Отдельные проблемы реализации положений статьи 167 гражданского кодекса РФ в правоприменительной практике

УДК 347.132

ОТДЕЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ РЕАЛИЗАЦИИ ПОЛОЖЕНИЙ СТАТЬИ 167 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РФ В ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНОЙ ПРАКТИКЕ

SOME PROBLEMS IMPLEMENTING THE PROVISIONS OF ART. 167 OF THE CIVIL CODE IN LAW ENFORCEMENT

С. С. ЖЕЛОНКИН

Рассматривается практика применения отдельных норм Гражданского кодекса РФ о недействительности сделок, касающаяся возможности признания в судебном порядке недействительной совершенной сделки без применения последствий её недействительности.

Ключевые слова : иск, недействительная сделка, судебное решение, последствия недействительности, судебная защита, имущественный интерес.

The practice of the application of certain provisions of the civil code of the invalidity of transactions relating to the possibility of recognizing the court invalidated the transaction without the consequences of its invalidity.

Key words: claim, invalid transaction, the judgment, the consequences of nullity, judicial protection, the property interest.

Существующее в гражданском законодательстве право на иск о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности довольно широко толкуется практикой. По мнению К. И. Скловского, «среди многочисленных трудностей правоприменения отдельных норм Гражданского кодекса РФ о недействительности сделок едва ли не на первое место в судебной практике вышли проблемы применения их последствий» [1]. О неоднозначном подходе правоприменителя в решении данного вопроса можно судить по данными проведенного нами исследования, в ходе которого респондентами выступили 194 судьи гражданско-правовых коллегий федеральных арбитражных судов Дальневосточного, Восточно-Сибирского, Западно-Сибирского, Московского округов, арбитражных судов Алтайского и Хабаровского краёв, Омской области, Пятого (г. Владивосток), Шестого (г. Хабаровск), Седьмого (г. Томск) и Тринадцатого (г. Санкт-Петербург) арбитражных апелляционных судов [2].

Ответы респондентов на вопрос «Допустимо ли признание исполненной сделки

недействительной без применения последствий её недействительности?» распределились следующим образом: «да» - 108 респондентов (57,4 %), «нет» - 73 (38,9 %), «затрудняюсь ответить» - 3 (1,6 %), «иное» - 4 (2,1 %).

Стоить отметить, что определяющую роль в разрешении возникших трудностей призвано сыграть совместное Постановление пленумов Верховного суда РФ и Высшего арбитражного суда РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» [3], в п. 32 которого указано, что при удовлетворении иска в мотивировочной части решения суда о признании сделки недействительной должно быть указано, что сделка является ничтожной, и в этом случае последствия недействительности ничтожной сделки применяются судом по требованию любого заинтересованного лица либо по собственной инициативе.

Однако в ближайшем будущем предполагаются существенные изменения в правовом регулировании ничтожных сделок.

© Желонкин С. С., 2013

В настоящее время требовать признания ничтожных сделок в судебном порядке могло любое лицо. В соответствии с Проектом Федерального закона № 47538-6 «О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвёртую Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Проект ФЗ № 47538-6) требовать признания сделок ничтожными смогут лишь стороны этой сделки. Иные лица вправе обращаться с подобными заявлениями в суд лишь в определённых законом случаях (п. 3 ст. 166 ГК РФ в редакции Проекта). В частности, такие лица могут обратиться в суд, если они имеют законный интерес в признании такой сделки недействительной. Думается, что не может быть судебного спора только о признании недействительной сделки, как оспоримой, так и ничтожной. Закон говорит о том, что спор не идёт лишь о признании сделки недействительной, но также и обязательно - о применении последствий недействительности сделки. Для того чтобы возбудить такой спор, истцу нужно доказать не то, что оспариваемой сделкой было в прошлом нарушено его право или интерес, а то, что применение последствий недействительности сделки составляет его интерес или защищает его право в момент обращения в суд.

Иск о применении последствий недействительности сделки, являясь средством защиты, обращён не в прошлое, а в будущее, потому что только в будущем и может быть предоставлена защита. Суд не «констатирует» нарушение интереса истца, а ищет средства, указанные в ст. 167 ГК РФ, которые помогут ему в будущем. Только в будущем, стало быть, и отыскивается интерес истца, например, восстановлением прежнего положения. Значит если невозможно восстановление этого прежнего положения, то и защита невозможна, отсутствует и право на иск.

Поводом для обращения в суд является только возможность добиться таких последствий, которые будут интересны истцу уже после совершённой (исполненной) недействительной сделки. Один только факт бывшего нарушения права или интереса не является достаточным поводом для частноправовой защиты, осуществляемой гражданским правом. Как известно задачей гражданского пра-

ва является не наказание нарушителей, а восстановление прав потерпевшего. Лицо, обратившееся в суд с иском о признании недействительной сделки должно доказать, что такой сделкой нарушены его права и законные интересы, а целью предъявления иска является их восстановление. Если истец не может указать, каким образом его право или интерес должны быть восстановлены судом, то он не имеет, следовательно, и права на иск.

Проиллюстрируем это утверждение следующими примерами из судебно-арбитражной практики.

1. Отказывая в удовлетворении исковых требований ООО «Байкальская торгово-инвестиционная компания» к ООО «ГАРАНТ-ИНВЕСТ» и ООО «Инстройтех» о признании недействительным в силу ничтожности сделки договора участия в долевом строительстве и применении последствий недействительности ничтожной сделки, Арбитражный суд Иркутской области в своём решении от 20 июня 2011 г. указал, что «истец в нарушение ст. 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не обосновал, какие его права нарушены оспариваемым договором и каким образом удовлетворение исковых требований приведёт к защите и восстановлению его нарушенных прав» [4].

2. Третий арбитражный апелляционный суд, оставляя решение Арбитражного суда Красноярского края от 6 июля 2010 г. по делу № А33-2400/2009 без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения, указал, что «требование о применении последствий недействительности указанной сделки истцом не заявлялось, истец не указал, каким образом признание недействительным договора приведёт к восстановлению его прав и какие его права и законные интересы нарушены оспариваемой сделкой» [5].

Полагаем, судебная практика наглядно иллюстрирует, что при незаявлении истцом требований о применении последствий недействительности сделки и неуказании на то, каким образом признание сделки недействительной приведёт к восстановлению его прав, а также какие его права и законные интересы нарушены оспариваемой сделкой, суду невозможно будет установить права истца, подлежащие восстановлению при примене-

нии последствий недействительности сделки, даже если они (последствия недействительности сделки) будут применены судом по собственной инициативе. В таком случае следует считать, что истец не имеет права на иск о признании сделки недействительной.

Данный вывод подтверждён Концепцией развития гражданского законодательства, в п. 5.1.2 которой говорится, что предъявление иска о признании недействительной исполненной сделки без предъявления требования о применении последствий недействительности такой сделки, как правило, свидетельствует об отсутствии у лица, предъявившего иск, законного интереса в оспаривании сделки и может служить основанием для отказа в иске [6].

Однако в абз. 2 п. 3 ст. 166 ГК РФ в Проекте ФЗ № 47538-6, подготовленного в рамках реализации Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации, содержится положение, согласно которому «предъявление требования о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий её недействительности допускается, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной». Это свидетельствует о необходимости выверенных действий законодателя при принятии указанного законопроекта в окончательном виде.

Представляется, что когда речь идёт о наличии интереса в применении последствий недействительности сделки, необходимо иметь ввиду имущественный интерес, который может состоять во владении имуществом, получении денег или имущественных прав, отпадении обязанностей в процессе применения последствий недействительности сделки. Здесь недопустимо расширительное толкование закона, когда под интересом понимается, например, какая угодно юридическая связь с одной из сторон сделки. Интерес, дающий право на оспаривание сделки и применение последствий её недействительности, должен иметь совершенно конкретный, имущественный характер.

Однако на практике частым явлением становится вынесение решения о признании ничтожной сделки недействительной без применения последствий недействительно-

сти, когда указание на ничтожность сделки входит в резолютивную часть судебного решения [7] или решения о признании исполненной сделки недействительной и об отказе в удовлетворении требований о применении последствий такой недействительности [8].

Такой подход не только не восстанавливает нарушенное право истца, но и ведёт к правовой неопределённости, влечёт дальнейшие споры, что можно подтвердить примерами.

В 2008 г. государственное предприятие, не получив согласия собственника имущества, продало объект недвижимости - нежилое помещение обществу с ограниченной ответственностью, которое, в свою очередь, в 2009 г. продало его другому лицу. В дальнейшем указанное нежилое помещение, в течение нескольких лет продавалось неоднократно. Первоначальный договор по иску собственника имущества был признан недействительным по основаниям, предусмотренным ст. 168 ГК РФ, как несоответствующий закону, так как согласно с п. 2 ст. 295 ГК РФ предприятие не вправе продавать принадлежащее ему на праве хозяйственного ведения недвижимое имущество без согласия собственника. В дальнейшем было принято несколько судебных решений о признании недействительными всех последующих договоров. Однако это не привело к возвращению проданного помещения государственному предприятию, поскольку последний его покупатель был признан добросовестным приобретателем [9]. Таким образом, наличие в деле доказательств, подтверждающих передачу спорного имущества третьему лицу, может свидетельствовать о невозможности возвратить полученное по недействительной сделке имущество в натуре. Отметим, что такой подход соответствует ранее высказанной правовой позиции Конституционного суда РФ [10], согласно которой обязанности каждой стороны возвратить всё полученное по недействительной сделке не могут распространяться на добросовестного приобретателя, если иное непосредственно не указано в законе.

Если принять необходимость применения последствия недействительности ничтожной сделки, а не ограничиваться констатацией её недействительности (ничтожности), то подобных примеров можно избежать,

что только повысило бы авторитет судебной власти [11]. Представляется, что неисполнимое решение суда или то, которое в принципе ничего не решает, а лишь ведёт к правовой неопределенности, не имеет права на существование. Если бы недействительность исполненного договора и применение последствий его недействительности рассматривались как неразрывно связанные между собой требования или как по сути одно требование, то уже при оспаривании первого договора суд должен был бы отказать в иске.

В другом деле решением Арбитражного суда Москвы от 25 июля 2011 г. с учётом дополнительного решения от 19 августа 2011 г. по делу № А40-21934/08-83-175, № А40-64538/07-57-569 исковые требования ОАО «Холдинговая компания “Главмосстрой”» к обществу «Компания РОСТА» и ОАО «Завод железобетонных изделий № 21» о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 30 августа 2005 г., заключённого между заводом и «Компанией РОСТА» и применении последствий недействительности такой сделки удовлетворены частично: договор купли-продажи признан недействительным, в удовлетворении требования о применении последствий его недействительности отказано [12].

О правильности предлагаемой позиции можно судить исходя из практики применения соответствующих норм в советском гражданском законодательстве. Так, например, в Инструктивных указаниях Госарбитража СССР было указано, что, «признавая договоры недействительными, органы арбитража обязаны неуклонно применять последствия, предусмотренные ст. 14 Основ гражданского законодательства Союза ССР» [13].

Следует отметить, что высшие судебные инстанции, в частности Президиум ВАС РФ, в последнее время занимают схожую правовую позицию в решении таких вопросов. Например, в своём Постановлении от 18 октября 2012 г. № 6253/12 по делу № А40-21934/ 08-83-175, А40-64538/07-57-569 Президиум ВАС РФ, отменяя решения нижестоящих судов в части отказа в применении последствий недействительности договора купли-продажи, который был признан недействительным, указал следующее: «при установленных обстоятельствах оспариваемые судебные акты

в части отказа в применении последствий недействительности сделки подлежат отмене согласно п. 1 ч. 2 ст. 304 Арбитражного процессуального кодекса РФ как нарушающие единообразие в толковании и применении арбитражными судами норм права» [14].

В тех случаях когда невозможно возвратить полученное в натуре по недействительной сделке, в силу п. 2 ст. 167 ГК РФ возникает обязанность в возмещении стоимости имущества, переданного по такой недействительной сделке. При этом, как отметил в своём вышеуказанном Постановлении Президиум ВАС РФ, действительная стоимость имущества может быть доказана (определена) истцом самостоятельно посредством представления соответствующих доказательств или суд должен назначить экспертизу с целью определения стоимости имущества по собственной инициативе или по ходатайству лиц, участвующих в деле. Немотивированный отказ суда в принятии доказательств, подтверждающих рыночную стоимость имущества, или отклонение ходатайств о проведении экспертиз с целью установления стоимости имущества не могут рассматриваться в качестве оснований для отказа в применении последствий недействительности сделки.

Таким образом, исходя из содержания закона, имея в виду ст. 12 ГК РФ, в которой предусмотрены такие способы защиты гражданского права, как признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий её недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки, а также ст. 5 Федерального конституционного закона «Об арбитражных судах в Российской Федерации», ст. 2 АПК РФ и ст. 2 ГК РФ, в силу которых задачами судопроизводства является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов, отметим, что недопустимо признание исполненной сделки недействительной без применения последствий её недействительности. Следовательно, иски о признании недействительными совершённых (исполненных) сделок без предъявления требования о применении последствий недействительности сделок не отвечают целям признания сделок недействительными в качестве судебной защиты и, в свою очередь, являются злоупотреблением правом.

Представляется, что Постановление Президиума ВАС РФ от 18 октября 2012 г. № 6253/12 по делу № А40-21934/08-83-175, А40-64538/07-57-569, касающееся основных начал применения общих положений Гражданского кодекса РФ о последствиях недействительности сделок, содержащее в себе оговорку о возможности пересмотра по новым обстоятельствам, в силу неформальной закономерности, свойственной любой бюрократической иерархии, коей является наша судебная система, должно восприниматься в качестве императивного правила, известного всем заранее и оказывающего соответствующее воздействие на правоприменителя.

1. Скловский К. И. Защита владения полученного по недействительной сделке // Хозяйство и право. - 2008. - № 12. - С. 3.

2. Желонкин С. С. Недействительность антисоциальных сделок : монография. - М. : Инфра-М, 2012. - 159 с.

3. О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации : Постановление Пленума Верховного суда РФ и Пленума Высшего арбитражного суда РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 // Вестн. Высшего арбитражного суда РФ. - 2005. - Спец. прилож. к № 12. - С. 5065.

4. Решение Арбитражного суда Иркутской области от 20 июня 2011 г. по делу № А19-6247/2011. - Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

5. Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 23 сентября 2010 г. по делу № А33-2400/2009. - Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

6. Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации / вступ. ст.

А. Л. Маковского. - М. : Статут, 2009. -160 с.

7. Желонкин С. С. Основные направления реформирования института недействительности сделок // Право и экономика. - 2010. - № 1. -С. 54.

8. Постановление Президиума ВАС РФ от 18 октября 2012 г. № 6253/12 по делу № А40-21934/08-83-175, А40-64538/07-57-569. - Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

9. иКЬ: http://www.kommersant.ru/doc.aspxDocs ГО=1522327 (дата обращения: 06.01.2013).

10. По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан О. М. Марини-чевой, А. В. Немировской, З. А. Скляновой, Р. М. Скляновой и В. М. Ширяева : Постановление Конституционного суда РФ от 21 апреля 2003 г. № 6-П // Вестн. Конституционного суда РФ. - 2003. - № 3.

11. Желонкин С. С. К вопросу о правовой природе двусторонней реституции как общем последствии недействительности сделок // Современная наука. - 2010. - № 1. - С. 37.

12. Решение Арбитражного суда города Москвы от 2 февраля 2010 г. по делу № А40-21934/08-83-175. - иЯЬ: http://kad.arbitr.ru/PdfDocument/ 3a71d329-635d-4e3a-baa7- с25ее507178/А40-21934-2008_20100202_Reshenija%20i%20posta-novlenija.pdf (дата обращения: 18.01.2013).

13. Инструктивные указания Госарбитража СССР от 27 мая 1963 г. № И-1-18 // Систематизированный сборник инструктивных указаний Государственного арбитража при Совете Министров СССР. - М. : Юрид. лит., 1983. -С. 55.

14. Постановление Президиума ВАС РФ от 18 октября 2012 г. № 6253/12 по делу № А40-21934/08-83-175, А40-64538/07-57-569.