду её концептуальное наполнение (скрипты и сценарии), а принцип репрезентации знаний. Статичный фрейм представляет собой «пакет», «ячейку» схематизированного опыта человека. Динамичный фрейм отражает категориальный опыт человека в процессе речепроизводства как смысловой каркас его дискурсивной деятельности.

Данные выводы, иллюстрирующие лингвоког-нитивную природу фрейма и изложенные более подробно в работе [2], могут помочь многим исследователям-лингвистам, осуществляющим научный поиск с применением теории фреймов, подходить к использованию фреймового анализа с учётом представленных характеристик фрейма и его отличий от других когнитивных единиц.

Примечания

1. Нефедова, Л. А. Когнитивный подход к интерпретации текста [Текст]: учеб. пособие / Л. А. Нефедова. Челябинск: Челяб. гос. ун-т., 2003. С. 9-10.

2. Никонова, Ж. В. Теория фреймов в лингвистических исследованиях [Текст] / Ж. В. Никонова. СПб.: Филологический факультет СпбГУ, 2006.

Е. В. Мякишева

ЭСТЕТИЧЕСКИЕ ОЦЕНКИ ВНЕШНОСТИ В ЗЕРКАЛЕ ЦЕННОСТНЫХ ДОМИНАНТ

Автор реконструирует сущностные свойства красоты человека с точки зрения разных субъектов-интерпретаторов внешности. В статье описаны модели красоты, наиболее актуальные в современном коммуникативном пространстве.

The writer renovates essential of property of beauty of the person from the point of view of the different subjects-interpreters of appearance. The most actual sample pieces of beauty in the modern communicative space are described in the article.

Будучи важнейшей человеческой ценностью, красота является понятием крайне противоречивым: эстетическое переживание предполагает синтез общезначимого и индивидуально-личностного (красота существует как социумная ценность и как объект личного предпочтения); объективного и субъективного (чтобы признать предмет красивым, необходимы объективные предпосылки и оценивающий субъект, переживающий эстетическое удовольствие или отвращение); абсолютного и относительного, ибо «нет абсолютных эстетических ценностей, но существует абсолютная общечеловеческая способность отличать красивое от некрасивого, безобразного» (Цит. по http://www.krugosvet.ru).

Красота иррациональна. Её критерием является чувство, переживание удовольствия или отвращения, отсюда невозможность её логического определения. Но в этой иррациональности есть своя «логика». Оценка предмета как красивого, по данным теоретической эстетики [1], предполагает его целостное восприятие в характеристиках пропорциональности, симметрии, гармонии.

Неоднозначно определение места красоты в системе человеческих ценностей. Например, в иерархии ценностных модальностей [2] красота может быть отнесена к ценностному ряду «<приятное - неприятное» (низшая ступень в иерархии) или к области духовных ценностей (третья ступень). (Между ними располагаются ценности витального чувства.) То или иное понимание красоты определяет её ранг в уровневой организации ценностей по степени их «ценностности».

В силу своей онтологической неоднозначности красота как феномен представляет большой интерес в качестве объекта интерпретации языком / речью. Поскольку ценностная картина мира

© Мякишева Е. В., 2008