Бизнесу смягчили оперативную разработку

Как стало известно “Ъ”, Генпрокуратура (ГП), СКР, МВД, ФСБ и ФТС подписали совместный документ, регламентирующий проведение оперативно-разыскных мероприятий (ОРМ), дознания и предварительного следствия в отношении предпринимателей. Основной упор в нем сделан на невмешательство в гражданско-правовые отношения компаний, а также обеспечение условий для беспрепятственного продолжения бизнеса в тех случаях, когда в отношении их владельцев проводятся проверки или возбуждаются уголовные дела. Бизнес-омбудсмен Борис Титов считает, что документу не хватает пункта об ограничении преследования бизнесменов по статье об организованном преступном сообществе и что настало время изменить и само законодательство в сторону защиты предпринимателей.

Фото: Евгений Павленко, Коммерсантъ

Документ «Об усилении прокурорского надзора и ведомственного контроля» за органами, осуществляющими ОРМ, дознание и предварительное следствие, подписали руководители заинтересованных госструктур: генпрокурор Игорь Краснов, председатель СКР Александр Бастрыкин, директор ФСБ Александр Бортников, министр внутренних дел Владимир Колокольцев и глава ФТС Владимир Булавин. Его необходимость обусловлена тем, что «нарушения требований законодательства РФ при выявлении и расследовании преступлений, совершенных в сфере предпринимательской деятельности, по-прежнему носят распространенный характер».

Помимо традиционных запретов на проведение процессуальных проверок предпринимателей без достаточных оснований документ содержит принципиально важные для бизнеса предписания.

В частности, говорится в нем, проведение оперативно-разыскных мероприятий недопустимо, если они приведут к вмешательству в гражданско-правовые отношения. Кроме того, изъятие оригиналов документов и носителей информации, касающихся хозяйственной деятельности, возможно только в тех случаях, когда они непосредственно подлежат исследованию в рамках доследственной проверки или при возбуждении уголовного дела. При этом, однако, правоохранительные органы обязаны обеспечить условия бизнес-структурам для копирования изъятого. В других случаях сами оперативники и дознаватели должны ограничиться получением копий интересующих их сведений. Исключается изъятие предметов, не относящихся к предмету проверки, за исключением тех, реализация которых в России запрещена в целом или в данном случае в связи с отсутствием у компании необходимой лицензии.

Кроме того, запрещается изъятие предметов и документов, относящихся к ведению хозяйственной деятельности, которые принадлежат лицам, не являющимся подозреваемыми или обвиняемыми. Исключение делается только в том случае, если эти документы могут являться доказательствами по уголовному делу. Документ оговаривает усиление контроля со стороны прокуратуры за проведением подобных следственных мероприятий и ОРМ.

В межведомственном документе вновь указывается на необходимость четкого соблюдения требований, установленных законодательством и постановлением пленума Верховного суда РФ при избрании меры пресечения бизнесменам.

Напомним, что по обвинению в преступлениях, непосредственно связанных с предпринимательской деятельностью, арест не предусмотрен (исключения оговорены в ст. 108 УПК РФ). Руководителям правоохранительных органов предписывается следить за тем, чтобы их подчиненные не обращались в суд с ходатайствами об аресте бизнесменов без конкретных на то оснований. Важным уточнением является распоряжение глав заинтересованных ведомств о том, что при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста бизнесмену должно быть предоставлено неограниченное право на свидания с нотариусом с целью оформления доверенностей на дальнейшее осуществление деятельности подконтрольных подследственному структур.

Органы прокуратуры, говорится в документе, обязаны установить систематический надзор за делами оперативного учета и проведением ОРМ, выявлять случаи повторных проверок одних и тех же бизнес-структур, которые могут свидетельствовать о противоправных действиях силовиков, а также незамедлительно реагировать на жалобы предпринимателей, касающиеся проведения в отношении них процессуальных действий. Одним из вариантов реагирования, оговаривается в документе, может быть передача прокуратурой материалов расследования из одного следственного органа в другой.

Отдельно обращается внимание на сроки расследования уголовных дел.

Если они превышают 12 месяцев, то прокуроры на местах должны информировать об этом центральный аппарат ГП. В тех же случаях, когда следствие затягивается путем приостановления или прекращения дела с последующим его возобновлением, надзорщикам предписано сообщать об этом высшим руководителям следственных органов, вплоть до начальников следственного департамента МВД и следственного управления ФСБ, а также председателя СКР.

«Совместное указание руководителей пяти силовых ведомств, несомненно, продвигает практику расследования уголовных дел в сторону уменьшения необоснованного ущерба для предпринимателей,— отметил уполномоченный при президенте РФ по защите прав предпринимателей Борис Титов.— На необходимость действий в этом направлении мы неоднократно указывали, в том числе в докладе президенту. К сожалению, в документ не вошли меры, направленные на недопущение привлечения предпринимателей к уголовной ответственности в нарушение прим. 1 к ст. 210 УК РФ (организованное преступное сообщество). Кроме того, некоторые проблемные вопросы невозможно решить только мерами контроля и надзора. Для их решения нужно менять сами законы. Например, если изъятие электронных носителей в рамках УПК РФ в настоящее время серьезно ограничено, то в рамках оперативно-разыскной деятельности законодательство по-прежнему оставляет такую возможность. Остаются нерешенными вопросы с ознакомлением подозреваемых с постановлением о назначении экспертизы, обеспечением защиты в случае возбуждения уголовных дел по факту, то есть в отношении неустановленных лиц, и многое другое. Все эти проблемы касаются не только предпринимателей, но именно при уголовном преследовании бизнесменов они обостряются максимально.

Для того чтобы пресечь любую возможность для злоупотреблений, нужно двигаться в сторону комплексной переработки законодательства — как уголовно-процессуального, так и регламентирующего оперативно-разыскную деятельность».