После аварий почти все будут живы

Правительство РФ утвердило стратегию безопасности движения до 2024 года, в рамках которой ставятся весьма амбициозные цели — снизить смертность в ДТП почти до нулевых значений. Для этого в Белом доме планируют провести ряд реформ — в частности, в области образования водителей, контроля за техсостоянием автомобилей, усиления борьбы с пьянством за рулем. Нарушителей ПДД, скорее всего, ждет увеличение стоимости ОСАГО и изменение размера штрафов. Стратегия также предполагает формирование «положительного имиджа» инспектора. Даже самые развитые страны находятся далеко от нулевой смертности в ДТП, отмечают эксперты, поэтому заложенный правительством сценарий едва ли выполним.

Об утверждении новой стратегии безопасности дорожного движения в РФ на 2018–2024 годы объявил премьер-министр Дмитрий Медведев на совещании правительства РФ. Стратегия разработана по поручению президента, о котором рассказывал “Ъ”.

До сих пор основным документом, определяющим госстратегию в области безопасности движения, была федеральная целевая программа (ФЦП), принятая в 2013 году, действующая до 2020 года, с финансированием в размере 34,4 млрд руб. Ее главная цель — снижение ежегодного числа жертв аварий с 27,9 тыс. до 19,9 тыс. По итогам 11 месяцев 2017 года в авариях погибло чуть более 17 тыс. человек.

Новая стратегия (размещена на сайте правительства) — документ иного формата, представляющий собой, скорее, декларацию о намерениях. Единственный показатель, который ставится в качестве ориентира,— это социальный риск, то есть число погибших в ДТП на 100 тыс. населения. По итогам 2016 года он составлял 13,8, а к 2024 году, согласно стратегии, должен быть снижен до 4 (то есть должен уменьшиться более чем втрое). В правительстве хотят, чтобы к 2030 году в авариях на российских дорогах вообще никто не погибал: в стратегии закреплено «стремление к нулевой смертности».

«Конечно, негуманно вообще говорить о том, что вот допускается смертность, и необычно для наших документов. Впервые вводится к 2030 году цель нетерпимости к смертности на дорогах»,— пояснил первый вице-премьер Игорь Шувалов. По его словам, достигнуть данных показателей можно будет благодаря внедрению высоких современных стандартов. «То есть, дойти до высоких стандартов европейских государств к 2024 году, а к 2030 — стараться, чтобы смертность на дорогах была нулевой или к этому стремилась»,— пояснил чиновник

В документе выделен ряд проблем, которые нужно будет решать в ближайшие годы в рамках выполнения стратегии.

Проблема аварий из-за водителей с опытом вождения менее двух лет. В 2016 году из-за нарушений правил ПДД новичками совершено каждое 13-е ДТП (их общая доля 7,9%), в них погибли 1,1 тыс. человек. «Данные свидетельствуют о необходимости комплексного совершенствования процесса допуска водителей к участию в движении, главным образом с точки зрения подготовки и приема экзаменов»,— сказано в стратегии. Конкретных предложений не упоминается, но говорится о необходимости «совершенствования требований к уровню знаний и навыков управления», а также «совершенствования форм и методов учебного процесса, учитывающих опыт стран с развитой автомобилизацией».

Напомним, реформа в области подготовки водителей идет с 2013 года: введены новые категории прав, ужесточены требования к автошколам, усложнены правила проведения экзаменов. Количество ДТП, совершенных начинающими водителями, с 2015 года сократилось почти на 50%. Минтранс уже объявил о планах разделить автомобилистов на любителей и профессионалов, введя для них разные уровни подготовки. Ряд новых нормативных актов готовит и МВД.

Проблема пьяных водителей. В стратегии говорится об увеличении в 1,8 раза числа погибших в ДТП, произошедших из-за нетрезвого вождения (на фоне общего сокращения числа жертв аварий), за последнее десятилетие. «Данный факт позволяет сделать вывод о необходимости целевого воздействия на указанную проблему»,— говорится в документе.

Наказание за пьяное вождение, отметим, уже ужесточалось в 2015 году: тогда была введена уголовная ответственность за повторную нетрезвую езду. В Госдуме сейчас находится еще несколько законопроектов на эту тему: введение залога в размере 30 тыс. руб. в случае нетрезвой езды, введение минимального содержания алкоголя в крови, увеличение штрафа за отказ от медицинского освидетельствования.

Проблема жертв и пострадавших среди пешеходов. «Особо следует отметить, что доля ДТП из-за наезда на пешеходов именно на пешеходных переходах и пострадавших в них пешеходов ежегодно увеличивается и за десять лет возросла более чем в два раза,— сказано в стратегии.— Приведенные факты позволяют выделить основные направления работы для решения проблемы обеспечения безопасности пешеходов».

Отметим, что в ноябре 2017 года вступил в силу закон, ужесточивший ответственность водителей, не уступающих дорогу пешеходам. Кроме того, ранее Минтранс предложил регионам методики по замедлению движения на улицах городов.

Проблема ДТП из-за неудовлетворительного технического состояния автомобилей. В стратегии приводятся данные, согласно которым с 2013 года наблюдается рост аварийности из-за техсостояния транспортных средств. По данным ГИБДД России, в 2017 году произошло более 5,8 тыс. таких аварий, рост составил 18,5%. В связи с этим необходимо принятие «комплекса мер, направленных на обеспечение соответствия технического состояния эксплуатируемых транспортных средств современным требованиям», говорится в документе.

Напомним, что в 2012 году проверять машины доверили частным операторам, забрав контрольные функции у ГИБДД. Вместо талона ТО были введены диагностические карты. Сейчас большинство водителей карты покупают, не проходя техосмотра, это признано большинством экспертов. Минэкономики подготовило масштабный план по реформированию техосмотра с помощью поправок к КоАП, УК и другим законам. Планируется ужесточить правила работы операторов ТО, чтобы те не могли продавать гражданам диагностические карты без проверки автомобиля. Автовладельцев при этом ждет штраф за непройденный ТО — предварительно в размере 800 руб.

Таким образом, обозначенные в стратегии проблемы не являются новыми: ранее они уже были обозначены разными органами власти и уже решаются в том или ином виде.

В стратегии указаны также риски и угрозы для безопасности дорожного движения, среди которых неконтролируемый рост автомобилизации, углубляющийся разрыв между темпами автомобилизации и темпами развития улично-дорожной сети, снижение среднего возраста водительского состава, приоритет экономических результатов хозяйственной деятельности перед безопасностью, значительное число устаревших (старше десяти лет) автомобилей на дорогах, несовершенство системы оказания помощи пострадавшим в ДТП, а также экономические проблемы, препятствующие принятию мер по повышению безопасности движения.

Одна из основных целей, заложенных в стратегии,— изменение поведения участников движения с целью соблюдения норм и ПДД. Перечислены возможные способы достижения этой цели, среди которых «формирование положительного имиджа сотрудников Госавтоинспекции», расширение применения камер на дорогах (а также упорядочивание их размещения на трассах), развитие механизмов «экономического стимулирования соблюдения ПДД, включая «вопросы налогообложения, имущественного страхования и тарифообразования» (вероятно, речь идет о возможном подорожании ОСАГО для злостных нарушителей ПДД), обеспечение «соразмерности наказания тяжести совершенного правонарушения» (то есть не исключается пересмотр ряда штрафных санкций).

Стратегия будет выполняться в два этапа. Первый этап переходный (2018–2020 год), в ходе которого будет завершено выполнение текущей ФЦП. Согласно закону о бюджете на 2018–2020 годы, остаточное финансирование программы составляет примерно 4,2 млрд руб. За это время в правительстве планируют «нарастить потенциал для дальнейшего развития работ по повышению безопасности». В 2021–2024 годах будут осуществляться «практические мероприятия в целях устойчивого повышения безопасности дорожного движения».

Тема возможного финансирования мероприятий стратегии затронута в документе лишь отчасти: деньги будут браться, в частности, из различных государственных и федеральных целевых программ, но конкретные необходимые суммы не указываются.

Любопытно, что первый вариант стратегии был представлен в начале сентября 2017 года. В документе говорилось о двух сценариях развития ситуации — инерционном и прогрессивном, но при любом из них после 2018 года ожидался рост числа погибших в ДТП до 30–32 тыс. человек ежегодно. После волны критики подобный пессимистический прогноз из финальной версии стратегии был убран. С первоначальным вариантом документа можно ознакомиться на сайте МВД России.

Вероятно, что в рамках стратегии будет прорабатываться также вопрос о законодательном регулировании беспилотных автомобилей. Такое пожелание на совещании в Горках высказал Дмитрий Медведев. «Понятно, что появление так называемых беспилотных транспортных средств создаст еще одну дополнительную проблему, с которой нам нужно будет разбираться, завязывая и эту проблему в стратегию по ДТП, по развитию автомобильного транспорта»,— заключил премьер. ГИБДД России эту проблему поднимала еще в 2016 году, в Минтрансе была создана специальная рабочая группа по беспилотникам.

Как пояснила “Ъ” представитель первого вице-премьера Игоря Шувалова, в течение полугода (то есть летом 2018 года) будет подготовлен план реализации мероприятий, предусмотренных стратегией: в нем будет перечень конкретных видов работ, состав исполнителей и сроки. В результате реализации стратегии не исключено, что наказание по ряду нарушений будет ужесточено. Вместе с этим, отметила собеседница “Ъ”, для решения задачи нужно «не только использовать санкции, но и проводить активную и последовательную информационно-воспитательную работу, создать условия к тому, чтобы соблюдение правил безопасности стало частью личного поведения каждого участника движения. «Это сложная, но абсолютно необходимая работа,— говорит представитель Игоря Шувалова.— Зарубежный и отечественный опыт свидетельствует о том, что правоприменительная практика является важным инструментом в решении проблемы обеспечения соблюдения норм и правил. Очевидно, что “наказательная политика” дает эффект при предотвращении таких правонарушений, как пьянство за рулем, опасное вождение, выезд на встречную полосу и т. д., но решить проблему в целом может только системный подход».

Отвечая на вопрос “Ъ” об основной задаче стратегии, представитель Игоря Шувалова пояснила, что в первую очередь речь идет о стремлении к нулевой смертности в результате ДТП.

«Дорожно-транспортная инфраструктура, поведение участников дорожного движения, сами автомобили, в целом вся система дорожного движения должны обеспечить максимально возможную безопасность для человека, попавшего в ДТП». «Еще одним важным фактором достижения поставленной цели будет всеобщая нетерпимость к нарушениям на дороге»,— говорит она.

«Реформа подготовки и допуска водителей к управлению транспортными средствами была запущена в 2014 году, когда были введены новые программы профессионального обучения водителей, ее эффективность подтверждается ежегодным устойчивым снижением количества ДТП, совершенных начинающими водителями,— говорит президент Межрегиональной ассоциации автошкол Татьяна Шутылева, комментируя стратегию.— Безусловно, нельзя останавливаться на достигнутом. Необходимо дальнейшее развитие и совершенствование системы. Есть целый ряд вопросов, который на сегодняшний день не решены. Это и отсутствие постлицензионного контроля в подготовке водителей, и отсутствие единого реестра выдаваемых автошколами свидетельств. Кроме того, до сих пор нет утвержденных в установленном порядке экзаменационных билетов для рядя категорий. Водители трамваев и троллейбусов продолжают сдавать по билетам для категорий "С" и "D". Не выстроена система повышения квалификации водителей, осуществляющих перевозки пассажиров и грузов. И конечно, давно назрела необходимость создания единой базы выдаваемых медицинских справок».

Показатель социального риска используется в основном в практике Всемирной организации здравоохранении (ВОЗ) для сравнения количества жертв ДТП с потерями населения по прочим причинам: тяжелым заболеваниям, эпидемиям, военным действиям и террористическим актам, убийствам, самоубийствам, производственному травматизму, пояснил “Ъ” председатель общественного совета при Минтрансе России, директор института экономики транспорта при ВШЭ Михаил Блинкин. «Так что выбор социальных рисков в качестве главного целевого показателя стратегии является, мягко говоря, не бесспорным,— считает он.— Впрочем, этот дефект здесь не самый главный. Главное в том, что целевой показатель социальных рисков принят в стратегии на супероптимистическом уровне: четыре единицы к 2024 году, ноль к 2030 году».

Михаил Блинкин приводит данные, согласно которым уровень социальных рисков в пределах четырех был обеспечен только в шести странах Западной Европы, являющихся лидерами в сфере безопасности дорожного движения,— Швеции, Великобритании, Нидерландах, Испании, Германии, Ирландии. «Даже странам-лидерам для перехода от катастрофических значений социальных рисков в десять и более единиц к характерным для последних лет умеренным показателям в три—пять единиц понадобилось около 20 лет»,— говорит господин Блинкин.

Cоциальный риск (число погибших в ДТП на 100 тыс. населения) в европейских странах

Страны
Фактические данные
Прогноз Еврокомиссии
1990
2000
2010
2016
2020
Швеция
9,1
6,7
2,8
2,7
1,4
Великобритания
9,4
6,1
3,1
2,8
1,6
Нидерланды
9,2
6,8
3,6
3,3
1,8
Испания
23,2
14,5
5,4
3,7
2,7
Германия
14
9,1
4,5
3,9
2,3
Ирландия
13,6
11
4,7
4
2,4
Россия
24
20,1
18,6
13,8

Целевой показатель, заложенный в стратегию правительства, был рассчитан «посредством линейной экстраполяции данных» за период 2013–2016 годов, оказавшихся самыми успешными за всю историю исчисления социальных рисков в России (темпы его снижения превышали 10% ежегодно), предполагает Михаил Блинкин. «Такие типичны для стран с исходно высоким уровнем социальных рисков на начальных этапах реализации национальных программ безопасности движения,— отмечает он.— Дальнейшие успехи даются все труднее и труднее, имеет место нечто вроде известного экономистам эффекта снижения маржинальной полезности. Так что прогнозировать двузначные темпы снижения социальных рисков на сколько-нибудь долгосрочную перспективу, увы, совершенно неправомерно».