Общественно-политическая деятельность С. А. Муромцева

ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ С.А. МУРОМЦЕВА

Л.П. Муромцева

На протяжении многих десятилетий либералы боролись за созыв общероссийского выборного собрания народных представителей. Впервые идею создания в России представительного учреждения под названием «Государственная дума» изложил еще выдающийся реформатор М.М. Сперанский в своем проекте преобразований «Введение к уложению государственных законов» (1809)1. Осуществить эту идею удалось лишь через 100 лет. В критической для российского самодержавия ситуации - в разгар революции 1905-1907 гг., столкнувшись с необходимостью легитимации собственного режима, верховная власть решилась на частичную модернизацию государственного устройства империи. В 1905 г. в ответ на активные революционные действия народных масс и требования либеральной общественности Николай II пошел на уступки, издав 17 октября Манифест, который устанавливал новый порядок производства законодательства и сообщал о воле государя: «Даровать населению незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов... привлечь теперь же к участию в Думе... те классы населения, которые ныне совсем лишены избирательных прав, предоставив за сим дальнейшее развитие начала общего избирательного права вновь установленному законодательному порядку, и установить как незыблемое правило, чтобы никакой закон не мог восприять силу без одобрения Государственной думы и чтобы выборным от народа обеспечена была возможность действительного участия в надзоре за закономерностью действий поставленных от нас властей». За Манифестом последовал именной указ Сенату от 11 декабря 1905 г. «Об изменении Положения о выборах в Государственную думу»2.

© Муромцева Л.П., 2010

Еще продолжалась революция, а в Петербург в конце апреля 1906 г. начали съезжаться со всех концов Российской империи народные избранники. Всего в Думу было избрано около 500 человек. На торжественном открытии I Государственной думы, состоявшемся 27 апреля (по старому стилю) в Георгиевском тронном зале Зимнего дворца, с краткой приветственной речью выступил император Николай II, после чего депутаты на пароходе отправились по Неве в Таврический дворец на свое первое деловое заседание. По пути их встречали восторженными возгласами толпы петербуржцев, скандировавших «Амнистия!» и ждавших от народных избранников демократических перемен в жизни страны. Относительное большинство мест (свыше одной трети) на выборах в Думу завоевали конституционные демократы, заранее согласовавшие на своем партийном съезде кандидатуру ее председателя - Сергея Андреевича Муромцева, известного ученого-юриста, адвоката, либерального общественного деятеля. Его кандидатура получила одобрение и думских депутатов, представлявших другие политические партии, и беспартийных парламентариев и при голосовании прошла почти единогласно. В тот памятный день Сергей Андреевич обратился к депутатам с такими словами: «Кланяюсь Государственной думе... Совершается великое дело, воля народа получает свое выражение в форме правильного, постоянно действующего, на неотъемлемых законах основанного, законодательного учреждения. Великое дело налагает на нас и великий подвиг, призывает к великому труду. Пожелаем друг другу и самим себе, чтобы у всех нас достало сил для того, чтобы вынести его на своих плечах на благо избравшего нас народа, на благо Родины»3. Избрание председателем I Государственной думы стало венцом жизненного пути С.А. Муромцева, его многолетнего служения обществу.

Родился Сергей Андреевич 23 сентября 1850 г. в Петербурге, на Фонтанке, в казармах лейб-гвардии Московского полка, в котором служил офицером его отец Андрей Алексеевич. Происходил он из старинного дворянского рода, корни которого сам Сергей Андреевич проследил до XVI в. Все Муромцевы по мужской линии были военными, принимали участие во взятии Казани, в разгроме польской интервенции в начале XVII в., в Отечественной войне 1812 г. Вопреки семейной традиции Сергея Муромцева совсем не привлекала перспектива военной службы. Он избрал для себя научное, а затем политическое поприще. К этой деятельности он готовился с юных лет.

В его детской памяти запечатлелись рассказы деда по матери о заграничном походе русской армии в 1813-1814 гг. и обсуждавшиеся взрослыми газетные публикации о походах Джузеппе Гарибаль-

ди. В душу мальчика глубоко запали и беседы с дядей Семеном Алексеевичем Муромцевым, убежденным либералом. Переписка с ним продолжалась и в юношеские, и в зрелые годы. Гораздо позже, став уже профессором-юристом, племянник напишет ему в 1878 г., приступая к изданию «Юридического вестника»: «Каждый раз, милый дядя, когда мне приходится браться за новое дело и вести его с борьбой против всяких предрассудков, невежества, пошлости, передо мною восстает Ваш образ, служащий мне символом борьбы за правду. С самого детства я привык видеть в Вас человека, который ставил своею жизнью такую борьбу и имел достаточно мужества и перед властью, и перед толпою (которая подчас бывает опаснее власти), чтобы делать свое дело до конца, как следует»4.

Особенно запомнились близким Сергея Андреевича его детские игры в «государство». Отличаясь любознательностью и большими способностями, мальчик, прочитав в библиотеке отца «Справочную книгу офицера», содержащую краткие сведения о политическом устройстве зарубежных стран, объявил отцовское имение Лазавку (в Новосильском уезде Тульской губернии) конституционным государством, в котором имелся парламент с верхней и нижней палатами, размещавшимися в двух беседках сада, а резиденция его главы располагалась в господском доме. Сергей сочинил конституцию своего государства, нарисовал карту, разделил на губернии и уезды, составил письменную историю, а чуть позже стал выпускать ежедневную семейную газету. Таким образом, уже в детстве постепенно формировались многие черты характера и будущие интересы Сергея Андреевича.

Благодаря матери, Анне Николаевне, происходившей из дворянского рода Костомаровых, С.А. Муромцев получил хорошее домашнее образование. К сентябрю 1860 г. семья Муромцевых переселилась из тульского имения Лазавка в Москву. Здесь Сергей поступил в гимназию и в 1867 г. окончил ее с золотой медалью5.

Становление С.А. Муромцева происходило в годы общественного подъема, вызванного буржуазными реформами 60 - начала 70-х годов XIX в. В Москве в свободные от занятий часы гимназиста можно было увидеть на заседаниях окружного суда, интересовала молодого Муромцева и деятельность Московского губернского земского собрания. Так, задолго до окончания гимназии он вполне осознанно и твердо сделал свой жизненный выбор, считая юриспруденцию и самым подходящим для себя, и весьма нужным людям занятием.

Рано проявившийся интерес к государственному праву привел Сергея Муромцева в 1867 г. на юридический факультет Московского университета. На первых двух курсах его интересовали не

только специальные предметы (энциклопедия права, статистика и др.), но и блистательные лекции знаменитого историка Сергея Михайловича Соловьева, способствовавшие укреплению западнических настроений будущего первого председателя Государственной думы. Активно участвовал он и в деятельности студенческого кружка, рассматривавшего на своих примерных судебных заседаниях уже решенные уголовные дела, полученные при содействии профессуры из окружного суда. Функции его председателя обычно выполнял Сергей Муромцев, готовивший, правда, себя к научной карьере6. Он еще в 1869 г. в записной книжке пророчески наметил ее основные вехи: защита магистерской диссертации через шесть лет, чтение лекций, а затем спустя некоторое время отставка «за распространение либерализма»7.

И действительно, в 1871 г. С.А. Муромцев был утвержден Советом Московского университета в степени кандидата права «за отличные успехи», а немногим позже оставлен при нем для подготовки к профессорскому званию. Для совершенствования образования С.А. Муромцев вместе со своим близким другом князем Л.С. Голицыным в 1873 г. направился в Германию. По пути к главной цели путешествия им довелось побывать в Константинополе, Афинах, ряде городов Италии, Австрии. Один семестр они занимались в Лейпцигском университете, а в Геттингене на Муромцева произвели неизгладимое впечатление лекции профессора Рудольфа фон Иеринга, основоположника социологического направления в европейском правоведении. Под его влиянием еще в 70-е годы XIX столетия, т. е. за полвека до Е. Эрлиха и Р. Паунда, С.А. Муромцев выдвинул, разработал и сформулировал идеи социологического изучения права (с применением функционального и ис-торико-сравнительного методов), предложил понятие права как действующего правопорядка, противопоставил «живое» право «мертвому». С помощью социологической теории права С.А. Муромцев пытался оправдать судейское правотворчество, направленное на эволюционную замену абсолютистского режима либеральным правопорядком8.

По возвращении из зарубежной поездки, значительно расширившей его кругозор, Сергей Андреевич защитил в 1875 г. диссертацию «О консерватизме римской юриспруденции», получил степень магистра гражданского права и стал доцентом юридического факультета Московского университета. В 1877 г. последовала успешная защита докторской диссертации «Очерки общей теории гражданского права». Обе диссертации были сразу же опубликованы в виде отдельных монографий. Следующие вехи в его послужном списке - экстраординарный и ординарный профессор кафед-

ры римского права (1878), проректор Московского университета (1880-1881). Одна за другой издавались новые книги С.А. Муромцева: «Определение и основное разделение права» (1879); «Гражданское право Древнего Рима» (1883); «Рецепция римского права на Западе» (1886). Кроме них из-под его пера выходили десятки статей, заметок, рецензий. Всего список печатных работ С.А. Муромцева насчитывает свыше 180 наименований9. Наряду с напряженными научными исследованиями Сергей Андреевич постоянно читал в университете лекции и, по отзывам слушателей, был прекрасным оратором.

Бывшие ученики с особой теплотой вспоминали о Муромцеве-педагоге, о его поразительном умении соединять результаты своих научных исследований с материалами университетских лекций. «Труды, выросшие из лекций, - писал В.М. Нечаев, - отличаются... необыкновенной строгостью стиля, последовательной логичной стройностью и выдержанностью, - ведь их положения рассчитаны на то, чтобы научно дисциплинировать мысль слушателя - воздействовать не на его чувства, а лишь на его самостоятельное мышление, на его разум. В этом весь Муромцев как профессор»10. Нечаев уловил в преподавательской манере профессора-юриста Муромцева черту, которая была свойственна Сергею Андреевичу во всем, что бы он ни делал, - это отсутствие в его лекциях, выступлениях, печатных трудах стремления к дешевым, рассчитанным на исключительно внешний эффект приемам. Это же в Муромцеве отмечал и Г. Шершеневич, подчеркивавший, что на замечания о том, что преподаватель в своих лекциях должен снизойти до уровня понимания своих слушателей, Сергей Андреевич неизменно отвечал, что предпочитает поднимать слушателей до своего уровня понима-ния11.

Прирожденный либерал, сторонник создания в России правового государства, С.А. Муромцев в воспитании правосознания общества придавал большое значение публицистике. «Будущее не должно застать нас врасплох», - часто говорил он. В 1878-1892 гг. Сергей Андреевич возглавлял журнал «Юридический вестник», а с 1880 г. был избран председателем Московского юридического общества, члены которого под его руководством активно занимались подготовкой проектов более совершенных и столь необходимых России законов. Всех их объединяла идея создания на основе реформ правового государства. Вокруг «Юридического вестника» группировались либерально настроенные публицисты и правоведы. На рубеже 70-80-х годов XIX в. в журнале практически ежемесячно публиковались материалы по конституционной тематике, связанные не только с Россией, но и с другими европейскими государ-

ствами. В таком же русле действовало и Московское юридическое общество, чья задача в тогдашней обстановке, по словам Муромцева, заключалась «в проведении в публику политических идей, усвоение которых требуется современным общественным состоянием России»12.

Автором наиболее злободневных политических заметок в «Юридическом вестнике» был его редактор С.А. Муромцев, сблизившийся с выдающимся ученым-социологом, либералом по убеждениям М.М. Ковалевским. В сотрудничестве с единомышленниками - юристами В.Ю. Скалоном и А.И. Чупровым - Сергей Андреевич весной 1880 г. подготовил «Записку о внутреннем состоянии России» и передал ее получившему от Александра II весьма широкие полномочия графу М.Т. Лорис-Меликову, на которого либералы первоначально возлагали большие надежды, требуя созыва общероссийского земского представительства и гарантий демократических свобод. Они прямо призывали верховную власть привлечь общественные круги к более широкому участию в государственной жизни, создав из представителей земств «особое самостоятельное совещание» с законосовещательными функциями13. Рукописные копии «Записки» распространялись в либеральной среде, где она получила большой резонанс. Опубликовать ее в России тогда не удалось из-за запрета цензуры, потребовавшей вырезать крамольный текст из апрельского номера «Вестника Европы» за 1881 г. Но в том же году в Берлине вышло ее заграничное издание под названием «В первые дни министерства гр. Лорис-Меликова». Содержавшиеся в «Записке» идеи частично использовались при составлении так называемой Конституции М.Т. Лорис-Меликова -проекта ограниченных реформ, представленного императору Александру II накануне 1 марта 1881 г. Впрочем, к тому моменту один из авторов «Записки», С.А. Муромцев, уже успел разочароваться в Лорис-Меликове, видя в его деятельности как министра внутренних дел «много хорошего», но «ни одной решительной меры», а главное - отсутствие хорошо продуманного и последовательного плана действий14.

Политический климат России между тем постепенно менялся. Как известно, после убийства 1 марта 1881 г. народовольцами императора Александра II реакция перешла в наступление. С принятием реакционного университетского устава 1884 г. участь либерально настроенных профессоров была решена. С.А. Муромцев вместе с другими профессорами был уволен из университета «за распространение либерализма» и «политическую неблагонадежность». Таким образом, еще раз подтвердилась истина: либерализм в России безнаказанным не остается.

Оторванный от университетской среды, С.А. Муромцев сосредоточил свою деятельность в области практической юриспруденции. Огромная эрудиция, честность и принципиальность создали ему блестящую репутацию адвоката.

Вот какую характеристику Муромцеву как адвокату дал его коллега И.А. Кистяковский: «Русская адвокатура знает много талантов, богатых житейским красноречием, но в смысле того юридического красноречия, где слово - чекан, С. А. остается недосягаемым образцом. Это не красноречие внешнего и широкого успеха, оно не трогает чувства, но нужна великая дисциплина ума, дабы явиться носителем именно этого красноречия»15.

Будучи честным и нравственно щепетильным человеком, Муромцев всегда тщательно изучал материалы дела, и если у него появлялось сомнение в достоверности какого-либо из документов, он обычно отказывался от защиты, хотя ему и предлагалось крупное вознаграждение.

Глубоко зная гражданское право и умело применяя его нормы на практике, Сергей Андреевич и в своей адвокатской деятельности оставался прежде всего ученым, стремившимся в выступлениях на судебных процессах развивать нормы действующего права, дать их исчерпывающее толкование. Такой подход к выполнению функций защитника, конечно, отнимал у С.А. Муромцева не только немало времени, но и сил и здоровья. Как вспоминал известный деятель кадетской партии и адвокат М.М. Винавер, который не раз вел вместе с ним судебные дела, они проводили «много дней, а подчас и ночей, в общей умственной работе»16. Защита прав личности от произвола - вот что стояло на первом плане перед Муромцевым-адвокатом, вот для чего не жалел он своих сил.

Наряду с адвокатской деятельностью Сергей Андреевич продолжал активно заниматься публицистикой: до 1892 г. редактировал «Юридический вестник», сотрудничал с газетами «Порядок», «Русские ведомости», «Судебной газетой», журналами «Вестник Европы», «Русская мысль», «Северный вестник» и другими изданиями, обосновывая на страницах прессы необходимость тесного взаимодействия власти и общества, ратуя за расширение сферы использования суда присяжных, за применение его в гражданском процессе17.

После увольнения и вплоть до восстановления в должности профессора Московского университета (июнь 1906 г.) Муромцеву лишь эпизодически доводилось заниматься преподавательской работой, читая лекции в Александровском лицее в Петербурге и в Русской высшей школе общественных наук в Париже.

На протяжении многих лет Сергей Андреевич активно участвовал в земском движении: не раз в 80-90-е годы XIX в. избирался глас-

ным Московского губернского и уездного земств. Не смог он отказаться и от участия в выборах в гласные Новосильского уездного и Тульского губернского земских собраний. Муромцев заслужил репутацию радикала и в качестве гласного Московской городской думы (1881-1884, 1889-1893, 1897-1908). Сохранились свидетельства о его работе в Московском комитете грамотности и комиссии по народному образованию18. Не жалея сил, он, будучи гласным Думы, немало потрудился над разработкой ее постановлений по многим вопросам жизни крупнейшего города. Особый интерес у него вызывали проблемы создания юридической базы органов городского самоуправления, соотношения между местным и общероссийским законодательством. Занимался он решением и чисто хозяйственных вопросов: обсуждением отчета о строительстве Александровских казарм, рассмотрением проектов создания окружной железной дороги, упорядочения Цветного бульвара, газового освещения Москвы. Особенно в первый период своей думской работы, в 1881-1884 гг., ему нередко приходилось выступать в качестве наиболее квалифицированного юридического эксперта по правовым вопросам работы Московской думы, ее гласных и председателя. Позднее, воздавая дань памяти Сергею Андреевичу, городская дума учредила премию и стипендию его имени при юридическом факультете Московского университета и поместила портрет одного из самых известных своих гласных в зале заседаний.

Пик плодотворнейшей деятельности С.А. Муромцева пришелся на конец 1904-1906 г.: начиная с ноября 1904 г. он - активный участник всех земских съездов, соавтор важнейших программных документов либералов.

Вскоре наступило Кровавое воскресенье 9 января 1905 г. В стране грянула революция, ознаменовавшаяся не только выступлениями рабочих и крестьян. Невиданного ранее подъема достигло либеральное движение. В это время Сергей Андреевич Муромцев словно переживал вторую молодость. Не жалея сил, захватывая нередко ночные часы, он подолгу сидел над текстами столь нужных стране проектов законов, оттачивая до блеска их формулировки. И по праву проект конституции, представленный на рассмотрение земского съезда в июле 1905 г., именуется муромцевским. Этот документ стал теоретической основой последующего конституционного движения в России19. Высшими ценностями для Муромцева и других русских конституционалистов являлись права личности и законность. Все преобразования в России должны были (и в этом состояла его твердая убежденность) осуществляться исключительно правовым путем.

Конституционная модель Муромцева была призвана не столько заменить существующие законы, сколько постепенно наполнить их новым содержанием. Муромцев, как и многие другие либералы, считал наиболее целесообразным введение в России конституционного строя с помощью ряда реформ сверху, последовательно осуществляемых самой монархической властью.

«Проект изложен таким образом, - писал С.А. Муромцев, - что мог бы быть включен в Свод законов взамен ныне действующих статей 47-81 первой части первого тома, не затрагивая непосредственно остальных отделов ни первой, ни второй части первого тома Свода и предоставляя уже дальнейшему ходу законодательства дать то или другое выражение влиянию новых начал на старые части законодательства»20.

Впервые проект конституции был опубликован 6 июля 1905 г. в газете «Русские ведомости». Он состоял из шести разделов и 113 статей, представляя собой достаточно сжатый и четко сформулированный документ21. В проекте Основного и Избирательного законов уже в первых статьях первого раздела провозглашалось, что «Империя Российская управляется на твердых основаниях законов», проекты которых «исходят от Императорской власти или от Государственной думы и не иначе получают силу закона, как по одобрении Государственной думы и по утверждении Императором за собственным Его Величества подписанием»22. Особое значение имело и декларировавшееся равенство всех российских граждан перед законом, «не взирая на различия их племенного происхождения, веры или сословного положения»23. Проект был направлен на введение в стране всеобщего равного избирательного права, последовательным сторонником которого являлся С.А. Муромцев, широко использовавший при его разработке тексты европейских конституций и избирательных законов. Можно, таким образом, считать, что проект Муромцева на определенном этапе создавал основу и возможность исторического компромисса конституционно-либерального движения и монархического правительства, объединения их усилий по преодолению революционного кризиса. Возможность эта оказалась тогда нереализованной24.

С 12 по 18 октября 1905 г. в Москве в разгар Всероссийской политической стачки проходили заседания первого учредительного съезда партии конституционных демократов. С.А. Муромцева, принявшего деятельное участие в его подготовке, избрали в состав Центрального комитета, а в апреле 1906 г. он прошел в I Государственную думу от кадетов по Москве25. С избранием в депутаты Думы С.А. Муромцев становился и потенциальным кандидатом от партии на пост ее спикера.

Известный как талантливый председатель еще с 80-х годов XIX в., времен расцвета Московского юридического общества, блестяще зарекомендовавший себя в 1904-1905 гг. на земско-городских съездах, Муромцев, по мнению многих современников, был лучшей кандидатурой на этот пост. К его известности как председателя добавлялось еще и профессиональное знание парламентских порядков европейских стран, безупречный нравственный авторитет как политика «чистых рук».

Избранный 27 апреля 1906 г. на высокий и ответственный пост председателя I Государственной думы, к которому он готовился всю предшествующую жизнь, Сергей Андреевич возложил на себя огромное бремя ответственности и перед депутатами, и перед всей Россией.

Четкость, последовательность и беспристрастность Муромцева, его некоторая председательская жесткость, культура и корректность дисциплинировали Думу. Плавная речь, античный профиль самого Муромцева, старомодные обращения вроде «господа совет», эстетство - все это способствовало умиротворению депутатов. «Председательствует - как обедню служит», - привел В.А. Маклаков меткое наблюдение одного депутата-крестьянина. Он «в последовательной, систематичной, ясной и красивой речи заставлял всех внимательно себя слушать и подчиняться его доводам»26. Трудно представить кого-либо другого на посту председателя Думы, кто смог бы поддерживать порядок в собрании из почти 500 человек27.

Установив для себя с первого же дня сверхжесткий режим работы с десяти часов утра и зачастую до трех часов ночи, Муромцев совмещал организационную работу в Думе и председательство на большинстве заседаний парламента с активной законодательной работой, прежде всего в части подготовки основных статей Наказа (регламента) Думы28.

Как подчеркивал депутат I Государственной думы Н. Езерский, «если Дума не блуждала первое время ощупью, не раскалывалась в ненужных вопросах процедуры... по возможности сокращала время, тратимое на выполнение формальностей. то этим в значительной степени Дума обязана такту и твердости своего председателя»29.

Объективности ради надо отметить наличие в воспоминаниях наряду с восторженными отзывами и более сдержанных, критических оценок деятельности I Государственной думы, особенно в мемуарах представителей правительственного лагеря. Так, известный государственный деятель России С.Ю. Витте писал позднее, что «было бы правильнее ее прозвать "Думою общественного увлечения и государственной неопытности", а не "народного возмездия"»30.

Да, первый опыт парламентаризма давался России с большим трудом. Но вряд ли стоит винить в этом думских депутатов, даже самых радикальных и нетерпеливых, выражавших установки своих политических партий, интересы и настроения своих избирателей. Как председатель I Государственной думы, С.А. Муромцев сделал все, что было в его силах, дабы направить ее работу в нормальное парламентское русло.

По словам А.А. Кизеветтера, видного историка и члена Центрального комитета кадетской партии, «свое дело Муромцев выполнял так превосходно, что все члены Думы без различия партий восхищались его председательствованием и признавали его своим общим вождем». Дополняя эту высокую оценку, А.А. Кизеветтер далее писал: «Строгий, суровый, торжественный стоял он на своем месте и вел заседание твердо, в полном сознании правоты своих действий. Но, несмотря на его суровость, все члены Первой Думы не только слушались его, но и сердечно любили его. Они все чувствовали, что Муромцеву Дума была дорога, потому что ему дорога была родина, для блага которой он пошел в Думу»31.

Введение в России законодательной выборной Думы было важнейшим в ее истории событием и крупнейшим завоеванием народа, достигнутым в годы Первой российской революции.

Центральным в I Государственной думе стал аграрный вопрос, особенно бурно обсуждавшийся народными избранниками. Депутаты требовали ликвидации крестьянского малоземелья, отмены смертной казни, объявления амнистии политическим заключенным, установления ответственности министров перед представительным учреждением, всеобщего равенства и соблюдения законности в стране. Такая непокорная Дума оказалась слишком большой обузой для царского самодержавия. Созданная на пять лет, она просуществовала всего 72 дня. 8 июля 1906 г. Николай II подписал Манифест о ее роспуске под предлогом того, что думские депутаты «вместо работы строительства законодательного уклонились в не принадлежащую им область». Как видим, ростки парламентаризма приживались в России на заре XX в. с большим трудом. В знак протеста против роспуска Думы около двухсот депутатов во главе с С.А. Муромцевым собрались в Выборге, где подготовили воззвание «Народу от народных представителей», в котором призвали население к гражданскому неповиновению - отказу от уплаты налогов и от призыва на военную службу до созыва нового всероссийского представительного учреждения. В Выборгском воззвании, в частности, говорилось: «Когда вы избирали нас своими представителями, вы поручили нам добиваться земли и воли. Исполняя ваше поручение и наш долг, мы составляли законы для обеспечения

народу свободы, мы требовали удаления безответственных министров, которые, безнаказанно нарушая законы, подавляли свободу; но прежде всего мы желали издать закон о наделении землею трудящегося крестьянства путем обращения на этот предмет земель казенных, удельных, кабинетских, монастырских и церковных и принудительного отчуждения земель частновладельческих. Правительство признало такой закон недопустимым, а когда Дума еще раз настойчиво подтвердила свое решение о принудительном отчуждении, был объявлен роспуск народных представителей»32. Наряду с другими поставил свою подпись под документом и С.А. Муромцев - человек глубоко порядочный и честный, поборник права и парламентаризма, внутренне, возможно, и не вполне согласный с такой формой протеста. Вскоре власти привлекли к судебной ответственности бывших думских депутатов, подписавших Выборгское воззвание, так и не получившего ожидавшейся широкой поддержки населения. Их лишили избирательных прав и права быть избранными в Государственную думу.

Но Муромцев, не сломленный духовно, продолжал жить с верой в лучшее для страны будущее, занимаясь подготовкой Наказа для будущей Думы. Утешение он находил в изречении из библейской притчи, ставшем его своеобразным жизненным девизом: «Сторож, скоро ли рассвет? Еще темно, но день уже близок.»33. Достойнейшим было его поведение и во время суда над депутатами I Государственной думы 12-18 декабря 1907 г. в Петербурге, и в период трехмесячного пребывания в Таганской тюрьме в Москве34. Правда, здоровье Сергея Андреевича после всех сложных перипетий научной и общественно-политической деятельности оказалось резко подорванным. Тем не менее он продолжал напряженно работать: и в роли адвоката, и в качестве профессора по кафедре гражданского права Московского университета, и как преподаватель на Высших женских юридических курсах, в Коммерческом институте, а с 1 октября 1908 г. входил в число лекторов «первого призыва» Народного университета им. А.Л. Шанявского. В судьбе Народного университета Муромцев сыграл важную роль как преподаватель, но прежде всего как юрист и член попечительского совета в процессе становления этого нового типа вуза в России. Он участвовал в подготовке Положения об университете им. Шанявского, прошедшего думское обсуждение с незначительными поправками. Ему довелось участвовать и в разработке Устава «Общество для усиления средств Городского университета», и в деятельности академического совета по разработке учебных планов этого вуза35.

В 1908 г. вышла книга С.А. Муромцева «Основы гражданского права. Человек и общество», а через два года его «Статьи и речи»

в пяти выпусках (последние два выпуска уже после кончины автора, успевшего подготовить их к печати).

Вот далеко не полный перечень дополнительных обязанностей Сергея Андреевича уже в достаточно пожилом возрасте: председатель суда чести при Обществе деятелей периодической печати и литературы, член редакции Энциклопедического словаря братьев Гранат, один из организаторов Общества мира в Москве, член Общества народных университетов.

Выражением жизненного кредо С.А. Муромцева в этот период стала его проникновенная речь, произнесенная 26 апреля 1909 г. на торжественном собрании в Московском университете, посвященном 100-летию со дня рождения Н.В. Гоголя: «Чествование Гоголя есть чествование духовной народной мощи - той жизнедеятельной силы народного духа, которую сам Гоголь постоянно сознавал в основе своего художественного творчества. Чествование Гоголя есть обращение к чувству общественности, призыв к нелицемерному и горячему служению народу, к самоусовершенствованию личности, как составной единицы человеческого общежития»36.

В том же году чествовали и самого оратора по случаю 25-летия его адвокатской деятельности. А 23 сентября 1910 г. Сергей Андреевич скромно отметил свое шестидесятилетие и, хотя летом в связи с ухудшением здоровья пришлось обращаться к врачам, юбиляр был переполнен жизненными планами: готовил проекты законов для будущей, либеральной по составу, думы; задумывал новый курс лекций, новые научные работы37. Но этим планам не суждено было осуществиться. В ночь с 3 на 4 октября 1910 г. Сергей Андреевич скончался от сердечного приступа.

Весть о смерти С.А. Муромцева разнеслась по всей России от Петербурга до Владивостока. Скорбные некрологи напечатали многие русские и зарубежные органы прессы. Похороны председателя I Государственной думы 7 октября 1910 г. надолго запомнились москвичам. В течение нескольких часов по центральным улицам и площадям первопрестольной к Донскому монастырю двигалась огромная траурная процессия. Такой массовой манифестации Москва не знала, пожалуй, со времен Первой русской революции38. Студенты, стоявшие с двух сторон цепью, порой с трудом сдерживали натиск многотысячной толпы. В ней можно было встретить и молодых людей, и убеленных сединами респектабельных господ, и интеллигенцию, и рабочих. Полиция тоже присутствовала, но держалась незаметно, не вмешиваясь в организацию похорон. Десятки колесниц везли венки с траурными лентами. В центре не работали магазины, учебные заведения. Так провожали в последний путь благороднейшего человека, отдавая дань глубокого уважения его

памяти. Имя Сергея Андреевича Муромцева знала тогда вся просвещенная Россия.

Многим из присутствовавших на траурной церемонии запали в душу проникновенные слова юриста Ф.Ф. Кокошкина, депутата I Государственной думы от Москвы:

«Сергей Андреевич Муромцев был явлением пророческим в нашей жизни. Он не только учил нас началам правового государства, но и предсказывал их осуществление, предсказывал не словами, нет, - но сам собою, своею личностью, всем существом своим. В те времена, когда самая мысль о народном представительстве в России казалась многим бредом, люди проницательные, видя его в Московской городской думе, в московском земстве, могли предугадать, что представительный строй близится к нам. Ибо уже тогда в лице Сергея Андреевича мы имели народного представителя, и даже более того - главу представительного собрания. Пророчество сбылось. Москва помнит ту минуту, когда она отказывалась от своих исключительных прав на Муромцева, когда она отдавала его всей России...»39.

Траурная церемония на Донском кладбище продолжалась до позднего вечера. Выступавшие говорили об удивительной целостности личности Сергея Андреевича, о верности его идеалам свободы, о том, что имя Муромцева навсегда останется символом российского парламентаризма.

Примечания

1 Конституционные проекты в России XVIII - нач. XX в. М., 2000. С. 348-410.

2 Российское законодательство X-XX веков: В 9 т. М., 1994. Т. 9. С. 41.

3 Государственная дума, 1906-1917: Стенографические отчеты. М., 1995. Т. 1. С. 36.

4 Милюков П.Н. Сергей Андреевич Муромцев. Биографический очерк // Сергей Андреевич Муромцев. М., 1911. С. 4, 7-8.

5 См.: [5. Н.] Из семейной и личной жизни // Сергей Андреевич Муромцев. С. 59-61.

6 См.: Цуриков А. Из воспоминаний старого товарища // Сергей Андреевич Муромцев. С. 75-79; Давыдов Н. К характеристике С.А. Муромцева (Из личных воспоминаний) // Там же. С. 65-74.

7 См.: Милюков П.Н. Указ. соч. С. 19.

8 См. более подробно: Зорькин В.Д. Муромцев. М., 1979; Смирнов А.Ф. Государственная Дума Российской империи, 1906-1917 гг. М., 1998; Аронов Д.В. Научная и общественно-политическая деятельность Сергея Андреевича Муромцева. Орел, 2001.

9 См. перечень публикаций С.А. Муромцева: Сергей Андреевич Муромцев. С. 407-419.

10 Нечаев В.М. С.А. Муромцев как ученый и профессор. СПб., 1910. С. 8.

11 Шершеневич Г. Муромцев как ученый // Сергей Андреевич Муромцев. С. 90.

12 Юридический вестник. 1882. Кн. I. Приложения. С. 5-6.

13 См. публикацию «Записки»: Муромцев С.А. Статьи и речи. М., 1910. Вып. V. С. 11-38.

14 Юридический вестник. 1880. Кн. X. С. 316-317; Милюков П.Н. Указ. соч. С. 32-33; Секиринский С.С, Шелохаев В.В. Либерализм в России. Очерки истории (середина XIX - начало XX в.). М., 1995. С. 105-107.

15 Кистяковский И.А. Адвокатская деятельность // Сергей Андреевич Муромцев. С. 147-157.

16 Винавер М.М. Недавнее (Воспоминания и характеристики). Пг., 1917. С. 59-99.

17 Кривонос М. Муромцев Сергей Андреевич // Политические партии России. Конец XIX - первая треть XX // Энциклопедия. М, 1996. С. 375.

18 См.: Астров Н.И. В Московской городской думе // Сергей Андреевич Муромцев. С. 158-179; Шаховской Д.И. Работа в земстве // Там же. С. 180-204; Муромцев С.А. Статьи и речи. М., 1910. Вып. IV.

19 См.: Кокошкин Ф.Ф. С.А. Муромцев и земские съезды // Сергей Андреевич Муромцев. С. 205-250.

20 Медушевский А.Н. Конституционный проект С.А. Муромцева // Исследования по источниковедению истории России (до 1917 г.). М., 1996. С. 173-196.

21 Проект Основного и Избирательного законов в редакции С.А. Муромцева // Сергей Андреевич Муромцев. Приложение первое. С. 384-406.

22 Сергей Андреевич Муромцев. С. 385.

23 Там же. С. 386.

24 См.: Медушевский А.Н. Сергей Андреевич Муромцев // Российские либералы. М., 2001. С. 304.

25 Политическая история России в партиях и лицах. М., 1994. С. 183-184.

26 Маклаков В.А. Вторая Государственная дума. Лондон, 1991. С. 68.

27 См.: Лукоянов И.В. У истоков российского парламентаризма. СПб., 2003. С. 145.

28 Винавер М. Муромцев - адвокат и председатель Государственной думы // Сергей Андреевич Муромцев. С. 270.

29 Езерский Н. Государственная Дума первого созыва. Пенза, 1907. С. 19.

30 Витте СЮ. Воспоминания. М., 1960. Т. 3. С. 356.

31 Кизеветтер А.А. Сергей Андреевич Муромцев. Председатель Первой Государственной Думы. М., 1918. С. 12-13.

32 Политические партии и движения России: Документы и материалы. М., 2001. Т. 1. С. 26.

33 Венок на могилу Сергея Андреевича Муромцева. М., 1910. С. 49, 91.

34 См.: Суд над первой Государственной Думой 12-18 декабря 1907 г. СПб., 1908; Обнинский В.П. 90 дней в тюремном заключении. Тюремные заметки. М., 1917.

35 Шаховской Д. Из последних лет жизни // Сергей Андреевич Муромцев. С. 377; Речь. 1908. 6 декабря.

36 Муромцев С.А. Статьи и речи. Вып. I. С. 37-41.

37 Винавер М.М. Указ соч. С. 59-60.

38 См.: Венок на могилу Сергея Андреевича Муромцева. М., 1910.

39 Там же. С. 48.