Нарушения эмоционального интеллекта при расстройствах аффективного спектра и шизофрении

И. В. Плужников

НАРУШЕНИЯ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО ИНТЕЛЛЕКТА ПРИ РАССТРОЙСТВАХ АФФЕКТИВНОГО СПЕКТРА И ШИЗОФРЕНИИ

Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ (грант № 08-06-00057а «Структура и динамика когнитивных, аффективных и коммуникативных нарушений при психических и поведенческих расстройствах»).

Показано, что при различных пограничных психических расстройствах (депрессиях, патологически выраженной тревоге, со-матоформных дисфункциях) такие функции эмоционального интеллекта, как восприятие эмоций, их понимание и регуляция нарушаются неравномерно, что позволяет выделить специфические для указанных форм психических расстройств патопсихологические синдромы нарушений эмоционального интеллекта.

Ключевые слова: эмоциональный интеллект; расстройства аффективного спектра; шизофрения; синдромный анализ.

Согласно современным психологическим исследованиям [1, 2] интеллект не является единой познавательной способностью: в качестве самостоятельных выделяются лингвистический, логико-математический, музыкальный, социальный и другие виды интеллекта. В последнее время внимание сосредоточено на эмоциональном интеллекте. Если к 1990 г. по проблеме эмоционального интеллекта существовало всего несколько публикаций, то к началу XXI в. их количество превысило сотню (по данным [3. С. 11]). Перспективность и обоснованность использования концепта «эмоциональный интеллект» были показаны во множестве работ, выполненных в рамках общей, социальной и организационной психологии. Адаптация в современном обществе, карьерный рост, отношения в семье обусловлены не только и не столько с формальными способностями и когнитивным функционированием индивида, сколько с определенного рода навыками, тесно связанными с эмоциональной сферой личности. В ряде исследований было показано, что высокий уровень развития эмоционального интеллекта способствует успешности в различных сферах человеческой жизни, таких как образование, юриспруденция, медицина [4-6].

Вместе с тем как в популярной, так и в академической литературе [3, 6-8] подчеркивается, что низкий уровень эмоционального интеллекта тесно связан с социальной дезадаптацией и прежде всего с эмоциональными расстройствами: депрессией, тревогой, различными формами отклоняющегося поведения, которые все чаще проявляются в молодом возрасте. Несмотря на активный интерес общества к понятию «эмоциональный интеллект» (в связи с его ролью в адаптации и дезадаптации), а также высокую распространенность и социальную значимость расстройств аффективного спектра (см. [9-11]), систематических клинико-психологических исследований, посвященных нарушениям эмоционального интеллекта, до сих пор не проведено. Всё это обусловливает актуальность настоящей работы.

Целью исследования является изучение структуры, особенностей и нарушений эмоционального интеллекта у больных с расстройствами аффективного спектра (депрессивными, тревожными и соматоформными расстройствами) и шизофренией в сравнении с эмоциональным интеллектом здоровых испытуемых.

Опираясь на концепцию Дж. Мэйера, П. Сэловея и Д. Карузо [12, 13], а также культурно-деятельностный подход Московской психологической школы (Л.С. Вы-

готский, А.Н. Леонтьев, А.Р. Лурия), под эмоциональным интеллектом, в рамках данного исследования, будет пониматься специальная метаспособность, состоящая из иерархически организованных способностей восприятия, понимания и регуляции эмоциональных состояний, реализующая свои функции в особой деятельности, основной целью которой является наиболее точное и эффективное отражение своих и чужих эмоций для их успешного управления в целях и задачах другой, более общей деятельности (например, профессиональной, деятельности общения, переживания).

Методическое обеспечение работы. Основными были выбраны экспериментально-психологический (авторские методики, направленные на оценку восприятия эмоций), психодиагностический (Тест эмоционального интеллекта Дж. Мэйера, П. Сэловея и Д. Карузо - М8СБ1Т в адаптации Е.А. Сергиенко [14, 15]) и математико-статистический методы исследования. Кратко остановимся на операционализации отдельных компонентов эмоционального интеллекта.

Восприятие эмоций - авторские методики «Классификация эмоционально выразительных лиц по сенсорноперцептивным признакам» и «Реконструкция круга Шлосберга» (испытуемым предлагается разложить карточки с изображением эмоционально выразительных лиц от нейтрального к максимально эмоциональному, а также от одной эмоции к другой). Чем больше испытуемый отклоняется от эталонного порядка расположения карточек, тем больше баллов ему начисляется.

Понимание эмоций. Для оценки первичного означения эмоций [16] используется шкала «Идентификация эмоций» методики М8СБ1Т (испытуемые должны правильно назвать и оценить интенсивность эмоций, изображенных на эмоционально выразительных лицах и абстрактных картинах). Для оценки вторичного означения эмоций [16], т.е. отражения причинно-следственных отношений между эмоциями и мотивами, использовались шкалы М8СБ1Т «Понимание и анализ эмоций» (задания на эмоциональный словарь и анализ сложных чувств) и «Использование эмоций для решения проблем» (задания, направленные на оценку понимания того, какие эмоции способствуют более эффективному выполнению различного рода деятельностей).

Регуляция эмоций - шкала М8СБ1Т «Сознательное управление эмоциями», состоящая из нескольких историй, описывающих сложные жизненные ситуации; испытуемый должен оценить по 5-балльной шкале эффективность действий главного героя, которые могут

привести к изменению его чувств или эмоций других действующих лиц рассказа.

Методика эмоционального интеллекта Дж. Мэйера, П. Сэловея и Д. Карузо не является опросником, а представляет собой объективный тест способностей, который можно поставить в один ряд с тестом структуры интеллекта Д. Векслера, тестом социального интеллекта Дж. Гилфорда и др. В М8СБ1Т используется консенсусный способ сбора данных: каждому варианту ответа испытуемого приписывается балл, соответствующий доле испытуемых в выборке стандартизации, выбравших данный вариант ответа. Например, если ответ А в определенном задании выбрали 26% испытуемых из выборки стандартизации, то балл, присваиваемый за этот вариант, будет равен 0,26.

Испытуемые. Описанными выше методами были обследованы 40 больных депрессией (диагнозы Б31.30, Б32.10, Б33.10, Б34.0 по МКБ-10), 40 больных тревожными расстройствами (Б40.01, Б40.1, Р41.0-Б41.2, Б43.2), 20 больных соматоформными расстройствами (F45.0-F45.3X 25 больных шизофренией ^20.0) и 45 здоровых испытуемых. Все испытуемые были молодого возраста (18-38 лет) и являлись полностью сопоставимыми по возрастным и социально-демографическим показателям. Во всех группах, кроме группы больных шизофренией, было равное количество мужчин и женщин; в группе больных шизофренией преобладали мужчины. Исследование проводилось на клинических базах Московского НИИ психиатрии Росзд-рава, ПБ № 4 им. П.Б. Ганнушкина, Научного центра психического здоровья РАМН.

Результаты исследования. Сравнительное исследование (с использованием описательных статистик и непараметрического критерия и Манна-Уитни) эмоционального интеллекта группы здоровых испытуемых и групп больных с различными психическими расстройствами показало следующее.

Больные депрессией отличались от здоровых испытуемых более низкими баллами по двум шкалам М8СБ1Т - «Сознательное управление эмоциями» (р = 0,001698) и «Использование эмоций при решении проблем» (р = 0,013258). По шкале «Сознательное управление эмоциями» средний балл со стандартным отклонением здоровых испытуемых составил 0,31770±0,03, у больных депрессией он равнялся 0,29590±0,03; по шкале «Использование эмоций для решения проблем» - 0,32845±0,03 и 0,31117±0,03 соответственно. Также больные депрессией отличались от здоровых испытуемых худшим выполнением заданий в методике «Классификация эмоционально выразительных лиц по сенсорно-перцептивным признакам». Больные чаще здоровых (на уровне тенденции -р = 0,073588) неправильно определяли интенсивность тех или иных эмоций в рамках одного знака. Средний балл со стандартным отклонением по данному параметру оценки у здоровых испытуемых был 2,66±1,02, у больных депрессией - 3,05±0,74. По другим субтестам статистически значимых различий выявлено не было.

Больные тревожными расстройствами, по данным М8СБ1Т, были схожи на больными аффективной патологией: статистически значимые различия (в сторону худшего выполнения заданий) с группой контроля на-

блюдались по шкалам «Сознательное управление эмоциями» (0,29703±0,02; р = 0,002057) и «Использование эмоций для решения проблем» (0,31140±0,02;

р = 0,007630). По другим субтестам статистически значимых различий выявлено не было.

Больные соматоформными расстройствами отличались от здоровых испытуемых в сторону худшего выполнения заданий по всем шкалам М8СБ1Т: «Идентификация эмоций» (0,33825±0,03; р = 0,020641), «Понимание и анализ эмоций» (0,39982±0,03; р =

= 0,017946), а также (на уровне тенденции) по шкалам «Использование эмоций для решения проблем» (0,31224±0,03; р = 0,070712) и «Сознательное управление эмоциями» (0,30251±0,02; р = 0,065810). Средние баллы со стандартным отклонением по шкалам «Идентификация эмоций» и «Понимание эмоций» составили у здоровых испытуемых 0,36135±0,04 и 0,41220±0,04 соответственно. Отметим, что при столь выраженном снижении по параметру «Идентификация эмоций», статистически значимых различий со здоровыми испытуемыми по методикам «Классификация эмоционально выразительных лиц по сенсорно-перцептивным признакам» и «Реконструкция круга Шлосберга» у больных соматоформными расстройствами выявлено не было.

Больные шизофренией значительно отличались (в худшую сторону) от здоровых испытуемых по большинству шкал и параметров оценок. Средний балл со стандартным отклонением для итоговой оценки по методике «Классификация эмоционально выразительных лиц по сенсорно-перцептивным признакам» у здоровых испытуемых составил 2,82±1,17, а у больных шизофренией - 3,92±1,6 (различия между указанными группами на уровне р=0,011046). Средний балл со стандартным отклонением для итоговой оценки по методике «Реконструкция круга Шлосберга» у здоровых испытуемых составил 6,08±3,44, у больных шизофренией -8,84±3,49 (различия на уровне р = 0,003492). На высоком уровне значимости выявлялись различия по шкалам М8СБ1Т «Идентификация эмоций» (0,32134±0,03; р = 0,000133), «Использование эмоций для решения проблем» (0,30883±0,03; р = 0,011990), «Сознательное управление эмоциями» (0,29536±0,03; р = 0,006307). По шкале «Понимание и анализ эмоций» статистически значимые различия между здоровыми испытуемыми и больными шизофренией не выявлялись. Также не оказались значимыми различия между больными шизофренией и больными депрессией по параметру оценки интенсивности эмоций в методике «Классификация эмоционально выразительных лиц по сенсорноперцептивным признакам» (р = 0,46774).

Обсуждение. Полученные результаты наглядно демонстрируют, что при психических расстройствах не наблюдается тотальный распад эмоционального интеллекта: отдельные компоненты (звенья) данной функциональной системы остаются сохранными, а конкретные нарушения эмоционального интеллекта, с позиции синдромного подхода, принятого в отечественной клиникопсихологической традиции [17, 18], могут квалифицироваться как первичные (основные) и/или вторичные.

При депрессивных и тревожных расстройствах основным нарушением эмоционального интеллекта явля-

ется, по всей видимости, дефицитарность регуляторных систем эмоциональной сферы, что проявляется не только на уровне собственно сознательной регуляции эмоциональных состояний, но уже на этапе вторичного означения, т.е. на более раннем этапе эмоциональноинтеллектуальной деятельности, связанном с механизмами опосредстования, которые находятся в дисфункциональном состоянии. Можно думать, что указанные нарушения опросредствования эмоций лежат в основе механизма синдромальной коморбидности депрессии и тревоги (см.: [10, 11, 19]).

При соматоформных расстройствах также нарушен регуляторный компонент эмоционального интеллекта, однако симптомы дисрегуляции эмоций, скорее всего, являются вторичными по отношению к более грубым расстройствам понимания эмоций (как на уровне первичного, так и на уровне вторичного означения) при сохранности их восприятия. Полученные данные согласуются с концепцией алекситимии [20-22] как феномена, присущего психосоматическим больным.

При шизофрении основным нарушением является дефицитарность перцептивного компонента эмоционального интеллекта, что корреспондирует с много-

численными отечественными и зарубежными исследованиями [23-25]. Соответственно вторичными симптомами являются нарушения понимания и регуляции эмоциональных состояний. Отметим, что при депрессии также наблюдаются нарушения восприятия эмоций, которые, вероятнее всего, являются вторичными. Природа этих вторичных симптомов может быть связана как с актуальным аффективным состоянием больных, так и с общими для шизофрении и расстройств настроения эндогенными механизмами этиопатогенеза. Для решения этой проблемы необходимы дополнительные исследования.

В целом методический инструментарий, используемый в настоящей работе, а также принципы синдромного анализа, реализуемые при интерпретации полученных данных, показали свою адекватность при рассмотрении особенностей и нарушений эмоционального интеллекта при психических расстройствах. С практической точки зрения необходимо отметить, что как первичные, так и вторичные расстройства эмоционально-интеллектуальной деятельности при расстройствах аффективного и шизофренического спектров могут стать «мишенями» для психотерапии (в частности, когнитивно-бихевиоральной).

ЛИТЕРАТУРА

1. Гарднер Г. Структура разума: Теория множественного интеллекта. М.: Вильямс, 2007.

2. Sternberg R. The Triarchic Theory of Successful Intelligence. // Contemporary Intellectual Assessment: Theory, Tests, and Issues / Ed. by

D. Flanagan, P. Harrison. N.Y.: Guilford Press, 2005. Р. 103-118.

3. Matthews G., ZeidnerM., Roberts R. Emotional intelligence: Science and myth. Cambridge, MA: MIT Press, 2002.

4. Zeidner M., Matthews G., Roberts R.D. Emotional intelligence in the workplace: A critical review // Applied Psychology: An International Review.

2004. 5. P. 371-399.

5. BrackettM, Mayer J, Warner R. Emotional intelligence and its relation to everyday behaviour // Personality and Individual Differences. 2004. № 36.

Р. 1387-1402.

6. ГоулманД. Эмоциональный интеллект. М.: АСТ, 2008.

7. Бредберри Т., Гривз Д. Эмоциональный интеллект: Самое важное. М.: АСТ, 2008.

8. Стейн С.Дж., Бук Г.И. Преимущества EQ: Эмоциональный интеллект и ваши успехи. Днепропетровск, 2007.

9. Краснов В.Н. Психиатрические расстройства в общей медицинской практике // Русский медицинский журнал. 2001. № 25. С. 1187-1191.

10. Мосолов С.Н. Тревожные и депрессивные расстройства: коморбидность и терапия. М.: Артинфо Паблишинг, 2007.

11. Холмогорова А.Б. Теоретические и эмпирические основания интегративной психотерапии расстройств аффективного спектра: Дис. ... д-ра

психол. наук. М., 2006.

12. Mayer J., Caruso D., Salovey P. Emotional intelligence meets traditional standards for an intelligence // Intelligence. 1999. № 27. Р. 267-298.

13. Mayer J., Salovey P., Caruso D. Emotional intelligence: Theory, findings, and implications // Psychological Inquiry. 2004. № 15. Р. 197-215.

14. Сергиенко, Е.А., Ветрова И.И. Эмоциональный интеллект: модель, структура теста (MSCEIT V2.0), русскоязычная адаптация: Сб. науч. тр. / Под ред. Д.В. Люсина. M.: ИП РАН, 2008.

15. Сергиенко Е.А., Ветрова И.И., Волочков А.А., Попов А.Ю. Адаптация теста Дж. Мэйера, П. Сэловея и Д. Карузо «Эмоциональный интеллект» на русскоязычной выборке // Психологический журнал. 2009. № 6.

16. ТхостовА.Ш. Психология телесности. М.: Смысл, 2002.

17. Лурия А.Р. Высшие корковые функции человека и их нарушения при локальных поражениях мозга. 3-е изд. М.: Академический Проект, 2000.

18. ЗейгарникБ.В. Патопсихология. М., 2003.

19. Тхостов А.Ш., Колымба И.Г. Феноменология эмоциональных явлений // Вестн. Моск. ун-та. 1999. № 2. С. 3-14.

20. Гаранян Н.Г., Холмогорова А.Б. Концепция алекситимии // Журнал социальной и клинической психиатрии. 2003. № 1. С. 128-145.

21. Николаева В.В. О психологической природе алекситимии // Телесность человека: междисциплинарные исследования / Отв. ред. В.В. Николаева, П.Д. Тищенко. М., 1991. С. 80-89.

22. Taylor G., Bagby R. An overview of the alexithymia construct // Handbook of Emotional Intelligence, edited by R. Bar-On and J.D.A. Parker. Jossey-Bass: San Francisco, 2000. Р. 40-67.

23. Критская В.П., Мелешко Т.К., Поляков Ю.Ф. Патология психической деятельности при шизофрении: мотивация, общение, познание. М.: Изд-во МГУ, 1991.

24. КурекН.С. Дефицит психической активности: Пассивность личности и болезнь. М.: ИП РАН, 1996.

25. Kohler C., Travis H., Turner, B.S. et al. Facial Emotion Recognition in Schizophrenia: Intensity Effects and Error Pattern // Am. J. Psychiatry. 2003. № 160. Р. 1768-1774.

Статья представлена научной редакцией «Психология и педагогика» 6 октября 2009 г.