«Яблоко» в разрезе

В партии "Яблоко" началась внутренняя дискуссия о целесообразности "кадровых и структурных изменений". Среди наиболее радикальных предложений — отставка бессменного лидера Григория Явлинского и введение в партии коллегиального руководства. Как выяснила "Власть", одному из опытнейших партийных лидеров России, скорее всего, пока ничего не грозит, но его власть в партии впервые может быть ограничена.

В минувшие выходные должен был пройти первый этап отчетно-выборного съезда "Яблока". Но он был перенесен на июнь для более глубокого обсуждения судьбы партии. Главный и наиболее острый вопрос — изменения в структуре руководства "Яблока", направленные на ограничение власти лидера партии.

Напомним, что "Яблоко" в октябре 1993 года было создано как блок трех партий, а буквы "Я", "Б" и "Л" в его названии соответствовали первым буквам фамилий лидеров (Григорий Явлинский, Юрий Болдырев и Владимир Лукин). Но в глазах россиян эта организация всегда оставалась партией Явлинского. Да и ее внутренняя структура была выстроена под букву "Я": безусловным лидером на протяжении всех 15 лет оставался Явлинский, даже если его личные решения выглядели несколько нелогично. Скажем, в сентябре 1998 года именно лидер "Яблока" на круглом столе в Кремле первым предложил назначить главой правительства Евгения Примакова. Но от поста вице-премьера в новом кабинете Явлинский отказался, сославшись на неприемлемость экономической программы другого вице-премьера, коммуниста Юрия Маслюкова. Хотя о симпатиях Примакова к левым было известно задолго до его утверждения премьером.

Попытки ограничить власть Явлинского в партии неизменно заканчивались уходом инициаторов подобных реформ. Первый скандал случился в сентябре 1995 года, когда "Яблоко" лишилось своей второй буквы. Поводом для ухода Юрия Болдырева стало его несогласие с законопроектом "О разделе продукции", подготовленным думскими "яблочниками". Но некоторые эксперты полагали, что одного из учредителей блока просто перестала устраивать позиция второго номера.

В начале 1998 года "Яблоко" покинул Иван Грачев, не согласившийся с новой концепцией партстроительства. Вместо прежней гибкой структуры, разрешавшей как индивидуальное, так и коллективное (на региональном уровне) членство, вводился жесткий запрет на одновременное участие "яблочников" в других политических организациях. Не сошелся Грачев с руководством и во взглядах на перспективы объединения демократов, поскольку считал необходимым скорейшее создание широкой коалиции.

Осенью 2001 года из "Яблока" ушел его бывший зампред, руководитель избирательной кампании на думских выборах 1999 года и экс-глава московского отделения Вячеслав Игрунов. Этот скандал получился, пожалуй, самым громким: бывший соратник Явлинского заявил, что "Яблоко" превратилось в "команду обслуживания несостоявшихся амбиций одного человека" и "механизм обмана порядочных людей". Руководство партии в долгу не осталось и устами ее зампреда Сергея Митрохина разъяснило, что слова экс-"яблочника" являются "болезненной реакцией на партийную реформу", превратившую его в рядового члена.

По иронии судьбы упомянутую реформу начал как раз Вячеслав Игрунов. Именно он на декабрьском съезде 1996 года победил Ивана Грачева на выборах зампреда, противопоставив идее широкой демократической коалиции концепцию трансформации "Яблока" в полноценную партию. И именно по инициативе Игрунова к весне 1999 года в "Яблоке" было ликвидировано коллективное членство и введен запрет на участие в других политорганизациях. Так что сокращение в 2000 году числа заместителей Явлинского с трех до одного, которое, собственно, и оставило Игрунова без работы, можно считать лишь продолжением его же собственной линии на создание более жесткой и управляемой партийной структуры.

В 2004 году, несмотря на провал на думских выборах-2003, руководство партии острой критики снизу избежало: "яблочники", недобравшие до пятипроцентного барьера всего 0,7%, дружно винили в этом лишь фальсификаторов от власти. Но в 2007 году, после куда более жестокого поражения (1,6% голосов), ситуация изменилась. Первыми о необходимости "структурных и кадровых изменений" в "Яблоке" заговорили лидеры его петербургского отделения. А затем о выдвижении на пост главы партии объявил лидер молодежного "Яблока" Илья Яшин, пообещавший в случае победы ввести в партии коллегиальное руководство, учредить посты сопредседателей и деполитизировать партийный аппарат.

Сам Явлинский на эту тему пока не высказывался, лишь предложив соратникам провести до съезда широкую внутрипартийную дискуссию. Чтобы понять, чем она грозит одному из старейших российских партийных лидеров, "Власть" обратилась к двум партийцам, имеющим по этому поводу прямо противоположные мнения: Илье Яшину и заместителю председателя партии, главе московского "Яблока" Сергею Митрохину.

Илья Яшин: я не веду войну лично с Явлинским

— Вы по-прежнему намерены баллотироваться на пост председателя "Яблока"?

— Да, я сразу говорил, что буду баллотироваться, если не появится более сильный кандидат, который будет готов взять на вооружение основные тезисы моей программы. А сейчас я принял огонь на себя: мое выдвижение спровоцировало серьезное давление со стороны аппарата, в мой адрес начала звучать критика. "Яблоко" — партия традиционно лидерская, и выступать с той программой, которую озвучил я, в ней очень сложно.

— Должен ли, по вашему мнению, в обновленном руководстве партии остаться Григорий Явлинский?

— Я хотел бы подчеркнуть, что не веду войну лично с Явлинским и у меня нет задачи во что бы то ни стало убрать его из руководства. Я отношусь к нему с уважением, он приносит и способен продолжать приносить пользу демократическому движению. Но сейчас в его руках сосредоточено 100% акций "Яблока", и эту ситуацию необходимо менять.

— Но ваши оппоненты заверяют, что Явлинский и так советуется с замами и не принимает единоличных решений.

— Это нормальный механизм, который в "Яблоке" никогда не работал. В партии всегда был один лидер, а пост заместителя председателя был потолком для всех остальных. Тот же Сергей Митрохин, я считаю, давно уже перерос пост заместителя председателя и должен быть одним из лидеров партии. А для этого нужно либо отправлять Явлинского в отставку, что практически невозможно при его авторитете в партии, либо вводить институт сопредседательства.

— Вы считаете, что "Яблоко", которое создавалось именно как партия одного лидера, в принципе возможно перестроить?

— Я исхожу из того, что мы должны стремиться к созданию объединенной демократической партии. В идеале такая новая партия абсолютно точно не может возглавляться одним человеком — просто нет сегодня человека, который стал бы компромиссной фигурой для всех. Поэтому должно быть коллегиальное руководство: либо как минимум пять сопредседателей, либо какое-то бюро человек из 15-20 наиболее уважаемых и авторитетных политиков. Основным принципом принятия решений в такой структуре будет компромисс.

— Но разве с введением коллегиального руководства исчезнут противоречия между отдельными личностями, которые до сих пор мешали объединению демократов?

— Я очень рассчитываю на то, что скоро демократы поймут, что продолжение междоусобных войн — это путь в тупик. Да, дискуссия между "Яблоком" и "Выбором России", а потом СПС в 90-е годы имела под собой основания. Но сейчас она потеряла актуальность. У нас уже нет выбора между хорошими и плохими демократами, программой "500 дней" и реформами Гайдара. Сегодня выбор — между авторитарной системой, имеющей серьезные тенденции к настоящей диктатуре, и демократией. Понимание этого должно привести к тому, что в демократическом движении произойдут тектонические сдвиги, когда неприемлемость одних людей для других отойдет на второй план.

— В декабре вы говорили, что у вас есть сторонники в регионах, но публично ваши идеи одобрило только питерское отделение. Поддерживает ли вас кто-то еще?

— В партии идет реальная дискуссия, обсуждается и идея введения сопредседательства. Некоторые поддерживают мою программу частично. Например, московская конференция в значительной степени поддержала пункт о деполитизации аппарата, но не поддержала идею сопредседательства. В Самаре, насколько я знаю, эту идею как раз поддерживают. Дискуссия не закончена, но я вижу, что в партии очень много людей, которые хотят изменений, причем содержательных, а не косметических. Но сегодня нет гарантий, что руководство "Яблока" даже на косметические изменения готово пойти. У меня создается впечатление, что оно настроено на консервацию ситуации.

— Сергей Митрохин говорит, что введение института сопредседательства разрушит партию.

— Почему это разрушит партию, я не понимаю. Митрохин считает, что, если будет введен этот институт, завтра придут рейдеры в лице Немцова и Каспарова, которые немедленно раздербанят партию. Но речь же не об этом. Да, я действительно считаю, что нужна объединенная демократическая партия, в руководстве которой должны быть и Явлинский, и Каспаров, и Рыжков, и Белых. Но это не значит, что я способен зомбировать съезд "Яблока", чтобы он проголосовал за Каспарова и Белых. Ведь очевидно, что если введут посты сопредседателей, то ими станут Митрохин, Артемьев или кто-то еще из заместителей. Почему это разрушит партию?

— "Демократизировать" партию пытались многие видные "яблочники", но все они вынуждены были уйти. Не боитесь поплатиться членством в партии за свои идеи?

— Я всегда старался быть независимым абсолютно от всех, в том числе от партруководства. Если я считал, что неправильно голосовать в Мосгордуме за утверждение Лужкова, то я говорил об этом вслух и публично критиковал партийное руководство за это решение. Поэтому, я думаю, лидеры "Яблока" понимают, что разговаривать путем шантажа со мной не получится.

— И все-таки, так ли уж необходим "Яблоку" Явлинский? Может, партии нужно новое лицо "для внешнего употребления", а Явлинский пусть останется духовным лидером?

— Мне бы не хотелось быть некорректным по отношению к людям, которые являются моими товарищами. Но я думаю, что если бы Явлинский, например, пошел на то, чтобы стать почетным президентом "Яблока" и отдать реальные рычаги управления партией новому лидеру, то это в значительной степени сыграло бы на руку и нашей партии, и демократическому движению. Конечно, для Явлинского партия фактически стала делом жизни. Но "Яблоко" все-таки не является его собственностью, и не он один вкладывал в партию душу. Я думаю, что "Яблоко" как партия исключительно лидерская вряд ли сможет существовать как реальный субъект политического процесса в будущем.

Беседовал Дмитрий Камышев

Сергей Митрохин: Явлинский ведь не сумасшедший, чтобы единолично решения принимать!

— Сейчас в партии обсуждается в том числе и вопрос о смене руководства. Но разве второе подряд поражение на выборах не повод для автоматической отставки лидеров?

— Мы не считаем, что было какое-то поражение, потому что не было выборов. Было назначение депутатов Госдумы с использованием имитации процедуры выборов. Если мы принимаем точку зрения, что это было поражение, значит, мы признаем выборы честными, легитимизируем машину фальсификаций. Я, например, точно знаю, что по Москве у нас занизили результат примерно в два с половиной раза.

— Хорошо, поставим вопрос по-другому: какова в этом результате доля ошибок партии и ее руководства?

— Ошибки всегда есть, и мы их признаем. У нас много слабых региональных организаций, может быть, недостаточно активно работают многие члены партии. Но вычислить, где была наша ошибка, в условиях тотальной фальсификации очень сложно.

— Какие же тогда вопросы, по-вашему, нужно обсуждать на съезде и чем должна закончиться нынешняя дискуссия?

— Ну, например, поднимался вопрос о введении постов сопредседателей. На конференции московского отделения подавляющее большинство участников высказалось против этого. Сопредседателей вводить вообще контрпродуктивно, а уж сейчас, когда главная задача — сохранить партию, которая указывает стране единственно правильный вектор развития,— это и вовсе приведет к ее развалу. Вспомните ситуацию со Всероссийским гражданским конгрессом, который от этого развалился. А был еще "Комитет-2008". Что, мы будем на те же грабли наступать?

— Но предложение о сопредседателях, по-моему, имеет и другой смысл — от схемы с единоличным принятием решений перейти к большей внутрипартийной демократии.

— У нас и сейчас заместители председателя активно участвуют в принятии решений, ни одно из них не принимается, если нет консенсуса заместителей. Да и Явлинский ведь не сумасшедший, чтобы единолично решения принимать! Чтобы я к нему пришел и закатил истерику, что ли? Зачем ему это надо?

— Но ведь именно из-за конфликтов с лидером из партии ушли Юрий Болдырев, Вячеслав Игрунов...

— Они уходили из-за того, что партия не принимала их позицию. Например, Болдырев хотел, чтобы по ряду вопросов была принята его точка зрения, его инициативы обсуждались максимально возможным коллегиальным способом — на съезде — и были отклонены.

— Еще ваши оппоненты говорят, что в руководство партии должны прийти новые лица, не отягощенные грузом прежних "войн" с СПС. А нынешние лидеры зашорены, и им не хватает гибкости в вопросе об объединении демократов.

— Я не понимаю, причем здесь СПС? Когда это было возможно, мы с ним достигали договоренности. Мы договорились в принципе даже об объединении на федеральном уровне, но пришел Анатолий Борисович (Чубайс.— "Власть") — видимо, с заданием из Кремля, которому это очень не нравилось,— и порушил всю эту конструкцию. Правда, она еще предполагала, что самого Чубайса и его ближайших соратников там не останется. Но, например, Никита Белых был готов на это пойти. Так что у нас в этом отношении никакой зашоренности нет. И опыт Москвы, где мы прошли в гордуму единым списком, это показывает. Что касается новых лиц, то, безусловно, они нужны. Но нельзя искусственно кого-то назначить новым лицом, люди должны сами расти.

— Значит, в партии вообще ничего менять не нужно?

— Нужно, конечно. У нас слабая активность в работе с населением, с так называемым гражданским обществом. Это очень тяжелая работа, она не носит пиаровского характера, быстрого результата не приносит, поэтому многие не хотят ей заниматься. В том числе и многие из тех, кто выступает с такой критикой.

— А какое место в этой работе должен занимать вопрос об объединении демократов?

— Я считаю, что объединение необходимо, и приблизительно представляю, как оно должно осуществляться. Но это очень сложный процесс — технологически, психологически, ну и политически, разумеется. А те, кто пытается его упростить, наносят ему наибольший вред. Когда Борис Ефимович (Немцов.— "Власть") выступает на "Эхе Москвы" и неожиданно говорит, что создается новое движение и в нем участвует "Яблоко", а при этом я, например, об этом первый раз слышу, это ни к чему, кроме недоразумений и скандалов, не приводит.

— Многие считают, что главное препятствие для объединения — это отдельные личности, и если их "изъять" из процесса, то объединение пойдет гораздо быстрее.

— Согласен, несомненно, такие личности есть.

— Но если вы считаете такой помехой, например, Чубайса, то правые говорят то же о Явлинском.

— Явлинский человек достаточно разумный, и, когда он будет видеть реальную конструкцию, он будет вести себя адекватно. Он думает не о себе, его цель — достижение конкретных исторических результатов.

— А может быть, за 15 лет во главе "Яблока" Явлинский просто выработал свой ресурс как федеральный политик?

— Явлинский эту бессменную позицию занимает не какими-то насильственными методами или интригами. У него просто авторитет, который несопоставим с авторитетом других людей, другие еще не сумели до его уровня дорасти. Поэтому его избирают. И что, его нужно в этом обвинять? Это то же самое, как обвинять Волгу за то, что она впадает в Каспийское море.

— Илья Яшин, выдвинувшийся на пост лидера "Яблока", говорит, что есть регионы, где поддерживают именно его.

— Проверили: ни одного нет! Очень сильно удивились, когда он это сказал, но стали проверять — ни одного не нашли.

— Значит, вы уверены, что если Явлинский согласится остаться, то поддержка июньского съезда ему обеспечена?

— Безусловно.

Беседовал Дмитрий Камышев