Украинская интеллигенция: культурный феномен или субкультурная реальность?

УДК 323.329(477):316.7

В. А. Радзиевский

Украинская интеллигенция: культурный феномен или субкультурная реальность?

Анализируется проблема субкультур в культурологической рефлексии, поднимаются актуальные вопросы теории субкультур (субкультурологии), проводится анализ интеллигенции в культурном пространстве Украины. Вопросы украинской интеллигенции стали особенно актуальными в связи с изменением ментальной парадигмы, сопровождающимся общественными трансформациями и социокультурными изменениями в условиях постсоветской Украины.

Ключевые слова: интеллигенция, украинская интеллигенция, культура, субкультура, культурология, базовые субкультуры, история, культурное пространство Украины

Vitaliy А. Radziyevskyy The Ukrainian intelligentsia: cultural phenomenon or subcultural reality?

The problem of subcultures in the culturological reflection is analyzed; the topical issues of the theory of subcultures (subculturology) are raized; the analysis of the intelligentsia in the cultural space of Ukraine is made. The issues of the Ukrainian intelligentsia have become particulary topical after the changes in the mental paradigm took place, accompanied by the social transformations and sociocultural shifts in the conditions of post-Soviet Ukraine.

Keywords: intelligentsia, Ukrainian intelligentsia, culture, subculture, culturology, basic subcultures, history, the cultural space of Ukraine

Интеллигенция - это та закваска, которая облагораживает и совершенствует общество, государство и человечество. Интеллигенция -это интеллектуальное ядро, эмоциональная база и волевая основа любой национальной культуры, это та внутренняя сила и смыслообразующая константа, которая формирует успешное будущее для общества, государства и планеты в целом. В новой ментальной парадигме интеллигенция становится самой ценной и ведущей в культурном пространстве, созидая культурные коды и матрицы будущего, обосновывая новые концепты и проекции человеческого развития.

К существующим подходам к интеллигенции - социально-профессиональному, когда исходят из образования, и нравственно-этическому, где учитывают внутренние душевные качества, - надо добавить субкультурный (традиции, ценности, преемственность). Вспомним, например, высказывание об интеллигенте как о носителе трех высших образований: своем, отца и деда.

Цель статьи - рассмотреть основные особенности феномена современной украинской интеллигенции, ее культурно-историческое развитие и главные нынешние проблемы.

Интеллигентоведение - новая комплексная, междисциплинарная область науки, изучающая феномен интеллигенции. У ее истоков стояли М. Гаспарова, В. Глебкин, А. Грамши, А. Кустарев,

И. Кондаков, Н. Латова, Л. Мельник, И. Николаева, В. Пустовая, В. Раков, В. Рыженко, А. Севастьянов, Г. Силласте, Г. Смирнов, А. Соколов, Ю. Степанов, З. Яковлева и др., которые развили «интеллигентоведческие» идеи Г. Федотова и Г. Померанца. Особое значение имеют работы таких исследователей, как В. Тепикин (автор книг «Культура и интеллигенция», «Интеллигенция: культурный контекст», «Кристаллизация интеллигенции») и его учитель профессор В. Меметов.

Некоторые исследователи (В. Тепикин, В. Яковлева и др.) рассматривают славянскую интеллигенцию как уникальное общественное явление, которое сформировалось в результате реформ Петра I1. По нашему мнению, это скорее напоминает очередную фазу ее развития с качественными преобразованиями ведущего интеллектуального слоя. Важно учитывать особенности культурно-исторического развития, т. е. учитывать фактор «исторической интеллигенции» (И. Николаева, В. Пустовая и др.). Академик Д. Лихачев, ища первых русских интеллигентов, обращался к истории Киевской Руси. Для Д. Лихачева Владимир Мономах мог бы стать первым русским интеллигентом. Но все-таки первым интеллигентом на Руси, по его мнению, был Максим Грек2.

Не только в центре великого Московского царства, но даже на его периферии - в Малороссии был свой слой образованных и передовых

людей (не только казацкая верхушка и военное руководство, но и духовенство, особенно высшее, потомственные аристократы и ряд других социальных прослоек). При этом «типично русские интеллигенты появились в конце XVIII -начале XIX в.: Сумароков, Новиков, Радищев, Карамзин»3. Д. Лихачев констатировал, что интеллигент связан с умственным трудом, он обладает умственной порядочностью, но «ученые не всегда бывают интеллигентны»4. Он напоминает о выражении «гнилая интеллигенция», вспоминает полуинтеллигентов, называя отдельных революционеров «антиинтеллигентскими личностями»5. В этой связи напомню слова С. Гра-бовского о том, что на Украине «в начале 2000х из учебных программ как-то так незаметно исчез сталинский термин „Великая Отечественная война", а потом было „бурное участие студенчества и старшеклассников по всей стране в оранжевой революции"»6. Не менее актуален и вопрос: «почему столько новейших „докторов геббельсов" выросло в Украине в 1990-е на западных грантах»?7

С обретением Украиной независимости местная интеллигенция ищет доводы своей значимости, уникальности и величия. Поэтому в среде украинской интеллигенции за последние двадцать лет стало модным Украину сравнивать с ведущими странами мира, особенно с Францией, сопоставляя их значение в мировой культуре и истории. Но это некорректно, - как и антиисторично и псевдокультурно - сравнивать предателя Ивана Мазепу с императором Наполеоном I, гетмана Петра Сагайдачного - с великим Людовиком XIV и даже Богдана Хмельницкого - с королем Людовиком XV. Да, в начале XXI в. обе страны занимают значительные территории в Европе. Но существует немало африканских стран, по размерам даже больших, чем Украина. Может, есть смысл (чтобы выиграть по многим параметрам) сравнивать Украину (ее культуру и историю) с Алжиром, Суданом или Ливией? Можно ли вообще так ставить вопросы, проводя сомнительные аналогии и параллели?

Франция долгие годы была независимой империей, законодательницей мод и многих передовых стандартов, страной с прогрессивной культурой и с базовыми субкультурами. Французские культурные колонии занимали гораздо большее пространство, чем ее колонии политические. Под ее культурным влиянием находились целые страны. Даже в России, преимущественно в среде дворян, формировалось пространство русско-французской субкультурной общности. Украина же никогда не была центром мировой культуры. Даже сегодня местонахождение Украины - это загадка для многих иностран-

цев, а ареал популярности ее культуры едва превосходит островки украинской диаспоры и пространство бывшего соцлагеря. Зато Украина была уникальной и чудесной частью великой исторической Руси. Культура и история Украины во многом не беднее, чем культура и история Франции, - просто они разные и несопоставимые. Да, Франция как реципиент имела и древнерусские заимствования. Так, усилиями дочери Ярослава Мудрого французской королевы Анны начало созидаться культурное, экономическое и политическое могущество Франции.

В трактовке понятия «интеллигенция» важными признаками в наше время стали выступать такие черты, как гражданская ответственность, совестливость, моральная и интеллектуальная сопричастность, намерение преобразовать жизнь здесь и сейчас, готовность к самоотречению и самопожертвованию. Важным вопросом стала национальная идея, которая опирается на культурно-исторические, духовно-нравственные, социальные, этнографические, цивилизационные и традиционные религиозные начала. Для украинской интеллигенции приемлемы 10 признаков интеллигенции, выделенные В. Тепи-киным8. Это передовые нравственные идеалы, чуткость к ближнему, такт и мягкость в проявлениях; активная умственная работа и непрерывное самообразование; патриотизм, основанный на вере в свой народ и беззаветной, неисчерпаемой любви к малой и большой Родине; творческая неутомимость, подвижничество; верность своим убеждениям и др. В культурном коде и в самосознании интеллигентов как подлинных аристократов духа важны корректность (не только политическая), ответственность, деликатность, вежливость, уважение, тактичность, ответственность, образованность, воспитанность. Вспомним выражение А. Чехова из произведения «Дом с мезонином»: «Хорошее воспитание не в том, что ты не прольешь соуса на скатерть, а в том, что ты не заметишь, если это сделает кто-нибудь другой» (фраза Белокурова)9.

Русские ученые, несмотря на сложность определения критериев интеллигентности, аморфность сопряженных с ней понятий и категорий, стали основоположниками современной мировой интеллигентологии. Мы считаем, что новое направление нуждается в славянском концепте и названии - интеллигентоведение.

Культурно-исторические начала сегодняшних «шатаний и исканий» украинской интеллигенции вполне понятны - они напоминают проблемы отдельных сказочных героев: найди то, не знаю что. Традиционно «кризис» предин-теллигенции на Украине, особенно в Западной, обозначал смену ценностных ориентаций (ино-

гда даже религии - бегство в униаты, католики и т. п.). Обуславливалось на Украине это тем, что некоторые приспособленцы «под кого попадали, тому и служили». Часть интеллигенции Западной Украины то «ополячивалась», то «онемечивалась», то подражала чехам, то венграм, то румынам. В советское время она едва не вернулась к истокам, т. е. почти «обрусела». Создавался тип неких украинотяпов как противоположность таким мировым светилам, как Н. Гоголь, Д. Левицкий, В. Боровиковский и сотни других гениальных южноруссов, обогативших мировую культуру. Ошибочно украинскую интеллигенцию сводить к этносу (крови). Украинская интеллигенция - это люди разных национальностей, живущие на Украине. Н. Костомаров отмечал, что при величайшем общерусском единстве, «племя южнорусское имело отличительным своим характером перевес личной свободы, великорусское - перевес общности»10. Исторически польским вождям на протяжении почти трех столетий - в ходе противостояния поляков с великороссами - не получилось превратить жителей Украины («хлопов») в полуполяков (якобы забывших свои корни). Малороссы в ходе многочисленных военных конфликтов в XVI-XVIII вв. массово поддерживали московитов, противились «хлопы» и антирусским польским восстаниям в XIX в. Но польским ставленникам (хлопоманам и иным украинофилам) удалось внести в русский мир внутреннюю вражду и ненависть. В Украине молчат о западноукраинском (тогдашнем «русском») геноциде 1914-1917 гг., об ужасных концлагерях Первой мировой войны - Талергофе и Терезине. Были казнены десятки тысяч карпатских русских (среди них -дети «5-7 лет и даже грудные младенцы»11), сотни тысяч сторонников Москвы стали узниками концлагерей, миллионы депортированы.

Изучая проблему интеллигенции, А. Каре-вин пишет: «Посетивший российскую Украину галицкий украинофил В. Барвинский в 1882 г. писал: „На 15 миллионов нет и 50 человек, которые б дорожили своим родным языком". Другой „национально сознательный" деятель уже в XX в. вспоминал о дореволюционном времени, когда „наш язык был «недоделанным», «неразвитым», когда его все, кроме нескольких десятков фантастов, считали за наречие, которое вот-вот, завтра-послезавтра, умрет". Напомним и признание

А. Н. Синявского, отмечавшего, что украинский язык до 1917 г. был лишь „языком жменьки полулегальной интеллигенции"»12. Спорным является применение к украинским интеллектуалам неологизмов типа духоведов, духосвятов и т. п. Сегодня западноукраинская интеллигенция - наиболее продвинутая часть украинизированной

системы, они - дети своих родителей, а не далеких прапрадедов и пращуров, часть из которых мужественно умирала за свои москвофильские убеждения, за общерусское единство.

И. Огиенко вслед за С. Петлюрой называл украинцев «недозрелой нацией»13, но тогда какая интеллигенция? Тоже недозрелая?! Новая петлюровская и иная «национально сознательная» интеллигенция была менее образована и квалифицирована, чем царская. Это же касается массового создания первого поколения рабоче-крестьянской, социалистической интеллигенции.

После Евромайдана на Украине много говорят о южном (в Одессе и т. д.) и восточном (Донецк и т. д.) сепаратизме, но области Новороссии, отвоеванные и учрежденные русскими царями, - это совсем не коренная Малороссия. Традиционно исследователи (А. Каревин, Е. Мазур, Н. Ульянов и др.14) писали об украинском сепаратизме. По нашему мнению, часто правильнее говорить не о сепаратизме, а об отдельных субкультурах (региональных, территориальных, локальных и т. д.).

Возможно, что субкультуры удельных князей времен Новгород-Киевской Руси15 стали прообразом местечковых гетманско-старшинских субкультур (Гетманщина, Новороссия и Малороссия, позднее - интеллигенция Юго-западного края Российской империи). На их базе формировались новые украинские субкультуры, включая интеллигенцию (в разных формах государственных и общественных образований Юго-западного края распавшейся империи в XX и XXI вв., преимущественно Советская Украина и новая независимая Украина). Происходило и происходит переосмысление понятия «интеллигенция» из сословно-классового («Дворянство у нас есть как бы сосуд, в котором заключено... нравственное благородство... сословие высшее называется цветом народа»16) в историко-субкультурное и философско-персоналистское измерения.

Субкультурная концепция получила поддержку сначала в среде школы киевских культурологов (Д. Бочарников, В. Корольков и др.), а потом и иных украинских культурологов (Т. Лысенко, А. Люховский, А. Нищик, И. Столяров, Н. Xохрякова, М. Шевченко, А. Шульга и др.), но и в среде ведущих историков Украины, среди которых такие известные профессора, доктора исторических наук, как И. Верба, В. Король,

В. Орленко А. Потильчак, Н. Щербак и др.17 Развитие субкультурологии поддержала доктор исторических наук О. Салата и ряд других менее известных ученых.

Концепция субкультур, наряду с трудовой, игровой и психоаналитической, подчеркивает

многолинейные и разнофакторные коды в различных культурных полях. Как пример, можно вспомнить различные степени личностного, социального и культурного роста. Наглядный пример - это возрастные переходы: из субкультуры детства в подростковую субкультуру, из подростковой субкультуры в юношескую субкультуру, из юношеской - в молодежную и т. д. (с профессиональными, национальными, региональными и иными особенностями). Это характерно не только для Украины. Тем более, что и труд, и игра предполагают элементы деятельности, включая сознание и отдельные массивы субкультурных частей и видов. Можно культуру и жизнь рассматривать сквозь призму труда (К. Маркс, Ф. Энгельс и др.) или игры (Й. Xейзинг, Г. Гадамер и др.), но не менее логично и закономерно анализировать их в контексте массива различных субкультур, которые сами по себе и обуславливают сферу деятельности, атрибуты, символы, лексикон и иные особенности игры или труда.

Субкультуры по сравнению с монофункциональной деятельностью (труд, игра и т. п.) имеют более комплексный и многоэлементный характер (атрибуты, традиции, ценности, нормы, символы и прочее), а иногда и свою внутреннюю разнородность. Возьмем, например, молодежную субкультуру с ее субкультурами хиппи, рокеров, готов и т. д. или криминальную субкультуру с ее субкультурами воров, мошенников, рэкетиров и т. д. (различия в татуировках, «местах» в тюрьмах, статусах и др.). Конечно, некорректно проводить параллели и даже отдаленные аналогии между субкультурой уголовников (при ее разнообразии и внутренней градации) и субкультурой интеллигенции (она также очень неоднородна и имеет немало внутренних субкультур). Субкультуры экономистов, юристов, медицинских и театральных работников даже в своих классах и видах далеко не однотипны (например, прокуроры и адвокаты, хирурги и кардиологи, бухгалтера и др. имеют немало профессиональных различий), особенно в современных украинских реалиях. Отсюда можно сделать вывод, что история культуры - это во многом взаимодействие (иногда солидарное, иногда конкурентное и т. д.) субкультур, в их трансформациях и перестановках. Если упростить эту схему, то при любом подходе (формационном, религиозном и др.) можно увидеть замену ведущих субкультур по кругу лиц (на смену носителям одних субкультур приходят другие) во времени и пространстве. На смену субкультуре рабовладельцев приходит субкультура феодалов, субкультуру наследственных аристократов (князей, герцогов, графов и т. д.) заменяет

субкультура финансовых и промышленных воротил, а позже - передовых технократов и ведущих интеллектуалов. Достаточно присмотреться и к истории религий. Субкультура христианства около трех первых столетий жизни христиан в Римской империи или более столетия их существования в языческой Руси до Крещения князя Владимира в 988 г. была типичной подкультурой. Но христианство же из религиозной субкультуры (часто ущемленной и преследуемой господствующей языческой культурой) становится новой культурой далеко не только Рима и Киева. В исламе конфликт с язычеством был не столь затяжным, зато восточные культы (включая неоднородные буддизм и индуизм) представляют великое разнообразие субкультурных отличий и противостояний. В течение столетий смена стилей, направлений, жанров и школ также была взаимосвязана с «подковерной» борьбой в культурном пространстве, репрезентированной яркими представителями разных субкультурных направлений и общностей. По существу, речь шла о тогдашней прединтеллигенции, а также о зарождении и развитии базовых субкультур.

По мнению отдельных украинских исследователей (Н. Петрук, М. Попович и др.), на землях Украины интеллигенция существовала в позднее средневековье. Иногда ее ищут во временах еще Киевской Руси (Р. Михайлова, В. Радзиевский)18 и даже ранее (например, Л. Зализняк)19. Не вдаваясь в сомнительные версии и околонаучные гипотезы, отметим, что трудно «выудить» интеллигенцию в скифском, сарматском или киммерийском обществах, а уж тем более в отдельных племенных и родовых сообществах. Xотя, безусловно, у тогдашних элит (вспомним древнегреческие полисы в Северном Причерноморье) как у своеобразных субкультурных объединений были отдельные черты и признаки (стремление к совершенствованию, патриотизм, ответственность, рассудительность, добросовестность и др.), которые впоследствии можно найти и у современной интеллигенции.

Согласно основам субкультурной концепции, находящей все больше сторонников в украинской науке (Д. Бочарников, В. Король, Г. Шипо-та и др.), субкультура интеллигенции является не просто базовой, а доминантной. Она выступает внутренним гегемоном, своеобразной суперсубкультурой, культурообразующим и культуроформирующим субстратом внутри самого культурного поля. Как альтернатива разделения искусства на элитарное и массовое начало развиваться субискусствоведение в контексте новой субкультурной концепции. На смену разделению культуры на элитарную и массовую на Украине развивается ее изучение в соответствии

с особенностями субкультур. Настало время утвердить в понятийно-категориальном аппарате термин «субкультурная личность» («homo subcultures»). Непривычно все бытийные процессы рассматривать сквозь новое тезаурусное понятие, но этот упрощенный подход тоже заслуживает внимания. Субкультурная доминанта особенно проявилась с появлением и развитием буржуазии, во время капитализации планеты, включая Европу вообще и Украину, в частности. В этот период, собственно, и появляется современная интеллигенция, в т. ч. и украинская интеллигенция. Можно предположить, что трансформация украинской прединтеллиген-ции в современную интеллигенцию произошла в XX в. Печально, что нынешняя украинская интеллигенция в лице отдельных представителей буквально шокирует мир квазиисторическими «открытиями» и псевдокультурными «находками». Эти «неокультурные» и «неоисторические» версии гораздо более фантастичны, чем предвзятая фетишизация и деапологетизация субкультурной личности.

Искусственные выдумки недоинтеллигентов (а именно этот тип наукообразных «знатоков»-фантастов) стал поощряться в новых исторических реалиях) стали популярны на Украине с конца XX ст. Среди них напомним только некоторые20. Украина - это колыбель человеческой цивилизации, ведь именно отсюда люди начали расселяться по планете. Христианизированный миф свидетельствует, что ковчег Ноя остановился на Украине и в окрестностях Киева возникла цивилизация Гиперборея, от которой, по мнению последователей И. Каганца, пошли все младшие общества и государства. Ю. Шилов и ряд других современных мифотвор-цев считают, что Трипольская цивилизация - это самое древнее государство планеты. Не менее сенсационны «открытия» горе-исследователей того, что украинцы населяли не только Трою и Рим (В. Бебик), но даже учили астрономии, математике и физике древних американцев -мая, ацтеков и инков. Показательными стали и «сенсации» о том, что Иисус Христос был галичанином (Ю. Каныгин), а Будда был просто украинцем (В. Бебик). Разумеется, Мухаммед тоже мог бы быть объявлен киевлянином или львовянином, но, вроде, еще не стал таковым (вероятно, останавливает ревность мусульман). Небезынтересно было бы многим узнать, что украинский борщ - «древнее трипольское блюдо»21. Но ведь даже в Киевской Руси борща еще не было22. О древних отцах мира (разумеется, о чудесных украинцах) время от времени вспоминают те украинские псевдоинтеллигенты, которые чувствуют комплекс неполноцен-

ности. В то же время история и культура Украины богаты многими уникальными событиями и малоисследованными источниками. Так, почти четыреста лет назад, в 1638 г., монах Киево-Печерской лавры Афанасий Кальнофойский написал малоизученную до 2014 г. «Тератургиму». Это описание 67 великих чудес и сверхъестественных историй, свидетелем которых якобы был он сам или слышал о них от очевидцев (явления Богородицы, святых, воскрешения умерших, изгнания преподобными Антонием и Феодосием Печерскими бесов и т. д.)23. «Тератургима» была не просто церковной и культурной, но и, что особо актуально сегодня, общей восточнославянской святыней. Не всем под силу изучать те истории, которые содержатся в исторических источниках, включая малоисследованную историю отечественных чудес - «Тератургиму» и иные древние манускрипты. Легче выдумывать наукообразные сказки и мифы в стиле пеплум, содействуя украинской культурной деградации и национальному клиоциду24. Еще в начале украинской независимости (1992-2006 гг.) «треть всего археологического наследия Украины была уничтожена»25.

Украинская интеллигенция является частью славянской интеллигенции. Подобно русской интеллигенции, она неоднородная и многослойная, но более периферийная («местечковая»). Она имеет разные критерии и особенности при классификации и систематизации. Украинскую интеллигенцию можно разделить на три уровня: высший - преимущественно госаппарат и люди творческих профессий, большинство из которых занято в социальной и духовной сферах, разрабатывающие государственную доктрину, национальные идеи и иные фундаментальные понятия; средний - интеллигенты, занимающиеся умственным трудом (преимущественно средний класс) и низший уровень - полуин-теллигенция26. Она (обслуживающий персонал с определенной квалификацией) существенно выше псевдоинтеллигенции (некультурной, амбициозной, заносчивой, как правило, малопросвещенной, квазипатриотичной, образованной на этнической или иной «узкой» замкнутости с гомогенным подходом и т. д.). Полуинтелли-генция содействует не конструированию небылиц, а созданию множества основных, далеко не только материальных благ. Украинская интеллигенция обладает чертами социального (и иногда национального и духовного) мессианства, характеризуется сохранением идентичности (и у некоторых с идеями развития националистической исключительности). Одним из отличий современной украинской интеллигенции от русской является внутренний центризм, не всегда

позитивная обособленность, самость, поиск внутреннего «я», некритическая ориентация на Запад. Историческое развитие украинской интеллигенции, ее эффективность, самобытность, глубинность, значимость и важность стали факторами, влияющим на жизнь любого украинца.

Мониторинг основных украинских СМИ и опрос более двухсот респондентов весной 2014 г. подтверждают то, что интеллигенция, выступая научной и творческой элитой и общественным лидером, играет ведущую роль в развитии украинской культуры.

Резюмируя, необходимо подчеркнуть, что современная украинская интеллигенция является неоднородной, многоаспектной и многовекторной. Поэтому есть смысл говорить об украинской интеллигенции как о культурном феномене и одновременно как и о субкультурной реальности - о ней как о единой суперсубкультуре, а в ее контексте об отдельных субкультурах. Речь идет о профессиональных субкультурах - врачей, юристов, преподавателей и т. д.; региональных субкультурах - харьковская, одесская, киевская и т. д.; пророссийских и прозападных; по уровню авторитета, влияния и значимости -украинский, европейский, мировой уровни; по степени ориентации - украиноцентричная и ее иноцентричные альтернативы и т. д. При классификации современной украинской интеллигенции надо отметить важный критерий различия - подлинную и мнимую интеллигенцию (псевдоинтеллигенцию). Очень актуальна сегодня для украинской интеллигенции аксиома мудрого писателя южнорусского происхождения Н. Гоголя: «не полюбивши России, не полюбить вам своих братьев»27.

Настоящий интеллигент должен быть патриотом, а не националистом, правдолюбцем, а не приспособленцем, честным и порядочным человеком, а не конъюнктурщиком и хамелеоном. Он всегда должен помнить, что приоритет - не сомнительные узкие этнические или внутриклассовые утопии, а общечеловеческие ценности - Истина, Добро, Справедливость, Любовь, Рассудительность, Красота, Гуманизм и Братство без ангажированности и предвзятости.

Примечания

1 Тепикин В. В. Взаимоотношения художественной интеллигенции и власти 1960-х гг. в отечественной историографии: 1 и 2 этапы // Государство, общество, церковь в истории России XX в. Иваново, 2008. С. 308-313.

2 Лихачев Д. С. О русской интеллигенции: письмо в редакцию // Новый мир. 1993. № 2. URL: http: // gumer. info (дата обращения: 26. 05. 2014).

3 Там же.

4 Там же.

5 Там же.

6 Грабовский С. Украинская интеллигенция: горе от ума и от... грантов II День: газета. 2011. P 199.

7 Там же.

S Тепикин В. В. Кристаллизация интеллигенции. Иваново: Иванов. гос. ун-т, 2012. 132 с.

9 Цитата из рассказа А. П. Чехова «Дом с мезонином» (^б) приведена по: Цитаты из книг: сайт. URL: http: II foxdesign. ru (дата обращения: 2б. 05. 2014).

10 Костомаров Н. И. Две русские народности. URL: http: II dugward. ru (дата обращения: 2б. 05. 2014).

11 Каревин А. Русь нерусская: как рождалась «рідна мова». 2-е изд. II Русская община: портал. Киев, 2005-2014. URL: http: II russian. kiev. ua (дата обращения: 2б. 05. 2014).

12 Его же. Украинский язык: история становления и развития. Киев: Киев. Русь, 2011. С. 19б.

13 Там же.

14 Его же. Русь нерусская.

15 Радзиевский В. А. Православная традиция Новго-род-Киевской Руси в историко-культурном и в правовом контексте II Актуальные вопросы изучения духовной культуры: материалы междунар. науч.-практ. конф. «Славянская культура: истоки, традиции, взаимодействие» I XII Кирилло-Мефодиевские чтения, 17 мая 2011 г. М.; Ярославль: Ремдер, 2011. С. 154-159.

16 Гоголь Н. В. Выбранные места из переписки с друзьями: духовная проза I сост., предисл. и коммент. В. А. Воропаева. М.: Патриот, 1993. С. 170.

17 Радзієвський В. О. Про теорію та історію субкультур: нариси до субкультурології. Київ: Логос, 2013. С. 2.

1S Михайлова Р. Д. Xудожня культура Галицько-Волинської Русі. Киев: Слово, 2007. 49б с.: іл.; Ее же. Xудожня культура Галицько-Волинської Русі: автореф. дис. ... д-ра мистецтвознавства: 2б. 00. 01. Київ, 2009. 3б с.; Радзієвський В. О. Нотатки з субкультури аномії. Киев: Логос, 2012. 36S с.

19 Залізняк Л. Л. Первісна історія України. Киев: Вища шк., 1999. 263 с.: іл.

20 Голубов А. Троя на Днепре II Корреспондент. 2013.

11 янв., P 1 (540). С. 26-2S.

21 Там же. С. 27.

22 Радзієвський В. О. Фітокультура та антианомія як елемент субкультури в ритуалах Середньовічної Русі: нотатки до фітокультурології та юридикокультурології. Киев: НАКККіМ, 2011. С. 69.

23 Серикова В. Преподобные рядом или тайна «Тера-тургимы» II Печерский листок I Свята Успенська Києво-Печерська Лавра. 2014. 16 бер., P 5 (S1). С. 5.

24 Іванов Д. Кліоцид по-українські II Київ Weekly. 2007. 21-27 лют., P 4 (237). С. 5.

25 Там же.

26 Пустовая В. Е. Дискуссия об интеллигенции в литературных журналах постсоветской эпохи: логика трансформации: дис. ... канд. филол. наук: 10. 01. 10. М., 200S. 232 с.

27 Гоголь Н. В. Указ. соч. С. 109.