Банк развития ответственности

Арбитражный суд Москвы привлек к субсидиарной ответственности четверых бывших членов правления Регионального банка развития (РБР). На этом настояло Агентство по страхованию вкладов (АСВ), которое ведет конкурсное производство в кредитном учреждении. По мнению АСВ, бывшие топ-менеджеры РБР занимались выводом активов организации. По решению суда, ответчики должны вернуть банку более 4,8 млрд руб. Юристы полагают, что ответчики не смогут отменить решение суда, равно как АСВ — взыскать с них отсуженную задолженность.

Суд посчитал, что не все бывшие руководители РБР довели банк до краха

Фото: Ханиф Сунагатуллин, Коммерсантъ

Четверо бывших руководителей ПАО «Региональный банк развития» по решению суда должны выплатить более 4,8 млрд руб. Арбитражный суд Москвы привлек их к субсидиарной ответственности по долгам банка, удовлетворив заявление конкурсного управляющего РБР — Агентства по страхованию вкладов. Так, с бывшего председателя правления банка Александра Буйлова и бывшего члена правления Вячеслава Потапова суд взыскал солидарно 3,81 млрд руб. Кроме того, вместе с бывшим владельцем РБР Виктором Тарановским они должны возместить банку 324,2 млн руб. убытка. С господ Потапова и Тарановского суд взыскал 62,8 млн руб. Еще 401,2 млн руб. банку обязаны выплатить Вячеслав Потапов и бывший член правления Татьяна Тарановская. Господин Потапов, кроме прочего, в одиночку обязан вернуть банку еще 213,9 млн руб.

АСВ в своих исковых требованиях указало, что ответчики, в частности, с сентября 2014 по ноябрь 2015 года выдали технические ссуды юридическим и физическим лицам на общую сумму 4,57 млрд руб., основная часть которых «являлась безнадежной к взысканию и носила невозвратный характер». Кроме того, бывшие топ-менеджеры уступали ликвидную задолженность без равноценного встречного исполнения и не принимали меры по предупреждению банкротства банка, заявляли в АСВ.

Удовлетворяя иск частично, суд обратил внимание на акт проверки ЦБ, который установил, что банком «не соблюдались требования к формированию резервов на возможные потери по ссудной задолженности», а по состоянию на апрель 2014 года «уже имелся признак недостаточности стоимости имущества для исполнения обязательств перед кредиторами». Кроме того, суд, в частности, отметил, что Вячеслав Потапов и Александр Буйлов не проверяли платежеспособность заемщиков (2,27 млрд руб.), заключили договоры цессии (1,19 млрд руб.), которые впоследствии были признаны недействительными, согласовали продажу Виктору Тарановскому кредитной задолженности банка (324,2 млн руб.), в результате чего он получил ликвидную недвижимость — квартиры и жилые дома в Москве и Подмосковье. Господин Буйлов, отметил суд, не обеспечил сохранность кредитных договоров на 137,9 млн руб., из-за чего АСВ не смогло взыскать эту сумму в суде, а, например, господин Потапов подписал договоры купли-продажи неликвидного имущества, в том числе у Татьяны Тарановской, на 615,2 млн руб.

Ответчиками по иску проходили девять бывших топ-менеджеров РБР. Однако суд не нашел оснований для привлечения к ответственности экс-председателя правления РБР Рамиля Сафина, членов правления Оксаны Миренковой, Любови Ситниковой, Галины Чекан и бывшего совладельца банка (через ООО «Акцент») Николая Рублева.

В пресс-службе АСВ вчера оперативно прокомментировать ситуацию не смогли. Контактов ответчиков нет в открытом доступе.

РБР (ранее — «Орлан-банк», «Башкирский железнодорожный банк») был до середины 2015 года четвертым по величине капитала башкирским банком. Основная его деятельность велась в Башкирии, хотя незадолго до отзыва лицензии регистрация банка была переведена в Москву. В ноябре 2015 года ЦБ отозвал у банка лицензию. В том же году банк был признан банкротом. Его обязательства перед кредиторами на декабрь 2019 года оценивались в 5,48 млрд руб.

«Бросается в глаза то, что суды отказываются назначать судебные финансовые экспертизы, принимая выводы временной администрации,— отмечает руководитель направления «Банкротство» фирмы «Рустам Курмаев и партнеры» Олег Пермяков.— Думаю, что ответчикам необходимо продолжать настаивать на экспертизах в апелляции и бороться за трактовку о невозвратном характере дебиторской задолженности в каждом конкретном случае».

Партнер юридической компании «Сотби» Владимир Журавчак считает, что суд «подробно и тщательно разобрал действия и сделки». «Это позволяет сделать вывод о том, что шансы на утверждение судебного акта вышестоящими актами достаточно велики»,— полагает он. Старший партнер юридической фирмы Intellect Роман Речкин с ним согласен: «Шансы на отмену судебного акта в апелляции или кассации, на наш взгляд, минимальны». Эксперт также полагает, что АСВ будет сложно взыскать средства в ответчиков, так как «маловероятно, что у них остались какие-либо ликвидные активы». «И уж совсем невероятно, что какое-либо имущество будет у ответчиков на момент вступления определения в законную силу, после его рассмотрения апелляцией»,— отмечает он.