Воскресные и вечерние школы, курсы, классы черчения и рисования в России на рубеже XIX-XX вв. 

УДК 378

ВОСКРЕСНЫЕ И ВЕЧЕРНИЕ ШКОЛЫ, КУРСЫ, КЛАССЫ ЧЕРЧЕНИЯ И РИСОВАНИЯ В РОССИИ НА РУБЕЖЕ XIX_XX ВВ.

© 2014 Н. К. Шабанов1, М. С. Степанов2

1докт. пед. наук,

профессор каф. художественного образования и истории искусств e-mail: shabanov. n. k@gmail. com 2канд. пед. наук

профессор каф. художественного образования и истории искусств

Курский государственный университет

В статье рассматриваются вопросы художественно-педагогического и художественно-промышленного образования в России на рубеже XIX-XX вв. Отмечается роль в данном процессе художественных школ, курсов, классов черчения и рисования.

Ключевые слова: художественная школа, живопись, рисунок, педагогические курсы, Армазасская школа, школа Ступина.

Среди первых художественных школ, открывшихся в России, следует назвать Арзамасскую школу живописи, которая была основана Александром Васильевичем Ступиным в 1802 г. Для Русской провинции начала XIX в. Арзамасская школа представляла явление исключительное. Закончив Академию художеств и получив аттестат художника 1 -й степени, а с ним чин и звание дворянина, художник вернулся к себе на родину в г. Арзамас. Будущим художникам преподавались общеобразовательные предметы — русский язык, арифметика, история, география, чистописание и Закон Божий. Большая, хорошо подобранная библиотека книг по искусству, литературе, истории, географии, философии и театру способствовала возникновению интереса к чтению, незаметно, но верно расширяла круг интересов учащихся. Будущих художников знакомили также и с другими смежными видами искусства — музыкой, пением и театром.

Вся жизнь начинающих художников организовывалась таким образом, чтобы как можно шире и разностороннее подготовить их к выбранной ими профессии. А.В. Ступин прекрасно понимал, что для создания художественного произведения художнику недостаточно владеть только техническим мастерством и профессиональными умениями и навыками, он должен быть глубоко образованным человеком. В школе много внимания уделялось копированию с образцов. Ступин считал, что рисование копий позволяет организовывать и дисциплинировать ученика. Если мальчик рисовал слишком широко и небрежно, ему предлагалось покопировать головы, если же, наоборот, начинающий рисовальщик увлекался деталировкой и в его работах просматривалось сухость манеры, его заставляли копировать пейзажи.

В Арзамасской школе работе с гипсом предшествовало рисование несложных геометрических тел и одновременно простейших предметов домашнего обихода. Первые должны были познакомить будущих художников с практическим применением законов перспективы, вторые — с изображением объемной формы. После рисунков

ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ НА УКИ

гипсовых голов учащиеся выполняли специальные рисунки интерьеров, которые, по мнению А.В. Ступина, должны подготовить их к работе над гипсовой фигурой, выработать у начинающих художников привычку видеть формы предметов в том окружении, в каком они существуют в действительности.

В живописи, как и в рисунке, выдвигалось на первый план тональное решение натуры. Вводом в живопись служили рисование копий с этюдов, копирование цветовых смесей и цветно написанных эскизов, копирование гравюр, работа цветом по готовому рисунку. Следующий этап — работа с живописных оригиналов, которые Ступин подбирал обязательно с учетом индивидуальности ученика.

Рисование с натуры учащиеся начинали с простейших натюрмортов, составленных из предметов быта, затем писали интерьеры, и завершением курса обучения служили работы над портретами и несложными сюжетными сценами.

Курса композиции как такового в школе не было. Однако самостоятельные «картинки» все учащиеся начинали делать очень рано, еще занимаясь копированием оригиналов.

За 60 лет существования школы она дала России более 150 художников. Некоторые исследователи называют и более точную цифру: у А.В. Ступина было 178 учеников, из них 24 были направлены в школы учителями рисования.

Следующим учебным заведением, внесшим огромный вклад в художественную культуру России в XIX в., была школа А.Г. Венецианова. Школа Венецианова была организована в 1820-х гг. Ученики его школы не знали оригиналов. Первыми заданиями по рисунку служили гипсовые отливки и простейшие бытовые предметы, учившие их, по венециановскому выражению, «осязанию форм». Венецианов не выискивал специальных моделей, а, наоборот, предпочитал вещи, хорошо знакомые по повседневному обиходу, вроде стульев, коробочек, корзинок и т.п. На этих заданиях будущий художник сразу же сталкивался с необходимостью строить на листе бумаги в воображаемом пространстве объемную форму и, вместе с тем, объемно видеть форму в натуре, что относилось к воспитанию его глаза.

Задача рисунка Венециановым определялась как познание объемной формы в пространстве и изучение освещения этой формы. Причем ему было важно не освещение данного конкретного предмета, а освещение всего видимого: и

изображаемого куска природы, и группы предметов. Ставя подобную цель, Венецианов идет к ее достижению не интуитивно, а при помощи определенного метода, получающего развитие в русском искусстве позднее, уже во второй половине века, — он пытается наметить принципы построения объема в пространстве. Поэтому обучение рисунку начиналось им с изучения так называемых геометрических линий, но не в отрыве от натуры, а на конкретных предметах. В качестве моделей им использовались коробочки, цилиндрики, конусы и проч., а также проволочные каркасы геометрических тел.

Первыми моделями, с которых начинались занятия живописью, служили в Венециановской школе предметы с яркой и четкой окраской, что помогало учащимся научиться составлению красочных смесей. На следующем этапе учащиеся писали предметы домашнего обихода, в которых помимо цвета требовалось передать материальность и фактуру. А.Г. Венецианов предпочитал включать в задания для будущих художников мелкие вещи: холщевый белый платок, гребенку,

металлические безделушки, шелковые ленты. Следует отметить, что композиция не являлась специальным предметом в школе. На завершающей стадии обучения учащиеся школы Венецианова выполняли большое количество портретов и интерьеров с включением в них фигуры человека.

Ученые записки: электронный научный журнал Курского государственного университета. 2014. № 1

Шабанов Н. К., Степанов М. С. Воскресные и вечерние школы, курсы, классы черчения и рисования

в России на рубеже XIX-XX вв.

Влияние А.Г. Венецианова сказалось в том, что с 1824 г. Общество поощрения художников начинает распространять для общеобразовательных школ гипсы, впервые превращая их в доступные и обязательные пособия, тогда как ранее в школах только копировали с оригиналов. Многие выпускники школы Венецианова стали не только известными художниками, но и учителями изобразительного искусства.

Первая рисовальная воскресная школа была открыта в 1832 г. при Санкт-Петербургском технологическом институте, где по воскресным и праздничным дням с 12 до 14 часов преподаватели института обучали рисованию и черчению резчиков, ювелиров, столяров, серебряных и медных дел мастеров, переплетчиков. Естественно, что учебный процесс строился по той же системе, какая существовала в самом институте. Сначала школа существовала полуофициально. Лишь в 1835 г. последовало ее официальное утверждение.

Вслед за утверждением первых классов рисования и черчения при Технологическом институте 15 ноября 1837 г. министр финансов Е.Ф. Канкрин обратился к попечителю Московского учебного округа с просьбой открыть при Мещанском отделении Дворцового архитектурного училища рисовальную школу по типу воскресных рисовальных классов, существовавших при Санкт-Петербургском технологическом институте. И в 1838 г. такой воскресный рисовальный класс был открыт. Затем в 1839 г. были утверждены положение и штат рисовальной школы для вольноприходящих на Васильевском острове. Школы имели довольно обширный учебный план, включавший лепку из глины и воска, черчение и рисование ситуационных планов, рисование узоров, орнаментов, объяснения по древней и новейшей архитектуре.

Успех этого мероприятия побудил его сторонников в 1842 г. открыть при рисовальной школе для вольноприходящих особое отделение для учениц, на которое первоначально записались две ученицы, но уже через два месяца их было значительно больше. Обучение производилось два раза в неделю, по вторникам и четвергам, с 12 до 15 часов 30 минут. Школы получали субсидии из государственной казны.

В 30-40-е гг. XIX в. воскресные рисовальные классы открываются при Строгановском училище и при некоторых гимназиях в Москве. Основными посетителями классов были лепщики, живописцы, резчики, столяры, ювелиры, серебряных и медных дел мастера, машинисты, переплетчики, владельцы ремесленных предприятий и др. К этому же периоду относится и открытие воскресных школ для малолетних рабочих на фабриках Пучковых, Чулковых, И. Герасимова, Тимофея и Константина Прохоровых и др. Хотя эти школы и носили в основном общеобразовательный характер и программа их состояла в чтении по книгам церковной печати, в изучении молитв, краткого катехизма, 4-х правил арифметики и чистописания, однако в некоторых из них преподавали пение и рисование.

В 1872 г. при Академии художеств были учреждены «Бесплатные воскресные классы рисования для народа», просуществовавшие до 1876 г. 5 августа 1875 г. издаются «Правила о временных педагогических курсах», а в 1879 г. Государственный совет внес решение: «Учредить с июля 1879 года при Академии художеств педагогические курсы для приготовления учителей рисования с нормальной школой и музеем учебных пособий».

Данные Педагогические курсы положили начало практическому решению задачи соединения художественной и педагогической подготовки учителей рисования. Срок обучения на курсах был установлен в два года. При Педагогических курсах была создана Нормальная школа, которая служила базой для прохождения педагогической практики, кроме того, в ней готовили учителей рисования для низших учебных заведений. При Педагогических курсах также функционировал музей, основным

ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ НА УКИ

фондом которого были методические пособия по рисованию, литература, необходимая для подготовки учителей, образцы конспектов, программы по рисунку и т. д. В процессе обучения слушатели курсов анализировали программы, иллюстрировали их, посещали уроки своих преподавателей и товарищей, а на втором году обучения сами давали уроки. Завершив полный курс обучения, слушатели держали экзамен по методике рисования. Следует отметить, что на Педагогических курсах при подготовке художников-педагогов большое внимание уделялось рисованию по памяти, наброскам, зарисовкам и эскизам, выполняемым на основе тщательного наблюдения окружающей действительности.

Однако необходимо отметить, что прогрессивные идеи, появившиеся в художественно-педагогической подготовке учителей рисования для общеобразовательных школ, не были должным образом закреплены и развиты далее. Полностью эти вопросы не были решены и с открытием Педагогических курсов при Академии художеств. Одним из основных недостатков было отсутствие органической взаимосвязи между художественной и педагогической подготовкой слушателей Педагогических курсов. Занятия по рисунку, живописи и композиции носили ярко выраженный характер подготовки художника профессионала. Главное внимание уделялось процессу совершенствования художественного мастерства, вопросы же педагогической направленности слушателей на занятиях по художественным дисциплинам решались недостаточно глубоко. Педагоги, которые проводили занятия по основным дисциплинам, совершенно не учитывали их специфические педагогические особенности. Они учили так, как учили их, механически продолжая методы обучения, тогда как становление художественного обучения, именно как педагогического, требовало внедрения принципиально иных методов обучения. В.И. Бейер по этому поводу подчеркивал, что специальная подготовка преподавателей рисования в России еще оставляет желать многого: она сводится, в большинстве случаев, к приобретению технического навыка в саморисовании, на педагогическую же и методическую стороны дела обращается внимания очень мало. Свидетельством низкой методической подготовки учителей рисования на Педагогических курсах является письмо в редакцию журнала «Вестник учителей рисования» одного молодого учителя Санкт-Петербургского учебного округа. Он писал: «Когда я окончил Академию и Педагогические курсы, я думал образцово поставить дело преподавания, но, попав на место, я в продолжение 7 лет учился, делая массу опытов и ошибок, убедившись с самого начала, что меня ничему не научили и что я ничего не умел и не знал».

С появлением Педагогических курсов остро встает вопрос о сущности и путях сочетания художественной и педагогической, теоретической и практической подготовки будущих учителей. В постановке и обсуждении этого вопроса можно отчетливо выделить два подхода, две точки зрения. Представители одной из них допускали явную переоценку художественной, то есть практической, подготовки будущих учителей, недооценивая роль дидактической подготовки.

Характерным свидетельством негативного отношения отдельных педагогов к методической подготовке слушателей Педагогических курсов являются строки из письма в редакцию журнала «Вестник учителей рисования» группы учителей: «Прежде всего, надо сказать, что профессора смотрят с нескрываемым пренебрежением на тех учащихся, которые проявляют склонность к педагогическому поприщу, и потому академисты, поступая на курсы, часто стыдятся говорить об этом своим товарищам и профессорам. Сложилось такое мнение, что молодой человек, задумавший посвятить себя педагогике, безнадежен и пропал для искусства».

Сторонники другой точки зрения недооценивали, а иногда и вообще отрицали

Ученые записки: электронный научный журнал Курского государственного университета. 2014. № 1

Шабанов Н. К., Степанов М. С. Воскресные и вечерние школы, курсы, классы черчения и рисования

в России на рубеже XIX-XX вв.

роль художественной подготовки учителя. Так, П.Д. Долгоруков, восхваляя «натуральный» метод преподавания рисования, писал, что достоинство нового способа преподавания рисования в том, что он настолько прост, что доступен почти всякому мало-мальски развитому учителю.

Воскресные и вечерние школы и классы черчения и рисования, возникая в различных местах без каких-либо общих установок, обращались в Министерство народного просвещения, в Министерство финансов и другие организации и ведомства за разъяснениями и консультациями. Это обстоятельство привело к созданию при Московском обществе распространения технических знаний (учреждено в 1869 г.) особой комиссии по техническому рисованию, черчению, которая и занялась вопросами организации воскресных классов рисования и черчения.

Комиссией было разработано положение от 9 июля 1873 г., на основе которого в Московской и ближайших к ней губерниях открывались рисовальные школы и классы, находящиеся в ведении Министерства финансов.

В 1896 г. особой комиссией о ремесленном ученичестве Императорского Русского технического общества было выработано с учетом накопленного практического опыта «Положение о классах черчения и рисования для ремесленных мастерских», на основе которого в последующие годы открылся ряд классов для содействия наиболее успешному ходу обучения учеников и учениц ремеслу в мастерских, а также рабочих и ремесленников, занятых на производстве и в кустарном промысле. По Положению в классы принимались мальчики и девочки всех сословий, не моложе 12 лет, выдержавшие экзамен за курс начального народного училища Министерства народного просвещения. Курс обучения определялся в 3 года.

Уже в 1897 г. на основе вышеупомянутого положения были открыты императорским Русским техническим обществом при содействии Малоохтенского благотворительного общества классы черчения и рисования для взрослых рабочих на Малой Охте в Санкт-Петербурге. Классы сразу же завоевали популярность, так как были более доступны рабочим. С 1898/99 уч. года вместо одного класса начального рисования пришлось открыть еще второй класс специального рисования и черчения с уклоном для столяров и резчиков, в 1903 г. открыли третий класс, в 1904 г. — четвертый.

В это же время открываются Звенигородские (затем Васильеостровские) классы черчения и рисования, имеющие своей целью подготовку учеников ремесленных мастерских, а также рабочих фабрик и заводов, умеющих грамотно и осознанно чертить и рисовать предметы промышленного характера и на практике применять приобретенные знания при выполнении своих работ. Согласно утвержденному положению, в классы принимались исключительно ученики ремесленных мастерских, подмастерья и рабочие с общим образованием не ниже курса начальной школы и не моложе 12 лет. Полный курс графического образования проходил в 2-4 года, срок зависел от успехов учащихся. Так, по рисованию для успевающих учащихся курс был 3-летний, для малоуспевающих — 4-летний, по черчению для успевающих — 2 года, для малоуспевающих — 3 года.

В конце устраивались экзамены и просмотр работ специальной комиссией и выдавалось свидетельство. Обучение было бесплатное, занятия начинались 1 сентября и заканчивались в конце мая при 3,5 часах в неделю.

В 1900 г. попечителем Санкт-Петербургского учебного округа было утверждено положение о Лиговских классах черчения и рисования, открываемых на средства Императорского Русского технического общества.

В классы принимались рабочие без ограничения возраста, с образованием не ниже курса начального городского или сельского училища. Так как рассчитывать на

ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ НА УКИ

соблюдение этого требования не приходилось, то в положении имелась оговорка, что в случае недостачи учеников может быть открыт подготовительный класс, куда можно было бы принимать тех, кто умел только читать и писать. Занятия проводились по вечерам, с 8 до 10 часов, и по воскресеньям, с 10 до 14 часов. Изучались рисование, черчение, геометрия и арифметика. Организация, объем даваемых знаний, методы обучения были примерно те же, что и в классах черчения и рисования для учеников ремесленных мастерских.

Политехническое общество, состоящее при императорском Московском техническом училище, открыло в октябре 1901 г. упомянутые выше классы графических искусств имени Ф.М. Димитриева с целью дать возможность рабочим различных специальностей научиться рисованию, письму и специальному черчению в применении к различным отраслям техники. Занятия проводились по воскресеньям, Обучение было бесплатное, предоставлялись необходимые учебные пособия.

Все стороны деятельности классов графических искусств имени Ф.М. Дмитриева определялись Уставом, утвержденным 16 сентября 1900 г. товарищем министра народного просвещения. Согласно Уставу, классы учреждались на средства Политехнического общества, поступающие в классы должны были уметь читать и писать. Минимальный возраст поступающих рабочих определялся 15-ю годами. Производился вступительный экзамен. В течение трех лет в классах в основном изучались графические искусства, причем попутно давались объяснения по тем ремеслам и работам, с которыми связаны графические искусства, и по тем научным предметам, которые имели прямое отношение к производству и учёту работ.

Количество учащихся в различных классах графических искусств им. Ф.М. Дмитриева вначале было следующим: по черчению — 52 человека, рисованию — 31 человек, письму — 39 человек, арифметике — 31 человек, геометрии — 25 человек. Число желающих заниматься черчением к 1902 г. возросло до 70 человек, рисованием — до 40 человек. Расписание строилось так, чтобы уроки по черчению, рисованию и письму не совпадали, что давало возможность заниматься теми предметами, которые учащиеся считали наиболее важными для себя. Вначале занятия проходили на квартире учителя рисования Ярославского кадетского корпуса П.А. Романовского, где собирались ученики различных учебных заведений. Уроки были бесплатные.

В 1896 г. от местных жителей поступило прошение в городскую думу об открытии школы рисования. Городская дума отвела бесплатное помещение, преподавали также бесплатно ак. А.А. Никифоров и П.А. Романовский. Рисовальные классы, несмотря на энтузиазм преподавателей, пожертвования и взносы платы за обучение, испытывали те же трудности, что и другие классы: не было наглядных пособий, программ, непостоянный источник финансирования не позволял систематически укреплять и расширять материальную базу классов. Классы обратились за помощью в Академию художеств, но получили отказ на том основании, что развитие технического, прикладного искусства в задачи Императорской Академии художеств не входило.

На помощь пришло Санкт-Петербургское училище Штиглица, которое ассигновало классам на 5 лет по 500 руб. и снабдило ценными пособиями, но и оно с 1905 г. отказало в материальной поддержке. На помощь пришло Ярославское уездное земство: оно за невысокую плату уступило новое здание. Число учащихся продолжало расти.

Ярославские классы рисования сыграли большую роль в пропаганде художественных знаний и подготовке учителей рисования для общеобразовательных школ. За первое десятилетие существования классов поступили в Императорскую

Ученые записки: электронный научный журнал Курского государственного университета. 2014. № 1

Шабанов Н. К., Степанов М. С. Воскресные и вечерние школы, курсы, классы черчения и рисования

в России на рубеже XIX-XX вв.

Академию художеств — 2, Московское училище живописи, ваяния и зодчества — 13, Строгановское училище — 12, Санкт-Петербургское барона Штиглица — 5, Механикотехническое училище — 15, Училище общества поощрения художеств — 1, художественное училища в Пензе — 13, Виленское художественное училище — 2 учащихся. За двадцатилетний период существования в классах обучалось более 2000 человек, представителей различных сословий и профессий.

В начале 1900-х годов воскресные классы черчения и рисования имелись почти во всех центрах развитой промышленности. Открывались они, как правило, при существующих учебных заведениях и представляли наиболее дешевый способ распространения графических знаний среди рабочих промышленных предприятий и ремесленников и в какой-то степени решали проблему подготовки учителей рисования для данного региона.

На рубеже XIX-XX вв., наряду с ростом воскресных и вечерних школ, классов рисования и черчения, зарождается еще одна краткосрочная форма распространения графических знаний — временные курсы графических искусств для учителей общеобразовательных школ. Такие курсы предназначались для повышения квалификации учителей, занятия проводились в летнее время в течение 5-6 недель при 2-5-часовой ежедневной нагрузке, программы по рисованию, черчению и чистописанию обычно были рассчитаны на 2-летний курс. Курсы пользовались успехом у учителей, так как большинство из них имело недостаточную художественную подготовку, а с ростом школ и введением в учебные планы черчения и рисования потребность в учителях данных предметов все время возрастала.