Право на скорбь

На похоронах с женщин спрос особый?

Как же яростно все набросились на блогершу, у которой муж погиб в бассейне с сухим льдом! И плачет она, мол, ненатурально, и ресницы нарощенные не содрала в честь траура, и шоу устроила — в Instagram сидит и воет о своей потере, вместо того чтобы... Чтобы — что?

Бабушка нас с сестрой часто водила на похороны — в деревне это было значимое событие. Открытый гроб с телом покойного выставляли во дворе, рядом на лавках усаживались женщины-родственницы и рыдали. Вокруг собиралась толпа. Смотрели. Перешептывались: «Как Людка убивается-то!», «Валька, гляньте, почти не плачет, а ведь мужа хоронит!» Потом мужчины поднимали гроб и устанавливали его на грузовик — борта машины опускали, чтоб обзор был хороший. Выдвигались к кладбищу. Первыми шли родичи и разбрасывали еловые ветки, «чтоб умерший еще 40 дней дорогу домой мог найти», за ними — все остальные. Замыкал процессию духовой оркестр.

В этом похоронно-поминальном обряде у каждого была своя роль, обкатанная веками. Вон в деревне Черёмуха Брянской области тоже до сих пор строго следуют древним традициям: молодые родственницы умершего голосят в светлое время суток, а вечером и ночью над покойником причитают уже пожилые, которые то ли поют, то ли стихи нараспев читают: «Лежит, лежит труженик», «А чей отец на куте лежит». В день похорон всем женщинам также полагается выходить за ворота и «голосить, кричать, гукать».

Россия — страна с сильными деревенскими традициями. Наши бабушки научили нас, как надо выражать горе — и что с женщин в этот момент спрос особый. Это мужику даже всхлипывать не обязательно, а вот женщина должна выть так, чтоб семье перед людьми не стыдно было. Поэтому мы теряемся, когда вместо того, чтоб бдеть над гробом, вдова вдруг выходит в интернет и начинает записывать сторис. Хотя вроде все логично: если она рассказывала в блоге о каждом событии своей жизни, то почему она не имеет права рассказать о смерти? Ей самой выбирать, с кем разделить горе — со всей деревней или с миллионом своих подписчиков. Как на своей страничке в Facebook комментирует эту ситуацию «главный хантер рунета», известный HR-специалист Алена Владимирская: «Это просто новый способ жить, и старая этика, старые каноны тут уже не подходят».

Алена и сама признается: «В пятницу у меня умер папа. В день похорон я встала за три часа до выезда катафалка и написала трафичный пост о карьере топ-менеджеров. Потом отменеджерила похороны. Потом на поминках тихонько прямо за столом разобрала рабочую почту. А вечером дала три комментария о карьере СМИ и вычитала свою статью для Форбса. У меня не было ни слезинки. Временами я даже улыбалась... Этой ночью я открыла Facebook. И увидела миллион постов о том, какая сволочь девушка, у которой муж задохнулся в бассейне... Откуда у вас право судить, достаточно ли она скорбит? Я ж по вашей логике такая же сволочь. Когда умирает любимый человек, перед тобой в какой-то момент открывается бездна. И ты ищешь, что тебя удержало бы на краю засасывающей тоски».

Девушке-блогеру еще предстоит осознать смерть любимого. Надо будет смотреть в глаза его матери. Надо будет рассказать детям о смерти их отца. И всю жизнь, принимая поздравления в день рождения, вспоминать, что произошло на этом празднике в 2020 году... Ей с этой тоской дальше справляться — не нам. Так кто мы такие, действительно, чтобы указывать ей, как правильно горевать? Бабки на чужих похоронах?