Гнездование сороки pica pica в населённых пунктах в Иркутской области

Стариков С.В., Шершнёв Е.И. 2013. Первые результаты опыта по подкормке хищных птиц в Бухтарминской долине на Южном Алтае // Рус. орнитол. журн. 22 (916): 2432-2433.

Челышев А.Н. 2012. Новые данные о гнездовании могильника Aquila heliaca в Бухтарминской долине на Южном Алтае // Рус. орнитол. журн. 21 (829): 3260-3263.

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2016, Том 25, Экспресс-выпуск 1332: 3252-3256

Гнездование сороки Pica pica в населённых пунктах в Иркутской области

И.В.Фефелов

Второе издание. Первая публикация в 2014*

Сорока Pica pica, как и многие другие врановые, проявляет склонность к синантропизации. Однако у разных подвидов этот процесс идёт по-разному. В связи с этим приводим некоторые данные о гнездовании и поведении сороки в городе Иркутске и в Иркутской области (1979 -2014 годы), а также материалы кратковременных наблюдений автора из других регионов (Владивосток, 1988; Пекин, 2008; Улан-Батор, 2009).

Отмечено, что на Дальнем Востоке сорока освоила гнездование в населённых пунктах раньше и успешнее, чем вороны большеклювая Corvus macrorhynchos и чёрная C. corone orientalis (Тагирова 1996; Константинов и др. 2004; Назаров 2004). Вероятно, здесь было значимо освоение высоких деревьев в качестве гнездового субстрата. При этом в Сибири или в европейской части России сорока — по крайней мере до последнего времени - чаще вела себя если не как урбофоб, то как вид, не склонный к размножению в городах.

Аналогичная ситуация имела место и в Иркутской области. Чёрная ворона начала гнездиться в городе Иркутске около полувека назад. Не в последнюю очередь это связано с массовыми уличными посадками тополей Populus spp. и достижением ими достаточно большой высоты. Сейчас на тополях располагается около 40% городских гнёзд вороны (Фефелов 2010). Сорока начала гнездиться в Иркутске в 1973 году, практически синхронно с вороной (Сонина и др. 2011). Однако она селилась только в зонах паркового типа (заросли по долинам ручьёв, парки и лесопарки, старые кладбища и т.п.). Предпочитаемый гнездовой субстрат сороки в природе и агроландшафте - кусты средней и

* Фефелов И.В. 2014. Гнездование сороки Pica pica (L., 1758) в населённых пунктах в Иркутской области IIАмур. зоол. журн. 6, 4: 447-449.

большой высоты, а не деревья, как у вороны. Такие же места она выбирала в Иркутске и других населённых пунктах области. При этом, если кустарники были высажены вдоль улицы, сороки в них не гнездились. Это не было связано с нехваткой гнездового субстрата нужного размера и густоты, поскольку он уже имелся в достаточном количестве, в частности, за счёт клёна ясенелистного Acer negundo. В 1980-х годах сорока на гнездовье в Иркутске была редкой, в то время как чёрная ворона — уже обычной и многочисленной (Липин и др. 1988).

По-видимому, в последнее время внедрение сороки в населённые пункты ускорилось за счёт освоения новых гнездовых местообитаний. Так, с 2005 года постоянно заселяемый гнездовой участок возник в левобережной части Иркутска, в посадках клёна ясенелистного вдоль улицы Лермонтова (улица разделяет лесопарк Академгородка и его жилую многоэтажную застройку; в самом лесопарке сороки гнездились и ранее). В это же время появились три регулярно заселяемых участка по улице 4-я Железнодорожная и в начале улицы Лермонтова. Эти улицы проходят частично по многоэтажной застройке, частично по смешанной (многоэтажные дома и старые одноэтажные усадьбы, местами небольшие пустыри, заросшие преимущественно клёном ясене-листным). На некоторых участках движение автотранспорта очень интенсивно. К 2014 году на этих улицах в пределах 8.1 км застройки располагается уже как минимум 6 гнездовых территорий сороки. Возможно, не было учтено ещё несколько гнёзд, расположенных на больших приусадебных участках с крупным кустарником. В 2007 году гнездо сороки во дворе главного корпуса медицинского университета, практически в центре города, находилось на вязе Ulmus sp. на высоте 4 м. В 2008 году гнездо близ центра обнаружено между Байкальской улицей и автопарковкой торгового центра на кусте яблони ягодной Malus baccata на высоте 6 м. Заметим, что в обоих случаях в 100-300 м располагались парковые массивы, где сороки гнездились и ранее.

В Иркутске отмечаются и случаи устройства сороками гнёзд на крупных деревьях классической формы, в том числе в центре города. Однако освоение такого способа размещения гнезда и в населённых пунктах, и вне их идёт медленно. В 2006 году одно гнездо находилось на периферии Октябрьского района города на берёзе на высоте 15 м. В 2009 году сорока гнездилась в центральной части города в школьном дворе по улице Тимирязева на тополе на высоте 12 м. В 2013 году гнездо в Октябрьском районе было расположено на высоте 9 м на одном из тополей, окружающих территорию детского сада. На участках, где сороки гнездятся на деревьях, преобладают, как правило, многоэтажные здания различного назначения.

По результатам маршрутных учётов 2001-2002 годов, в Иркутске численность сороки в первой половине лета составляла 5 ос./км2, при-

чём в большинстве типов застройки была в пределах от 0 до 4 и лишь в отдельных типах достигала 17 ос./км2. Для сравнения, численность чёрной вороны в большинстве типов застройки составляла 3-17 ос./км2 (в одном из типов — 48 ос./км2), в среднем — 19 ос./км2 (Саловаров и др. 2005). Поскольку это усреднённые данные, более точную информацию о числе размножающихся птиц дают учёты гнёзд. Плотность гнездования вороны в правобережной части Иркутска в 2006-2007 годах, определённая путём картирования, составляла порядка 6 пар/км2 (в большинстве типов застройки — от 4 до 8, в отдельных парковых зонах — до 12 пар/км2) (Фефелов 2010). К настоящему времени она, по-видимому, мало изменилась. Хотя, в отличие от вороны, специальные учёты гнёзд сороки не проводились, плотность её населения мы можем приблизительно оценить в 0.5 пары/км2, что на порядок ниже, чем у вороны. В 2007 году на учётном полигоне в центральной части города располагались 22 заселённых гнездовых территории вороны и одно гнездо сороки, причём старое. Размножение врановых отмечено в более или менее озеленённых районах со смешанной, малоэтажной и старой многоэтажной застройкой. В новых микрорайонах они практически не гнездятся; одна из основных причин этого — слабое или слишком молодое озеленение.

Стоит упомянуть и о других видах врановых, размножающихся в черте Иркутска. Голубая сорока Cyanopica cyanus в последние 15-20 лет стала обычным гнездящимся видом парковых зон — на старых кладбищах, в лесопарке Академгородка, центральном парке, периодически в Ботаническом саду ИГУ и др. Грач Corvus frugilegus нерегулярно в небольшом числе гнездится в Кайской роще — внутригородском сосновом лесу. Одна пара воронов Corvus corax с 1997 года гнездится на периферии города в пойме реки Иркут, на опоре ЛЭП. Ни один из этих видов не устраивает гнёзда в уличных насаждениях или внутри застроенных участков.

В посёлке Куйтун Иркутской области отдельные случаи гнездования сороки на тополях отмечены уже в конце 1990-х и наблюдаются до сих пор, с высотой размещения гнёзд от 10 до 14 м. Здесь преобладает застройка сельского типа, но имеются древесные насаждения вдоль улиц и на территориях предприятий. Случаев устройства гнёзд на кустах в этом посёлке не зарегистрировано (исключая парковые зоны), вероятно, вследствие малого участия крупных кустарников в озеленении улиц. Из других населённых пунктов сельского типа, расположенных на юге Иркутской области, также известны отдельные случаи гнездования сороки на кустах в уличных или усадебных насаждениях.

В Иркутске сороки пока отличаются большей осторожностью, чем дальневосточные птицы. Так, во Владивостоке и Пекине для сорок обычен отдых или поиск корма на расстоянии 3-4 м от человека. В Ир-

кутске и Улан-Баторе это редкое явление, здесь сороки чаще всего соблюдают дистанцию от 5-8 м и более.

Следует ожидать дальнейшего освоения сорокой городского пространства в Иркутске. Однако вряд ли процесс будет быстрым. Во-первых, этот вид имеет мощного трофического и пространственного конкурента в лице чёрной вороны. Во-вторых, размножение сороки в населённых пунктах зависимо от гнездового субстрата, т.е. от городского озеленения (как и у вороны). В современной ситуации не следует ожидать увеличения числа потенциальных гнездовых деревьев или кустарников в ближайшие годы: убыль старых посадок за счёт их старения или новой застройки недостаточно восполняется новыми, а вновь высаженные растения ещё не имеют достаточных размеров.

Ранее мы уже предполагали, что в Прибайкалье меньшая, чем в Европейской России, скорость заселения городов воронами может быть связана с более медленным развитием самого урболандшафта в Восточной Сибири (Фефелов 2010). Сами механизмы формирования урбанизированных популяций могут быть очень разными, но вышесказанное в любом случае предоставляет базис для них. Вероятно, это можно равно отнести к восточноевропейским и западноазиатским популяциям сороки. Однако у восточноазиатских сорок история взаимоотношений с человеком, судя по всему, шла иными путями. Данные молекулярно-генетических исследований (Kryukov 2004) показывают, что подвиды сороки в Северной Евразии формируют европейско-сибир-ско-среднеазиатскую группу (в частности, подвиды pica, bactriana, he-mileucoptera и прибайкальский leucoptera) и восточноазиатскую группу (в частности, подвиды jankowskii и sericea), которые значительно удалены друг от друга, хотя и вряд ли на уровне двух обособленных видов.

Немаловажно, что восточноазиатская группа в течение многих тысяч лет имела благоприятные взаимоотношения с людьми, о чём упоминают и В.М.Константинов с соавторами (2004). Так, в Китае сорока пользуется уважением, а её гнездование у дома считается хорошим знаком. Характерно, что из двух иероглифов, которыми записывается название сороки по-китайски, один означает собственно «сорока», а другой — «счастье». У голубой сороки добавляется третий иероглиф — «серая». Благожелательное отношение к этим птицам, очевидно, старше, чем письменность. Итак, история формирования дальневосточных популяций сороки, с одной стороны, создала генетические предпосылки, а с другой - обеспечила поведенческую базу для успешной урбанизации вида в этой части своего ареала.

Благодарю И.Чуднову и Zhang Zhi за информацию, относящуюся к традициям и иероглифическому письму Китая. Исследования 2014 года выполнялись в рамках базовой части государственного задания в сфере научной деятельности Минобрнауки России (работа № 1354, тема № ГР 01201461929).

Литератур а

Константинов В.М., Родимцев А.С., Пономарев В.А. и др. 2004. Сорока (Pica pica L.) в антропогенных ландшафтах Палеарктики (проблемы синантропизации и урбанизации). М.: 1-157.

Липин С.И., Сонин В.Д., Дурнев Ю.А., Безбородов В.И. 1988. Список птиц города Иркутска и его окрестностей // Экология наземных позвоночных Восточной Сибири. Иркутск: 70-79.

Назаров Ю.Н. 2004. Птицы города Владивостока и его окрестностей. Владивосток: 1-276.

Саловаров В.О., Кузнецова Д.В., Фефелов И.В. 2005. Летнее население птиц Иркутска // Экология фундаментальная и прикладная: Проблемы урбанизации. Материалы Междунар. науч.-практ. конф. Екатеринбург: 292-294.

Сонина М.В., Дурнев Ю.А, Попов П.П., Серышев А.А. 2011. Птицы иркутского академгородка: опыт эколого-географического анализа локальной фауны // Байкал. зоол. журн. 3 (8): 81-91.

Тагирова В.Т. 1996. Обыкновенная сорока в Хабаровске // Экология и численность вра-новых птиц России и сопредельных государств: Материалы 4-го совещ. Казань: 7172.

Фефелов И.В. 2010. Пространственные особенности гнездования чёрной вороны Corvus corone orientalis в центральной части г. Иркутска в 2006-2010 гг. // Изв. Иркут. унта. Сер. Биол. Экол. 3, 1: 71-75.

Kryukov A., Iwasa M.A., Kakizawa R., Suzuki H., Pinsker W., Haring E. 2004. Synchronic east-west divergence in azure-winged magpies (Cyanopica cyanus) and magpies (Pica pica) // J. Zool. Syst. Evol. Research 42: 342-351.

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2016, Том 25, Экспресс-выпуск 1332: 3256-3258

Инвазии в Крым длиннохвостых синиц подвида Aegithalos caudatus caudatus

М.М.Бескаравайный, Н.А.Тарина

Второе издание. Первая публикация в 2011*

Длиннохвостая синица, или ополовник Aegithalos caudatus на всём пространстве своего обширного ареала является оседлым, частично кочующим видом (Воинственский 1954). Крым населяет эндемичный подвид А. с. tauricus (Menzbier, 1903), особи которого отличаются от белоголовых птиц номинативной формы А. с. caudatus (Linnaeus, 1758) двумя широкими чёрными полосами по бокам верхней части головы (Степанян 1990). Залёты на Крымский полуостров белоголовых длиннохвостых синиц, гнездящихся на юге Украины (кроме Крыма) и севернее, ранее не отмечались.

* Бескаравайный М.М., Тарина Н.А. 2011. Инвазии в Крым длиннохвостых синиц номинативного подвида // Бранта 14: 147-149.