Аспекты изучения системных связей древнерусской военной лексики

© 2013

Д. А. Ходиченкова

АСПЕКТЫ ИЗУЧЕНИЯ СИСТЕМНЫХ СВЯЗЕЙ ДРЕВНЕРУССКОЙ

ВОЕННОЙ ЛЕКСИКИ

Автор рассматривает синтагматические и парадигматические связи в лексико-фразе-ологическом поле «Древнерусское войско» на материале памятников восточнославянской письменности XI-XIV вв. При анализе вербализаторов поля акцент делается на выявлении отличительных и схожих черт, что является важным звеном для описания военного словаря древнерусской эпохи. Такой подход дает возможность всесторонне описать наименования военных реалий XI-XIV вв., которые отличаются разнообразием форм словесного выражения и активно вступают в системные отношения, отражая складывающиеся формы военного мышления.

Ключевые слова: древнерусская литература, лексико-фразеологическое поле, антонимия, синонимия, полисемия, военная лексика

Особой задачей исторической лексикологии является изучение системных связей лексико-фразеологической системы языка конкретного исторического периода. Языковые единицы отражают взаимосвязь элементов определенной системы на различных основаниях. Анализ вербализаторов лексико-фразеологического поля «Древнерусское войско» позволяет установить ближайшие системные связи, описание которых основывается на анализе каждой языковой единицы поля, определении ее места в семантической системе, выявлении синтагматических и парадигматических связей внутри поля вербализаторов концепта «Древнерусское войско». Изучение семантических связей между языковыми единицами основывается на предварительном отборе материала. Материалом для исследования служат летописные своды, воинские повести, памятники деловой письменности восточнославянского периода XI-XIV вв.

Слова и устойчивые словесные комплексы (УСК), вербализаторы лексико-фразеологического поля (ЛФП) «Древнерусское войско», вступают в древнерусском языке в различные синтагматические и парадигматические отношения. Широко представлена в ЛФП «Древнерусское войско» полисемия. Многозначные слова могут входить в поле одним из своих значений или входить в зависимости от значения в разные группы ЛФП «Древнерусское войско». Например, лексема рать входит в группы «Общее наименование войск» и «Наименование вооруженной борьбы»: Приидоша. же имъ в^сти, яко татарове приидоша къ нимъ по-смотрити роускы\ъ полковъ; Данило же Романовичь и инии кн#зи, вс^дше на кон», погнаша вид^ти рати татарскиа (Пов. о татаро-монг. нашествии 12231); Пришедшоу во емоу на нь ратию, Костантинъ отъиде къ Костромh и тоа съжже (Пов. о татаро-монг. нашествии, 1223).

Было выявлено, что ЛФП «Древнерусское войско» в древнерусском языке характеризуется необычайно широкой синонимией. Так, например, слова, со-

Ходиченкова Дарья Александровна — аспирантка Магнитогорского государственного университета. Е-mail: solncalu4@mail.ru

1 ПСРЛ 1927, 445-470. Здесь и далее цит. по http: // lib.pushkinskijdom.ru/Default.aspx?tabid=4962.

ставляющие группу «Общие наименования войск» (войско, воиньство, сила, дрооужина, рать, пълкъ, пълчище) могли обозначать войско без указания на его численный состав или его назначение: Кн#зь великий Юрий стоаше подъ Ростовомъ, въ Поужбале, а воиско сто»ше за две версты отъ Ростова, по phu,h Ишне, биахоутъ бо с# вместо острога объ рекоу Ишню (Пов. о татаро-монг. нашествии, 1223); Ту оубиен бысть благоверный кн#зь велики Георгий Ингоревич, брат его кн#зь Давыд Ингоревич Муромской, брат его кн#зь Глеб Ингоревич Коломенской, брат их Всеволод Проньской, и многа» кн#зи месныа, и воеводы крепкыа, и воинство оудалцы и резве-цы резански» (Пов. о разорении Рязани Батыем, 12372); И начаша сечи сило татарскоую, и многих тот нарочитых багатыреи Батыевых побил, ових на полы пресекоша, а иных до седла кра»ше (Пов. о разорении Рязани Батыем, 1237); В лето 6773-е. Побишас# Литва, межи собою некиа ради ноужа, блаженыи же кн#зь Домантъ съ дроуженою своею и съ всем родомъ сво-имъ оставль отечьство свое, землю Литовскоую, и приб^же в Плесков (Сказ. о Довм., 12663); И стражи же, видевше рать велико, пригнавше, поведавше Домонтоу: рать перебродилас» Двиноу (Сказ. о Довм., 1266); Тако състоупи-шас# полкы, и напередъ иха на татарове и Данило Романовичь, и Семень Олюевичь, и Василко Гавриловичь (Пов. о татаро-монг. нашествии, 1223).

Исследуя развитие «военных» значений у слова пълкъ, Ф. П. Сороколетов обращал внимание на семантические возможности, которые были заложены в слове и реализовались в общем, неспециальном, употреблении и наоборот. В связи с этим в поле его зрения попало слово пълчище, обычным значением которого, по мнению исследователя, было 'место битвы, сражения'. Очень редки примеры употребления слова в значении 'стан, стоянка', а в значении 'войско' слово встречается всего один раз в Новгородской 1-й летописи: «i тако всъпятившееся отъ города, i оузреша ¡ныи полчищь свинью великоую, которая бяша врази-лася въ возникы Новогородскыh» (Новг. I, С., 1268 г.)4.

Встречающаяся в «Повести о разорении Рязани Батыем» лексема господь-ство, вероятно, также обозначала войско, но в данный синонимический ряд не вступала, т.к. употреблялась с указанием на принадлежность только к вооруженным силам Рязани: Царь Батый и посла по моурзы, и по кн#зи, и по санчакбеи, и начаша дивитис# храбрости, и крепости, и моужествоу резанскомоу го-сподствоу (Пов. о разорении Рязани Батыем, 1237); Преседоша с кон» на кони, и начаша битис# прилежно, многиа сильны» полкы Батыевы проежд»», а храбро и моужествено бь»шес», «ко всем полкомъ татарьскым подиви-тис» крепости и моужествоу резанскомоу господствоу (Пов. о разорении Рязани Батыем, 1237). Здесь же следует обратить внимание на лексемы пълкъ, рать и сила которые в определенных сочетаниях также указывали на принадлежность к воюющей стороне, называя противоборствующие воинства и тем самым вступая в отношения противопоставления. Так в различных письменных источниках

2 Лихачев, Дмитриева 1969, 344-361. Здесь и далее цит. по http: // lib.pushkinskijdom.ru/Default. aspx?tabid=4956.

3 Нассонов 1955, 82-87. Здесь и далее цит.по http: // lib.pushkinskijdom.ru/Default.aspx?tabid=4974.

4 Сороколетов 1970, 47-48.

Аспекты изучения системных связей древнерусской военной лексики 243

XI-XIV вв. встречаются половецьстии полъци (ПВЛ, 11115), полъци русьстии (ПВЛ, 1111), пълкы касожьскии (Сл. о п. Иг.6), немецким пълкы (Сказ. о Довм, 1268), сила татарска» (Пов. о Кулик. битве7), сила литовска» (Пов. о Кулик. битве), рать татарска» (Пов. о побоище на р. Пьяне8) и др.: О, како не оуво»с», ни усумн^» толика множества народа ратны\1 Се во всташа на нь три земли, три рати: первое — татарскаа, второе — литовскаа, третие — рязанскаа (Пов. о Кулик. битве). Такое употребление сила, рать какая-либо, по замечанию Л. А. Гараевой, «... свидетельствует о том, что в составе данной единицы актуализируются связи "военного" значения слова сила с его "бытовыми" значениями 'мощь', 'могущество', 'большое количество' <...> Таким образом, для воинских повестей XII-XVII вв. характерно "неравнодушное" русских и неприятельских вооруженных сил. Враги воспринимались древнерусскими писателями как грозная, нерасчлененная, обезличенная масса, стремящаяся раздавить русских воинов своей мощью»9.

Собственно, само слово рать могло означать 'неприятельское войско, врага, неприятеля'10. Однако чаще в исследуемых памятниках встречается лексема ратьныи в том же значении 'враг, неприятель': Половцh воеваша много и възвратишас# к Торъческому; изнемогоша людье въ градh от глада и предашас# ратнымъ (ПВЛ, 1093). Группу с общей семой 'враг' составляют также лексемы врагъ, иноплеменьникъ, противьникъ, соупостатъ, соупро-тивьникъ: И поможе Богъ кн#зю великому Дмитрею Ивановичю, оgолh ратным и nовhди врагы сво», и прогна поганых татаръ (Пов. о битве на р. Воже, 137811); Бh же тогда нужда велика от иноплеменникъ, и гон»\оут христианъ, веляще с совою воиньствовати. Кн#зь же великыи Александръ поиде к цареви, давы отмолити людии от вhды то» (Жит. Ал. Невского12); И не овр^ес» противникъ ем^у въ врани никогда же (Жит. Ал. Невского); Не сии ли ангелъ вожь вы на иноплеменникы, соупостатъ высть, «коже рече: «Ангелъ предъ товою предъидеть», и пакы: «Ангелъ твой вуди с товою»? (ПВЛ, 1110); И оттуду послы сво» отпусти къ кн#зю Дмитрию и къ в^м кн#земь рус^имъ, повhдA» имъ свои приход, и како въцарис», и како супротивника своего и их врага Мамая повhди, а самь, шед, dде на царствh Волжъскомъ (Пов. о Кулик. Битве).

Особенно широко синонимия представлена в сфере «Наименования действий древнерусских воинов». Так, в значении 'пленить, взять в плен' функционировали древнерусские лексемы полонити / пл^ити, поплhнити: Кн#зи же полци гнаша съдомлян, вьюще, до стана их, и полониша вогатства много, и вс»

5 ПСРЛ 1926, 1-286. Здесь и далее цит. по http: // lib.pushkinskijdom.ru/Default.aspx?tabid=4869#_ edn140.

6 Слово о полку Игореве, 1983. Здесь и далее цит. по http: // lib.pushkinskijdom.ru/Default. aspx?tabid=4941.

7 ПСРЛ 1848, 75-83. Здесь и далее цит. по http: // lib.pushkinskijdom.ru/Default.aspx?tabid=4981.

8 ПСРЛ 1913, 118-119. Здесь и далее цит. по http: // lib.pushkinskijdom.ru/Default.aspx?tabid=4978.

9 Гараева 1997, 34.

10 Срезневский 1912, 106.

11 ПСРЛ 1913, 126-127. Здесь и далее цит. по http: // lib.pushkinskijdom.ru/Default.aspx?tabid=4979.

12 Нассонов 1955, 11-16. Здесь и далее цит. по http: // lib.pushkinskijdom.ru/Default. aspx?tabid=4962.

имениа их, и вс» стада содомскаа (Пов. о Кулик. Битве); Поиде кн#зь Димитрий в сил^ велице, и плени землю Немецкую, и вз» град Юрьевъ, и възвратис# к Новугороду съ многымъ полоном и с великою корыстию (Жит. Ал. Невского); И мы слышахом, «ко многы страны поплениша: сы, Обезы, Касогы, и половець безбожных множество избиша, а инехъ загнаша (Лет. пов. о татаро-монг. нашествии, 1223 г.). Многозначный глагол изимати входит в этот ряд одним из своих значений 'схватить, захватить, взять в плен'13: ... и бысть сеча зла, якоже николиже не бывала у Пскова, и раниша самого мендер» по главе, а вельневици, изъимаве, посла к великому кн#зю Андрееви, а прочии вскоре повергъша оружиа и оустремишас# на бегъ страхомъ грозы храборства Домонтова и мужъ его псковичь (Сказ. о Довм., 1299). В «Сказании о князе Довмонте» встречается УСК въ работоу въвести, вероятно, в том же значении 'пленить'14: Слышав же местеръ земл» Ризскиа мужство Домонтово, ополчивс# в силе тяжце без Бога, и прииде ко Пскову в корабляхъ и в лодь»х и на конехъ, и с порокы, хотя пленити домъ Святыа Троица, а кн#з» Домонта руками яти, а мужъ псковичь мечи иссечи, а иныа люди плесковскыа в работу ввести (Сказ. о Довм., 1268). Для повестей о побоище на реке Пьяне и битве на реке Воже характерно сочетание въ полонъ повести, также употребляющееся в значении 'взять в плен': Татарове же пришедше и град Пере»славль и прочии грады вз#ша и огнем пожгоша, и волости и села повоеваша, а людеи много посекоша, а ины» в полонъ по-ведоша, и възвратишася въ страну свою, много зла сътворивше земли Р»занской (Пов. о битве на р. Воже, 1378); Отъидоша же погании от града в п»тницу иноплеменници, волости новогородстии воюючи, а села жгучи и множьство людей посекоша, а жены и дети и девици в полонъ без числа поведоша (Пов. о побоище на р. Пьяне, 1377).

Таким образом, анализ лексем и УСК, включенных в ЛФП «Древнерусское войско» в памятниках Х1-Х1У вв., позволяет выявить особенности военной организации исследуемой эпохи. Большинство языковых единиц, имея специализированное военное значение, вступают в синтагматические и парадигматические отношения. Некоторые же лексемы получает специализированное военное значение в составе устойчивых словесных комплексов или реализуют военное значение в определенных контекстах.

ЛИТЕРАТУРА

Гараева Л. А. 1997: Устойчивые словесные комплексы древнерусских воинских повестей XII — начала XVII века (структурный и идеографический аспекты). Магнитогорск.

Лихачев Д. С., Дмитриева Л. А. (ред.) 1969: Сборник произведений литературы Древней Руси. М.

НассоновА.Н. (ред.). 1955: Псковские летописи М.

ПСРЛ 1848: Полное собрание русских летописей. СПб.

ПСРЛ 1913: Полное собрание русских летописей. СПб.

ПСРЛ 1926: Полное собрание русских летописей. Л.

ПСРЛ 1927: Полное собрание русских летописей. Л.

13 Срезневский 1893, 1058.

14 Срезневский 1893, 327.