«В России на одного больного с диабетом приходится один житель с еще не выявленным диагнозом»

Инновационные препараты для лечения диабета уже сегодня могут спасти тысячи жизней. Правда, в России такими препаратами лечится практически 1 пациент из 100. О новых прорывных методах лечения диабета 2-го типа рассказывает генеральный директор российского подразделения одной из крупнейших немецких фармкомпаний, «Берингер Ингельхайм», Павол Доброцки.

— Распространение диабета 2-го типа во всем мире принимает размах эпидемии. Какие глобальные шаги могут предпринять крупные фармкомпании, чтобы остановить распространение этого опасного заболевания?

— Диабет сегодня действительно стал глобальной эпидемией, которая создает огромную проблему для общественного здравоохранения практически во всех странах мира. Количество людей, которые живут с этим заболеванием, с каждым годом только увеличивается, и Россия тут не исключение. Сегодня в мире насчитывается более 425 млн пациентов с диабетом 2-го типа, более того, ожидается, что к 2045 году их число вырастет на 48%. В России, по официальной статистике, зарегистрировано более 4 млн пациентов с сахарным диабетом 2-го типа (наиболее распространенный тип заболевания, связанный с невосприимчивостью организма к инсулину.— “Ъ”), но на самом деле эта цифра может быть намного больше. Считается, что в России на одного больного с выявленным диабетом 2-го типа приходится один житель с еще не поставленным диагнозом. Поэтому реальное количество больных может приближаться к 9 млн.

Так что проблема на самом деле очень серьезная, но я бы не стал говорить о том, что ее могут решить только фармкомпании. Это можно сделать только в рамках комплексного подхода, объединив усилия государства, бизнеса, пациентов, СМИ и экспертного сообщества. Лучшим решением проблемы диабета будет предотвращение развития заболевания. Если мы убедим людей поменять свои привычки, свой образ жизни и сфокусироваться на здоровье, это станет огромным шагом на пути остановки эпидемии. Речь идет не просто о социально-образовательных программах, а о детально проработанном подходе и поддержке государством здорового образа жизни.

С другой стороны, если заболевание уже развилось, необходимо обеспечить доступ к инновационным методам лечения диабета и к современным препаратам. Но, повторюсь, решить проблему целиком можно только в сотрудничестве с государством, экспертами и пациентскими организациями.

— Мы привыкли, что диабет — это болезнь обмена веществ. Тем не менее Американская кардиологическая ассоциация причислила его к сердечно-сосудистым заболеваниям (ССЗ). Согласны ли вы с такой оценкой и почему?

— Устновлено, что у пациентов с диабетом 2-го типа риск смерти от сердечно-сосудистых заболеваний в разы выше, чем у людей без диабета. Если мы посмотрим на причину смертности пациентов с диабетом, то самые высокие цифры дает смерть как раз из-за ССЗ, и это не случайно. Один из главных симптомов заболевания — повышение уровня глюкозы в крови, которое негативно влияет на обмен веществ во всем организме. В первую очередь страдают так называемые органы-мишени: глаза, почки, мозг и сердце. Постепенно поражается периферическая кровеносная система, страдают сосуды, повышается артериальное давление, нарушается кровоснабжение органов. В результате растет вероятность того, что может произойти сердечно-сосудистая катастрофа — инсульт, инфаркт миокарда или сердечно-сосудистая смерть. Считается, что диабет сокращает продолжительность жизни на 6 лет, а если появляются сердечно-сосудистые заболевания, то уже на 12 лет.

— В развитых странах в последние годы смертность от ССЗ довольно заметно снижается, но в группе пациентов с диабетом этого практически не происходит. С чем связана эта особенность?

— Чтобы снизить риск сердечно-сосудистых заболеваний, обычному человеку нужно следить за артериальным давлением и бороться с холестериновыми отложениями в сосудах. Но пациенту с диабетом 2-го типа этого недостаточно. До последнего времени на рынке были представлены препараты, которые хорошо снижали уровень глюкозы в крови, но при этом никак не влияли на сопутствующие сердечно-сосудистые заболевания. Были даже примеры, когда они влияли на сердце негативно. Поэтому FDA (Администрация по контролю за продуктами и лекарствами США.— “Ъ”) и Европейское агентство лекарственных средств сегодня обращают особое внимание на препараты для лечения диабета и их влияние на сердечно-сосудистую систему. «Берингер Ингельхайм» разработала молекулу эмпаглифлозин, которая в масштабном исследовании доказала снижение сердечно-сосудистой смертности у пациентов с диабетом 2-го типа на 38%, риск госпитализаций по причине сердечной недостаточности — на 35% и риск смерти от всех причин — на 32%. Мы очень гордимся этим результатом.

— Можно ли обозначить, насколько таким образом увеличивается общая продолжительность жизни?

— Конечно, если пациент начинает принимать препарат в 60 лет, то продолжительность жизни увеличится на два года. Если же начать терапию раньше, то мы говорим о шести дополнительных годах жизни. Это первый в истории препарат, который не только снижает уровень глюкозы в крови, но и реально снижает сердечно-сосудистые риски.

— В прошлом году компания «Берингер Ингельхайм» получила престижную премию Галена –– эквивалент Нобелевской премии в области фармацевтических исследований, как раз за этот препарат. По каким критериям обычно присуждают столь высокую награду?

— Премия Галена — международная премия в области фармацевтики, которая отмечает самые значительные научные достижения в области медицины, фармакологии и в сфере общественного здоровья. Эксперты Фонда Галена раз в год выбирают самые перспективные лекарства, которые обеспечили новые подходы в терапии. Нам удалось доказать, что препарат «Берингер Ингельхайм» — прорыв в лечении пациентов с диабетом, у которых есть сердечно-сосудистые заболевания.

— В чем инновационность этого препарата? О каком новом подходе идет речь?

— Речь идет о новом классе препаратов, которые работают по оригинальному принципу. Врачи-эндокринологи, занимающиеся проблемой диабета, прекрасно знают, что высокий уровень глюкозы в моче свидетельствует о плохом состоянии организма. Но в данном случае новые препараты как раз помогают глюкозе перейти из крови в мочу, освобождая организм от излишней глюкозы. Если посмотреть, то за месяц из крови таким образом уходит до 2 кг сахара! Попутно у пациентов снижается избыточный вес, нормализуется артериальное давление, улучшается работа почек. Но главное, снижаются сердечно-сосудистая смертность и число госпитализаций, связанных с хронической сердечной недостаточностью. Подобный эффект достигается очень быстро — на второй месяц приема препарата, что было показано в большом исследовании, где участвовали пациенты, принимающие эмпаглифлозин в добавление к стандартной сахароснижающей и сердечно-сосудистой терапии.

— Как вы оцениваете российский рынок препаратов для лечения сахарного диабета?

— Российский рынок постепенно меняется, но все равно остается достаточно консервативным. Очень много пациентов до сих пор получают лечение препаратами, от которых отказались в других странах из-за большого количества нежелательных явлений. Если смотреть на общее количество пациентов, то число людей, принимающих инновационные препараты, будет чрезвычайно мало.

С другой стороны, есть проблема доступности существующих препаратов. Далеко не все нуждающиеся пациенты охвачены льготным обеспечением лекарств.

— В России поставлена цель увеличить продолжительность жизни к 2030 году до 80 лет. Вероятно, инновационные препараты для лечения диабета смогли бы тут помочь?

— Да, внедрение подобных препаратов действительно может изменить ситуацию со смертностью и продолжительностью жизни. Не случайно они уже включены более чем в 50 мировых эндокринологических и кардиологических рекомендаций (в том числе в России) как приоритетные препараты, снижающие риск сердечно-сосудистой смерти. В шести странах, включая Германию, Канаду и Австралию, именно препарат компании «Берингер Ингельхайм» — номер один для лечения диабета 2-го типа. Здесь мы видим фармакоэкономику в действии: сохранять жизнь с помощью таких препаратов оказывается намного проще и дешевле.

— Программа ВОЗ по борьбе с ожирением и сахарным диабетом поставила цель — остановить эпидемию диабета до 2025 года. Насколько это реально, на ваш взгляд?

— Программа амбициозная. Чтобы ее реализовать, нужно действовать незамедлительно. Вся терапия диабета начинается с изменения образа жизни. Это тяжело дается людям во всем мире, и зачастую ей занимаются уже на уровне государства, вводя, например, дополнительные налоги на безалкогольные напитки с высоким содержанием сахара и другие продукты, являющиеся причиной ожирения. Все это этапы большой долгосрочной работы. Но пока основной тренд в обществе не поменялся, количество пациентов будет расти. Поэтому нам нужно думать не только о том, что будет через 20–30 лет, но и о том, что уже сегодня есть много людей, в том числе в России, которым можно реально помочь, используя современную терапию. От того, насколько успешно будет решена эта задача, будут зависеть их здоровье и качество жизни.