Сценарии

Сценарии

Константин Титов: лучше фигур, чем Лужков и Строев, мы в стране не найдем

       Одним из тех, кто сегодня на заседании Совета федерации не поддержит назначение Виктора Черномырдина премьером, будет губернатор Самарской области КОНСТАНТИН ТИТОВ. Вчера он дал интервью корреспонденту Ъ ДМИТРИЮ Ъ-КАМЫШЕВУ.
       
— Вы на днях сказали, что можете войти в правительство на определенных условиях...
       — Я вообще не собираюсь в правительство! Это только слухи и разговоры. Я не собираюсь в правительство, и никто мне ничего не предлагал.
       — Но вы готовы войти в него, если вам предложат?
       — Нет, не готов. Ну вы сами подумайте: никакой социальной гарантии! Выжмут как лимон и через два месяца выплюнут. Вон Лебедь только избрался и уже понял, что такое поддержка народа. И заявил открыто, что, извините, я никуда не пойду. А я что, семь лет отработал, глупее, что ли? Ведь нет? А чего ж вы такие вопросы задаете? Какой уважающий себя человек пойдет в правительство, где нет никаких социальных гарантий?! Где по причудам Бориса Абрамыча решаются судьбы людей и судьбы страны, растаптываются закон и демократия?! Кто в это правительство пойдет?!
       — Но можно ли еще исправить положение?
       — Можно. Назначить согласованную фигуру, выбрав из пяти-семи человек по предложению Совета федерации и Государственной думы. Пусть президент выберет и назначает. Эта фигура будет поддержана парламентариями, и она может вывести страну из кризиса. Потому что она должна корректировать законы, и поддержка парламента дает ей определенные позиции успеха.
       — И кто мог бы стать такой фигурой?
       — Я об этом говорю с 23 марта, когда Борис Абрамыч протаскивал господина Кириенко. Я всегда говорил, что лучше фигур, чем Лужков и Строев, мы в стране не найдем.
       — Значит, Совет федерации завтра об этом заявит?
       — Совет федерации об этом заявлять не будет, Совет федерации будет обсуждать антикризисную программу.
       — Вы занимаете позицию невмешательства?
       — По крайней мере, на совещании у Строева было заявлено, что мы обсуждаем программу, с которой выступает Виктор Степанович. Никаких заявлений, никаких обращений, как было сказано на совещании, мы принимать не намерены.
       — То есть никаких инициатив со стороны членов Совета федерации по этому вопросу не будет?
       — Лично я уже обратился к президенту, к которому пока разрешен доступ только Борису Абрамычу, с открытым письмом. Сегодня оно уже прошло по "Рейтеру", везде. В стране только не проходит: у нас не любят правды. Я надеюсь, что администрация доложит президенту, до которого я год не могу ни дозвониться, ни встретиться.
       — А может быть, не нужен такой президент?..
       — Президент выбран народом. Да, он может уйти в отставку, это его право. Но мы должны уважать выбор народа. И мы должны добиться, чтобы президент прислушался к мнению людей, избранных народом, а не людей, которые участвовали в разграблении России.
       — Но как же этого добиться?
       — Я считаю, что мы должны добиваться конституционным путем, это наше законодательное право, и мы его должны использовать. Никаких войн, никаких саботажей, битья стекол не должно быть. Нельзя! Мы должны остаться в конституционном поле, в поле закона. И это сегодня — во власти президента. Поэтому я к нему и обратился. Других гарантий у меня сегодня нет, только президент.
       — Можете ли вы сформулировать, что сейчас должно делать правительство, чтобы спасти ситуацию?
       — Я этого формулировать сейчас не буду. Я могу только сказать: посмотрите на то, что они сделали сегодня с банковской системой. Вот "разумные шаги тяжеловеса"! Он, как каток, давит сегодня коммерческую банковскую систему, которая является кровеносными сосудами нашей державы. Чего тут говорить? Каждому специалисту понятно, к чему это сегодня может привести.
       — И к чему же? Есть у вас какой-то прогноз?
       — Поручат мне — у меня будет прогноз. Чего я сейчас буду подсказывать ему, что ему нужно делать? Он уже делал и не слушал ничего!
       — Но что все-таки будет, если к вам и вашим коллегам так и не прислушаются?
       — Народ просто встанет и скажет: давайте менять всех и вся. И будет менять. Сам.
       — Другими словами, будет бунт?
       — Конечно. Кто же будет дальше это терпеть?