"С вами будет говорить президент"

Часто ли журналистам приходится пользоваться вертушкой сегодня и для чего она им нужна? Это решила выяснить корреспондент "Власти" Ольга Татарченко.

       "Лет десять назад для того, чтобы снимать трубку вертушки, требовалось письменное разрешение начальства. Информация согласовывалась с тем, кто ее по вертушке дал, с начальством, а уж только потом уходила на выпуск",— рассказывает заместитель руководителя "ТАСС-Москва" Михаил Шевцов. Далеко не каждому сотруднику информационных агентств показывали не то что как правильно пользоваться аппаратом правительственной связи, но даже и место, где он находится.
       Теперь же доступ к правительственной связи открыт для многих корреспондентов редакций. Для сотрудников это иногда единственный способ добраться до высокопоставленных ньюсмейкеров, минуя секретарш.
       Впрочем, в последнее время к правительственной связи стали относиться настолько легкомысленно, утверждают собеседники "Власти", что на другом конце провода может оказаться та же самая ненавистная секретарша с ее вечным "будет только завтра".
       "Заместитель министра еще может взять трубку, а все, кто рангом повыше, к этим телефонам не подходят,— рассказывает шеф-редактор 'Литературной газеты' Лев Гущин.— Вот раньше действительно по вертушке можно было найти любого. Я познакомился с этой системой связи еще в 1977 году, когда работал в 'Комсомолке'. Там стояла 'тройчатка' — номера телефонов всех московских руководителей были трехзначными. Можно было позвонить, например, в управление общественного питания и задать злободневный вопрос: почему у нас нет молодежных кафе".
       "Теперь человека проще найти по мобильному телефону,— считает главный редактор 'Собеседника' Юрий Пилипенко.— У меня вертушка стоит еще с советских времен, но чем дальше, тем меньше мы ею пользуемся. Хотя несколько раз в месяц она выручает и меня, и редакторов".
       А вот и. о. главного редактора газеты "Правда" Валентине Никифоровой везет больше. Она утверждает, что звонит и дозванивается по вертушке насколько часто, что даже не может припомнить, кому звонила в последний раз. "О чем говорим? Да обо всем. Так же, как перо нужно журналисту, так нужна и быстрая связь. Вертушка — это деловое общение и не более того",— рассказывает Валентина Никифорова. Возможно, потому, что теперь журналисту не так уж нужно перо, а скорее компьютер, у рядовых корреспондентов "Правды" к вертушке доступа нет.
       Вещью повседневного пользования является аппарат правительственной связи для сотрудников ВГТРК. "Звонки по вертушке раздаются настолько часто, что к ним относятся так же, как к звонкам по обычному городскому телефону",— рассказывает помощник Владимира Позднякова, директора исполнительной дирекции ВГТРК.
       Но большая часть руководителей российских СМИ говорит, что звонки по вертушке беспокоят редко. Сотрудники информационных агентств утверждают, что если звонки "сверху" и раздаются, то чаще всего на выпуске новостей, и касаются они согласования предоставленной информации.
       "Никто ни с какими рекомендациями или сообщениями не звонит. Хотя иногда этого даже хочется",— признался заместитель главного редактора "Комсомольской правды" Владимир Мамонов.
       "Мне чаще всего звонят для того, чтобы выразить свое отношение о готовящемуся или вышедшему материалу,— рассказал главный редактор 'Собеседника'.— К примеру, не так давно у нас был материал о вице-премьере, и на первую полосу вынесли анонс: 'Валентина Матвиенко не хочет видеть своего сына'. Имелось в виду, что она отправила сына учиться за границу, чтобы никто не мог через сына 'надавить' на нее. Получилось, что мы немного передернули. Она обиделась. Звонили по вертушке и из Минпечати, и она сама. Вышла небольшая поясняющая заметочка. А иногда звонят и поблагодарить. Александр Яковлев, например, благодарил за одну публикацию". Юрий Пилипенко признался, что время от времени по вертушке звонят его друзья, чтобы разыграть. "Однажды я действительно поверил. Шла редколлегия, раздался звонок по вертушке, говорят: 'Сейчас с вами будет говорить президент'. Я сосредоточился, а коллеги начали хохотать, и тогда стало понятно, что это только розыгрыш".
       На самом деле Ельцин в "Собеседник" никогда сам не звонил. А вот с его пресс-секретарями главному редактору общаться приходилось регулярно, но, как правило, из-за публикаций о них самих. К примеру, с Ястржембским долго договаривались по поводу заголовка, который тому не понравился. Якушкин, напротив, был доволен статьей о себе, звонил выразить удовлетворение.
       Разобраться, кому вертушка положена по должности, а кому нет, становится, по мнению редакторов, все сложнее. К примеру, несколько дней назад заместитель главного редактора "Комсомольской правды" пытался связаться с помощником одного высокопоставленного лица. Позвонил в справочную правительственной связи — оказалось, что таким образом найти человека не удастся, хотя по его рангу вертушка ему наверняка положена. В то же время "некоторые до сих пор считают престижным так повыпендриваться — позвонить в редакцию по вертушке,— говорит заместитель главного редактора газеты 'Известия' Георгий Бовт.— В моем кабинете правительственная связь появилась только в 90-х. Аппарат остался в кабинете в наследство даже не от моего предшественника, а от человека, который сидел здесь еще раньше. Но мне по рангу было не положено его иметь, и аппарат сняли".
       Сейчас в "Известиях" вертушка есть только в кабинете главного редактора. Корреспондентов к ней не пускают. Поскольку, по мнению руководства, это может быть неправильно воспринято на другом конце провода. "Одно дело — у нас здесь, в редакции, демократия. Другое — там",— объяснил Георгий Бовт.
       Раньше сами редакторы относились к правительственной связи куда более серьезно. К примеру, Лев Гущин старался никогда не решать с коллегами серьезные вопросы по правительственной связи — верил, что все разговоры прослушиваются. Теперь же, утверждают респонденты, все чаще знакомые звонят по вертушке и приглашают "выпить после работы". Большую же часть времени аппараты просто молчат.
       "Рудимент какой-то,— сетует Гущин.— Молчит... Я готов отдать вертушку, только никто не берет".