Экспрессивно-эмотивный аспект романтического общения

ФИЛОЛОГИЯ

УДК 81’371+81.42

Т. Г. Ренц

ЭКСПРЕССИВНО-ЭМОТИВНЫЙ АСПЕКТ РОМАНТИЧЕСКОГО ОБЩЕНИЯ

Аннотация. В статье осуществляется коммуникативно-прагматический анализ экспрессивного и эмотивного компонентов высказываний участников романтического взаимодействия. Доказано, что высказывания в исследуемом типе коммуникации характеризуются особой, эмотивной прагматикой. Невербальные, пара- и экстралингвистические средства способствуют более высокой степени эмоциональности и экспрессивности коммуникативного поведения романтических партнеров.

Ключевые слова: романтическая коммуникация, экспрессивность, эмотив-ность, эмоциональность, эмотивная и экспрессивная коммуникация.

Abstract. The article analyzes the expressive and emotive components of the utterances produced by the participants of romantic interaction. It is proved that the utterances in romantic communication have a special emotive character. Nonverbal, para- and extra linguistic cues intensify the expressiveness and emotivity of communicative behavior of romantic partners.

Key words: romantic communication, expressiveness, emotiveness, emotivity, emotive and expressive communication.

Обращение к различным аспектам личности homo loquens во всем многообразии ее проявлений в коммуникации закономерно привело не только к вовлечению в сферу исследовательского интереса ранее не рассматриваемых аспектов общения, но и к переосмыслению лингвистических явлений, изучение которых имеет давнюю традицию. К последним по праву можно отнести экспрессивность - «многоликий феномен, представленный на всех уровнях языка, текста и речи, создаваемый множеством средств и способов и имеющий неопределенно много вариантов комбинаторики его предельно составляющих» [1, с. 91]. Проблема экспрессивности, будучи одной из центральных в языкознании, включает конкретные исследовательские задачи, направленные на познание механизмов речевого воздействия в процессе общения, в том числе проблемы речевого планирования и контроля. Наш интерес лежит в области изучения экспрессивности в романтическом общении, представляющем собой такую разновидность межличностной коммуникации, в которой два индивида, будучи физически и психологически направленными друг на друга, конструируют особые категориальные эмоциональные ситуации через осуществляемые ими интеракции [2, с. 333]. Данная статья ставит своей целью представить некоторые предварительные результаты обширного исследования романтической коммуникации в аспекте экспрессивности и эмотивности.

Весьма существенен и имеет непосредственное отношение к исследуемому типу общения тезис о том, что экспрессивность коммуникативна,

т.е. имеет сообщительную значимость, и прагматична, так как воздействует на получателя и приводит его к ответным действиям [3]. Романтическая коммуникация действительно имеет экспрессивный характер в силу своей целенаправленной сущности при выражении эмоций романтическими партнерами. Направленное на слушающего экспрессивное воздействие планируется говорящим в соответствии с теми его интенциями, которые реализуются в конкретной коммуникативной ситуации. По этому поводу М. М. Бахтин справедливо писал: «Всякое высказывание, как бы оно ни было значительно и закончено само по себе, является лишь моментом непрерывного речевого общения... Никогда речевое общение не сможет быть понято и объяснено вне связи с конкретной ситуацией» [4, с. 391-392]. Принимая сказанное во внимание, можно отметить, что экспрессивные высказывания в речевом романтическом общении выделяются как специфическое выражение коммуникативно-прагматического намерения коммуникантов в конкретной эмоциональной ситуации, связанной со множеством иных экспрессивных и неэкспрессивных высказываний. В зависимости от цели общения, психического состояния участников в момент взаимодействия, а также в соответствии с их индивидуальными особенностями и собственными потребностями в конкретной интеракции коммуникантами, как правило, сознательно осуществляется отбор тех или иных экспрессивных средств. Иными словами, экспрессивность в речевых актах эксплицирует прагматические интенции говорящего, интерпретирующего объекты отражения - мир, события в нем, его факты и явления, в своих целях. Речевой выбор говорящего в каждой конкретной коммуникативной ситуации общения детерминирован, как указывалось выше, такими аспектами интеракции, как мотивы и интенции субъектов общения, их отношением друг к другу, а также теми параметрами ситуации общения, которые влияют на успешность коммуникации. К их числу относятся эмоциональные состояния обоих участников взаимодействия, которые задают выбор, предпочтение соответствующих эмотивов для эмоциональных референций и номинаций. Обратимся к примерам.

Ср.: Helen nodded, speechless. “You’re terribly sweet.” Leaning forward, he kissed her very gently [5].

“You’re so beautiful,” he murmured.

“I’m so thin.”

“You’reperfect” [5].

He squeezed her arm affectionately, then stopped suddenly and, disengaging his arm from hers, put both his about her. “You know, Roberta, I’m crazy about you. I really am. I think you’re the dearest, sweetest thing. Oh, say! Do you mind my telling you? Ever since you showed up there, I haven’t been able to sleep, nearly. You’ve got such nice eyes and hair. Tonight you look just too cute - lovely, I think. Oh, Roberta,” suddenly he caught her face between his two hands and kissed her, before really she could evade him [6].

Приведенные фрагменты, несомненно, иллюстрируют экспрессивную функцию коммуникации. Эмотивная лексика, просодия, жесты, позы способствуют экспликации высокой степени эмоционального состояния романтических партнеров в конкретный момент общения. Мотив порождения экспрессивных высказываний лежит в собеседнике, который в процессе коммуникации «задает» адресанту своим речевым или неречевым поведением вектор его речевых решений, а цель заключается в том, чтобы воздействовать на меж-

личностные отношения, вызывая комфортные состояния партнера. Намерения коммуникантов поделиться мыслями, переживаниями, выразить чувство симпатии, привязанности и т.д. вызывают у романтических партнеров эмоции, возникающие на основе потребности в специфическом общении как реакции на удовлетворение стремления к эмоциональной близости, на создание интимной атмосферы общения.

Сказанное подтверждает мысль Н. К. Рябцевой о том, что индивидуально-личностный аспект мотивационной составляющей речевой деятельности говорящего субъекта находит свое отражение в субъективных компонентах речи, т.е. в тех компонентах высказывания/текста, которые соотносимы с породившим его субъектом [7]. Указанные компоненты, взаимодействуя в высказывании, способствуют реализации выраженного в нем «внутреннего» ментального намерения говорящего, его ситуативного, коммуникативного, интенционального смысла. Более того, они соотносят высказывание с текущей ситуацией общения, субъектом сознания, речи и поведения, актуализируют его намерение и отношение к адресату, задают его участие в данной ситуации и т.д. Способ выражения субъективных компонентов речи определяет дистанцию, стиль и тональность общения, показывает отношение говорящего к адресату и предмету речи, отражает переживаемые им эмоции. Иначе говоря, разнообразие средств и способов создания прагматического эффекта высказывания, варьирование экспрессивов свидетельствует об индивидуальном характере выбора, который дифференцируется в определенных для каждого языка границах. В этой связи справедлива мысль, высказываемая лингвистами, о том, что не существует единой языковой модели выражения тех или иных эмоций, общей для всех носителей конкретного языка, однако в любом языке имеется инвентарь кодовых средств для выражения этих эмоций, варьирующих модели их [эмоций] выражения в определенных пределах [1, 7]. Отсюда следует, что индивидуальное выражение, например эмоции радости или раздражения, характеризуется, как правило, набором клишированных средств и типизированных эмоциональных ситуаций, известных носителям данного языка, и эти средства универсальны для романтической коммуникации. Причем наличие эмотивов в речи коммуникантов не является причиной ее [речи] эмотивного характера; эмотивность романтического дискурса не сводится к сумме представленных в речи эмотивов. Мы солидарны с В. А. Масловой, которая считает, что «эмотивные языковые средства не обеспечивают автоматически и в любом случае возникновение адекватного эмоционального эффекта» [8, с. 185]. Напротив, выбор соответствующих эмо-тивных средств языка обусловлен эмоциональным содержанием речи в конкретной коммуникативной ситуации.

Поясним сказанное на примере коммуникативной ситуации «признание в любви». Анализ фактического материала показывает, что собственно признанию одного из романтических партнеров предшествует описание различных по длительности, структуре и содержанию ситуаций, которые впоследствии подвергаются оценке обоими участниками коммуникативного взаимодействия, а в определенный момент каузируют у адресанта мотив порождения коммуникативного акта «признание в любви». Вербальные высказывания романтических партнеров представляют собой некоторую последовательность речевых действий участников взаимодействия, к которым относятся восклицания, эмоционально-усилительные наречия и прилагательные, меж-

дометия, особые синтаксические конструкции и их лексическое наполнение и другие эмотивы. Выбор говорящим того или иного экспрессивного средства, являющийся своеобразной манипуляцией языком, задается эмоцией адресанта и его намерениями:

“I love you, Jasmine Springfield. With all my heart. With all that I am. I want nothing more than to share my life with you until the day I die. Marry me?”

In the vicinity of her stomach, Jasmine could have sworn that her heart actually ceased to beat, and then it was off in an erratic trip-trip that made it difficult to draw air into her lungs.

“What?” she managed. The worry in her heart hadn’t prepared her for a proposal. But this was one emotional rollercoaster to which she had no objection.

Joshua smiled and placed an affectionate kiss on her nose. “I said that you’d make me the happiest man in the world if you would consent to marry me. We don't have a ring, yet, and I’m probably doing this all wrong, but... I need you in my life. Forever. I wanted you to know” [9].

Используемые в речи экспрессивы, прямо выражающие интенциональ-но-эмотивные смыслы, создают эмоциональное напряжение, возрастающее по мере изменения эмоционального состояния романтических партнеров. Дополненные невербальными компонентами - smiled, placed an affectionate kiss on her nose, вербальные сообщения представляют собой «экспрессивный монолог», изменяющий психоэмоциональное состояние собеседника. Экспрессивная выразительная реакция адресата как следствие эмоционального возбуждения в подобном эмоциональном диалоге может быть очень сильной и достигается как эмотивной, так и совершенно нейтральной лексикой: Jasmine saw him through a blur of tears. “Yes. Yes. Yes. You’ve got this girl, lock, stock and barrel.” Из примера видно, что экспрессивность здесь достигается синтаксическим повтором нейтрального слова yes. Особую значимость в рассматриваемой ситуации приобретают невербальные сигналы, эксплицирующие эмоциональные состояния романтических партнеров. Эмоциональные высказывания, сопровождаемые невербальными средствами, как в первом, так и во втором случае, выполняют функцию посредника между индивидом и его эмоциями.

Исследование романтической коммуникации требует обращения к таким понятиям, как эмотивная и эмоциональная коммуникация, разграничение которых основано на различении эмотивности и эмоциональности. По мнению отечественных исследователей, эмоциональная коммуникация - это спонтанная, незапланированная, естественная демонстрация эмоций субъекта как проявление его внутренних эмоциональных состояний, необязательно учитывающая реакцию собеседника или окружающих. Эмотивная коммуникация характеризуется как сознательная, контролируемая демонстрация эмоций, которая ориентирована на собеседника и используется в стратегических целях: воздействие на окружающих, демонстрация лояльности, доброжелательности, предупреждение возможного конфликта [1]. Учитывая сказанное, можно сделать вывод относительно эмоционального и эмотивного характера романтической коммуникации: в ряде коммуникативных ситуаций, в которых разворачивается взаимодействие романтических партнеров, их эмоции действительно спонтанны и незапланированны. С другой стороны, следует указать, что поведение коммуникантов в эмоциональных ситуациях целенаправленно ориентировано на конкретного собеседника, партнера по романтиче-

ской диаде. Следует оговориться, что определенные стратегии поведения один и тот же коммуникант может демонстрировать и в общении с собеседниками в других диадах, однако в каждом случае он будет сознательно использовать те или иные средства для достижения своих целей. В частности, к прагматическому типу речевых стратегий относятся комплименты, похвала, количество и разнообразие форм которых в романтической коммуникации весьма значительно. По справедливому замечанию О. С. Иссерс, «основная функция искреннего комплимента - установление контакта и поддержание добрых отношений» [10, с. 178]. Коммуниканты используют эти вербальные сигналы «близости» с целью управления дистанцией. Решая стратегическую задачу - вызвать симпатию со стороны собеседника, говорящий явно демонстрирует желание сказать нечто приятное, причем он может делать это как целенаправленно, чтобы расположить к себе собеседника, произвести на него впечатление, повлиять на восприятие им ситуации и т.д., так и спонтанно выразить свое восхищение какими-либо его качествами, действиями и пр. в конкретной ситуации. В первом случае речь идет об эмотивной коммуникации, во втором - об эмоциональной, причем и та и другая реализуются посредством эмотивной лексики разного рода: категориально-эмотивной и диффе-ренциально-эмотивной, в исходном значении и производном. Анализ языкового материала показывает, что общение романтических партнеров, в котором коммуниканты физически и психологически обращены друг на друга, в большинстве коммуникативных ситуаций можно считать процессом амбивалентным. Двойственный характер романтической коммуникации заключается в следующем: эмоциональное/эмотивное общение, т.е. демонстрация своих эмоций одним из романтических партнеров, как правило, вызывает эмоциональную/эмотивную реакцию со стороны адресата. Сказанное в первую очередь относится к использованию в речи комплиментов, похвалы и других речевых актов положительной оценки. Обратимся к примерам.

Ср.: A table had been set near the fireplace and candles illuminated the room. Strategically placed lamps allowed additional lighting. The faint scent of vanilla touched the air. Jasmine was awestruck. “Oh, this is wonderful,” Jasmine breathed. “You didn’t do this for me?”

Joshua smiled, enjoying her pleasure. “I’m glad you like it. And yes, the candles are for you. I thought that they would suit you.”

“It’s beautiful,” Jasmine whispered as she settled into the chair Joshua proffered. Lovely antique candle holders added to the romantic atmosphere [9].

В рассматриваемом фрагменте поводом для похвалы служат целенаправленные действия Джошуа, которые вызвали искренние эмоции удивления и восхищения у Жасмин. Оценивая его «достижения», собеседница спонтанно сигнализирует о своем эмоциональном состоянии посредством следующих экспрессивных реплик: Oh, this is wonderful, It’s beautiful, You didn’t do this for me? Невербальные и экстралингвистические средства в рассматриваемой коммуникативной ситуации передают высокое психологическое напряжение романтических партнеров.

В следующем примере говорящий дает непосредственную положительную оценку внешности адресата, вербализуя собственные ситуативные эмоции:

“You look absolutely breathtaking,” Joshua told her, his eyes seeming to soak up her image. They stood that way for several moments, just looking movingly

at one another. The dark suit and shirt he wore were not missed by Jasmine. He looked pretty wonderful himself.

Jerking as if suddenly recalling his manners, Joshua took a step back and opened the door wider, gesturing that she should enter.

“Thank you. You look as if you are feeling much better.” Jasmine told him, noting that the scratches were barely visible [9].

Данный фрагмент демонстрирует спонтанное проявление эмоций со стороны инициатора высказывания. Эмотив breathtaking, усиленный интен-сификатором absolutely, а также экспрессивными пантомимическими движениями (his eyes seeming to soak up her image, looking movingly at one another) воплощает эмотивный смысл эмоции восхищения. Сигналом успешности речевой тактики комплимента является его принятие (Thank you) или любая другая положительная вербальная или невербальная реакция адресата.

В следующей коммуникативной ситуации эмоциональными являются и стимулы, и интенции, и реакции: “That was beautiful,” she told him when the last note died away. “What is it called? I don’t think I’ve ever heard it before.”

“It didn’t really have a name.” Joshua said, looking mildly embarrassed.

“You wrote it?” Jasmine was amazed. “You’re very talented.”

Joshua shook his head. “It was an emotional outlet. And when I was sixteen, I had all sorts of emotions that needed an outlet” [9].

Субъектом эмоции в данном примере является молодой человек, а целью эмоционального общения коммуникантов - выражение особого отношения к партнеру, т.е. объекту эмоции восхищения, его таланту со стороны собеседницы. Ее эмоции имеют направленный характер, так как адресованы конкретному участнику взаимодействия, что позволяет говорить о субъектнообъектной направленности эмоционального типа вербальных сообщений. Сказанное не позволяет согласиться с мнением В. И. Шаховского, согласно которому «говорящий, выражая свою эмоцию, выражает свое отношение к предмету речи или свое эмоциональное состояние в связи с ним, а вовсе не стремится непременно вызвать какую-либо эмоцию у слушающего.», и далее «доминирующей функцией эмотивов является эмоциональное самовыражение говорящего. Воздействует оно или нет на слушающего - не всегда релевантно для говорящего» [1, с. 204]. В процессе общения романтических партнеров, напротив, поток энергии эмоций направлен друг на друга, собеседникам важно, чтобы партнер положительно оценивал действия, поступки, черты характера и т.д. и соответствующим образом реагировал на эмоциональные высказывания другого, которые «вплетаются» в создание общего эмоционального фона коммуникативного взаимодействия. В связи с этим следует указать, что между романтическими партнерами имеет место эмоциональная отзывчивость, которая понимается как устойчивое свойство индивида, проявляющееся в том, что он «легко, быстро, гибко и в широком диапазоне эмоционально реагирует на весьма различные воздействия» [11, с. 118]. Такого рода эмоциональные реакции на высказывания друг друга детерминированы спецификой процесса межличностного общения, особенностями партнера по коммуникации, его эмоциональными проявлениями и т.д.

В заключение подчеркнем, что экспрессивность в романтической коммуникации рассматривается как совокупность средств, способов и приемов создания прагматического эффекта, высказывания, обязывающая адресата интерпретировать его [высказывание] в соответствии с замыслом говорящего.

В зависимости от коммуникативной ситуации, цели и психического состояния участников взаимодействия в момент общения коммуниканты, как правило, сознательно осуществляют отбор тех или иных экспрессивных средств в соответствии с индивидуальными особенностями. Экспрессивный и эмоциональный характер романтического общения заключается в особой, эмотив-ной прагматике продуцируемых высказываний, такой их иллокуции, которая воздействует на собеседника в задуманном отправителем отношении. Вербальные эмотивные акты и невербальные, пара- и экстралингвистические средства являются важным каналом передачи информации личностноэмоционального содержания.

Список литературы

1. Ш аховский, В. И. Лингвистика эмоций / В. И. Шаховский. - М. : Гнозис, 2008. - 416 с.

2. Ренц, Т. Г. Коммуникативные ситуации романтического общения / Т. Г. Ренц // Вестник Нижегородского университета им. Н. И. Лобачевского. - 2010. - № 1. -

С. 333-337.

3. Ш аховский, В. И. Коммуникативно-прагматический аспект экспрессивности / В. И. Шаховский. - М. : Высшая школа, 1992. - 252 с.

4. Бахтин, М. М. Тетралогия / М. М. Бахтин. - М. : Лабиринт, 1998. - 608 с.

5. Cooper, J. Players / J. Cooper. - Ballantine Books, 1989. - 484 p.

6. Dreiser, Th. An American Tragedy / Th. Dreiser. - URL: http://www.gutenberg.org

7. Рябцева, Н. К. Язык и естественный интеллект / Н. К. Рябцева. - М. : Academia, 2005. - 640 с.

8. Маслова, В. А. Параметры экспрессивности текста / В. А. Маслова // Человеческий фактор в языке: языковые механизмы экспрессивности. - М. : Наука, 1991. - С. 179-205.

9. Connor, J. Jasmine / J. Connor. - URL: http://www.books.google.com

10. Иссерс, О. С. Коммуникативные стратегии и тактики русской речи / О. С. Ис-серс. - Изд. 4-е, стер. - М. : КомКнига, 2006. - 288 с.

11. Бойко, В. В. Энергия эмоций / В. В. Бойко. - 2-е изд., доп. и перераб. - СПб. : Питер, 2004. - 474 с.

Ренц Татьяна Гавриловна

кандидат филологических наук, доцент, кафедра лингвистики, Волжский гуманитарный институт, филиал Волгоградского государственного университета

E-mail: trents@yandex.ru

Rents Tatyana Gavrilovna Candidate of philological sciences, associate professor, sub-department of linguistics, Volga Humanitarian Institute, affiliated branch of Volgograd State University

УДК 81’371+81.42 Ренц, Т. Г.

Экспрессивно-эмотивный аспект романтического общения /

Т. Г. Ренц // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Гуманитарные науки. - 2011. - № 4 (20). - С. 86-92.