Вещь как мера персональной идентичности

УДК 130.2

ББК Ю517+Ю66+Ю5

ВЕЩЬ КАК МЕРА ПЕРСОНАЛЬНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ

О.А. Ковтун

THING AS MEASURE OF PERSONAL IDENTITY

O.A. Kovtun

Статья посвящена проблеме персональной идентичности в современном мире. Идентичность рассматривается как фактор, который помогает человеку приспособиться к условиям постоянно меняющегося мира и при этом не потерять свое Я. В статье показана важная роль потребляемой человеком вещи для обретения им чувства устойчивости. Обосновывается актуальность философского анализа вещи как онтологической границы между Я и миром, конституирующей самоидентичность человека, способствующей или препятствующей его самоопределению. Рассматриваются особенности отношения человека к вещам на разных этапах развития культуры, выявляются тенденции и социокультурные детерминанты этого отношения. Установлено, что вещь как мера субъективности человека, может быть основанием персональной идентичности.

Ключевые слова: вещь, персональная идентичность, самотождественность, самоопределение, распредмечивание, идентификация, тело, дизайн.

The article is devoted to the problem of personal identity in the modern world. Identity is considered as the factor that helps a person to adapt himself to the conditions of the constantly changing world and not to lose his own ego. The author reveals the importance of consumed by a man thing for gaining the sense of stability. The author also proves the urgency of philosophical analysis of a thing as an ontological boundary between Ego and World which verifies the self-identity of a person, helps or a person’s self-determination. She considers the peculiarities of a person’s attitude to a thing on different stages of the cultural development, he finds the tendencies and social-cultural determinants of the attitude. The author proves that a thing as a measure of a person’s subjectivity can be a base for a personal identification.

Keywords: thing, personal identity, self-identity, self-determination, taking away the thing nature, identity, body, design.

Проблема персональной идентичности является ядром антропологической проблематики. Процесс персональной идентичности приобретает особую остроту в культуре модерна и постмодерна. Поиск устойчивого основания в индивидуальной жизни, его обретения и сохранения в ходе постоянного изменения личности и динамики современного мира современного человека составляет центральную проблему персональной идентичности.

Идентичность формируется в процессе самоопределения личности. Поэтому концепция Я как основание идентичности составляет центральный момент постижения культуры и человека. В качестве синонима понятию Я употребляется термин самость. В любом случае оба термина обозначают центр человеческой личности.

При этом важнейшим является вопрос о том, является ли самость изначально заложенной в человеке, или она результат социализации личности.

Центральное место в структуре Я занимают цели, ценности, потребности, потребность человека в идентичности, в самотождественности является основной.

Радикальный пересмотр феномена и содержания понятия идентичности произошел в XX веке. Классическая философия предпочитала монолог — диалогу, неизменное — изменчивому, абсолютизировала субъект-объектные отношения и игнорировала различие и многообразие. Постмодернистская парадигма, снимая противоположность субъект-объектных отношений и реабилитируя различие, предопределила возвращение человека к идентичности основанной на различии «между Я и государством, телом и сознанием, врагами и друзьями»1.

Идентичность представляет собой феномен, который возникает на основе диалектической взаимосвязи единичного и всеобщего, индивида

Философия

и общества. «В континууме Я и не Я, между двумя полюсами — природой и культурой, полюсом единичного и полюсом общего — осуществляется бесконечный поиск идентичности»2.

Полюсом всеобщего, т. е. основанием «не-Я», с которым соотносит себя индивид в силу своих потребностей, является тело, а также все, что может служить наглядному расширению этой сферы, в том числе вещи, в которые Я может врастать и возрастать в них. Техника и вещи оказываются элементами культуры, маркирующими её духовную или бездуховную сущность, способствуя или препятствуя самоопределению индивида. Однозначно определить вещь до сих пор не представляется возможным.

Как категория философии понятие «вещь» в одних случаях отождествляется с предметом и объектом, в других эти понятия

противопоставляются. Так, например, у некоторых представителей философии экзистенциализма вещь понимается как предмет «Gegenstand», т. е. буквально «то, что против нас», нечто сопротивляющееся, сущность чего обнаруживается благодаря сопротивлению. На это указывает также русское слово «предмет», т. е. то, «что метит в глаза» (А. М. Уёмов). В данном случае вещь и предмет противопоставлены друг другу с целью подчеркивания обыденного модуса вещи, её материальности, востребованности человеком.

В общегносеологическом плане неправомерно как противопоставление предмета и вещи, так и их полное отождествление. Одна и та же вещь, будучи одновременно системой и элементом системы, может, в зависимости от смыслового контекста в рамках определенного конкретного отношения, быть либо предметом, либо вещью.

Ряд авторов в работах, посвященных вещи как категории философии, отмечают общее свойств, присущее всем вещам: материальность, телесность, осязаемость (А.Я. Райбекас, В.С. Барулин, А.И. Уёмов). Важно отметить еще одну очень важную характеристику вещи, необходимую для поисков новых аспектов идентичности, — это погранич-ность вещи. Вещь проявляет себя как граница; граница выстраивает, располагает, собирает и «остается сама в себе и сама по себе». Граница по замечанию Г.Н. Лола, не только очерчивает, но и производит выброс энергии. Её функция не только разъединять, но и соединять: «этот предел не отделяет две части света: субъект и объект или вещи перед лицом мышления, это скорее универсальное отношение, посредством которого все вступает в связь и расходится, с помощью которого вещи даются и ускользают одновременно»3.

Таким образом, каждая эмпирическая вещь, воплощая единое и многое, делимое и неделимое, тождество и различие в силу своей целостности является универсальным способом самоопреде-

ления личности. С одной стороны, вещь как мера субъективности личности дает возможность установления тождества с собой необходимого для становления персональной идентичности. С другой стороны, как воплощение всеобщего она необходима для установления идентичности уникального во взаимосвязи с «идентичностью всеобщего».

В философско-социологической литературе получило распространение определение вещи как результата целенаправленной деятельности человека, отражающее специфику вещи как феномена культуры и фиксирующее неразрывное единство человека и вещи.

История культуры показывает, что становление человека и вещи есть сопряженные процессы и позволяет фиксировать включенность вещи непосредственно в структуру личности.

Сущность личности выражается в разных формах: объективно — в вещах и субъективно — в потребностях и ориентациях самой личности, между которыми разворачивается противоречие. Обычно одна из сторон берет верх над другой и становится определяющей, «поэтому действительного дуализма сущности не бывает»4.

Характер отношения человека к вещи может быть различным, что непосредственно проявляется в процессе идентификации. Если в отношениях человека с миром определяющим становится всеобщее, а «официально санкционированный проект» предполагает преданность общему делу, то вещь становится независимой и абстрагируется от индивида и его частной жизни.

Когда же в отношениях человека к миру акцент перемещается на сторону индивидуального, то это проявляется, в том числе, в стремлении выразить свою индивидуальность через вещи, которыми, реализуя ценностную установку на обладание — «Я есть то, чем владею». Это приводит к созданию персонифицированных вещей, которые становятся все более совершенными, целесообразными и «культивируемыми». Отмечаемый в современном мире процесс превращения вещи в субъект, задающий тон формирующейся предметной среде, происходит, прежде всего, через индивидуализацию формы вещи. Согласно Аристотелю, единство формы и материи — исходный и конечный пункт генезиса вещи. Если материя, — родовая причина генезиса вещи, то форма — индивидуальная.

Индивидуальность — существенный признак вещи, дающий возможность устанавливать её тождество и различие.

В условиях утраты идентичности и «абсолютной власти форм», параллельно процессу превращения вещи в субъект происходит процесс овеществления индивида. Между тем, процесс «очелове-

О.А. Ковтун

Вещь как мера персональной идентичности

чивающейся» вещи и «овеществляющегося «человека» —явление, присущее не только современной культуре, но и характеризующее примитивные культуры и являющееся свидетельством целостности восприятия человеком мира и себя в мире 5.

Все вышесказанное служит еще одним доказательством включенности вещи в структуру личности, которая, являясь объектированной формой реализованных в ней сущностных сил человека, служит мерой персональной идентичности. Вещь выступает как посредник между человеком и родом, как «зеркало», отражающее уровень развития сущностных сил человека и общества.

Вещь как культурная форма есть единство единичного и всеобщего, материального и идеального. В вещах идеальное существует как оп-редмеченная в естественно-природном материале субъективная целесообразная деятельность человека. Процесс распредмечивания культурной формы можно назвать уподоблением человека тем субъектам, которые посредством культуры себя опредмечивали. Следует подчеркнуть его диалектическую связь с процессом опредмечивания, который выражается в превращении субъективных сил человека в свойства вещи.

В диалектическом взаимодействии процессов опредмечивания и распредмечивания в связи с решением проблемы поиска идентичности человека особый интерес вызывает распредмечивание. В рамках последнего формируется отношение потребления, связанное, в первую очередь, с повседневной частной жизнью человека. Потребление -начало нового этапа в модели субъект — объектных отношений человека с миром, связанного с захватом духа предметной стороной. Потребление как тип отношений, по определению французского теоретика Ж. Бодрияра, далеко выходит за рамки отношений с вещами. В условиях утраты идентичности система искусственно создаваемых потребностей дробится до бесконечности, что, по замечанию автора, «проистекает из несбывшегося императива личностной ценности и за неимением лучшего воплощается в персонализированной вещи»6.

Рядом авторов установленно тождество понятий присвоения и потребления вещей . С той разницей, что присвоение сочетается с категорией культуры, а потребление относится к сфере материального производства. Можно выделить два типа присвоения культурного содержания вещи: культурное отношение к вещи и отчуждение. Отчуждение «выражается в том, что объект овладевает субъектом, порабощает его, лишает свободы и самоценности». В условиях отчуждения процесс распредмечивания становится неполным, частичным, односторонним и развива-

ет человека в рамках индивидуального потребления как субъекта, но не как личность.

В рамках материалистического понимания истории отчуждение отождествляется с доминантной ролью способа материального производства, детерминирующего жизнь общества. Вместе с тем существует и взгляд представителей неклассической философии, рассматривающих отчуждение как результат развития техники, что, в свою очередь, вызывает несоответствие характеристик вещи телу человека.

Таким образом, поиск внешних знаков идентичности, которыми в условиях современного общества становятся потребляемые вещи, стандарты потребления, стили жизни, выражает стремление человека именно так выразить свою уникальность и обрести идентичность через обладание культовой вещью.

Еще один важный аспект обретения человеком идентичности связан с его способностью к переживанию. В диалогическом пространстве Я—ТЫ, определяющем процесс самоидентификации. Другой сначала постигается как воспринимаемая вещь, затем, благодаря вчувствованию, переживанию становится ТЫ. Человек конструирует мир своих чувств, включая и телесное Я. Последнее, по замечанию Е.Г. Трубиной, очень важно для складывания идентичности, потому что «именно ментальная репрезентация тела становится причиной отношения к Я, как к вещи»9. Речь идет о соотношении понятий «материальная вещь» и «тело» в истории философии. Понятие тела предполагает очень существенный признак, характеризующий индивидуальность человека.

Между тем, вопросу соматики человека как онтологическому основанию персональной идентичности в литературе уделено недостаточно внимания. Поэтому остановимся на этом аспекте более подробно.

Степень корреляции между ценностями индивидуальности и восприятием тела человеком достаточно высока, о чем свидетельствует тот факт, что исследователи фиксируют одновременность протекания в европейской культуре процесса кризиса соматического сознания и кризиса идентичности.

О необходимости освоения тела для становления Я как целостности, по мнению представителей школы З. Фрейда, говорит тот факт, что установление границ своего Я, соотносимого с границами тела, является первой ступенью индивидуализации и исходит из потребности индивида в персональной идентичности.

«Натуральная телесность» как модель общества и мироздания — одна из особенностей дописьмен-ных культур. Особенность первобытного пансома-тизма в том, что тело имеет культурно-психологическое качество. Это носитель опыта и все соци-

Философия

альное исходит от тела и благодаря качествам тела культурные особенности человека обретают силу. Все сказанное позволяет утверждать, что тело является первой осваиваемой человеком вещью. И пока человек не сделал нечто из самого себя, он мало что мог сделать в окружающем мире.

Традиция отождествления понятий «тело» и «вещь» берет начало в античной философии. Тело — понятие, предшествующее в истории познания категории «вещь». В античной философии наряду с синтезирующим понятием «вещь» Платон и Аристотель используют как синонимы понятия «тело» и «сущее». Необходимо заметить, что для греков понимание личности неотрывно от живого тела и тождественно ему. Если раб в отличие от свободных граждан был лишен права на персону, то у него не было и тела10.

В современном мире тело воспринимается скорее, как инструмент успеха, как материальный объект, но не переживается. Тело становится знаком успешного социального общения при условии внешнего соответствия принятому стандарту.

В заключении можно еще раз подчеркнуть диалектическую связь понятий «тело» и «материальная вещь». При этом вещь формирует тело человека, а тело, в свою очередь, определяет функцию вещи. Человек остается тождественным себе во времени благодаря форме, видимому, телу.

Таким образом, тело и вещь являются мерой индивидуальности человека, что позволяет устанавливать тождество и различие, необходимое для конституирования идентичности.

Вещь можно рассматривать как исторически сложившуюся форму духовной культуры, даю-

щую возможность гармонизировать индивидуальное и социальное в человеке.

В современном мире функцию гармонизации призван осуществлять дизайн, как эстетическая предметная деятельность, создающая условия обретения персональной идентичности.

Примечания

1. Трубина, Е.Г. Рассказанное Я : проблемы персональной идентичности [Текст] / Е.Г. Трубина. — Екатеринбург : УроРАН, 1995. — С. 85.

2. Невелев, А.Б. Персональная идентичность человека : путь к зрелости [Текст] / А.Б. Невелев // Вестник института психологии и педагогики : Выпуск 1; под общей ред. С.А. Репина. — Челябинск : Урал ЛТД, 2003. — С. 54.

3. Лола, Г.Н. Дизайн в постмодерне [Текст] // Г.Н. Лола ; http://www.portalus.ru/modules/phllosophy.

4. Маркс, К. [Текст] / К. Маркс, Ф. Энгельс ; собр. соч. Т. 1. — С. 322.

5. Топоров, В.Н. Миф. Ритуал. Символ. Образ: исследования в области мифопоэтического [Текст] / В.Н. Топоров. — М. : Прогресс-Культура, 1995. — С. 27.

6. Бодрияр, Ж. Система вещи [Текст] / Ж. Бодри-яр. — М. : Рудомино, 1999. — С. 217.

7. См. подробнее: Рунева, Т.А. Диалектика художе-ственого и религиозногоосвоениямира: дис. ... канд. фил. наук [Т екст] / Т.А. Рунева. — Свердловск, 1979. — С. 28.

8. Каган, М.С.Человеческая деятельность [Текст] / М.С. Каган. — М., 1974. — С. 45.

9. Трубина, Е. Г. Рассказанное Я: проблемы персональной идентичности [Текст] / Е.Г. Трубина. — Екатеринбург : УроРАН, 1995. — С. 130.

10. Мосс, М. Общество. Обмен. Личность : труды по социальной антропологии [Текст] / М. Мосс ; пер. с франц. — М. : Восточная литература, РАН, 1996. — С. 160.

Поступила в редакцию 15 августа 2008 г.

Ковтун Ольга Автономовна, старший преподаватель кафедры искусствоведения и культурологии ЮурГУ. В 1990 году окончила факультет искусствоведения Уральского государственного университета. Область научных интересов: философия культуры, философская антропология.

Kovtun Olga Avtonomovna is Senior Teacher of the Art History and Cultural Studies Department of the SUSU. In 1990 she graduated from the Art History Faculty of Ural State University. Professional interests: philosophy of culture, philosophical anthropology.