Вторичная занятость в российской экономике

ВТОРИЧНАЯ ЗАНЯТОСТЬ В РОССИЙСКОЙ ЭКОНОМИКЕ

А.В. Штроо

В статье рассматривается вторичная занятость на современном российском рынке труда. Описываются результаты построения эконометрических моделей для выявления факторов, влияющих на масштабы ее распространения.

Ключевые слова: вторичная занятость, телеработа, тобит модель.

Феномен вторичной занятости (в англоязычной литературе используются термины «moonlighting» или «multiple jobholding») стал темой серьезных научных исследований сравнительно недавно. Интерес к этой теме был обусловлен серьезными структурными изменениями в экономической и социальной сферах жизни общества во второй половине ХХ столетия, которые сопровождались значительными преобразованиями рынка труда. Постоянное ускорение темпов развития человечества обусловило необходимость адаптации людей к жизни в быстроменяющихся условиях. На рынке труда возросла потребность в повышении профессиональной квалификации и переподготовке работников, появилась парадигма «образования через всю жизнь», возросло значение полипрофессионализма. Главным капиталом работника стало его образование, причем речь идет о специальном образовании, об углубленном знании своего предмета, просто высшее образование - это не достаточное, а только необходимое условие. Компании стали уменьшать штат постоянных работников, увеличивая штат временных, обладающих навыками, необходимыми только в текущем периоде, что означает рост трудовой мобильности. Все большую популярность стала приобретать так называемая «проектно-ориентированная» занятость, которая предполагает следующую схему: найм работников для выполнения конкретного проекта, выплату вознаграждения по результатам работы и последующее завершение контракта с данным персоналом. Для нового проекта формируется уже новый персонал. На фоне всех этих тенденций возросла роль вторичной занятости как одного из основных регуляторов на рынке труда в краткосрочной и среднесрочной перспективах. Учеными было отмечено влияние вторичной занятости (причем не

только непосредственного участия в ней, но и просто возможности участия) на предложение труда на основном месте работы, что стало предметом многочисленных исследований на западе.

Широкие возможности для роста масштабов вторичной занятости открыло стремительное развитие информационных технологий. Именно оно стало одним из основных источников столь значительных изменений в жизни человечества за последние полвека. Значительность произошедших вследствие информационной революции изменений позволила ученым выдвинуть предположение о том, что человечество постепенно переходит на новую ступень своего развития, получившую название «информационное общество». В области экономики это привело к росту сектора услуг и - особенно - информационного сектора. Был затронут и рынок труда, что вызвало появление множества новых профессий (разработка программного обеспечения и администрирование его работы, Web-дизайн и т. п.) и новых форм трудовых отношений. В частности, благодаря развитию компьютерных сетей стала возможной так называемая «телеработа» (telework, telecommuting), открывшая богатые возможности для вторичной занятости.

Телеработа возникает в тех случаях, когда информационные и коммуникационные технологии используются для удаленного выполнения разнообразных работ. Исполнители в этих случаях находятся на определенном расстоянии от того места, где необходимы результаты их работы, или от тех рабочих мест, где данные работы обычно выполняются. Впервые такая форма занятости появилась в США. Развитые коммуникации, программа поддержки виртуальных и домашних офисов не только со стороны правительства, но и банков, да и общая инфраструктура спо-

собствовали и способствуют развитию и реализации нового подхода к ведению бизнеса. Специфика выполняемых многими офисными работниками задач зачастую не требует их присутствия в офисе - они вполне могут работать дома, на компьютере, подключенном к сети Ш;ете1. Очевидно, что появление телеработы способствует все более широкому распространению вторичной занятости, поскольку люди получают возможность получать дополнительный доход в свободное от основной работы время, не выходя из дома.

Вторичная занятость, под которой обычно понимается добровольная (постоянная или временная) оплачиваемая трудовая деятельность, осуществляемая в свободное от основной работы время, является неотъемлемым элементом любого рынка труда. Представляя собой одну из специфических форм занятости, она занимает среди них особое место, поскольку представляет собой своего рода ответ на скоротечность и нестабильность в процессах, происходящих в экономической и социальной сферах жизни людей. Вторичная занятость получает ту или иную распространенность в зависимости от общей социально-экономической ситуации в стране, уровня оплаты труда, законодательного регулирования занятости экономически активного населения. В России на рубеже ХХ и ХХ1 вв. низкие реальные доходы населения (обусловленные низким уровнем заработной платы в большинстве производственных отраслей), распространенность неэффективной формальной занятости и «скрытой» безработицы (отражающие по сути невостре-бованность отрасли через ненаполненность основной занятости реальным трудом), а также размеры неформального сектора экономики - все это привело к возрастанию роли вторичной занятости как одного из основных приспособительных механизмов рынка труда к негативным шокам [1]. Таким образом, динамика дополнительной занятости является отражением происходящих в экономике страны изменений, и ее изучение позволит лучше разобраться в способностях рынка труда адаптироваться к новым социально-экономическим условиям. Также представляет интерес оценка степени влияния вторичной занятости на предложение труда на основном месте работы. Наконец, эконометрическое моделирование вторичной заня-

тости позволяет построить прогноз ее развития, который может использоваться при выработке путей и методов регулирования этого феномена.

Как самостоятельная научная проблема вторичная занятость стала объектом теоретических и практических исследований сравнительно недавно - в 1960-1970 гг. Основные направления теоретического анализа предложения труда в форме вторичной занятости разработали такие зарубежные экономисты и социологи, как R. Shishko и

B. Rostker, M.R. Killingsworth, P. Krishnan, J. Kimmel и K.S. Conway [2-3]. Среди исследований российских ученых можно выделить работы Е.П. Варшавской, Е.А. Хибовской,

C.Ю. Рощина и Т.О. Разумовой [4-6]. Однако большинство работ, посвященных изучению вторичной занятости в российской экономике, сосредоточены на количественной оценке масштабов этого явления и на его социологическом анализе, эконометрических же исследований в этой области практически нет. В то же время моделирование вторичной занятости в России позволяет провести ее более детальный анализ - как с точки зрения факторов, на нее влияющих, так и с точки зрения взаимосвязи с показателями развития экономики.

Официальный статус и широкое распространение вторичная занятость в России получила только в период экономических реформ. Лица, ищущие вторую работу, как правило, ориентировались на частный сектор потому, что заработки там значительно выше по сравнению с госсектором. Таким образом, дополнительная занятость в условиях экономического кризиса играла важную роль, способствуя переливу рабочей силы из государственного в частный сектор. Она являлась тем амортизатором, который облегчал решение проблем трудоустройства. Именно разнородность рабочих мест в государственном и частном секторах, скорее всего, и послужила основной причиной распространения вторичной занятости. С одной стороны, работа в частном секторе приносила значительно больший доход, но с другой стороны, она являлась значительно менее стабильной. Кроме того, важное значение имеют незарплатные характеристики рабочего места -«социальный пакет». Сюда входит социальный статус, различные социальные льготы

(например, военнослужащим, работникам государственных образовательных учреждений и т. п.), обеспечение доступа к материальным и информационным ресурсам, оплата питания и различных курсов повышения квалификации, детские сады при организациях и многое другое. В этом смысле значительным преимуществом обладали обычно рабочие места в государственном секторе экономики. И вторичная занятость позволяла получать как определенную социальную выгоду от работы в государственных учреждениях, так и более высокую заработную плату за работу в частном секторе экономики.

Говоря о факторах, способствовавших распространению вторичной занятости в России в период реформ, нельзя не упомянуть и о такой черте российского рынка труда того времени, как скрытая безработица. Неполная занятость на многих предприятиях государственного сектора не только давала возможность, но зачастую и подталкивала к поиску приработков.

Для анализа динамики вторичной занятости необходимо определить ее масштабы, что сопряжено с определенными трудностями: разброс имеющихся в литературе оценок весьма существенен. Оценки масштабов вторичной занятости, построенные на результатах опросов ВЦИОМ, укладываются в интервал 10-20 % взрослого населения, участвовавшего в опросах. С этой оценкой совпадают данные и других исследований, полученные в основном для городского населения и фиксирующие количество имеющих вторичную занятость, близкое к 20 % занятого населения. Данные Госкомстата РФ дают более низкую оценку - от 1 до 4 % экономически активного населения [5]. Данные RLMS (Russian Longitudinal Monitoring Survey - исследование домохозяйств Российской Федерации, производимых совместно Госкомстатом РФ, Институтом социологии РАН и университетом Северной Каролины, Чапел Хилл, США), определяют интервал распространения вторичной занятости от 4 до 11 % занятых в зависимости от определения видов деятельности, включаемых в понятие «вторичная занятость» [5]. Расхождения возникают в основном из-за различий в понимании термина вторичная занятость: трактуется ли трудовая деятельность пенсионеров, студентов, домохозяек и тому подобных категорий

в качестве первичной или же вторичной занятости. Другой причиной разброса в оценках являются неодинаковые временные интервалы, к которым осуществляется их привязка. В исследованиях Госкомстата единицей измерения служит неделя, ВЦИОМ и РМЭЗ - месяц, ИСИТО (Института сравнительных исследований трудовых отношений) - год. Показательны в этом смысле результаты, полученные ИСИТО: в течение года подработки имели около 20 % опрошенных, в течение месяца - 7-10 %, в течение недели - 3,5-5 %. Это указывает на важную характерную черту вторичной занятости, отмеченную еще первыми ее исследователями на западе: ее краткосрочный, текучий характер. Различия оценок обусловлены также разными базами, по отношению к которым вычислялся процент вторично занятых (экономически активное население или работающее население). Кроме того, часть дополнительной работы осуществляется на условиях неформальной занятости и не регистрируется в налоговой инспекции, хотя и относится к формальному рынку труда. Поэтому большинство оценок масштабов вторичной занятости, скорее всего, являются заниженными.

Очевидно, что если исходить из добровольного характера вторичной занятости и ее наличия, то работникам, которые имеют вторичную занятость, она полезна и приносит дополнительные выгоды, по сравнению с ситуацией, если бы ее не было. Наиболее просто связать эту дополнительную полезность с дополнительным доходом, получаемым работником от вторичной занятости. Но стремление к дополнительному доходу не объясняет причину того, что этот дополнительный доход работник получает именно с помощью второй работы, а не в рамках первой. Вторая работа необходима тогда, когда основная работа не позволяет увеличить заработок. Такое может происходить из-за ограниченности рабочего времени на основной работе по отношению к желаемому времени работы индивида или из-за ограниченности заработков на основной работе, связанных со ставкой заработной платы. В последнем случае вторая работа будет выгодной, если ставка заработной платы на ней выше, чем на первой. Но тогда закономерно возникает вопрос: почему, если вторая работа обеспечивает более высокую ставку заработной пла-

ты, работник не переходит на нее как на основную? Этому можно найти несколько объяснений:

1) более низкий статус второго рабочего места;

2) ограничение часов работы на втором рабочем месте, невозможность работы в режиме полного рабочего времени;

3) нестабильность вторичной занятости, разовый, случайный характер заработков, высокая степень риска, связанная со вторичной занятостью;

4) невозможность вторичной занятости при отсутствии статуса, который дает основная работа (например, профессора университета перестанут приглашать в качестве экс-перта-консультанта, рецензента или научно -го редактора в издательство, если он перестанет работать в университете). Помимо дополнительного заработка, вторая работа может предоставлять и другие выгоды незарплатного характера. Это могут быть различные виды неденежного вознаграждения, обеспечение доступа к материальным и информационным ресурсам и т. д. Другими словами, распространению вторичной занятости способствует разнородность имеющихся на рынке труда рабочих мест.

Как уже говорилось, особый интерес представляет эконометрическое моделирование вторичной занятости. На наш взгляд, наиболее интересными являются две модели: 1) модель принятия решения об участии во вторичной занятости и 2) модель предложения труда в форме вторичной занятости. В обоих случаях необходимо применение особого класса эконометрических моделей - так называемых моделей с ограниченными зависимыми переменными. Под ограниченными зависимыми переменными, как следует из названия, понимаются каким-либо образом ограниченные эндогенные переменные. Выделяют два основных типа моделей с ограниченными зависимыми переменными: модели с дискретными зависимыми переменными и модели с урезанными и цензурированными выборками.

Модель с дискретными зависимыми переменными в нашем случае используется для моделирования принятия решения об участии во вторичной занятости. Для моделирования предложения труда в форме вторичной занятости необходимо применение модели с

цензурированными выборками. Суть моделей с цензурированием состоит в том, что для части наблюдений известно не «истинное» значение зависимой переменной, а ее усеченное значение, определяемое уровнем цензурирования. Начало систематическому изучению в эконометрике моделей с цензурированными выборками положила работа Дж. Тобина (1958), в которой исследовались расходы семей на автомобили. Дж. Тобин заметил, что если в такой ситуации осуществить регрессию логарифма расходов на логарифм доходов, то оценка эластичности спроса на товары длительного пользования по доходам окажется смещенной и несостоятельной, и предложил методы состоятельного оценивания. Соответствующая модель получила название тобит модели по аналогии с пробит и логит моделями. В общем виде то-бит модель строится следующим образом: для каждого наблюдения г, г = 1, ..., п зависимая переменная определяется формулой:

* * -Уг , если Уг ^ 1г

¡i, иначе,

* I 1

где у( = хгЬ + и, Ь - вектор неизвестных параметров; хг - вектор, содержащий результаты наблюдений; ¡г - известные пороги.

Полученные оценки коэффициентов при объясняющих переменных в обоих моделях свидетельствуют об отрицательной зависимости решения об участии во вторичной занятости и о количестве часов второй работы от заработной платы на основном месте занятости. Подтверждаются и предположения о позитивном влиянии задолженности по заработной плате и пребывания в неоплачиваемых отпусках. Вторичная занятость зависит также от гендерных и возрастных характеристик работников: мужчины имеют вторую работу чаще женщин, а молодежь - чаще людей старшего возраста. Более высокий уровень образования обеспечивает большую вероятность дополнительной занятости.

Продолжительность основной работы негативно влияет как на предложение труда на втором месте занятости, так и на вероятность ее наличия. Но не подтвердилась гипотеза о влиянии переменной, отражающей ограниченность часов работы на основном месте занятости, на рассматриваемые объяс-

няемые переменные. И это довольно интересный результат. Дело в том, что в большинстве исследований, проводившихся для стран запада, именно этот фактор выделяется как одна из основных причин участия во вторичной занятости. Согласно выдвигавшимся в них гипотезам, человек начинает искать приработки в том случае, если у него нет возможности дольше работать (и, соответственно, больше зарабатывать) на основном месте занятости. Как мы видим, для нашей страны подобные рассуждения не являются в полной мере справедливыми. Еще одним предположением, нашедшим подтверждение в результате расчетов, явилась гипотеза о взаимосвязи желания сменить работу с участием во вторичной занятости. Это можно объяснить тем, что если перед переходом на новое место трудовой деятельности есть возможность некоторое время поработать там параллельно со старой работой, сопоставляя ожидания с реальным положением вещей, то многие стараются использовать этот шанс. Наконец, подтвердился и краткосрочный характер вторичной занятости: наличие дополнительной работы в данном периоде отрицательно зависит от дополнительной занятости в предыдущих.

Итак, вторичная занятость играет важную роль на современном российском рынке труда, представляя собой один из главных способов краткосрочной и среднесрочной подстройки предложения труда в ответ на изменения экономических и социальнодемографических факторов. Чтобы она могла успешно выполнять данную роль, необходимо обеспечить этой форме занятости соответствующие юридические рамки. Необходимы мероприятия по регулированию вторичной занятости, которые должны быть ос-

нованы на подробном теоретическом и эмпирическом анализе ситуации на рынке труда с помощью эконометрических моделей, рассмотренных в данной статье, или им подобных.

1. Капелюшников Р.И. Российский рынок труда:

адаптация без реструктуризации. М., 2001. Режим доступа: http://www.libertarium.ruy

libertarium/10779. Загл. с экрана.

2. Conway K.S., Kimmel J. (1992) Moonlighting

Behavior Theory and Evidence. 1992. Режим доступа: http://www.upjohninst.org/publica-

tions/wp/92-09.pdf. Загл. с экрана.

3. Shishko R., Rostker B. The economics of Multiple Job Holding. 1976. Режим доступа: http://links.jstor.org/sici?sici=0002-8282% 28197606%2966%3A3%3C298%3ATE0MJH% 3E2.0.C0%3B2-C&origin =repec. Загл. с экрана.

4. Варшавская Е.П., Донова И.С. Вторичная занятость населения // Занятость и поведение домохозяйств: адаптация к условиям переходной экономики России. М., 1999 С. 108-127.

5. Рощин С.Ю., Разумова Т.О. Вторичная заня-

тость в России: моделирование предложения труда. М., 2002. Режим доступа:

http://www.eerc.ru/details/download.aspx?file_i d=3725. Загл. с экрана.

6. Хибовская Е.А. Вторичная занятость как способ адаптации к экономическим реформам // Вопр. экономики. 1995. № 5. С. 71-79.

Поступила в редакцию 18.01.2008 г.

Shtroo A.V. Second employment in Russian economy. This article looks at second employment in the present-day Russian labour market. The results of econometric modelling for revealing the factors influencing its spread are described.

Key words: second employment, telework, tobit model.