Прилагательные, характеризующие человека: этимология и семантика

УДК 81'37; 811.1/.8

С. Д. Егинова

ПРИЛАГАТЕЛЬНЫЕ, ХАРАКТЕРИЗУЮЩИЕ ЧЕЛОВЕКА: ЭТИМОЛОГИЯ И СЕМАНТИКА

Автор статьи предпринимает попытку комплексного исследования проблемы семантического развития архаичных корней прилагательных якутского языка, описывающих характер человека. Автор занимается расследованиями и реконструкцией семантического развития слов на основе этимологических исследований современных тюркских и монгольских языков, литературных и диалектных словарей современного якутского языка. На основе анализа этимолого-семантических особенностей прилагательных, описывающих характер человека, автор полагает, что происхождение и развитие архаичных прилагательных якутского языка указывает на тюркское происхождение.

Ключевые слова: прилагательные, тюркские и монгольские языки, семантика, этимология, синонимы, эмпирийные и рациональные признаки, моральные качества.

На современном этапе развития компаративной лингвистики исследования тюркологов, монголистов, тунгусо-маньчжуроведов, алтаистов отмечены углубленным интересом к вопросам лексической семантики, изучению смысловой структуры многозначных слов, разработке словарного состава языка по тематическим группам и семантическим полям, выяснению изменений значений слов на фактическом материале. Как известно, семантическое развитие слова зависит от истории, этимологических разработок слова. Этимологический анализ позволяет раскрыть сложную природу семантической эволюции слова.

В данной статье тесно переплетаются такие актуальные для современной отечественной компаративистики проблемы, как когнитивный, антропоцентрический подход к изучению языка, комплексное исследование семантических изменений в пределах семантической структуры слова, освоение значений заимствованных слов.

Общеизвестно, что по семантическим признакам слова, обозначающие особенности характера, психологического склада входят в одну лек-сико-семантическую группу качественных прилагательных. По материалам «Якутско-русского словаря» под редакцией П.А. Слепцова нами зафиксировано 154 прилагательных, выражающих черты характера человека [Якутско-русский словарь 1972]. Мы руководствовались принципом отбора тех прилагательных, которые имеют инвариантный семантический признак 'черты характера', а также употребляющиеся преимущественно со словом майгы 'характер'. Данные прилагательные представляют собой часть обширного и весьма сложного по своей структуре семантического поля психической сферы человека. Так, в

якутском языке прилагательные, сочетающиеся со словом характер, могут выражать моральное качество человека, если они означают нравственную черту человека, начинены оценочным характером.

В когнитивной лингвистике, а также в ан-трополингвистике одной из методологических основ является когнитивный, антропоцентрический подход к описанию языковой картины человека. В существующих лексико-тематических классификациях в лексико-тематической группе «Человек» выделяется подгруппа «Внутренний мир человека, эмоциональные свойства, психические свойства (темперамент, характер и т.д.)». В связи с тем, что имена прилагательные, выражающие черты характера человека, по своим лек-сико-семантическим особенностям относятся к данной подгруппе, наше усилие прежде всего направлено на раскрытие семантического диапазона двух прилагательных якутского языка, выражающих дерзость, грубость, выступающих в качестве ориентира, в котором могут быть сконцентрированы отдельные семантические особенности, характерные для всей подгруппы в целом, и тем самым наметить в рассматриваемых основах определенные модели развития их семантики как в отдельно взятых лексемах, так и в лексико-темати-ческой подгруппе в целом.

Нужно отметить, что в лексико-семан-тических, этимологических особенностях анализируемых прилагательных, обозначающих черты характера человека «запечатлены» нравственные, моральные ценности народа, отношение к внешнему и внутреннему проявлению определенных эмоциональных состояний, к возможностям психики, к личностным свойствам человека. Данные

прилагательные, как референты обозначаемого, отражают «языковую картину мира», несут в себе уникальную информацию по когнитивной, этимологической памяти. Воссоздание системы языковых концептов «дерзкий», «грубый» взаимосвязано с рассмотрением семантики, этимологии прилагательных бардам 'дерзкий' и хадьар 'грубый' в диасинхроническом (комплексном) аспекте.

Изучение семантической структуры данной группы прилагательных осуществляется впервые на материале якутского языка, поэтому на начальном этапе источником для исследования служат лексикографические издания тюркских, в том числе якутского, монгольских, древнетюркских языков и материал современного якутского языка, представленный в произведениях фольклора и художественной литературы.

Среди заимствованных из монгольских языков корневых прилагательных, обозначающих личностные свойства, выделяется архаичный пласт монголизмов, в состав которых входят прилагательные бардам 'дерзкий'; хадьар 'грубый'; содур 'распутный'; албын 'хитрый', обозначающие отрицательные качества, а также уйан 'чувствительный, мягкий', обозначающее положительные качества человека. Данные прилагательные имеют параллели не только в якутском языке, но и в других тюркских языках. Целью этого исследования является диасинхроническое (комплексное) исследование семантики якутских прилагательных бардам 'дерзкий' и хадьар 'грубый', обозначающих отрицательные качества характера человека.

БАРДАМ

По мнению исследователей, як. бардам является заимствованием из монгольских языков, т.к. имеет соответствия в письменно-монгольском, монгольском, бурятском, калмыцком языках [Калужинский 1961: 41; Рясянен 1969: 63; Дерфер 1963: 208]. В монгольских языках бардам употребляется в значении 'гордый, хвастливый'. Как предполагает Г. Дерфер, монгольское слово бардам могло образоваться от монгольской основы барда 'хвастаться'. Так, Дерфер приводит аналогичные глагольные формы бардо 'быть уверенным /в своих выступлениях и т.п./, энергично выступать' из калмыцкого и бардах 'чваниться, кичиться, гордиться, хвастаться, бахвалиться' из монгольского языков. Однако, как отмечает Г. Дерфер, в некоторых случаях вышеприведенная этимология слова бардам оказывается сомнительной. По мнению Г. Дерфера, из монгольских языков были заимствованы также и лексические параллели бардам 'чванливый, кичливый' из ту-

винского, бардаслы 'человек щедрый, с большим размахом, широкая натура' из каракалпакского, бардам 'много'; барда 'степень силы, власть' из киргизского, бардам 'бодрый' из узбекского языков. Параллели из таджикского языка бардам 'здоровый, свежий, бодрый' Г. Дерфер выводит из монгольской основы бардам [Дерфер 1963: 208].

Все зафиксированные Г. Дерфером формы можно по семантическим показателям разделить на четыре группы:

лексические параллели бардам 'гордый, хвастливый' из письменно-монгольского, монгольского, бурятского; бардьм 'гордый, хвастливый' из калмыцкого языков;

лексические параллели бардам 'дерзкий' из якутского; бардам 'чванливый, кичливый; дерзкий' из тувинского языков;

лексические параллели бардам 'много' из киргизского и казахского; бардаслы 'человек щедрый, с большим размахом'; 'широкая натура' из каракалпакского языков;

лексические параллели бардам 'бодрый' из узбекского языка.

Отсюда видно, что основное значение меж-тюркско-монгольской основы бардам заключается в понятии о чем-то большом, крупном, значительном по объему, силе, степени проявления. Так, в лексике современного якутского языка бардам обозначает не только личностные свойства, но и понятие 'обладающий чем-либо в избытке'. Семантическое наполнение данного понятия зависит от того, с какими словами бардам вступает в лексико-семантические связи. При употреблении бардам со словом щиирдээх данное прилагательное выражает понятие 'обладаю-щий силой в избытке'. Например: Ол да иhин маннык бэйэлээх баламат куустээх, бардам ициирдээх баара^ай массы-на багдаччы тиэйэн... ба^ггыраччы тардан иhэр [Якутские народные песни 1975: 50].

'Вот почему, такая хорошая, с дерзкой силой, с сильными сухожилиями, громадная машина, полно нагрузившись, несется, издавая громкие, частые звуки'.

При сочетании бардам со словом баай прилагательное обозначает понятие 'обладающий богатством в избытке'. Например:

...бардам баайгар ба^арбаппын баара гы-ныа диэн барабын [Софронов 1959: 306]

'. . . не желаю твоего огромного богатства, выхожу /замуж/ с желанием быть тебе парой

Бардам в значении 'много, в избытке' употребляется в качестве наречия меры, степени. Например:

Кини туу сыстыбатах ньомо^ор сирэйигэр барыта бардам, барыта томороон... [Мординов 1967: 258].

'На его продолговатом лице, на котором не было ни пушка, было все крупно, грубо'.

Слово бардам, употребляясь в функции наречия, может выражать также и значение 'очень, излишне'. Например:

Барылыыр автомобиль бардам кYYCкэ тир-бийдэ [Новиков 1977: 84].

'Рокочущий автомобиль очень сильно дребезжал '.

Итак, можно отметить, что в лексико-семантический состав слова бардам входит понятие 'много; обладающий чем-либо в наибольшей степени /по объему, силе, богатству и т.п./'. Следовательно, в восточно- и западно-кыпчакских параллелях к якутской основе бардам сохранено наиболее древнее значение бардам 'много'. В данном случае, исконным значением якутской основы бардам является 'много', обозначающее совокупный размер предмета, который воспринимается зрительно. Далее возникло значение 'обладающий чем-либо в наибольшей степени /по объему, силе и т.п./'. В словарях якутского языка прилагательное бардам зафиксировано лишь в позднем, переносном значении 'дерзкий, наглый, безрассудно своевольный, самоуправный' [Пекарский 1959: 377; Якутско-русский словарь 1972: 64]. Данное значение возникло на основе метафорического переноса значения 'обладающий чем-либо в наибольшей степени /по объему, силе, богатству и т.п./'. По утверждению В.И. Лиханова, субъект, обладающий данной чертой, отличается тем, что он, благодаря преимуществу в социальном положении, привык обращаться с другими с пренебрежением, свысока [Лиханов 1990: 88]. Например:

Бардам в значении 'дерзкий, наглый' отражает духовный, психический мир человека. Данное значение вторично, т.к. характеризуется высокой степенью абстрактности. Процесс семантического развития якутского прилагательного бардам показывает, что данная основа возможно, тюркского происхождения, т.к. наиболее древние значения бардам сохранились в кыпчакской группе тюркских языков. Можно предположить, что лексические параллели бардам 'много' из киргизского и казахского; бардаслы 'человек щедрый, с большим размахом'; 'широкая натура' из каракалпакского языков семантически восходят к древнетюркскому корню Ьаг 1) 'есть, имеется'; 2) 'находящийся налицо, наличный' [Древнетюрк-ский словарь 1969: 83]. В монгольских языках

выявлены вторичные, абстрагированные значения бардам, исходные значения не отмечены.

ХАДЬАР

По мнению С. Калужинского, якутское прилагательное хадьар 'ослушник, склонный грубо противоречить' является заимствованием из монгольских языков. Так, якутская основа хадьар сопоставляется им с основами хажар / <хажыр/ 'придирчивый, грубо' из монгольского и бурятского языков, хаджр санаатее 'с неверными, нечестными мыслями' из калмыцкого языков [Ка-лужинский 1981: 29].

Г.В. Попов якутское прилагательное хадьар 'ослушник; склонный к грубому противоречию, постоянные взаимные придирки (упреки)' сопоставляет с ногайским кажар 'упорный, настойчивый; сквернослов, матерщинник'. Прилагательное хадьар, зафиксированный академиком В.В. Радловым в качестве основы неизвестного происхождения, отнесен Поповым Г.В. к числу тех слов с тюркской этимологией, иноязычные лексические параллели которых выяснены им [Попов 1986: 131].

Итак, имеются расхождения по вопросу происхождения якутской основы хадьар. Нужно отметить, что вышеприведенные параллели к якутскому прилагательному хадьар недостаточны, т.к. данные параллели, употребляясь в производных, переносных значениях, обозначающих личностные свойства, являются поздними образованиями.

В словарном составе якутского языка хадьар зафиксировано также только в производном значении 'ослушник, склонный грубо противоречить', 'склонный к грубому препирательству' [Пекарский 1959: 3229; Якутско-русский словарь 1972: 473]. Следовательно, нужно выявить исконное значение якутского прилагательного хадьар.

Итак, на наш взгляд, исконное значение якутского прилагательного хадьар сохранено в производной основе от хадьар /<хадьарый, хадьырый/. Так, глагольная основа хадьарый употребляется в разговорной речи в значении 'сворачивать, обходить, сторониться, избегать'. Например:

Дьол берете хадьарыйбыт [Сивцев 1979:

158].

'Великое счастье его обошло'.

Yйэлээх саас тухары хадьаарыйар буолаайа^ын! [Пекарский 1959: 3229].

'Никогда не сторонись от нас!' /Из заклинания/.

Данная глагольная основа может употребляться и в форме хадьайар с такими же значениями. Например:

Бу ат вру^ хадьайар идэлээх [Сивцев 1979:

158].

'Этот конь имеет привычку сворачивать, отклоняться в сторону'

В якутском языке хадьайар возникло от хадьай 'отклоняться в сторону, отклоняться от прямого направления', имеющего и вариант хаадьай /хадьай! 'расшатываться вширь /о нартах и др./' [Пекарский 1959: 3229; Якутско-русский словарь 1972: 473]. Э.К.Пекарский якутскую основу хадьай сравнивает с тюркскими казай 'гнуться', монгольскими хазайи 'скривиться, согнуться' [Пекарский 1959: 3229].

Таким образом, в семантическом составе якутского прилагательного хадьар должны быть такие компоненты, как 'отклоняющийся от прямого пути', 'делающий что-либо не так, как следовало бы делать, поступающий наперекор', т.к. данное слово образовано от хадьай с соответствующим значением при помощи аффикса -р.

Как было отмечено, в лексике современного якутского языка хадьар функционирует в значении 'склонный грубо противоречить, склонный к грубому препирательству'.

Значения якутского прилагательного хадь-ар, таким образом, восходят к тюрко-монгольской глагольной основе хаадьай 'расшатываться вширь /о нартах и др./', 'сворачивать, обходить, сторониться, избегать', которое сохранено в якутской основе хадьарый.

Видимо, слово хадьар первоначально обозначало качество, нрав животных. Об этом свидетельствуют лексические параллели качар 'поднимать кверху; закидывать назад /голову/, выпячивать вперед /грудь/' из чувашского языка; ка-жагай 'лошадь, задирающая голову /при натягивании поводьев/ и не желающая идти' из киргизского языка [Севортян 1962: 407; Киргизско-русский словарь 1965: 313], да и вышеприведенные данные якутского языка. При абстрагизации слово хадьар стало выражать свойства и качества характера человека, причем отрицательные. Люди с такими качествами делают все наперекор, любят возражать, перечить, вступают в пререкания по малейшему поводу, имеют несговорчивый, упрямый, непослушный характер.

В составе анализированных в лексическом и морфологическом аспектах основ из слов обще-тюрко-монгольской лексики обнаруживается много древних лексических параллелей к якутскому прилагательному хадьар: qаcíл 'раздор, распря; паника'; qаcíл 1) 'разбегаться'; 2) 'избегать друг друга; сторониться, чуждаться' из древне-тюркского; хажих 'свернуть в сторону' из кал-

мыцкого, хажар 1) 'придирчивый; вредный; злой'; хазагайрха 1) 'искривляться, отклоняться'; 2) пе-рен. 'искажаться, извращаться' из бурятского языков [Древнетюркский словарь 1969: 401; Русско-калмыцкий словарь 1963: 268; Черемисов 1973: 531, 533]. В бурятском языке, кроме вышеназванных соответствий, имеется глагольная основа га-жарха (в прямом значении 'кривиться'), образованное при помощи аффикса -р от непроизводной, морфологически неизменяемой образной основы гажа 'кривиться' которое употребляется в переносном значении 'унывать' [Дондуков 1964: 193]. Таким образом, накопленный нами сравнительный и лексический материал позволяет возводить якутское прилагательное хадьар 'склонный грубо противоречить, склонный к грубому препирательству' к синкретичному общетюркскому корню qаc- / qал-/ 'убегать, бежать'; 'избегать, удаляться'; 'сторониться'. Е.З. Кажибеков к данной реликтовой основе приводит соответствующие лексические параллели из казахского, уйгурского, азербайджанского языков [Кажибеков 1985: 167]. Как видно, в древних производных основах сохранились этимологические корневые гласные (-а-), а корневой согласный древний интервокальный -дь- , видимо, восходит к -й- , т.к. якутская основа хадьар 'склонный грубо противоречить, склонный к грубому препирательству' фонетически и семантически соответствует к древнетюркскому корню qай '1) 'поворачиваться, оборачиваться'; 2) 'обращать внимание'; 3) 'обращаться к чему-либо, склоняться' [Древнетюркский словарь 1969: 406]. Э.В. Севортян, приводя параллели из киргизского, турецкого языков, утверждает, что более древним значением глагола qай 'гнуться', 'склоняться назад', 'коробиться' и др. является значение 'гнуться', 'сгибаться назад' [Древнетюркский словарь 1969; Севортян 1966: 12]. Итак, якутское прилагательное хадьар 'склонный грубо противоречить, склонный к грубому препирательству', по всей вероятности, образовано от древнего причастия на -р (-ар), которое сохранилось, по утверждению исследователей, только в якутском языке (как закономерное причастие настоящего времени). Данное причастие, выражающее динамические свойства и качества предмета, восходит к отглагольным прилагательным [Севортян 1966: 344; Гаджиева, Серебренников 1986: 150].

В результате комплексного, т.е. диасинхро-нического изучения проблемы и разработки специфики семантического развития корневых заимствованных прилагательных якутского языка, обозначающих личностные свойства, можно констатировать, что характерной особенностью дан-

ных прилагательных является то, что они в своих исконных, прямых значениях относятся к иным лексико-семантическим группам прилагательных. Следовательно, анализируемые имена прилагательные якутского языка, репрезентирующие отрицательные черты характера человека, в частности, грубость, дерзость, первоначально обозначали свойства физических предметов (бардам), совершение физических действий человека (хадьар). Так, прилагательное бардам 'дерзкий' в своем исконном значении употребляется в значении 'много', обозначающее совокупный размер предмета, который воспринимается зрительно, а исконное значение производного прилагательного хадьар 'грубый' (<хадьай) сохранено в значениях корневой глагольной основы якутского языка хадьай 'расшатываться вширь /о нартах и др./'; 'сворачивать, обходить, сторониться, избегать'; 'отклоняющийся от прямого пути'. Следовательно, производные значения данных прилагательных возникли на основе эмпирийных признаков, в частности, визуальных признаков. Итак, по значению качественное прилагательное якутского языка бардам 'дерзкий' можно отнести к прилагательным, образованным от прилагательных, обозначающих вес, размер. Прилагательное хадьар 'грубый' образовано от глагольной основы хадьай 'сворачивать, обходить, сторониться, избегать', по лексическим значениям примыкающей к глаголам движения. Как было выше отмечено, возможно, первоначально прилагательное хадьар функционировало при обозначении качества, определении нрава животных. Со временем слова, обладающие первичными, физическими значениями, начинают употребляться для выражения черт характера.

Итак, в словарях якутского языка прилагательные бардам 'дерзкий' и хадьар 'грубый', также и прототипы этих прилагательных в монгольских языках зафиксированы лишь в поздних, произ-водно-переносных значениях.

При рассмотрении функциональных возможностей прилагательных в лексико-семанти-ческой системе якутского языка с учетом их устаревших и исчезнувших значений, выявляется, что в семантическом составе данных прилагательных сохранились только вторичные, производно-прямые значения, исчезнувшие основные значения обнаружены в корневых и производных формах от данного слова.

Таким образом, углубленное изучение данных основ на корневом уровне могло бы пролить свет на этимолого-семантические особенности слов, на характер тюрко-монгольских отношений. В данное время можно лишь предположить о

тюркском характере возникновения и развития данных архаичных прилагательных якутского языка, обозначающих отрицательные качества человека.

В заключении нужно отметить, что можно предположить следующее развитие семантики якутского прилагательного бардам: первичным значением было 'много' с дальнейшим развитием 'обладающий чем-либо в наибольшей степени /по объему, силе и т.п./' далее 'дерзкий, наглый, безрассудно своевольный, самоуправный'. Так, из семантики прилагательного бардам видно, что дерзость, наглость в большинстве случаев ассоциируются с богатством, с обеспеченностью, т.к. данное качество больше характерно для материально обеспеченных людей. По семантическому развитию прилагательного якутского языка хадь-ар можно также выдвинуть предположение следующего характера: исконным, семантически «прощупываемым» значением, по всей вероятности, было 'отклоняющийся от прямого пути', 'делающий что-либо не так, как следовало бы делать, поступающий наперекор' с дальнейшим развитием 'склонный грубо противоречить, склонный к грубому препирательству'. Семантика грубости характера у прилагательного хадьар возникло на основе сходства с качеством, нравом животных. Лошадь, если не желает идти, задирает голову /при натягивании поводьев/, так и человек с таким качеством делает все не так, сопротивляется, не прислушивается к словам старших, умудренных жизненным опытом людей, вмешивается в разговор, чтобы противоречить. Как известно, грубость как свойство характера связано с невоспитанностью, с неустойчивостью характера, с отсутствием критичности в оценке своих достоинств и недостатков. Неустойчивость в данном случае ассоциируется с повадками лошади, с физическим действием. По мнению психиатров, грубость, дерзость, упрямство или другие проявления невротических расстройств относятся к патологическим (болезненным) чертам характера. В семантических особенностях якутских прилагательных, характеризующих качества человека, запечатлено отношение народа к формированию особенностей характера. Поэтому этнокультурные, этнопедагогические, национально специфические особенности в воспитании детей, молодежи непосредственно связаны с языком, с уважением к языку, с почитанием древних обычаев, обрядов, связанных с языком. Из материалов этно-педагогики, фольклора народа Саха видно, что корни национальной особенности уходят вглубь веков и для уяснения национального восприятия

языковой картины мира, особенностей национального характера результаты сравнительно-исторического изучения лексико-семантических групп качественных прилагательных могут содействовать разработке данной проблемы. Так, во фразеологизмах якутского языка зафиксированы единицы yhyH санаалаах 'спокойный, отличающийся уравновешенным характером', киэц кв^устээх 'спокойный, невозмутимый; терпеливый, великодушный; широкой натуры (человек)', в которых представлена характеристика мужественного человека, обладающего выдержкой, силой воли, сдерживающего свои эмоции, внутренние переживания, мысли. Изучение национального своеобразия мировосприятия, мироощущения, чувственного восприятия, моральных ценностей любого народа в сопоставлении с диасинхрониче-ским исследованием их качественных прилагательных позволяет проследить эволюцию языковой картины мира, когнитивной и этимологической памяти слов.

Список литературы

Гаджиева Н.З., Серебренников Б. А. Сравнительно-историческая грамматика тюркских языков. Синтаксис. М.: Наука, 1986.

Дондуков У-Ж.Ш. Аффиксальное словообразование частей речи в бурятском языке. Улан-Удэ: Бурятское кн. изд-во, 1964.

Древнетюркский словарь. Л.: Наука, 1969.

Кажибеков Е.З. Глагольно-именная корреляция гомогенных корней в тюркских языках: (явление синкретизма). Алма-Ата: Наука, 1985.

Калужинский Ст. Этимологические исследования по якутскому языку: Двусложные основы (V). Rocznik Orientalistyczny. T. XLII. Z. 1, 1981. C. 27-39.

Киргизско-русский словарь / сост. К.К. Юда-хин. М., 1965.

Лиханов В.И. Эмоционально-оценочные и экспрессивные прилагательные в якутском языке /

Якутский язык: семантика, фразеология // Сб. науч. тр. Якутск: ЯНЦ СО АН СССР, 1990. С. 80-99.

Мординов Н.Е. Избранные произведения: в 3 т. Т. 1. Повести. Якутск: Кн. изд-во, 1967. (На якутском языке).

Новиков В.М. Избр. соч.: в 2 т. Т. 1. Стихи, поэмы. Якутск: Кн. изд-во, 1977. (На якутском языке).

Пекарский Э.К. Словарь якутского языка: в 3 т. 2 изд., фотомеханич. М., 1959.

Попов Г.В. Слова «неизвестного происхождения» якутского языка. Якутск: Кн. изд-во, 1986.

Rdsdnen M. Versuch eines etymologischen W^terbuchs der Turksprachen. Helsinki: Lexica so-sietatis fenno - ungrical, 1969.

Русско-калмыцкий словарь / сост. Б.Б. Ба-сангов. Элиста: Калмыцкое гос. изд-во, 1963.

Севортян Э.В. Аффиксы глаголообразова-ния в азербайджанском языке. М.: Изд-во вост. лит., 1962.

Севортян Э.В. Аффиксы именного словообразования в азербайджанском языке. М.: Изд-во вост. лит, 1966.

Сивцев Г.Ф. Сахалыы кылгас тылдьыт (Краткий словарь якутского языка). Якутск: Кн. изд-во, 1979.

Софронов А. Избранное. Якутск: Кн. изд-во, 1959. (На якутском языке).

Черемисов К.М. Бурятско-русский словарь. М.: СЭ, 1973.

Якутские народные песни. Якутск: Кн. изд-во, 1975. (На якутском языке).

Якутско-русский словарь / под ред. П.А. Слепцова. М.: СЭ, 1972.

Doerfer G. Türkische und Mongolische Elemente im Neupersischen. Wiesbaden: Otto Harrossowitz. Bd. 1. 1963.

Kaluzynski St. Mongolische Elemente im der jakutischen Sprache. Warszawa: Panstwowe wydaw-nistwo, 1961.

S.D. Eginova

ADJECTIVES, DESCRIBING A MAN: ETYMOLOGY AND SEMANTICS

The author of the article undertakes the attempt of complex investigation of the problem of semantic development of archaic roots of adjectives in the Yakut language, describing character of a man.

The author investigated and reconsructed the semantic evolution of the words on the base of etimological researches of contemporary Turkish and Mongolian languages and literary and dialectal vocabulary of contemporary Yakut language.

Taking into consideration the etimological-semantic features of the adjectives, describing character of a man the author believes that appearence and development of the archaic adjectives of Yakut language have a Turkish origin.

Key words: adjectives, the Mongolian languages, semantics, etymology, synonyms, empirical and rational signs, moral qualities.