Президент хочет нового совета

Владимир Путин перед встречей с Советом по правам человека (СПЧ) заметно изменил его состав. Так, указом президента были исключены журналист Николай Сванидзе, основатель «Комитета против пыток» Игорь Каляпин, журналистка Екатерина Винокурова, а также несколько известных правозащитников. Как ранее сообщал “Ъ”, именно эти члены СПЧ предлагали коллегам задать Владимиру Путину острые вопросы, связанные с военной операцией. Вместо них в совет были включены десять новобранцев, например военный корреспондент «Комсомольской правды» Александр Коц и депутат Народного совета ДНР Елена Шишкина. Глава СПЧ Валерий Фадеев считает такую ротацию «рутиной», исключенные из совета — «местью» за активную работу, пресс-секретарь президента Дмитрий Песков — «наиболее правильным отражением гражданского общества».

Президент России Владимир Путин и глава СПЧ Валерий Фадеев

Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ

Указ «О внесении изменений в состав СПЧ» был опубликован днем 17 ноября, в нем говорится об исключении десяти человек. Четыре фамилии в этом списке были вполне ожидаемы. Правозащитник, профессор кафедры психологии МГУ Александр Асмолов еще в марте заявил о выходе из СПЧ, констатировав «несоответствие происходящего вокруг правам человека». Еще трое членов СПЧ — Андрей Бабушкин, Галина Осокина и Мария Артемова — были исключены из совета посмертно.

А вот удаление оставшихся шести человек вызвало бурную реакцию российского правозащитного сообщества.

Во-первых, потому что указом президента из совета были исключены: историк и профессор журналистики Николай Сванидзе, основатель «Комитета против пыток» (ликвидированного после 22 лет работы и признания иноагентом) Игорь Каляпин, журналисты Екатерина Винокурова и Иван Засурский, руководитель аналитического центра «Сова» (занимается исследованиями проявлений ксенофобии и экстремизма, внесен в реестр иноагентов) Александр Верховский и ответственный секретарь Правозащитного совета Санкт-Петербурга Наталия Евдокимова. Все они либо резко критиковали решение о вводе российских войск на территорию Украины, либо как минимум призывали к немедленному перемирию.

Фотогалерея

1 / 6

Во-вторых, изменение состава СПЧ произошло накануне ежегодной встречи с Владимиром Путиным в декабре. Именно исключенные члены совета планировали, как рассказывал “Ъ”, обсудить с президентом проблемы с мобилизацией, практику судебных наказаний за «дискредитацию действий армии», видео с убийством человека кувалдой, а также отсутствие юридических оснований для вербовки заключенных в состав ЧВК.

В-третьих, потому что исключенных заменили не самые ожидаемые в совете люди. Так, членом СПЧ стал журналист «Комсомольской правды» Александр Коц, один из основателей субкультуры «военкоров» — военных блогеров. Также в совет была принята член президиума движения «Свободный Донбасс», депутат Народного совета ДНР Елена Шишкина. Она, например, «с большой радостью и надеждой» поддержала в марте создание «народного трибунала» над противниками России. Еще одним членом СПЧ стал ответственный секретарь ОНК Москвы Алексей Мельников, известный своей активной поддержкой спецоперации.

Среди новых членов СПЧ оказался также Сергей Рукшин — лауреат звания «Народный учитель», профессор кафедры математического анализа РГПУ имени Герцена, тренировавший в свое время известных математиков, в том числе Григория Перельмана. Среди «новобранцев» значатся также: председатель Союза писателей России, военный журналист Николай Иванов; уполномоченная по правам ребенка Ульяновской области Екатерина Сморода; руководитель исполкома движения «Народный фронт за Россию» Юлия Белехова и другие. Всего в состав включены десять человек.

«В новых обстоятельствах другие лица становятся лидерами общественного мнения... могут лучшим образом представлять гражданское общество, являться наиболее правильным отражением гражданского общества»,— пояснил в четверг пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. А председатель СПЧ Валерий Фадеев заявил «Ъ-FM», что изменение состава совета — это «рутинная процедура», которая «не связана» с предстоящей встречей СПЧ и Владимира Путина.

Исключенная из СПЧ журналистка Екатерина Винокурова считает ротацию совета в этом году «демонстративной». Она связывает ее с «трениями по поводу радикализации повестки встречи» с президентом в декабре.

Госпожа Винокурова хотела обсудить с Владимиром Путиным применение новых норм УК и КоАП, которые запрещают «дискредитацию» действий армии и «публичное распространение ложных сведений» о ней. В беседе с “Ъ” госпожа Винокурова напомнила про высказывание президента на встрече с членами СПЧ в 2012 году. Тогда Владимир Путин сказал им: «Я сделаю все, чтобы не обижаться ни на что из того, что услышу от вас, но и вы, пожалуйста, не обижайтесь». «Теперь мы пришли к тому, что говорить (президенту.— “Ъ”) можно далеко не все»,— считает журналистка.

Впрочем, у нее есть и другая версия о причине исключения — «месть за запросы». Неделю назад шесть членов СПЧ обратились к председателю Следственного комитета России (СКР) Александру Бастрыкину по поводу видео с убийством человека кувалдой. Запись появилась в соцсетях с объяснением, что убитый — гражданин России Евгений Нужин. Известно, что он отбывал длительный срок в колонии, однако незадолго до официального освобождения каким-то образом попал в зону боевых действий. Позже он оказался в плену у ВСУ, где дал подробное интервью — заявил, что добровольно завербовался в ЧВК, а потом сдался украинским войскам. Спустя некоторое время господин Нужин оказался на видео, где его ударили по голове кувалдой. Оно демонстративно распространялось в пророссийских Telegram-каналах с пояснением, что бывшего заключенного «казнили за предательство». Правозащитники попросили главу СКР проверить всю эту информацию. Двое из шестерых подписавших запрос теперь исключены из СПЧ.

До этого правозащитники просили генпрокурора РФ Игоря Краснова проверить сообщения о вербовке заключенных в ЧВК. Письмо перенаправили во ФСИН, где ответили лишь, что закон не предусматривает досрочного освобождения заключенных даже для отправки в зону боевых действий. Обращение подписали шесть человек, пятеро из них теперь исключены.

В логику «мести за запрос», впрочем, не укладывается тот факт, что в составе СПЧ осталась журналистка Ева Меркачева, которая была инициатором и соавтором обращений в Генпрокуратуру и СКР.

Она призналась “Ъ”, что «очень переживает» за судьбу Игоря Каляпина: «Он законодатель борьбы с пытками, человек, который подвел под это массивные аналитические данные, создал целую систему противодействия насилию в правоохранительной системе. Надеюсь, угрозы ему останутся просто словами». Госпожа Меркачева имеет в виду угрозы, которые многократно высказывал в адрес господина Каляпина глава Чечни Рамзан Кадыров. Кроме того, в отношении правозащитника неоднократно пытались возбуждать уголовные дела под разными предлогами. В связи с этим его коллеги по комитету и СПЧ высказывали мнение, что Игоря Каляпина от мести силовиков «спасает только статус члена совета при президенте», которого он теперь лишился.

«Сейчас не в приоритете темы нарушения гражданских политических прав или насилия в правоохранительных органах, то есть пыток,— сказал “Ъ” Игорь Каляпин.— Перегибы в армии, проблемы мобилизации — об этом будут говорить (на встрече.— “Ъ”), это Путин по-прежнему готов слушать. А вот про пытки и гражданские права, видимо, публично больше слушать не хочет. Мой коллега Сванидзе был уверен, что нас из СПЧ вычистят еще до встречи с президентом». «Я ожидал этого,— сказал “Ъ” господин Сванидзе.— И да, конечно, мое исключение связано с моей антивоенной позицией». Он планировал говорить с президентом о фактическом запрете акций протеста, в том числе мероприятий с критикой решения о вводе войск на Украину.

Теперь коэффициент полезного действия СПЧ упадет еще больше в части гражданских прав и свобод, сожалеет Александр Верховский. Он рассказал “Ъ”, что заявлял для встречи с президентом «совершенно нереволюционные темы» по профилю своего аналитического центра. «Я хотел говорить про быстро растущую массу приговоров за якобы "экстремистские" высказывания. У меня были вполне конкретные и практичные предложения, не радикального толка. Цель была — повлиять на практику, а не декларировать что-то,— рассказал господин Верховский.— Почему меня исключили, гадать не буду, тут не угадаешь».