Укрупнение — мать учения

Одним из самых скандальных событий в рамках реформы образования стало объединение школ. Несмотря на декларируемые чиновниками плюсы такого слияния, родители и педагоги все чаще сопротивляются такому процессу. В Москве протесты против укрупнения школ уже стали тенденцией, которая грозит распространиться и на вузы.

С приходом Сергея Собянина на пост мэра Москвы одной из первых подверглась реформе система столичного образования. Сложившаяся при Юрии Лужкове, она больше зависела от городской администрации, чем от Минобрнауки: в обмен на лояльность городские власти оттягивали переход на новую систему оплаты труда учителей, подушевое финансирование и другие непопулярные реформы. Когда департамент образования возглавил бывший заместитель главы Минобрнауки Исаак Калина, отрасль за короткое время претерпела ряд серьезных изменений.

Раньше финансирование учебных заведений во многом зависело от их статуса — лицей, гимназия или обычная школа. После введения подушевого финансирования деньги стали выделять исходя из количества учеников (стоит отметить, что стоимость такой "души" в каждом регионе разная). Из этого следует очевидный вывод: школа, в которой учится мало детей, получает мало денег. Для исправления ситуации чиновники предложили "непопулярным" школам объединяться с успешными. При такой схеме у школы остается один директор, зато появляется несколько зданий и больше средств на развитие.

При этом в департаменте образования Москвы высказывали вполне логичные аргументы — действительно, чаще всего недобирают детей откровенно плохие школы. Опять же удобнее, когда младшая школа располагается в отдельном здании, чтобы подростки не мешали малышам. "Кроме того, страна переходит на новые стандарты образования для старшей школы, которые предполагают профильность обучения в 10-11 классе,— напоминает директор лицея №1535 Михаил Мокринский.— Для этого школа должна иметь несколько старших классов в параллели, чтобы дети могли выбрать направление". В ситуации, когда в школе один-два старших класса, такое невозможно.

"Два года назад к нашей лингвистической гимназии №1527 присоединили соседнюю среднюю школу №839,— рассказала "Ъ" замдиректора Наталья Шаевская.— Сейчас мы понимаем, что это было правильным решением". В школе появились общеобразовательные и гимназические классы. Они базируются в одном здании, преподают там одни и те же педагоги. "Разница в программах — не проблема для преподавателей, ведь мы даем знания в рамках госпрограммы",— подчеркивает госпожа Шаевская. По ее словам, и у детей не возникает конфликтов — администрация разработала совместный план воспитательной работы, организовывала совместные концерты, походы, экскурсии. "Изначально родители, может, и были против, потому что не понимали, зачем это нужно,— признается замдиректора.— Но теперь все сгладилось".

В итоге чиновники решили распространить эту практику по всей столице — причем к школам начали присоединять и детские сады, чтобы создать "дошкольное отделение". По данным столичного департамента образования, 302 школы были объединены в 167 общеобразовательных учреждений только за 2012 год. Из разговоров с родителями и педагогами становится понятно — далеко не все из них пришли к такому решению добровольно.

"Наш центр образования 1454 специализируется на лингвистике, на очень высоком уровне преподается иностранный язык. Его решили объединить с обычной школой №216,— рассказала "Ъ" член родительского комитета Инна.— Уровень преподавания там кардинально отличается от нашего: их "пятерка" для нас максимум "тройка". Там и дети, и преподаватели не хотят напрягаться". По словам Инны, районные чиновники не смогли объяснить, как изменится школьная программа после объединения.

Кроме того, школы находятся в получасе ходьбы друг от друга. "Администрация объявила нам о слиянии нейтрально, ведь они люди подневольные. Но было понятно, что они этого не хотят,— рассказала Инна.— Родительский комитет отказался объединяться, и на этот год нас оставили в покое. Но за время борьбы от нас ушло много учителей и детей, в итоге школа стала получать меньше денег".

Минобрнауки еще при Андрее Фурсенко запустило процесс активного привлечения родителей к школьной жизни. По западному образцу в школах заработали управляющие советы, где у родителей появилась возможность влиять на администрацию школы — вплоть до премирования или увольнения педагогов. Важность мнения родителей зафиксирована и в новых образовательных стандартах, и в подготовленном министерством законе "Об образовании". Конечно, неизвестно, чего в этом больше: реальной попытки пробудить у граждан чувство ответственности за образование их детей или желания чиновников переложить часть проблем на чужие плечи. Факт остается фактом: Минобрнауки передало часть власти родителям, а те неожиданно стали сопротивляться ведомственным же реформам.

Заложниками противостояния чиновников и родителей стали директора школ. На образовательных форумах с возмущением комментируют видеозапись выступления начальника Северо-Западного окружного управления образования Алексея Анисина перед директорами. "Если директор не понимает, что происходит в школе, не находит общего языка с родителями и педагогами, зачем нам такой директор? — отчитывает присутствующих чиновник.— А когда директор вступает в открытый конфликт со своим работодателем... Если вы не согласны с госполитикой в области образования, вы должны сделать для себя необходимые выводы и принять соответствующее решение. Руководитель, который решил действовать таким образом, вычеркивает себя из всех списков".

Пока что массовое объединение остается скорее столичной особенностью: в Москве больше всего школ и самый большой разрыв в качестве учебных заведений. Однако переход страны на новые стандарты образования и изменения в схеме финансирования рано или поздно распространят эту тенденцию и на другие города. Скорее всего, следующим на очереди будет Санкт-Петербург, за ним последуют остальные города-миллионники. К этому моменту образовательным чиновникам стоит выработать систему укрупнения школ, в которой каждый случай будет рассматриваться отдельно. В конце концов, автоматическое соединение единственной в райцентре гимназии с несколькими "сложными" школами может обернуться катастрофическими последствиями для всего района.

Строительство "вертикали власти" активизировалось и в высшей школе. Одно из первых подобных решений, объединение Московского горного университета с НИТУ МИСиС (его ректором ранее был министр образования Дмитрий Ливанов), вызвало лишь острожную критику. Но уже следующая история о слиянии Тамбовского государственного техуниверситета с Тамбовским госуниверситетом привела к серьезному скандалу. Студенты и преподаватели заявили, что решение принималось без учета их мнения и даже устроили митинги в Тамбове и Москве. В итоге Дмитрий Ливанов отменил приказ о слиянии. Сейчас подобная история происходит уже с ГУУ и РАНХиГС. "Общая идея объединения у меня не вызвала сомнений. Но данное решение принималось келейно,— говорит проректор ГУУ Николай Лябах.— При этом четкие критерии не сформулированы, стратегии развития объединенного конгломерата нет, функции не распределены".

В конце октября Минобрнауки провело мониторинг вузов — по его результатам 136 учебных заведений были признаны "неэффективными". В ведомстве подчеркивают, что закрывать вузы будут в крайнем случае — большинство проблемных институтов планируется объединить с флагманскими. Если этот процесс не будет действительно индивидуальным, вузы столкнутся с той же проблемой, что и школы: эффективность реформы будет сведена на нет неумелым исполнением.