Детям мигрантов диагностируют русский язык

Детям мигрантов диагностируют русский язык

Минпросвещения протестирует приезжих школьников на адаптивность, конфликтность и знание контекста

Минпросвещения РФ подготовило диагностические материалы для оценки языковой адаптации детей мигрантов. Глава ведомства Сергей Кравцов сообщил, что по результатам школьники могут быть направлены на дополнительные курсы русского языка. Помимо этого образовательное ведомство опубликовало и тесты на «оценку социокультурной идентичности (адаптации)» детей с «миграционным опытом».

Детям «с миграционной историей» придется потрудиться на самом пороге российской школы

Фото: Светлана Привалова, Коммерсантъ

О том, что в российских школах детей мигрантов начнут тестировать на владение русским языком, министр просвещения РФ Сергей Кравцов рассказал во вторник, 14 ноября, в ходе парламентских слушаний в Совете федерации. «По результатам проведения такой диагностики при формировании учебного плана могут быть предусмотрены дополнительные часы или дополнительные курсы для изучения русского языка в рамках внеурочной деятельности или дополнительного образования»,— пояснил министр.

Этому заявлению, отметим, предшествовала оживленная дискуссия в российском обществе. Так, минувшим летом глава президентского Совета по правам человека Валерий Фадеев заявил, что от 50% до 75% детей с «миграционным опытом» плохо знают русский язык или не знают совсем, а в некоторых школах Москвы и Петербурга, по данным господина Фадеева, насчитывается до 20% таких учеников. Тогда же глава СПЧ впервые упомянул, что Минпросвещения планирует создать школьные программы для таких детей по изучению русского языка в качестве иностранного, а также специальные курсы для подготовки учителей. Затем глава партии «Справедливая Россия — За правду» Сергей Миронов попросил Сергея Кравцова «рассмотреть неотложные меры по социализации и адаптации детей иностранных мигрантов». В частности, СРЗП предложила ограничить число детей иностранцев и детей с недостаточным знанием русского языка и выделить для них квоту объемом не более 10%, а также ввести в школах, где «количество детей, владеющих русским языком как иностранным, превышает 3% от общего количества обучающихся», платные курсы дополнительного изучения русского языка.

Во вторник Сергей Кравцов сообщил, что министерство подготовило диагностические материалы для оценки языковой адаптации детей с «миграционной историей». “Ъ” ознакомился с разделом «Диагностические материалы для детей, не владеющих и слабо владеющих русским языком», который появился на портале «Единое содержание общего образования» (включает тесты для учеников начальной, основной и средней школы).

Опубликованы, в частности, задания входной диагностики по русскому языку для учеников первого, а также 5–11-х классов. При этом задания для учеников общей и средней школы ранжированы по сложности и включают в себя тесты элементарного, базового и продвинутого уровней.

Помимо входной диагностики на уровень владения языком на портале появились и тесты для «оценки социокультурной идентичности (адаптации) ребенка» для учеников 5–7-х, 8–9-х, а также 10–11-х классов. Задания для 5–7-х классов включают в себя диагностику духовно-нравственного развития, готовности к саморазвитию, а также конфликтности школьника. Например, в ходе диагностики на уровень конфликтности ученикам предлагается прицелиться, «выбрав мишень» и определив ведущий глаз, а также переплести руки в «наполеоновской позе» и запомнить, какая рука окажется сверху. Затем на основе «психофизиологических особенностей ребенка» педагогу предлагается интерпретировать выбор школьника. Тесты для 8–9-х и 10–11-х классов также содержат перечисленные виды диагностик, но в них появляется «диагностика знаний истории и культуры Российской Федерации». Так, восьми- и девятиклассникам предлагается соотнести описания библейских персонажей с их именами, определить два ложных утверждения об уразе (исламском посте), а также сопоставить двенадцать изображений с «каноническими образами икон». Диагностика знаний истории и культуры РФ для 10–11-х классов, среди прочего, включает в себя задание на соотнесение названий мечетей и их фотографий: школьникам предлагается отыскать изображения Голубой мечети в Стамбуле, Соборной мечети в Санкт-Петербурге, мечети аль-Харам в Мекке, мечети Ляля-Тюльпан в Уфе, мечети шейха Зайда в Абу-Даби, мечети Аль-Масджид ан-Набави в Медине и мечети Кул-Шариф в Казани.

Психологический блок вопросов составлен таким образом, что ребенок понимает, какой ответ будет социально одобряемым, пояснил “Ъ” директор Центра социального проектирования «Платформа» Алексей Фирсов.

«Допустим, разработчики ставят задачу определить конфликтогенность ребенка. Странно ожидать от детей откровенности, спрашивая в лоб, склонны они к конфликтам или нет»,— недоумевает социолог. Он раскритиковал и блок вопросов, связанный с знанием исторического контекста: «Сильно выраженный религиозный уклон, странный подбор исторических событий».

Эксперт уверен, что адаптивная способность выявляется не через психологические тексты и знание исторических фактов или религиозной символики, а через оценку того, насколько органично ребенок включается в культурный контекст, готов быть открытым новому для себя социуму, видеть его ключевые поведенческие коды.

«Полагаю, за вопросами теста, где речь идет об "исламских понятиях" и где предлагается узнать мечеть по фотографии, скрывается достаточно наивное представление, согласно которому дети мигрантов являются мусульманами, а значит погруженность в "правильный" исламский контекст и знакомство с исламскими представлениями является для них путем к адаптации. Это, конечно, не так»,— прокомментировал “Ъ” тест руководитель группы исследований миграции и этничности РАНХиГС Евгений Варшавер. Эксперт называет социокультурной адаптацией «вопросы знакомства с бытовым контекстом российских городов (стоять на эскалаторе справа, проходить слева), а также налаживания связей с людьми без миграционного опыта, желательно с хорошими образовательными и карьерными траекториями».

Социолог, специалист по миграции из НИУ ВШЭ Екатерина Деминцева поддержала планы Минпросвещения, отметив, что уровень владения русским языком нужно определить на «входе» в школу. «В школах пока нет дополнительных образовательных программ в виде курсов русского языка как иностранного и адаптационных курсов для детей мигрантов,— обратила внимание госпожа Деминцева.— Встает вопрос: кто будет заниматься этими курсами, как будут оплачиваться дополнительные часы учителям? Если они будут реализовываться на коммерческой основе, то это бессмысленно, потому что денег на дополнительное платное образование у мигрантов нет».

«Главный вопрос: откуда взять деньги? — солидарен член совета профсоюза "Учитель" Всеволод Луховицкий.— Нужно планировать федеральное финансирование по всем школам России и рассчитывать, сколько учителей и классов. Скорее всего, требовать реализации курсов будут от самих школ, и директор будет вынужден ввести платное образование».