Итоги международного проекта по исследованию проблем бедности в Нижегородской области. Раздел 2

Раздел 2

Монетарная и субъективная бедность: динамика масштабов и группы риска

Реформирование экономики страны, начавшееся в конце прошлого века, характеризуется не только глобальными изменениями в экономической сфере, но и сломом устоявшегося порядка общественных отношений, существенными изменениями в системе распределительных отношений. Понижение жизненного уровня большей части российского населения и социальное расслоение общества, усиливающееся с каждым годом, привели к формированию значительного бедного слоя, не реализующего общественно признанных в данном социуме потребностей. Более того, часть бедных имеет доходы, не покрывающие даже стоимость продовольственной корзины, что свидетельствует о крайней нужде. Когда не удовлетворяются даже витальные потребности людей, то возникает угроза физическому существованию нации, включая ее репродуктивное здоровье.

Качественно низкий уровень жизни отдельных групп населения, неудовлетворенность базовых запросов являются следствием сравнительно низкой активности этих групп населения, а также недостаточной эффективности всей экономической системы, на что указывают высокие риски бедности не только для традиционно уязвимых категорий, но и для работающего населения.

Бедность проявляется на фоне регистрируемого экономического роста, который только усиливал неравенство в доступе к материальным благам. Коэффициент дифференциации до-

ходов (коэффициент фондов) с 2000 г. по 2006 г. вырос с 13,9 до 15,3; на долю 1/5 части населения страны приходится половина общего объема денежных доходов населения [1. С. 185]. Столь масштабный процесс перераспределения ресурсов в пользу наиболее обеспеченных слоев российского общества заставляет исследователей более тщательно подходить к вопросу оценки бедности.

Сложность измерения бедности в методическом отношении кроется в ее многоаспектном характере. Теория предлагает несколько подходов, основанных на различных критериях оценки семейных ресурсов: монетарная бедность (оценивается уровень доходов или расходов), бедность по лишениям в сфере потребления (депри-вационная бедность), субъективная бедность (на основе мнений индивида о собственном уровне жизни).

Динамика масштабов

монетарной бедности

В России официальное измерение бедности базируется на использовании прожиточного минимума. Альтернативой служит относительное определение бедности через уровень дохода, составляющий определенный процент от средней или медианы.

Многие специалисты полагают, что существующий ныне прожиточный минимум должен быть пересмотрен. По мнению Н.М.Римашевской, действующий в России ПМ в значительной мере устарел с точки зрения настоятельности удовлетворения ми-

нимальных потребностей, и реальное потребление бедных существенным образом отличается от структуры минимального стандарта, зафиксированного в ПМ. Постоянный рост потребностей населения, в том числе и самой бедной его части, приводит к изменению стандартов потребления в сторону их роста, что в свою очередь должно приводить к росту ПМ. К тому же высокий уровень доли питания (до 60%, по обследованию) в семьях с самыми низкими доходами показывает, что нынешний ПМ мал для адекватного отражения действительности [2. С. 6].

Но даже при таком «жестком» ПМ в 2004 г. 25,2 млн. человек имели доходы ниже официальной линии бедности, что, например, соответствует численности населения трех европейских стран — Австрии, Швеции и Швейцарии [3]. Данная оценка имеет макроэкономическую природу и основывается на балансе доходов и расходов

Росстат определяет этот показатель почти в 2 раза выше. Если в целом по России за 2003 г. уровень бедности был равен 20,4%, то, по данным ОБДХ, даже на основе показателя располагаемых ресурсов - 39,4% [4. С. 69].

Различие в уровне бедности объясняется различным «наполнением» показателя благосостояния. В БДР принимаются в расчет все доходы, поступающие в сектор экономики «домашнее хозяйство», а также включается дооценка скрытых доходов, а в ОБДХ учтены только те источники доходов, которые указали сами респонденты.

Обследования, проведенные в 2004 и 2006 гг. в трех районах Нижегородской области, позволяют дать оценку изменения в уровне бедности населения с помощью альтернативных показателей. Результаты обследований корреспондируют с данными Облстата и свидетельствуют о том, что в 2006 г. бедность в среднем по области осталась на уровне 2004 г. (табл. 1).

Таблица 1

Масштаб бедности в зависимости от показателя благосостояния, по данным обследования домохозяйств Нижегородской области, %

Показатель благосостояния Доля бедных, %

Всего по трем районам г. Нижний Новгород г. Арзамас Балахнинский район

2004 г. 2006 г. 2004 г. 2006 г. 2004 г. 2006 г. 2004 г. 2006 г.

1. Контролируемые теку- 40,6 39,2 32,0 33,0 43,4 44,0 46,3 40,6 щие денежные доходы

2. Денежные доходы, 33,3 32,8 22,8 26,4 36,2 37,6 40,9 34,4 полученные за месяц,

предшествующий обследованию

3. Все денежные 29,2 28,8 19,8 23,4 31,2 32,2 36,7 30,8 поступления

4. Денежные доходы, до- 25,9 25,6 14,6 18,2 30,6 31,4 32,5 27,2 оцененные расходами

5. Располагаемые ресур- 20,5 20,9 11,6 16,4 23,8 24,2 26,2 22,4 сы, рассчитанные на

базе доходов и расходов

Таблица 1 также демонстрирует, насколько меняется уровень бедности в зависимости от выбранного показателя, который включает различный состав доходов или расходов. В данном случае масштаб бедности варьирует в пределах от 20 до 40%.

Учитывая только те виды денежных доходов, которые легко проверяются социальными службами (заработная плата на основном месте работы, пенсия, стипендия и различного рода пособия), можно определить потенциальную численность населения, претендующего на материальную помощь от государства (бедные по контролируемым текущим денежным доходам). Ориентируясь на масштаб бедности, оцененный с помощью данного показателя, отметим, что усилия государства по сокращению уровня бедности не увенчались успехом. В 2006 г., так же, как и в 2004 г., около 40% обследованных домохозяйств формально имели право на социальную помощь.

Если принять во внимание другие составляющие денежных доходов (второй показатель в табл. 1), которые, как правило, поступают в бюджет семьи нерегулярно и их трудно проконтролировать (различного рода приработки, гонорары, денежная помощь из разных источников, доход от сдачи внаем движимого и недвижимого имущества, от продажи продукции из личного подсобного хозяйств), то бедность сокращается только на 6-7 процентных пунктов. Это согласуется с данными, полученными в ходе обследования, о снижении числа лиц, имеющих дополнительные подработки, и уменьшении среднего размера дополнительного заработка.

Одновременно отмечено снижение объемов неполной занятости на

основном месте работы, что наиболее заметно проявилось в Балахнинском районе и повлекло за собой снижение уровня бедности. В то время как сокращение масштабов бедности в одном районе (Балахнинском) произошло за счет роста оплаты труда и социальных выплат, в другом (Н.Новгород) бедность, наоборот, выросла за счет сокращения приработков и дополнительных доходов.

Дооценить неучтенные при опросе доходы можно путем сопоставления их с расходами домохозяйств за отчетный период (четвертый показатель). Принято считать, что, скрывая данные о доходах, респонденты более охотно делятся информацией о своих расходах. Методика комбинирования доходных и расходных показателей отчасти помогает получить информацию о скрытых доходах домохозяйств.

Уровень бедности, рассчитанный после дооценки доходов, сокращается на 15 процентных пунктов по сравнению с масштабом бедности по первому показателю (контролируемым доходам). Поскольку неучтенные доходы играют большую роль в жизни населения крупных городов, то дооценка доходов вносит максимальный вклад в сокращение бедности в самом крупном городе области: доля бедных в Н.Новгороде по четвертому показателю в 2 раза меньше. Крупные города, по сравнению с малыми, и тем более сельской местностью, предоставляют своим гражданам больше различных возможностей для получения дополнительных доходов, в том числе и нелегальных.

Максимально полно материальные возможности домохозяйств учитываются, если принимается во внимание оценка использованной на питание продукции собственного произ-

водства, а также стоимость продуктов питания, поступивших из других источников (пятый показатель). При максимальной оценке материальных возможностей домохозяйств, включающей все денежные и неденежные источники потребления, 1/5 часть населения региона находится за чертой бедности, и даже в условиях экономического роста доля бедных не сократилась, а осталась на уровне 2004 г., что говорит о перераспределении доходов в пользу не бедных.

Если принять во внимание льготы и субсидии, призванные помогать малообеспеченным выходить из трудного положения, а также денежные выплаты льготникам, то можно констатировать, что их учет незначительно повлиял на масштаб бедности (сокращение только на 2 процентных пункта). При включении стоимости льгот и субсидий в показатель «располагаемые ресурсы» основной прирост средств направляется в среднеобеспеченные группы населения, а, следовательно, вопреки ожиданиям, монетизация льгот не может рассматриваться как значимый элемент политики, направленной на снижение бедности.

Показатели глубины

и остроты бедности

Индикатор уровня бедности, исчисляемый как доля населения с доходами ниже прожиточного минимума, не дает информации о ее глубине и остроте. Полную характеристику бедности, а также оценку социальной политики можно получить, применяя индексы глубины и остроты. Индекс глубины бедности PGI показывает долю недостающего дохода, который необходимо доплатить домохозяйс-твам, чтобы преодолеть нуждаемость.

Он используется для оценки объемов минимальных финансовых средств, необходимых для ликвидации абсолютной бедности. Индекс остроты бедности SqPGI чувствителен к распределению доходов среди нуждающихся домохозяйств. Бедность будет более серьезной проблемой в той совокупности, для которой характерно большее значение индекса SqPGI.

Данные обследования позволяют сделать следующий вывод: несмотря на высокий уровень бедности (20% при максимальной оценке материальных возможностей домохозяйств), ее глубина и острота не столь существенны и в 2006 г. еще несколько сократились (табл. 2). В 2004 г. для ликвидации бедности во всех трех обследованных районах необходимо было перераспределить в пользу бедных 5,2% от общего объема располагаемых ресурсов населения, а в 2006 г. — 4,7%. Доля домохозяйств, душевые располагаемые ресурсы которых меньше, чем половина ПМ, также не высока в целом по совокупности и имеет тенденцию к сокращению.

В то же время рост бедности в областном центре повлек за собой некоторое увеличение ее глубины и остроты, Но, несмотря на отрицательную тенденцию показателей бедности в самом крупном городе региона, там сохраняется наиболее благополучное положение.

Глубина бедности, выраженная в процентах от общего объема доходов, может уменьшаться, даже если доходы бедных не растут или растут совсем незначительно. В этом случае имеет смысл проанализировать душевой дефицит дохода бедных домохозяйств, выраженный в рублях, а для оценки динамики — в процентах от ПМ. Наиболее высокая из всех обследуе-

Таблица 2

Индексы глубины, остроты бедности, рассчитанные по показателю

располагаемых ресурсов

Индексы Доля бедных, %

Всего по трем районам г. Нижний Новгород г. Арзамас Балахнинский район

2004 г. 2006 г. 2004 г. 2006 г. 2004 г. 2006 г. 2004 г. 2006 г.

Индекс глубины 5,2 4,7 3,1 4,0 6,3 5,0 7,2 5,2

бедности ^0,%

Индекс остроты 1,8 1,7 0,9 1,5 2,3 1,6 2,5 1,9

бедности (SqPGI),%

Доля домохозяйств 1,9 1,7 0,2 1,6 3,0 1,4 2,6 2,2

с душевыми располагаемыми ресурсами до 0,5ПМ, %

-деф иц ит рас ресурсов

Нижний Новгород

Балахнинский район

Рис. 1. Уровень бедности по располагаемым ресурсам и средний дефицит располагаемых ресурсов в Нижегородской области, 2006 г.

мых районов доля бедных в Арзамасе сопровождается самым низким дефицитом располагаемых ресурсов (рис. 1). Это значит, что, несмотря на широкое распространение, бедность там неглубокая, значительная часть бедных домохозяйств сконцентрирована у

ее черты, а для выхода из бедности в Арзамасе в расчете на одного бедного человека требуется меньше средств, чем в других районах.

В среднем по всем трем районам Нижегородской области дефицит располагаемых ресурсов бедных домохо-

зяйств сократился с 25,2%ПМ в 2004 г. до 22,6%ПМ в 2006 г.

Динамика субъективных оценок бедности

Субъективные оценки, как правило, корреспондируют с реальным уровнем жизни домохозяйств и хорошо отражают динамику социально-экономических процессов. Использование таких оценок на практике связано с существенными ограничениями, поскольку само позиционирование на шкале «экономическое благосостояние» зависит не только от доходов респондента, но и от его социального статуса, а также от стабильности материального положения. Малейшее ухудшение своего экономического положения семьи воспринимают как катастрофу и поэтому не могут соотносить себя с привычным статусом в своей прошлой жизни, а значит, понижают оценку своего уровня жизни. В силу этого, самооценки имеют существенные ограничения и не могут использоваться самостоятельно для измерения бедности и определения

приоритетных государственных мер в социальной политике. Но недооценивать их не следует, поскольку, во-первых, они более чутко реагируют на изменение социально-экономической ситуации в стране, а их динамика может служить индикатором эффективности экономической системы и социальной политики. Во-вторых, в условиях адресного характера современной социальной политики, субъективные оценки позволяют определить долю домохозяйств, ощущающих себя бедными, а значит претендующих на социальную помощь.

Рисунок 2 показывает корреляцию между размером среднедушевых располагаемых ресурсов семей и их самоидентификацией на шкале благосостояния. Домохозяйства определяли собственное положение в современном обществе относительно других групп населения по следующей стратификационной шкале: крайне бедные семьи; бедные семьи; семьи не бедные, но с достатком ниже среднего; семьи со средним достатком; семьи с достатком выше среднего.

Рис. 2. Размер среднедушевых располагаемых ресурсов домохозяйств, принадлежащих к различным стратам, в 2006 г., руб.

Выбор респондентом своей позиции на идентификационной шкале нельзя однозначно рассматривать в качестве реальной принадлежности домохозяйства к этой группе, оно лишь отражает его представление о собственном положении, но связь очевидна: чем выше реальный доход домохозяйства, тем выше по стратификационной лестнице оно себя располагает.

Даже не столь высокий рост монетарной бедности в Н.Новгороде привел к значительному увеличению субъективной (рис. 3), что отражает реакцию населения на ухудшение ситуации на рынке труда. Сокращение дополнительных источников доходов не отбросило многие семьи за черту бедности, но ограничило возможности жить на уровне, ставшем уже привычным для них, следствием чего явилось ощущение малообеспеченности. И если рост абсолютной бедности в

этом районе фиксируется на уровне 4-5 процентных пунктов, то субъективная бедность (доля домохозяйств, которые причисляют себя к бедным или даже крайне бедным) возросла в 4,5 раза.

Субъективная бедность по сравнению с абсолютной реагирует «оперативнее» на изменение экономической ситуации. Так, там, где уменьшилась доля абсолютно бедных (Балахнинский район), общественное мнение отреагировало на сокращение доли домохозяйств, которые причисляют себя к бедным и тем более к крайне бедным. В целом же по области доля домохозяйств, ощущающих себя бедными, увеличилась с 23% в 2004 г. до 27,7% в 2006 г. в основном за счет роста субъективной бедности в областном центре.

Интересна динамика ответов респондентов на вопрос: «На что хватило денег семье в прошлом месяце?» При

3 7 ,5

2 0 О 2 0

6 Г ,

Нижний Новгород Арзамас Балахнинский

район

Рис. 3. Доля домохозяйств, относящих себя к бедным или крайне бедным семьям, в 2004-2006 гг., %

этом домохозяйство может быть отнесено к бедным, если оно заявляет, что его текущих доходов едва хватает или даже не хватает на самую простую еду и оплату жилья. Количество таких домохозяйств в 2006 г. существенно уменьшилось в области (на 28%) и, следуя логике корреляции абсолютных и субъективных оценок бедности, наиболее значимые изменения произошли в Балахнинском районе (рис. 4).

В то же время вопреки этой логике, доля домохозяйств, доходы которых едва покрывают минимально необходимые расходы, уменьшилась и в областном центре, где в обследуемый период выросла абсолютная бедность. Рост монетарной бедности сопровождается усилением ощущения бедности и, одновременно, сокращением доли домохозяйств, которым едва хватает на минимально необходимые расхо-

ды. Такой «парадокс» объясняется просто: современный человек связывает с бедностью не только неудовлетворение базовых потребностей, но и многих других, являющихся уже стандартными для современного общества, особенно в крупном городе, и на удовлетворение которых с каждым годом идет все большая часть доходов домохозяйств.

Изменение социально-демографического профиля бедности

В общей системе мер, направленных на снижение уровня бедности, приоритетными являются те, которые способствуют выведению из бедности наиболее многочисленных категорий семей, а также специальные меры поддержки групп экстремальной бедности. Для выявления таких групп нами используются показатели часто-

Рис. 4. Доля домохозяйств, которым текущих доходов едва хватает только на самую простую еду и оплату жилья, 2004-2006 гг.

ты попадания различных типов домохозяйств в категорию бедных по официальному методу оценки их статуса (доля домохозяйств с доходами или располагаемыми ресурсами ниже прожиточного минимума, дефицит дохода), а также по субъективной оценке, данной семьями своему положению. Самоиндентификация семьи как бедной является важным фактором частоты ее обращения за социальной помощью.

Изменение материальной обеспеченности различных демографических типов домохозяйств. Специфика социального расслоения каждого типа домохозяйств в 2004 и 2006 гг. позволяет определить динамику групп повышенного риска. За период между обследованиями существенных изменений не произошло. Семьи с детьми, и прежде всего неполные и многодетные, остаются по-прежнему группой повышенного риска: лишь менее 20% этой группы можно отнести к относительно удаленным от бедности по показателю «денежные доходы» (свыше 2 ПМ). Семьи с детьми чаще остальных попадают в группу с наиболее низкими доходами (до 0,5ПМ).

Специфической группой риска являются одинокие пенсионеры и пожилые супруги, уровень пенсий которых удерживает их от попадания в крайнюю бедность, но около половины одиноко живущих пенсионеров по уровню доходов концентрируются в доходной группе, примыкающей к прожиточному минимуму (от 1 до 1,5ПМ). Несмотря на повышение пенсионных выплат в 2005 г., в том числе за счет компенсаций отмены натуральных льгот, доля относительно обеспеченных (доходы свыше 2ПМ) среди них снизилась с 25,3% до 16,6%.

Негативная динамика относитель-

ной обеспеченности (доходы на уровне от 1 до 1,5ПМ) наблюдалась и среди одиноко проживающей молодежи (с 42,2 до 36,5%).

Состав домохозяйства и бедность. Сложившийся в России профиль бедности в наиболее общем виде можно охарактеризовать следующим образом: бедное население представлено двумя практически равными по величине группами, а именно «новыми» бедными и уязвимыми группами населения, традиционно относящимися к бедным. В первую группу входят домохозяйства с относительно благоприятной демографической структурой (супруги с одним ребенком, одиночки или супружеские пары трудоспособного возраста и т.п.). Факторами бедности здесь выступают скорее социально-экономические условия — состояние рынка труда и уровень заработной платы. Эти категории домохозяйств имеют меньший риск попадания в число бедных по сравнению с традиционными группами риска (многодетные, неполные семьи, пожилые одиночки старших возрастов), но их высокое представительство в структуре населения делает проблему преодоления бедности важным компонентом социальной политики (табл. 3).

В структуре населения типы семей традиционной бедности относительно малочисленны (например, неполные семьи составляют 11% среди опрошенных домохозяйств). Так, в числе бедных по располагаемым ресурсам доля неполных семей увеличивается вдвое (22%), в то время как пожилых одиночек в этой структуре в 4 раза меньше, а пожилых супругов — в 3 раз меньше, чем в общем числе домохозяйств.

Результаты опросов демонстрируют преимущественно «детское ли— цо» — именно семьи с детьми преоб-

Таблица 3

Состав домохозяйства и бедность

Структура бедных по располагаемым ресурсам Уровень бедности по располагаемым ресурсам

2004 г. 2006 г. 2004 г. 2006 г.

Все домохозяйства 100,0

Домохозяйства лиц трудоспо- 9,4 собного возраста

Домохозяйства лиц пенсион- 9,0 ного возраста

Домохозяйства лиц трудоспо- 16,5 собного и пенсионного возрастов

Семьи с детьми-иждивенцами 11,6 старше 16 лет

Семьи с детьми до 16 лет 53,5 в том числе:

супруги с 1 ребенком 19,5

супруги с 2 и более детьми 14,6

неполные семьи с детьми 19,4

прочие семьи с детьми -до 16 лет

100,0 20,6 20,9

9,0 16,3 17,9

7,3 6,8 5,8

19,1 19,9 19,2

11,7 24,2 24,4

52,9 31,1 34,4

19,1 22,0 24,3

15,6 40,9 43,0

17,5 42,0 47,4 0,7 - -

ладают в группе бедных домохозяйств как за счет неполных и многодетных семей, так и за счет семей вполне благополучных с точки зрения демографических характеристик.

Этот вывод подтверждается данными о распределении различных возрастных категорий населения по группам располагаемых ресурсов: 35,2% детей в 2004 г. и 37,2% — в 2006 г. живут в бедных семьях, а среди детей дошкольного возраста их 41%.

Изменения в демографической структуре бедных домохозяйств связаны с динамикой риска бедности у различных типов (доли бедных в каждой из демографических групп): растет риск бедности для неполных и многодетных семей, а также у молодежи (табл. 3). В то же время отмечается тенденция к снижению доли бедных среди одиноких пенсионеров и семей с учащимися детьми.

По показателю «контролируемых

доходов» уровень бедности увеличивается у всех типов домохозяйств, и этот рост значителен: в 2—3 раза по отдельным демографическим типам. Таким образом, претендовать на оказание социальной помощи может большая доля домохозяйств, чем показывают расчеты по методике Росстата. Отсюда возникают разночтения между данными о снижении уровня бедности, предоставляемыми региональными статистическими службами, и ростом числа обращений в службы социальной защиты за различными видами социальной поддержки, включая детские пособия, жилищные субсидии и адресную помощь.

Однако какой бы показатель благосостояния мы не использовали, стабильным остается распределение мест по уровню бедности: в 2006 г., как и в 2004 г., к самым бедным относятся многодетные и неполные семьи (45% из них имеют располагаемые ресурсы

ниже ПМ, и почти 70% могут претендовать на социальную помощь, имея контролируемые доходы ниже ПМ). Именно эта категория выделяется как самая неблагополучная, поскольку неполные семьи практически не имеют других поступлений в свой бюджет, кроме денежных доходов.

Одной из характеристик глубины бедности является показатель дефицита доходов, т.е. суммы средств, отделяющей их от уровня прожиточного минимума. При одинаковом показателе бедности глубина ее может быть различна.

Размер дефицита в абсолютном выражении вырос за период между обследованиями у всех демографических типов домохозяйств, в меньшей степени — у пожилых, чьи доходы повысились за счет выплат, компенсирующих отмену натуральных льгот.

Вместе с тем, при расчете дефицита в долях ПМ, картина оказывается более позитивной: уменьшилась доля бедных с дефицитом, равным половине ПМ, и соответственно выросла доля бедных домохозяйств с минимальным уровнем дефицита (до 10% ПМ) — с 23 до 29%. Только у пожилого населения дефицит располагаемых ресурсов, рассчитанный в долях ПМ, в 2006 г. находился на уровне 11%, что в 2—2,5 раза ниже показателей по остальным демографическим типам.

В 2004—2006 гг. значительно (в 2 раза) уменьшилась доля семей самой глубокой бедности (рис. 5). В то же время глубина бедности домохозяйств пенсионеров относительно стабильна. Бедность этой категории населения не глубока: у 80% она не превышает 0,2ПМ (рис. 6).

2 0 ,0 2 0 ,0

11,6 7

5,5

2004

2006

16,67

Ю ,9

0,1

0 ,2

0 ,3

0 ,4

0 ,5

СВ .0,5 ПМ

Рис. 5. Дефицит сопоставимых располагаемых ресурсов в неполных семьях, в долях ПМ

пм

Рис. 6. Дефицит сопоставимых располагаемых ресурсов в семьях пенсионеров, в долях ПМ

%

Субъективное ощущение бедности семьями разного типа. Если рассматривать в качестве критерия бедности достаточность бюджета домохозяйства на минимальное текущее потребление (возможность покупать самые простые продукты питания и оплачивать жилье1), в наиболее тяжелом положении оказываются одинокие пенсионеры, более половины из которых указали на крайнюю ограниченность своего бюджета. По всем домохозяйс-твам за период между обследованиями наблюдается положительная динамика: доля домохозяйств с крайне ограниченными возможностями потребления снизилась с 40% до 30%, а у пожилых — с 61% до 42% (табл. 4).

1 К числу бедных относятся те домохозяйства, где доходов хватает на самую простую еду и оплату жилья (или не хватает даже на это).

Тем не менее, население старших возрастов, особенно пожилые одиночки, имея в большинстве своем доходы и располагаемые ресурсы несколько выше прожиточного минимума, часто оказываются в категории бедных в связи с реальными отклонениями от стандарта потребления в обществе и по субъективной оценке своего положения. Среди семей с детьми по субъективному индикатору самыми бедными оказываются неполные семьи, они имеют такой же уровень дефицита бюджета на минимальное потребление, как и пенсионеры.

Другой индикатор, позволяющий оценить динамику субъективной бедности, базируется на ответах вопроса анкеты: «К какой группе Вы бы себя отнесли?». Доля домохозяйств, считающих себя бедными или крайне бедными, за период между обследованиями возросла (табл. 4). Значительный

Таблица 4

Уровень субъективной бедности домохозяйств разного демографического состава, %

Недостаточность бюджета на текущее потребление Субъективное ощущение бедности

2004 г. 2006 г. 2004 г. 2006 г.

Все домохозяйства 41,1

Домохозяйства лиц трудоспо- 35,9 собного возраста

Домохозяйства лиц пенсион- 60,5 ного возраста

Домохозяйства лиц трудоспо- 43,4 собного и пенсионного возрастов

Семьи с детьми-иждивенцами 34,2 старше 16 лет

Семьи с детьми до 16 лет 29,5 в том числе:

супруги с 1 ребенком 21,5

супруги с 2 и более детьми 25,5

неполные семьи с детьми 47,6

29.5 23,0 29,1

29.6 20,8 29,2

41,9 32,5 40,4

29,6 22,3 29,2

19,4 17,4 19,1

24,3 18,8 23,0

14,9 12,9 14,1

25.0 12,7 18.4

43.1 35,0 44,0

рост характерен для домохозяйств, состоящих из лиц трудоспособного возраста (молодые одиночки и супружеские пары), что никак не согласуется с динамикой доходной бедности этой группы домохозяйств, которая остается практически без изменений. Для домохозяйств пенсионеров субъективное ощущение бедности возрастает на фоне пусть слабого, но снижения бедности по монетарным индикаторам. Среди семей с детьми неполные семьи выделяются как более высоким уровнем субъективного ощущения бедности, так и более сильной его негативной динамикой в период между обследованиями.

Сопоставление домохозяйств, имеющих располагаемые ресурсы ниже ПМ, и субъективно ощущающих себя бедными, указывающих на крайнее ограничение ресурсов, позволяет выделить 10% домохозяйств, у которых реальная бедность и ее ощущения совпадают. Для супругов с детьми доля

бедных по располагаемым ресурсам почти в 2 раза выше, чем доля субъективно ощущающих себя бедными, для неполных семей наблюдается высокая степень совпадения субъективных и объективных характеристик, а для одиночек этот разрыв составляет 2—4 раза с преобладанием субъективного ощущения. Здесь возможны два объяснения полученного результата: часть домохозяйств, являющихся формально бедными, на самом деле имеют не учтенные доходы, а с другой стороны — субъективная бедность характерна прежде всего для одиноких людей, и в этих случаях важную роль играет социально-психологический фактор. Учет динамики субъективных индикаторов важен как дополнительный аспект анализа уровня жизни населения.

* * *

Результаты исследований свидетельствуют о том, что за прошедший период, вопреки ожиданиям, в целом

численность бедного населения, оцененная по абсолютной методике измерения бедности, в регионе практически не изменилась. В то же время несколько снизились глубина, острота бедности и дефицит доходов бедных домохозяйств. Бедность в целом в регионе неглубокая, и значительная часть бедных домохо-зяйств сконцентрирована у ее черты. Расчет показателя «контролируемые денежные доходы» позволил оценить долю домохозяйств, формально имеющих право претендовать на социальную помощь, равную 40%.

Исследование позволило выявить высокую поселенческую дифференциацию в уровне жизни даже в пределах территории одной области. В областном центре (Н.Новгород), несмотря на тенденцию к росту уровня бедности в 2006 г, по-прежнему фиксируется самая низкая доля бедных. Причиной некоторого роста уровня бедности в областном центре стали факторы, связанные с рынком труда: снижение количества мест для подработок и уменьшение среднего размера дополнительного заработка.

Мнения респондентов о собственном уровне жизни согласуются с динамикой реальных доходов и располагаемых ресурсов, что позволяет использовать субъективные оценки населения в качестве дополнительного показателя благосостояния, хорошо отражающего динамику уровня жизни и бедности.

Социально-демографический про-

филь бедности за период между обследованиями в целом не изменился. По-прежнему к основным группам риска относятся семьи с детьми, в первую очередь неполные и многодетные. Последние изменения в системе социальной поддержки, связанные с монетизацией льгот, снизили уровень монетарной бедности пожилых людей. Семьи с детьми, особенно дошкольного возраста, являются группой повышенного риска бедности.

Если рассматривать в качестве критерия бедности достаточность бюджета домохозяйства на минимальное текущее потребление (возможность покупать самые простые продукты питания и оплачивать жилье) и субъективное ощущение бедности, то в наиболее тяжелом положении оказываются пенсионеры. Субъективное ощущение бедности усилилось, особенно у одиноких людей и традиционных групп риска (неполных и многодетных семей).

Официальная линия бедности неадекватно отражает реальное экономическое положение пенсионеров и экстремальных групп риска бедности (неполных и многодетных семей). Она не учитывает стоимость таких важных для них услуг, как здравоохранение и образование, которые все больше становятся платными. Эти социально-демографические группы нуждаются в специальной программе социальной поддержки, даже если их доходы несколько превышают прожиточный минимум.

Литература

1. Российский статистический ежегодник - 2006: Стат. сб. М.: ФСГС, 2006.

2. Римашевская Н.М. Базисные принципы социальной доктрины России // Народонаселение. 2005. № 3.

3. http://www.gks.ru/free_doc/2006/b06_ 11/07-01.Мш

4. Россия в цифрах-2004: Краткий стат. сб.: Доходы, расходы и потребление домашних хозяйств в 2003 г. М.: ФСГС, 2004.