Роль музыки в семейно-обрядовом фольклоре пермских татар

УДК 398.8 [471.53) [943.21)

Э.М.Галимова

РОЛЬ МУЗЫКИ В СЕМЕЙНО-ОБРЯДОВОМ ФОЛЬКЛОРЕ ПЕРМСКИХ ТАТАР.

Данная статья посвящена характеристике обрядового комплекса семейного функционирования как одной из составляющих традиционной музыкальной культуры пермских татар. В последовательном описании выявляется особенность проведения следующих обрядов: строительство дома, гостевой ритуал, свадебный обряд, проводы солдата, похоронно-поминальная обрядность, при определении которого большое внимание уделяется роли музыкального сопровождения.

Ключевые слова. семейно-обрядовый фольклор, пермские татары, традиционная музыкальная культура.

Elmira Munirovna Galimova THE ROLE OF MUSIC IN THE FAMILY RITUAL FOLKLORE OF PERM TATARS.

This article is devoted to the ritual complex of family functioning as a component of the traditional musical culture of Perm Tatars. In sequential description reveals the following feature of rites: building a house, guest ritual, wedding ritual, seeing a soldier, funeral and memorial rites, in determining which places more emphasis on the role of music.

Keywords. Family and ritual folklore, Perm Tatars, traditional musical culture.

Корпус обрядов семейного функционирования пермских татар является примером интересного сочетания языческих и мусульманских традиций, что характерно отражается в культуре их бытования. Отдельные этапы проведения семейно-бытовых ритуальных действий, позволяют провести нам неко-торые аналогии с культурой финно-угорских народов. В частности, в обрядах, связанных со строительством дома, встречи и проводы гостей, рождением ребёнка, проводами рекрута. Мусульманский компонент в обрядовой системе пермских татар отражается преимущественно в сохранении традиций проведения свадебного и похоронно-поминального комплекса. Основой для изучения послужили экспедиционные записи автора статьи, сделанные в период с 20102013 гг., которые подтверждают факт введения в научный обиход нового музыкально - этнографического материала.

Пермские татары большое значение придавали и продолжают придавать обрядам, связанным со строительством дома. Главным элементом данного ритуала является определение места, для закла-дывания фундамента зависимое от излюбленного места сидения домашней птицы после дождя. Спе-циальные действа проводились при подъёме матицы: её смазывали маслом, под оба конца балки в землю укладывали серебряные монеты и приговаривали: «акча бакыра - тавыш чыгара» (деньги громко дают о себе знать). В последний день завершения строительства дома выносили чарку пива и меда, которые хозяин должен был выпить до дна, с целью предвещания в будущем достатка и богатства.1 Дом считался пригодным для житья, только после выпекания в новой печи первого каравая, и хозяину нельзя было ос-тавлять его на ночь, чтобы в нем не поселился «шайтан». Для переезда в новый дом [яка йортка керэ), самым благоприятным днем считался понедельник. В этот день обязательным было присутствие муллы, который читал суры Корана, исполнял азан в четырех углах нового построения. Впоследствии, проводили так называемый аш [обед): готовили суп с лапшой, мясные и мучные блюда. Все участники данного ритуала обязательно одаривали муллу [деньги, полотенце, мыло). Через несколько дней проводили ей туе [новоселье), во время которого исполняли авыл кве, такмак, бию кве, чаще всего в сопровождении вятской гармони, или тальянки.

В последовательности обрядов семейного функционирования пермских татар можно отнести гостевой ритуал (наиболее характерный народам Поволжья кроме казанских татар), испокон веков связанный с почитанием родственников, близких друзей. Особенностью в проведении данного ритуала у пермских татар являлось наличие мастеров - импровизаторов «знатоков гостевых напевов» [жыырлар белуче), которого приводили с собой гости. Во время обряда исполнялись песенные диалоги между гостями и хозяевами. Их тексты содержали определенную логику и не должны были повторяться. В содержании песен идеализировались родственные отношения, высказывались хвалебные эпитеты в адрес хозяев и гостей. Гостевой ритуал развивался аналогично кряшенам.2 В экспедиции, нам удалось зафиксировать несколько вариантов гостевых напевов, исполняемых на распространенный напев старинной песни пермских татар «Кара перчэткэ» [Черная перчатка). В настоящее время в связи с активным развитием средств массовой информации старинные напевы гостевого ритуала постепенно редуцируются и всё чаще исполняются на популярные напевы жанров салмак квй, такмак, авыл кве казанских татар. Особенно часто тексты песенных диалогов исполняются на популярный напев казанских татар «Сандугач-KYГэрчен».

Свадебный обряд пермских татар интересовал многих исследователей в области этнографии, диалектологии (Уразманова, 1983,1990, 2001; Рамазанова, 1997), местных историков-краеведов (Г.Н.Чагин, А.В.Черных, 2002). Материалы наших экспедиций раскрывают не только произошедшие за эти годы из-менения этнографического характера, но и впервые обогащены аудиозваписями музыкального сопро-вождения. В описании свадебного обряда мы исходили из последовательного изложения наших этно-форов.3 По их сведению, обряд растягивался на продолжительный срок и состоял из нескольких этапов: никах, зур туй [проводился в доме невесты), кода туй, который проводился в доме жениха. Распространенной формой считался брак по сватовству -

'Сведения об этапах проведения обряда предоставила Минсадырова Г. Ш., 1938 г.р. (д. Усть-Тюрка Кунгурского района Пермского края).

2Это: 1) встреча гостей; 2) песенные диалоги приветствия между хозяевами и гостями; 3) благодарения гостями хозяев за застолье, и наоборот - хозяевами за привезённые гостинцы; 4) песенные диалоги во время расставания. Сведения этнофора Минсадыровой Г. Ш.

3 Тубиловой Т.Г., 1939 г.р.; Галиевой С.Ш., 1950 г.р.; Ахатовой Э.Р., 1977 г.р.; Минсадыровой ГШ., 1938 г.р) деревень Краснояр, Сюзянь (Бардымский район), Карьёво (Ординский район), Усть-Турка (Кунгурский район).

кицэшеп итY, ярэшеп йврY. В этом случае, молодой чело-век засылал сватов в дом невесты. Число сватов должно было быть четным и состоять только из бли-жайших родственников. О цели визита, они говорили так: "Без килдек сезгэ сэбэп белэн сез тормагыз сэнэк белэн" (Мы пришли к Вам с заданием, вы не встречайте нас с вилами). В течение недели родственики и родители жениха приходили с различными подарками в дом невесты (кызны жуату). Затем родителей невесты приглашали в гости к жениху (ей кYрсэтY йоласы). В этот же день, определяли дату проведения религиозного обряда, который аналогично чепецким татарам и кряшенам назывался кэбен, который в послевоенный период был заменен мусульманским термином никах. Родители молодых определяли размеры выкупа невесты - мэхер, и обговаривали приданое невесты - бирнэ. Мэхер включал в себя множество предметов (ювелирные украшения, комплект зимней и летней одежды, постельное белье, мед, определенная сумма денег). Зур туй включал в себя несколько интересных особенностей. Жених со своими друзьми запрягал лошадей, украшал их бубенчиками, разноцветными ленточками и ехал к невесте.4 В следующем кортеже ехали родители, затем близкие родственники и друзья. Отца жениха называли ува-жительно теп кода (главный сват), а близких родственников жениха, которую представляла молодая па-ра, называли аргыш кода (второстепенный сват). В настоящее время, в свадебном обряде пермских татар сохранилось только название теп кода. В день проведения обряда зур туй, жених оставался ночевать с невестой. Для них, сестра невесты, или жена её брата (кыз жинги) готовила постель, на которую укладывали столько перин, сколько ночей проведет жених у невесты. Этот обряд назывался тYШэккэ сикертY, чемылдыкка сикереп керY. После каждой ночи под сопровождение обрядовой песни «Чемылдык ^ыры» одна из перин убиралась. Безусловно, этот напев является особенностью свадебного комплекса пермских татар. На сегодняшний день мы можем отметить редуцирование этой обрядовой песни. В ходе наших полевых исследований, нам удалось записать всего лишь один вариант Чемылдык жыры «Ишеккэй алдын, ай кем карый икэн...». Наиболее старинные образцы аудиозаписей Чемылдык жыры («Монлы кейлэр белэн езеп...», «Мыл буйларындаек, KYП йердем...»)5 хранятся в Центре письменного наследия ИЯЛИ им. Г. Ибрагимова.

Существовал обряд чаршауга кертY (пропуск за занавес к невесте). Вход в комнату невесты, перед которой вешали занавеску (чаршау), охраняли две родственницы. Жених со своими друзьми кияу егет-лэре, чтобы встретиться со своей невестой, должен был сделать выкуп. После этого друзья жениха раскачивали его и бросали на занавеску чаршау.6 Подробная характеристика этапов проведения данного обряда очень часто описывается в тексте вышеупомянутых обрядовых песен Чемылдык жыры.

Свадебный пир начинался после выхода молодых из-за занавеса. Во время застолья исполнялись песенные диалоги между родителями жениха и невесты. Этнофоры эти песни в жанре салмак кее и авыл кее, называют по-разному: «Кодагыйлар ^ыры», или «Кода-кодагыйлар ^ыры». В д. Бажуки (Яланоч) Ор-динского района Пермского края нам удалось зафиксировать свадебный такмак «Ай, икегез, икегез..»,7 явно не типовой для мусульман, который имеет по-видимому финно-угорские корни, подтверждаемые историей возникновения деревни.8 Свадебный такмак, этнофоры называют кратко - «Ка-кук».

После завершения зур туй следует ритуал кияY мунчасы. После брачной ночи, родители невесты провожают молодых супругов в баню и дают им одно большое полотенце на двоих. В это время, мать невесты пекла блины для зятя (кияY коймаклары). Завершение свадебного застолья в доме невесты символизировалось приготовлением каши для родителей жениха, которую называли: ступай ботка, озату боткасы. Однако, теп кода должен был прятать миску с кашей. После того, как родители невесты находили её, родители жениха, отведав кашу, покидали дом.9

Третий этап свадебного обряда кода туй проводился через одну-две недели в доме жениха. Приезд молодых супругов в дом жениха назывался (аналогично казанским татарам) килен тешерY и сопровождался различными ритуалами. Данный обряд не потерял свой удельный вес и в настоящее время. Необходимо отметить, что в современной трактовке три этапа многодневного свадебного обряда пермские татары проводят всего за два дня. Заметные изменения коснулись и песенного сопровождения свадебного обряда. Многие песни, звучавшие в определенный момент свадебной драматургии, практически исчезли. В настоящее время песни звучат только во время застолья, как правило, исполняются песни в форме диалога между родителями жениха и невесты на напев «Барда кее», <Авыл кее» и любого такмака, и свадебный репертуар ограничивается наиболее популярными образцами песенного фольк-лора казанских татар.

Также отметим, что в старину у пермских татар имел место обряд кыз урлау (похищение девушки). Он проводился в случае несогласия родителей. С этой целью парень приводил девушку в дом близких родственников. Самым благоприятным днём для этого действа был четверг. На следующий день один из родственников жениха с палкой в руках отправлялся к родителям девушки с известием о похищении их дочери. Боясь общественной огласки, родители обеих сторон соглашаются на проведение свадьбы. У казанских татар данный обряд назывался ябышып чыгу (вынужденное замужество), по которому свадьба не проводилась, а только выплачивался небольшой выкуп

^Необходимо отметить, что в настоящее время свадебный кортеж, запряженный лошадьми, вновь актуализируется в Пермском крае, вытесняя автомобильные средства.

5Нотную транскрипцию выполнила автор работы.

6Сейчас, обряды чемылдыкка сикереп керY и чаршауга кертY потеряли свою актуальность и значимость.

7 В народе данный такмак бытует чаще с названием «Ка-кук»

8 Основателем был удмурт по имени Бажук. Но впоследствии сюда пришли татары, которые назвали деревню «Яланоч» (Голая вершина), ибо её вершину украшала поляна среди густого леса. В настоящее время в данной деревне, имеющей фактически два названия разного происхождения, живут татары, русские и башкиры. Однако в формах бытования музыкального фольклора и местного говора обнаруживаются финно-угорские особенности.

9 У мишарей аналогичным знаком служил обычай приготовления пельменей, который называли «прощай пелмэн».

родителям невесты, и в доме жениха читали никах.

Важнейшим событием в семейной жизни пермских татар считалось рождение ребенка, которое сопровождалось комплексом обрядовых действ. Особо магическое значение пермские татары придают купанию ребенка в бане (бэби мунчасы). Как правило, этот ритуал проводит бабушка ребенка (карт эни). Пермские татары считают, что именно в этом действе карт эни передаёт свой жизненный опыт ребенку. Она, аккуратно прижимая голову ребенка, проводит тонкой медной монетой по его бровям, вылепляя как бы овал лица. Обряд пеленания рожденного ребенка рубахой отца, заменен в настоящее время пелена-нием его в широкую юбку карт эни. В воду, в которой купают ребенка, добавляют немного соли и марганец для того, чтобы кожа ребенка приобрела ровный оттенок и прошли покраснения, пигментные пятна. После купания на руку младенца надевают оберег - нитку с серебряной монеткой. Многие действа пермских татар, связанные с защитой ребенка от сглаза, сходны с элементами, бытующими у татар других этнотерриториальных и конфессиональных групп (см. Р.Уразманова, Г.Трофимова).10 Сейчас, пермские татары соблюдают и другие ритуалы, которые считают особыми в обрядовом комплексе, связанные с появлением новорожденного: сорок дней после рождения, каждый день купают младенца в бане. До со-рока дней новорожденному постригают первые волосы и хранят их до совершеннолетия ребенка. Также во многих семьях проводят обряд жертвоприношения (корбан чалу) в честь рождения новой жизни. Торжественный обряд исем кушу (нарекание именем) стараются провести до семи дней от рождения ребенка. После истечения сорока дней на торжество по случаю рождения ребенка пригла-шаются родственники, которые приходят с подарками. Раньше это торжество называлось бэби боткасы (каша младенца), а в современной интерпретации носит название бэби туе, бала туе.

К обрядам семейного функционирования относятся и проводы солдата на военную службу (ре-корт, некорт, лекорт озату). Самыми распространенными в Пермском крае являются рекрутские песни. Обращение народа к этой теме было вызвано введением в России Петром I всеобщей воинской повинности (XVIII век) [2, с.178].11 Однако ещё до указа Петра I чуваши, татары, марийцы, мордва, удмурты привлекались к военной службе в русской армии и поставляли во время войн по одному воину с трех ясачных дворов. Для населения многих этнографических групп, рекрутчина воспринималась как трагедия и являлась фактически социальным бедствием, ибо в те времена служба длилась 25 лет. К сожалению, старинные рекрутские песни, которые исполнялись в рамках данного обряда, на сегодняшний день не сохранились. В ходе экспедиции нам удалось зафиксировать песни уже советского периода: «Фронт ^ыры», «Солдат ^ыры», «Армияга озату», «Сугыш елы такмаклары», с напевами жанров авыл кве и такмак, которые исполнялись во время застолья, или непосредственно в момент проводов солдата. Что касается некоторых обрядовых действий, которые имеют актуальность и сегодня, то они не сопровождаются какими-либо жанрами традиционного музыкального фольклора. Среди них, мы можем отметить и ряд ритуалов магического характера, которые пермские татары выполняют с целью обеспечения безопасности новобранца на службе и его возвращения.12 Такую функцию оберега имеет, например, обряд надкусывания рекрутом хлебного каравая перед отъездом на службу. Этот каравай мать хранит до его возвращения: «Еда у тебя здесь лежит, дожидается своего хозяина». Любопытно, что аналогичный обряд был зафиксирован у нагайбаков ещё в Х1Х веке [1, с.173]. Существовали и другие оберегающие ритуалы, например, перешагивания порога дома рекрутом только с правой ноги, определение результата службы по первому шагу лошади, махание при проводах платками в свою сторону, а не от себя, и. т.д. Однако, выполняя ритуалы, аналогичные право-славным татарам (кряшенам), пермские татары не забывали, что они мусульмане.

Так, у тулвинских татар существовал обычай перед отъездом рекрута читать суры Корана. Не меньший интерес представлял обряд разделения бумажного листочка с записью мусульманской молитвы на две части: одну отдавали рекруту, а вторую оставляли дома. Считалось, что это способствует возвра-щению солдата, так как текст молитвы в будущем непременно должен соединиться со своим смысловым продолжением [9, с.261]. Представляют интерес для изучения несколько примеров разных вариантов наигрышей на губной гармони или тальянке тулвинских татар «Шаян вдр», «Барда кее».13 Эти образцы очень близки южным удмуртам и содержат аналогичные ладовые особенности (узкий амбитус с обыгрыванием секунды и терции при повторяющемся ритмическим клише), отмеченные исследователем удмуртского фольклора [3, с.167]. Что касается жанрового аспекта, то чаще всего рекрутские песни бытуют с типовыми напевами авыл кве и урам кве. Текст зависел от творческой фантазии исполнителя, а интонационные особенности напева носили местный характер.

Особенно заметно влияние мусульманской религии проявилось на похоронно-поминальной об-рядности пермских татар. Некоторые элементы данного обряда, фактически повторяют традиции ка-занских татар. Похороны принято проводить чаще всего на следующий день после смерти человека, но обязательно до обеденного намаза (ейлэ) в его родном доме. Аналогично казанским татарам выполняется обряд мэет саклау твне (ночной караул покойника). Важным ритуальным действием считается испол-нение родственниками или друзьями усопшего поминального мунаджата, во время последнего ночного бдения в его доме. В ходе экспедиции нам удалось зафиксировать несколько таких мунаджатов: «Зекер эйтэек», «Элхэм укыек», «Э^эл ^иле» <^лем турында». Основные этапы погребения покойного проходят также аналогично религиозно-обрядовым действиям

10 Например, до сорока дней (у бакалинских кряшен - до крещения) кроме матери, отца и повитухи, никто не смел войти в комнату к новорожденному. Если дом был небольшой, то люлька (бишек) занавешивалась. Во время официального показа ребенка домочадцам, мать наносила ему сажей на лоб тамга (метка), а на люльку подвязышала какой-либо яркий предмет (ленточку, поясок и др.).

11 Однако ещё до указа Петра I чуваши, татары1, марийцы, мордва, удмурты привлекались к военной службе в русской армии и поставляли во время войн по одному воину с трех ясачных дворов.

12 Сведения об этапах проведения ритуалов зафиксированы от Акбашевой Г. Х., 1942 г.р. (д. Танып, Бардымского района).

13 Записано от этнофора Зимасова Маулизяна Мухаматзяновича, 1940 г.р. (д. Ишимово Бардымского района Пермского края).

казанских татар. Поминальная обрядность пермских татар включала в себя следующие ритуальные действия: т.е. посмертные поминки. В эти дни проводят поминальный обед (искэ алу ашы) с приглашением муллы и всех участников похорон, причем для мужчин и женщин отдельно. Во время проводов покойного в последний путь14, а также в день проведения поми-нального обеда, в Пермском крае существует определённая форма исполнения мунад-жатов «Салават эйтр>, в рамках которого, как правило, трёхстрочная форма книжного напева повторяется три раза. Сохранилась традиция поминовения предков, выполняемая каждую пятницу, когда принято было подавать милостыню мулле. Во время праздника жертвоприношения Корбан бэйрэм, пермские татары проводят корбан ашы (обед жертвоприношения) с чтением молитв за упокоение душ всех усопших.

В данной статье, система обрядов пермских татар представлена в сравнительном аспекте прошлого и настоящего времени. По материалам экспедиции мы можем отметить, что в Пермском крае обряды семейно-бытового характера (гостевой, свадебный, рождение ребенка, проводы рекрута, похоронно-по-минальный комплекс) не теряют своей актуальности по сей день, и музыка, как составляющая данного комплекса играет важную роль. Обособленные черты имеют напевы, которые сопровождают свадебный обрядовый комплекс пермских татар. Например: «Кодагыйлар щыры», «Чемылдык кве», свадебный так-мак «Ка-кук», «Кодалар щыры», в которых нами отмечена специфика заимствования музыкально-поэти-ческих особенностей двух жанров: салмак кве и авыл кве. Мелодический рисунок полностью характери-зуют черты жанров лирического склада, а варьирование, или вовсе видоизменение поэтического текста, подтверждает факт родства с жанром авыл кве.

На сегодняшний день, в Пермском крае жанр мунаджата является самым актуальным и тематичес-ки бифункциональным жанром, который исполняется как во время мусульманских религиозных праз-дников Корбан гаете, Мэулид, Гашура, Кэдер кичэсе, так и играет важную роль в сопровождении риту-альных действий похоронно-поминального комплекса. В ходе полевых исследований нами было зафик-сировано несколько видов разновидностей мунаджата, в которых по музыкально-стилевым особеннос-тям мы можем определить специфику исследуемой этнографической группы. В целом, отметим, что обра-зцы старинных напевов, религиозных и лирических жанров, которые сопровождают семейно-обрядовый фольклор пермских татар, несомненно являются важным элементами в выражении этнических особен-ностей исследуемого края.

Литература

1. Бектеева Е.А Нагайбаки: Крещеные татары Оренбургской губернии / Е.АБектеева // Живая старина. СПб., 1902. - Вып. 2.

2. Дмитриев В.Д. К вопросу об ясаке в Среднем Поволжье // Учен. зап. Чувашского НИИ. - Вып. XIV. Чебоксары, 1956.

3. Нуриева И.М. Некоторые особенности музыкального стиля обрядовых песен удмуртов Кукмор-ского района / / Фольклор и этнография удмуртов: обряды, обычаи, поверья. Ижевск.,1989.

4. Рамазанова Д.Б. Туйлар, туйлар. - Казан: ТГЖД,

1997.

5. Уразманова Р.К. Традиционные общественные праздники и свадебные обряды // Пермские татары. Казань, 1983.

6. Уразманова Р.К. Обряд серэн у народов Среднего Поволжья и Приуралья (конец Х1Х-начало XX в.) // Историческая этнография татарского народа. Казань, 1990.

7. Уразманова Р.К. Обряды и праздники татар Поволжья и Урала (годовой цикл XIX - нач. XX вв.): историко-этнографический атлас татарского народа / Р.К.Уразманова. - Казань: Изд-во ПИК "Дом печати", 2001.

8. Чагин Г.Н., Черных АВ. Народы Прикамья. Очерки этнокультурного развития в XIX-XX вв / Г.Н.Чагин., А.В.Черных. Пермь: типография купца Тарасова, 2002.

9. Черных А.В. Народы Пермского края. История и этнография. - Пермь: Пушка, 2007.

1. Bekteeva E.A. Nagajbaki: Kreshhenye tatary Orenburgskoj gubernii / E.A.Bekteeva // Zhivaja starina. SPb., 1902. - Vyp. 2.

2. Dmitriev V.D. K voprosu ob jasake v Srednem Povolzh'e // Uchen. zap. Chuvashskogo NII. - Vyp. XIV. Cheboksary, 1956.

3. Nurieva I.M. Nekotorye osobennosti muzykal'nogo stilja objadovyh pesen udmurtov Kukmor-skogo rajona // Fol'klor i jetnografija udmurtov: obrjady, obychai, pover'ja. Izhevsk.,1989.

4. Ramazanova D.B. Tujlar, tujlar. - Kazan: TG^., 1997.

5. Urazmanova R.K. Tradicionnye obshhestvennye prazdniki i svadebnye obrjady // Permskie tatary. Kazan', 1983.

6. Urazmanova R.K. Obrjad sersn u narodov Srednego Povolzh'ja i PriuraTja (konec XlX-nachalo XX v.) // Istoricheskaja jetnografija tatarskogo naroda. Kazan', 1990.

7. Urazmanova R.K. Obrjady i prazdniki tatar Povolzh'ja i Urala (godovoj cikl XIX - nach. XX vv.): istoriko-jetnograficheskij atlas tatarskogo naroda / R.K.Urazmanova. - Kazan': Izd-vo PIK "Dom pechati", 2001.

8. Chagin G.N., Chernyh A.V. Narody Prikam'ja. Ocherki jetnokul'turnogo razvitija v XIX-XX vv / G.N.Chagin., A.V.Chernyh. Perm': tipografija kupca Tarasova, 2002.

9. Chernyh A.V. Narody Permskogo kraja. Istorija i jetnografija. - Perm': Pushka, 2007.

14 В Бардымском районе нами зафиксирован ритуал, в ходе которого во время выноса покойника из дома, родственники выстраиваются в два ряда, образуя коридор, и исполняют хором мунаджат «Салават эйту».