Дмитрий Быков - русский литературный лоббист

УДК 82-95

ДМИТРИЙ БЫКОВ - РУССКИЙ ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЛОББИСТ

М.Карвацка

Силезскийуниверситет, Польша.

В статье автор тщательно анализирует работы Дмитрия Быкова как литературного критика и через их подробный разбор прослеживает развитие мысли писателя. Автором утверждается мысль об исключительной авторитетности Дмитрия Быкова в вопросах критикирусской литературы.

Ключевые слова: современная русская литература, литературная критика, Дмитрий Быков.

Субъективно-художественный метод критики, кроме поэтического, может иметь и большое научное значение. Тайна творчества, тайна гения иногда более доступна поэту-критику, чем объективно-научному исследователю [8].

ДмитрийМережковский

Как известно, социально-политические преобразования, а также технологические инновации привели ко многим сдвигам в современной русской культуре, а также в статусе и функциях современной русской литературной критики, которая выступает в роли регулятора социокультурной ситуации. Исследовательница новейших процессов в критике Ольга Шильникова замечает в связи с этим: «Адаптируясь к новым условиям и стремясь максимально использовать технические возможности СМИ, художественная критика меняет свое качество и формы репрезентации» [12]. Подытоживая динамичное развитие электронных СМИ, Мария Шильникова отмечает рождение новой разновидности критики, которую она определяет как «литературно-критическую критику в электронных масс-медиа». Она предполагает обширную и разнообразную по своим стратификационным характеристикам аудиторию, которая требует «сдвига от аналитических приемов к популизаторским» [11]. Огромное количество массово-коммуникационных средств способствует распространению рефлексии журналистов, критиков и компетентных профессионалов, что, в свою очередь, может реально «воздействовать на массовое сознание и общественное мнение» [11]. Новейшая критика укрепилась и расширила свои границы, благодаря освоению новых информационных территорий и расширению горизонта своего влияния. Шильникова приводит факты, показывающие, как литературная критика входит в пространство газет и журналов, радио, телевидения, Интернета, усиливая свое влияние на массовую публику». В свою очередь Мария Черняк, характеризируя постсоветскую критику, верно указывает на главные черты ее дискурса: «тяготение к собственно журналистским жанровым формам, жанровый синкретизм, усиление новостного информационного компонента за счет снижения аналитичности и теоретической оснащенности, усиление диалогического начала» [11].

В этом контексте имя Дмитрия Быкова, одного из очень популярных критиков сегодняшней России, упоминается почти в каждой работе. Автор романов, рассказов, публи-

цистических статей, эссе, литературно-критических портретов, блогов, интервью - критик использует почти каждый возможный канал передачи информации, особенно электронные масс-медиа. Большинство, если не все его работы, помещены на разного типа сайтах, его можно услышать и увидеть на русском сайте «pryamaya.ru», где он читает лекции о русской и западноевропейской литературах и в других радиопередачах, а также на многочисленных интернет сайтах. Огромная популярность критика подтверждается многочисленными комментариями слушателей и читателей, в которых даются высокие оценки его литературно-критической компетенции, хотя одновременно растет круг его противников. Юлия Говорухина в своей монографии о литературной критике на рубеже ХХ-ХХ1 веков, включает Дмитрия Быкова в число настоящих критиков, которые имеют большое влияние на состояние сегодняшней русской словесноти. Говорухина характеризует Быкова как критика-журналиста, так как большинство его литературнокритических высказываный появляется в жанровой сфере журналистики. Она находит характерные черты его творчества в области критики:

Быкову свойственна особая интерпретационная стратегия, отражающаяся и на темпе литературно-критической деятельности, и на глубине проникновения в смыслы интерпретируемого, и на коммуникативно-прагматической составляющей деятельности [6].

В настоящей статье я попытаюсь выявить основные черты критической системы и критического метода Быкова, которые определяют значимость его деятельности для развития и места русской литературы и критики в мировой среде и показать, как организует и строит свою позицию в литературной среде, как настоящий лоббист русской литературы.

Важным вопросом при анализе литературно-критических высказываний Дмитрия Быкова является вопрос, какие координаты дальнейшего развития культуры устанавливает критик своей литературно-критической деятельностью. Быков в своих высказываниях с глубокой уверенностью представляет новое измерение русской литературы. Он убеждает, что потенциал русских художников еще не раскрыт, что скоро появятся великие русские писатели, потому что мы подходим к той части исторического цикла, которая будет похожа на 1860-е гг. Он сравнивает современность с 1852 г.: «где-то уже живёт 25-летний Лев Толстой, обду-мывается «Война и мир», где-то неподалёку уже и Достоевский, и Тургенев стишки пописывает или «Муму». Надо подождать пять-шесть лет - и у нас появится мощная литература нового прогрессизма, новой «оттепели», (...)». По Быкову, геополитическая ситуация России способствует формированию новой ценности литературы, в которой скоро будут появляться великие произведения литературы, по масштабу Толстого и Тургенева. Критик, с одной стороны, относится к современной литературе с отрицанием, с другой стороны - замечает великий талант некоторых художников, которые могут оказаться гениями нашего времени или будущего. Быков пытается занять роль регулятора и своего рода управляющего, даже заведующего современной русской культурой, так как в сферу его интересов входит не только литература, но и другие формы художественной деятельности в России.

Выбор текстов Быкова для характеристики его литературно-критического проекта является сложным из-за жанрового многообразия его критики: это многочисленные статьи разного характера (в том числе рифмованные), эссе, выступления в Интернете и новейшая книга Быкова Советская литература. Краткий курс 2012 года. Мы уделим особенное внимание одной из статей 2003 года, возможно, переломной в творчестве Быкова, в которой он подытоживает пройденное литературой двадцатилетие и формулирует условия будущего расцвета словесности, проект, который имеет, по мнению Быкова, фундаментальное значение для существования культуры. Текст Своя правда содержит многое из того, что Быков будет развивать в своей бурной критической деятельности дальше. Итак, в 2003 году Дмитрий Быков заявляет:

Главная проблема современной литературной (и не только литературной) ситуации заключается в упразднении или, по крайней мере, вырождении всех прежних оппозиций. Признавать этот факт довольно страшно — новые могут оказаться грубее и жестче, и не каждому по плечу будет выживание в мире, заданном другими координатами [3]

Сейчас, как утверждает Быков, нет ярких границ в мышлении литературных групп, невозможно указать и поддержать сильнейшего оппонента в дискуссии. Политическая, экономическая, идеологическая свободы привели к тому, что сегодня нет группы или представителя литературной среды, убеждения которого отличались бы от других на литературной сцене и создавали бы координаты дальнейшего развития, в чем, по мнению критика, заключается проблема низкого уровня и качества литературы России сегодня:

Однако ничего не поделаешь — спорщики давно уравнялись в неправоте, и вместо старых дискуссий о почвенничестве и западничестве, демократизме и элитарности, либерализме и консерватизме приходится вести новые. В которых ни за кем нет пока априорной правоты [3].

Текст Своя правда интересен и тем, что критик формулирует в нем условия обновления современной литературы, ищет источник ее возрождения, возвращаясь к классической мысли о «документе человечности»: «У меня есть подспудное ощущение, что великая литература всегда начиналась с дневников, с интимного разговора о том, о чем вслух пока сказать нельзя» [3]. Это важное правило роста культуры он будет формулировать в своих критических исследованиях неоднократно: «Надо только смелости набраться и сказать вслух то, что сегодня проговаривается шепотом и в тусовках»[3] - утверждает он. Критик неоднократно высказывает свою уверенность в великом будущем русской словесности. В число реально активизирующих литературу явлений Быков включает оживленные дискуссии в Интернете:

Бурный русский расцвет "Живого Журнала" (www.livejournal.com), оживленные и подчас ожесточенные дискуссии, которые кипят там и на форумах, скажем, "Русского журнала" (www.russ.ru), заставляют надеяться, что вскоре мы действительно получим незаурядную словесность [3].

В книге Краткий курс [4] Быков ставит перед собой задачу дать образ советской литературы и составить портреты самых, как он их определяет, «великих и ничтожных» писателей XX века. Интересной является идея заглавия книги, который приводит на мысль ассоциацию с Кратким курсом истории ВКП(б), инициатором и главным создателем которого считается Сталин. Быков делает аллюзию к учебнику Сталина, непосредственно подсказывая значимость своей работы, хотя характеризирует ее как «лишь штрихи к будущим портретам, приглашение к разговору и к переосмыслению нашего литературного багажа». Автор принадлежит к группе писателей, литературоведов, критиков, которые заявили о себе в выпусках Литературной матрицы. Учебнике, написанном писателями [13]. Он оправдывает свой выбор и подчеркивает высокую ценность советской литературы на фоне всей русской культуры:

Вот почему семьдесят лет советской литературы никак не выбросишь из истории, даже если львиная доля появлявшихся тогда книг была написана в соответствии с уродливым иугодливым каноном [4].

Краткий курс иа самом деле представляет собой цикл портретов, проникнутый стремлением автора назвать, определить по-разному проявляющуюся «советскость», принцип советскости. Быков создает идею творчества того или иного писателя, иногда весьма и весьма, мягко говоря, спорную (случай Анны Ахматовой), которой подчиняет интерпретации. Идеи эти интересные, иногда очень откровенные. Быков постоянно отсылает к творчеству классиков, интерпретирирует согласно правилу преемственности. О Горьком пишет: «он не выворачивает традицию наизнанку, а просто идет чуть дальше, продолжает там, где предшественник ставит точку» [4]. На фоне анализа творчества советских писателей вырисовывается собственная концепция новейшей литературы:

Литература сегодня должна разрывать круг русского существования и писать о том, чего еще не было, воспитывая в читателе опять-таки те качества, которых у него нет. Ибо то, что есть, обнаружило своюроковую недостаточность [4].

Быков в реальной обстановке жизни в России видит причину отсутствия возможностей для развития литературы и привлечения внимания читателей: «если страна не производит новых сущностей, ей неоткуда взять новую литературу [4]» - заявляет автор. В Кратком курсе есть сильный пласт рефлексии, касающийся сегодняшней России. Оценивая современность, автор считает, что это страна, которая «ничего не строит, а лишь латает фасад и яростно орет на всех, кто указывает на новые пятна гнили [4]».

Быков считает себя непосредственно одним из первых и лучших исследователей советского литературного багажа, он подчеркивает отсутствие настоящих исследованиий, которые вполне раскрывали бы ценность советского феномена. Его собственные размышления и литературные анализы этого периода, представлены автором как абсолютное новаторство. Одним из важнейших факторов, подтверждающих ценность советской литературы, является развитие советской культуры: «С одной стороны, приходится всем говорить, что это было страшное время, и большинство произведений были нечитабельны, лживы; с другой, советская культура - это высшая точка развития идей русской классической литературы [4]». Рахметов и Базаров указаны Быковым как отцы социальных идей, на которых основана русская культура XX века. Критик замечает невеликое богатство русской литературы по сравнению с, например, развитием культуры западних стран. Критик замечает, что русская литература родилась и стала развиваться намного позже других. Однако только русская литература сделала огромный прогресс и именно советские произведения оказываются, по мнению критика, значительным свидетельством гения русских художников, на фоне, например, европейских. По Быкову, сознательное ознакомление и рассмотрение ценности этого периода в истории русской литературы предоставляет особенные возможности:

Мы не так богаты, чтобы выбрасывать семьдесят лет. Кроме того, я продолжаю настаивать на том, что Советский Союз был высшей точкой расцвета русской цивилизации. Высшей точкой не в нравственном, оценочном смысле, а в смысле расширения возможностей человека [4].

Быков настаивает на глубоком уважении к советской литературе и подчеркивает, что некачественность и низкий уровень многих произведений того времени могут стать координатами для будущего развития русской литературы. Он одобряет идею Стругацких, по словам которых, этот низкий и плохой момент может послужить стимулом для будущих писателей. Это один из факторов, который определяет, по Быкову, смысл разработки и внимательного анализа советского наследия:

Интернациональная идея, идея светскости, идея научного познания, отказа от личного ради общего - всё это, возможно, в быту и тяжело, но это очень сильный стимул для литературы. Как говорили Стругацкие устами Редрика Шухарта: «Да, мы живём в дыре, но через нашу дыру сквозит будущим». Потому отказываться от советской культуры мы не можем. Не можем отказываться и от худших её образцов, которые очень показательны [4].

Некачественность и культурная «дыра», которой оказывается в общем восприятии советский период, стоят рядом со скрытыми и недооцененными тайнами, на которые указывает критик, представляя совсем новый облик произведений, которые не удостаивались внимания литературоведов или, ценность которых не была определена или признана. Полезным пособием в этом процессе является набокововская идея «перечитывания», единственный и исключительно эффективный способ полноценного восприятия художественного произведения:

Перечитать, например, «Кавалера Золотой Звезды» или «Семью Журбиных» весьма полезно. Это и замечательные высоты стиля, и замечательные глубины морального падения. Это интересно как феномен. Ну и не будем забывать, что Шукшин, Высоцкий, Стругацкие - это порождение советской культуры в её развитии. Трифонов, Платонов - это советская литература. Я написал гораздо больше, чем вошло в эту книгу. Думаю, мы будем делать второй том. А советских писателей, слава Богу, было много [4].

Последние слова цитаты свидетельствуют, что Быков нашел для себя уникальную нишу в русской словесности. Анализируя советский период, он получает возможность продемонстрировать новаторский литературно-критический подход, раскрывающий новые ценности, которые несет советская литература для русской литературы в целом. Критик указывает, во-первых, что художники того времени оставили богатое наследие, полное удивительных и нередко потрясающих произведений (примером является случай Горького), а во-вторых, определяет координаты для дальнейшего развития и заложили основу для деятельности нового Толстого или Гоголя. Быков указывает на себя как на лучшего кандидата в среде главных критикиов и исследователей советской литературы, обладающего лучшими интерпретационными идеями восприятия, аналитическими и литературно-критическими умениями, но прежде всего - полноценным пониманием значительности этого периода для развития родной литературы.

Быков в своих высказываниях описывает писателей известных и не совсем известных, тех, которые достигли литературного успеха и уважения, а также тех, творчество которых осталось недоценимым. Интересно, что в случае каждого писателя, Быков определяет и указывает цель своих исследований и выдвигает какой-то априорный вопрос, вокруг которого появляются другие, существенные, по мнению критика детали. Часть о Анне Ахматовой представляет идею Быкова в самом заглавии «МОГУ». Критик, считает, что: «Это не столько даже советское, сколько ницшеанское: вечное усилие, направленное на преодоление человеческого в себе. И это преодоление человеческого, это сверхчеловеческое "могу" звучит у Ахматовой в большинстве зрелых стихов, не особенно даже маскируясь (...)» [4]. Следующий вопрос, важный, по словам Быкова, это отсутствие героев у Ахматовой. Критик считает, что данная формула описывает всю лирику поэтессы, «потому что человеку нового общества не нужны люди». Быков выводит тезис, что герой, в жизни которого другие присутствуют «постольку, поскольку позволяют ему достигнуть новых степеней совершенства», отражает изображение идеального советского героя, который «стремится к состоянию, когда ему никто не нужен». Ахматова в своей лирике, как утверждает Быков, использует именно данный метод создания и представления героя

или его отсутсвия, то почему «в ахматовской лирике мы не найдем ни одного убедительного мужского портрета, а лишь блеклые тени в одном и том же зеркале, призванном говорить только с хозяйкой и только о ней» [4]. Быков убеждает, что Ахматова в своей лирике выполняет «сверхзадачу», выполняемую «сверхчеловеком», который находится над всем «обыденным, над любой "мелкой жалостью"» [4].

Литературно-критический метод является очень личным, критик использует жанр критического эссе для представления своих собственных предпочтений, но тоже литературного опыта. Примеры можно найти в каждом из его высказываний. В работе об Ахматовой он указывает личную симпатию к поэтессе и выявляет поводы его уважения к ней, хотя одновременно дает намеки на свою персону и сразу становится героем своего вывода:

Спорить об Ахматовой мне приходилось много и со многими — я сам не вполне отдаю себе отчет в причинах стойкой и ранней привязанности к ней; в принципе мне никогда не нравилось ницшеанство, особенно в лирике, и принцип «человек как повод» тоже не особенно меняустраивает, особенно когда этим поводом становлюсь я сам [4].

Быков признается даже в любви к поэтессе, ставит ее среди «истинно советских сверхгероинь», по словам критика, она в его восприятии идеальный собеседеник, который не утешает, но демонстрирует «ту высоту духа, в присутствии которой все легко и переносимо». Критик позволяет себе даже на глубоко личные комментарии и вводить в свой дискурс совсем не научные выводы типа «Думаю, с Ахматовой было невыносимо жить». В работе о каждом писателе Быков строит различные сравнения с другими художниками, обычно в пользу описываемого. Его замечания часто без связи друг с другом, дискурс является построенным хаотически, вероятно с целью удержать внимание читателя или слушателя, появляется тоже элемент сюрприза, который выполняет развлекательную функцию. После мнохочисленных личных признаний, биографических деталей о поэтессе, указания самого главного в творчестве Ахматовой - сверхчеловечество, вопрос отсутствия героя, в самом конце высказывания Быков подытожывает ее лирический талант, перечисляя мериторические черты ее великой, по его мнению, лирики. Он даже называет ее наследие «лирикой исключительной силы - именно силы, входящей в набор советских добродетелей и доминирующей в этом наборе» [4]. После высокой оценки персональных и художественных способностей поэтессы, удивительно Быков кратко характеризует главные черты ее лирики: «Музыкальность властная, доминирующая, безошибочно выбранные размеры, лаконизм, бесстрашие на грани бесстыдства - все это черты большого поэта; но ведь больших поэтов в XX веке было много» [4]. В портретах других писателей появляется подобная схема, интересными являются социальные вопросы жизни писателей, часто этические, потом выдвигается главный тезис, который становится центральным вопросом анализа в компании всякого рода различных замечании, которые появляются в ходе ассоциативного процесса. Существенным вопросом являются эстетические исследования и Быков уделяет много внимания подробному анализу, избранных произведений, цель которого - показать свою собственную литературно-критическую компетенцию, а затем ценность данного произведения.

Исключительно активная деятельность Дмитрия Быкова заставляет задуматься над его влиянием на современное состояние литературы. Важным средством воздействия и влияния критика является Интернет. Быков вполне сознательно расширяет круг своих реципиентов, используя самый популярный и эффективный канал передачи информации.

Польский ученый Михал Навроцки считает, что Интернет позволяет воспитать сознательного читателя, дает возможность выработать такую парадигму критики, которая предполагала бы прямой диалог именно с таким читателем. Навроцки выдвигает тезис, согласно которому диалог между сознательным читателем и критиком является опреде-

лителем «интерактивной критики» [10].

Случай Быкова, который устанавливает контакт с читателями и другими критиками, входит полностью в ее рамки. Блоги и статьи критика обсуждаются многими пользователями, вызывая широкий интерес не только к его высказываниям, но и к литературным произведениям, которые он анализирует, свидельством чего являются его многочисленные выступления с интерактивнымы лекциями, во время которых слушатели задают ему вопросы или входят с ним в разговор, лекции, которые публикуются на разных сайтах.

Выступления Быкова, предназначенные для помещения и распространения в Интернете, многочисленны и разнообразны. Интересным примером быковской интерактивной критики является лекция о братьях Стругацких. «Стругацкие. Почему обречен град обреченных» [5] опубликована на сайте pryamaya.ru и демонстрирует критические умения Быкова, а также особенности его риторики, которая становится важным и влияющим на аудиторию элементом его высказываний. Он уместно использует прежде всего средства одного из разделов риторики, элокуции, которая дает говорящему возможность широко воспользоваться самыми разнообразными возможностями фигурального выражения. Быков осознает и вполне пользуется своими ораторскими умениями.

Ашо^ЖД ставит себя в позиции критика, взгляды которого достойны уважения, хотя стиль и язык его высказываний резко отличается от его высказываний в книгах, кажется, Быков надевает «медийную маску» и становится развлекательным критиком. Одним из приемов, убеждающих аудиторию в правоте сделанных выводов, является честное признание в своем человеческом непонимании и ограниченности литературного восприятия. Если Быков находит трудные для себя интерпретационные задачи, откровенно признается: «я не понимаю», благодаря чему приближается к аудитории и дает ей ощущение равенства; люди чувствуют себя собеседниками, а не пассивными слушателями. Здесь появляются вопросы: насколько Быков искренен в своих признаниях, не лукавит ли он, вставая в позу самоумаления? Ответ остается открытым, однако задача, которую выполняет такая позиция, кажется одна. Быков манипулирует своими собеседниками, показывая себя как «нормального человека», с которым можно откровенно побеседовать и признаться в недоумении. С другой стороны в лекции о Стругацких он подвергает оценке способности самой аудитории. Оценка эта является высокой, тем самым Быков влияет на подсознание своих слушателей, используя опять психологические приемы манипуляции: «(...) сейчас у нас идет действительно сложный разговор на сложную тему, мне трудно представить, что я где-то еще могу такую лекцию прочесть, но и действительно фаны пришли» [5]. Согласно риторическим процедурам, «убедить» означает прежде всего приобрести союзника, и Быков успешно создает большой круг, приближаясь к ним путем деликатных, однако эксплицитно выраженных высоких оценок литературоведческих компетенций своих собеседников [7].

Аксиологический процесс появляется тоже в контексте его собственных аналитических умений, когда, например, свои рассуждения он называет «беглыми соображениями». Надо признать, что Быков не первый писатель/критик, который представляет себя как литературного гения. По-видимому, статус критика-художника определяет и влияет на характер дискурса, в котором сильно выражается самоубеждение и самоидентификация автора критических высказываний. Одним из писателей, входящих в роль критика, имя которого часто упоминает в своих работах Быков, является Владимир Набоков, который свое богатое литературное знание и интерпретационные умения демонстрировал во время лекций в американских университетах. Благодаря набокововской семье и друзьям, критические труды автора Лолиты, были опубликованы в форме Лекций по русской литературе, и сегодня мы можем сравнить литературно-критический метод великого писателя со стратегией современного представителя российской литературной среды. Безусловно, высказывания Быкова и Набокова были созданы в разных временных и reo-

политических обстаиовках, однако в обоих случаях можно заметить сильно выраженный момент определения своей позиции критика, опыт которого базируется на квалификации художника. По словам Дмитрия Мережковского, «тайна творчества, тайна гения иногда более доступна поэту-критику, чем объективно-научному исследователю». Констатация Мережковского находит абсолютное оправдание в случае Быкова и Набокова. Набоков и Быков неоднократно признают в своих лекциях, что их интерпретационная трактовка лучше анализов других критиков или исследователей литературы, так как только писатель в состоянии в полне понять другого писателя и литературный процесс. Метакрити-ческий момент появляется в высказываниях Быкова с целью подчеркнуть правильность своих выводов. Быков-критик подчеркивает значимость своих литературных рассуждений, что в свою очередь вызывает у его аудитории восприятие его исследовательских результатов как априорных. Так бывает среди молодых слушателей и читателей, хотя реакции научной среды бывают обычно отрицательными. Набоков и Быков считают, что их литературно-критическая деятельность играет существенную роль в правильном понимании русской литературы, а также в продвижении русской словесности в мировой среде. Конечно, сопостовление позиции Набокова и Быкова может вызывать отрацательные реакции и показаться неловким, так как Набоков знаменитый и гениальный писатель, позиция которого неоспоримая, на фоне которого Быков выглядит слабо. Однако можно заметить общность точек зрения писателей-критиков, которая обнаруживается в понимании ими литературы, критики и литературоведения. Интересно, что Быков описывает идеальную сферу деятельности критика - литературу - с помощью набокововской Анти-терры, хотя описание полное иронии, если даже не сарказма:

Так Набокову, когда он писал «Аду», потребовалось исследовать абсолютную, идеальную страсть, под эту идеальную страсть подставить идеальное поместье, специально выдуманный мир, свободу перемещаться, богатство, бессмертие, вот вам, дети, все, теперь давайте страсть, а я посмотрю. Это идеальное пространство у него названо Антитеррой. Вот литература и есть такая Антитерра для критика, опосредованная, готовая к употреблению жизнь, потому что в жизни, как она есть, черт ногу сломит [2].

В 1996 году Быков написал вполне метакритический текст, в котором он представил свое изображение критики и дал характеристику современной российской критики, упрекая ее в ограниченности и анализе внешних слоев литературного произведения, прежде всего обстановки создания артефакта, а не самого текста. Быков указывает на социологические факторы, которые испортили и деформировали ее существенные функции:

Современная критика анализирует прежде всего внелитературные обстоятельства, под это пытаются даже подвести базу что вот, мол, литературный быт стал частью литературного процесса. Позаимствовав у формалистов и Тартуской школы ряд понятий, способные люди под что хочешь базу подведут. В результате речь идет не о собственно литературном быте, но о каких-то десятых обстоятельствах авторской биографии [2].

И Быков, и Набоков, обозначая себя как лучших критиков в литературно-критической среде, знакомят читателей с собственным опытом, указывают определенные черты критики, которые оценивают негативно, в том числе, например, использование биографических фактов для анализа произведения. Быков, как и Набоков, активно сопротивляется такому подходу. Быков пишет:

Я из всех присутствующих один, кажется, могу об этом судить по шрамам на собственной шкуре: пишут о моих стихах и задаются вопросом, как это румяный, полный, кудрявый человек может писать на такие темы, или пишут о моем выходе из Ордена куртуазных маньеристов (вообще обожают мыслить обоймами «Знаменская» критика в особенности), или упоминают мою эпопею с двухдневным арестом, короче, текст существует как повод к перечислению этих обстоятельств. Можно, конечно, ответить, что это текст мой так скуден и анализировать там нечего, но, увы, так со всеми. Автор превращается в главное свое произведение [2].

Критика критиков появлялась также у Набокова, который демонстрировал крайную ненависть к исследователям литературы, которые пытаются показать частную жизнь художника вместо ценности творчества:

Я не выношу копания в драгоценных биографиях великих писателей, не выношу, когда люди подсматривают в замочную скважину их жизни, не выношу вульгарности «интереса к человеку», не выношу шуршания юбок и хихиканья в коридорах времени, и ни один биограф даже краем глаза не посмеет заглянуть в мою личную жизнь. Но вот что я должен сказать [9].

8 сентября 2014 в Московском педагогическом государственном университете Дмитрий Быков выступил с лекцией Вклад русских писателей в мировую литературу [1], запись которой публикуется на разных сайтах в Интернете. Дмитрий Быков, как сам заявляет, бросает роль поэта, журналиста или критика и начинает выполнять обязанности будущего преподавателя. Кстати, он во многих своих высказываниях признает, что профессия учителя особенно его увлекает, он хочет донести до молодого поколения страсть к русской литературе, которая, по его мнению, в мировом контексте отличается, например, от европейской литературы, прежде всего тем, что требует отдельного подхода и занимает высшее место среди всех других, он является не первым, о чем в самом начале своей работы заявляет, перечисляя даже работы, которые считает недостаточными, тем самым, пытается, не всегда успешно, занять позицию главного и лучшего критика советского периода. Лекция о вкладе русских писателей в мировую литературу подтверждает суждение, что русская литература уникальнее и богаче других. Быков с глубокой уверенностью убеждает своих слушателей, что, хотя русская литература развивалась намного позже, она достигла ни с кем не сравнимого уровня, без сомнений, его взгяды подвергаются критике, даже среди слушателей лекций, которые прямо высказывают свои претензии и упрекают критика в неправоте. Лекция разделена на несколько частей, в которых Быков раскрывает последовательно этапы в русской словесности, влияющие или меняющие состояние мировой литературы. Критик неоднократно выдвигает русскую литературу на первые позиции. Он зачастую использует сравнения великих русских произведений с европейскими, подчеркивая новаторство и высокое качество отечественной литературы. По мнению Быкова, мировая литература, несмотря на богатую традицию и историю, не в состоянии соперничать с русской, кроме того, критик выдвигает тезис, что будущее русской литературы покажет новых Достоевских, Гоголей и Пушкиных.

Во время лекций, у Быкова, как и у Набокова, кроме огромного знания и высоких ораторских способностей, обнаруживается прием интерактивного дискурса, когда докладчик вовлекает своих слушателей в лекцию, указывая и раскрывая свои персональные предпочтения - все с целью вызвать сильнейший интерес к своим высказываниям и убедить в правоте своих взглядов. Выражение «быковская интерактивная критика» может оправдаться, если принять во внимание факт, что он использует в своих виртуальных выступлениях диалог с аудиторией, вовлекает своих слушателей в свои «беглые рассуждения». Во-первых,

он задает нм вопросы, предоставляя возможность участвовать в дискуссии. В конце каждой лекции запланирован этап, когда, задавая Дмитрию Быкову вопросы и часто споря с ним, аудитория чувствует себя полноценным собеседником, он использует типичные лекционные приемы, активизирует своих слушателей, ведет с аудиторией диалог.

Выступая по радио, телевидениию или Интернету, он устраивает «развлекательное шоу», приближаясь к аудитории и пытается играть роль литературного гида по территории современной литературы, хотя с другой стороны. Литературно-критическая деятельность в виртуальной среде приносит Быкову большую популярность, которую он использует для укрепления литературоцентричности русской культуры, для продвижения качественной словесности, для укрепления позиции хороших художников, а также для поощрения хороших литературных навыков - все это официально, а на самом деле, Быков продвигает свою собственную персону. Он пытается тоже войти в среду других писателей, которые пытаются влиять на состояние русской литературы сегодня, примером может послужить митинг оппозиции 13 апреля 2014 года за свободу слова в центре российской столицы, во время которого деятели культуры, среди которых были Дмитрий Быков и, например, Людмила Улицкая, а также известные журналисты, которые осудили политику в отношении СМИ, «а также вручили символические "премии" журналистам, которых они считают провластными пропагандистами»1. Кратко говоря, Дмитрий Быков, писатель, журналист, критик, но прежде всего учитель, пытается воспитать хороших писателей и, как и Набоков, хороших читателей, но прежде всего выдвинуть свой, по его мнению, гений и указать самого себя. Несмотря на факт, что его взгляды меняются в зависимости от политической и эконоической обстановок, и он одобряет другие ценности, что в свою очередь, вызывает разные эмоции, как например, сейчас многие на форумах в Интернете называют его «трусом», он все время очень активный и принимает участие во всех происшествиях, которые могут повысить его популярность. Роль которую он играет в обществе важная, так как своей деятельностью провоцирует к разговорам о литературе и благодаря ему, многие интересуются русской литературой сознательно.

Из приведенного материала видно, что Дмитрию Быкову нравится роль куратора и лоббиста современной литературы. Благодаря своим аналитическим способностям, своеобразным интерпретационным концепциям, использованию разнообразных жанров, различных каналов передачи информации, а также благодаря сильному убеждению в своей правоте, Дмитрий Быков становится одним из авторитетов в современной литературной критике и, безусловно, влияет на самосознание российского читателя, т.е. прежде всего молодых людей, студентов, слушателей его лекций, любителей русской литературы, редко научных сотрудников и большинство массовых читателей, которых предпочтения можно еще модулировать. Позиция Быкова в современной литературной среде в России укрепляется и становится все сильнее, количество его выступлений по телевидинию и популярным каналам в Интернете все время растет. Он постоянно пишет статьи, эссе, дает интервью, сам их устраивает с различными представителями русской культуры, использует разного типа жанры высказываний, способы представления своих взглядов, но всегда ставит в центр внимания самого себя. Его популярность вызывает сильный интерес среди не только его читателей, но и писателей, телеведущих, в академическом сообществе. Он пытается повлиять на молодых художников, указывая им путь, ведущий, по его мнению, русскую литературу к правильному направлению. Оценки Быкова не всегда встречаются с положительной оценкой, однако он всегда провоцирует дискуссии, и нет ситуаций, когда его выводы были бы оставлены без ответа. Суть его литературно-критической деятельности заключается в его способности побуждать к действию всех деятелей литературной среды, он стимулирует к размышлениям о состоянии и позиции русской словесности сегодня. Кроме того, он устраивает беседы с литературными критиками и его высказывания полны метакритических замечаний. Надо еще вспомнить,

1http://www.baltinfo.ru/2014/04/13/Na-mitinge-v-Moskve-vystupili-Bykov-Ulitckaya-Akhedzhakova-i-КоПпеу-419312

что Быкова интересует каждый жанр литературы и он интересуется всем, что подтверждает его огромное знание и дает впечатление, что он разбирается в каждом вопросе, благодаря чему, он устанавливает удобную психологическую обстановку, в которой сможет легко убедить своих слушателей или читателей в правоте своих выводов. С другой стороны, писатели, осознающие его популярность и риторические способности, входя с ним в диалог, также являются под его влиянием, и вероятно многие из них, пойдут в сторону, которую указывает Дмитрий Быков, как это получилось в ситуации, когда Быков выступил в защиту Улицкой от Лимонова2, указывая себя как полноценного оппонента и провоцируя опять дискусию, которая в состоянии привлечь внимание к его персоне.

Список литературы

1. Быков, Д. Вклад русских писателей в мировую литературу [Электронный ресурс] / Д. Быков. - URL: http://vk.com/video-2048479_170138201.

2. Быков, Д. Критики о критике [Текст] / Д. Быков //Вопросы литературы. - 1996. - № 6.

3. Быков, Д. Своя правда [Текст] / Д. Быков II Континент. -№ 115,- 2003.

4. Быков, Д. Советская литература. Краткий курс [Текст]/ Д. Быков. - М., 2012.

5. Быков, Д. Стругацкие. Почему обречен град обреченных [Электронный ресурс] / Д. Быков. -URL: http://ru-bykov.livejournal.com/1858124.html (датаобращения: 09.05.2015).

6. Говорухина, Ю. Русская литературная критика на рубеже XX-XXI веков [Текст] / Ю. Говорухина. - Красноярск, 2012.

7. Клюев, Е. В. Риторика (Инвенция. Диспозиция. Элокуция). Учебное пособие для высших учебных заведений [Электронный ресурс] / Е. В. Клюев. - URL: http://opentextnn. ru/man/?id=4534.

8. Мережкоский, Д. С. О причинах упадка и о новых течениях современной русской литературы [Электронный ресурс] / Д. С. Мережкоский. - URL: http://dugward.ru/library/ merejkovskiy/merejkovskiy_o_pichinah_upadka.html (дата обращения: 10.05.2015).

9. Набоков, В. Лекции по русской литературе [Текст] / В. Набоков. - М., 1996.

10. Nawrocki, М. О mozliwym dyskursie krytyczno-literackim w realnosci internetu [Текст] / M. Nawrocki II Dyskursy krytyczne u progu XXI wieku. Mi^dzy rynkiem a uniwersytetem. - Krakow, 2007.

11. Черняк, M. А. Современная русская литература [Текст] / М. А. Черняк. - М., 2004.

12. Шильникова, О. Г. Литературная критика в современном медиапространстве: основные тенденции и перспективы развития [Электронный ресурс] / О. Г. Шильникова. -URL: http://lib.herzen.spb.rU/media/magazines/contents/l/118/shilnikova_118_152_158.pdf.

13. Литературная матрица: Учебник, написанный писателями [Текст]. - XX век. Санкт-Петербург, 2011.

DMITRY BYKOV - RUSSIAN LITERARY LOBBYIST

M.Karvatska

University of Silesia, Poland

References

1. Byikov, D. Vklad russkih pisateley v mirovuyu literaturu [=Contribution of Russian writers in world literature], available at : http://vk.com/video-2048479_170138201, accessed 25.05.2016. (InRuss.).

2http://svobodnoye-vremya.ru/rossiya/dmitrij-bykov-vystupil-v-zashhitu-ulickoj-ot-limonova/

2. Byikov, D. (1996) Kritiki o kritike [=Critics of criticism], in: Voprosyi literaturyi [=Questions ofLiterature], no. 6. (In Russ.).

3. Byikov, D. (2003) Svoya pravda [=Its true], in: Kontinent [=Continent], no. 115. (In Russ.).

4. Byikov, D. (2012) Sovetskaya literatura. Kratkiy kurs [=Soviet literature. Short Course], Moscow. (In Russ.).

5. Byikov, D. Strugatskie. Pochemu obrechen grad obrechennyih [=Strugatsky. Why is doomed doomed hail], available at: http://ru-bykov.livejournal.com/1858124.html, accessed 09.05.2015. (InRuss.).

6. Govoruhina, Yu. (2012) Russkaya literaturnaya kritika na rubezhe XX-XXI vekov [=Russian literary criticism at the turn ofXX-XXI centuries], Krasnoyarsk. (In Russ.).

7. Klyuev, E. V. Ritorika (Inventsiya. Dispozitsiya. Elokutsiya). Uchebnoe posobie dlya vyisshih uchebnyih zavedeniy [=Rhetoric (Invention. The disposition. Elokutsiya). Textbook for higher educational institutions], available at: http://opentextnn.ru/man/?id=4534, accessed 09.05.2015. (InRuss.).

8. Merezhkoskiy, D. S. O prichinah upadka i o novyih techeniyah sovremennoy russkoy literaturyi [=The reasons for the decline and the new trends of modern Russian literature], available at: http://dugward.ru/library/merejkovskiy/merejkovskiy_o_pichinah_upadka.html (dataobrascheniya: 10.05.2015).

9. Nabokov, V. (1996) Lektsii po russkoy literature [=Lectures on Russian literature], Moscow. (In Russ.).

10. Nawrocki, M. (2007) O mozliwym dyskursie krytyczno-literackim w realnosci internetu, [w:] Dyskursy krytyczne uproguXXIwieku.Migdzy rynkiem a uniwersytetem. Kraków.

11. Chernyak, M. A. (2004) Sovremennaya russkaya literatura [= Modern Russian Literature], Moscow.

12. Shilnikova, O. G. Literaturnaya kritika v sovremennom mediaprostranstve: osnovnyie tendentsii i perspektivyi razvitiya [=Literary criticism in the media today: the main trends and prospects of development], available at: http://lib.herzen.spb.ru/media/magazines/ contents/1/118/shilnikova_l 18_152_158.pdf, accessed 09.05.2015. (InRuss.).

13. Literaturnaya matritsa: Uchebnik, napisannyiy pisatelyami (2011) [=Literature Matrix: The textbook, written by writers], Sankt-Peterburg. (In Russ.).