Пищальникова В. А. История и теория психолингвистики : курс лекций. Ч. 2. Этнопсихолингвистика. - М. : Московский государственный лингвистический университет, 2007. - 228 с

КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ

Пищальникова В.А. История и теория психолингвистики : курс лекций. Ч. 2. Этнопсихолингвистика. - М.: Московский государственный лингвистический университет, 2007. - 228 с.

Учебное пособие В.А. Пищальниковой посвящено сравнительно новому направлению отечественной психолингвистики - этнопсихолингвистике. В нем представлен перечень специфических задач, анализируются ключевые проблемы, уточняются объект и методы исследования. Автор выделяет центра е этнопсихолингвистики - речевую деятельность, которая рассмат

возь призму этнической картины мира, и это позволяет В.А. Пища__

)азвивать аргументы, подтверждающие главное теоретическое положение о том, что культура как разновидность деятельности характеризуется этническим компонентом, а язык как транслятор культуры интегрирует в себе различные этнопсихические маркеры, которые проявляются, в первую очередь, в речевой деятельности.

Учебное пособие состоит из 7 лекций, заключения и обширного списка литературы на 24 страницах. Оно предназначено для студентов и аспирантов, делающих первые шаги в науке, но будет интересно и для широкого круга лингвистов.

Интересной для лингвистов, этнологов и социологов представляется первая лекция - «Этнопсихолингвистика как раздел психолингвистики. Теоретическая основа и исследовательские проблемы», - в которой В.А. Пищаль-никова рассматривает объект, предмет и задачи этнопсихолингвистики и приступает к анализу методологии нового направления. Вслед за А.А. Леонтьевым, автор определяет этнопсихолингвистику как область психолингвистики, и все вопросы в пособии рассматриваются в соответствии с этим положением и с поправкой на культурные доминанты.

Объектом этнопсихолигвистики объявляются национально-культурные варианты речевой деятельности (как одного из видов психической деятельности человека). Этот объект этнопсихолингвистики привязан к культурным постулатам о том, что национальная культура существует в ментальной, предметной и деятельностной формах, о том, что ментальные составляющие национальной культуры не могут быть «перекодированы» адекватно (по причине их лакунарности), о том, что национально-культурные специфические элементы сознания различными этносами вербализуется по-разному. Самое существенное речевое сходство в компонентах ядра языкового сознания наблюдается лишь в эмоциональной и цветовой лексике разных лингвокультур, что, по-видимому, объясняется тем, что представители разных этносов переживают один и тот же набор эмоций (хотя и по-разному) и воспринимают мир в одних и тех же красках (хотя членят и называют цвета и их оттенки неодинаково).

Следующим важным вопросом, рассмотренным в первой лекции В.А. Пищальниковой, становится вопрос о поиске собственных методик анализа речевого поведения в этнопсихолингвистике. В.А. Пищальникова предлагает в рамках новой научной парадигмы различать такие понятия, как «сознание» («образ мира», «образ сознания»), «языковое сознание» («образ языкового сознания») и «культурологическая константа», и не сводить все к упрощенному видению ядра речевой деятельности как соотношению реакций-ассоциатов.

Определив этнопсихолингвистику как интегративное (сверхсумматив-ное) направление, прошедшее путь от системно-структурной лингвистики к страноведению, а от него - к лингвострановедению и лингвокультурологии через психолингвистику и когнитивную лингвистику, В.А. Пищальникова перечисляет девять задач, определяющих границы этнопсихолингвистики, и предлагает обратиться к социолингвистическим и психолингвистическим методам, сочетание которых позволит подойти к выработке специфических этно-психолингвистических методик изучения речевого поведения. При этом автор критикует чрезмерное увлечение ассоциативными методиками, выработанными в антропологии, социологии, психологии, полагая, что ассоциативное поле - лишь одна из многих и не самых аргументированных моделей репрезентации. Оно относится к моделям аналогической интерпретации, постулирует изоморфизм между репрезентируемыми мирами и не предполагает учета национальной специфики модели сознания. Однако (и автор неоднократно подчеркивает это в работе) этнопсихолингвистические методики должны быть нацелены на установление механизма национально-культурного смыслообразования.

Во второй лекции - «Основные направления отечественных этнопси-холингвистических исследований» - В.А. Пищальникова отмечает отсутствие единой системы терминопонятий этнопсихолингвистики, проводит аналитический обзор этнолингвистических теоретических построений и фокусирует внимание на необходимости разработки методик проведения этнопсихо-лингвистического анализа речевой деятельности как проявления ее меж-культурной вариативности, то есть выделяет лингво-деятельностный аспект этноса в межэтнической коммуникации.

Большая часть лекции посвящена критическому осмыслению различных проблем этнопсихолингвистики, представленных в завершенных диссертационных исследованиях (например, исследования М.В. Сергеевой, Е.М. Евсеевой (с. 39 пособия), и анализу методологии исследования в них. Напомним, В.А. Пищальникова неоднократно подчеркивала, что этнопсихолингвистика до сих пор пользуется методами лингвистики и психологии, подменяя объект исследования, и поэтому считает результаты таких исследований не вполне объективными, так как они не учитывают этнопсихические особенности протекания речевой деятельности. Во многих работах, объявленных как психолингвистические, фактически системоцентрическими методами исследуются лингвистические или лингвокультурологические предметы и объекты, смешиваются понятия психологические и понятия лингвистические, не имеющие прямого отношения к психолингвистике, хотя и утверждается, что в них проводятся якобы психолингвистические эксперименты (например, работы О.В. Степановой, Б.А. Ахатовой, С.В. Пинигиной, Т.А. Сироткина, С. Л. Дурандиной (с. 41 пособия).

Большой интерес для всех лингвистов, как начинающих, так и опытных, представляет та часть лекции, в которой рассматривается вопрос о подходе к изучению межэтнических ценностей. В.А. Пищальникова подчеркивает, что через изучение ценностей разных этносов можно установить их различные этнические характеристики и стереотипы, провести этническую (само)идентифи-кацию.

Ценным в книге В. А. Пищальниковой является новый взгляд на знаменитую теорию Сепира-Уорфа. Отношения между знаками языка, которыми оперирует человек, неадекватно отражают отношения между их референтами. Многих отношений в природе вообще не существует, а существуют они только в воззрениях говорящего. В.А. Пищальникова полагает, что язык отчасти определяет наше восприятие мира, его категоризацию, картину мира в целом.

Именно поэтому В.А. Пищальникова утверждает, что в специфические задачи этнопсихолингвистики входит разработка особых процедур анализа языковых фактов, которые дают объективные данные. По ее мнению, это могут быть ассоциативные эксперименты массового характера, при этом с сожалением отмечается, что в этнопсихолингвистике методика массового эксперимента, равно как и методика обработки его результатов, еще не разработаны. В работе уточняется, что результаты, полученные ассоциативным экспериментом, должны быть верифицированы другими методиками. Главная черта современных эт-нопсихолингвистических исследований, по мнению В.А. Пищальниковой, -всего лишь поверхностная интерпретация полученных некорректным методом результатов. Здесь В.А. Пищальникова совершенно права, и лингвистам следует как можно скорее задуматься над этой ситуацией.

Третья лекция - «Характер интерпретации данных ассоциативного эксперимента» - посвящена критической оценке метода и методик ассоциативного эксперимента в различном их виде при анализе психо- и этнолингвистических проблем. В.А. Пищальникова напоминает, что и Т.Н. Ушакова неод-

нократно указывала на его недостатки. Последний автор предписывает этому эксперименту четкие методологические принципы, которые до сих пор мало учитываются молодыми исследователями. Главная методологическая ошибка в этом эксперименте - сопоставление лексем, а не образов сознания и мышления. Автор подробно описывает требования к экспериментатору, отмечая, что к параметрам успешности эксперимента относятся и условия его проведения, и личность экспериментатора, и его авторитет.

В четвертой лекции - «Межкультурная коммуникация как проблема эт-нопсихолингвистики» - рассуждения о роли этнофактора в речевой деятельности продолжаются в иной плоскости. Автор обращается к такому интересному и сложному феномену, как речевая деятельность переводчика. Здесь рассматриваются типы лакунарности и ее роль в межэтнической коммуникации, уточняется положение о том, что перевод является одним из объективных средств меж-культурной коммуникации, подчеркивается, что типология техник перевода существует, но нет и не может быть типологии переводческих решений.

По мнению В.А. Пищальниковой, речевой механизм можно представить как триединство языковой способности (когнитивной компетенции), языковой компетенции и коммуникации, и она рекомендует переводоведам вернуться к идеям А.Н. Леонтьева о разделении личностного смысла и психологического значения, являющихся актуальными для перевода. В пособии подчеркивается огромная роль личности самого переводчика в ретрансляции этнопсихолин-гвистических доминант с одного языка на другой, ибо перевод является психолингвистическим процессом речемыслительной деятельности переводчика.

В пятой лекции «Этнопсихолингвистическое исследование этнической напряженности» В.А. Пищальникова поднимает злободневный в настоящее время вопрос о расколе массового сознания на множество этнических идентичностей, о перестуктурировании межэтнических отношений согласно новым социальным условиям в мире (см. работу Г.У. Солдатовой, 1998 (с. 154 пособия).

В предыдущих лекциях В.А. Пищальникова неоднократно подвергала критике ассоциативный эксперимент, но в этой лекции признается возможность его использования в качестве инструмента для диагностики межэтнической напряженности. Я не вижу в этих утверждениях В.А. Пищальниковой никакого противоречия, так как установлено, что именно в ассоциациях, в их эмоционально-оценочном компоненте наиболее четко проявляется культурноспецифичное знание, представление, мнение. Психологическая модель концепта должна включать эмоционально-оценочный компонент, что подтверждается рядом аргументов, приведенных в данной лекции.

Согласно концепции В.А. Пищальниковой, аксиологический (эмоционально-оценочный) компонент в структуре концепта может отражать этническую напряженность. Данная гипотеза была верифицирована и подтверждена в работе З.Г. Адамовой, результатам которой в данной лекции уделяется особое внимание. Анализируя ее, автор рецензируемого пособия подчеркивает важность эмоционально-оценочного компонента в структуре стереотипов, по-

скольку в нем сконцентрированы чувства, отражающие мотивационные состояния этнической группы, во многом определяющие социальное поведение ее членов и всего этноса.

Следующая лекция В.А. Пищальниковой посвящена корпореальной семантике. В ней В. А. Пищальникова рассматривает работы А.А. Залевской, которая полагает, что «язык ничего не значит сам по себе, что он паразитирует на невербальных знаках...» (с. 179 пособия). Идеи А.А. Залевской успешно разрабатываются ее учениками, и В.А. Пищальникова подробно реферирует некоторые из этих работ.

Из этой лекции читатель узнает о содержании термина корпореальный в его сочетании с термином семантика. Необходимость включения данного термина в список важных понятий этнопсихолингвистики В.А. Пищальникова объясняет тем, что изучение того, как воспринимается и прочитывается человеческое тело с позиции автохтонного эталона, является одной из проблем этнопсихологии.

Последняя, седьмая лекция - «Национальная специфика грамматических структур как проявление специфики национального (языкового) сознания» - занимает всего три страницы и представляет собой краткий анализ-реферат нескольких исследований, доказывающих, что национальную (этническую) специфику языков можно изучать, как показано в работах Н.Д. Голева и

А.Г. Антипова, и по грамматическим структурам языков, в том числе, и по моделям словообразования.

В заключительной части работы В.А. Пищальникова выстраивает теоретический базис этнопсихолингвистики на методологических посылах психологии, психолингвистики, лингвокультурологии и концептологии.

Все сказанное выше свидетельствует о том, что перед нами новаторская работа, в которой выделены четкие контуры новой лингвистической парадигмы - этнопсихолингвистики. Труд В.А. Пищальниковой убеждает нас в том, что все современные лингвистические парадигмы в их различных комбинациях обладают методологическим и методическим потенциалом для исследования актуальных в современном мире этнических проблем - мировоззренческих, ментальных, вербальных, соматических, акциональных и т.д.

В учебном пособии В.А. Пищальниковой, конечно же, рассмотрены не все стороны и аспекты этнопсихолингвистики как нового научного направления. Но в нем представлен анализ результатов многих исследований, что позволило автору сформулировать новые задачи, выделить базовые терминопоня-тия, расшифровать их значение для начинающих исследователей, представить собственную точку зрения на адекватность методов проведения эксперимента и методик их интерпретации в рамках нового раздела психолингвистики. Данное учебное пособие носит энциклопедический и интерпретационный характер. В.А. Пищальникова хорошо известна как талантливый исследователь-психолингвист, ее рассуждения и мнения представляются авторитетными и достоверными, а ее критические замечания должны привести к переосмыслению некоторых уже устоявшихся в науке выводов и постулатов.

Особого внимания заслуживают многочисленные фрагменты лекций, посвященные поиску собственной методологии этнопсихолингвистики. Автор справедливо отмечает, что те молодые лингвисты, которые собираются проводить этнопсихолингвистические исследования, должны помнить, что они изучают речевую деятельность представителей отдельного этносоциума или ведут сравнение образцов речевого поведения разных этносоциумов, а, следовательно, этот объект не следует подменять лингвистическим / психолингвистическим и выдавать ассоциативный эксперимент или изучение семантики слов, фразеологизмов и т.п. за этнопсихолингвистический анализ, поскольку в них выявляется не структура речи в социоэтническом дискурсе, а, в лучшем случае, реализация лингвистического значения. Согласимся, что столь популярный в психолингвистике анализ лексических значений слов-ассоциатов не может в полной мере описать «образ сознания». И здесь нам следует довериться интуиции В.А. Пищальниковой, которая в данном пособии успешно пытается перейти от психолингвистической парадигмы к парадигме этнопсихолингвистики.

В заключение рецензии отмечу некоторые недочеты данного пособия. Так, считаю неудобным для читателя значительно различающиеся размеры лекций (более 80 страниц вторая лекция, и всего три страницы - седьмая).

Представляется излишним повторное приведение В.А. Пищальниковой в Заключении определения сознания как совокупности «фигур знаний», так как этот термин неоднократно пояснялся выше и данное определение не добавляет ничего нового. Точки зрения Ю.Н. Караулова и А.А. Леонтьева на языковое сознание не противоречат друг другу, и поэтому их противопоставление в заключении представляется неоправданным. И последнее: в Заключении, на мой взгляд, отсутствует ожидаемое обобщение всего содержания данного пособия.

Однако эти замечания нисколько не снижают как теоретической, так и практической ценности данного пособия. Автор работы удачно объединил достижения психо- и этнолингвистики с потребностями нового направления. К положительным моментам книги отношу серьезный критический подход В.А. Пищальниковой к этим достижениям, на фоне которых она постоянно уточняет свои личные взгляды, предлагает собственные подходы к рассматриваемым проблемам.

Рецензируемое пособие В.А. Пищальниковой, по сути дела, является энциклопедическим словарем по этнопсихолингвистике, так как оно содержит полный набор этнопсихолингвистических терминопонятий.

Считаю новую книгу В.А. Пищальниковой заметным явлением в отечественной лингвистической науке, и научная общественность должна поблагодарить автора за проделанный труд по подготовке данного пособия.

В.И. Шаховский

Филология и человек. 2009. №1