2015. 02. 039-042. Метафора как средство художественной выразительности и отражения картины мира. (Сводный реферат)

рию, то их сознание усвоило бы эффективнее все нравственные, а вместе с ними и языковые уроки великого мастера. Но, возможно благодаря именно этому, метафора, включающая в себя общее и индивидуальное сознание, становится одним из средств познания не только языка, но и человеческой личности во взаимодействии с ее окружением» (с. 163-164).

Перспективу дальнейшего исследования автор видит в возможности связать чеховские вокативы с современным речевым этикетом, который нуждается в пополнении запаса обращений, уместных в любых речевых ситуациях.

А.М. Кузнецов

2015.02.039-042. МЕТАФОРА КАК СРЕДСТВО ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ВЫРАЗИТЕЛЬНОСТИ И ОТРАЖЕНИЯ КАРТИНЫ МИРА. (Сводный реферат).

2015.02.039. ЗВЕЗДИНА Ю.В. Метафорический художественный образ в современной русской прозе // Учен. зап. Забайкал. гос. унта. Сер. Филология, история, востоковедение. - Чита, 2014. -№ 2 (55). - С. 37-44.

2015.02.040. BAIZHANOVA A.H., KUSTUBAYEVA B.S., UTEGE-NOVA A.T. Peculiarities of rendering cognitive metaphor models from Russian into German and English // Intern. scientific j. «Science and world». - Volgograd, 2014. - Vol. 2, № 4 (8). - P. 70-71.

2015.02.041. АВАНЕСЯН Ж.Г. Метафора в английской и российской политической прессе: (На материале сопоставительного изучения онтологической метафоры в английском и русском газетном дискурсе) // Учен. зап. Национального общества прикладной лингвистики (НОПРиЛ). - М., 2014. - № 1 (5). - С. 49-60.

2015.02.042. ЯКОВЛЕВА С.Л., КАЗЫРО Г.Н. Сравнительный анализ метафорических моделей концепта «семья» в марийской и финской паремиологии // Фундаментальные исслед. - М., 2014. -№ 5.- С. 649-652.

Ключевые слова: метафора; метафорическая модель; художественный образ; картина мира; паремиология; русский язык; английский язык; немецкий язык; марийский язык; финский язык.

Исследованию средств художественной выразительности посвящена работа Ю.В. Звездиной (039). В частности, раскрывается

понятие метафорического художественного образа, а также анализируются метафорические художественные образы, встречающиеся в современной литературе на русском языке.

Автор отмечает важность роли метафоры в создании художественного образа, подчеркивая широкую изученность этой проблемы. При этом он обращает внимание на то, что метафорический образ должен пониматься как компонент языковой композиции, и его значение следует интерпретировать именно с этой позиции. Кроме того, необходимо разграничивать художественный образ слова и художественный образ текста в целом.

В основной части статьи свои рассуждения автор подкрепляет разнообразными примерами из различных произведений современных писателей, иллюстрируя с их помощью следующие выводы.

Объектом метафоризации могут быть как конкретные понятия, например в рассказе Л. Улицкой «Дед-шептун»: «у циферблата было торжественное выражение лица» (039, с. 38), так и абстрактные, например в повести А. Тосса «Инесса»: «обозное прошлое, чего его волочить за собой по ухабинам» (039, с. 39).

Метафорические образы могут накладываться друг на друга, например понятие «мысль» в произведении А. Тосса «Инесса» передается одновременно через метафору мысль как «бомба» и мысль как «водяной поток».

Один метафорический образ может занимать обширный фрагмент текста.

Писатели нередко прибегают к метафоре-оксюморону, сочетая лексически несочетаемые понятия. Например, в повести А. Тосса «Инесса»: «не нарочно расставленное вокруг поле любви» (039, с. 39).

В современной русской прозе часто встречается особый художественный образ слова и его частей.

Композиция произведения может строиться вокруг одного основного метафорического художественного образа. Например, в романе А. Снегирёва «Тщеславие» им является литература, а в романе С. Шаргунова «Птичий грипп» - птицы. Композиция также может иметь в основе несколько метафорических словесных рядов, как, например, в романе М. Елизарова «Библиотекарь».

Существуют произведения, в которых писатели сознательно не употребляют метафоры (например, в сборнике Р. Сенчина «День

без числа» и др.). При этом текстообразующий образ часто выносится в заглавие произведения.

В заключение автор подчеркивает тот факт, что метафоры являются компонентами художественного образа. А метафорический художественный образ, в свою очередь, может являться основой произведения и, следовательно, ключевым элементом языковой композиции.

Работа (040) представляет собой исследование когнитивных метафорических моделей русского, английского и немецкого языков на основе лингвистического и культурологического аспектов перевода метафорических структур, взятых из рассказа А.П. Чехова «Тсс!..», с русского языка на английский и немецкий языки.

В начале статьи авторы отмечают сложность задачи перевода метафорических структур с одного языка на другой, раскрывают понятие «метафора» при помощи трех выделенных ими подходов к этой проблеме: 1) теории замещения, 2) теории взаимодействия и 3) когнитивной теории. За основу в данной работе взята последняя, когнитивная теория, согласно которой отдельные метафоры языкового уровня могут быть объединены в системы на базе их основополагающего концепта, связывающего между собой разные сферы жизни людей.

Для исследования авторы выбрали наиболее значимые когнитивные метафорические модели из рассказа «Тсс!..» и их переводы на английский и немецкий языки. Основной исследуемой метафорой является образное выражение «творческий полет», использующееся А.П. Чеховом в ироническом значении. При переводе на иностранные языки этот эффект достигается как лексическими, так и грамматическими средствами. То же явление можно наблюдать при переводе следующей фразы из рассказа: «Папа пишет быстро-быстро» (040, с. 70). В русском и английском вариантах идея скорости передается с помощью лексического повтора: «Папа пишет быстро-быстро» (040, с. 70) и «Daddy writes very, very quickly» (040, с. 70). В немецком языке, для которого такая конструкция не характерна, используется причастный оборот «Papa schreibt schnell in fliegender Hast» (040, с. 70).

Следующая рассматриваемая авторами статьи метафорическая модель - «человек - это животное». В русском языке она, в

частности, представлена через образ собаки, который в переводе на немецкий язык трансформируется в образ лисы («насобачиться» и «einfuchsen» соответственно). В английском же варианте рассказа параллель животное - человек в данном случае вообще отсутствует.

Мир главного героя сравнивается в рассказе с маленьким муравейником. Этот метафорический образ сохраняется в переводах на оба иностранных языка, что, по мнению авторов, свидетельствует о схожей интерпретации данного метафорического образа в исследуемых культурах.

В заключение авторы отмечают, что выбор метафор и метафорических моделей при переводе зависит как от различий в восприятии мира носителями исследуемых языков, так и от грамматических структур этих языков.

Ж. Г. Аванесян (041) начинает свою работу с рассмотрения роли языка в культуре различных народов, проблемы языковой картины мира, лингвистических механизмов реализации когнитивных возможностей человека. Автор подчеркивает значительную роль метафоры в построении картины мира.

Во введении описывается цель исследования - сопоставление онтологической метафоры в русском и английском газетном дискурсе путем выявления метафорических когнитивных моделей, на основе которых строится переосмысление какого-либо политического образа. Задача исследования заключается в выявлении как универсальных, так и специфических когнитивных моделей для обоих языков. Материал для исследования был взят из текстов политического содержания таких изданий, как «The New York Times», «The Times», «Известия», «Сегодня» в период с 2005 по 2013 г.

В результате проведенного автором исследования были выявлены следующие универсальные когнитивные модели.

«Живой организм» - самая продуктивная в русском языке модель (пример: «рыбка демократии» (041, с. 51)), эта модель занимает второе место по продуктивности в английском языке (пример: «flexing its democratic muscles'» (041, с. 52)).

«Вещество / субстанция» - самая продуктивная в английском политическом дискурсе метафорическая модель (пример: «solid

1 «Демонстрировать свои демократические мускулы». - Пер. с англ. реф.

support of Republicans» (041, с. 52)) и достаточно продуктивная модель для русского языка (пример: «раздел власти» (041, с. 52)).

«Предмет» - третье место по продуктивности в русском языке (пример: «лежит один и тот же камень - лицемерный интернационализм» (041, с. 53)), одна из самых продуктивных моделей в английском (пример: «...thepolls swinging wildly...»2 (041, с. 53)).

«Механизм / аппарат» - имеет высокую продуктивность в русском языке (пример: «коли мы уже не власть, то и вы к рулю не пробьетесь» (041, с. 54)) и низкую в английском языке.

«Строение» - находится на четвертом месте по продуктивности в русском газетном дискурсе (пример «создающуюся архитектуру европейской безопасности» (041, с. 54)), но малопродуктивна в английском.

«Неживая природа» - пятая по продуктивности модель в русском дискурсе (пример: «срыв в демократию с вершины тоталитаризма» (041, с. 55)), малопродуктивна в английском языке.

«Растение» - седьмое место по продуктивности в русском языке (пример: «президентский посев дал свои всходы» (041, с. 55)), малопродуктивна в английском.

«Путь / дорога» - наименее продуктивна в русском политическом дискурсе, почти не встречается в английском.

«Пища» - малопродуктивна в русском, отсутствует в английском языке.

Говоря о специфических особенностях когнитивных моделей, автор отмечает преобладание в русском языке отрицательной коннотации, о чем свидетельствуют следующие фреймы с негативным значением: «разрушение», «сбой в механизме», «испорченная пища», «разложение растения», «болезнь / смерть организма». В английском же газетном тексте языковая картина мира описывается, скорее, при помощи нейтральных метафорических моделей.

Также при сопоставлении когнитивных моделей автором было обнаружено существенное различие в области, подвергаемой метафоризации: если в русском политическом дискурсе чаще всего

1 «Твердая поддержка республиканцев». - Пер. с англ. реф.

2 «Сильно колеблющиеся результаты предвыборных опросов. - Пер. с англ.

реф.

метафорически описывается понятие «власть», то в английском -понятие «выборы».

В заключение автор приходит к выводу о том, что метафорические модели переосмысления политических образов в целом универсальны для английского и русского языков (совпадает более 50% образов, подвергнутых метафоризации). Тем не менее в каждом языке они обладают рядом особенностей, как качественных, так и количественных.

Статья С.Л. Яковлевой и Г.Н. Казыро (042) представляет собой анализ концепта «семья» в паремиях марийского и финского языков. Материалом для исследования послужили 173 марийских и 137 финских пословиц о семье, а верификация полученных результатов и сопоставление картин мира, отраженных в пословицах, осуществлялась на основе 2610 марийских и 2545 финских пословиц.

Обосновывая важность своей работы, авторы замечают, что пословицы, являясь неотъемлемой частью языковой картины мира, позволяют исследовать основополагающие для конкретного народа идеалы и ценности.

В ходе исследования было установлено, что как для марийского, так и для финского языкового сознания характерен органи-стический способ мышления.

В основной части статьи представлен анализ следующих четырех видов метафоры в пословицах, связанных с концептом «семья».

В антропоморфной метафоре семья понимается как организм. В обоих языках активно выражены фреймы «части тела», «способности человека».

Натуроморфная метафора в обоих языках находит выражение в метафорической модели «семья - это мир животных» (при этом в финском языке преобладают образы домашних животных); выражены фреймы «небесные тела», «время суток», «погодные явления». Метафорическая модель «семья - это мир растений» широко представлена в марийском языке и почти не отражена в финском языке.

Артефактная метафора служит основным понятийным источником для финской паремиологии. Особенно широко в финском языке реализуется фрейм «материальные продукты человеческой

деятельности», а также модель «семья - это дом (жилое здание)». В марийском языке больше всего пословиц этой категории связано с фреймом «еда и напитки»; семья также ассоциируется с частями зданий, построек. Фрейм «нематериальные продукты человеческой деятельности» почти не наблюдается.

Социоморфная метафора не находит широкого отражения в рассматриваемых паремиологических фрагментах.

На основе полученных результатов авторы выделяют три когнитивных уровня концептуализации мира, характерные как для марийского, так и для финского пословичных менталитетов. Отмечается, однако, что в марийском языке, в отличие от финского, преобладают пословицы, в основе которых лежит образное восприятие мира.

Т. С. Платонова

2015.02.043-044. ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ ЛЕКСИКИ В ДИСКУРСАХ. (Сводный реферат).

2015.02.043. БУТ А. С. Лексико-семантическое поле «Понимание» в драматургическом тексте А.П. Чехова: Автореф. дис. ... канд. фи-лол. наук / ФГБОУ ВПО «Моск. пед. гос. ун-т». - М., 2014. - 26 с.

2015.02.044. СИНИЦЫН А.В. Функционирование англоязычных заимствований-неологизмов в медийном дискурсе французского языка: Автореф. дис. ... канд. филол. наук / ФГБОУ ВПО «Моск. гос. лингв. ун-т». - М., 2014. - 23 с.

Ключевые слова: заимствования-неологизмы; адаптация заимствований; рекламный дискурс; экономический дискурс; медийный дискурс; лексико-семантическое поле; драматургический текст; коммуникация / нарушение коммуникации.

В работе А.В. Синицына (044) исследуются семантические, структурно-функциональные и прагматические особенности англоязычных заимствований в рекламном и экономическом видах медийного дискурса французского языка. Цель работы состоит в уточнении понятия заимствования-неологизма и в изучении закономерностей его вхождения в лексико-семантическую систему французского языка. Широкое употребление англоязычных заимствований представляет собой заметную тенденцию в развитии лексико-семантической системы современного французского язы-