ЦБ теряет капитал

Вчера Владимир Путин обсуждал с Михаилом Касьяновым банковскую реформу. А точнее, судьбу госбанков. Сегодня этот же вопрос рассмотрят и на заседании правительства. Будет решаться судьба двух госбанков — Внешэкономбанка и Внешторгбанка. Первый из них может превратиться в крупнейший банк России, все 100% акций которого будут принадлежать правительству. При таком раскладе Белый дом переиграет ЦБ в борьбе за контроль за госбанками, а значит, и за всей банковской системой.
       
       До последнего времени любая экономическая реформа в России подразумевала, что регулирующая роль государства уменьшается, а роль частного сектора увеличивается. Того же можно было ждать и от банковской реформы. Во всяком случае, ее инициаторы, крупные банкиры--члены бюро правления РСПП, надеялись именно на это. И им это было обещано. Еще накануне встречи президента и премьера замминистра экономразвития Аркадий Дворкович утверждал, что крупнейший сегодня госбанк, Сбербанк, будет существенно ущемлен правительством в правах — в частности, его заставят резко поднять проценты по всем видам вкладов, диверсифицировать заемщиков и отказаться от раздувания филиальной сети (подробнее см. вчерашний Ъ).
       Вчера же выяснилось, что для правительства в этой истории важен не Сбербанк, а контролирующий его ЦБ. Собственно, на ЦБ правительство и замахивается. Системообразующих банков в России сейчас фактически только два — Сбербанк и Внешторгбанк. Они же и крупнейшие по размеру уставного капитала: 50 млрд рублей у первого и 45 — у второго. Вдвоем они контролируют, по данным бывшего первого зампреда ЦБ Александра Хандруева, более 30% всех банковских активов. Результат впечатляющий. Прямо как в Китае, где четыре госбанка владеют 60% банковских активов. Контрольный пакет акций Сбербанка и почти все акции ВТБ находятся во владении ЦБ. Правда, еще год назад под давлением МВФ и Мирового банка между Белым домом и Неглинкой были достигнуты договоренности о выходе ЦБ из капиталов госбанков. Предполагалось, что из ВТБ Банк России уйдет до 1 января 2003 года, а из Сбербанка — до 1 января 2005 года. Однако Виктор Геращенко не спешил выполнять обещанное. Поэтому правительство и решило посредством банковской реформы резко уменьшить монополизм связки ЦБ--Сбербанк. Похоже, судьба Сбербанка действительно решена. И ЦБ за него бороться с правительством не будет. Но это еще не значит, что Виктор Геращенко проиграл Михаилу Касьянову. Между ними достигнут компромисс. Правительство поддерживает планы ЦБ насчет приватизации ВТБ (см. стр. 7), а ЦБ не мешает Белому дому создать новый сверхмощный госбанк — Внешэкономбанк России.
       Напомним, что предтечу нового российского госбанка — ВЭБ СССР — в свое время Ъ назвал дважды банкротом СССР. В начале 1990-х годов он не смог обслужить ни валютные вклады населения, ни долги СССР. Сейчас ВЭБ даже не имеет банковской лицензии ЦБ и работает по уставу от 1988 года и по указу президента от 1993 года. Однако это не мешает ему оставаться единственным агентом правительства по обслуживанию советских и российских долгов. Как такового уставного капитала в нынешнем ВЭБе нет, но, по данным правительственных источников, валюта баланса по собственным операциям банка составляет $4 млрд. Впрочем, скоро уставный капитал у ВЭБа появится. После предлагаемого в будущем году раздела ВЭБа на ВЭБ СССР, которому останутся операции по обслуживанию советских долгов, и на ВЭБ России, который станет обычным коммерческим банком (см. стр. 7), состоится мезальянс между последним и Росэксимбанком. ВЭБ получит лицензию, но за это уплатит за Росэксимбанк (а соответственно, за его хозяина — бюджет) долги в $30 млн. Затем будет произведена допэмиссия — по данным из Белого дома, $1,5-2 млрд — после чего ВЭБ России обгонит Сбербанк по размеру уставного капитала.
       Итак, правительство близко к тому, чтобы решить свою сверхзадачу: как минимум сохранить нынешнюю роль госбанков и при этом еще и обыграть ЦБ в сфере контроля за ними.
       КОНСТАНТИН Ъ-СМИРНОВ