О регламентации судебного контроля в порядке статьи 125 УПК РФ

ПРАВОСУДИЕ И СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА

О регламентации судебного контроля в порядке статьи 125 УПК РФ

ПРОНИН Константин Владимирович, преподаватель кафедры уголовного процесса и криминалистики Саратовского военного института внутренних войск МВД России, кандидат юридических наук

Судебно-контрольное производство, реализуемое в порядке ст. 125 УПК РФ и предусматривающее право заинтересованных лиц на обжалование решений и действий (бездействия) публичных органов уголовного преследования на досудебных стадиях уголовного судопроизводства, является одним из важнейших средств обеспечения законности и эффективности уголовного процесса. Как отмечает А. П. Гуськова, «возводя право на обжалование процессуальных действий и решений в ранг принципов уголовного судопроизводства (ст. 19 УПК РФ), законодатель тем самым особо подчеркивает значимость судебной власти по обеспечению защиты прав, свобод человека и гражданина в уголовном су-допроизводстве»1.

Анализ уголовно-процессуального законодательства и правоприменительной практики свидетельствует о наличии ряда нерешенных проблем, связанных с правовой регламентацией полномочий судов по разрешению жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ. По мнению большинства ученых-процессуалистов, это обусловлено краткостью и абстрактностью про-

1Гуськова А. П. К вопросу о судебном порядке рассмотрения жалоб по уголовному делу в досудебном производстве // Проблемы совершенствования и применения законодательства о борьбе с преступностью: матер. Всерос. науч.-практ. конф. Уфа, 2004. С. 9.

цессуальных норм, регулирующих ключевые вопросы рассматриваемой формы судебно-контрольного производства. Как отмечает Н. А. Колоколов, в настоящее время судебный контроль напрямую регламентирует лишь ст. 125 УПК РФ. В результате сущность судебного контроля правоприменитель должен постичь самостоятельно, а отсутствующие в ст. 125 УПК РФ элементы регламента судебно-контрольной деятельности ему придется искать в иных положениях процессуального законодательства, применяя их по ана-логии2. Принятое Пленумом ВС РФ постановление от 10 февраля 2009 г. № 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке ст. 125» (далее — постановление № 1) призвано восполнить существующие пробелы. Однако следует констатировать, что в процессе разрешения жалоб на решения и действия (бездействие) органов уголовного преследования суды по-прежнему сталкиваются с правовой неопределенностью ст. 125 УПК РФ.

Прежде всего это связано с вопросом о том, все ли действия и решения органа дознания (дознавателя), следователя, руководителя следственного органа и прокурора могут быть обжалованы в суде.

УПК РФ в качестве единственного критерия возможности судебного обжалования решений и действий (бездействия) дознавателя, следователя, руководителя следственного органа и прокурора устанавливает их способность «причинить ущерб консти-

2 См.: Колоколов Н. А. Статья 125 УПК РФ: сущность судебного контроля // Уголовный процесс. 2009. № 6. С. 3.

туционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию». Однако понятие «конституционные права» в силу своей абстрактности довольно неопределенно, что является предпосылкой для широкого усмотрения судей. Правовая регламентация проверки судом соблюдения указанных условий ограничивается ссылкой на необходимость «учитывать фактические обстоятельства конкретного де-ла»3. Таким образом, следует сделать вывод о значительной дискреционной составляющей правомочий суда по принятию жалобы к рассмотрению в порядке ст. 125 УПК РФ.

С одной стороны, право граждан на судебную защиту относится к таким правам, которые в силу ч. 3 ст. 56 Конституции РФ не могут быть ограничены ни при каких условиях. Более того, практически все права и законные интересы участников процесса можно представить как некоторую конкретизацию, детализацию конституционных прав личности4. Если предположить, что существует блок «незначительных» процессуальных нарушений, которые не входят в предмет судебного контроля в порядке ст. 125 УПК РФ, например «решения тактического характера, нарушения отдельных процессуальных правил, непредоставление процессуальных прав участникам... следственных действий, если они не нарушают конституционных прав и свобод»5, это, как подчеркивает И. Л. Петрухин, открывает лазейку для многочисленных отказов в судебном обжаловании незаконных действий и решений следователя и прокурора6.

3 Определение КС РФ от 27 декабря 2002 г. № 300.

4 См.: Петрухин И. Л. Прокурорский надзор и судебная власть. М., 2001. С. 51.

5 Лазарева В. А. Судебная власть и ее реализация в уголовном процессе. Самара, 1999. С. 87.

6 См.: Петрухин И. Л. Указ. соч. С. 51.

С другой стороны, как показывает практика, имеют место отдельные процессуальные нарушения, которые в силу своей правовой природы не способны «причинить ущерб конституционным правам и свободам». Например, прекратив производство по жалобе адвоката на действия прокурора по передаче уголовного дела начальнику следственного органа без вынесения отдельного постановления, суд указал следующее: «Тот факт, что прокурор передал дело начальнику следственного органа без вынесения отдельного постановления, не влияет на законность вынесенного начальником следственного органа постановления об установлении срока дополнительного следствия, поскольку конституционные права заявителя не нарушаются, его доступ к правосудию не ограничивается. Данный вопрос является вопросом взаимоотношений прокурора и следственного органа»7.

Решить данную проблему путем составления закрытого перечня оснований для судебного обжалования практически невозможно, так как слишком широк спектр различных следственных ситуаций и, соответственно, характер возможных нарушений.

Значительный вклад в развитие рассматриваемого процессуального института внес КС РФ. Принятые им решения позволили распространить практику обжалования в порядке ст. 125 УПК РФ на такие процессуальные действия и решения прокурорско-следственных органов, как прекращение уголовного дела8, отказ в возбуждении уголовного дела9, приостановление уголов-

7 Определение судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 19 декабря 2008 г. № 22-12717/2008.

8 См. постановление КС РФ от 13 ноября 1995 г. № 13-П.

9 См. постановление КС РФ от 29 апреля 1998 г. № 13-П.

ного дела10, возбуждение уголовного дела11. В отличие от УПК РСФСР, в котором специально указывались те процессуальные решения органов дознания и предварительного следствия, которые могли быть обжалованы в суде и подлежали судебному контролю, действие ст. 125 УПК РФ законодатель распространил на все процессуальные решения и действия (бездействие), отвечающие указанному выше критерию.

Анализ судебной практики позволяет сделать вывод о том, что суды продолжают истолковывать отсутствие соответствующего прямого указания в УПК РФ на возможность судебного обжалования того или иного процессуального действия или решения как обстоятельство, исключающее такое обжалование. Критической оценке со стороны ряда видных ученых-процессуалистов подвергается обоснованность судебного обжалования даже тех решений и действий, возможность судебного контроля которых была установлена КС РФ. Например, В. М. Лебедев указывает на то, что суд, признавая отказ в возбуждении уголовного дела и прекращение дела необоснованным, выполняет не свойственную ему обвинительную функцию12. Комментируя возможность судебного обжалования постановления о возбуждении уголовного дела, Б. Т. Без-лепкин пишет: «Судебная проверка законности и обоснованности решения о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица... является вмешательством судебной власти в осуществление прерогативы органов уголовного преследования, нарушением закрепленного в ст. 15 УПК РФ принципа разделения процессуальных функций... Суд не мо-

10 См. постановление КС РФ от 23 марта 1999 г. № 5-П.

11 См. определение КС РФ от 27 декабря 2002 г. № 300-0.

12 См.: Лебедев В. М. Становление и разви-

тие судебной власти в Российской Федерации. М., 2000. С. 76.

жет и не должен проверять законность и обоснованность актов уголовного преследования иначе как путем судебного разбирательства по уголовному делу, поступившему в суд, принятому им к производству и назначенному к слушанию в первой инстанции»13.

Таким образом, еще одним существенным фактором, порождающим неопределенность в вопросе о границах обжалования решений и действий (бездействия) должностных лиц, выступают требования принципа состязательности сторон о разграничении функций обвинения, защиты и разрешения уголовного дела и о запрете возложения на суд обязанности в той или иной форме выполнять функцию обвинения. Анализ научных публикаций, посвященных исследованию данной проблемы, позволяет констатировать отсутствие единого подхода в определении пределов вмешательства судов в сферу деятельности органов уголовного преследования. Причем речь идет не только о различных подходах к решению данного вопроса в рамках доктринальных толкований ученых-процессуалистов. Сравнительный анализ правовых позиций, которые изложены в решениях КС РФ, посвященных рассматриваемому вопросу, и в постановлении № 1, приводит к выводу о наличии в них принципиальных противоречий, которые не позволяют сформировать единообразную судебную практику.

В большей степени противоречивость правовых позиций КС РФ проявляется при обжаловании лицом, в отношении которого вынесено постановление о возбуждении уголовного дела, такого постановления в суде в порядке ст. 125 УПК РФ. Возможность подобного обжалования, как было указано, установлена в определении КС РФ от 27 декабря 2002 г. № 300-0. При этом были сформули-

13 Безлепкин Б. Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). М., 2008. С. 193.

рованы следующие правовые формулы:

если уголовное дело возбуждается в отношении конкретного лица, это лицо приобретает статус подозреваемого, в связи с чем может быть причинен ущерб его конституционным правам и свободам;

судебный контроль на последующих стадиях судопроизводства не является достаточным и эффективным средством восстановления основных прав и свобод, нарушенных при возбуждении уголовного дела;

при проверке законности постановления о возбуждении уголовного дела суд прежде всего управомо-чен выяснить, соблюден ли порядок вынесения данного решения, имеются ли поводы к возбуждению уголовного дела, отсутствуют ли обстоятельства, исключающие производство по делу;

при осуществлении в период предварительного расследования судебного контроля за законностью и обоснованностью процессуальных актов органов дознания, следователей и прокуроров не должны предрешаться вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела.

Пока в процессе судебно-кон-трольного производства суд сталкивается с необходимостью дать оценку «обстоятельствам, бесспорно свидетельствующим об отсутствии оснований для возбуждения уголовного дела»14, проблем не возникает. Такими «бесспорными» обстоятельствами можно назвать: недостижение лицом, привлекаемым к уголовной ответственности, соответствующего возраста; истечение срока давности привлечения к уголовной ответственности; отсутствие заявления потерпевшего в случае, если уголовное дело может быть

14 Ярцев Р. В., Ковтун Н. Н. Практика

функционирования судебного контроля, реализуемого в порядке статьи 125 УПК РФ //

Уголовный процесс. 2007. № 11. С. 25.

возбуждено не иначе, как по его заявлению; и т. д.

Если в обоснование доводов о несогласии с постановлением должностного лица о возбуждении в отношении него уголовного дела заявитель указывает на гражданско-правовой или административный характер отношений, по которым возбуждено уголовное дело, суд вынужден ответить на вопрос о том, является ли рассматриваемое деяние преступлением. Согласно ч. 1 ст. 24 УПК РФ отсутствие события преступления относится к обстоятельствам, исключающим производство по делу. Таким образом, суд, следуя правовой позиции КС РФ о необходимости при проверке законности постановления о возбуждении уголовного дела выяснить, отсутствуют ли обстоятельства, исключающие производство по делу, разрешает вопрос, который в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ и п. 3 ч. 1 ст. 299 УПК РФ входит в предмет доказывания и разрешается судом при постановлении приговора. Налицо противоречие с другой правовой формулой КС РФ, запрещающей суду в ходе судебно-кон-трольного производства предрешать вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела.

Чтобы избежать указанных противоречий, суды зачастую при рассмотрении в порядке ст. 125 УПК жалобы лица на незаконность и необоснованность вынесенного в отношении него постановления о возбуждении уголовного дела ограничиваются лишь проверкой соблюдения формальных требований, связанных с порядком вынесения и оформления данного решения. С такой позицией кассационной инстанции, на наш взгляд, согласиться нельзя.

Во-первых, проверка соблюдения лишь формальных требований противоречит другому правовому установлению КС РФ, согласно которому «суд не должен ограничиваться лишь исполнением формальных

требований уголовно-процессуального закона и отказываться от проверки фактической обоснованности обжалуемого решения органа предварительного расследования... 0н вправе принять собственное решение по данному вопросу, поскольку иное способно привести к искажению самой сути правосудия»15.

Во-вторых, могут возникать ситуации, когда законность и обоснованность самого возбуждения уголовного дела не вызывает сомнений, обжалуется лишь возбуждение его в отношении конкретного лица. Поэтому ограничиться лишь констатацией фактов о «соблюдении порядка вынесения данного решения, о наличии у должностного лица, принявшего соответствующее решение, необходимых полномочий, о наличии повода и оснований к возбуждению уголовного дела и об отсутствии обстоятельств, исключающих производство по делу»16, не вызывающих сомнений и не являющихся предметом обжалования, значит ограничить конституционное право на судебную защиту своих прав и свобод от незаконных и необоснованных действий и решений органов государственной власти и должностных лиц.

Следует обратить внимание на то, что констатацию судом факта о достаточности данных для возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица нельзя расценивать как предрешение вопроса о его виновности. Аналогичным образом, если в судебном порядке обжалуется постановление следователя о привлечении в качестве обвиняемого и в качестве доводов заявитель указывает на непричастность к преступлению, в совершении которого его обвиняют, суд не может отказать в рассмотрении такой жалобы по су-

15 0пределение КС РФ от 24 марта 2005 г. № 151-0.

16 Постановление Пленума ВС РФ от 10 февраля 2009 г. № 1 «О практике рассмотрения жалоб в порядке статьи 125 УПК РФ».

ществу или ограничиться проверкой соблюдения формальных требований, ссылаясь на то, что «суд не может и не должен проверять законность и обоснованность актов уголовного преследования иначе как путем судебного разбирательства по уголовному делу, поступившему в суд, принятому им к производству и назначенному к слушанию в первой инстанции»17. Такой отказ напрямую противоречил бы правовым позициям КС РФ, согласно которым «положения статей 7, 123, 124, 125, 388 и 408 УПК РФ в их конституционно-правовом истолковании... не допускают отказ... суда при рассмотрении заявления, ходатайства или жалобы участника уголовного судопроизводства от исследования и оценки всех приводимых в них доводов»18 и «судебный контроль, имеющий место лишь при рассмотрении уголовного дела, т. е. на следующем этапе судопроизводства, не является эффективным средством восстановления нарушенных прав, поэтому заинтересованным лицам должна быть обеспечена возможность незамедлительного обращения в ходе расследования с жалобой в суд»19. В случае если суд, изучив доводы, изложенные в жалобе, и сопоставив их с материалами уголовного дела, принимает решение отказать в удовлетворении жалобы, он устанавливает лишь достаточность фактических данных для привлечения лица в качестве обвиняемого, что не может расцениваться как признание его виновным в совершении преступления. Если же суд удовлетворяет жалобу, это также не является констатацией невиновности лица. Признание постановления о привлечении в качестве обвиняемого незаконным или необоснованным свидетельствует лишь о том, что на данном этапе расследования сторона

17 Безлепкин Б. Т. Указ. соч. С. 193.

18 Определение КС РФ от 25 января 2005 г. № 42-0.

19 Постановление КС РФ от 2 июля 1998 г. № 20-П.

обвинения не располагает достаточными основаниями для принятия соответствующего решения.

Дискуссионным представляется вопрос об ограничении полномочий суда в рамках судебно-контроль-ного производства, изложенный в п. 1 абз. 4 постановления № 1: «судья не вправе делать выводы... об оценке доказательств». Решая вопрос о законности обжалованных решений и действий (бездействия) должностных лиц, суд оценивает их соответствие требованиям уголовно-процессуального закона. Согласно ч. 1 ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности — с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела. Если суд установил, что обжалуемое следственное действие проведено с нарушением закона, то все полученные в ходе производства доказательства в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 75 УПК РФ являются недопустимыми. Лишив суд полномочий по оценке доказательств, полученных в ходе производства обжалуемого следственного действия с точки зрения их допустимости, Пленум ВС РФ тем самым фактически предопределил то, что проверка законности и обоснованности всех последующих процессуальных решений и действий (бездействия), вынесенных на основе доказательств, которые получены с нарушением процессуальных норм, будет отложена до стадии судебного разбирательства. Такой подход, как уже отмечалось, противоречит правовым позициям КС РФ.

В качестве предпосылок возникновения правовой неопределенности в регламентации судебных полномочий при разрешении жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ также выступают:

отсутствие определенности относительно возможности суда при рассмотрении жалобы выходить за рам-

ки доводов, приведенных в ней заявителем, т. е. речь идет о допустимости ревизионного порядка при осуществлении судебно-контроль-ного производства;

отсутствие четко прописанной процедуры контрольного производства оставляет открытым ряд вопросов относительно полномочий суда по установлению, сбору и проверке информации, имеющей значение для разрешения жалобы по существу (например, путем вызова и допроса возможных свидетелей);

отсутствие в уголовно-процессуальном законе каких-либо критериев, условий, оснований для принятия судом решения о приостановлении производства обжалуемого действия или исполнения обжалуемого решения, кроме общего требования о законности, обоснованности и мотивированности судебных решений.

На наш взгляд, в условиях значительной правовой неопределенности предоставление судам чрезвычайно широких дискреционных полномочий при практически полном отсутствии в уголовно-процессуальном законодательстве четкой регламентации пределов осуществления судебного контроля, реализуемого в порядке ст. 125 УПК РФ, является объективно необходимым и обусловлено тем, что право граждан на судебную защиту относится к таким правам, которые в силу ч. 3 ст. 56 Конституции РФ не могут быть ограничены ни при каких условиях. Анализ правовых позиций КС РФ и ВС РФ, направленных на повышение степени детализации правового регулирования данного вопроса, приводит к выводу о наличии в них принципиальных противоречий, которые неизбежно возникают при попытках ограничить пределы реализации дискреционных полномочий судов.

При этом позитивным фактором, безусловно, будет являться дополнительная правовая регламентация, направленная на восполнение отсутствующих в уголовно-процес-

суальном законодательстве элементов процедуры судебно-контроль-ного производства в порядке ст. 125 УПК РФ.

Библиографический список

Безлепкин Б. Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). М., 2008.

Гуськова А. П. К вопросу о судебном порядке рассмотрения жалоб по уголовному делу в досудебном производстве // Проблемы совершенствования и применения законодательства о борьбе с преступностью: матер. Всерос. науч.-практ. конф. Уфа, 2004.

Лазарева В. А. Судебная власть и ее реализация в уголовном процессе. Самара, 1999.

Лебедев В. М. Становление и развитие судебной власти в Российской Федерации. М., 2000.

Колоколов Н. А. Статья 125 УПК РФ: сущность судебного контроля // Уголовный процесс. 2009. № 6.

Петрухин И. Л. Прокурорский надзор и судебная власть. М., 2001.

Ярцев Р. В., Ковтун Н. Н. Практика функционирования судебного контроля, реализуемого в порядке статьи 125 УПК РФ // Уголовный процесс. 2007. № 11.