Контекст 27.04-4.05 1999

Контекст 27.04-4.05 1999

В переводе на русский

Непосильные угрозы
       Министр обороны Игорь Сергеев заявил на прошлой неделе, что события на Балканах заставят Москву "пересмотреть свою военную доктрину". Подобные заявления дорогого стоят.
       
       Принятые в 1993 году "Основные положения военной доктрины РФ" декларируют, что Россия воевать ни с кем не собирается и "ориентируется на предотвращение войн и вооруженных конфликтов, их устранение из жизни народов и государств". Армия, согласно действующей доктрине, должна неустанно сокращаться и реформироваться. А ядерное оружие Россия может применить только в случае осуществления агрессии против нее.
       Заявление Сергеева означает, что российские власти в корне меняют взгляды на цели и характер возможной будущей войны, на подготовку к ней армии, а также на способы ее ведения. Так что положения 1993 года теперь будут пересмотрены. То есть Россия будет ориентироваться не на предотвращение, а на ведение войн. Военная реформа прекратится, численность армии увеличится. А главное, Россия отныне считает себя вправе нанести превентивный ядерный удар по позициям потенциального противника. Все это, как минимум, означает возврат к холодной войне.
       Однако на Западе заявление Сергеева никого не напугало.
       Военную доктрину в России пересматривают уже шестой год. Уже через несколько месяцев после одобрения основных положений в Кремле заговорили о необходимости их доработки. Это объяснялось человеческим фактором: положения писались в аппарате Совбеза, а новый помощник президента по национальной безопасности Юрий Батурин решил лично поучаствовать в создании исторического документа. С тех пор о пересмотре военной доктрины в Кремле и Минобороны говорят каждый год. За этими разговорами никто не заметил, что новая по сути доктрина у России давно уже есть — в августе прошлого года президент одобрил "Концепцию государственной политики по военному строительству на период до 2005 года".
       Но даже если военную доктрину на сей раз действительно изменят, это ничего не даст. По подсчетам военных, для того, чтобы армия регулярно проводила учения, оснащалась новейшими образцами вооружения, а офицеры регулярно получали жалование, Россия должна тратить на национальную оборону 250 млрд рублей в год, или почти половину федерального бюджета. А таких военных расходов не было даже в милитаристском СССР.
       
Дикость какая-то
       Заканчивается подготовка к учредительному съезду самой экзотичной политической партии России — Партии Смирновых. Она не нужна никому. Только Черномырдину и Жириновскому.
       Идею Партии Смирновых придумал Алексей Смирнов, нефтяной магнат из Иванова. Сначала он хотел оформить ее просто как общество с ограниченной ответственностью, извлекающее прибыль из хитроумных торгово-финансовых операций, проводимых между гражданами по фамилии Смирнов. Но потом задумался о политике.
       Ивановский магнат выяснил, что Смирновы сегодня занимают довольно много очень важных и влиятельных должностей. Среди Смирновых есть генералы как в российской армии, так и в ФСБ. Смирновы есть в правительстве и в администрации президента. А среди руководства ряда поволжских и северорусских областей Смирновых вообще большинство. Смирновы представлены в правлениях РАО ЕЭС, ЛУКОЙЛа, Торгово-промышленной палаты. Наконец, Смирновы, как известно, являются владельцами самой знаменитой марки русской водки.
       Всего Смирновых, по данным Госкомстата, 1,5 млн человек. Это только в России. А есть еще, к примеру, Игорь Смирнов, президент непризнанной мировым сообществом Приднестровской Республики. В итоге ивановский магнат Смирнов решил объединить всех Смирновых мира в одну политическую партию.
       Алексей Смирнов убежден, что после официальной регистрации партии она в 2004 году даже выставит своих собственных кандидатов в Государственную думу. Все это может показаться невероятным, однако не стоит сбрасывать со счетов следующее обстоятельство: Смирновых-избирателей в России — около 1%. И если наладить среди них действенную пропаганду, то НДР и ЛДПР, совсем немного не дотягивающие до пресловутого пятипроцентного барьера, дающего право сформировать в Думе фракцию, за голоса граждан Смирновых могут дорого заплатить.
       
Тенденция, однако
       Свободные граждане против нелепых налогов. Минувшая неделя принесла ряд свидетельств того, что россияне не желают более мириться с неправедными налогами. И даже побеждают. Тенденция объясняется просто: скоро выборы.
       Депутаты Московской областной думы официально отказались вводить в области так называемый налог с продаж. Бюджет об этом мог только мечтать: собирать этот налог гораздо легче, чем прочие. Однако предприниматели, обложенные налогом с продаж, постарались переложить новое налоговое бремя на покупателей. В итоге в регионах (в 40 из 89), где был введен налог с продаж, подскочили цены. Так, тульская водка "Левша" подорожала на 30%, продукты в Свердловской области — на 35. Депутаты Мособлдумы решили, что подобных вещей население им не простит. И не ввели налог.
       Одновременно нечто подобное произошло в Госдуме. Белый дом предложил было внести в налоговое законодательство революционные изменения. Ликвидировать принцип презумпции невиновности налогоплательщика. Исключить из Налогового кодекса пункт, который гласит: "Все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика". Кроме того, правительство предложило лишить граждан еще одного законного права — не выполнять неправомерные акты и требования налоговых органов. Госдума все это с негодованием отвергла.
       Законодатели, разумеется, не могут не знать, что в этом году Россия по требованию МВФ должна исполнить чрезвычайно жесткий бюджет. Для этого бюджету срочно нужны дополнительные доходы. Но Государственная дума, равно как и Московская областная, предпочла встать на сторону налогоплательщиков, отказав Белому дому по всем статьям. Все объясняется просто. Налогоплательщики-99 не просто граждане, а электорат.
       
Получилось как всегда
       Лукашенко так и не стал президентом. Александр Лукашенко всегда хотел стать президентом России или, на худой конец, союзного государства Россия--Белоруссия. Однако не вышло и на этот раз.
       Союзное государство Россия--Белоруссия создается с 1994 года — когда российский рубль решили объявить наднациональной валютой. Два года назад Борис Ельцин одобрил план создания единого государства, но затем Анатолий Чубайс объяснил ему, что первым президентом станет не он, а скорее Лукашенко.
       После этого общее государство формировалось не так быстро, как хотелось Лукашенко. Но острое желание Югославии присоединиться к союзу России--Белоруссии резко ускорило процесс. Лукашенко стал настаивать на создании поста единого президента союзного государства. При этом он намекал, что им станет не он, а Ельцин. В Москве идея Лукашенко в принципе понравилась, но вместо единоличного главы союзного государства в Москве стали настаивать на "коллективном президенте", включающем в свой состав, кроме глав двух республик, еще и премьеров и спикеров. Капризы Москвы Лукашенко особенно не трогали, пока он не понял, что в союзном государстве ему могут отвести второстепенную роль. Белорусский президент обиделся и стал требовать гарантий своего политического будущего. Но Москве не до него. Даже в ходе его последнего визита в Россию ему так и не обещали ничего определенного.
       В результате союз России и Белоруссии долго еще будет жить без единого президента. И ничего с ним особенно страшного не произойдет.