Россия сильно вперед?

Оглашение послания президента Федеральному собранию в очередной раз перенесено — на конец ноября. Тем не менее, вспомнив, что год назад Дмитрий Медведев закончил свое выступление словами "Россия, вперед!", "Власть" решила спросить читателей, как сильно Россия продвинулась вперед.

Алексей Саватюгин, замминистра финансов. Достаточно вперед.

Владимир Рыжков, политик. Россия поступила ровно наоборот. Основные показатели - несравненно хуже всех стран БРИК. Капиталы боятся идти из-за коррупции, которой президент объявил войну. Мы думали, хуже уже некуда, но грохнулись в коррупционном рейтинге еще на 8 пунктов. Избиты очередные журналисты, посажены политзаключенные...

Юрий Трутнев, министр природных ресурсов и экологии. Мне хочется верить, что мы справляемся. В отраслях, связанных с добычей полезных ископаемых, динамика хорошая. Мы подготовили шесть важных законопроектов, но от этого этапа до того, как они станут законами, еще большая дистанция.

Олег Сысуев, первый зампред совета директоров "Альфа-банка", в 1997-98 годах вице-премьер. Сейчас больше подходит лозунг "Россия, тпрруу!", как извозчик тормозит лошадь. Об этом свидетельствуют экономические показатели и политическая активность. Людям уже стало все равно, что происходит в стране. Власть живет сама по себе, а народ перемещается в параллельную реальность, идет движение вбок.

Леонид Гозман, сопредседатель партии "Правое дело". Движение России — многовекторное. Есть направления вперед, есть возвращение с неправильного пути к началу. Модернизация при всей противоречивости — вперед, снижение давления на оппозицию — возврат к точке, откуда пошли не туда. К сожалению, это не доминирует, много отрицательного движения.

Сергей Решульский, первый зампред фракции КПРФ в Госдуме. На словах — далеко, на деле никакого движения нет. Вижу только экономические осложнения, падение уровня жизни и повышение цен, усиление налогового давления и администрирования во всех сферах. Зато стремительно развивается новояз: "модернизация", "инновации", "кластеры" сразу стали самыми употребляемыми словами. Это все больше и больше напоминает 1986 год.

Лариса Хабицова, председатель парламента Республики Северная Осетия-Алания. Раз президент сказал "вперед", значит, вперед! В чем-то продвинулись, в чем-то нет, но в целом развиваемся, на месте не стоим.

Геннадий Гудков, заместитель руководителя фракции "Справедливая Россия", сопредседатель движения "Россия, вперед!". Нет, сделаны только второстепенные шаги. Слегка демократизирован ряд законов, чуть-чуть наведен порядок на выборах. Но президент решил опереться на бюрократию, которая не может быть локомотивом модернизации. Так и не проведены реформы МВД и избирательного права, с коррупцией стало только хуже, пожелание сделать более открытым медийное пространство не реализовано. Не лучше с социальной сферой, ценами, ЖКХ.

Гарри Минх, полпред президента в Госдуме. По целому ряду позиций были прорывы. В политической области сильно продвинулись, в законодательстве. После выборов уже не было таких эксцессов. Есть первые шаги в Сколково, в налоговом законодательстве, особенно для тех, кто будет использовать инновационные технологии.

Алексей Шевяков, директор Института социально-экономических проблем народонаселения. Вперед движения нет, мы скатываемся назад к будущему, о котором подумать страшно. Страна остается сырьевым придатком. Про коррупцию и говорить не хочется. Чиновники загубили законы о конфискации имущества коррупционеров и контроле госрасходов. Без них мы никогда не справимся с этой напастью, и президент в прошлом послании обещал их принять.

Михаил Сорокин, зампред комитета Совета федерации по обороне и безопасности. Россия движется вперед, какую сферу ни возьми. Медведев начал либерализацию власти. Теперь губернаторы избираются по представлению президента, они подконтрольны. Кардинальные изменения в промышленности — она поднимается. Проводятся масштабные реформы вооруженных сил, МВД. И это в посткризисный период!

Ирина Хакамада, писатель. Никуда мы не движемся. Есть небольшие шажки к модернизации. Но у нас настроения играют большую роль, чем технологии. Создание Сколково, внедрение интернет-технологий хоть как-то продвинули страну вперед. Увеличили влияние социальных сетей, заменили московского мэра и стали бороться с пробками, разрешили митинг. Зато с коррупцией достигли таких высот — дальше некуда.

Сергей Моисеев, директор центра экономических исследований Московской финансово-промышленной академии. Мы топчемся на месте. Экономика — в состоянии летаргического сна. Из-за этого мы проигрываем в конкурентной борьбе на мировых рынках. В данной ситуации выход один — справиться с быстрорастущей инфляцией, но она неконтролируемо растет.

Александр Гуров, депутат Госдумы ("Единая Россия"). Рывка нет, но шаги есть. Сейчас читаю скандальную книгу "Оживший кошмар русской истории". Там написано, мы все делаем на рывок, как Илья Муромец: 33 года спал, а потом стал совершать подвиги. Сейчас рывка нет. Может быть, и слава богу, потому что, когда рывок, рвутся жилы. Шаги есть в политике, демократизации, здравоохранении, куда выделяются большие средства.

Анатолий Милюков, исполнительный вице-президент Ассоциации российских банков. Пока стоит на месте. Мир, исключая развивающиеся страны, в экономике тоже остановился. Но если мы и дальше будем топтаться на месте, то отстанем. От лозунгов "Россия, вперед!" надо переходить к конкретным делам.

Михаил Касьянов, лидер Народно-демократического союза, в 2000-2004 годах премьер-министр. Россия сделала реальный шаг вперед к загниванию и прозябанию. Ситуация ухудшилась во всех сферах — политической, экономической, социальной.

Каромат Шарипов, президент международной общественной организации "Народная лига "Таджики"". Престиж России в мире поднялся. Но внутри России изменений нет, в регионах живут гораздо хуже, чем в советские времена. Президент хочет улучшений, но помощники, особенно на местах, плохие, патриотизма ни у кого нет. Межнациональные отношения напряженные. А если бы не мигранты, вообще ничего бы не делалось и не строилось.

Олег Румянцев, президент Фонда конституционных реформ. Отвечу ленинскими словами: шаг вперед — два назад. Попытки найти механизмы модернизации России — это, безусловно, продвижение. Но оно меркнет на фоне ускоряющегося одичания народа, которое происходит вопреки воле государственной власти.

Александр Бабаков, зампред Госдумы ("Справедливая Россия"). Если учитывать, что мы стартовали в непростых условиях, мы сделали очень серьезный задел для движения вперед. Это касается не только модернизации экономики, но и улучшения всех сфер жизни. В Лиссабоне пройдет заседание НАТО с нашим президентом. Это прорыв в международных отношениях. Многое из озвученного президентом в прошлогоднем послании исполняется.

Сергей Абабков, руководитель агентства по развитию Курильских островов и инвестиционных программ Сахалинской области. Сильно вперед. Федеральная программа по Курилам успешно выполняется. Сделано столько, что перечисление займет книгу. Практически у всех курильчан произошли позитивные изменения. И президент впервые здесь побывал.

Анатолий Гавриленко, президент Российского биржевого союза. Я никакого движения не вижу. Только лозунги. Мы продвинулись в артикуляции намерений. Если всерьез хотим создать международный финансовый центр, нужно ввести мораторий на принятие законов, ухудшающих инвестклимат.

Сергей Степашин, председатель Счетной палаты. Слава богу, что не ушла назад.

ВОПРОС НЕДЕЛИ / ГОД НАЗАД*

Вас не тошнит от "Единой России"?

Накануне очередного, XI съезда партии "Единая Россия", которого с воодушевлением ожидали все российские трудящиеся, "Власть" задала непростой вопрос нерушимому блоку собственных читателей.

Борис Березовский, бизнесмен, один из создателей движения "Единство", ставшего прародителем "Единой России". У меня нет никаких чувств в отношении этого гермафродита. Ничто — оно и есть ничто. И это трагедия, когда создаются суррогаты, которые не дают нации сосредоточиться на чем-то важном.

Николай Сванидзе, член Общественной палаты, историк. От ее сходства с КПСС подташнивает. Но при всем сходстве бюрократически-карьерных форматов ЕР не достигла политических и структурных успехов КПСС — прежде всего потому, что у нее нет четкой идеологии. Сейчас вся идеология ЕР — это последние слова Владимира Путина.

Мирослав Мельник, председатель совета директоров компании "Бетта-групп". Нет, ведь я же знаю, что от осинки не родятся апельсинки. И чего ждать от партии, если ее создают и возглавляют люди, которые учились партстроительству в коммунистических институтах? Другую партию они просто не могут построить.

Вячеслав Фетисов, председатель комиссии Совета федерации по физкультуре и спорту. Я член высшего совета "Единой России" и считаю, что наша партия много полезного делает.

*Должности указаны на момент опроса.