Санкции Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г.

Ретроспективы

Санкции Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г.

С. А. Поляков*

Уголовное законодательство России за несколько столетий существования прошло в своем развитии значительный путь. Его эволюция тесным образом связана как с историей права в целом, так и с историей самого государства и общества. Уголовное законодательство призвано обеспечивать охрану прав и интересов граждан, государства, порядка от преступных посягательств, ведет активную борьбу с преступлениями.

Однако необходимо отметить, что было бы ошибочным пытаться механически перенести на уголовное законодательство общую периодизацию истории нашего государства. Общеизвестно, что уголовные законы, принятые в определенный период, часто продолжали действовать в течение нескольких десятилетий, когда «на дворе» были уже совершенно иные исторические условия. Определяя этапы развития уголовного законодательства, нельзя забывать о его особенностях, существенно отличающих его от других отраслей. Эти особенности и обусловливают ту или иную специфику в конкретной периодизации отраслей законодательства.

При характеристике особенностей исторического развития российского уголовного законодательства в плане конструирования санкций уголовно-правовых норм значительный интерес представляет рассмотрение данного вопроса на базе наиболее значимых памятников русского уголовного права, одним из которых является Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. (далее — Уложение о наказаниях).

Начиная с Уложения о наказаниях, нормы уголовного права стали собираться воедино посред-

* В нашем журнале публикуется впервые.

ством кодификации в том виде, который в дальнейшем, на протяжении 160 лет, остается достаточно стабильным в плане конструкции частей, глав и статей, составляющих сущность кодекса.

Анализ санкций уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за преступления против жизни, здоровья и чужого имущества, а эти деликты, как известно, во все времена подвергались осуждению со стороны общества и влекли соответствующие наказания, дает возможность понять принципы их конструирования за преступления различной тяжести в разное время.

Будучи результатом трудов ученых-юристов нескольких поколений и прошедший апробацию практической деятельностью на протяжении столь длительного срока, такой фундаментальный законодательный акт, как Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., представляет значительный интерес при исследовании различных институтов уголовного права.

Устойчивость правовых норм проверяется преимущественно условиями их исторического бытования. Право создается народной жизнью, живет и видоизменяется с ней, поэтому понятно, что прочными могут оказаться только те положения закона, в которых выразились эти исторически сложившиеся народные воззрения: закон, не имеющий народных корней, в любой момент может стать эфемерным, только «буквой». Историческая оценка всякого нового закона является одним из первых приемов критического анализа права1.

Новое Уголовное уложение было принято в 1903 г. Но в действие были введены лишь отдельные

его статьи и главы. В основном продолжало действовать Уложение о наказаниях 1845 г. с изменениями и дополнениями в редакции 1885 г.

Данный памятник уголовного права России практически был главным источником уголовного законодательства страны до начала XX в. Если же принять во внимание, что некоторые главы Уголовного уложения 1903 г. так и не вступили в действие, то можно сказать, что Уложение о наказаниях 1845 г. осталось одним из последних актов в области материального уголовного права, согласно которому вершилось правосудие в царской России.

Уложение о наказаниях по изданию 1885 г. с дополнениями 1906, 1908 и 1910 гг. имеет 12 разделов, которые делятся на главы и отделения, содержащие 1711 статей.

Первый раздел называется «О преступлениях, проступках и наказаниях, вообще» (ст. ст. 1-175) и представляет собой Общую часть уголовного закона, которая определяет основные принципы его применения.

Следующие 11 разделов в совокупности являются Особенной частью и подразделяются в зависимости от объектов преступных посягательств. Не все нормы здесь имеют в своем составе карательные части, так как являются пояснительными и как бы дополняют собой Общую часть, а в некоторых случаях устанавливают процессуальный порядок применения тех или иных положений закона.

Если же нормы санкции содержат, то последние представлены во всем многообразии известных нам видов и форм.

Абсолютно определенные санкции в Уложении о наказаниях применяются достаточно часто. Этот вид присутствует в нормах, предусматривающих ответственность как за преступления, так и за проступки. Это статьи разделов о государственных преступлениях; преступлениях и проступках против порядка управления; о преступлениях против жизни, здоровья и чести частных лиц. Нетрудно заметить, что данный вид санкций, являясь достаточно жесткой формой воздействия на правонарушителя, применяется для охраны наиболее значимых общественных отношений.

К санкциям указанной категории относились такие виды уголовного наказания: «лишение всех прав состояния и смертная казнь», «лишение всех прав состояния и ссылка на каторжные работы без срока», «лишение всех прав состояния и ссылку на поселение в определенные местности». Наказания исправительные представлены выговором в присутствии суда, замечанием, конкретной суммой денежного взыскания, «отрешением от должности».

Глава первая десятого раздела, нормы которой предусматривали ответственность за убийство, состояла из 23 статей, 18 из них в своих 27 частях содержали санкции. Уложение о наказаниях знало деление убийств на умышленное и предумышлен-

ное. На базе этого строились и карательные части норм. Квалифицированным считалось предумышленное убийство, т. е. с заранее обдуманным намерением или умыслом. В зависимости от объекта посягательства такое преступление каралось максимально сурово и предусматривало наказание — «лишение всех прав состояния и ссылку на каторжные работы». Санкции данных статей были абсолютно определенными («лишение всех прав состояния и ссылка на каторжные работы без срока»), и относительно определенными («лишение всех прав состояния и ссылка на каторжные работы на срок от 15 до 20 лет»).

Безальтернативно абсолютно определенная санкция в этой главе встречается трижды. Это умышленное убийство отца или матери (ст. 1449), повторное убийство (ст. 1450), убийство родственников по восходящей и нисходящей прямой линии, убийство господина или члена его семьи, а также лиц, в зависимости от которых находился виновный по службе или на воспитании (ч. 1 ст. 1451).

В карательную часть ст. 1452 (умышленное убийство беременной) альтернативно были включены две различные санкции: относительно определенная (лишение всех прав состояния и ссылка в каторжные работы на время от 15 до 20 лет) и абсолютно определенная (лишение всех прав состояния и ссылка в каторжные работы без срока). В двух случаях, ст. 1467 (убийство при превышении пределов необходимой личной обороны) и ст. 1468 (причинение смерти по неосторожности), абсолютно определенная санкция (строгий выговор в присутствии суда) также предусмотрена в альтернативе с другими санкциями.

Общественная опасность преступлений, предусмотренных ст. ст. 1467 и 1468, невелика. В связи с этим законодатель наряду с абсолютно определенной санкцией, состоящей из наиболее мягкого вида наказания, применил альтернативную конструкцию и самой карательной части нормы. Это давало возможность законоприменителю, в зависимости от обстоятельств конкретного дела, применять к виновному наиболее оптимальную меру уголовного воздействия.

Глава третья десятого раздела «О нанесении увечий, ран и других повреждений здоровью» применение абсолютно определенной санкции (выговор в присутствии суда) предусматривала лишь в двух случаях — ст. 1493 (нанесение телесных повреждений при превышении пределов необходимой обороны) и ст. 1494 (неосторожное нанесение телесных повреждений) — в альтернативе с относительно определенными санкциями. Это также можно объяснить тем, что данная группа преступлений имеет меньшую, по сравнению с ранее рассмотренной группой, общественную опасность. Правосудие в этом случае зависит от интеграции определенного количества факторов, влияющих на выбор единственно правильного вида наказания и его размера.

Абсолютно определенная санкция встречается в главе 3 раздела 12 Уложения о наказаниях. Первое отделение ее называется «О разбое» и включает 10 статей, 5 из которых содержит карательные части. Статья 1628 предусматривает ответственность за «разбой в церкви, даже когда при том и не было прямого святотатства или покушения на оное» в виде лишения всех прав состояния и ссылки на каторжные работы без срока. Применение абсолютно определенной санкции в данном случае объясняется достаточно сильным влиянием церкви на жизнь государства. Церковь была опорой самодержавия, и поэтому все преступления, в том числе и косвенно на нее направленные, карались максимально сурово. В данном случае общественные отношения в сфере сохранности церковного имущества, по условиям диспозиции статьи, могли быть как основным, так и факультативным объектом преступления, но в любом случае законодатель не предусматривает альтернативы ни в виде, ни в размере меры наказания, применяя за данное преступление абсолютно определенную санкцию.

Так же сурово карался тот, кто был ранее наказан за разбой, но «оказался виновным снова в том же преступлении» (ст. 1635). Однако здесь указано, что виновный подвергается «наказанию, в предшед-шей (ст. 1628. — С. П.) статье определенному». В итоге мы имеем так называемую отсылочную форму карательной части. Почему именно так законодатель ее сформулировал — остается только гадать.

Понятна справедливость реакции законодателя того времени по отношению к рецидивной преступности. Применяя такую жестокую меру наказания, как каторжные работы без срока к виновному (в современном прочтении — пожизненное заключение), исключали возможность совершения разбоя одним и тем же лицом более двух раз.

Использование данного вида санкций в рассмотренных случаях вызвано, на наш взгляд, тем, что объекты, на которые посягает преступник, имеют особую значимость и являются базисными в жизни общества. Исходя из этого законодательная охрана их должна иметь самый высокий уровень, что обусловливает не только максимально суровые, санкционированные от имени государства, меры наказаний, но и особую конструкцию самой карательной части норм.

Относительно определенные санкции встречаются во всех без исключения главах Уложения о наказаниях, будучи наиболее удобным видом при определении размера наказания в зависимости от различных квалифицирующих признаков, они содержат в себе указание минимума и (или) максимума меры принуждения, применяемой к виновному.

Сложность системы наказаний Уложения о наказаниях определенным образом повлияла на санкции достаточно большого количества норм. Имеется в виду то обстоятельство, что уже в Общей части закона наказания имеют распределение по двум

главным разрядам: уголовные и исправительные. Каждый из этих разрядов, в свою очередь, подразделяется на несколько родов и степеней. Так, ст. 17 делит все уголовные наказания на три рода:

1) лишение всех прав состояния и смертная казнь;

2) лишение всех прав состояния и ссылка в каторжные работы;

3) лишение всех прав состояния и ссылка на поселение в местности, к тому предназначенные.

Статья 19 делит такой вид наказания, как каторжные работы, на семь степеней:

— каторжные работы без срока;

— каторжные работы на время от 15 до 20 лет;

— каторжные работы на время от 12 до 15 лет;

— каторжные работы на время от 10 до 12 лет;

— каторжные работы на время от 8 до 10 лет;

— каторжные работы на время от 6 до 8 лет;

— каторжные работы на время от 4 до 6 лет.

Статья 30 делит все исправительные наказания

на семь родов, а те, в свою очередь, делятся по степеням (ст. ст. 31, 33, 34, 35, 36, 38, 39), подобно наказаниям уголовным. Разница заключается лишь в сроках того или иного вида наказания при его делении по степеням.

Нельзя не заметить, что здесь мы имеем не только определенные законом виды наказаний, но и их размеры. А последнее, в нашем сегодняшнем понимании, прерогатива санкции уголовно-правовой нормы.

Составители Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., говоря о недостатках Свода законов издания 1832 г., замечали: «Дабы иметь ясное, точное понятие, в чем состоит существо какого-либо наказания по Своду, должно отыскивать определение свойств его и последствий в разных местах Свода».

Устраняя недостатки системы наказаний по Своду законов, авторы Уложения признали необходимым «во-первых, определить с точностью существо каждого наказания и относительную, по сравнению с другими, большую или меньшую тягость оного; во-вторых, установить во всех наказаниях несколько степеней таким образом, чтобы строгость каждого отдельного наказания могла быть по мере надобности увеличиваема или уменьшаема в известной постепенности и чтобы последняя степень была естественным переходом от одного наказания к другому»2.

При сравнении обозначенных выше законодательных актов видно, что составителям Уложения о наказаниях во многом удалось сделать его более удобным для использования в правоприменительной практике. Достаточно четко стала выделяться санкция в составе самой нормы, хотя остались еще и статьи, где этот барьер так и не был преодолен. Продолжали существовать санкции, при работе с которыми приходилось отыскивать определение свойства наказания, включенного в них, и его последствий в разных местах Уложения.

Довольно часто в статьях встречаются санкции следующего содержания: «...к лишению всех особенных, лично и по состоянию присвоенных, прав и преимуществ и к отдаче в исправительное арестантское отделение по первой степени статьи 31 сего Уложения».

На первый взгляд, мы имеем в данном случае так называемую отсылочную карательную часть статьи, которая заставляет нас обращаться к другой статье этого же закона. Однако отсылает она нас к статье Общей части закона, действие которой распространяется на всю Особенную часть и несет для норм последней четко определенную информацию в зависимости от указанной в санкции степени того или иного вида наказания. Вид наказания в данном случае обозначен, а величина и границы его «скрываются» за номером степени указанной в санкции статьи. В результате совместного применения двух норм (Особенной части и ст. 31) мы получим санкцию, окончание которой можно изложить следующим образом: «... и к отдаче в исправительное арестантское отделение на время от трех лет и шести месяцев до четырех лет», а это не что иное, как относительно определенная санкция, в которой обозначен один вид наказания с указанием его нижнего и верхнего пределов.

Подобный прием законодательной техники конструирования уголовно-правовых норм, на наш взгляд, не совсем удобен, так как ссылки на статьи Общей части закона создают неудобства при пользовании кодексом.

В главе первой десятого раздела, включающей в себя нормы, предусматривающие ответственность за убийство, из тридцати четырех санкций двадцать восемь являются относительно определенными. Санкции этого вида содержат в себе такие наказания, как каторжные работы — в десяти случаях, исправительные арестантские отделения — в четырех, заключение в тюрьме — в двенадцати, арест — в двух случаях. Меры наказаний довольно разнообразны и практически не повторяются.

Пережив несколько переизданий, внесение различного рода дополнений и изменений Уложение 1845 г. в издании 1885 г. имеет некоторые отличия от первоначального варианта. За этот период законодатель, не меняя системы наказаний в целом, но желая предоставить большую свободу в вопросе назначения наказаний суду, расширял рамки видов наказаний, внося дополнительно в карательные части норм те же виды, но с другими, смежными, уже имеющимися размерами наказаний.

В главе третьей десятого раздела Уложения о наказаниях, предусматривающей ответственность за нанесение телесных повреждений, относительно определенные санкции встречаются в 29 случаях из 31. К телесным повреждениям относили увечье, тяжкое и менее тяжкое, раны тяжелые и легкие, расстройство здоровья, побои, опасные для жизни; ис-

тязания и мучения; к квалифицированным видам — телесные повреждения, вызвавшие смерть потерпевшего, телесные повреждения родным виновного, беременной женщине; к менее опасным телесным повреждениям — повреждения, причиненные при превышении пределов необходимой обороны. Неосторожные телесные повреждения, умышленные нетяжелые увечья и раны и излечимое расстройство здоровья преследовались лишь по жалобам потерпевшего и могли оканчиваться примирением сторон.

Виды наказаний, используемые в санкциях данной главы, те же, что и в главе первой (ответственность за убийство). Это каторжные работы, исправительные арестантские отделения, заключение в тюрьму и арест.

Каторжные работы предусмотрены в санкциях норм об ответственности за квалифицированные виды преступлений. Таких санкций 5, все они относительно определенные. В 4 статьях применение их предусмотрено безальтернативно и лишь в одном случае (ч. 1 ст. 1477 «Умышленное нанесение тяжкого увечья или иного важного телесного повреждения... по мере опасности жизни...») каторжным работам альтернативой выступает отдача в исправительные арестантские отделения.

Ответственность за разбой предусматривали нормы первого отделения третьей главы, имеющие в своем составе 5 санкций, 4 из них — относительно определенные. Наказания во всех случаях — каторжные работы на различные сроки. Можно отметить, что ни одна из санкций данной группы не повторяет предыдущие размерами наказания. Так, каторжными работами на срок от 6 до 8 лет карался разбой «в каком-либо уединенном месте» (ст. 1631); от 8 до 10 лет — «разбой на улице, на дороге или в море...» (ст. 1630); от 10 до 12 лет — «разбой, с нападением на дом или обитаемое здание или селение» (ст. 1629); от 12 до 15 лет — «разбой, учиненный... шайкою» (ст. 1633).

Обращает на себя внимание диапазон границ санкций Уложения о наказаниях: он гораздо уже современных. Позже уход от казуистичности уголовного законодательства, на которую сетовали некоторые ученые того времени, даст в результате не только сокращение количества статей, но и расширение рамок мер наказания в относительно определенных санкциях. Результатом этого будет предоставление суду больших полномочий при отправлении правосудия, что, на наш взгляд, возможно только тогда, когда авторитет суда достаточно высок, отвечает основным принципам: беспристрастности, независимости, неподкупность, объективности и т. п.

Проведенный нами репрезентативный опрос работников правоохранительных органов и педагогического состава образовательных учреждений в некоторой степени продемонстрировал отношение людей к судебной власти в наши дни. На вопрос: «В какой мере, по-Вашему, судопроизводство в на-

шей стране беспристрастно, объективно и независимо?» — были получены следующие ответы:

а) суд всегда беспристрастен и независим — 2,9%;

б) отчасти «да», отчасти «нет» — 49,4%;

в) как правило, зависим и тенденциозен — 29,1%;

г) затрудняюсь ответить — 18,6%.

Таким образом, в настоящее время суд не в полной мере отвечает предъявляемым к нему требованиям. Следовательно, вопрос о видах санкций уголовноправовых норм, мерах наказаний, включаемых в санкции, должен стать прерогативой законодателя.

Альтернативная форма карательной части нормы нашла свое применение во всех рассматриваемых нами группах норм, за исключением разбоя. В четырех случаях она встречается в статьях, предусматривающих ответственность за убийство.

Двойная альтернатива присутствует в ч. 2 ст. 1455: «...убийство, учиненное хотя не случайно, но в запальчивости или раздражении, и собственно когда раздражение вызвано было насильственными действиями или тяжким оскорблением со стороны убитого». Суду предоставляется возможность исходя из обстоятельств дела выбрать один из двух видов наказаний: «либо каторжные работы на срок от четырех до восьми лет или от восьми до двенадцати лет, либо исправительные арестантские отделения на срок от четырех до пяти лет». Подобным образом сконструированы еще три карательные части норм рассматриваемых статей.

Тройную альтернативу содержат карательные части в ст. 1467 (убийство при превышении пределов необходимой обороны) и ст. 1468 (неосторожное убийство). Такую же конструкцию и меры наказания имеют карательные части в ст. ст. 1493 и 1494, санкции которых определяют ответственность за нанесение телесных повреждений. Вариантами в этих случаях выступают тюремное заключение, арест и выговор в присутствии суда. Деяния, предусмотренные диспозициями этих норм, по своей форме и содержанию могут быть самыми разнообразными и дифференцировать их достаточно сложно. Широта судейского усмотрения здесь определена не столько рамками какого-то одного вида наказания, сколько разнообразием самих видов. На наш взгляд, это правильно, так как субъективный фактор, имеющий большое значение в данных составах преступлений, законодателю предвидеть довольно сложно.

Необходимо отметить закономерность построения альтернативных карательных частей норм в Уложении о наказаниях. Альтернативными в них выступают лишь смежные друг другу виды наказаний. Отличаясь своей сущностью, они незначительно разнятся по суровости. Это говорит о совершенстве иерархии наказаний, о ее практичности. Действительно, лишь недоумение может вызвать карательная часть статьи, которая включала бы такие наказания, как каторжные работы, в альтернативе с арестом или выговором в суде.

Заметим, если применить градацию преступлений по степени их тяжести, к рассматриваемым нормам Уложения наказаниях с альтернативностью санкций в карательных частях, то будет проступать некоторая закономерность в их распределении. Более тяжкие в данном случае убийство беременной, убийство в состоянии аффекта, предумышленное нанесение тяжких телесных повреждений, грабеж, кража группой лиц. Карательными частями этих норм закреплены и каторжные работы и исправительные арестантские отделения. Размеры наказаний практически одинаковы.

К преступлениям средней тяжести относятся умышленное нанесение телесных повреждений, предумышленное нанесение легких телесных повреждений, кража документов и ценных бумаг; альтернатива в наказании: исправительные арестантские отделения или заключение в тюрьме.

Преступления небольшой тяжести: убийство при превышении пределов необходимой обороны; убийство по неосторожности; нанесение телесных повреждений при превышении пределов необходимой обороны; нанесение телесных повреждений по неосторожности. Карательные части этих норм предусматривают тройную альтернативу, о чем уже говорилось выше.

Анализируя причины альтернативного применения санкций именно в этих нормах, можно сказать, что отправной момент здесь — возможность выполнения задач наказания посредством применения к виновному того или иного его вида.

В заключение отметим, что основные виды санкций и конструктивное исполнение карательных частей в нормах Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. сохранялись достаточно длительное время и не претерпели значительных изменений. Это говорит о совершенстве выбора их форм и содержания.

Достаточно активное использование абсолютно определенных санкций говорит не только о казуистике данного акта, но и о дифференцированности его норм, о беспощадности к жестокости и рецидиву.

Относительно определенные санкции уже тогда занимали доминирующее положение, их применение делало закон достаточно гибким.

Альтернативное применение санкций использовалось в карательных частях статей, предусматривающих ответственность за преступления, имеющие меньшую общественную опасность. Отсутствие умысла у виновного в некоторых случаях позволяло суду выбирать из нескольких видов наказаний наиболее подходящую меру воздействия на правонарушителя.

1 См.: Таганцев Н. С. Русское уголовное право: (Часть Общая): лекции. — М., 1994. — Т. 1. — С. 17.

2 Цит. по: Таганцев Н. С. Русское уголовное право: (Часть Общая): лекции. — М., 1994. — Т. 2. — С. 102.