Конституционно-правовые аспекты обеспечения устойчивости российского государства

КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ ОБЕСПЕЧЕНИЯ УСТОЙЧИВОСТИ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА

ЖИЛЬЦОВ Николай Александрович, ЧЕРДАКОВ Олег Иванович

Аннотация. В статье говорится о факторах, обеспечивающих устойчивость Российского государства в постсоветский период. Раскрывается роль идеологии и цензуры в формировании безопасности общества.

Annotation. In the article is talk about factors to ensure sustainability of the Russian State in the post-Soviet period. It is examined the role of ideology and censorship in shaping the security of society.

Ключевые слова: устойчивость государства, факторы безопасности, идеологическая парадигма, либеральная идеология, идеологическое многообразие, гибридная война, государственная цензура.

Keywords: stability of the State, the safety factors, ideological paradigm of liberal ideology, ideological diversity, a hybrid war, State censorship.

В ч. 1 ст. 13 Конституции РФ в качестве одной из основ конституционного строя закреплен принцип идеологического многообразия1, который предопределил существование в обществе плюрализма мировоззренческих течений, выраженных в идеологических учениях и концептах. Данная норма отражает декларируемые в современном обществе права и свободы человека и гражданина, которые реализуются через свободу слова, мысли, совести и иные свободы, выделенные ныне действующей Конституцией РФ. Таким образом определены высшие конституционные ценности, являющиеся категорией действующего права.

В то же время конституционное разрешение на идеологическое многообразие (ч. 1. ст. 13) в совокупности с запретом установления идеологии в качестве государственной или обязательной (ч. 2 ст. 13) и цензуры (ч. 5. ст. 29) дают возможность использования названных положений для злоупотребления правом. Полагаем, что в приведенном суждении заложена дискуссионная позиция, которая позволяет авторам высказывать свое понимание обозначенного вопроса. В контексте данной статьи мы рассуждаем о гипотетической возможности использования конституционных запретов

1 Конституция Российской Федерации, принята всенарод-

ным голосованием 12 декабря 1993 г. (с учетом поправок, внесенных законами Российской Федерации о поправках к Конституции Российской Федерации от 30 декабря 2008 г. № 6-ФКЗ, от 30 декабря 2008 г. № 7-ФКЗ, от 5 февраля 2014 г. № 2-ФКЗ, от 21 июля 2014 г. № 11-ФКЗ) // СПС «КонсультантПлюс».

и дозволений для ведения идеологической пропаганды, разрушающей устои государства.

Одним из факторов, обеспечивающих устойчивость государства, является идеологическая безопасность, которая формируется правовыми регламентами и соответствующими институтами. В большинстве «развитых стран» либеральная идеология является основой конституций, всячески препятствующих насаждению чуждых мировоззренческих доктрин. Концепция приоритета личных прав и свобод над всеми иными, лежащая в основе этой идеологии, позволяет конвертировать в жизнь исчерпывающий список свобод, таких как индивидуальная свобода, уважение и соблюдение прав человека, свобода частного владения и предпринимательства, приоритет равенства возможностей перед социальным равенством, правовое равенство граждан, договорная система образования государства, разделение властей, свободные выборы всех институтов власти; невмешательство государства в частную жизнь. Выступая гарантом их соблюдения, государство осуществляет защиту названных свобод на всех уровнях, всеми законными способами и средствами, включая и обеспечение превосходства мировоззренческой доктрины, определяющей ценности общества.

Дефиниция «ценность» отражает приоритетные направления социальной реальности, которая формирует ценностную картину состояния общества на определенном отрезке его

развития. По нашему мнению, содержательно категория «ценность» включает сложившиеся во времени мировоззренческие представления и убеждения людей о благах, позволяющих гарантировать достойное существование и развитие человека в социуме. Среди них важную роль играют культурные, исторические, социально-правовые ценности, отражающие сложившиеся в общественном сознании представления об их способности удовлетворять потребности человека и общества в целом. Выразителем ценностной ориентации является идеологическая парадигма, сформированная государством.

В Российской Федерации по разным причинам государственная идеологическая парадигма не сложилась, хотя большинство политических партий неоднократно декларировали свои идеологические концепты на уровне национальных ориентиров. Отчасти возникшее положение стало следствием запрета, изложенного в ч. 2. ст.13 Конституции РФ, где констатируется, что «никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной». Полагаем, что закрепленное в названной конституционной статье положение появилось из-за стремления либеральных сил, пришедших к власти в 1991 г., покончить с идеологическим прошлым, связанным с монополией КПСС на идеологию, установленной в ст. 6 Конституции СССР 1977 г.2, и желанием сохранить гегемонию либеральной идеологии.

Исторически мировоззренческие ценности всегда определяли и гарантировали стабильность государства. В дореволюционной России устойчивость империи основывалась на трех базовых компонентах: самодержавии, православии, народности. После октябрьского переворота 1917 г. парадигма идеологических приоритетов сдвинулась в сторону установления диктатуры пролетариата, сущность которой сводилась к уничтожению классов и построению принципиально нового бесклассового общества. По мере развития советского общества пролетарская идеология трансформировалась, приобретая ярко выраженную патриотическую направленность, основанную на вере в коммунистическое будущее.

2 Конституция (Основной Закон) Союза Советских Социалистических Республик, принята Верховным Советом СССР 7 октября 1977 г. // СПС «КонсультантПлюс».

Ситуация резко изменилась после распада СССР в 1991 г. и перехода Российской Федерации на рыночный курс посредством внедрения шоковой терапии и либеральных реформ. Либеральная идеология определила новый вектор развития общества, а ее адепты сделали так, что в Конституции РФ 1993 г. появились нормы, связанные с деидеологизацией и запретом государственной цензуры.

Полагаем, что деидеологизация и запрет осуществлять цензуру никоим образом не укрепляют общество, особенно в сложившихся условиях гибридной войны. Мы согласны с А. Воло-ховым, считающим, что «в холодной и гибридной войнах приоритет остается один: идеологический. Все остальное - медийные, психологические, стратификационнные, экономические, финансовые, юридические, дипломатические и т. д. - это уже механизмы, технологии. Именно нарушение предметной меры идеологии или научной претензии становится оружием. Это значит, нужно все идеологии определить»3.

Данный контекст можно закрепить тезисом В.И. Якунина, который вполне обоснованно доказал, что «базовая социальная идея выражает укоренившиеся в конкретном обществе представления о том, какие формы и цели действий должны быть доминирующими для обеспечения выживания и развития общества. Поддержание единого смыслового (идеологического) пространства - задача не менее сложная и важная, чем достижение правовой гомогенности или сохранение сувереном монопо-

4

лии на право чеканить монету» .

По поводу деидеологизации и признания идеологического многообразия, закрепленного в ч. 1 ст. 13 Конституции РФ, гласящей, что «в Российской Федерации признается идеологическое многообразие», в профессиональном сообществе правоведов нет консенсуса, сложились два антагонистических лагеря.

Одни, в частности К.А. Кононов, предложили «идеологическое многообразие» позиционировать как «юридическую категорию, одну из основ конституционного строя и конституционно-правовой институт»5. К.А. Коно-

3 Волохов А. Войско гибридной войны. URL : http:// maxpark.com/community/politic/content/5115478

4 Якунин В.И. Государственная идеология и национальная идея: конституционно-ценностной подход // Власть. 2007. № 3. С. 3-4.

5 Кононов К.А. Идеологическое многообразие как институт российского конституционного права : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2009. С. 2.

нов высказал суждение о том, что «институциональный взгляд на идеологическое многообразие позволяет рассмотреть его не только как конституционный принцип - основу конституционного строя, но и как правовую общность, органически вписанную в систему от-

6

расли конституционного права» .

Другие считают, что без контроля государства беспрепятственная пропаганда своих взглядов, идей с помощью средств массовой информации, а также путем издания монографических и научно-популярных работ может привести к дестабилизации внутренней обстановки7.

Абсолютная идеологическая свобода стимулирует создание идеологических концепций, чуждых и опасных для интересов общества и государства. Она снижает устойчивость и подрывает основы последнего. Это суждение актуально на фоне роста религиозных, экстремистских и националистических настроений. В связи с этим возникает вопрос о целесообразности усиления государственной цензуры в области распространения информации, идей и сведений.

Цензура является порождением общества, которому нужны сдерживающие начала, предотвращающие разрушение его организма, и в этой части она выступает в роли инстинкта самосохранения в социуме.

В сложившемся понятийном ряду цензура воспринимается как контроль и ограничение распространения информации, сведений или иного контента. Цензурой именуется также официально учрежденная служба, имеющая полномочия пресекать любые сообщения, нежелательные для власти8.

В толковании И.Е. Левченко цензура - это социокультурная система контроля над производством, распределением, хранением и потреблением социальной информации, действующая в соответствии с потребностями и интересами организующей и направляющей инстанции, наделенной властью .

Современная мировая действительность показывает, что в условиях развития информа-

6 Кононов К.А. Идеологическое многообразие как институт российского конституционного права.

7 Чердаков, О.И., Григорьев И.А. О правовой идеологии и национальной идее в современной России // Право и образование. 2013. № 4. С. 106.

8 Фёдорова Ж.В. Цензор: профессия или государственная функция? // Историческая память и социальная стратификация. Социокультурный аспект : материалы Междунар. науч. конф. СПб. : Нестор, 2005. С. 249-251.

9 Левченко И.Е. Цензура как социокультурный феномен // Социс. 1996. С. 87.

ционных технологий цензура необходима и может выступать как институт, обеспечивающий защиту прав пассивного большинства от произвола активного меньшинства, стремящегося доминировать в областях политики, эстетики, морали и иных направлениях социокультурной жизни общества.

Полагаем, что в демократическом правовом государстве цензура выполняет функцию обеспечения безопасности страны и соблюдения прав и свобод человека. При этом цензура может иметь внешнее и внутреннее выражение. Внешняя цензура проявляется в форме контроля уполномоченных властных институтов и нормативно-правовой регламентации. Внутренняя цензура осуществляется автором или провайдером идей, сведений или информации. В отличие от внешней цензуры, обеспеченной деятельностью соответствующих институтов, качество внутренней цензуры во многом зависит от уровня культурного и политического развития лиц, представляющих информационный контент.

Современное состояние общества показывает обострение противоречий между потребностями в расширении свободного обмена информацией и необходимостью сохранения правовых ограничений на ее распространение, что затрудняет поддержание равноценного баланса интересов личности, общества и государства в информационной сфере.

По мнению некоторых представителей журналистского сообщества, в современной России прямого контроля, осуществляемого государственными органами над материалами средств массовой информации, практически не существует. Однако есть несколько факторов, оказывающих серьезное влияние на медиакон-тент и создающих совокупный эффект, сопоставимый по силе с таким контролем. К этим факторам относят, во-первых, ограничение доступа некоторых средств массовой информации к размещению рекламы, за счет которой они живут, по причине административного давления на рекламодателей; во-вторых, отсутствие востребованности качественной журналистики (аудиторию приучили к определенной конъюнктуре и желтой прессе); в-третьих, стирание моральных принципов и алчность журналистов.

Самоцензура как внутренний фактор, ограничивающий свободу журналиста, своеобразный инстинкт самосохранения становятся тормозом для самих журналистов, объясняю-

щих свое нежелание касаться острых тем из-за конфронтации с начальством, властью, прочих неприятностей10.

В то же время российская правоприменительная практика конституционного запрета цензуры, выраженная в ч. 5 ст. 29 Конституции РФ, показывает его своеобразное воплощение. Об этом свидетельствуют ранее принятые законы, в частности, Федеральный закон от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», который регулирует отношения, возникающие: а) при осуществлении права на поиск, получение, передачу, производство и распространение информации; б) применении информационных технологий; в) обеспечении защиты информации.

В ст. 1 Федерального закона от 29 декабря 2010 г. № 436-Ф3 «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», говорится, что настоящий Федеральный закон регулирует отношения, связанные с защитой детей от информации, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию, в том числе от информации, содержащейся в информационной продукции.

Создание в России единого реестра доменов и сайтов с противоправным контентом, запрещенным к распространению на территории РФ, позволяет по решению уполномоченных федеральных органов исполнительной власти (во внесудебном порядке) включать в данный реестр сайты, которые содержат материалы с порнографическими изображениями детей или объявления о привлечении их в качестве исполнителей для участия в зрелищах порнографического характера, сайты, публикующие информацию о способах изготовления

и использования наркотиков, местах их приобретения, а также о способах совершения самоубийства и призывы к суициду.

Перечисленные выше законы, по нашему мнению, обеспечивают устойчивость государства и формируют определенную правовую защиту в сфере доступа к информации, подрывающей устои государства и наносящей вред здоровью российских граждан. Мы не считаем, что законодатель покушался на ч. 5 ст. 29 Конституции РФ, гарантирующей свободу массовой информации и запрет цензуры. В данном случае налицо стремление государства ограничить незаконное использование интернет-пространства и средств коммуникации для подрыва его устоев.

Подводя итог, можно отметить, что складывающаяся в современной России практика реализации названных положений Конституции РФ далека от совершенства, однако не разрушает ее сущностную основу. В то же время из-за неточных формулировок отдельных конституционных статей в российском обществе нет единого понимания их содержания, и создается возможность для злоупотреблением правом.

Государство заинтересовано в создании барьеров для проникновения на его территорию чуждой или деструктивной идеологии, и для этого оно устанавливает запреты на распространение идеологических концептов антигосударственной направленности. Данная государственная функция является приоритетной, позволяющей использовать всю силу государственного аппарата и правоохранительной системы. Предложенный материал лишь часть большого исследования, которое позволит углубить знания в области теории права.

Библиографический список

1. Конституция Российской Федерации, принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. (с учетом поправок, внесенных законами Российской Федерации о поправках к Конституции Российской Федерации от 30 декабря 2008 г. № 6-ФКЗ, от 30 декабря 2008 г. № 7-ФКЗ, от 5 февраля 2014 г. № 2-ФКЗ, от 21 июля 2014 г. № 11-ФКЗ) // СПС «КонсультантПлюс».

2. Федеральный закон от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» // СПС «КонсультантПлюс».

3. Конституция (Основной Закон) Союза Советских Социалистических Республик, принята Верховным Советом СССР 7 октября 1977 г. // СПС «КонсультантПлюс».

10 Жуков Н. Цензура в современной России: 3 фактора, формирующие ее иллюзию. URL : http://regional-dialogue.com/ru

4. Волохов, А. Войско гибридной войны [Электронный ресурс]. - Режим доступа : http://maxpark.com/community/politic/content/5115478

5. Жуков, Н. Цензура в современной России: 3 фактора, формирующие ее иллюзию [Электронный ресурс]. - Режим доступа : http://regional-dialogue.com/ru

6. Кононов, К.А. Идеологическое многообразие как институт российского конституционного права : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 2009.

7. Левченко, И.Е. Цензура как социокультурный феномен // Социс. - 1996.

8. Фёдорова, Ж.В. Цензор: профессия или государственная функция? // Историческая память и социальная стратификация. Социокультурный аспект : материалы Междунар. науч. конф. -СПб. : Нестор, 2005.

9. Чердаков, О.И. О правовой идеологии и национальной идее в современной России / О.И. Чердаков, И.А. Григорьев // Право и образование. - 2013. - № 4.

10. Якунин, В.И. Государственная идеология и национальная идея: конституционно-ценностной подход // Власть. - 2007. - № 3.