"Необходимо вводить индикаторы коррупции и декларации интересов"

Начальник отдела управления государственной службы Института государственного и муниципального управления НИУ ВШЭ АЛЕКСЕЙ КОНОВ рассказал обозревателю "Ъ" ИРИНЕ ГРАНИК, чего еще не хватает в системе декларирования доходов госслужащими.

— Какие вы видите общие недостатки в созданной за четыре года системе декларирования доходов?

— У нас введены декларации доходов и имущества, однако нет так называемых деклараций интересов. Декларации доходов и имущества нужны для выявления так называемых индикаторов коррупции — данных, указывающих на то, что должностное лицо, возможно, совершило коррупционное правонарушение. Типичным индикатором является, например, существенное превышение стоимости имущества над размером официальных доходов. Декларации интересов способствуют предотвращению коррупционных правонарушений, фиксируя те конфликтные ситуации, которые могут привести чиновника к таким правонарушениям. Поэтому в этих декларациях обычно указываются не столько размеры доходов и стоимость имущества, сколько источники доходов. Характерным примером является действующие в США формы OGE-278 и OGE-450. В этих декларациях точный размер доходов вообще не указывается — чиновник лишь ставит крестик в соответствующий диапазон доходов. Но зато он должен подробно прописать их источники. Многие страны предпринимают попытки скомбинировать эти два вида деклараций, хотя это сложно. В любом случае декларирование интересов в каком-то виде должно быть.

— Но у нас же в декларации указываются доходы от владения акциями или от банковских вкладов.

— Для отслеживания конфликта интересов необходимо указывать источники дохода не только от ценных бумаг или банковских вкладов, но и, например, при наличии доходов от иной оплачиваемой работы — от какой организации этот доход получен. При этом соответствующие требования должны распространяться не только на должностных лиц, но и на членов их семей.

— Каких еще усовершенствований требуют действующие декларации о доходах и имуществе?

— В зарубежных странах в декларациях часто указывается не только факт владения тем или иным имуществом, но и операции с этим имуществом — факт покупки, продажи, обмена, дарения, в том числе и по банковским вкладам и ценным бумагам. Это важный момент, который тесно связан с контролем расходов. Потому что — и такие случаи встречались в зарубежной практике — человек перед отчетным периодом может продать все имущество за незначительную стоимость родственникам, а потом обратно все выкупить. И тогда на отчетную дату в декларации ничего не будет указывать на возможные коррупционные правонарушения. Резонно предусмотреть операции с имуществом.

— Но тогда в любом случае встает вопрос о подаче деклараций родственниками чиновников?

— Сейчас у нас сведения о доходах наряду с должностными лицами должны представлять их супруги и несовершеннолетние дети. При принятии о расширении круга родственников таких решений нужно быть уверенными в том, что у нас есть адекватные ресурсы для сбора и проверки этих сведений.

— Какие проблемы в порядке проверок деклараций?

— У нас, по сути, отсутствует едва ли не главный вид проверки декларации — на индикаторы коррупции, о которых я говорил вначале. Декларации проверяются лишь на правильность заполнения и полноту и достоверность. И вот у человека, получающего официально 15 тыс. руб., в декларации стоит 10 яхт и 25 домов. Эти сведения полные и достоверные. И что дальше? У нас не регламентирован вид проверки на индикаторы коррупции.

— Но президент в послании Федеральному собранию, фактически высказал намерение ввести именно эти индикаторы — контроль за крупными расходами госслужащих и ответственность за незаконное обогащение.

— Если незаконное обогащение не квалифицировано как преступление, то нет юридических оснований привлечь человека к ответственности, когда он не смог дать удовлетворительных объяснений о происхождении дорогостоящего имущества при наличии невысоких доходов. Для привлечения к ответственности придется доказывать факт коррупции. В этом случае процедура декларирования доходов во многом становится бессмысленной. Фактически — и об этом говорит 20-я статья Конвенции ООН — человеку придется самому доказывать законность источников доходов для приобретения имущества. Это противоречит принципу презумпции невиновности. Кстати, по этой причине США и Канада вообще не ратифицировали эту статью конвенции, а ряд европейских стран не ввели "незаконное обогащение" в законодательство. Но более предметно все это можно будет обсуждать, когда какие- то конкретные поправки в законодательство будут предложены.