Люди Старой площади

Люди Старой площади

Ребята со связями

       За три дня до отставки правительства о своем увольнении объявили бойцы кремлевского идеологического фронта — руководители управления президента по связям с общественностью Михаил Маргелов и Алексей Волин. Связь между их уходом и отставкой кабинета отсутствует только на первый взгляд.
       
       Малоизвестное за пределами Старой площади управление по связям с общественностью было создано полтора года назад. Сразу после выборов 1996 года глава президентской администрации Анатолий Чубайс и его первый заместитель Максим Бойко предложили возглавить новое подразделение Михаилу Лесину, руководителю проекта рекламно-агитационной кампании по выборам Бориса Ельцина и гендиректору "Новости-ТВ" РИА.
       Новую должность Лесин занял после того, как проинтервьюировал Ельцина, рассказавшего о своем согласии лечь на операцию. Другое яркое мероприятие, проведенное Кремлем, как считается, с подачи Лесина,— это поездка дочери президента Татьяны Дьяченко в сентябре 1996 года в Ростов, к детям, пострадавшим при столкновении автобуса с локомотивом. Наконец, третья лесинская заслуга — регулярные радиообращения президента, которые начали звучать с сентября 1996 года.
Какие еще есть заслуги у управления по связям с общественностью, могут сказать немногие.
       
Сижу, никого не трогаю
       Михаил Лесин особым вниманием журналистов не баловал. Ему это было ни к чему — он разрабатывал, как говорили в администрации, "информационные технологии". Впрочем, не слишком долго. Спустя полгода технологии надоели Лесину, и в феврале 1997 года он ушел из Кремля.
       Развод был полюбовным — начальником Лесин оставил своего заместителя Михаила Маргелова, пришедшего в администрацию, как и Лесин, из Video International. Остались и другие набранные им люди — Алексей Волин, Андрей Вавра, Владимир Семенов, Александр Минеев, Наталья Ильина. Спичрайтеры Вавра и Семенов вскоре, правда, из управления ушли — они стали референтами президента. (Семенов позже вернулся в Video International, но по-прежнему сотрудничает с администрацией.)
       Большая часть работы управления носила сугубо внутренний характер. Социологический отдел еженедельно составлял для администрации и правительства сборники социологических опросов по разным проблемам; сотрудники отдела по работе с общественностью в регионах проводили семинары местных журналистов, выискивали лояльных и поддерживали с ними контакт. В отделе бывали представители президента в регионах, другие федеральные чиновники с мест, даже губернаторы — им объясняли, как нужно себя вести, чтобы заслужить любовь прессы. Отдел по работе со СМИ делал то же самое, но уже на уровне федеральных министерств (поначалу управление даже пыталось взять на себя функции пресс-служб некоторых из них, но потом оставило эту затею).
       Управление вело учет важнейших, с точки зрения Кремля, событий за неделю, месяц и даже год. Разрабатывались планы, как преподносить их обществу, как заставить прессу на что-то обратить внимание, а на что-то нет.
       Руководители управления Маргелов и Волин львиную долю своего рабочего времени тратили на общение с журналистами. Дружеские беседы чаще всего заканчивались статьями — со ссылками на "источник в Кремле" или без. Проще говоря, управление сливало нужную информацию. Это нравилось далеко не всем в Кремле.
       
Сами мы не местные
       Для большинства обитателей Кремля специалисты по связям с общественностью оставались людьми пришлыми и чуждыми. С помощниками президента им, например, так и не удалось найти общего языка. Алексей Волин любил рассуждать: "Да, обижается на нас Сатаров. Нельзя, говорит, раскручивать послание президента Федеральному собранию так же, как раскручивают 'Тампакс'. Но методика-то одна! Технология рекламы нового мыла и политика, готовящегося к выборам,— одна и та же!". Президентских помощников первого призыва в управлении презирали и использовали любую возможность, чтобы подставить их.
       Но судьбу руководителей управления решили, конечно же, не уволившийся Сатаров и почти уволенный Краснов. Дело в другом. После ухода Чубайса в правительство верхушка администрации за считанные месяцы разделилась на два лагеря: чубайсовский и юмашевский. Первый чем дальше, тем больше ослабевал — Чубайсу требовались свои люди в правительстве и он уводил их из Кремля.
       Максим Бойко покинул администрацию в августе; осенью в связи с книжным скандалом был уволен и первый замглавы администрации Александр Казаков. С этого момента судьба руководителей управления по связям была предрешена.
       И хотя Волин и Маргелов приложили все усилия, чтобы продемонстрировать свою лояльность новому заместителю главы администрации Михаилу Комиссару, на них обоих стояло несмываемое клеймо: люди Чубайса. И они таковыми, безусловно, были. В свое время по Старой площади ходили легенды о проверках на верность Чубайсу, которые Бойко устраивал для своих подчиненных. Проходили такой экзамен Волин с Маргеловым или нет, но отношения у них с Бойко были отличные.
       С Комиссаром все складывалось иначе. Хотя Чубайс поначалу с энтузиазмом отнесся к приходу в администрацию гендиректора "Интерфакса", довольно скоро стало ясно, что Комиссар на другой стороне — он выбрал более близкую к телу рубашку, то есть Юмашева "с семьей". В управлении довольно быстро это поняли.
       В открытую ни на Юмашева, ни на Комиссара управление не нападало — силы были не равны. Но, к примеру, когда президент снял с должности Казакова, УПСО запустило слух, что на его место метит Комиссар. А, как известно, зачастую информация о кадровых назначениях, раньше времени попавшая в СМИ, приводит к отмене уже принятого решения. Сработала ли аппаратная технология, или Комиссар и не собирался становиться первым замглавы администрации, но на это место была назначена Виктория Митина (которую, впрочем, сделали простым заместителем, а не первым).
       Если прежде, в первые дни в администрации, Маргелов и Волин в послевыборной эйфории бравировали своей "нездешностью" (Маргелов как-то с удовольствием рассказывал, что свое знакомство с сотрудниками, собравшимися на совещание, администрации начал с фразы: "Сами мы не местные..."), то впоследствии они сознательно формировали образ "временщиков", с изумлением сталкивающихся с бытом администраторов.
       Были сочинены легенды про то, как Лесин "испытал нескрываемый шок" в первый же день работы на госдолжности. Новый начальник якобы решил угостить своего посетителя чаем и попросил секретаршу его принести. Через три минуты девушка положила на стол шефа небольшой лист бумаги, который Лесин должен был подписать. "Заявка на чай и печенье" — значилось на нем.
       Работая в Кремле, критиковать кремлевские правила ничем не рискуя можно только в том случае, если точно знать, что уйдешь.
       
Ступай себе мимо
       Юмашев внешне никак не проявлял недовольства работой управления по связям с общественностью. Разве что после каждой утечки информации собирались срочные совещания по "выяснению каналов". Мрачные коллеги, сидя рядом с Маргеловым, глядя в потолок, говорили: "И вы их знаете",— но пальцем в его сторону никто не показывал.
       Пресс-служба президента иногда выражала косвенное недовольство действиями управления — чаще всего, когда узнавала, что журналисты договорились через него, минуя пресс-службу, об интервью с чиновниками администрации. Но не более того.
       Юмашев даже не воспользовался недавней февральской реорганизацией администрации президента: управление оставили практически нетронутым. Сократили только 2 из 35 человек, и то по настоятельной просьбе самого Маргелова. Впрочем, это ровным счетом ничего не означало — в конце января Маргелов и Волин уже подали заявление об уходе.
       Лишние скандалы никому не были нужны. Ни Кремлю, ни руководителям управления. Они уходят как нельзя вовремя. Ведь очень скоро в полную силу начнут раскручиваться сразу две предвыборные кампании: парламентская и президентская. И специалистам по политической рекламе, надеющимся на них заработать, лучше не выглядеть ангажированными той или иной стороной.
       Новый руководитель управления, как говорят на Старой площади, уже найден — это бывший журналист, помощник Валентина Юмашева Денис Молчанов. Известно, что Молчанов пользуется расположением Татьяны Дьяченко и прочубайсовскими настроениями не отличается. И вообще никакими настроениями не отличается.
       Скорее всего, после окончательного ухода Маргелова и Волина (распоряжение президента об их увольнении будет подписано, по сведениям Ъ, в первой декаде апреля) управление по связям с общественностью превратится в структуру, полностью управляемую и абсолютно лояльную главе администрации, а его новый начальник оправдает свою фамилию.
       И Юмашев засчитает себе еще одну победу в деле очищения администрации от осколков чубайсовской команды.
       
МАКСИМ ЖУКОВ
       
--------------------------------------------------------
       Михаил Маргелов: субординация — не для нас
       — Каким останется управление по связям с общественностью после нашего ухода? Думаю, что разумно было бы сохранить основную его особенность: в отличие от других управлений администрации, слепое следование требованиям субординации игнорируется.
--------------------------------------------------------
       
Подписи
       Начальник управления президента по связям с общественностью Михаил Маргелов покидает госслужбу и возвращается в бизнес. Работать над имиджем власти можно и там
       Замначальника управления президента по связям с общественностью Алексей Волин уходит со Старой площади без особого сожаления. Быть чиновником ему не понравилось