Дорогая нефть больше не обрадует

Стабильность финансовой системы в России — все же еще достаточно непривычная ситуация и для рынков, и для потребителей, в связи с чем достаточно сложно «калибровать» масштабы происходящего. Так, события четвертого квартала 2018 года практически по всем параметрам — второй по масштабу шок для российской экономики за последнее десятилетие: с начала октября по конец декабря этого года цены на нефть, по-прежнему главный экспортный товар РФ, снизились более чем на 35%. Реакция российского рубля на происходящее — несложно видеть, что речь идет о снижении курса примерно на 5%, с уровня 65 руб./$ до 68–69 руб./$,— даже с некоторым техническим равнодушием описывается в одном из текущих бюллетеней Банка России, в котором ЦБ имеет редкую возможность обсуждать динамику курса национальной валюты вне ограничений, накладываемых на него финально объявленной в 2014 году политикой инфляционного таргетирования,— «Обзоре рисков финансового рынка».

Из отдельных наблюдений экономистов, готовивших обзор, отметим, видны несколько неочевидных, хотя и достаточно предсказуемых фактов. Прежде всего, расчеты ЦБ показывают «двусторонний» характер стабилизации. Моделирование Банком России отклика рубля на положительные нефтяные шоки в 2003–2018 годах демонстрируют вполне достоверную связь между укреплением рубля и позитивными шоками. Однако для 2013–2018 годов этот эффект малозначим, причем если бы речь шла только о воздействии «бюджетного правила» (с 2016 года), этих результатов получить бы не удалось. Обратная сторона происходящего в терминах новостей — в России мало кто заметил падение «главной цены в экономике России» на треть за два месяца, поскольку примерно такое же число людей заметило и совершенно такой же рост той же цены с лета 2017 года по осень 2018 года. Все, что происходило с рублем в эти месяцы (а происходила вялотекущая девальвация — с 57 руб./$ летом 2017 года до почти 70 руб./$ в августе 2018 года), имело к нефти минимальное отношение — в большей степени это ожидание санкций.

Итоги декабрьского стресс-теста ЦБ по финансовому рынку, кстати, достаточно внятно демонстрируют масштабы финансовой стабильности: как и в конце 2016 и 2017 годов, Банк России моделировал результаты для финсистемы РФ воздействия в течение двухдневного периода по всем фининструментам такого же масштаба шоков, как в 2008 и 2014 годах. Результат — по состоянию на 3 декабря шоки такого масштаба рынку будут почти незаметны.

Предфинальное тестирование системы, между тем, должно начаться 15 января, когда ЦБ выйдет на рынок с регулярными закупками валюты для Минфина (в минимальных объемах — слишком низки цены на нефть). Впрочем, реально параметры волатильности рубля станут понятны лишь к маю, когда рынок должен окончательно убедиться, что наблюдаемая стабильность — не трюк, а физическое свойство системы.