Семантический анализ концептуальных признаков на основе корпусных данных (на примере концепта madness)

торе текста, дате и месте выпуска ПВР. Кроме того, исследование их содержательной стороны позволило выявить основные универсальные составляющие порядка в общественных местах ФРГ: тишина, порядок, чистота, безопасность, защита окружающей среды.

Литература

1. Карасик, В.И. О категориях / В.И. Карасик. - Волгоград, 2006. - URL: http://homepages.tversu.ru/~ips/Jub Karas.html//

2. Медведева, Д.И. Языковая репрезентация концепта запрет в общественных знаках / Д.И. Медведева. - Ижевск, 2008.

УДК 811.111:81-119

С.В. Селин

Научный руководитель: доктор филологических наук, профессор С.В. Моташкова

СЕМАНТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ КОНЦЕПТУАЛЬНЫХ ПРИЗНАКОВ НА ОСНОВЕ КОРПУСНЫХ ДАННЫХ

В статье рассматриваются основные направления интеграции методологических подходов корпусной и когнитивной лингвистики и перспективы проведения, помимо дистрибутивного, также семантического анализа концептов на основе корпусных данных. Прототипические концептуальные признаки выявляются на примере исследования концепта MADNESS.

Корпусная лингвистика, когнитивная лингвистика, корпус, конкорданс, дистрибуция.

The article deals with the main trends of methodological integration of corpus and cognitive linguistics. The perspectives of not only distributional, but also semantic analysis of concepts on the basis of corpus data are discussed. The concept «MADNESS» serves as an example for the identification of prototypical conceptual features.

Corpus linguistics, cognitive linguistics, corpus, concordance, distribution.

Введение. Уязвимой стороной полипарадигмаль-ности когнитивной лингвистики является отсутствие непротиворечивых методов и общей теории, связывающей все ее направления в одну систему. Как следствие, основополагающие научные понятия, такие как, например, «концепт», теряют определенный онтологический статус и в научном узусе трансформируются в аксиоматические терминологические номинации. Пути решения методологических проблем достаточно часто находятся в междисциплинарном, комплексном пространстве. С одной стороны, это учет результатов исследований, выполненных в системно-структурной парадигме, но под когнитивным углом зрения, а с другой стороны, это обращение к корпусной лингвистике.

Когнитивная корпусная лингвистика сравнительно молодое научное течение, призванное объединить достижения обеих парадигм. С одной стороны, когнитивные исследования становятся более объективными, когда опираются на обширный эмпирический материал, а с другой стороны, корпусная лингвистика получает необходимую теоретическую базу, позволяющую исследовать рассматриваемые рече-языковые явления. Когнитивная лингвистика позиционирует себя на современном этапе развития как парадигма, изучающая речь (usage-based linguistics), что способствует повороту от интроспекции к корпусным исследованиям, в которых речевые явления занимают центральное место. Однако не возникает ли противоречия между аксиомами когнитивной и корпусной лингвистики? «Когнитивная лингвистика считает себя необъективистской теорией языка, в то время как использование корпусных материалов включает в себя попытку максимизировать объек-

тивные основания лингвистических описаний» [5, с. 18]. По мнению Д. Герертса и Х. Кюйкенса, решение данной проблемы будет стоять на повестке дня для будущего когнитивной лингвистики. По нашему мнению, вопрос сводится к тому, возможно ли исследование когнитивной семантики на основе корпусных данных, дающих формальное описание языковых явлений.

Мы считаем, что когнитивно-корпусные исследования обладают большим научным потенциалом, что было выявлено в работах таких ученых, как Д. Ге-рертс, С. Гронделаерс, Д. Спеелман, С. Грис, А. Стефанович, стоявших у истоков рассматриваемого направления. В отечественной лингвистике данное направление еще недостаточно освоено. В нашем исследовании мы ставим цель обосновать возможность не только дистрибутивного и квантитативного рассмотрения соответствующего лингвистического материала, но и семантического анализа, который позволит выявить концептуальные признаки, актуализированные в дискурсе.

Материал и методика исследования. Нами проведен квантитативный анализ дистрибуции репрезентантов концепта MADNESS. Для этого были использованы находящиеся в открытом доступе наиболее полные корпусы английского языка British National Corpus [BNC] и Corpus of Contemporary American English [COCA], объем которых составляет 100 миллионов и 410 миллионов слов соответственно. По нашему мнению, данные корпусы являются взаимодополняющими источниками, позволяющими наиболее полно выявить современные семантические и дистрибутивные характеристики анализируемого феномена, так как они охватывают широкий круг

текстов различных функциональных стилей и временной отнесенности. Так, в [BNC] представлены тексты британского варианта за 1980-е-1993 гг., а в [COCA] - тексты американского варианта за 1990— 2010 гг. Исследование было проведено с помощью интерфейса, разработанного профессором М. Дэйви-сом из Brigham Young University [4].

При проведении исследования мы опирались на уже полученные данные дефиниционного анализа, описание которого представлено в статье «Когнитивно-терминологический и структурно-семантический анализ концепта MADNESS в английской лингвокультуре» [2]. Ключевыми лексемами для поиска в корпусах и построения конкорданса стали адъективные репрезентанты концепта MADNESS из его ядерной зоны: mad, insane, crazy, lunatic. На первом этапе был проведен дистрибутивный анализ данных лексем (левый и правый контекст). Затем на

основе наиболее частотных моделей были определены семантические особенности актуализации названного концепта.

Обсуждение результатов. Данные по дистрибуции лексемы mad в корпусах [BNC] и [COCA] приведены в табл. 1 и 2. Части речи приводятся в таблицах по терминологии поисковых запросов и с учетом синтаксиса соответствующего корпуса. Нами подсчитано общее количество найденных лексем, они распределены по частям речи (знаки пунктуации вынесены отдельно) и контексту (левый и правый) относительно ключевой лексемы. Для наглядности представления и обеспечения сопоставимости данных между корпусами, нами было подсчитано процентное отношение каждой части речи в правом и левом контексте к общему количеству найденных лексем.

Таблица 1

Дистрибутивные характеристики лексемы mad в [BNC]

British National Corpus

Части речи Левый контекст Ключевая лексема Правый контекст

Абсолютное количество % % Абсолютное количество

Глагол 1 174 39,3 [mad] 1,3 37

Артикль 421 14,1 [mad] 0,2 6

Наречие 342 11,4 [mad] 2,5 73

Предлог 201 6,7 [mad] 10,4 305

Местоимение 176 5,9 [mad] 1,6 47

Определитель (determiner) 102 3,4 [mad] 0,4 11

Существительное 97 3,2 [mad] 27,1 797

Союз 71 2,4 [mad] 9,4 275

Поссесивное местоимение 64 2,1 [mad] 0,1 3

Прилагательное 51 1,7 [mad] 3,4 101

Отрицательная частица 40 1,3 [mad] 0,3 8

Числительное 20 0,7 [mad] 0,2 5

Знак пунктуации 232 7,8 [mad] 43,3 1272

Общее количество найденных лексем 3 026 100 [mad] 100 3026

Таблица 2

Дистрибутивные характеристики лексемы mad в [COCA]

Corpus of Contemporary American English

Части речи Левый контекст Ключевая лексема Правый контекст

Абсолютное количество % % Абсолютное количество

Глагол 4 852 38,6 [mad] 1,5 184

Наречие 1 688 13,4 [mad] 2,3 284

Артикль 1 310 10,4 [mad] 0,3 36

Предлог 917 7,3 [mad] 23,6 2 983

Местоимение 854 6,8 [mad] 1,4 175

Существительное 452 3,6 [mad] 26,9 3 399

Союз 365 2,9 [mad] 11,0 1 387

Прилагательное 284 2,3 [mad] 1,8 226

Отрицательная частица 281 2,2 [mad] 0,0 2

Определитель (determiner) 276 2,2 [mad] 0,2 22

Поссесивное местоимение 202 1,6 [mad] 0,1 12

Числительное 57 0,5 [mad] 0,1 17

Знак пунктуации 1 036 8,2 [mad] 30,8 3 891

Общее количество найденных лексем 12 894 100,0 [mad] 100,0 12 894

Как видно из табл. 1, наиболее часто в препозиции по отношению к лексеме mad стоят глаголы, артикли и наречия. Это свидетельствует о том, что данная лексема выступает как предикат и входит в состав именных и наречных словосочетаний. В постпозиции по отношению к лексеме mad наблюдается другая картина. Самым частотным является знак пунктуации, что говорит о том, что данная лексема зачастую завершает синтагму. Далее идут именные словосочетания (с существительными и предлогами). Анализ данных сочетаний позволил выявить такие семантические особенности, как, например, состав существительных, выступающих в качестве главного слова словосочетания. Таким образом, наиболее тесные контекстуальные взаимосвязи лексемы mad проявляются с глаголами, наречиями, существительными и предлогами. Рассмотрим те же критерии для корпуса [COCA].

По данным корпуса [COCA], представленным в табл. 2, левый контекст лексемы mad также состоит в основном из глаголов, наречий и артиклей. При этом отклонение от данных, полученных в [BNC], для тех же частей речи составляет не более 3 %. В правом контексте, по данным [COCA], также наиболее частотны знаки пунктуации, существительные и предлоги. Однако процентное соотношение по сравнению с [BNC] несколько изменилось. Для знаков пунктуации оно уменьшилось на 12,5 %, для существительных увеличилось на 2,8 %, для предлогов - существенно увеличилось на 13,2 %. Можно утверждать, что словосочетания лексемы mad с предлогами в американском варианте английского языка частотнее, при условии, что корпусы [BNC] и [COCA] достаточно репрезентативны. Данные дистрибутивного анализа служат исходным материалом для дальнейшего семантического анализа.

Среди наиболее частотных причин безумия, по данным [COCA], можно назвать следующие: grief, fear, excitement, jealousy, love, joy, pleasure, misery, greed, worry, frustration, hatred, boredom, delight. Данный список в целом представляет ту же картину, которая наблюдается в корпусе [BNC]. Общими в выборках из обоих корпусов являются такие существительные, как boredom, grief, fear, jealousy, excitement, greed, love. Подтвержденные языковые факты, совпадающие в обоих корпусах, свидетельствуют, во-первых, о прототипичности концептуализации безумия как эмоционального нарушения. Во-вторых, результаты анализа корпусов британского и американского вариантов английского языка указывают на достаточную однородность данного феномена.

В указанных корпусах были исследованы квалитативные наречия (в препозиции), привносящие дополнительную характеристику феномена безумия: dangerously, quietly, incidentally, insanely, wonderfully, finally, frankly, deliberately, slowly, sanely, powerfully, raving, fucking. Обращают на себя внимание антонимические пары insanely - sanely mad и incidentally -deliberately mad. В первом случае оказывается, что безумие не лишено рациональности. Так, оно может быть «здравомыслящим» (sanely) и выполнять своего

рода критическую функцию по отношению к реальности. Во втором случае характерной чертой является то обстоятельство, что безумие может наступить либо случайно (incidentally), либо намеренно (deliberately), что говорит о том, что безумие возможно контролировать. Также наречия определяют характер протекания безумия: slowly, wonderfully, quietly mad. Безумие может представлять опасность (dangerously).

Семантический анализ квалитативных наречий позволил нам выделить такие аспекты категоризации безумия, как: временная соотнесенность (безумие может носить временный характер или быть постоянным), характер протекания заболевания (актуализация как симптомов: бессвязность речи, так и сопутствующих факторов), социальные последствия заболевания (опасность безумия для общества, правовая недееспособность безумца).

С точки зрения семантической категоризации глаголов основными аспектами являются внешний вид, взгляд (to look) и речь человека (to sound). Для каждой из групп находятся ряды синонимов в обоих корпусах: to look - to stare, to see, to glare [BNC], to see, to stare [COCA]; to sound - to say, to scream, to weep [BNC], to scream, to yammer, to laugh, to roar, to sputter, to squall, to sing, to howl, to cry [COCA].

Прототипичными для рода занятий являются следующие существительные, являющиеся главным словом в именных словосочетаниях: (mad) hatter, professor, king, scientist, mullah, axeman, biker, dictator, lord. Очевидно, что частотность словочета-ния mad hatter обусловлена фразеологизмом as mad as a hatter. Высокая частотность сочетаний mad professor, scientist обусловлена появлением в культуре типажа сумасшедшего ученого. В гендерном аспекте наблюдается преобладание сочетаний с существительными, обозначающими женщин: mad woman (30 употреблений в [BNC]), mad wife (7), mad housewife (3). При этом обозначение мужчины (mad man) имеет 6 употреблений. Вырисовываются такие лингво-культурные типажи, как сумасшедший ученый, сумасшедший шляпник, сумасшедшая женщина.

Чувства и психологические состояния, граничащие с аффектами, приобретают характер безумия в глазах наблюдателя. В [BNC] это, прежде всего, panic, urge, impulse, love, rage, lust, hope, fury. По данным [COCA], сильные эмоции, психологические состояния и аффекты также связаны с безумием: love (30), passion (8), desire (8), pain (6), менее частотны: chill, impulse, joy, panic, respect, insanity, hope, ambition, fury, rage, obsession, devotion, gaiety, anger, terror.

Категория ДЕЙСТВИЕ широко представлена в словосочетаниях. Так, по данным [BNC] и [COCA], можно говорить о crazy thinking, behaviour, talk, look, fuck, dance, spending, scene, shot, ride. Представляется возможным выделить группу отглагольных существительных, описывающих реакцию смеха: crazy laugh, smile, grin. Такие словосочетания более разнообразны с лексемой insane: insane laughter, giggle, smile, laugh, grin. В целом можно утверждать, что смех, причина которого неясна окружающим, явля-

ется одним из индикаторов безумия человека. Помимо данной характеристики, лексема insane сочетается с существительными, характеризующими поведенческие аспекты: act, behaviour, move, look, activity, raving, spending. Существительное spending встречается в сочетании с mad, crazy, insane. Мы считаем, что характерная расточительность, неумение обращаться с денежными средствами, является культурно-маркированным показателем феномена безумия. Для лексемы lunatic можно отметить такие сочетания, как laughter, behaviour, scream.

Выводы. Семантическое исследование концептуальных признаков на основе корпусных данных позволило выявить социопсихологические проявления, концептуализируемые в естественной когниции как безумие. Прежде всего, этиология безумия, причины его появления - это положительные или отрицательные эмоции и аффекты. Само душевное расстройство бывает временным, перемежающимся, внезапно наступившим. Состояние безумия преди-цируется человеку на основе речемыслительной характеристики (бессвязность речи), его поведения (неподконтрольность, опасность для социума), двигательной активности (действия высокой интенсивности). Критерием могут служить общепринятые социальные нормы: так, например, в английской лингвокультуре ссылкой на безумие подчеркивается неприемлемость расточительности. Безумие характеризуется во временном плане характером протекания (внезапно, медленно, в некоторый момент). В юридическом и медицинском аспектах безумие входит в число явлений, определяемых параметрами «истина/ложь». Среди ярко выраженных и нацио-

нально окрашенных культурных ассоциаций мы можем выделить прототипические черты сумасшедшего ученого и религиозного деятеля.

Мы считаем, что семантический анализ корпусных данных предоставляет верифицируемые данные, обладает научной объективностью и воспроизводимостью, что позволяет рассматривать его как перспективный метод лингвокогнитивных исследований.

Литература

1. Кибрик, А.Е. Лингвистическая реконструкция когнитивной структуры / А.Е. Кибрик // Вопросы языкознания. - 2008. - № 4. - С. 51-77.

2. Селин, С.В. Когнитивно-терминологический и структурно-семантический анализ концепта MADNESS в английской лингвокультуре / С. В. Селин // Научный вестник Воронежского гос. архитектурно-строит. ун-та. Сер. «Современные лингвистические и методико-дидакти-ческие исследования». - 2010. - № 2 (14). - С. 47-58.

3. Теория корпусной лингвистики // Корпусная лингвистика: [сайт]. [2008]. - URL: http://corpora.iling.spb.ru/

4. Davies, M. The British National Corpus, Corpus of Contemporary American English / M. Davies // COR-PUS.BYU.EDU Six online corporal 45 - 400 million words each. - 2008. - URL: http://view.byu.edu/

5. Geeraerts, D. Introducing Cognitive Linguistics / D. Geeraerts, H. Cuyckens // The Oxford Handbook of Cognitive Linguistics. - Oxford, 2007. - P. 3-21.

6. Gibbs, R. W. Jr. Why cognitive linguists should care more about empirical methods / R. W. Jr. Gibbs // Methods in Cognitive Linguistics. - Cornell, 2007. - P. 19-52.

УДК 811.161.1

В. И. Тармаева

АКСИОЛОГИЧЕСКИЕ ВОЗМОЖНОСТИ КОГНИТИВНОЙ ГАРМОНИИ В ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНОМ ДИСКУРСЕ

В статье анализируются аксиологические возможности когнитивной гармонии в повествовательном дискурсе.

Когнитивная гармония, повествовательный дискурс, шожное синтаксическое целое, когнитивный сценарий, репрезентация, дивинация.

The article is devoted to the analysis of axiological opportunities of TOgnitive harmony in narrative discourse. Cognitive harmony, narrative discourse, a complex syntactic unit, TOgnitive script, representation, divination.

Целью данной статьи является выявление аксиологических возможностей когнитивной гармонии в повествовательном дискурсе.

Когнитивная гармония впервые рассматривается как познание состояния равновесия событий, разворачивающихся в последовательной временной трихотомии и данных как цельное и безусловное переживание внутреннего Эго наблюдателя, опосредованное дивинацией. Становление когнитивной гармонии происходит как реализация предвосхищаемо-

го сознанием предварения-предощущения целого и его последующей экспликации. «Кульминация» когнитивной гармонии - акт дивинации, когда толкователь «целиком переносится» в автора текста, тем самым разрешая все непонятное и озадачивающее, что содержит в себе текст. Когнитивное понимание и становление когнитивной гармонии повествовательного дискурса всегда предопределено забегающим вперед движением предпонимания (= предсказания, дивинации).