Организационные изменения в структуре управления вуза: факторы и возможности

Региональное развитие Regional development

секторов экономики. Следовательно, в целом улучшит экономическую ситуацию в регионе. В конечном счете развитие системы ИЖК способствует преодолению социальной нестабильности в обществе путем удовлетворения потребностей населения в жилье.

Известно, что ВРП, являющийся показателем уровня экономического развития региона, связан с объемом наличной и безналичной денежной массы коэффициентом денежного обращения. В 2011 году ВРП Республики Башкортостан был равен 951,7 млрд. рублей [9], а объем денежной массы - 448 млрд. рублей. Таким образом, один рубль денежной массы в республике создает два рубля ВРП. Естественно, что дополнительное вовлечение в оборот денежной массы, имеющейся в накоплении у населения (темпы роста денежных доходов опережают темпы роста потребительских расходов, вследствие чего повышается объем накоплений) [9], даст существенный мультипликационный эффект. Кроме того, мировой опыт, а также опыт российских регионов показывает, что ипотечное кредитование обладает четырехкратным мультипликативным эффектом. Это значит, что каждый рубль этого кредита в конечном итоге вовлекает в хозяйственный оборот не менее четырех рублей из средств граждан [4]. Очевидно, что благодаря этой системе можно задействовать огромные финансовые средства, хранящиеся на руках у населения, например, в виде наличной иностранной валюты.

Большое значение ИЖК имеет для повышения эффективности функционирования банковской системы региона. В частности, ИЖК более безопасны для банков, чем другие виды, поскольку при невозврате кредита кредитор реализует залог и возвращает свои средства. Более того, заемщики, кредитующиеся в банке, держат в нем свои сбережения, открывают расчетные счета. Специалисты отмечают, что операции с недвижимостью часто являются менее рискованными по сравнению с текущими кредитными операциями коммерческих банков.

Этот вид кредитования является одним из самых надежных и проверенных на практике способов привлечения инвестиций в жилищную сферу. Он влечет за собой подъем производства в различных отраслях строительной индустрии: стеклопро-изводстве, деревообработке, изготовлении металлоконструкций и других. Существенно влияет на развитие сопряженных со строительством других многочисленных сфер деятельности, таких как: возведение объектов инфраструктуры, предприя-

тий торговли, городской транспорт, образование, проектирование, дорожное строительство.

ИЖК способствует переводу денежных средств в эффективные и надежные отрасли, а именно: в жилищное строительство, производство строительных материалов, сопутствующих товаров, работ и услуг, стимулируя таким образом развитие легкой, обрабатывающей промышленности, связи, транспорта и сельского хозяйства. Привлечение инвестиций в жилищное строительство ведет к снижению издержек производства, что, в свою очередь, влияет на развитие системы потребления, позволяя членам общества получать больше благ в настоящем и осуществлять новые инвестиции в строительство и смежные отрасли. Кроме того, ИЖК позволяет государству снять часть проблем, стоящих перед органами власти по повышению жизненного уровня населения. Это относится к улучшению жилищных условий, общему подъему качества жизни. Итак, данная система оказывает значительное влияние на объемы финансирования инвестиций в жилищный сектор региона.

Список литературы:

1. Валиев Ш.З., Чинаев Т.В. Ипотечное кредитование в региональной экономической системе. - Уфа: Ди-зайнПолиграфСервис, 2008. - 128 с.

2. Павлова И.В. Ипотечное жилищное кредитование в России: история и современность // Банковское дело. - 2000. - № 10. - С. 34.

3. Кейнс Дж. М. Общая теория занятости, процента и денег / Пер. с англ. - М., 1978; X. Зайдель, Р. Теммен. Основы учения об экономике / Пер. с нем. - М., 1994.

4. Лактионов А.Н. Современные финансово-кредитные инструменты организации финансирования жилищного строительства // Дайджест-финансы. -2005. - № 6. - С. 42.

5. Логинов М.П. Система ипотечного жилищного кредитования в России: проблемы и пути решения // Деньги и кредит. - 2002. - № 4. - С. 17.

6. Нугаев Р.А., Кириченко Е.Г. Региональные схемы ипотечного кредитования и проблемы их дальнейшего развития // Деньги и кредит. - 2004. - № 10. - С. 25.

7. Печатникова С.М. Жилищный ипотечный рынок, как он построен? // Финансовый менеджмент. - 2004.

- № 5. - С. 24.

8. Федорова А.Е. Ипотечное кредитование в системе экономических отношений / Дис. на соиск. учен, степ. канд. экон. наук. - Екатеринбург, 2006. - 165 с.

9. Электронный ресурс: http://www.bashkortostan.ru/ investment and finance/.

Шендерова C.B.

доктор экономических наук, доцент Санкт-Петербургского государственного университета экономики и финансов,

Россия, г. Санкт-Петербург

УДК 378.11-044.325

ОРГАНИЗАЦИОННЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ В СТРУКТУРЕ УПРАВЛЕНИЯ ВУЗА: ФАКТОРЫ И ВОЗМОЖНОСТИ

В статье проанализированы основные факторы, которые необходимо учитывать в ходе применения лучших управленческих практик ведущих университетов мира в российских вузах. Это: исторические особенности взаимоотношений вузов и государства; внешняя институциональная среда экономической деятельности вузов, включая государственный контроль их инновационных образовательных проектов (ИОП); репутационный фактор и ряд иных внутривузовских факторов. Автором разработана организационная схема управления вузом, которая может быть использована при реформе вузовского топ-менеджмента.

Ключевые слова: организационные изменения, внутривузовский менеджмент, проректор, репутация университета, институциональная среда, инновационные образовательные проекты (ИОП).

ORGANIZATIONAL CHANGES IN THE STRUCTURE OF THE UNIVERSITY MANAGEMENT: FACTORS AND OPPORTUNITIES

The author analyzes the main factors need to be taken into account during the implementation of the world-class universities' best practices in Russian higher education institutes (HEIs). There are the history of the interactions between HEIs and the state, the external institutional environment for HEIs economic activities including state control restrictions for their innovation educational projects, the influence of the reputation considerations and some factors of theHEFsinternal institutional environment. The author works out the organizational chart, which can be used for the Russian HEI top-management system reform.

Key words: organizational changes, HEI management, vice-rector, university reputation, institutional environment, innovation educational projects.

При бенчмаркинге университетов и их экономит- после Второй мировой войны, - физически, эконо-

управленческих практик с целью выявления наи- мически и интеллектуально искалечившей Европу

более применимого в российских условиях опыта и Россию.

следует учитывать влияние исторического, общеин- Американские университеты начали процветать

ституционального и репутационного факторов. Рос- значительно позже Великой депрессии, к которой

сийским вузам в силу исторических предпосылок привел разгул монополизированного бизнеса. Среди

в наибольшей степени свойственна ориентация на основ их лидерства развитое налоговое право и незы-

государственное финансирование и регулирование, блемость основного института - прав собственности,

Естественным образом и общеэкономические ин- позволяющие бизнесу вкладывать колоссальные сред-

ституциональные факторы не способствовали разви- ства в университеты и даже основывать их; социаль-

тию предпринимательства как в России в целом, так ное измерение в деятельности государства и бизнеса;

и в университетской среде. действенность высшего образования как института

Это, по мнению автора, обусловливает одно из вертикальной мобильности, и, наконец, общий рост

коренных и труднопреодолимых различий между благосостояния и продолжительности жизни населе-

российским и американским обществом в целом ния, имеющего возможность и мотивы предъявлять

и образованием в частности. Не стоит забывать: спрос на дополнительные услуги университетов,

не только интеллектуальный потенциал американ- На этом базируется концепция обучения в тече-

ских университетов, но и экономика США выросли ние всей жизни lifelong learning (LLL), построение на

основе многоуровневых последовательных и непротиворечивых основных и дополнительных образовательных программ различных образовательных траекторий вузами, обучающимися и работодателями. Именно общеэкономический институциональный фундамент позволил и в академической среде реализовать свойственный американцам дух предпринимательства, выросший, как и благосостояние американских университетов, отнюдь не в безвоздушном пространстве умозрительных проектов «экономики классной доски».

Континентальные европейские университеты, в отличие от более молодых российских и американских, имеют более замысловатую историю отношений с государством, в том числе и институциональных, и экономических [3]. Последние во второй половине XX века под влиянием, если можно так выразиться, «просвещенного социализма», были в значительной степени результатом «общественного договора», признавшего право преимущественного финансирования университетов за государством. Даже в консервативной Великобритании политика правительства М. Тэтчер, сократившая финансирование университетов в ультимативном порядке и ликвидировавшая бесплатность высшего образования, едва не вызвала социальный взрыв.

Вместе с тем вменяемость финансовых ограничений деятельности университетов и институциональная определенность университетской автономии в академической и экономической деятельности позволила британским вузам найти организационные механизмы, способствующие не только большей ориентации университетов на практическое, взаимовыгодное и долгосрочное взаимодействие с бизнесом, но и финансовые рычаги для обеспечения важных внутривузовских решений. Например, Оксфордский университет в 2009 году потратил на реализацию пенсионных схем 47,7 млн. фунтов стерлингов; затраты Кембриджа на пенсии составили на 2010 год 82,2 млн. фунтов [4].

Таким образом, эффективное управление пенсионными схемами как частью социального пакета, который, как и заработная плата, известен преподавателю еще при подаче документов на должность, позволяет университетам обновлять кадровый потенциал без ущемления интересов возрастных сотрудников в условиях фактически пожизненных должностей ППС. Отметим, что это достигается единством эффективных и социально ориентированных методов управления такими суммами, а не величиной сумм как таковых, а также воздействием репутационного фактора, который гораздо менее значим в современной России. Таковой, как следствие реальной подотчетности вузов обществу и государству, несмотря на свой нематериальный характер, является за рубежом

одним из мощных механизмов противодействия коррупции и одной из ее основ - неэффективному контролю и расходованию государственных средств и средств, поступивших в вузы из иных источников финансирования. Стремление поддержать репутацию вуза как организации, открытой в финансовом и организационном отношении, во многом основано на высокой конкуренции в топ-сегменте мировых университетов, высокой степени мобильности научно-педагогических кадров высокой квалификации и развитыми программами поддержки внутристрановой мобильности талантливых абитуриентов.

Открытость позволяет руководству вузов сравнивать и формировать собственные управленческие стратегии, стремясь улучшить репутацию университета как успешного предпринимательского и социального института, а не сиюминутного «инновационного проекта» - термина, по отношению к университету в целом в цивилизованных странах не употребляемого. По мнению автора, действие репутационного фактора на фоне общественных институтов, стабильно, долгосрочно и цивилизованно способствующих развитию предпринимательства, ведет к диверсификации структуры доходов вуза и ориентирует его руководство на более трудоемкие с точки зрения организационной работы, но гораздо более выгодные в среднесрочной и долгосрочной перспективе источники финансирования, нежели платное высшее образование первого уровня, а самое главное, способствует организационным изменениям структуры управления вузом, снижающим трансакционные издержки академической деятельности для внутривузовских стейкхолдеров: студентов, преподавателей и администраторов.

Не менее важно для оценки перспектив организационных изменений вузов и то, способствует ли этому институциональная среда, в которой ими ведется экономическая деятельность. Законодательство об эндаумент-фондах вузов сформировано недавно, сами эндаумент-фонды не слишком распространены, средства, аккумулируемые ими, только начали приносить доход и доход этот недостаточно велик, стабилен и открыт, чтобы можно было говорить о масштабности влияния этого источника на увеличение финансирования, например, целевых показателей программ развития ведущих университетов России. Законодательство, регламентирующее деятельность предприятий при вузах, только проходит «обкатку», а администрация университетов только начинает осваивать новый вид деятельности.

Только при условии преодоления инертности, консерватизма, пассивности, забюрократизирован-ности, зачастую - низкой квалификации административного и финансового менеджмента среднего звена российских вузов, обусловленной непрозрачными

и необъективными принципами кадрового подбора, можно надеяться на быструю адаптацию университетов, законодательства и собственно желающих работать с университетами предпринимателей друг к другу. Воздействие законодательства о государственных закупках не только на предпринимательские, но и на все основные аспекты университетской жизнедеятельности заслуживает отдельного исследования как блестящий пример создания государством нового трансакционного сектора экономики образования, руководствуясь целью борьбы с коррупцией.

Объединение Роснауки и Рособразования, которое теоретически должно было бы привести к уменьшению необходимости поездок в Москву топ-менеджера вуза в проректорском статусе для решения вопросов научной деятельности вуза, произошло слишком недавно, чтобы повлиять на структуры управления университетами. Проблемы внедрения новой Номенклатуры специальностей научных работников, связанные с этим пересмотры составов диссертационных советов университетов в сочетании с реформированием Минобрнауки России также отнюдь не снижают объема функционала и трудозатрат проректора по научной работе. Он по-прежнему в значительной степени направлен на обеспечивающие научную деятельность бизнес-процессы, осуществляемые в Москве, а не на ее организацию непосредственно в вузе.

Между тем необходимость формирования целей академической политики в соответствии с приоритетами модернизации все больше требует организационного объединения научной и образовательной деятельности университета, интеграции его научных и учебных подразделений и слияния соответствующих финансовых потоков и управленческих функционалов, тем более что зарубежный опыт предоставляет богатый спектр положительных примеров таких управленческих решений.

Наконец, ведущие вузы России, получившие дополнительные средства на реализацию своих программ развития, подвергаются постоянным проверкам расходования государственных средств и вынуждены содержать за счет средств нацпроекта «Образование» дополнительный персонал, чья деятельность состоит в написании отчетов и общении с проверяющими структурами, требования которых тоже изменчивы. При этом проверяются главным образом финансово-экономические аспекты реализации программ развития; качественные показатели развития университетов, по мнению автора, находятся в стадии формирования.

С одной стороны, критерии развития университетов только формируются и не приобрели даже рамочного характера. С другой стороны, при существующем подходе освоение дополнительных средств не

ведет к качественным изменениям в системах управления академической деятельностью университетов: снижается качество образования и научных исследований в целом. Программы развития зачастую превращаются в наукообразные описания процесса освоения средств, а не в действенный инструмент реализации целей академической политики университетов и стратегического планирования.

Солидная часть средств, направляемых государством на инновационные образовательные программы (ПОП), уходит на оформление отчетности внутри государственного вуза, государственными структурами и для государства, возвращаясь ему же в виде налогов. Так, например, в одном из первых вузов, получивших финансирование реализации ИОП, преподаватели, разрабатывавшие инновационные курсы и их методическое обеспечение, а также менеджеры академической деятельности среднего звена (зам. зав. кафедрами, зав. кафедрами, зам. деканов, деканы, начальники управлений ректората) приглашались на работу не как внутренние совместители, а как дополнительно нанятый персонал временных творческих коллективов.

В результате этого с заработной платы одного и того же сотрудника одного и того же вуза подоходный, социальный и иные налоги взимались два раза, в одинаковом объеме, без сокращения вычетов. Поэтому до разработчиков инновационных курсов доходило не более, а то и менее двух третей от выделенных на эти цели средств. Многое зависело от квалификации сотрудников и руководителей подразделений дирекций национальных проектов в вузе, которые отвечали за освоение выделенных средств по тем подразделениям вуза, в которых было основное место их работы, и соответственно, их образование чаще всего было далеко от экономического со всеми вытекающими отсюда последствиями.

При этом вне внимания проверяющих вузы вышестоящих инстанций остаются, например, бескон-курсный порядок проведения стажировок преподавателей вузов и их результативность. По мнению автора, результатом таких поездок должны стать не очередные отчеты об их проведении, а количество разработанных стажирующимися новых курсов и новые организационные основы обеспечения качества образовательных программ (в случае стажировок административно-управленческого аппарата и топ-менеджмента вузов). Это позволит увязать цели, программу и результаты стажировок, а не организовывать их как таковые для отчетности.

Между тем, как показывает проведенное автором сопоставление целей ИОП ряда вузов с организационными схемами управления ими, невыполнение заложенных в ряде ИОП организационно -управленческих целей, таких как создание систем обеспечения каче-

ства и прохождение процедур их аккредитации международно признанными агентствами, оптимизация структуры управления вузом, в силу значительного лоббистского потенциала не всегда влияет на перспективы дальнейшего увеличенного бюджетного и внебюджетного финансирования.

Значительно снижает позитивный эффект государственных инвестиций в высшее образование дублирование функций топ-менеджеров, отвечающих за основные направления академической деятельности вузов, увеличение абсолютного количества топ-менеджеров [1]. Это ведет к непроизводительному, а зачастую и нецелевому расходованию бюджетных и внебюджетных средств, умножению трансакционных издержек реализации бизнес-процессов в области академической деятельности. Вместе с тем большинство университетских проектов декларирует затраты именно на развитие академической деятельности, в том числе построение эффективных вну-тривузовских механизмов управления внедрением многоуровневого высшего образования. Это требует значительных затрат времени, роста качества управления и оптимизации величины ректората, пересмотра организационной структуры управления университетом в целом и его академической деятельностью в особенности. Характер изменений организационной структуры вузов находится в прямой зависимости от таких объективных внутренних факторов, как:

- размеры вуза,

- количество и размеры структурных подразделений вуза,

- степень обособленности каждого подразделения,

- соотношение спроса на бюджетные и договорные места на пятилетних и «ускоренных» программах специалитета и, в меньшей степени, бакалавриата, магистратуры и аспирантуры,

- динамика предложения вузом довузовских программ доступа на ООП, в том числе в сокращенном варианте,

- динамика изменения спектра дополнительных образовательных программ (в первую очередь переподготовки и повышения квалификации свыше 500 часов, диплом об окончании которых давал право занимать управленческие должности) и программ краткосрочного повышения квалификации.

Отсутствие системы целей академической политики по отношению к многоуровневому высшему образованию, многовариантность, непоследовательность, противоречивость основных образовательных программ, усложнение видов доступа к ним и сроков их освоения, их раздробленность между различными подразделениями вуза ведет к неоправданному отягощению управленческой вертикали в области образовательной деятельности даже в ведущих университетах страны, росту трансакционных издержек взаимодействия между подразделениями вуза и ректората. Между тем выделение университетам «особого статуса», федеральным и НИУ дополнительных и весьма значительных государственных средств направлено отнюдь не на неоправданные управленческие эксперименты в области размножения функционалов топ-менеджмента и обслуживающих их аппаратов.

На основании проведенного исследования деформаций структуры управления академической деятельностью не только как следствия неопределенности внешней институциональной среды, но и как низкого качества внутривузовского топ-менеджмента, не учитывающего наличия трансакционных издержек [2], автор считает целесообразным предложить свою структуру управления университетом и его академической деятельностью (см. рис.), направленную на преодоление указанных деформаций.

Структура управления университетом и его академической деятельностью

В этой структуре ключевым проректором является проректор по академической политике, объединяющий функционалы проректоров по учебно-методической и научной работе. Начальник управления по работе с обучающимися может находиться в статусе заместителя проректора по академической политике и, в случае необходимости, проводить текущие согласования стратегических договоренностей, например, о контрольных цифрах приема в соответствующих государственных структурах. В рамках деятельности этого управления целесообразно объединить работу со всеми сегментами контингента обучающихся - от обучающихся на подготовительных курсах до докторантов, разумеется, с учетом специфики сегмента контингента.

Управлению научно-образовательной деятельности целесообразно передать традиционные функции управления научных исследований, но добавить к ним кадровую работу с преподавателями и исследователями, формирование групп кадрового резерва, организацию разработки критериев оценки качества деятельности ППС и исследователей, а также мер финансового и нематериального стимулирования их работы и максимальную интеграцию в таковой образования и исследований. Управление обеспечения качества должно контролировать деятельность управления по работе с обучающимися и управления научно-образовательной деятельности и ее соответствие университетской локальной нормативно-правовой документации, разрабатывать предложения по программной политике университета в целом и обеспечивать успешное прохождение ООП университета процедур государственной и международной аккредитации.

Разумеется, такой функционал предполагает не только достойный уровень оплаты ППС и сотрудников управлений ректората, но и их высокий интеллектуальный потенциал: на эти должности целесообразно назначать как минимум кандидатов наук с опытом работы. Кандидатуры начальников управлений представляется целесообразным утверждать

решением комиссии Ученого совета соответствующего профиля, а также предусмотреть регулярные публичные отчеты о деятельности управлений и ее результатах.

Предлагаемая структура, на наш взгляд, позволит минимизировать трансакционные издержки вну-тривузовского механизма управления академической деятельностью, улучшить прозрачность внутриву-зовской институциональной среды, будет способствовать более эффективному использованию бюджетных и внебюджетных средств вузов, сформирует квалификации как компонент институционального механизма многоуровневого высшего образования в ведущих университетах России, сделает их сопоставимыми с системой квалификаций ЕПВО и максимально четкими и прозрачными пучками ориентиров для основных стейкхолдеров высшего образования.

Список литературы:

1. Шендерова С.В. Внутривузовские механизмы управления академической деятельностью в ведущих университетах России //Университетское управление: практика и анализ. - 2011. - № 4. - С. 87-95. - Режим доступа: http://www.umj .ги/тс1ех.р11р/риЬ/т81с1е/1283/.

2. Шендерова С.В. Институциональный механизм многоуровневого высшего образования в Российской Федерации: формирование и развитие. - СПб.: Издательство СПбГУЭФ, 2011. - 211 с. - Режим доступа: http://elibrary.finec.ru/materials_files/368296571.pdf.

3. Шендерова С.В. Предпосылки формирования институционального механизма многоуровневого высшего образования в Западной Европе // Ученые записки Российского государственного гидрометеорологического университета. Научно-теоретический журнал. - 2012. - № 23. - С. 190-197.

4. Шендерова С.В. Структура доходов ведущих мировых и российских университетов: сравнительный анализ по открытым источникам // Университетское управление: практика и анализ. - 2011. - № 1.

- С. 12-19. - Режим доступа: http://www.umj.ru/index. php/pub/inside/1233/.