Банки дожимают агрария

Проблемы бывшего владельца завода растительных масел «Эртильский» Салиха Конакова не завершились вынесением двух обвинительных приговоров и переходом прав на воронежское предприятие петербургской группе «Благо». После окончания личного банкротства бизнесмена банки начали получать исполнительные листы для взыскания с него долгов, которые достигают 3 млрд руб. Суд не освободил Салиха Конакова от задолженностей по завершении банкротства, посчитав, что вынесенные ранее в его отношении приговоры о мошенническом хищении свидетельствуют о «недобросовестном поведении» должника. Представители агрария ранее настаивали на его невиновности и попытках спасти предприятие от разорения.

Фото: Олег Харсеев, Коммерсантъ

Арбитражный суд Воронежской области начал выдавать кредиторам исполнительные листы на взыскание долгов с Салиха Конакова. В сентябре документ на 223,3 млн руб. (долг перед разорившимся Мосуралбанком) получило Агентство по страхованию вкладов. 13 декабря будет рассмотрено аналогичное заявление Сбербанка, долг агрария перед которым составляет 629 тыс. руб.

Реализацию имущества Салиха Конакова суд формально завершил в апреле 2021 года. В реестр было включено почти 3,1 млрд руб. требований. Большая часть (2,34 млрд руб.) — задолженность перед ООО «Благо-Юг», структурой петербургской группы «Благо» Аркадия Фосмана: она выкупила права требования у Россельхозбанка, арендовала МЭЗ «Эртильский», а затем и приобрела имущество завода. Еще 474 млн руб.— требования к Салиху Конакову банка ИРС (в мае 2021-го у него была отозвана лицензия), 57 млн руб.— воронежского ООО «Титан-М». Требования кредиторов не были удовлетворены даже частично: единственным проданным активом стала доля в «Эртильском» номинальной стоимостью 103 млн руб., реализованная за 30 тыс. руб. Средств не хватило даже на проведение процедуры банкротства, на которую требовалось минимум 112 тыс. руб.

В результате Салих Конаков не освободился от долгов. Суд поддержал позицию финансового управляющего Михаила Сергеева, который заявил, что бизнесмен «не сотрудничал» с ним и не представлял документы добровольно, а также действовал «недобросовестно». Причина «недобросовестности» — вынесенные судом в 2019 и 2021 годах обвинительные приговоры в отношении Салиха Конакова. В феврале 2019 года он был признан виновным в мошенничестве с налогами и незаконном получении кредитов в Россельхозбанке. В марте 2021-го суд вынес ему приговор о незаконном получении 1,7 млрд руб. кредитов. Персональные требования к аграрию сформировались после удовлетворения судом гражданских исков Россельхозбанка и ФНС, а также из-за договоров поручительства.

Изначально Салих Конаков вину не признавал. Представители бизнесмена подчеркивали, что кредитные договоры были обеспечены залогом в виде имущества «Эртильского». Залоговое имущество Россельхозбанк, по их утверждению, тогда оценил в 3,2 млрд руб., но затем отказался от переговоров и потребовал единовременного возврата долга. После этого предприятие начало банкротиться, а его владелец вскоре оказался в СИЗО, на завод зашла группа «Благо». Сам бизнесмен ради скорейшего освобождения из-под стражи и для вывода предприятия из кризиса признал вину, но так и не был отпущен из СИЗО. Согласие Салиха Конакова на особый порядок судебного разбирательства также не принесло ему ожидаемого условного срока. После вынесения первого приговора он отказался от участия в рассмотрении нового уголовного дела, признал вину и с учетом проведенного в СИЗО времени вскоре вышел на свободу.

Из документов суда следует, что бизнесмен не мог пойти на «сотрудничество» с финансовым управляющим, поскольку находился в СИЗО. В сентябре 2019 года господин Сергеев попросил у суда возможности ознакомиться с личным имуществом Салиха Конакова без участия самого должника. Оно якобы находилось в Эртиле Воронежской области. Но суд решил, что это ущемляет личные права бизнесмена, и отказал управляющему. Кроме того, выяснилось, что бизнесмен не владеет имуществом в Эртиле и зарегистрирован в Чегемском районе Кабардино-Балкарии. Собеседник „Ъ“, знакомый с ходом расследования уголовных дел в отношении Салиха Конакова, вчера подтвердил, что бизнесмен «вероятно, уже не находится в Воронежской области».

Пять исполнительных производств в отношении Салиха Конакова были возбуждены эртильскими судебными приставами еще в 2019 году; производств в Кабардино-Балкарии за ним не числится. По словам собеседника „Ъ“, приставы в последнее время к аграрию не приходили: «Искать нечего».

Управляющий партнер юридической компании «Иккерт и партнеры» Павел Иккерт напоминает, что по итогам банкротства у должника в любом случае остается право на единственное жилье, землю под ним, предметы домашнего обихода и некоторое другое имущество: «В теории после завершения банкротства смысла в выдаче исполнительных листов банкам нет». Но банки могут полагать, что формально имущество должника принадлежит иным лицам, отмечает господин Иккерт: «Вернуть такие активы в конкурсную массу зачастую сложно. Большого успеха попытки взыскания долгов по исполнительным листам в данной ситуации, по всей видимости, иметь не будут, но создадут для должника дополнительные неудобства».

Руководитель юридического департамента Amulex.ru Надежда Макарова недоумевает, почему так мало активов удалось вернуть в конкурсную массу с учетом «размера кредитных средств, которые были в распоряжении будущего банкрота». По ее словам, кредиторы и управляющий могли оспорить сомнительные сделки должника за последние десять лет. Теперь, считает юрист, кредиторы вряд ли добьются взыскания долгов через исполнительные листы.