Гражданская и культурная идентичность как стратегический ресурс российской государственности

Н. Г. ДЕНИСОВ

ГРАЖДАНСКАЯ И КУЛЬТУРНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ КАК СТРАТЕГИЧЕСКИЙ РЕСУРС РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ

В данной статье автор раскрывает идентичность как стратегический ресурс развития государства, общества и человека. Проблема идентичности рассматривается в этническом, социальном, региональном, национальном и глобальном аспектах.

Ключевые слова: культура, гражданство, идентичность, ресурс, стратегия.

Идентичность - категория относительно новая и в тоже время вечная. Человечество в своем развитии находится в непрерывном поиске идентичности: от родоплеменных отношений до нынешнего глобального общества. В зеркале истории отразились самые различные типы и виды иден-тичностей: расовые, этнические, национальные, социальные, культурные, континентальные, конфессиональные, государственные, гражданские, политические, транснациональные, цивилизаци-онные, центричные и полицентричные, локальные, групповые, личностные. Мировое сообщество порождает новые интегральные конфигурации больших и малых социумов, испытывая их на историческую перспективу, трансформацию или исчезновение.

Великий русский философ Иван Ильин подчеркивал: государство есть некая духовная община, а политика есть солидарная деятельность ради общей цели. Сегодняшнее состояние России, ее конфликтогенных регионов и причин экономической депрессии обнаруживает неопределенность стратегической идентификационной цели и исторической воли - факторов, без которых не может быть ни солидарной деятельности многонационального общества, ни духовной общины как сути государственности. Отсутствие идеологии у проводимых радикальных реформ объективно обуславливает их торможение, наблюдаемое в течение последних 20 лет. Как показывают исследования, различные группы людей не знают, кто они, куда и зачем идут. Проблематика идентичности имеет полипарадигмальный и поликультурный характер, решение соответствующих вопросов зависит от зрелости внутренних субъектно-объектных отношений в рамках многонационального государства, а также от рефлексии внешних угроз, порождаемых тотальной глобализацией.

Одной из главных задач современной культурной политики, а также гуманитарной науки и практики мы считаем моделирование и конструирование в общественном и индивидуальном сознании образа идентичности при всем многообразии ее конкурирующих и конфликтующих типов, видов, уровней, пространств и форм, а также лакун, обнажившихся после обрушения советской идентичности. Поиск решения данной задачи актуализирован глобальным кризисом, заставившим народы мира выдвигать интегратив-

ные «формулы выживания». Это пассионарное воздействие обусловило «войны мировых элит», пришедшие на смену «идеологическим» войнам. Если факторы, служившие проводниками «холодной войны», имели лобовой характер, то парадиг-мальное антикризисное «оружие» меняет картину мира, исходя из предпочтений идентичности -своеобразного «зонтика» по защите национальных интересов конкретного государства, а также транснациональных интересов взаимозависимых стран (в условиях приближающейся ресурсной катастрофы осознающих, что одиночество обречено на неуспех).

В идентичности, складывающейся на основе представлений об истории и культуре, традициях, языке, религии, территории, государственных институтах, этносоциальных особенностях, отражается чувство принадлежности «я» к определенной общности. Влияя на степень гомогенности этносов конкретного государства (действующей системы социально-политических, правовых, духовно-нравственных координат), это гарантирует историческую состоятельность - перспективу развития государства как многонационального единства живущих в нем народов. Идентичность формируется в диалоге (полилоге) культур, в условиях толерантности и мультикультурализма.

Первое употребление термина «идентичность» и его введение в междисциплинарный научный обиход связывают с именем Э. Эриксона. С середины 1970-х годов данный термин прочно вошел в категориальный аппарат социально-гуманитарных наук. На сегодня существует несколько концепций идентичности. Примордиалистская, предполагающая общность территории и родственных отношений (П. Ван ден Берг, Ю. Бромлей); инструментальная, утверждающая, что идентичность построена на этнических ценностях и общности интересов (С. Арутюнов, Н. Чебоксаров); социокультурная (Э. Геллнер, Ф. Бат, С. Соколовский); самобытная (М. Кастельс); глобализацион-ная (Г. Мартин, Х. Шуманн, С. Холл); информационно-коммуникативная (О. Астафьева).

Важное значение для развития теории наций (методологическое осмысление понятий «этнос», «народ», «нация», «нацменьшинство», «национально-культурная автономия») имеют труды В. А. Тишкова. Немалый вклад в национально-государственное культурное строительство и его

научно-образовательное сопровождение внесли Р. Абдулатипов, А. Степанянц, В. Авксентьев, В. Кочетков, Ю. Волков и др. В последнее время общепринятой считается следующая иерархия идентичностей: личностная (самоидентификация), групповая, этническая, социальная, конфессиональная, региональная, национальная, государственная, транснациональная, цивилизационная, общечеловеческая.

Представители отечественной научной мысли (Ю. Арутюнян, Л. Дробижева, А. Сусоколов) в опоре на обобщенный историко-культурный анализ проблемы выделяют семь основных типов этнической идентичности (адекватная, этническая, этноцентричная, этнодоминирующая, амбивалентная, этнический фанатизм, этнонигилизм в форме космополитизма) [1]. А. С. Панарин усматривал в тысячелетней истории Отечества шесть этапов формирования его идентичности: период монголо-татарского нашествия, петровские преобразования, Отечественная война 1812 года, создание СССР, Великая Отечественная война 1941-1945 годов, распад СССР [2]. В. В. Кочетков отмечает, что национальная идентичность оказывает влияние на реальное политическое поведение: определяет то, как политическая ситуация интерпретируется в международном плане; влияет на принятие политических решений; снабжает политических акторов дополнительными ресурсами для мобилизации необходимой социальной поддержки [3].

Социально-культурный процесс на различных исторических этапах порождает новые смыслы, приобретающие со временем признаки дискурса, который затем становится определяющим. Утверждение в общественном сознании новых дискурсов и смыслов бросает вызов традиционному содержанию, формам и границам прежней идентичности, в результате чего назревают их перемены (ответ на вызовы времени и пространственной социокультурной динамики). Анализ долгосрочных процессов и национально-государственного строительства позволяет обозначить четыре вида изменений формы национальной идентичности: эволюционные, революционные, силовые (результат принуждения), адаптивные. Эволюционные изменения не нарушают баланс внутренних / внешних факторов развития. В отличие от них и от адаптивных, изменения революционные сопровождаются социальными катаклизмами, гражданскими, захватническими и освободительными войнами. Изменения методами принуждения при смене общественно-политического строя были характерны для стран бывшего СССР и Восточной Европы.

Картину современного мира изменяет глобализация расовых, транснациональных, социально-политических, информационно-коммуникативных, финансово-экономических, миграционных и демографических процессов. Формы национально-государственных, этнокультурных и кон-

фессиональных трансформаций усложняются в условиях необъявленной третьей мировой войны (ресурсной, конкурентной, сырьевой, психологической, геополитической), сопровождаемой инокультурной и информационной агрессией, локальными конфликтами. В эпоху постмодерна идет война между конкурирующими способами изменения идентичности: политики разыгрывают «оранжевые», «розовые» революции, провозглашают ставку на этнонациональную или религиозную карту, совершают кадровые и военные перевороты, применяют выборные PR-технологии, информационное и кибероружие.

В истории России корневым носителем и главной защитой самоидентичности, на наш взгляд, всегда являлась и до сих пор остается культура, базирующаяся на Православии. Соответствующая культурная идентичность веками собирала на поликультурном «русском поле» этносы, формировала государственность, расширяла евразийское пространство, укрепляла державность. Реализованная в том идея объединения народов закрепила за русским фактором роль определяющего, цементирующего положительные начала общенациональных идентификационных процессов. За многовековую историю российская идентичность прошла различные этапы (эволюционный, революционный, принудительный, адаптивный, прерывный). И несущей конструкцией государственности, этносоциальным и духовно-нравственным регулятором общества всегда оставалась культура.

Крах советской идентичности побудил Россию, как и остальные республики бывшего СССР, к поиску новых форм и стратегий (прозападную ориентацию 1990-х годов сменило неоевразийство; сегодня Россия утверждается в своей «самости» на фундаменте конструкта «российская нация»). К сожалению, темпы преобразований зачастую не соответствовали идентификационным ритмам культурно, политически, конфессионально неоднородного многонационального сообщества, что обостряло этносоциальные противостояния вплоть до военных действий. В государственной сфере доминировала произвольная формула Б. Н. Ельцина «берите суверенитета столько, сколько можете»; в политике - борьба группировок многопартийной системы; в экономике -кураж либерализма и ломка «до основанья, а затем...»; в социальной жизни - разобщенность и маргинализация; в религии и культуре - многообразие без единства. Курс на «возрождение», понятый частью региональных элит как реванш титульных наций, усиливал этническую и религиозную нетерпимость, ксенофобию, тенденции культурного изоляционизма (сепаратизм и шовинизм, спекулятивно подменявшие «право наций на самоопределение»), что значительно осложнило процесс российской самоидентификации.

Глобализационные процессы обостряют «интерес к локальной идентичности»: межэтниче-

ская напряженность порождает социокультурные конфликты внутри страны [4]. Но, как подчеркивает И. А. Пригожин, необходимо «найти коридор между глобализацией и сохранением культурного плюрализма, между насилием и политическими методами решения проблем, между культурой войны и культурой разума» в целях цивилизаци-онного процветания при сохранении этнокультурного многообразия [5].

Межэтнические и межконфессиональные отношения, межкультурные коммуникации, особенно на Юге России, остаются слабым и уязвимым звеном государственной политики - реальными факторами угрозы национальной безопасности. Крайне противоречивые, современные этнокультурные процессы характеризуются неустойчивостью, несбалансированностью традиционалистской, фундаменталистской и модернизационной альтернатив.

В основе противоречий - противостояние эт-ноклановых режимов, исторические «обиды», амбиции национальных и региональных элит, высокая безработица, коррупция, имущественное расслоение, низкие доходы значительной части людей. С одной стороны, в результате оттока русского населения, ряд республик стал, практически, моноэтническими территориями; с другой -образовались крупные диаспоры народов, не имеющих своих административно-территориальных образований. Новые риски создает активизация религиозных организаций. Идеи фанатизма и этносоциальной нетерпимости размывают, разрушают традиционную культуру народов. Остаются нерешенными вопросы развития русского и других языков, образования и науки. Это далеко не полный перечень проблем, затрудняющих процесс укрепления северокавказской и общероссийской идентичности, поликультурное движение к общности «российская нация».

Процесс формирования данной общности в XXI веке предполагает создание образа будущего России. Гражданское единение способно осуществить социальный прорыв в производстве основного капитала жизнедеятельности - человеческого, с которым неизмеримо возрастет качество жизни и здоровья. Данный феномен может стать духовно-культурным локомотивом, образом жизни народов России, обретением достойной судьбы для каждого человека и общества в целом. Решение этой поистине исторической задачи требует целостного системного подхода к реформированию и осуществлению государственной политики: национальной, культурной, образовательно-воспитательной, информационно-коммуникационной - в едином процессе образования, воспитания, укрепления и развития гражданского общества.

Феномен «российская нация» невозможно декретировать, узаконить или утвердить указом. Укрепление общенационального иммунитета - историко-культурный процесс, ненасильственным

путем формирующий полиэтничное единство, равноправные социально-экономические стандарты и качество жизни (гражданскую идентичность российской цивилизации как социокультурной общности евразийского ареала). Формирование российской идентичности опирается на науку, культуру и технологии, способные осуществить целостный переворот в общественном сознании, в системе многоуровневого образования, особенно гуманитарного, обеспечив тем самым устойчивое развитие государства и общества. И на переднем крае реализации этой крупномасштабной инновационной задачи находятся вузы культуры и искусств.

Координацию современных исследований по проблеме гражданской и культурной идентичности народов Юга России взял на себя Южно-российский научно-инновационный институт (ЮР НИИ) Краснодарского государственного университета культуры и искусств, в рамках которого создано научное направление «Поликультурные основания формирования общероссийской гражданской идентичности». Сверхзадача этого направления -сконструировать социогуманитарную концепцию (теорию) и прикладную модель укрепления российской национальной идентичности, интегрируя ее базовые составляющие (социокультурную, эт-норегиональную, конфессиональную и гражданскую) в условиях полиэтничного Юга России.

В настоящее время ЮР НИИ вышел с предложением о создании Южно-российского филиала Российского института культурологии Минкуль-туры РФ на базе КГУКИ, цель которого - эффективное взаимодействие федерального головного института с научно-образовательными центрами Юга России в разрешении актуальных проблем развития народов региона, формировании российской национально-культурной идентичности; оптимизацию ресурсного культурологического потенциала макрорегиона (деятельность вузов культуры и искусств, профильных отделов НИИ субъектов федерации, философско-культурологи-ческих факультетов и кафедр классических университетов, иных общественно-научных формирований). В 2009-2010 годах ЮР НИИ выполнил госзаказ Министерства регионального развития РФ по проблеме «Гуманитарные технологии укрепления общероссийской идентичности народов Юга России: межэтнические, межконфессиональные и межкультурные процессы», выводы и рекомендации которого используются в деятельности государственных и муниципальных органов культуры, образования и национальных отношений. ЮР НИИ проводит совместно с северокавказскими коллегами конференции по проблемам идентичности - всероссийские и с международным участием. Данное научное направление в его прикладном значении предполагает преодоление противоречий между:

- культурной идентичностью российской и кавказской цивилизаций;

- социокультурной общностью народов Юга России и инокультурной информационной агрессией;

- гражданским сопряжением народов Северного Кавказа и борьбой искусственно созданных «противостояний» на межэтнической и конфессиональной почве, навязанных внешними и внутренними антироссийскими силами;

- потенциалом этических и нравственных ценностей коренных народов России и слабым отражением этих ценностей в современном государственном и региональном законотворчестве;

- обособлением культурно-образовательной деятельности в рамках национально-территориальных образований и востребованностью результатов этой деятельности на уровне межрегиональных, общероссийских и международных связей;

- целостностью поликультурного российского идентификационного процесса и недостаточностью методологического арсенала институтов, занимающихся этой проблемой;

- внешней эскалацией ксенофобии (религиозной нетерпимости, сепаратизма) и внутренней толерантной культурой горских народов.

Системный подход к созданию теоретической и прикладной социально-гуманитарной модели

формирования общероссийской гражданской и культурной идентичности в условиях конфлик-тогенного региона (интегративный конструкт, ресурсы, технологии и детализированное представление о социокультурных, этнорегиональных, конфессиональных, гражданских механизмах ее практической реализации) позиционируют проект, разрабатываемый ЮР НИИ, как важный стратегический ресурс развития России в XXI веке.

Литература

1. Дробижева Л. М. Гражданские, этнические и религиозные идентичности в современной России. М., 2003. С. 19.

2. Панарин А. С. Глобальное политическое прогнозирование в условиях нестабильности. М., 1999.

3. Кочетков В. В. Глобализация и перспективы современной цивилизации. М., 2005.

4. Астафьева О. Н. Модели этнокультурной идентичности в современном информационно-коммуникативном пространстве // Вестник Библиографической ассамблеи Евразии. 2004. № 3. С. 40-44.

5. Пригожин И. А. Политическая культура в условиях глобализации. М., 2006.

n. g. denisov. civic and cultural id entity

as a strategic resource of the Russian statehood

The author of the article reveals the identity as a strategic resource of development of the state, society and individuals. The problem of identity is considered in ethnic, social, regional, national and global aspects.

Key words: culture, citizenship, identity, resource, strategy.

А. В. КУДИНОВА

ИСТОРИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ И РАЗВИТИЯ КОРПОРАТИВНЫХ ОТНОШЕНИЙ

Исследуются предпосылки возникновения и основные этапы становления корпоративной формы управления в рамках эволюции форм предпринимательских объединений - от коммандитных товариществ без образования юридического лица до акционерных обществ.

Ключевые слова: предпринимательские объединения, мировая экономика, корпоративные отношения, социокультурный капитал.

Развитие форм корпоративного управления происходило в ответ на требования к организации делового оборота. Изменение подходов к формированию предпринимательских объединений отражало закономерности эволюции мировой экономики. Справедливо считается, что становлению предпринимательских объединений в нашей стране способствовал перенос зарубежных стандартов делового оборота в российскую действительность. Распоряжение о создании торговых товариществ содержится в Указе Петра I (от 27 окт. 1699 г.). В ряду так называемых «компаний» начала XVII столетия были представлены полные товарищества, артели и объединения с признаками акционерного общества (далее АО), однако вплоть до XIX века последние не играли значительной роли в экономической жизни Рос-

сии, отсутствовали понятия «участие», «система управления», не просматривалось четко структурированных видов и типов компаний.

Император Александр I заложил основы российского акционерного законодательства. Указом от 6 сентября 1805 года была определена такая характеристика, как ограниченная ответственность акционеров по обязательствам акционерного общества. Манифест 1 января 1807 года «О дарованных купечеству новых выгодах, отличиях, преимуществах и новых способах к распространению и усилению торговых предприятий» определил два вида товариществ: полное товарищество и товарищество на вере. Они могли создаваться в промышленности, в сфере торговли, страхования и перевозок. По утверждению Функа и его соавторов, это создало необходимые усло-