Никсона вижу с его госпожою

В этом месяце исполняется 50 лет историческому визиту президента США Ричарда Никсона в Советский Союз. Первый со времен Второй мировой войны визит американского лидера в СССР проходил на фоне войны во Вьетнаме. Одним из главных итогов советско-американского саммита на высшем уровне стало подписание Договора об ограничении стратегических вооружений (ОСВ-1). После этого отношения двух стран пошли на подъем. Три года спустя война во Вьетнаме закончилась, а на околоземной орбите произошло «рукопожатие» — стыковка советского и американского космических кораблей «Союз» и «Аполлон».

«Даже в большой политике личные отношения между руководителями государств играют не последнюю, а иногда очень важную роль»

Фото: Getty Images

Четвертый приезд

До Никсона Советский Союз посещал только один американский президент — Франклин Делано Рузвельт. Он возглавлял делегацию США на Ялтинской конференции союзных держав в феврале 1945 года. Послевоенные встречи советских и американских лидеров долгое время проходили или на нейтральной территории, или в США. Президент Гарри Трумэн и секретарь ЦК ВКП (б) Иосиф Сталин участвовали в Потсдамской конференции в июле-августе 1945 года. Первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев трижды встречался с Дуайтом Эйзенхауэром (Женева, июль 1955-го; Вашингтон, сентябрь 1959-го; Париж, май 1960-го) и один раз с Джоном Ф. Кеннеди (Вена, июнь 1961-го).

Председатель Совета министров Алексей Косыгин представлял СССР на советско-американском саммите в Глассборо, штат Нью-Джерси в июне 1967 года, где он обсуждал с президентом Линдоном Джонсоном недавно закончившуюся Шестидневную войну на Ближнем Востоке и продолжающуюся войну во Вьетнаме.

Ричард Никсон о саммитах в Вене и Глассборо отзывался так: «Много шуму, но мало толку». И обещал, что от его встречи с генеральным секретарем ЦК КПСС Леонидом Брежневым толк будет.

Визит Никсона в 1972 году был его четвертой поездкой в Москву. В первый раз он приехал в Советский Союз в 1959-м. В то время Никсон занимал пост вице-президента при президенте Эйзенхауэре. 24 июля 1959 года в парке «Сокольники» в Москве состоялось торжественное открытие Американской национальной выставки «Промышленная продукция США». На выставке между Никсоном и Никитой Хрущевым завязался разговор, получивший впоследствии название «кухонные дебаты» (так как часть разговора проходила в павильоне «Современная кухня»). Цветная запись дебатов велась на видеомагнитофон компании Ampex (Alexander M. Ponyatoff Excellence), основанной русским эмигрантом Александром Матвеевичем Понятовым.

«Конкуренция в производстве товаров, пойдет на пользу обоим нашим народам. Вы можете нас опережать в производстве ракет, исследовании космоса, но в чем-то другом, например в телевидении, мы впереди вас»,— говорил Никсон. «Мы и в ракетной вас опередили, и в этой технике вас опередили… Мы тоже не мух ноздрями бьем»,— отвечал Хрущев.

Кандидат в президенты США от Республиканской партии Ричард Никсон на Зеленом рынке в Алма-Ате, столице Казахской ССР. 1967 год

Фото: В.Позденко / Фотохроника ТАСС

После «кухонных дебатов» Никсон совершил поездку по СССР, посетив Ленинград (в настоящее время — Санкт-Петербург), Новосибирск, Свердловск (в настоящее время — Екатеринбург) и два города в Свердловской области — Первоуральск и Дегтярск.

Согласно городской легенде, c 1925 по 1930 год на Дегтярском медном руднике работала по концессии английская компания «Лена Голдфилдс», а среди приехавших в город зарубежных специалистов были родственники (или даже родители) Никсона, которые привезли его с собой в СССР.

Несколько месяцев в детстве будущий вице-президент и президент США якобы гонял мяч с мальчишками из Дегтярска. В американских источниках подтверждения этой истории нет.

Между 1959 и 1972 годом Никсон побывал в СССР еще два раза, но в открытых источниках есть информация только об одном визите.

В марте 1967-го Никсон посетил Москву с частным визитом, в рамках турне по европейским столицам перед президентскими выборами. Он хотел встретиться с советским руководством и повидаться со своим старым знакомым, пенсионером Хрущевым. И в том и в другом ему было отказано.

Американский посол Льюэллин Томпсон, чтобы хоть как-то занять высокого гостя, устроил в его честь пару приемов и организовал поездку по стране: Ташкент, Алма-Ата (в настоящее время — Алматы), Самарканд.

Четвертому визиту предшествовала секретная поездка в Москву президентского советника по национальной безопасности Генри Киссинджера в апреле 1972 года. В книге Анатолия Добрынина «Сугубо доверительно. Посол в Вашингтоне при шести президентах США. 1962–1986 гг.» одна из глав называется «Конфиденциальный канал. Киссинджер — советский посол». В ней говорится, что Никсон предложил Добрынину «установить важный конфиденциальный канал, по которому можно было бы ему и советским лидерам оперативно и негласно обмениваться мнениями в случаях срочной необходимости». С советским послом должен был контактировать Киссинджер.

20 апреля 1972 года Киссинджер встретился в Москве с Добрыниным и министром иностранных дел СССР Андреем Громыко. На встрече Киссинджер сказал: «В первую очередь я здесь потому, что президент верит, что у наших двух стран в данный момент есть историческая возможность создать новую основу для наших отношений». При этом он заметил, что необходимо устранить одно препятствие, которое может всему помешать. Киссинджер не стал называть страну, ограничившись по-дипломатичному туманным словосочетанием «Юго-Восточная Азия».

Вьетнамский вопрос испортил его

Генри Киссинджер (слева) и Анатолий Добрынин формировали специальный конфиденциальный канал связи между Никсоном и Брежневым

Фото: AP

После завершения в 1954 году Первой Индокитайской войны территория Вьетнама была «временно» (до всеобщих выборов, назначенных на 1956 год, но так и не состоявшихся) разделена на две части — Демократическую Республику Вьетнам (Северный Вьетнам, ДВР) и Государство Вьетнам (с 1955 года — Республика Вьетнам, Южный Вьетнам). Северный Вьетнам был социалистическим, Южный — антикоммунистическим. Во время вскоре начавшейся на юге гражданской войны ДРВ стала оказывать поддержку антиправительственным партизанам, объединившимся в 1960 году в Национальный фронт освобождения Южного Вьетнама (Вьетконг). Постепенно в конфликт во Вьетнаме оказались втянуты другие страны. СССР и Китай поддерживали ДРВ, США и их союзники по военному блоку СЕАТО — Южный Вьетнам (также входивший в СЕАТО).

В 1965 году поддержка США переросла в прямое военное вмешательство. Несмотря на заявления американского военного командования о скорой победе, война во Вьетнаме затянулась. Десятки тысяч американских военных гибли и получали ранения в Южном Вьетнаме. Общественность шокировали свидетельства о совершаемых американской армией военных преступлениях. Отношение к войне раскололо американское общество, причем чем дольше длились военные действия, тем сильнее становились антивоенные настроения и многолюдные антивоенные демонстрации.

Во время акции протеста 1–3 мая 1971 года в Вашингтоне был установлен антирекорд по числу арестованных демонстрантов — более 13 тыс. человек.

Перед президентскими выборами 1968 года республиканец Ричард Никсон умело разыграл вьетнамскую карту. Узнав от своего помощника Генри Киссинджера, что действующий президент-демократ Линдон Джонсон готовит заключение мирного соглашения во Вьетнаме, Никсон тайно пролоббировал срыв мирных переговоров, убедив президента Южного Вьетнама Нгуена Ван Тхьеу их бойкотировать.

Царившее в обществе недовольство продолжением войны поспособствовало победе Никсона на президентских выборах. Позицию Никсона по вьетнамскому вопросу, которую он передал советскому руководству, Анатолий Добрынин в своих мемуарах описывает так: «во-первых, США не могут пойти на такое урегулирование, которое выглядело бы для американцев и всего мира как прямое военное поражение Америки; во-вторых, администрация Никсона не может пойти на такое урегулирование, после которого сразу же произошли бы смена правительства в Южном Вьетнаме и резкое изменение всей политики Южного Вьетнама. Постепенная эволюция, однако, не исключалась».

Однако менее чем за два месяца до планируемого начала визита Никсона в Москву, 30 марта 1972 года армия Северного Вьетнама начала наступление на Южный Вьетнам (так называемое «пасхальное наступление»). 15–16 апреля столица ДРВ Ханой и портовый город Хайфон подверглись американским бомбардировкам и обстрелам из орудий корабельной артиллерии. Советское правительство заявило официальный протест, предупредив, что действия США осложняют ситуацию не только в Индокитае, но и во всем мире.

Вьетнамская война сыграла важную роль в политической карьере Ричарда Никсона

Фото: Henri Huet / AP

Секретная поездка Генри Киссинджера в Москву была связана именно с обострившейся обстановкой во Вьетнаме. По каналу Киссинджер—Добрынин шел интенсивный обмен письмами между Никсоном и Брежневым.

8 мая Никсон в телевизионном выступлении заявил о минировании подходов к портам Северного Вьетнама. 10 мая во вьетнамском порту Камфа попал под бомбардировку советский теплоход «Гриша Акопян». Несколько членов экипажа получили ранения, погиб боцман Юрий Зотов.

В очередном письме Брежневу Никсон выражал глубочайшее сожаление по поводу случившегося, заявлял о готовности выплатить компенсацию за ущерб и сообщал, что приказал военному командованию не допустить повторения подобных случаев.

В Политбюро ЦК КПСС активно обсуждался вопрос — принимать ли президента США в Москве в то время, когда США бомбят Вьетнам, советского союзника.

Согласно мемуарам Добрынина, мнения разошлись: «Военное руководство во главе с Гречко вместе с Подгорным были против встречи. Сомневался главный идеолог Суслов. Косыгин с Громыко выступили за встречу. Брежнев колебался, хотя по личным соображениям ему хотелось провести свою первую встречу с президентом США. Он хорошо понимал и негативные последствия такого отказа для наших будущих отношений с Никсоном». В итоге было принято решение принять американского президента.

Почетный гражданин Москвы

«Блаженны миротворцы». Карикатура Пэта Олифанта для газеты Denver Post. Надписи на документе: «Загрязнение. Болезни. Нераспространение ядерных вооружений. Наука. Космос». Текст реплики в левом нижнем углу: «За исключением этого, у нас все хорошо»

Фото: Denver Post

В столицу СССР Ричард Никсон и сопровождающие его лица прибыли из Зальцбурга. Перед посадкой в президентский самолет The Spirit of `76 («Дух 1976 года», был назван так в честь грядущего 200-летия независимости США, отмечаемого в 1976-м) Никсон заявил репортерам, что готов «к самым напряженным переговорам в своей карьере». В Зальцбурге кроме сопровождавших президента США лиц на борт поднялись также штурман и радист «Аэрофлота» — для того, чтобы помочь американским летчикам вести самолет над территорией СССР. В советское воздушное пространство «Дух 1976 года» вошел 22 мая в 14:28 (самолет влетал со стороны Литвы) по московскому времени, а в четыре часа дня совершил посадку в аэропорту Внуково-2.

Брежнев Никсона в аэропорту не встречал. По протоколу этого и не требовалось, так как генеральный секретарь ЦК КПСС тогда уже и еще не занимал никаких государственных должностей. Брежнев был председателем Президиума Верховного Совета СССР в 1960–1964 и 1977–1982 годах. А в 1972-м этот пост занимал Николай Подгорный. Он вместе с председателем Совета министров СССР Алексеем Косыгиным и возглавил советскую делегацию, встречавшую американского президента во Внуково.

Ричард и Патриция Никсон в московском аэропорту Внуково. Президентский самолет носил при Никсоне имя «Spirit of `76 («Дух 1976 года»). В 1977 году пришедший в Белый дом Джимми Картер приказал закрасить написанное на борту самолета имя, сказав: «1976 год прошел»

Фото: Юрий Абрамочкин / РИА Новости

Вместе с президентом в Москву прибыла его супруга Патриция (Пэт) Никсон, госсекретарь США Уильям Пирс Роджерс, советник президента по национальной безопасности Генри Киссинджер, помощник президента Питер Флинеган, заместитель госсекретаря Мартин Дж. Хиллебранд, директор Агентства США по разоружению и контролю над вооружениями Джерард Смит, другие помощники, заместители помощников, специальные помощники и консультанты президента, пресс-секретарь Белого дома Ричард Зиглер, помощники пресс-секретаря и помощники и секретари Генри Киссинджера, переводчики, секретари-машинистки, личный врач президента Уолтер Ткач, официальный фотограф президента Оливер Аткинс, сотрудники службы безопасности и Центра связи Белого дома и др.. А также 182 американских журналиста.

На летном поле был выстроен почетный караул трех видов вооруженных сил СССР — пехотинцы, летчики и моряки. Были исполнены государственные гимны.

Американская пресса писала, что Никсону выделили самый роскошный из советских автомобилей — представительский лимузин ЗИЛ-114. Остальным членам американской делегации достались машины попроще — «Чайки».

Кавалькада машин с эскортом мотоциклистов во главе двинулась в город со скоростью около 100 км/ч. Улицы по всему следованию кортежа были украшены флагами СССР и США. Церемония прибытия транслировалась по радио и телевидению. Корреспондент агентства Associated Press Фрэнк Крепо писал, что более 100 тыс. москвичей, стоя на тротуарах и выглядывая из окон, ждали прибытия Никсона. «Где он? В какой машине?» — спрашивали друг друга прохожие. По людям было видно, что они вышли на улицы по собственному желанию, без централизованных указаний.

Обычно москвичам и гостям столицы было разрешено приветствовать глав зарубежных государств, прибывающих в СССР с официальным визитом, стоя на Большом Каменном мосту. Никсону был оказан более холодный прием, на мост посторонних не допустили

Фото: AP

По Москве ходила шутка, что Никсона нужно сделать почетным гражданином города, так как мало кто столько сделал для Москвы, сколько он. Поговаривали, что перед визитом американского президента председатель исполкома Моссовета Владимир Промыслов проехал по маршруту между аэропортом Внуково и Кремлем, чтобы понять, где нужно срочно навести красоту. В кратчайшие сроки был покрашен в белый цвет Дом Пашкова (старое здание библиотеки имени Ленина).

Несколько ветхих домов XVIII−XIX века на Моховой улице, стоявших между библиотекой и Кремлем, были снесены. Как только сошел снег, на освободившемся пространстве посадили деревья и кусты. Москвичи прозвали это место «лужайкой Никсона».

«Лужайка» была видна из Боровицких ворот Кремля, через которые должен был въезжать и выезжать американский президент во время своего пребывания в Москве (в 2016 году на «лужайке Никсона» был установлен памятник князю Владимиру Великому). Покрашены также были все здания на Манежной площади. Была благоустроена Кропоткинская площадь: что-то снесли, что-то покрасили, добавили зеленых насаждений. На Октябрьской площади (ныне Калужская площадь) были снесены несколько старых домов и кинотеатр «Авангард» (он располагался в здании закрытой церкви Казанской иконы Божией Матери у Калужских ворот, построенной в 1882 году в честь победы в русско-турецкой войне, на этом месте было построено здание МВД). Был расширен и реконструирован проспект Вернадского, рабочие круглосуточно перекладывали на нем новый асфальт (хотя Никсон должен был ехать не по нему, а по Ленинскому проспекту). Возможно, вся эта реконструкция и реновация объяснялась вовсе не приездом Никсона, а новым Генеральным планом развития Москвы 1971 года. Но если дело не в президенте США, почему тогда в дни его визита московские магазины завалили дефицитными продуктами?

Оптимизм и реализм

В преддверии визита Никсона в Москву стало известно о готовящейся крупной сделке по продаже в Советский Союз американского зерна. Окончательно масштабы сделки определились в июле 1972 года — в течение трех лет планировалось продать зерно на сумму не менее $750 млн. Надпись на мешке — «зерно». На указателе — «СССР». На азиатской шляпе — «С. Вьетнамцы». Карикатура Билла Молдина для газеты Chicago Sun-Times

Фото: Chicago Sun Times

Чего ждали в СССР и в США от саммита на высшем уровне?

Гарри Шварц в статье «Ставки московского саммита», опубликованной в газете The New York Times 15 мая 1972 года писал, чего можно ждать от «новых отношений» с Советским Союзом: договоренности о контроле за стратегическими ракетами; закупки СССР больших объемов продукции американского машиностроения, американских технологий и американского зерна; предварительных обсуждений возможности крупных американских инвестиций в Сибири для грядущих поставок советского газа в американские дома и на предприятия и начала сотрудничества в области совместного освоения космоса, кульминацией которого станут первые постоянные поселения на Луне и на Марсе.

20 мая в «Известиях» была опубликована корреспонденция спецкора в Нью-Йорке Мэлора Стуруа. Вот что он писал: «Предстоящий визит президента США Ричарда Никсона в Советский Союз стал сейчас темой номер один не только в американской печати, телевидении и других средствах массовой информация. Он занимает мысли всех американцев, отдающих себе отчет о первостепенном значении отношений между нашими странами для дела мира.

Интерес в США к предстоящему визиту Никсона в Советский Союз огромный. Просматривая бесчисленное количество комментариев на эту тему, замечаешь, что их лейтмотивом, как пишет, например, "Нью-Йорк таймс", является надежда на то, что "нынешняя встреча, возможно, окажется наиболее плодотворной из всех послевоенных советско-американских встреч".

Эту мысль повторяет обозреватель Джеймс Рестон, который пишет, что поездка Никсона в Москву "может оказаться наиболее серьезной советско-американской конференцией со времен окончания Второй мировой войны".

Эти высказывания вольно или невольно являются признанием жизненности принципов мирного сосуществования как единственно плодотворного и действенного инструмента в отношениях между государствами с различным социальным строем. Тот же Рестон подчеркивает, что между Советским Союзом и США существует "конфликт философий", однако, по его словам, они заинтересованы в том, чтобы избежать всеобщей войны, взять под контроль гонку вооружений, расширить торговлю, сотрудничество в исследовании космоса, в предотвращении распространения болезней и загрязнения окружающей среды».

Если взять оригинал статьи Джеймса Рестона, опубликованной в The New York Times 19 мая, и сравнить его с материалом «Известий», можно найти несколько отличий. В абзаце про конфликт философий Мэлор Стуруа пропустил такие «ограниченные, но важные» потенциальные сферы сотрудничества как борьба с наркотрафиком и анархией, а также оценку общемировых расходов на гонку вооружений — $200 млрд. Пропустил корреспондент «Известий» и замечание своего американского коллеги по поводу того, что никто не ожидает от встречи лидеров двух стран слишком многого (американские газетчики, перепечатывавшие колонку Рестона из The New York Time, почему-то выносили эту мысль в заголовки). И уж совсем не для перевода были такие строки: «Брежнев не собирается помогать мистеру Никсону выпутаться из Вьетнама. Его танки могут запросто обстреливать старую имперскую столицу Хюэ в то время, как президент смотрит в Большом "Лебединое озеро"; но теперь, когда он консолидировал территориальные приобретения Москвы времен мировой войны в Европе, он готов говорить о мире за пределами Вьетнама...».

Если сравнивать то, как советские и американские газеты освещали визит Никсона в СССР, то преимущество явно было у американцев. Американская газетная журналистика была в то время на пике (достаточно вспомнить, какой вклад она внесла в отставку Никсона, случившуюся два года спустя, в 1974-м).

Первая леди Патриция Никсон любуется московским метро. Справа от нее — супруга министра иностранных дел СССР Лидия Громыко

Фото: Эдуард Песов / РИА Новости

«Правда» и «Известия» рассказывали о саммите сухо и официозно — «беседа положила начало обсуждению ряда вопросов, имеющих принципиальное значение для развития двусторонних отношений...»

Американские журналисты стремились сообщить своим читателям максимум информации. О костюмах, комнатах Никсона в гостевом корпусе Кремля, меню обеда, данного Президиумом Верховного Совета и правительством СССР в Большом Кремлевском дворце. Но больше всего — о первой леди Пэт Никсон, у которой была собственная программа визита в Москву.

Патриция Никсон побывала в московской средней школе №42 (сейчас — №1280) в новом районе Черемушки. Прошлась по классам, посмотрела на игру в баскетбол в спортзале, послушала выступление школьного хора, попробовала печенье, приготовленное школьницами на уроке домоводства. В сопровождении большой группы журналистов и 30 сотрудников КГБ СССР во главе с полковником Гладким проехалась в московском метро. «Самое очаровательное метро в мире»,— сказала первая леди. Пэт Никсон пила чай с Викторией Брежневой и Натальей Подгорной. Еще она посетила МГУ, ГУМ, Цирк на Цветном бульваре (поздоровалась за руку с медведем Гошей-младшим), Школу балета при Большом театре. Побывала на показе 60 новых моделей сезона и посмотрела выставку новых платьев, костюмов и пальто в Общесоюзном доме моделей одежды на Кузнецком мосту. Во время визита на 2-й Московский часовой завод «Слава» сделала заводчанам шутливый подарок — часы с изображением Микки-Мауса. В ответ директор завода Дмитрий Парамонов преподнес первой леди самовар. Дотошные американские журналисты выяснили, что на заводе работает около 1500 человек, 70% из них — женщины, ежегодно на нем выпускается 6,5 млн наручных часов, будильников и секундомеров, 200 тыс. из которых экспортируются в США.

Первая леди США посетила 2-й Московский часовой завод, пока ее муж подписывал договор об ограничении стратегических вооружений

Фото: Эдуард Песов / РИА Новости

Президент США и первая леди в ходе визита побывали также в Ленинграде (Никсон возложил венок на Пискаревском кладбище и вместе с супругой побывал в Павловске) и Киеве (Патриция Никсон побывала в киевском Дворце пионеров, посмотрела гопак, попробовала борщ и галушки с вишней, а Генри Киссинджер объявил, что Никсон и Брежнев не подписывали никаких секретных соглашений по Вьетнаму).

При вылете из Москвы в Киев произошла накладка. Рейс был отложен на час из-за проблем с мотором у советского самолета. Никсон и сопровождающие его лица вынуждены были пересесть на другой Ил-62. Непонятно, почему при внутренних полетах не использовался самолет президента США.

Помехи

О некоторых событиях, связанных с визитом Никсона в Москву, писала только американская пресса, советская их не замечала.

Благодаря подготовке к визиту благополучно разрешилось дело работавшего в ООН советского переводчика Валерия Маркелова.

14 февраля 1972 года Федеральное бюро расследований арестовало Маркелова, за которым к тому времени следило уже два года. Он был задержан после выплаты денег инженеру компании Grumman Aerospace за то, чтобы тот достал ему чертежи многоцелевого истребителя с изменяемой геометрией крыла F-14А, разработанного для ВМС США. После ареста Маркелову был назначен залог в $500 тыс., но затем сумма была снижена до $100 тыс., а Маркелову было разрешено находиться в резиденции советского посла Анатолия Добрынина. В итоге до суда дело так и не дошло, Маркелов вернулся в СССР.

«Р. Никсон ознакомился с уникальным комплексом архитектурных памятников XI–XVIII веков, расположенных на территории бывшего Софийского монастыря»

Фото: Юрий Абрамочкин / РИА Новости

Накануне прибытия Никсона в Москву американская пресса сообщила об аресте нескольких молодых советских евреев, планировавших в ходе визита президента США провести демонстрацию с требованием свободы выезда. С начала 1970-х годов нарастала еврейская эмиграция из СССР. В 1970-м в Израиль выехало около 1000 советских евреев. В 1971-м — свыше 13 тыс. (более половины от общего числа эмигрантов, составлявшего, согласно советской официальной статистике, с момента окончания Второй мировой войны по март 1972 года около 21 тыс. человек). Аресты были проведены в Москве, Ленинграде, Киеве. На свободу арестованных выпускали через 10–15 дней после ареста, когда Никсона уже не было в Советском Союзе. Превентивно задерживали не только еврейских активистов, но и хиппи.

Кто такой Алексей Тумерман и как дальше сложилась его судьба

Алексей Тумерман был сыном известного советского физика Льва Тумермана и театроведа Лидии Шатуновской, осужденных за участие в «сионистском заговоре» по так называемому «делу Аллилуевых» (с 1947 по 1954 год они провели в заключении). Алексей упоминается в воспоминаниях академика Андрея Сахарова.

В 1971 году Тумерман, активно участвовавший в диссидентском движении, был в первый раз госпитализирован в психиатрическую больницу. Во время визита Никсона в СССР — второй раз. В сентябре 1972-го Тумерман участвовал в акции протеста в приемной Верховного Совета против налога на образование для выезжающих из страны на постоянное место жительства. 31 участник акции был задержан. Семерых посадили на 15 суток, двое, в том числе Тумерман, были отправлены в психиатрическую больницу. Врачебный консилиум признал его здоровым, и в октябре он вышел из больницы. Тумерман сумел получить выездную визу, но оставался в СССР. 12 декабря он отправил письмо главе КГБ СССР Юрию Андропову, в котором пожаловался, что в июле был задержан и допрошен сотрудниками КГБ, а также что его с женой не выпускают в Израиль.

2 февраля 1973 года Алексей Тумерман и другой еврейский активист Александр Левич были задержаны людьми в штатском при попытке встречи с корреспондентом западногерманского информационного агентства DPA Ульрихом Мюллертом. Тумерман при задержании был избит. 8 февраля к нему пришла милиция, чтобы доставить в отделение для допроса, но он не стал открывать дверь.

Родители Тумермана в 1972 году выехали в Израиль. Лев Тумерман получил работу в Институте Вейцмана. Алексей смог приехать в Израиль в мае 1973-го. Из Израиля он перебрался в США.

29 марта 1983 года Алексей Тумерман был арестован в Нью-Йорке за убийство второй степени и незаконное владение оружием. Он застрелил из пистолета Beretta Валерия Александрова, бывшего советского моряка, сбежавшего с корабля в Новом Орлеане в 1975-м. По версии американских газет, Тумерман и Александров были совладельцами компании Always Reliable Movers, занимавшейся квартирными переездами и зарегистрированной в квартире Тумермана. Предположительно Александров присвоил деньги фирмы — то ли $1000, то ли $3000. По другой версии, Александров приревновал Тумермана к своей подруге и напал на него с ножом, но у соперника оказался пистолет. Cведения о приговоре в открытых источниках отсутствуют. Известно, что Тумерману не удалось оспорить его во всех судебных инстанциях и доказать свою невменяемость. Он отбыл срок заключения и вышел на свободу, скончался в 2006 году.

В день приезда Никсона сотрудники КГБ СССР задержали и отправили в психиатрическую больницу Алексея Тумермана, который говорил знакомому американскому журналисту, что надеется, что американский президент во время переговоров с советским руководством поднимет вопрос соблюдения прав человека в СССР.

Есть контакт

«Проведенные в Москве переговоры подтвердили, что, несмотря на различия между социальными системами Советского Союза и Соединенных Штатов Америки, равно как и различия в идеологии, несмотря на хорошо известные различия и даже противоположность их позиции в некоторых вопросах мировой политики, улучшение отношений между Советским Союзом и США возможно. Возможно и развитие делового сотрудничества»,— писала по итогам визита газета «Правда».

Ричард Никсон и Леонид Брежнев пожимают руки после подписания договора ОСВ-1, первого в истории советско-американских отношений документа, направленного на ограничение гонки вооружений

Фото: Sovfoto / Universal Images Group / Getty Images

«"Новый Брежнев" и Никсон установили контакт»,— передавал из Москвы корреспондент агентства UPI Дэвид Надь.

Никсон впервые встретился с Брежневым в 1959 году, но та встреча была короткой. В мае 1972-го переговоры двух лидеров длились в общей сложности 42 часа, в том числе 16 часов — с глазу на глаз. Главными темами переговоров были — разоружение, Вьетнам, европейская безопасность, Ближний Восток и укрепление роли ООН.

Мистер президент и товарищ генеральный секретарь нашли общий язык. Никсон научился говорить «khorosho», а Брежнев — «о`кей».

Брежнев здорово потрепал нервы агентам Секретной службы США, когда он «похитил» Никсона, посадив его в свой «ЗИЛ» и доставив на свою дачу в Завидово.

Американским охранникам пришлось догонять своего шефа на его «Линкольне».

26 мая 1972 года Брежнев и Никсон подписали Договор об ограничении систем противоракетной обороны (.pdf) и Временное соглашение (.pdf) о некоторых мерах в области ограничения стратегических наступательных вооружений. Подписанный договор вступил в силу 3 октября 1972 года.

На полях саммита был подписан ряд соглашений, в том числе о сотрудничестве в космосе, которое предусматривало проведение в течение 1975 года стыковки космических кораблей СССР и США в открытом космосе. Этот план, как известно, воплотился в жизнь.

В 1959 году во время «кухонных дебатов» Хрущев сказал Никсону: «Давайте сделаем так. Вы выступите перед нашим народом. Мы выступим перед вашим». 28 мая 1972 года Ричард Никсон выступил по советскому телевидению с 18-минутным обращением к советскому народу. Свою речь он начал словами «Добрый вечер!», произнесенными по-русски. Память об этом выступлении сохранилась в песне Владимира Высоцкого «Жертва телевидения»:

«Союз-Аполлон»

Фото: Борис Корзин / ТАСС

15 июля 1975 года был осуществлен совместный экспериментальный пилотируемый полет советского космического корабля «Союз-19» и американского космического корабля «Аполлон». По случаю полета были выпущены две почтовые марки, сцепка и памятный почтовый блок.

На московской табачной фабрике «Ява» был налажен выпуск сигарет «Союз-Аполлон» с виргинским табаком. Сигареты пользовались огромной популярностью у советских курильщиков.

Московская парфюмерно-косметическая фабрика «Новая заря» совместно с американской компанией Revlon выпустили лимитированную партию «концентрированного одеколона» (духов) EPAS, что расшифровывалось как «Экспериментальный полет "Апполон" – "Союз"».

В промежутке между саммитами с Брежневым и стыковкой космических кораблей двух стран Ричард Никсон успел уйти в позорную отставку, получил президентское прощение от нового главы государства Джеральда Форда, заболел флебитом, перенес операцию и поправился.

«Есть телевизор — мне дом не квартира:
Я всею скорбью скорблю мировою,
Грудью дышу я всем воздухом мира,
Никсона вижу с его госпожою…

Ну да, я проникся: в квартиру зайду,
Глядь — дома Никсон и Жорж Помпиду!
Вот хорошо — я бутылочку взял:
Жорж — посошок, Ричард, правда, не стал».

29 мая, в заключительный день саммита, Брежнев и Никсон подписали декларацию «Основы взаимоотношений между СССР и США», содержавшую 12 принципов двусторонних отношений.

Полвека спустя особенно интересно посмотреть на первые три принципа:

«Первое. Они будут исходить из общей убежденности в том, что в ядерный век не существует иной основы для поддержания отношений между ними, кроме мирного сосуществования. Различия в идеологии и социальных системах СССР и США не являются препятствием для развития между ними нормальных отношений, основанных на принципах суверенитета, равенства, невмешательства во внутренние дела и взаимной выгоды.

Второе. Важное значение СССР и США придают предотвращению возникновения ситуаций, могущих вызвать опасное обострение отношений между ними.

Исходя из этого, они будут делать все возможное, чтобы избегать военных конфронтаций и предотвратить возникновение ядерной войны. Они будут всегда проявлять сдержанность в своих взаимоотношениях и будут готовы вести переговоры и урегулировать разногласия мирными средствами.

Обмен мнениями и переговоры по нерешенным вопросам будут проводиться в духе взаимности, взаимного учета позиций и взаимной выгоды.

Обе Стороны признают, что попытки получения односторонних преимуществ, прямо или косвенно, за счет другой Стороны несовместимы с этими целями. Необходимыми предпосылками для поддержания и укрепления между СССР и США отношений мира являются признание интересов безопасности Сторон, основывающейся на принципе равенства, и отказ от применения силы или угрозы ее применения.

Третье. На Советском Союзе и Соединенных Штатах лежит особая обязанность, как и на других странах — постоянных членах Совета Безопасности Организации Объединенных Наций, делать все от них зависящее, чтобы не возникало конфликтов или ситуаций, способных усилить международную напряженность.

В соответствии с этим они будут способствовать тому, чтобы все страны жили в условиях мира и безопасности, не подвергаясь вмешательству извне в их внутренние дела».

Во время саммита, 27 мая, Генри Киссинджеру исполнилось 49 лет. Кремлевские кондитеры изготовили для него большой праздничный торт, советские и американские дипломаты, а также лично товарищ Леонид Ильич Брежнев поздравили советника американского президента с днем рождения.

На память о саммите генеральный секретарь ЦК КПСС преподнес президенту США подарок — катер на подводных крыльях. Ответным даром Никсона Брежневу был черный седан Cadillac модели 1972 года (до этого у советского лидера был черный седан Bentley). Николаю Подгорному и Алексею Косыгину американский президент подарил охотничьи винтовки с оптическим прицелом и другими необходимыми для занятий охотой принадлежностями.

30 мая президент США и сопровождающие его лица вылетели из Москвы в Тегеран.

Из мемуаров Анатолия Добрынина:

«После отъезда Никсона состоялось специальное заседание Политбюро по итогам его визита. Оценки были весьма положительные. Надо сказать, что в ходе визита изменилось и — в целом предубежденное — отношение советских руководителей лично к Никсону. В их глазах он долгое время был глашатаем холодной войны с давно укоренившимися антисоветскими взглядами, с которым практически невозможна какая-либо договоренность по крупным вопросам.

Достигнутые же соглашения в Москве продемонстрировали прагматизм и деловитость Никсона и знаменовали действительно серьезный поворот в ряде областей наших отношений.

"С Никсоном можно иметь дело — так суммировал свои впечатления Брежнев.— Теперь надо готовиться к ответному визиту в США".

Хорошее мнение Брежнев составил и о Киссинджере, который сумел найти к нему соответствующий подход в ходе переговоров».

В июне 1973 года Леонид Брежнев снова встретился с Ричардом Никсоном, на этот раз в Вашингтоне. Позднее Никсон так прокомментировал этот саммит: «Крайне важно, чтобы эти две страны сотрудничали там, где это возможно, и ключ к этому — отношения между Брежневым и мной. Если мы решим работать вместе, мы сможем изменить мир. Таким был мой подход к этим переговорам».

В июне 1974 года, в разгар уотергейтского скандала, Никсон снова приедет в СССР. В последний раз.