Творческий потенциал повседневности: философский анализ

УДК 008.001.14

Н. В. Розенберг

ТВОРЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ ПОВСЕДНЕВНОСТИ: ФИЛОСОФСКИЙ АНАЛИЗ

Аннотация. Статья посвящена анализу творческого потенциала современной повседневности, которая рассматривается как поле реализации творческих потребностей человека.

Ключевые слова: повседневность, культура повседневности, творческие потребности, творчество.

N. V. Rozenberg

CREATIVE POTENTIAL OF EVERYDAY LIFE: PHILOSOPHICAL ANALYSIS

Abstract. The article analyzes the creative potential of modern everyday life. Daily life is seen as a field of implementation of creative human needs.

Key words: everyday life, everyday life culture, creative needs, creativity.

Культура повседневности человека проявляется через особенности его деятельности, сознания, поведения, а также через вещи, предметы, произведения искусства и художественного ремесла, языковые особенности речи, характеризующие конкретного человека или общество в целом. На какую бы сферу ни было обращено внимание культурного аналитика, везде первостепенное значение будет приобретать именно культура повседневности человека, так как она и есть организация человеческих взаимоотношений. Современные изменения культуры повседневности определяются целым рядом факторов: изменением бытийственной среды с включением в нее образцов новых технологий, материалов, дизайнерских инноваций, которые создают иную экологию культуры и одновременно становятся ключами доступа к ней. Они порождают множественные «переходные», гибридные и потому уникальные культурные практики. По сути дела, и профессиональная, и домашняя (повседневная) среда - процесс постоянной социализации.

Несмотря на очевидную прагматичность культуры повседневности, она не сводится только к данному аспекту. Безусловно, весь массив культурных форм возник прежде всего ради выживания и развития телесного эмпирического человека, обеспечения ему хотя бы относительного комфорта, но в повседневности есть место и для непрагматического поведения, для игры, созерцания, философствования, витания в грезах и фантазиях. Так, например. Е. В. Золотухина-Аболина подчеркивает, что такие качества повседневности, как повторяемость, стереотипность и понятность, не тотальны. Они оставляют зазоры для своих противоположностей - исключительности, неопределенности и непонятности. Причем ситуации неопределенности занимают в повседневной жизни значительное место [1, с. 37]. Кроме того, среди повседневности исследовательница выделяет так называемые «лакуны вне-повседневного», в рамках которых законы повседневности бывают существенно потеснены.

Повседневность - это то, что окружает человека «здесь» и «сейчас» и включает все многообразие его личностных предпочтений, поэтому исходным пунктом осмысления культуры повседневности становится человек со всем спектром его потребностей и интересов.

Человек, в отличие от животного, характеризуется многообразием потребностей, а также различением в конкретной потребности отдельных частей и сторон. Потребности современного человека изменяются и усложняются вместе с усложнением социальной среды, в которой он обитает. Более того, еще Гегель, обращая внимание на их бесконечное изменение, писал, что, нет предела направленности общественного состояния на неопределенное увеличение разнообразия и специфицирование потребностей, средств и удовольствий, так же как нет и предела различию между естественными потребностями и потребностями культурных людей. Удовлетворение и развитие потребностей - инструмент для раскрытия творческого потенциала человека.

Повседневность - это относительно автономная сфера, в которую вторгаются до определенной степени все формы культуры - мораль, искусство, наука, техника. Именно синкретизм повседневности образует ее специфику. В этом смысле повседневность не является самотождественным феноменом, поскольку в ней есть место сакральному, экстраординарному, творческому. Помимо общепринятого деления на биологические и социальные, материальные и духовные, индивидуальные и общественные, человеческие потребности могут быть разделены на рутинные и творческие. Рутинные потребности состоят в потреблении, использовании уже произведенных предметов и услуг; устоявшимися методами и здесь нельзя обойти вниманием такой феномен повседневности, как «привычка». Культура повседневности представляет собой хорошо организованные рутинные образцы и состоит из набора привычек, традиций, институтов, распорядка всех видов деятельности. Безусловно, и в повседневной рутине есть новые ситуации и неожиданные события, но даже такие отклонения управляются способами, с помощью которых люди обычно справляются с экстраординарными ситуациями. Существуют привычные способы реагирования на кризисы в бизнесе, отношения к болезни или даже смерти. Как это ни парадоксально, в культуре повседневности существуют рутинные способы иметь дело с инновациями. Рутинный характер социальной жизни, продленной во времени и пространстве, повторяемость действий, их воспроизводство в одинаковой манере день за днем составляют материальную основу того, что называется рекурсивным (возвратным) характером социальной жизни. Э. Гидденс пишет: «Структуральные свойства социальной деятельности постоянно восстанавливаются, и это однообразие важно для функционирования психологических механизмов, посредством которых в ходе повседневной деятельности удовлетворяется потребность в надежности и онтологической безопасности. В связи с этим второстепенные с виду и несущественные правила поведения, условности и традиции повседневной социальной жизни оказываются ее фундаментальным каркасом, играя первостепенную роль в деле обуздания источников подсознательной напряженности, которые в противном случае поработили бы нас» [2, с. 19]. Повседневные привычки - это то, чему индивид не придает значения, а иногда просто не замечает, но что прорастает в самые глубинные пласты его жизни и не уничтожается даже во времена войн и революций. Это

отлаженные, постоянно повторяющиеся действия, становящиеся сценариями жизни. Рутина и инновации дополняют друг друга. Творческие потребности -это потребности в создании новых материальных и духовных ценностей или в самостоятельном осмыслении и переработке уже познанного и созданного.

Безусловно, в любом обществе существуют и удовлетворяются и рутинные, и творческие потребности. Всегда существует опасность, что традиция и решение повседневных задач постепенно ограничат или вытеснят творчество, поскольку все люди стремятся к спокойной удобной жизни и минимальному риску. И если необходимость удовлетворения рутинных потребностей очевидна для всех, поскольку многие из них насущные, то творческий потенциал человека используется при возникновении проблемных ситуаций. Ведь повседневность чревата возможностью неожиданного поворота событий, внезапно принимаемых решений, незапланированных действий. Креативное в повседневности прокладывает себе путь с помощью отклонений, отходов от правил и новых дефиниций, повседневность начинает существовать как место образования смысла, открытия правил.

В противовес регламентирующей функции институционального оформления искусства повседневная культура выставляет неинституциональные формы творчества, обозначая тем самым тенденцию к депрофессионализации творческой деятельности. В повседневной жизни творчество есть необходимое условие существования, и все, что выходит за пределы рутины и в чем заключена хотя бы малая часть нового, обязано своим происхождением творческому процессу. В повседневной творческой деятельности присутствует, с одной стороны, элемент непредсказуемости и спонтанности, а с другой, человек может сознательно готовить себя к творческой деятельности, повышать ее эффективность. Ориентация на спонтанное «эстетическое действие» любого человека, не связанного с системой производства художественных ценностей, является отличительной чертой современной повседневной культуры. Изменяются отношения между искусством и жизнью.

Каждый человек должен стать художником, поскольку в его жизни присутствует момент творческого отношения к действительности, творчество необходимо для нашего благополучия. Понимание творчества как жизни и жизни как творчества предполагает спонтанный, принципиально не сводимый к фиксированным состояниям опыт эстетического творчества в бытовой повседневности. Современная повседневность насыщена творчеством, это отличает ее от повседневности предыдущих эпох: изобретение кулинарных блюд, использование цвета, ароматов, вкуса; изготовление вещей (одежды, предметов интерьера и пр.); выращивание растений, умение создавать новые композиции; пение, танцы, эпистолярное мастерство; проектирование и строительство домов и т.д. Это те моменты, которые мы редко считаем творчеством, но оно таковым является, поскольку улучшает окружающий мир. «Концепция эстетики повседневности - пишет Н. Б. Маньковская, -сводит художественное творчество к домашнему самовыражению в одежде, танцах, кулинарии, поделках, интерьере и т. п. Проблема свободы творчества переводится в план внутренней культурной эмансипации» [3, с. 56]. Ценность творчества заключается в возможности изменения качества наличного существования человека посредством самого процесса творчества и его окончательного продукта. Люди не случайно стремятся показать прекрасно ухожен-

ный сад, отремонтированную квартиру, новую одежду, рассказать о своих успехах... Удовлетворяя творческие потребности в повседневной жизни, человек улучшает мир, а творчество, как отмечал Н. А. Бердяев, и есть всегда прирост, прибавление, создание нового, не бывшего в мире. Общеизвестно, что творчество есть функция свободы, и с его помощью свобода может быть направлена либо в конструктивное, либо в деструктивное русло существования. И повседневная жизнь дает нам возможность управления своей свободой.

Переплетение жизни и искусства способствует вполне определенной карнавализации повседневного поведения в противостоянии ценностям «истеблишмента». Современная повседневность стремится к преодолению замкнутости элитарного художественного профессионализма и его отчужденности от эстетических потребностей общественного большинства. Соотношение творчества и повседневности сегодня становится центральной проблемой, вокруг которой группируются идеи о приобщении к эстетически продуктивной деятельности не только профессиональных художников, но и каждого человека. М. Дюфрен констатирует конец институциональных форм художественного творчества. «Смерть институционализации» он считает важнейшим показателем современного состояния художественной культуры. Когда-то элитарность искусства была необходима, но сегодня она стала анахронизмом. Необходимо создание подлинно народного искусства, к которому были бы причастны все, а не только специалисты и эксперты. По мнению М. Дюфрена, необходимо изменить структуру занятости, чтобы у каждого появилось достаточно свободного времени для того, чтобы попробовать свои силы в художественном творчестве. Как было отмечено нами выше, информационная эра дает и дальше будет давать такую возможность. «Художественное творчество не должно пониматься согласно модели, предлагаемой самими художниками. Следует принять, признать и уважать, не делая противопоставления с традицией и сложившимися нормами, такие виды творчества, которыми занят обустраивающий свой участок садовод, украшающая свое жилище женщина, любитель-живописец, поп-музыкант» [4, с. 34].

В повседневной практической деятельности есть место творчеству каждого человека. Творческая активность перемещается в повседневность.

В определенной степени этому способствует значительная трансформация и реорганизация системы академического художественного образования. Основы профессиональной подготовки проникли в пограничные искусству области: неспециализированный фольклор, декоративное творчество, дизайн, эстетизацию досуга и жизненного пространства. Образование становилось более массовым, охватывало широкие слои населения, прямо не связанные с производством художественных ценностей.

Исходя из этого, можно предположить, что именно в креативном потенциале неспециализированной повседневности просматриваются новые продуктивные ресурсы культуры.

Список литературы

1. Золотухина-Аболина, Е. В. Повседневность: философские загадки / Е. В. Золотухина-Аболина. - М. : Старклайт ; Киев : Ника-Центр, 2005.

2. Гидденс, Э. Устроение общества: Очерк теории структурации / Э. Гидденс. -2-е изд. - М. : Академический Проект, 2005.

3. Маньковская, Н. Б. Художник и общество: критический анализ концепций в современной французской эстетике / Н. Б. Маньковская. - М. : Искусство, 1985.

4. Дюфрен, М. Кризис искусства / М. Дюфрен // Западноевропейская эстетика ХХ века: Некоторые направления западной эстетики. - М. : Знание, 1991. - Вып. I.

References

1. Zolotukhina-Abolina, E. V. Povsednevnost': filosofskie zagadki / E. V. Zolo-tukhina-Abolina. - M. : Starklayt ; Kiev : Nika-Tsentr, 2005.

2. Giddens, E. Ustroenie obshchestva: Ocherk teorii strukturatsii / E. Giddens. -2-e izd. - M. : Akademicheskiy Proekt, 2005.

3. Man’kovskaya, N. B. Khudozhnik i obshchestvo: kriticheskiy analiz kontseptsiy v sovremennoy frantsuzskoy estetike / N. B. Man'kovskaya. - M. : Iskusstvo, 1985.

4. Dyufren, M. Krizis iskusstva / M. Dyufren // Zapadnoevropeyskaya estetika XX veka: Nekotorye napravleniya zapadnoy estetiki. - M. : Znanie, 1991. - Vyp. I.

Розенберг Наталья Владимировна

доктор философских наук, доцент, заведующая кафедрой коммуникационного менеджмента, Пензенский государственный университет

Rozenberg Natal'ya Vladimirovna Doctor of philosophy, associate professor, head of sub-department of communication management, Penza State University

E-mail: elya@sura.ru

УДК 008.001.14 Розенберг Н. В.

Творческий потенциал повседневности: философский анализ /

Н. В. Розенберг // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Гуманитарные науки. - 2013. - № 1 (25). - С. 88-92.