Типология социокультурных характеристик универсальной языковой личности в межлингвистическом взаимодействии

и скоординировать соответствующий стиль руководства для достижения полноценного профессионального осуществления своих функций. По мнению ученых Великобритании, философская доктрина в политическом и этическом контексте должна утверждать идею социального согласия, служения полиции населению, ее лидерства при разрешении социальных проблем.

Примечания

1 Наукой, призванной изучать всё многообразие факторов, оказывающих влияние на должное осуществление сотрудниками полиции профессиональных функций, является полицейская деонтология, в основе которой (как и в основе деятельности полиции) лежит разработка и реализация современной философской доктрины данного социального института.

2 Villiers, P. Philosophy, Doctrine and Leadership: Some Core Beliefs / P. Villiers // Police Leadership in the Twenty-First Century. Philosophy, Doctrine and Developments / ed. by R. Adlam, P. Villiers. London : Waterside Press, 2003. P. 21.

3 Kleinig, J. The Ethics of Policing / J. Kleinig. Cambridge : Cambridge University Press, 1996.

4 Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка // Этика сотрудников правоохранительных органов : учеб. / под ред. Г В. Дубова. М., 2004. С. 478.

5 Richards, N. Strategic Depth: The Core Values of Policing / N. Richards // Police Leadership in the Twenty-First Century. Philosophy, Doctrine and Developments. P. 70.

6 The standards for policing meeting community expectation A. C. P. O. strategic policy document. Printed by the Receiver for the Metropolitan Police District New Scotland Yard. London, 1990. P. 1.

7 Richards, N. Op. cit. P. 69-70; The standards for policing meeting community expectation A. C. P. O. strategic policy document. P. 1.

8 The standards for policing meeting community expectation A. C. P. O. strategic policy document.

9 Ibid. P. 15.

10 Ibid. P. 12.

11 Richards, N. Op. cit.

12 Villiers, P. Philosophy, Doctrine and Leadership: Some Core Beliefs. P. 25.

13 Kleinig, J. Op. cit.

Н. Г. Попова

ТИПОЛОГИЯ СОЦИОКУЛЬТУРНЫХ ХАРАКТЕРИСТИК УНИВЕРСАЛЬНОЙ ЯЗЫКОВОЙ ЛИЧНОСТИ В МЕЖЛИНГВИСТИЧЕСКОМ ВЗАИМОДЕЙСТВИИ

Рассматривается универсальная языковая личность как субъект — носитель разных форм общения в межлингвистическом взаимодействии. Выделены уровни зрелости социокультурных характеристик универсальной языковой личности, представляющие собой типы субъекта в межлингвистическом взаимодействии. Поднимается проблема соотношения уровней зрелости и этапов формирования социокультурных характеристик в структуре универсальной языковой личности.

Ключевые слова: универсальная языковая личность, субъект, уровни развития, первичная языковая личность.

Глобальные процессы привели к тому, что общества становятся взаимозависимыми во всех аспектах, теперь ни одна страна не является «самодостаточным островом».

Взаимопроникновение в сфере культуры становится неизбежным, расширяя регион постоянного культурного взаимодействия, обмена и перевода феноменов одной культуры на язык другой, который У! Ганнерс назвал «экуменой» («еситепе»). Культурные потоки далеко не всегда симметричны, создавая опасность «глобальной гомогенизации», «сутурации» или «периферийной коррупции» культуры1. Подходы к решению проблем, возникающих в межкультурном взаимодействии, основаны либо на идее однолинейности (линеарности) развития всего человечества, т. е. единства критериев успешности жизнедеятельности государств, национальных общественных систем; либо на идее рядоположенности, параллельности цивилизованного развития, когда разные общества исповедуют, наряду с универсальными, свои цели, ценности, вытекающие из соответствующей социокультурной среды, утверждают самобытность. Универсализм и самобытность не исключают друг друга. Поиск оптимального баланса этих подходов, некоей точки в континууме между ними, требует тщательного анализа и осмысления межкультурных взаимодействий как на уровне общества в целом, так и на уровне межличностного общения.

Проблемам межкультурного взаимодействия в современной научной парадигме уделено немало внимания как в зарубежной (Э. Холл, Л. Самовар, Р. Портер, Р. Брислин, П. Экман, Г. Ховстеде, М. Беннет и др.), так и в отечественной традиции (А. П. Садохин, Т. Г. Грушевицкая, О. А. Леонтович, Т. Н. Персикова, С. Г. Тер-Минасова и др.). Хотя теория межкультурной коммуникации является молодой дисциплиной (1960-е гг.), некоторые аспекты изучены достаточно серьезно (например, процесс адаптации к новой культуре). Однако, на наш взгляд, контактам на неродном для обеих сторон коммуникации языке, языке-посреднике, не было уделено должного внимания. В силу исторических причин английский язык получил распространение в качестве языка международного общения, что объясняет актуальность изучения специфики межлингвистической коммуникации — особого вида социального взаимодействия носителей разных языков, пользующихся английским языком в процессе общей деятельности.

Любое взаимодействие, в том числе межлингвистическое, предполагает наличие неразрывной и взаимообусловливающей связи между субъектами деятельности (акторами межлингвистического взаимодействия), на которую влияют характеристики условий их жизнедеятельности, в том числе и ситуация, в которой происходит взаимодействие. Таким образом, результат межлингвистического взаимодействия есть продукт особого характера взаимодействия определенных характеристик личностей, участвующих во взаимодействии, обусловленный характеристиками этой ситуации.

Контекст взаимодействия (сама ситуация общения — обстановка, опосредованность, степень симметричности собеседников) более подвержен изменению и динамике под влиянием различных внешних и внутренних факторов. Например, два бизнесмена ведут деловую переписку на английском языке о поставке партии продуктов. Когда достигнута договоренность о цене, размере партии и способе поставки, государство стороны-импортера вводит ограничение на ввоз данного вида продукции. Внешний фактор (государственное регулирование импорта) вызвал изменение ситуации взаимодействия — партнеры активизируют свои действия, встречаются лично или обсуждают возникшую проблему по телефону.

Субъектом межлингвистического взаимодействия, его ключевой фигурой является человек. Роль человека во взаимодействии можно раскрыть, только рассматривая личность как целостную структуру социально значимых качеств, приобретенных индивидом в совместной с другими деятельности, в коммуникации, определяющих его индивидуальность. Можно выделить три группы структурных свойств личности: общечеловеческие

свойства (как биологические, так и психические — мышление, воля, память, эмоции и др.), которые являются предметом изучения медицины, философии, психологии и социальной психологии; индивидуально-неповторимые свойства (например, темперамент); социально-и культурно-специфические свойства (ценностные ориентации, социальные установки), именно последние представляют особый интерес для социологического анализа межлинг-вистического взаимодействия.

Социокультурные характеристики личности, такие как самосознание, самостоятельность, толерантность, ответственность и др., есть функции ценностного сознания личности, которые во многом определяют результат и задают вектор межлингвистического взаимодействия. Социокультурные характеристики личности значительно менее подвержены динамике по сравнению с изменчивостью ситуации, или контекста, взаимодействия. Следовательно, поведение человека, обусловленное его социокультурными характеристиками наряду с биологическими, психическими и индивидуально-неповторимыми свойствами, определяет ситуацию в большей степени, чем ситуация определяет поведение индивида. Социокультурные характеристики играют роль латентной детерминанты меж-лингвистического взаимодействия и раскрывают потенциальные возможности, свойства и тенденции поля межлингвистического взаимодействия.

В целях социокультурного анализа специфики межлингвистического взаимодействия рассмотрим структуру социокультурных характеристик личности и выявим модели поведения личности в процессе общения на неродном языке.

В качестве отправного момента обратимся к концепции языковой личности, понятие которой начал разрабатывать Г. И. Богин. Он создал модель языковой личности, в которой человек рассматривается в аспекте его «готовности производить речевые поступки», «создавать и принимать произведения речи»2. Таким образом, личность рассматривалась лишь с точки зрения возможности индивида отражать объективную реальность посредством языка.

В широкий научный обиход это понятие ввел Ю. Н. Караулов, который расширил понимание языковой личности как «совокупности способностей и характеристик человека, обусловливающих создание и восприятие им речевых произведений, которые различаются степенью структурно-языковой сложности, глубиной и точностью отражения действи-

^ 3

тельности, определенной целевой направленностью»3.

Языковая личность предполагает характеристики, связанные с выбором вербального кода коммуникации и, согласно Ю. Н. Караулову, реализуется на трех уровнях. Вербальносемантический уровень отражает степень владения обыденным языком. На лингво-когни-тивном уровне происходит актуализация и идентификация релевантных знаний и представлений, присущих социуму и создающих коллективное и индивидуальное когнитивное пространство. Этот уровень предполагает отражение языковой модели мира личности, ее тезауруса. Третий уровень — прагматический, на нем выявляется и дается характеристика мотивов и целей, движущих развитием языковой личности. Еще раз уточним определение языковой личности, сделав акцент на ценностном аспекте, который четко не выражен в формулировке Ю. Н. Караулова. По сути, языковая личность — это обобщенный образ носителя культурно-языковых и коммуникативно-деятельностных знаний, ценностей, установок и поведенческих реакций. Конкретных языковых личностей в данной культуре может быть множество, они отличаются вариациями значимости каждого уровня в составе личности.

В процессе овладения иностранным (в нашем случае, английским) языком характеристики языковой личности дополняются новыми аспектами, привносимыми культурой

изучаемого языка. Специалисты в области методики преподавания иностранного языка рассматривают в качестве цели образовательного процесса модель «вторичной языковой личности» как совокупность способностей человека к адекватному взаимодействию с представителями других культур4.

Однако, на наш взгляд, и концепция языковой личности, и концепция вторичной языковой личности, плодотворные для языкознания, лингвокультурологии и методики преподавания иностранных языков, не позволяют социологу в полной мере понять, каким образом и на каких уровнях в процессе межлингвистического взаимодействия партнеры по коммуникации реализуют свои цели и задачи. Во-первых, в процессе межлингвистического взаимодействия проводник, социальная ткань, соединяющая акторов,— язык, неродной для обеих сторон. Этот факт предполагает высокий уровень асимметрии во взаимодействии (разный уровень владения языком-посредником) и требует особых характеристик по меньшей мере одного из участников коммуникации, донести смысл действия до собеседника. Во-вторых, использование английского языка как проводника коммуникации накладывает свои ограничения, поскольку вносит концептуальные элементы смысла, присущие англоязычной культуре. Поэтому характеристики как языковой личности, так и вторичной языковой личности должны быть пересмотрены в контексте их значимости для процесса межлингвистической коммуникации и дополнены параметрами, выражающими способность человека к эффективному межлингвистическому общению.

В процессе межлингвистического взаимодействия субъект должен обладать характеристиками, которые предполагают не только владение иностранным языком на уровне, достаточным для осуществления эффективной межлингвистической коммуникации, но новое качество личности, ее способность «выйти за пределы собственной культуры и приобрести качества медиатора культур, не утрачивая собственной культурной идентичности»5. Здесь бы мы уточнили — способность выйти не только за рамки своей культуры, но и за рамки культуры английского языка как посредника коммуникации.

Следовательно, в идеальном варианте актором межлингвистического взаимодействия является такая личность, которая, сохраняя и уважая собственную культурно-специфическую ментальность, способна гибко реагировать на ситуации межлингвистического взаимодействия и достигать в процессе коммуникации обоюдно приемлемого уровня взаимопонимания как цели межлингвистического взаимодействия. Мы предлагаем назвать такой «идеальный» тип личности универсальной личностью. Универсальность личности, в нашем понимании, есть функция этапов развития личности, причем изучение иностранного языка и его использование в реальных ситуациях межлингвистического взаимодействия является инструментом личностного роста.

В реальных ситуациях межлингвистического взаимодействия универсальная личность реализует свой потенциал на разных уровнях, обусловленных степенью зрелости социокультурных характеристик личности. Тип личности, участвующий в межлингвистичес-ком взаимодействии, является важнейшей детерминантой, которая решающим образом определяет ход и результат межлингвистического взаимодействия. Условно обозначим эти этапы, или ступени развития социокультурных характеристик личности, как формальный, информационный и ценностный. Каждый уровень охарактеризуем согласно следующим аспектам — идеального (трансформация ценностного сознания), функционального (уровня лингвистической компетенции) и нормативного (умения использовать социальные стратегии для достижения желаемого результата коммуникации).

Формальный уровень универсальной личности, в аспекте уровня линвгистичес-кой компетенции, предполагает способность человека производить и интерпретировать

значимые высказывания, которые построены по нормам (правилам) иностранного языка, однако человек не всегда понимает значения высказываний, которые им обычно приписывает носитель языка. По сути, это уровень отражения. Человек использует иностранное слово, прямо присваивая ему значение из родного языка.

В нормативном аспекте, человек желает и умеет взаимодействовать с другими, способен использовать социальные стратегии, подходящие для достижения коммуникативных целей в родной культуре. Зачастую на этом уровне человек еще не умеет адаптировать свое поведение к стандартам иноязычной культуры и проецирует социальные нормы, принятые в родной культуре, на межлингвистическое общение. Много примеров подобного рода описывает, например, Сили ^ее1уе): «.. .когда француженка во время частного визита в Саудовскую Аравию взяла пищу левой рукой из общего блюда, ее саудовские друзья внезапно потеряли аппетит: левая рука считается нечистой в этой культуре»6.

Ценности собственной культуры, как правило, осознаются человеком при столкновении с другой (другими) культурами. Как образно выразился Э. Холл, «культура скрывает больше, чем она обнажает, и, сколько бы странным ни казалось такое положение, наиболее эффективно она скрывает это от своих собственных носителей. Конечная цель изучения культуры не столько в понимании иностранных культур, сколько в пролитии света на свою собственную»7. На формальном уровне развития универсальной личности человек, взаимодействуя с представителями другой культуры, зачастую неверно интерпретирует поведение «чужих» и, не достигая цели, начинает чувствовать расхождение в системах ценностей. На этом уровне серьезный барьер для коммуникации — этноцентрические представления, поскольку человек, как правило, ставит свою культуру выше других и воспринимает «чужих» в искаженном, чаще всего враждебном виде. Поэтому реакцией на ситуацию общения может быть отрицание культурных различий, стремление защитить свою позицию путем нивелирования ценностей партнера. М. Беннет, один из крупнейших специалистов по межкультурной коммуникации, исследовал стадии развития культурной чуткости — чувственного восприятия и толкования культурных различий. По его мнению, при осознании культурных различий человек переходит от этноцентризма к этноре-лятивизму посредством смены парадигмы — от абсолютизма к релятивизму. Готовность человека воспринимать, уважать и анализировать ценности партнера по общению (идеальный аспект универсальной личности) зависит прежде всего от степени осознания ценностей родной культуры, т. е. от уровня зрелости первичной языковой личности.

На формальном этапе при контакте с другой культурой человек, как правило, отрицает культурные различия. М. Беннет, анализируя проблемы освоения чужой культуры, отмечал, что стремление дистанцироваться может принимать две формы: изоляцию и се-парацию8. Обе формы могут быть реакцией неподготовленного человека на межлингвис-тический контакт, поскольку человек бессознательно предполагает, что другие люди разделяют общую с ним систему ценностей, однако при возникновении проблем пытается от них отстраниться. Яркий пример сепарации — «китайские», «русские», «итальянские» кварталы в разных странах.

При более длительных контактах человек начинает осознавать культурные различия и его реакцией является стремление защитить собственную систему ценностей. М. Беннет описывает две формы, которые может принимать защита собственной культурной идентичности: диффамация (клевета) и обратное развитие. Диффамация связана с негативной оценкой различий, выражающаяся в формировании негативных стереотипов (такие стереотипы обычно называют предрассудками). Примером предрассудка у многих западных европейцев является уверенность, что все русские девушки приезжают в Европу,

чтобы выйти замуж и остаться там жить. Обратное развитие есть реакция на осознание культурных различий, выражающаяся в разочаровании собственной культурой и признания превосходства другой. Этот тип реакции был чрезвычайно распространен в период крушения СССР, когда позиции российской культуры значительно пошатнулись в глазах ее носителей.

Таким образом, формальный уровень развития универсальной личности характеризуется высоким уровнем этноцентрических представлений. При достаточной зрелости первичной языковой личности, достижение формального уровня универсальной личности не представляет большого труда. Формального уровня, как правило, бывает достаточно на техническом уровне общения, связанном с незначительным проявлением эмоций. Примером может служить научная дискуссия на международном симпозиуме. Обсуждая проблемы пародонта, стоматологи всего мира «говорят на одном языке», но беседа об этике общения с пациентом выводит коммуникантов на другой уровень общения, и, следовательно, предъявляет более высокие требования к характеристикам его участников.

Информационный уровень универсальной личности, плюс к формальному, предполагает способность человека не только свободно производить и интерпретировать речевые высказывания на иностранном языке, но и быть осведомленным об отношениях между лингвистическими сигналами и их ситуативным или контекстуальном значением, свойственными для носителей данного языка. С точки зрения межлингвистической коммуникации человек на этом уровне осваивает культурный фон английского языка, языка — посредника в межлингвистическом взаимодействии. В лингвистическом аспекте личность приобретает характеристики вторичной языковой личности.

В плане выбора стратегии поведения для достижения цели коммуникации (нормативный аспект) на информационном уровне человек знает, как достигать поставленной цели. Это уровень «сознательной компетенции» (следующий уровень — «бессознательной компетенции»), мы думаем о нашем коммуникативном поведении и моделируем его с целью повышения его эффективности. Этап принятия культурного разнообразия мира предполагает развитие альтернативных коммуникативных умений и поведенческих моделей. Только раздвинув культурные рамки, люди могут общаться с позиций этнорелятивизма. Ключевым механизмом такого процесса являются эмпатические умения.

Информационный уровень универсальной личности в ценностном аспекте — это уровень проникновения в культуру языка-посредника. Это своего рода пилотная модель знакомства с другими культурами. Система ценностных ориентаций подвергается серьезной трансформации, что отражается на вербальном и невербальном поведении человека. Для обеспечения эффективности межлингвистической коммуникации человеку необходимо исходить из постулата различий между культурами, «множественной реальности». Для этого требуется смещение перспективы, переход от собственного видения мира к признанию равноправного существования опыта и мироощущения партнера по коммуникации.

«Проживание» (т. е. пропускание через себя) индивидом этапа принятия данности культурного разнообразия мира является необходимой предпосылкой перехода личности на следующий уровень — ценностный.

Ценностный уровень — это высший уровень развития универсальной личности, ее «идеальный тип». Человек использует английский язык как инструмент межлингвисти-ческой коммуникации, стремясь с его помощью проникнуть в смысловую (ценностную) сферу другой культуры, не экстраполируя при этом ценности свой культуры и ценности, выраженные языком-посредником, на эту культуру.

С точки зрения лингвистической компетенции человек строит речевые высказывания с учетом знаний о том, как ценности родной культуры могут отражаться в построении значимых высказываний на английском языке. Плюс к этому, человек стремится донести смысл, вкладываемый в высказывание, до собеседника с учетом его способности воспринять и правильно интерпретировать сообщение на неродном для него, английском языке. В некоторых случаях, например, приходится адаптировать произношение, максимально приближая его к звуковому ряду, используемому собеседником. Знать особенности всех культур невозможно, но, внимательно наблюдая и анализируя реакции партнера, выбор им речевых оборотов и т. д., универсальная личность стремится понять значение высказывания или поведения собеседника с точки зрения его культурных ценностей.

Ценностный уровень характеризуется согласованием разных систем культурных координат, преодолением внутреннего конфликта переоценки ценностей в своей и другой (других) культурах. Такой человек социально готов принять множество реальностей, способен к обдуманному выбору в отдельно взятой ситуации, а не просто действует по нормам собственной культуры или культуры языка-посредника. Если на информационном этапе (второй уровень) человек принимает культурное многообразие, относится к нему не просто терпимо (первый уровень), но с уважением и интересом, то на ценностном этапе актор взаимодействия анализирует и оценивает ситуацию, когда возможно несколько вариантов культурного поведения. Оценка контекста ситуации и сопутствующих факторов помогает человеку выбрать наиболее подходящую стратегию поведения.

На ценностном уровне в аспекте трансформации ценностных ориентаций личности целесообразно выделить два подуровня универсальной личности с позиций возможности их достижения обыденным или научным сознанием: контекстуальный и конструктивный.

Контекстуальный уровень универсальной языковой личности характеризуется меж-культурной чуткостью, возможной благодаря интеграции разных систем ценностных координат. Такого уровня способен достигнуть и непрофессионал (с обыденным сознанием).

Конструктивный уровень универсальной языковой личности — это идеал, стремление к которому сопряжено со стрессами и напряжениями, вызванными объективной необходимостью со-существования социальной группы с инокультурными социальными группами. Для осуществления ситуативной (контекстуальной) оценки необходим мета-анализ ситуации, на этом этапе неважно, представителем какой культуры и какого народа тебя считают другие. Среди отдельных индивидов лишь единицы способны достичь конструктивного уровня универсальной языковой личности, но именно эти единицы играют историческую роль звеньев, соединяющих индивидуальные культуры в общемировую, глобальную культуру. К таким великим личностям мы можем причислить, например, Махатму Ганди и Мартина Лютера Кинга.

Итак, формирование универсальной личности как субъекта межлингвистического взаимодействия есть непрерывный и бесконечный процесс развития социокультурных характеристик индивида, в котором условно можно выделить три этапа. Однако точкой отсчета, стартовым багажом для развития способности быть универсальным посредником между культурами является зрелость первичной языковой личности (в родном языке). Очевидно, что от человека, неспособного наладить взаимодействие внутри собственной культуры, вряд ли можно ожидать эффективного общения с представителями других культур, поэтому встает вопрос о соотношении понятий первичной, вторичной и универсальной языковой личности. На каком уровне развития первичной языковой личности целесообразно развивать характеристики, присущие универсальной? Возможно ли развивать параллельно первичную, вторичную и универсальную личности? Какие характеристики личности

играют первостепенную роль в межлингвистическом взаимодействии? Какой уровень развития универсальной личности должен рассматриваться как цель образовательного процесса? Решение этих вопросов, на наш взгляд, под силу лишь совместным исследованиям социологов, психологов, педагогов, культурологов. Понятие универсальной личности может служить концептуальной базой дальнейших эмпирических исследований.

Примечания

1 Hannerz, U. Notes on global ecumene / U. Hannerz. N. Y. : Public Culture, 1989. P. 9-36.

2 Богин, Г. И. Модель личности в ее отношении к разновидностям текстов : дис. ... д-ра филол. наук / Г. И. Богин. Л., 1984. С. 25.

3 Караулов, Ю. Н. Русский язык и языковая личность / Ю. Н. Караулов. М., 1987. С. 3.

4 См.: Гальскова, Н. Д. Современная методика обучения иностранным языкам / Н. Д. Гальскова. М. : АРКТИ-ГЛОССА, 2000. 165 с.

5 Елизарова, Г. В. Культура и обучение иностранным языкам / Г. В. Елизарова. СПб. : КАРО, 2005. С. 236.

6 Seeley & Seeley. Culture Clash: Managing in a Multi-Cultural World. Lincolnwood, JL, NTC., 1995. P. 213.

7 Hall, E. The power of hidden dimentions / E. Hall // Basic concepts of intercultural communication / ed. by M. Bennet M. Intercultural Press Inc., 1998. P. 59.

8 Basic concepts of intercultural communication. Selected Readings. Intercultural Press Inc., 1998. 272 p.

Ю. А. Никитина

ПРОЦЕССЫ СОЦИАЛЬНОЙ ДИНАМИКИ И РОЛЬ СИНЕРГЕТИЧЕСКОГО ПОДХОДА В ИХ РЕГУЛИРОВАНИИ

Рассматриваются возможности и перспективы обращения к синергетической методологии для исследования глобальных процессов социальной динамики.

Ключевые слова: социальная динамика, регулирование, синергетический подход.

Происходящие качественные изменения в природе и обществе в настоящее время приобрели уже необратимый характер. В этих условиях, перед лицом глобального кризиса мировой системы, формирование синергетического мировидения приобретает особое значение. В естествознании синергетика (или нелинейная термодинамика) занимается изучением явлений самопроизвольного упорядочения в открытых физических и химических системах, находящихся в далеких от теплового равновесия состояниях. Исследуемые здесь явления упорядочения относительно просты, что и позволяет изучать их на строгой математической основе. Это обстоятельство обязывает к сдержанности в отношении далеко идущих философских обобщений полученных в таких исследованиях результатов, что не всегда имеет место.

В широком понимании предметом синергетики полагают явления самоорганизации в системах любой природы. Тем самым понятию «синергетика» придается статус общенаучной методологии, которую уместно обозначить как «синергетический подход», по сути, представляющий собой распространение системного подхода на развивающиеся системы. Выделим наиболее важные, на наш взгляд, положения современной синергетики, которые