Атеистическое мировоззрение личности в условиях социальной дезорганизации

П. А. БАЁВ, АТЕИСТИЧЕСКОЕ

А. В. КОБЖИЦКИЙ, МИРОВОЗЗРЕНИЕ ЛИЧНОСТИ А. А. НАДОЛЬНАЯ В УСЛОВИЯХ СОЦИАЛЬНОЙ

ДЕЗОРГАНИЗАЦИИ1

Ключевые слова: атеизм, мировоззрение, личность, интеграция

Key words: atheism, worldview, personality, integration

Трансформация в современной России — особый и специфичный процесс изменений, поскольку он непосредственно связан с драматическими событиями, происходившими в нашей стране больше четверти века. Первые признаки дестабилизации были ознаменованы концом «застойного периода» и началом «постбрежневской неопределенности». Перестройка 1985 г. внесла некоторый смысл, но вместе с тем дополнила жизнь российских граждан катастрофическими событиями. Постперестроечный период характеризуется появлением иных стрессоров. Самый главный из них связан с такими социальными потрясениями, как экономическая депривация и социальная аномия, которые затронули практически все население страны.

На современной идеологически размытой платформе, в ситуации с высокой степенью неопределенности происходит трансформация универсальных смыслов, представлений и убеждений, радикальная смена взаимоисключающих идеалов. В данном случае речь идет о маятнике, направившем массовое сознание соотечественников с принципиальных позиций атеизма и агностицизма в сторону религиозности, мистицизма и веры в сверхъестественные силы. Атеизм при этом пострадал больше количественно, чем качественно, а религиозная вера, напротив, приобрела свободу совести и

БАЁВ Павел Анатольевич, доцент кафедры культурологии и управления социальными процессами Иркутского государственного университета, кандидат социологических наук.

КОБЖИЦКИЙ Андрей Валерьевич, заместитель генерального директора Юридического центра «Сибирь» (г. Иркутск).

НАДОЛЬНАЯ Алла Анатольевна, преподаватель кафедры специальных юридических дисциплин Иркутского государственного технического университета.

вероисповедания, что создало много трудностей и проблем для их совместного сосуществования.

Атеизм основан на принципе гуманизма, т. е. на первостепенном значении человека, его личности и человеческого существа по отношению к любой социальной или религиозной структуре. Здесь важно то, что первична именно человеческая, а не божественная сущность. Значимы права человеческой личности, вытекающие из позитивного и научного понимания природы человеческих отношений, а не из религиозных установок.

Поскольку в советской России светскому атеистическому воспитанию и образованию уделялось самое пристальное внимание, именно атеизм как идеологическая, дидактическая и логико-смысловая категория представляет интерес для анализа трансформации «категорий очевидности». Атеизм в общих чертах — это система научно-мировоззренческих взглядов, полностью отвергающих религиозные представления. Но сегодня он перестал быть официальной государственной идеологией. Кроме того, в современном российском обществе атеизм подвергается критике и осуждению со стороны религиозных кругов. Согласно данным социологических исследований, более чем половины взрослого населения России относится к системе взглядов, отрицающей существование Бога, безразлично, почти треть — отрицательно2.

Для изучения процесса трансформации атеистического мировоззренческого компонента социальной системы в его символическом содержании мы использовали транссимволический анализ (ТСА). Контент-анализ содержания СМИ с использованием методики ТСА предполагает изучение трансформации «неосязаемого» социального дискурса посредством выделения качественно-количественных компонентов (направлений анализа): частоты упоминания, объема внимания, суммарного (по первым двум направлениям) рейтинга категории, оценочного контекста (положительная и отрицательная оценка), доминирующей символической триады (К-А-Д-символы). Положительная оценка формируется за счет информации позитивного, нейтрального и проблематично-сочувствующего характера, в то время как отрицательная — за счет информации негативного и проблематично-осуждающего характера. Доминирующая символическая триада стратифицируется на символы, обуслов-

ленные главными частями речи: когнитивный (К-символ, имя существительное), возникающий в процессе первичной сигнификации и наделяющий конкретные предметы, процессы и явления знаками; аффективный (А-символ, имя прилагательное), возникающий в процессе вторичной сигнификации и обозначающий признак предмета как морфологического, так и содержательного порядка; деятельностный (Д-символ, глагол), обозначающий действие или состояние предмета, отражающий связи и взаимодействия, в которые вступают между собой предметы, процессы и явления. Референтной точкой анализа (последней точкой стабильности социальной системы) выбран 1984 г. (последний год до начала масштабных реформ в России). В качестве источниковой базы исследования использована популярная и массовая в СССР и России газета «Аргументы и факты». Выбор этого издания обусловлен его распространенностью и охватом различных социально-демографических групп.

Советский атеизм использовался в политических целях в качестве убедительного инструмента в руках представителей Коммунистической партии Советского Союза. Но, несмотря на все современные попытки объявить его чисто идеологическим направлением, атеизм как материалистическое мировоззрение все же не выходил за рамки научности, научного объяснения мира. В СССР он мыслился «научным атеизмом». Существуют также попытки отождествить атеизм с «извращенным» религиозным мировоззрением и на этом основании объявить атеизм «религией лжи и безответственности» или «средством сатанинской войны против человечества». В данном случае речь идет о серьезных информационных источниках, например, об официальном сайте Казанского государственного университета3.

В «Большой советской энциклопедии» роль атеизма определена достаточно подробно и понятно. Она укладывается в символико-смысловой контекст «наука — пропаганда — просвещение», из которого следует, что ни одна часть не могла бы самостоятельно существовать, по отдельности, по крайней мере, на уровне политического дискурса. «Коммунистическая партия рассматривает религиозную идеологию как антинаучную и потому ведет научно-атеистическую пропаганду для освобождения сознания верующих от религиозных предрассудков, воспитывает население СССР в

духе научного материалистического мировоззрения. КПСС постоянно требует, чтобы вся антирелигиозная работа велась исключительно методами разъяснения и убеждения и не сопровождалась бы оскорблением религиозных чувств верующих и ущемлением их прав»4.

Эта декларация может показаться сомнительной, поскольку недавняя история знает достаточно жестокие методы насаждения атеизма и преследования верующих в нашей стране. Можно вспомнить призыв В. И. Ленина в 1922 г. о необходимости конфискации церковного имущества для борьбы с разразившимся к тому времени в ряде регионов голодом, после которого последовали репрессивные действия против представителей религиозных конфессий. Вождь Октябрьской революции в секретном письме членам Политбюро писал: «Именно теперь и только теперь, когда в голодных местностях едят людей и на дорогах валяются сотни, если не тысячи трупов, мы можем (и поэтому должны!) провести изъятие церковных ценностей с самой бешеной и беспощадной энергией, не останавливаясь перед подавлением какого угодно сопротивления. <...> Чем большее число представителей реакционного духовенства и реакционной буржуазии удастся по этому поводу расстрелять, тем лучше. Надо именно теперь проучить эту публику так, чтобы на несколько десятков лет ни о каком сопротивлении они не смели и думать»5.

«Воинствующий атеизм» и «воинствующие безбожники» 1930-х гг. также пугали верующих массовыми репрессиями, арестами и расстрелами. «15 мая 1932 года Декретом правительства за подписью И. В. Сталина была объявлена „безбожная пятилетка", поставившая целью добиться того, чтобы к первому мая 1937 г. имя Бога было полностью забыто на территории страны»6.

Хрущевская оттепель усилила антирелигиозную кампанию, что привело к сокращению приходов и новой волне арестов церковных активистов. Однако все эти «волны истории», имея противоречивые истолкования ученых-историков, показательны для нас в том смысле, что ни одно из них не может быть понято без объяснения причинно-следственных связей между некой социокультурной средой с тем или иным событием. Это говорит лишь о том, что в рамках преобладающего на тот момент социокультурного

типа атеизм претерпевал колоссальные логико-смысловые и причинно-функциональные изменения. Это не умаляет «родовые» достоинства атеизма как позитивного метода познания социальной реальности. В данном случае для исследования атеизма сосредоточимся на 25-летнем отрезке времени (с 1984 по 2008 г.), характеризующем завершающий этап одной социокультурной флуктуации («советская культура») с ее «трагедийными» кульминациями («перестройка»), становлением и развитием другой, более противоречивой («постсоветская культура»).

Атеизм — закономерный элемент духовной и этической жизни современного общества, система научно-мировоззренческих взглядов, одна из форм свободомыслия по отношению к религии. В узком смысле слова атеизм есть мировоззрение, согласно которому естественный мир единственен и самодостаточен, в то время как религия является творением человека. В повседневной практике в понятие «атеизм» может вкладываться локальный оценочный контекст, который проявляется в таких аффективных словосочетаниях, как «атеизм — религия безбожника», «вера в отсутствие Бога». Атеисты часто обвиняются верующими в «безнравственности» и других «смертных грехах». Полновесное разъяснение о природе атеизма, а также о том, кто такие атеисты, можно читать в современных специализированных изданиях «Новый безбожник», «Здравый смысл», «Атеистический листок», «Скепсис» и др., которые периодично выходят в свет и представлены в Интернете уже более десяти лет.

Свобода совести является естественным правом человека иметь любые убеждения, в том числе и нерелигиозные. Анализируя правовое поле деятельности религиозных конфессий в стране, приходится констатировать ужесточение прав на свободу совести. Например, в законе РФ «О свободе совести и о религиозных объединениях» от 12 сентября 1997 г. № 125-ФЗ не упоминаются понятия «атеист» и «атеистическое мировоззрение»7. С другой стороны, атеизм как мировоззрение, диаметрально противоположное религиозному, не следует вводить в сложившуюся правовую систему и рассматривать в ее рамках. Другое дело, что Конституция РФ как основной закон государства и общества обязана защищать права как верующих разных конфессий, так и атеистов.

Вместе с тем в ст. 52 Конституции СССР 1977 г. гражданам страны предоставлялось больше свободы и права «исповедовать любую религию или не исповедовать никакой, отправлять религиозные культы или вести атеистическую пропаганду»8. В Конституции РФ 1993 г. «атеистическая пропаганда» приравнивалась к понятию «религиозная про-поведь»9. Таким образом, советское законодательство учитывало основные формы существования религиозных и атеистических убеждений.

История советского атеизма сейчас мало известна и носит достаточно мифологизированный характер, поэтому не стоит делать далеко идущие выводы. По материалам нашего исследования можно наблюдать, каким образом происходило вытеснение атеистического и (или) научного мировоззрения тотальным религиозным. Выявлена динамика отношений к атеизму и атеистам. Наблюдается дисперсный характер появления материалов, содержащих оценки атеизма как массового явления и атеистов как представителей специфической социальной группы.

В некоторых триадах отсутствуют характерные А- и Д-символы в силу того, что категории анализа (атеизм и атеисты) не всегда проявлены в активных действиях или способны вызвать аффективные чувства и настроения. Например, в 1995 г. было простое упоминание об «атеистическом веке» и «воинствующих безбожниках», которые никаким образом не влияют на современность. С нового тысячелетия к атеистам относятся, судя по смысловому контексту публикаций, с негодованием и даже с жалостью: «атеисты — упертые — противостоят» (2000 г.), «атеисты — несчастные — не понимают» (2006 г.).

Примечателен 2000 г. Перед ним и после него — глубокие разрывы дискурса, а сам год нового тысячелетия характеризуется идейным противостоянием и принимает самые крайние (в целом за весь исследуемый период) агрессивные формы: «упертые», «противостоят». Откуда они появились? Почему стали носить характер ортодоксального фанатизма? За какие идеалы борются в своем протестном усердии? На эти вопросы было бы трудно ответить, имея перед собой только материалы газеты «Аргументы и факты» и не владея дополнительной информацией о возрождении атеистического движения в постсоветской России. Дело в том,

что именно на рубеже двух тысячелетий в условиях формирования гражданского общества российский атеизм начал стремительно приобретать легальные формы и в большей степени походить (со времени добровольного самороспуска) на реальную общественную силу.

Назовем некоторые организационные факты возрождения атеистического движения: появляются первые антицерковные и антирелигиозные публикации в газете ЦК Российской партии коммунистов «Мысль» (1992 г.); на базе философского факультета МГУ в 1995 г. учреждено Межрегиональное общественное объединение «Российское гуманистическое общество» (РГО). Позднее запущен сайт «Светский гуманист», появился электронный журнал «Здравый смысл». В 1996 г. в Новосибирске открылся первый атеистический интернет-проект «Атеистический сайт», или «А-сайт». В 1998 г. создан мощный атеистический интернет-проект «Научный атеизм». В 2000 г. в рамках «А-сайта» возникает молодежный интернет-проект «Новый русский атеизм», учреждено «Московское движение атеистов», или «Атеистическое общество Москвы» (АТОМ). Появилась пока единственная в России юридически зарегистрированная атеистическая организация «Общество атеистов Подмосковья», проведена Институтом физики земли РАН первая антиклерикальная научно-практическая конференция «Наука, религия, атеизм», организовано «Общество атеистов Орловщины». С 2002 г. издается научно-просветительский журнал «Скепсис», в 2000—2001 гг. появилась сеть молодежных интернет-проектов (в том числе брутального, кощунственного содержания) «Boga.net», «Поп-обозрение» и др.

Эти данные свидетельствуют о том, что атеизм как мировоззрение российских людей континуально присутствовал и развивался даже после распада СССР. Пиком этого процесса является 2000 г. Нельзя не согласиться с мнением современных исследователей антирелигиозных движений постсоветского пространства России, что уже сегодня достаточно очевиден факт процесса институционализации «постсоветского атеизма» при помощи создания организационных форм и их легитимации на правовом уровне, «инициирован процесс социализации (участие в международных неправительственных организациях, гражданском форуме и т. д.), происходит поиск идеологии, которая могла бы отвечать

вызовам современности и являлась бы привлекательной как для молодежи, так и для отдельных институтов гражданского общества» 10.

Можно прийти к выводу, что атеистическое мировоззрение и сами атеисты, имея сегодня самые необходимые организационные и институциональные признаки развития, не представляют никакой социальной угрозы для института религии и верующих. На наш взгляд, причины этого — отсутствие масштабных социальных интеракций внутри самой макросоциальной группы атеистов; представленные в СМИ оценочные «стигматы», которые условны и бедны по содержанию (подборы К-символа весьма не значительны: «атеист», «безбожник»); слабое присутствие идентификационных кодов (встречается только «партийный» и «научный» атеизм, смысл которого не раскрывается читателю). Возможно, причиной также является то, что современный атеизм как альтернативная форма светского гуманизма пока не отличается признаками института гражданского общества. Атеизм не является популярным явлением среди конформного большинства граждан. Создать сплоченное, организованное и влиятельное общественное движение из дискретных групп атеистов-гуманистов России, не имеющих при этом ни харизматических лидеров (кроме старых вождей революции), ни обновленной программы, тоже пока не удается.

Через творчество современных писателей можно оценить ту или иную эпоху, уловить сущность духа времени. Приведем небольшой по объему, но достаточно емкий по содержанию песенный отрывок, сочиненный культовым московским акыном (поэтом-импровизатором), «скоморохом-шансонье» П. Короленко11:

Свято и истинно верую в Бога, крестик на шее ношу. Ночью и днем я молюсь ему много, Вечером в церковь спешу. Всюду встречаю одних атеистов, мне их так искренно жаль. Если я вижу их близко, В сердце приходит печаль.

Автор этих поэтических строк подчеркивает наличие уже устоявшегося (институционализированного) порядка вещей, выраженного в религиозных представлениях, эмоциях и

поведении верующего. Он указывает на унылое зрелище повседневности (здесь, вероятно, идет неосознанная подмена понятия «неверующий» на «атеист»), феномен обнаружения повсюду призраков атеизма. Такое положение вещей достаточно ярко характеризует А. А. Зиновьев: «Свобода религии предполагает также свободу от религии, т. е. свободу для нерелигиозной идеологии, включая атеизм, пропаганду атеизма, воспитание атеистических убеждений. В нынешней России фактически для этого нет никаких условий. Хотя формального (юридического) запрета на это нет, на деле созданы такие условия, что активный атеизм фактически не допускается и систематически подавляется и изгоняется из памяти россиян»12.

Про атеистов забыли, может быть, еще потому, что бывшие коммунисты и партийные работники «отреклись» во времена массовых трансформаций (популяризации идей «плюрализма» и «свободы совести») от своей прежней биографии, заменив ее на противоположную, более приемлемую в контексте политических стратегий и стратегий выживания (социокультурной адаптации). Это заставляло их часто игнорировать дискуссионные темы, в которых разгоралась полемика вокруг оценок советской действительности, а также не участвовать в саморефлексии по поводу собственного атеистического прошлого. Однажды было просто заявлено, что «пришло время вернуться к исконно русским корням и традициям». Ученый справедливо замечает, что «бывшие убежденные атеисты из партийного аппарата и из высокообразованной интеллигенции молниеносно превратились в столь же убежденных верующих и внесли свою лепту в церквостроительство с таким же энтузиазмом, с каким их предшественники в двадцатые и тридцатые годы делали это в церкворазрушительство»13.

Атеизм не подвергался общественному остракизму так часто и так усердно, как это происходило с импортными эрзац-религиями и ценностями новых религиозных движений. Истинные приверженцы атеистических убеждений (так называемые «сознательные атеисты») оказались беззащитными перед «разгулом» новых и старых религиозных форм. Серьезных исследований, выявляющих первичные признаки «постсоветского атеизма», не проводилось. «Для легализации своего общественного статуса постсоветский

атеизм выбрал три пути — развитие традиционных форм воинствующего безбожия (необольшевистский атеизм), выражение атеистического мировоззрения через осмысление идей гуманизма и свободомыслия (светский гуманизм) и, наконец, формирование идеологии „нового русского атеизма" (третий путь). Для всех трех форм постсоветского атеизма в разной степени характерен антиклерикализм. Но развивались эти формы постепенно»14.

По всей стране восстанавливаются церкви и храмы, на которые церковь, благотворительные организации и частные жертвователи тратят колоссальные средства. В то же время по всей стране все более заметно возмущение неудовлетворительным уровнем и образом жизни российского общества. В результате столь очевидного и повергающего в уныние контраста повседневной реальности в академической среде начинает формироваться протестное движение против распространения религиозного влияния на науку и светское образование.

Дальнейшему развитию концепции гуманизма в современном российском обществе в эпоху глобальных трансформаций может способствовать новое интеллектуальное учение и (или) мировоззрение — гуманистический атеизм. Сегодня его миссия может заключаться не столько в демонстрации противостояния религиозной вере и убеждениям, сколько в интеллектуальной борьбе с суевериями, которые элиминируют человеческое в человеке. Атмосфера в современном обществе такова, что многие неверующие, агностики и атеисты боятся признаваться в этом. Признаться в атеистических убеждениях — значит навлечь на себя общественное порицание. Однако многие люди не осознают, что их мысли и поступки обусловлены именно атеистическим мировоззрением и принципами светской общечеловеческой морали и нравственности. Тем самым процесс консолидации общества остается под вопросом.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Статья написана по материалам проекта «Ресурсы консолидации российского общества: институциональное измерение», выполняемого по Государственному контракту № 16.740.11.0421 от 26.11.2010 г. в рамках Федеральной целевой программы «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» на 2009—2013 гг.

2 См.: Бавин П. Отношение к атеизму и атеистам в России. URL: http:// socreal.fom.ru/?link=ARTICLE&aid=533 (дата обращения: 11.05.2012).

3 См.: Атеизм — религия лжи. URL: http://www.kcn.ru/tat_ru/religion/ islam/tatarstan/ateizm1.htm (дата обращения: 19.06.2009).

4 Фуров В.Г. СССР. Религия и церковь. URL: http://dic.academic.ru (дата обращения: 19.05.2012).

5 Цит. по: История России. 1917—1940: хрестоматия / сост. В.А. Мазур и др.; под ред. М.Е. Главацкого. URL: http://www.pseudology.org/Documets/ Tserkov_iziat.htm (дата обращения: 19.05.2012).

6 Религия в СССР. URL: http://dic.academic.ru/dic.nsf/ruwiki/676809 (дата обращения: 19.05.2012).

7 Федеральный закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» (с изменениями и дополнениями) от 26 сентября 1997 г. № 125-ФЗ. URL: http://www.garant.ru/law/71640-001.htm#par20 (дата обращения: 17.05.2012).

8 Конституция СССР. URL: http://www.hist.msu.ru/ER/Etext/cnst1977. htm (дата обращения: 21.05.2009).

9 Конституция Российской Федерации. URL: http://base.garant.ru/ 10103000-002.htm#par108 (дата обращения: 11.05.2009).

10 Журавский А. Генезис и формы постсоветского атеизма в России. URL: http://religion.russ.ru/discussions/20011210-zguravskiy.html (дата обращения: 21.05.2012).

11 Настоящее имя — Павел Эдуардович Лион. Он кандидат филологических наук, преподаватель МГУ.

12 Зиновьев А.А. Русская трагедия. М.: Изд-во «Алгоритм», Изд-во «Эксмо», 2008. С. 541.

13 Там же. С. 533.

14 Журавский А. Генезис и формы постсоветского атеизма в России.

Поступила 06.06.12.