Банковская явь

Швейцария согласилась раскрыть перед США счета американских налогоплательщиков. В мире идет настоящая война против банковской тайны. Обозреватель "Власти" Сергей Минаев задумался о том, почему финансовая глобализация для банков оказалась важнее тайны вкладов.

"Если вы видите, что швейцарский банкир вдруг прыгает в окно, смело прыгайте за ним. Он всегда делает только то, что приносит деньги",— гласит старая американская шутка. Даже американцы всегда удивлялись патологической любви швейцарцев к деньгам. Удивление американцев вызывала и любовь швейцарцев к банковской тайне. Как пишет американский исследователь Чарльз Адамс, "банковская тайна — это старая традиция законодательства германских народов": "Эта традиция поддерживалась во всех странах веками. Но в 1930-е годы именно Швейцария внесла в законодательство суровые наказания за нарушение банковской тайны, чтобы немецкие нацисты не знали, где и сколько денег лежит. А после войны она осталась едва ли не единственной страной, где сохранялась такая тайна. США и другие страны начали критиковать Швейцарию за это, мол, война кончилась, теперь банковская тайна покрывает преступников и раздражает весь мир".

На самом деле любовь к деньгам и банковская тайна — вещи взаимосвязанные. Швейцарские банкиры и их клиенты сохраняли деньги в тайне от того, кто имел наибольшую возможность на них посягнуть,— от собственного государства. По словам швейцарского исследователя Вильгельма Репке, "банковская тайна — это важнейший элемент той стены, которая защищает человека и его свободу от алчного господства государства. Меня пугает то, что кто-то этого не понимает".

Особенно банкирам нравилось, что сохранение банковской тайны само по себе приносит хорошие деньги. В ХХ веке все держали средства именно в швейцарских банках. Во время Второй мировой войны туда помещали средства не только люди, спасающиеся от нацистов, но и сами нацисты, да и союзники, которые вели с ними войну. Как замечает тот же Чарльз Адамс, "ясно, что швейцарская банковская тайна предназначена для самих швейцарцев. Но и любой иностранец может от нее выиграть. Швейцария дает свою тайну любому, кто пользуется ее банками".

Надо заметить, что швейцарская банковская тайна неразрывно связана со специфическим отношением швейцарцев к налогам. По традиции уклонение от налогов там не считается преступлением, а решение о любом повышении налогов принимается на референдуме. США еще в 1990 году вели переговоры со Швейцарией о том, чтобы ее банки передавали на постоянной основе информацию американским налоговым органам. Но Швейцария отказалась.

В самих США существует закон о банковской тайне, принятый еще в 1970 году. В соответствии с ним банки обязаны сохранять записи об операциях своих клиентов и представлять эти записи властям. Поддержавший этот закон судья Верховного суда Уильям Ренквист назвал его полезным для расследования преступлений, в том числе налоговых. А другой судья, Уильям Дуглас, в ответ заметил: "Еще более полезным для шпионажа со стороны правительства было бы получать информацию из всех аптек и супермаркетов. Обязательная запись всех телефонных разговоров была бы несравнимо более полезна, чем учет всех чековых операций, которого требует закон о банковской тайне, если уж Большой Брат пошел по этому пути".

К 1980-м годам в США налоговые схемы с использованием банковской тайны в офшорных банках приобрели такие масштабы, что высокопоставленный сотрудник американской налоговой службы публично заявил: "Миллионы и миллионы налоговых денег налогоплательщики вполне легально экономят, используя Каймановы острова и другие офшоры. Вообще-то я собираюсь подать в отставку и стать консультантом по оптимизации налогов с помощью офшоров".

Значительную роль в живучести офшоров играла позиция самих США, которые настаивали, что каждое суверенное государство обладает правом иметь ту налоговую систему, какую захочет. Чарльз Адамс предложил такое объяснение американской терпимости: "Преимущества офшоров для американского правительства перевешивают недостатки. Недостатки — потеря налоговых доходов. А преимущества — приток иностранного капитала. Значительная часть этого капитала происходит из стран, где в той или иной степени имеется контроль над международным движением денег и где среди предпринимателей принято обходить этот контроль. А как деньги нарушителей попадают в США? Через сотни банков на Кайманах, Багамах или в Гонконге".

В ходе мирового финансового кризиса 2008-2009 годов положение с банковской тайной в мире изменилось.

В феврале 2009 года страны Евросоюза выступили с совместным заявлением, согласно которому необходимы решительные меры по борьбе с офшорами, не сотрудничающими с налоговыми органами иностранных государств и сохраняющими банковскую тайну клиентов. В марте 2009 года подтвердили изменение своей позиции и США. Американские власти ясно дали понять, что больше не будут мириться с уходом налогоплательщиков в офшоры. В условиях кризиса было глупо надеяться на возврат офшорных денег в американскую экономику в виде инвестиций. Становилось принципиально важным, чтобы деньги не были офшорными с самого начала, лишая бюджет налоговых поступлений. Макс Бокус, глава сенатского комитета по финансам, внес в Конгресс проект закона, по которому любой американский банк обязан сообщать налоговым органам о переводе денег за рубеж. А сенатор Карл Левин предложил законопроект, согласно которому власти должны запретить американским банкам вести любые операции с банками в офшорах, отказывающимися сотрудничать с американскими налоговыми органами. Как написала тогда газета International Herald Tribune, "сенатское расследование показало, что американцы, держащие деньги на офшорных счетах, недоплачивают бюджету $100 млрд в год. Даже в хорошие времена это несправедливо и вредит стране. Но во времена, подобные нынешним, это просто нетерпимо. Дело не только в том, что бюджету нужны деньги. Дело еще и в том, что для президента Барака Обамы ликвидация офшорных налоговых схем — жизненно важное подтверждение реальности его усилий по спасению американской экономики".

В результате в марте 2009 года офшоры в массовом порядке стали сдаваться западным властям. Люксембург, Лихтенштейн, Андорра, Сингапур и Гонконг почти одновременно объявили, что готовы сотрудничать с иностранными налоговыми органами и сообщать им о деньгах налоговых уклонистов.

В списке ОЭСР в качестве офшора, не сотрудничающего с иностранными налоговиками под предлогом банковской тайны, продолжала оставаться Швейцария. Швейцарский банк UBS признался, что на его секретных счетах лежат деньги 47 тыс. американцев, но согласился раскрыть имена лишь немногих вкладчиков. А швейцарские власти объявили, что в целом готовы сотрудничать с иностранными налоговиками, но только после детального изучения их запросов, касающихся каждого конкретного налогового уклониста, а не обмениваясь информацией на постоянной основе. А заодно в очередной раз подчеркнули, что по швейцарским законам уклонение от уплаты налогов не является налоговым преступлением.

На американских предпринимателей антиофшорные настроения властей произвели сильное впечатление. Уже в конце 2008 года они стали в массовом порядке переносить место регистрации с Бермудских и Каймановых островов — правда, не в США, а как раз в Швейцарию.

И вот две недели назад швейцарские и американские власти объявили, что пришли к соглашению относительно американских вкладчиков. В ходе переговоров отмечалось, что Швейцария — крупнейший в мире офшорный центр и что на счетах ее банков лежит $2 трлн иностранных денег. Также сообщалось, что в 2009 году за пособничество в уходе американских граждан от налогов крупнейший швейцарский банк UBS был оштрафован на $790 млн и вынужден раскрыть имена 4 тыс. американских клиентов. Это стало поводом для американских властей возбудить дела против других банков, в частности Credit Suisse (банк уже зарезервировал $318 млн для выплаты штрафа). А в январе старейший швейцарский банк Wegelin & Co. был признан виновным в пособничестве американским налоговым уклонистам, заплатил штраф $58 млн и объявил, что теперь вынужден закрыться.

Швейцарские власти согласились, чтобы те из 300 существующих в Швейцарии банков, против которых США возбудили дела, выдали имена своих американских клиентов в обмен на прекращение дел. А те, против которых дел не возбуждалось, должны согласиться выдавать имена американских клиентов добровольно.

После этого Люк Тевено, глава Женевского центра банковского и финансового законодательства, заявил: "Соглашение создает совершенно новую ситуацию. Теперь Швейцария может вовсе отказаться от банковской тайны по отношению к гражданам всех стран. Слишком велико в мире давление на Швейцарию — все борются с уклонением от уплаты налогов". И указал на пример Люксембурга, который только что обязался с 2015 года автоматически сообщать странам Евросоюза об открытии их гражданами счетов в люксембургских банках.

Ясно, что Швейцария, заключая соглашение с США об отмене банковской тайны в отношении американских граждан, понимает, что в противном случае США просто запретят швейцарским банкам открывать филиалы на своей территории и тем самым закроют для них самый богатый и развитый финансовый рынок. Власти исходили из того, что для швейцарских банкиров любовь к деньгам теперь должна заключаться не в сохранении банковской тайны для иностранцев, а в ее отсутствии — финансовая глобализация диктует новые правила. Ясно также, что для самих швейцарских граждан банковскую тайну никто не отменял, налоговые органы их счета проверять не будут. Швейцарцы просто перестают делиться тайной с иностранцами.