Новая экономика в системе глобализационных императивов развития

TERRA ECONOMICUS (Экономический вестник Ростовского государственного университета) Ф 2009 Том 7 № 1 Часть 2

С другой стороны, необходимо возобновление механизма государственной поддержки патентования за рубежом новых российских технологий и результатов интеллектуальной деятельности, которая должна распространяться на организации научной сферы, осуществляющие разработки на средства государственного бюджета.

При реализации международного сотрудничества большое значение может иметь введение системы постоянно действующего патентно-лицензионного сопровождения процесса передачи технологий. Следует провести меры по инвентаризации и регистрации прав научных организаций на результаты интеллектуальной деятельности, расширению поддержки процессов патентования в государственных научных и образовательных организациях. На уровне организаций-разработчиков необходимо ввести контрактную систему с четким согласованием в контрактах вопросов распределения прав на ИС, возникающих в различных ситуациях. Это актуально в настоящее время в связи с тем, что среди ученых доминирует множественная занятость. Определение того, что создано в ходе служебных обязанностей, усложняется, что в свою очередь повышает риск теневой реализации ИС, приносящей ущерб научной организации или вузу.

Необходимо разработать систему мер по подготовке квалифицированных кадров, обеспечить подготовку кадров в сфере патентования, инновационного менеджмента и управления нематериальными активами, аудита, оценки и страхования в сфере интеллектуальной собственности. Реализация рассмотренных мер должна способствовать созданию в стране рынка ИС, развитию выпуска конкурентоспособной продукции, интенсификации вовлечения российского в мировой рынок интеллектуальной собственности, и в целом - переводу российской экономики на инновационный путь развития.

ЛИТЕРАТУРА

1. Корчагин А.Д. Проблемы государственного управления интеллектуальной собственностью в Российской Федерации / Интеллектуальная собственность. Актуальные проблемы теории и практики: сб. науч. трудов. Т.1 / Под ред. В.Н. Лопатина. - М.: «Издательство Юрайт», 2008. с. 60.

2. Корчагин А.Д., Орлова Н.С., Нарумова О.Ф., Биткова И.В. Совершенствование системы передачи за рубеж отечественных технологий, содержащих объекты промышленной собственности. - М.: 2005. С. 75.

3. Лопатин В.Н. Государство и интеллектуальная собственность. / Интеллектуальная собственность. Актуальные проблемы теории и практики: сб. Научных трудов. Т.1 / под ред. В.Н. Лопатина. - М.: 2008. С. 26.

4. Маркина М. Передача за рубеж прав на объекты промышленной собственности // ИС. Промышленная собственность. № 4. 2007. с. 99.

5. Фомичев Ю., Наумов А. Вовлечение в хозяйственный оборот объектов интеллектуальной собственности: проблемы и пути решения // ИС. Промышленная собственность. № 3. 2004. С. 3.

МИДЛЕР Е.А.

ЮФУ, доцент, к.э.н., 344002, г. Ростов-на-Дону, ул. М. Горького, 88

новая экономика в системе глобализационных

императивов развития

В статье рассматривается феномен новой экономики в контексте сущностных параметров, определяющих качественные сдвиги в системе глобального воспроизводства.

Ключевые слова: новая экономика; экономические интересы; инновация; воспроизводство; инновационная потребность; качественный сдвиг; глобализация

Коды классификатора JEL: Р20, Р55

Интеграция России в новый миропорядок в условиях обострения технологического соперничества происходит в процессе трансформации всей архитектуры производственных отношений, обусловленной феноменом новой экономики. Категория «новая экономика» на про-

тяжении последних десятилетий занимает ведущее место в исследованиях отечественных и зарубежных ученых.

Становление нового этапа в развитии постиндустриального хозяйства затрагивает, прежде всего, сущностные, содержательные процессы. Новая экономика - это квинтэссенция качественных сдвигов, имеющих иную (по сравнению с традиционным индустриальным хозяйством) экономическую природу. Соответственно, концептуальные основания и экономическая природа данного экономического феномена могут быть разработаны только на базе диалектического методологического подхода.

Очертить контуры нового хозяйственного миропорядка стало возможным во второй половине 1990-х годов, после мирового финансового кризиса, хотя предпосылки объяснения данного явления предпринимались еще в работах Д. Белла в исследованиях постиндустриального общества. В последующем появляются работы, где складываются гипотезы, трактующие общество и экономику нового века как переходную к новому качеству роста, отнюдь не детерминированную технологическими факторами. Как отмечает Э. Валлерстайн: «... мы живем в эпоху перехода от существующей глобальной системы общественного устройства - капиталистической мировой экономики - к другой или другим глобальным системам» [2, с. 580].

Функциональные взаимосвязи в меняющемся мире отмечает и К. Келли в своей знаменитой работе «Новые правила для новой экономики». Это и рост ценности связей между экономическими субъектами, и увеличение гибкости трансакций, и сходство сетевой экономики с биологической системой, и совершенство рыночного механизма [9]. Однако, несмотря на многочисленные попытки всестороннего анализа данного феномена, само признание нового хозяйственного порядка ставится под сомнение [7].

Значительно большее внимание в современных исследованиях уделяется фиксации количественных параметров нового хозяйственного порядка. Так, А. Кузнецов выделяет следующие способы истолкования понятия «новая экономика»:

- это - экономика, способная достаточно долго развиваться относительно высокими темпами при низком уровне инфляции и безработицы (такое утверждение иногда называют «новой экономической парадигмой»);

- это - совокупность отраслей экономики, непосредственно связанные с производством и распространением информации, с применением новых информационных технологий, с созданием новых сетевых возможностей для развития бизнеса;

- это - процессы глобализации и мировой интеграции, которые: а) меняют условия функционирования национальных экономик и бизнес-моделей (аутсорсинг, управление знаниями, использование информационных технологий) и б) требуют координации экономической политики различных стран [4, с. 6-7].

Весьма дискуссионным, на наш взгляд, представляется мнение, что для объяснения феномена новой экономики важно направление, трактующее данное явление как современный технологичный инструментарий, то есть применение Web-практик в различных срезах хозяйственной и культурной жизни общества [5, с. 4].

Безусловно, эти практики оказывают существенное влияние на социально-экономические процессы, но не они изменяют всю морфологию общественных отношений. Смысловые, сущностные контуры новой экономики с определенной долей допущения укладываются в следующие атрибуты:

- происходит качественно новый уровень обобществления экономики: усиление взаимодействия, взаимозависимости экономических процессов в процессе их слияния в единый экономический поток;

- зарождаются и усиливаются новые проявления противоречия между индивидуальным трудом и глобальным капиталом, что находит свое выражение в высокой степени технологической неопределенности и социального неравенства;

- реструктуризируется система потребностей, меняется конфигурация экономических и социальных интересов;

- возникает фундаментальное противоречие между производственным и финансовым капиталом;

- меняются воспроизводственные пропорции народнохозяйственного комплекса, где ведущую роль выполняют отрасли нематериального производства.

TERRA ECONOMICUS (Экономический вестник Ростовского государственного университета) Ф 2009 Том 7 № 1 Часть 2

TERRA ECONOMICUS (Экономический вестник Ростовского государственного университета) Ф 2009 Том 7 № 1 Часть 2

Одним из главных проявлений новой экономики является качественно иной уровень обобществления. В условиях нового хозяйственного порядка уровень индивидуальной свободы носит рудиментарный характер. В структуре создаваемых доходов доминируют крупные корпорации. Максимизация полезности индивида в производстве, т. е. уровень его дохода, определяется уровнем благополучия корпорации в целом. Индивидуальное благополучие вплетается в систему благополучия социального сообщества корпоративного уровня и зависит от последнего [8, с. 198]. В свою очередь, уровень благополучности (доходности) корпоративной структуры коррелирует с макроэкономической ситуацией в национальной экономике и экономической политикой государства.

Безусловно, в максимизации индивидуальной полезности свобода выбора сохраняется, поскольку именно личные (индивидуальные) интересы остаются отправной точкой воспроизводственного механизма. Однако в пространстве нового хозяйственного порядка в системе индивидуальных, частных и национальных интересов доминирующие акценты перемещаются на надындивидуальный уровень. При этом происходит формирование новой группы экономических интересов, а именно - глобальных (всеобщих) интересов.

Таким образом, современный уровень обобществления в масштабах мировой экономики, получивший название «глобализация», прямым образом влияет на общественный фон и условия максимизации индивидуальной полезности. Следовательно, в новой экономике меняется центральная парадигма индустриального мелкотоварного производства - «человека экономического».

Новый миропорядок порождает и новую систему противоречий экономических интересов. Качественные изменения в производительных силах привели к глубинным изменениям в экономических отношениях. На данное обстоятельство обращает внимание М. Кастельс, подчеркивая, что на глубинном уровне новой социальной реальности производственных отношений в прежнем виде не существует. Капитал стремится уйти в гиперпространство, где он имеет возможность беспрепятственного обращения, тогда как труд теряет свое коллективное лицо, растворяясь в бесчисленном множестве индивидуальных форм существования. В условиях сетевого общества капитал скоординирован в глобальном масштабе, тогда как труд индивидуализирован [3, с. 502]. Таким образом, формирование новой экономики происходит в условиях противоречия между индивидуальным трудом и глобальным капиталом.

Новая экономика - это экономика позднего капитализма, в которой качественные превращения ресурсов и потребностей подчинены интересам глобального капитала. Новая экономика - это экономика, основанная на глобальном финансовом капитале, который (посредством пронизывающих весь экономический атлас мира гибких сетей) формирует особые экономические отношения, преобразующие производственные отношения я в хозяйственные связи [1, с. 166]. В результате глобализации сложился всемирный рынок результатов и факторов производства: товаров в форме материального продукта и услуг, капиталов, рабочей силы и знаний. Лидирующая роль в экономическом и научно-техническом развитии в условиях новой экономики принадлежит транснациональным корпорациям (ТНК). По данным ежегодного доклада ЮНКТАД о мировых инвестициях, в 2006 г. в мире действовало 78 тыс. ТНК, располагающих 780 тыс. зарубежных филиалов [10, р. 12], среди которых действительно ведущую, доминирующую роль в мировой экономике в процессе глобализации играют не более, чем 2-3 тыс.

Следует заметить, что именно эти ТНК господствуют в высокотехнологичном секторе, определяют лицо новой глобальной экономики. Доминирование ТНК особенно отчетливо выражено в финансовой сфере, поскольку вторжение глобального капитала в информационные сети позволило создать глобальное «сцепление» различных сегментов мирового и национального хозяйств, теснейшее взаимопереплетение и взаимозависимость национальных ресурсов воспроизводства.

Новое качество ТНК позволило многим исследователям трактовать феномен новой экономики как своего рода спекулятивно обусловленный и болезненно сдувающийся «финансовый пузырь». И действительно, на первый взгляд, кажущуюся эфемерность новой экономики подтвердил факт смещения инвестиционной привлекательности с индекса Наздак к индексу Доу-Джонса в американской экономике. Но эта смена приоритетов в финансово-экономических индикаторах, на наш взгляд, означала всего лишь перенаправление потоков короткого финансового капитала на захват виртуальных корпораций с последующим изменением моделей биз-

неса, получением отдачи ТНК на экономии трансакционных издержек и, прежде всего, издержек контроля. Спекулятивный финансовый капитал, эволюционизировавший таким образом, превратился в самый обыкновенный производительный, что означало победу традиционных корпораций (минимизировавших свои трансакционные издержки с помощью информационных технологий) над виртуальными.

Совершенно очевидно, что феномен подъема 90-ых годов неправомерно рассматривать как финансовое, спекулятивное и временное явление. На деле финансовые процессы только форсировали инвестиционный бум, создав дополнительные источники его финансирования. Об этом свидетельствует тот факт, что в период подъема в 2003-2005 гг. темп роста производительности американской экономики обогнал рекордные показатели 90-ых годов без посредства экстраординарных финансовых факторов [6, с. 35].

Это еще раз подтверждает тезис о том, что содержание новой экономии выходит за рамки модификации финансового капитала и перерастает в поиск эффективных форм движения капитала глобального в его организационной форме - крупной корпорации (независимо от виртуального или традиционного способа существования).

По мере того, как понижаются национальные перегородки, нивелируется и различие крупных национальных и международных корпораций. Отсутствие воспроизводственных различий наглядно демонстрирует волна транснациональных поглощений и слияний конца XX века, которая охватила все отрасли от электронного машиностроения до медиабизнеса.

Когда процесс стирания границ доходит до логического и практического завершения, пропадает само понятие внешнего рынка, исчезает концептуальное различие между национальным и глобальным хозяйством, причем это происходит без всякой необходимости пересмотра каких-либо воспроизводственных постулатов. Соответственно сердцевину нового хозяйственного порядка, новой экономики составляет перераспределение богатства между странами, выгоды или потери этого процесса. В частности, проблема модернизации российской экономики, сводится к решению конкретных вопросов вступления ВТО, становлению и развитию института интеллектуальной собственности, инновационных стимулов и инвестиционных ограничений, что в целом затрагивает трансформацию исторически сложившейся шкалы социального, интеллектуального и технического уровней, с одной стороны, и, с другой - структуру распределения мировых естественных благ.

В условиях нового миропорядка вступает в иное качество процесс конфигурации экономических интересов. Появление нового вида отмеченных выше надындивидуальных интересов видоизменяет всю структуру потребностей в новой экономике. С одной стороны, приобретает открытый и конфликтный характер социальная потребность в преодолении исторически сложившихся дисбалансов, связанных с неравномерностью развития различных стран и регионов мира. С другой - сегмент частных интересов в национальной системе требует поиска адекватных моделей их максимизации, связанных с конфигурацией национальных инновационных систем.

В практическом плане данный тезис сопряжен в целом с установлением вектора развития социально-экономической системы и выбором приоритетов государственной политики. Так, реализация инновационной стратегии российской экономики связана с выбором или модификацией двух разнонаправленных векторов: генерирования инноваций, с одной стороны, или их имитации (импорта), с другой, отражающих потребность в экономических стимулах для производства.

Вероятно, оптимальная стратегия инновационной модернизации российской экономики находится в плоскости постепенного вытеснения заимствованных технологий и создании среды их генерирования при одновременном использовании имитационных нововведений.

Характерной чертой новой экономики является формирование качественно иной - инновационной потребности. Генезис инновационных потребностей объясняется, на наш взгляд, накоплением предпосылок в мировом производстве и потреблении. Резкое усиление доступности образовательных услуг, научных и культурных ценностей, изменение значимости интеллектуальной собственности сформировали предпосылки для инициации качественно иного типа потребностей. Текущие потребности, выразителем которых является устоявшийся спрос, не отражают запросов новой экономики в выборе приоритетов и развитии структурных и качественных сдвигов. Эту функцию в изменившихся условиях реализуют потребности инновационного свойства.

TERRA ECONOMICUS (Экономический вестник Ростовского государственного университета) Ф 2009 Том 7 № 1 Часть 2

TERRA ECONOMICUS (Экономический вестник Ростовского государственного университета) Ф 2009 Том 7 № 1 Часть 2

Инновационная потребность - это потребность перспективная, которая возникает вследствие неравномерности и спонтанности зарождения материальных и социальных новшеств. Она проявляется в виде «узкого места», несопряженности, которая составляет неизбежный элемент прогресса в личном и производственном потреблении во всех сферах воспроизводственной деятельности [6, с. 52].

Таким образом, инновационная потребность, по нашему мнению, представляется как разрыв в текущих и инвестиционных потребностях в условиях высокой технологической неопределенности новой экономики. Появление инновационной потребности ломает традиционное деление отраслей воспроизводственного комплекса с точки зрения их инвестиционной составляющей и позволяет типологизировать секторальную структуру новой экономики, в которой системообразующими становятся инвестиционные отрасли нематериального производства, такие, как наука и образование.

В целом, определяя место России в системе нового мирохозяйственного порядка, следует признать, что параметры становления и контуры развития нового хозяйственного пространства задаются, прежде всего, сущностным, инновационным потенциалом новой экономики, обеспечивающим качественные сдвиги в системе глобального воспроизводства.

ЛИТЕРАТУРА

1. Белолипецкий В.Г. Закономерности и факторы развития российского хозяйства. - М.: ТЕИС, 2005.

2. Иноземцев В. Расколотая цивилизация. - М., 1999.

3. КастельсМ. Становление общества сетевых культур // Новая постиндустриальная волна на Западе. Антология / Под ред. В.Л. Иноземцева. - М.: Academia, 1999.

4. Кузнецов А.В. «Новая экономика» и новая экономическая парадигма // Экономическая наука современной России. 2002. № 2.

5. «Новая экономика» в пространстве постмодерна // Мировая экономика и международные отношения. 2001. № 12.

6. Проблема эффективности в XXI веке / Отв. ред. В.И. Марцинкевич. - М.: Наука, 2006.

7. Стрелец И. Новая экономика: гипотеза ли реальность? // Мировая экономика и международные отношения. 2008. № 3.

8. Экономика знаний и инноваций: перспективы России / Под ред. А.В. Бузгалина. - М.: ТЕИС, 2007.

9. Kelly K. New Rules for the New Economy. The Radical Strategies for a Connected Word. N.Y. 1998.

10. UNCTAD. Word Investment report 2007. Transnational Corporations, Extractive Industries and Development. New York and Geneva. 2007.

ШИРЯЕВА Н.О.

Северо-Кавказский НИИ экономических и социальных проблем Южного федерального университета,

соискатель, e-mail: isep@rsu.ru

инвестиционные приоритеты и механизмы реиндустриализации региона с учётом фактора

экономической глобализации

Рассмотрены особенности, приоритеты и механизмы инвестиционного обеспечения реиндустриализации региональной экономики с учётом фактора глобализации.

Ключевые слова: инвестиции, реиндустриализация, регион, глобализация

Коды классификатора JEL: R11, R58

В современных условиях важнейшей тенденцией эволюции экономики России выступает углубление неравномерности территориально-хозяйственного развития, расслоение регионов по структурным, ресурсным и институциональным параметрическим характеристикам, а