Некоторые проблемы защиты залогодержателя в залоговом правоотношении

82

УДК 347.466

О.В. Белая

НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЗАЩИТЫ ИНТЕРЕСОВ ЗАЛОГОДЕРЖАТЕЛЯ В ЗАЛОГОВОМ ПРАВООТНОШЕНИИ

Исследуются проблемы, связанные с установлением залогового обеспечения. Вносятся предложения по сбалансированности защиты интересов сторон в залоговых правоотношениях.

The problems concerning the establishment of mortgage are considered in the paper. Offers for balanced protection of party's interests in mortgage are bringing in.

Вступая в различные договорные отношения, стороны стремятся к достижению конечного результата — удовлетворению своих интересов. Нередко кредитор желает получить гарантии надлежащего исполнения обязательства должником посредством применения того или иного способа обеспечения исполнения обязательств. Одним из наиболее распространенных обеспечительных способов является залог. Однако при установлении залога, как и при возникновении любого иного обязательства, требуется соблюдение баланса гарантированности и защиты прав и интересов кредитора и должника. Исследуя вопросы, связанные с установлением залогового обеспечения, отдельные авторы приходят к выводу о том, что в залоговых правоотношениях кредитор-залогодержатель является более слабой стороной [1, с. 187].

Анализ норм гражданского законодательства также позволяет сделать вывод об отсутствии в некоторых случаях баланса в закреплении прав и возможностей сторон в залоговых правоотношениях.

Суть залогового обеспечения состоит в возможности удовлетворения требований кредитора-залогодержателя за счет предмета залога посредством обращения на него взыскания в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником основного обязательства. Законодатель указывает на возможность преимущественного удовлетворения требований залогодержателя перед другими кредиторами залогодателя, за изъятиями, установленными законом (п. 1 ст. 334 ГК РФ). Право преимущества залогодержателя проявляется при ликвидации должника-юридического лица. Требования кредитора-залогодержателя в этом случае удовлетворяются в третью очередь, имея приоритет еще перед двумя очередями кредиторов (п. 1 ст. 64 ГК РФ). Однако удовлетворение требований залогодержателя производится не за счет средств, вырученных от реализации именно предмета залога, а из общей массы денежных средств, полученных при продаже имущества должника. Во всех остальных ситуациях преимущество залогодержателя при удовлетворении требований кредиторов должника законодателем не выделяется. При определении порядка списания денежных средств со счета

должника требования кредитора-залогодержателя специально не выделяются и приоритетом не пользуются, а подлежат удовлетворению в последнюю (шестую) очередь, наряду с требованиями иных кредиторов, чьи обязательства не обеспечены залогом (п. 2 ст. 855 ГК РФ). При определении очередности удовлетворения требований взыскателей в рамках исполнительного производства требования залогодержателя также не выделяются в отдельную очередь, а удовлетворяются вместе с остальными требованиями кредиторов в последнюю (пятую) очередь (п. 2 ст. 78 федерального закона от 21 июля 1997 г. «Об исполнительном производстве») (далее — Закон об исполнительном производстве).

При реализации имущества должника, находящего в состоянии банкротства, требования залогодержателя удовлетворяются в третью очередь при выделении всего трех очередей кредиторов (п. 4 ст. 134 федерального закона от 22 октября 2002 г. «О несостоятельности (банкротстве)») (далее — Закон о банкротстве). По сути, преимущества в этом случае у залогодержателя нет.

Удовлетворение требований залогодержателя происходит за счет средств, вырученных от продажи на публичных торгах предмета залога. Однако по отношению к залогодержателю в отношении удовлетворения за счет этого же имущества преимуществом пользуются кредиторы первой и второй очередей, чьи права требования возникли до заключения договора о залоге (п. 2 ст.138 Закона о банкротстве). Трудно представить должника-юридическое лицо, которое на момент заключения договора о залоге не имеет как минимум обязательств по оплате труда и выходных пособий своих работников, чьи требования составляют вторую очередь. Также невыясненным остается вопрос, применяются ли данные правила по отношению к залогодержателям, чьи права требования возникли из залога, установленного на основании закона, потому что законодатель описывает только ситуацию, связанную с обеспечением требований кредиторов на основании договора о залоге. Таким образом, выделение в третью очередь удовлетворения требований залогодержателя при ликвидации юридических лиц (п. 1 ст. 64 ГК РФ) скорее может быть рассмотрено как исключение из правила, нежели как само правило.

Анализируя действующее законодательство, можно прийти к выводу, что в настоящее время не выработан единый подход к определению очередности удовлетворения требований залогодержателей и в большинстве случаев им не отдается никакого предпочтения, что в значительной степени сводит к нулю все преимущества обеспечения обязательств залогом [2, с. 78 — 81; 3; 4, с. 6].

При установлении залога законодатель указывает на необходимость осуществления процедуры обращения взыскания и реализации заложенного имущества, что приводит к невозможности завершения залоговых правоотношений автоматическим переходом права собственности на предмет залога к залогодержателю при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного залогом обязательства [5]. Соглашения, предусматривающие такую возможность,

84

являются недействительными — как не соответствующие требованиям закона (ст. 168 ГК РФ). Допускаются случаи заключения такого рода соглашений, только если они могут рассматриваться как новация или отступное. В этом случае у кредитора появляется возможность получить удовлетворение своих требований от должника посредством приобретения права собственности на предоставленное последним имущество [6; 7]. С одной стороны, это правило способствует удовлетворению интересов кредитора, ускоряет этот процесс, делает его удобным и экономичным. Однако применение новации или отступного выгодно только тогда, когда объем и размер требований кредитора примерно равен по стоимости цене предоставляемого в обеспечение должником имущества. В противном случае ущемлялись бы интересы кредитора — если стоимость предмета обеспечения меньше размера долга; или должника — если стоимость предмета обеспечения превышает размер долгового обязательства.

Кроме того, если руководствоваться нормами гражданского законодательства при заключении соглашений о новации, прежнее правоотношение прекращается. Таким образом, между сторонами прекращается залоговое правоотношение и возникает новое, порождаемое договором о новации [8, с. 75]. Однако с прекращением залога прекращаются и преимущества, которые он предоставлял кредитору-залогодержа-телю, в частности преимущество в удовлетворении требований кредитора. После заключения договора о новации, когда залоговое правоотношение уже прекращено, у прочих кредиторов возникает возможность оспорить данный договор в связи с ущемлением одних кредиторов за счет других. В случае удовлетворения требований таких кредиторов прежний залоговый кредитор может рассчитывать на удовлетворение своих требований от должника только на общих основаниях. С прекращением залогового правоотношения прекращается и право следования, присущее залогу и предоставляющее залогодержателю право обратить взыскание на предмет залога даже при переходе на него прав от должника иному лицу (ст. 353 ГК РФ). Таким образом, после заключения соглашения о новации правовое положение кредитора становится более уязвимым, а возможности получить удовлетворение требований к должнику уменьшаются [9, с. 26].

Весьма серьезным препятствием для заключения договоров новации или отступном является требование закона, закрепленное в п. 2 ст. 49 Закона об исполнительном производстве, согласно которому залогодержатель, оставивший за собой заложенное имущество, обязан удовлетворить требования кредиторов пользующихся преимуществом перед его требованием, из стоимости заложенного имущества в размере, не превышающем стоимости этого имущества. Применение данной нормы вызывает ряд вопросов. Во-первых, при оставлении залогодержателем заложенного имущества за собой залоговое правоотношение прекращается и кредитор перестает быть залогодержателем, а имущество — предметом залога. Во-вторых, круг лиц, которые могут требовать получения удовлетворения из стоимости бывшего предмета залога,

законодателем четко не определен. С одной стороны, к такого рода лицам могут быть отнесены иные залогодержатели по предыдущим залогам, права требования которых сохраняют обременение заложенного имущества даже при переходе права собственности на него другому лицу (ст. ст. 342, 353 ГК РФ). Например, Б.М. Гонгало предлагает применять к такого рода отношениям формулировку «удовлетворение залогодержателей в порядке старшинства» [10, с. 29]. В данном случае возможность предъявления к залогодержателю, оставившему за собой предмет залога, обоснованы и правомерны. С другой стороны, преимущественным правом удовлетворения требований из стоимости заложенного имущества обладают лица, права которых удовлетворяются в предыдущие очереди по отношению к очередности удовлетворения прав залогодержателя, — лица, заявляющие требования по выплате возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью, а также выплате по заработной плате и оплате труда (п. 1 ст. 64 ГК РФ). Такого рода требования могут быть предъявлены только к непосредственному должнику, однако залогодержатель, даже если им оставлено за собой заложенное имущество, которое является единственным видом ликвидного имущества залогодателя, не должен нести ответственность за действия должника.

Представляется также неопределенным положение, связанное с указанием на объем ответственности залогодержателя, состоящей в размере стоимости заложенного имущества и не превышающей стоимости этого имущества. Законодателем не уточнено правило об определении стоимости такого имущества: должна она определяться исходя из рыночной стоимости имущества, или по определению сторон. Также остается без разрешения ситуация, когда залогодержатель оставил за собой предмет залога при определении его стоимости в одном размере, руководствуясь, например, оценкой, содержащейся в договоре залога, а кредитор предъявляет ему требование, исходя из оценки предмета залога в другом размере и руководствуясь рыночными ценами или оценкой специализированной организации, и при этом стоимость существенно превышает стоимость имущества, определенную в договоре залога. Представляется, что требования, предъявляемые к залогодержателю, не могут превышать стоимость заложенного имущества, по которой оно им приобреталось.

Указание на возможность взыскания с залогодержателя, оставившего за собой предмет залога, стоимости заложенного имущества кредиторами, пользующимися преимущественным правом удовлетворения за счет имущества залогодателя, в частности залогодержателями по предыдущим залогам, необоснованно перекладывает ответственность с залогодателя на залогодержателя в случаях добросовестности последнего и является нарушением его прав (п. 1 ст. 302, п. 3 ст. 342 ГК РФ).

При указанных обстоятельствах в ряде случаев кредитору более целесообразно осуществлять процедуры обращения взыскания на предмет залога, оставаясь в рамках залогового правоотношения.

Возникшая в этом случае проблема соблюдения интересов залогодержателя должна быпть рассмотрена и решена и в иной плоскости. Законодатель устанавливает обязанность залогодателя сообщать каждому последующему залогодержателю сведения обо всех существую-

86

щих залогах данного имущества (п. 3 ст. 342 ГК РФ). В случаях, если одно и то же имущество является предметом обеспечения в нескольких правоотношениях, возможности удовлетворения за его счет требований кредитора уменьшаются в обратной зависимости от количества обеспечиваемых обязательств. По этой причине и вводится обязанность залогодателя сообщать кредиторам обо всех предшествующих залогах данного имущества и ответственность за убыгтки, причиненные залогодержателю невыполнением этой обязанности. Следует отметить, что на практике споры по поводу последующего залога имущества возникают достаточно часто [11 — 18; 19, с. 38]. При этом на практике делается вывод о том, что законом не предусмотрено, что несоблюдение залогодателем данной обязанности влечет признание последующих договоров залога недействительными [20].

Применительно к залогу имущественных прав проблема усугубляется тем, что заложенные права, как правило, связаны с третьим лицом — должником по этому праву, что привносит дополнительные риски. Действительность заложенных прав зависит не только от залогодержателя, но и от отношений между залогодателем и третьим лицом — должником по заложенному праву. На практике залогодержатель может столкнуться с появлением недобросовестного поведения сторон в обязательстве, права требования по которому предоставляются в залоговое обеспечение. Например, банк-кредитор предоставляет третьему лицу выписку из счета, подтверждающую зачисление кредита на текущий счет заемщика. Через несколько дней вышиска из счета аннулируется как ошибочная, но третье лицо об этом не информируется. Когда у третьего лица возникают основания требовать вышлаты кредита у заемщика, выясняется, что средства на счет заемщика, указанные в кредитном договоре, никогда не поступали. В другом случае после предоставления третьему лицу прав требования выплаты кредита от заемщика заемщик досрочно выплачивает первоначальному кредитору весь кредит и не ставит об этом в известность третье лицо. Когда у третьего лица возникают основания требовать выплаты кредита, заемщик и первоначальный кредитор ставят его в известность о случившемся и предлагают возместить убытки, которые должно доказать третье лицо, но которые заведомо трудно доказать. При возникновении у третьего лица оснований полагать, что оно вправе требовать выплаты кредита, предоставленного заемщику первоначальным кредитором, выясняется, что кредитный договор не вступил в силу, несмотря на то что средства по нему были предоставлены заемщику. Кредитный договор не вступил в силу по причине неподписания заемщиком и первоначальным кредитором в установленный срок акта приема-передачи документов, требуемых кредитором от заемщика для предоставления кредита [21]. В целях устранения подобных нарушений прав кредитора-залогодержателя при предоставлении в залог (последующий залог) имущественных прав необходимо создание системы регистрации залога (последующего залога) денежного права (требования). В рамках существования данной процедуры регистрации все обременения имущества залогами были бы зафиксированы в едином реестре залоговых

обременений имущественных прав. Открытый доступ к данному реестру позволил бы кредиторам при установлении залогового правоотношения получать наиболее полную информацию об использовании данного вида имущества в других залоговых сделках, а также отслеживать судьбу предоставляемого в залог права (требования). В данный реестр необходимо включать сведения не только об обременении залогами конкретных имущественных прав, но и размер и срок существования каждого обязательства, обеспеченного данным имуществом. Наличие подобной системы регистрации позволило бы в значительной степени защитить интересы залогодержателей и ограничить злоупотребления со стороны залогодателей и третьих лиц, права требования к которым предоставляются в залог.

Защите интересов залогодержателя в значительной степени также способствовало бы устранение противоречий в действующем законодательстве, которые затрудняют возможности залогодержателя реализовывать свои права. Так, при определении залога законодатель указыгва-ет на возможность удовлетворения требований кредитора за счет заложенного имущества при неисполнении должником обеспеченного залогом обязательства (п. 1 ст. 334 ГК РФ). Однако основанием для обращения взыскания на предмет залога является неисполнение или ненадлежащее исполнение должником обеспеченного залогом обязательства (п. 1 ст. 348 ГК РФ). Таким образом, возможности кредитора обратить взыскание на предмет залога увеличиваются. В связи с этим при определении залога необходимо указыгвать на право кредитора удовлетворить свои требования за счет предмета залога не только при неисполнении должником обеспеченного залогом обязательства, но и при его ненадлежащем исполнении.

Кроме того, в п. 2 ст. 351 ГК РФ законодатель указывает случаи обращения взыскания на предмет залога при ненадлежащем исполнении залогодателем залогового правоотношения. Таким образом, в ст. 348 ГК РФ должны быгть отражены в качестве основания обращения взыскания на предмет залога не только неисполнение или ненадлежащее исполнение должником основного обязательства, обеспеченного залогом, но и ненадлежащее исполнение должником договора залога.

Законодатель указыгвает, что нарушение основного обязательства, порождающее процедуру обращения взыскания на залоговое обеспечение, должно быгть осуществлено по обстоятельствам, за которые отвечает должник. Соответственно, если невозможность исполнения или ненадлежащее исполнение обязательства быгло выгзвано действием непреодолимой силы или действиями контрагентов должника в иных правоотношениях либо по вине самого залогодержателя, а также в иных случаях, за которые должник не отвечает, обращение взыскания на предмет залога исключается. В данном случае законодатель сокращает ответственность должника перед кредитором, если залогом обеспечено обязательство, связанное с осуществлением должником предпринимательской деятельности (п. 3 ст. 401 ГК РФ).

Законодатель также предусматривает возможность отказа кредитору в обращении взыскания на предмет залога, если допущенное долж-

88

ником нарушение обеспеченного залогом обязательства незначительно и размер требований залогодержателя вследствие этого будет явно несоразмерен стоимости предмета залога (п. 2 ст. 348 ГК РФ). Представляется, что данное правило ограничивает права кредитора в удовлетворении своих требований за счет заложенного имущества. Решение об отказе в обращении взыскания на предмет залога может принять только суд, которыш должен детально рассмотреть все обстоятельства дела для вышесения квалифицированного решения. Рассмотрение дела в судебной инстанции занимает определенное, порой весьма значительное время, что замедляет процесс удовлетворения требований залогодержателя. При этом следует учитывать, что в качестве основания отказа в обращении взыскания на предмет залога законодатель указыпвает на прямую связь между нарушением должником своего обязательства и явным несоответствием размера требований кредитора в связи с этим со стоимостью заложенного имущества. Однако существенные нарушения обязательства не всегда могут носить денежный характер: например, непредоставление отчета должником о вытолняемых действиях, направленных на исполнении обязательства, неявка должника в установленные сроки или в определенное место, а также иные действия, которые могут свидетельствовать о нежелании должника исполнять обязательство. При таких обстоятельствах представляется возможным обращение взыскания на заложенное имущество.

Нецелесообразно применение положения, предусмотренного в п. 2 ст. 348 ГК РФ, и в ряде иных случаев. При обеспечении обязательств залогом стоимость закладываемого имущества никогда не является равной размеру обеспечиваемого требования, а существенно его превышает. Это связано с возможностью удовлетворения из стоимости предмета залога иных требований кредитора, предусмотренных законодателем, оставлением запаса при уменьшении цены в процессе реализации имущества и др. В ряде случаев при ограниченности имущества у залогодателя денежные обязательства, незначительные по своему размеру, могут возникать под залоговое обеспечение весьма дорогостоящим имуществом. Таким образом, обеспечиваемое обязательство в целом может быть несоразмерно стоимости заложенного имущества, в том числе если должником не исполняется часть такого обязательства. При таких обстоятельствах отказ кредитору в обращении взыскания на предмет залога по обстоятельствам, указанным в п. 2 ст. 348 ГК РФ, может в значительной степени ущемлять его интересы. По этой же причине не представляется возможным и установление какого-либо фиксированного размера требований залогодержателя к стоимости предмета залога, при котором суд будет обязан обратить взыскание на предмет залога. Во-первых, неисполнение должником обязательства, обеспеченного залогом, может не иметь денежного характера. Во-вторых, стоимость предмета залога и размер обеспечиваемого обязательства могут быгть изначально несопоставимы — со значительным пре-выпшением стоимости в пользу заложенного имущества. По этим причинам представляются неубедительными предложения об установлении четких размеров (например, 25 % размера требований залого-

держателя к стоимости предмета залога как минимальный размер), позволяющих суду принимать решение об обращении взыскании на предмет залога [22, с. 24].

Вопросы защиты интересов залогодержателя возникают и при реализации предмета залога посредством публичных торгов. Законодателем допускается возможность предоставления судом по просьбе залогодателя отсрочки реализации имущества через публичные торги до одного года (п. 2 ст. 350 ГК РФ). При этом основания для применения отсрочки не указыгваются. Принятие решения об этом производится судом с учетом конкретных обстоятельств дела, в связи с чем можно предположить, что принятие положительного решения по данному вопросу судом может быгть произведено по любыш основаниям, которые суд сочтет достаточными для применения отсрочки. В данном случае правовое положение залогодержателя будет полностью зависеть от усмотрения суда, а залог в значительной степени утратит свои обеспечительные функции.

В целях соблюдения баланса интересов сторон законодатель предусматривает, что отсрочка не затрагивает прав и обязанностей сторон по обеспеченному залогом обязательству и не освобождает должника от обязанности возместить кредитору возросшие убыпки и неустойку. Однако представляется, что в данном случае присутствует ущемление интересов залогодержателя. В гражданском обороте в целом не практикуется заключение денежных долговых обязательств на длительные сроки, так как это всегда связано с высокими рисками невозврата долга. Продление существования обязательства до одного года может поставить кредитора в еще более невыгодное положение и увеличить риски неполучения предоставленных денежных средств обратно. Кроме того, за год могут произойти изменения как в гражданском обороте, так и относительно конкретного вида имущества, которые могут имущества или существенного уменьшения его стоимости. Предоставление кредитору в таких условиях права требовать от должника возросших за период отсрочки убыпков превращается в простую декларацию. Значительные трудности вызывает взыскание основного долга за счет стоимости предмета залога в подобной ситуации, дополнительные требования могут остаться в целом без удовлетворения [10, с. 28; 23, с. 15; 24, с. 24; 25, с. 11; 26, с. 66—67; 27, с. 19].

Приведенные примеры свидетельствуют об отсутствии в ряде случаев сбалансированности защиты интересов кредитора и должника в залоговыгх правоотношениях. Однако эффективное применение залога возможно только тогда, когда будет существовать действенный механизм обеспечения интересов кредитора в залоговыгх обязательствах. Речь не идет о гарантированности прав только кредитора. Защита прав залогодателя, безусловно, должна существовать, но не в ущерб интересам залогодержателя. Предоставляя одной стороне гарантии, следует как минимум не нарушать прав другой стороны.

Список литературы

1. Гонгало Б.М. Учение об обеспечении обязательств. Вопросы теории и практики. М., 2002.

90

2. Грось Л. Залог: вопросы гражданского права и гражданского процесса //Хозяйство и право. 1996. № 2.

3. Харин А.Н. Проблемы обращения взыскания и реализации залога в банковской деятельности / / Современное право. 2002. № 12; СПС «Консультант плюс». 2006.

4. Химичев В.А. Обеспечение прав и законных интересов кредиторов //Арбитражная практика. 2003. № 4.

5. О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации: Постановление Пленума Верховного суда РФ и Пленума Высшего арбитражного суда РФ от 1 июля 1996 г. //Бюллетень Верховного суда РФ. 1996. № 9.

6. Постановление Президиума Высшего арбитражного суда РФ от 5 августа

1997 г. по делу № 17/97 //Вестник Высшего арбитражного суда РФ. 1997. № 12.

7. Постановление Президиума Высшего арбитражного суда РФ от 31 марта

1998 г. по делу № 6867/97 //Вестник Высшего арбитражного суда РФ. 1998. № 6.

8. Свириденко О. Правовое регулирование залога и его реализация в банковском кредитовании //Хозяйство и право. 1998. № 7.

9. Скловский К. Залог, арест имущества, иск как способы обеспечения прав кредитора //Российская юстиция. 1997. № 2.

10. Гонгало Б.М. Обеспечение исполнения обязательств. М., 1999.

11. Постановление Президиума Высшего арбитражного суда РФ от 25 июня 1996 г. по делу № 1567/96 //Вестник Высшего арбитражного суда РФ. 1996. № 10; СПС «Консультант плюс». 2006.

12. Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 1 марта 2004 г. по делу №КГ-А40/879 — 04 / / СПС «Консультант плюс». 2006.

13. Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 12 мая 2004 г. по делу №КГ-А40/3248 — 04 // СПС «Консультант плюс». 2006.

14. Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 14 октября 2004 г. по делу №КГ-40/9175 — 04п // СПС «Консультант плюс». 2006.

15. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 3 июня 1998 г. по делу №А56 — 288/98.// СПС «Консультант плюс». 2006.

16. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 11 июля 2002 г. по делу №А05 —784/02—44/3 // СПС «Консультант плюс». 2006.

17. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 27 августа 2004 г. по делу №А44 — 498/04-С3 // СПС «Консультант плюс». 2006.

18. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 27 августа 2004 г. по делу №А44 —496/04-С15 // СПС «Консультант плюс». 2006.

19. Чиркова М. Оценка залога как способа обеспечения возвратности кредита //Хозяйство и право. 1998. № 6.

20. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 24 октября 2002 г. по делу №А21—3162/02-С2 // СПС «Консультант плюс». 2006.

21. Скворцов В.В. Договор и повышение эффективности залога // СПС «Гарант». 2006.

22. Скворцов В.В. Обеспечительная функция залога: Автореф. дис. ... канд. юр. наук. М., 2002.

23. Зайцева Т. И. Удостоверение договоров залога //Хозяйство и право. 1998. № 6.

24. Куликов А.Д. Понятие, краткая история происхождения и развития института залога / /Юридический мир. 1998. № 9—10.

25. Смирнов М. Реализация заложенного имущества: законодательство и судебная практика //Финансовая газета. 2002. № 5.

26. Цыпышева Р.П. Институт ипотеки земли по римскому праву. Его рецепция в дореволюционном праве России и современном законодательстве Российской Федерации//Залог и ипотека в российском и зарубежном праве: Мат-лы междунар. науч. конф. /Под ред. Т. Е. Абовой. М., 1999.

27. Шичанин А.В., Гривков О.Д. Тенденции развития залоговых отношений в России / /Законодательство и экономика. 2001. № 5.

Об авторе

О.В. Белая — аспирантка МГЮА; ассист., РГУ им. И. Канта.

91

И.И. Маскаева

АДМИНИСТРАТИВНЫЕ И ДОЛЖНОСТНЫЕ РЕГЛАМЕНТЫ КАК ЭЛЕМЕНТ АДМИНИСТРАТИВНОЙ РЕФОРМЫ

Рассматриваются проблемы регламентации деятельности субъектов государственного управления, определяются назначение и содержание административных и должностных регламентов; исследуется нормативная база, закрепляющая основные направления разработки данных форм регламентации.

The main points of the article are the problems of state subjects activity regulation, the meaning and substance of administrative orders and official's duties orders, research of appropriate legal issues.

Вопрос регламентации функций государственного аппарата и деятельности его служащих, к сожалению, недостаточно освещен в литературе. Однако в связи с проводимой в России административной реформой, одной из задач которой является устранение избыточных функций органов государственной власти, немаловажное значение приобретает проблема упорядочения функциональных обязанностей всех субъектов государственного управления, результатом которого должны стать строгая регламентация деятельности государственно-властных структур и упразднение дублирующих друг друга полномочий.

Четкое представление о деятельности каждого государственного органа и отдельных государственных служащих способствует повышению ответственности чиновников за выполнение ими своих должностных обязанностей и является одним из необходимых условий эффективности реализации функций и задач государственных органов и целей государственного управления. Кроме того, регламентация государственно-властных полномочий является гарантией от произвольного вмешательства в сферу прав и свобод человека и гражданина и тем самым способствует укреплению авторитета государственной власти и, следовательно, большей степени ее легитимности.