Величественное превосходство

5 августа президент России Владимир Путин принял в Сочи коллегу, президента Турции Реджепа Эрдогана, и провел с ним четырехчасовые переговоры, которые, считает специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников, не увенчались сверхъестественным успехом. Просто потому, что не могли увенчаться.

Расстались друзьями

Фото: пресс-служба президента РФ

Владимир Путин и Реджеп Тайип Эрдоган по завершении встречи намерены были дать обширную пресс-конференцию при большом стечении журналистов. Но окончательный формат выглядел иначе: пресс-конференции вообще никакой, фотографов тоже не нужно, кроме одного, который справится за всех. И все, сразу в самолет.

“Ъ” стало известно, что пресс-конференцию отменили по инициативе турецкого президента. И это притом, что Реджеп Тайип Эрдоган любит говорить вслух и делает это с удовольствием, он любит смаковать слова, даже можно было бы сказать, обожает купаться в них,— если бы не было так очевидно, что глубина этих слов, как правило, не впечатляющая и плескаться журналистам приходится на мелководье (правда, встречаются омуты).

Хотя Реджеп Тайип Эрдоган в последнее время, кажется, стал уважать себя еще больше, чем раньше. Он исполнен неторопливости и эпичности. Достаточно было посмотреть, как снисходительно и не спеша похлопал он по плечу премьер-министра Великобритании Бориса Джонсона на саммите НАТО. И тот, кстати, вскоре после этого объявил о своем уходе с должности премьера. Словно это была черная метка для англичанина.

Я с волнением, кстати, ожидал начала встречи Реджепа Тайипа Эрдогана с Владимиром Путиным. Похлопает или нет (и кто кого похлопает)? Это ж будет в каком-то смысле приговор. Нет. Обошлось. Все-таки, видимо, и правда, как говорят, господину Путину фартит в сложных обстоятельствах.

На самом деле мог и похлопать, хотя бы когда встретились. Но они лишь поздоровались за руку, и это выглядело даже вызывающе, если бы не знать то, что знает “Ъ”: была договоренность о том, что президент Турции хоть и не сдает анализы по прибытии в Сочи, но хотя бы видимость дистанции держит (не дышит на коллегу на свежем воздухе).

Отлет президента Турции из Анкары выглядел многообещающе. Реджеп Тайип Эрдоган еще по трапу самолета, который умчал его в Сочи, поднимался, а вернее передвигался так, как позднему Леониду Брежневу еще поучиться надо было бы. То есть многоступенчато. Торжественно и даже венценосно. Тяжеловесно. И это не значило, что он чем-то непоправимо болен. Если он и болен, то неисправимо.

Встретившись с президентом России и сев в кресло, президент Турции сначала так же эпично искал свои наушники, а потом, когда так и не нашарил их, вдруг обнаружил и свою способность к суете: начал беспокойно озираться, позвал помощника, который не только отыскал наушники на столе, но и на всякий случай распутал их, чтобы Реджеп Тайип Эрдоган нечаянно не оказался в еще более беспомощном состоянии.

Владимир Путин звал присутствующего своим большим другом и вообще демонстрировал всяческую уважительность по отношению к партнеру.

— У нас есть крупные проекты,— подчеркнул господин Путин.— Все знают про строительство атомной электростанции «Аккую». Но есть и другие направления! Это энергетика, что очень важно.

Казалось, Реджеп Тайип Эрдоган на этих словах преисполнился еще большей значительности или скорее вернул ее, растерянную было после поисков наушников на столе.

— В этой связи хотел бы отметить,— продолжил российский президент,— что «Турецкий поток», строительство которого мы с вами завершили некоторое время назад, сегодня является одной из важнейших артерий снабжения Европы российским газом. «Турецкий поток», в отличие от всех других направлений поставок наших углеводородов в Европу, работает исправно, ритмично, без всяких сбоев. Я имею в виду не только поставки для потребителей в Турцию, но, хочу еще раз повторить, и для потребителей в Европе.

Так что, думаю, европейские партнеры должны быть благодарны Турции за то, что она обеспечивает бесперебойный транзит нашего газа на европейский рынок.

Вот это сейчас было главное. Вот об этом он прежде всего хотел сказать. Что в проблемах (в основном будущих) потребителей в Европе виноваты власти этих потребителей. А есть образцовые руководители. Образцовыми являются те, кто поддерживает теплые дружеские отношения с Владимиром Путиным.

А мне хотелось бы добавить, что Турция остается, как известно, уже почти единственным нашим окном в Европу. И если завтра это окно по каким-то причинам вдруг захлопнется от ветра перемен, то что тогда? А считай что ничего. Не в том смысле, что не случится, а в том, что не останется. Я на днях летел регулярным бортом в Стамбул, так в этом городе я вышел, если не ошибаюсь, один. Все остальные пассажиры рейса разлетелись по транзитным направлениям, дальше в Европу.

И видимо, Реджеп Тайип Эрдоган понимает, что зависимость от него возросла и что он не тот Реджеп Тайип Эрдоган, который после сбитого российского фронтового бомбардировщика искал общества российского президента, чтобы все обсудить, даже в туалете, но так и не застав его, написал в конце концов покаянное письмо. И величавая замедленность его движений вызвана, возможно, и этим обстоятельством тоже.

— При вашем непосредственном участии и при посредничестве секретариата Организации Объединенных Наций решен вопрос, связанный с поставками украинского зерна из черноморских портов,— располагал его к этой замедленности Владимир Путин.— Поставки уже пошли, и я вас хочу поблагодарить и за это, и за то, что одновременно было принято пакетное решение о бесперебойных поставках российского продовольствия и российских удобрений на мировые рынки. Потому что вопрос стоит для многих стран, особенно для развивающихся стран, которые стоят на пороге больших проблем со снабжением продовольствием, удобрениями... Для всех этих стран, конечно, очень важны такие решения, которые состоялись непосредственно при вашем прямом участии. Хочу вас за это поблагодарить.

Только один человек мог быть не рад этим словам — президент Белоруссии Александр Лукашенко. Это же он по призванию миротворец. Он хочет быть им не меньше, чем Реджеп Тайип Эрдоган. А больше. И на переговоры с Россией Украину он тоже звал. Не сложилось.

Потому что еще до этого подтвердилась старая истина, что хорошие соглашения Минскими не назовут.

— И мы, как и договаривались, надеюсь, нам сегодня удастся подписать соответствующий меморандум о развитии наших торгово-экономических связей с учетом тех договоренностей, которые были достигнуты нашей делегацией при работе в Турции буквально день-два назад,— на что-то намекнул Владимир Путин.

Реджеп Тайип Эрдоган, возможно, решил, что он представляет собой еще даже большую ценность, чем можно было бы представить, а не все могут представить, и решил разъяснить:

— Верю, что мы откроем новую страницу в наших турецко-российских отношениях!.. Сегодня мир устремил свои взгляды на Сочи! Что в Сочи будут делать? Чем они будут заниматься в Сочи? Что они будут обсуждать? Наверное, пристально мир следит за нашей встречей, за Сочи! И вслед за нашей встречей, наверное, самый лучший ответ будет направлен этим кругам, этим лицам.

Больше нет никаких проблем у Китая и США из-за Ненси Пелоси. У Косова с Сербией из-за Метохии. У Армении и Азербайджана из-за Нагорного Карабаха. Все всё бросили и следят только за тем, найдет ли на столе наушники Реджеп Тайип Эрдоган.

Хотя и проблему Нагорного Карабаха они, без сомнения, обсуждали. И судя по всему, Азербайджан снизит свою активность в этом регионе.

Между тем переговоры продолжались больше четырех часов, и в какой-то момент к Реджепу Тайипу Эрдогану и Владимиру Путину начали присоединяться члены делегаций.

И это носило хаотичный характер. Президенты время от времени звали к себе кого-то из тех, кто им потребовался, и потом отпускали, продолжая говорить один на один.

По информации “Ъ”, глава Чечни Рамзан Кадыров, который олицетворяет на таких встречах мусульманскую часть России, в ходе переговоров не был востребован лидерами и был задействован в кулуарах.

При этом перерыва между узкой и расширенной частями не было, так как не было и расширенной части с полноценным участием двух делегаций, а значит, и вступительного слова, какое бывает обычно прежде всего для журналистов, тоже не было. Журналисты, которых тоже почти не было (если не считать корреспондента ТАСС), чуть не осиротели.

В результате приняли только короткое общее заявление, из которого следовало, что дипломаты обеих стран не разучились работать над созданием обтекающих смыслы формулировок, цель которых — продемонстрировать, что если надо, чтобы было общее заявление, то оно будет.

Впрочем, один абзац все же имел смысл:

«Лидеры признали важную роль конструктивных отношений двух стран в заключении инициативы о безопасном вывозе зерна из украинских портов. Акцентирована необходимость обеспечить полное выполнение Стамбульской пакетной сделки в соответствии с ее духом и буквой, включая беспрепятственный экспорт российских зерна, удобрений и сырья для их производства».

Вице-премьер Александр Новак добавил, что рассчитываться за газ Турция теперь будет частично в рублях.

Кому-то покажется, что насчет Турции это чересчур, но иное, то есть прежний порядок вещей, впрочем, выглядел бы уже как эксклюзивное наказание для Европы, а теперь должно, видимо, восприниматься как рабочий момент в отношениях между Россией и странами, которым она поставляет газ.

Хотя, как известно, особых хлопот оплата рублями ни для одной жертвы этого процесса не доставляет.

Как только переговоры закончились, Реджеп Тайип Эрдоган и члены его делегации улетели домой.

По информации “Ъ”, турецкий президент не остался даже на приготовленный ужин (как и в Иране две недели назад), а во время четырехчасовых переговоров обходился чаем и кофе.

В последнее время Реджеп Тайип Эрдоган не позволяет себе лишнего.