Особенности эмоционального интеллекта у женщин при параноидной шизофрении

6. Лемешевская З.П., Михальчик С.В., Водоевич В.П. Диагностика психического состояния человека по мимике лица // Журнал Гродненского государственного медицинского университета. - 2010. - № 1 (29). - С. 62-67.

7. Моисеева И.Г. Комплексная психолого-психофизиологическая экспертиза как направление профайлинга // Комплексная психолого-психофизиологическая судебная экспертиза: современное состояние и перспективы развития: сб. ст. Междунар. науч.-практ. конф. - Калуга: КГУ им. К.Э. Циолковского. 2016. - С. 158-163.

8. Никитин М. Применение профайлинга в сфере кадровой безопасности // Защита информации. Инсайд. - 2015. - № 2 (62). - С. 49-51.

9. Самохвалов В.П. Клинико-этологический метод в психиатрии // Российский психиатрический журнал. - 2006. - № 3. - С. 28-38.

10. Фойгель Е.И., Козулева А.А. Использование метода профайлинга в оперативной, следственной и экспертной деятельности // Сибирские уголовно-процессуальные и криминалистические чтения. - 2015. -№ 2 (8). - С. 223-233.

11. Цуканова Н.И. Онтологическая модель представления и организации знаний: учеб. пособие. - М.: Горячая линия - Телеком, 2015. - 272 с.

12. Шагиморданова Ф.Х. Визуальная экспресс-диагностика по взгляду, мимике и типичным состояниям партнера по общению: речь как информативный признак // Юридическая психология. - 2006. - № 3. - С. 30-35.

13. Экман П. Психология лжи. Обмани меня, если сможешь. - СПб.: Питер, 2010. - 304 с.

Т. Н. Кондюхова, И. И. Баданова

Особенности эмоционального интеллекта у женщин при параноидной шизофрении

Изучение особенностей эмоционального интеллекта у пациентов с шизофренией является актуальным в виду того, что способности к пониманию и осознаванию своих и чужих эмоций, необходимые для успешной адаптации в обществе, нарушены у данной нозологической группы и обуславливают выраженную социальную изоляцию, проявляющуюся в замкнутости и формальных контактах с окружающими. Дефицит потребности в общении обусловливает неспособность к распознаванию эмоциональных проявлений других людей, что ведет к неуспешности во взаимодействии с ними и усугубляет черты аутизма [2].

В настоящее время недостаточно исследований, затрагивающих проблему эмоционального интеллекта у пациентов с шизофренией. Одни работы освещают нарушения эмоциональной сферы таких пациентов, а также взаимосвязь этих нарушений с проявлениями социальной ангедонии, с некоторыми клиническими проявлениями болезни и с нейрокогнитивным дефицитом [5]. Другие направлены на нарушения социального познания у больных с параноидной шизофренией и эмоциональный интеллект рассматривается ими как один из компонентов этого познания [8].

В нашем исследовании мы ориентировались на модель эмоционального интеллекта, предложенную Д.В. Люсиным. Эта модель представлена в виде конструкта, имеющего двойственную природу: с одной стороны, она связана с когнитивными способностями, с другой - с личностными характеристиками. Способность к пониманию эмоций означает, что человек:

- может распознать эмоцию, т. е. установить сам факт наличия эмоционального переживания у себя или у другого человека;

- может идентифицировать эмоцию, т. е. установить, какую именно эмоцию испытывает он сам или другой человек, и найти для неё словесное выражение;

- понимает причины, вызвавшие данную эмоцию, и следствия, к которым она приведёт.

Способность к управлению эмоциями означает, что человек:

- может контролировать интенсивность эмоций, прежде всего приглушать чрезмерно сильные эмоции;

- может контролировать внешнее выражение эмоций;

- может при необходимости произвольно вызвать ту или иную эмоцию [6].

В настоящее время при составлении реабилитационных программ, направленных на восстановление оптимального уровня жизнедеятельности больных шизофренией, возможности их эмоционального интеллекта учитываются психиатрами и клиническими психологами не в полной мере. Не принимаются во внимание половые различия во взаимосвязях между компонентами эмоционального интеллекта и характеристиками мотивационной сферы, механизмами психологической защиты (МПЗ) и типами отношения к болезни (ТОБ). Однако на сегодняшний день уже выявлены принципиальные различия в структуре внутренней картины болезни (ВКБ), защитном поведении, а также в отношении к основным сферам жизнедеятельности, к себе и своим возможностям у мужчин и женщин, больных шизофренией, в зависимости от длительности заболевания [7].

Целью настоящего исследования явилось изучение компонентов эмоционального интеллекта и их взаимосвязей с механизмами психологических защит, типами отношения к болезни и личностными характеристиками у женщин с параноидной шизофренией.

Объект исследования - эмоциональный интеллект у женщин, больных параноидной шизофренией с непрерывно-прогредиентной формой течения заболевания.

Предмет исследования - структурные и содержательные характеристики эмоционального интеллекта у женщин, больных параноидной шизофренией с непрерывно-прогредиентной формой течения заболевания.

Гипотеза нашего исследования основывалась на предположении о том, что структура и содержание эмоционального интеллекта у женщин, больных параноидной шизофренией, отличаются от таковых у мужчин при шизофрении и женщин, не имеющих психических заболеваний.

В исследовании приняли участие 30 женщин с установленным диагнозом «Шизофрения параноидная», тип течения непрерывно-прогредиентный. В качестве контрольной группы №1 выступили 30 мужчин с аналогичным диагнозом, а контрольной группы № 2 - 30 женщин, не имеющих психических заболеваний. Средний возраст больных - 45 лет, здоровых - 48 лет. Общее количество обследованных - 90 человек. Обследование пациентов осуществлялось на базе городской психиатрической больницы № 1 им. П.П. Кащенко и ГБУЗ «Психоневрологический диспансер № 9 Невского района». Критериями включения в группу являлись: установленный диагноз «Шизофрения параноидная», непрерывно-прогредиентный тип течения, неоднократные госпитализации. Критериями исключения были наличие острого психотического состояния и коморбидных наркологических заболеваний. Психологическое обследование проводилось после выхода больного из острого психотического состояния, только на добровольной основе.

В работе были использованы следующие методы: опросник эмоционального интеллекта «ЭмИн» Д.В. Люсина [6]; методика определения типов отношения к болезни (ТОБОЛ) (Л.И. Вассерман, Б.В. Иовлев, Э.Б. Карпова, А.Я. Вукс); «Индекс жизненного стиля» (ИЖС) (адаптация Л.И. Вассермана, О.Ф. Ярышева, Е.Б. Клубовой) [4]; методика диагностики уровня субъективного контроля Дж. Роттера (адаптация Е.Ф. Бажина, С.А. Голынкиной, А.М. Эткинда) [3]; Гиссенский личностный опросник Bechman D. (адаптация Е.А. Голынкиной, Г.Л. Исуриной, Е.В. Кайдановской, Б.Д. Карвасарского и др.) [1]. Определение статистически значимых различий сравниваемых показателей было произведено с применением t-критерия Стьюдента (для независимых выборок). Для установления тесноты связей между изучаемыми показателями применялся многомерный корреляционный анализ с применением критических значений коэффициентов корреляции r-Пирсона.

При анализе средних значений было установлено, что показатели всех характеристик эмоционального интеллекта у женщин и мужчин, больных шизофренией, в основном, низкие, что является одним из факторов риска неэффективного взаимодействия с другими людьми. У здоровых женщин все показатели находились на среднем уровне при одинаково развитых внутриличностном и межличностном компонентах.

В результате сравнительного анализа между больными женщинами и мужчинами, были выявлены значимые различия в способностях управлять чужими эмоциями ^=2,6; р<0,01) и понимать эмоции других людей ^=2,1; р<0,05). Это свидетельствует о том, что у женщин, по сравнению с мужчинами, выше развито чувство эмпатии, а способность управлять эмоциями других людей можно расценивать как умение находить компромисс и меньшую конфликтность в межличностных отношениях.

По результатам сравнительного анализа больных женщин и женщин, не имеющих психических заболеваний, были выявлены следующие достоверные различия: в способности вызывать у других людей те или иные эмоции, снижать интенсивность нежелательных эмоций ^=3,4; р<0,001); в способности понимать эмоциональное состояние человека на основе внешних проявлений эмоций и чуткость к внутренним состояниям других людей ^=2,2; р<0,05); в способности к пониманию своих и чужих эмоций ^=2,3; р<0,05). Все указанные показатели выше у здоровых женщин, при этом все женщины отмечают у себя недостаток контроля экспрессии.

По результатам корреляционного анализа было выявлено, что у женщин, больных шизофренией, показатель способности в управлении своими эмоциями положительно взаимосвязан с гармоничным (г=0,518; р<0,01) и эргопатическим (г=0,513; р<0,01) ТОБ, высоко представленными в структуре ВКБ и низкой общей интер-нальностью (г=0,504; р<0,01), а также отрицательно коррелирует с тревожным ТОБ (г=-0,661; р<0,001), МПЗ по типу регрессии (г=-0,523; р<0,01) и аутоагрессией (г=-0,566; р<0,001). Можно предположить, что снижение данной способности у женщин, больных шизофренией, проявляется в непрерывном беспокойстве и мнительности в отношении заболевания и, вероятно, как следствие этого, бессознательном использовании незрелых и неадаптивных форм поведения, сопровождающихся снижением критичности. Развитие навыка эмоциональной устойчивости у больных женщин будет способствовать адекватной оценке своей болезни, стремлению к активному взаимодействию в лечебных мероприятиях и переключению интересов на сферы, которые остаются доступными, а также желанию быть востребованными в профессиональной деятельности.

У больных мужчин, так же как и у женщин, выявлена положительная взаимосвязь между показателем управления своими эмоциями и гармоничным ТОБ (г=0,493; р<0,01). Вполне вероятно, что этот компонент эмоционального интеллекта у больных шизофренией способствует их успешной социально-психологической адаптации к болезни. Снижение способности в управлении своими эмоциями у мужчин, в отличие от женщин, актуализируется при апатическом ТОБ (г=-0,521; р<0,001), проявляющимся в безразличии к своей судьбе и исходу болезни.

У здоровых женщин выявлена отрицательная взаимосвязь между показателем способности в управлении своими эмоциями, МПЗ по типу регрессии (г=-0,492; р<0,01) и замещения (г=-0,680; р<0,001), а также положительная взаимосвязь с показателями общей интернальности (г=0,518; р<0,01) и интернальности в области неудач (г=0,619; р<0,001). То есть эмоциональная уравновешенность у здоровых женщин проявляется в повышении ответственного отношения за значимые события в их жизни, даже при неудачном стечении обстоятельств, а эмоциональная нестабильность - в отре-агировании негативных эмоций на безопасных и наиболее доступных объектах или использовании привычных, простых моделей поведения.

Способность понимать эмоциональное состояние человека на основе внешних проявлений эмоций и чуткость к внутренним состояниям других людей у больных женщин связана с социальной привлекательностью (г=0,561; р<0,001) и анозогнозическим ТОБ (г=0,498; р<0,01), нехарактерным для них. Можно предположить, что умение понимать эмоции других людей повышает уверенность больных женщин в положительной социальной репутации, что, возможно, и вызывает у них желание вести активный образ жизни, несмотря на болезнь. У больных мужчин, в отличие от женщин, повышение способности понимать эмоциональное состояние других людей положительно взаимосвязано с интернальностью в области здоровья и болезни (г=0,566, р<0,001), т. е. развитие эмпатии в данном случае способствует пониманию рекомендаций медицинского персонала и повышению ответственности за свое здоровье.

Способность вызывать у других людей те или иные эмоции, снижать интенсивность нежелательных эмоций, склонность к манипулированию людьми у больных женщин отрицательно взаимосвязана с идеальными представлениями о себе по шкале «открытости - амкнутости» (г=-0,526; р<0,01). Иначе говоря, развитие навыка в управлении чужими эмоциями предоставит женщинам возможность удовлетворения потребности в аффиляции в межличностных отношениях. Реально больные женщины считают себя недоверчивыми, замкнутыми и отстранёнными от окружающих.

У больных мужчин эта способность положительно взаимосвязана с экстернальностью в области семейных отношений (г=0,468; р<0,01) и МПЗ по типу регрессии (г=0,486; р<0,01), т. е. формирование навыка управления чужими эмоциями может повысить личную ответственность мужчин за семейные отношения. Однако в семейных конфликтах у них чаще отмечается прибегание к неадаптивным, незрелым формам поведения, возможно, как бессознательному средству манипулирования близкими людьми.

У здоровых женщин способность контролировать эмоциональное состояние окружающих положительно взаимосвязана с принятием ответственности за построение межличностных отношений (г=0,609; р<0,001) и высокой интернальностью в области достижений (г=0,477; р<0,01). То есть умение снижать интенсивность негативных эмоций других людей определяет эффективное межличностное взаимодействие этих женщин, которое обеспечивает им успешное достижение поставленных целей.

У больных женщин, в отличие от мужчин и здоровых женщин, не было выявлено взаимосвязей между показателями способности контролировать внешние проявления своих эмоций, локусом контроля, МПЗ, ТОБ и личностными характеристиками.

У больных мужчин контроль экспрессии отрицательно взаимосвязан с высокопредставленными ипохондрическим (г=-0,526; р<0,01) и меланхолическим (г=-0,482; р<0,01) ТОБ, а также МПЗ по типу регрессии (г=-0,568; р<0,001) и раздражением (г=-0,469; р<0,01). Можно предположить, что умение контролировать внешнюю экспрессию характеризуется снижением интрапсихической направленности личностного реагирования на болезнь, обуславливающую нарушения социальной адаптации мужчин с шизофренией, и повышением критичности. При неумении контролировать внешние проявления своих эмоций у больных мужчин в фрустрирующих ситуациях актуализируются простые и привычные паттерны поведения, существенно обедняющие потенциально возможный поведенческий репертуар в конфликтных ситуациях.

Учитывая все вышеизложенное, можно сделать следующие выводы.

1. Все показатели эмоционального интеллекта у женщин, больных шизофренией, находятся в пределах низких значений. Способность вызывать у других людей те или иные эмоции, снижать интенсивность нежелательных эмоций при шизофрении у женщин выше, чем у мужчин, и ниже, чем у здоровых женщин.

2. Способность понимать эмоциональное состояние человека на основе внешних проявлений и чуткость к внутренним состояниям других людей у больных женщин ниже, чем у женщин, не имеющих психических заболеваний. Снижение способности в управлении своими эмоциями при шизофрении у женщин выражается в тревожном, а у мужчин - в апатическом ТОБ. Внутренняя эмоциональная уравновешенность женщин и мужчин с шизофренией способствует адекватной оценке своей болезни.

3. Способность в понимании эмоционального состояния других людей предоставляет больным женщинам возможность быть более уверенными в своем социальной привлекательности, а мужчинам -активно содействовать лечению.

4. Способность в управлении чужими эмоциями у больных женщин раскрывает потенциал для доверительных и открытых межличностных отношений, у мужчин повышает личную ответственность в семейных отношениях, а у здоровых женщин содействует успешному достижению целей.

Результаты данного исследования позволяют утверждать, что структура и содержание эмоционального интеллекта у женщин, больных параноидной шизофренией, отличаются от таковых у мужчин с шизофренией и женщин, не имеющих психических заболеваний, поэтому рекомендуется учитывать данные настоящего исследования при составлении программ реабилитационных мероприятий.

Список литературы

1. Гиссенский личностный опросник (использование в психодиагностике для решения дифференциально-диагностических и психотерапевтических задач): метод. пособие. - СПб., 1993. - 22 с.

2. Плужников И.В. Эмоциональный интеллект при аффективных расстройствах: автореф. дис. ... канд. психол. наук. - М., 2010.

3. Практическая психодиагностика. Методики и тесты / ред.-сост. Д.Я. Рай-городский. - М.: Бахрах-М, 2011. - 672 с.

4. Психодиагностические методы в практике клинических психологов: учеб. пособие / под общ. ред. В. Л. Ситникова. - ЛГУ им. А. С. Пушкина, 2005. - 116 с.

5. Рычкова О.В. Соина Н.А., Гуревич Г.Л. Эмоциональный интеллект при шизофрении // Бюллетень Восточно-Сибирского научного центра Сибирского отделения Российской академии медицинских наук. - № 6. - (94) - 2013. -[Электронный ресурс]. - URL: http://cyberleninka.ru/article/n/emotsionalnyy-intellekt-pri-shizofrenii.

6. Ушаков Д.В. Социальный и эмоциональный интеллект: теоретические подходы и методы измерения / Вести. Рос. гуманитар. науч. фонда. - 2005. - № 4.

7. Ханько А.В., Кондюхова Т.Н. Гендерный подход в исследовании внутренней картины болезни пациентов с первым эпизодом шизофрении // Клиническая психология: итоги, проблемы, перспективы: сб. материалов Всерос. науч.-практ. конф. с междунар. участием, 27-28 апр. 2010 г., ЛГУ им. А.С. Пушкина. - СПб.: АЙСИНГ, 2010. - С. 188-194.

8. Холмогорова А.Б., Рычкова О.В. Нарушения социального познания при расстройствах шизофренического спектра // Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. - 2014. - N 6(29). - C. 10 [Электронный ресурс]. - URL: http://mprj.ru