Склонность к инвестированию тает вместе с прибылью

Согласно последней оценке Росстата, чистый финансовый результат компаний (прибыль до налогообложения) в 2017 году сократился на 8,5% по сравнению с 2016 годом (и на 36% по сравнению с 2015 годом). Такую динамику обеспечили рост убытков на 19,5% и сокращение прибыли на 5%. За год доля убыточных организаций в экономике увеличилась на 0,3 процентных пункта — до 26,3%.

Прибыль в 2017 году сильнее всего росла в добывающих уголь, нефть и газ отраслях (на 17,9%), а также на предприятиях связи (на 24,3%) и компаниях, занятых грузоперевозками (более 30%). В обработке показатель снизился на 7,2%, увеличившись лишь в производстве газомоторного топлива — в 11,4 раза. Изменения в структуре чистого финансового результата фиксируют смещение в пользу добычи, на которую в 2017 году приходилось 25% прибыли, на фоне снижения доли прочих секторов. За год доля чистого финансового результата, который приходится на обработку, не изменилась, составив 28% (см. график).

Прибыль в экономике РФ продолжает оставаться основным источником инвестиций. Данные о структуре капвложений в 2017 году указывают на увеличение доли финансирования нефтегазовых компаний и снижение доли обработки (см. “Ъ” от 6 марта), что подтверждают и сдвиги в структуре прибыли. Тем не менее увеличение инвестиций в 2017 году на 4,4% оказалось заметно меньшим по сравнению с темпами увеличения чистого финрезультата в основных инвестирующих отраслях (добыче, финсекторе и связи).

Такой разрыв объясняется несколькими тенденциями. По оценкам Центра развития ВШЭ, в 2017 году норма сбережения по отношению к уточненному Росстатом ВВП в 2016 году выросла на 1,2 процентных пункта (п. п., до 26,9% ВВП), а доля валового накопления (инвестиционная активность) увеличилась на 1,1 п. п. В результате склонность к инвестированию в экономике (степень использования внутреннего сбережения на накопление основного капитала) в 2017 году снизилась до 80% (по сравнению с 83%, по уточненным данным 2016 года).

Кроме того, в 2017 году РФ утвердила свой статус кредитора мировой экономики. На фоне снижения склонности компаний к инвестированию уровень чистого кредитования остального мира (без учета статистического расхождения) вырос до 2,6% ВВП по сравнению с 1,9% ВВП в 2016 году.