Приватизация в России: поиски эффективных решений

Приватизация в России: поиски эффективных решений

С.А. Ашинов

руководитель Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом по Кабардино-Балкарской Республике, кандидат технических наук В.В. Букреев

руководитель Центра управления собственностью и развития предпринимательства, доцент, кандидат экономических наук Э.Н. Рудык

профессор Академии труда и социальных отношений, профессор, доктор экономических наук

Для российской приватизации 2008 -юбилейный год. Двадцать лет назад фактически начался процесс отчуждения государственного имущества в частную собственность, который по планам реформаторов должен был в основном завершиться в этом году. Если верить цифре, приведенной в Аналитической записке Счетной палаты Российской Федерации - контрольного органа Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации (Госдума), уже к 2004 году доля неприватизированного государственного имущества в «реальном секторе» экономики сократилась до 4 процентов1.

Следует вспомнить, что 2008 год високосный. Планы радикально поменялись. Взят курс на распродажу государственного и муниципального имущества, пригодного, как считают его «продавцы», к гражданскому обороту. По мнению председателя Комитета Государственной Думы по собственности В.С. Плескачевского, к такому

имуществу следует отнести не только имущественные комплексы предприятий, но и землю, леса и иную недвижимость - наиболее ценное в национальном богатстве России, по объему которого страна занимает лидирующее положение в мире2. Исключение сделано лишь для имущества, которое необходимо российскому государству для выполнения его функций в меру их осознания властью. Как считает В.С. Плескачев-ский, объем такого имущества не должен превышать 20-25 процентов по примеру «развитых экономик», в которых доля частной собственности - 60 процентов, государственной - 30, муниципальной - 10 процентов3.

Проводить такую «распродажу», как и прежде, предполагается широкомасштабно, быстро и принудительно4. При этом игнорируются негативные последствия подобной практики, показанные в названной записке Счетной палаты, основные положения и выводы которой должны были быть

1 Анализ процессов приватизации государственной собственности в Российской Федерации за период 19932003 годы (экспертно-аналитическое мероприятие) / Руководитель рабочей группы - Председатель Счетной палаты Российской Федерации С.В. Степашин. М.: Олита, 2004.

2 Плескачевский В.С. Государство-собственник: резервы и эффективность // Экономика и управление собственностью. 2008. № 3. С. 5.

По данным экспертов Мирового банка, сегодня в России доля государственно имущества составляет не менее 75 процентов от общего объема (там же, с. 6).

3 Плескачевский В.С. Об основных направлениях повышения эффективного использования государственного имущества: Доклад на Парламентских слушаниях «Законодательное обеспечение эффективного управления государственной собственностью - важнейший фактор стратегии инновационного развития Российской Федерации», состоявшихся 8 апреля 2008 года.

4 Как известно, быстро хорошо не бывает. Гете как-то сказал: «Во всем большом есть постепенность, а не внезапность и мгновенность».

предметом обсуждения в Госдуме еще весной 2005 года, но так до сих пор и не стали, что не удивительно, ибо в ней под сомнение была поставлена законность проведенной приватизации, констатирован провал заявленных ее авторами целей и тем самым во многом была дискредитирована сама идея приватизации. Госдума не решилась публично рассматривать этот документ и выносить по нему решение, которое могло «взорвать» здание российской приватизации. Кроме того, властью, как и прежде, не берутся в расчет альтернативные наработки в области приватизации, поскольку она (власть), видимо, руководствуется постулатом «иного не дано».

Актуальными остаются вопросы:

• насколько оправдано, законно и эффективно в принципиальном плане проведение приватизации по старым лекалам?

• насколько в этом процессе обеспечены права и интересы граждан, муниципальных образований и государства?

• есть ли потребность в деприватизации?

• если есть, то кому и на каких условиях передавать ранее приватизированное имущество и кто им будет управлять?

К вопросу о необходимости приватизации

Необходимость ликвидации фактической монополии государственной собственности, передачи в негосударственную собственность нерентабельных производств, лежащих тяжелым бременем на бюджетах всех уровней (в тех случаях, когда такая передача была экономически и социально оправданна) неоспорима.

Спорными проблемами были и остаются следующие.

Во-первых, временные рамки проведения массовой приватизации и ее скорость в условиях прежде всего недостаточной зако-

нодательной базы приватизации, отсутствия полного, открытого перечня объектов государственной и муниципальной собственности и их разграничения на федеральную собственность, собственность субъектов Российской Федерации и муниципальную, незнания реальной цены приватизируемого имущества, отсутствия действенного парламентского и общественного контроля за ходом и результатами приватизации5.

Во-вторых, вопрос о соотношении отчуждения государственной собственности и управления ею. Суть не в примитивном замещении государственной собственности частной, а в использовании всего арсенала средств эффективного управления собственностью независимо от того, кто является ее титульным владельцем. Приватизация в России отодвинула на второй план такие действенные инструменты реформирования государственной собственности, апробированные мировой практикой, как передача государственного имущества в аренду (в том числе с правом выкупа), доверительное управление, концессия и другие инструменты, не связанные с переходом прав на имущество. Практика показывает, что эффективность работы предприятия напрямую не связана с формой собственности. Она определяется рядом других обстоятельств: качеством управления, трудовым потенциалом, степенью вовлечения работников в управление производством и распределение его результатов, способностью к инновациям и многими другими6.

В-третьих, насколько своевременно в 90-е годы ХХ века был дан старт широкомасштабной приватизации в условиях, когда в стране наблюдался ярко выраженный экономический, политический, социальный и духовный кризис? В мире есть немало свидетельств того, что проведение приватизации эффективно только в условиях стабильности в экономике и обществе, по крайней мере относительной. В настоящее время в России ситуация меняется, за ис-

5 По мнению авторов записки Счетной палаты, около 60 процентов приватизированных предприятий были недостаточно подготовленными к этой процедуре.

6 Букреев В.В., Булавка Л.А., Рудык Э.Н. Реформа предприятия: поиски новых решений: Монография. М.: МФА, 2005. С. 5-6.

ключением, пожалуй, духовной сферы. При этом возникает другой вопрос: насколько предстоящий очередной виток ускорения приватизационных процессов «вписывается» в набирающую силу общемировую волну противоположной направленности -принятие комплекса мер по квазинационализации значительной части национальных экономик?

В-четвертых, приватизированные предприятия «загонялись» и «загоняются» в основном в единственную организационную форму - открытое акционерное общество (ОАО), что противоречит мировой практике. Так, например, в США, которые идеологи российской приватизации взяли за образец, на семь тысяч открытых акционерных обществ приходится один миллион закрытых. Известно, что форма ОАО в наибольшей степени способствует концентрации капитала в силу отсутствия каких-либо ограничений на куплю-продажу акций. При приватизации в России произошла сверхконцентрация капитала: в руках немногих оказалось 80-90 процентов собственности, вовлеченной в оборот. Это мировой рекорд. К тому же, возникает вопрос: нужна ли подобная форма предприятия (ОАО) в таких масштабах, когда существующий в стране фондовый рынок реально обслуживает ничтожную часть ОАО? Акции подавляющего большинства созданных в ходе приватизации ОАО неликвидны даже в относительно благополучные для фондового рынка времена. В результате, за редким исключением, ОАО не выполняют свою главную функцию -привлечение внешних инвестиций. Наконец, если будет реализована задумка думского большинства о принудительном преобразовании большей части существующих ОАО в общества с ограниченной ответственностью (ООО), число участников которых не может превышать пятидесяти, то процесс концентрации собственности получит новое ускорение со всеми вытекающими отсюда отрицательными последствиями. К ним

прежде всего следует отнести углубление социального и имущественного расслоения в обществе, все большее отстранение населения от принятия важнейших экономических и политических решений, усиление всевластия крупного частного капитала и окончательную утрату доверия граждан к государству, которое лишь провозглашено социальным.

Законность приватизации

В упомянутой записке Счетной палаты приведены многочисленные факты изначального грубого нарушения законодательства о приватизации.

Во-первых, вместо предусмотренных законом именных приватизационных чеков и вкладов граждан, которые должны были служить средством оплаты при продаже государственного имущества, были введены анонимные ваучеры со скрытой целью - ускорить концентрацию капитала в руках немногих7. Заметим, что у нас, когда хотят что-то скрыть, зачастую используют непонятные населению иноязычные слова. Введение ваучеров стало возможным потому, что в 1991 году законодатель наделил президента дополнительными полномочиями. Так, его указы приобретали силу закона, если они не были своевременно опротестованы Верховным Советом Российской Федерации. Депутаты «не смогли» в установленный срок ознакомиться с указом о ваучерах. Официально - произошел «технический» сбой.

Во-вторых, Счетной палатой было выявлено «необоснованное занижение цены продаваемых государственных активов», в особенности на том же ваучерном этапе приватизации. Именно тогда государство лишилось значительной части своей собственности. Как известно, в соответствии с первым законом о приватизации, принятом в 1991 году, стартовая цена продаваемого на торгах имущества должна была соот-

7 Реформаторы обосновывали введение ваучеров «техническими сложностями» открытия 150 миллионов личных банковских счетов для обеспечения сделок приватизации, что не помешало, однако, Башкортостану и Татарстану, помимо общероссийских ваучеров, ввести для граждан этих республик именные приватизационные счета с запретом их продажи в течение нескольких лет.

ветствовать его рыночной стоимости либо определяться исходя из его предполагаемой доходности. На практике имущество приватизировалось в условиях безудержной инфляции времен ваучерной приватизации по его остаточной балансовой стоимости на базе данных переоценки основных фондов предприятий, проведенной еще в 1982 году, то есть фактически за бесценок. Это происходило в основном тогда, когда дело касалось продажи высокодоходных активов (как по отечественным, так и по мировым меркам), каким являлось, является и будет являться имущество предприятий топливноэнергетического комплекса, ликероводочных производств и им подобное. Все это стало возможным под прикрытием тех же президентских указов, а также нормативных правовых актов приватизационных ведомств. К тому же, эти акты зачастую не направлялись на обязательную регистрацию в Министерство юстиции Российской Федерации, что делало и делает их недействительными с правовой точки зрения.

В-третьих, в ходе пресловутых залоговых аукционов 1995-1996 годов произошло незаконное отчуждение наиболее лакомых кусков государственной собственности -предприятий нефтегазового комплекса. Они были приобретены по ценам намного ниже рыночных теми, кого впоследствии назвали олигархами. Напомним коротко, как это было.

В то время правительство попросило у консорциума российских коммерческих банков («Империал», «Инкомбанк», «Онэксимбанк», «Столичный банк сбережений», «Менатеп» и АКБ «Международная финансовая компания») крупный кредит для покрытия дефицита федерального бюджета или, как утверждали злые языки, для финансирования президентской кампании Ельцина. На самом деле деньги у правительства были. И, что интересно, они были размещены на депозитных счетах тех же самых банков, которые обусловили кредитование государства (фактически за его же счет) передачей им в залог, то есть во временное пользование, государственных пакетов акций нефтяных компаний «Юкос», «Лукойл», «Сиданко», «Сургутнефтегаз» и ряда других, стоимость

которых намного превышала предоставленный государству кредит. Его величина оказалась подозрительно близкой сумме государственных средств, размещенных в этих банках, которые получали право доверительного управления государственными пакетами акций, полученными в залог. Это давало им возможность извлекать прибыль от пользования акциями на весь период залога. Правительство приняло условия банков, взяв на себя обязательство погасить кредит за счет средств федерального бюджета 1996 года. Это обязательство выполнено не было. В итоге банки стали владельцами государственных пакетов акций. Такова официальная версия. В действительности имела место запланированная продажа государственной собственности по очень даже «обидным» ценам (в записке сказано намного мягче: «значительно заниженным»).

Ведомством Степашина это было названо легальным «выеданием» государственного имущества. Здесь, на взгляд авторов, больше подходит другое выражение «притворная сделка, которая по определению ничтожна». Прямых улик, естественно, нет, если не считать того обстоятельства, что в бюджете 1996 года не было предусмотрено ни копейки на погашение взятого у банков кредита. Неудивительно, что Счетная палата признала залоговые аукционы сделками, которые были совершены с целью прикрыть другую сделку: под видом залога произошло незаконное отчуждение государственного имущества. Гражданский кодекс Российской Федерации такого рода сделки квалифицирует как недействительные.

В-четвертых, как было установлено Счетной палатой, большая часть государственной собственности не только была приватизирована по низким ценам. Многие новые собственники не выполнили взятые на себя в ходе приватизации обязательства, что так же, как и в случае с залоговыми аукционами, является законным основанием для возврата имущества государству. Так, например, инвестиционные обязательства, предусмотренные в 49 из 81 договора купли-продажи, которыми оформлялись сделки приватизации, не были выполнены, хотя сроки их исполнения истекли.

Постараемся проиллюстрировать это примером одного из наших исследований, проведенных в ряде регионов России. Так, фирма «Нимонор инвестменс лимитед» купила имущество Выборгского целлюлозно-бумажного комбината на конкурсе с социальными и инвестиционными условиями за 22,44 миллиона рублей, что в 33 раза ниже остаточной балансовой стоимости имущества комбината. Этими условиями, в частности, предусматривалось сохранение производственного профиля комбината, 2 500 рабочих мест, направление 25 миллионов долларов США на инвестиции. Ни одно из обязательств не было выполнено.

В-пятых, не был урегулирован порядок возмещения государству ущерба, причиненного в результате приватизации.

В-шестых, отсутствовала ответственность должностных лиц органов государственной власти и руководителей предприятий за незаконные действия в ходе приватизации. Так, без соответствующего решения уполномоченных органов была проведена приватизация «запрещенных к приватизации» предприятий, в первую очередь оборонных, таких как Смоленский авиационный завод, Рыбинский моторостроительный завод, Уфимское моторостроительное производственное объединение, Уралмашзавод, Балтийский завод и многих других. Большое количество предприятий, запрещенных к приватизации, например «Мурманский морской торговый порт», было приватизировано. Часть предприятий с высокой долей оборонного заказа была приватизирована без ограничений. В их числе в городе Москве научно-технический комплекс «Союз» (доля оборонного заказа - 95,7 процента), машиностроительное конструкторское бюро «Гранит» (85,4%), а также Московский вертолетный завод им. М.Л. Миля (44,4%), Иркутское авиационное производственное объединение (85,1%), Нижегородское государственное предприятие «Гидромаш» (50,4%) и многие другие, что, по мнению авторов записки, дает основание «говорить о негативном влиянии результатов приватизации на обороноспособность страны».

В-седьмых, во многих случаях средства от приватизации не перечислялись в бюджеты различных уровней.

В-восьмых, результатом российской приватизации стал беспрецедентный в мировой практике рост коррупции и криминализации экономики страны. По экспертным оценкам, теневой сектор экономики России составляет от 30 до 50 и более процентов от легального. В стране не была создана государственная система противодействия криминалу и коррупции в сфере приватизации, что неудивительно, поскольку подавляющее большинство нарушений в сфере приватизации совершено именно органами исполнительной власти и их представителями. Всего, по сведениям Министерства внутренних дел Российской Федерации, приведенным в записке Счетной палаты, за период с 1993 по 2003 год было выявлено 52 938 преступлений, связанных с приватизацией. По результатам следствия в суд направлено 11 045 уголовных дел, по которым привлечено к уголовной ответственности только 1 526 лиц. А сколько было осуждено и на какие сроки? Таких данных в записке нет.

В-девятых, отсутствовал общественный, независимый от власти контроль как порядка проведения приватизации, так и ее результатов.

Итоговая оценка Счетной палатой законности проведенной приватизации: с одной стороны, отмечается «очевидный законодательный дисбаланс в пользу более эффективного обеспечения гарантий защиты прав частных собственников по сравнению со степенью защищенности интересов государства и местного самоуправления как собственников», а также отсутствие законодательного обеспечения восстановления их законных прав в случае многочисленных нарушений в ходе приватизации. С другой стороны, утверждается, что «недостаточность и неполнота законодательной базы не являются основанием для отмены либо пересмотра итогов приватизации 1993-2003 годов». Возникает вопрос: как можно восстановить нарушенные права государства и муниципальных образований без принятия необходимых для этого решений по

конкретным приватизационным сделкам, тем более что законность приватизации подавляющего большинства объектов может быть оспорена? Таким образом, итоги приватизации, по мнению авторов, за исключением отдельных случаев, могут быть пересмотрены. Пострадавшими в итоге могут оказаться покупатели акций компаний, приватизированных с нарушением закона, в том числе и те из них, кто являлся добросовестным приобретателем (к сожалению, таких немного), но очутился в положении человека, приобретшего, например, автомобиль, который оказался краденым и, следовательно, подлежащим конфискации.

Эффективность приватизации

В результате проведенной в стране приватизации, по крайней мере формально, было создано одно из необходимых условий перехода к экономике многоукладного типа. В то же время ни одна из декларированных приоритетных целей приватизации так и не была достигнута.

В документе Счетной палаты приведены многочисленные свидетельства низкой экономической эффективности российской приватизации.

1. Она не решила задачу повышения результативности производства. Сегодня в России, как правило, неэффективно работают предприятия любых форм собственности. Более половины государственных, муниципальных и частных предприятий, за исключением относящихся к так называемой «трубе» и «теневому сектору» национальной экономики, являются убыточными или близки к этому состоянию. Председателем Правительства Российской Федерации В.В. Путиным при его вступлении в должность в 2008 году дана более удручающая информация: убыточными являются более 90 процентов российских предприятий.

2. Не была решена проблема привлечения инвестиций, хотя заметим, что средства у государства и частного капитала на цели модернизации экономики страны

имеются, прежде всего в так называемом стабилизационном фонде, образованном от продажи сырья по высоким ценам. Однако средства этого фонда по большей части вкладываются почему-то преимущественно не в свои, а в западные компании, что к тому же, как показал наступивший мировой финансовый кризис, дело весьма рискованное. Не оправдались надежды и на существенное привлечение иностранных инвестиций. Если таковые и были, то строго избирательные. В первую очередь они, как было отмечено в записке, направлялись в стратегически важные и экономически значимые предприятия оборонного комплекса и сопряженные с ними предприятия научнотехнической сферы, машиностроения, металлургии, химической промышленности8. Отсутствие ограничений на допуск иностранных инвесторов к приватизации этих объектов способствовало установлению контроля над ними со стороны иностранного капитала через подставных лиц и на вторичном фондовом рынке. Так, малоизвестная американская компания Nic and Si Corporation в нарушение законодательства о запрете продажи акций иностранным покупателям через посредников приобрела через подставную фирму «Столица» пакеты акций 19 авиационных предприятий оборонно-промышленного комплекса, в том числе 16 процентов акций АО «Курский прибор», 34 процента акций АО «Авионика», 16,3 процента акций АО «Тушинский машиностроительный завод», 8 процентов акций МПО им. Румянцева, 13,24 процента акций ОАО «Пермские моторы», 26,7 процента акций ОАО «АНТК им. А.Н. Туполева». Отсутствие долгосрочной приватизационной политики государства привело к тому, что акции стратегически важных предприятий оказались скупленными иностранными фирмами. Результаты подобных сделок во многих случаях отрицательны для нашей страны. Например, после приобретения американской фирмой контрольного пакета акций курского АО «Кристалл», выпускавшего комплектующие изделия для систем

8 Добавим, что зарубежный капитал направлялся в немалых объемах и в организации, которые продвигали иностранные товары на российский рынок и тем самым наносили вред отечественным производителям.

наведения ракетного комплекса «Игла», было прекращено их производство и утрачена уникальная технологическая база, что не могло не причинить существенного ущерба обороноспособности страны.

3. Не была создана конкурентная среда на рынке - одно из главных условий формирования успешных предприятий.

Такие результаты можно было прогнозировать. Идеологами и проводниками приватизации была сделана ставка на решение политической задачи - достижение так называемой точки невозврата к прежнему строю. Отсюда поразившие весь мир масштабы, темпы приватизации в России, степень насилия при ее проведении, а также ничтожные доходы от продажи объектов государственной собственности. При этом только часть денежных средств, полученных от продажи федеральной собственности, перечислялась в бюджет, например в 1996 году было перечислено лишь 55 процентов.

Крайне низкой была признана и социальная эффективность приватизации. Прежде всего, по мнению авторов записки, «законодательно не были обеспечены равные права и возможности по участию в приватизации всех слоев российского общества и не соблюдался принцип социальной справедливости. Российские граждане, непосредственно не связанные с производством (здравоохранение, наука, образование, социальная сфера, государственное управление и т. д.), были фактически отстранены от приватизации и лишены права на соответствующую часть национального богатства». В целом с этим утверждением можно согласиться. Считать, что стоимость всего приватизированного имущества соответствовала суммарной цене полученных всеми гражданами ваучеров, не приходится, тем более на последующих этапах приватизации, когда ваучеров уже не стало. Исчезли и льготы для работников приватизируемых предприятий. Это, во-первых, противоречит мировой практике. Так, например, во

Франции 10 процентов акций предприятий, подлежащих приватизации, размещаются среди работников безвозмездно и, кроме того, часть акций - на льготных условиях. Во-вторых - несправедливо по отношению к работникам предприятий, приватизируемых в настоящее время, по сравнению с работниками, ставшими акционерами своих предприятий на предыдущих этапах приватизации в России.

Не была достигнута и одна из главных декларативных целей на начальном этапе приватизации - формирование широкого слоя эффективных частных собственников, ориентированных на долгосрочное развитие своих предприятий, накопление и обновление производственного потенциала. Где 40 миллионов частных собственников, о которых говорили реформаторы?

Главной целью приватизации в России независимо от деклараций было создание узкого слоя крупных частных собственников, призванного образовать социальную базу нынешнего строя и способного обеспечить политическую и экономическую поддержку проводимым в стране реформам. По оценкам экспертов Мирового банка, в России самый высокий в мире уровень концентрации частной собственности, что, помимо всего прочего, тормозит процессы создания конкурентной среды. «Формирование слоя мелких и средних собственников и предпринимателей, являющихся в развитых демократических государствах движущей силой экономического развития и опорой политической стабильности, - как отмечено в записке, - не состоялось и было отодвинуто на неопределенное время».

Для формирования и укрепления узкого слоя крупных частных собственников были созданы соответствующие условия и механизмы радикального передела собственности и незаконного присвоения доходов от использования государственного имущества, на которые мы указывали в предыдущей публикации9.

Авторы записки констатировали очевидный факт того, что приватизация не

9 См. Букреев В.В., Рудык Э.Н. Государственная собственность в России (к 20-летию радикального реформирования) // Имущественные отношения в Российской Федерации. 2008. № 8. С. 48.

способствовала усилению социальной защищенности работников приватизируемых предприятий и развитию объектов социальной инфраструктуры, а, напротив, в ряде случаев ускорила разрушение этих объектов. Средства от приватизации на развитие объектов социальной инфраструктуры предприятий практически не поступали. Предприятия и местные власти отказывались от их содержания. По этой причине объекты социальной сферы приобретались предпринимательскими структурами в массовом порядке по заниженным ценам в целях последующего их перепрофилирования.

Однако главным негативным социальным последствием приватизации оказался рост имущественного расслоения в обществе. Так, например, по данным Государственного комитета Российской Федерации по статистике, приведенным в записке, в конце 1994 года доходы 10 процентов самых богатых жителей Москвы в 24 раза превышали доходы 10 процентов самых бедных. По расчетам академика Российской академии наук Д. Львова, в России в целом этот разрыв намного выше - в 92 раза.

Можно соглашаться или не соглашаться с приведенными цифрами. Достоверная статистика отсутствует, а диапазон экспертных оценок весьма широк. Ясно только одно: Россия раскололась на две страны -«демократическую» Россию богатых и Россию бедных. И эта пропасть грозит стать бездной. Можно только поражаться прозорливости академика В.И. Вернадского, который определил русскую демократию как «царство сытых свиней».

Сложившаяся ситуация усугубляется, как отмечается в записке, все большим отстранением работников от управления на приватизированном предприятии. «Поиск социального партнерства и развитие демократии пока остаются скорее лозунгами, чем реальностью, о чем говорят, в частности, итоги опросов, проведенных среди персонала промышленных предприятий Татарстана. Такие механизмы и формы, как правовое регулирование участия работников и представителей профсоюзов в советах директоров, производствен-

ных советах, трехсторонние соглашения и т. п., распространены слабо и действуют неэффективно... Анализ показывает, что большинство граждан страны и после массовой приватизации остаются пока не более чем дешевой рабочей силой. Продажа работникам акций их предприятий не привела к изменению социального статуса миллионов трудящихся, к возникновению массового жизнеспособного слоя мелких эффективных собственников (акционеров, совладельцев). Монополизм создаваемых сверху холдингов, передел собственности, возникшей при вполне демократической составляющей (78 процентов предприятий были приватизированы по второй модели, когда 51 процент акций переходил в собственность администрации и трудового коллектива) в пользу администрации холдингов, и другие характерные негативные особенности приватизации оказали деформирующее воздействие на зарождение нового социального слоя мелких собственников, акционеров. Об этом, в частности, говорят социологические исследования, проведенные группой социологов Татарстана на предприятиях легкой промышленности республики. Хотя на акционированных предприятиях трудовой коллектив стал одним из его собственников, как отмечается в исследовании, трудящиеся продолжают ощущать себя наемными работниками, а не совладельцами.»

Авторы записки справедливо акцентируют внимание на важности информированности акционеров (включая акционеров-работников) и их участия в производственном самоуправлении. «И то и другое, по данным социологических исследований, не дотягивало до приемлемого уровня: лишь 24 процента опрошенных заявили о том, что они информированы о деятельности предприятия, и 17 процентов - о том, что постоянно участвуют в решении производственных проблем.»

Не менее негативными оказались последствия приватизации для наемных работников: рост безработицы, бесправие на производстве, деградация рабочей силы в профессиональном, физическом и нравственном плане и т. п. «Взятка» за непро-

тивление приватизации (в виде определенного количества акций приватизированных предприятий, полученных работниками на безвозмездной основе или на льготных условиях) оказалась тем самым бесплатным сыром, который, как известно, бывает только в мышеловке. Перефразируя известные слова Ф. Энгельса, можно сказать, что российским работникам, как и женщине, не прощается минута слабости, когда любой насильник может беспрепятственно овладеть ею. Заметим, что это ни в коей мере не оправдывает насильника и тех, кто идеологически обосновывал и продолжает обосновывать грубое принуждение к приватизации (исключая приватизацию жилья).

Правительственные планы продолжения принудительной приватизации на основе прежней идеологии (даже в рамках так называемых «новых моделей») выглядят необоснованными, если, конечно, принимать во внимание интересы национальной безопасности страны и ее граждан в условиях мирового финансового кризиса, затрагивающего Россию, что налагает на государство многочисленные обязательства, которые невыполнимы без их имущественного обеспечения.

Кроме того, учитывая криминальный и коррумпированный характер большей части проведенных приватизационных сделок, в качестве меньшего зла следует ввести практику обязательного контроля процесса «точечной» приватизации со стороны общественных и компетентных государственных органов (при условии их «стерилизации» от коррупции, равно как и других правонарушений)10. На «входе» - наличие реальных средств у потенциального покупателя, их происхождение, «биогра-

фия» претендента на покупку имущества, наличие бизнес-плана с отражением в нем экономических и социальных обязательств покупателя и т. п. На «выходе» (при условии получения положительного заключения общественных и компетентных органов) -выполнение обязательств, взятых на себя покупателями государственного и муниципального имущества (сохранение профиля предприятия11, социального пакета, увеличение количества рабочих мест, индексация заработной платы с учетом инфляции, привлечение инвестиций в определенном объеме для модернизации производства и социальной сферы предприятия и др.). В этом случае стоимость приобретаемого государственного имущества может быть величиной бесконечно малой по сравнению с обязательствами инвестора. Подобная практика имеет место, например, в Республике Беларусь, в которой стартовая цена продаваемого на аукционах государственного имущества равна одиннадцати евро. Таким способом в первом полугодии 2008 года были приватизированы 128 объектов. Кроме того, предусмотрена продажа исключительно миноритарных пакетов акций, принадлежащих государству. Контрольные пакеты остаются в его собственности12. Наконец, ряд неиспользуемых государственных объектов может быть передан в безвозмездное пользование инвестору под конкретный бизнес-проект13.

Региональные особенности приватизации

Экономическая и социальная эффективность российской приватизация во многом предопределялась тем, насколько при ее

10 При этом, естественно, возникают по крайней мере три вопроса. Первый - готова ли коррумпированная власть отказаться от «нанотехнологий» в борьбе с коррупцией? Второй - способна ли она довести эту борьбу до конца? Третий (по счету, но не по важности) - кто будет проводить «чистку» и какими инструментами: традиционными (в России они апробировались начиная от времен Малюты Скуратова до времен Лаврентия Берии) или инновационными (их обоснование и презентация - предмет специального исследования).

11 Как это предусмотрено московской программой приватизации на 2008-2010 годы в отношении организаций сферы услуг.

12 По мнению В.С. Плескачевского, ошибкой российской приватизации была практика доведения доли участия государства в акционерном капитале компаний до менее 25 процентов, что не позволяло государству блокировать принятие неверных (с его точки зрения) решений. Предлагается продать такие пакеты вместо их приращения, особенно в тех случаях, когда речь идет об экономически и о социально значимых предприятиях. То есть, усугубить сделанную ошибку.

13 // Экономика и бизнес. 18 августа 2008 года.

проведении была учтена ее региональная (национальная) специфика, чего в должной степени сделано не было. Это обстоятельство вынуждало власти субъектов Российской Федерации вносить свои коррективы в общероссийскую схему приватизации. Это касалось не только «ваучерного вопроса». Особо интересным представляется опыт Кабардино-Балкарской Республики (КБР). Причин тому несколько.

Первая причина - земельный вопрос. Федеральным законодательством допускается свободная купля-продажа земли, в том числе и в процессе приватизации. В настоящее время законом предоставляется возможность выкупа приватизированными предприятиями находящихся под ними земельных участков всего за 2,5 процента от их балансовой стоимости. Взят курс на свертывание арендных отношений в сфере землепользования, широко развитых в мировой практике.

В КБР, как и в других республиках Северного Кавказа, ощущается острый дефицит земель, главным образом сельскохозяйственного назначения. На начальном этапе приватизации правительство республики было озабочено возможностью концентрации земель в частных руках, что в условиях малоземелья было чревато опасностью создания крупных частных латифундий со всеми вытекающими из этого взрывоопасными социальными последствиями. Неудивительно, что в КБР (также как в Дагестане и Северной Осетии) были приняты республиканские законы, запрещавшие продажу земли14, и тем самым вступавшие в определенное противоречие с федеральными нормами. Необходимо было искать выход из создавшегося положения, и он был найден:

в КБР было создано 91 народное предприятие - больше, чем в других регионах России вместе взятых15. Главная причина - при уходе из народного предприятия (в эту форму в КБР были преобразованы все, за исключением одного, сельскохозяйственные кооперативы) работник-акционер не мог требовать возврата в натуральной форме земельного надела, вошедшего в акционерный капитал народного предприятия.

Причина вторая - «рабочий вопрос». Действующий закон о приватизации от 2001 года упразднил льготы работникам предприятий, подлежащих приватизации, а также аренду с выкупом как одного из ее способов. В КБР в случае приватизации республиканского имущества такие льготы и указанный способ приватизации (в качестве одной из льгот трудовому коллективу) были сохранены. Цель - повысить социальную устойчивость предприятий и мотивацию труда посредством приобщения работников к собственности предприятия, на котором они заняты. По ходатайству трудовых коллективов приватизируемых предприятий Правительство КБР могло принять решение о создании народных предприятий. Тем самым республиканская власть предоставляла работникам приватизируемых предприятий сделать выбор: оставаться наемными работниками, хотя и наделенными определенным количеством акций в ОАО, или инициировать свой переход в категорию «работников-собственников» в народных предприятиях, в которых по крайней мере потенциально они могли стать носителями хозяйственной власти на своем предприятии. Такая позиция республиканской власти свидетельствовала об учете того, что полити-

14 Заметим, что в некоторых странах, особенно малоземельных, например в Израиле, вся земля является государственной, что не мешает эффективному ведению хозяйства на рыночных принципах.

15 В соответствие с Федеральным законом от 1998 года № 115 «Об особенностях правового положения акционерных обществ работников (народных предприятий)» народным считается предприятие, в котором более 75 процентов его акций должно принадлежать работникам, каждый из которых не может владеть более 5 процентами акций. Продажа акций народного предприятия на сторону не допускается. Если же работник-акционер уходит с предприятия, то он обязан продать свои акции обществу. В свою очередь, общество обязано купить их и разместить среди работающих, в том числе среди тех, кто не является его акционерами. При этом количество неакционеров не должно превышать 10 процентов от общего числа занятых на предприятии. Одной из главных управленческих особенностей народного предприятия является принятие решений по большинству вопросов его деятельности на основе демократического принципа - «один акционер - один голос», а не «одна акция - один голос», как это имеет место в обычном акционерном обществе. При невыполнении этих и ряда других требований народное предприятие должно быть ликвидировано.

ческая демократия без экономической демократии в масштабе республики и производственной демократии на уровне отдельного предприятия вне зависимости от вида его собственности и правовой формы ущербна и не позволяет в полной мере реализовать потенциал граждан КБР, занятых в сфере производства, что, по мнению авторов настоящей статьи, должно быть учтено и на федеральном уровне - в законодательстве о приватизации, и шире - в законе об управлении государственной и муниципальной собственностью, который необходимо принять.

Такая постановка вопроса не нова. Еще в начале прошлого века, незадолго до первой русской революции, Лев Толстой в

письме Николаю II писал: «В каждый период жизни человечества есть соответствующая времени ближайшая ступень осуществления лучших форм жизни, к которой оно стремится. Пятьдесят лет тому назад такой ближайшей ступенью было для России уничтожение рабства. В настоящее время такая ступень есть освобождение рабочих мест от того меньшинства, которое властвует над ними, то, что называется рабочим вопросом»16. Сегодня, в начале третьего тысячелетия, рабочий вопрос в России не менее актуален, чем в царской России времен Льва Толстого, и его решение является одним из важнейших условий успешности реформирования предприятий, в том числе посредством приватизации.

ЮРИДИЧЕСКИЕ СЕМИНАРЫ ДЛЯ ПРОФЕССИОНАЛОВ 1

26-30 ДОГОВОРНОЕ ПРАВО: актуальные вопросы судебной практики 41 ЯНВАРЯ Руководитель семинара: ВИТРЯНСКИЙ В.В. (заместитель Председателя Высшего Арбитражного Суда РФ) £ 1

27-28 ОБОРОТ ЗЕМЕЛЬНЫХ УЧАСТКОВ: января правовое регулирование и судебная практика 1 Руководитель семинара: ЗАВЬЯЛОВ АА (зав. кафедрой управления собственностью субъектов РФ ВШПП) | 1.

СТАТУТ ШКОЛА ПРАВА 1 2-6 КОРПОРАТИВНОЕ ПРАВО: 1 февраля актуальные проблемы и обзор изменений законодательства | Руководитель семинара: МОГИЛЕВСКИЙ СД

і ТЕЛЕФОН: 5-6 ИПОТЕКА

436-08-65 E-MAIL: POST@STATUT.RU 9-13 СДЕЛКИ С НЕДВИЖИМОСТЬЮ и особенности РЕГУЛИРОВАНИЯ февраля ЗЕМЕЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ. Обзор практики рассмотрения споров Руководитель семинара: ВИТРЯНСКИЙ В.В.

INTERNET: www.statut.ru 11-13 НАЛОГОВЫЕ СПОРЫ. Защита прав налогоплательщиков ФЕВРАЛЯ Руководитель семинара: ГЕРАСИМЕНКО СА

16-17 ЗАКОН 0 ЗАЩИТЕ КОНКУРЕНЦИИ: практика применения ^ФЕВРАЛЯ Руководитель семинара: УСЕНКО ЕВ.

16 Цит. по: // Независимая газета. 21 января 1995 года.