Телемедицина на службе радиологии

Телемедицина на службе радиологии

Организация здравоохранения

Сергей Иванов

Онколог. Заместитель генерального директора Национального медицинского исследовательского центра радиологии Минздрава России. Д.м.н.

М. Муслимов:

День добрый! С вами Муслим Муслимов в программе «Медицинский менеджмент». В гостях у меня Иванов Сергей Анатольевич, заместитель генерального директора по научной и лечебной работе ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский институт радиологии». Тема у нас непростая, на страже, так скажем, радиологии в целом. «Концепция здравоохранения – цифровая медицина как таковая». Я хотел бы Вам задать традиционный вопрос: видите ли Вы тренды здравоохранения? Как Вы с ними работаете, если работаете? Эти тренды действительно ли будут во благо пациентам, к примеру, через 5-10 лет, если мы сейчас всем медицинским сообществом возьмемся за их реализацию?

С. Иванов:

Очень-очень важная тема, которая также волнует меня, волнует многих моих коллег и волнует, я думаю, все медицинское сообщество. Конечно же, мы, наша страна и наша российская медицина не может существовать отдельно от мировой медицины. Мы, наверное, сегодня будем говорить о процессах, которые происходят в глобальном масштабе. Конечно же, весь мир сейчас идет вперед во многом по пути информатизации, информатизации всех процессов, происходящих обществе – промышленных, научных, социальных и даже культурных. Конечно же, медицина как очень важная область в жизни общества, развивается по тем же самым законам. Это позволяет, во-первых, добиться нового качества медицинских услуг, добиться нового уровня медицинских технологий и, что самое главное, донести это качество и донести эти достижения до людей, сделать эти достижения и услуги доступными для каждого человека. Поэтому, повторяюсь, я рад, что будем сегодня говорить на эту тему.

М. Муслимов:

Я знаю, что Вы выходец из военной медицины: военно-медицинская академия (Питер), госпиталь им. Н. Бурденко в Москве. Если сравнивать две концепции, две системы государственной медицины: военная – она тоже государственная, но, все-таки, так скажем, военная, по большому счету, в телемедицине иной раз на несколько голов переплевывает нашу, так скажем, обычную гражданскую систему здравоохранения. Есть ли что-то, что мы можем почерпнуть от военной системы и внедрить в гражданскую практику сейчас?

С. Иванов:

Важная иллюстрация к нашим с Вами словам: первый опыт телемедицины в России относится к 1995-му году. Как раз, это было сделано сотрудниками военно-медицинской академии. Я закончил академию в 1994-м году, а через год произошло событие, которое является отправной точкой развития телемедицины в России и Российской Федерации. Именно тогда, в далеком 1995-м году, был впервые опробован опыт дистанционной консультации и формирования медицинского заключения именно дистанционно. Это был случай, когда специалисты военно-медицинской академии консультировали врачей и пациента, которые находились в дальнем-дальнем регионе. Этот опыт был очень удачным. Такая возможность позволила врачам, находящимся рядом с пациентом, принять правильное решение и дать эффективное лечение с хорошим результатом. Поэтому мне, как выпускнику академии, она особенно близка. Неудивительно, что эта идея родилась в военной среде. Военные врачи в нашей стране всегда выделялись перспективным видением. Именно тогда эта идея родилась, и она, как мы видим, многие годы остается жизнеспособной, мы на нее возлагаем большие надежды.

М. Муслимов:

Сергей Анатольевич, чем занимается Ваш институт? Как я понимаю, это одна из структур института им. П.А.Герцена, и тема, в которой Вы работаете – безусловно, важный аспект московского здравоохранения. Есть ли у Вас инновационные наработки, которыми реально можно уже похвастаться? Может быть, телемедицинские?

С. Иванов:

В том числе, Обнинский филиал нашего учреждения, которое включает 3 равноправных филиала, 2 в Москве: институт им. П.А.Герцена и институт урологии, является, с одной стороны, самым крупным учреждением, а, с другой стороны, самым удаленным. Мы находимся не то что не в Москве, мы даже не в Московской области! Находимся в Калужской области. Когда это учреждение было организовано, генеральный директор нашего учреждения академик Андрей Дмитриевич Каприн увидел необходимость трансляции технологий, которые уже на тот момент существовали в Обнинске, трансляции на московские площадки. Было очень важно объединить усилия врачей Обнинска, московских филиалов в планировании научной работы, в апробации новых методик, в обмене опытом.

Одной из первых идей, одним из первых нововведений Андрея Дмитриевича Каприна была, как раз, организация дистанционной видеосвязи между филиалами. С первых дней работы нашего учреждения в таком формате, в сегодняшнем, были организованы видеоконференции 2 раза в неделю, по вторникам и пятницам, это было тогда и остается таким до сегодняшнего дня. Все 3 филиала объединяются по видеосвязи утром, перед началом работы, для обсуждения самых важных вопросов. Этот формат предполагает (по идее нашего руководителя) обмен мнениями в самых сложных случаях, обмен опытом по самым современным технологиям и достижениям. Мы проводили видеоконсилиумы и проводим до сих пор, когда мнения врачей одного филиала, как могло нам показаться, оказывалось недостаточным. Мы обменивались опытом по проведенным сложным операциям, по новым методикам.

Время доказало, что идея Андрея Дмитриевича была очень перспективной и продуктивной. Сейчас этот формат существует и даже вышел на новый этап развития. Постепенно за 3 года к этим конференциям начали присоединяться региональные врачи: онкодиспансеров, онкоучреждений по всей стране. Сейчас порядка 30-ти учреждений со всей страны от Калининграда до Владивостока присоединяются к этим конференциям и имеют возможность обсуждать самое интересное, самое важное, самое нужное и принимать самое ответственное решение.

М. Муслимов:

Скажите, пожалуйста, а учреждения частного профиля здравоохранения присоединяются? Вы даете им эту возможность?

С. Иванов:

Эта возможность дана всем. Андрей Дмитриевич, бывая во многих учреждениях страны, предлагает. Но пока откликнулись учреждения регионального уровня, ведущие онкологические учреждения регионов. Я надеюсь, что в самое ближайшее время присоединятся к нам и частные клиники. Но, наверное, в частных клиниках не происходит концентрации пациентов с самыми сложными ситуациями, которые требуют коллективного решения. Наверное, сама бизнес-модель частных медицинских учреждений предполагает самостоятельную работу – это правильно, это перспективно. Но такие желания я уже слышал от врачей, от руководителей частных учреждений. Андрей Дмитриевич озвучил, что наши двери открыты, наши залы дискуссионные также открыты для всех. Я уверен, что это произойдет.

М. Муслимов:

Скажите, пожалуйста, что такое телемедицина для Вас? Телемедицину все понимают абсолютно по-разному. Для кого-то это непосредственно удаленный мониторинг, для кого-то – просто описание диагностических процедур, снимков, расшифровка анализа. Для третьих это полная курация пациента от начала до конца, персонифицированного подхода и так далее. Каждый видит телемедицину по-своему, у каждого есть индивидуальное мнение. Все-таки, что телемедицина для Вас? Как Вы видите ваше взаимодействие с другими лечебными учреждениями, когда Вы не можете взять полностью на себя объем помощи, который требует от Вас пациент в виде курации, может быть, постоперационного или постдиагностического обследования?

С. Иванов:

Телемедицина – настолько глобальное понятие, которое в моем представлении включает действия от самых простых до самых сложных. Самые простые – это выписка рецепта дистанционно пациенту, который находится дома, который не может посетить медицинское учреждение, на любом расстоянии. Кстати, эта возможность была закреплена буквально месяц назад, когда наш Президент Владимир Владимирович Путин подписал закон о телемедицине. Это произошло 30 июля, закон вступает в силу с 1 января следующего года. Все врачи и пациенты получат такую возможность. Колоссальное достижение, важнейшее достижение, технически, наверное, самое простое, но очень важное. Как раз, развитие телемедицины это позволяет. Это, наверное, то, что у нас под ногами, то, что самое близкое из задач.

Чтобы продемонстрировать диапазон возможностей телемедицины, скажу, что в 2001 году была проведена первая трансатлантическая роботизированная операция по удалению желчного пузыря, когда врач-хирург находился в Нью-Йорке, а пациент находился в Страсбурге, во Франции. Тогда уже, в 2001 году, эта операция была проведена на расстоянии 7000 километров. Представляете, прошло уже почти 17 лет с тех пор, тогда уже это было доступно! Развитие техники и медицины показывает, что это возможно. Представляете, какой диапазон! В этот диапазон укладываются и дистанционные консультации, и обмен мнениями, и, что очень важно, учебный процесс. Сейчас мы в нашем учреждении, и в рамках развития телемедицины, как раз, такие учебные процессы развиваем.

Со вступлением закона о телемедицине станет возможной выписка рецепта пациенту дистанционно

М. Муслимов:

По сути, если говорить конкретно, Ваши наработки, Ваше стремление взаимодействовать в плоскости телемедицины – это некий образовательный процесс для коллег и, параллельно, проведение симпозиумов и консилиумов в рамках понимания правильности назначенного лечения или диагноза?

С. Иванов:

В том числе. Я вижу такие 4, пожалуй, аспекта. В первую очередь, это, конечно же, клинический аспект. Это выработка клинического лечебного мнения врачей при лечении конкретного пациента. Второе: это учебный процесс, взаимосвязь с молодыми врачами регионов, когда, представляете, врачи дальних регионов нашей страны, отдаленных районов могут слушать лекции ведущих специалистов-онкологов. Это очень важно! Это всегда остается в памяти! Это всегда возникший опыт! Это пример профессионализма, отношения к своему делу. Это можно передавать, благодаря этим технологиям, на большие расстояния. Это очень важно! Также, очень важный аспект – конечно же, информационный. Я под этим подразумеваю обмен цифровой информацией о состоянии пациента. Новые телемедицинские проекты предполагают, что пациент, находясь на большом расстоянии от врача, может быть подключен к телемедицинским модулям, которые мониторят работу сердца, содержание важных веществ в крови, и передавать в клинический центр, который находится на расстоянии, для принятия важного решения, для мониторинга состояния пациента. Конечно же, аналитический аспект, который позволяет, накапливая большую базу данных о пациентах, принимать важные научные решения, новые технологические решения. Это будет важным очень подспорьем для развития медицины.

М. Муслимов:

Вы исключительно в военной манере говорите о инновациях, о том, чем занимаетесь. Военное мышление четкое, рациональное, стабильное и понятное. Но, иной раз, для пациентов оно может показаться не настолько понятным.

Я задам обычный вопрос: фактически, к чему мы идем? Что наш пациент должен получить в виде практического инновационного внедрения в плоскости цифровой медицины, в плоскости персонифицированной курации? Пациент говорит: «Ребята, у вас все хорошо, вы занимаетесь государственным управлением, законы придумываете для телемедицины и т.д. А что, фактически, я должен получить, чего мне ждать, на что надеяться?» Есть ли у Вас образ этой картины, когда пациент где-нибудь в глубинке, пусть будет даже не очень глубоко, а где-нибудь в Ярославской области, в Калужской области, когда у него до районного центра 30-50 километров, и ему нужно элементарно на обследование ехать, а мы ему скажем: «Ты не беспокойся! Реформа здравоохранения, в целом, проведена, сократили поликлиники, сократили врачей, но, тем не менее, у тебя есть возможность получить удаленно необходимые консультацию и помощь». Видите ли Вы вот этот образ?

С. Иванов:

Я вижу такую уже конечную цель, к которой мы должны стремиться. Такая возможность должна появиться у каждого человека в нашей стране. Я нисколько не исключаю сегодняшнюю модель контакта, личного контакта пациента и врача, это всегда останется. Но есть такие случаи, когда пациенты не могут получить помощь из-за своей удаленности. В нашей огромной стране есть масса районов, где к врачу невозможно приехать из-за того, что дороги просто нет. Нужно ждать вертолет, а нелетная погода, либо другие условия мешают. Зачастую, эти задержки определяют, выживет пациент или нет. Если выживет, то как дальше будет его жизнь продолжаться? Конечно же, в таких случаях, в таких районах должны существовать модули связи врача и пациента для принятия правильного решения. Я уверен, что это случится, и это не первый этап работы, большой технической работы, инвестиций. Я уверен, что в будущем это будет возможно.

М. Муслимов:

С какой патологией чаще всего обращаются к вам пациенты? Если делить по системе A-B-C, где A – 60, B – 30, C – 10, в виде уникальных случаев, так скажем?

С. Иванов:

Специфика нашего учреждения – это онкология, это онкологические случаи, это пациенты с онкологическими заболеваниями. Диапазон диагнозов очень большой. Наиболее часто – локализация опухолевого поражения. Но, в основном – это, конечно же, запущенные случаи. Те случаи, когда вовремя не был установлен диагноз. Это самые тяжелые ситуации, там очень часто требуется принятие коллективного решения. Самые непредсказуемые ситуации! Я работаю с 1994-го года в медицине и не перестаю удивляться, какие сложные бывают ситуации, и они каждый раз новые. Поэтому и важно коллективно принимать правильное решение.

М. Муслимов:

И этот опыт, по сути, является уникальным, чтобы специалисты в других лечебных учреждениях видели его и применяли у себя. Можете поделиться, так скажем, самым уникальным? Как практикующий врач, какие можете выделить самые уникальные случаи, запомнившиеся?

С. Иванов:

Таких много, пожалуй, какой-то вычленить мне сложно. Но, я помню случай, когда был видеоконсилиум, Андрей Дмитриевич Каприн руководил этим видеоконсилиумом. Из Вологодской области врачи, из онкодиспансера, просили помощи, консультации молодой женщине, которая была беременна, и в это счастливое для многих время ее настигло другое, так сказать, состояние. Настигло онкологическое заболевание и местные врачи затруднялись в принятии решения о сохранении беременности. Для этой женщины была очень важная ситуация, важный вопрос: у нее не было детей. Тогда консилиум позволил принять решение транспортировать пациентку в Москву, в Обнинск и, благодаря современному лечению, этой женщине удалось и беременность сохранить, и вылечить ее от того заболевания, которое ее настигло. Она благополучно родила ребенка.

М. Муслимов:

Да, действительно, уникальный случай подобного рода. Я Вас попытаюсь перевести в формат небольшого мечтания. Философский вопрос: есть ли у Вас некая мечта, которую Вы хотели бы реализовать на собственном поприще, на собственной работе, в собственном коллективе? Есть ли тот путь и та звезда, за которой Вы тянетесь и дотянуться до которой, действительно, будет польза, в целом, для российского здравоохранения?

С. Иванов:

Сегодня так получается, что федеральные центры – Москва, Санкт-Петербург, Казань, Хабаровск – являются, все-таки, теми местами, где уровень медицины, в целом, по организации выше. Присоединяясь путем видеосвязи с регионами, я вижу, что, все-таки, региональные врачи чаще спрашивают совета у врачей, которые работают в центральных учреждениях. Я мечтаю, искренне мечтаю, что наступит такое время, когда врачи из Москвы будут спрашивать мнения врачей, которые находятся в далеких-далеких регионах. Когда врачи из отдаленных районов, небольших городов, из онкодиспансеров, будут всем московским, петербургским, казанским врачам показывать опыт, которого нет у врачей центральных клиник. В тот момент, я надеюсь, он произойдет, мы с Вами увидим его, в тот момент я скажу себе, что медицина в нашей стране вышла на уровень.

Я искренне мечтаю, что когда-нибудь врачи из Москвы будут спрашивать мнения врачей из далеких регионов

М. Муслимов:

Но, даже сейчас есть уникальные команды, которые разбросаны по регионам, которым, действительно, есть, чем похвастаться. Но, что сейчас нужно сделать, чтобы это было в формате взаимодействия на равных, скажем, чего сейчас не хватает?

С. Иванов:

Я думаю, в общем-то, главных вещей хватает. Конечно же, можно жаловаться на недостаток финансирования, можно жаловаться на большие расстояния, на большую территорию нашей страны. Но я наблюдаю в своем учреждении, что самое главное – это воля руководителя и воля коллектива достичь этого. Как раз, эта видеосвязь с другими учреждениями позволяет нам демонстрировать, что, имея желание, не имея дополнительного финансирования, не имея дополнительного оборудования, можно добиться очень-очень многого. Вот что самое главное.

М. Муслимов:

Что бы Вы хотели видеть в виде взаимодействия с коллегами? Что необходимо сделать для того, чтобы это поменялось? Как я понимаю, это некое взаимодействие между коллегами? Коллегиальный формат, комплиментарность, или что это?

С. Иванов:

Я считаю, что больше зависит от внутренних процессов, которые происходят в самом учреждении, от менеджмента в современном медицинском учреждении – государственном или частном, маленьком или крупном. Это процессы, которые должны происходить на местах. Наша взаимосвязь позволяет увидеть ориентиры, к которым нужно стремиться: поделиться опытом, высказать свое мнение, посоветоваться. Конечно же, это очень много.

М. Муслимов:

Сергей Анатольевич, Вы так тщательно стараетесь подбирать слова, дабы никого не обидеть. Но, тем не менее, я хотел бы Вам задать вопрос с подковыркой: все-таки, в нашей системе здравоохранения где основная боль, где основная проблема?

Сейчас у нас закон по телемедицине; хорошо, если он будет принят и реализован в рамках той концепции, которую преследовали законодатели и эксперты вокруг этого законопроекта, потому что сейчас мы ждем приказы и нормативно-правовые акты от Минздрава в свете того, как он будет реализовываться на местах. В целом, если мы разберем, грубо говоря, несколько основных столбов, на которых стоит наше отечественное здравоохранение, где первый столб – это законодательная инициатива, законодательные аспекты, это государственная власть в целом, власть законодательная. Второе – это столб в виде врачебного персонала, практикующих специалистов и главных врачей, которые реализуют эти нормативно-правовые акты. Третий момент, как ни странно, сейчас включается в эру цифровой медицины – это IT-службы, IT-специалисты, это и гаджеты, и высокие технологии, и программное обеспечение, программы мониторинга за пациентом и так далее. Четвертое, что немаловажно, и, на мой взгляд, часто забывают – это сам пациент. Пациент, о котором забывают, и который сейчас уже изучает в Интернете различные способы лечения, диагностики, инновационных подходов и так далее. Иной раз на приеме сидишь, пациент к тебе приходит и рассказывает больше, чем ты себе мог даже представить. Где он изучил? Непонятно! Не всегда это правда, но, тем не менее.

Вот, стол стоит на четырех ножках, так скажем, периодически стол качается. На Ваш взгляд, какая ножка качается и какое направление нужно усилить?

С. Иванов:

В Вашем вопросе я услышал ответ на этот вопрос. Не надо забывать о пациенте – вот что самое главное! Для этого, наверное, не нужны какие-то особенные законодательные инициативы. Пациент – это главное, ключевое, первое звено в этом процессе! Когда все вокруг него происходит, тогда основная задача врача – помочь пациенту. Когда врач хочет помочь пациенту, ему очень трудно помешать. Он очень может многое сделать. Вот это самое главное!

Не надо забывать о пациенте – вот что самое главное!

М. Муслимов:

В наших рядах врачей, собственно, те люди, которые реализуют практическую ценность нашего будущего здравоохранения и, так или иначе, говорят о практической ценности. Они говорят о проблемах, нацеливают в будущее. Весь наш диалог с Вами нацелен только в будущее, во благо пациента, потому что бессмысленно кого-то критиковать, нужно что-то делать. Скажите, какие конкретно шаги вашего медицинского учреждения являются и могут быть примером для медицинских учреждений в России?

С. Иванов:

Очень хороший и важный вопрос. У меня опять есть и ответ на этот вопрос, и даже иллюстрация. Одно из самых первых решений нашего руководителя Андрея Дмитриевича Каприна, когда он начал работать в Обнинске, это начало работы такого формата, как дни открытых дверей. До этого ничего подобного не было в Обнинске никогда. С первого дня организации нашего центра, 2 раза в месяц по субботам мы проводим тематические дни открытых дверей по специальностям: урология и гинекология, заболевания щитовидной железы и мягких тканей, легких и так далее. В субботу поликлиника работает в полноценном режиме, где специалисты данного профиля проводят (бесплатные, причем, бесплатные!) Консультации для всех пациентов, которые приходят. Всех!

М. Муслимов:

Телемедицинские тоже?

С. Иванов:

Пока телемедицина в этом не используется нами. Это возможность встретиться пациенту лично с врачом и получить полноценную, повторяюсь, бесплатную помощь. Бесплатную! Поэтому, ссылки на то, что у нас недостаточное финансирование, что для того, чтобы попасть в какой-то центр, нужны квоты, заплатить и так далее – они в этом случае не работают. Доступная качественная помощь, когда консультируют профессора, заведующие отделением, заведующие отделов, принимают всех пациентов, и это очень-очень-очень эффективно! Очень эффективно!

М. Муслимов:

Сергей Анатольевич, Вы абсолютно правы в этом плане, когда говорите о том, что действительно можно попасть без квот и так далее. Но наш пациент, иной раз, не знает об этих услугах, об этих возможностях. Я, зачастую, общаюсь с руководителями крупных медицинских учреждений, например, кардиохирургический центр, он говорит: «Ребята, у нас есть возможность бесплатно оказывать телемедицинскую консультацию с регионами, у нас всё налажено, пожалуйста, оказывайте».

Как сделать таким образом, чтобы пациент видел, что та информация более доступна для пациента? Может быть, это единая концепция телемедицинских систем, или единая концепция информационного поля, зайдя в которое, пациент это все видит? Как это реализовать, чтобы все было доступно, чтобы пациент из Красноярского края знал, что по субботам в Обнинске есть бесплатное время, бесплатная консультация? Он может сесть на самолет, прилететь, получить консультацию бесплатно. Такого же формата нет? Это распространяется где-то, но в узком кругу.

С. Иванов:

Чтобы было доступно, необходимо информировать пациентов. В нашем центре мы принимаем все усилия, чтобы об этом было известно. Все информационные ресурсы, которые у нас есть – это и сайт нашего филиала, сайт учреждения, это городские обнинские, калужские газеты, телевидение в этом случае используются. На нашем сайте есть информация о том, что в какие дни проводится, с четким расписанием, с обозначением темы приема. Даже на въезде в нашем учреждении есть бегущая строка, на которой прописано, что в такой-то день, в такое-то время будут проводиться дни открытых дверей.

М. Муслимов:

Какие Вы лично для себя ставите цели и задачи в той должности, с теми обязанностями, с той командой, с которой Вы работаете? Есть ли у Вас четкие задачи, которые Вы можете регламентировать и сказать: я, как управленец в здравоохранении, рассматриваю эту концепцию как основную и хочу ее реализовать в виде таких-то целей и задач за такой-то конкретный промежуток времени?

С. Иванов:

Для меня существуют определённые долгосрочные цели, которые, наверное, лежат в плоскости нескольких лет; конечно же, для меня это большие важные задачи, я надеюсь, что всем коллективом мы к этому придем. Я хочу сказать, что это не мои личные цели, это цели всего коллектива. Это, конечно же, повышение стандартов медицинской помощи. У Артура Хейли в его книге «Клиника» одной из задач врача, который пришел в отстающую провинциальную клинику, было повысить стандарты медицинской помощи. Так же и я свои задачи вижу. Три года назад в обнинском Центре было только 10% лапароскопических операций, малоинвазивных операций. Сегодня это 80% – такая задача была поставлена руководителем и на сегодняшний день она выполнена. Тогда, 3 года назад, для меня это была очень важная цель, рассчитанная на годы. Я даже допускал, что на это потребуется больше времени, чем оказалось, но через 2 года мы на этот уровень вышли – всем коллективом, большими усилиями. Я считаю, что это одна из целей, которая была достигнута.

М. Муслимов:

Скажите, насколько Вы верите в искусственный интеллект в медицине, насколько в нем есть будущее? Я сейчас говорю о том, что, например, существует система, которая помогает врачу определить то или иное заболевание по рентген-снимкам, по КТ, МРТ, к примеру, даже по микроскопии, где компьютер подсказывает врачу или рекомендует обратить внимание на то или иное заболевание, которое проявилось при диагностическом исследовании. Насколько Вы видите в этом будущее? Сейчас информационные системы уже проникают в алгоритмы лечения, стандартизацию лечения; помимо этого, еще прослеживают формат фармакотерапии, фармакокинетики, взаимодействия препаратов друг с другом внутри тела человека. Собственно, формируется некий информационный определенный пул услуг, задач, которые врач при взаимодействии с пациентом лишь подозревает. Фактически, искусственный интеллект, так или иначе, внедряется в нашу жизнь. Как Вы считаете, есть в нем будущее?

С. Иванов:

Я считаю, что у этого есть уже настоящее, в какой-то степени, но в очень, наверное, ограниченном варианте. Я не очень уверен, что когда-то в будущем искусственный интеллект полностью заменит врача в принятии решения. Я даже надеюсь, что этого не произойдет, потому что тогда профессия врача – одна из самых важных в обществе – наверное, перестанет существовать. Не думаю, что это случится, и мне бы не хотелось так. Но уже сейчас информационные системы позволяют анализировать клиническую ситуацию и помогают врачам принимать решения. Информационная система, которую мы внедряем в нашем Центре последние 3 года, позволяет мониторить лабораторные показатели, позволяет мониторить состояние больных в реанимационном отделении, и это, конечно, упрощает доступ врачей к этой информации и облегчает принятие решения. Это очень важно! Это повышает КПД работы в целом, уменьшает временные затраты, материальные затраты. Это должно быть, это и есть, и я уверен, что это будет развиваться. Это всегда будет помощником для врачей.

М. Муслимов:

Сергей Анатольевич, как Вы на своем примере сплачиваете коллектив и какие могли бы дать рекомендации тем молодым специалистам, которые закончили институт или прошли ординатуру только что и начинают управлять в системе здравоохранения?

С. Иванов:

Для меня главное, чтобы руководители учреждения разговаривали с коллективом на одном языке, чтобы у руководителя учреждения были единые цели с коллективом. Это самое главное условие, чтобы двигаться вперед. Наверное, бывают ситуации, когда руководители не совсем совпадают в этих устремлениях с коллективом. Конечно, это к плохому приводит. В нашем учреждении, все-таки, руководство и коллектив едины. Это позволило за 3 года добиться очень многих результатов. Один опытный медицинский руководитель, который руководил медициной целого региона, посоветовал мне, когда я пришел в Обнинск работать на эту должность: «Двери твоего кабинета должны быть всегда открыты». Это для меня девиз, которого я стараюсь придерживаться и по сегодняшний день. Открыта дверь и контакт с любым человеком в коллективе, единство с коллективом – это самое главное! В медицине это может быть проще, чем в других областях, поскольку здесь ясно и четко понятна цель – вылечить пациента.

У руководителя учреждения должны быть единые цели с коллективом. Это самое главное условие для движения вперед

М. Муслимов:

Приведите примеры, на Ваш взгляд, грамотного развития медицинского специалиста. Медперсонал – это категория людей, которые развиваются самостоятельно, и самообучение – оно прежде всего, в частности. Хорошие специалисты – это люди, которые знают несколько языков, которые ездят по миру, которые постоянно посещают конференции, выступают на них, делают научные статьи и доклады. Как Вы считаете, что должно быть в поле зрения медицинского специалиста, каким образом он должен двигаться по векторам образовательного развития, чтобы мы могли с уверенностью сказать, что он действительно профессионал своего дела и он идет в ногу со временем?

С. Иванов:

Я по своему собственному опыту могу судить, что молодому врачу после медицинского института нужно попасть в очень сложную профессиональную ситуацию, окунуться в атмосферу работы «на земле». Я слышал часто от своих учителей, которые добились очень высокого уровня в медицине, что они после окончания института попали в глубинку, в сложные ситуации, когда им пришлось принимать очень ответственные решения и брать эту ответственность на себя. Это, конечно же, с одной стороны, закаляет, позволяет приобрести опыт, но и пробуждает жажду к знаниям у молодых врачей. Только после этого, поняв, насколько сложные бывают ситуации, врач захочет читать, ездить на конференции, приобретать опыт. Считаю, что это очень важно!

Сейчас, к сожалению, такие времена – часто врачи после института попадают сразу в ведущие центры. Практики распределения, которая была в прошлом, в настоящее время уже не очень распространена. Но я надеюсь, что это компенсируется современными технологиями, в том числе, и телемедицинскими. Это позволит врачам приобрести опыт. Но, тут очень важно попасть в сложную такую профессиональную ситуацию.

М. Муслимов:

То есть, мы можем после сегодняшней передачи дать рекомендации нашим молодым коллегам, молодым специалистам, подрастающему поколению: не стремитесь сразу после окончания попасть в научно-исследовательские институты! Езжайте на 2-3 года, минимум, в глубинку, попытайтесь понять, что происходит в муниципальном здравоохранении, и только тогда получайте опыт в лечебных учреждениях.

Следующий вопрос: кого Вы из учителей больше всего цените, кого хотели бы отметить, и какие учения старших товарищей Вы, так или иначе, воплощаете в жизни, или имеете в ежедневном процессе мышления?

С. Иванов:

Мне очень повезло встретиться на своем профессиональном пути, и даже до получения профессии, с такими людьми, которые стали для меня примером в отношении к своему делу. Я могу вспомнить руководителя отделения поликлиники, куда я пришел еще до поступления в военно-медицинскую академию санитаром – Хаустов Евгений Евгеньевич, который стал для меня, наверное, вторым отцом и примером того, как нужно относиться к своей профессии. Именно он убедил меня стать урологом, и я уже, поступая в военно-медицинскую академию, хотел и даже, наверное, знал, что я буду урологом. Мне повезло, что так это и случилось. Конечно, я видел массу примеров, учась в этом замечательном ВУЗе, профессионалов высочайшего уровня. Конечно же, мой настоящий руководитель – Андрей Дмитриевич Каприн, я работаю с ним почти уже 20 лет. Каждый день я не перестаю удивляться, насколько он прогрессивный человек, насколько он профессионален в своем отношении к делу, насколько он в первую очередь ценит людей и стремится им помочь. Я ставлю это на первое место – отношение к людям и к своей профессии.

М. Муслимов:

Мы сейчас поняли, что молодым специалистам нужно ехать в глубинку, им нужно иметь фарватер понимания тех навыков, которые они могут приобрести через учителей и через старших товарищей. Но, если бы Вы выступали перед аудиторией молодых ординаторов с общей концепцией, что бы Вы им порекомендовали в первую очередь? С учетом того, что тема нашей передачи – цифровая медицина, цифровые технологии.

С. Иванов:

Я порекомендовал бы, несмотря на наступление цифровой эры, все-таки, не забывать о том, что все мы люди, и относиться по-человечески к пациентам, к своим коллегам и учителям. Это самое главное, на мой взгляд!

М. Муслимов:

Дорогие друзья! С нами был Сергей Анатольевич Иванов, заместитель генерального директора по научной и лечебной работе Национального медицинского исследовательского центра радиологии Минздрава России, доктор медицинских наук, заслуженный врач России, врач-уролог высшей категории. Всего хорошего, Сергей Анатольевич! Спасибо вам большое!