«Любые дополнительные обязательства скажутся скорее негативно»

«Любые дополнительные обязательства скажутся скорее негативно»

Борис Овчинников, партнер Cross Insights

О модели развития российского рынка онлайн-тревела и сохранившихся на нем нишах “Ъ” рассказал партнер Cross Insights Борис Овчинников.

Борис Овчинников

Фото: Владимир Трефилов / РИА Новости

— Когда в России сформировался рынок e-travel?

— Примерно с середины 2010-х годов о нем можно было говорить как об уже зрелом. Развитие сегмента начиналось с появления отдельных систем бронирования, но массовый спрос возник после трех ключевых сдвигов — популяризации поисковиков-агрегаторов, появления нормальных онлайн-интерфейсов у перевозчиков и их партнерства с агрегаторами.

— Сейчас сегмент растет, как, например, онлайн-ритейл в целом?

— Рынок e-travel сильно отличается от электронной торговли. Если в ней рост все еще определяется перетоком спроса между продажами онлайн и офлайн, то в e-travel этот фактор уже не имеет существенного значения.

Рынок онлайн-тревел-агентств сильно связан с общей динамикой потребления туристических услуг в стране. Его потенциал зависит не от участников рынка, а скорее от общей ситуации в стране и мире. Поэтому мы можем говорить о том, что относительно уровня 2022 года показатели скорее выросли, относительно допандемийного 2019 года — нет. В отдельных сегментах динамика для российских игроков отчетливо положительная благодаря вынужденной переориентации спроса на внутренний туризм и уходу международных игроков.

— Ограниченное потребление сдерживает рост, а что ему способствует?

— В e-travel четыре основных направления: продажа авиационных и железнодорожных билетов, проживания, организованных туров. Первые три сегмента уже скорее наполнены, в случае с организованными турами потенциал для роста еще сохраняется. Он есть и в сегменте В2В-бронирований: доля офлайна или комбинированных моделей в случае с организацией поездок для бизнеса по-прежнему высока за счет наличия определенных требований к отчетности.

— Новые сегменты, такие как продажи экскурсий и авторских туров, будут расти?

— Потенциал есть, но это нишевый продукт, и объем рынка несопоставим с продажей билетов или размещения. Также на перспективы, очевидно, повлияет ситуация вокруг агрегатора «Спутник», чей гендиректор оказался под стражей после гибели группы на диггер-экскурсии в августе. Нельзя сказать, что наличие подобных рисков стало сюрпризом, но живые примеры всегда оказывают психологическое влияние.

— На рынок онлайн-бронирования продолжают выходить новые игроки? У них есть перспективы?

— За последние годы мы не видели примеров появления на рынке действительно сторонних компаний. Например, внедрение модуля бронирования жилья на «Авито» стало логичной попыткой монетизировать бизнес. Туристические сервисы, запускаемые банками, маркетплейсами, картографическими сервисами и другими сторонними игроками с большой клиентской аудиторией,— это не более чем понятная попытка дополнительной монетизации аудитории. Иногда проекты оказываются успешными, иногда нет, но поскольку они, как правило, запускаются на базе партнерств с профильными участниками e-travel-рынка, то больших инвестиций не требуют, и даже в случае неудачи потери невелики.

E-travel — низкомаржинальный бизнес. Сделать проект для широкой аудитории, затраты на который оправдали бы себя, на мой взгляд, сложно. Активность сейчас концентрируется преимущественно в бизнес-туризме или нишевых продуктах.

— Обновление законодательной базы не окажет позитивного эффекта?

— В конкретных ситуациях, например в части определения зоны ответственности агрегаторов, в идеальном мире это был бы плюс. Но я с трудом могу себе представить ситуацию, в которой государство согласится с формулировкой, что единственная функция агрегатора — собирать и демонстрировать доступные предложения. А любые дополнительные обязательства скажутся скорее негативно.