Русификаторская политика государства по отношению к коренному населению Забайкалья во второй половине XIX века

УДК 947. 081 / 083 ББК T 3 (2) 5

Т. Н. Лялина

г. Чита

Русификаторская политика государства по отношению к коренному населению Забайкалья во второй половине XIX века

Статья освещает русификаторскую политику имперской власти по отношению к коренному населению в Забайкальской области во второй половине XIX в. Земледельческая колонизация, административно-правовая и социокультурная унификация признавались важным средством в деле русификации. Для этого необходимо было коренное население приспособить к русскому быту через распространение у них православия, земледелия и образования. Особое значение власти придавали развитию земледелия среди крещеных инородцев.

Ключевые слова: конфессиональная политика государства, русификация, миссионерская деятельность, земельное устройство крещеных инородцев.

T. N. Lyalina

Chita

Russian Cultural Assimilation Policy towards the Aboriginal People of Transbaikalia in the Second Part of the 19th Century

The essay focuses on the cultural assimilation policy of the Russian Empire administration towards the indigenous peoples of Transbaikalian region in the second part of the 19th century. Agricultural colonization, administrative and legal, social and cultural unification were considered as the principal means of that policy. The primary objective for achieving the goals was to adapt the indigenous peoples to the Russian ways and traditions by means of the Orthodox faith spread, developing agricultural skills and providing the education. The special consideration was given to the developing of agricultural skills among the converted peoples.

Keywords: confessional policy of the state, Russian cultural assimilation policy, missionary work, land laws for the converted non-Russians.

Забайкалье в геополитическом положении имеет специфические особенности. Во-первых, регион находится далеко от центральной части России, а во-вторых, является пограничным с Китаем и Монголией. Забайкальская область во второй половине XIX в. рассматривалась правительством как источник дополнительного земельного фонда и государственного бюджета, так же являлась местом ссылки и каторги для всех категорий преступников, а в середине XIX в. была плацдармом для освоения Приамурья.

Забайкалье по составу населения было многонациональным регионом; здесь проживали русские, буряты, эвенки, поляки, евреи и др. Самым многочисленным населением были русские. Второе место по численности, 30% от всего населения области, занимало коренное население - эвенки и буряты, исповедавшие шаманизм и буддизм. Общее количество буддистов и шаманистов в 1885 г. составляло 153 835 человек [2, л. 59; 3, л. 5657]. Коренные жители Сибири делились на оседлых, кочевых и бродячих, в соответствии с родом занятий и образом жизни [7].

В таком «неблагонадежном» регионе, где значительное число жителей было не православным, самодержавие желало скорейшей русификации так называемых «инородцев» и приобщения их к русской государственности. Для этого необходимо было коренное население приспособить к русскому быту через распространение у них православия, земледелия и образования.

Огромное значение в деле русификации придавали христианизации коренных жителей. В Забайкалье действовала православная миссия. Так, в 1883 г. в области было принято в православие 345 инородцев, в 1886 - 354, 1887 - 330, 1888 - 421 [4, л. 12; 5, л. 11; 6, л. 202; 7, л. 10].

Как правило, именно крещеные инородцы легче осваивали земледелие. Епископ Мартиниан отмечал, что жители, ведущие кочевой образ жизни, после принятия крещения изъявляли желание жить «по-русски», то есть оседло, перейти при этом от скотоводства к земледелию [20, с. 23].

Образованию инородцев также уделяли большое внимание. Военный губернатор

Дитмар считал, что «распространение образования между инородцами могло вызвать желание переменить кочевой образ жизни на оседлый и послужить средством слияния с русским населением». В начале XIX в. появляются совместные образовательные учреждения, в которых обучались дети разных вероисповеданий: Агинское бурятское училище, возникшее в 1805 г., в котором обучались 32 ламаиста, 8 православных; русско-монгольская войсковая школа (1860 г.): православных - 22, ламаистов - 4 и др. [18, л. 20 об.]

Во второй половине XIX в. русификация выражалась в стремлении к унификации управления над русским крестьянством и инородцами. Власти, как на правительственном, так и на местном уровнях, прилагали усилия по ликвидации или исправлению особого положения аборигенов, узаконенных Уставом 1822 г., а именно: упразднение поразрядной системы и причисление аборигенов в разряд оседлых, что, по мнению власти, способствовало бы и развитию сельского хозяйства. Важную роль в этом направлении сыграли законодательные акты и административные мероприятия. К ним следует отнести законы 8 июня 1898 г. «Временное положение о крестьянских начальниках», «О видах на жительство для инородцев» и решение Государственного совета о распространении на сибирских аборигенов действия паспортной системы [19, с. 96]. Политику власти поддерживало и православное духовенство. Вениамин, архиепископ Иркутский и Нерчинский, считал, что в целях распространения христианства необходимо ликвидировать льготы инородцев [1].

Таким образом, земледельческая колонизация, административно-правовая и социокультурная унификация признавались важным средством в деле русификации. Как уже было сказано выше, особое значение власти придавали развитию земледелия среди инородцев. Этим правительство преследовало экономические и административные задачи. Власти планировали заселить тракты (Чита -Верхнеудинск) и почтовые станции именно крещеными инородцами. Заселение Бардин-ской степи считалось мерой чрезвычайно важной, так как это был кратчайший путь сообщения с Читою населения, проживающего по Хилку и Чикою [9, л. 12]. В 1872 г. тайша Очиров в рапорте военному губернатору предлагал селиться крещеным инородцам при Иргенском миссионерском стане, что должно было иметь особое значение в связи с предстоящим строительством Забайкальской железной дороги [10, л. 3 об.].

Одним из проводников русификаторской политики российского правительства была Забайкальская духовная миссия (ЗДМ). Миссионеры ставили в прямую зависимость христианизацию от распространения земледелия среди аборигенов. Это отмечает епископ Мартиниан в своем отчете о миссионерской деятельности за 1870 г.: «без правильной колонизации нельзя ожидать ни обрусения, ни христианского воспитания инородцев». Епископ считал, что для того, чтобы беспрепятственно следить за образом жизни крещеных инородцев, необходимо удалить их из «языческой» среды, поселить около миссионерских станов, а для их обеспечения надо выделить землю [20, с. 23]. В 1875 г. вышло распоряжение об образовании отдельных поселений из крещеных инородцев. Например, крещеные инородцы Хоринского ведомства проживали селениями при миссионерских станах: Курбинском, Аннинском и др. [11, л. 1; 12, л. 13].

По мнению епископа Мартиниана, землю крещеным инородцам следует выделять из наделов инородческих обществ или государственной казны [20, с. 15]. В первый раз отвод земель крещеным из «инородческих дач» был сделан в 1864 г. генерал-губернатором Восточной Сибири Корсаковым [1].

Хотя правительство и администрация Восточной Сибири и Забайкалья были заинтересованы в распространении земледелия, на практике, наделение землей крещеных инородцев было затруднительным. Во-первых, опасаясь настроить против себя коренное население, высшие власти отстаивали позицию незыблемости прав инородцев на землю. Эту позицию вынуждены были защищать некоторые правительственные и местные чиновники. Генерал-губернатор Восточной Сибири Корсаков от 3 декабря 1871 г. постановил, что разработанные местности из владений кочевых инородцев крещеным отводить воспрещено. Пристав Верхнеудинского округа Шешунов в донесении от 3 августа 1891 г. Забайкальскому областному правлению (ЗОП) заметил, что несправедливо отбирать земли в пользу крещеных у некрещеных бурят [13, л. 15- 15 об., 66-66 об.].

Во-вторых, как отмечал в 1889 г. Приамурский генерал-губернатор Корф: «Забайкальская область вследствие климатических и почвенных условий не могла быть отнесена к местностям благоприятным для хлебопашества», на что указывали инородцы и землемеры. Земли были преимущественно годными для скотоводства, которое состав-

ляло у инородцев преобладающее занятие. А также в Забайкалье почти никто точно не знал границы земель, которыми он владел или пользовался». Путаница, царившая в поземельных отношениях, была значительной помехой для материального благополучия инородцев [10, л. 46; 8, л. 2].

В 1868 г. была создана особая комиссия при совете Главного Управления Восточной Сибири (ГУВС), которая составила Правила об устройстве быта крещеных инородцев и поселение их отдельно от некрещеных на указанных для этого участках земли, утвержденные в 1874 г. генерал-губернатором Фредериксом. Правила устанавливали право инородцев на владение назначенными им в дачу землями. И сами они решали, как им разделить участок земли - по жребию или др. способом [17, л. 1-об.]. Наделение переселенцев землею осуществлялось не по числу ревизских душ, а по наличному их числу [14, л. 4]. Журнал общего присутствия ЗОП от 23 июня 1872 г. постановил наделение крещеных инородцев производить только с согласия инородческих обществ [13, л. 38-39].

Первоначально размер надела быпл утвержден мнением Государственного совета от 22 августа 1818 г. в количестве 30 дес. земли на душу. Надел межевался только тем инородцам, которые уже были водворены и занимались хлебопашеством. Государственный совет предполагал распространить это правило и на некрещеных кочующих инородцев, которые пожелали бы водвориться и заниматься хлебопашеством [9, л. 26-30].

Правила об устройстве быгта крещеных инородцев разрешали инородцев-христиан наделять земельными угодьями наравне с крестьянским населением. На каждую мужскую душу, достигшую на время межевания 18-летнего возраста, приходилось по 21 дес. В данную землю помимо хлебопашеных земель входили сенокосные угодья, которые составляли 2 дес. 1500 саж. [10, л. 173-174]. В 1890-х гг. норма надела была окончательна определена в 21 дес. на душу [13, л. 54]. Других законодательных постановлений о пропорции в наделе землями инородцев не имелось [9, л. 26]. Тракт между Верхнеудинском и Читою признавался наилучшим местом для возможного заселения крещеными инородцами. Здесь им и выделялись земли, удобные для хлебопашества [9, л. 123-126].

Так как переселение происходило с административными задачами и с целью распространения христианства и большинство крещеных было бедными, по согласованию

ГУВС с Государственным советом в 1869 г. было решено выделять им небольшое пособие необременительное для казны, как выще-лялось переселившимся крестьянам. Размер пособия быпл определен из расчета потребностей строительства дома, местных цен и составлял на каждое хозяйство 127 р. [9, л. 1-3].

Военный губернатор Барабаш сообщал в 1886 г. Приамурскому генерал-губернатору, что выпдача пособий крещеным: инородцам, водворяющимся при миссионерских станах в Забайкалье, желательно выщелять наравне с тако-выши же поселяющимися на Верхнеудинско-Читинском тракте. Он отмечал, что пособие в размере 127 р. не давало возможностей поселенцу устроиться прочно. Уже до 1880 г. кредит быпл прекращен, а в 1888 г. выгшел запрет Приамурского генерал-губернатора о выпдаче пособия [9, л. 156]. Местные чиновники считали, что необходимо следить за правильным использованием выщаваемых денег и «направлять новичков к разумной деятельности». Эту обязанность они возлагали на Православную миссию [9, л. 26-31].

Действительно, миссионеры принимали самое непосредственное участие в жизни крещеных инородцев. Они ходатайствовали о выдаче пособия и наделении землею крещеных перед высшим начальством через епископа. Мелетий, епископ Селенгинский, сообщал в 1881 г. генерал-губернатору Восточной Сибири Д. Г. Анучину, что дальневосточная миссия устраивала селения инородцев-христиан при своих миссионерских церквях без всякого пособия из казны [9, л. 199].

Администрация Восточной Сибири и Забайкальская активно содействовала наделению землей крещеных инородцев и, как правило, такие дела решались положительно. Так, например, в 1874 г. по распоряжению генерал-губернатора Восточной Сибири Фредерикса хоринским крещеным: инородцам для устройства отдельного селения быпли выщелены земли по Читинскому тракту между станцией Укырской и Домнинской [14, л. 1].

Наделы при миссионерских станах крещеным выщеляли из дач некрещеных инородцев, если последние шли на уступку. В таком случае между ними составлялось обоюдное соглашение, которое фиксировалось в полюбовной сказке [15, л. 1 об.]. Так, например, на основании уступного акта при участии главного тайши хоринских инородцев Бадмаева и 4-х человек крещеных, составленного 25 августа 1875 г., быпли выщелены под заселение земли по Читинскому тракту [14, л. 3, 3 об.].

Первоначально надел составлял 30 дес., а затем в некоторых местах не доходил даже до 21 дес. Крещеные инородцы, водворившиеся при Курбинской станции, не получив особого надела, пользовались землями совместно с некрещеными, которые выделили им из своего надела на семейство от 2 до 3 дес. хлебопахотной и сенокосной земли [13, л. 48].

Миссионеры отмечали, что на каждого некрещеного инородца было положено до 140 дес. земли, тем самым отводимый для крещеных инородцев надел был недостаточен и «обиден» [21, с. 32]. ЗОП также отмечало, что наделение крещеных 21 дес. пропорциею земли не целесообразно. Такая неравномерность в распределении земли между ними не способствовала к переходу в православие и оседлой жизни и вела к разорению. По мнению ЗОП, крещеных инородцев следовало наделять 30 дес., на основе закона 1818 г., который не был отменен и на исполнении которого настаивал Георгий, епископ Забайкальский и Нерчинский [10, л. 174-175].

К тому же земли крещеным отводились с большими затруднениями. Забайкальский областной землемер сообщал ЗОП, что в 1890-х гг. некрещеные проявляли значительно меньше уступчивости при отводе из своих дач наделов крещеным инородцам, по сравнению с 1870 гг. [13, л. 54-55].

Действительно, отстаивая свои права на землю и свободу вероисповедания, коренное население не соглашалось на отмежевание земли из своих дач. Так, в 1892 г. инородцы-буддисты Хоринского ведомства на общем суглане (собрании) постановили, что «уступать земли кому-либо ни в каком случае не согласны» [13, л. 73-73 об.]. Это было связано с тем, что в свои земли они вкладывали много труда, участки были разработаны в течение нескольких лет. И несмотря на то, что на каждую бурятскую семью приходилось по 100 дес. земельного надела, а в густо населенной Тунке по 60 дес. на юрту, земля по большей части была пригодна лишь для кочевания [10, л. 2]. К тому же окружные исправники отмечали, что крещеные мало заботились о земле и нерадиво относились к хозяйству [13, л. 66].

Часто участок, отмежеванный для инородцев, был мало пригоден для сельского хозяйства. Заседатель Хоринской степной думы от крещеных инородцев в докладе архиепископу Вениамину сообщил, что крещеные инородцы жили бедно, так как земли были отведены малоудобные и давали незначительные доходы [13, л. 48-51 об.].

Миссионеры ходатайствовали о замене непригодных для сельского хозяйства земель, но, как правило, им отказывали в этом. Чтобы подстраховать себя, местные власти брали с крещеных инородцев письменное удостоверение, о том, что они удовлетворены выделенным наделом [16, л. 157]. В 1880 г. военный губернатор сообщал, что прирезка добавочной земли к обмежеванному участку могла быть осуществима только после разрешения министерства государственного имущества общего вопроса о наделении землею крещеных инородцев, поселяющихся оседло. А в 1898 г. вышло распоряжение временно приостановить отмежевание наделов в Забайкальской области до изменения законодательства по землеустройству [13, л. 25, 36, 126 об.].

Таким образом, русификаторская политика государства, сталкиваясь с традициями и бытом коренного населения, осуществлялась тяжело. Георгий, епископ Забайкальский и Нерчинский, отмечал незначительные результаты миссии. Причинами этого он назвал «земельное неустройство и кочевой быт крещеных бурят» [20, с. 25]. Распространение же земледелия и процесс перехода инородцев в оседлое состояние шел крайне медленно. Тарбагатайский миссионер Стуков сообщал, что крещеные инородцы вполне переняли сельское хозяйство от русских христиан и наравне с ними занимались хлебопашеством [13, л. 2]. Но, как отмечалась в отчете по Забайкальской области за 1892 г., земледелием занималась сравнительно небольшая часть инородческого населения [2, л. 52 об].

Крещеные инородцы не желали переходить в оседлое состояние, так как в этом случае они приравнивались к категории государственных крестьян, приобретали их права и обязанности [22]. И если они переходили в русское крестьянское или мещанское общество, то теряли льготы, которыми пользовались ранее [1]. Верхнеудинский миссионерский съезд 1893 г. просил правительство не лишать крещеных бурят их прав на владение землей в том количестве, в каком они владели до крещения [21].

Правительству так и не удалось реализовать требования миссионеров [21]. Учитывая геополитическое положение и стратегическое значение Забайкалья, имперская власть вынуждена была искать компромисс между державными интересами и национальными традициями и обычаями коренных жителей. Ущемление прав инородцев могло негативно сказаться на взаимоотношениях межу ними и властью.

Список литературы

1. Вениамин, архиепископ Иркутска и Нерчинска (сочинения). Жизненные и вопросы православной миссии в Сибири. СПб.: Тип. А. М. Котомина, 1885.

2. ГАЗК Ф. 1. Оп. 1. Д. 6956.

3. Там же. Д. 13556.

4. Там же. Д. 2043.

5. Там же. Д. 2394.

6. Там же. Д. 2218.

7. Там же. Д. 2597.

8. Там же. Д. 2654.

9. Там же. Д. 13407.

10. Там же. Д. 13537.

11. Там же. Д. 2505.

12. Там же. Д. 13525.

13. Там же. Д. 13059.

14. Там же. Д. 13019.

15. Там же. Д. 13064.

16. Там же. Д. 13060.

17. Там же. Д. 12993.

18. ГАЗК. Ф. 282. Оп. 1. Д. 2150.

19. Дамешек Л. М. Внутренняя политика царизма и народы Сибири (XIX - н. XX в.). Иркутск: Изд-во

Ирк. ун-та, 1986. 168 с.

20. Епископ Мартиниан. Забайкальская православная миссия в 1870 году. Библиотека ВосточноСибирского отдела императорского Русского географического общества. Иркутский краеведческий музей. Посольск, 1870. 35 с.

21. О современных нуждах Забайкальской Духовной Миссии // Извлечение из отчета о командировке в Забайкальскую область летом (23 июля - 23 августа) 1905 законоучителя Восточного института священника Булгакова. Владивосток: Погровая тип. лит. газ. «Дальний Восток», 1907.

22. Положение об инородцах // СЗРИ. СПб.: Изд. 1892. Т. II. Ч. X. Р.1. Ст. 2.

УДК 947.1

ББК Т3

И. А. Ландарь

г. Чита

Состояние хлебопашества в начале XX века в Забайкальском казачьем войске

В статье на основании архивных документов проанализировано состояние важнейшей хозяйственной отрасли Забайкальского казачества -хлебопашества. Исходя из данных статистики, систематизированных в статье, показано снижение продуктивности хлебопашества и, как следствие, упадок уровня благосостояния казачества. Проанализированы причины низкой урожайности хлебных культур у казачества. Наглядно показана урожайность зерновых на протяжении 1900-1915 гг., сделан вывод о недостаточном обеспечении нужд казачества хлебом.

Ключевые слова: землепользование, хлебопашество, экономические магазины, доходность.

I. A. Landar

Chita

The Transbaikalian Cossaks Arable Farming in the Early 20th century

The author analyzes an important economic branch - arable farming of Transbaikalian Cossacks. The author systematized statistic facts, which show the decrease of the productivity of the arable farming of Cossacks and as a consequence - the decline of Cossacks well-being level. The main reasons of low crop yield of the cereals are analyzed in the article. So, the corn productivity during 1900-1915 is demonstrated, and the conclusion about the insufficient supply of the Cossacks with bread is made

Keywords: land use, arable farming, economic stores, profitability.