СОЦИАЛЬНАЯ ИНЖЕНЕРИЯ В 21 ВЕКЕ: ПРОЕКТ СОЦИАЛЬНОГО КРЕДИТОВАНИЯ ГРАЖДАН В КНР

Социальная инженерия в 21 веке: проект социального кредитования граждан в КНР

Прошкин Александр Сергеевич,

аспирант, кафедра современных проблем философии, Российский государственный гуманитарный университет E-mail: proshkin.as@mail.ru

В статье исследуется проект социального кредитования граждан в Китае, практическая реализация которого приходится на вторую декаду текущего столетия. Рассматриваются конкретные примеры его внедрения в социальную жизнь современного китайского общества, осуществляемые как различными частными компаниями, так и непосредственно правительством КНР. Проанализировав релевантный эмпирический материал через актуализированную призму идей К. Поппера, автор определяет отличительные особенности данного проекта, характеризующегося активным применением современных компьютерных и сетевых технологий, широко распространённых в постиндустриальном обществе. Это позволяет квалифицировать систему социального кредита как уникальную форму социальной инженерии, цифровые механизмы которой открывают новые возможности для успешного конструирования желаемых общественных институтов в 21 веке.

Ключевые слова: Китай, система социального кредита, социальная инженерия, К. Поппер, big data.

Наступление информационной эры, для которой характерно интенсивное развитие сетевых и компьютерных технологий, характеризуется количественной, а также качественной трансформацией большинства сфер жизни современных обществ. Стремительно изменяется и их социальная реальность: формируются новые социальные институты, в то время как традиционные коллективные практики обретают виртуальный облик. Очевидно, что данная трансформация происходит как стихийным образом, так и в результате тщательно спланированных мероприятий, нацеленных на желаемое преобразование социума, которые можно квалифицировать в качестве актуального вида «социальной инженерии». Современный Китай, являющийся одним из наиболее технологически развитых государств на данный момент, столкнулся с чередой социальных проблем (частично «унаследованных» из 20 века), решить которые, по мысли правительства КНР, возможно путем осуществления серии поэтапных реформ. Одной из таких реформ является многоуровневый проект внедрения системы социального кредита для частных компаний и граждан Китая. Чтобы проанализировать систему социального кредитования в контексте «социальной инженерии» представляется уместным сначала кратко рассмотреть ее основные особенности, которые были определены и подробно изучены Карлом Поппером.

«Социальная инженерия» как запланированное конструирование социальной реальности

К. Поппер на страницах своих работ (главным образом, «Открытое общество и его враги» [1], [2], а также «Нищета

189

историцизма» [3]) выступил с концептуальной критикой теорий, претендующих на экспликацию всеобщих исторических «тенденций» и «законов», опираясь на которые возможно предсказывать будущий ход исторического процесса. Поппер квалифицировал подходы такого рода в качестве «историцистких», наиболее яркими примерами среди которых являются марксистская и фашистская философии истории [1]. Отвергнув революционные методы изменения общества, неизбежно вытекающие из «историцистких» интерпретаций, Поппер предложил альтернативные способы трансформации социальной реальности, которые должны осуществляться профессиональными «социальными инженерами» на основе тщательно продуманной «социальной технологии». Такие практические способы, нацеленные на точечное изменение существующих и постепенное создание новых социальных институтов, были названы К. Поппером «поэлементной социальной инженерией» [3]. Главные особенности данного вида «социальной инженерии» (в отличие от ее «утопической» разновидности):

- реализация путем поэтапных реформ;

- экспериментальный характер;

- антихолистическая и антирадикальная ориентация;

- направленность на устранение конкретных общественных проблем;

- опора на научную базу социальных наук;

- многоуровневость [4, с. 109].

В свою очередь, методы «утопической социальной инженерии» направлены на качественное изменение общества в целом, что обуславливается «историцисткой» теоретической базой, которая лежит в основе утопических преобразований [3]. Несомненным представляется и то, что Поппер связывает реальные перспективы «поэтапной социальной инженерии» с функционированием демократических или «открытых» режимов, политическая и социальная конституция которых создают возможности для постепенной трансформации общественных институтов.

Однако, как замечает австрийский философ, «поэлементная социальная инженерия» может также иметь и иную политическую направленность:

« Таким образом, наклонности социальной инженерии могут быть весьма разнообразными - и тоталитарными, и либеральными...» [3, с. 47].

Создавая концепцт «социальной инженерии», К. Поппер, исходил преимущественно из социальных реалий, которые были характерны для обществ, находящихся на индустриальном этапе развития. В связи с чем адекватным представляется следующий вопрос: как изменилась «поэлементная социальная инженерия» в информационную эру? Как на неё повлияли сетевые и цифровые технологии? Постараемся ответить на эти вопросы, кратко проанализировав реальные примеры внедрения системы социального кредита в современном Китае, осуществленные частными компаниями, а также правительством КНР.

Реализация проектов социального кредитования в Китае

Быстрое развитие экономики Китая на рубеже веков сопровождалось многочисленными преступлениями разной степени тяжести в хозяйственной жизни (например, известный скандал с производством токсичного молока для детей), что позволило некоторым зарубежным изданиям присвоить Поднебесной «титул» контрафактной столицы мира [5, с. 221]. Широкое распространение этих негативных феноменов свидетельствует, по мнению высших партийных органов КНР, о кризисе в социальной сфере современного Китая, обусловленного эрозией традиционных китайский ценностей. Согласно официальным заявлениями китайского правительства, упадок доверия и честности, как среди отдельных граждан, так и между частными компаниями не только портит международную репутацию Китая, но и препятствует построению гармоничного и справедливого общества - главной цели политики партии. Проект внедрения системы социального кредита, о котором впервые пу-

190

блично зашла речь на государственном уровне в июле 2014 года (в ходе 4го пленума Коммунистической партии Китая) имеет, таким образом, своей главной задачей воспитание классических добродетелей среди разных групп населения, что непосредственным образом должно отразиться на их поведении в реальной жизни [6, с. 2].

Важно отметить, что, несмотря на амбициозные планы правительства КНР, один из которых состоит в намерении сделать систему социального кредитования обязательной для всех граждан к концу 2020 года, на текущий момент отсутствует ее единая модель, эффективно функционирующая на всей территории Китая [7]. Для реализации проекта социально кредитования были привлечены несколько крупнейших китайских компаний из цифрового сектора (например, Tencent и Baidu), которым государство позволило экспериментировать с собственными пилотными проектами [5, с. 223]. В результате чего были созданы несколько систем, наиболее известной среди которых является Zhima Credit или Sesame Credit, разработанная таким мировым гигантом Интернет-коммерции как Alibaba. В Sesame Credit активно применяются технологии, задействованные в программах банковского скоринга (в частности, FICO или SCHUFA), которые ориентированы на максимально адекватную оценку кредитоспособности потенциальных клиентов. Впрочем, упомянутая система идет намного дальше создания персонального кредитного рейтинга, влияющего на факт одобрения или размер выдаваемых ссуд финансовыми организациями: через цифровые механизмы, интегрированные в Sesame Credit, предполагается оказывать влияние на реальное поведение пользователей, участвующих в данной системе. Итоговые баллы участников зависят не только от их кредитной истории, уровня образования или степени дохода, но и от таких приватных факторов, как, например, характера потребительской активности. Если оцениваемый человек приобретает товары

или услуги, которые находятся в списке нежелательных согласно классификации Sesame Credit, то часть баллов вычитается, что приводит к снижению его персонального рейтинга [8]. Количество баллов непосредственным образом коррелирует со статусом в упомянутой системе: клиенты с высоким рейтингом поощряются скидочными купонами, льготными ставками по кредиту или бонусными программами. Клиенты, имеющие низкий рейтинг, напротив, подвергаются различным санкциям: начиная от повышенных процентов по определенным финансовым продуктам до запрета использования всех релевантных сервисов и программ, то есть безальтернативного занесения в «черный список» [5, с. 223].

Несколько пилотных проектов было реализовано и на административном уровне: в частности, речь идет о провинции Шаньдунь, а также Шанхае, в котором жители могут добровольно поучаствовать в локальной системе социального кредита, используя для этого мобильное приложение Honest Shanghai. Основной принцип работы этих систем качественно не отличается от упомянутой выше программы социального кредитования, созданной Alibaba: гражданину присваивается персональный рейтинг, изменения в котором напрямую зависят от его поведения в реальном мире. Можно отметить лишь больший масштаб, а также разнообразие бонусов и санкций, подкреплённых силой государственного принуждения, которые характерны для проектов, осуществляемых государственными органами. Так, например, часть населения, проживающего в провинции Шаньдунь, первоначально получает 1000 баллов. Если житель набирает более 1050 баллов, то он попадает в «красный список» и рассматривается в качестве «идеального гражданина», который может рассчитывать на различные поощрения от государства. Людям, имеющим средний рейтинг (ниже 800 баллов) необходимо скорректировать свое поведение, чтобы избежать наложения санкций [6, с. 19]. В свою очередь, те жители, ко-

191

торые имеют рейтинг ниже 400 баллов (опустившийся с первоначальной 1000 вследствие совершения нежелательных поступков: неуплаты налогов или платежей по кредитам, правонарушений различной степени тяжести и т.п.) подвергаются различным наказаниям со стороны государства: от ограничения передвижения по стране с помощью некоторых видов транспорта (высокоскоростные поезда) до запрета на обучение в определенных учебных заведениях, распространяющегося как на самого нарушителя, так и на его детей [6, с. 16].

Таким образом, с помощью механизмов рассмотренных систем социального кредитования возможно регулировать поведение людей в конкретных общественных сферах, влияя на них с помощью дисциплинарных методов, «отталкивающих» их от совершения одних поступков и «подталкивающих» к другим.

Система социально кредитования как новейшая социальная инженерия цифрового типа

Тезисно изложенная выше концепция «социальной инженерии», созданная К. Поппером, а также краткий разбор серии актуальных попыток внедрения пилотных проектов социального кредитования в Китае, позволяют квалифицировать систему социального кредита в качестве одного из новейших видов «поэлементной социальной инженерии», формирование которой приходится на период становления информационной цивилизации, охарактеризованного З. Бауманом как эпоху «текучей современности» [9].

Ключевые особенности данного вида «поэлементной социальной инженерии» обусловлены использованием в ее структурной механике новейших компьютерных, сетевых, а также информационных технологий (в частности, Big data), которые создают уникальные возможности эффективного социального конструирования реальности на разных уровнях. Если схематично разбирать главные моменты в рабо-

те систем социального кредитования, то нельзя не отметить важность персональных данных, выступающих в роли основного ресурса для алгоритмических моделей, калькулирующих индивидуальный рейтинг пользователей или компаний:

сбор релевантных данных - их обработка с помощью алгоритмов - получение обновленного рейтинга - применение поощрений/санкций.

Примечательным представляется и способы сбора личных сведений: эти процессы отличаются децетрализован-ностью, ризомностью, а также сетевой гибкостью - именно теми характеристиками, на которые указывал Ж. Де-лёз, рассуждая о зарождении общества контроля [10]. При этом большинство процессов по сбору персональных данных (как и алгоритмов, рассчитывающих персональный рейтинг) остаются относительно скрытыми от непосредственных участников систем социального кредитования: одних только камер наружного наблюдения, которые оснащены технологией распознавания лиц, в 2017 году в Китае насчитывалось 176 миллионов [5, с. 224], что вместе с успешным функционированием проекта «Золотой щит» (система фильтрации Интернет-содержимого) создают технологический фундамент для учреждения единой системы социального кредита на всей территории Китая. Этому способствует и контроль нескольких крупных компаний (тесно сотрудничающих с государством), а также государственных структур практически над всеми сетевыми потоками, в которых обращаются различные экономические, социальные и культурные капиталы. При этом любопытно отметить, что если указанные тенденции вызвали массу критических откликов со стороны западных экспертов и исследователей, интерпретирующих единую систему социального кредита в качестве предвестника формирования цифрового тоталитаризма, то, как отмечает Е. Костка, подавляющее большинство населения Китая поддерживает планы по внедрению данной системы [11, с. 1556]. Ещё одной важ-

192

ной характеристикой социального кредитования как цифровой формы «поэлементной социальной инженерии» является ее интерактивный характер: подразумевается активное участие пользователей в проекте через добровольный процесс предоставления дополнительных персональных данных о себе с целью получения экстра-баллов или бонусов иного рода. Также обращает на себя внимание игровое оформление этой системы: мобильные приложения, баллы, рейтинги, уровни - всё это свидетельствует о геймификации процессов «социальной инженерии», что способствует росту лояльности среди ее участников (особенно молодого поколения).

Итак, следующие характеристики являются типичными для системы социального кредитования как новейшей формы «поэлементной социальной инженерии»:

- цифровизация и виртуализация ее базовых механизмов;

- ключевая роль персональных данных;

- интерактивность;

- геймификация процессов социального инжиниринга;

- применение дисциплинарных методов.

Таким образом, система социального кредитования представляет собой новейшую форму «поэлементной социальной инженерии», которая характеризуется активным применением компьютерных, сетевых и информационных технологий, позволяющих достаточно эффективно влиять как на поведение отдельных граждан, так и успешно конструировать социальную реальность. Однако какой будет эта реальность зависит только от нас - людей, живущих в 21 веке.

Литература

1. Поппер К. Открытое общество и его враги / Пер. с англ. В.Н. Садовского. - М.: Феникс, Международный фонд «Культурная инициатива», 1992. - Т. 1. - 448 с.

2. Поппер К. Открытое общество и его враги / Пер. с англ. В.Н. Садовско-

го. - М.: Феникс, Международный фонд «Культурная инициатива», 1992. - Т. 2. - 528 с.

3. Поппер К. Нищета историциз-ма // Вопросы философии, 1992. № 10. -с. 29-58.

4. Фадеева В.Н. Феномен социальной инженерии в концепции К. Поппе-ра // Известия Томского политехнического университета. Инжиниринг георесурсов, 2008. Т. 312, № 6. -с. 107-110.

5. Wong K.L., Dobson A.S. We're just data: Exploring China's social credit system in relation to digital platform ratings cultures in Westernised democracies // Global Media and China, 2019. Vol. 4. Issue 2. - pp. 220-232.

6. Creemers R. China's Social Credit System: An Evolving Practice of Control / Leiden University - Van Vollenhoven Institute, 2018. - 32 p.

7. Hvistendahl M. Inside China's Vast New Experiment in Social Ranking [Электронный ресурс]. URL: https:// www.wired.com/story/age-of-social-credit (дата обращения: 13.12.2020).

8. Botsman R. Who can you trust? How technology brought us together and why it might drive us apart - N.Y.: Hachette Book Group, 2017. - 336 p.

9. Бауман З. Текучая Современность - СПб.: Питер, 2008. - 240 с.

10. Делёз Ж. Post scriptum к обществам контроля // Переговоры. - СПб.: Наука, 2004. - с. 226-233.

11. Kostka G. China's social credit systems and public opinion: Explaining high levels of approval // New Media & Society, 2019. Vol. 21. Issue 7. - pp. 1565-1593.

12. Кастельс М. Информационная эпоха: экономика, общество и культура / Пер. с англ. под науч. ред. О.И. Шкаратана. М.: ГУ ВШЭ, 2000. - 608 с.

13. Zuboff S. Big Other: Surveillance Capitalism and the Prospects of an Information Civilization // Journal of Information Technology, 2015. Vol. 30. - pp. 75-89.

193

14. Hoffman S. Programming China: the Communist Party's autonomic approach to managing state security / PhD thesis, University of Nottingham, 2017. - 167 p.

SOCIAL ENGINEERING IN THE 21ST CENTURY: THE SOCIAL CREDIT SYSTEM IN PEOPLE'S REPUBLIC OF CHINA

Proshkin A.S.

Russian State University for the Humanities

In the article is investigated the system of social crediting of citizens in China, the practical implementation of which is happening during the second decade of the current century. The author also considers the specific examples of its implementation in the social life of modern Chinese society realize by different private companies and the Chinese government. Having analyzed the relevant empirical material through the updated methodological prism of K.R. Popper the author defines the distinctive features of this project, which is characterized by the active use of modern computer and network technologies widespread in the post-industrial society. This allows to qualify the social credit system as a unique form of social engineering, the digital mechanisms of which open up new opportunities for the successful construction of the desired social institutions in the 21st century.

Keywords: China, social credit system, social engineering, K.R. Popper, big data.

References

1. Popper K. Open Society and Its Enemies / Per. from English V.N. Sadovsky. - M.: Phoenix, International Fund "Cultural Initiative", 1992. - Vol. 1. - 448 p.

2. Popper K. Open Society and Its Enemies / Per. from English V.N. Sadovsky. - M.: Phoenix, International Fund "Cultural Initiative", 1992. - Vol. 2. - 528 p.

3. Popper K. Poverty of Historicism // Questions of Philosophy, 1992. № 10. - p. 2958.

4. Fadeeva V.N. The phenomenon of social engineering in the concept of K. Popper // Bulletin of the Tomsk Polytechnic University. Engineering of georesources, 2008. T. 312, No. 6. - p. 107-110.

5. Wong K.L., Dobson A.S. We're just data: Exploring China's social credit system in relation to digital platform ratings cultures in Westernized democracies // Global Media and China, 2019. Vol. 4. Issue 2. - pp. 220232.

6. Creemers R. China's Social Credit System: An Evolving Practice of Control / Leiden University - Van Vollenhoven Institute, 2018. -32 p.

7. Hvistendahl M. Inside China's Vast New Experiment in Social Ranking [Electronic resource]. URL: https://www.wired.com/ story/age-of-social-credit (date accessed: 12/13/2020).

8. Botsman R. Who can you trust? How technology brought us together and why it might drive us apart - N.Y.: Hachette Book Group, 2017. - 336 p.

9. Bauman Z. Fluid Modernity - SPb.: Peter, 2008. - 240 p.

10. Deleuze J. Post scriptum to control societies // Negotiations. - SPb.: Nauka, 2004. -p. 226-233.

11. Kostka G. China's social credit systems and public opinion: Explaining high levels of approval // New Media & Society, 2019. Vol. 21. Issue 7. - pp. 1565-1593.

12. Castells M. Information age: economy, society and culture / Per. from English under scientific. ed. O.I. Shkaratan. M.: GU HSE, 2000. - 608 p.

13. Zuboff S. Big Other: Surveillance Capitalism and the Prospects of an Information Civilization // Journal of Information Technology, 2015. Vol. 30. - pp. 75-89.

14. Hoffman S. Programming China: the Communist Party's autonomic approach to managing state security / PhD thesis, University of Nottingham, 2017. - 167 p.

194