Есть ли дифтонги в современном японском языке?

ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

Сер. 9. 2008. Вып. 4. Ч. I

В. В. Рыбин

ЕСТЬ ЛИ ДИФТОНГИ В СОВРЕМЕННОМ ЯПОНСКОМ ЯЗЫКЕ?

В литературе по японской фонетике, учебниках и учебных пособиях по современному японскому языку (СЯЯ) довольно часто используется термин «дифтонг», когда речь идет о сочетаниях гласных типа /ai, oi, ui, au, ou/ и др.1

Так, еще Е. Д. Поливанов говорил о том, что каждый из пяти японских гласных может быть первым элементом дифтонгов с /i/ — /ai, ui, oi/; c /u/ — /au, ou/; и с носовым N: /aN/, /iN/, /uN/, /eN/, /oN/2.

Н. А. Сыромятников, рассматривая систему фонем в СЯЯ, закономерно ставил вопрос: «Являются ли дифтонги сочетанием фонем или оба компонента дифтонга могут считаться частями одной фонемы?»3. Этот автор занимает несколько непоследовательную позицию: «для гласных, разделяемых морфологической границей, такой вопрос должен решаться в плане признания их двумя самостоятельными фонемами. Что же касается дифтонгов, не разделяемых морфологической границей, то в отношении их надо исследовать — отличаются ли они как-либо фонетически от сочетания гласных фонем»4. Следуя своеобразной логике и исходя из анализа фактов как исторической фонетики, так и диалектов, этот автор приходит к выводу о том, что правильным будет отнесение сочетаний (ai, ui, aN, eN, iN, oN и т. п.), которые он называет дифтонгами, к гласным фонемам5.

В Учебнике японского языка для начинающих под редакцией И. В. Головнина сказано, что в СЯЯ имеются дифтонги [ai], [oi], [ui], а дифтонга [ei] нет, так как он в современном литературном языке произносится как долгий звук [e:]6. Это явление также раньше отмечал и Е. Д. Поливанов, говоря, что в токийском говоре «произносится уже не дифтонг ei, а долгое e: (te:, ke:, е:) или точнее долгое э:, факультативно сужающееся к концу (наподобие южно-английского [ei] в day [dei])». Он же считал, что не существует принципиального различия между долгим е: и дифтонгом еГ.

B. Б. Касевич замечает, что «в японском языке существуют дифтонги. Однако с функциональной точки зрения они, по-видимому, не должны трактоваться как дифтонги»8. В качестве аргумента в пользу такой трактовки этот автор приводит определение Е. Д. Поливановым сочетаний /ai, oi, ui, au, ou/ как полностью параллельных /ag, og, ug, ig/9.

C. А. Старостин, давая описание строения слога в СЯЯ и указывая на возможность следования финальной моры i за инициальными морами, заканчивающимися на i, u, o, a, то есть на последовательности типа Си (где С - согласный), Сш, Coi, Cai и на невозможность последовательности Сеi (кроме как в «гиперкорректной» вежливой речи, когда Сее может произноситься как Се^, ничего не говорит о наличии / отсутствии дифтонгов в СЯЯ10. Упоминание этим автором конечнослогового морообразующего N никак не связывается с функцией этого носового звука как одного из элементов дифтонга, при этом отмечается, что в ряде контекстов проблема g обычно исчезает, так как исчезает он сам, оставляя предшествующий гласный сильно назализованным (ср. kag'ee «государственное управление»)11. Отчасти в этой же связи С. А. Старостин говорит, что «членение на моры последовательности звуков (аллофонов) сильно затруднено; при попытках такого членения

© В. В. Рыбин, 2008

отдельной морой приходится считать, например, назализацию и долготу в случаях типа кае:, фонологически ка-д-е-е »12.

В коллективной монографии, в разделе «Морфонология», написанном В. М. Алпатовым, таким сочетаниям гласных, как о1, а1 и т. п., как будто бы тоже отказано в статусе дифтонга, так как при рассмотрении корневых морф-ваго (морф собственно японского слоя лексики) отмечается морфная граница: ил «быть несчастным», _]ол «быть хорошим», 8иг^ол «быть острым», Шше1ал «быть холодным»13.

Итак, есть ли дифтонги в японском языке? А если есть, то какие? Для ответа на эти вопросы, видимо, следует обратиться к самому определению дифтонга и к анализу тех звуковых комплексов, которые могли бы быть отнесены к дифтонгам в СЯЯ.

Л. Р. Зиндер отмечал, что «основным фонетическим признаком дифтонга по справедливости считается то, что он представляет сочетание двух гласных, составляющее один слог»14. И далее автор замечает, что «фонематическая трактовка дифтонгов представляет одну из наиболее сложных фонематических проблем вообще. Вопрос идет о том, составляет ли дифтонг сочетание двух самостоятельных фонем или же является одной фонетически сложной фонемой»15.

Аналогичного подхода к определению дифтонгов и шире — полифтонгов — придерживался и Ю. С. Маслов, считая, что «фонологическая трактовка полифтонгов может быть двоякой: в одних случаях их следует рассматривать как сочетание фонем ("полифонематическая трактовка"), в других — как отдельные "целостные" фонемы ("монофонематическая трактовка")». С сочетаниями фонем мы имеем дело, если внутри полифтонга может проходить «морфемный шов» и если полифтонги в данном языке и при наличии, и при отсутствии в них морфемного шва звучат одинаково, неразличимо для природных носителей этого языка»16.

С. В. Кодзасов и Д. Ф. Кривнова лишь кратко касаются проблемы дифтонгов, отмечая, что «довольно часто дифтонги функционируют как фонемы, а не как бифонемные

" 17

сочетания гласных с глаидами».

Попытаемся проанализировать факты, связанные с тем, что некоторые авторы считают дифтонгами в СЯЯ. В первую очередь рассмотрим допустимые в пределах слога сочетания гласных: а1, ш, о1. Эти сочетания если и можно считать дифтонгами, то только фонетическими (в узком смысле этого термина). Они бифонемны, так как применение известного метода квадрата Дж. Гринберга убеждает нас в том, что в адъективных глаголах ака-1 «быть красным», 8аши-1 «быть холодным», киго-1 «быть черным» (ср. с их так называемыми наречными формами — ака-ки, 8аши-ки, киго-ки) между гласным инициальной моры и 1 проходит морфологическая граница. Следовательно, они не могут быть признаны ни как фонологические дифтонги, ни как гласные монофонемы.

Н. А. Сыромятников относил сочетания а1 и ш к гласным фонемам и не признавал при этом сочетание о1 дифтонгом, выдвигая в качестве аргумента отсутствие о1 в китайских заимствованиях и наличие морфологической границы между о и 1 в японских прилагательных: [/ига] «белый», [кшга] «черный»18. Здесь явно наблюдается непоследовательный подход в интерпретации фактов СЯЯ, так как отнесение/неотнесение стечений гласных к дифтонгам ставится в зависимость от того слоя лексики, в котором они могут или не могут встречаться. Нам представляется правильным распространение принципа бифонемности подобных сочетаний на все пласты лексики в СЯЯ, независимо от их генетического происхождения.

Несколько сложнее обстоит дело с сочетанием е + 1, которое, как уже отмечалось выше, превращается артикуляционно в дифтонгоид, образованный долгим е: с ьобразным

завершением. Кроме того, мы не находим японских примеров, в которых бы это сочетание делилось морфологической границей, если не брать примеры типа ke-ito «шерстяная нить», где налицо морфный шов, фонологически обозначаемый гортанной смычкой. В этом случае и в орфоэпических словарях, предназначенных для дикторов NHK, рекомендуется раздельное произношение е и i. Другой случай связан с заимствованным географическим названием — süpeiN «Испания» (от англ. Spain): на вариант произнесения — süpe: N — накладывается запрет19. Есть и другие заимствования, где полнозвучное еi рекомендовано нормами орфоэпии.

Нельзя не остановиться и на сочетаниях гласных a, i, u, e, o c конечным назальным морообразующим N, которые также в некоторых работах отнесены к дифтонгам (см. выше). Но и в этом случае нам представляется уместным провести анализ этих сочетаний с учетом данных морфологического уровня, то есть необходимо выяснить, возможно или нет проведение морфных границ на стыках этих сегментов.

В СЯЯ показателем генетива является -no (или его разговорный вариант —N). Ср. boku-no uchi ^ boku-N chi «мой дом» (в детской речи). Такого рода примеры с гене-тивом могут быть продолжены. Похожее мы наблюдаем и с субстантиватором -no, который формирует вместе со связкой da комбинированную частицу -no-da (в разговорной речи — N-da) траспозиционного характера с разными оттенками часто непереводимых значений (подчеркнутое разъяснение, причина, намерение, желание, восклицание): s'iroi-Nda «(Это) белое», tegami-o kureta-Nda «(Он) прислал письмо», zettai-ni iku-Nda «Обязательно (хочу) пойти».

Приведенные нами примеры как будто бы наглядно свидетельствуют о том, что сочетания японских гласных с носовым N не являются дифтонгами в полном (фонологическом) смысле. Кроме этого, следует также отметить, что в формах прошедшего времени таких глаголов, как kam-u «кусать» ^ kaN-da, s'in-u «умирать» ^ s'iN-da, um-u «рожать» ^ uN-da, sakeb-u «кричать» ^ sakeN-da, tob-u «летать» ^ toN-da, N в дифтонгоподобных сочетаниях с гласным может рассматриваться как имеющий определенную грамматическую нагрузку: именно N указывает на прошедшее время глагольной основы (об этом, впрочем, писал и Н. А. Сыромятников со ссылкой на «Учебник японского языка» под ред. Е. Л. Наврон)20.

Ничего не говоря о сочетаниях гласных с носовым N, П. И. Шеманаев несколько упрощенно подходил к японским двугласным сочетаниям, называя их также дифтонгами. «В пределах дифтонга происходит переход от одного уклада органов речи к другому, однако дифтонг произносится одним произносительным усилием: характерной чертой является неделимость на отдельные звуки: первый элемент дифтонга постепенно переходит во второй»21. Это только практическое объяснение, как артикулировать такие сочетания. При этом автор не приводит обычного для русскоязычных пособий всего перечня возможных сочетаний гласных, ограничиваясь лишь /а!/ и /ш/. Далее этот автор, проявляя непоследовательность, приходит к более или менее правильной трактовке дифтонгов с функциональной точки зрения: «в практических целях следует указать на встречающиеся сочетания гласных фонем /о^ а^ оы/, но эти гласные обычно принадлежат к разным морфемам и одной фонемы-дифтонга не составляют. Например: ау «встречаться», где а корень, а у — окончание»22.

Автор данной статьи придерживается той точки зрения, согласно которой « фонетическая характеристика дифтонга сама по себе не определяет его фонематической сущности»23. Поскольку определение принадлежности стечений гласных к дифтонгам связано в целом

с членимостью потока речи, в отношении которой «сильнейшим фактором... является морфологический. Действие этого фактора не может быть парализовано никакой фонетической особенностью соответствующей звуковой последовательности»24.

Разве не похожа ситуация с японскими дифтонгами на русские [а1][£1][а? 1] (в фонематической транскрипции — /а]/, /е]/, /с]/), например в словах дай, пей, пой? Рассматривая именно эти примеры, Л. Р. Зиндер определил их в фонетическом отношении как ложные дифтонги, произносимые единым артикуляционным движением, в которых вторым компонентом является безударное и редуцированное [1]. Он же заключает, что, несмотря на неравноценность первых и вторых компонентов, все же «эти дифтонги фонематически разложимы», о чем свидетельствует их глагольная парадигма ([1] является суффиксом повелительного наклонения, а в неопределенной форме глаголов Ма1'/ дать, /р'е1'/ петь этот компонент дифтонга отсутствует)25.

В монографии Л. Р. Зиндера приведена цитата из «Основ фонологии» Н. С. Трубецкого, логика которой заключается в том, что дифтонг никогда не оказывается разделенным на два слога26. Ср. с японским скандированном произнесением, при котором так называемые дифтонги распадаются на образующие их элементы, что вряд ли возможно в таких языках, как английский, немецкий и др. Кроме того, факты, приведенные нами выше, свидетельствуют о том, что стечения гласных в СЯЯ вряд ли могут трактоваться как единое целое с фонологической точки зрения.

Резюмируя вышесказанное, отметим, что если в СЯЯ допустимо говорить о дифтонгах, то с оговорками, касающимися отчасти только артикуляторного или акустического явления. Главный же наш вывод: в СЯЯ все «дифтонги» бифонемны (двуморны), и они не могут быть включены в состав гласных фонем как самостоятельные фонологические единицы (ср. с точкой зрения Сыромятникова, который признавал их таковыми). Думается, что неслучайно составители «Большого словаря-энциклопедии фонетики» в словарной статье «Дифтонг» не приводят примеров из СЯЯ27. Итак, каков же может быть ответ на вопрос о наличии дифтонгов в СЯЯ? С учетом всех приведенных нами аргументов и фактов он должен быть отрицательным. В СЯЯ нет настоящих дифтонгов. Стечение же в некоторых случаях гласных (если их считать допустимыми с фонологической точки зрения) и сочетания гласных с конечнослоговой (финальной) назальной морой /N7 могут быть отнесены только к разряду ложных дифтонгов. Добавим, что процесс «распада» японских «дифтонгов» хорошо иллюстрируют японские палиндромы. Ср. ка-ру-й ки-би-нъ-на ко-нэ-ко на-нъ-би-ки и-ру-ка О ка-ру-й ки-би-нъ-на ко-нэ-ко на-нъ-би-ки и-ру-ка (Сколько есть легких проворных котят?)28.

1 Учебник японского языка (для начинающих) / Под ред. И. В. Головнина. М., 1971. С. 16; Нечаева Л. Т. Японский язык для начинающих. Вышний Волочек, 1999. С. 6; Стругова Е. В., Шефтеле-вич Н. С. Читаем, пишем, говорим по-японски. М., 2000. С. 5; Сыромятников Н. А. Система фонем японского языка // Ученые записки Института Востоковедения. М., 1952. Т. IV. С. 341-354.

2 Плетнер О. В., ПоливановЕ. Д. Грамматика японского разговорного языка. М., 1930. С. 165.

3 Сыромятников Н. А. Система фонем японского языка // Ученые записки Института Востоковедения. М., 1952. Т. IV. С. 341.

4 Сыромятников Н. А. Система фонем японского языка // Ученые записки Института Востоковедения. М., 1952. Т. IV. С. 341.

5 Подробнее см.: СыромятниковН. А. Система фонем японского языка // Ученые записки Института Востоковедения. М., 1952. Т. IV. С. 341- 354.

6 Учебник японского языка (для начинающих) / Под ред. И. В. Головнина. М., 1971. С. 16.

7 Плетнер О. В., ПоливановЕ. Д. Грамматика японского разговорного языка. М., 1930. С. 148.

8 Касевич В. Б. Фонологические проблемы общего и восточного языкознания. М., 1983. С. 148.

9 Касевич В. Б. Фонологические проблемы общего и восточного языкознания. М., 1983. С. 148. 10Алпатов В. М., Вардуль И. Ф., Старостин С. А. Грамматика японского языка. Введение. Фонология. Супрафонология. Морфонология. М., 2000. С. 83.

11 Алпатов В. М., Вардуль И. Ф., Старостин С. А. Грамматика японского языка. Введение. Фонология. Супрафонология. Морфонология. М., 2000. С. 77.

12 Алпатов В. М., Вардуль И. Ф., Старостин С. А. Грамматика японского языка. Введение. Фонология. Супрафонология. Морфонология. М., 2000. С. 79.

13 Алпатов В. М., Вардуль И. Ф., Старостин С. А. Грамматика японского языка. Введение. Фонология. Супрафонология. Морфонология. М., 2000. С. 107.

14 Зиндер Л. Р. Общая фонетика: Учеб. пос.: 2-е изд., перераб. и доп. М., 1979. С. 209.

15 Зиндер Л. Р. Общая фонетика: Учеб. пос.: 2-е изд., перераб. и доп. М., 1979. С. 211.

16Маслов Ю. С. Введение в языкознание: Учеб. для филол. спец вузов: 3-е изд., испр. М., 1998. С. 69.

17 Кадзасов С. В., Кривнова О. Ф. Общая фонетика: Учебник. М., 2001. С. 429.

18 СыромятниковН. А. Система фонем японского языка // Ученые записки Института Востоковедения. М., 1952. Т. IV. С. 344.

19 Нихонго хацуон акусэнто дзитэн (Словарь произношения и акцента в японском языке). Токио, 1966. С. 501.

20 СыромятниковН. А. Система фонем японского языка // Ученые записки Института Востоковедения. М., 1952. Т. IV. С. 353.

21 Шеманаев П. И. Курс фонетики современного японского языка. М., 1955. С. 20.

22 Шеманаев П. И. Курс фонетики современного японского языка. М., 1955. С. 21.

23 Зиндер Л. Р. Общая фонетика: Учеб. пос.: 2-е изд., перераб. и доп. М., 1979. С. 213.

24 Зиндер Л. Р. Общая фонетика: Учеб. пос.: 2-е изд., перераб. и доп. М., 1979. С. 213.

25 Зиндер Л. Р. Общая фонетика: Учеб. пос.: 2-е изд., перераб. и доп. М., 1979. С. 213.

26 Зиндер Л. Р. Общая фонетика: Учеб. пос.: 2-е изд., перераб. и доп. М., 1979. С. 214.

27 Онсэйгаку дайдзитэн (Большой словарь-энциклопедия фонетики). Токио, 1983. С. 634, 635.

28 Подробнее см.: Рыбин В. В. Фонологический компонент японских палиндромов / Вестн. С.-Петерб. ун-та. Сер. 9. СПб., 2007. Вып. 3. Ч. I. С. 115-118.