Проблемные вопросы, связанные с применением ст. 127 УК РФ «Незаконное лишение свободы»

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 11. ПРАВО. 2015. № 6

Г. А. Гурбанова, аспирантка кафедры уголовного права и криминологии

юридического факультета МГУ*

ПРОБЛЕМНЫЕ ВОПРОСЫ, СВЯЗАННЫЕ

С ПРИМЕНЕНИЕМ СТ. 127 УК РФ

«НЕЗАКОННОЕ ЛИШЕНИЕ СВОБОДЫ»

Статья посвящена некоторым проблемам квалификации незаконного лишения свободы, возникающим в теории уголовного права и судебной практике.

Ключевые слова: уголовное право, уголовный закон, незаконное лишение свободы, квалификация преступлений незаконного лишения свободы.

The article is devoted to some problems of qualification of illegal deprivation of liberty arising in the theory of criminal law and judicial practice.

Keywords: criminal law, criminal legislation, illegal imprisonment of the person, classification of illegal imprisonment of the person.

Уголовная ответственность за незаконное лишение свободы предусмотрена в ст. 127 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК РФ). Данная уголовно-правовая норма имеет простую ссылочную диспозицию, в которой не раскрываются признаки преступления, а лишь указывается на отсутствие в нем признаков другого преступления — похищения человека (ч. 1). В связи с этим в науке уголовного права и в судебной практике возникают определенные проблемы, связанные с установлением и толкованием конкретных элементов и признаков состава незаконного лишения свободы. Рассмотрим те из них, которые наиболее часто возникают при применении рассматриваемой статьи на практике.

Большинством российских ученых признается, что незаконное лишение свободы по своей конструкции является преступлением с так называемым формальным составом1 и окончено с момента осознания потерпевшим, что он лишен свободы, либо с момента фактического лишения свободы независимо от длительности нахождения потерпевшего в неволе2. Нам это представляется неточным. Дело в том, что потерпевший в силу определенных обстоятельств (малолетство,

* ggurbanovaa@yandex.ru

1 Науменко С. В. Незаконное лишение свободы: уголовно-правовой и криминологический аспекты: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2011. С. 98; Зайдиева Д. Я. Уголовно-правовая охрана личной свободы человека: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2006. С. 68.

2 Сердюкова Е. В. Похищение человека и незаконное лишение свободы: истори-ко-правовой и уголовно-правовой анализ. Ставрополь, 2010. С. 138.

отставание в психическом развитии, сон и т.д.) может не осознавать, что лишен свободы. Поэтому правильно говорить, что преступление окончено с момента фактического лишения свободы потерпевшего и (или) осознания потерпевшим, что он лишен свободы, независимо от длительности нахождения в неволе.

Как и в других случаях квалификации преступлений с формальным составом, признающихся оконченными с момента совершения действия или акта бездействия независимо от наступления последствий, применительно к рассматриваемому преступлению на практике возникает вопрос: возможно ли покушение на это преступление?

Анализ неопубликованной судебной практики показывает, что покушение на незаконное лишение свободы возможно. Так, по одному из уголовных дел Старцев и Небожаев были признаны виновными в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 и п. «а», «в» ч. 2 ст. 127 УК РФ, ч. 1 ст. 119 УК РФ (покушение на незаконное лишение свободы с квалифицирующими признаками и угроза убийством).

Как следует из приговора, виновные, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в ходе конфликта с потерпевшим, произошедшего на почве личных неприязненных отношений, действуя совместно и согласованно, с целью причинения телесных повреждений А. повалили последнего на землю. После этого виновные нанесли потерпевшему не менее трех ударов, а затем, действуя со внезапно возникшим умыслом на незаконное лишение свободы и дальнейшее перемещение А. в лесной массив за пределы города, но без цели последующего удержания, т.е. не связанное с похищением, Старцев и Небожаев, угрожая А. убийством, открыто произвели его захват, схватив за верхнюю одежду, и путем нанесения ударов по голове и туловищу потерпевшего причинили своими совокупными действиями легкий вред здоровью А. Виновные намеревались поместить А. на заднее сидение автомобиля, которым управлял Старцев, однако не смогли довести преступление до конца по не зависящим от них обстоятельствам, так как потерпевшему при помощи подошедших к месту конфликта лиц удалось вырваться и скрыться от нападавших3.

Суд квалифицировал действия виновных лиц как неоконченное преступление — покушение, что представляется верным и опровергает широко распространенный в науке уголовного права тезис о невозможности покушения на преступления с формальным составом. По приведенному делу виновные с целью незаконного лишения свободы уже произвели захват потерпевшего и тем самым уже начали выполнять объективную сторону состава незаконного лишения сво-

3 Правовой портал Gcourts.ru: URL: http://www.gcourts.ru/case/7780268

боды, после чего, намереваясь довести свое преступление до конца, добровольно не отказались от совершения преступления, а решили поместить потерпевшего в автомобиль. Обстоятельства, по которым виновным не удалось довести начатое преступление до конца, не зависели от их воли, следовательно, имело место покушение на незаконное лишение свободы.

По другому делу у потерпевшего Б. образовался долг перед его знакомым С. в связи с тяжелым материальным положением. Последний через своего знакомого К. попросил Анохина оказать ему содействие в возврате долга. Анохин же сообщил Авдаляну о возникшем имущественном споре. В результате у Авдаляна и Анохина возник умысел на совершение самоуправства в отношении Б. с целью оказания помощи С. в возврате принадлежащих ему денежных средств. Для реализации преступного умысла Авдалян и Анохин попросили помочь им знакомых Озманова и лицо, уголовное преследование в отношении которого было прекращено, на что последние ответили согласием. Действуя группой лиц по предварительному сговору, указанные лица на автомашине приехали на территорию рынка и в ходе встречи с Б. потребовали от него в кратчайшие сроки передать С. денежные средства под угрозой физической расправы. Авдалян, действуя совместно и согласованно с Анохиным и Озмановым, с целью подавления воли Б. к сопротивлению их неправомерным требованиям нанес ему не менее шести ударов руками и ногами в область головы и других частей тела, причинив ему своими действиями физическую боль, высказал в его адрес угрозы физической расправы. Преступники высказали Б. требования сесть в автомашину, чтобы проехать вместе с ними для дальнейшего разбирательства. После отказа потерпевшего выполнить незаконные требования виновных лиц они решили заставить Б. подчиниться их требованиям. С этой целью Авдалян, Анохин и Озманов стали удерживать Б. своими руками за туловище и шею, попытались насильно усадить Б. в автомашину, т.е. незаконно лишить его свободы, однако прибывшие на место происшествия сотрудники УВД воспрепятствовали их действиям, в связи с чем умысел виновных, направленный незаконное лишение человека свободы, не был доведен до конца по не зависящим от них обстоя-тельствам4.

Суд поддержал предъявленное обвинение по ч. 2 ст. 330, ч. 3 ст. 30, п «а» ч. 2 ст. 127 УК РФ в отношении виновных.

В данном случае, несмотря на то что ограничение свободы потерпевшего уже состоялось (потерпевший был удерживаем за туловище и шею), незаконное лишение свободы еще не было осуществлено.

4 Правовой портал Gcourts.ru: ТО^ http://www.gcourts.ru/case/6446324

Данное дело также иллюстрирует покушение на незаконное лишение свободы.

От незаконного лишения свободы возможен добровольный отказ. Если, например, некий гражданин с целью незаконного лишения свободы другого человека запер дверь комнаты, где спит этот человек, или же вставил ключ от двери в замочную скважину, но затем, зная, что последний еще не проснулся, и передумав, тотчас же прекратил действия, направленные на лишение свободы спящего, то действия гражданина составляют добровольный отказ от совершения преступления, который не влечет уголовной ответственности. Это объясняется тем, что спящий не осознавал, что он лишен свободы передвижения, а гражданин добровольно, по «зависящим от него» обстоятельствам открыл дверь, в которой находился спящий. Покушение на незаконное лишение свободы было бы в том случае, если бы в процессе запирания двери виновным ему помешало третье лицо. В данном случае виновный не смог бы завершить начатое преступление по не зависящим от него обстоятельствам. Вместе с тем, если бы потерпевший проснулся в запертой комнате и осознал, что заперт, то действия гражданина составили бы оконченный состав незаконного лишения свободы, после чего возможно лишь деятельное раскаяние.

На практике применительно к незаконному лишению свободы определенную трудность представляет проблема определения малозначительного деяния. Согласно УК РФ, под малозначительным деянием следует понимать действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного этим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности5 (ч. 2 ст. 14).

Отсутствие признака общественной опасности, присущей только преступлению, может быть связано, в частности, с незначительным промежутком времени незаконного лишения свободы6. В специальной литературе даже предлагалось считать таким промежутком 8 часов7. Иначе говоря, если незаконное лишение свободы длится менее 8 часов, то это деяние малозначительное и не влечет уголовной ответственности, если же оно длится больше указанного времени, то это уголовно наказуемое незаконное лишение свободы. С таким подходом трудно согласиться. В действительности, наличие или от-

5 Уголовный кодекс Российской Федерации: URL: http://www.consuItant.ru/popuIar/ ukrf/10_4.html#p171

6 См.: БеляеваН.В., Орешкина Т.Ю. Квалификация преступлений, посягающих на личную свободу человека // Законность. 1994. № 11. С. 14.

7 См.: Журкина О.В. Квалифицирующие признаки незаконного лишения свободы // Актуальные проблемы юридических наук: сб. ст. Междунар. науч.-практ. конф. (30 июля 2014 г., г. Уфа). Уфа, 2014. С. 22.

сутствие общественной опасности может зависеть от того, в каких условиях удерживается человек, применяется ли к нему какое-либо физическое или психическое воздействие, каков его возраст, состояние здоровья и т.д. Так, если потерпевший болен инсулинзависимым диабетом, то ему будет тяжело находиться и 2—3 часа без питания и инсулина, его жизнь будет подвергнута непосредственной опасности.

Как представляется, даже незначительный период ограничения свободы потерпевшего обладает достаточной общественной опасностью, чтобы считать содеянное преступлением. Во-первых, незаконное лишение свободы ограничивает потерпевшего в реализации его права на гарантированную государством свободу, т.е. представляет собой нарушение конституционного права человека. Во-вторых, за период удержания потерпевшего могут произойти события, имеющие важность для потерпевшего, например связанные с членами семьи потерпевшего (тяжелая болезнь или смерть члена семьи), или события, в результате которых он упускает возможность заключения выгодной имущественной сделки и др.

Согласно УК РФ, для квалификации незаконного лишения свободы не имеет значения ни само по себе время совершения незаконного лишения свободы (время суток), ни период удержания потерпевшего. Таким образом, полагаем, что в случае незаконного лишения свободы малозначительное деяние невозможно. Это подтверждает и судебная практика.

Так, Гаврилов привел в свою квартиру потерпевшую А., имея умысел на незаконное лишение ее свободы, не связанное с похищением, закрыл входную дверь на замок, убрал ключ от замка к себе в карман. На просьбу А. выпустить ее из квартиры Гаврилов ответил отказом, после чего умышленно нанес потерпевшей побои, затем причинил легкий вред ее здоровью и продолжал удерживать в запертой квартире против ее воли. Незаметно для Гаврилова потерпевшая вытащила из кармана своей куртки телефон и позвонила подруге, попросив ее вызвать милицию. После прибытия сотрудников милиции Гаврилов не позволил А. покинуть квартиру самостоятельно. После того как сотрудники милиции предупредили виновного, что им известно об удержании в квартире потерпевшей, Гаврилов открыл дверь и выпустил А. из квартиры. В результате незаконных действий виновного потерпевшая была лишена свободы примерно четыре с половиной часа. Небольшое время удержания потерпевшей (менее 8 часов) не было учтено судом как основание для признания деяния малозначительным.

Другим приговором (по обвинению Гузачева) было установлено, что он с 12.00 до 17.00 ч., находясь в квартире, умышленно применяя психическое насилие в отношении Г. в целях обеспечения встречи с дочерью потерпевшей, закрыл дверь квартиры изнутри на замок и

незаконно удерживал Г. до приезда сотрудников милиции. Своими действиями Гузачев незаконно лишил Г. свободы, не похищая ее.

По одному из уголовных дел время незаконного лишения свободы вообще исчислялось минутами. Так, примерно в 19 ч. 30 мин. Московцов, находясь в помещении продуктового магазина, в целях незаконного лишения свободы человека с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, взял одной рукой за руку, а второй рукой за шею продавца магазина С. и стал ее удерживать. Затем Мо-сковцов потребовал от С. поставить стул у входной двери магазина и сесть на него, тем самым преградив свободный вход посторонним лицам в помещение. Около 19 ч. 45 мин. виновный, продолжая свои противоправные действия, имея умысел на заведомо ложное сообщение об акте терроризма, убедившись, что у магазина находятся сотрудники милиции, сообщил приехавшему директору магазина, что у него имеется тротил и его «хватит на всех». В связи с указанными обстоятельствами для проверки достоверности данной информации был задействован наряд милиции в составе 7 сотрудников УВД по г. Ставрополю. Около 19 ч. 50 мин. незаконные действия виновного были пресечены сотрудниками УВД, и Московцов был задержан. В данном деле действия виновного длились примерно 20 минут.

В деле Кулагина и Стародубова было установлено, что Старо-дубов с пистолетом в руке, убегая после выстрелов из кафе, забежал в подъезд дома, постучал в квартиру и дверь ему открыла бабушка К. Он отобрал у К. ключи, звонил по телефону, а потом оборвал шнур. К. неоднократно просила его покинуть квартиру. В квартире он находился более двух часов, и лишь после того, как в квартиру стала стучаться милиция, он открыл дверь, выбросил пистолет и был задержан. Из показаний потерпевшей следует, что Стародубов назвавшись ее соседом, зашел к ней в квартиру с пистолетом в руке, что ее очень испугало. Стародубов отобрал у нее ключи, не выпускал из квартиры около четырех часов, оборвал провод телефона. Она вышла из квартиры лишь когда в дверь стала звонить милиция. Таким образом, указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что К. в течение длительного времени была лишена свободы передвижения. Адвокат Стародубова просил признать действия последнего как малозначительное деяние в связи с отсутствием умысла Стародубова на незаконное лишение свободы потерпевшей. Но Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда отказала в удовлетворении просьбы, мотивировав тем, что потерпевшая в течение долгого времени была лишена свободы передвижения и была напугана наличием оружия Стародубова8.

8 Судебная практика: иЯЬ: http://www.vsrf.ru/stor_pdf.php?id=98978

Решение суда представляется обоснованным в связи с тем, что в действиях Стародубова не было малозначительного деяния: отобрав ключи у потерпевшей, Стародубов ее удерживал, не позволял ей покинуть квартиру. Он понимал, что другого способа выбраться из квартиры для пожилой потерпевшей нет. Оборвав провод телефона, виновный неправомерно ограничил доступ потерпевшей к свободе общения. Поэтому нельзя согласиться с доводом защитника, что у Стародубова не было умысла на незаконное лишение свободы К. Малозначительное деяние предполагает отсутствие психического или физического насилия, учитывается возраст потерпевшего и иные обстоятельства. В рассматриваемом случае потерпевшая К. является пожилой женщиной. А наличие оружия у Стародубова испугало ее. Хоть виновный и не угрожал потерпевшей, но то, что он не попытался скрыть оружие, подкрепило страх потерпевшей К.

По своей конструкции состав незаконного лишения свободы является длящимся преступлением, под которым в теории уголовного права понимается такое «преступление, при совершении которого действие или бездействие сопряжено с последующим более или менее продолжительным невыполнением обязанностей, возложенных на виновного законом под угрозой уголовного наказания»9. Незаконное лишение свободы, как уже было отмечено, окончено с момента осознания потерпевшим, что он лишен свободы, либо с момента фактического лишения свободы независимо от длительности нахождения потерпевшего в неволе. Но прекращено оно будет только в том случае, когда лицо явится с повинной либо будет задержано правоохранительными органами, либо когда отпадет обязанность, которую не выполняет виновное лицо — в данном случае, например, в связи со смертью потерпевшего, незаконно лишенного свободы. Обязанность, о которой идет речь, заключается в том, чтобы не препятствовать потерпевшему распоряжаться своей свободой передвижения, гарантированной ему государством.

Анализ судебной практики показал, что очень часто возникают проблемы при квалификации незаконного лишения свободы, связанного с совершением других преступлений. Незаконное лишение свободы может служить в качестве способа, позволяющего достичь основной преступной цели, облегчая совершение главного преступления. В таких случаях имеет место конкуренция части и целого, которую необходимо разрешать в пользу целого — того преступления, в рамках совершения которого применялось незаконное лишение свободы.

Вместе с тем судебная практика не отличается единообразием. Анализ уголовных дел показывает, что незаконное лишение свободы

9 Уголовное право Российской Федерации. Общая часть: Учебник для вузов / Под ред. В.С. Комиссарова, Н.Е. Крыловой, И.М. Тяжковой. М., 2012. С. 511.

чаще всего совершается в рамках выполнения объективной стороны различных преступлений против собственности. В одних случаях суд квалифицирует незаконное лишение свободы по совокупности с основным преступлением, а в других — без совокупности, исключая ст. 127 УК РФ, что, конечно же, не способствует защите прав и законных интересов обвиняемых.

Так, признавая З. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 127 УК (незаконное лишение человека, совершенное организованной группой), суд в приговоре указал, что З. и другие лица, связав М. и О. во время разбойного нападения и оставив их в таком состоянии, совершили незаконное лишение их свободы, не связанное с похищением. Потерпевшие показали, что нападавшие избили их, связали и, угрожая убийством, потребовали золотые изделия и деньги. Забрав золото, уехали, оставив их в доме связанными. Через некоторое время они смогли развязаться и сообщить о нападении в милицию. Суд надзорной инстанции определил, что нападавшие связали потерпевших для подавления их сопротивления и исключения возможности обращения в правоохранительные органы, т.е. умысел виновных был направлен не на лишение их свободы, а на завладение имуществом. Президиум Верховного Суда РФ отменил приговор и определение кассационной палаты в отношении З. в части осуждения его по ч. 3 ст. 127 УК и дело производством прекратил за отсутствием состава преступления10. Такое решение представляется обоснованным.

Данный подход применим и к другим насильственным преступлениям, которые могут сопровождаться незаконным лишением свободы, например к убийству (ст. 105 УК РФ), изнасилованию и насильственным действиям сексуального характера (ст. 131, 132 УК РФ), самоуправству (ст. 330 УК РФ), вымогательству (п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ) и др.

В подтверждение сказанному приведем пример. После совместного распития спиртных напитков Г., желая удовлетворить свои сексуальные потребности, решил вступить в половые отношения с Д., а когда она отказала, то Г. совместно с Б., применяя физическую силу, подавив волю и способность Д. к сопротивлению, сорвали с потерпевшей всю одежду, после чего Г. против воли потерпевшей совершил с ней действия сексуального характера. Желая избежать ответственности за совершенное деяние и с целью сокрытия совершенного преступления, Г. и Б. договорились между собой об убийстве Д., а чтобы Д. до утра не смогла убежать, закрыли потерпевшую в подвале гаража. В тот же день Г. и Б. обманным путем повезли Д.

10 Судебная практика: Доступ из СПС Гарант.

в лесопосадки, где Г. убил ее и совершил надругательство над телом умершей. Суд не согласился с квалификацией действий Г. и Б. по п. «а» ч. 2 ст. 127 УК РФ, указав, что умысел виновного лица при совершении незаконного лишения свободы должен быть направлен именно на лишение свободы, а не на совершение других противоправных действий в отношении потерпевшей. В материалах уголовного дела указано, что Г. и Б. закрыли потерпевшую в подвале гаража с целью исключения возможности ее обращения в правоохранительные органы и убийства потерпевшей в дальнейшем. Суд решил, что состав незаконного лишения свободы отсутствует, поскольку действия по лишению свободы Д. были совершены с целью убийства и в таком случае незаконное лишение свободы является составной частью объективной стороны убийства Д., и дополнительной квалификации по п. «а» ч. 2 ст. 127 УК РФ не требуется11. Данная позиция заслуживает поддержки.

В тех случаях, когда незаконное лишение свободы осуществляется после окончания преступления, например хищения или изнасилования, в целях уклонения от уголовной ответственности и беспрепятственного покидания места преступления, содеянное подлежит квалификации по совокупности преступлений. Незаконное лишение свободы не выступает способом совершения иного преступления, а представляет собой самостоятельное преступление.

Проведенное исследование позволяет сделать следующие основные выводы:

Незаконное лишение свободы является оконченным с момента осознания потерпевшим, что он лишен свободы и (или) с момента фактического лишения свободы независимо от длительности нахождения потерпевшего в неволе.

Покушением на незаконное лишение свободы, которое, несмотря на формальный состав этого преступления, представляется возможным, необходимо признавать любые действия, входящие в объективную сторону незаконного лишения свободы, не доведенные до конца по не зависящим от виновного обстоятельствам.

Признание рассматриваемого деяния малозначительным представляется невозможным, поскольку даже при незначительном времени удержания потерпевшего, незаконно лишенного свободы передвижения, нарушаются основные права и свободы человека, что свидетельствует о наличии в содеянном той общественной опасности, которая служит основанием считать его преступлением.

Незаконное лишение свободы может служить способом совершения другого преступления и облегчать совершение основного пре-

11 Судебная практика: URL: http://www.lawmix.ru/obsh/22400

ступления. Вопрос о конкуренции части и целого должен решаться в пользу квалификации по норме, предусматривающей целое.

Список литературы

1. Беляева Н. В., Орешкина Т. Ю. Квалификация преступлений, посягающих на личную свободу человека // Законность. 1994. № 11.

2. Журкина О. В. Квалифицирующие признаки незаконного лишения свободы. Актуальные проблемы юридических наук: сб. ст. Междунар. науч.-практ. конф. (30 июля 2014 г., г. Уфа). Уфа., 2014.

3. Зайдиева Д. Я. Уголовно-правовая охрана личной свободы человека: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2006.

4. Науменко С. В. Незаконное лишение свободы: уголовно-правовой и криминологический аспекты: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2011.

5. Сердюкова Е. В. Похищение человека и незаконное лишение свободы: историко-правовой и уголовно-правовой анализ. Ставрополь, 2010.