Современное состояние проблемы мотивации сотрудников и осужденных в свете развития уголовно-исполнительной системы

СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ ПРОБЛЕМЫ МОТИВАЦИИ СОТРУДНИКОВ И ОСУЖДЕННЫХ В СВЕТЕ РАЗВИТИЯ УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ

А. В. Наприс

Аннотация: в статье отражены психологические проблемы мотивации сотрудников и осужденных, возникающие в связи с развитием уголовно-исполнительной системы.

Ключевые слова: развитие уголовно-исполнительной системы, профессиональная мотивация сотрудников, мотивационные теории личности преступника, психологическое консультирование.

The summary: This article reflects the psychological problems of motive-tion of staff and inmates, arising from the development of the criminal but the correctional system.

Key words: development of the correctional system, professional staff motivation, motivational theory of personality offender counseling.

Исходными положениями современного развития уголовно-исполнительной системы (УИС) с учетом человеческого (психологического) фактора являются:

- максимальная дифференциация исполнения наказания в виде лишения свободы в зависимости от личности осужденного и степени общественной опасности совершенного преступления;

- расширение возможности применения к осужденным стимулирующих механизмов;

- психологическое изучение личности осужденных с точки зрения выявле-

ния особенных признаков, выработка на этой основе методики работы с ними;

- преодоление непрофессионализма, некомпетентности, нелояльности сотрудников и связанных с ними злоупотреблений служебным положением и превышением служебных полномочий, коррупции [9, с. 6, 9, 21, 54].

Дифференциация осужденных по степени общественной опасности совершенного преступления должна, на наш взгляд, содержать в себе не только индивидуальные уголовно-правовые признаки, но и признаки групповой дифференциации преступников, существующие сегодня в криминологии.

Обычные преступники — это граждане, которые, как правило, совершают единичные преступления и не склонны к преступной деятельности.

Преступники-профессионалы — характеризуются рецидивом поведения, указывающим на криминальную специализацию («окраску»). Для многих из них преступления становятся средством к существованию или образом жизни.

Члены организованных преступных групп — представляют опасность не только для общества, но и для государства. Во-первых, они пытаются повторить структуру государственного устройства с разветвленными органами управления, разведкой, контрразведкой, информационной системой, коммерческой и банковской деятельно-

стью. Для работы вербуются высокопоставленные лица, сотрудники правоохранительных органов, а теперь уже и ученые. Во-вторых, некоторые организованные преступные группы (так называемая мафия, террористические организации) давно носят транснациональный характер и противостоят государственности в целом.

Подобная дифференциация с учетом назначения вида исправительного учреждения и степени изоляции осужденных может являться адекватной мерой реагирования на современные тенденции развития преступности.

Анализируя проблемы исполнения уголовных наказаний с позиции гуманизации, необходимо особое внимание уделять профессиональной мотивации сотрудников. В данном случае важны три составляющие мотивационной структуры:

- интерес сотрудников к профессии — работе с людьми (гуманистическая или душеведческая по Е.А. Климову, антропологическая по В.М. Шепелю, направленность личности; характеризуя профессиональную направленность сотрудников правоохранительных органов, в систему которых входят и разведывательные органы, премьер-министр В.В. Путин на вопрос о своей предыдущей работе в разведке ответил: «Я был специалистом по работе с людьми» [4, с. 26]);

- стремление к профессиональной, в том числе психолого-педагогической компетентности;

- лояльность к службе.

Реформа УИС, следуя общим направлениям реформирования государственной системы России, должна быть направлена на формирование «думающих» сотрудников и разработку компакт-

ных, действенных путей и методов достижения профессиональных целей. В нашем случае — исправления осужденных. Лозунг прошлых лет: «Полностью изменить сознание осужденных» носит глобальный, общий характер, а следовательно, не может являться установкой к действию для специалиста. При воздействии на человека, коррекции его психики необходима тонкая работа, точечное воздействие, направленное на стержневые особенности его личности. Такой стержневой характеристикой личности выступает мотивация. Она отражает цели, роли, состояния, к которым стремится индивид. Неслучайно Н.Д. Левитов назвал стремление «стержнем характеристики личности», без которого невозможна успешная организация воспитательного процесса [2, с. 242, 249-258].

Мотивация — это сложное психологическое явление, указывающее на то, что поведенческая активность человека вызывается множеством различных факторов: внутренними факторами — психическим состоянием, знаниями, умениями, опытом человека, внешними или средовыми — сложившейся ситуацией, системой отношений и т. д.

Проблема мотивации поведения человека интересовала ученых издревле. Причем уже философы древнего мира — Аристотель, Демокрит, Сократ, Платон и другие пытались связывать исследования мотивации с государством, правом и общественной моралью. Так, по мнению Демокрита, закон направлен против тех, кто в силу нравственных и умственных пороков добровольно не побуждается к добродетели внутренним влечением. «... Тот, кто воздерживается от несправедливости, только подчиняясь закону, бу-

дет, вероятно, грешить в тайне; тот же, кого побуждают поступать должным образом его убеждения, вряд ли станет делать что-нибудь неподобающее, все равно тайно или явно» [3, с. 361].

В настоящее время насчитываются десятки теорий мотивации и каждая из них способна внести свой вклад в исследование проблемы мотивации преступников.

Возникает самый главный вопрос: «Для каких целей исследовать психологию осужденных?».

По мнению С.В. Познышева, тюрьма должна стать «социальной клиникой» [8, с. 42]. Иногда это выражение понимается тривиально. Клиника привычно воспринимается как учреждение, деятельность которого связана с лечением больных. Это правильно. При этом если понимать болезнь как отклонение, то преступность — это социальная болезнь. Однако важная составляющая понятия «клиника» — это учреждение, которое занимается проведением научных исследований [6, с. 277; 11, с. 312]. Если уж речь идет о преступниках, а в основе преступного поведения лежат прежде всего криминальные мотивы, то логично будет предположить, что исследования осужденных должны строиться вокруг стержневой характеристики их личности — мотивации. Исследователи должны понять, почему человек поступил определенным образом, почему он совершил преступление. В результате должен сформироваться банк данных психологических характеристик на осужденного преступника, включая мотивационные особенности.

Взгляды на сущность и происхождение мотивации человека неоднократно менялись, но неизменными оставались

два основных философских течения: иррационализм и рационализм.

Иррационализм как учение развилось из представлений о поведении животных. Утверждалось, что поведение управляется темными, неосознаваемыми силами биологического порядка, имеющими свои истоки в органических потребностях. Наличие сознания не предполагалось. Идеи иррационализма в большей степени послужили источником развития глубинной и поведенческой видов психологии.

Согласно рационалистической позиции считалось, что человек наделен разумом, мышлением, сознанием, обладает волей и свободой выбора, которые лежат в основе мотивации поведения. В большей степени подобные подходы к пониманию психики человека получили реализацию в когнитивных и гуманистических теориях.

Если психоаналитический и бихеви-ористический подходы рассматривают человека как пассивное начало, поведение которого зависит всецело от внутренних и внешних факторов, и основные усилия сводятся к анализу скрытых мотивационных сил и стимулированию поведения, то когнитивная и гуманистическая концепции наделяют индивида активностью, стремлением к инициированию целей и самоактуализации.

Необходимо отметить, что отечественная психология избежала подобных крайностей. Внутренние и внешние условия, сознание и окружающая действительность рассматривались как не связанные воедино в процессе осмысления поведения человека. Первые экспериментальные исследования по психологии в России, проведенные И.М. Сеченовым, И.П. Павловым, А.А. Ухтом-

ским и другими, свидетельствуют об этом.

В научном мире существует предположение, что источником для экспериментов бихевиористов послужили исследования рефлексов в России. Начал эти исследования И.М. Сеченов. Пытаясь приложить свое учение к объяснению поведения, он с позиции физиологии и психологии обосновал возможность исправления преступников через определение внутренних закономерностей развития личности. Он указывал, что в «рефлексах головного мозга окружающие условия сами воздействуют на человека, желает он того или нет» [10, с. 117]. Этот процесс «столкновения человека с жизнью» играет самую важную роль в его воспитании, понимаемом в широком смысле слова [10, с. 114]. В дальнейшем И.П. Павлов, окрыленный открытиями И.М. Сеченова, проводит исследования условных рефлексов животных, развивая теорию высшей нервной деятельности. Именно эта теория вызвала непосредственный интерес у бихеви-ористов. Однако, в отличие от бихевио-ристов, И.П. Павлов в работе «Рефлекс цели» заявил, что человеком движет не рефлекс, а цель.

С начала 20-х годов XX в. свои публичные выступления с обоснованием принципа доминанты начинает А.А. Ухтомский. Согласно его точке зрения, доминанта — «продукт суммирования возбуждений», «место» в нервной системе, к которому «прирастает все нужное и ненужное». Вырастая из следов прошлого, до-минаты побуждают к определенному поведению, предопределяя будущее человека. Возможность формирования направленности поведения он видел в ежеминутном неусыпном культивировании

требуемых доминант [13, с. 283-287], то есть постоянное воздействие способно изменить человека в определенном направлении.

Одной из наиболее завершенных концепций мотивации можно назвать теорию деятельностного подхода, созданную А.Н. Леонтьевым и продолженную в работах его учеников и последователей. Согласно данной концепции мотивационная сфера человека имеет свои источники в практической деятельности. Центральным понятием является «сдвиг мотива на цель», смысл которого кратко можно выразить в том, что освоение и развитие деятельности приводит к изменениям в мотивационной сфере, приобретению человеком новых потребностей, мотивов и целей. В дальнейшем принцип включения осужденных в активную общественно полезную деятельность стал одним из основных принципов исправления осужденных [1, с. 44].

Все многообразие причин и условий, которые вплетаются в мотивацию человека, в том числе криминальную, и становятся ее структурными компонентами, можно представить следующими теориями.

1. Биопсихические теории. Ведущая роль в них отводится конкретным индивидуальным особенностям (конституционным, эндокринным, генетическим и др.). Одно из основных учений — френология Ф. Галля, который полагал, что лицо человека позволяет судить об особенностях его характера, наклонностях, умственных способностях и пр. [14].

В XVIII столетии в рамках данного подхода первую попытку связать психические особенности заключенных с преступным поведением осуществил итальянский психиатр Ч. Ломброзо.

Основываясь на антропологических, анатомических обследованиях заключенных, он определил прирожденного преступника как скрытого эпилептика (позже психопата), который отличается от правопослушного человека не только анатомофизическими признаками, роднящими с предками-дикарями, но и патологическими личностными особенностями: отсутствием раскаяния и угрызений совести, цинизмом, склонностью к предательству, мстительностью, жестокостью, леностью, тщеславием, любовью к оргиям и азартным играм.

В XX в. американский психолог У. Шелдон и немецкий врач-психиатр Э. Кречмер попытались объяснить причины преступного поведения на основе конституционально-морфологической теории темперамента.

2. Психоаналитические теории. З. Фрейд, К. Юнг и А. Адлер в качестве основных причин преступности рассматривали феномены, связанные с бессознательными проявлениями индивидуальной и общественной психики — механизмами психологической защиты, внутриличностными конфликтами, кризисами и др.

3. Теории черт личности. Определенные черты или их сочетание (например, по Х.Д. Айзенку—экстраверсия и нейро-тизм) рассматриваются в качестве факторов, склоняющих личность к совершению определенных типов преступлений.

4. Теории эмоциональных проблем. Представители этого направления считают, что основной причиной преступности являются неуспешность реализации личностью поведения в социальной среде и возникновение на этой почве состояний фрустрации и деперсонализации.

5. Теории «душевных расстройств».

Доказывается, что конкретные типы психиатрических заболеваний — неврозы, психозы, фобии, импульсивные расстройства и пр. могут обусловливать совершение определенных типов преступлений.

6. Бихевиористические теории научения. Преступное поведение рассматривается как асоциальные реакции, выработанные человеком в процессе онтогенеза — освоения криминогенной субкультуры конкретных общностей и социальных слоев.

7. Теории социопатической личности. Утверждается, что негативные реакции окружающих людей в отношении лиц, впервые нарушивших социальные правила поведения, их дальнейшее осуждение, влекут за собой стигматизацию (клеймение) и запускают социопатогенез, которые формируют особое само-восприятие и укрепляют веру человека в неизбежность преступного жизненного пути.

8. Теории мыслительных моделей. Считается, что лица, склонные к преступлениям, имеют внутренние условия в виде особенностей познавательной сферы (интеллекта, стиля мышления и пр.), которые развиваются в процессе онтогенеза и являются причиной асоциального поведения личности. Одним из представителей данных теорий можно считать швейцарского психолога и психиатра К. Юнга, выделявшего типы интровертов и экстравертов [7].

Отечественные юридические психологи в качестве мотивационных факторов, детерминирующих преступное поведение, выделяют следующие.

А.Р. Ратинов (1973, 1981) особое внимание уделяет проблемам социально-ценностной деградации и

дефектов психической регуляции. Преступники отличаются особой жизненной философией, в основе которой лежат искаженные представления в отношении таких ценностей, как общественно полезная деятельность, нравственность, эстетическое удовольствие, брак, семья, дети. Они проявляют фатализм и пессимизм (то есть крайне отрицательно оценивают прожитую жизнь, повседневные дела и жизненные перспективы), имеют заниженную потребность в социальноприемлемой регуляции.

В исследованиях Ю.А. Антоняна, М.И. Еникеева и В.Е. Эминова (1998] установлено, что в качестве психологических предпосылок преступного поведения могут выступать феномены отчуждения и тревожности.

Экспериментальные исследования психологии различных категорий преступников: расхитителей, корыстнонасильственных преступников, воров, насильников, серийных сексуальных убийц, проведенные в 80-е годы ХХ в. позволили выявить особенности мотивационной сферы исследуемых. Наивысший уровень саморегуляции поведения наблюдался у корыстно-насильственных преступников, наименьший у серийных сексуальных убийц. Уровень саморегуляции указывает на степень осознанности мотивов преступных деяний.

На наш взгляд, особого внимания в русле объяснения криминального поведения и развития института уголовных наказаний заслуживают следующие психологические теории и концепции.

Теория социальная научения Б. Скиннера. Суть ее в том, что человек научается поведению, наблюдая за поведением других людей. Если определенное (например, агрессивное) поведение приво-

дит к желаемым результатам, то очень велика возможность того, что наблюдатель начнет имитировать поведение. Наибольшее влияние имеет информация, которая фиксируется человеком пассивно. В связи с этим применительно к исправительным учреждениям существует необходимость создавать такие социальные условия-отношения, которые бы «научали» осужденных вести себя правопослушным образом.

В современных психологических концепциях мотивации преобладает когнитивный подход, в рамках которого А. Бандура обнаружил влияние представления человека о личностной «самоэффективности» на выбор определенных целей. Исправление в идеальном варианте предполагает формирование «самоэффективной» личности. В данном аналитическом контексте представляет интерес теория «инструментального действия» В. Вроома. Инстру-ментальность понимается как возможность определенных действий служить средством достижения целей. Набор инструментальных возможностей у каждого человека ограничен. Это позволяет прогнозировать поведение человека, связывая его с целями и потребностями, которые он желал бы удовлетворить. Характерно, что осужденные часто отбывают наказание за преступления, в основе которых лежат их привычные инструментальные действия: владеющие силой, навыками борьбы, драки

— за телесные повреждения; общительные, коммуникативные — за мошенничество, кражи в общественных местах; агрессивные — за убийства и т. д.

Исследуя мотивацию, Ю. Роттер ввел понятие «локус контроля», которое характеризует представления человека о

том, в какой степени результаты его деятельности зависят от него самого (внутренний локус контроля) или от обстоятельств (внешний локус контроля). Установлено, что человек, обладающий внутренним локусом контроля, проявляет больше ответственности. Около 70-80 % осужденных обладают внешним локу-сом контроля.

Теория когнитивного диссонанса. Одним из наиболее действенных мотивов поведения, по мнению Л. Фестингера, является стремление индивида снять или уменьшить возникшее рассогласование в системе знаний о мире и себе. Наиболее выраженное мотивационное влияние на человека когнитивный диссонанс оказывает в противоречивых ситуациях принятия жизненно важных решений. Индивид активно избегает ситуаций, способных породить когнитивный диссонанс. Когнитивный диссонанс во многом объясняет, почему осужденных бывает трудно изменить. Исправление связано с утратой устойчивой жизненной позиции, постоянства, повседневных привычных стереотипов отношений и поведения. Изменение — это всегда шаг в неизвестность, что само по себе вызывает тревожность.

Более глубокому пониманию психологических механизмов исполнения наказаний может служить модель поведенческого торможения Дж. Грея. В соответствии с этой моделью наказание или отсутствие вознаграждения активируют систему торможения. По мнению Дж. Грея, человек формируется с повышенной тревожностью. Согласно же исследованиям Д. Барлоу (1988), тревожность вызывает у человека все большую дисфункциональность и негативное восприятие окружающей дей-

ствительности. Чем жестче проводится тормозящая функция наказания, тем в большей степени выше риск возникновения у осужденных дестуркутивных—то есть неадаптивных, асоциальных, криминальных форм поведения.

Источниками правонарушений, с точки зрения Р. Фрэнкина, выступают желания человека и то, что он считает правильным для себя. Одним из основных источников правонарушений, по мнению Дж. Микула, Б. Петри, Н. Тан-зер (1989), являются попытки восстановить социальную справедливость. Они выделяют такие понятия, как «дистрибутивная справедливость», отражающая честность распределения ресурсов; «процедурная справедливость», относящаяся к правилам разрешения конфликтов; «справедливость во взаимодействии», указывающая нормы, демонстрирующие уважение, лояльность.

Зарубежные психологи — М. Готт-фредсон и Т. Хирч (1990), которые пытаются создать обобщенную теорию преступлений, убеждены, что главная причина совершения людьми преступлений кроется в плохо развитой способности контролировать свою импульсивность. При этом называются следующие личностные характеристики:

1) потребность в непосредственном удовлетворении желаний;

2) желание избегать больших вложений денег или тратить энергию (деньги без работы, секс без ухаживаний);

3) предпочтение занятий, которые возбуждают, захватывают дух или являются рискованными;

4) отсутствие долгосрочных обязательств в межличностном или экономическом плане (например, речь может идти об отсутствии инвестиций);

5) отсутствие планирования;

6) невосприимчивость к боли или дискомфорту других людей.

При рассмотрении проблем исправления осужденных оптимизм вселяют гуманистические теории А. Маслоу и К. Роджерса, в которых психология людей рассматривается как источник добра, врожденного стремления к росту и совершенствованию. На самом деле единственная возможность изменить человека кроется в его развитии. Сопровождение личностного роста — основа педагогики. Педагогика (от греч. «пей-да» — ребенок, «гогос» — вести) — дословно переводится как «детовожде-ние» или современным психологическим языком — сопровождение. Развитие личности является основной целью педагогических усилий, а развивающий и воспитывающий характер обучения определяет один из основных принципов педагогики.

Современная модель правоохранительной деятельности, включая исправление осужденных, рассматривается как социальное сопровождение, обеспечивающая деятельность.

В зарубежной психологической практике одной из главных моделей обслуживания выступает консультация [12, с. 32].

Идеи, заложенные в различных техниках консультирования [5], способны значительно обогатить представления о возможностях исправления осужденных. Рассмотрим основные из них.

Гуманистический подход. Предлагается создание условий, которые бы стимулировали человека к самопониманию и самоизменению, позволяя реализовать лучшие позитивные качества (К. Роджерс), гармония отношений при

этом достигается в результате обучения человека преодолению экзистенциальных кризисов и взятию на себя ответственности за собственную жизнь (Ф. Перлс); контроль жизни связывается с навыками эффективного поведения (У. Глассер); развитие роли Взрослого и преодоление ролей Родителя и Ребенка (Э. Берн).

Экзистенциональный подход. В основе лежат идеи преодоления тревоги, препятствующей переживанию реальности (И. Ял, Р. Мэй), и формирования ответственности в процессе нахождения смысла жизни (В. Франкл).

Психоаналитический подход. Считается, что умение принимать реалистичные решения достигается устранением неврозов и подавленности, идущих из прошлого (З. Фрейд).

Бихевиоральный подход — предусматривает эффективные социальные навыки, устранение дефицита в поведенческих репертуарах, усиление адаптивных форм поведения, устранение реакции тревоги и развитие способности расслабиться (И.П. Павлов, Дж. Уотсон, Б. Скиннер, Г. Айзенк и др.).

Когнитивно-поведенческий подход. Направлен на формирование навыков саморегуляции, мотивации к достижению успеха, привычки к здоровому образу жизни (А. Бандура); обсуждение иррациональных идей и формирование новой эффективной философии ведет к адекватному поведению (А. Эллис); навыки обработки информации, позволяют исправить вредные укоренившиеся стереотипы мышления (А. Бек).

Эклектический и интегральный поход. Осуществляется попытка определить сенсорные, образные, когнитивные и межличностные факторы, пре-

пятствующие удовлетворению насущных потребностей человека (А. Лазарус), сформировать способности, позволяющие справляться с жизненными проблемами (Р. Нельсон-Джоунс).

Таким образом, различные отечественные и зарубежные психологические теории позволяют представить объемную картину криминальной мотивации поведения и более адекватно подойти к определению путей, средств, методов и приемов психолого-педагогического воздействия на осужденных.

Литература

1. Исправительная (пенитенциарная) педагогика / под ред. А.И. Зубкова, МП. Стуровой. - Рязань: Ряз. высш. шк. МВД РФ, 1993.

2. Левитов Н.Д. Вопросы психологии характера. — М.: АПН РСФСР, 1952.

3. Лурье С.Я. Демокрит. — Л., 1970.

4. Медведев Р.А. Владимир Путин. — М.: Молодая гвардия, 2008.

5. Нельсон-Джоунс Р. Теория и практика консультирования. — СПб.: Питер, 2000.

6. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. — М.: Азбуковник, 1999.

7. Поздняков В.М. Очерк по истории пенитенциарной психологии. — М., 1998.

8. Познышев С.В. Основы пенитенциарной науки. — М., 1925.

9. Реформирование уголовно-исполнительной системы: теоретическая модель (авторский вариант) / под общ. ред. А.А. Реймера.—М.; Рязань: Академия ФСИН России, 2009.

10. Сеченов И.М. Рефлексы головного мозга // Избр. философ. и психол. произв. — М., 1947.

11. Словарь иностранных слов. — М.: Рус. яз. Медиа, 2005.

12. Уоллес В., Холл Д. Психологическая консультация. — СПб.: Питер, 2003.

13. Ухтомский А.А. Собр. соч. Т. 1. — Л., 1950.

14. Школьник Х.М. Верное средство познать себя и других. — Минск, 1993.

ОРГАНИЗАЦИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ СЛУЖБ, ИХ РОЛЬ В УЧРЕЖДЕНИЯХ УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ РОССИИ

М. Б. Юсова

Аннотация: в данной статье рассматривается история создания психологических служб в правоохранительных органах, в том числе уголовноисполнительной системе. Раскрываются факторы, тормозящие развитие психологической службы.

Ключевые слова: психологическая служба, работа с персоналом, оперативно-служебные задачи, факторы, тормозящие развитие психологической службы.

The summary: This article reviews

the history of the creation of psychological services in law enforcement, including the penal system. Reveals the factors hindering the development of psychological services.

Key words: psychiatric services, human resources, operational performance objectives, factors hindering the development of psychological services.

До определенного времени юридическая психология проводила в жизнь разрабатываемые ею практические