ЦБ и Минфин сошлись на потолке

В дискуссии о прямом ограничении ЦБ ставок банков по потребительским кредитам наметилась конкретика. Допустимое отклонение от среднерыночных ставок согласовано на уровне 30%. Сами индикативные ставки будут учитывать характер продуктов — например, кредиты зарплатникам или клиентам "с улицы" — и их сроки, что дает банкирам больше пространства для маневра. Впрочем, в теме регулирования Банком России кредитных ставок вопросов пока по-прежнему больше, чем ответов.

О том, что вчера в Минфине обсуждался вопрос ограничения максимальных ставок по необеспеченным розничным кредитам, "Ъ" рассказали несколько источников на банковском рынке. Речь, как ранее сообщал "Ъ" (см. номер от 6 сентября), идет о том, чтобы ЦБ рассчитывал среднерыночные индикативные ставки по разным видам таких кредитов и устанавливал для банков допустимый уровень отклонений от них. Именно по вопросу того, каким должно быть максимальное отклонение, вчера в ходе обсуждения сторонами был достигнут консенсус — 30%. То есть если среднерыночная ставка — 10% годовых, то максимально возможная (с отклонением до 30%) — 13% годовых. Проведение совещания и согласование лимита отклонения в 30% "Ъ" подтвердил замминистра финансов Алексей Моисеев. "Надбавку к средней ставке по потребительским кредитам в 30% мы поддерживаем",— сообщил он. Однако уточнил, что найти компромисс в вопросе о том, какими должны быть последствия превышения этой планки, пока не удалось.

По сведениям "Ъ", ЦБ выступает за то, чтобы ввести прямой запрет на операции, ставка по которым превышает максимальную. Минфин, по словам источников "Ъ", выступает за то, чтобы к банкам-нарушителям применялись санкции, перечисленные в статье 74 закона о Центральном банке.

Как рассказывают источники "Ъ", знакомые с ходом дискуссии, по сравнению с первыми обсуждениями идеи ограничения кредитных ставок в ней появилось больше конкретики. "Кроме размера допустимого отклонения, стало понятно, что участники обсуждения склоняются к тому, что средняя индикативная ставка будет рассчитываться как среднее арифметическое, а не как средневзвешенное от ставок крупнейших игроков". "Это аналогично подходу, используемому при расчете ЦБ средней максимальной ставки по вкладам, и более правильно, чем считать средневзвешенную ставку",— рассуждает топ-менеджер одного из банков-лидеров в сегменте потребкредитования.

И продолжает: "Ведь если при расчете учитывать долю рынка банка, то из-за высокой доли, которую занимает, например, Сбербанк, в сегменте кредитов наличными и кредитных карт с его ставками значительно ниже рынка, это сильно опустит усредненную планку". В такой ситуации выжить даже при 30-процентном отклонении ставок в большую сторону не сможет ни один частный банк, предполагает он.

Еще одним позитивным моментом для банков, работающих в сегменте потребкредитования, стало то, что средних ставок будет не три, как виделось банкирам в самом пессимистичном сценарии,— по типам продуктов (POS-кредиты, карты и кредиты наличными), а больше. "Планируется, что средние ставки будут рассчитываться не только по видам кредитов, но и по срокам, порядку их предоставления и т. д.",— рассказал один из собеседников "Ъ".

"Вопрос — насколько подробной будет эта детализация. Есть риск, что разные клиентские сегменты попадут формально в одну и ту же категорию продуктов,— говорит зампред правления ОТП-банка Сергей Капустин.— Допустим, один банк выдает кредиты наличными своим зарплатным клиентам, другой с аналогичным продуктом выходит на открытый рынок. Очевидно, что во втором случае стоимость риска выше и ставки, соответственно, тоже. То же самое с кредитной картой — она может быть выдана в режиме овердрафта к текущему счету или в режиме массовой выдачи в точке продаж".

Интересно, что из-за достаточно агрессивных действий ЦБ по охлаждению сегмента потребительского кредитования, растущего темпами более 40% в год, большинство банкиров опасаются авторизованно комментировать даже относительно позитивные для себя изменения. "В описанной выше конфигурации это нормальное решение, которое уберет самых отъявленных игроков и самые рискованные продукты,— говорит один из них.— Но все боятся сказать лишнего. Ведь еще очень много непроясненных и при этом критичных для нас вопросов". Кроме санкций за превышение максимально допустимого отклонения, это и число банков, которые будут участвовать в расчете, и подход к сбору от них информации о ставках, что может быть сопряжено с ростом трудозатрат на составление отчетности, и вопрос о том, что именно должно учитываться в составе эффективной кредитной ставки,— а от этого зависит ее размер и, как следствие, средняя планка по рынку и пр., указывают банкиры. "В любом случае высокорискованная часть массового сегмента будет сильно ограничена, и возникает уже не новый вопрос — куда пойдут люди, которые не смогут получить кредит в банке? Это вполне может оказаться серый небанковский рынок",— говорит господин Капустин.

Этот же вопрос склонен ставить перед собой и ЦБ. "Важно, чтобы не было такого регулятивного арбитража",— говорит собеседник "Ъ", близкий к регулятору. "Технически реализовать все это не так сложно, благо мировой опыт есть, вопрос в том, чтобы сделать это грамотно,— продолжает он.— И так — с учетом негативного опыта с манипулированием ставкой LIBOR,— чтобы рассчитываемые регулятором референсные ставки по кредитам действительно были индикативными для рынка и воспринимались им серьезно". Чтобы рынок признал и принял эти ставки, нужен целый ряд публичных, прозрачных и последовательных шагов, заключает собеседник "Ъ".