Люки в потолке

Если в начале года аналитики делали осторожные оценки относительно того, насколько эффективным оказался ценовой потолок на поставки российской нефти (напомним, он был утвержден странами «семерки» и ЕС вместе с европейским эмбарго на покупку нефти из РФ в прошлом декабре на уровне $60 за баррель), то теперь значимость этой меры отходит на второй план. Участников рынка вновь беспокоит его более широкая конъюнктура.

Татьяна Едовина

Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ

Целью потолка было ограничение экспортной выручки при сохранении поставок российской нефти на рынок, предполагалось, что это будет достигнуто за счет сужения возможностей по транспортировке и страхованию поставок. Цены на российскую нефть действительно снизились, однако, как фиксируют в Peterson Institute for International Economics (PIIE), более важным фактором оказалось европейское эмбарго на нефть. Эффект потолка был «в лучшем случае ограниченным». Проблемы не только с возможностями обхода ценового лимита, но и со спецификой поставок. Экспорт из портов Балтики и Черного моря при переориентации на азиатские рынки сильно упал в цене, поставки по нефтепроводу Восточная Сибирь—Тихий океан, которые и раньше отправлялись в Азию, не зависят от европейских покупателей. При этом компании из стран «семерки» замечены в существенной доле такого экспорта, отмечают в PIIE.

Единственное, с чем справился потолок (по сравнению с более жесткими вариантами санкций),— это с сохранением российской нефти на рынке. Формально средняя стоимость российских экспортных поставок (тех, по которым подобные данные доступны) уже превысила уровень потолка — по оценке Международного энергетического агентства, еще в июне средняя стоимость российской нефти составляла $55,62 за баррель (при средней цене Brent в $74,8 за баррель), при этом с апреля средний дисконт к Brent сократился с $24,4 за баррель до $19,2 за баррель (для Urals этот эффект был более выраженным, чем для ESPO, что также косвенно подтверждает вывод о меньшем влиянии потолка). В июле эта разница, судя по данным российских ведомств, стала еще меньше — но прозрачностью торги российской нефтью в последние полгода не отличаются.

Усилению контроля за исполнением санкций, в свою очередь, может препятствовать изменение баланса на рынке: цены на нефть вновь растут из-за ожиданий дефицита на фоне сокращения добычи в Саудовской Аравии и снижения объемов российского экспорта (для поддержки цен 2 апреля Россия объявила о сокращении добычи на 500 тыс. баррелей в сутки). Brent уже превышает $84 за баррель. Ценообразование на рынке, вероятно, будет зависеть от того, как сбалансируются более слабый глобальный спрос и сокращение добычи ОПЕК+. В таких условиях любые меры по ужесточению санкций в отношении российских поставок могут лишь усилить давление на цены.