Летние миграции зарянки Erithacus rubecula на северо-востоке Ленинградской области

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2011, Том 20, Экспресс-выпуск 655: 931-942

Летние миграции зарянки Erithacus rubecula на северо-востоке Ленинградской области

С. П. Резвый

Второе издание. Первая публикация в 1983*

Понятие «летние миграции птиц» в орнитологической литературе связывается обычно с массовыми дальними перемещениями неворобьиных. К ним в первую очередь относятся миграции на линьку пластинчатоклювых, а также миграции куликов, которые, в сущности, являются сдвинутыми на летние месяцы осенними миграциями в основном взрослых особей. Широко известны также перемещения в летний период неполовозрелых чаек, молодых серых цапель Ardea cinerea и некоторых других видов. Среди воробьиных хорошо изучен так называемый «промежуточный перелёт» скворцов Sturnus vulgaris. Что же касается большинства остальных воробьиных, для которых в той или иной степени характерны летние перемещения, фигурирующие часто под названием «послегнездовые кочёвки», то для них сведения об этом явлении до сих пор весьма немногочисленны. Вместе с тем предполагается, что послегнездовые перемещения могут иметь очень важное значение для существования вида, так как связаны с процессами межпопуляционного генного обмена (дисперсии) и регуляции численности популяций.

Орнитологи Ленинградского университета в течение последних лет ведут специальные исследования летних перемещений воробьиных на территории Ленинградской области. В результате этих исследований они обнаружили несколько ранее неизвестных форм летних миграций, в частности, у представителей семейства Turdidae (Большаков, Резвый 1975; Резвый, Савинич 1978). Настоящая работа посвящена описанию этого явления у зарянки Erithacus rubecula.

Материал и методика

В работе использованы данные, собранные в летне-осенний период 1969-1977 годов на Ладожском орнитологическом стационаре в Гумбарицах. Миграции зарянки, так же как и многих других воробьиных птиц, изучались здесь с помощью комплексной методики (Большаков, Резвый 1976). В разные годы в зависимости от задач исследования и возможностей наблюдателя комплекс применялся либо полностью, либо частично. Как показал опыт многолетних наблюдений, наиболее приемлемыми для изучения миграций зарянки в условиях стационара оказались

* Резвый С.П. 1983. Летние миграции зарянки (Erithacus rubecula L.) на северо-востоке Ленинградской области //Сообщ. Прибалт. комис. по изучению миграций птиц 14: 70-84.

методы учёта сигналов летящих ночью птиц, наблюдения за утренним приземлением мигрантов и их отлов рыбачинскими ловушками (последние функционировали ежегодно в течение всего летне-осеннего сезона). Результаты, полученные этими методами, послужили основой для написания настоящей статьи. Специфика летних миграций зарянки потребовала применения некоторых дополнительных методов. В июле 1976-1977 годов круглосуточный отлов птиц большими ловушками сопровождался точным хронометрированием, что позволило установить суточный ритм двигательной активности зарянок в этот период. В июне-июле проводилось кольцевание зарянок на гнёздах. Для получения повторных отловов окольцованных птиц на расстоянии до 20 км от стационара в нескольких пунктах побережья Ладожского озера устанавливались паутинные сети.

Всего в июне-сентябре 1969-1977 годов разными способами было отловлено и окольцовано 1380 зарянок (1168 молодых и 212 взрослых), от которых получено 17 повторных отловов в год кольцевания. Большинство пойманных птиц подвергалось полному или частичному прижизненному обследованию, включавшему определение возраста и по возможности пола, визуальную оценку жировых запасов (Блюменталь, Дольник 1962), описание линьки оперения (Носков, Гагинская 1972; Носков, Рымкевич 1977). В гнездовой период у самок взрослых зарянок определялась стадия развития наседного пятна (Люлеева 1965), а у самцов - относительные размеры клоакального выступа (Дольник 1967), что позволяло установить, на каком этапе гнездового цикла находится отловленная особь.

Объём материала, полученный каждым из перечисленных методов, указан в таблицах и на рисунках, приведённых в тексте.

Результаты наблюдений

Как показали наблюдения, в июне перемещения зарянок в районе наших исследований выражены крайне слабо. В первой половине этого месяца в большие ловушки лишь изредка попадаются взрослые особи, которые, судя по внешним признакам половой активности, либо гнездятся в окрестностях ловушек, либо лишились гнёзд в результате их разорения. К концу июня интенсивность перемещений взрослых зарянок несколько возрастает, и среди них начинают преобладать отгнез-дившиеся особи, что особенно хорошо заметно по состоянию наседных пятен у самок. Однако регулярные массовые перемещения зарянок вдоль побережья Ладожского озера начинаются лишь в первых числах июля. В середине июля (третья пятидневка) перемещения достигают своего максимума, а к началу августа интенсивность их резко падает (рис. 1, 2). Таким образом, июльский период подвижности зарянок оказывается чётко отграниченным во времени.

Суточный ритм двигательной активности зарянок в июле имеет двухпиковый характер, подвижность птиц приурочена к утренним и вечерним сумеркам. В первой половине месяца передвижения зарянок происходят в течение всей короткой и светлой ночи, начинаясь через 30-40 мин после захода солнца и заканчиваясь на рассвете (рис. 3). С удлинением ночи и уменьшением освещённости в ночные часы активность зарянок прерывается, и к концу июля промежуток между вечер-

ним и утренним пиками двигательной активности оказывается у них уже значительным (рис. 3).

Рис. 1. Динамика летне-осенних миграций зарянки в Гумбарицах по данным учётов разными методами. а - отловы большими рыбачинскими ловушками (общее число пойманных особей за 1969-1977 гг.). б - учёты голосовых сигналов летящих ночью птиц (наблюдения за 1970, 1971 и 1972 гг., п = 732). в - наблюдения за посадкой зарянок на учётную площадку в 1971 и 1972 гг. (п = 318).

В июле зарянки передвигаются вдоль побережья Ладожского озера с небольшой скоростью, частыми остановками среди древесно-кустар-никовой растительности, а открытые участки преодолевают на высоте 1-4 м. Их перемещения сопровождаются интенсивной звуковой сигнализацией, при которой одинаково часто используются два типа сигналов — сигнал беспокойства (характерный треск) и видовой призывный крик (высокий звук «тси»). Явления старта, высотного ночного полёта и посадки в июле не обнаружены. Благодаря такому характеру под-

вижности июльские перемещения зарянок хорошо регистрируются с помощью больших ловушек (рис. 1, 2).

123123123123 Июнь Июль Август Сентябрь

=г

Июнь Июль Август

Рис. 2. Возрастной и половой состав зарянок, отловленных в летне-осеннее время большими ловушками (суммарные данные за 1969-1977 годы). а - соотношение возрастных групп. б - соотношение самцов и самок среди взрослых птиц.

В июле перемещаются как молодые, так и взрослые зарянки, причём последние составляют значительную часть всех отловленных птиц (от 25 до 40% в разные годы), а в первой декаде месяца даже преобладают (рис. 2а). Среди взрослых особей основную массу составляют самки (рис. 2б). Судя по состоянию наседных пятен и клоакальных выступов у самцов, взрослые зарянки мигрируют сразу же по окончании размножения. Подавляющее большинство из них не линяет, а у остальных, как правило, отмечаются лишь начальные стадии линьки (табл. 1).

Среди отловленных в июле молодых зарянок больше половины составляют особи, у которых дорастает гнездовое оперение, а постюве-нильная линька ещё не наступила (табл. 1). Особенно много птиц с дорастающим ювенильным оперением попадается в ловушки в первой

декаде месяца. Это свидетельствует о том, что перемещения молодых зарянок начинаются в раннем возрасте, сразу же после распадения выводков. Интенсивно линяющие молодые птицы встречаются в отловах в небольшом количестве начиная со второй половины июля.

Рис. 3. Суточный ритм миграционной активности зарянок в июле по данным отловов большими ловушками в 1976 и 1977 годах.

Большинство зарянок, мигрирующих в июле, имеют жировые запасы (табл. 2). Особенно это относится ко взрослым особям, жирность которых в это время часто достигает балла «средне», а иногда даже превышает его.

Несмотря на довольно большое число зарянок, окольцованных на гнёздах и во время послегнездовых июльских перемещений, количество полученных от них повторных отловов крайне невелико. Видимо, большинство особей в период июльской подвижности покидает микро-

район кольцевания. Некоторые из полученных повторных отловов подтверждают это (табл. 3). Так, несколько зарянок, окольцованных гнездовыми птенцами, были пойманы в середине июля на расстоянии до 2.5 км от родных гнёзд. В одном случае молодая птица, попавшая в ловушку во время перемещений, через несколько дней была обнаружена в 20 км от мечта кольцевания. Этот факт вряд ли случаен, так как получать повторные отловы вдали от пункта мечения неизмеримо труднее, чем в ближайших его окрестностях.

Таблица 1. Отловы молодых (juv/imm) и взрослых зарянок на разных стадиях линьки (в % от общего числа отловленных за декаду). Суммарные данные за 1969-1977 годы

Стадии линьки Возраст Июль Август Сентябрь Всего

1 2 3 1 2 3 1 2 3

До начала линьки jiv 94 61 44 41 44 36 0 0 0 35

ad 93 81 80 0 33 — — 0 0 78

Начало линьки juv 6 33 44 41 33 14 2 3 1 20

ad 7 12 10 86 33 — — 0 0 12

Середина линьки juv 0 6 12 18 22 23 16 13 15 12

ad 0 7 10 14 33 — — 0 0 5

Конец линьки juv 0 0 0 0 0 24 36 33 41 15

ad 0 0 0 0 0 — — 25 83 3

Перелиняли imm 0 0 0 0 1 3 46 52 45 18

ad 0 0 0 0 0 75 17 2

Число особей juv/imm 78 278 120 41 85 100 90 207 102 1101

ad 69 84 29 7 3 0 0 4 6 202

Таблица 2. Жирность молодых

Баллы Возраст Июль Август Сентябрь Всего

жирности 1 2 3 1 2 3 1 2 3

Нет juv/imm 41 34 56 60 45 66 42 55 54 46

ad 45 39 26 11 — — — 33 17 37

Мало juv/imm 56 60 40 40 55 34 52 32 30 47

ad 45 50 44 67 — — — 66 83 50

Средне juv/imm ad 3 10 6 11 4 26 0 22 0 0 6 10 0 14 0 6 13

Много imm ad 0 0 0 0 0 4 0 0 0 0 0 3 0 2 0 0,3 0,5

Число особей juv/imm ad 56 66 207 89 57 23 20 9 38 0 47 0 61 0 95 3 37 6 318 196

Таблица 3. Повторные отловы молодых зарянок в год кольцевания

Способ кольцевания Дата кольцевания Дата повторного отлова Расстояние и направление перемещений

На гнезде 13 июня 21 августа 1 км ЮВ

На гнезде 15 июня 11 июля 0.5 км Ю

На гнезде 16 июня 12 июля 2.5 км ЮВ

На гнезде 16 июня 14 июля 0.7 км ЮЗ

На гнезде 19 июня 12 июля 2 км ЮВ

На гнезде 20 июня 11 июля 1 км З

На гнезде 4 июля 12 августа 0.1 км ЮВ

Стационарная ловушка 8 июля 14 июля 20 км СЗ

Стационарная ловушка 4 июля 29 августа На месте кольцевания

Стационарная ловушка 12 июля 2 августа На месте кольцевания

Стационарная ловушка 12 июля 28 июля На месте кольцевания

Стационарная ловушка 19 июля 1 августа На месте кольцевания

Стационарная ловушка 21 июля 4 сентября На месте кольцевания

Стационарная ловушка 10 августа 18 августа На месте кольцевания

Стационарная ловушка 11 августа 9 сентября На месте кольцевания

Стационарная ловушка 12 августа 18 сентября На месте кольцевания

Вместе с тем по данным других повторных отловов некоторые молодые зарянки могут летом в течение длительного времени находиться на ограниченной территории.

К началу августа двигательная активность зарянок заметно снижается. Однако уже к концу первой декады этого месяца вновь отмечается усиление их подвижности, а во второй половине августа мигрирующие зарянки встречаются постоянно. Августовские перемещения зарянок отличаются от июльских целым рядом признаков. Прежде всего в этот период для зарянок характерна ночная миграция на большой высоте, что подтверждается учётами сигналов летящих птиц и данными наблюдений за их посадкой (рис. 1б.в). В конце августа несколько особей удалось наблюдать и на фоне Луны. Учитывая, что продолжительность ночного полёта в августе превышает 3-4 ч, дальность миграций зарянок может быть весьма большой.

Практически все зарянки, отлавливаемые в августе, являются молодыми (рис. 2). Среди них присутствуют как особи из ранних выводков, завершающие линьку, так и поздно родившиеся птицы, линька которых ещё не началась или находится на первых стадиях (табл. 1). В незначительном количестве попадаются в ловушки и интенсивно линяющие зарянки. К сожалению, отсутствие непосредственных отловов только что приземлившихся птиц не позволяет определить, какие из этих особей участвуют в ночном полёте. Часть из них, несомненно, совершает лишь локальные перемещения в раннеутренние часы.

Средняя жирность зарянок в августе заметно ниже, чем в июле (табл. 2). Это вполне объяснимо, так как некоторые птицы отлавливаются по окончании ночного миграционного броска, и их жировые резервы уже израсходованы, а интенсивно линяющие особи являются обычно тощими.

В первой декаде сентября наблюдается заметный спад миграционной активности зарянок (рис. 1), а в середине этого месяца перемещения вновь усиливаются, что, видимо, соответствует началу осенней миграции. С этого времени в ловушки начинают попадаться и взрослые птицы. Большинство особей, отлавливаемых в сентябре, завершает линьку (табл. 1), а средний уровень их жирности с ходом осеннего пролёта постепенно возрастает (табл. 2). Основной формой перемещений зарянок осенью является ночной миграционный полёт. Осенняя миграция растягивается до ноября, а в тёплые зимы некоторые особи остаются даже зимовать в Ленинградской области (Носков 1968).

Обсуждение

В результате исследований, проведённых на юго-восточном побережье Ладожского озера, было обнаружено характерное для этого региона ежегодно повторяющееся явление летних миграций зарянок. Отличительной особенностью этих миграций является прохождение их в два этапа, резко различающихся между собой по составу мигрантов и характеру перемещений птиц.

Прежде всего заслуживают обсуждения массовые послегнездовые перемещения взрослых зарянок. Известно, например, что взрослые особи многих воробьиных после разорения их гнёзд на некоторое время утрачивают связь с гнездовой территорией и пребывают в состоянии «бродяжничества» (Wagner 1956). Подобного рода перемещения, действительно, наблюдаются у некоторых взрослых зарянок в июне, однако массового и постоянного характера они не имеют. Наблюдавшиеся нами июльские миграции зарянок происходили по окончании репродуктивного периода. Они могут быть сравнимы с известными фактами перемещений некоторых вьюрковых птиц (чижа Spinus spinus, чечётки Acanthis flammea, щегла Carduelis carduelis) в другие географические районы для повторного размножения (Swanberg 1963; Peiponen 1957; Мальчевский 1959; Меженный 1963). Бицикличность размножения по крайней мере части особей зарянки характерна для Ленинградской области и южной Карелии (Мальчевский 1959; Зимин 1968). В.Б.Зимин (устн. сообщ.) путём массового индивидуального мечения зарянок в окрестностях Петрозаводска установил, что в повторном (позднем) гнездовании на контролируемых площадях обычно участвуют не-окольцованные особи, пришедшие из других районов. В ряде случаев с «местным» окольцованным самцом гнездилась новая самка. Эти

результаты полностью совпадают с нашими данными, согласно которым большинство взрослых птиц, перемещающихся в июле (72%), составляют самки, а для самцов характерна меньшая степень подвижности. Таким образом, по окончании гнездового цикла у большинства взрослых самок и некоторых самцов зарянки наступает период ослабления территориальных связей, выражающийся в активной подвижности, блокирующейся затем наступлением линьки или повторным размножением части особей.

Для молодых зарянок, как и для молодняка многих других воробьиных (Паевский 1967, 1976), характерно разнообразие территориального поведения в послегнездовое время. Часть из них остаётся в течение длительного периода в окрестностях места рождения, часть совершает перемещения различной дальности. Эти перемещения, видимо, характерны для большинства молодых зарянок. Об этом свидетельствует немногочисленное количество (по сравнению с другими видами) повторных отловов, полученных в точке кольцевания. К тому же, как видно из таблицы 3, часть этих отловов может относиться к особям, совершившим перемещения к моменту первой поимки. Молодые зарянки из ранних выводков имеют, по-видимому, два этапа по-слегнездовых перемещений, разделённых постювенильной линькой. Они различаются между собой характером миграционной активности. Июльские перемещения зарянок проходят в приземном слое, обычно внутри древесно-кустарниковой растительности. В августе молодые зарянки мигрируют на значительной высоте. Эти различия заслуживают специального обсуждения.

При изучении весенней миграции зарянок на побережье Финского залива удалось установить (Большаков, Резвый 1977), что при нормальном ходе пролёта сроки старта ночной миграции этого вида соответствуют уровню освещённости 0.10-0.05 лк. Вполне возможно, что такая освещённость служит сигналом к началу миграционного полёта зарянок независимо от сезона года. В таком случае, миграционное беспокойство птиц в июле (вплоть до последних его чисел) не может быть реализовано в виде миграционного броска, так как освещённость в это время ещё превышает этот критический уровень. И действительно, июльское ночное поведение зарянок напоминает собой весеннее предстартовое поведение (Большаков, Резвый 1977). В августе же с удлинением ночи и при более низкой освещённости создаются условия для нормальной ночной миграции.

Зарянки, родившиеся в середине-конце июля и позже, начинают линять в очень раннем возрасте — 20-23 дня (И.Б.Савинич, устн. со-общ.). Поэтому можно предположить, что они не принимают участия в августовской ночной миграции, а совершают лишь местные перемещения в короткий период времени между распадением выводков и на-

чалом интенсивной линьки. Перелиняв, они, вероятно, сразу же включаются в осенний пролёт.

Таким образом, у большинства молодых и значительной части взрослых зарянок на северо-востоке Ленинградской области наблюдается тенденция использовать всё «свободное» время в послегнездовой или межгнездовой период для совершения перемещений. В литературе, однако, сведения о таком характере летнего территориального поведения зарянок отсутствуют. В Англии же, по данным Д. Сноу (Snow 1966), молодые зарянки подвида E. r. melophilus Hartert 1901 летом не удаляются от родных гнёзд далее чем на 10 миль, а на Куршской косе летние перемещения этих птиц практически не выражены (Паевский 1971). Вполне возможно, что наблюдаемое в Ленинградской области и Карелии явление — одна из особенностей данной географической популяции зарянки.

Необходимо подчеркнуть, что столь сильная подвижность территориальных связей в летний период является некоторой неожиданностью именно в отношении зарянки, известной своей выраженной территориальностью не только в гнездовое время, но и на зимовке и даже на пролёте (Rook 1947; Lack 1953). Подобная черта биологии является, видимо, характерной в нашем регионе для многих представителей семейства Turdidae. Чрезвычайно сходны с летними миграциями зарянки и перемещения дроздов рода Turdus, также происходящие в два этапа (Большаков, Резвый 1975). В июле в Гумбарицах периодически отмечаются ночные перемещения горихвосток Phoenicurus phoenicurus, варакушек Luscinia svecica.

На основании имеющихся у нас данных трудно судить об адаптивном значении летней подвижности этих птиц. Очевидно, однако, что интенсивное перемещение особей, происходящее в июле-августе, непосредственным образом связано с фактом невозвращения молодых и взрослых зарянок на места своего рождения или предыдущего гнездования. Иными словами, летние миграции зарянок либо равнозначны дисперсии особей, либо являются следствием свойственного для данной географической популяции непостоянства территориальных связей. За последние 20 лет в Ленинградской области окольцовано 2160 зарянок, но не получено даже при тщательном обследовании ни одного возврата этих птиц из района мечения через год или более после кольцевания. Эти факты свидетельствуют о том, что представители обследуемой популяции по характеру территориальных связей относятся к «дисперсному» типу по терминологии А.С.Мальчевского (1968).

Автор выражает глубокую благодарность сотрудникам Ленинградского университета и Карельского филиала АН СССР, принимавшим участие в отлове и кольцевании птиц, а также К.В.Большакову, любезно предоставившему материалы о ночной миграции зарянок в 1972 году.

Литература

Блюменталь Т.И., Дольник В.Р. 1962. Оценка энергетических показателей птиц в полевых условиях // Орнитология 4: 394-407.

Большаков К.В., Резвый С.П. 1975. Об июльской ночной миграции дроздов на территории Ленинградской области по данным наблюдений на фоне диска Луны //Материалы Всесоюз. конф. по миграциям птиц. М., 2: 101-104.

Большаков К.В., Резвый С.П. 1976. Методы количественной оценки миграций птиц // Миграции птиц. Таллин: 21-31.

Большаков К.В., Резвый С.П. 1977. Анализ предстартового и стартового поведения зарянки (Erithacus rubecula L.) во время весенней ночной миграции // Сообщ. Прибалт. комис. по изучению миграций птиц 10: 119-143.

Дольник В Р. 1967. Годовые циклы биоэнергетических приспособлений к условиям существования у 16 видов Passeriformes // Миграции птиц Прибалтики. Л.: 115-163.

Дольник В.Р. 1975. Миграционное состояние у птиц. М.: 1-400.

Зимин В.Б. 1968. Экология птиц Южной Карелии. Автореф. дис. ... канд. биол. наук. Л.: 1-22.

Люлеева Д.С. 1965. О наседном пятне у самок воробьиных птиц // Новости орнитологии. Алма-Ата: 224-226.

Мальчевский А.С. 1959. Гнездовая жизнь певчих птиц: Размножение и постэмбриональное развитие лесных воробьиных птиц Европейской части СССР. Л.: 1-282.

Мальчевский А.С. (1968) 2008. О консервативном и дисперсном типах эволюции популяций птиц // Рус. орнитол. журн. 17 (404): 331-343.

Меженный А.А. 1963. Результаты кольцевания некоторых видов птиц за 19571960 гг. на Биологической станции ЗИН АН СССР в Рыбачьем // Сообщ. Прибалт. орнитол. комис. по изучению миграций птиц 2: 3-11.

Носков Г.А. 1968. Миграции птиц на северо-западе Ленинградской области. Автореф. дис. ... канд. биол. наук. Л.: 1-16.

Носков Г.А., Гагинская А.Р. 1972. К методике описания состояния линьки птиц // Сообщ. Прибалт. орнитол. комис. по изучению миграций птиц 7: 154-163.

Носков Г.А., Рымкевич Т.А. 1977. Методика изучения внутривидовой изменчивости линьки у птиц // Методика исследования продуктивности и структуры видов птиц в пределах их ареалов. Вильнюс: 37-48.

Паевский В.А. 1967. О территориальном поведении молодых птиц лесных видов в послегнездовое время // Миграции птиц Прибалтики. Л.: 87-95.

Паевский В. А. 1971. Атлас миграций птиц по данным кольцевания на Куршской косе // Экологические и физиологические аспекты перелётов птиц. Л.: 3-110.

Паевский В.А. 1976. Предмиграционные передвижения и смертность белых трясогузок (Motacilla alba) Куршской косы // Исследования по биологии птиц. Л.: 64-68.

Резвый С.П., Савинич И.Б. (1978) 2005. О летних миграциях зарянки Erithacus rubecula на юго-восточном берегу Ладожского озера // Рус. орнитол. журн. 14 (301): 935-936.

Lack D. 1953. The Life of Robin. London: 1-83.

Peiponen V. 1957. Wechselt der Birkenzeisig Carduelis flammea (L.) sein Brutgebiet während des Sommers? // Anim. Ecol. 34: 601-647.

Rook K.B. 1947. Notes on robins wintering in North Algeria // Ibis 89: 204-210.

Snow D.W. 1966. Movements of British robins (Erithacus rubecula) as shown by

ringing // Brit. Birds 59, 2: 67-74. Swanberg P.O. 1936. Fjällfaglarnasparadis. Stockholm.

Wagner H.O. 1956. Die Bedeutung von Umweltfaktoren und Geschlechts hormonen für den Jahresrythmus der Zugvögel // Z. vergl. Physiol. 38: 355-369.

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2011, Том 20, Экспресс-выпуск 655: 942-943

О северной границе ареала буланого вьюрка Rhodospiza obsoleta в пустыне Бетпак-Дала

А. Ф. Ковшарь

Второе издание. Первая публикация в 1988*

Экспедиционные работы проводились в 1981-1984 годах. У восточной границы Бетпак-Далы буланый вьюрок Rhodospiza obsoleta редок. За 8 дней в окрестностях Джамбул-горы (21 ч количественных учётов птиц) он встречен только дважды на водопое (31 мая и 1 июня) в количестве 5 особей (пара и 3 одиночных самца). В районе Байгоры с 30 апреля по 9 мая 1983 (примерно 20 ч учётов) мы только однажды, 3 мая, отметили 3 птиц. Здесь же в зарослях кустарников по берегам горного ручья обнаружены 2 старых, но достаточно типичных гнезда этого вида, устроенных на чингиле и гребенщике. В 30 км к северо-западу от Байгоры, в урочище Барсакельмес, 8 июня 1984 встречена пара буланых вьюрков у водопоя с кустарниковой порослью из гребенщика, саксаула и небольшими куртинами тростника с отдельными деревьями туранги.

В западных районах Бетпак-Далы буланый вьюрок встречается несравненно чаще. Он довольно обычен в урочище Чулакэспе (79 км к северу от села Жувантобе на реке Чу), где с 21 мая по 20 июня 1983 отмечен 10 раз в количестве 32 особей. Птиц отмечали в редком саксаульнике. 23 мая О.В.Белялов нашёл гнездо с 5 яйцами, а 19 июня А.С.Левин обнаружил гнездо, только что оставленное птенцами (со свежим помётом в лотке). В 54 км к северу 21 июня 1983 мы обнаружили гнездо буланого вьюрка на росшем у дома молодом карагаче высотой 3 м (в центральной развилке, в 1.5 м от земли). В гнезде находились 3 яйца и 2 только что вылупившихся птенца, на которых очень плотно сидела самка. Через неделю она обогревала уже 5 птенцов в

* Ковшарь А. Ф. 1988. О северной границе ареала буланого вьюрка в пустыне Бетпак-Дала //Орнитология 23: 211-212.